Хайнлайн Р: другие произведения.

Глава I I I. Глянец И Подростки " Скрибнера" ч.1

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
 Ваша оценка:

[Глава II]

ГЛАВА III ГЛЯНЕЦ И ПОДРОСТКИ "СКРИБНЕРА"

 

ПЕРВАЯ ПОПЫТКА

 

 []

"Зелёные Холмы Земли", Saturday Evening Post, 8 февраля 1947. Художник Fred Ludekens.

 

25 октября 1946: Роберт Э. Хайнлайн - Лертону Блассингэйму

   Новость о том, что Вы продали "Зелёные Холмы Земли" в "Saturday Evening Post", очень приятна, и не только размером чека, но  по многим другим причинам. Я счастлив, что мы прорвались на главный глянцевый рынок, и особенно - потому, что это сделал мой любимый рассказ, который я вынашивал в себе пять лет.

 

ПРИМЕЧАНИЕ РЕДАКТОРА В 1930-х и 1940-х и ранее, "Saturday Evening Post" был элитным рынком для авторов рассказов. Он платил по самым высоким тарифам, и печататься там было очень престижно. "Пост" продавался в каждом газетном киоске, и имел широкий круг читателей.

   Помимо рассказов и романов с продолжениями, в нём также печаталось множество статей. Все, кто желал быть хорошо информированным, читали "Пост". Его продавали повсюду; особой популярности журнала способствовали обложки Нормана Рокуэлла. Каждый выпуск содержал несколько статей, короткие рассказы, и, обычно, очередной кусок длинной истории, которую создавали примерно тем же авторским составом. Все авторы коротких рассказов мечтали попасть в эту обойму. За эти сериалы выплачивались особые премиальные тарифы.

   Для продажи "Поста" нанимали мальчиков, и они ходили из дома в дом, продавая "Пост" и два сопутствующих журнала, "The Ladies Home Journal" и "Country Gentleman". Одним из первых рабочих мест Роберта, когда он был ребёнком, была должность "мальчика P-J-G"[1].

   В каждом выпуске "Saturday Evening Post" была колонка с информацией об авторах. Колонка называлась "Держим в курсе"[2] и у Роберта попросили прислать фотографию и данные о себе. Поскольку "Зелёные Холмы Земли" были его первой публикация в "Посте", его поместили в эту колонку.

 

   ...в понедельник посылаю Вам ещё один межпланетный рассказ, предназначенный для глянцевых журналов (надеюсь, это будет "Пост"), - о семейных проблемах космического пилота, название "Мужчина Должен Работать" или "Космический Пилот" ["Космический Жокей"]. Потребовалась неделя, чтобы написать и три недели, чтобы сократить его с 12 000 до 6 000 [слов] - но я начинаю понимать, как улучшает стиль экономное использование слов. (Я установил лимит в 6 000, потому что тщательные измерения рассказов в последних номерах "Пост" показали, что короткие рассказы в среднем чуть более 6 000 и редко короче 5 000 слов.)

 

ПРИМЕЧАНИЕ РЕДАКТОРА Честолюбивые мечты Роберта писать за более высокие расценки для более широких рынков сбыта, чем бульварные журналы, заставили его наводить справки об агенте, который имел бы выход на другие рынки. С этой целью он обратился к Л. Рону Хаббарду, который познакомил его с Лертоном Блассингэймом.

   Лертон приехал в Нью-Йорк, лелея мечту стать литератором, но обнаружил, что не преуспел на этом поприще. Он остался крутиться в издательском бизнесе и стал одним из самых уважаемых агентов. Его брат, Вьятт Блассингэйм, регулярно, если не часто продавался в "Saturday Evening Post".

   Со временем Роберт стал звёздным клиентом Лертона. После того, как были сброшены атомные бомбы, он был озабочен "спасением мира". Статьи, которые он писал, не продавались. Тогда он начал цикл подростковых книг для издательства "Scribner", первым стал "Ракетный Корабль Галилео" (рабочее название: "Юные Атомщики"). В течение нескольких лет, он ежегодно писал по одной подростковой книге.

   Они лично познакомились во время одной из наших поездок в Нью-Йорк, и Роберт пригласил Лертона навещать нас в Колорадо. Роберт сопровождал Лертона в его вылазках на охоту, на лося, антилопу и другую дичь. Меня приглашали присоединиться к ним в поездках на рыбалку.

   Хотя Роберт не был ни охотником, ни рыбаком, он всегда принимал приглашения Лертона. Во время поездки в Ганнисон, штат Колорадо, куда они отправились на лося, Роберт "охранял лагерь", в то время как Лертон с другими охотниками таскался по горам. Лертон тогда завалил огромного лося, и у нас был полный морозильник лосиного мяса. Мне всегда казалось, что Роберт соглашался на эти поездки только ради компании Лертона.

   Следующим завоеванием Роберта, в котором ему помог Лертон, была продажа "Зелёных Холмов Земли" в "Saturday Evening Post", за которой последовали ещё три продажи рассказов в этот журнал.

   Дружба процветала, несмотря на отвращение Роберта к тому, чтобы заниматься коммерцией с друзьями. И так продолжалось, пока Лертон во второй половине 1970-х, собираясь на пенсию, не взял несколько более молодых партнеров. Книгами Роберта все ещё занимается Агентство Blassingame-Spectrum в Нью-Йорке.[3]

 

 []

Около 1947 г. Хайнлайн покупает журнал в Охай (севернее Вентуры).

 

12 ноября 1946: Роберт Э. Хайнлайн - Лертону Блассингэйму

   ...и я вернусь к работе, вероятно над рассказом, который назвал "Как Здорово Вернуться!". Пара, живущая в Луна-Сити, собирается вернуться на Землю, у них завершился трёхлетний срок по контракту. Они всё время тосковали по дому и постоянно об этом говорили. И вот они возвращаются на Землю и обнаруживают, что забыли о неудобствах проживания на Земле - неконтролируемый климат, грязь, простуды, провинциальные нравы, глупых и невежественных людей (жители Луна-Сити, разумеется, все исключительно интеллектуальны и цивилизованы вследствие строгих правил отбора: только социально совместимые люди с высоким "ай кью" могут окупить стоимость их транспортировки и проживания на Луне) и т.д. и т.п. В конце рассказа они сильнее, чем когда-либо тоскуют по дому - но уже по Луна-Сити! - и изо всех сил рвутся обратно. Хочу показать Луна-Сити и условия жизни на Луне, социальные и экономические, чтобы был фон и добавить в историю красок.

 

ПРИМЕЧАНИЕ РЕДАКТОРА: Между 1947 и 1949, по крайней мере десять рассказов Роберта Э. Хайнлайна были изданы в глянцевых журналах; четыре появились в "Post" и два в "Argosy". Это было замечательным достижением, но вскоре его затмил успех его подростковых романов.[4]

 

 

РАКЕТНЫЙ КОРАБЛЬ "ГАЛИЛЕО"

 

 []

"Ракетный Корабль Галилео", Scribner"s, 1947. Художник Thomas W.Voter.

