Годунов: другие произведения.

Томми Аткинс

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние Истории на ПродаМане
Peклaмa
Оценка: 5.82*31  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Без памяти. Без знаний. Без имени... Немало дорог придётся прошагать десантнику Томми Аткинсу, прежде чем вновь стать Томом Реддлом.


   Тьма. Пустота. Обрывки понятий. Это смерть? Что такое смерть? Что я?
   Ощущение тела. Запахи. Звуки. Свет, пробивающийся сквозь веки.
   Открыть глаза. Вспышка! Снова темнота...
  
   Он открыл глаза.
   Незнакомый потолок... Больница? Он болен? Наверное - вряд ли у здорового человека должна болеть голова. Он в этом почти уверен - насколько вообще может быть уверен в чём-то человек, который не помнит ничего. Кроме, может быть, собственного имени...
   - А, вот и вы очнулись! - он даже не заметил подошедшего врача. - Как самочувствие?
   - У меня болит голова, и я не помню ничего, кроме имени Том...
   - Шок, - кивнул врач. - Тысяча фунтов аммонала - не шутки... Головные боли вскоре пройдут, память... Тут всё сложно. На её восстановление могут уйти годы, и восстановиться она может не полностью... Но у вас отличные шансы, Том. Отдыхайте, через несколько дней мы вас выпишем, а к тому времени, возможно, и ваша часть найдётся...
  
   Том провёл в больнице неделю, жадно поглощая информацию, изредка отзывавшуюся болезненной вспышкой воспоминания... Но редко, мучительно редко.
   Весна тысяча девятьсот сорок четвёртого года. Пятый год идёт колоссальная война, уже получившая имя Второй Мировой. Том, по всей видимости, явился на сборный пункт, но попал под немецкую бомбу... И теперь ему предстоит наверстать упущенное. Вряд ли это будет сложно - Том почему-то был уверен, что драться ему приходилось. Он сказал об этом врачу, но внятного ответа не получил. Настаивать не стал - рано или поздно вспомнит сам, а если не вспомнит, значит, и смысла нет вспоминать...
  
   Так прошла неделя, и настал момент выписки. Том ожидал чего-то необычного, торжественного, но всё оказалось на редкость прозаичным - доктор Дональд задал ему несколько вопросов, посветил в глаза, постучал по суставам молоточком и заявил:
   - Поздравляю, мистер Аткинс, вы совершенно здоровы. Не считая памяти, конечно...
   - Знаете, - неожиданно признался Том, - иногда я вижу странные сны...
   - Что ж, возможно, ваша память начала восстанавливаться... Впрочем, вам ещё предстоит освидетельствование у психиатра, а мистер Беккер - мой друг, и, полагаю, ваш случай его заинтересует. И если не поможет он - останется только надеяться, что память восстановится сама собой. Удачи, мистер Аткинс!
  
   Психиатр - невысокий полноватый пожилой джентльмен - почему-то казался смутно знакомым. Он внимательно выслушал Тома, задал кучу вопросов и заявил:
   - Что ж, мистер Аткинс, не считая амнезии, ваш разум в прекрасном состоянии. Вы годны к любой службе... И давайте побеседуем о ваших снах.
   - Сны... - Том прикрыл глаза. - Несколько повторяющихся снов - чёрная тетрадь, замок, огромная змея и бородатый старик в старомодном костюме.
   Это бывает не каждую ночь, иногда появляется только один образ, иногда - несколько... Старик что-то говорит, но я его не слышу, замок и змея просто появляются перед глазами, а тетрадь... Я уверен, что должен её открыть, но не могу этого сделать. Потом я просыпаюсь, через несколько минут снова засыпаю и сплю без сновидений до подъёма.
   - Хм... - врач пригладил большим пальцем усы. - Старик почти наверняка реален, возможно, ваш родственник или школьный учитель. Но вот остальное... Могу только сказать, что тетрадь - ваша утраченная память. Змея и замок... Хм... В моей практике таких образов до сих пор не встречалось, но могу предположить, что это - ваше подсознание. Онейрокритика - смутное искусство, едва ли изменившееся со времён Артемидора, что бы там кто ни говорил, ссылаясь на Фрейда. Сны старше, чем созерцательный Сфинкс и окружённый садами Вавилон, и мы приоткрыли лишь узенькую щёлочку в эту бездну... Просите старика, мистер Аткинс, заболтался на любимую тему. Вот ваши документы, вот моя визитка - пишите так часто, как только сможете. Обещаю - если только клетки вашего мозга живы, память восстановится.
   - Спасибо, доктор, - Том забрал бумаги. - Постараюсь вам писать почаще.
  
   Вечером шестого июня Том Аткинс вместе с несколькими сотнями таких же ребят сидел в коридоре сборного пункта, слушал радио, вещавшее о высадке в Нормандии и ждал. Его очередь придёт где-то через час, ну а пока можно и поболтать...
   - Хей, парень, тебя как звать-то? - толкнул его локтем в бок сидевший рядом невысокий чернявый парень.
   - Том. Том Аткинс.
   - Во дела! - восхитился сосед. - Юморные у тебя предки... Ну а я - Джерри Вуд. Ты откуда родом?
   - Понятия не имею...
   - Приютский, что ли?
   - Наверное... - голову от виска к виску прострелила боль, за которую уцепилась нечёткая картинка: бородатый старик разговаривает со строгой женщиной, за приоткрытой дверью мелькают детские лица... - Похоже, что приютский. Мне, видишь ли, память отшибло - вот, иногда что-то всплывает...
   - У-у, - сочувственно протянул Джерри. - Сочувствую, брат. По пьяни вчерашнее не помнишь - и то плохо, а ты, выходит, всю жизнь забыл...
   - Вспомню... - махнул рукой Том. - А ты откуда?
   - Из Илфорда, но мы аккурат перед войной переехали в Лондон... Ну вот, а потом отец погиб при бомбёжке, а я мать в Шотландию отправил, а сам вот подался в армию... - вздохнул Джерри. - Ты куда, в парашютисты?
   - Ага.
   - Ну и я тоже. Жалование-то пехотному не чета, хотя и впахивать придётся... Эй, нам пора!
   Подхватив мешок, Том догнал Вуда и на ходу спросил:
   - Боишься?
   - Есть немного, а ты?
   - Не знаю... Вроде бы должен бояться, но как-то не получается - наверное, из-за амнезии. Ладно, сразу в бой не бросят, а всё остальное переживём!
  
   Забравшись в кузов грузовика, Том взял предложенную сигарету, затянулся и раскашлялся. Грузовик, словно только этого и ждал, натужно взревел двигателем и тронулся. Том снова затянулся, сплюнул через борт и выбросил сигарету. Прошлой жизни не было, за спиной не осталось ничего...
   - С днём рождения, Том! - крикнул Джерри под хохот солдат.
   - Точно! - согласился Том. - Как есть день рождения. Кто-то знает, что дальше будет?
   - Учёба и война, - пожал плечами Джерри. - Причём долго учить нас не будут - некогда. Готовься, Том, нас ждёт ад...
  
   - Готовьтесь, парни, вас ждёт ад, - заявил инструктор, когда спустя три часа спустя новобранцы выстроились на плацу неровной шеренгой. - Кромешный ад со мной вместо Сатаны. Не потому, что я злобный сукин сын - хотя это так - а потому, что времени слишком мало. Поэтому сейчас вы получите снаряжение, займёте койку в казарме и вернётесь сюда - портовые шлюхи и то лучше вас построились бы! Бегом марш!
  
   "Бегом марш!" с этого момента стало девизом будущих десантников. Любой приказ выполнялся бегом, если только не было команды "шагом!", свободное время было только после отбоя - и солдаты отключались, рухнув на койку, невзирая на боль в перегруженных мышцах. Где-то там была другая жизнь, шла война, люди с тревогой смотрели в небо, ожидая очередной волны летающих бомб...
  
   А Том сидел на откидной скамейке и смотрел в раскрывшуюся за бортом пустоту. Осталось меньше минуты...
   Звонок.
   Встать. Шаг вперёд, второй - и под ногами разверзается тысячефутовая пропасть.
   - Тысяча один, тысяча два, тысяча три...
   Отсчёт закончен. Рывок. Белый купол над головой, покачивающийся горизонт... И чувство абсолютной свободы наедине с небом. Война, изнурительные тренировки, амнезия - всё это исчезло, растворилось в пустоте неба. Все земные проблемы стали пустыми и ничтожными... А потом в ноги ударила земля, гаснущий купол едва не сбил с ног, и Том поспешно избавился от парашюта, перехватил поудобнее "Стэн" и побежал к точке сбора.
   И оказался там первым.
   - Отлично, - сержант щёлкнул крышкой часов. - Вот теперь вы хоть на что-то годны... И поэтому ваши тренировки усиливаются, а то, я смотрю, вы уже привыкли и расслабились... По борделям время шляться находите, мерзавцы! Парашюты собрать! В расположение бегом марш!
  
   И снова тянется бесконечной лентой армейская рутина, размазывая дни и ночи в глухую серую полосу. Тренировки не просто усилились - они стали кошмарными, но не жаловался никто. Всем было ясно - учёба подходит к концу. Скоро, очень скоро они отправятся в Европу...
   Но всё же это случилось совершенно неожиданно.
   Ранним утром шестнадцатого сентября весь батальон построился на плацу в полной выкладке, ожидая приказа.
   - Ваша учёба окончена, - вместо привычного сержанта на плацу появился сам подполковник Хоквуд, командир лагеря. - Через несколько часов вы присоединитесь к своим товарищам из первой десантной - и завтра ступите на землю Европы. Мы с вами расстаёмся, скорее всего - навсегда, и на прощание я хочу сказать только одно: вы были прилежными учениками, и вам, несомненно, это известно, но я всё же напомню - десант сражается до прихода подкрепления... а подкрепление никогда не приходит. А теперь - по машинам!
  
   Закурив, Том шевельнулся, пытаясь устроиться поудобнее, что было непросто. Впрочем, ехать не больше часа, так что можно и потерпеть... А брезентовые сиденья "Дакоты" куда удобнее.
   Первый настоящий бой почему-то не вызывал у Тома никаких чувств. Он просто ждал своей очереди, своей пули, даже не задумываясь о смерти... Потому что и смерть, и война казались приемлемой платой за мгновения наедине с небом. Смерть и война... Странно, ему почему-то казалось, что он должен бояться смерти - похоже, ещё одно воспоминание просачивалось из глубин памяти. Воспоминание, совершенно ненужное - он предпочёл бы не знать, что у него были страхи...
   Окурок полетел на дорогу, Том посмотрел вперёд и усмехнулся: ещё минут пять, не больше - и они приедут. Потом последний инструктаж, погрузка - и всё. Война начнётся и для них.
   С сожалением выбросив очередной окурок, Том с лёгким интересом взглянул на стоящих в воротах коммандос и хмыкнул - рыжий лейтенант почему-то казался смутно знакомым. Ещё один привет из прошлого? Или просто ошибка, иллюзия, которой мозг пытается прикрыть пустоту в его прошлом? Впрочем, сейчас это неважно... Важно только одно - его снова ждёт небо.
  
   Получены приказы, занял свои места десант, поднялись в воздух машины... Ярмарка началась, продавцы спешат с товаром на торг - а обратно уж как получится. Десант сражается до прихода подкрепления... а оно никогда не приходит. Усмехнувшись, Том поудобнее устроился на сиденье и расслабился - времени ещё предостаточно. Можно и отдохнуть...
   - Том, ты спать, что ли собрался?
   - А почему бы и нет? Слушай, Джерри, я уже не кот, а ты ещё не мышь, так что прекрати мельтешить, - отозвался Том, закрыл глаза и действительно заснул.
  
   Его разбудила трель звонка - самолёт вышел к цели, начинается высадка...
   Шаг. Ещё шаг. Ещё один - в пустоту. Отсчёт. Рывок раскрывшегося купола.
   Только теперь Том смог осмотреться - и присвистнул.
   Небо было заполнено парашютами - тысячи десантников ангелами возмездия спускались на землю Голландии.
   "Ярмарка" началась.
  

1. To Hell and back

   - Ненавижу... - прохрипел Джерри, прикладываясь к фляге. - Всех ненавижу...
   Том только кивнул - сил говорить уже не было. Сутки прошли - а такое чувство, что они уже месяц на ногах. И конца всему этому не предвидится...
   А началось всё с того, что доблестные Королевские ВВС умудрились промазать и высадить десант в шести с лишним милях от Арнема с его грёбаным мостом, ради которого всё это и затевалось. Шесть миль... Немного? Только не со сдохшими радиостанциями и толпами джерри. Мост слишком далеко, и добрался до него единственный батальон с несколькими шестиуфунтовками... Да, по идее, этого хватит, чтобы протянуть пару дней, а там уже подойдут основные силы... Но верилось в это как-то слабо.
   - Правая рука не знает, кого пинает левая нога, - принялся рассуждать Джерри, вернувший флягу на пояс, - голова смотрит только туда, куда повёрнута шея, а думают в штабе исключительно задницей, причём, похоже, на всех одной.
   - Сменная задница? - хохотнул кто-то. - А что, удобно...
   Том, не обращая внимания на остряков, неспешно набивал магазин патронами. Однообразная работа была сродни медитации, позволяя освободить разум от всего лишнего и сосредоточиться на главном...
   В другой раз он бы порадовался ещё одному осколку прошлого - но не сегодня. Сегодня его куда больше занимало будущее - и в его наличии он изрядно сомневался. Несколько дней они продержатся, но мост слишком далеко, и если подкреплений не будет, его придётся оставить и прорываться к своим... Или уходить к подпольщикам - такой вариант тоже не исключался. По крайней мере, Том его рассматривал всерьёз и даже начал потихоньку готовиться. Ведь десант сражается до прихода подкрепления - а оно никогда не приходит.
   Заполнив магазин, Том почесал небритую щёку и принялся за следующий. В конце концов, даже если подкрепление и будет, патроны понадобятся...
   - Слушай, это уже пятый - куда тебе их столько? - Джерри уселся рядом и рассматривал приятеля с лёгким удивлением. - И где ты их столько набрал?
   - Патронов бывает или мало, или мало, но больше не утащить, - ответил Том. - Так ты чего хотел-то?
   - В полдень высаживается вторая волна, - сообщил Джерри. - Фрост приказал наших предупредить...
   - Что, серьёзно? И он думает, что это нам поможет?
   - Том, я не знаю, что он думает - а я вот думаю, что мы тут все Крест Виктории заработаем, только посмертно. А потом, может быть, про нас снимут кино...
   - Тебя в кино точно не покажут - у тебя рожа один в один как у того мышонка из мультика, - фыркнул Том. - Пошли, наша очередь артиллеристов прикрывать.
  
   Пользы от подкрепления оказалось немного - тем более, что застрявшему на мосту батальону почти ничего не досталось. Так, по мелочи... И первая же немецкая атака вернула всё к исходному положению.
   Мост удержали, но Тому было очевидно, что надолго их не хватит. День, может, если повезёт, два - и всё. Придётся уходить. И прикрывать отступление стопроцентно придётся второму батальону... А тому, что от него останется, придётся уходить к подпольщикам и по одному, в разных местах, пробираться к своим. Или прорываться с боем - всё-таки они не SAS. А скорее всего - все они так и останутся на этом мосту, который слишком далеко...
  
   Том Аткинс оказался близок к истине - ночью немцы подтянули свежие части и снова навалились на англичан. Атаку отбили, но, по мнению Тома, только чудом.
   Бой прошёл мимо сознания - Том слишком устал за эти двое суток. Он в кого-то стрелял, кто-то стрелял в него, что-то горело... А утром стало очевидно, что операция провалилась. Раньше была хоть какая-то надежда - но теперь не осталось ничего. Отступление неизбежно... Но не для второго батальона. Второй батальон остаётся прикрывать отход - и не в последнюю очередь потому, что возможности отступить у них, считай, и нет. Может быть, кто-нибудь сможет к ним прорваться - но Том на это не надеялся. Скорее всего, все они так и останутся на этом проклятом мосту, который слишком далеко для хвалёного Монти... И его это почему-то абсолютно не волновало. Куда больше его заботило, как бы забрать с собой побольше немцев - чтобы в аду не так скучно было.
   - А нам, приятель, ад и не положен, - хмыкнул на это замечание Джерри. - Потому как солдаты и матросы попадают на Поляну Скрипача, что в девяти милях от жилища Сатаны... Чёрт!
   Том поднял взгляд - и увидел летящую гранату. Метнувший её солдат был уже мёртв... Но для них это ничего не меняло. Если только не случится чуда, она упадёт аккурат между ними. Чудо... Ну же!
   За глазами прострелило болью, что-то шевельнулось в памяти, мелькнув испуганными детскими лицами, граната взорвалась в кузове горелого "Кюбельвагена", за которым они прятались... И всё это не имело никакого значения - немцы снова атаковали. Выругавшись, Том короткой очередью срезал самого наглого, припал к земле и отполз за груду битого кирпича. Ещё одна очередь, рывок - на сей раз за мешки с песком, и сразу же - к бронетранспортеру с сорванной гусеницей. Вовремя - на мост выполз танк. R35, французское убожество - но тридцать семь миллиметров больше, чем полдюйма, а шестифунтовка осталась одна, и достать этот танк не сможет ещё пару минут минимум... И эти минуты надо как-то прожить, и желательно - убивая немцев. Прожить несколько минут... А потом - ещё несколько, и ещё - вот и час, а там и следующий - и может, ты протянешь до вечера... А дальше нет смысла загадывать - доживешь до вечера, тогда и думай, как дотянуть до утра.
   Рывок - и Том оказался за грудой битого кирпича, выпустил короткую очередь и бросился дальше. Ещё чуть-чуть...
   Гавкнула шестифунтовка, танк закрутился на месте и свалился с моста, немцы отошли к своему концу моста, англичане - к своему. Ничья - на считанные минуты, и снова серых пятен на мосту куда больше, чем хаки... Только джерри тут не меньше дивизии, а их - давно уже неполный батальон. Они потеряли не меньше двухсот человек, и если так пойдёт и дальше, дня через два в живых не останется никого. И ладно бы их здесь положили с пользой, а то ведь уже всем ясно, что мост этот не удержать - он слишком далеко... Самое время дезертировать, и простая пехота наверняка бы уже так и сделала, но десант считал это ниже своего достоинства. Впрочем, зря подыхать желающих тоже не было - план на такой случай имелся, но для этого требовалось отсутствие офицеров. Тогда можно будет рассеяться и прорываться к своим по одиночке... Но всё это будет потом, а сейчас надо дожить до утра.
  
   Они дожили до утра - сто двадцать до предела измотанных человек, всё, что осталось от батальона. Дожили - но держать мост больше не могли.
   Фрост отдал приказ отойти в Остербек, к остальной дивизии, и остатки батальона, огрызаясь, начали отступление. Четвертые сутки без отдыха, под огнём... Они давно уже должны были свалиться - но они шли. Отступали - но в полном порядке, держа строй, отстреливались и даже ухитрялись петь на мотив "Полковника Боуги":
   - У Гитлера только одно яйцо,
   У Геринга два, но очень мелких,
   У Гиммлера что-то вроде того,
   А у Геббельса и того нету!
   Особенно старался Джерри, омерзительно гнусавя и распевая громче всех - словно надеясь, что немцы его услышат. А может, ему просто нравилась песенка - она ведь всем нравится... Как-то - ещё во время учёбы - Том видел в городе нескольких школьниц, самозабвенно её распевавших, несмотря на то, что песня никак не годилась для девочек лет пятнадцати самое большее. То ещё зрелище... Хотя духа девчонкам было не занимать, это да - пожалуй, и десантникам впору. Не будь они школьницами, он, пожалуй, не отказался бы познакомиться с ними поближе... А, что сейчас об этом думать! До Остербека бы дойти без новых потерь, а там видно будет.
   - Эй, Том, о чём задумался?! - окликнул его один из бойцов.
   - О выпивке да о девках - о чём ещё солдату думать? - ухмыльнулся Том. - О жратве если только... Кстати, кто знает, что в городе творится?
   - Я слыхал, что дела там не сильно лучше, чем у нас, - отозвался Джерри, щёлкая зажигалкой. - Так что на девок и выпивку я бы не рассчитывал... А если джерри до нас всё-таки доберутся, то на Поляне Скрипача нет недостатка в роме и табаке...
  
   К вечеру остатки батальона всё-таки добрались до Остербека - и Поляна Скрипача казалась вполне приемлемой альтернативой.
   В городе царил хаос. Остатки второго батальона опередили врага всего на несколько часов - и если кто-то ещё оставался в немецком тылу, они могли надеяться лишь на чудо... Как и вся дивизия, впрочем.
   Приказов не было - генерал Эрьюкарт, похоже, чего-то ждал. Правда, чего именно, оставалось неизвестным - но уж точно не подкреплений. Собственно, реалистичных вариантов было только два: либо приказ об отступлении, либо подходящий момент для прорыва. О том, что генерал просто не знает, что делать, думать не хотелось... Но Джерри, наслушавшись рассказов солдат, мрачно утверждал, что это как раз и есть правильный вариант.
   Зато немцы определённо знали, что делать, и делали - безостановочно атаковали. Пока что их удавалось отбивать, но силы защитников Остербека таяли - и если даже немцы теряли на каждого погибшего десантника двух-трёх солдат, они могли себе это позволить.
   Отдыха нет на войне...
  
   - Кто-нибудь знает, какое сегодня число? - осведомился Джерри, щёлкая невесть где добытой американской зажигалкой.
   - Двадцать четвертое, а что?
   - Надо же... А я уж думал, что сентябрь кончился, - Джерри затянулся. - Как минимум. Как думаете, мы ещё долго протянем?..
   - Неделю, может, дней десять, - Том почесал изрядно заросшую щёку. - Если сильно повезёт - даже две. Так что валить отсюда надо, и чем раньше, тем лучше. Был бы пехотинцем - уже бы в бега подался... Кстати, если действительно придётся уходить россыпью, к своим мы можем и не пробиться. С Сопротивлением кто работал?
   - Собираетесь нас покинуть, Аткинс? - раздалось за его спиной
   - Никак нет, сэр! - Том вскочил и отдал честь. - Обсуждаем возможные приказы и их наилучшее исполнение! В частности - что делать, если поступит приказ прорываться малыми группами.
   - Не поступит, - сообщил Фрост подчинённым. - Генерал Эрьюкарт связался со штабом - не нам одним так погано... Так что скоро, думаю, мы получим приказ отступать. Потерпите, ребята - немного осталось...
  
   Он оказался прав - на следующий день пришёл приказ отойти к Неймегену. Ночью. Под огнём...
   - Ну, думаю, достать наши трупы из Рейна будет полегче, чем отсюда, - с каким-то мрачным оптимизмом высказался Джерри. - И, сэр, если мы будем идти ночью, нам ведь следует выспаться сейчас?
   - Можете спать, - согласился Фрост. - Не все, разумеется.
   Второго приказа не потребовалось - все свободные бойцы немедленно забились кто куда и почти сразу же заснули. Том, устроившийся в некогда роскошной, а теперь разрушенной комнате, с головой завернулся в плащ-палатку, закрыл глаза... И впервые за много дней увидел сон.
   Снилось нечто странное - но явно связанное с прошлым. Снова замок, снова огромная змея - и некрасивая девочка-подросток в очках, лежащая на каменном полу. Мёртвая. Её смерть как-то связана с чёрным дневником... Затем мелькнул дряхлый старик в нелепом балахоне - и Том проснулся. Как обычно - за несколько секунд до подъёма...
   Наспех, не разогревая, проглотить порцию спэма - и вперёд. Так, чтобы пересечь Рейн в самый тёмный час, надеясь, что враг их не заметит... Том никогда бы не пошёл на это, будь у него выбор - но выбора как раз и не было. Грандиозные планы командования пошли прахом, и те, кому удалось выжить, уходили прочь. Точно так же, как в сороковом - из Дюнкерка, бросая технику, оружие и французов... Хотя нет - на сей раз бросать было, в общем, нечего, да и французы в мероприятии не участвовали. И это почему-то радовало рядового Аткинса - французам он не доверял. Ещё один проблеск забытого прошлого... Память возвращалась, но, проклятье, как же медленно! Медленно и бессвязно, клочьями - а ещё сны! Немыслимые, абсурдные, и от этого только более реальные... Впрочем, нет смысла об этом думать сейчас - иначе можно и не дожить до утра. Тогда, конечно, проблем с памятью не будет... Потому как пуля в лоб - отменное лекарство от головной боли.
  
   Выступив в сумерках, дивизия вышла к Рейну глубокой ночью. Как ни странно - почти без проблем. Вышли на берег, погрузились в брезентовые десантные лодки и отчалили. Лодок, разумеется, не хватало... И больше их не станет - джерри не слишком метко и не слишком активно, но не без успеха обстреливали переправу. А много ли нужно десантной лодке, нередко перегруженной?
   Сама переправа прошла мимо сознания Тома - он механически грёб, пока лодка не остановилась, спрыгнул за борт, вышел на берег - и лишь тогда осознал, что они прорвались. Они выбрались из ада... И мир неожиданно потускнел. Постоянная опасность стала настолько привычной, что её исчезновение действовало на нервы...
   А спустя несколько часов две с половиной тысячи - из двенадцати - измотанных солдат вошли в Неймеген.
   Конец операции "Маркет Гарден". Конец надежде взять Берлин. Конец... Но не для Тома Аткинса, рядового Первой Воздушно-десантной дивизии.
  

