Головин Валерий Яковлевич: другие произведения.

Меч Ангелона

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
 Ваша оценка:


Головин В. Я.

г. Гомель

Меч Ангелона

   Пролог
   Вечерние сумерки незаметно прокрались в комнату и затаились по углам. Солнышко, заглянув на прощанье в окна соседней многоэтажки, провалилось куда- то за дома. И сразу в комнате стало неуютно и одиноко.
   Ваня подошел к окну и вгляделся в темные глазницы большого дома.
   Вот уже несколько лет прошло с тех пор, как окончились его удивительные приключения. Настолько необычные, что никто из друзей так и не поверил в правдивость его рассказов. И даже необыкновенный халат - немое доказательство давнего приключения - ничто не могло убедить их в реальности прошедших событий.
   Иван задумался и снова, будто бы это происходило вчера, а не семь, восемь лет назад, явно увидел Кощея Бессмертного, посылающего смертельные разряды в страшных джудов. Где-то рядом должна быть и Баба Яга, но как ни пытался Иван вызвать ее образ, так и не смог. Лицо ведьмы расплывалось в памяти и вместо старушечьего лица Ивану виделась молодая длинноволосая девушка.
   " Что за чертовщина!" - успел подумать Иван, как из стены полыхнуло пламя и в комнате запахло гарью. Затем раздались пугающие, гокающие звуки, чьи -то крики и на весело гудящее пламя полилась вода. Комната наполнилась дымом и запахом горелой ткани. Ваня сидел ни жив, ни мертв.
  -- Я тут, можно сказать, жизнью рискую, а он сидит - существо бесшумно отделилось от стены и, подпрыгнув, повисло на люстре. Сквозь дым, который густо висел в комнате, да к тому же нестерпимо ел глаза, Иван пытался рассмотреть своего гостя, явившегося к нему таким необычным способом.
   Ростом с первоклашку, гость был одет в какие то зеленые лохмотья, длинными лентами свисавшими вдоль туловища. Такие же зеленые, лохматые волосы. Нос явно напоминал деревянный стручок и глаза: две клюквы ярко красного цвета.
   Между тем, все сильнее и сильнее раскачиваясь на люстре, существо продолжало бубнить себе под нос, в упор глядя на Ивана:
  -- Сиди, сиди. Мадам и тебя слопает. Она уже многих слопала.
   Правда, пока все больше маленьких ест, только ведь скоро кончатся маленькие...
   Ваня слушал весь этот бред и понемногу приходил в себя.
  -- Ты кто? - наконец смог он выдавить из себя пару слов.
  -- Как кто? - обиделось существо.- Не видишь, что ли?
   Я Грюндик, лесовик. - Лесовик капризно поджал губы, к чему - то прислушался и заторопился:
  -- Мне пора. Возьми вот. - Иван едва успел поймать какой - то предмет, как лесовик качнулся изо всех сил. Люстра оборвалась, произошло короткое замыкание и в наступившей темноте откуда - то издалека прилетело: "Поспеши, Мамка ждет, в беде она" - и совсем тихо - талисман, Баба Яга...
   В подьезде послышались голоса соседей. В коридоре вспыхнул свет. В комнате никого не оказалось. Лишь разбросанные осколки от упавшей люстры напоминали о неожиданном визите.
   " Ну почему все это происходит со мной?" - с тоской подумал Иван. - " Опять никто не поверит, разве что Зинка.
  -- Сын, что случилось? - в комнату заглянула Ванина мама.
   Не будем подглядывать и подслушивать в эту трудную для Ивана минуту. Скажем, что спустя час комната была на сколько возможно прибрана, а Ваня со всех ног мчался к своему другу, вернее к подруге - Зинке Кожемякиной.
   О! Это был удивительный человек- Зинка Кожемяка. Так звали ее друзья и одноклассники. Ну, во первых - рост! Как говорится, от горшка два вершка. Во вторых - руки! К ее рукам прилипало все: и скрепки и вилки, тетради и стекло, и даже утюг крепко накрепко прилипал к ее ладоням. Но и это не все. Зинка могла найти любую неисправность в разных электрических машинах и приборах. Стоило ей лишь провести руками вдоль проводов и деталей, и она тут же указывала место, где есть разрыв токовой цепи. Такая вот была подружка у Ивана, к которой он сейчас спешил, чтобы обсудить сегодняшнее событие.
  
  
  
  
  
  
   Глава 1.
   Печально вздохнув, двери закрылись и автобус умчался прочь, оставив после себя облако ядовитой гари и две одинокие фигурки.
   Иван огляделся. Справа, далеко, далеко простиралось бескрайнее поле и лишь где -то там, у горизонта, угадывался лес, голубой полосой уходивший в бесконечность. Слева, возле самой дороги, начинались кусты орешника, перемешиваясь с одинокими березками. Далее шли еще какие - то деревья и наконец, стеной стояли вековые дубы, за широкой кроной которых начинался таинственный, полный опасностей, лесной мир.
   Иван взглянул на кристалл, который всю дорогу держал в вспотевшей ладони и замер. Подарок лесовика мягко светился зеленоватым светом и лишь грань, обращенная к лесу, неожиданно погасла, потемнела, словно вобрала в себя всю тень, весь лесной сумрак.
   Иван повернулся к спутнице, но Зинка предостерегающе подняла руку:
  -- Это здесь, я чувствую! - Она повела ладонью по сторонам и уверенно направилась вглубь леса.
   Изрядно поплутав, усталые и потные, Ваня с Зинкой вывалились на уютную солнечную полянку, посреди которой стоял огромный камень. На вершине камня сидела большущая ворона и , наклонив голову, внимательно рассматривала усталых путников.
  -- Ваня! Сюда! Смотри! - Зинка стояла возле огромной глыбы и лихорадочно очищала поверхность камня от зеленого мха. Перед Иваном, одна за другой, появлялись буквы и скоро можно было прочесть следующее:
  -- Прямо пойдешь -совсем пропадешь.
  -- Налево пойдешь - себя не найдешь.
  -- Направо пойдешь - домой попадешь.
  -- Странно! А в сказках совсем не так - Задумчиво произнесла
   Зинка и вздрогнула от неожиданного карканья вороны.
  -- Тьфу на тебя, глупая птица - девчонка взмахнула рукой и ворона исчезла, словно ее и не было. Исчез и камень. Там, где только что находилась огромная глыба, росла трава и беззаботные бабочки порхали от цветка к цветку.
  -- Вот это да! Начинается! -Прошептала Зинка и на всякий случай придвинулась поближе к Ивану. Да и у того мурашки пошли по спине от всего увиденного.
  -- Ну что будем делать? Идем?
  -- Идем! - Зинка решительно направилась прямо туда, где
   "Совсем пропадешь".
   Пройдя несколько метров, путешественники почувствовали, что уперлись в какое то невидимое препятствие. И снова выручила Зинка.
   Ее волшебные руки почувствовали, как препятствие в одном месте ослабевает, меняет свою форму. На ощупь Зина определила, что это большой круг. Присмотревшись повнимательнее, друзья увидели как деревья в этом месте теряли свои очертания, расплывались и где -то там, за ними смутно проступали контуры какого - то строения.
   И так и этак пробовали они проникнуть сквозь мутный занавес, но все усилия были напрасны, пока, наконец, Ивана не осенило. Он повел рукой, кристаллом описывая большой круг и тот час словно пелена спала с глаз. Запахло дымом, еще чем то вкусным, а на полянке стояла избушка на курьих ножках.
   Иван с Зинкой переглянулись и решительно шагнули вперед.
   По прежнему светило солнышко, но все в этом мире было необычным. Большущие черные деревья стояли без единого листочка. Трава была какой - то бесцветной и ни одного листочка. Какая то мертвая тишина властвовала над всем этим. Однако избушка была настоящая. Старая покосившаяся крыша, покрытая густым мхом, стены сложенные из черных потрескавшихся бревен и маленькое одинокое окошко. Жуть да и только!
  -- Избушка, избушка! Повернись к лесу задом, а ко мне передом-шепотом произнесла Зинка знакомую с детства фразу, стараясь придать голосу твердость.
   Избушка закряхтела, заскрипела и начала разворачиваться, раскачиваясь из стороны в сторону, пока, наконец, не повернулась крыльцом к путешественникам.
   Крепко держась за руки, Иван и Зинка поднялись по шаткой лестнице на крылечко, отворили заскрипевшую дверь и вошли во внутрь.
   Никого. Холодная печь посреди да паутина кругом с тощими пауками
   Ваня повел кристаллом и тот час почувствовал, как закололо , обожгло руку. Опасность была там, за печью. Заглянув, друзья увидели еще одну дверь, поменьше и поуже.
  -- Ну что же ты? - заметив нерешительность Ивана, Зина отворила дверь и шагнула за порог. Ваня на секунду замешкался и , войдя, лишь услышал, как испуганно ойкнула Зинка, потом хлопнула дверь и все стихло.
  -- Зинка! Зинка! - Еше не веря, что произошло страшное и непоправимое, позвал Иван. Зинка не отзывалась. Холодея от жуткого предчувствия, Ваня двинулся по коридору и открыл первую дверь справа. По видимому , это была кухня. Кругом лежала разная снедь, фрукты и овощи, а в духовке вполне современной плиты что то тушилось. Заглянув, Иван чуть не закричал от неожиданности. На вертеле, аккуратно перевязанный шпагатом, жарился ... младенец! Его глаза невидяще смотрели на Ваню и плакали. Похолодев от ужаса, Иван пулей вылетел из кухни, подальше от страшного места и принялся лихорадочно открывать одну за другой бесконечные двери. Зинки нигде не было. Наконец, рванув последнюю дверь, Ваня лицом к лицу столкнулся с Бабой Ягой.
  -- Ванюша! Ты ли это! - Радостно прошмякала ведьма беззубым ртом. - Вот так встреча!
   Баба Яга от радости подпрыгивала и притоптывала, взмахивала руками и не знала куда посадить дорогого гостя.
   Сказать по правде, Иван тоже был рад увидеть Бабу Ягу в добром здравии. Ведь однажды она уже здорово ему помогла в войне с кровожадными джудами А теперь, вот, зачем то попросила о помощи, прислав лесовика. Он уже открыл было рот, собираясь задать вопрос, но бабуся замахала рукой:
  -- Сейчас сейчас - она резво ускакала куда - то, потом появилась с большим подносом , на котором лежал румяный,с золотистой корочкой молочный поросенок
   Ни слова не говоря, Ваня выскочил из - за стола и помчался на кухню. В духовке было пусто.
  -- Ну и дела - подумал Иван, а Баба Яга уже подсовывала ему кусочек получше, приговаривая:
  -- Ешь Ванюша, ешь. Небось проголодался с дороги то. Поешь, потом и поговорим
   Как ни отказывался Ваня, как ни отнекивался - уговорила таки старая. сьел Иван кусочек и хотел было спросить Бабу Ягу про Зинку, да не успел. Ушли куда то силушки, сморил молодца богатырский сон.
   Ох! Лучше бы ему и не просыпаться. Очнулся Ваня, тело ломит голова болит - не иначе, как зелье подсыпала ему в еду старая. Вспомнил все Иван, разозлился.
  -- Ах ты ведьма! Обманывать меня вздумала, ну погоди!
   Рванулся подняться, да не может. Держит его сила неведомая, не отпускает.
  -- Что, проснулся герой? - В комнату вошла миловидная девушка. Ее длинные, русалочьи волосы свободно рассыпались по плечам, едва прикрывая обнаженную спину. Коротенькое платьице открывало изящную, точеную фигурку, которой могли бы позавидовать и самые знаменитые фотомодели.
   Девушка, бесшумно ступая по ковру, подошла к Ивану, наклонилась и стала как то странно его рассматривать. Ваня, в свою очередь, вглядывался в ее лицо, которое казалось ему очень знакомым, но вспомнить где они встречались, так и не смог.
   Молчание затягивалось, а вместе с ним росло и беспокойство. Уж больно странное лицо было у этой девушки. Бледные бескровные губы и яркий румянец на всю щеку. А глаза! Один -зеленый, смотрел куда то в сторону, другой же - коричневый, пронизывал насквозь, пытаясь проникнуть в самую глубину его подсознания и давил, давил, давил. Собрав все силы, Иван отвел глаза в сторону и переведя дух, спросил:
   А где же Баба Яга?
   Напряжение вмиг исчезло. Девушка рассмеялась и закружилась в
   танце, на Ваниных глазах превращаясь в старую ведьму.
   Еще некоторое время понадобилось Ивану, чтобы, вдруг, понять в какую жуткую историю он влип. Мигом вспомнилось бормотание лесовика, его предостережение насчет Мадам, которая ест маленьких и его, Ивана, сьест. Потом - этот жаренный младенец в духовке... Нееет! Только не это! Так вот чем угощала его мнимая Баба Яга. Ваня почувствовал, как слабость охватила все его тело, к горлу подступила тошнота и он почти уже терял сознание, когда внимательно наблюдавшая за ним ведьма вновь обернулась девушкой и прыгнула прямо на Ивана. В приступе неистовой страсти Мадам стала осыпать его поцелуями, кусать за щеки. Длинные, покрытые маникюром, ногти царапали Ванино горло, а пальцы все сильней и сильней сжимались в смертельном обьятии.
   Пытаясь освободиться от железных пальцев этой милой леди, Иван наткнулся на свой кристалл, который до этого успел повесить себе на шею. И произошло чудо.
   То ли кристалл помог, то ли ведьма устала, только хватка ослабла и Мадам сползла с Ивана. Шатаясь, она сделала несколько шагов к двери и упала без чувств, судорожно царапая перед собой ковер и роняя на него розовую пену изо рта.
   Еще не веря в свое спасение, Иван с опаской встал и косясь на распростертую ведьму, пулей вылетел из комнаты. Ему казалось, что он бежит к выходу, но ноги помимо воли несли куда то вниз по лестнице. Шаг, другой и Иван увидел еще одну Бабу Ягу.
   Свет едва проникал сквозь маленькое отверстие вверху, но и этого хватило, чтобы увидеть мучения той, ради которой Иван отправился в столь опасное путешествие.
   Настоящая Баба Яга была прикована цепями к стене и почти висела на них, не имея сил ни встать, ни разогнуться. Седые волосы местами вырванные с корнем, перемешались с засохшей кровью. Изуродованное с кровоподтеками старушечье лицо выглядело страшной маской. Исполосованное, измученное пытками тело, в котором едва, едва держалась душа. Видно, палач трудился не жалея ни времени, ни сил.
   Иван бросился к Бабе Яге:
  -- Бабушка, бабушка, очнись! - Ваня тормошил старуху, не веря в то, что она жива.
   Старуха тяжело вздохнула, посмотрела мутными глазами на Ваню. Постепенно ее взгляд прояснился:
  -- Ваня, сынок, воды!
   Иван метнулся туда, сюда. Заметил стоящее на скамейке ведро с водой, зачерпнул в пригоршню и поднес бабусе. Еще раз и еще раз. Напившись, Баба Яга жалостливо посмотрела на хлопца и произнесла еле шевеля разбитыми губами:
  -- Ванюша, как же ты меня нашел, старую. Вот уж не думала, что опять свидимся, да вот так.
   Баба Яга закашлялась и закрыла глаза. Иван рванул у себя кусок майки и бегом к ведру. Потом приложил компресс к горячему лбу старухи. Очнувшись, бабуля продолжала:
  -- Ванюша, силы уходят, помру наверно. Постой, не перебивай, ты слушай. Белая девка пытала меня про Кошу, Кощея. Все дознаться хотела, где его душа схоронена. Знают душегубы проклятые, что мне ведомо место, где ларец запрятан, да напрасно изводят, все одно не скажу.
  -- Так это правда? про сундук и про яйцо?
  -- Правда , сынок, правда милый - старая ведьма тяжело закашлялась и замолчала. Наверху послышались шаги, шорохи. Баба Яга заторопилась:
  -- Никак в толк не возьму, как ты здесь оказался.
   Иван расстегнул ворот рубашки и показал ведьме кристалл.
  -- А, вот оно что. Не выдержал таки малец, отдал раньше срока. Эх! Погубила я тебя, Ваня. И мне не поможешь и сам пропадешь без меня. Нет тебе возврата домой.
  -- Это почему же? - Сердце Ивана сжалось в тревожном ожидании.
  -- Дай испить водицы, в горле пересохло - бабуся подождала, пока Ваня принес ей воды, сделала несколько тяжелых глотков и молвила:
  -- Кристалл этот, талисман - Магирусовым камнем зовется.
   Великая сила в нем заложена, да только и она уходит со временем Долго я его носила, верно хранил он меня от напастей и лихости, но пришел срок, постарела я настолько, что и талисман мой сдался, постарел вместе со мной. Новое тело ему надо, молодое. Только вмешались лихие люди, сильные и злые. Нарушили ход вещей и что будет теперь - никому не ведомо.
  -- И что же мне теперь делать? - Растерянно спросил Ваня, наклоняясь к поникшей голове Бабы Яги.
  -- Найди Кощея, он поможет. Предупреди, что по его душу сыск идет.
  -- А как найти? Как?
   Старуха тяжело подняла глаза, внимательно и жалостливо взглянула на юношу:
  -- Ищи Свод Мира - а там рукой подать - с последними словами голова старой ведьмы качнулась, бессильно свесилась на грудь и она снова впала в забытье.
   Иван постоял минутку, прощаясь с Бабой Ягой, затем направился к лестнице. Его мысли вернулись к Зинке. Девчонка куда - то бесследно исчезла, словно сквозь землю провалилась. Опять же, эта бешенная девка, духовка с...
   Иван бросился бежать по коридору, рванул знакомую уже дверь.
   Девушка сидела в кресле и со скучающим видом листала какой то цветной журнал.
  -- Где Зинка! слышишь, ты! - Иван не узнал свой голос, который от волнения звенел как натянутая струна. Девушка подняла глаза, усмехнулась и кивнула Ивану:
  -- Садись, побалакаем. - Она показала на кресло напротив.
   Иван присел. В голове шумело и слегка покалывало виски. Девушка тем временем достала сигарету, прикурила от изящной зажигалки и протянула пачку Ивану. Тот мотнул головой.
  -- Не курю.
   Ведьма пожала плечами, затянулась и выпустила несколько колец дыма.
  -- Зинка твоя жива и невредима. Я надеюсь. - Она снова затянулась и внимательно посмотрела на ивана.
  -- Слишком шустрая, эта твоя Зинка. Любопытная очень. За что и поплатилась. Есть здесь одно место, вроде как заколдованное - ведьма усмехнулась - Вход есть, а вот выйти оттуда не всяк может.
   Девушка взяла со столика резной колокольчик и позвонила. На мелодичный звон в комнату вбежал маленький человечек с непомерно большой головой.
  -- Да, Мадам!
  -- Жозей! наш гость хочет знать, как там его подружка. Карлик кивнул и достал из обьемных шаровар бутылочку с жидкостью. Подойдя к столику, Жозей вылил содержимое на гладкую поверхность и бросил туда же горсть желтого порошка. Мгновенно вспыхнул огонь и в его колеблющимся пламени Иван увидел Зинку, живую и невредимую. Она шла по пустынной дороге, оставляя после себя облако пыли и настороженно оглядываясь по сторонам.
  -- Как видишь, все в порядке. А уж встретитесь вы или нет - это твоя забота. - Она кивнула карлику -
  -- Иди!
   Дождавшись, когда за служкой закрылась дверь, Мадам повернулась к Ивану:
  -- В давние, очень давние времена случилась одна история. Жил на небесах Ангел. Красивый, молодой и сильный. Воевал он со всякой нечестью, защищал людей - овечек божьих во славу Господню. Да так воевал, что всегда выходил победителем из самых жарких схваток. За что и был прозван - Победоносцем!
   Однажды увидала Ангела одна богиня и влюбилась, потеряла голову. Призвала к себе, осыпала подарками и в награду за ласки подарила воину меч невиданной силы, чудесного свойства. Богом Данный Меч!
   Сколько столетий продолжалась их любовь, никто не знает. Но всему есть конец, сколько веревочке не виться. Так у вас говорят? - Мадам довольно усмехнулась и продолжала - Чужой, злой разум из глубин Вселенной стремительно приближался к Земле, стремясь сжечь ее в огне, разбить на мелкие кусочки. Уже видна была огненная голова, а ночью и хвост, закрывающий собой пол неба. Уже готовились люди к смерти, напрасно взывая к богам о помощи. Растерялись Боги! Уже оставался день до страшного дня. И тогда Ангел поднял свой меч. Размахнулся и ударил! Вытянулся меч на сто верст вперед, отрубил огненному зверю голову и упала та голова с превеликим грохотом за Урал реку. Следом и все туловище свалилось, распалось. Один хребет остался. Полетел Ангел посмотреть на дело рук своих да и пропал. Ждет богиня своего героя, ждет не дождется. А Ангела все нет. Не вытерпела, собралась и на Землю. Глядь, а друг то ее сердечный с другой, земной девкой милуется, любится. Разгневалась небожительница. В страшной ярости подступила она к дружку своему бывшему и вынула из него душу. Заточила душу в иглу хрупкую, заговорила заклинаниями страшными и молвила:
  -- Отныне будешь жить ты изгоем, мечом и разбоем, в бессмертии и одиночестве. И проклянут тебя люди, Ангелона грабителя и забудут героя - Ангела - защитника. Такая, вот, сказка. - Девушка глянула на юношу - интересно, правда?
  -- Да, но к чему это?
  -- А к тому, что Ангелон и Кощей Бессмертный одно лицо. А ты, насколько я знаю, в дружбе с ним.
  -- Ну и что?
  -- А то, что это не просто сказка. так было. Меч на самом деле существует. Меч, свойства и сила которого уникальны. С помощью меча силой мысли можно уничтожить сотню планет, не сходя с этого места. Да что там сотню... мадам внезапно замолчала, спохватившись, что сказала лишнее и в упор глянула на Ивана:
  -- Тебе некуда деваться, землянин. Ты сам выбрал свою судьбу. Правда, не без моей помощи - она усмехнулась. - Навести Кощея. Уговори его отдать мне меч. Я же помогу тебе вернуться домой, в твой мир.
  -- А если я откажусь? - Ваня вздрогнул от громкого смеха
   Мадам.
  -- Откажешся? Ты будешь вечно шататься по чуждым тебе мирам, пока не состаришься и не найдешь себе где - нибуть могилу. Да, талисман будет некоторое время хранить твое бренное тело, но что может быть хуже забвения. Тебя все забудут, ты никому не будешь нужен. Ты станешь таким же злобным и несчастным изгоем , как твой приятель - Ангелон Отшельник. Подумай!
  -- И все же я откажусь - тихо, но твердо сказал Иван. - Я не предаю своих друзей, даже таких, как Кощей Бессмертный.
  -- Вот глупец! - В сердцах воскликнула Мадам. -Убирайся вон и помни. За тобой будут следить. И ты еще пожалеешь, что отказался.
   ...
   Ваня брел по едва заметной тропинке. Лесные великаны угрюмо расступались перед ним и было что - то таинственное и жуткое в их молчаливом соседстве. Неожиданно какая - то тень отделилась от дерева и метнулась к Ивану.
  