 

19 февраля 1946: Роберт Э. Хайнлайн - Лертону Блассингэйму

   Через пару дней я собираюсь начать писать подростковый роман, который в общих чертах изложил в моём последнем [письме]. Вы получите отрывки и синопсис, законченная рукопись должна быть у Вас около 15 марта. [Два друга] убедили меня, что для моих пропагандистских целей в дополнение к взрослым вещам, о которых я писал, лучше всего подойдёт серия книг для мальчиков.[5] Я купил несколько романов из популярных серий для мальчиков и уверен, что смогу произвести пригодную для продажи рукопись, которую можно предложить одному из этих издателей: "Westminster", "Grosset and Dunlap", "Crown" или "Random House".

 

16 марта 1946: Роберт Э. Хайнлайн - Лертону Блассингэйму

   Я думаю, его [редактора, который отклонил "Юных Атомщиков"] концепция истории атомной эры неуместна. Мы вступаем в эпоху чрезвычайных перемен. Я вижу две основных альтернативы - либо ужасающая атомная война, которая надолго разрушит существующую технологическую структуру, за чем последует Ренессанс, природу которого я неспособен предсказать, либо период мира, в котором технический прогресс чрезвычайно ускорится, так что только краткосрочные предсказания, я могу надеяться, будут разумно точными. "Юные Атомщики" ["Ракетный Корабль Галилео"] базируется на втором варианте развития событий, т.е. период мира и беспрепятственного технического прогресса.[6]

 

*  *  *

 

   Когда я пишу о будущем, я чувствую себя профессиональным пророком, который делает честную попытку оценить вероятности развития событий и пишет истории, в которых предлагает примеры реализации этих альтернатив. Чтобы оставаться честным, я должен предсказывать то, что произойдёт (или может произойти) по моим собственным выкладкам, а не потому, что кто-то ещё решил, что это может случиться. Если у м-ра ***[7]  отличная от моей концепция развития событий, пусть напишет об этом сам или наймёт литнегра, который захочет писать по чужим сюжетам. Он легко может это сделать. Я не осуждаю подобную халтурку - но для меня почти невозможно ею заняться, и я не буду заниматься подобными вещами, разве что под угрозой голода, - а он мне пока не грозит.

   (В "Юных Атомщиках" я позволил себе два общепринятых отступления от того, что я считаю вполне вероятным: я сократил время подготовки к путешествию, и предположил, что четыре человека могут выполнить работу, для которой, скорее всего, потребуется сорок. Всё остальное, технику, используемую в сюжете, и даже эпизоды, я расцениваю как вполне возможные, хотя и романтические и в некоторых отношениях не слишком точные в деталях. Но я действительно ожидаю начала космических полётов, и в самое ближайшее время. Описанное противостояние более чем вероятно, я ясно вижу эту угрозу, хотя она вполне может проявиться и вне зависимости от базы, расположенной на Луне.)

   ...Я предполагаю, что Вы привыкли к методике, когда автор присылает несколько глав и резюме. Если нужно, я так и сделаю, но, к сожалению, если я настолько далеко продвинусь с романом, то он будет завершён дней через десять, или, по крайней мере, с такой скоростью, что только самый быстрый ответ от издателя сможет как-то повлиять на конечный результат. Я сожалею, но это - сопутствующее обстоятельство моего стиля работы. Над романом я работаю медленно только на первых нескольких главах. Как только я начинаю слышать разговоры персонажей, процесс превращается в гонку, потому что я должен описывать их действия достаточно быстро, чтобы не пропустить ни одно из них. Это более экономично по времени и по деньгам, и у меня лучше получаются истории, когда я работаю сразу от начала до конца, не дожидаясь, пока редактор решит, нравится ему текст или нет. В любом случае, редакторам вряд ли понравятся мои предварительные конспекты, поскольку для меня просто невозможно передать аромат ещё ненаписанной истории в резюме.

   (Предлагаю дополнить серию такими книгами:

   "Юные Атомщики на Марсе, или Тайна Лунных Коридоров"

   "Юные Атомщики на Астероидах, или Тайна Разрушенной Планеты"

   "Юные Атомщики в Бизнесе, или Корпорации Горной промышленности Солнечной Системы"

   И ещё как минимум парочка.)

 

ПРИМЕЧАНИЕ РЕДАКТОРА: 24 сентября 1946. Письмо от этой даты говорит, что редактору "Scribner" понравились "Юные Атомщики".

 

27 сентября 1946: Роберт Э. Хайнлайн - Лертону Блассингэйму

   "Юные Атомщики" - Я рад слышать, что Алисе Далглиш[8] понравилась эта рукопись. В моем письме от 16 марта 46 Вы найдёте список названий для продолжений предложенного цикла, там же всесторонне рассмотрен вопрос о том, что я хотел бы сделать в книгах для подростков и что предполагаю делать далее, чтобы эксплуатировать эту историю. Надеюсь на Ваше руководство во всех этих делах, моё мнение пока ещё не окончательное. Разумеется, я готов переписывать тексты по требованиям редакции и разрабатывать проекты историй в соответствии с пожеланиями редакции, чтобы увидеть свою книгу выпущенной столь выдающимся издательским домом, как "Scribner".

 

1 февраля 1947: Роберт Э. Хайнлайн - Лертону Блассингэйму

   По Вашему совету я подписал контракт, но я возвращаю контракт со "Scribner" через Вас, чтобы Вы посмотрели, не надо ли попросить, чтобы они внесли какие-то изменения в контракт... Рукопись была исправлена и теперь перепечатывается. Она поступит в "Scribner" к десятому февраля.

 

 

КОСМИЧЕСКИЙ КАДЕТ

 

 []

"Космический Кадет", Scribner's, 1950. Художник Clifford N. Geary.

 

 

18 июля 1947: Роберт Э. Хайнлайн - Лертону Блассингэйму

   Мисс Далглиш и я согласны с Вами по поводу "Космического Кадета", но я не буду писать его до конца этого года.

 

17 февраля 1948: Лертон Блассингэйм - Роберту Э. Хайнлайну

   Ни малейшей опасности, что "Scribner" отклонит "Космического Кадета".

 

1 августа 1949: Роберт Э. Хайнлайн - Лертону Блассингэйму

   Есть исправление, которое должно быть сделано в "Космическом Кадете", который я уже сдал "Scribner" для второго издания; я думаю, что это должно быть сделано в норвежском, итальянском, и голландских изданиях. Вы передадите им? Это очень просто: на самой последней странице есть строчка в диалоге: "Никогда не веди левой" Там, конечно же, должно быть "Никогда не веди правой".

 

ПРИМЕЧАНИЕ РЕДАКТОРА: Ошибка была пропущена потому, что рукопись читала я, Лертон (который был левша), и несколько редакторов в "Scribner" (ни один из нас ничего не понимал в боксе).

 

5 января 1951: Роберт Э. Хайнлайн - Лертону Блассингэйму

   Я написал мисс Далглиш о телевизионных сценариях ["Том Корбетт, Космический Кадет"]. Вы читали их? Если да, то Вы знаете, насколько они плохи. Я не хочу фигурировать в титрах этого шоу (как бы я ни ценил чеки за роялти!) и я имею все основания быть уверенным, что такой уравновешенный, солидный дом как "Scribner" будет чувствовать то же самое. Это просто адаптированная для детей мыльная опера.