2. The Final Solution

   Это было ожидаемо, но приятнее от этого не становилось - Первая Воздушно-десантная в боях участвовать не будет. Пока дивизию пополнят - а по факту, сформируют заново, война закончится... А Том Аткинс хотел поквитаться с немцами - и остальное его мало волновало. И поэтому он, Джерри и ещё несколько человек подали рапорт о переводе в SAS. Ответ должен был прийти через несколько дней, и Том, чтобы не терять времени зря, попытался систематизировать свои сны.
   Задача непростая - как понять, что сон имеет отношение к прошлому? Впрочем, если снилась совсем уж откровенная чепуха, сон отбрасывался, а вот если сон стабильно повторялся и имел чёткий сюжет... Вот только чаще всего ему снилась бойня на мосту или отчаянный бросок через Рейн - и просто так эти сны не уйдут.
   Но были и другие видения - и они явно были осколками прошлого. Всё тот же старик - хотя стариком он был только в глазах ребёнка, замок, огромная змея и странное ощущение сосущей пустоты - всё это было реальностью... Или же её отражением в тёмном зеркале сновидения. Пока что Том даже не пытался в этом разобраться, просто записывая сны и отсылая письма врачу - но и он мало что мог сказать.
   Такие сны были редкостью - но ещё реже воспоминания возвращались наяву во вспышке боли. Всегда невовремя, всегда без всякой связи с происходящим, всегда обрывочные... Но память возвращалась.
  
   Так продолжалось три дня - и Том всё-таки получил ожидаемый приказ. Осталось только собеседование - и он вместе со своей компанией снова отравится на учёбу... А может, и нет, но об этом думать не хотелось. А раз не хотелось, то он и не стал - пусть всё идёт своим чередом.
   С такими мыслями Том Аткинс вошёл в кабинет. Смутно знакомый рыжий капитан поднял голову и кивнул.
   - Пара вопросов, рядовой, - сказал он. - Кстати, мы с вами не встречались?
   - Так точно, сэр - в тренировочном лагере, только вы тогда лейтенантом были, сэр.
   - Помню, но я уверен, что мы встречались до того, рядовой. Ваше лицо кажется очень знакомым...
   - Не могу знать, сэр, так как страдаю ретроградной амнезией вследствие контузии. Сэр, разрешите обратиться с просьбой!
   - Сообщить вам, если я что-то вспомню? Разумеется.
   - Спасибо, сэр! О чём вы хотели спросить, сэр?
   - Я уже выяснил всё, что хотел, рядовой. Ваши документы, завтра в пять утра явитесь на аэродром.
   - Так точно, сэр!
  
   В пять утра трое десантников привычно забрались в "Дакоту", чтобы отправиться к новой жизни. Их ждал тренировочный лагерь в горах Шотландии, жестокая школа - и снова война. Война никогда не меняется...
   Том привычно устроился на сиденье, забросил под него мешок и задремал. Лететь предстояло долго, а разумный солдат случаем поспать не пренебрегает. Да и делать в полёте, в общем-то, больше и нечего, тем более - в Англии. Была бы внизу Нормандия...
   И Том заснул, ничуть не беспокоясь о будущем - потеряв прошлое, быстро привыкаешь жить сегодняшним днём... Тем более, что завтрашнего может и не быть.
  
   Том благополучно проспал до самой посадки и отлично выспался - в отличие от всех остальных. Поэтому и мрачного сержанта заметил сразу - а сержант не то, чтобы прятался... Но держался в тени.
   - Вольно, джентльмены, - негромко произнес сержант. - Я - сержант Чарльз Зим, инструктор. Не буду повторять всю эту чушь про ад и прочее - вы здесь не для этого. Драться вас уже научили, но этого мало - вам предстоит научиться выживать. Никаких "сделай или сдохни" - сдохни, но сделай, и неважно, как. Ваша задача - ударить в спину и вернуться, поэтому в первую очередь вы будете учиться выживать... И экзамен у вас будут принимать джерри!
  
   Когда-то Том думал, что в лагере десанта было тяжело учиться... Но тогда он ничего не знал о подготовке Специальной Авиационной Службы. Нет, многое было хорошо знакомо - только учили этому куда основательнее - но хватало и нового.
   Вождение всего, что имеет хотя бы одно колесо. Обращение с любым оружием в первую очередь, естественно, немецким. Основы пилотирования. Тактика малых отрядов. Минно-взрывное дело. Немецкий язык. Физическая подготовка. Прыжки с парашютом - единственная отдушина для Тома...
   Иногда начинало казаться, что в сутках не двадцать четыре часа, а все сорок восемь.
   Впрочем, друзья довольно быстро втянулись в бешеный ритм учёбы - после Арнема это не казалось слишком уж тяжёлым. Немецкий Том, похоже, знал до контузии - или от имел талант к языкам, стрелять из всего подряд и драться научился в Голландии, да и тактика давалась легко...
   Другим было тяжелее - кое-кто уходил сам, других отчисляли, но таких всё же было немного. И, разумеется, никто не жаловался - все прекрасно знали, зачем они здесь. Все они пришли сюда по своей воле, и без очень веской причины уходить не собирались...
  
   Всякий раз Том ждал этого момента - и всё равно он оказывался неожиданным. Вой врывающегося в кабину ветра, зелёный сигнал, шаг вперёд - и небо принимает его. Пустота вокруг, ветер в лицо, мчащаяся навстречу земля - а всё остальное не значит ничего. В эти мгновения он чувствовал себя чем-то большим, чем человек...
   Рывок раскрывшегося купола вернул Тома к реальности. Взглянув вниз, он перебрал стропы, наклонив купол, и приготовился к посадке. Парашют раскрыт на минимально возможной высоте, касание будет жёстким, и надо полостью сосредоточиться, чтобы всё прошло гладко...
   Касание. Привычный удар по ногам, последний рывок гаснущего купола, пальцы расстёгивают пряжки, а глаза ищут врага...
   Чисто. Собрать парашют, быстро закопать его - и можно выдвигаться, раскидав на крохотной полянке пригоршню табака с перцем. Некоторые вещи остаются неизменными...
   И снова он оказался на точке сбора первым - кажется, это уже вошло в привычку. Зим, отметив его появление, жестом разрешил отдыхать, и Том устроился под кустом, не забывая, впрочем, следить за обстановкой.
   Вскоре появился Джерри, отметился и тоже залёг отдыхать под кустом - терновым, куда вряд ли кто-то полезет. А для того, что бы его заметить, пришлось бы именно лезть в кусты - Том приятеля видел только потому, что точно знал, где он.
   На то, чтобы собрался весь отряд, ушло чуть больше минуты. Отличный результат, хотя больше, пожалуй, за счёт везения, а не управления парашютами - но без везения здесь никуда. Помнится, Наполеон как-то раз, когда ему расхваливали какого-то генерала, спросил, везуч ли он...
   И на этой мысли Том едва не отвесил челюсть, поняв, что никогда не слышал этой истории. Никогда... В этой жизни. Ещё один привет из прошлого - только что ж такой бесполезный? Нет бы что-нибудь из школьных времён вспомнить...
  
   Сержант Зим по какой-то причине особенно озверел, и к отбою Том устал настолько, что даже заснуть не мог. Желания бесцельно таращиться в потолок тоже не было, и Том решил потренировать разум - телу тренировок на сегодня явно хватит.
   Что он знает о себе? Достоверно - только то, что его зовут Томас. Почти достоверно - сирота, вырос в приюте, причём где-то в неблагополучном районе. По крайней мере, по словам врачей, в детстве он недоедал, да и то, что мелькало в снах, никак не говорило о процветании...
   Он учился в какой-то частной школе - правда, непонятно, как он туда попал.
   К этой школе точно имел отношение старик из приюта - хотя стариком он был разве что на детский взгляд, на вид Том дал бы ему лет пятьдесят. Почти наверняка к школе имел какое-то отношение дряхлый старик в нелепом балахоне - скорее всего, кто-то из попечителей, может быть, даже лорд. Замок... Вряд ли будет большой натяжкой предположить, что школа размещается именно в нём. Вот это, кстати, реальная зацепка - замков в Англии, конечно, хватает, но вряд ли школ в замках много.
   Из стройного ряда выбивалась только змея - она уж точно не могла быть реальной, но снилась наравне со всеми и определённо имела какой-то смыл. Смысл, который Том, несмотря на все усилия, так и не мог разгадать. Зато попытки найти его утомили настолько, что, наконец, удалось заснуть.
  
   - Сегодня, - объявил Зим, - вам предстоит боевая операция. Не слишком сложная, но зато весьма типичная. Вы отправитесь в Норвегию, перехватите там один поезд, уничтожите его груз и вернётесь. Цистернам - особое внимание. Вопросы?
   - Сэр, что в цистернах? - поднял руку Джерри.
   - В одной из них - вся оставшаяся у них тяжёлая вода.
   Тому это не говорило решительно ничего - видимо, ему и до контузии не приходилось слышать об этом веществе. Джерри, что ли, спросить?..
   Джерри знал. Только Тому от этого было не легче - то ли в школе не было нормальной химии, то ли он всё забыл, но не понял из объяснения почти ничего. Так или иначе, но для задания это особой роли не играло, и вникать он не стал. А вот состав поезда - это уже действительно важно. Вряд ли там одна цистерна, тем более, что норвежцы не рискнули подорвать этот поезд. Видимо, охраны там будет выше бровей -тем более, если эта тяжёлая вода так важна. Значит - платформа перед паровозом, пара платформ с зенитными скорострелками и минимум взвод, причём хорошо, если не эсэсовцев - и это минимум. Понятно, почему партизаны запросили помощь... И мину придётся ставить управляемую, а значит - сидеть где-то рядом. Впрочем, всё равно придётся - цистерна может и пережить взрыв, да и оставлять в живых лишних эсэсовцев не стоило.
  
   Как оказалось, план операции Том представил совершенно правильно. Пусть детали и различались, в общих чертах озвученный сержантом план совпадал с его предположениями... Правда, закончил он инструктаж не слишком радостной ноте:
   - Дело это странное и мутное - завод мы ещё в прошлом году разнесли, и откуда вода - непонятно. Так что действуем максимально аккуратно и норвежцам особо не доверяем...
  
   Четырёхчасовой полёт Том благополучно проспал, проснувшись только над Лиллехаммером. Три шага - и он в небе... И три шага сделаны.
   Небо вновь приняло Тома.
  
   Парашют раскрылся метрах в ста над землёй, если не меньше. Рисковано, но если их заметят, уцелеть будет нереально... А тогда уж лучше разбиться - это, хотя бы, будет мгновенно.
   Впрочем, высадка обошлась без проблем. Закопав парашюты, отряд двинулся к цели - ферме некоего Ханса Йенсена, который должен был уточнить детали задания... Правда, ждал он их вечером, а не утром - но у командования тоже возникли подозрения, и план операции изменили, никого из Сопротивления не уведомив. Так что охотников, если таковые были, ждал фатальный сюрприз...
   Без спешки, но и не медля, отряд двигался по редколесью, высматривая врага. Пока всё спокойно, но Тома не оставляло какое-то смутное беспокойство - словно кто-то смотрел в спину, раздумывая: потратить на него пулю, или подождать кого-нибудь поважнее...
  
   Ферма выглядела совершенно нормальной. Над трубой поднимался дым, подрагивали задёрнутые шторы, возилась скотина... Вот открылась дверь, вышла во двор девушка в заношенном пальто, за ней выскочила пегая собачонка, залаяла и рванула прочь. Девушка дёрнулась, словно собираясь броситься за ней, оглянулась на окно и, ссутулившись, пошла к сараю.
   - Не нравится мне это... - прошептал Зим. - Аткинс, поймай шавку.
   Том кивнул и, пригнувшись, бросился за собакой.
   Не так давно он заметил, что может стать почти невидимым - его почему-то переставали замечать - и теперь вовсю этим пользовался. Где ползком, где пригнувшись, он подобрался к мечущейся собаке и схватил её за ошейник - пальцы нащупали туго скатанную бумажку. Выдернув бумажку, Том развернул ее и выругался про себя - записка была на норвежском. Небольшая проблема - норвежец, Конрад Хетланн, в отряде имелся, но до него ещё надо добраться, а восход и брешущая собака этому никак не способствуют...
  
   Насчёт собаки Том оказался неправ - её метания и суматошный лай гарантированно отвлекали любых наблюдателей от скромного солдата. В какой-то момент он даже подумал, что собака специально отвлекает внимание... Но столь сложная дрессировка фермеру явно не под силу, а считать собаку разумной и вовсе глупо.
   Благополучно вернувшись, Том отдал записку Конраду - и тут же узнал много нового о норвежском языке.
   - Если кратко - никакого поезда нет, это ловушка, - объяснил Конрад, убрав записку в карман. - На ферме засада, причём гестаповская, и какая-то местная шишка. Что будем делать, сэр?
   - Точка всё равно засвечена, - Зим покачал головой. - Но на этот случай у нас приказ вывести агента, а шишку... Посмотрим. Вряд ли его стоит тащить с собой, так что потрошить будем здесь. Хетланн, можете набросать примерный план дома?
  
   Главной проблемой было даже не то, что штурмовать ферму приходилось днём - низкие облака обещали снег - а то, что требовалось не навредить заложникам. Всё-таки, SAS прежде всего учили убивать... Но когда оконное стекло со звоном раскололось, а на дёрнувшейся занавеске проступили алые точки, стало ясно: проблемы заложников больше нет...
   - Аткинс, гранату, - приказал Зим. - Гасить всех.
   Граната выбила остатки окна, и Том, выпустив короткую очередь, прыжком ворвался в комнату, тут же перекатом уходя в сторону.
   Живых в комнате не было - у окна лежал парень лет двадцати с простреленной головой, а в углу валялся искромсаный осколками полицай. Выдохнув сквозь зубы, Том метнулся к двери и пинком распахнул её - проём перечеркнула очередь Конрада.
   Их не ждали - вернее, ждали совсем не так... Ловушка сработала вхолостую, и самоуверенный охотник превратился в добычу. Лаял команды офицер, полицаи выскакивали в коридор - прямо под английские пули...
  
   Прошло едва ли десять минут, как в живых остался только чиновник из местной администрации - толстый плюгавый очкарик. Два десятка полицаев с офицером-джерри были мертвы. Доживал последние мгновения Конрад Хетланн, получивший пулю в селезёнку. Мёртв был агент Сопротивления - убит вместе с семьёй, причём полицаи основательно поиздевались над ними - особенно над девочками-близнецами лет пятнадцати...
   - Что за паскудные ублюдки!.. - прошипел Том и пнул чиновника в живот. - Так, мразь, рассказывай всё, что знаешь - или мы с тобой обойдёмся не лучше, чем твои хозяева - с ними!
   - Чистокровные арийцы, - сплюнул Зим. - Ты ещё Дирлевангера и его молодчиков не видел - вот где конченые ублюдки... Ладно, будем надеяться, этот урод говорит по-немецки.
  
   Толстый чинуша говорил, и очень охотно - вот только полезного он знал немного. Выбив всё, что чинуша знал, Зим застрелил его и приказал:
   - Похороните семью, оттащите эту падаль куда подальше - и уходим.
   - Так точно, - Том стянул с кровати покрывало и укрыл сестёр. - Дирлевангер, сэр? Тридцать шестая гренадёрская?
   - Именно.
   - Я запомнил, сэр. Всё запомнил...
  
   Три часа спустя отряд покинул разгромленную ферму, уходя на восток, и вскоре исчез в снегопаде. Механически переставляя ноги, Том старался сосредоточиться на лыжне перед собой - получалось плохо. Он считал, что после Арнема его уже ничем не принять - но резня на ферме наглядно показала, что он ошибался. Были вещи куда хуже, были твари куда отвратительней - и он сдохнет, но заставит черномундирную сволочь заплатить за всё...
  

3. In the flesh

   Война никогда не меняется.
   Всё повторялось - и на сей раз отчаянное наступление предпринимает враг. Только и для них мост слишком далеко, наступление уже начало выдыхаться... Да ещё и русские плотно насели с востока, так что будущее рейха представлялось весьма мрачным...
   Ничего не поменялось и для капрала Аткинса - всё те же рейды, стремительные и смертоносные, словно бросок кобры. Диверсии, спасение особо ценных пленных, устранение подвернувшихся нацистских вожаков любого ранга - за что Том брался охотнее всего...
   Правда, сегодняшнее задание всё же выбивалось из привычного ряда. Правда, в какую сторону, сказать было сложно.
   С одной стороны, на сей раз предстояло действовать в собственном тылу, с комфортом и любой возможной поддержкой. С другой - тыл всё-таки был американским, целью - недоумки, покушавшиеся на Эйзенхауэра, и здесь определённо был какой-то подвох...
  
   Подозрения Тома только укрепились, когда в комнату, где собрался отряд, вошёл капитан Прюэтт - последний, кого он ожидал увидеть.
   - Вольно, - кивнул капитан вскочившим бойцам. - Наша задача - ликвидировать вот этого человека.
   Загудел проектор, и на стене появилось холёное лицо с козлиной бородкой. Лицо трусливого подлеца...
   - Игорь Каркаров, - продолжил Прюэтт, - гражданин Германии, оберштурмбаннфюрер СС, сотрудник "Аненэрбе". Попортил нам немало крови... Как именно - не ваш допуск. Цель укрывается на вилле под Верденом, планов её у нас нет. По неподтверждённым сведениям цель сопровождают три-четыре бойца СС с пулемётом. Командую операцией я, выдвигаемся немедленно. Вопросы есть?
   - Никак нет, сэр, - ответил за всех Зим
  
   Вопросы были у Тома - но явно не те, которые стоило задавать командиру.
   Лицо и имя были знакомы, определённо знакомы, но как и откуда? Где простой англичанин мог столкнуться с нерядовым эсэсовцем? Похоже, не так уж и прост англичанин... Но об этом сейчас нет смысла думать - есть задача, а всё остальное пока не имеет значения. Тем более, что времени безбожно мало - час полёта да часа полтора до темноты, и за это время надо разведать местность и подобрать снаряжение...
  
   Вилла была не особенно велика и должна была изображать деревенский дом... Или, скорее, фантазию архитектора на тему деревенского дома.
   - М-да, - хмуро изрёк Зим, опустив бинокль. - Четверо сразу выпадают - дать дёру через окно тут проще, чем с бревна упасть. Капитан, нам с вами лучше всего зайти через задний вход, Аткинс и Вуд - через парадный. Оуэн, сможете тихо забраться на балкон?
   - Да, сэр.
   - Отлично. Берёте Мейсона и Смита и зачищаете второй этаж. Остальным следить за периметром и бить всех, кто попытается сбежать.
   - Сержант, почему именно мы с вами?
   - Очень просто, сэр - чтобы не разбивать сработанные двойки. Я-то с кем угодно работать могу...
   - А я в штабе засиделся. Что ж, работаем по вашему плану...
  
   Короткий зимний день подошёл к концу, солнце скрылось за горизонтом - и одиннадцать человек в грязно-белых комбинезонах двинулись к виллле. Где ползком, где - пригнувшись, короткими рывками, надолго замирая, они без суеты заняли позиции, дождались кивка сержанта - и начали.
   Едва слышно стукнула обмотанная тряпкой кошка, Оуэн дёрнул верёвку и полез на балкон, пока Джерри ковырялся в замке отмычкой - дверь оказалась слишком крепкой, чтобы её просто выбить. Наконец замок тихо щёлкнул и открылся. Том распахнул дверь, швырнул гранату и тут же захлопнул.
   Хлопок. Том снова распахнул дверь, упал за порог и откатился в сторону. Вовремя - по проёму чиркнула пулемётная очередь, и Джерри, чертыхнувшись, отправил в ответ гранату.
   Эсэсовец в комнате был один - пулемётчик, белокурая бестия как бы не семи футов ростом. Помимо него имелись пилот Люфтваффе и некогда смазливый хлыщ в штатском. Все трое угрозы не представляли - хлыщ и пулемётчик были мертвы, да и пилоту осталось недолго...
   - Бери пулемёт, - приказал Том, - и двигаемся. Похоже, разведка опять облажалась...
   - Ну да, шума слишком много для горстки телохранителей, - согласился Джерри. - Давай!
   В гостиной было три двери, считая ту, через которую они вошли. Вторая вела в курительную комнату, где обнаружился раненый в ногу рядовой Фарли. Десантник, несмотря на рану, был подозрительно доволен, и причина этого определённо содержалась в немецкой фляге.
   - Фарли... - вздохнул Том. - Зим тебя за это с дерьмом съест. Пить на задании...
   - Это антисептик, - потряс Фарли флягу, - и обезболивающее. Да и вообще, старине об этом знать незачем...
   - Прикрывать не буду, - ответил Том из гостиной. - Джерри, давай!
  
   За второй дверью была библиотека - пустая, но с винтовой лестницей в дальнем углу. Не раздумывая, Том метнулся к ней, не дожидаясь напарника, взбежал, на несколько секунд замер, прислушался - и выбил дверь.
   За дверью оказался кабинет, а в кабинете - Каркаров, явно не ожидавший гостей с тыла. Он резко обернулся, вскидывая руку - да так и замер, потрясённо глядя на Тома.
   - Господин?! Это вы?!
   За глазами снова вспыхнула боль, выбрасывая на поверхность мешанину смутных образов, Том скривился и нажал на спуск. "Стэн" привычно дёрнулся, грудь Каркарова наискосок перечеркнула очередь... Удивление в глазах упавшего на колени болгарина сменилось непониманием - и пустотой. Задание выполнено...
   Сломав выпавшую из руки Каркарова палочку, Том прислушался и аккуратно открыл дверь.
   - Задание выполнено, сэр, - доложил он сержанту, приготовившемуся выбить дверь. - Мы тут удачно зашли...
   - Рад за вас, - отозвался сержант. - Уверены, что это он, капрал?
   - Абсолютно, сэр. Такую гнусную рожу ни с кем не спутаешь.
   - Отлично. Что ж, капрал, три дня отдыха... и отберите у Фарли шнапс - кажется, этот идиот не всё вылакал.
  
   Рассеяно глядя в окно, Том обдумывал вчерашнее происшествие. Каркаров, несомненно, узнал его - но где и как они встречались раньше, Том так и не вспомнил. Память по-прежнему зияла пробелами... но вернула самое главное.
   Магия.
   Сперва Том принял эти воспоминания за бред - но когда, после долгих попыток, смог зажечь на ладони шарик света, мнение поменял...
   И теперь он ехал в Париж за волшебной палочкой и вспоминал. Размытая мешанина детских лиц и уныния - приют. Замок из снов - школа, он был прав. Зелень и серебро, добродушный толстячок Гораций, хитрец, каких мало. Компания подростков, которую он сколотил - вспомнить бы ещё, зачем... Несколько заклинаний разной сложности, сейчас почти бесполезных.
   И всё. Конечно, рано или поздно он вспомнит и остальное, но пока придётся обойтись тем, что есть... и держать язык за зубами. Иначе ему очень повезёт, если он окажется в психушке, а не в секретной лаборатории, да и у магов было что-то насчёт секретности.
   Магия... Подумать только, ещё вчера утром магия была для него всего лишь сказкой, до которой ему нет дела - а уже вечером оказывается, что магия абсолютно реальна, что он сам - маг, и таких, как он, многие сотни. Это открытие было шокирующим... Но почему-то не шокировало. Впрочем, Том сомневался, что в мире есть что-то, способное его шокировать - столько всего он успел повидать всего за полгода. Магия? Ну пусть будет магия...
  
   Найти магический район Парижа оказалось не слишком сложно. Достаточно было положиться на чутьё и идти, бесцельно таращась по сторонам - и часа через полтора он был на месте. Узкий - двоим не разойтись - проход между двумя домами, который, как быстро заметил Том, не замечал никто. Люди проходили мимо, машинально отводя глаза, и не замечали ни прохода, ни, тем более, висящей в паре шагов от входа деревянной руки с волшебной палочкой, указывающей вглубь прохода.
   Усмехнувшись, Том щёлкнул зажигалкой, затянулся и свернул в проулок. Десяток шагов - и каменная щель распахнулась, открыв совершенно средневековый квартал.
   Каменные и деревянные дома в один-два этажа, разноцветье вывесок, изящная, словно игрушечная, ратуша, привычно монументальный Гринготтс... Знакомая и одновременно непривычная картина - Косой переулок был похож, но не так уж и сильно. Другая архитектура, другая планировка, другие люди... И следы боёв повсюду - наспех починенные окна, подпалины на стенах, щербины на мостовой и флаг Свободной Франции на ратуше - похоже, магическое Сопротивление показало себя не хуже магловского.
   Том без особой цели прошёлся по площади, заглянул в банк, где обменял франки на галлеоны и отправился за волшебной палочкой.
  