  -- Тс - с! Это я! - Два красных уголька уставились на Ваню.
  -- это я, Грюндик!
  -- Фу ты! - С облегчением выдохнул Ваня. - Ну и напугал! Как ты меня нашел?
   Лесовик взял его за руку и потянул с тропинки в глубь леса. Подчиняясь его теплой и шершавой ладошке, Ваня послушно пошел следом.
  -- Присядь, человек - они остановились возле огромного дуба и лесовик опустился на массивный корень, змеей угодивший куда то за деревья.
  -- тех пор, как Там поселилась Мадам, еще никто живым не вернулся Оттуда, кроме тебя, Человек - два раскаленных уголька заглянули Ивану в глаза.
   Ване сделалось не по себе. Вот те раз - едва выбрался из одной передряги и похоже, опять влип.
  -- Ты Мамку видел? - Снова нарушил молчание лесовик.
  -- Мамку? Какую мамку? А ... Бабу Ягу? - Догадался Иван - Видел -
  -- угрюмо кивнул он. -Помощь ей нужна, срочно, а что де-лать - не знаю.
   Лесовик кивнул головой и доверительно взял Ивана за руку.
  -- Прости меня, человек. Хранительный талисман на тебя был заговорен Мамкой то. Тебе и передать велела. правда, сказала не раньше, чем помрет да уж больно жалко ее, мамку. Вот я и подумал - может поможешь, спасешь Мамку - Лесовик, вдруг, совсем по человечьи всхлипнул и как то сьежился, затих.
   Перед Ваней тут же встало измученное лицо старой ведьмы и он заскрипел зубами от сознания собственной беспомощности. Чуткий лесной человечек все понял. Он успокаивающе положил свою ладошку на Ванину руку и продолжил:
  -- У нас в лесу говорят, что Мадам не одна. За нею Сила. А вот откуда пришла и зачем - никто не знает.
  -- Я знаю - успел сказать Иван, как неожиданно над головой раздалось оглушающее - ГУ - ГУ!
  -- Дедушка Леший - прошептал Грюндик и скользнул в тень.
  -- Что то ты пацан раскудахтался, спать не даешь - леший тяжело вылез из дупла и направился в сторону Ивана.
   Ваня с изумлением смотрел на приближавшегося старика. Несмотря на слабый лунный свет, он успел увидеть аккуратно расчесанные седые волосы, доходившие до пят. Лицо, руки сплошь были покрыты большими и малыми бородавками. Это был Леший - бородавочник. Сколько бородавок, столько порченного народу.
  -- Посмотрим, кого нелегкая занесла в наши края. - Леший подступил к Ивану и его бородавки угрожающе зашевелились, закачались.
  -- Ты кто?
   Пришлось Ване рассказать о себе и о своих удивительных приключениях.
  -- А теперь вот Зинку иду искать - закончил свою исповедь Иван и вздохнул.
  -- Покажи камень? - требовательно протянул руку Леший. Ваня достал кристалл и отдал старику. Тот осторожно взял талисман и близко поднес к глазам.
  -- Да, это он, Глаз Великого Магируса. Значит, твой теперь камень? - Непонятно спросил Леший.
   Иван кивнул. Из темноты неслышно появился Грюндик. Леший подозвал лесовика к себе и что то долго ему втолковывал. Потом повернулся к Ивану - Прощай, человек. Чай не свидимся более. Послужи делу. Да и мне пора. Прощай... - донеслось уже откуда то издалека, будто и не сидел рядом с Ваней немощный седой старик. Лесовик взял оторопевшего Ивана за руку и повел зквозь черный лес. Как шли и сколько, сказать трудно. Наконец, дорогу им перегородил огромный пень. Грюндик оставил юношу и заходил вокруг пня, бормоча под нос какие то странные фразы. Иван с изумлением наблюдал, как задрожал зазмеился воздух вокруг огромной колоды. Пень терял свои привычные очертания и вот уже и не пень вовсе, а камень, да и не камень, а бездонный черный колодец открылся Ваниным глазам. Вдруг сделался ветер. Шурша и потрескивая, все быстрее и быстрее устремились сучки и веточки в шипящую черную воронку. Уже натужно и злобно гудели деревья, яростно сопротивляясь мощным порывам ветра. Иван обернулся к лесовику, пытаясь что то сказать, но по страшному и напряженному лицу, да и по обрывкам слов, совсем не ласковым, а по человечески и вовсе поганым он понял, что наступил его черед.
  -- Эх! Была, не была. Прощай земля - матушка - Иван осенил себя крестом и шагнул в жадный рот черной дыры.
  
  
  
  
  
  
  