 

 

КРАСНАЯ ПЛАНЕТА

 

 []

"Красная Планета", Scribner's, 1949. Художник Clifford N. Geary.

 

18 ноября 1948: Роберт Э. Хайнлайн - Лертону Блассингэйму

   Прилагаю копию наметок к новому роману ["Красная Планета"] для мисс Далглиш, плюс копия письма к ней... Прочитайте письма, заметки тоже прочитайте, если у Вас будет время. Советы приветствуются.

   Решение отложить историю об океанском пастухе ["Ocean Rancher" должна была стать третьей книгой в серии "Scribner", но она не была написана] повлекло за собой пересмотр моего рабочего графика. Вот что я сейчас намерен делать: пока мисс Далглиш решает, я хочу написать рассказ в 4 000 слов, для взрослых, в глянцевые журналы, обычным покупателям, имея в виду "Post", "Colliers", "Town and Country", "This Week" и "Argosy". Думаю, смогу его показать к середине декабря.

   Если мисс Далглиш говорит "да", я пишу роман для мальчиков, планируя закончить его до 31 января. Пока она его просматривает, я делаю ещё один рассказ для глянца в 4,000 слов, после чего сажусь править роман для мисс Далглиш. Это должно занять меня до конца февраля.

 

4 марта 1949: Роберт Э. Хайнлайн - Лертону Блассингэйму

   На самом деле Вам нет нужды читать это письмо вообще. Оно не  сообщит Вам ничего важного, в нём нет ничего, что требовало бы от Вас каких-то действий, и оно, вероятно, даже не развлечёт Вас. Я, возможно, вообще его не отправлю.

   У меня множество поводов, чтобы пожаловаться, особенно на мисс Далглиш; если бы Билл Корсон [друг, который жил в Лос-Анджелесе], был здесь, то я жаловался бы ему. Но его здесь нет, и я использую в своих интересах ваш добрый характер. Я думаю о Вас, как о друге, которого я знаю достаточно хорошо, чтобы попросить выслушать мои проблемы.

   Если бы мисс Д. сказала, что "Красная Планета" скучна, то я бы просто ушёл и не возвращался. Мы - клоуны, мы либо смешим аудиторию, либо нет; если сумели кого-то развлечь, мы - успешны; если нет, мы - неудачники. Если бы она сказала "Книга интересна, но я хотела бы определённых изменений. Вырежьте откладывание яиц и исчезновения. Измените описание Старых Марсиан" - я бы сдержался и работал бы по принципу Клиент Всегда Прав.

   Ничего подобного она не сделала. Вместо этого она сказала "Книга захватывает, но по причинам, которые я не могу или не хочу объяснять, я не хочу её издавать"

   Я считаю эту ситуацию весьма отличной от случая с издателем в Филадельфии, который тогда подстрекал меня написать "Ракетный Корабль Галилео"[9]. Мы с ним разошлись по-дружески; он хотел получить очень конкретного вида книгу, которую я не захотел писать. Но, с моей точки зрения, мисс Далглиш заказывала именно эту конкретную книгу, а именно, у неё имелся действующий договор на одну книгу в год от меня, она получила очень подробный план, который одобрила, и она получила книгу, написанную по этому плану, написанную в моём обычном стиле. На мой взгляд, заказ выполнен, и я знаю, что при аналогичных обстоятельствах другим авторам выплачивали их аванс. Я считаю, что "Scribner" должны нам, по справедливости, 500 $, даже если они возвращают рукопись. При аналогичных обстоятельствах клиенты не могут бесплатно отнимать время у доктора, адвоката или архитектора. Если Вы вызвали архитектора, обсудили с ним проект дома, он разрабатывает поэтажный план и занимается архитектурной обработкой, а затем Вы решаете больше не иметь с ним дела, он тут же возвращается назад в свой офис и выписывает Вам счёт за оказанные профессиональные услуги, независимо от того, подписали Вы с ним контракт или нет.

   Тут у меня та же самая ситуация, с той разницей, что мисс Далглиш позволила мне продолжать и завершить, так сказать, "строительство дома".

   Я думаю, что я знаю, почему она отвергла книгу - я специально употребил слово "отвергла", потому что надеюсь, что Вы с ней сейчас не разрабатываете какую-нибудь схему исправлений. Я уверен, что она не примет эту книгу, что бы я с ней ни сделал.

   Я думаю, что она отвергла книгу исходя из неких смутных критериев литературного снобизма - этот материал не "скрибнеровского сорта"!! Я думаю, что эта мысль торчит наружу из каждой строчки её письма. Я знаю, что подобное отношение она выказывала на всём протяжении нашего сотрудничества. Она часто говорила о "дешёвых" книгах и "дешёвых" журналах. Но слово "дешёвый", употребленное по отношению к тексту, это не оценка качества, это всего лишь насмешка, обычное презрение сноба.

   Она попросила, чтобы я предложил художника для "Ракетного Корабля Галилео", и я предложил Хьюберта Роджерса. Она изучила вопрос, затем написала мне, что имя м-ра Роджерса "было слишком близко связано с довольно дешёвым журналом" - имея в виду "Astounding S-F" Джона Кэмпбелла. Чтобы доказать свою точку зрения, она прислала мне вырванные из журнала листы. Случилось так, что история, которую она выбрала, чтобы послать мне, оказалась одним из моих рассказов, вышедших под именем "Энсон МакДональд", "По Собственным Следам" - он в то время был перепечатан в "Best in Science Fiction" издательством "Crown".

 

 

 []

Образец работы Хьюберта Роджерса, вызвавший презрение мисс Далглиш. Обложка для "дешёвого" журнала Джона В. Кэмпбелла Astounding с иллюстрацией к рассказу Хайнлайна "По Собственным Следам", опубликованного под псевдонимом Энсон МакДональд.

 

   Я похихикал и ничего не ответил. Раз она не сумела узнать мой стиль и была впечатлена исключительно тем фактом, что материал был напечатан на газетной бумаге[10], я счёл неуместным просвещать её. Я задался вопросом, знала ли она, что я приобрёл свою репутацию в том же самом "дешёвом" журнале и пришёл к выводу, что она, вероятно, не знала и, возможно, не пожелала бы издавать мои вещи, если бы знала об этом.

   Роджерс - великолепный художник. Он иллюстрировал книги Джона Бьюкена[11]. Я счастлив, что одна из его картин висит в моём доме. Вместо него она привлекла кого-то другого. Взгляните на экземпляр "Галилео" в вашем офисе - Вы никогда не спутаете это с прекрасной работой, проделанной [Клиффордом Н.] Гери для "Космического Кадета". Человек, которого она выбрала, - вполне адекватный чертёжник, но у него не хватает способностей, чтобы создавать в иллюстрациях композиции, удовлетворительные с художественной точки зрения. Однако, он раньше уже работал для "Scribner", он был "респектабельным".

 

 []

"Ракетный Корабль Галилео", Scribner"s, 1947. Художник Thomas W.Voter - "адекватный чертёжник".