   - Здравствуйте, месье! - сверкнула улыбкой девушка за прилавком. - Хотите купить новую палочку? Или вторую - военные так делают?
   - Новую, - Том улыбнулся в ответ, потихоньку разглядывая девушку. Рыжевато-каштановые волосы, милое личико, крепкая, но стройная фигурка - пожалуй, стоит познакомиться поближе... - И я довольно прилично говорю по-французски.
   - Ох, это просто прекрасно! Итак, палочка... Вы её потеряли?
   - Да.
   - Из чего она была сделана?
   - Не могу сказать, - Том развёл руками. - После контузии страдаю провалами в памяти, так что...
   - Ох, простите... - девушка на мгновение сникла. - Но так даже интереснее, месье...
   - Том, просто Том.
   - Жаклин, - девушка кивнула. - Том, вы правша?
   - Правша, хотя левую руку натренировал.
   - О, это роли не играет. Теперь возьмите меня за руку... Ох! Да, вам нужна крепкая палочка... Вот, попробуйте эту - вяз и сердечная жила дракона, шедевр Гаррика Олливандера - он учился у моего дяди.
   Палочка в руке Тома осталась мёртвой деревяшкой. И следующая. И ещё одна. И ещё... На втором десятке Жаклин вздохнула и достала из-под прилавка короткую гладкую палочку.
   - Дуб и перо феникса, восемь дюймов, - сообщила она. - Мой шедевр... Был бы, если бы дядю не убили...
   - Мои соболезнования, - Том взял палочку, наслаждаясь исходящим от неё теплом. - Шедевр во всех смыслах, сколько я вам должен?
   - Смерть мерзавца по фамилии Каркаров, - почти прошипела Жаклин.
   - Я убил его позапрошлой ночью, - Том поднял палочку, - и в том клянусь.
   Жаклин резко выдохнула, перегнулась через прилавок и поцеловала Тома.
  
   Том лежал, закрыв глаза, и прислушивался к мерному дыханию спящей рядом девушки. Когда он в последний раз мог вот так расслабиться?.. Пожалуй, что и никогда - во всяком случае, он такого не помнил. Новый и весьма приятный опыт, не чета борделю или... Как там звали ту девку с Хафлпаффа? Том не помнил имени, да и лицо толком вспомнить не мог - и был уверен, что забыл её, едва расставшись. Жаклин... Жаклин он забыть не сможет. Никогда... И вернуться к ней он не сможет. Они слишком чужды друг другу - но никто и ничто не отнимет у них ещё одну ночь...
  
   - Ты уезжаешь завтра?
   - Восьмичасовым поездом, - кивнул Том, - и сегодняшний день в нашем распоряжении.
   - Тогда давай потратим его на прогулку по Парижу, - предложила Жаклин. - Я иногда выбираюсь вот так, без особой цели побродить... Выбиралась - при бошах, сам понимаешь, не до того было. Дядя возглавлял ячейку Сопротивления, и я была связным... Моталась по всей Франции, несколько раз уходила только чудом - а для дяди чуда не нашлось... Ох, давай не будем о грустном - ты ведь раньше не бывал в Париже? Тогда пошли! - Жаклин буквально потащила Тома на улицу.
  
   Война не обошла Париж стороной, её следы были видны тут и там, но город почти не пострадал по сравнению с Ковентри или Сталинградом, виденным Томом в хронике, и теперь торопливо возвращался к мирной жизни. Пожалуй, даже слишком торопливо - но трудно винить людей, четыре года проживших под оккупацией, в желании скорее забыть нацистское владычество. Парижане радовались жизни - и Том не мог не разделить эту радость.
   Жаклин оказалась прекрасным гидом - нашлось немного мест, которых она не знала и в которых с ней ни разу ничего не случалось. Том внимательно слушал - было интересно, да и тактику Жаклин понимала на уровне инстинкта, выдавая порой гениальные идеи... В конце концов они остановились в каком-то кафе, и Том, изучая меню, задумчиво произнёс:
   - Довольно странно обсуждать на свидании тактику малых групп, тебе не кажется?
   - А почему бы и нет? Ты парашютист, я - подпольщица... А если серьёзно, то эта война нас ещё долго не отпустит. Не знаю, как ты, а я ещё долго буду высматривать в толпе гестаповцев... Прекрасно понимая, что их там нет и быть не может.
   - Знакомо, - Том покачал головой. - Но у нас всё-таки свидание, так что давай лучше про что-нибудь мирное... Про Шармбатон, например - ты же там училась? А то у нас про него столько всякой чепухи болтают...
   - Ох, ты бы слышал, что у нас про Хогвартс говорят, - фыркнула Жаклин. - Ну, слушай...
   За кофе и болотовнёй парочка просидела до вечера. О войне не вспоминали, благо, и без неё было о чём поговорить. Жаклин интересовало вообще всё - от теории магии до эволюции Вселенной, в магловском мире она ориентировалась не хуже, чем в магическом... и бомбы рядом с ней не взрывались.
   С ней было интересно и весело, она была страстной - но всё же они оставались друг другу чужими. Оба прекрасно это понимали - и не вспоминали об этом. В конце концов, у них впереди ещё целая ночь...
   - Ну что, пойдём? - предложил Том, выглянув в окно. - Темнеет уже.
   - Пойдём, - согласилась Жаклин.
  
   Открыв глаза, Том несколько минут просто лежал, прислушиваясь к дыханию девушки. Затем нашарил часы на столике, прищурился, вглядываясь в светящиеся цифры. Семь часов, пора вставать... И хорошо бы не разбудить Жаклин.
   - Уже уходишь? - девушка приподнялась на локте.
   - Да, - отозвался Том. - Прости, что разбудил.
   - Том... - Жаклин смотрела куда-то мимо него. - Мне было хорошо с тобой, но... Пожалуйста, не возвращайся. Ты ведь и сам уже всё понял, правда?.. Мы слишком похожи, чтобы ужиться, и слишком чужие друг другу, вот и всё. Я никогда не забуду тебя, но прошу - не возвращайся! Смотри вперёд. Иди вперёд. Промедли -- и ты состаришься. Остановись -- и ты умрёшь...
   - Что ж, - печально улыбнулся Том, - спасибо тебе за всё, Жаклин... И прощай.
   Последний поцелуй - и Том шагнул за порог. На миг захотелось остановиться, сказать, что они оба ошиблись... Но нет. Всё правильно - хоть от этого и не легче. Он никогда не забудет её... И никогда не вернётся.
   - Прощай... И будь счастлив, - едва слышно прозвучало за спиной.
  
   Протяжный гудок, шипение пара в цилиндрах - поезд тронулся, унося Тома на фронт. Снова война... И пора уже задуматься о том, что будет после.
   До сих пор Том не задумывался о послевоенном будущем - прожить бы день - но ведь надо же когда-то и начать? Конечно, он всё ещё может не дожить до конца войны, но если доживёт... Первым делом он займётся своим прошлым. Пройдёт по местам, которые вспомнил, найдёт людей, заглянет в Хогвартс... И выкинет к чертям все скелеты из всех шкафов, а то, похоже, их там многовато накопилось. А дальше - по результатам...
   Приняв решение, Том расслабился и закурил, глядя в окно и насвистывая песенку про Томми Аткинса. Жизнь продолжается, война никуда не делась, бог в небесах и в мире всё в порядке...
  

4. Light in the Black

   Остаток зимы пронёсся быстрее нового немецкого истребителя, занятый бесконечными вылазками в тыл и охотой на разбегающихся эсэсовцев. Вроде бы только что закончилась мясорубка в Арденнах - а Союзники уже форсировали Рейн...
   Отряд Тома так и остался в подчинении у Прюэтта, выполняя всё более странные задачи... То есть, ликвидировал немецких магов. Такими темпами Прюэтту скоро придётся объясняться - и Тому было очень интересно, как он это будет делать.
  
   Очередная вылазка закончилась не то чтобы полным провалом - цель всё-таки ликвидировали - но удачной она явно не была. Двое убитых, поймавший "Конфундус" Джерри, а венцом всему стал развалившийся в воздухе "Шторьх". Хорошо ещё, успели снизиться... Но падение с трёх метров в мартовский Рейн здоровья не прибавляет, и Зим слёг с тяжёлой пневмонией... И отчитываться пришлось Тому.
   - Что ж, вашей вины тут нет, - подытожил доклад Прюэтт. - Прямой, во всяком случае. А теперь... Полагаю, у всех вас один вопрос: "Что за чертовщину мы видели?", не так ли? Я могу ответить на него - но не прежде, чем вы дадите подписку о неразглашении.
   Подписка оказалась стандартной, Том расписался, представил, что сказал бы на это Диппет, и хмыкнул.
   - Итак, - начал Прюэтт, убрав документ в папку, - видели вы именно чертовщину. Магию, если говорить серьёзно.
   Он извлёк палочку и продемонстрировал несколько заклинаний - с такой скоростью, что Тому оставалось только завидовать.
   - Существует магическое сообщество, - продолжил Прюэтт, - которое по некоторым причинам не афиширует своё существование - однако Его Величество, Правительство и высшее командование в курсе. Вы показали себя с наилучшей стороны, притом неоднократно, и командование решило поставить охоту на магов основной задачей нашего отряда. Дело это, как вы понимаете, добровольное, кто не хочет - тому аккуратно сотру память о нашей беседе, и вы с повышением перейдёте, куда захотите... Исключая сержанта Аткинса, который тоже оказался магом. Вопросы?
   - А нам дадут шляпы, как у Соломона Кейна? - ну конечно, заткнуться вовремя Фарли не способен...
   - Вместо парашюта, - предложил Прюэтт. - Что, не устраивает? Тогда замолчите, наконец! Осмысленные вопросы будут?
   - Сэр, если все маги такие крутые, как вы, что мы можем им сделать? - поинтересовался Мейсон.
   - Господь создал больших и маленьких людей, - ответил Прюэтт, - а полковник Кольт создал револьвер... Вам ясно?
   - Так точно, сэр!
   - Рад за вас... Итак, поскольку желающих уйти нет, начнём. У нас есть приказ ликвидировать вот этого деятеля, - на стол легла фотография. - Антонин Долохов, русский эмигрант, поручик РОА.
   - Что это, сэр?
   - Русская освободительная армия, - поморщился Прюэтт. - То есть банда дезертиров, перебежчиков, эмигрантской швали и прочего отребья. Если бы Долохов не знал кое-чего интересного, мы бы его просто оставили русским... В общем, имейте в виду. Где он прячется - неизвестно, так что просто смотрите по сторонам... Свободны до завтра!
  
   Отряд новость воспринял настолько спокойно, что Том было усомнился в собственном душевном здоровье... и только потом сообразил, в чём дело.
   В SAS не брали дураков - и его товарищи имели широкий кругозор (иногда даже слишком) и умели наблюдать и анализировать. Разумеется, им давно было ясно, что мир не ограничивается школьными учебниками и вечерней газетой... И, столкнувшись с магией, они воспринимали её ещё одной гранью мира, а не чем-то сверхъестественным. Есть люди, которые могут ходить по раскалённым углям или считать быстрее электрического арифмометра - почему бы не быть людям, способным превращать пистолет в вазу? В конце концов, как сказал однажды Зим, как только ты решил, что всё знаешь, попадается какая-нибудь мелочь - и оказывается, что не знаешь ты почти ничего.
   Гораздо больше всех интересовали практические возможности - и Тому пришлось попотеть, отвечая на множество самых разных вопросов... Которые, несмотря на всю свою очевидность, ни разу не приходили ему в голову! И ладно бы только ему - Том не помнил, чтобы этими вопросами задавался хоть кто-нибудь, и дело тут явно не в контузии... С этим определённо следовало разобраться как следует. Для начала - хотя бы убедиться, что память его всё-таки не подводит.
  
   Вечером Том поймал Прюэтта, высказал свои соображения - и смог наблюдать столкновение капитанского лба с капитанской же ладонью.
   - Мы все - идиоты, - сообщил Прюэтт, не убирая руку. - Вообще все. Никто ни разу ни о чём подобном даже не задумывался... Да уж, похоже, мы и впрямь застряли в Средневековье...
   - Я это ещё в школе заметил, сэр,- согласился Том. - Особенно на Слизерине это хорошо видно - если у тебя нет кучи золота и родословной длиннее, чем у жеребца с аскотских скачек, то ты для них пустое место, а если хотя бы полукровка - тебя и за человека считать не соизволят!
   - Вы учились на Слизерине, сержант? - неожиданно спросил Прюэтт.
   - Так точно, сэр.
   - Да, всё сходится. Я был на седьмом курсе, когда на Слизерин распределили приютского мальчишку... Ригл, кажется, была его фамилия...
   - Риддл, сэр, Томас Марволо Риддл, - имя вскрыло последние тайники в памяти. - Сэр, разрешите вернуться в казарму?
   - Отдыхайте, сержант, - кивнул Прюэтт.
  
   Том лежал на койке, таращился в потолок и пытался осознать вернувшиеся воспоминания. Осознавать не хотелось - очень уж было стыдно за собственный кретинизм. Мало того, что он скатывался на уровень даже не эсэсовцев, а лагерной охраны - это казалось ему совершенно нормальным! А нелепая идея с хоркруксами? Хорошо ещё, что успел создать только один, да сам же его и угробил... Правда, как именно - вопрос, потому что последний день он помнил очень смутно.
   Утром у него возникла какая-то мысль, которую он решил проверить, запустил в дневник несколько диагностических заклинаний для артефактов... И всё - следующим воспоминанием идёт больница. Что он ухитрился наворотить - так и осталось загадкой, но хоркрукса больше не было.
   Прежнего Тома Риддла этот факт напугал бы до истерики. Нынешнего - абсолютно не волновал. Слишком близко он познакомился со смертью, чтобы её бояться...
   Оставался, правда, вопрос - что теперь делать, но его Том решил отложить до конца войны. Хотя бы потому, что раньше он в Англию не вернётся, а планировать что-то, банально не зная, кто где и жив ли вообще, не имело смысла. А вот после войны... Пожалуй, он примется за старое, только на новой основе. В нынешнем виде магическое общество обречено, но ставка на ревнителей "чистоты крови" смысла явно не имеет - уж больно гнилая публика... А, ладно, там видно будет. До конца войны ещё дожить надо, а ещё Япония - после Германии их наверняка отправят на Тихий океан. И этим надо будет воспользоваться - на Британии свет клином не сошёлся, и у азиатских магов есть, чему поучиться. Ну вот, примерный план готов - и можно отдыхать, пока командование не осенила какая-нибудь идея.
  
   А на следующее утро Прюэтта вызвали в штаб, и десантники оказались предоставлены сами себе. С одной стороны, сбылась солдатская мечта - подальше от начальства, поближе к кухне, но с другой... Капитан в штабе обязательно получит фитиль. И обязательно захочет им поделиться с подчинёнными, начав с сержанта Аткинса. Сержант, конечно, поделится с рядовыми, но фитиль-то всё равно уже получен... А с третьей (ибо жизнь человеческая на соверен ни разу не похожа, и сторон у неё сильно больше двух) - если командира вызвали в штаб, то готовится нечто масштабное. Расслабляться явно не стоит, да и расслабляющиеся отморозки из SAS - дело такое, что запросто военной полицией кончится. Необходимо чем-то занять людей... И тут очень кстати вспомнилась читаная ещё в приюте книжка про Спарту. Конечно, идея требовала доработки и некоторой подготовки, но всё это можно было сделать от силы за час...
  
   Час спустя Том прохаживался перед строем и излагал:
   - Итак, джентльмены, мы с вами стоим на опушке леса. Лес этот невелик и имеет одну замечательную особенность - в нём спрятана бутылка коньяка. Она достанется тому, кто целой и невредимой принесёт её сюда не позже, чем через два часа. В средствах я не ограничиваю, разве что советую воздержаться от убийств... Ах да, чуть не забыл: тот, кто выйдет раньше времени с пустыми руками, до самого отбоя будет драить сортиры. Вам всё ясно, джентльмены?
   - Так точно!
   - Тогда вперёд!
   Десантники скрылись в лесу, а Том уселся на пне, наложил согревающие чары и развернул свежую "Таймс". Теперь оставалось только ждать.
  
   Первым, однако - где-то через час - появился капитан Прюэтт.
   - Позвольте узнать, сержант, что здесь происходит? - осведомился он.
   - Тренировка личного состава, сэр, - Том отложил газету, встал и отдал честь. - По принципу "все против всех".
   - Рад видеть, что вы не теряете времени даром, сержант... - Прюэтт взглянул на часы. - Изложите суть задачи.
   - Так точно, сэр!
   Том изложил. Прюэтт, выслушав его, похмыкал, закурил и только после этого сообщил:
   - Приемлемо. Надеюсь, обойдётся без травм... И кстати, кто, по-вашему, выиграет?
   - Полагаю, что Фарли, сэр. У него весьма нестандартное мышление и веский стимул.
   - Да уж...
  
   Том угадал - Фарли действительно оказался победителем. То, что остальных он опережал всего на пару шагов, значения не имело... Схватить-то его не могли, а прыгнуть или метнуть чем-нибудь не рисковали - бутылка этого бы не пережила.
   - Стоп! - рявкнул Том. - Мистер Фарли, победа за вами. Всем сдать отчёты в обычном порядке, после чего разберём ваши действия...
   - После чего получите новое задание, - закончил Прюэтт.
  
   - Итак, джентльмены, - начал Прюэтт, когда с разбором тренировки было покончено, - нам всем предстоит визит на Балканы. В Румынию. Да, могу понять ваше удивление, но нам предстоит выступить в качестве телохранителей представителя Министерства магии в составе международной комиссии. Отправляемся порталом через два часа, сбор здесь же. Вопросы?
   - С чем нам придётся столкнуться, сэр? - спросил Том.
   - С любой дрянью, какая только бывает в мире, как и всегда, - сообщил капитан.
   - Сэр, а что там вообще случилось?
   - Не вашего ума дело, Фарли. И не моего, если вас это утешит. Ещё вопросы?
   Больше вопросов не было, и личный состав был отправлен собираться.
  
   Как и абсолютное большинство магов, Том был уверен, что невыразимцы носят исключительно мантии с глубоким капюшоном - и уж точно не мундир пехотного офицера без знаков различия. Но длинноволосая блондинка в круглых очках именно мундир и носила... А ещё - "Хай пауэр" и кирасирский палаш, причём было заметно, что использовались оба часто.
   Тем не менее, она явно была невыразимцем - и не только потому, что Прюэтт им явно не был. Тому приходилось столкнуться с невыразимцем - тот незваным явился в Хогвартс после смерти Миртл - и очень хорошо помнил ауру чуждости, исходящую от него...
   Гостья обладала той же самой аурой.
   - Все в сборе, мэм, - доложил Прюэтт.
   Блондинка едва заметно кивнула и вытащила из кармана шнур фута в три длиной.
   - Всем взяться за шнур, - приказал Прюэтт. - Живо!
   Том схватил шнур последним - и в тот же миг его рывком сдёрнуло в пустоту, в лицо хлестнул порыв ветра, а ещё мгновение спустя по ногам ударила земля...
  
   - Что это было и куда оно нас занесло? - хрипло спросил Оуэн.
   - Это был портал, и он занёс нас, куда и требовалось, - сообщил Прюэтт. - В Румынии.
   - Во дворе монастыря, - уточнил Фарли. - Сэр, а этот портал - это телепортация, как в комиксах?
   - Вам виднее, рядовой...
   Том молча осматривался. Их действительно перенесло во двор монастыря - правда, давно заброшенного. Правда, сейчас тут было очень даже оживлённо...
   У пролома в стене ошивались пятеро джи-ай, а на вывалившемся куске сидел и курил штатский в шикарном плаще, у которого на лбу было написано, что он бобби.
   Чуть подальше, в углу, стояли и спокойно курили четверо русских - полковник в синих штанах, два солдата с автоматами и пришибленный жизнью лейтенант с папкой. Полковник периодически постукивал палочкой по кирпичам и что-то диктовал лейтенанту.
   В воротах же Тома ожидало по-настоящему невероятное зрелище... Справа от проёма стоял толстый и недовольный православный священник, слева же - какая-то абсолютно безумная компания.
   Их одежда, изначально белая, была расшита немыслимым количеством разноцветных лент, колокольчиков и Мерлин знает каких побрякушек, а головы тщательно замотаны белыми платками, так что открытыми оставались только глаза. В руках у всех семерых были посохи... И если только Том хоть что-то смыслил в магии - от такого посоха не отказались бы и все четверо Основателей. Похоже, местные невыразимцы... Или элитные бойцы - тоже вариант.
   События, тем временем, шли своим чередом - англичанка прошлась по двору, о чём-то спросила русского офицера и закурила, румыны разминались, подошла команда разрушителей проклятий - из местного филиала Гринготса, судя по снаряжению... Разрушители зачем-то притащили большого чёрного петуха - петух явно не питал никаких иллюзий о своей дальнейшей судьбе и истерично кукарекал.
   Скривившийся священник прочитал над петухом молитву, осенил крестным знамением и помазал елеем. Петух оказался закоренелым язычником и клюнул священника в палец...
   Петуха вручили ряженому отряду, после чего разрушители, аврор, русский полковник и блондинка-невыразимец вошли в здание... И всё.
  
   Том, как всякий солдат, решил воспользоваться моментом и вздремнуть - благо, Прюэтт сам приказал отдыхать. И сам же ему и последовал, так что на ногах остались только Оуэн, которому выпало дежурить, и Фарли, болтавший с американцем.
   Отдохнуть получилось часа три - могло быть и хуже...
   Том проснулся от гулкого хлопка, откатился за ближайшую кучу битого кирпича и выхватил палочку. Вовремя - из дверного проёма выскочили разрушители проклятий, тащившие американца, за ними - русский, потерявший фуражку и бивший какими-то незнакомыми заклинаниями, а в арьергарде шла англичанка. Выскочив во двор, она сорвала измазанную чем-то тёмным шинель, забросила её внутрь и послала вслед Адское Пламя. Палашом...
   На этом всё закончилось - если вы хотите закончить дело с огоньком, лучше Адского Огня вы для этого вряд ли что-то найдёте.
   - Похоже, нам пора домой, - заметил Том, выбравшись из своего укрытия.
   - Леди сейчас не в состоянии активировать портал, - покачал головой Прюэтт, - а мы с вами не сможем.
   - Отдел Тайн?..
   Прюэтт молча кивнул.
  
   Следующие три часа Том, к своему удивлению, провёл с пользой.
   А началось всё с американца - разрушители положили его на коврик и отбежали, а их место заняли те самые ряженые и начали танцевать, взмахивая посохами и распевая заклинания. Время от времени один из танцоров перепрыгивал через лежащего от ног к голове, касаясь в прыжке сначала его груди, а затем петуха ,привязанного в изголовье.
   Заклинания, к сожалению, были румынскими, и разобрать их не получалось - слишком уж тихо они звучали, да и знание латыни помогало слабо... Приходилось напрягать слух, и потому едва не пропустил кульминацию - дикий, почти человеческий крик петуха оказался полной неожиданностью.
   Пару раз конвульсивно дёрнувшись, несчастная птица умерла, а американец подскочил, не удержался на ногах и теперь сидел, ошалело крутя головой. Предводитель ряженых перехватил посох левой рукой, достал палочку, взмахнул ей над петухом и произнёс:
   - Lux aeterna Purgatio!
   Петух вспыхнул ослепительно-белым пламенем и исчез без следа.
   - Вот же... - Прюэтт задумчиво потёр подбородок. - Не знал, что такое бывает...
   Том знал - читал об этом заклинании, однако движения палочки в тех записках не упоминались. Стоило воспользоваться случаем - заклинание явно не было лишним, и он уже открыл рот... Но сказал совсем не то, что собирался:
   - Эй, ребята, все это видят?!
   "Это" - полевую кухню, у которой колдовал усатый здоровяк - видели все. И все проявляли к ней вполне понятный интерес...
   Повар же, помешав в котле, попробовал стряпню, погасил огонь и пронзительно свистнул.
  
   Получив котелок густого кислого супа и кружку отдающего сливой бренди, Том на некоторое время выпал из реальности и вернулся к ней, только опустошив котелок. Вздохнув, он отпил бренди, посмотрел на сосредоточенно работающих ложками ряженых и решил попробовать. В конце концов, даже если его пошлют к Мордреду - не страшно. Он, в конце концов, был в Арнеме, а это куда хуже...
   Поэтому он просто подошёл к предводителю ряженых, пожелал здоровья и спросил, можно ли задать ему пару вопросов.
   - Я нехорошо знаю немецкий, - ответил тот, - и не всё можно сказать. Но вы спрашивайте - я отвечу или скажу, что это тайна.
  
   Ряженые оказались калушариями - древним орденом разрушителей проклятий и борцов с нечистью. Министерства магии балканских стран старались как можно реже иметь с ними дело - их услуги обходились недёшево, но и стоили каждого кната. В подробности их командир - стариц - вдаваться не стал, зато с большим удовольствием продемонстрировал весь свой богатый арсенал экзорцизмов, о большей части которых Том даже не догадывался, а также снабдил "единственным правильным" рецептом цуйки... Словом, время было потрачено с пользой. Теперь оставалось только вернуться на базу и записать всё, что он сегодня узнал - кроме рецепта, конечно. Рецепт нужно пересказать Фарли - тот найдёт, как его реализовать, но и только.
   Том Риддл был солдатом, а с точки зрения солдата самогон стоил любых тайн магии...
  