   Глава 2
   Очутившись в коридоре, Зинка почувствовала, что какая то неодолимая сила толкает ее в открывшуюся маленькую дверь напротив. Помимо воли, она шагнула вперед и внезапно провалилась куда то вниз, в пустоту. Ее легкие наполнились воздухом и она захлебнулась криком. Падение длилось довольно долго и Зинка мысленно успела попрощаться с родителями, когда к своему огромному облегчению почувствовала теплый поток встречного воздуха. Теперь, будто птица парящая в небе, Зинка медленно опускалась навстречу бледному свету, исходившему откуда то снизу. Поток воздуха становился все сильней и сильней. Неожиданно ее закружило в воздушном течении и бросило в сторону. Не раз, больно ударившись о разбросанные повсюду огромные камни, Зинка, наконец, вывалилась на свет божий и упала прямо на головы двум невысокого роста существам. Те в немом изумлении уставились на неожиданную гостью. В свою очередь, испуганная девушка во все глаза смотрела на существ, стоящих перед ней и чувствовала, как от страха холодеют конечности и немеет язык. Но вот один из них что то сообразил.
  -- А..А... - И оба понеслись прочь, сверкая голыми пятками в клубах поднятой пыли. Правда, Зинке, вдруг, показалось, что пятки то были больше на копытца похожи, да чего со страху не почудится. Облегченно вздохнув, девушка встала и огляделась. Ничего необычного. Кругом крутые каменные стены, а впереди пологий спуск, уходящий поворотом за острую скалу. Зинка оглянулась, пытаясь найти хотя бы некоторое подобие дыры или входа в пещеру, откуда она так благополучно вывалилась, но к своему удивлению, абсолютно ничего не увидела, кроме корявых отвесных стен.
  -- Чудеса, да и только!
   Зина посмотрела на свои поцарапанные руки и сразу же зачесались, зазудели многочисленные синяки и ссадины. Захотелось пить. Девушка еще раз огляделась, запоминая место на всякий случай и пошла по пыльной дороге, загребая "адидасами" пыль. Дорога шла вниз и влево.
   Идти было легко. Расслабившись, Зинка шла и шла, не замечая, как вокруг все выше и выше поднимаются отвесные скалы. Как бледно - голубое небо над головой сменилось мутно серым, а позади молочной рекой разлился туман, отрезая дорогу назад. " Бац "! Уткнувшись в невидимую преграду, девчонка испуганно ойкнула и присела, потирая засаднивший лоб.
   Где то высоко в горах раздался треск, потянуло тухлыми яйцами, затем яркая вспышка осветила вокруг гладкие стены и ворота под высокой аркой. Разглядеть поподробнее Зина не успела. Дикая боль в голове опрокинула ее и девушка потеряла сознание. Спустя какое то время она очнулась и без удивления обнаружила, что вон там, внизу, лежит она, Зинка! Лежит совершенно обнаженная на большом, грубо сколоченном столе. Странно, однако собственная нагота ее нисколько не задела, не устыдила. С любопытством рассматривала Зинка большой, без окон, зал. Помещение освещалось потрескивающими, коптящими факелами. Дым исправно тянулся вверх и исчезал без следа. Возле стола, на котором лежала она, Зинка, замерли две фигуры. Правда, рассмотреть их девушка не успела. Она почувствовала, как ее неудержимо потянуло, повлекло куда то вверх. Скоро девушка оказалась в темном тоннеле, в конце которого виделся свет. Новое ощущение захватило Зинку. Потоки доброты, счастья и любви пронзали ее насквозь, и не было в Зинкиной жизни минуты лучше, чем эта. Так мчалась она некоторое время по темному тоннелю к влекущему ее источнику и вдруг как бы выпала в другой мир - окунулась в плотное, почти на ощупь осязаемое сияние. Оно было все и шло ниоткуда. В центре свечения Зинка почувствовала что то вроде уплотнения. Нет, оно не было материей, но девушка точно знала, что это существо. Причем существо одухотворенное, еще более светлое и радостное, чем все вокруг.
   Всей душой стремилась Зина остаться, слиться с этим морем доброты, но понимала без слов, что не пришло еще ее время, что нужна она в другом месте, для важного и необходимого дела. " Значит мне нельзя остаться?" - спросила безнадежно девушка. Существо засияло еще ярче. Зина почувствовала, как в нее влива - ется огромная энергия, любовь и нежность. Затем ее повернули вспять, подтолкнули...
  -- Она возвращается, возвращается - Это были первые слова, услышанные Зиной, когда она снова отккрыла глаза. Девушка почувствовала у своих губ чашку и жадно сделала несколько глотков. Постепенно в голове прояснилось и первое, что ей захотелось сделать, это укрыться от пронизывающих глаз, выглядывающих из под низко надвинутых капюшонов. Будто прочитав ее мысли, одна из фигур про - тянула Зинке ее одежду. Вместе с одеждой к ней вернулась и уверенность. Почему то она знала, что все кончится хорошо.
   Между тем, увидев, что гостья закончила одеваться, фигурки почтительно склонились перед Зинкой в глубоком поклоне и жестами предложили следовать за собой. Шли недолго. За очередным поворотом мрачного коридора натолкнулись на массивную деревянную дверь. В открывшемся маленьком окошке их оглядел внимательный глаз. Затем дверь отворилась и вся компания протиснулась мимо двух стражников в большое помещение. В отличие от полутемного коридора, где висели чадящие вонючие светильники, здесь было светло как днем. Свет мягко лился из ламп, очень напоминающих земные, дневного света. Похоже, здесь знали электричество!
   Негромкое покашливание отвлекло Зину от этих мыслей и она повернулась на звук.
   За столом в углу огромной комнаты сидел карлик и внимательно рассматривал вошедших. Сопровождающие Зинку фигуры пали ниц и один из них дернул девчонку за джинсы. Та догадалась, что от нее тре - буется и отвесила глубокий поклон новому действующему лицу. Лицо довольно раскрыло в улыбке рот, демонстрируя ветхий забор гниющих зубов и сделала знак подойти поближе.
   Вблизи карлик оказался немолодой уже женщиной, лицо которой было затянуто густой сеткой морщин. Черные, близко посаженные маленькие глазки оценивающе разглядывали свою гостью. В свою очередь, девушка во все глаза разглядывала это маленькое чудо и неожиданно увидала маленькие наросты на курчавой голове, ну будто рожки, аккуратно торчащие из под вязанного чепца.
   Но вот в глазах у карлицы Зинка заметила странный блеск и сразу же почувствовала опасность. Мгновенно, будто бы проделывала это много раз, она представила себя под прозрачным бронированным колпаком и вовремя. Сгусток слюны словно наткнулся на невидимую стену и застыл, как застыли Зинка и карлица. Несколько минут длился этот молчаливый поединок. Маленький комочек влаги успел высох-нуть и испариться, когда колдунья, наконец, рассмеялась удивительно молодым, звонким голосом и сделала знак охране. Те развернулись и исчезли за дверью.
  -- Проходи, садись - Подвинула Зинке кресло Карлица. - Гостьей будешь.
   Зина села на краешек, с опаской ожидая новых козней от хозяйки. А та продолжала:
  -- Чтож, ты выдержала первое испытание, теперь можно и поговорить. Ну рассказывай - кто ты да откуда будешь. Побалуй старую, развей тоску - кручинушку
   Делать нечего. Стала Зинка рассказывать о себе, о том, где была , что видела. Стала вспоминать все, что когда либо читала, что запомнила из телепередач. Там, где не помнила, сочиняла на ходу и не беда, что часть истории могла начинаться в двадцатом веке, а заканчиваться в 19 или в 21 . Карлица слушала, охала да ахала, восторгалась, смеялась и плакала, а потом вдруг, сказала:
  -- Ну и складно же ты врешь, милая. Спасибо, позабавила.
   Теперь мой черед настал. - Она встала и поманила девушку за собой.
   С высоты терассы, на которую привели каменные ступеньки, перед Зинкой открылась фантастическая, нереальная картина.
   Под черным звездным небом далеко, далеко, до самого горизонта простиралась глубокая впадина, укрытая густым сиреневым туманом, из которого во множестве торчали остроконечные конуса каменных гор. Среди них особо выделялся своими размерами огромный красно - коричневый конус. Было видно, как между вершинами проскакивали электрические разряды и тогда Зинка чувствовала в себе удивительную легкость и желание летать.
   Карлица, внимательно наблюдавшая за девушкой, одобрительно покачивала головой и чему то улыбалась.
   Туман, между тем сгущался, приобретая густую фиолетовую окраску. Уровень его стал понижаться, обнажая горные исполины и Зина успела заметить, как остатки фиолетового облака исчезли в чреве самой большой горы. Еще несколько мгновений и раздался оглушающий удар, треск и ввысь рванул звук такой силы, что у бедной девушки больно завибрировали барабанные перепонки в ушах. Затем снова стало темно и тихо.
  -- Черт! Что это было. - Вырвалось у Зинки.
  -- Тс...с! - Приложила к губам пальчик Карлица и махнула рукой - Идем!
  -- В самую точку попала, милая, в самую точку. - Маленькая женщина снова удобно уселась в кресло и обвела комнату рукой -
  -- Отсюда мысли не убегут, не вырвутся...
   Она посмотрела на Зинку и засмеялась:
  -- Вижу, не понимаешь. И чему только в ваших школах учат?
   Скажи мне, ты знаешь, что такое жизнь?
  -- Ну знаю - Кивнула головой Зина.
  -- Э...э! - Протянула Карлица. - Знать может и знаешь да не понимаешь. Тепло и холод, свет и тьма, радость и горе, добро и зло, трусость и смелость, любовь и ненависть, ну и тому подобное. Как видишь, две силы вечно в борьбе между собой. Две Великие Силы - Белая и Черная!
  -- Это как Бог и Черт - вставила Зинка.
  -- Да, да, да! Создатель наделяет существ светлой силой, вселяет в них разум и веру, да только и Черная сила не дремлет. Многочисленные слуги ее тут как тут. Где лестью, где уговорами, подарками или принуждением - так они добиваются своего. Ты видела туман? Так вот. Сюда, со всей Вселенной маленькими незаметными ручейками устремляется энергия, вызванная работой мозга. Мысли, управляемые Черной силой, собираются в сгусток огромной энергии и тогда рождается черт или дьявол, что, впрочем, все одно и то же.
  -- Так значит, и вы тоже? - растерянно спросила Зинка. Карлица рассмеялась:
  -- Нет! Я всего лишь страж Ворот, хотя пребывание здесь оставило и на мне отпечаток - она провела своей детской ладошкой по отросткам на голове и добавила - На первый раз впечатлений хватит, не правда ли? А теперь пошли устраиваться.
   Следующие дни были однообразны и скучны. Ничего такого не происходило. За толстыми стенами с завидной периодичностью рождался новый черт и исчезал, оставляя в воздухе едкий запах серы. Постепенно Зинка свыклась с жизнью в этом мире и даже приобрела друзей. Правда, поначалу местные крутые парни пытались хватать ее за разные места, однако одно заклинание, которое подарила Зинке госпожа Гума - так, оказывается, звали Карлицу, вмиг отвадило самых хамоватых и настырных почитателй.
   Незаметно пролетел месяц, другой. И случилось так, что приснился Зине сон. Будто появился из небес ангел белокрылый и все ниже и ниже. Глядь Зинка, а крыло у него одно подпаленное и другое горит, догорает. Всмотрелась - никак Иван. Рванулась спасать... и проснулась. В тот же миг громче прежнего раздался гром и чертяка позлее рванул с конуса.
   Невмоготу больше стало девушке. Потянулась душа домой, а как? Открыться бы надо, да боязно. Ходила девушка сама не своя, пока госпожа Гума не заметила, что неладное твориться с гостьей.
   Допыталась все таки. Выслушала Зинку да и вздохнула:
  -- Э! Милая! Отсюда так просто никто еще не уходил. Один у тебя выход, девушка. Один!
  -- Не томи, тетушка, говори поскорей!
  -- Отдай душу дьяволу. Стань его невестой.
  -- Как это, невестой? Нет, я не смогу - слезы сами собой потекли из глаз и Зинка заплакала.
  -- Не реви, ревеха! Многие захотели бы быть на твоем месте.
   Да инет у тебя другой дороги домой, кроме этой.
   Зинка представила себя в свадебном платье и рядом черта с рожками и еще пуще прежнего залилась слезами.
   Гума приковыляла на своих кривеньких ножках и присела рядом:
  -- Ну, ну. Не плачь. Всему своя судьба.
   Зинка подняла голову:
  -- И что, и... никак?
   Карлица пожевала нижнюю губу и молвила:
  -- Привязалась я к тебе, словно мама к дитяти. Так и быть, открою одну тайну. Будет в тебе сила великая, неодолимая. Злая и беспощадная. Будешь сеять в миру раздор и злобу, похоть и лице-мерие. И от того еще сильнее станешь ты. Чем больше душ людских сумеешь увести у Белого Бога, тем быстрее тебя заметят. Да, Да! Кто? Великий Магирус - пожиратель душ - вот и все, что я знаю. Сумеешь с ним поладить - значит, выгорит твое дело. Будешь дома, ну а коли нет...
   Зинка вспомнила кристалл в Ваниной ладони и смутная надежда поселилась в ее сердце.
  -- Я согласна! - девушка благодарно посмотрела в глаза Госпоже
   Гума и доверчиво прижалась к ее немощному тельцу. Так, обнявшись и просидели они остаток ночи, разговаривая о своем, о женском.
   ...
   Весь следующий день ушел на приготовление к обряду, который должен был проходить внутри главного конуса, где находились Врата - выход из этого мира. Собственно, никакого такого обряда и не было. Нужно только дождаться рождения очередного черта. А до этого успеть взобраться под самый верх конуса и стать перед золотой аркой. Вот и все.
   Ближе к вечеру процессия тронулась в путь. Впереди шли местные девушки и кланяясь направо и налево, тянули какую то жуткую мелодию, от которой у Зинки по телу бежали мурашки Следом за девушками шли колдуны и в такт пению совершали немыслимые телодвижения. Зинка, разукрашенная словно египетская царица, восседала рядом с Госпожой Гума в носилках, которые несли самые рослые и сильные карлики. Действие происходило в глубине горного массива, где во все стороны уходили многочисленные тонелли, незаметно переходящие в огромные пещеры и ниши. Процессия шла, освещая путь факелами и в их неверном чадящем свете на стенах возникали причудливые картины, еще более усиливая впечатление таинственности происходящего. Наконец, все остановились в большом зале, посреди которого стояла массивная колонна, совершенно прозрачная, будто сотворенная из стекла. Наступила тишина. Госпожа Гума взяла Зинку за руку и подвела к колонне. Все ждали. И вот в мертвой тишине, нарушаемой лишь потрескиванием горящих факелов, послышались негромкие, шелестящие звуки, хлопок. Гума совсем по земному обняла Зинку и подтолкнула к площадке внутри колонны. В следующую секунду девушке показалось, будто бы все ее внутренности провалились вниз. Мелькнули и исчезли где то внизу огоньки, а перед Зинкой уже светилась тусклым золотом массивная арка, затянутая мерцающим фиолетовым занавесом. Следуя наставлениям колдуньи, девушка вышла с лифта и стала перед Воротами. Сердце сжималось от неясной тревоги и дурного предчувствия. Тело покрылось капельками пота, давило на голову, грудь. Дрожали ноги, не выдерживающие огромного напряжения. Потом нестерпимо яркая вспышка возникла где то в голове и ноги помимо воли шагнули вперед.
  
  
   Глава 3.
   Дед Орешка, по прозвищу Комар, бедовал во всю. Да и как не бедовать, если осталось у него всего две, три репы, да пригоршня овса, да мера жита. Все забрали князевы люди, а впереди зима. Как ни просил дед, как ни упрашивал, получил лишь пинок в то самое место, что срамно и вслух молвить.
  -- Эх, Перун тя дери! - в сердцах дед смачно сплюнул и кряхтя полез на едва теплую печь. Повозился, укутывая старческие мощи ветхой дерюжкой и затих, задремал. Да не на долго. Качнулась избушка. стало в хате светло как днем. Открыл дед глаза и обомлел. Стоит вьюнош ростом под потолок и руками машет, аки птица. " Ну! Никак посланник божий, Ангел небесный!" - Дивясь и страшась одновременно, дед все глубже закапывался в свое тряпье.
  -- Дедушка! Не бойся. Иван я - с этими словами ангел подошел к онемевшему деду и протянул руку. - вставай, не бойся.
   С опаской дед Комар открыл один глаз, потом второй. И правда, отрок. Юнн и лицом светел. И не рукаст. Рукам, значит, воли не дает, не хватает, аки тать.
   Успокоившись, старик сполз с печи, обернул онучами ноги и поклонившись в ноги Ивану, произнес:
  -- Прости деда, добрый молодец. Напужал ты меня. Да и то, как не обомлеть. Аки Ангел Небесный явился среди ночи, двери не порушив.
  -- Да не ангел я, дедушка, не ангел - засмеялся Иван. Занесла меня сюда сила волшебная - это правда. Только сам я - мясо да кости, как и ты.
  -- Ну садись тогда, гостем будешь. Только вот угостить тебя нечем - горько посетовал дед и спросил:
  -- Коли не секрет, далеко ли путь держишь, откуда да куда?
   Какой там секрет. Рассказал Иван деду свою историю. Задумался старый, а потом и говорит:
  -- Мыслюя, что на княжий двор тебе надо. Князюшке в ноги поклониться. Коли глянешься ему, возьмет в дружину воинскую. Лиходеи проклятые напали на землю нашу русскую. Бают люди, что не щадят вороги ни баб, ни стариков, ни детей малых. Всех изводит под корень. И будто бы зверь огнедышащий о трех головах у них в помощниках. Плюнет раз - и нет деревни. Плюнет другой - и нет войска. Вот я и мыслю - дед хитро глянул на Ивана - чудище то пришлое. Вот и смекай.
   Подивился Иван старику. А ведь прав Дед Орешка. Уж если он попал сюда по воле чародейства, почему бы и зверю тому не явиться похожим способом?
  
   ...
  