 

   Я думаю, что знаю, что её гложет по поводу "Красной Планеты". С её стороны нет каких-либо возражений против фэнтези или сказок как таковых. Она очень гордится тем, что опубликовала "Ветер в Ивах". И при этом она не возражает против моего обкатанного бульваристикой стиля; она приняла его в двух предыдущих книгах. Нет, причина вот в чём: она крепко вбила себе в голову концепцию того, какой должна быть книга "научной фантастики", хотя она не сможет её сформулировать, и её представления туманны - она не имеет ни технического образования, ни знакомства с корпусом литературы из этой сферы, чтобы иметь чётко определенные критерии. Но, тем не менее, концепция есть, и она звучит примерно так: "Наука имеет дело с машинами, механизмами и лабораториями. Научная фантастика состоит из рассказов о замечательных машинах будущего, которые зашагают по вселенной, как у Жюля Верна".

   Её определение в известной степени верно, но оно не в состоянии охватить большую часть предметной области, и включает только ту её часть, которая была сильно выработана и теперь содержит лишь низкосортную руду. Спекулятивная фантастика (я предпочитаю этот термин вместо "научной фантастики")[12], интересуется ещё и социологией, психологией, эзотерическими аспектами биологии, воздействием земной культуры на другие культуры, с которыми мы можем столкнуться, когда покорим космос, и т.д., список можно продолжать бесконечно. Однако, спекулятивная фантастика - это не фэнтези, поскольку она исключает использование чего-то, что противоречит установленным научным фактам, законам природы, называйте как угодно, т.е. это "что-то" должно [быть] возможным во вселенной, насколько мы её знаем. Таким образом, "Ветер в Ивах" - фэнтези, но намного более невероятные феерии доктора Олафа Стэплдона - спекулятивная фантастика - научная фантастика.

   Я выдал мисс Далглиш историю, которая была строго научной фантастикой по всем принятым стандартам - но она не вписывалась в узкую нишу, которую она обозначила этим термином, и это испугало её - она испугалась, что какой-то другой человек, критик, библиотекарь или кто бы то ни было, литературный сноб, такой же, как она сама - решит, что она издала что-то из разряда комиксов. Она недостаточно сведуща в науках, чтобы различить Марс, каким его изобразил я, и ту замечательную планету, на которой кишат Флэши Гордоны. Она не смогла бы защититься от подобных обвинений, если бы их выдвинули.

   Как образец научной фантастики, "Красная Планета" - намного более сложная и намного более тщательно проработанная вещь, чем любая из двух предыдущих книг. В тех книгах было немножко откровенно школьной астрономии, на уровне неполной средней школы, и некое сфальсифицированное машиностроение, которое выглядело убедительно лишь потому, что я - инженер-механик и умею сыпать терминами. В этой книге, напротив, имеется обширная база знаний, тщательно подобранная из дюжины различных наук, более сложных и серьёзных, чем описательная астрономия или теория реактивных двигателей. Возьмём только один небольшой эпизод, в котором пустынная капуста перестала сжиматься вокруг ребят, когда Джим включил свет. Гелиотропное растение поведёт себя именно так - но я готов держать пари, что она не разбирается в гелиотропизме[13]. Я не пытался разжевать читателям механику гелиотропизма или причины её развития на Марсе, потому что она сильно настаивала, чтобы текст получился "не слишком техническим".

   Прежде чем вставить в текст этот эпизод, я вычислил площадь поверхности, покрытой хлорофиллом, необходимую для того, чтобы мальчики пережили ночь в самой сердцевине растения, и подсчитал, сколько лучистой энергии для этого потребуется. Но я готов держать пари, что она сочла тот эпизод "фантазией".

   Я готов держать пари, что даже если она вообще когда-либо слышала о гелиотропизме, она представляет его себе как "растение тянется к свету". Здесь совершенно иной случай, здесь - растение, распространяющееся для получения света, различие на девяносто градусов в механизме и идее, которая легла в основу эпизода.

 

 []

"Красная Планета", Scribner's, 1949. Художник Clifford N. Geary.

 

   Между нами говоря, есть одна ошибка, преднамеренно внесённая в книгу - слишком низкая температура кристаллизации воды. Мне она была нужна по драматическим причинам. Я хорошо запрятал этот факт в тексте от любого, кроме обученного физика, ищущего несоответствия, и держу пари на десять баксов, что она никогда этого не углядит! ... У неё нет знаний, чтобы это обнаружить.

   Довольно об этом! Эта книга - лучший экземпляр научной фантастики, чем предыдущие две, но она этого никогда не узнает, и бесполезно пытаться ей говорить. Лертон, я сыт по горло попыткой работать на неё. Она продолжает совать свой нос в вещи, которые она не понимает и которые являются моим бизнесом, а не её. Я устал кормить её с ложечки, я устал от попыток обучить её дипломатично. С моей точки зрения она должна судить мою работу вот по этим правилам, и только по ним:

   (a) это может развлечь и удержать внимание ребят?

   (b) этот текст грамматически столь же грамотен как мой предыдущий материал?

   (c) можно ли давать в руки несовершеннолетним книгу, в которой автор и его главные герои - но не злодеи! - проявляют подобные моральные установки?

   Фактически, первый критерий - единственный, о котором она должна беспокоиться; двум другим пунктам я следую неукоснительно - и она это знает. Ей не надо пытаться судить, где наука, а где фэнтези, это не в её компетенции. Даже если бы так и было, и даже если бы мой материал был фэнтези, разве это может быть каким-то критерием? Неужели она изъяла бы "Ветер в Ивах" из продажи? Если она полагает, что "Красная Планета" - сказка или фэнтези, но при этом увлекательное (по её собственным словам) чтение, пусть повесит на неё такой ярлык и продаёт как фэнтези. Мне наплевать. Она должна беспокоиться только о том, чтобы детям это нравилось. На самом деле, я не считаю ее сколько-нибудь пригодной для отбора книг, удовлетворяющих вкусам мальчиков. Я должен был сражаться как лев, чтобы не дать ей распотрошить мои первые две книги; то, что мальчикам они действительно понравились, - заслуга моего вкуса, а не её. Я читал несколько книг, которые она написала для девочек - Вы их видели? Они же невыносимо нудные, тоска смертная. Возможно, девочкам такие вещи ещё подходят, мальчикам нет.

   Я надеюсь, что на этом мы с нею закончили. Я предпочитаю смириться с потерями, по крайней мере, пока, чтобы отыграться в дальнейшем.

   И мне не нравятся её грязные мысли по поводу Виллиса. Виллис - один из самых близких моих воображаемых друзей, я любил этого маленького дворняжку, и ее поднятые брови приводят меня в бешенство. [Виллис - молодой марсианин, которого герой считает своим домашним животным. Именно Виллис часто помогает ему выпутаться из неприятностей.]