5. Attero Dominatus

   Прищурившись, Том выбил из пачки сигарету, поймал её зубами и щёлкнул зажигалкой. По большому счёту, делать им тут было нечего, но...
   Во-первых, дуэль двух сильнейших магов поколения - большая редкость. К счастью... Во-вторых, верить в честность Тёмного Лорда мог только законченный идеалист... Каковым и был Альбус Дамблдор.
   Прежний Том ненавидел и презирал его - нынешний не видел причины для столь сильных чувств. Разумеется, Дамблдор будет против его идей... Но уважения он определённо заслуживал - уже одной этой дуэлью.
   Затянувшись, Том достал палочку, закрыл левый глаз и вычертил на веке рунную связку. "Глаз дракона" продержится не больше часа и на целый день обеспечит добротной мигренью - но возможность видеть магию того стоит, а дуэль не будет долгой. Не тот уровень... Так, началось!
  
   Первый взмах палочки - Гриндевальд явно рисуется - и пустырь, бывший когда-то парком, захлестнула магия.
   В этой буре энергий почти терялся рисунок боя, а то, что удавалось разглядеть, было почти незнакомо - не английская школа, не немецкая или даже русская, а свой собственный стиль, вырабонный годами сражений... То, что самому Тому только предстояло создать.
   И, конечно, он оказался прав - долгой дуэли не получилось. Десять минут - и Гриндевальд лежит на изуродованной земле.
   - Я всё же надеюсь, что однажды ты поймёшь свою ошибку, Геллерт... - произнёс Дамблдор. Взмах палочкой поднял тело над землёй, воздух с хлопком занял освободившееся место - и только тогда Том поднялся из-за остатков живой изгороди и резко свистнул.
   Можно уходить.
  
   Сержант Том Риддл неторопливо шагал по берлинской улице.
   Десятое мая. Гитлер мёртв, Гриндевальд заточён в Нурменгарде, Германия капитулировала... Война окончена - Япония протянет максимум полгода, и хотя его отряд вскоре отправят в Бирму, сейчас можно сполна насладиться первым мирным днём.
   Делать было нечего, а магический квартал Берлина во время штурма буквально стёрли в пыль, так что Том без особой цели бродил по городу, пока не вышел к Рейхстагу. Некогда величественное здание ныне смотрелось довольно жалко, покрытое копотью, выбоинами от пуль и снарядов... И надписями. Надписи, за редкими исключениями, были русскими, но попадались польские, чешские и даже английские (сделанные, правда, американцами). Особенно Тома восхитили две совершенно одинаковых надписи "Развалинами Берлина удовлетворён." Одна - русская, подписанная "Пискунов", вторая, английская, принадлежала американскому десантнику Т. Томпсону, скорее всего - тоже Тому.
   Риддл хмыкнул, извлёк кинжал и нацарапал рядом: "С любовью из Лондона. Томми Аткинс". Просто, со вкусом и вроде как за всю армию...
  
   На прогулку по Берлину ушёл весь день. Том несколько раз столкнулся с русскими патрулями, набрёл на чудом уцелевший пивной погребок и даже помог русским поймать мародёра.
   Всё это никак не могло считаться нормальной мирной жизнью... Но это не было войной. И неважно, что будет дальше - для этих людей худшее уже позади. Они пережили войну - теперь им нечего бояться...
   Как и ему самому.
   Том не видел смысла бояться - но он по-прежнему оставался полукровкой со Слизерина, вдвойне хитрым, осторожным и циничным. Правда, истинный слизеринец никогда не доверился бы интуиции - а для Тома это было совершенно естественно. Мелочей на войне нет, а тем более - во вражеском тылу, и если ты не доверяешь себе или товарищам, ты труп...
   Именно интуиция заставила его остановиться рядом со скамейкой, на которой усталая немка средних лет раскладывала книги. "Фауст" - кажется, самое первое издание, какой-то неизвестный Тому немецкий поэт, Гейне - тоже не самое новое издание, Шестая книга Моисея и венцом всему - "Преображения материи" Сен-Жермена.
   Почти наверняка книги были ворованными - Тома это не волновало. Интуиция не подвела - если удастся купить Сен-Жермена, Слагхорн у него в руках. Этот жук удавиться готов - или, скорее, удавить - за редкий алхимический трактат, а уж работа Сен-Жермена...
   Небрежно перелистав книги, Том поинтересовался ценой - та оказалась абсурдно низкой. Похоже, книга была не просто краденой - продавщица даже толком не представляла, что попало ей в руки. Конечно, даже так это стоило Тому почти всех имевшихся денег, но Слагхорн всяко дороже...
   На этом прогулка и закончилась - гулять стало не на что.
  
   Вернувшись, Том первым делом выпросил у Оуэна кусок парашютного шёлка, наложил защитные чары и тщательно упаковал книгу. После этого он заглянул к Прюэтту и спросил:
   - Сэр, я могу воспользоваться вашей совой?
   - Ну, если поймаете... - пожал плечами Прюэтт.
   - Спасибо, сэр, - Том поспешил убраться - не стоит лишний раз мозолить глаза начальству.
   Вернувшись в комнату, Том прогнал со стола подобранного Фарли кота и принялся за письмо.
   "Достопочтенный профессор Слагхорн! - писал Том. - Причудливые течения судьбы вырвали меня из жизни магической Британии на целый год, однако я не забывал о ней. И вот, воспользовавшись случаем, я пишу вам. Мне удалось приобрести экземпляр "Преображений материи" Сен-Жермена, каковой посылаю вам с этим письмом, опасаясь предоставить его изменчивому военному счастью.
   Поскольку, как я уже отмечал, я был оторван от любых британских дел, и даже о поражении Гриндевальда знаю лишь потому, что имел честь быть его свидетелем, я надеюсь, вас не затруднит поведать о достойных внимания событиях этого года, а также о судьбе моих товарищей, если вам что-либо известно о них.
   С искренним уважением и наилучшими пожеланиями - Томас Марволо Риддл, сержант на службе Его Величества."
   Поставив точку, Том перечитал письмо и остался доволен. Слагхорн, конечно, редкостный хитрец, но если знать, как, зацепить его несложно... Правда, при этом ни в коем случае нельзя было думать, что ты им манипулируешь. Слагхорн всегда преследовал только свои интересы...
   Да, Гораций Слагхорн был добродушным толстячком, любителем вкусной еды и хорошей компании, мастером-зельеваром и отличным педагогом... но при этом знатоком тёмной магии, членом Свиты Её Высочества принцессы Елизаветы и инспектором Королевского Корпуса Безопасности, в котором состоял ещё в те времена, когда тот был Королевским протестантским рыцарским орденом.
   Иными словами, Гораций Слагхорн был одним из самых опасных людей по обе стороны Статута. Опасных - и влиятельных... А влияние Тому понадобится, поэтому Слагхорна необходимо перетянуть на свою сторону - и не забывать, что он всегда на своей и только своей стороне...
   Отправив сову, Том посмотрел на часы и достал Ксенофонта - как раз осталось немного времени до отбоя, на главу-другую хватит.
  
   Сова вернулась на рассвете. В ответном письме Слагхорн благодарил за книгу и вкратце рассказывал о случившемся в отсутствие Тома. Как оказалось - ничего действительно важного он не пропустил. Магическая Британия старательно делала вид, что всё в порядке... Но получалось плохо. Война зацепила всех - но кого-то лишь царапнула мимоходом, а кому-то запустила когти прямо в сердце. А кто-то и вовсе остался на полях Фландрии, в бокажах Нормандии или в джунглях Малайи...
   Слишком многие уже не вернутся домой.
   А кому-то и некуда возвращаться...
   У Тома Редла никогда не было дома - разве что казарма... И в Англии его, по большому счёту, ничего не держало. Он мог отправиться куда угодно... Вот только однажды найдётся другой сирота-полукровка, который пройдёт до конца, став новым Гриндевальдом - или Дамблдором, что ещё хуже.
   Если Гриндевальду требовалась власть сама по себе, то Дамблдор мечтал облагодетельствовать весь мир - или хотя бы Британию, для начала. Счастье для всех, даром, и пусть никто не останется обиженным... Не останется никого - это верно, но разве настоящего идеалиста волнуют такие мелочи? И если Дамблдор хотя бы знает, что такое война, то для его наследника это будет просто ещё одно слово в словаре... И это будет концом всего. Да, за Робеспьерами приходят Наполеоны - вот только до Наполеона ещё надо дожить. А это у магической Британии не получится - магов слишком мало, а чистокровные слишком чванливы и тупы, чтобы признать власть "маглолюбца", или, того лучше, "грязнокровки". А если у власти окажется один из них - всё кончится ещё быстрее. Начнётся резня маглорождённых, потом кто-нибудь особо тупой полезет к маглам - "они же просто животные" - и всё. Докторфаустштрассе русские, если верить очевидцам, разнесли без единого заклинания, одними бомбами - Косой с Лютным чуть больше, но уж пару сотен бомб Корона легко найдёт... Не говоря уж о Корпусе безопасности, как раз на такой случай и созданном.
  
   А утром пришёл приказ - отряд перебрасывали в Индию. В Импхал, к самой линии фронта...
   Чего-то подобного Том и ожидал - Япония всё ещё не собиралась сдаваться, продолжая бессмысленно тратить силы. Англичане уже давно бросили все эти островки, оставив врага в компании недовольных туземцев со стволами и моря ловушек... Но японцам ничего подобного в голову не приходило. Возможно, потому, что туземцы со стволами им самим не дадут уйти.
  
   Так или иначе, но война продолжалась, и отряду предстоял трёхдневный перелёт с несколькими посадками, а проспать столько Тому было не под силу - и он решил написать гримуар - как и подобает порядочному тёмному магу. Гримуаром служила подобранная в какой-то лавке конторская книга, в которую Том записывал всё, что попадалось интересного, начиная с румынских мракоборцев и их ритуалов. Рецепт самогона он, впрочем, бумаге не доверил...
  
   Импхал оказался довольно маленьким и довольно грязным для столицы княжества - хотя, несомненно, приличнее Бомбея. И гарнизон здесь был гораздо серьёзнее - ничего масштабного после прошлогоднего разгрома японцы не предпринимали, но коммандос засылали с удручающей регулярностью. Англичане платили той же монетой, и на границе то и дело вспыхивали короткие стычки, обычно заканчивающиеся ничем - несколько убитых и раненых не в счёт...
   Отряд разместили в казарме, придали проводника и инструктора - мрачного гуркха, отзывавшегося на прозвище Ракшас, и дали десять дней на подготовку.
  
   Причина спешки выяснилась уже на третий день - японцы прислали крайне наглого оммёдзи-змееуста, регулярно натравливавшего на город змей.
   Со змеями Том договорился. Сошлись на том, что японца они слушать не будут, но и Тому не подчинятся.
   Гуркх заинтересовался. И вечером, выдав очередную порцию сведений о джунглях, отозвал Тома в сторону и принялся рассказывать... И Том с трудом удерживал челюсть на месте.
   Флитвик однажды сказал: "В действительности всё не так, как на самом деле." Полугоблин был прав - всё действительно было не так. Всё и всегда.
   Парселтанг, клеймо тёмного мага и знак родства с самим Слизерином, считался в Индии благословением Шивы, и Том из чужака, которому нельзя доверять, превратился в талантливого, но необученного мага, нуждающегося в помощи... И Том, разумеется, согласился.
   Разумеется, учить его по всем правилам индийской магии Ракшас не мог - на это ушли бы годы - но при желании, умении и знании основ даже за месяц можно было добиться многого. Учиться Том умел, основы магии были одинаковы везде, а желание было острейшим - опасность прекрасно мотивирует...
   Уроки перемежались рассказами - и от этих рассказов глаза лезли на лоб, а челюсть стремилась к центру Земли. По крайней мере, первое время - потом он как-то привык и воспринимал очередное откровение всего лишь с лёгким интересом. Маугли - вождь мятежных оборотней? Шерхан - кайзеровский шпион? Почему бы и нет, если Киплинг был сквибом с невероятным чутьём?..
  
   Укрытый листвой и простеньким тамильским заговором, Том лежал в кустах, не отрываясь от прицела. Где-то здесь кралась попортившая немало крови англичанам шестихвостая кицунэ, и эта вылазка должна была стать для неё последней...
   Что столь старая и сильная тварь забыла на их участке фронта - хороший вопрос, но Тома он сейчас не волновал. Сейчас его вообще ничего не волновало - он ждал. Ждал, когда проклятая всеми богами тварь рискнёт, наконец, высунуться из своего логова. Ведь ей не обойти его, и тогда он эту тварь пристрелит... Да, пристрелит, а шкуру отнесёт радже, и тот его щедро наградит...
   Спрятаться от кицунэ получится только под Фиделиусом, но вот обмануть можно. Можно притвориться, что ты охотишься на тигра-людоеда, тем более, что слухи ходили. И вряд ли даже кицунэ заподозрит английского солдата в грязном полуголом оборванце, провонявшем дымом, болотом и порохом, да ещё и прячушегося под охотничьими заговорами... Даже если сунется в его мысли - увидит только тигра.
   Охотник едва заметно пошевелился и снова припал к прицелу. Тишина... И из тишины между деревьев появилась женщина. Молодая, стройная, одета просто, но добротно - похоже, из зажиточных крестьян. Остановилась, покрутила головой, словно принюхиваясь...
   Глупая, подумал охотник, или не из местных, раз не знает про тигра. Местные все знают... Жаль, если она не местная - а то бы он на ней женился, убийце тигра-людоеда отказать не посмеют...
   Девушка сделала шаг, в прицеле мелькнули острые лисьи уши, и охотник нажал на спуск.
   Кицунэ быстры - но пуля за секунду пролетает две тысячи футов.
   Кицуне крепки - но пуля весит девятьсот гран.
   Голова жещины разлетелась гнилой тыквой, шрапнелью хлестнуло по траве красно-бело-серое крошево, тело, неуловимо меняясь, сломаной куклой повалилось на землю, разметав шесть ярко-золотых хвостов.
   Охотник - нет, снова Том Редл - спрыгнул с дерева, перезарядил ружьё и подошёл к трупу. Не иллюзия - шестихвостая действительно мертва. Наконец-то...
   Забросив ружьё за спину, Том потёр ушиб на плече - и замер. Шевельнул плечом, сбрасывая ремень, подхватил ружьё и взвёл курок.
   Его враг, притаившийся в зарослях, подобрался, готовясь к прыжку - и Том нажал на спуск. Выстрел - и взметнувшееся громадное тело рухнуло на землю, дёрнулись в агонии, ломая кустарник, могучие лапы, а Том, выругавшись сквозь зубы, тяжело опустился на траву - ноги откровенно подкашивались, и хорошо, если дхоти промокло только от пота...
   Впрочем, даже если и нет - вряд ли кто-то стал бы смеяться. Чуть не попасть в зубы тигру-людоеду - это как-то слишком даже для бойца Специальной Воздушной Службы.
   Отдышавшись, Том снова зарядил ружьё, достал нож и принялся свежевать добычу - награду за одноглазого тигра-людоеда действительно обещали...
  
   На обратном пути Том не раз и не два порадовался своему дикарскому "костюму" - в любой другой одежде было бы невыносимо. Последние несколько сотен метров он вообще преодолел на голом упрямстве и мечте о ледяном джине с тоником...
   Лето в восточной Индии было таким, что родная английская слякоть начинала казаться раем, а нынешний август, по словам старожилов, был даже гнуснее обычного. Впрочем, джин, награда за тигра и полагающаяся за кицунэ Военная Медаль несколько примиряли с действительностью... До следуюшего приказа, по крайней мере - всегда безумного, невыполнимого и самоубийственного. Их уже даже почти официально прозвали "Матёрыми самоубийцами"...
   Но пока что - не иначе, как чудом - обходилось без потерь и даже без по-настоящему серьёзных ранений. Правда, Оуэн лишился уха, Джерри пропороли ногу, а самому Тому сломали нос - но на боеспособности это почти не сказалось, а мелочёвку просто не считали. Ещё был случай, когда Мейсона укусила змея, но здоровяк-йоркширец перенёс укус довольно легко.
   Пока им везло - вот только насколько ещё этого везения хватит? Даже по теории вероятностей везение не будет бесконечным... а тут ещё и далеко не все возможности были равны.
   На самом деле Том ожидал беды уже на следующем задании - люди устали, раны давали о себе знать, и даже несгибаемый гуркх как-то поблёк. Если им не дадут хотя бы неделю отдыха, со следующего выхода вернутся не все. Если только...
   Том прикрыл глаза, пытаясь вспомнить странное чувство, царапнувшее душу утром. Словно идя по мелководью, провалился по колено в яму...
   Что-то случилось. Нет смысла гадать, что - так или иначе он всё узнает. И тогда - кто знает, как изменится мир?..
  
   Что ж, он узнал - и куда раньше, чем ожидал.
   На утреннем построении Прюэтт объявил:
   - Вчера, в восемь часов пятнадцать минут по токийскому времени американский самолёт сбросил на японский город Хиросима атомную бомбу. Она основана на явлении радиоактивного распада и обладает колоссальной разрушительной силой - её взрыв соответствовал взрыву не менее тридцати миллионов фунтов тротила...
   Слушая краем уха, Том с какой-то ленцой занимался подсчётами. Тридцать миллионов фунтов - это больше тринадцати тысяч тонн. В Галифаксе тридцать лет назад в пересчёте на тротил чуть меньше трёх тысяч... Это значит, что города просто нет - а сколько там людей жило? Тысяч триста, и если прикинуть масштабы того взрыва на этот... Мордред, не меньше сотни тысяч убитых разом! На сей раз магия безнадёжно проиграла магловской науке... И дальше всё будет только хуже. В чём бы другом, а уж в деле истребления друг друга люди двигают прогресс охотнее всего... и даже ему, с его довольно фрагментарным образованием, очевидно: бомба - всего лишь верхушка айсберга. Наверняка по ходу работы над ней маглы с нуля создали пяток новых наук и пару десятков отраслей промышленности... И теперь всё это свободно - а значит, магловские правительства могут приняться за магов всерьёз.
   Именно тогда, седьмого августа сорок пятого года, Том Реддл понял, что он будет делать после войны. Он вернётся в Хогвартс - преподавателем. Потому что магический мир необходимо менять - и надо начинать с Хогвартса. С самого начала.
   И до победы.
  

6. No bullets fly

   - Не стоит думать, что это надолго, - заявил Прюэтт, прохаживаясь перед строем. - Пока что вы демобилизованы, но всё же советую не слишком задерживаться в колониях... Что же, джентльмены... Вольно!
   Слитный удар подошв, взлетевшие к лицам ладони - и "Матёрые самоубийцы" перестали существовать.
   - Ну, кто куда? - бодро осведомился Джерри. - Лично я - сразу домой...
   - А я пока задержусь, - покачал головой Том. - Посмотрю мир, закрою пробелы в образовании... В общем, отдохну как следует, а там видно будет.
   - Писать не забывай, - Джерри хлопнул товарища по спине. - Адрес-то помнишь?
   - Ну так!
  
   В оккупированной Японии у Тома была уникальная возможность сравнить четыре магических системы, и упустить её он не мог. Когда ещё получится вот так, разом увидеть американских, русских и японских магов?..
   И Том смотрел, слушал и делал выводы.
   Самым интересным - и самым различным - было отношение к секретности. Так, в Японии Статут просто не действовал - но в нём, по большому счёту, и не было нужды. Столкнувшись с проявлением магии, японский магл не видел в этом ничего странного - для него это было совершенно естественно. Магия, боги и духи, волшебные создания - всё это было такой же неотъемлемой частью жизни, как и тысячу лет назад. Более-менее придерживались Статута - на уровне "не совать палочку маглу под нос" - выпускники Махотокоро, но школа существовала меньше ста лет и особым авторитетом не пользовалась... Остальным же - оммёдзи, жрецам с монахами, маглам и многочисленным ёкаям - было наплевать.
  
   В Америке картина была прямо противоположной - нелепый закон Рапопорт полностью изолировал магическое общество от магловского. Настолько, что маглорождённым стирали память, забирали их из семьи и отдавали в приёмную - разумеется, магическую. Главная нелепость закона, впрочем, была в другом - индейцы о нём в лучшем случае не знали, и колдовали, где вздумается. Чаще всего - в бою, и очередное поражение вызывало у властей неудобные вопросы... В итоге МАКУСА принял поправку, позволявшую раскрыться перед маглами, если магия против них была применена третьей стороной.
   Поправку впервые использовали в декабре сорок первого, что и спасло США от полного краха... А вот закону пришёл конец. Нет, формально он действовал, и его даже пытались выполнять - но было очевидно, что долго этот закон не протянет. Либо его отменят, либо он пополнит коллекцию бредовых законов... Тем более, что на Гавайях, Аляске и в индейских резервациях он и так не действовал. Тот ещё бардак, конечно, но родное министерство откалывало номера и похуже.
  
   Русские же... Русские, как всегда, всё сделали по-своему.
   С одной стороны, Статут в России не уступал британскому ни в чём, а кое-где и превосходил - русские обожали секретность, но с другой...
   Народный комиссариат чародейства и волшебства ничем не отличался от всех прочих, полностью магических поселений не было, а место Отдела Тайн занимал настоящий научно-исследовательский институт.
   Рядовые маглы в магию, естественно, не верили, столкнувшись с ней, писали в газету о "необычном природном явлении"... и чуть не поголовно знали правила обращения с магическими существами. Которые - разумная, естественно, их часть - имели гражданство, все причитающиеся права и обязанности и даже национальные автономии и представительство в Верховном Совете - советском парламенте.
   Том попытался представить кентавра в Палате Лордов, преуспел - и немедленно выпил. Картина получилась даже слишком яркая и реалистичная...
   А ещё была община волхвов - полностью независимая и почти не пересекающаяся с остальным миром. Раз в семь лет появлялся один из волхвов и забирал учеников - как это происходило, никто толком не знал, да ещё, по слухам, нескольких видели под Москвой зимой сорок первого...
   По большому счёту, волхвам на весь мир было наплевать - должно было произойти нечто действительно неординарное, чтобы кто-то из них отвлёкся от своих загадочных дел. Им было наплевать на мир - а вот мир хотел разобраться. Правда, разные его представители имели на этот процесс разные взгляды, порой прямо противоположные, и договориться не могли никак - возможно, не без помощи волхвов...
   Волхвы подозрительно походили на Народ Холмов - по крайней мере, так они выглядели в рассказах русских магов - но совершенно точно были людьми, по крайней мере - изначально. Чем они становились после посвящения, чем бы оно ни было, его собеседники ответить затруднялись.
   Волхвов Том решил пока оставить в стороне - на его планы они никак не влияли. Учиться у них всё равно не выйдет... Да и вообще, времени на настоящую учёбу у него не было - ни у русских, ни у японцев, но Том на это и не рассчитывал. Хватит и основ, а в остальном он разберётся сам - не впервой...
  
   За три недели трудно добиться многого, но Том выжал из этого всё и даже немного больше. Разумеется, мастером оммёдо ему не стать, но вот соорудить простейшую печать - вполне возможно. С магией русских дела обстояли лучше, но поскольку Том не ставил перед собой цели изучить чужую магию в совершенстве, его такое положение дел устраивало. И потому, нагло воспользовавшись служебным положением, бесплатно приобрёл билеты на пароход, идущий в Веллингтон. Прихватив с собой только вещмешок и некомату...
   Некомата появилась внезапно - какие-то подонки вообразили, что гайдзин - лёгкая добыча, и стали добычей сами. Некомата была в этой банде не пойми кем, в нападении не участвовала, поэтому трогать её Том не стал. Некомата разыскала его вечером, весьма наглядно продемонстрировала свою благодарность, а утром попросила забрать её из Японии.
   - А зачем, собственно говоря? - Том аккуратно высвободил руку, достал сигарету и закурил.
   - Да уж слишком многим я тут не нужна, - некомата отобрала у него сигарету. - Тут и якудза, и полиция, и ваши молодчики... А киви на всё пофиг, я с ними дело имела.
   - Тебя зовут-то как, деловая? - Том вернул себе сигарету.
   - Сакура, - некомата снова завладела сигаретой.
   Разумеется, Том ей не поверил - и ему на это было наплевать. Сакура так Сакура - половина проституток в Токио так представлялись. Если их отношения продлятся дольше Веллингтона, она, возможно, и назовёт настоящее имя... А может, и нет. Да, собственно, это было неважно.
   - Ладно, - Том отобрал остатки сигареты, затянулся и выбросил окурок. - Как, в кошачьем облике поедешь?
   - Две недели? Да я озверею, - Сакура по-кошачьи фыркнула. - Так что тебе придётся раскошелиться, Томми...
   - Думаешь, это проблема? - ухмыльнулся Том. - Мы не горсть риса в день получаем...
   - А шиллинг, да. Значит, договорились?
  