  
   Переправившись на утлом челноке через речку Переплюйку, Иван ступил на землю и оглянулся. Старик сиротливо и одиноко стоял на берегу и прощально махал дырявым треухом. Ванино сердце сжалось от жалости и неясной тревоги, но деваться было некуда. Махнув рукой в ответ, он повернулся и решительно зашагал вперед. Узкая, разбитая дорога вела его вдоль убранных полей, на которых лениво и сытно восседали черные вороны. Потом пошли березки, сестрички - шептуньи, среди которых, явно хвастаясь своим нарядом, горделиво выступали красавцы клены. Взобравшись на очередной холм, Ваня замер. Так восхитительна была открывшаяся перед ним картина. За дубовым частоколом, за крепкими кованными воротами во множестве стояли избы, беспорядочно взбиравшиеся вверх по холму, на вершине которого гордо красовался сказочный терем. Крыши его многочисленных башен отливали серебром и золотом. Солнечные лучи нежно ласкали янтарные стены и Ване показалось, что сейчас вот, вот откуда то выскочит пушистая белочка и будет грызть те самые орешки, где "... ядра чистый изумруд."
  -- Эй! С дороги! - послышалось сзади.
   Едва не опрокинув Ивана, мимо пронеслась группа всадников на крепких, выносливых конях. Последний всадник оглянулся, затем круто осадил коня и направился в сторону Ивана. Остроконечный шлем, кольчуга до колен и меч у пояса выдавали в нем воина. Всадник подьехал вплотную к Ване и сдерживая разгоряченного, танцующего коня, повелительно спросил:
  -- по одежде вижу, чужеземец ты, хлопче. Откуда и куда путь держишь?
  -- Издалека я, товарищ. - само собой вырвалось у Ивана. - К
   Князю - Батюшке иду, на службу ратную.
  -- Хм! - Хмыкнул воин и сомнительно посмотрел на Ивана. И то сказать. Хоть и удался ростом хлопец, да уж больно тощ был, жидковат на вид.
  -- Ну коли так, ступай за мной - всадник развернул коня.
   Необычная одежда Ивана привлекла к себе внимание людей. И скоро огромная толпа шла следом, сгорая от любопытства. Которые посмелее, те протягивали руки, пытаясь пощупать джинсы, дотронуться до кросовок, но грозный окрик воина отрезвлял, правда ненадолго. Наконец и княжье подворье. За окованными медью широкими воротами большой двор. Слева и справа за терем уходили невысокие постройки. Резное, веселое крыльцо вело наверх, в хоромы.
  -- Вот так попал - подумал Иван, оглядываясь вокруг. Около сотни рослых воинов, один другого краше, столпились вокруг, бросая на юношу любопытные взгляды.
   Вдруг скрипнула дверь и все замолчали, склонились в поясном поклоне. Князь!
   На крыльцо вышел широкоплечий, могучий человек. Широкое лицо его, обрамленное окладистой бородой, было строгим и суровым. Глаза смотрели зорько, но по доброму. Выпуклую грудь обтягивала кольчуга тонкой работы, по леву руку -двуруный меч. " Одет - будто в поход собрался" - отметил про себя Иван.
  -- Ты смерд али холоп? - раздался в полной тишине зычный голос.
  -- Что сказать, подумал Иван - не смерд ведь и не холоп, и догадавшись, произнес:
  -- Студент я, князь - батюшка, студент.
  -- Студент? - протянул князь. - В первый раз слышу про студентов. Вот по одеже вижу, чужеземец ты. Дивно, правда, что слово наше, русское знаешь.
   Э! Будь, что будет. Понесло Ивана. Будто бы научил его слову русскому путешественник один, Никитин, а сам он с далекой земли, Антарктида называется. И живут там умелые люди, многое умеют, инженерами зовутся. И ведомо тем инженерам как огонь невиданной силы сделать, ружья всякие, на тысячу шагов разящие.
   Знал хитрый хлопец, что не останется равнодушным к его словам князь - воин. Так и вышло. Загорелись у князя глаза, да вида не подал. Развернулся молча и знак сделал Ивану - идем, мол.
   Недапом слыл Иван Вундеркиндом. Знал он как порох из селитры, серы и угля делать. Как пищали лить. И пошла работа. Гончары горшки из глины лепят. Угольщики уголь добывают. Прочие люди селитру варят. А там и печь поставили, медь лить, ружья ладить. Да вот беда. Серы нет. Вспомнил тут Иван про деда Комара. Полетели гонцы княжеские на конях быстрых. Привезли деда, ведуна старого. Подумал подумал старик, да и говорит:
  -- Знаю тут болото одно, дюже смердючее. Ничто там не растет, никто не водится, акромя духа водяного.
   Снова снарядил князь конников быстрых. И Иван с ними. Вот кончился лес дремучий, болото пошло. Храпят кони, не идут дальше. И то: зыбь, топь, вонь страшная. А где то впереди слышно, как вздыхает, ворочается хозяин болотный. То и дело" буль, буль" - злого духа подпускает. Задумался Ваня, как быть? А дедуня уже мокроступы справил, плетенки лыковые, широкие. Одни приладил к лаптям своим, другие к Ваниным кросовкам. Дивится Иван. Ай да дед! Так и пошли, осторожненько, потихонечку. Вышли на открытое место. Вода, словно жижа навозня, густая и дух смердючий. А из воды той то и дело булькалы идут. Зачерпнул Иван с краю, поню-хал. Сера! молодец дед Орешка!
   Вот так дело и сладилось. Пуще прежнего закипела работа. Уже были готовы и пищали и порох и бомбы горшочные. Доволен князь - батюшка. А как же! За сто шагов разлетались в мелкие черепки горшки после меткого выстрела. А Иван разошелся вовсю. Задумал пушку отлить. И отлил. Классная получилась пушка. За пятьсот шагов волок волок в щепки разносила.
  -- Люб ты мне, Ваня - довольный князь привечал юношу - люб.
   Никак Перун, бог наш русский, в лихолетье милостив к нам. Млю - одолеем нынче ворога, прогоним с земли прадедов наших.
   Ваня согласно кивал головой, а сам думал:" не повлияет ли его вмешательство на ход истории. Вправе ли он так поступать? И сам себе отвечал - правильно. Никому не дано давить, полонить землю русскую. Изводить под корень ни в чем неповинный народ. Эх, скорей бы в дело."
   Как приговорил. Прискакал гонец поутру на взмыленной лошади. " Несметная рать идет на нас, княже, сила великая. Лицом поганые, о четыре руки, а в каждой руке по мечу либо секире. И с ними чудище лихое, трехглавое, огнем дышащее.
  -- Вот оно - похолодел Иван. - Пришло мое время.
   Зашевелилась дружина князева, засобиралась на битву великую, на смертный бой. Поскакали гонцы во все стороны народ кликать, войско собирать.
   И потянулись люди. Кто с мечом, кто с рогатиной, топором либо просто ножом, прикрученным к крепкой палке -шел народ славянский на защиту родной земли.
   Прошел день. И другой гонец привез вести - горше прежних. Совсем озверели вороги. Убивают, не щадят ни жен, ни младенцев, ни стариков. Все предают огню. и нет от них спасения.
   Потемнел лицом князь - батюшка. Заскрипел зубами. Вздулись вены на руках. И решил - пора!
   Двинулись полки. Немало подошло народу. Все больше пехотой, на собственных ногах. А вот и поле. Здесь решил ударить князь, сломать чужую волю.
   " Иван, дед Комар и трое мужиков орудие вперед и ядра наготове. стрелки в засаду, а народ, винюсь - а вои в поле." - Так рассудил сначала князь, потом вдруг, передумал - оставим пушку про запас, пригодиться и не раз.
   Темно. Никто не спит. У воев на душе печаль - как сложится их день. И лишь одно, что позади остались те, кто сердцу милы им придавало силы.
   Близился рассвет. Красавец петух, что служил у князя за будильного, пропел свою первую песню. Продрогший Иван встал, разминая затекшие члены и стал внимательно вглядываться в густой туман, укрывший землю молочным покрывалом. Где то там, впереди, раздавались неясные звуки, иногда приглушенно звенела сталь и слышалось нетерпеливое ржание лошадей. Там был враг.
   Прошло еще два долгих, томительных часа и наконец, из за леса выглянуло солнышко, разгоняя косматые хлопья тумана, высушивая пожухлую траву.
   Бог ты мой! Впереди, на расстоянии трехсот шагов, широко раскинуышись влево и вправо, стояло несметное войско. Ярко блестели на солнце кованные латы. Кривые мечи и острые сабли пускали в небо веселых солнечных зайчиков, а на высоких шестах тяжело свисали парчовые стяги, в складках которых притаились вышитые золотом драконы.
   Иван глянул на своих. Русских тоже было немало. Плечом к плечу от края до края широкого поля стояли русские полки. Впереди за высокими щитами копейщики при длинных копьях. За ними меткие лучники. За лучниками воины при секирах да мечах, либо просто с рогатиной аль ножом охотничьим. Дружина князева стеной возле князя стоит. Ей тоже свой срок. Стрелки - надежа князева - в укромном месте своего часа дожидаются, как и Иван с орудией. Все продумал князь - воин, а в остпльном, как Бог даст.
   Ну вот и пришло время. Хрипло затрубили, закаркали вражьи трубодуры и тронулось, пришло в движение несметное воинство. Вгляделся Иван. Неужели и правда, четыре руки у пришельцев? Да нет. У страха глаза велики. Вроде все как у людей - две руки, две ноги. Не выдержал, всрочил на орудие да как закричит:
  -- Братцы, а рук то у них всего две, неужто не побьем!
   Загомонили тут вои - коли две, то побьем, неужто не побить погань лютую. А уже взметнулась куча стрел, с той и другой стороны. Повалились убитые и раненные. Прет вражья сила. Закрутился водоворот тел людских, зазвенела сталь. Падают русские люди, падает враг. Зорко смотрит Князь с высокого места. Час прошел и другой настал. Страшный гул стоит над полем бранным. Наседает враг. Вот уже и нет полка воеводы Сытина. И воеводы Стародуба полка нет. Смотрит Ваня на князя.
  -- Не пора ли ,батюшка, пищалями ударить?
  -- Нет, не пора, Иван. Есть еще сила у нас, есть она и у ворога.
   Бьются полки. Уже руки устали мечи сжимать. Уже задервенели ноги. Уже склизко от своей и вражьей крови. Уже закаркали невесть откуда взявшиеся вороны, чуя знатную поживу. Уже поредели ряды русские. Прет нечистая сила.
   Ну что ж, теперь пора! Давай Иван - махнул рукой Князь - воин. Навел Ваня орудие свое в самую гущу лиходеев. Ба - бах! Вот и нет ста голов. Ба - бах! И еще сто, и еще. Оцепенели вороги, замешкались, растерялись. Тут и стрельцы подоспели. Давай палить вовсю, благо и целиться было не надо. Пали - все одно попадешь. Дрогнула вражья сила. Повернула и давай тикать.
  -- Стой! - кричит их главный воевода - назад! Куда там. Бегут без оглядки, спасаются злыдни. Тогда достал этот самый воевода свистульку хитрую и дунул. Раздался звук, от которого в ушах заложило. И другой раз дунул и третий. Зашумело тут в небе, загудело. Закаркали вороны пуще прежнего и разлетелись в разные стороны. А из за холмов, с вражьей стороны показался зверь невиданный. Низко, низко летел он над землей, тяжело взмахивая чудовищными крыльями. Длинный хвост его мотался из стороны в сторону, а три змеиные головы злобно шипели.
   Оцепенело русское воинство. Ох и чудище страшное. слыхать - слыхивали, а вот видеть - не видывали. А чудище уже тут как тут, да как полыхнет огнем. Враз полегло множество народу. А змей не унимается. Знай себе поплевывает, похаркивает огнем смертоносным.
   Уже довольно трогает усы воевода вражий. Уже встрепенулось приободрилось войско вражеское. Всмотрелся Иван в чудище. И будто сила его какая на коня посадила и туда, на передний край. Выехал, закричал:
  -- Ах ты змеюка проклятая, сыть волчья! Ты что делаешь, зачем людей губишь? Это я, Иван, тебе говорю!
   Развернулся змей и прямо на Ивана. Да не рассчитал видно. Разошлась земля от удара мощного, по хвост провалилось многопудовое чудище. Налетели тут вои - хвост рубить, чудовище кончать. А Иван раскинул руки:
  
  -- Не дам. Это друг мой. Горыныч. Хоть и много зла принес, только нужен он мне.
   Волнуются воины, не понимают. Как можно дружить с чудищем ужасным, убийцей проклятым.
  -- Руби его - кричат горячие головы.
   Хорошо, подоспел Князь - батюшка. Выслушал Ивана, дал команду змея из земли тащить. Ох и тяжел змеюка был. насилу вытащили. Очухался змей Горыныч:
  -- Иван, сукин сын, ты ли это? Слышу, кричит какой то человек - Иван. Дай, думаю, гляну, да вот не рассчитал маленько.
  -- Я это, Горыныч! Я - миленький. - Иван ласково поглаживал головы и счастливо улыбался.
   Вокруг, раскрыв рты, одеревенело стояли люди. Да и князь был шокирован не меньше.
   Тем временем, княжья дружина уже завершала ратное дело. Очутившись без поддержки, остатки вражьего воинства без оглядки уносило ноги. Видя такое дело, развернулся было и воевода ихний, да не успел. Треснула башка от мелкого выстрела да и дух вон. То была полная победа русичей.
  -- Дозволь Князь - батюшка слово молвить - Иван повернулся к Князю.
  -- Говори - кивнул воин.
  -- Отпусти, княже, меня со службы. Другая дорога сейчас у меня. Вот тому подтверждение - указал хлопец на Змея Горыныча.
   Вздохнул Князь, опечалился:
  -- Хорошо, иди куда сердце велит. Знатно послужил ты мне, всему русскому народу. Знать, надолго останешся ты в памяти людей, в сказах да бывальщинах. Прощай, Иван студент.
   Обнял князь Ивана как родного сына, развернулся и пошел прочь.
  -- Ну чтож, давай Змей Горыныч, собирайся.
   Поднялся Змей на своих когтистых лапах. Посмотрела левая голова, крепко ли сидит Иван, хорошо ли держится. Замахали перепончатые крылья, зашелестел воздух, ушла вниз земля. Прощай поле русское! Прощайте люди добрые!
  
   Глава4
  
   Великий Магирус, Повелитель и Пастух Армагеддона был явно не в духе. За окном свирепствовал ветер, бросая в стекла хлопья мокрого снега. Противно и пронзительно скрипели усталые флюгера на многочисленных башнях надежного замка. И хотя в камине весело потрескивали сухие поленья, разгоняя сырость по углам, а на столике стояла рюмка доброго вина, манившего тонким, едва уловимым запахом полыни, на сердце у Великого было неспокойно. Правда, если точнее, то как раз сердца у Магируса и не было. Вернее было, но то было сердце барона, чей облик он недавно принял, и чьим замком распоряжался как собственным.
   Сделав несколько маленьких глотков и по достоинству оценив неповторимый букет этого чудесного напитка, Великий Магирус погрузил комнату в полумрак и завозился в кресле, устраиваясь поудобнее. Прошло несколько минут и вот ясные очертания тела стали размываться, рассеиваться. Распалась одежда и в кресле возникло некое полупрозрачное, полу- черное бесформенное образование, внутри которого то и дело вспыхивало множество микроскопических огоньков. Великий клон думал! Его мысли вернулись к тем незабываемым и великим дням, когда он, никому не известный клон из династии Магирусов, спас свой народ и создал по сути заново могущественную и непобедимую империю. Было время, когда Армагеддон процветал. Энергии хватало всем обитателям планеты. Но потом случилось неожиданное, а скорее закономерное. Сами того не зная, клоны сожрали, высосали почти всю энергию собственной планеты. Вот тогда и произошла катастрофа. Выжили немногие, лишь те, кто догадался проникнуть внутрь, в самый центр планеты. Постепенно, поколение за поколением, клоны приобрели новые свойства и стали такими, какими есть сейчас. Лишившись физического тела, клоны научились почти мгновенно перемещаться в пространстве. Теперь их добычей стали другие планеты и населяющие их существа. Вот тогда то юный Магирус и открыл, как вселиться в человеческую плоть, как овладеть мозгом и как, наконец, перенять разумную энергию. Это была революция! Клоны обрели новую суть. Уже никто не хотел насыщаться безликой, бездушной энергией. Всем хотелось влить в себя новую, насыщенную знаниями силу. Началась великая охота на людей. И тогда...
   Великий Пастух шевельнулся. Шевельнулся, потому что в кресле снова находился в человеческом облике тот, чье имя не смели произнести самые могущественные клоны. Тот, кого боялись и почитали одновременно, ибо могущество его было безгранично.
   В комнату неслышно вошел служка.
  -- Ну?
  -- Мадам прибыла, великий!
  -- Зови.
   В комнату вошла уже знакомая нам девушка и почтительно остановилась у дверей. Великий Магирус внимательно оглядел ее и остался доволен. Это была его самая ближайшая помощница, один из самых верных и сообразительных клонов. Не беда, что ему нравилось принимать женский облик. Это компенсировалось делами.
   Великий Пастух кивнул на соседнее кресло:
  -- Садись, докладывай.
   Мадам почтительно поклонилась и присела.
  -- Великий! Все идет так, как задумано. Мне кажется, я нашла способ добыть меч Ангелона. Еще месяц, от силы два и он будет в ваших руках.
  -- Вот как! В прежний раз ты обещал управиться за три дня, сейчас же просишь месяц, а то и два.
  -- Великий! Я не ожидала от старухи такого упрямства.
   Молчит старая ведьма.
  -- Какая старуха? А впрочем, это твои дела. Хорошо. Даю тебе месяц. День в день. Не больше.
   Кстати, как там наш подопечный?
  -- По прежнему, Великий. Сидит на своих сокровищах и ни о чем не подозревает.
  -- Ну ладно, ступай и помни. Месяц!
   Поклонившись, Мадам выскользнула за дверь. Великий Клон покачал головой. Трудный орешек, этот Ангелон - Отшельник. Упрямый как черт. Ну отдал бы меч по доброму и бог с тобой. Живи при своих сокровищах и дальше Бессмертные Кости. Вот уж доля. Низвергнутый с небес Ангел. А все женщина. Пусть и прекрасна Василиса и добра. А все же не стоило идти против небожителей, против правил. Вот и томись теперь вечно в муках сердечных и одиночестве. Хотя как сказать. может и обретешь вечный покой... с моей помощью.
   Магирус усмехнулся и вновь затих.
   Ох! Женщины! Клон неожиданно горько вздохнул. Что то былое,
   давно забытое вспомнилось и ему, суровому завоевателю бесконечных космических миров. Мелькнул и пропал нежный образ зеленоглазой роскосой красавицы. Как давно это было! И где дитя их любви, на чью тоненькую шейку он одел сиреневый кристалл.
   ...
   Благополучно выбравшись из замка, осторожная Мадам не стала мешкать, ибо знала - времени у нее нет. Раскрутившись словно волчок, она взмыла вверх, и уже не человек, а яркая точка понеслась по небосклону, теряясь среди маленьких мерцающих звезд.
   Ночь набирала силу. густая вязкая темнота ложилась на бескрайнюю степь толстым слоем, вселяя в сердца людей и животных суеверный ужас. И не напрасно. Где то около полуночи промчался табун лошадей, безжалостно давя копытами зайчишек и сусликов. Следом пронеслись трусливые шакалы и лишь волки, сохраняя достоинство, трусцой покидали кем то отвоеванную часть степи. Пробежав немного, вожак остановился и повернув морду к страшному месту, жутко и тоскливо завыл.
   Вот в степи уже вспыхнул огонек, разгорелся и скоро заполыхал огромным костром. Вокруг костра хлопотали молодые женщины, выставляя разнообразную снедь на разноцветные скатерти. А на огонь, словно мотыльки, слетались и слетались участники этого необычного пикника. Кто помоложе - те на метле, палке или половой щетке сигали откуда то сверху и лихо приземлялись возле подруг. Дамы постарше прибывали в корыте, ступе а то и вовсе на колесе. Хватив с дороги кружку, другую настоя красавки - травы, прибывшие разбредались по групкам, внося свой вклад в общий праздничный гул.
   Мадам легко приземлилась в сторонке и огляделась.
   Веселье было в самом разгаре. Иные молодые ведьмы, сбросив
   одежду, прыгали через костер. Другие забавлялись друг с дружкой совершенно не стыдясь своих старших подруг. А те лишь с улыбкой посматривали на расшалившихся ведьмочек и потягивали, покуривали сладенькую травку, предаваясь блаженному кайфу.
   Нужно было принимать правила игры и Мадам, приняв соответствующий облик, направилась к одной из групп. Ее тот ччас же заметили две резвые хохотушки и схватив за руки, повлекли в гущу сплетенных тел.
   Наконец наступила минута, ради которой и явилась Мадам на это веселое сборище.
   Невесть откуда появилось глубокое кресло и к нему подвели согбенную, высохшую, очень древнюю старуху. С видимым удоволь - ствием опустившись на предложенное ей место, старуха мгновение сидела молча. Потом, собравшись с силами, заговорила:
  -- Долгие годы я принимала на себя гнев Божий за грехи ваши перед людьми. Устали мои рученьки, ослабли мои ноженьки. Склонилась моя головушка. Пришла пора вам себе новую маму выбирать, по делам и заслугам признанную - старуха умолкла и устало оглядела присутствующих.
   Весело потрескивал костер. Молчали озабоченно ведьмы. " Пора"! Мадам послала мощный импульс. И тот час же вскочила одна из ее новых подружек и крикнула:
  -- Хотим Мадам! Это классная ведьма!
  -- Мадам! Мадам! - тот час поддержали ее остальные молодые ведьмы.
  -- Солодуху! Третий блин! Марго! - раздались нестройные выкрики.
  -- Бесноватую! - чей то зычный голос разом перекрыл весь шум.
   Через несколько минут стало ясно, что ведьмы в основном разделились на две группы. Молодые ведьмы горой стояли за Мадам, не слушая увещеваний своих старших подруг. Ведьмы постарше яростно отстаивали Бесноватую, маленькую симпатичную ведьмочку, которая скромно стояла в стороне и смотрела на происходящее широко раскрытыми глазами.
   Видя, что ведьмы яростно зыркают друг на друга и дело вот, вот дойдет до потасовки, старая ведьма приняла мудрое решение:
  -- А ну-ка девушки, очистите круг, пусть молодушки померяются силами, покажут, много ли в них нечистого накоплено?
   Мадам обрадовалась такому повороту событий. Она мысленно поблагодарила старуху и вышла в круг, прекрасно зная, что среди присутствующих равных ей не было. Конечно, ведьмы владели магией и чародейством, однако все они уступали ей - клону из Армагеддона.
   Маленькая ведьма нерешительно встала перед Мадам и та с удивлением узнала в ней девушку, судьба которой, как казалось ей была решена.
   " Вот ты какая, оказывается, ну держись!"- не теряя ни секунды Мадам взвилась в воздух и бросилась на Зинку. Однако, в том месте, где только что стояла девушка, из земли торчал остро заточенный кол. Мадам стоило больших усилий не напороться на неожиданный сюрприз. Она тут же превратилась в огненный смерч и снова ринулась в атаку. И снова ей не повезло. С огромной скоростью огненный шар врезался в возникшее болото. Клубы пара на мгновение скрыли от ошарашенных ведьм последствия яростной атаки. Ни одна из них никогда не смогла бы проделать нечто подобное. А битва продолжалась.
   Спасаясь от жадно чавкающей трясины, надулся пузырем, лопнул и пулей вылетел скользкий нетопырь и тут же следом, словно сеть, его окутали многочисленные водоросли. Нетопырь неловко упал в зловонную жижу и через секунду, тяжело дыша, Мадам появилась внутри круга. Тут же растворилось болото и напротив Мадам встала Зинка.
  -- Твоя взяла - Мадам хрипло рассмеялась. - Не ожидала я от тебя такой прыти.
   Клон понял, что столкнулся с чем то необычным и не ошибся.
   Зинка сделала реверанс, отчего ведьмы восторженно завыли,
   закричали и повернулась к собравшимся. Потом торжествующе подняла руки. Раздался треск и две молнии засверкали на ладонях у девушки. Повеяло могильным холодом, запахом серы, а над притихшим сборищем раздался хриплый мужской голос:
  -- Теперь я буду вашим Мамой! Ха, Ха, Ха!
   Молнии рванулись вверх, а усталая Зинка опустилась на землю.
  -- Чертова Невеста! Чертова Невеста! - послышались восторженные голоса и несколько ведьм бросились к Зинке на помощь. Это была неслыханная удача - их Мамой стала невеста черта. Высшее проявление благосклонности Дьявола.
   Стараясь не привлекать к себе внимания, Мадам отошла в сторону. " Что ж, не повезло здесь, повезет в другом месте. Адью, невестушка!" - Мадам крутнулась и пропала, словно сгинула.
  