 

15 марта 1949: Роберт Э. Хайнлайн - Лертону Блассингэйму

   Сначала, ваше письмо: единственная часть, которую стоит прокомментировать, это замечание мисс Д о том, что стоило бы попросить хорошего фрейдиста проинтерпретировать дела Виллиса. Нет никакого смысла на это отвечать, но можно, я немного поворчу? "Хороший фрейдист" найдет сексуальные коннотации в чём угодно, это - основа его теории. В свою очередь я утверждаю, что без помощи "хороших фрейдистов" мальчики не увидят в сцене ничего кроме изрядной доли юмора. В "Космическом Кадете" "хороший Фрейдист" нашел бы в ракетах "устремлённых в небо" определенные фаллические символы. Возможно, он был бы прав, пути подсознательного неясны и их нелегко читать. Но я всё равно отмечу, что мальчики - не психоаналитики, ни один человек с нормальной, здоровой сексуальной ориентацией не увидит ничего такого в этой сцене. Думаю, моя жена, Джинни, лучше всего резюмировала это, сказав: "У неё извращённый ум!"

   Кто-то из участников этого спора действительно нуждается в психоаналитике - и это не Вы, не я, и не Виллис.

 

 []

"Красная Планета", Scribner's, 1949. Художник Clifford N. Geary.

 

18 марта 1949: Лертон Блассингэйм - Роберту Э. Хайнлайну

   Книга должна быть изменена, чтобы она могла попасть в рекомендованный библиотечный список.[14] В сфере книг для несовершеннолетних есть определенные цензурные ограничения. По книгам, которые будут закупаться библиотеками, издатели должны дать письменные показания под присягой, подтверждая, что в них нет ничего, что могло бы оскорбить или сбить с пути истинного юнцов или их родителей. Далглиш посылает список правок, необходимых в "Красной Планете". Как только эти правки, рекомендованные детскими библиотекарями, будут сделаны, "Scribner" возьмёт книгу. "Scribner" - уважаемый дом и прекрасный клиент для РЭХ.

 

ПРИМЕЧАНИЕ РЕДАКТОРА Примерно в это же время Роберт искал идею для рассказа "Бездна", который он обещал Джону В. Кэмпбеллу-мл. для специального выпуска "Astounding" в ноябре 1949. Мы решали эту задачу методом, известным сегодня как "мозговой штурм". Я высказывала идеи, а Роберт разбирал её на части.

   Название "Бездна" было помехой. В конце концов, я предложила, что может быть, сделать что-то вроде истории о Маугли - человеческом младенце, воспитанном расой чужаков, которого держали его вдали от людей, пока он не достиг зрелости. "Слишком большая идея для рассказа", - сказал Роберт, но сделал себе пометку.

   Далее мозговой штурм привел к идее, Роберт хотел дать в "Бездне" историю о супермене. Что супермены делают лучше, чем их сверстники? "Они лучше думают", ответила я. Тогда  была сделана другая пометка.

   Затем Роберт скрылся в своём кабинете и написал восемнадцать страниц, через интервал[15], идей которые пришли к нему в голову по предложенной теме Маугли. Он трудился над этими страницами всю ночь, и вышел со стопкой бумаг под названием "Человек с Марса" ["Чужак В Стране Чужой"].

   "Человек с Марса" был тогда отложен, написана "Бездна", чтобы успеть к сроку, назначенному ДВК[16]  потому что рассказ нужно было отослать в Нью-Йорк до нашего отъезда в Голливуд. Мы планировали поехать в Калифорнию в конце мая, и в то время понятия не имели, когда вернёмся в Колорадо.

 

24 марта 1949: Роберт Э. Хайнлайн - Лертону Блассингэйму

   Я согласен на любые исправления [в "Красной Планете"]. Давайте двигаться вперёд с контрактом. Пожалуйста, попросите, чтобы она прислала мне оригинал рукописи. Пожалуйста, попросите, чтобы она сделала свои инструкции по исправлениям как можно более подробными и настолько определёнными, насколько это возможно. Она должна принять во внимание, что эти исправления делаются, чтобы удовлетворить её вкусам и её специальным знаниям требований рынка, поэтому мои вкусы и моё ограниченное знание не могут служить мне путеводителем в отработке исправлений, иначе я сразу бы представил рукопись, которая её удовлетворила.

 

*  *  *

 

   С изумлением отмечаю, что она больше не говорит о книге "качество сказочки", "не наш вид научной фантастики", "неконтролируемое воображение", "странные формы марсиан" и т.д. Единственный вопрос, который её по-прежнему беспокоит, - о Виллисе, и (простите мой румянец!) такой вещи, как с-кс. O"кей, выходит, с-кс был, вероятно, ошибкой со стороны Всемогущего, который первым изобрел с-кс.

   Я полностью капитулирую. Я буду выхолащивать проклятую вещь любыми способами, как она пожелает. Но я надеюсь, что Вы продолжите теребить её, чтобы она всё же не уходила от конкретики, и отслеживала изменения сюжета, когда она требует удалить какой-нибудь специфический фактор. Не то чтобы мне было трудно, Лертон, но некоторые из вещей, против которых она возражает, играют существенную роль в сюжете...  если она уберёт их, история перестанет существовать. Убрать детали, касающиеся Виллиса, против которых она возражает, - намного более простая задача. Это всё закулисные штучки, и они не влияют сюжетную линию до последней главы.

   Если она вынудит меня к этому, то я удалю то, против чего она возражает, а затем позволю ей взглянуть на оставшийся труп, тогда возможно, она пересмотрит своё мнение, что это "...не затрагивает главное тело истории..." (прямая цитата).

   Я принимаю ваши замечания об уважении, которого заслуживает марка "Scribner", и которое должно распространяться и на неё в том числе, и тот факт, что она жёстко ограничена требованиями стиснутого цензурой рынка. Я по-прежнему не считаю её хорошим редактором, она не умеет читать синопсис или рукопись с творческим воображением.

   Я ожидаю, что это будет моим последним предприятием в этой области, овчинка не стоит выделки.

 

18 апреля 1949: Роберт Э. Хайнлайн - Лертону Блассингэйму

   Переработанная версия "Красной Планеты" будет в ваших руках к концу месяца, и Вы можете сказать об этом мисс Далглиш. Я выполняю все её инструкции и предложения.

 

19 апреля 1949: Роберт Э. Хайнлайн - Алисе Далглиш

   Рукопись "Красной Планеты" возвращается, через м-ра Блассингэйма. Вы найдёте, что я тщательно следовал всем вашим указаниям, из вашего письма, из ваших записок и из ваших примечаний на рукописи, независимо от того, согласен я с ними или нет. Я сделал искреннюю попытку внести изменения гладко и приемлемо, чтобы история оставалась цельной. Я не удовлетворён результатом, но Вы вольны сделать любые дополнительные правки, какие пожелаете, везде, где Вы видите возможность достижения ваших целей более гладко, чем я был в состоянии сделать.

   Большинство правок было сделано путём вырезания того, против чего Вы возражали, или незначительными включениями и изменениями в диалогах. Однако, по вопросу оружия, я написал пояснение, в котором вопрос лицензирования оружия рассмотрен достаточно подробно и убедительно, чтобы удовлетворить Вас, я полагаю.

 

 

 []

"Красная Планета", Scribner's, 1949. Художник Clifford N. Geary

 

   Цель этого письма - обсуждение, но ни в коем смысле не попытка заставить Вас передумать и изменить какое-либо ваше решение относительно книги. Я просто хочу высказать мою точку зрения по одному вопросу и исправить некоторые моменты.