   Так и получилось, что в Новую Зеландию Том отправился не один. Что его более чем устраивало - Сакура много знала, знаниями охотно делилась и вообще не давала скучать...
   Будучи ёкаем, Сакура в принципе не пользовалась волшебной палочкой, для тонких манипуляций используя бумажные печати. Палочка же, по её мнению, годилась только для чесания задницы. Изнутри...
   Печати Тома не устраивали - они требовали отличного знания японского языка и понимания нюансов кандзи. Кроме того, печати не были универсальными... А манипуляции собственной энергией у людей и ёкаев различались слишком сильно. В результате научить друг друга они не могли почти ничему... Но и этого "почти" хватило на две недели - и с большим избытком.
  
   - Том, - некомата потянулась, выпустив кошачьи уши и хвост, - что ты собираешься делать?
   - Прямо сейчас?..
   - Ня, не трогай хвост! Когда приплывём, чем займёшься?
   - У маори вроде как очень интересная боевая магия, - пожал плечами Том, - а ещё есть племя оборотней-тюленей...
   - Да ну?
   - Есть такие, - подтвердил Том. - Я бы и сам не поверил, но придётся - Скамандеру я верю, а он их упоминает...
   - А кто это?
   - Ньют Скамандер? Биолог, закончил Хогвартс экстерном, хотя говорят, его выгнали... С тех пор он уже лет двадцать носится по всему миру, изучая всевозможное зверьё. Буньипа, например, описал именно он...
   Про буньипа Сакура читала, но подробностей, открытых Скамандером, не знала... И удивлялась совершенно искренне. Примерно так же был удивлён сам Том, узнав, что буньип - сумчатое...
  
   Плавание завершилось в срок и без приключений - ко всеобщему удовольствию. Сойдя на берег, Том и Сакура первым делом отправились на поиски магического анклава - благо, адрес Тому был известен.
  
   Чиновник Королевского Новозеландского магического департамента на чиновника похож не был. Он был молод, нетрезв и развлекался вырезанием королевского вензеля с помощью какого-то проклятия. На вошедших он едва взглянул и, не прекращая своего занятия, сообщил:
   - С кошки три сикля.
   Получив деньги, чиновник выдал Сакуре продолговатый жетон и полностью потерял интерес к гостям.
   - И это всё? - удивился Том, ожидавший совсем не такого.
   - Слушай, парень, тут и сотни магов не наберётся, да и то либо старики, либо юнцы, которые не под ту юбку полезли, где тут китайские церемонии разводить? - чиновник поднял глаза на Тома. - Палочку твою уже записали, чего ещё надо?
   Высказавшись, он вернулся к стакану с джином и довоенному магловскому комиксу.
   Том поморщился - на месте начальника этого парня он бы его без разговоров уволил за такое разгильдяйство, взял со стола у входа брошюру и вышел. Некомата, сердито фыркнув, последовала за ним.
  
   Брошюра оказалась куда полезнее чиновника - там, по крайней мере, были все нужные адреса и кое-какие пояснения - для тех, кто не хотел влипнуть в неприятности. Хотя судя по стилю и языку - скорее, наоборот, для желающих влипнуть.
   Тюлени-оборотни там тоже упоминались, и найти их оказалось несложно - двое или трое обычно держались в порту, рассчитывая на подработку. Все, кому надо, были в курсе, и Статут этому никак не мешал... С маори всё было и того проще - их маги-тохунга вообще не скрывались. И не только от маори - от англичан тоже, благо, маглы считали их обычными шарлатанами.
   - Вроде всё ясно, - хмыкнул Том, свернув брошюрку и убрав её в карман. - Ну, поехали?
   - Ага, - согласилась Сакура, подхватив его под локоть.
  
   - Ксо, ненавижу камины! - прошипела Сакура.
   Как истинная кошка, она, вывалившись из камина в "Длинном белом облаке", приземлилась на четыре точки, высоко задрав юбку - по мнению Тома, нарочно.
   Посетителей в баре было немного - двое типичных киви, основательно нетрезвых, пожилая дама, пившая кофе с ликёром и читавшая книгу и аврор, сосредоточенно поглощавший обед. Имелся, разумеется, и бармен - старый китаец, почему-то наводивший на мысли о Триаде.
   Именно аврора Том и выбрал, рассудив, что тот наиболее информирован.
   - Доброго дня и приятного аппетита, сэр, - обратился он к аврору. - Не возражаете против нашего общества?
   - Садитесь, чего уж там, - махнул рукой аврор. - Недавно у нас?
   - Только утром сошли на берег, - ответил Том, глотнув пива. - И сразу наткнулись на дурака и разгильдяя на таможне...
   - Вы про Денниса? - понимающе кивнул аврор. - Так он сын одного типа из чистокровных, Нотт-Бейли его фамилия. Золотая, мать её, молодёжь... Ну, ему и дали должность - вроде и смотрится важно, и вреда немного. Да и потом, не так нас тут и много, чтобы серьёзную таможню ставить. Если не считать маори, тут около шести сотен магов...
   - Этот Деннис утверждал, что меньше ста.
   - Да этот дурак только чистокровных считает, - поморщился аврор. - Кстати, вы не знаете, английским Ноттам он не родственник?
   - По правде говоря, не знаю точно - Кантанкерус Нотт со своим списком приложил немало усилий, чтобы этот вопрос запутать, - поморщился Том. - До вас же добрались его "Священные Двадцать Восемь"?
   - Нет, а что?
   - Ну, потеряли вы немного - это список из двадцати восьми фамилий - якобы древнейших и чистокровнейших, хотя сам он свою фамилию поставил в нём первым номером...
   - Мауи и Пеле, держащие мир! - вздохнул аврор. - Знаете, когда мой прадед в тысяча восемьсот сорок девятом сюда приплыл, ни о каких Ноттах никто и не слыхал. Они поднялись только после Крымской войны...
   - Они с железными палицами им навстречу, - фыркнула Сакура. - Бака гайдзины... Аврор-сан, а расскажите про маори?..
   - Тут лучше старика Ранги подождать и расспросить, - ответил аврор. - Он со своим учеником Тане почти всегда в это время заходят. Лучше их расспросить - я-то не знаток, так, кое-чего по верхам нахватался...
  
   Ранги оказался весьма впечатляющими стариком - рослым, всё ещё крепким и татуированным с головы до ног. Диппет на его фоне не смотрелся... Ученик тоже был хорош - ровесник Тома, тоже разукрашенный татуировками, хоть и поменьше, чем учитель, с фигурой античной статуи...
   - Н-ня-а... - пискнула Сакура. Уши торчком, хвост трубой, осталось только сердечки в глазах дорисовать. Не то чтобы Том этого не ожидал, но... А, собственно, что? Задумавшись на секунду, Том не без удивления понял, что ничего особенного не чувствует. Кошка, как известно, гуляет сама по себе - и большего, чем пара приятных недель, он с самого начала не ожидал. Даже обидно, что никакой ревностью и не пахнет... Да и Мерлин бы с ней - будто на свете мало девчонок!..
   Само собой, никакого серьёзного разговора не получилось, пока Ранги, наконец, не прогнал парочку, а Том не сообразил, что так и не представился. Исправив этот недочёт и узнав, что его нового знакомого зовут Джозайя, он заказал ещё пива, закурил и сказал:
   - Ну что, джентльмены, поговорим, как взрослые люди?
   - Да уж, Тане на взрослого не больно-то похож, - вздохнул старый маори. - Всё-то девушки в голове в прятки играют... Ну да ладно, раз уж так вышло - будешь ли ты сражаться с моим учеником?
   - Из-за кошки? Нет, конечно, а вот просто подраться - отчего бы и нет? - Том ухмыльнулся. - Хочешь узнать человека - на себе попробуй, каков он в бою...
   - Вот это - слова настоящего воина! - расхохотался тохунга, одним глотком ополовинив кружку. - Устрою я вам спарринг, и не один... И с внучкой познакомлю - может, приглянетесь друг другу. Кстати, Том, тебя что интересует-то?
   - Всё! - заявил Том. - И я серьёзно. Я понимаю, что учиться вашей магии всерьёз поздно, но пригодиться может любая информация - имел немало возможностей в этом убедиться...
   - И то правда, - согласился Ранги, допивая пиво. - Не знаю, что у тебя получится, но учить я тебя возьмусь. Времени на это уйдёт... Вот не знаю, сколько.
   - Да мне, собственно, спешить некуда, - фыркнул Том. - Разве что третья мировая начнётся - да и то, русским до Пролива явно ближе, чем мне до Лондона...
   - Тогда сейчас допьём, я пну этого лоботряса, - Ранги кивнул на ученика, - да и посмотрим, что ты умеешь и чему тебя учить.
   - По рукам! - Том грохнул опустевшей кружкой по столу. - Эй, официант! Ещё по кружке всем!
  
   Спарринг получился коротким - несмотря на несколько пинт пива, бывший десантник уделал маорийского воина за минуту-полторы.
   Тане поражение принял с достоинством, но потребовал реванша. Том не возражал, Ранги - тоже, и всё повторилось.
   - Ты и правда великий воин, - признал Тане, поднявшись. - А давай как-нибудь без магии поборемся, голыми руками?
   Само собой, Том не просто согласился, но и вытребовал уроки маорийской борьбы - в том, что в противостоянии кулака и магии кулак обычно выигрывает, он убедился на собственной шкуре, и не раз... Правда, на этом пришлось остановиться - старый тохунга решил, что для первого дня достаточно - и Том, согласившись с ним, отправился знакомиться с местным обществом.
  
   Общество оказалось вполне приличным - пожалуй, даже лучше, чем в метрополии. Во всяком случае, чванливый идиот здесь был только один - его родители оказались довольно адекватными людьми, хоть и не на уровне старшего Гринграсса...
   Впрочем, удивляться тут было нечему - в колониях всегда оказывались люди инициативные и рисковые - иногда даже слишком - а дела всегда хватало всем, поэтому деятели вроде Нотта или старших Блэков предпочитали метрополию. В конце концов, недаром же Уэлсли был дублинцем, а Монти родом с Тасмании... Эти люди действительно знали себе цену и умели ценить человека по его делам - и войну знали не понаслышке.
   И они приняли его, как равного - ничего общего с чванливыми англичанами. Для тех он был сперва забавной зверушкой, а затем - бедным родственником, человеком второго сорта. Тогда он ненавидел их - и ненависть не стала меньше. Сильнее - вряд ли, но теперь она была по-настоящему осознанной... Насмотрелся за этот год на "высшую расу" и прочих "чистокровных арийцев" до тошноты... Уж лучше дикарь-людоед - а что, те же маори получше иных вроде бы цивилизованных джентльменов будут...
   Дикарь - он и есть дикарь, что с него взять...
  
   Что ж, раз уж спешить некуда, он задержится здесь - а там видно будет. В любом случае, в этом году он никуда не двинется - надо же исполнить детскую мечту о Рождестве летом. А там... А там видно будет.
   Возвращаться всё равно пока рано - в Хогвартс, пока там заправляет старый дурак Диппет, ему дороги нет. Но Диппету осталось недолго, его место займёт Дамблдор - а с ним уже можно будет договориться. Избавиться от пьяницы Блэквуда новому директору так или иначе придётся - вот и будет возможность...
   Но всему своё время, и сейчас у него другие дела - а о будущем он задумается, когда оно настанет. А ему, пожалуй, пока он здесь, стоит напомнить киви, каков Томми Аткинс в деле!
  

7. The Lion from the North

   Новозеландское общество охотно приняло Тома - но едва ли не охотнее это сделали маори. Ко всеобщему удивлению - чужаков они не жаловали, особенно гостей из метрополии, магическому департаменту подчинялись чисто номинально и с новозеландцами особо не пересекались. Впрочем, пересекаясь, общались без проблем... Но не больше того, а учиться друг у друга не собирались.
   Для Тома сделали исключение, почему - Мауи их знает. Возможно, потому, что оказался достаточно сильным бойцом, возможно - из-за парселтанга, а возможно - как свидетеля дуэли Дамблдора и Гриндевальда.
   Дуэль вообще вызывала больше всего вопросов - Дамблдор о ней рассказывал очень мало и неохотно, никто толком ничего не знал - а хотелось. Даже маори...
   Том рассказывал и даже показывал в думосборе - но особого удовольствия ему это не доставляло. Обычно собеседник восхищённо ахал, отпускал какую-нибудь банальность и смотрел на него бараньими глазами. Кое-кто - ветераны АНЗАК, например - понимающе кивали, наливали пива и молчали. За что Том был им искренне благодарен - восторженные вздохи обывателей изрядно раздражали.
   Маори вели себя чуть лучше - всё же бойцов, способных оценить дуэль, да и не только её, среди них хватало - но маори умели бесить, как никто другой... И при этом - из самых лучших побуждений и особенностей национального характера. Ранги и ещё несколько особо уважаемых тохунга их, конечно, придерживали, но не очень-то результативно - особенно, если речь шла о юных туземках. Впрочем, их внимание Тома вполне устраивало...
   В общем и целом, жизнь в Новой Зеландии Тома устраивала - если бы не одно обстоятельство. "Обстоятельство" звалось Мэри Сьюзен Блэквуд, белокурая дочь доктора Блэквуда, обладательница впечатляющей фигурки и ещё более впечатляющего самомнения. Самомнение ничем не подкреплялось, но порождало грандиозные планы... В которых Том решительно не желал участвовать.
   Окончательно Том решил покинуть Новую Зеландию, когда получил от Мэри открытку на Валентинов день. Судя по всему, Мэри была основательно пьяна, когда её сочиняла, а не то и вовсе где-то откопала лауданум - ничем иным подобный бред Том объяснить не мог. И решил, что рассудок ему всё ещё дорог, а потому пора убираться.
  
   - Уезжаешь? - Ранги неслышно подошёл и уселся на траву рядом с Томом.
   - Уезжаю, - согласился тот, доставая сигарету. - Ты же сам сказал, что большему я не научусь...
   - А большего и не нужно. Ты не один из нас, у тебя свой путь... Но ты пришёл, как друг, и уходишь, как друг, а это значит, что ты - великий воин. Мы дадим тебе имя и знак, чтобы каждый мог узнать в тебе друга, и если тебе понадобится наша помощь - позови, и любой тохунга придёт на помощь, быть может, даже наши боги ответят на твой призыв... А может, и нет.
   - И что же мне подарить тебе в ответ? - спросил Том, затягиваясь.
   - Оставь нам воспоминания о той дуэли, - ответил Ранги, - и о себе. У вас есть такие чаши, в которых вы показываете воспоминания...
   - Думосбор.
   - Да. Вы ещё называете их омутами памяти... Так вот, тебе предстоит увидеть настоящий Омут памяти. К вечеру мы всё приготовим, я пришлю Тане - он тебя проводит, а по дороге объяснит, что делать. Так-то он парень умный, ещё бы о девушках меньше думал, а об учёбе - побольше...
   - Будто ты в его годы был другим, - хмыкнул Том.
   - Ты старше Тане всего на год, а кажется, что на десять.
   - Арнем один стоил десятка лет, - невесело усмехнулся Том. - Да и остальное не лучше. Я, знаешь ли, на войну уже под конец попал, зато в самое пекло. И уж поверь, кошмаров мне теперь до конца жизни хватит...
   - Знаю... - Ранги с тяжёлым вздохом поднялся. - Ладно, пойду я. Вечером увидимся...
   Старый тохунга ушёл, а Том ещё долго смотрел на море - и видел осенний Рейн.
  
   Тане явился перед закатом.
   - Всё готово, - сообщил он. - Как раз придём, когда солнце скроется, и можно будет начинать.
   - Куда идём и что от меня потребуется? - Спросил Том.
   - Ничего особого, только надо будет догола раздеться, - а идём мы к озеру Рото-о-те-махара, по-английски это и значит "Озеро памяти". В нём воспоминания о великих деяниях нашего народа и наших друзей с тех времён, когда наши предки ступили на эту землю... А потом тебе дадут имя и мы все будем праздновать до утра.
   - Это лучшая новость, что я услышал сегодня, - хмыкнул Том. - Кстати говоря, как там у тебя с Сакурой?
   Парень отчаянно покраснел - совершенно неожиданно,
   Том впервые видел смутившегося маори - а тот начал бормотать какую-то чепуху, так что Том не выдержал и расхохотался.
   - Всё с тобой ясно, дитя природы... - протянул он, смахивая слёзы. - Ладно уж, раз у вас такая великая любовь - комментировать не буду. Я только не хочу, чтобы ты думал, будто отбил у меня девушку - поверь, тебе бы это не удалось.
  
   За разговором Том и не заметил, как они оказались на берегу идеально круглого озера, на берегу которого их ждали несколько десятков маори, всю одежду которых составляли татуировки и краска. Том разделся, и Ранги, взмахнув жезлом, заговорил.
   - Пока он просто приветствует собравшихся, - пояснил Тане, - потом прочитает заклинание, и тебе надо будет войти в воду с головой. Увидишь, когда...
   Голос Ранги тем временем изменился, стал более глубоким, а сидевшие рядом два молодых мага били в барабаны. Ритм ускорялся, удары слились в непрерывный гул - и рухнула тишина.
   Озеро вспыхнуло холодным серебряным светом.
   Том сделал шаг, ещё один - и с головой ушёл в сияющую воду.
   Воспоминания - свои и чужие - захлестнули разум. Столетия войн и морских походов, безжалостной резни и хитроумных убийств, вспышки гениальных озарений... Он был не первым белым здесь - третьим, и своего предшественника он узнал.
   А затем волна схлынула, оставив схватку двух величайших магов столетия... И мост, который навсегда останется слишком далеко.
  
   Том вынырнул, вдохнул и в два гребка выбрался на берег. Чувствовал он себя... странно. Что-то похожее было в тот момент, когда память вернулась окончательно - но всё-таки не совсем. Чужие воспоминания прошли сквозь его разум, едва коснувшись - но теперь он куда лучше понимал стоявших напротив него людей...
   - Добро пожаловать, Тухинга-о-Муа, - провозгласил Ранги. - Воин Севера, ты пришёл к нам, как друг, и мы приветствуем тебя!
   Линии татуировки Ранги прочертил лично - и без всякой магии. И акульим зубом он орудовал без всякой магии - но так быстро, что и машинка бы отстала. Последний - до крови - укол, линии налились жаром магии, руку прострелило болью...
   - Пусть всякий видит: ты - наш друг! - провозгласил Ранги. - Возрадуемся!
  
   Возрадовались основательно - проснулся Том поздно, не один и чувствовал себя помятым, но довольным. Встал, неторопливо оделся, посмотрел на часы и пришёл к выводу, что привести себя в порядок и позавтракать он вполне успеет... Ну или пообедать, если судить по времени, а не по подъёму - но когда встал, тогда и утро, а кто не согласен, тот просто жизни не знает.
  
   В "Длинном Белом Облаке" было пусто. Том заказал плотный завтрак, получил от бармена сочувственный взгляд и полпинты пива за счёт заведения, и пришёл в состояние полной гармонии с мирозданием. Как, оказывается, мало нужно человеку для счастья... Особенно - солдату.
   Покончив с едой, Том неспешно выкурил сигарету, достал портключ-зажигалку и откинул крышку...
  
   - Добро пожаловать в Австралию, - вместо наглого юнца гостей здесь встречали элегантная женщина средних лет и два аврора. - Томас Риддл?
   - Так точно, мэм, - кивнул Том.
   - Пожалуйста, распишитесь вот здесь, - чиновница протянула пергамент и перо.
   Прочитав обязательство соблюдать Международный Статут Секретности, Том пожал плечами, расписался и спросил:
   - Но зачем?..
   - Видите ли, мистер Риддл, - вздохнула женщина, - некоторые англичане воображают, что здесь у нас дикое захолустье, а стало быть, можно наплевать на правила... И далеко не всегда это люди, которые так себя ведут и дома, напротив, там они вполне законопослушны.
   - Довольно неразумно, - согласился Том. - И не могли бы вы порекомендовать приличный и недорогой отель?
   - "Южный Крест" в двух домах отсюда. Недорого, но прекрасная кухня, а в баре обычно собираются боевые маги.
   - Премного благодарен, - Том отсалютовал чиновнице и вышел.
   Что ж, решил он, пока что здесь не хуже, чем в Новой Зеландии... По крайней мере, гостей здесь встречают получше. Авроры, во всяком случае, своё дело явно знали и столь же явно всего полгода назад носили не алые мантии, а армейскую форму...
  
   "Южный Крест" Тому понравился - цены там и впрямь были пристойными, кормили отлично, а уж огневиски заставил бы Огдена сожрать шляпу от зависти...
   В баре его и нашёл какаду с письмами из Англии - от Слагхорна и от Малфоя.
   "Том, мальчик мой, - писал Гораций, - прости за столь долгое ожидание ответа - увы, дела стремятся заполнить собой всё моё время, а почта всё ещё нередко задерживается.
   С огромным интересом прочитал твои заметки о Японии и Индии, поражаясь, как мало, в сущности, мы знаем о других странах. Надеюсь, ты не в обиде на то, что я зачитывал твои заметки - только о странах - в клубе? Они были встречены с невероятным интересом, и я совершенно уверен - если ты, вернувшись, напишешь о своём путешествии книгу, её будет ждать поразительный успех.
   Говоря о путешествии, считаю своим долгом дать совет: воздержись от посещения Палестины. Обстановка там весьма напряжена, и недовольство (вполне справедливое, вынужден отметить) действиями нашего правительства по обе стороны Статута готово вновь обернуться насилием...
   Теперь о твоём плане: я совершенно согласен с тобой по всем пунктам, однако Диппет не покинет нас ранее пятидесятого года, поэтому какие-либо действия в настоящий момент смысла не имеют. Теперь же я передаю слово нашему другу Абраксасу - о делах вне школы он расскажет куда лучше.
   С наилучшими пожеланиями - Гораций Слагхорн."
   Хмыкнув, Том отложил письмо и взял второе. М-да, похоже, приятель писал после хорошего загула...
   "Vale! Извини, если что, я тут приболел. Знаешь, мы здорово струхнули, когда ты пропал - думали, тот мужик сообразил, что ты никакой не лорд и мы его накололи, ну и пошёл разбираться. Решили пока ничего не делать, но бдить. Ну и бдили, пока декан не сказал, что ты жив-здоров, но написать тебе пока не получится. Ну, мы и не писали... А ты-то что нам сразу не написал?
   В общем, мы тут сидим ждём твоих указаний, а ещё в Хогсмиде какой-то мутный тип ошивается, вроде как русский, звать Тони... Ну то есть это мы его так зовём, а вообще он вроде Энтони. Я вот думаю, может, его аврорам сдать? В общем, пиши, а ещё лучше - приезжай.
   Твой скользкий друг Малфой.
   P.S. Розье - скотина, пил за двоих, а свеж, как бриз в Тебризе."
   Тебриз, насколько помнил Том, был далёк от моря, да и свежесть в восточном городе - вещь сомнительная... Но дело было не в этом.
   При всех несомненных достоинствах магических способов связи телеграмма доберётся до Прюэтта значительно быстрее, а времени и без того потеряно много... А если этот Энтони - действительно Долохов, действовать надо быстро.
   Оставив вещи в номере, Том отправился в магловский Сидней. Магия магией, но сейчас ему нужен телеграф, и придётся постараться, чтобы протащить шифрованную телеграмму... Ладно, можно и без шифра обойтись - всё равно никто ничего не поймёт, а кто мог бы понять, не прочитает.
  
   Долго искать не пришлось - вход в магический район оказался неподалёку от телеграфа. Специально это было сделано или нет, Тома не интересовало, а молнию, да ещё и за счёт армии, у него приняли, хоть и с явным неудовольствием. Задание выполнено... скорее всего, так что теперь он окончательно в запасе, и надо искать какой-нибудь заработок. Ещё было бы неплохо добраться до хибары Гонтов и снести её, а землю продать хотя бы папашиным наследникам... Артефакты, само собой, искать бесполезно - профуканы давным-давно, но и земли хватит. На первое время, по крайней мере, а там видно будет - тем более, что вряд ли он долго останется в запасе.
   Выйдя на улицу, Том купил газету, посмотрел на часы и решил прогуляться по магловскому Сиднею. В конце концов, магические кварталы в колониях не так уж сильно отличаются друг от друга...
  