  
   Глава 5
   Равномерно взмахивали тяжелые крылья, с шумом разгоняя воздух. Медленно уходили назад поля и рощи, леса и реки. В разрывах облаков неожиданно появлялись и так же быстро исчезали небольшие села и отдельные хутора. Иван цепко держался за бугристые наросты, покрывающие хребет Горыныча. Первые неприятные минуты, связанные с высотой и открытым пространством, прошли и теперь юноша каждой клеточкой своего тела чувствовал работу великолепных мышц, уносящих его все дальше и дальше в неизвестность. Необычным было и то , что Иван не чувствовал напора встречного воздуха, холода и сырости. Наоборот, приятное тепло исходило от многотонной туши и словно кокон защищало его от окружающей среды.
   По тому, как засосало под ложечкой, Иван понял, что прошло довольно много времени. Все так же неутомимо двигались крылья, стремясь догнать висевшее над горизонтом солнышко. Все так же уходила назад земля. Но теперь не отдельные деревни и города оставались сзади, а целые государства стремительно отбрасывались назад. Иван неплохо знал карту и мог поклясться, что минуту назад справа тоненькой ниточкой промелькнул пролив Ла - Манш, отделяющий Британию от Европейского континента. Надвинулась и исчезла береговая линия и вот уже Атлантический океан пенно приветствовал необычный экипаж. Мелькнули и остались позади справа Азорские острова. Смутная догадка зародилась у Ивана. Похоже, теперь он знал, куда держал свой путь Горыныч. Бермудский треугольник! Злополучный и страшный треугольник, где бесследно исчезли сотни кораблей и навсегда пропали десятки самолетов.
   Иван невольно сжался и с беспокойством огляделся. Теперь со всех сторон он видел лишь странный туман - розовый и фиолетовый одновременно, сквозь который прямо по курсу просвечивало нечто большое и оранжевое. Это нечто стремительно увеличивалось в размерах и скоро черная пустота в обрамлении ярко рыжей короны разверзлась перед очумелым хлопцем. Зазмеились, засверкали фиолетовые молнии. Завибрировал, затем оборвался на высокой ноте невидимый орган. Бездонная чернь надвинулась на Ивана и невольный крик восхищения, дикого восторга вырвался из глотки юноши.
   Бесконечно, во все стороны раскинулась Вселенная. Мириады звезд брилиантами чистейшей воды сверкали в бесконечном пространстве, соединяясь в непрерывно изменяющиеся узоры, рассыпаясь драгоценной пылью на космических дорогах. Вот соткался новый узор и перед изумленным юношей возникло знакомое лицо.
  -- Здравствуй, Иван - землянин! - голос отчетливо прозвучал в Ваниной голове. - Как видишь, обещание свое держу. Не думай, что скроешься от меня, не выйдет. И помни. Меч Ангелона за тобой. Добудешь мне меч - быть тебе дома, нет - пеняй на себя. Такова суть вещей. - Голос отдалился и умолк. Исчезло и изображение Мадам. Застыли звезды, холодно и невозмутимо сверкая в черной бездне.
   Иван внутренне содрогнулся. Чувство одиночества и незащищенности охватило его. Он увидел себя со стороны - маленькую песчинку, затерявшуюся в безбрежном звездном океане и крепко сжал в руке камень Магируса.
   Змей Горыныч уже не взмахивал крыльями, а плавно скользил среди звезд в место, ведомое ему одному.
   Так прошел час, а может и больше, пока, наконец, небо над головой не стало бледнеть. Зашевелились, задвигались крылья, чувствуя воздушную опору. Появились облака. Внизу стали просматриваться горы и скоро среди острых вершин Иван увидал мрачное и величественное сооружение. Несомненно, это был замок Ангелона, то бишь Кощея Бессмертного. Ибо кто еще мог воздвигнуть эти угрюмые стены, эти остроконечные башни, высота которых говорила сама за себя.
   Тем временем, перемахнув через широкое, невероятной глубины ущелье, Змей плавно опустился на широкий двор, подняв клубы столетней пыли. Не выпуская из руки заколдованный камень, Иван спрыгнул с насиженного места и с любопытством огляделся. Куда там средневековым баронам да мальтийским рыцарям до Кощея. Мощные метров в тридцать, сорок высотой стены подавляли своей неприступностью, вызывая легкое головокружение. Дикое, нетронутое нагро - мождение гигантских валунов создавали непроходимую преграду нежеланным гостям. И нигде не было намека на самую паршивую лестницу.
  -- Чу! Слышу дух человечий! Это кто ко мне пожаловал гостем незванным? - огромный, с дом , камень ушел в сторону и из проема показалась знакомая костлявая фигура.
  -- Кто посмел!...Хоо! Да никак Иван, елки - палки, собственной персоной.
  -- Я это! Дяденька Кощей! Я нарушил твое уединение.
   Хоть и ждал Иван этой встречи, но сробел в первую минуту, растерялся. А как вдруг рассердится Его Могущество!
  -- Ну что стоишь как вкопанный! Ходи, облобызаемся, что ли!
   Вот не ожидал, так не ожидал! - Кощей широко расставил руки и гремя костями, пошел навстречу юноше.
   У Ивана отлегло на сердце и он радостно обнял старого друга. Вот ведь как бывает. Покажешь себя в деле, пройдешь огонь и воду вместе - и дружба навек. А уж хлебнуть им пришлось всякого, когда воевали против джудов. Под завязочку.
   Доволен Кощей. Друг приехал. Видать по делу, да дела потом, а сейчас пир на весь мир. Ведет он Ивана в палаты свои каменные, сажает за широкий стол. И Змея Горыныча не забыл. Тоже ведь друг верный. Правда, шатало, носило его где то по свету, но не забыл дорогу к корешу своему.
   А на столе, между тем, появляются явства невиданные. Тут и печенка с Альдебарана, и жаркое с Тельца, и сыр с Козерога и совсем незнакомое с Альтаира. И вино и фрукты и прочее и прочее. Дивится Иван. А старик старается вовсю. Стол от явств ломится.
   Пытается Иван слово молвить, да где там. Отмахивается Кощей. Потом, мол, дела. Ешь, налетай и сам пример подает. Хрустят бараньи косточки под вечными зубами. Течет вино в безмерный желудок. Приналег и Иван, клядя на Кощея. Пьет, закусывает. А тут и три головы Горыныча не отстают, насыщаются. По бочке вина выпили, по туше телячьей сожрали. Напились , наелись гости до отвала. Можно и побеседовать. Завели разговор, да видит Ваня, что как то неудобно получается. Вроде Змей один, да головы три. И знай себе, каждая что то говорит, свое лопочет.
  
  -- Послушай, Змей Горыныч - обращается тогда Ваня к дракону - можно я тебя по головам звать буду?
  -- А что, валяй. - Пьяно соглашается Змей.
  -- Давай левую Мишей назовем, среднюю -Васей, а правая пусть
   Петей будет, ладно, Горыныч?
   Мишка и Васька согласно кивнули. а вот третья голова вдруг закапризничала. Не хочу, говорит, быть Петькой. Зовите меня... Анюткой! И баста! Вот так!
   Поговорили о разном, пора и к делу, а Кощей все отмахивается:
  -- Погоди Иван, главное то я тебе и не показал. Идем скорей!
   Повел Кощей Ивана по коридорам, по туннелям. Где дверь тайную откроет, где решетку толстую поднимет, пока не пришли, наконец, в огромный темный зал. Зажег тогда Бессмертный огонь яркий и отступил в сторонку. Бог мой! Никогда не забыть Ивану той картины. Горы! Горы драгоценностей ослепительно сверкали, переливались, играли всеми цветами радуги. Тут и рубины, и бриллианты, и изумруды, и яхонты и аметист, и жемчуг и множество других камней, которых никогда в жизни Иван и не видывал. А сколько золота! В монетах и слитках тонны желтого металла громоздились вдоль стен. Здесь же рыцарские доспехи всех времен и народов, оружие, богато отделанное драгоценностями, ткани разных расцветок и добротного качества и многое, многое другое.
   Иван стоял, молча смотрел на неслыханное богатство и только Господь Бог знал, о чем в этот момент думал юноша.
   Довольный произведенным эффектом, Кощей тихонечко хихикал себе в руку и, так и не дождавшись от Вани нужных слов, понял это по своему. Подойдя к горе, он зачерпнул пригоршню сверкающих камней и преподнес Ивану:
  -- Ваня, это тебе. Бери, бери! В мире, где ты живешь, они имеют немалую силу. Пригодятся еще. бери же! - уже нетерпеливо топнул он ногой, видя Ванину нерешительность.
  -- Ой! Спасибо тебе, Дядечка Кощей! - Очнулся Иван - большое спасибо. - Уже совсем весело произнес юноша.
  -- То то! - Проворчал Бессмертный. - Ну идем, поговорим и о деле.
  
   ...
  
  -- Так говоришь, пытали ее, родимую! Мордовали! - Кощей зашелся в дикой ярости. отчего застучали его кости, перекосило страшное лицо. - Ну я им и задам! Мадам, говоришь, про меч все пытала? Про яйцо допытаться хотела? Ах твари болотные, сукины дети! И что это за девка такая, откуда взялась?
  -- Не знаю, дяденька. Откуда пришла, не говорила. Сказала только, что Ангелон и Кощей - одно лицо. И будто бы меч у тебя есть волшебный, силы невиданной. За ним и охотится.
  -- Ах вот оно что! Меч им нужен - протянул Бессмертный. -
   Сопли гиены им , а не меч!
   Задумавшись, Кощей принялся ходить взад, вперед, противно гремя костями, поскрипывая сухими суставами. Потом остановился напротив Ивана:
  -- Поганое это дело, друг мой. Раз и тебя в оборот взяли, дрянь и вовсе. Да, есть у меня меч чудесный, всеразящий. Когда-нибудь и расскажу свою историю. Про то как меч добыл, как Бессмертным стал, в Злодея как превратился. Отчего высох весь. Да, кстати, а не упоминала ли девка белая о некоем Магирусе?
  -- Девка нет, а вот камень Магирусов у меня есть - снял
   Иван с шеи магический талисман.
  -- Покажь! - Схватил кристалл Кощей - а..., бабкин камень.
   Откуда?
   Рассказал Иван, откуда камень. Задумался Бессмертный.
  -- Да, великие силы затеяли непростую игру. И ферзь в ней ты, сынок. Боюсь, что не в моих силах тебе помочь. Да и как все это без присмотра бросить. Налетят поганцы, разграбят добро мое, веками нажитое.
   Понял тут Иван, что лукавит старый. И не добра вовсе жалко ему. Поди возьми, попробуй! Никак боятся Бессмертные кости. Не нажился еще Кощей, не натерпелся лиха досыта. Ну чтож, раз сам влип, то самому и выбираться.
  -- Не в обиде я на тебя, Твое Могущество! Прошу только, дай мне меч чудесный, научи владеть им, а там уж я и сам справлюсь с врагами своими, отобью Зинку.
  -- А что, дело говоришь. - Кощей глянул на Ивана. - Так и быть. Вижу, справишься и без моей помощи. Здесь я и сам отмахаюсь, отобьюсь, ежели что. Беда только, ччто меч далеко спрятан, глубоко в земле лежит. И печать на нем волшебная. Да вот тебе ключ, три магических слова. Произнесешь и откро - ются силы, твой меч будет. А как владеть - сам увидишь, дело нехитрое. Ну и последнее. Отдаю тебе Змея. Он то и доставит тебя куда след. А как увидишь гору, голову великана каменного - значит, то место. Дальше сам найдешь, при помощи камня своего заветного. Лишь ему я доверю место тайное, а мое слово он пони - мает, одной мы масти -непонятно выразился Кощей.
   С этими словами он взял у Ивана талисман, поднес ко рту и что то прошептал. Видя непонимающие глаза Ивана, Кощей сказал:
  -- Всяко бывает. Вдруг окажешься в беде, пытать будут, знать не выдержишь, откроешься. И пропал тогда. Камень же смолчит, лишь тебя услышит.
   Вздрогнул Иван. Вот лихо, так лихо! Эх, домой бы сейчас, да забыть обо всем!
  