   Несколько раз Вы утверждали, что эта книга отличается от моих более ранних книг, а именно, в том, что касается разговорного языка, используемого персонажами, огнестрельного оружия и агрессивности со стороны мальчиков. Я только что пересмотрел опубликованные варианты "Ракетного Корабля Галилео" и "Космического Кадета" - и я не нахожу ни одно из этих утверждений обоснованным. В обеих книгах у меня свободно пользуются такими выражениями как "Ага", "Не-а", "Ха", "Подонок"[17], и подобной неряшливой речью. В обеих книгах ребята склонны к проявлению агрессии в типичных для подростков мужского пола формах. См. страницы 8, 23, 42, 107, 200, и 241 из "Космического Кадета" и всего "Ракетного Корабля Галилео" от страницы 160 до конца - не говоря уже о парочке незначительных ссор ранее. Что касается оружия, то "Космический Стажер" не идёт ни в какое сравнение с другими двумя книгами, поскольку все персонажи - члены военной организации, кого ни возьми, при этом "Ракетный Корабль Галилео" сопоставим с "Красной Планетой". В первой главе "Ракетного Корабля Галилео" они обращаются с опасными взрывчатыми веществами. От страницы 62 до конца они всё время хорошо вооружены - без какого-либо упоминания о лицензиях на оружие. На страницах 165-6 Арт и Росс каждый убивает человека, несколькими страницами спустя Морри убивает около восьмидесяти человек. Диалог на странице 167 ясно даёт понять, что они уже давно пользуются оружием. Я привёл эти моменты, чтобы прояснить фактическую сторону дела; я не люблю, когда меня обвиняют в том, чего я не делал.

   Теперь, что касается спорных вопросов - у нас с Вами диаметрально противоположные мнения о том, как правильно решать проблемы смертоносного оружия в обществе. По-видимому, мы не слишком расходимся во взглядах по таким важным вопросам, как законные пути использования смертоносного оружия, но мы категорически расходимся в вопросе социально приемлемого регулирования относительно смертоносного оружия. Я сначала процитирую два пункта, которые чётко иллюстрируют наши разногласия. Один из моих персонажей говорит, что право на ношение оружия - основа всей человеческой свободы. Я твёрдо в это верю, но Вы потребовали, чтобы я это вычеркнул. Второй проблемный пункт - лицензирование оружия. В моей истории присутствует такое лицензирование, но один персонаж категорически возражает против него как одной из форм бюрократического вмешательства, губительного для свободы - и нет никого, кто защищал бы эту систему. Вы потребовали, чтобы я удалил протест, затем превратил лицензирование в сложный ритуал, включающий кодексы, присяги, и т.п. - т.е. полностью поменял позицию. Я приложил большие усилия, чтобы удалить из книги мою точку зрения и убедительно вписать в неё вашу,- т.е. исходя из экономических потребностей, написал что-то, во что я не верю. Мне не нравится, когда меня вынуждают так поступать.

   Позвольте мне сказать, что ваша точка зрения по этому вопросу весьма ортодоксальна, и Вы найдете, что многие с Вами согласятся. Но есть иная, более древняя ортодоксальность, которая запечатлена в истории этой страны, и которой придерживаюсь я. У меня нет никакого намерения Вас переубеждать, и я никак не ожидаю, что Вы передумаете, но я действительно хочу, чтобы Вы знали, что есть другая точка зрения, которая поддержана очень многими уважаемыми людьми, и что у неё древние корни. Я подытожу вышесказанное, заявив, что я возражаю против любых попыток лицензировать или запретить владение оружием частных лиц, наподобие Акта Салливана штата Нью-Йорк. Я считаю такие законы нарушением гражданской свободы, они губительными для политических институтов демократии, и обречены на провал по своей сути. Вы можете увидеть, что Американская Стрелковая Ассоциация[18] имеет ту же самую политику и имела [её] на протяжении многих лет.

 

 []

Медаль Хайнлайна за искусное владение винтовкой, полученная во время службы на Флоте.

 

 

   Франция имела законы Салливановского типа. Когда пришли нацисты, оккупантам оставалось лишь просмотреть регистрационные списки в местной жандармерии, чтобы изъять всё оружие в округах. Неважно, находятся у власти оккупанты или просто местные тираны, вследствие таких законов человек полностью попадает во власть государства, неспособный к сопротивлению. В сюжете "Красной Планеты" лицензирование, на котором Вы настаиваете, с чрезвычайной лёгкостью сделает революцию колонистов не просто неудачной, но в принципе невозможной.

   Теперь о том, почему подобные законы обречены на провал. Общепризнанная цель таких законов, как Акт Салливана, состоит в том, чтобы не дать оружие в руки потенциальным преступникам. Вы, разумеется, в курсе, что закон Салливана и другие сходные акты никогда не достигали ничего подобного? Разве гангстеризм не властвовал в Нью-Йорке, в то время как этот акт уже был в силе? Разве компания "Убийство, Inc" не процветала под сенью этого акта? Для преступников такие правила никогда не были существенным препятствием, единственный их результат - разоружить мирного гражданина и полностью отдать его во власть беззакония. Такие правила выглядят очень красиво на бумаге; на практике они столь же глупы и бесполезны как попытки мышей повесить на кота колокольчик.

   Вот мой тезис: лицензирование оружия является губительным для свободы и бессмысленным с точки зрения декларируемых благих целей. Я могу разработать аргументы, предложенные выше, в большем объеме, однако мое намерение состоит не в том, чтобы убедить, но в том, чтобы просто показать, что есть другая точка зрения. К тому же я понимаю, что, даже если у меня есть какие-то шансы переубедить Вас, никуда не денется тот факт, что Вы должны продать книгу библиотекарям и школьным учителям, которые верят обратному.

   Я не дилетант и имел опыт обращения с оружием. Я тренировался в стрельбе из винтовки и пистолета и провёл миллионы стрельб из всех видов оружия, от пистолета до орудийной башни. Я знаю, что оружие несёт опасность, но я не согласен, что её можно устранить или хотя бы ослабить с помощью принудительного законодательства - и я думаю, что мой опыт дает мне право на мое мнение, по крайней мере, в той же степени, в какой школьные учителя и библиотекари имеют право на своё.[19]

 

*  *  *

 

   В ответ на ваш запрос c сожалением сообщаю, что ближайшее время вряд ли смогу приехать на восток. Если мисс Фоулер проделает этот путь, то мы будем очень рады видеть её и будем рады показать ей разные достопримечательности, если она пожелает.