   Поднявшись в номер, Том завалился на кровать и принялся за умственный труд - надо было сочинить письмо Абраксасу... да и про Джерри не забыть, хотя тут как раз всё просто. С Малфоем куда сложнее... Абраксас выделялся даже на фоне своей хитроумной семейки - слишком уж себе на уме и быстро соображающий, недаром же Том именовал его "мой скользкий друг". Он, конечно, уважал и опасался Тома... но был себе на уме и определённо имел собственные планы.
   И при этом был единственным, кому Том мог доверить дела в своё отсутствие.
   Для начала надо как-то направить их всех в приемлемое русло, пока ничего не случилось. Пока - хотя бы притормозить, убедить их, что идеи, которые они собирались продвигать - полнейшая тухлятина, будет не так просто. Хотя... Показать воспоминания про немецкие лагеря - или японские, ему и те, и другие видеть пришлось - и готово. Чистокровные "лорды магии" будут блевать дальше, чем видят - зато результатами своих идей насладятся сполна. С названием, опять же, надо что-то делать - лордом магии Абраксас объявлял себя после нескольких пинт огневиски, а "Вальпургиевы рыцари" звучало уж слишком по-гриндевальдовски. Не пойдёт, хотя они наверняка на нём и остановились... Надо что-то нейтральное и лишних ассоциаций не вызывающее. И не раздражающее Вальбургу, желательно... "Общество экспериментальной магии", например - кто услышит, примет за безобидных чудиков. Обычное дело, не стоящее внимания - а как раз лишнего внимания им сейчас и не надо.
   Что ж, пока этого хватит - можно писать, а потом пойти поинтересоваться, что может предложить отставному солдату местная ночная жизнь...
  
   Зеленоглазая блондинка сладко зевнула, потянулась и спросила:
   - Где, интересно, моя палочка?..
   - По-моему, ты её бросила в прихожей, - ответил Том, щелкнув пальцами. Беспалочковая магия удавалась весьма избирательно, но на призыв палочки её хватало...
   - Акцио сигарета!
   Блондинка снова зевнула и выбралась из-под одеяла, заметив:
   - Надеюсь, я тебя не шокирую...
   - После того, что ты вытворяла? - Том прикурил и затянулся. - Не думаю. Не пойми меня правильно, но...
   - Откуда такие познания? Так мой муж куда только не ходил и чего только не привозил... - грустно улыбнулась брюнетка. - Да и меня, бывало, брал с собой... Манила, Сингапур, Калькутта, Токио, Фриско - не везде всё так ханжески глухо...
   - Вообще-то, я хотел про твоё имя спросить, - хмыкнул Том.
   - Сам же сказал - не пойми меня правильно, - девушка рассмеялась, запахнула халат и уселась на кровать. - Неужели не читал "Волшебника страны Оз"?
   - В приюте обычно плохо с нормальными книгами...
   - Прости. В общем, Глинда - это оттуда. Была там такая добрая волшебница... А мама Баума почему-то обожала. Том, ты когда вернёшься в Англию?
   - Пока не знаю, а что?
   - Забери меня с собой. Я, может, и не самая сильная волшебница, но кое-что умею и по зельям получила высший балл...
   - Я не знаю, куда отправлюсь дальше, - ответил Том. - Но если не передумаешь - вернусь в Англию, пришлю портключ...
   - Не передумаю, - печально улыбнулась Глинда. - Я привыкла ждать... И однажды не дождалась. Знаешь, кто-то из греков сказал, что люди могут быть живыми, мёртвыми и плывущими по морю... Вот так и есть, правда. И Джек теперь на Поляне Скрипача... А мне теперь здесь нечего делать. Всё, роман дописан...
   - Вот как... - Том распахнул окно. - Надеюсь, ты позволишь мне пока остаться здесь?
   - Конечно!
  
   И Том остался. Отставного десантника, снимавшего комнату у молодой вдовы Райли, уважали ветераны Галлиполи и Сингапура и боготворили ровесники, не попавшие на фронт... Тому было наплевать. Впервые за всю жизнь он был кому-то нужен - не талантливый полукровка, не декоративный "лорд Волдлеморт" (Мерлин, ну и тупость!), не лидер, не Томми Аткинс, а Том Риддл, приютский мальчишка, за два года нахлебавшийся лет на двадцать вперёд... Да, была Жаклин, но... Она была права - им не быть вместе. "Смотри вперёд. Иди вперёд. Промедли -- и ты состаришься. Остановись -- и ты умрёшь..." Она была чертовски права.
   Три месяца они путешествовали по всей Австралии, и Том жадно учился всему, чему только мог... Но всему приходит конец, и последний континент уже ничего не может ему дать. А раз так - пора двигаться дальше. Куда? Не имеет значения- пока, потому что рано или поздно он вернётся в Британию. И уже не один...
  
   - Ну, - Том неловко обнял Глинду, - до встречи. Буду писать... И постараюсь не затягивать.
   - Я буду ждать, - Глинда улыбнулась. - До встречи, Том...
   Отпустив девушку, Том открыл дверь - и нос к носу столкнулся с аврором.
   - Старший аврор Моуди, - представился гость, отдав честь. - Сержант Риддл?
   - Так точно.
   - Вы вызваны на специальное заседание Международного трибунала в Нюрнберге в качестве свидетеля обвинения по делу Геллерта Гриндевальда и "Аненэрбе", - сообщил аврор. - Вы имеете право отказаться, представив...
   - Не городите ерунды, старший аврор, - перебил его Том. - Когда начнётся суд?
   - Послезавтра в восемь утра.
   - Тогда какого чёрта мы всё ещё здесь?
  

8. The last battle

   День перед судом Том потратил на то, чтобы привести в порядок воспоминания и прикинуть, о чём его могут спрашивать. Скорее всего - о дуэли, но мало ли?.. Конечно, обо всём остальном он мало что может сказать... Хотя так ли уж мало? У него для многих найдётся "доброе" слово, даже для тех, кого он сам не встречал - по плодам их узнал их..
  
   Поднявшись на трибуну, Том внимательно смотрел на подсудимого. Год в тюрьме не пошёл Гриндевальду на пользу, однако обращались с ним явно лучше, чем он того заслуживал. Впрочем, наглости и самомнения в его взгляде сейчас было куда меньше, чем год назад...
   Том назвал своё имя и звание, поклялся говорить только правду - и допрос начался.
   Да, присутствовал. Да, наблюдал - опасался, что Гриндевальд явился не один. Да, может представить воспоминания...
   - Вам знаком этот человек? - неожиданно спросил обвинитель, предъявив снимок.
   - Так точно. Это Игорь Каркаров, сотрудник "Аненэрбе", ликвидирован отрядом капитана Прюэтта в конце января сорок пятого года.
   - Вы встречались с ним ранее?
   - Так точно. В начале января сорок четвёртого года он тайно посетил Великобританию, вступив в контакт с группой чистокровной молодёжи консервативного толка. Я присутствовал на этой встрече, изображая эмиссара вымышленной темномагической подпольной организации, - придуманной исключительно для того, чтобы не выглядеть лоботрясами-старшекурсниками, но этого Том уточнять не стал.
   - Было ли вам известно, что этот человек являлся членом ближнего круга Гриндевальда?
   - Никак нет - до настоящего момента я об этом не знал, хотя подозревал, что он занимает достаточно высокое положение.
   - О чём шла речь на упомянутой вами встрече?
   - По всей видимости, Каркаров зондировал почву - никаких конкретных предложений не прозвучало, и сразу после встречи он покинул Великобританию. Я готов представить воспоминания и об этом эпизоде.
   - На этой встрече вы выступали под своим именем?
   - Под псевдонимом.
   - Каким?
   - Лорд Волдеморт, - Том заметил, как дёрнулся глаз Гриндевальда и не без труда подавил ухмылку - похоже, кто-то от его имени сделал изрядную гадость...
   - Благодарю вас, это всё. У защиты есть вопросы?
   - У защиты нет вопросов, - ответил Дамблдор.
   Том отдал честь и вернулся в зал.
  
   Выступления остальных свидетелей Том слушал без особого интереса. Исключением были трое - Скамандер, поскольку к нему имелось дело, Жаклин и Грегорович - поскольку упоминали некую особую палочку, которую искал Гриндевальд. Том прекрасно понимал, что именно это была за палочка, подозревал, что она была найдена... И это давало ему прекрасную возможность прижать Дамблдора. Стоит только пустить слух, что Старейшая Палочка у него - и декану Гриффиндора резко станет некогда интриговать... если, конечно, он вздумает этим заняться.
   На самом деле Дамблдор не был таким интриганом, каким его рисовала слизеринская молва - он действительно чурался политики, но всё-таки был изрядным хитрецом и при этом человеком, иногда болезненно честным. Страшное сочетание, на самом деле - ради справедливости в своём понимании такой человек готов на всё. Ради общего блага, как любил говорить Гриндевальд...
   Так что этот джокер лучше придержать в рукаве - тем более, что палочка вполне может сделать всё и сама. Недаром же говорят, что она сделана из бузины, выросшей на могиле Мордреда... Предательство - сущность всех трёх Даров Смерти, чем бы они на самом деле ни были. Том, пожалуй, глубже кого бы то ни было проник в их природу, и мог утверждать это совершенно точно. Предательство... Впрочем, не Смерть дала неудачливым братьям эти данайские дары - и не стоит удивляться тому, что они передавали хозяев. И совсем не зря он постарался убрать камень подальше и забыть про него - хотя этого наверняка недостаточно.
   Но то камень - а палочка будет втравливать владельца в авантюры, и даже без его помощи у Дамблдора будет море проблем... А уж если о ней узнают - пожалуй, проблемы старины Альбуса станут катастрофическими. Куда там Гриндевальду - тот, вполне возможно, и не собирался убивать старого знакомого, и, во всяком случае, вызов принял и сразился честно... Но как только речь зайдёт о Старейшей - на дуэль никто вызывать не будет.
   Наконец, выступили все свидетели, обвинитель перечислил все преступления Гриндевальда, потребовав смертной казни - и слово взял Дамблдор.
   - Уважаемые судьи, - заговорил он, - преступления Гриндевальда несомненны и заслуживают сурового наказания - было бы нелепо это отрицать. Однако всё, что он совершил, было действительно совершено ради всеобщего блага - каким оно виделось ему. Геллерт Гриндевальд - а я знаю его лучше любого другого человека - всегда был нетерпелив и требователен к себе и к другим и не выносил несправедливости... Но эти качества и привели его к краху. Он хотел изменить мир, но не хотел ждать, когда мир будет готов к переменам - и погубил сам себя. И если бы только себя - он, следуя идеям безумного магловского писателя, привёл к власти другого безумца, развязал страшнейшую войну. С каждым шагом он всё дальше уходил от того мечтателя, которым был когда-то, но я вижу - он всё ещё может вернуться. Поэтому я прошу о снисхождении к подсудимому, прошу дать ему возможность раскаяться и хотя бы в малой части искупить свою вину. Я прошу пожизненного заключения для Геллерта Гриндевальда.
   - Какой же ты всё-таки лицемерный дурак, Альбус, - произнёс Гриндевальд. - Впрочем, чего ещё от тебя ожидать. Делайте что хотите, только побыстрее...
   Словно подчинившись ему, суд не потратил много времени. Приговор вынесли уже через два или три часа: пожизненное заключение тюрьме Нурменгард, его личном лагере смерти. Разумеется, в нормальных условиях, но в одиночной камере. Без переписки, без газет, радио и посещений - общаться с ним мог только Дамблдор. Приговор обжалованию не подлежит.
   Гриндевальд умел держать удар - надо было отдать ему должное, но сейчас было отчётливо видно - его последнее сражение проиграно. Окончательно и безнадёжно, без тени шанса на реванш - пожалуй, смерть действительно была бы лучше. И Гриндевальд смирился... Наверное, слишком устав от почти полувековой войны со всем миром и краха всех надежд. Осуждать его Том за это собирался, за всё остальное суд уже вынес приговор - и более Геллерт Гриндевальд для Тома не существовал. Он остался позади, а Том не собирался оглядываться...
  
   - Мистер Скамандер!
   - Мы знакомы?..
   - Скажем так: у нас есть общие друзья на тропических островах...
   - Рото-о-те-махара? - хмыкнул Скамандер. - Что ж, мистер Риддл, полагаю, вам не требуется мой автограф?
   - Было бы забавно, но нет, - ухмыльнулся Том. - И предлагаю продолжить беседу где-нибудь в бирхалле - там будет куда удобнее...
   Поиски нужного заведения не заняли много времени - не прошло и десяти минут, а англичане уже устроились за дальним столиком в весьма приличной пивной и смаковали напиток.
   - Возможно, я сужу предвзято, - заметил Скамандер, - но это пиво лишь немного уступает английскому...
   - Да, это вам не Япония, - согласился Том. - Подозреваю, что даже африканские дикари варят менее дрянное пиво... Так вот, мистер Скамандер, мне посчастливилось найти в Англии василиска.
   Несколько секунд Скамандер пристально разглядывал Тома.
   - Вы не шутите, - признал он, наконец. - Хотя вполне можете добросовестно заблуждаться. Итак, почему же вы решили, что это василиск?
   - Потому что своими глазами видел королевского василиска и говорил с ним.
   - Поразительно... - выдохнул Скамандер. - Живой королевский василиск... Где же вы нашли такое чудо?
   - В Хогвартсе, - сообщил Том. - В Тайной Комнате. Попасть туда можно или из Хогвартса - через женскую уборную на втором этаже - или подземным ходом из Запретного леса, который начинается под холмом с сухими соснами. К сожалению, план этого подземелья, скорее всего, погиб, но если у вас найдётся бумага...
   Бумага нашлась, и Том начертил грубоватый, но вполне приемлемый план. Внимательно изучив его, Скамандер убрал бумагу, отпил пива и заметил:
   - Полагаю, будет лучше, если комната так и останется Тайной...
   - Несомненно, - согласился Том. - И вот ещё что... Есть один парень - Рубеус Хагрид, полувеликан, сейчас Дамблдлор пристроил его лесничим. Любитель - и любимец - всевозможного зверья, думаю, вам стоит взять его на заметку. Кстати, мистер...
   - Ньют.
   - Тогда Том. Так вот, Ньют, простите, если что не так, но где вы воевали?
   - Может быть, я не воевал вовсе? - спросил Скамандер, глядя поверх кружки. - Может, бродил по миру да охотился на всяких тварей?..
   - Ваши глаза, Ньют, - покачал головой Том. - Они вас выдают. Уж я-то знаю, сам такой...
   - Тем не менее, я не был на фронте, - негромко ответил Скамандер. - Я действительно бродил по миру и охотился на всяких тварей... и если вы слышали о женщине, сражающейся палашом, вы поймёте, кто был егерем на этой охоте.
   Том молча кивнул, залпом выпил оставшееся пиво и встал.
   - Что ж, спасибо за беседу, Ньют, - сказал он. - Надеюсь, мы встретимся ещё не раз.
  
   Хлопок аппарации - и Том стоит на Плаза де Варильяс в Гранаде. Слишком много в его жизни стало невыразимцев... А если об Отделе Тайн и можно узнать что-то большее, чем слухи и сплетни, то только в архивах испанского Министерства магии. Несмотря на старую взаимную нелюбовь испанских и английских волшебников (а скорее, благодаря ей), любому англичанину в Гранаде охотно выдавали любые имеющиеся сведения о его стране - тем охотнее, чем непригляднее было искомое...
   Разумеется, не отказали и Тому. В архиве он просидел до самого закрытия, перелопатив множество документов, но нашёл очень немного полезного. Впрочем, и этого в Англии было не узнать, так что время он потратил не совсем уж зря... Хотя что-то подобное он давно подозревал.
   Разумеется, невыразимцев интересовали тайны не только мироздания, но и государственные - и они вполне ожидаемо сотрудничали с магловской разведкой. Гораздо интереснее оказалось другое: Отдел Тайн был на ножах с Королевским корпусом безопасности и именно он стоял за реформой начала века. И вовсе не факт, что бывшие Протестантские рыцари знали, кому они этим обязаны - невыразимцы превосходно замели следы... А может, и знали - но в любом случае, об этом стоило написать Слагхорну. Знают или нет, но у испанцев были доказательства - как бы они их ни раздобыли... Это значения не имеет, но с доказательствами в руках Корпус сможет окоротить невыразимцев.
   Всё остальное было интересно - но пока что не слишком полезно, хотя в будущем могло пригодиться. Когда знаешь парочку грязных секретов человека, с ним становится гораздо проще договориться... А грязных секретов у сильных мира сего всегда довольно.
   Да и помимо сомнительных тайн в архивах испанского Министерства хватало интересного - пусть даже большая их часть и была закрыта для иностранцев. Но эти архивы велись ещё магами Карфагена и с тех пор уцелело немало интересного... Само собой, большая часть всего этого практической ценности не имело... Но если бы чёртов зануда Биннс читал свои лекции так - был бы самым популярным преподавателем в Хогвартсе. Да и кое-что из старой магии было всё ещё актуально, а ещё кое-что могло сработать просто за счёт неожиданности.
   Словом, в гранадских архивах Том собирался оставаться до тех пор, пока его не закончится срок разрешения - все шесть недель, за которые собирался вытащить оттуда всё, что только успеет. Информация никогда не бывает лишней, тем более - такая...
  
   Сова Слагхорна прилетела на следующий день - похоже, профессор написал ответ прямо сразу, что было совсем не в его духе. Также против обыкновения Слагхорн был немногословен и всего лишь коротко благодарил за сведения.
   Том пожал плечами и вернулся к работе. Корпус явно принял его слова к сведению, и невыразимцев поставят на место - отлично. Ничего против Отдела Тайн Том не имел, но без регулярных пинков они вполне могли создать маглам проблемы... После чего магов в Великобритании просто не осталось бы. Докторфаустштрассе тому очень наглядный пример...
   Перелистнув несколько страниц, Том хмыкнул и потянулся за карандашом - побег лейтенант-коммандера Королевского Флота Уильяма Гринграсса из плена определённо заслуживал внимания. Возмущённый архивариус привёл полную формулу данной Гринграссом клятвы, и Том, прочитав её, долго смеялся. Лейтенант-коммандер пообещал не выходить из крепости, пока не будет освобождён... Что ж, покинув крепость месяц спустя, он своё слово сдержал - он ведь не обещал, что не взбунтует пленных англичан. В результате чего и был восставшими освобождён, а испанцы лишились брига, казны, большей части оружия, "а свыше того, всякого уважения к начальникам и почтения к особе Его Величества Иосифа" и в полном составе ушли к партизанам.
   Пока Том переписывал эту историю, пришло время обеда, архив закрылся и пришлось перебираться в ресторанчик напротив. В общем, ничего против этого он не имел - отличная возможность изучить жизнь магической Испании...
  
   Шесть недель спустя Том сидел всё в том же ресторанчике, потягивал ледяную сангрию и размышлял. Магическая Испания оказалась куда более консервативной, чем Британия, и всё заметнее отставала не только от неё, но и от континентальных соседей. Власть здесь принадлежала двадцати одному чистокровному семейству, известным как "Sangre verdadera", причём полностью - выходцы из этих семейств занимали в Министерстве абсолютно все должности - даже самые последние лифтёры и архивариусы были бастардами этих семей. Чуть лучше дела обстояли в Гражданской волшебной страже - местном аврорате - но и там все посты выше командира опергруппы были доступны только "Sangre verdadera". И так было везде...
   Ещё лет двадцать такой политики - и магическая Испания окажется в полной самоизоляции и начнёт быстро отставать от прочего магического мира, а к концу века просто утратит независимость... если маглы не доберутся раньше.
   И вот в это зловонное болото "древнейшие и благороднейшие" тащили магическую Британию.Изоляция, стагнация, всё большее отставание от маглов... И конец. Маглы, не напрягаясь, их сомнут..
   Том закурил, отпил сангрии и посмотрел на часы. Пора было решать, куда двигаться дальше... Хотя вопрос, в общем-то, и не стоял - его следующей целью станет Англия. Только сначала на два дня в Льеж - говорят, на собрании Общества зельеварения с лекцией выступит сам Фламель - инкогнито, разумеется, но всё же. Да и Слагхорн там обязательно будет, а вернуться будет лучше в его компании... Да и те несколько старых рецептов, что он нашёл в архивах, можно будет представить - интересные мавры умели зелья варить, даже сейчас могут пригодиться.
   Поставив на стол опустевший стакан, Том закурил и внимательно перечитал объявление о встрече. Да, всё верно: открытое собрание, на регистрацию он как раз успевает, особенно если отправится прямо сейчас... Оставив на столе два галлеона, Том неспешно вышел на улицу, вернулся в Министерство, подошёл к печальному чиновнику за стойкой и сказал:
   - Buenos dias, сеньор. Сколько стоит портал в Льеж?
  

9. When Johnny comes marching home

   - Том, мальчик мой! - раздался за спиной знакомый голос.
   - Профессор Слагхорн! - Том обернулся. - Чертовски рад вас видеть!
   Чистая правда - Том действительно был рад видеть своего бывшего декана.
   - Тоже надеешься угадать Фламеля? - поинтересовался Слагхорн, забрав пергамент у регистратора.
   - И это тоже, - согласился Том, - да ещё и откопал в архивах несколько занятных рецептов... Вроде бы и старьё, но я, разумеется, попробовал - и, знаете, очень неплохо получилось. Не хуже нынешних, а местами и лучше...
   - Обычное дело, - махнул рукой Слагхорн. - Основательно забытое старое - та же новинка, а испанская школа алхимии была очень хороша... Ну, пора, однако.
  
   Доклад Тома имел некоторый успех - даже больший, чем он ожидал. Зелья и впрямь оказались интересными. Возможных Фламелей было трое, но кто из них действительно им был - Том так и не понял. Возможно, что все трое - со старого алхимика вполне могло статься... Да и всех остальных стоило послушать - Общество зельеварения занималось серьёзными делами и не страдало предрассудками. Например, один из сегодняшних докладов был посвящён магловскому пенициллину - как оказалось, вполне эффективному и против некоторых магических болезней... Что в очередной раз подтверждало выводы Тома.
   Надо возвращаться. Это не значит, что его путешествие закончено - нет, он просто немного меняет маршрут... Да и напомнить о себе стоит - его планы требуют влияния и соответствующей репутации. А самое главное - Том чувствовал, что так надо... А раз так - вперёд!
  
   - Кстати, ты знаешь, что в Хогвартс чуть было не пробрался чернокнижник из "Аненэрбе"? - спросил Слагхорн. - Русский перебежчик, поймали его в Хогсмиде...
   - Долохов, что ли?
   - Именно, мальчик мой! Конечно, я понимаю, что это секретная информация...
   - Профессор, да какие уж там секреты... - хмыкнул Том. - Я тут почти не при делах - засёк его Абраксас, написал мне, а я отбил телеграмму кэпу, только и всего. А уж что там было - знаю куда меньше вас...
   - Так и я знаю всё больше слухи, - вздохнул Слагхорн. - Возраст, мальчик мой... А ещё Её Высочество изволили влюбиться, к счастью, совершенно взаимно - свадьба намечена на осень будущего года. Свите никакой жизни не стало, на дела Корпуса едва время находится. Кстати, должен тебя поблагодарить - невыразимцев очень вовремя за руку схватили, а заодно и несколько каналов утечки прихлопнули... Что ж, мальчик мой, вот и наша очередь, - Слагхорн поднялся и подошёл к камину. - Если хочешь, можешь остановиться у меня.
   - Спасибо, но меня уже пригласили, - Том вслед за Слагхорном шагнул в зелёное пламя, - надеюсь, вы не обидитесь, если я оставлю ваше приглашение про запас?
   - Мерлин с тобой, нет, конечно! - всплеснул руками Слагхорн. - Кстати, не забудь - в пятницу вечером встреча клуба...
   - В обычное время? - уточнил Том. - Прекрасно...
  
   Аппарация, пара минут расспросов, полчаса на телеге в компании весёлого старичка-фермера - и Том уже стучал в дверь старого фермерского дома.
   - Том? - Джерри открыл дверь и схватил сослуживца за плечи. - Жив, сукин ты сын! Заходи, не стой на пороге...
   - Смотрю, ты и сам неплохо устроился, - Том от души обнял друга. - Чёрт, да ты никак женился?
   - Угадал! - расхохотался Джерри. - Но для тебя комната найдётся, можешь не беспокоиться. Кстати, ты надолго?
   - Пока не знаю, - пожал плечами Том. - Разберусь с делами, обустроюсь - тогда, если ничего не случится, снова куда-нибудь отправлюсь. Службу-то нашу распустили...
   - Восстанавливают, - поправил Джерри, достав бутылку виски и два стакана. - Кстати, Прюэтт место под базу ищет - что-нибудь, как он выдал, "большое и никому не нужное".
   Том задумался. Под требования капитана отлично подходил особняк Риддлов - тем более, что было непонятно, кому он теперь принадлежит.
   Пожалуй, из всего, что он успел наворотить, расправа с родственничками - единственное, о чём он не жалел.
   Морфин Гонт - тупое агрессивное животное, едва способное к членораздельной речи. Накинулся на Тома, едва увидев... Похоже, неспособность осознать реальные возможности маглов у него дошла до абсурда. Том Риддл-старший - чванливый нувориш, искренне гордившийся тем, что вышвырнул на улицу беременную жену без гроша в кармане. Его жёнушка, с порога вякнувшая: "Как эта грязная шлюха посмела родить, а не сдохла на помойке?". Крики, истерика, угрозы - и вполне закономерный и заслуженный итог...
   Кому теперь принадлежало поместье, роли не играло - Литтл-Хэнглтон был глухой провинциальной дырой, куда ни один нормальный человек по своей воле не переедет, но бомбить его, если вдруг что, вряд ли станут. Слухи, конечно, пойдут... Но деревенщина обожает почесать языки, так что это и к лучшему - за их дикими выдумками уж точно не докопаться до истины.
   - Знаешь, Джерри... - Том отпил виски и достал сигарету. - А напишу-ка я кэпу... и ещё кое-кому - а потом вернусь, и вот тогда-то и устроим вечер воспоминаний...
   - Идёт! - Джерри отсалютовал стаканом. - Ну, за здоровье Его Величества!..
  