   А Кощей словно мысли подслушал:
  -- Нельзя тебе домой Иван, не получится. Кольцо событий еще не замкнулось. Еше ждут тебя и огонь и вода и трубы медные. Но не дрейфь. Хранит тебя талисман Нцинги...
  -- Чей талисман? - не понял Иван.
  -- Нцинги, Бабы Яги по вашему. А ты и не знал?
  -- Нет, в первый раз слышу.
  -- Ну так послушай. ... Давным давно, может четыреста или пятьсот лет назад жило, было племя Ягга, людей - людоедов. Особым же людоедством отличался их вождь Мбанди. Огромного роста, свирепый и кровожадный - настоящий вождь людоедов. Правда поговаривали, что таким он стал, когда женился на Ну, дочери вождя племени Вуду. И вот в положенное время у них родилась Нцинги - наследница королевского рода, будущая королева Ягга. Уже с детских лет проявился у нее характер отца - такая же была злобная, людоедливая. Научилась чародейству, магии и прочим наукам, и оттого стала сильной и могущественной. - Кощей надолго замолчал.
  -- А дальше? - не вытерпел Ваня. - Что же произошло потом?
  -- Ну, это уж пусть она сама тебе расскажет, если захочет, конечно. - Кощей нахмурился и добавил - если жива?
   Остаток дня прошел в хлопотах. На хребет Горыныча, возле Мишкиной шеи водрузили удобное седло для Ивана. Возле Васькиной - огромную сумку с едой и прочими вещами, необходимыми для дальнего путешествия. И только Анюткина шея осталась свободной. Может так и надо. Всеж дама как никак.
  -- Ну Иван, счастливо тебе и помни - достанешь меч, не выпускай его из рук. В нем и жизнь твоя и свобода Бабы Яги и твое возвращение домой. - Кощей на мгновение задумался и протянул Ивану небольшой предмет.
  -- Возми, вои, не потеряй. Свистулька это, да не простая.
   Уж если совсем тяжко придется - дунь три раза - я вмиг буду рядом, приду на помощь.
  -- Ой спасибо, дяденька Кощей! Большое тебе спасибо! Не осердишься, если еще об одном попрошу?
  -- О чем разговор, сынок. Давай, говори.
  -- Нельзя ли про Зинку что узнать, где она да что с ней?
  -- Отчего нельзя. Смотри. - С этими словами Кощей сделал несколько движений и большой хрустальный шар, венчавший небольшую колонну враз помутнел. Прошло немного времени и Ваня увидел Зинку, сидящую на некотором возвышении в окружении горстки людей. Неожиданно Зинка обернулась и в упор посмотрела на Ивана, словно поувствовала, что за ней наблюдают. Несколько долгих секунд они смотрели друг на друга и Иван не выдержал, отвел глаза. Уж больно страшен был взгляд его подружки. Да и неладное почудилось ему: там, на стене, где должна была бы быть тень девушки, Иван увидел странный силуэт. Что то знакомое показалось ему, но рассмотреть не успел - изображение размылось и пропало.
  -- Худо дело! - Кощей ожесточенно потер подбородок - ой, худо! Вон как все оборачивается! Ну да и мы не лыком шиты.
  -- О чем ты, дяденька Кощей?
  -- Это я так, сынок, о своем - Бессмертный деланно улыбнулся и сказал:
  -- Поспешай Иван, дело не ждет. И помни. Тяжело будет - дунь три раза.
   Обнялись на прощанье старый и малый. Взгромоздился Иван на Змея, устроился поудобнее в седле и крикнул чудищу треглавому:
  
  
  -- Давай Горыныч! Неси меня в края неизвестные, за мечом чудесным. И будь что будет!
   Глава 6
  
   Эй, ты, оборванец! Чего шляешься здесь без дела! Гони монету и проходи живей. Эй, тебе говорю! - Стражник угрожающе взмахнул копьем, обращаясь к высокому юноше, который нерешительно топтался возле подьемного моста.
  -- Господин, у меня нет денег. Все отобрали разбойники проклятые даже одежду. Вот, оставили взамен лохмотья - юноша показал на тряпки, которые едва прикрывали его худое тело.
  -- Рассказывай сказки, бродяга. Прокутил, небось , денежки с молодкой, а теперь плачешься. Проваливай отсюда живо, пока цел. Ишь ты. разбойники на него напали. Да их у нас почитай десять лет как повывели. Последний вон висит, досыхает.
   И будто в подтверждение этих слов над головой юноши зазвенел, оскалился скелет, раскачиваясь на ветке большого дерева. Юноше сделалось не по себе. Боком, бочком он попятился от страшного места и бросился бежать. А в утренней тишине еще долго слышался хохот стражи, довольной произведенным эффектом.
   Хотелось пить. В желудке резало и урчало. Иван шел и с тоской разглядывал окружающую местность, в тайной надежде на удо. Ну вот за этим холмом? Увй, ничего. А может в зеленой роще, что так заманчиво зеленеет вдали? И здесь ничего. И здесь. И здесь. Потеряв всякую надежду, Ваня взобрался на очередной холм и замер. Вот оно долгожданное чудо! Прямо перед глазами гигантской змеей петляла между холмами веселая река. Издав крик радости, Иван бросился к воде и ... Река пропала так же внезапно, как и появилась. Застонав от бессильной ярости и отчаяния, юноша ничком упал на землю и потерял сознание.
   Очнулся Иван от прикосновения чего то холодного и мокрого. Большой лохматый пес сидел рядом и , наклонив голову, внимательно рассматривал юношу. Увидев, что Иван открыл глаза, пес громко залаял и куда то исчез. Вместо него Ваня увидел голову седого старика, уловил взгляд добрых, в ореоле мелких морщин,глаз.
  -- Очнулся, милок! - голос был мягкий и тихий. - Вот и славно. Теперь пойдешь на поправку.
  -- Где я - Ваня попытался встать, но голова закружилась, дед поплыл в сторону...
  -- Лежи, лежи, рано тебе еще вставать. Как никак семнадцать дней отлежал в горячке. Думал, пропадешь. Совсем плохой был. Ан нет, выдюжил.
   Ваня закрыл глаза:" Вот невезуха! А как все хорошо начиналось. Пролетели они тогда с Горынычем Свод Мира. Уже и земля видна была. Потом, вдруг, нестерпимо яркая вспышка, бросок змея в сторону, пустота. Куда то я шел, шел и все, ничего больше не помню. Где Змей, что за страна?"
   Иван, вдруг, спохватился и полез рукой за пазуху. Уф! Цел талисман и свистулька здесь. Он облегченно вздохнул и снова провалился в глубокий сон.
   Весь следующий день Ваня пребывал в одиночестве. Старик куда то исчез и пришлось быть Ивану за хозяина. Пошарив по сусекам, он набрал крупы, кореньев, которые знал и сварил кашу. Заварил пахучий чай из трав, в великом множестве висевших в пучках по стенам. Вымел сор из избы, пртер пыль. Пока делом занимался и вечер накатил. Зашло солнышко красное, утих ветер в сосновом бору. Тут и старик явился. Подивился Ваниной дело - витости. Сел кашу есть, чай пить, а сам невесел.
   Видит Иван, случилось что то, а спросить неловко. Куснул дед раз, другой, поблагодарил Ваню и печально так молвил:
  -- Не естся что то , сынок, не пьется. Пропала внучка моя, любушка. Как пошла в лес по грибы, ягоды, да так и исчезла. Вроде видели ее в замке у господина нашего, да я узнавал, нет ее там. Боюсь, как бы худого не вышло. Хозяин наш озорничать любит, с нечистой силой водится. Уж такие истории о нем ходят, не приведи Господь. Да вот скажи, разве может человек птицу за версту сшибить и зажарить впридачу? А он может. Вот лихо!
   У Ивана знакомо засосало под ложечкой. " Вот она, вспышка" Не в замок ли ведет ниточка?"
  -- А что, дедушка, трудно в замок попасть?
  -- Попасть то можно, да вот выйти - нельзя. Чужих там не любят. Постой! Неужели в замок собрался, буйная головушка?
  -- Туда дедушка, туда. Вдруг отыщутся следы внучки твоей.
   Да и любопытный я очень.
   Эх, садовая голова. Пропадешь, почем зря.
  -- Не пропаду, дедуля. Укажи только, как дело лучше сладить.
   Задумался дед. Есть, говорит, у меня задумка одна, на бойню тебе надо. Оттуда и попадешь в замок. Очень уж много мяса хозяин требует. Смекаешь?
   Было около полудня, когда Иван и старик вошли в небольшое селение. Старик гнал перед собой одну из двух бывших у него овец, и тоскливо вздыхал. Иван с любопытством разглядывал местечко, стараясь ничего не пропустить. Запоминал дорогу. Потом как то осознал, что на улицах совершенно нет людей. Повымерли они, что ли?
   Будто догадываясь, какие мысли бродят у Ивана, дед сказал:
  -- Совсем замордовал людишек хозяин то . Путя ладит.
  -- Путя? - Не понял Ваня.
  -- Ну да, путя. Видишь вон версты четыре отсель горы начинаются. Сказывают, туды путя и ведут. Чтоб, значит, самобеглую тележку пустить, чтобы по этому путя и бегала, железо возила.
  -- А, железная дорога, значит - догадался Иван.
  -- Не - е ! По дороге мы сейчас с тобой шкандыбаем, а то путя - упрямо возразил дед.
   Путя так путя - не стал спорить Иван, да и пришли они на место, на бойню хозяйскую.
   Дела уладили быстро. Толстый и лысый господин Хет, управляющий бойни, благосклонно принял стариков подарок и поманил пальцем Ивана:
  -- Старик говорит, что тебе нужна работа?
  -- Да, господин.
  -- Ну так считай, что она у тебя есть. Пока еда и крыша, а там посмотрим.
  -- Я рад , господин.
  -- Хет Али.
  -- Я рад, господин Хет Али.
   Хозяин, довольный тем, что приобрел бесплатного работника, кивнул старику и куда то отлучился.
  -- Спасибо, вам, дедушка. Дай вам Бог здоровья.
  -- Ступай, ступай. Удачи тебе. Может и отыщешь внучку мою, а там даст Бог, снова свидемся. - Старик подозрительно заморгал и, махнув рукой, поспешил прочь.
   Ох и трудно пришлось Ивану поначалу. В его обязанности входили и стрижка овец и уборка самой бойни. От запаха крови схватывало дыхание и выворачивало на изнанку внутренности. И совсем худо пришлось Ване, когда заболел один из бойцов.
   Иван смотрел на огромный молот, которым ему вот - вот пред - стояло лишить жизни ни в чем неповинное животное и проклинал все на свете. Сама мысль об убийстве вызывало в нем состояние близкое к обмороку.
  -- Эй, Ван, что стал, давай за дело. Тебе повезло. На сегодня хватит и одной козы - весело загоготали его новые товарищи по ремеслу.
   Иван взял молоти подошел к загону, в котором одиноко томилась маленькая лань, со всех сторон зажатая мощными деревянными брусьями. Ее маленькое тельце сотрясала непрерывная дрожь, а в прекрасных черных глазах стоял неописуемый ужас. Слезы огромными каплями падали на грязную , вонючую землю и разлетались янтарными зернышками.
   Руки Ивана сделались влажными, задрожали ноги. Как красоту такую губить, грех на душу взять? А в голове голос почудился:
  -- Не убивай меня, добрый молодец. Отпусти!
   Совсем очумел хлопец." Ну вот, с ума сходить начал" А в голове опять:
  -- И не лань я вовсе, а красна девица, внучка старика, с которым ты сюда пришел. Настой меня зовут. Проиграл хозяин, проспорил господину приезжему. Решил мной откупиться. А как стала я противиться, разгневался проклятый да и превратил меня в лань дикую, на погибель мою.
  -- Ах вон оно что! Не бывать этому!
   Иван мигом снял запоры, отбросил в сторону.
  -- Беги милая, спасайся!
  -- Стой, ты что делаешь, сукин сын! Ловите ее, держите ужин хозяина - на лице господина Хета проявился неподдельный ужас, когда он увидел, как маленькая пленница сделала скачок, другой и стремительно бросилась прочь.
  -- Что ты наделал, дурья башка. Нарушил приказ самого хозяина! Не сносить тебе головы. Эй люди, хватайте его! К Ване подскочило несколько дюжих работников. Заломали, скрутили руки за спину.
  -- Не серчай на нас, Ван. Не выполним приказ - и головы и работы лишимся, и за тобой следом пойдем.
   Так вот и попал Иван через свое доброе сердце в тюрьму. День прошел и ночь наступила. Никто не спрашивал, не требовал Ивана на расправу. Вот уже и утро скоро. Только задремал Ваня, забылся неспокойным сном, как за стеной послышались тяжелые шаги, лязганье доспехов и громкие голоса стражников. Вот и дождался, горемыка!
   Помещение, куда привели Ивана, напоминало огромный колодец, сырой и темный. Вверху, метрах в восьми над головой, по периметру тянулся бесконечный балкон, на котором толпилось множество народу. Отдельно сидели несколько человек. По тому, как они были одеты, по многочисленной охране было видно, что люди эти не простые. Скорее всего сам хозяин с приближенными и гостями.
   Стражники вытолкнули Ивана на середину манежа. Тут же прекратились разговоры и присутствующие стали с любопытством разглядывать того, кому предстояло потешить их столь ужасной смертью.
   Хотя и не из робких был Иван, хотя и надеялся на талисман, однако вид людей, явно жаждущих его смерти, его мучений, привело юношу в состояние, близкое к обмороку. Тяжелый, удушливый запах, исходивший из огромного отверстия, забранного толщиной в руку железными прутьми, вызывал тошноту. Голова закружилась и чтобы не упасть, Ваня вынужден был сесть на грязный пол, тем самым вызвав среди публики разачарованные гневные крики. К несчастной жертве подскочил один из стражников и сунул под нос воняющую уксусом тряпицу, отчего Иван пришел в себя и снова стал на ноги.
   С грохотом и лязганьем медленно поднялась кованая решетка и все замерли. Где то там в недрах каменной горы зашевелился и вздохнул тот, чьи безжалостные зубы уже один раз рвали здесь человеческую плоть. Послышались тяжелые, мерные шаги, иногда заглушаемые таким же тяжелым, с присвистом, дыханием.
   Вдруг тишину нарушили какие то голоса, послышалась возня и из бокового прохода к ногам Вани бросили тушку дикой козы. Лань!
   " Эх, поймали все таки" -успел подумать Иван, как неожиданно лань шевельнулась, встала на дрожащие ножки и на глазах у изумленной публики превратилась в девицу - красавицу.
  -- Эй, чужеземей! Забирай свою добычу. Она твоя - насмешливо произнес голос из толпы нарядных господ.
   Не успел Иван рассмотреть девушку, как совсем рядом послы - шалось сопение и на арену выползло исполинское чудовище. Огромные лапы ступали, оставляя на земляном полу глубокие следы. Три головы на тонких шеях по змеиному извивались и шипели6 время от времени показывая длинные красные языки. Ваня смело повернулся навстречу чудовищу и замер, не веря своим глазам. Страшным существом был не кто иной как змей Горыныч! Похоже, и Горыныч узнал Ивана. Громко засопев, Мишка , Васька и Анютка нежно обвились вокруг юноши и замерли. Иван гладил толстую, в складках кожу своего друга и был счастлив. Вот и нашелся друг сказанный, верный.
   Первым пришел в себя хозяин:
  -- Схватить их, схватить!
   Но как тут схватишь, если с тобой такая грозная сила. Один из воинов бросил копье, целясь в Ивана. Однако с удивительным для такой туши проворством, Анютка повернулась и плюнула огнем. Копье вмиг сгорело а на балконе началась паника. Воспользовавшись начавшейся неразберихой, девушка схватила Ивана за рукав и потянула в темный проход. Змей издал громкое недовольное шипение отчего все зрители бросились наутек.
   Помещение, куда Наста привела Ивана, представляло собой про - сторную высокую пещеру. Местами еще были видны следы инструмента, которым откалывали породу. Похоже, здесь что то добывали. Удивительно, но воздух здесь был лучше, чем на арене и вполне хватало света, чтобы осмотреться. Дракон, повозившись немного, растянулся возле одной из стен и устало вздохнул. Только теперь Ваня заметил, что у правого крыла Горыныча подпален бок и тонкая молодая кожа отсвечивала глянцем на месте уже затянувшейся раны. Неожиданно раздался лязг и грохот.
  -- Опустили решетку - девушка еще минуту к чему то прислу - шивалась а затем присела на охапку соломы, жестом приглашая Ивана сделать то же самое.
   Как то сам по себе завязался разговор под мерное сопение задремавшего дракона. Оказывается, недели три назад дракона нашли хозяйские люди. По какой то причине хозяин запретил им убивать чудовище и приказал перетащить сюда, в пещеру. С неделю змей отлеживался, а потом ничего, оклемался. Кажется успел и челове - чины уже отведать, не его в том вина. Несколько раз приходила сюда Наста, не побоялась. Приносила отвары целебные, лечила горемыку. Как приходила? Есть тут несколько ходов, отводов. В другие забои ведут и на поверхность. Горы? Горы кругом, на сотни верст тянутся, будто хребет чудища исполинского. В народе так и называют - хребет Урла. А еще сказывают, будто внутри хребта того сокровища несметные, каменья разные - самоцветы. А главный камень среди них - малахит. Да не дается сокровище в руки - охраняет хозяйка строгая, красоты дивной. " Хозяйка Медной Горы!" - мелькнуло у Ивана.
   Вспомнил тут он про подарок Кощеев. Остались камушки в мешке. Да где тот мешок, потерял Горыныч, а может и хозяйские люди забрали. Ну да Бог с ними, камушками. Былаб голова цела. Есть дела и поважней. Выбираться надо отсюда, меч добывать, Зинку спасать.
   Думал Иван, думал да так ниего и не придумал. Уснул. И снится Ване, будто идет он посреди зала. Вокруг роскошь невидан - ная, все самоцветами усыпано, стены, пол, потолок - малахитом да серебром и золотом отделано. А навстречу женщина красоты ослепи - тельной. Все ближе и ближе. Глянул на нее Иван... Один глаз зеленый, другой коричневый. Мадам! А та уже совсем близко, тянет свои рученьки белые к Ваниному горлу, смеется:
  -- Добралась я до тебя, Ванечка, не спрячешся. Помнишь наш разговор? Ступай же, принеси мне меч ангелона. Да поторопись. Ждут тебя дома, не дождуться. Не огорчай свою матушку. - Мадам неожиданно ухватила Ивана за ухо и больно крутнула - ну же, поспеши!
   Иван дернул головой и... проснулся.
  -- Вставай, ваня, ну вставай же - над ним стояла Наста и тормошила за плечо. - Уходить нам надо. Чатал кай муаров вызвал.
  -- Что? - не понял с просонья Иван.
  -- Чатал - кай, хозяин, муаров призвал. Скоро они здесь бу-дут. Пропадем тогда. Сожрут нас людоеды проклятые.
  -- Муары? Муары? Никогда не слыхал про таких.
  -- Да и у нас они появились недавно. Лет десять, двенадцать назад. Как стал Чатал - кай чародейством заниматься, так и пошли эти самые муары. Обличьем вроде нашего, только ростом пониже, да пострашней. И ездят они на кивсяках, червях гигантских. А будем болтать много, так и сам их скоро увидишь. Бежим! Дедушка лодку уже приготовил, ждет нас.
  -- Настя! А как же змей Горыныч? Нам без него нельзя.
  -- Ты свою голову спасай, а змея они не тронут. Им мы нужны.
   Хозяин нас наказать хочет.
  -- Коли так, бежим! - Иван на прощанье хлопнул Горыныча по лапе и бросился следом за Настой.
   Девушка уверенно шла впереди, несмотря на темноту, потом вдруг, резко остановилась. Иван с разгону ткнулся ее в спину.
  -- Тс с! Слышишь? - девушка насторожилась. Иван замер и при - слушался.
   Где то справа слышались неясные звуки, скрежет.
  -- Они! Скорей! - Наста схватила Ивана за руку и что есть мочи помчалась вперед, навстречу бледному свету. Выбравшись из штольни, они оказались на узком, ступеньчатом карнизе.
  -- Фу! Здесь они нас не достанут - света бояться. Теперь вниз. Вон там, за скалой, дед ждет с лодкой.
   Настороженно оглядываясь по сторонам, беглецы начали спуск к реке, которая шумно ревела где то совсем рядом. И тут случилось то, что и должно было случиться. Уже оставалось совсем немного до бурного потока, уже старик начал отвязывать лодку, как неожиданно огромная черная ворона снялась с уступа и с громким карканьем взмыла вверх. Секунду спустя наверху раздались крики и десятки стрел со свистом ушли в воду.
  -- Отрежьте им дорогу, задержите их - командовал зычный голос -
   Убейте старика.
   Несколько стрел впились в деревянный борт челнока, дед качнулся и упал на дно лодки, выпустив из рук кусок веревки. Быстрое течение тут же подхватило легкое суденышко, завертело и стре - мительно повлекло за собой.
  -- Дедушка! - Отчаянно закричала Наста.
  -- Прыгай - тут же оценил ситуацию Иван и , схватив девушку за руку, бросился вниз.
   Падение на некоторое время оглушило их, и когда Иван очнулся, преследователи остались далеко позади. Река, зажатая между отвесными берегами, быстро уносила их от опасности, но впереди ждало еще одно испытание. Явно слышался шум падающей воды и это могло означать только одно. Водопад! Иван крепко обхватил девушку вдохнул сколько мог воздуха и почувствовал, как стремительно проваливается в пропасть. На миг ослепнув и оглохнув, он, тем не менее, крепко держал Настю в обьятиях, сознавая, что иначе река может разлучить их навсегда. А этого почему то Ивану совсем не хотелось. Ворча и гневаясь, река вытолкнула их из водоворота втянула в грот и прибила к песчаному бережку, унося под каменными сводами свои шумные воды.
  -- Настя! Настя! Очнись! - Позвал Иван подружку. Напрасно!
   Молчит Настя. Как неживая. Вот беда!
   Вспомнил тут Иван, что надо искуственное дыхание делать, массаж грудной клетки. Ираз и другой и третий, и пятый и десятый. Дрогнули ресницы у девушки, закашлялась, пошла вода изо рта.
   Очнулась милая! Ваня облегченно вздохнул. Жива его Настя. Неожиданно он почувствовал, что ему стала очень дорога эта девушка, эти чудесные черные влажные глаза, эта тоненькая ладная фигурка. Необьяснимая нежность всколыхнула его сердце.
   Наста почувствовала его взгляд, подняла голову и чисто женским чутьем все поняла.
  -- Ваня, спасибо тебе, спас ты меня.
  -- Да я б хоть сто раз - с жаром произнес хлопец и покраснел. Устыдился слов своих собственных.
  -- Не надо сто - засмеялась Наста - славный ты. Она ласково провела ладошкой по Ваниной щеке и тоже вспыхнула. Иван несмело обнял девушку и они еще долго сидели молча, согревая друг друга горячими телами.
  -- Настя! - Нарушил молчание Иван. - Я должен тебе все рассказать. Про себя. Про то, как попал сюда и зачем. А там тебе решать, как быть.
  -- Хорошо! - очнулась Настя. - говори, коль решил.
   Обо всем рассказал Иван, ничего не утаил, ничего не про - пустил. Слушала Настя, смотрела удивленными глазами на юношу, да молчала.
  -- Ну вот и вся история - совсем упавшим голосом сказал
   Иван. - Не молчи, скажи что нибуть.
  -- Хорошо Ваня! Я скажу. Люб ты мне Позовешь, не обидишь, на край света за тобой пойду, не только за мечом. Вот мое слово - Наста стыдливо закрыла лицо ладошками.
  -- Правда! Вместе! - Юноша буквально светился от счастья. -
   Вот здорово! Настюшка моя - он нежно обнял девушку.
   " Ну вот и влип, Ванечка!" - злорадно подумала черная ворона,
   сидевшая прямо над гротом - теперь меч мой, недолго ждать
   осталось"
   Поглощенные собой, влюбленные не заметили, как вместе с сумерками в гроте стали появляться неясные шорохи и тени. Первой заметила это чуткая Настя.
  -- Ваня! Беда! Муары!
   И будто в подтверждение этих слов из воды вынырнуло несколько странных существ. От них исходил мягкий флюоресцирующий свет и этого было достаточно, чтобы увидеть на спинах гигантских червей седоков. Извиваясь, черви быстро достигли берега и легко заскользили в сторону оцепеневших беглецов.
   Иван крепко сжал в руке кристалл , нащупал и свистульку Кощея.
  -- Держись за меня, чтобы не случилось. И не отпускай - шепотом приказал он дрожащей от ужаса девушке.
   Тем временем, один из муаров спрыгнул с червя и подошел вплотную. Ростом с австралийского пигмея, незнакомец, тем не менее выглядел сильным бойцом. Мощные, увитые мышцами руки и ноги. Бычья шея... и пртивный голый череп, лишенный всякой растительности. Челюсть с обвисшими бульдожьими складками, из под которых торчали острые клыки. В правой руке Муар держал двузубец, а левую небрежно положил на рукоять ножа, торчавшего за поясом.
  