 

9 мая 1949: Роберт Э. Хайнлайн - Лертону Блассингэйму

   ...что касается имени автора на рукописи "Красной Планеты", нет, я не настаиваю; я всегда прислушивался к вашим советам, и потеряю сон и покой, прежде чем пойду в разрез с вашими рекомендациями. Но я чувствую себя довольно несговорчивым по этому пункту. Мне очень не хочется просто сидеть и смотреть, как под моим собственным именем выходит нечто, включающее в себя суждения, в которые я не верю, даже не попытавшись разделить за это ответственность с мисс Далглиш. В вопросах стиля, сюжета, и последствий для моей литературной репутации (если таковая вообще имеются) я не непреклонен, даже при том, что меня совсем не радуют исправления - если Вы скажете замолчать и забыть это, то я замолчу. Но этот "Акт Салливана в марсианской колонии" - нюанс, который мне трудно проглотить; с моей точки зрения это будет публичная поддержка доктрины, которую я считаю губительной для прав человека и политических свобод.

 

ПРИМЕЧАНИЕ РЕДАКТОРА Встав перед необходимостью отредактировать "Красную Планету", чтобы она удовлетворяла требованиям библиотекарей (которые в те времена были главным образом пожилыми леди), Роберт всерьёз выдвинул предложение, чтобы имя мисс Далглиш было добавлено к имени автора на обложку. Это предложение, возможно, было сделано по телефону - записей об этом не сохранилось.

   Но буря пронеслась, и "Красная Планета", с огнестрельным оружием или без, с бесполым Виллисом или нет, стала очень популярной. Это была одна из самых популярных книг Роберта для подростков.

 

17 мая 1949: Роберт Э. Хайнлайн - Лертону Блассингэйму

   Мне придётся подумать о жалобе "Scribner" по поводу имени автора. Я не вижу, почему добавление имени Алисы Далглиш, должно быть препятствием. Может, они хотят вернуть рукопись назад, чтобы я переделал ее по-своему? Мне кажется, что, если она настаивает на том, чтобы дистанционно руководить переделками рукописи, то она должна быть готова к тому, что разделит ответственность за результаты.

   С другой стороны, для меня совершенно очевидно, что Вы считаете, что история и теперь почти столь же хороша как раньше. Мне очень жаль, но я так не думаю. Возможно, она хороша, но это не история Хайнлайна; она была денатурирована и лишена зубов. Мне не хочется идти против вашего совета. Но я думаю, что эта вещь может повредить моей репутации, и я знаю, что теперь в  ней заложены идеи, которые я категорически не одобряю. Что Вы обо всём этом думаете, Лертон? Выкладывайте всё, как на духу.

 



[1] PJG - по первым буквам названий журналов: Post-Journal-Gentleman. Хайнлайн занимался этой работой в возрасте девяти лет. Ему рано пришлось перейти на самоокупаемость и самому зарабатывать на одежду и школьные завтраки. И когда вы читаете в биографии, что Бобби читал книги на ходу, по дороге из дома в школу, следует помнить, что иногда у него просто не было другого времени, чтобы подготовиться к урокам.

 

[2] Keeping Posted - с одной стороны, "держать в курсе", с другой - игра слов вокруг названия журнала "Post".

 

[3] Лертон Блассингэйм (1904-1988) окончил Колумбийский Университет и был "дипломированным" писателем, в отличие от самоучки-Хайнлайна. Его дипломной работой был анализ бульварной литературы, так что он хорошо знал, с чем имел дело. Это был худощавый мужчина в сильных очках в роговой оправе, который выглядел профессором из Оксфорда. Лертон производил внушительное впечатление, но близким и друзьям он открывался с другой стороны - общительный, веселый, любитель хохмачек и каламбуров, и в то же время интеллектуал и эстет, способный вести разговоры об искусстве. Он пытался работать сценаристом в Голливуде, в 1937 году с Уильямом Алленом основал "American Library Foundation" и, видимо, имел хорошие контакты с библиотечной ассоциацией. Писал статьи для "Writer's Digest", разочаровавшись в литературной стезе, переключился на работу литагента и создал компанию паблик рилейшен "Houston Branch Associates". Его клиентами были Фрэнк Герберт, Уильям Нолан и многие другие писатели в жанрах фантастика, мистика, ужасы и приключения. Он брал комиссионные в размере 10% от гонорара и был вполне обеспеченным человеком. Любил классическую музыку и оперу, был заядлым охотником и рыболовом. Путешествовать, тем не менее, не любил, безвылазно жил в своём доме. После смерти жены переехал к дочери и вскоре умер. В 1978 году "Houston Branch Associates" была поглощена компанией "Spectrum Literary Agency". О Лертоне Блассингэйме довольно много упоминаний в книге Брайана Герберта "Dreamer of Dune: The Biography of Frank Herbert".

Единственное его фото, которое обнаружил в Сети, - с WorldCon 1976 года:

 

 []

Слева направо: В. и Р. Хайнлайны и Л.Блассингэйм

 

Возможно, это он слева от Хайнлайна на снимке того же года:

 

 []

 

[4] Тут, как мне кажется, нужен небольшой комментарий. Дело в том, что, несмотря на определённые цензурные ограничения, "Astounding" и прочие бульварные НФ-журналы печатали литературу для взрослых. Их подписчиками были мужчины около 30-ти, а не студенты и школьники. Рынок НФ-литературы к началу 50-х был вполне устоявшимся, организованным и очень сильно дифференцированным.

Фантастика 18+ обитала только в дешевых бульварных журналах. Крупные издатели не интересовались выпуском книг НФ ни в мягкой, ни, тем более, в твёрдой обложке. Глянцевые журналы, гонорары в которых в разы превышали то, что могли предложить издания на рыхлой второсортной бумаге, также не интересовались научной фантастикой. Заслуга Хайнлайна (а также его агента Лертона Блассингэйма, о котором не следует забывать) в том, что они взломали этот рынок для научной фантастики. По тропинке, протоптанной Хайнлайном, в глянец просочились и другие фантасты, и это было определённой вехой в истории.

Фантастика для детей жила независимо от взрослой литературы, имела более давнюю традицию и лучшее паблисити. При этом она имела чёткий гендерный уклон, издатели охотно выпускали НФ-литературу для мальчиков (считалось, что девочки предпочитают сказки). Книги выходили в твёрдом и мягком переплёте, авторам платили жирные гонорары, но... этот рынок был прочно занят форматной проектной литературой.

Хайнлайн не мог просто появиться на этом рынке и писать о чём хотел и как хотел. Для того чтобы сюда проникнуть, он должен был, во-первых, принять на себя множество ограничений (о которых он не подозревал, когда ввязывался в проект подростковой серии), а во-вторых - следовать образцам. Тему "мальчик и наука" в то время полностью прикрывало имя Тома Свифта. Том Свифт был не просто мальчиком, с которым постоянно случались разные приключения, Том Свифт был торговой маркой и названием проекта, его следовало бы писать так: Т.О.М. С.В.И.Ф.Т.

 

 

 

 []

1933, Tom Swift and His Television Detector

 

 []

1929, Tom Swift and His House on Wheels

 

 []

1928, Tom Swift and His Talking Pictures

 

На нынешний день бренд "Tom Swift" насчитывает пять серий книг, свыше 100 томов, общим тиражом в 30 миллионов экземпляров. На серию трудились десятки литературных негров под общим именем Виктор Эпплтон. Книги строились по отлаженным лекалам - Том изобретал очередной гаджет и испытывал его всем на удивление. И тут появлялись шпионы, бандиты и стихийные бедствия, но Том справлялся с ними с помощью внезапных догадок и изготовленных на коленке приспособлений. Всё это была фантастика ближнего прицела, многие "изобретения" Тома Свифта появлялись в железе через год-два после выхода книги. Это была не литература, а шапито с клоунами, и наука здесь была в качестве дрессированной собачки.