   Чистокровные снобы могут и дальше веровать в своё превосходство над маглами - но совы никогда не обгонят телеграф. И это при том, что сделать магический телеграф, имея Протеевы чары и пару пишущих машинок было проще простого...
   Но чего нет, того нет. Пришлось воспользоваться магловским телеграфом, отправив сову только Абраксасу - Слагхорн наверняка и сам его позвал, но пригласить и заодно напомнить, что у них есть и другие дела, всё равно стоит. Скользкий друг Абраксас всегда был себе на уме, однако прекрасно чуял, кто тут главный и откуда приближаются неприятности... Но регулярно пытался вести свою игру, так что приходилось его одёргивать. А поскольку Тома не было почти два года, Абраксас мог наворотить такого, что разгребать придётся не меньше.
   Том вышел на улицу, прикурил и затянулся, глядя на башни Хогвартса. Что ж, ещё не сейчас, но уже скоро... Он вернётся туда - изменить мир, медленно и незаметно. Он закладывал фундамент нового мира, исподволь внушая нужным людям нужные идеи - то же самое, что он начал ещё в школе, только идеи стали другими...
   А сейчас пора возвращаться.
  
   На ферме царила суета - гостя требовалось встретить по всем правилам, и мужчины были безжалостно изгнаны наводить порядок во дворе. Том некоторое время покуривал, наслаждаясь картиной, а затем снял куртку и присоединился к приятелю и его отчиму - до смешного стереотипному лоулендскому фермеру лет сорока. В три пары рук работу переделали моментально, по рукам пошла фляжка и завязался неспешный разговор. Всем троим было, что вспомнить - зенитчикам работы хватало всю войну...
   Так и просидели до ужина, а после все семейство насело на Тома, требуя подробного рассказа о его приключениях. Том не возражал, разговор затянулся допоздна, и прервала его только сова. Впрочем, здоровенный филин, ломящийся в окно и оглушительно ухающий, способен прервать почти всё..
   - М-да, это ко мне... - вздохнул Том. - Роберт, тормозните своих дочерей - Плутарх чужих не любит.
   - Дрессированный филин по кличке Плутарх... - Джерри почесал нос. - Похоже, я чего-то не понимаю в этой жизни...
   - После пинты-другой виски бывает и не такое, - пожал плечами Том. - И... Нет, вы только посмотрите!
   Пара целеустремлённых девочек-подростков - стихийная сила, с которой можно только смириться. Плутарх смирился и позволял себя гладить, даже не пытаясь клюнуть нахалок.
   - Так, - Том закончил писать ответ и постучал карандашом по столу. - Оставьте филина в покое, ему пора обратно лететь. Меня зовут на приём, так что если нужна моя помощь - планируйте на утро.
  
   Утром пришли сразу две телеграммы. Том, прочитав их, хмыкнул и протянул бланк Джерри.
   - Нас хотят видеть в Литтл-Хэнглтоне, - сообщил он. - Причём чем раньше, тем лучше, и машину за нами послали ещё вчера.
   - А кэп всё так же нетерпелив, - Джерри зевнул. - Нас на службе-то восстановили?
   - И даже повысили, капрал. А теперь иди за формой - будь я проклят, если это не "Виллис" и не за нами. И да - не обижайся, но я съезжаю. В пятницу приедет моя невеста...
   - Ну! Тут уж никаких обид, сарж! - и Джерри бросился в дом, пробормотав: "Лиз меня убьёт..."
  
   Мотор у джипа был явно не родной - восемьдесят миль в час для этой машины не были пределом, и добрались они куда быстрее, чем ожидали... Однако Прюэтт с дюжиной солдат уже был на месте и руководил погромом в особняке.
   - А, вот и вы! - обрадовался он. - Штаб-сержант Риддл, вам благодарность в приказе - лучше места не найдёшь. Вы, как я слышал, собираетесь жениться?
   - Так точно, сэр.
   - А вы, капрал, уже женаты... Поэтому я взял на себя труд приобрести для ваших семей дома с обстановкой. Между прочим, распоряжение из канцелярии Её Высочества...
   Ай да Слагхорн, хмыкнул Том про себя, вот ведь старый жук, не остался в долгу... Впрочем, спасибо ему за это.
   - Вам интересно, чем мы будем заниматься? - продолжил Прюэтт. - Фактически - тем же самым, что и в войну, разве что секретность повыше. А вот официально - мы испытываем новые парашюты и изучаем методики десантирования... И мы этим действительно будем заниматься.
   Том закрыл глаза. Мерлин, как же ему не хватало неба...
   - Спасибо, сэр, - произнёс он.
   - Не стоит благодарности, - отмахнулся Прюэтт. - К службе приступаете с завтрашнего дня, а пока идите по домам. Вуд, грузовик я вам выделю, как только попросите...
   - Спасибо, сэр, - Джерри отдал честь.
  
   Хижина Гонтов, разумеется, лучше выглядеть не стала... На что Тому было наплевать. Тайник уцелел, а всё остальное роли не играет...
   Фамильный перстень Гонтов - на левую руку. Интересно, знал ли кто-то из этих жалких тупиц, что держит в руках Воскрешающий Камень?.. Вряд ли. И даже если бы и знал - не смог бы ничего сделать. Он и сам не сможет его использовать - не рискнёт. Прикрыв глаза, Том вслушался в мерную пульсацию чуждой и чужой силы в камне - демоническая Ки, сказал бы японец, не-магия сидов... Надо будет избавиться от камня, но пока что не получится - приходится соответствовать идиотским стандартам.
   Всё остальное Том безжалостно сжёг - эта страница его жизни смята и выброшена, род Гонтов перестал существовать окончательно. Пора двигаться дальше... И для начала - хотя бы наведаться в новый дом.
   Дом оказался невелик, но удобен, хотя мебели кое-где и не помешало бы Репаро. Вообще, его было несложно превратить в подобающее магу жилище, но на это требовалось время - а его как раз и не было. Да и в любом случае, если уж браться за дело всерьёз, на это не один год уйдёт... Ладно, сперва дела.
   И Том, бросив взгляд на часы, аппарировал.
  
   - Ну наконец-то! - Малфой шагнул навстречу, протягивая руку. - Все уже здесь, собрались чуть ли не с утра - и я их понимаю!..
   - Рад тебя видеть, мой скользкий друг, - Том пожал протянутую руку. - Я тоже соскучился по вашему обществу...
   - Том... - Малфой неожиданно придержал его. - Твои письма меня изрядно удивили. Раньше ты говорил совсем другое...
   - Раньше я был совсем другим, - Том коснулся медалей. - Вот только мне пришлось увидеть, чем всё это кончается... И такой судьбы я для вас не хочу.
   - Ты о чём?
   - О том, куда приводят мечты... Ты же, помнится, однажды сказал, что у Гриндевальда один недостаток - он не англичанин? Могу тебя обрадовать - его любимые идеи принадлежат стопроцентному англичанину... и столь же стопроцентному маглу.
   - Том, ты шутишь?
   - Знаешь, Абраксас... - Том затянулся. - Я видел такое, что ты не в состоянии вообразить. Я заглянул в бездну... Ладно, всё это подождёт. Кто пришёл?
   - Крэбб с Гойлом, - перечислил Малфой, - Паркинсоны оба, Вальбурга, Нотт, Селвин, Яксли и Розье - та же компания, которой мы пудрили мозги Каркарову, только Гринграсс всё ещё где-то болтается на своей мордредовой жестянке.
   Том бросил окурок на землю, уничтожил его взмахом палочки и неопределённо хмыкнул - расклад был почти идеальным. Жаль, конечно, что нет Марка - Гринграсс всегда был голосом разума в их компании - и хорошо, что нет Лестрейнджей, иначе была бы драка...
  
   - А вот и Лорд Волдеморт! - объявила Вальбурга. - О, кольцо - выходит, слухи не врали, и ты действительно Гонт?
   - По матери, - кивнул Том. - Итак, я искренне рад вас видеть, и, если верить Абраксасу, у нас предполагается отнюдь не светский раут... И да, Вальбурга, ты не могла бы перестать называть меня этой дурацкой кличкой?
   - А ты изменился, - заметил Нотт. - Больше похож на дядю Элджернона, чем на нас...
   - А ты как думал?.. Ладно, к делу - полагаю, все согласны с тем, что магический мир пора менять и менять радикально? Так вот, могу вас обрадовать: все наши грандиозные планы - пустое место, а идеи - гибельный самообман. Нет никакого превосходства над маглами - это они обогнали нас, и обогнали безнадёжно...
   - Похоже, ты просто лживый грязнокровка! - заорала вскочившая Вальбурга. - Мерзкий вор, как!..
   - Вэл, - Том не повысил голоса, но Вальбурга дёрнулась, как от пощёчины, осеклась на полуслове и замерла. - Смотри мне в глаза.
   Том был прирождённым легилементом, и для того, чтобы показать воспоминания, думосбор ему не требовался - разумеется, если показать их требовалось только одному человеку. И при этом было невозможно солгать...
   Воля Тома снесла защиту, и в чужой разум хлынул поток воспоминаний, заставляя его самого переживать заново всё, что так не хотелось вспоминать...
   Уродливая лачуга с её не менее уродливым обитателем, давящимся злобой. Наглый самовлюблённый сопляк, не способный повзрослеть. Больница и глухая пустота в прошлом. Мост и отчаянная переправа. Каркаров, возвращающаяся память, новая палочка. Концлагерь, иссохшие люди и измождённые мертвецы, озверевшие американцы на месте расстреливают охрану. Руины Докторфаустштрассе. Индийские деревни, вырезанные шестихвостой. Хиросима. Токио. Суд над Гриндевальдом, хроника, выгоревшие голоса свидетелей...
   Ты действительно хочешь этого, Вальбурга Блэк?
   Том отвёл глаза - и Вальбурга со звериным воем рухнула на колени. Нотт метнулся к ней, обнял, позволив вцепиться в мантию, и зло спросил:
   - Что ты с ней сделал?!
   - Всего лишь показал, куда приводят мечты, - хмуро ответил Том, достав фляжку. - Вэл, глотни - легче станет...
   Румынский сливовый бренди подействовал - истерика прекратилась. Вальбурга поднялась с пола, продолжая цепляться за Нотта, и сказала:
   - Том, пожалуйста, прости меня! Я просто не знала... Я не хочу, чтобы всё кончилось так!..
   - Почему-то мне кажется, что мы будем выглядеть не лучше, - незаметно исчезнувший Малфой столь же незаметно вернулся с думосбором, - но нам необходимо увидеть то, что довело Вальбургу до истерики... Да ещё и заставило забыть, что младший Элджернон для неё недостаточно древнейший и чистокровнейший.
   - Я не желаю, чтобы меня сунули в постель к родному брату! - рявкнула Вальбурга. - Смотрите, хорошенько смотрите, и наслаждайтесь своим превосходством, пока ещё можете!
   Элджернон Нотт крепче обнял Вальбургу и всё ещё зло, но без прежней ярости, потребовал:
   - Покажи воспоминания, Риддл. Немедленно!
   Пожав плечами, Том коснулся палочкой виска, сосредоточился, вытянул воспоминания и опустил в чашу. Элджернон склонился над ней, замер... А поднявшись, толкнул думосбор к Абраксасу со словами:
   - Полагаю, сперва это следует увидеть всем остальным.
  
   Четверть часа в гостиной царила напряжённая тишина. Малфой, последним заглянувший в думосбор, сунулся в бар, вытащил бутылку огневиски и приложился к ней забыв про стакан...
   - Фамильная эмоциональность Блэков, - вздохнул он. - Я понимаю, что случилось с Вальбургой... Но ты хоть понимаешь, что мог её покалечить?
   - Просто прими как данность, что я знаю, что делаю, - буркнул Том. - И не забудь, что меня учили профессионалы... Итак?
   Абраксас сжал пальцами переносицу, покосился на Вальбургу и сказал:
   - Думаю, мы все согласимся, что ситуация довольно скверная... И не знаю, как вы, а я просто не представляю, что делать. Том, хотя бы ты знаешь, что делать? Ты же всегда был самым изворотливым в нашей компании...
   - Выбросить на помойку идеи чистой крови, - Том снова закурил, - и прочую нацистскую дрянь. Без маглорождённых мы попросту не выживем - Гонты тому пример, да и у Блэков наметилась та же проблема. Я не стану говорить, что их надо встречать с распростёртыми объятиями - нет, их просто не надо воспринимать людьми второго сорта в лучшем случае. Давайте признаем, что ребёнок маглорождённых - чистокровный маг, пусть и в первом поколении. Да, за ним нет копившихся веками знаний и артефактов - но он маг, как и вы. И это единственное, что имеет значение - всё остальное не более, чем превратности судьбы, ничего не значащие пустяки. В итоге всё решает сила, и вот с этим у полукровок никогда не было проблем... Кроме того, нам пора понять, что маглорождённые - не только новая кровь, но и новые идеи. Вы сами только что видели, на что способны маглы, и прекрасно понимаете, что нас просто сметут, даже без помощи лояльных правительству волшебников - потому что они, в отличие от нас, не застыли, любуясь заслугами предков, а продолжают развиваться. Поэтому необходимо тщательно рассматривать все магловские идеи и перенимать всё, что окажется полезным. Не всё подряд, естественно - но без этого нам конец. И - самое главное - необходимо систематизировать наши знания и хотя бы попытаться создать нормальную теорию магии. То, что есть сейчас - домыслы пополам с суевериями.
   - Довольно радикально, - высказался Нотт. - Впрочем, с последним пунктом вряд ли кто-то станет спорить, но остальное... Родители Вэл не то что слушать не станут - просто не поймут, даже если заставить их просмотреть твои воспоминания...
   - А я заставлю! - воскликнула Вальбурга.
   - Так вот, Том, что мы будем делать? - закончил Нотт.
   - Попробуем захватить мир, - осклабился Том. - А если серьёзно - сейчас нам предстоит завоевать умы нашего поколения и детей, а затем оттеснить от власти старых дураков и уже после этого браться за реформы. Это будет непросто, но...
   - Мы с тобой, - ответил за всех Абраксас.
  

10. Ghost Division

   Глинда Райли выбралась из машины, окинула дом внимательным взглядом и оценила:
   - Неплохо. Совсем неплохо... Что будем делать дальше?
   - Представлю тебя местному обществу - сегодня как раз отличный случай - и будем обустраиваться. Общество, конечно, задёргается, но нам это и надо...
   - Я буду только рада - не люблю снобов, - фыркнула Глинда. - Особенно - любителей считать родословную чуть не со Времени Снов... Кстати, о тебе уже слухи ходят, ты в курсе?
   - Ещё со школы, - отмахнулся Том. - Что на этот раз?
   - Ну, в основном - красавец-ветеран, поставивший на место леди Блэк...
   - Уже? - Том расхохотался и подхватил Глинду на руки. - Я становлюсь всё круче с каждой новой сплетней!..
   - Ты и без сплетен крут, - Глинда потёрлась носом о его висок. - И что там с обществом?
   - Гораций Слагхорн, декан Слизерина, гениальный алхимик и просто хороший человек, время от времени устраивает вечеринки для своих друзей - а в друзьях у него очень много известных людей... И знакомство с ними тебе определённо пригодится. Не говоря уже о том, что у него всегда весело.
   - Эх, а я ведь парадную мантию на самое дно запихнула... - хихикнула Глинда.
  
   Гораций Слагхорн любил уют и не любил показухи - а ещё был одним из сильнейших тёмных магов - и встречи Клуба Слизней проходили в соответствующей обстановке, неформальной и домашней. За это, собственно, Том их и ценил - полезные знакомства были, как ни странно, приятным бонусом...
   - Том, а вот и ты! - Слагхорн торжествующе наставил на вошедшую парочку живот. - И мисс Райли, конечно же - наслышан, наслышан... Добро пожаловать! Кстати, ты же знаешь Марка Гринграсса? Рад сообщить, что он, несмотря на все свои усилия, вернулся живым и здоровым...
   - Интересно, сколько он успел записать на свой счёт?
   - Тридцать одна тысяча тонн, мог бы и сам спросить, - с их прошлой встречи Гринграсс лишился щетины и обзавёлся второй нашивкой, - ты, я слышал, тоже не прохлаждался?
   Марк Гринграсс, командир подводной лодки, в планах Тома занимал важнейшее место. Он, в отличие от всех прочих чистокровных, знал настоящую цену войны - и реальные возможности маглов он тоже знал, причём ещё лучше самого Тома. Лучшего союзника не найти, осталось только убедить его...
   - Марк, есть разговор.
   - Моё мнение не изменилось.
   - Изменилось моё, - Том коснулся медалей. - Марк, мне, конечно, далеко до тебя, но видел достаточно, чтобы разочароваться в чистой крови. И... Видишь Вальбургу?
   - С Ноттом?.. Занятие зрелище. Всё-таки решила, что парень ей подходит?
   - Она заглянула в мои воспоминания и с ней случилась истерика. Она много интересного наговорила, пока Нотт её утешал... В общем, компания по-прежнему на моей стороне, а планы у меня всё ещё грандиозные...
   И Том коротко изложил свой план. Марк молча выслушал, закурил и высказался:
   - Может сработать. Во всяком случае, я в деле - подводный флот гарантированно избавляет от иллюзий.
   - Рад, - Том протянул руку, и Гринграсс пожал её. - Чертовски рад, что ты на моей стороне, Марк. Вот теперь я уверен в нашей победе...
  
   Глядя на Слагхорна, было невозможно представить, что перед тобой - один из опаснейших магов Великобритании. При этом образ добродушного толстячка не был маской - Слагхорн таким и был. До определённого момента...
   Прежний Том всего этого не знал и своего декана сильно недооценивал... Впрочем, в этом он был не одинок - Слагхорна недооценивали почти все, и кое-кому такая беспечность стоила жизни... И это при том, что свои таланты он, конечно, не афишировал, но и не скрывал. Все, кому надо, знали... Но надо было очень немногим - остальные видели только маску. Слагхорна это устраивало...
   Тома, в принципе, тоже - Слагхорн и его связи были и одним из ключевых элементов плана, и дымовой завесой одновременно. Без него всё было бы куда сложнее - да и с его помощью просто не будет. Впрочем, кто рискует - побеждает.
   - Том, - Слагхорн протянул кубок с пуншем, - не хочешь рассказать о своих приключениях?
   - Пожалуй, - Том отпил из кубка. - Гораций, вы, кажется, зачитывали отрывки из моих писем? Тогда, пожалуй, я продолжу с того места, где вы остановились.
   - Так и правда будет лучше всего, - согласился Слагхорн.
   И Том, допив пунш, принялся рассказывать о своих японских приключениях.
  
   Том не забывал изучать гостей - и не мог не отметить, что встряска пошла Вальбурге Блэк на пользу. Одно то, что слово "грязнокровка" из её речи начисто исчезло, говорило о многом... Но разговор с ней лучше оставить Глинде - девушки определённо нашли общий язык. Надо будет ещё с Ноттом поговорить - картина получается интересная. Нет, свою компанию он встряхнул основательно, но этого мало, а для старшего поколения - и вовсе ни о чём. Нотты, конечно, старая семья, но чтобы Блэки соизволили признать кого-то равным... Для этого требовалось нечто серьёзное.
   Впрочем, все ответы Том получил совершенно неожиданно и из первых рук - Вальбурга подошла к нему и сообщила:
   - Том, меня едва не выгнали из дома, но мне всё-таки удалось настоять на своём!
   - Молодец, - кивнул Том, - и что же ты такого натворила?
   - Ну, когда я сказала, что нашла чистокровного жениха из старой семьи, да ещё и наших давних союзников, мне заявили, что жениха мне давно нашли, что Нотты нам не ровня и я выйду замуж за Ориона.
   - Твоего кузена?
   - Троюродного брата.
   - Немногим лучше. Вероятность рождения сквиба - процентов двадцать.
   - Я то же самое в одном старом трактате прочитала, пересказала матери - ох она и орала! Это, видите ли, "гнусная маглолюбская писулька", которой нет места в библиотеке Блэков, и она лично убьёт "никчёмного грязнокровку", который это написал. А когда я сказала, что написал это Магнус Чёрный, основатель рода... Крэббы крепкие, не то матушку бы удар хватил, а так просто орала битый час. А вот отец задумался... И сказал, что Нотт - вполне подходящая партия, и он не возражает. На этом всё и кончилось, но дома мне как-то не хочется появляться...
   Вальбурга подхватила Элджернона под локоть и утащила к столу, а Том, щёлкнув зажигалкой, затянулся. Мелочь... Наподобие рейдов SAS. Они не выиграли войну - но без них не было бы ни "Факела", ни "Оверлорда", джерри не держали бы прорву войск во Франции - тех самых, которые так и не попали на Восточный фронт... На войне не бывает мелочей, а им предстоит именно война - и совсем не факт, что война только умов. Оголтелые фанатики не признают проблемы, пока не увидят танки в Косом переулке, а тогда уже будет поздно... Да и либералы из окружения министра немногим лучше - маглы для них были чем-то далёким и полумифическим, наподобие кукуанов Хаггарда. Добавить к этому абсолютно бредовое магловедение и безобразно занудную историю - и картина получается весьма неприглядная... Мало кто в магической Англии действительно понимал, на что способны маглы... И насколько маги от них зависят. С этим тоже придётся что-то делать, но это не столь критично - так или иначе, проблема решится вместе с остальными. Держать в памяти стоит, но и только - и уж точно прямо сейчас он этим заниматься не будет. Вечеринка закончилась, пора расходиться - а он слишком давно не видел Глинду, и сегодня у них не было времени ни на что...
  
   Выдержки хватило только на то, чтобы перекрыть камин - не хватало ещё кому-нибудь вломиться в самый неподходящий момент... Потом, конечно, придётся искать одежду по всему дому, но какая, к Мордреду, разница? Глинда слишком хороша для таких пустяков... И это было последней связной мыслью Тома.
  
   Проснулся Том довольно поздно - по-прежнему в гостиной. Правда, постель из подушки с дивана и неведомо из чего трансфигурированного одеяла оказалась на редкость уютной... Хотя с Глиндой было бы уютно и на голых камнях.
   Глинда устроилась рядом, тихонько сопя в ухо, и Том, не удержавшись, поцеловал её в нос.
   - Том... - Глинда приоткрыла глаза и зевнула. - Ты хоть представляешь, который час?..
   - Начало двенадцатого, - Том покосился на полоску света от неплотно закрытых штор. - И я бы не отказался от завтрака, поэтому...
   - ...Ноги твоей не будет на моей кухне, Томми, - ухмыльнулась Глинда.
   - Что, совсем?!
   По итогам недолгой весёлой перепалки Том получил милостивое дозволение не только сварить кофе, но даже нарезать бекон, ещё раз поцеловал невесту и отправился в ванную. Никаких планов на выходные он составлять не собирался - не считая официальной свадьбы в воскресенье. Совершенно не нужной обоим, но замшелое магическое законодательство такого не предполагало. О чём говорить, если гражданский брак - без кабальных магических клятв для невесты - был разрешён только в начале двадцатых? Ну а если брак всё равно придётся регистрировать в Министерстве в присутствии свидетелей, то почему бы их не отблагодарить? Тем более - майора Прюэтта, Абраксаса Малфоя и Цедреллу Уизли, чью скандальную свадьбу не забудут ещё долго...
   Том усмехнулся - жаль, что эту историю он пропустил... И надо будет предупредить Глинду, ибо Тиберий Септим Уизли на свежего человека действовал оглушающе...
   Об этом Том и рассказал, нарезая бекон и приглядывая за кофейником. Глинда, достав из холодильника яйца и молоко, заметила:
   - Похоже на дешёвый любовный роман для девочек...
   - Для девочек? - фыркнул Том. - Милая моя, всё, что творит эта семейка - в лучшем случае смесь Берроуза и Лоуренса! Как они были полторы тысячи лет назад ирландскими разбойниками, так и остались... Знаешь, Блэки сначала хотели его убить, но он им предложил виру - опиумную плантацию в Кашмире. Сама понимаешь, такое даже Блэки не выдержали и решили сделать вид, что всё идёт по плану...
   - Весело живёте, - хмыкнула Глинда. - С размахом.
   - Ну да, - согласился Том. - Зато скучать не приходится. Кстати, Глинда, а что ещё ты умеешь?
   - Кроме зелий? Всего понемногу, но ничего выдающегося. Вот ещё стреляю неплохо - у нас без этого никуда. Кролики, знаешь ли... И не только. Так, вот что, Том - беспорядок тут у тебя... Я понимаю, что тут никто не жил всю войну, что ты приехал всего-то пару дней назад, но порядок мы тут наводить будем сразу после завтрака!
   Том улыбнулся - чего-то подобного он и ожидал, да и, если честно, он до сих пор не разобрал даже те немногие вещи, что у него были. Что уж говорить о доме, где он до сих пор только ночевал?..
  