  -- Чатал - кай послал нас за тобой, и вот за ней - кивнул Муар в сторону Насти. - Собирайся!
  -- Постой, муар, или как там тебя? - Иван крепко сжал Магирусов камень. - От того, что ты выполнишь приказ своего хозяина, вряд ли что выиграешь. А вот я могу сделать твой народ еще более могущественным.
  -- Неужели? - Пелена ушла вверх и на Ивана холодно уставился серый зрачок.
  -- Могу! - Подтвердил юноша и крепко сжал Настину руку в ответ на ее щипок.
  -- Я научу видеть вас днем - торжественно произнес Иван - это цена за наше освобождение.
  -- Днем? - недоверчиво переспросил муар. - Еще никому не удавалось научить муаров видеть днем.
  -- А мне удастся. В обмен на свободу, идет?
   Муар отошел к своим собратьям и долго, долго с ними совещался.
  -- Хорошо, чужеземец. Мы принимаем твое предложение. Начинай учить.
  -- Нет, не сразу - смутился Иван. - Для этого мне нужно дож - даться дня и кое что приготовить.
  -- Врешь, собака. Хочешь сбежать?
  -- Зачем врать. Бежать нам некуда, от вас все равно не убежишь.
  -- Ладно, чужеземец. Оставляй свою самку здесь, а сам иди, готовь КОЕ ЧТО.
  -- Ни за что - Иван почувствовал, как напряглась Настина ладошка. - Только с ней вместе!
  -- Нет, - отрезал муар - иди один. А не пойдешь...?
  -- Ваня, милый, оставь меня. У нас нет другого выхода. Иди за мечом. Я буду здесь тебя дожидаться. - Настя крепко прижалась к юноше , потом воскликнула, обрадованная собственной находчивостью:
  -- Попроси! Пусть отвезут тебя к голове каменной, скажи - для дела надобно.
   Подумал, подумал Иван:" А что, права Настенька. Пусть везут
   окаянные. Может так и лучше"
   " Правильно Ваня, правильно" - подумала черная ворона, сидевшая прямо над гротом.
  -- Ладно, договорились. - Иван повернулся к муару - только отвезите меня к голове каменной, к Урал - хребту и помните - за девушку эту отвечаете головой.
  -- Не тебе приказывать, чужеземец. Мы свое слово держим - муар гордо выпрямился - держи свое.
  -- Настенька! Возьми вот - Иван протянул девушке кащееву свистульку. - Пропадать будешь - свистни три раза. Явится Кощей Бессмертный, поможет. Скажи - Ваня, мол, дал.
   Взяла Настенька свистульку, поникла головой. Да делать нечего. Попрощался Иван с любимой, взобрался на скользкую спину кивсяки, крепко уцепился за пояс муара и ...пропал из виду.
   " Поспешай Иван, поспешай" - черная ворона лениво развалилась на камне - а уж я тебя здесь встречу, не обрадуешься.
  
   ...
  
  
   Такой езды Иван еще не видывал. Кивсяка словно глиссер, резво скользил по воде оставляя за собой жемчужный след. Встроенный поток воздуха давил, заставлял отворачивать голову. Иван задыхался, но муар, казалось, ничего не замечал. Всю дорогу он орудовал своим двузубцем, управляя движением гигантского червя, пока не выскочили на отмель. Здесь кивсяка умерил свой бег, заскользил по каменной насыпи и втянулся в длинный тунель. Еще некоторое время двигались они под металлический скрежет чешуйчатых пластин, а потом и вовсе остановились.
  -- Все! дальше нам нельзя. - муар обернулся к Ивану - пойдешь сам. Я же здесь тебя ждать буду.
   Иван кивнул и двинулся в путь. Хорошо, что догадался собрать руками слизь с боков кивсяки. Так и шел с поднятыми руками, освещая дорогу бледным светом. Шел, шел. И то ли с ноги сбился, то ли черт попутал, только заблудился Иван начисто. Куда ни глянет, везде дыры какие то, закутки разные. Куда идти? Выбрал наугад отверстие побольше и полез потихонечку. Ход все шире и шире делается, вокруг все светлее становится. А тут и вовсе вывалился хлопец в просторную пещеру. Нет, скорее в палаты царские, богатые. Кругом стены из малахита, всякие вещи затейливые. Драгоценности из серебра, золота каменьями самоцветными усыпаны.
  -- Здравствуй добрый молодец, гость незванный. Как зовут тебя, величают ? - В палаты не вошла , а вплыла лебедем необыкновенной красоты женщина.
  -- Здравствуй хозяйка добрая! - Не сробел хлопец. - Иваном меня зовут, Ваней. Позволь и тебя спросить: Как звать - величать прикажешь?
  -- А зови просто - Василисой. - улыбнулась женщина.
   " Неужели та самая, кощеева!" - подумал Иван и не удержался, бухнул:
  -- Так это из за Вас Кощей страдает?
   Сказал и сам испугался своих слов. Посмотрела Василиса на Ивана долгим взглядом, нахмурилась:
  -- Ну рассказывай, коли так. Выкладывай начистоту, что знаешь.
   В который раз пришлось Ване рассказывать свою историю. Как с Кощеем сдружился, как в переплет такой вот попал. Куда путь держит.
   Выслушала его Василиса Прекрасная, поднялась:
  -- Чтож, не буду тебя задерживать Иван, добрый Молодец. Идем, укажу дорогу.
   И больше ни слова. Прошли одну комнату, другую. Вот уже и в штольню спустились. Слышит Ваня, откуда то со стороны стук идет. Знать еще кто то есть живой. Покрутил головой, глянул на Василису. А та приложила пальчик к губам и рукой машет, сюда, мол, иди. Тихонечко подошел хлопец, заглянул в указанное место.
   Видит, сидит мастеровой при свечах, в одной руке молоточек, в другой зубило держит. И тихонечко так : тук - тук, тук - тук. Пригляделся Иван. Ох и ладно выходит. Будто живой, дрожит в неверном свете цвет каменный, малахитовый. " Никак Данила - мастер? " - взглянул на Хозяйку Иван. " Тс. с! Он самый! Не ладится у него что то, сердится. Меня и то гонит - тихо ответила Василиса.
   Вывела она Ивана из - под земли, указала рукой на гору, что вдалеке высилась:
  -- Вот и дошел ты, Ваня. Прощай теперь. Назад пойдешь, не заблудишься. Как увидишь знак - цветок на стене, туда и путь держи. Потом вздохнула, чисто по-женски, тягостно:
  -- Увидишь Его, привет передавай. Скажи:" помнит, мол, Васи - лисушка, не забывает!..." Ну , иди же!
   Василиса легонько сжала плечо юноши, подтолкнула и ... растворилась в воздухе, исчезла.
   Покрутил Иван головой туда - сюда, подивился Хозяйке да и тронулся в путь.
   Долго шел Иван к горе. Ох и долго. Поначалу казалось - вот она , голова, рядом. Раз и там. Да не тут то было. Целый день по камням да под солнцем жарким добирался Иван до заветной цели. Наконец, к вечеру, совсем выбившись из сил, устало повалился он на прогретый камень и огляделся. Вот она, голова. Почему то вспомнились пушкинские строки:
   " Найду ли краски и слова?
   Пред ним живая голова.
   Огромны очи сном обьяты.
   Храпит, качая шлем пернатый..."
   Нет, на живую она не похожа. А вот глаза, нос, рот и борода, и даже шлем остроконечный - будто и правда, спит окаменевший воин.
   Не стал больше мешкать Иван. Собравшись с духом, он крикнул три заветных слова:
  -- Именем Ангелона, откройся!
   Дрогнула гора. Посыпались камни с острой вершины, взлетели птицы высоко в небо. С жутким скрежетом ушли камни в сторону и там, где был усатый рот, открылся черный вход. Сжав в руке Магирусов камень, Иван несмело вошел в черный зев и заметил ступеньки, ведущие вниз. Одна, две, три и вот он, меч! Холодно и вызывающе сверкал тот в полутемной пещере.
   Осторожно подошел Иван к мечу, протянул руку. А тот будто и ждал. Ткнулся рукоятью в Ванину ладонь - бери, мол, владей. Обхватил хлопец меч двумя руками, зажал покрепче, взмахнул лихо. Только свист пошел. Развернулся тогда Иван и к выходу. Идет, а сзади что то дребезжит. Глядь! А это ножны следом тянутся, словно привязанные. Вот это да! Никак , магия! Прихватив и ножны, выбрался Иван наружу и враз захлопнулся, запечатался рот усатый. Словно и не открывался.
   Задумался тут хлопец. Надо бы меч проверить в деле, да как? Потом вспомнил. Смог ведь Ангелон на расстоянии отрубить голову чудищу неземному. А что если... снести вершину горе высокой, что вдалеке виднеется. Примерился Иван, прицелился да и рубанул с плеча. Смотрит, глазам не верит. нет вершины, словно бритвой срезали. Только гул стоит от камнепада, да пыль столбом. Ай да меч! Вот почему за ним охотится Мадам. Знать замыслила недоброе, страшное. Ну нет! Теперь повоюем.
   А на душе неспокойно стало. Как все сложится дальше?
   Глава 7
  