И вот этого монстра Хайнлайн должен был потеснить с насиженного места. Ему повезло - ему попалось доверчивое издательство и редактор, который был профан как в области научной фантастики в целом, так и конкретно в сфере литературы для мальчиков.

 

[5] Имеется в виду пропаганда ракетостроения и достижения Луны, которыми Хайнлайн активно занимался после войны. Два друга - это, возможно, режиссёр Фриц Ланг, в дальнейшем экранизировавший роман (роман писался в т.ч. с расчётом на экранизацию), и Клив Картмилл.

 

[6] Роман, первоначально носивший название "Юные Атомщики И Завоевание Луны", писался, в первую очередь, по просьбе издательства "Westminster Press" и его редактора Хейлиджера (Heyliger). То, что роман отклонил заказчик, было для Хайнлайна большим разочарованием. Обратите внимание на название произведения: Хайнлайн заранее планировал многотомный сериал со сквозными персонажами. Как показала история, "Westminster" здорово просчитались, и, видимо, это была системная ошибка - в активах издательства не числится никто из известных фантастов, за исключением Лестера Дель Рея.

 

[7] По-видимому, редактор издательства "Westminster Press" Хейлиджер.

 

[8] Alice Dlagliesh (1893-1979) - популярная детская писательница, редактор и издатель. Получила бакалавра в области образования и магистра английской литературы. 17 лет она преподавала и писала книги. В 1934 году пришла в редакцию детской литературы "Scribner" и проработала в ней до 1960 года. В те времена, когда женщин в издательском бизнесе рассматривали, в лучшем случае, только в качестве секретарш, она возглавила отдел. Сотрудники и руководство "Scribner" оставили о ней массу уважительных отзывов, четыре её детские книги были удостоены литературных премий и переиздаются до сих пор, а количество наград, присуждённых книгам, которые выпустил её отдел, зашкаливает по всем параметрам. Она прекрасно разбиралась во всём, что касалось истории, фольклора, сказок и продвижения книг. Она плохо разбиралась в технике, космосе и тому подобных вещах, но умела пропихнуть сомнительный, с точки зрения господствующей пуританской морали, текст в печать. Многие считали, что она была редактором по призванию. Роберт Энсон Хайнлайн считал её безграмотным литературным цербером на страже древних предрассудков.

 

 []

Алиса Далглиш, главный редактор отдела детской литературы издательства "Скрибнер".

 

[9] Речь идёт об издательстве "Westminster Press".

 

[10] pulpwood - слово, давшее название определенной категории массовых журналов (pulp) и литературному направлению палп фикшн (pulp fiction), оно же "криминальное чтиво".

 

[11] John Buchan - он же Джон Бакен, Бекан, Бачан, Бучан, Бьючан, Бухан и т.п. чудеса транскрипции. "Центрполиграф" переименовало его в "Джордж", а в русской "Вики" у него и у его родителей разные фамилииJ. Я думаю, он всё же Бьюкен, барон Твидсмур, губернатор Канады, британский политик, издатель и писатель. Известен экранизацией романа "39 ступеней". Следов его американских изданий с оформлением Хьюберта Роджерса найти не удалось.

 

[12] а я предпочёл бы перевод "спекулятивная беллетристика", но в русском языке застолбился именно такой вариант перевода: "спекулятивная фантастика", подчеркивающий принадлежность к гетто.

 

[13] Гелиотропизм - способность растений принимать определенное положение под влиянием солнечного света.

 

[14] По воспоминаниям самого Лертона Блассингэйма, существенная доля тиражей выкупалась библиотечной системой США, попадание в рекомендованный список литературы гарантировало рентабельность выпуска книги. У Лертона наверняка были свои крючки в этой системе, но в комитетах всегда хватало разных Нервных Нелли, вкусам и фобиям которых авторам приходилось угождать.

 

[15] через интервал - имеется в виду расстояние между строчками в машинописных работах. Чистовики печатались через двойной интервал.

 

[16] ДВК - Джон Вуд Кэмпбелл

 

[17] в оригинале "Yeah", "Nope", "Huh", "Stinker". К слову сказать, выборочная проверка на слово "stinker" в "Галилео" и сравнение оригинала с русскими переводами показали, что слово используется в тексте всего два раза. Одно переведено как "подонок", а второе, употреблённое в буквальном смысле, в переводе опущено. Зато в "Кадете" "стинкеры" так и кишат, правда, в качестве клички одного из персонажей, но есть и один случай употребления "мерзавцев".

 

[18] American Rifle Association - имеется в виду Национальная Стрелковая Ассоциация Америки, National Rifle Association of America (NRA). Некоммерческая организация. Образована в 1871 году, насчитывает около 5 млн. членов. Выпускает журналы, занимается пропагандой оружия, лоббированием законов, лицензированием, обучением и т.п.

 

[19] В школе Бобби был активным членом Клуба Винтовки, а в 14 лет уже вовсю палил из "Томми" под руководством будущего инструктора ФБР, брата Ларри. В 1924 году он месяц провёл на сборах Национальной Гвардии в форте Ливенворт (для чего солгал о своём возрасте). Он млел на запусках трофейных "Фау-2" на полигоне Белые Пески. Его всегда тянуло к оружию - ко всему, что стреляет и бабахает.

[Глава II]


 Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  Ю.Королёва "Эйдос непокорённый" (Научная фантастика) | | К.Вэй "По дорогам Империи" (Боевая фантастика) | | С.Панченко "Ветер" (Постапокалипсис) | | Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих" (ЛитРПГ) | | Е.Шторм "Плохая невеста" (Любовное фэнтези) | | Е.Сволота "Механическое Диво" (Киберпанк) | | Р.Цуканов "Серый кукловод. Часть 2" (Антиутопия) | | А.Михална "Путь домой" (Постапокалипсис) | | В.Кощеев "Тау Мара-02. Контролер" (Боевая фантастика) | | Е.Флат "Невеста на одну ночь 2" (Любовное фэнтези) | |

Хиты на ProdaMan.ru Перерождение. Чередий ГалинаПодари мне чешуйку. Гаврилова АннаТитул не помеха. Сезон 1. Olie-Букет счастья. Сезон 1. Коротаева ОльгаТону в тебе. Настасья Карпинская��Помощница верховной ведьмы��. Анетта ПолитоваМои двенадцать увольнений. K A AСнежный тайфун. Александр МихайловскийЯ хочу тебя трогать. Виолетта РоманЛюбовь по-драконьи. Вероника Ягушинская
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "То,что делает меня" И.Шевченко "Осторожно,женское фэнтези!" С.Лысак "Характерник" Д.Смекалин "Лишний на Земле лишних" С.Давыдов "Один из Рода" В.Неклюдов "Дорогами миров" С.Бакшеев "Формула убийства" Т.Сотер "Птица в клетке" Б.Кригер "В бездне"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"