   Говоря о своих способностях "ничего особенного", Глинда почему-то не упомянула о бытовых чарах - а в них она оказалась мастером. Пара взмахов палочкой - и пыль и притаившаяся по углам паутина исчезли, из-под стола вылетела пустая консервная банка, а стёкла, и без того не грязные, засияли идеальной чистотой.
   - Банка-то откуда взялась? - Том почесал в затылке и трансфигурировал жестянку в портсигар. - Я её точно оставить не мог...
   - Потому что ты всё это время дома не ел, - фыркнула Глинда. - Том, так нельзя! В Мунго собрался, что ли?
   - Да нормально я ел, - фыркнул Том. - Ладно, это всё решим потом, а пока давай, что ли, дальше порядок наводить...
   Порядок наводили весело и шумно. Счастье, о котором Том ещё недавно не мог и мечтать... Теперь он мог только посмеяться над своими старыми идеями - вот только ничего смешного в них не было ничего. И подобные идеи в магической Британии считались нормой! Чистая кровь, избранные магией и прочий отвратительный бред, идеальное оправдание собственной алчности и глупости. Сколько лет придётся вытравливать эту грязь из людских умов?..
   Но всё это - не сегодня. Сегодня время для них двоих... И только для них.
  
   Воскресенье запомнилось Тому суетой и беспорядком. Впрочем, оно того стоило...
   В самом Министерстве всё, как ни странно, прошло спокойно - хотя чиновники презрительно косились на Глинду и настороженно - на Уизли. Видимо, хорошо помнили...
   Никаких церемоний не было - они расписались в толстенной книге, свидетели заверили их подписи, чиновник выдал дежурное поздравление... И всё.
   - Глинда Риддл... Неплохо... - Глинда улыбнулась. - Ну что, возвращаемся?
  
   Том опрометчиво предоставил Джерри и его жене полную свободу действий - и они ей воспользовались... Украшений и угощения хватило бы на две свадьбы, а суматохи - и вовсе на десяток... Что, впрочем, Тома только радовало. Можно было подразнить чопорных "аристократов", повеселиться, да и Глинду это привело в восторг...
   В общем, свадьба удалась - с этим не спорил никто. И присутствие маглов, что интересно, чистокровных магов ничуть не беспокоило...
   А затем, отставив пустой бокал, Септим Уизли спросил:
   - Как я полагаю, ты собрал нас не просто так?
   - Не просто, - кивнул Том. - Вы все знаете, что я затеваю... И что до сих пор возможности нормально обсудить детали у нас не было.
   - Говоря о деталях, - Абраксас бросил на стол официального вида конверт, - тебя хотят видеть в Визенгамоте. Ты же наполовину Гонт, а поскольку других нет, то...
   - Гонтов нет, - спокойно ответил Том. - Я - Реддл, полукровка, что бы там ни воображали чистокровные индюки. И в Визенгамоте я не появлюсь - разве что со штурмовой командой... Но до этого ещё далеко. Пока что у нас нет ничего, кроме энтузиазма, поэтому давайте, предлагайте что-то реалистичное.
   - Пока что потихоньку скупать министерских чиновников низшего звена, - предложил Гринграсс. - Мало кто обращает на них внимание, а ведь именно рядовые исполнители - ключевой момент любого плана...
   - Денег-то хватит? - хмыкнул Том. - И где гарантия, что кто-нибудь не предложит больше? Нет, сама по себе мысль неплохая... Но сейчас главное - выбросить наши идеи в общество и сделать это скрытно. Нас должны считать молодыми идеалистами, а не организованной силой... Которой, кстати, мы пока что не являемся.
   - И не надо, - сказала Глинда, отодвинув чашку. - Вообще-то, на случай высадки японцев кое-кто готовился уйти в подполье, так что основам меня учили... И чем проще и короче цепочка команд, тем лучше.
   - У нас всё не настолько плохо, но в целом ты права, - согласился Том. - Никаких формальностей, просто группа единомышленников - и таковыми мы и останемся. Итак, взятки чиновникам - что ещё?
   - Дядя уже неоднократно говорил, что Блэквуда надо убрать, - сообщил Элджернон. - Если у него будет альтернатива, дело пойдёт лучше, но он тебя не знает...
   - И, естественно, не будем избегать и прямого действия, - заявил Уизли. Взгляд его при этом не позволял усомниться, какое действие имелось в виду...
   - Кто о чём... - вздохнул Марк. - Септим, тебе на Кейбл-стрит два ребра сломали?
   - Три. Хорошо, у меня всегда костерост с собой, - оскалился Уизли.
   - Вообще-то, он прав, - заметил Том. - Кое-кому придётся нашу позицию объяснять на практике... Но частным порядком и не афишируя конечной цели и существование нашего соглашения - иначе нас даже Дамблдор не поймёт. Кстати, его придётся убирать и из школы, и из политики - этот чёртов идеалист, конечно, может послужить тараном, но проблем нам создаст в избытке... И кстати, все что, уже забыли, ради чего собрались?
   - Ну почему, - открыв бутылку австралийского вина, Прюэтт наполнил бокалы. - Я, например, не забыл... И предлагаю выпить за тех, благодаря кому наш невидимый отряд стал реальностью - за Тома и Глинду Реддл!
   Разумеется, все деловые разговоры закончились. Пили за молодожёнов, танцевали, травили байки, Уизли чуть было не подрался с Ноттом, но их растащили, несмотря на протесты Джерри, утверждавшего, что свадьба без драки - не свадьба, а так, баловство...
  
   Проводив гостей, Глинда потянулась и, прищурившись, спросила:
   - Ты же поможешь мне избавиться от этого дурацкого платья?
   Разумеется, Том помог... И, подхватив жену на руки, снова благодарил судьбу - и своё неуёмное любопытство - за уничтоженный хоркрукс. Вечная жизнь без любви? Ну и дураком же он был!..
  

11. Over the hills and far away

   Опытный парашютный отряд Королевских ВВС моментально стал местной достопримечательностью. А как же иначе - мало того, что бравые ветераны, так ещё и целых два самолёта, и всё это - прямо в Литтл-Хэнглтоне! Завсегдатаи "Весёлого висельника", потягивая эль и дымя трубками, задумчиво качали головами, почтенные матери семейств пристально следили за дочерями, а мальчишки толпились у забора, таращась на самолёты.
   Самолёты - "Фламинго" Де Хевилленда для парашютистов и "Лизандер", с которого велась съёмка - привлекали столько внимания, что искать здесь что-то ещё не стала бы и разведка русских, и команду это полностью устраивало. На русских было наплевать, но Отдел Тайн тоже не интересовался Отрядом, и это сильно упрощало работу. Отдел Тайн, впрочем, оказавшийся между Министерством и Короной в весьма пикантной позе, был слишком занят...
  
   Два месяца Отряд на полном серьёзе занимался немецкими парашютами, однако Прюэтт всё это время постоянно пропадал в Лондоне, а появляясь в Литтл-Хэнглтоне, вид имел хмурый. Похоже, намечалась работа по специальности...
   Том угадал... Одним далеко не добрым сентябрьским утром Прюэтт собрал отряд и сообщил:
   - Обнаружен один из ближайших сподвижников Гриндевальда - Леон Видаль. В настоящий момент он играет роль скромного пожилого клерка в Палестинском агентстве и уважаемого члена МАПАЙ...
   - Твою мать... - выдохнул Джерри. - Простите, сэр.
   - Сэр, а в каких отношениях он с Бен-Гурионом? - спросил Том, перебирая и отбрасывая варианты. Достать сефардского каббалиста в Палестине - задачка сама по себе не на две трубки, но если он ещё и обзавёлся поддержкой на самом верху...
   - Пока - ни в каких, - успокоил его Прюэтт. - Есть подозрение, что он собирается сыграть в ту же игру, что и его патрон, но пока что он сидит тихо.
   - Сэр, а может, заложить его евреям? Они же Гриндевальда терпеть не могут...
   - Капрал Оуэн, вы следите за новостями? - осведомился Прюэтт. - И конкретно за палестинскими?
   - Не особенно, сэр.
   - Это заметно, капрал... Бен-Гурион нас просто не станет слушать, и хорошо ещё, если не натравит на нас своих боевиков. Арабы... пытаться с ними договориться - только время терять. Придётся всё делать самим.
   - Можно спросить Слагхорна, - предложил Том, - нет ли у него знакомого каббалиста-ашкеназа. Если есть, может быть, нам хотя бы мешать не будут.
   - Дельная мысль, - кивнул Прюэтт. - Что ж, джентльмены, пока все свободны. Досье на нашего клиента на столе, советую ознакомиться...
  
   Сова Слагхорна прилетела вскоре после обеда и принесла записку и шнурок.
   - Нам повезло, джентльмены, хотя и меньше, чем я надеялся, - сообщил Прюэтт. - Портал сработает завтра в восемь утра, нас будут ждать. Слагхорн уверяет, что его знакомый сможет избавить нас от чрезмерного внимания Шай, но на сотрудничество можно не надеяться. Всё ясно?
   - Так точно!
  
   Вернувшись домой, Том вытащил вещмешок, проверил его и оставил в прихожей.
   - Надолго? - спросила Глинда, уткнувшись лбом в его плечо.
   - Не знаю, - признался Том. - Нас посылают в Палестину, а там сейчас жара...
   Палестина... Том прикрыл глаза, вспоминая сводки. Арабы, евреи и англичане, которых, впрочем, уже можно не считать - год-другой, и от мандата придётся избавиться, пока не выкинули пинками. Тот ещё любовный треугольник... И посреди всего этого - каббалист из окружения Гриндевальда, причём наверняка уже набравший учеников. И Шай, кстати - вот уж чьего внимания необходимо избежать...
   Интересно, кого всё-таки нашёл Слагхорн? Зная его, можно ожидать хоть самого Бен-Гуриона... Чего, кстати, тоже хотелось бы избежать - как и любых других политиков. Политики ему хватит и британской, которой никак не избежать... А, к Мордреду их всех - не стоит тратить впустую вечер наедине с любимой женщиной!
  
   Портал сработал ровно в восемь, доставив команду во двор деревенского дома. Их ждали - благообразный старичок в длинном черном сюртуке спустился с крыльца и осведомился:
   - Таки вы и есть мальчики Горация? Добро пожаловать в Эрец Исраэль, и таки не жалуйтесь, когда с вами тут что-нибудь сотворят...
   - Мистер Шнирельман, - Прюэтт протянул руку, - благодарю за содействие.
   Шнирельман намёк понял.
   - Давид сказал, что будет смотреть совсем в другую сторону, но он совсем не хочет, чтобы ему сделали мозоль на шее, и если вы таки не управитесь, как наш Творец, за семь дней, он расстроится, - заявил Шнирельман. - И я скажу вам вот что - этот шлемазл Видаль живёт прямо в Иерусалиме, и делает вид, как будто он магл. Я таки покажу, где он, но не больше!
   - Этого будет достаточно, мистер Шнирельман, - заверил Прюэтт. - SAS имеет обязанность защищать мирных жителей, поэтому вам ничего не угрожает... И, разумеется, мы вас не стесним своим присутствием. К тому же, если мы можем чем-то помочь...
   - Азохен вей, какие вежливые мальчики! - восхитился Шнирельман. - Ну, раз так, то вы таки не откажетесь занести Горацию одно забавное зельице?..
   - Считайте, что оно уже у Слагхорна, - ухмыльнулся Прюэтт.
  
   Лагерь устроили прямо в пустыне - благо, палатка с расширенным пространством позволяла устроиться даже с некоторым комфортом.
   - Итак, джентльмены, у нас неделя, - начал Прюэтт, едва палатка была собрана, - и британскую администрацию привлекать крайне нежелательно. Какие будут предложения?
   - Дома его явно не достать, - высказался Том. - Можно, конечно, посмотреть... Но защиту мы если и пробьём, то нашумим так, что нам этого точно не спустят. Придётся ловить на улице... Но для этого за ним придётся пару дней понаблюдать.
   - Причём магловской части нашего отряда, - добавил Прюэтт. - К сожалению, подавляющее большинство маглов не в состоянии представить еврея в союзе с наци, поэтому среди маглов мерзавец чувствует себя в безопасности.
   - А он никакой морок не напустит, сэр? - поинтересовался Джерри.
   - На этот случай у вас будут амулеты, - сообщил Прюэтт. - Причём очень мощные, пробьют почти всё. Потом, когда у нас будет хотя бы примерная схема его перемещений, посмотрим, что можно сделать.
  
   После совещания Прюэтт куда-то аппарировал и вернулся через полчаса на мотоцикле с коляской. Мотоцикл был немецким, изначально принадлежал Африканскому корпусу и даже не был перекрашен. Только свастику замазали и нарисовали звезду Давида...
   На мотоцикле в Иерусалим отправили Тома, Мейсона и Фарли - под видом отпускников. Выглядели они соответствующе, особенно Фарли, доставший откуда-то ром и успевший выпить с полпинты. Кого другого уже бы развезло, но Фарли только развеселился, да и то непонятно, от рома, сам по себе или вживаясь в роль. Том себя чувствовал почти так же, только что трезв был... Но азарт хищника и предвкушение схватки вернулись мгновенно - словно и не было этого года, и всё ещё весна сорок пятого...
  
   Иерусалим Тома не впечатлил. Да, древний. Да, большой. И всё - по крайней мере, для человека, которому плевать на любую религию.
   Первым делом Том отправился к дому Видаля - и сразу же ушёл, бросив единственный взгляд. Дом был защищён так основательно, что для вскрытия зашиты потребовалось бы не меньше месяца... Правда, после смерти хозяина она должна была развалиться, так что шанс поискать что-нибудь интересное был. Правда, Том и на такой случай что-нибудь предусмотрел бы... А Видаль - и подавно.
   На работе Видаль был постоянно на виду, незаметно подобраться к нему можно было разве что в фамильной мантии-невидимке Поттеров. Всё остальное было бы бесполезно - мерзавец мало того, что носил отличный набор артефактов, так ещё и сам по себе имел на редкость острые чувства.
   Оставалось только ловить его на улице - и без всякой магии. Снайпер или кинжал - на выбор... И сам Том однозначно предпочёл бы второе. Бесшумно, незаметно и вполне по-еврейски - помнится, сикарии попортили римлянам немало крови...
   А главное - кинжал, в отличие от снайпера, куда проще свалить на местных. Возможно, контрразведка вообще этим делом не заинтересуется - а снайпер неизбежно привлечёт внимание.
  
   Джерри пришёл к тем же выводам, Оуэн, в общем - тоже, однако считал, что лучше будет использовать дубинку или кастет.
   - Не годится, - отмахнулся Том. - Нужно место для замаха, да и не особо надёжно - голова у этого ублюдка крепкая...
   - Может, ему посылку с бомбой прислать?
   - Джерри, ты что, умеешь превращать пиво в виски? - Том едва не поперхнулся. - Вот уж тут точно все на уши встанут! И вообще, я, конечно, кинул на наш столик глушилку, но голос повышать не надо. Могут заметить...
   Сами по себе трое солдат-отпускников в баре могли бы заинтересовать разве что военную полицию, а вот бурная, но молчаливая дискуссия неизбежно привлечёт такое внимание, что никакие чары не помогут... А Том вообще не хотел лишний раз колдовать. Не хватало ещё спугнуть Видаля...
   - В общем, - подвёл итог и беседе, и пиву Джерри, - пора возвращаться. Доложим, как есть, а там уж начальству виднее.
   - И то верно, - согласился Том, снимая защиту. - Поехали.
  
   Англичанин, выпивший пинту пива, абсолютно трезв... Тем более - в пустыне, где никто не станет гоняться даже за откровенно пьяными мотоциклистами. Некому...
   Тома это вполне устраивало - можно было до предела разогнать машину, позволить ветру вынести из головы всё лишнее. Медитация - или возможность сосредоточиться на главном.
   Видаль.
   Прюэтт, разумеется, предпочтёт кинжал - значит, придётся выслеживать всем отрядом, рассыпавшись по городу. Прятать не только лица, но и мысли... Непростая задача даже для мага - вряд ли проще, чем обмануть шестихвостую. Нужны маскирующие амулеты... но их нет. Зато есть пергамент и чернила - и руны. Должно сработать...
  
   - В самом лучшем случае их хватит на несколько часов, - сказал Прюэтт, выслушав идею Тома. - А скорее, вообще ничего не выйдет... Но попробовать можно - всё равно ничего не теряем...
   Том и сам не был на сто процентов уверен в результате - но попробовать стоило. Конечно, кусок пергамента с рунами ну очень отдалённо похож на печать-офуда, и долго магию не удержит... Но долго и не требуется - хватит и пары часов. Вот только что использовать?
   Отрезав полоску пергамента, Том задумчиво погрыз перо и вывел на пергаменте первую руну. Раз уж речь идёт о людях, то, пожалуй, перевёрнутая Манназ пойдёт... И Ансуз - тоже перевёрнутая, ведь известия как раз и не нужны. И замкнуть - Перт, пожалуй, подойдёт. Теперь осталось только напитать поделку магией...
   Как ни странно, эта штука работала. Том даже аппарировал в Иерусалим и прошёлся по базару - амулет исправно отводил глаза, хотя магию терял безобразно. Сутки, не больше - но этого хватит.
   Вернувшись, Том продемонстрировал результаты своих экспериментов Прюэтту. Прюэтт оценил - продемонстрировав при этом отличное знание окопного жаргона. Том, в общем-то, был согласен с майорским мнением, но ничего более пристойного у отряда не было...
  
   На следующий день отряд в полном составе рассыпался по Иерусалиму, наблюдая за целью. Шансы невелики, но они и завтра будут не больше.
   По правилам требовалось хотя бы дня три наблюдения за целью, тщательного изучения распорядка дня и подготовки ловушек... Но на всё оставалось только пять дней - в субботу каббалист уж точно не высунется из дома, а в воскресенье их неделя заканчивается.
   Спешка ещё ни разу не привела ни к чему хорошему, многократно увеличивая риск, но... кто рискует - побеждает, не так ли?
  
   Первый день охоты не принёс успеха - добыча оказалась слишком осторожной. Тем не менее, амулеты работали, и Джерри почти удалось подобраться... Почти - а значит, это возможно. Впрочем, даже если и невозможно - SAS для того и создана, чтобы делать невозможное...
   Том стоял у палатки, курил, разглядывал звёздное небо и перебирал в памяти прошедший день. В особенности - упущенный шанс...
   Не вина Джерри, что его оттёр какой-то идиот - иногда обстоятельства сильнее человека. Тем не менее, обстоятельства можно обернуть себе на пользу, и Феликс Фелицис для этого совершенно не требуется - только немного ума и фантазии, чтобы уметь сымпровизировать... Ну и немного везения, конечно, не повредит, но полагаться на одну удачу глупо.
   В принципе, всё, что требуется - создать суматоху, а толпа соберётся сама. Остальное уже не сложно, если не тупить - а тупить их всех отучили давно и надёжно...
   Докурив, Том отбросил окурок, на лету испепелил его и забрался в палатку.
  
   День прошёл так же уныло и безрезультатно, как и предыдущий. Спина Леона Видаля маячила в нескольких метрах впереди, ещё десяток минут - и он будет дома, прохожих немало, но на полноценную толпу не хватает... Том отдался потоку событий, плывя по течению, и только поэтому успел среагировать, когда на перекрёстке одновременно оказались побитый жизнью "Виллис", Видаль и тащивший телегу осёл.
   Получивший Конфундус осёл замер посреди улицы, джип, толком не успевший затормозить, впечатался в повозку, а водитель заорал: "Шлемазл!"
   Разумеется, перекрёсток немедленно заполнился зеваками, привлечёнными нарастающим скандалом, возникла пробка, застрявшие водители выражали своё возмущение гудками и бранью...
   Разумеется, Видаль свернул в сторону, пытаясь обойти толпу. Том наугад выпустил жалящее, добившись возмущённого женского взвизга, проскользнул по краю толпы и всадил кинжал между рёбрами каббалиста.
   Семь дюймов отличной стали легко прошли кожу, мышцы и плевру, острие дотянулось до сердца - и спустя несколько секунд один из опаснейших тёмных магов Европы был мёртв. Поспешно затолкав пергамент с рунами в карман мертвецу, Том ввинтился в толпу, выбросил свой пергамент, попался на глаза полицейским, растащившим драчунов, и не спеша отправился к дому Видаля.
   Дом горел. Пока что пламя толком не разгорелось, но защита уже отключилась... Может, рискнуть? Вырвавшееся из окон пламя заставило отказаться от этой мысли. Даже мёртвым Леон Видаль не собирался расставаться со своими тайнами...
   Что ж, больше им здесь делать нечего. Закурив, Том засунул руки в карманы и пошёл к месту сбора - аппарировать не было ни смысла, ни желания.
  
   - Задание выполнено, - доложил Том. - К сожалению, обследовать дом объекта не удалось - он уничтожен пожаром.
   - Попытка проникновения?
   - Не наша, даже если и была, - ответил Том. - Полагаю, в защите имелся механизм самоуничтожения, сработавший после смерти объекта.
   - Что ж, это было ожидаемо, - Прюэтт взглянул на часы. - Ну что, джентльмены, возвращаемся...
   - Не люблю я всю эту мистику... - проворчал Джерри. - Правда, так оно быстрее и зениток нет...
   Задерживаться дольше необходимого Прюэтт не собирался. Пять минут на сборы, два заклинания - и следы лагеря исчезли полностью.
   - Одна минута, - Прюэтт развернул верёвку-портключ. - Точка прибытия - база.
   Том взялся за верёвку, глубоко вдохнул и напряг ноги.
   Рывок, мир вокруг свернулся и развернулся с хлопком, пол ударил в подошвы - они на базе.
   - Что ж, джентльмены, жду ваших отчётов - как раз хватит времени - и свободны. Завтра заканчиваем с трофейными парашютами, так что как раз и поупражняетесь в бумагомарании...
  
   Под треск пишущей машинки получалось думать только о бюрократии. О военной бюрократии, которая была куда страшнее самой чёрной магии...
   В общем-то, в необходимости отчётов после боя Том не сомневался - без этого просто невозможно было бы понять, что и как произошло. Но вот форма... Столкновение канцелярского образа мыслей с армейским порождало иной раз настоящих лингвистических монстров. Впрочем, Оуэн однажды выдал рапорт в стихах - и вот это, с учётом отсутствия у него поэтического дара, было по-настоящему страшно...
   Сам Том, разумеется, таким не страдал, используя в отчётах максимально точные и однозначные формулировки - но от претензий начальства это обычно не спасало. Придираться к каждой запятой - дело несложное, он и сам это умел...
   Много времени отчёт не занял, и, сдав его Прюэтту, Том отправился в бывшее крыло прислуги, ныне - казарму. Наверняка там творилось какое-нибудь безобразие... Просто потому, что предоставленный самому себе солдат есть разрушительная стихийная сила.
   Но, как ни странно, солдаты не пьянствовали, не дрались, не притащили проституток, не отправились в самоволку и даже не играли в карты. Солдаты притащили из гостиной радиограм и теперь пытались его наладить - вернее, наладить пытался радист, а все остальные столпились вокруг, таращились на него и задавали дурацкие вопросы. Радист в ответ рычал и предлагал отправиться погулять - каждый раз по новому маршруту, да так, что некоторые обороты Том решил взять на вооружение.
   По большому счёту, безобразием это не было, но ведь профилактика лучше лечения?..
   - Разойтись! Вам тут что, голую Вивьен Ли показывают?!
   - Никак нет, сэр!
   - Тогда заткнитесь и не мешайте Роулингу работать, если хотите получить это грёбаное радио!
   - Так точно, сэр!
   Развернувшись, Том вышел из комнаты - вот теперь можно было с чистой совестью идти домой, благо, и время пришло...
  
   - Я дома! - Том захлопнул дверь, бросил вещмешок на пол и обнял Глинду.
   Дома... У него никогда не было дома - даже Хогвартс на самом деле был чужим. Не было - но это уже в прошлом. Он дома, с любимой - и это, на самом деле, единственное, что имеет значение...
   - Ты вернулся, - улыбнулась Глинда, прижавшись к Тому.
   - Мне ведь есть, куда возвращаться...

Оценка: 5.82*31  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Емельянов "Последняя петля 4"(ЛитРПГ) М.Атаманов "Искажающие реальность-5"(ЛитРПГ) И.Борн "Удар. Книга 4. Основной Лифт"(ЛитРПГ) С.Волкова "Игрушка Верховного Мага"(Любовное фэнтези) В.Соколов "Обезбашенный спецназ. Мажор 2"(Боевик) Д.Куликов "Пчелиный Рой. Уплаченный долг"(Постапокалипсис) М.Олав "Мгновения до бури 3. Грани верности"(Боевое фэнтези) В.Соколов "Мажор: Путёвка в спецназ"(Боевик) А.Эванс "Проданная дракону"(Любовное фэнтези) А.Робский "Охотник: Новый мир"(Боевое фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Д.Иванов "Волею богов" С.Бакшеев "В живых не оставлять" В.Алферов "Мгла над миром" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Вектор силы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"