   Недолго сидела черная ворона, нежилась. Обернулась змеей да и шась в воду. Проплыла мимо опечаленной Насти, мимо муаров, сидевших отдельной кучкой, мимо кивсяков, разлегшихся на песочке и пропала за поворотом. А через минуту, другую увидела Настя, что из воды еще один кивсяка появился с муаром на спине. Тот самый, что Ваню увез. Засуетились и остальные муары , а этот, главный уже командует:
  -- Схватить девку, связать ремнем сыромятным, да покрепче.
   Да запрячьте ее понадежнее, с глаз долой.
   Бросились выполнять приказ муары. Связали Настю, запихали в нишу каменную да еще и камнем привалили. Главный же муар оседлал кивсяку и снова исчез под сводами.
   Лежит Настя, плачет. О Иване горюет. Не о себе. Пропал милый, загубил его муар вероломный. Знать не свидеться им больше. Пуще прежнего заливается слезами девушка.
   А вот и нет. Не пропал Иван. Свято блюдет договор. Набрал слюды прозрачной, да костерок разложил. Прикоптил ту слюду, гибкой лозой обвязал. Что то вроде шлема космического получилось. И еще три таких же сделал - на всю муарову компанию. Собрал все пожитки, меч к поясу приладил и в обратный путь пустился. Хоть и не хотелось опять под землю лезть, а надо. Идет Иван, метки Хозяйкины примечает. Так и дошел благополучно до туннеля, где муар с кивсякой его дожидались.
  -- Ну что, чужеземец. Принес Кое - Что?
  -- Принес, а как же - Ваня показал свои поделки.
  -- Хм! - Недоверчиво хмыкнул муар - а не врешь?
  -- А зачем врать - то? Вот выйдем на свет, сам увидишь.
   Залез Иван на свое старое место, позади муара и снова началась бешенная гонка. Скользит кивсяка по воде, торопится. И вдруг стоп. Не видит Иван, чего стали, а муар двузубцем показывает на берег. Никак Настя! Стоит одиноко и руками призывно машет. Вскочил Ваня, прыгнул на берег, да к девушке бегом. Обнял Иван любимую, к груди прижал и не видит глупый, как белые рученьки ножны отвязывают, мечом завладевают.
   Отпрыгнула тут Настя в сторону и засмеялась:
  -- Ну вот и все Иван, сослужил мне службу, теперь будь здоров. Привет подруге!
   Опешил хлопец, растерялся. А девушка, тем временем прыгнула в воду, нырнула, только ее и видели.
   Муар, до этого хладнокровно наблюдавший за происходящем, с невероятной силой схватил Ивана с ношей, вскинул на кивсяку и погнал животное вверх по реке. Вот и грот. Муар бросился к своим соплеменникам, ччто то спросил и все вместе снова куда то кинулись. Через секунду они появились с Настей. Та шла с завязанными руками и без меча.
  -- Настя! - кинулся к ней Иван. - Ты зачем это сделала?
   Где меч?
  -- Ваня! - Девушка, было, рванулась к юноше, но, услыхав последний вопрос, нерешительно остановилась:
  -- Какой меч? Он ведь должен быть у тебя. Ты нашел его?
   К ним подошел главный муар.
  -- Чужеземец, околдовал тебя оборотень. Это он обернулся мной и приказал моим людям запрятать твою самку подальше. Что они и сделали. Оборотень принял ее облик - муар укозал на дрожавшую Настю - и обвел тебя вокруг пальцев.
   Иван облегченно вздохнул. Тяжелый груз спал с груди.
  -- Прости Настенька. А я ведь подумал...
  -- Не твоя в том вина, Ванечка. Главное, мы опять вместе.
   Надо думать, как меч воротить, как беду - лихо отвести.
   И опять вмешался муар:
  -- Если твое КОЕ - ЧТО поможет нам, если мы станем видеть днем как люди, я помогу тебе.
   С нетерпением те и другие ждали приближение рассвета.
   Но вот первые лучи проникли в грот, заставив муаров от -
   ступить вглубь, в темноту.
  -- Одевайте, не бойтесь. - Иван протянул свое изделие вожаку - Идем.
   Опустившись в воду по горло, с трудом преодолевая мощное течение, муары следом за Иваном и Настей выбрались, наконец, на свет божий.
   За всю подземную жизнь никогда еще они не видели такого великолепия.
   Мощно гремел, окутавшись туманом, водопад. Весело пели птицы, порхали бабочки. А над всем этим куполом опрокинулось бескрайнее голубое небо.
   Долго, долго стояли муары, покоренные новым для них ощущением. Наконец, вожак повернулся к Ивану:
  -- Это надо видеть! спасибо тебе, чужеземец. Не обманул.
   Знай же, в замке моего хозяина, Чаталкая, я несколько раз встречал самку с белыми волосами. Это и есть оборотень. Видел, как приходила зверем разным, птицей прилетала и снова в человека превращалась. В самку. Яйлам умеет наблюдать - впервые муар назвал свое имя.
  -- Опять Мадам - с тоской подумал Иван - добилась своего, зараза.
  -- Ваня! - тронула юношу Настя. - Теперь нам некуда спешить, пойдем дедушку поищем. Змея навестим. Может что и придумаем по пути.
  -- И то. - согласился Иван. Он обернулся к муарам:
  -- Держите КОЕ - ЧТО всегда сухим, оберегайте от воды - мой вам совет . И прощайте. Уходим мы.
   Четверка кивнула в ответ и молча скользнула в воду.
  
   ...
  
   С торжеством и видимым облегчением Мадам захлопнула за собой дверь комнаты, которую ей так любезно предоставил Чаталкай, хозяин поместья. Наконец то меч в ее руках. Чтож, пора и в путь.
   Мадам взяла меч в руки, закружилась волчком, пытаясь транс - формироваться в пучок энергии и тут ее постигло жуткое разочарование. Меч никак не хотел распадаться на молекулы, превращаться в сгусток энергии. Еще и еще раз Мадам повторяла свои попытки, но все было напрасно.
   Странно. Ей, клону с Армагеддона, ничего не стоило в мгновение ока переместиться с одной точки Вселенной в другую, одев на себя любую одежду, с любым предметом. Но здесь она столкнулась с нечто иным. далеким от ее понимания.
   Нужно было искать другой выход. И тогда Мадам решила спрятать меч здесь, в замке. Где? Да на башне, которая тщательно охранялась хозяйскими стражниками. Вообще, эта башня была предметом особой гордости Мадам. После того, как она завербовала Чатал - кая, превратила его в послушное орудие своей воли, Мадам и затеяла создать на его земле неприступный форпост, надежное убежище на всякий случай. По ее проекту возвели высочайшую башню с площадкой на самом верху. Туда же дюжие работники притащили необычайное для этих мест сооружение, конструкторский шедевр неугомонного клона.
   Учитывая, что в этом мире не было другой энергии, кроме солнечной, Мадам удалось создать мощное оружие, разившее на несколько верст. По ее приказу сотни рук отполировали до зеркального блеска медные пластины, и уложили в сферическую чашу, тоже медную. Получилось этакое кривое зеркало. Используя огромный продолговатый рубин, Мадам удалось сконцетрировать энергию солнца в тончайший луч, который и был с таким успехом испытан на Змее Горыныче, на свою беду оказавшимся в пределах досягаемости лучемета.
   Запрятав добычу подальше, Мадам отправилась в резиденцию Магируса с докладом. Ей потребовалось лишь несколько минут, чтобы попасть в другой, параллельный мир, в эплху средневековья, где любил находиться ее повелитель, но и здесь ее ждало горькое разочарование. Великий клон исчез. Исчез, не оставив своих координат, что случалось с ним довольно редко.
   А в это время, пока обеспокоенная и рассерженная Мадам рыскала по Вселенной, отыскивая следы своего хозяина, Пастух Армагеддона находился в... библиотеке. Да. Да. Да. В Москве, в библиотеке имени Ленина . Великую и сложную задачу решал Завоеватель Мира. Сотни древнейших рукописей, тысячи книг прочел он, пытаясь найти ответ на мучивший его вопрос в связи со сделанным им открытием.
   Оказывается, среди тысяч миров, среди сотен различных форм жизни, разумной жизни, существовал особый вид энергии, который был присущ только людям, жителям Земли. Неважно, в каком паралельном мире они существовали. Очевидным было одно - все люди, взрощенные Матушкой Землей, обладали особым даром, которого не было ни в одном разумном существе других планет. В людях была душа. Каждый раз, вселяясь то в одно, то в другое тело, Магирус замечал, что иногда ему стоило немалых сил оставаться самим собой - Захватчиком, Завоевателем. Так, он прекрасно чувствовал себя в теле барона и очень неуютно в образе священно - служителя. Он легко управлял молодыми горячими головами и остерегался стариков, хотя их жизненный опыт ему был необходим для собственного совершенствования. Справиться с ними, подчинить своей воле клону было очень нелегко. Тогда то и пришел Магирус к выводу, что виной всему маленький, но очень мощный источник неведомой энергии, который люди называют душой. Подчинить себе, завладеть Душой - вот какой вопрос решал, сидя в библиотеке, Великий Пастух.
   Однаео, чем больше проглатывал он страниц, тем неутешительнее оказывался ответ. Великий Свет и Великая Тьма, Бог и Дьявол - вот тот родник, источник Души человеческой. Вечная борьба плоти и разума, бытия и сознания создавала, выращивала совершенно уникальную, новую форму жизни, постичь которую не удавалось даже Великому клону. Он понял лишь одно: и Великий Свет и Великая Тьма в одинаковой мере пользуется этим источником, питается им, а это значит, что так просто с ним не расстанется ни та, ни другая сторона.
   " Так против кого он хотел направит меч Ангелона? Уж не против ли себя? Та формула, которой он следовал всю жизнь - разделяй и властвуй - здесь явно не работала. Оставалось одно. Элементарный шантаж. Заставить Свет и Тьму поверить в то, что он, Повелитель Армагеддона способен уничтожить весь род человеческий, лишить их питательной среды. Может и возникнет тогда у них желание поделиться. Как это здесь говорят - сообразим на троих."
  -- Итак, слушаю тебя - обратился он к белокурой девушке, словно из под земли возникшей перед ним. - Говори, Мадам!
  
  
   ...
  
   Осторожно, прячась за камнями да за кустарником, пробирались Иван с Настей берегом в тайной надежде найти пропавшего деда. Лодку, вернее то, что от нее осталось, заметили скоро. А вот старика нигде видно не было. Ни живого ни мертвого. Это вселяло некоторую надежду на то, что дедушка остался жив. Хотя как знать. А вдруг попал в лапы к Чаталкаю!
   Решили как стемнеет, заглянуть в дедову избушку - может дед там? Да и есть уж больно хотелось - сутки во рту макового зернышка не было.
   Пусто и холодно было в избе. Однако каша, которую приготовил Иван, куда то исчезла. Может хозяйские люди сожрали, а может и дед умял. Пожевав сушеных грибов да ягод, что припрятаны были у деда за печкой, Иван с Настей забрались в сарай, где к удивлению, их встретила веселым блеянием единственная овца. Знать,не хозяйничали здесь разбойники хозяйские, значит жив дед, коль каша исчезла.
   Зарывшись в солому и крепко обняв друг друга, Иван с Настей тут же уснули, измученные невероятными приключениями. Ближе к утру, то ли от холода, то ли от шороха Иван проснулся и сквозь дыру в соломе увидел знакомую фигуру. Старик!
   Стараясь не испугать старого да и Настю тоже, он тихонечко позвал:
  -- Дедуня!
   Вскинулся дед, испугался все же, да тут и Настя проснулась, вскочила.
  -- Дедуля, миленький, живой!
  -- Настенька, кровинушка моя, цела голубушка! Спасибо тебе добрый молодец, нашел таки мою горляночку, певунью - щебетунью.
   Рад дед, рада Настя, рад Иван! Вон как все хорошо оберну - лось. А дед посерьезнел, затревожился:
  -- Нельзя - говорит - вам здесь оставаться. Кругом псы хозяйские, вас ищут. Сказывают в народе - не тронули вас людоеды - муары, сжалились, отпустили. Вот он и старается, перед девой белокурой выслуживается.
  -- А что, она здесь? - в один голос спросили Иван и Настя.
  -- А как же, здесь , в замке. Как забралась в башню свою, с тех пор и не выходит. Колдует, видать, порчу наводит, про - клятая.
  -- Дедушка, помоги еще раз - взмолился Иван. - Придумай, как в замок попасть.
  -- Никак не можно - покачал головой дед. - Нет туда дорог, ни подземных, ни... А постой! Ваня! Сказывают, будто в дружбе ты с драконом огнедышащим. Вот и ответ на твой вопрос. Уж ему от темницы до замка рукой подать. А?
   И правда. Как это забыл Ваня о друге своем. Ну, решетки для Змея не помеха, сожжет. А вот таинственное оружие на башне - не погубит ли их окончательно? Нет, без разведки нельзя.
   Думали они , гадали и вспомнил дед, что ходит в стражниках хлопец один. Давеча свататься приходил, Настю в жены брать. Прогнал тогда его, мала , мол, внучка, ума разума нет. А что если по хитрому? Дескать, Настя про тебя спрашивала, любопытствовала! А теперь, вот , пропала. Дозволь с башни глянуть, кругом осмотреться, может и мелькнет где черноглазая.
   Хилый план, совсем дырявый, белыми нитками шит, да вдруг сработает.
   Отправился дедуня в разведку. Час прошел и второй прошел. Ждут, волнуются Иван с Настей. Уж и полдень скоро, а деда все нет и нет. Вдруг не поверил стражник, споймали деда? Нет, целехонек старый разведчик. Открылась дверь сараюшки и старик в изнеможении повалился на солому.
  -- Уф! Дайте дух перевести. - дед отдышался и начал свой рассказ:
  -- Все так и было. Поверил хлопец. Пропустил в замок да и на башню за мной полез. Говорит -глаза, мол, позорче моих, стариковских будут. Ох и высокая башня эта. Ступеней видимо невидимо. Пока шел, голова закружилась. А на верху площадка, поболее чем три мои хаты будет, ей богу, не вру. Под площадкой той с лестницы дверь дубовая, железом стянутая. Знать схрон какой! Наверху, на ровном месте о трех ногах подстава. А на подставе той чугун медный в три обхвата и красный камень ловко так прилажен перед зевом чугунным. Хотел я внутрь заглянуть, да хлопец рядом стоял.
  -- Ну и куда же был обращен красный камень? - спросил Иван.
  -- Куды? - задумался дед. - Ах, ну да, аккурат в поле. Там еще коровы хозяйские паслись. Точно, в поле.
   Раз так, решил Иван не мешкать. Сегодня же вечером и наведаться в тайную башню, пока солнышко не село. Аккурат под самый закат. Стал он собираться к Змею Горынычу, а Настя ни в какую.
  -- Не пущу - плачет - одного. Возьми меня с собой и дедуню тоже.
   Разволновался хлопец. И впрямь, как быть? И ему без Насти не жить. И дедуню жаль оставлять. Эх, пойдем все вместе. А старик свое кумекает. Видит, залюбила Настя хлопца накрепко. Да и то: хорош Добрый молодец и лицом и статью. И умен и отважен - ну чем не жених для внучки. И опять же - вон как гла - зами зыркает, в лице изменился. По сердцу, видно, пришлась ему Настенька.
   Встал старый, просморкался в тряпицу, откашлялся.
  -- Дайте слово молвить - говорит. - Стар я уже для походов и приключений. Это доля молодых. Останусь я дома, при хате. Буду рыбку ловить, земельку пахать да вас с внуками дожидаться.
   Чует мое сердце - свидимся еще.
   На том и порешили. Попрощался Иван с дедом. Обняла Настенька старого пестуна своего и в путь.
   Все так же крадучись и осторожничая вышли они к месту, откуда лаз шел в штольню заброшенную. Ловко и быстро вывела Настя Ивана прямо к Змею. А тот знай, почивает, посапывает. Видать, не оголодал еще.
  -- Вставай, лежебока миленький! Вставай, волчья сыть - Иван похлопал Мишку. Ваську и Анютку по головам. - Пора и за дело.
   Рассказал Ваня Змею, что от того требовалось. Отошел с Настей подальше от железных ворот и стал ждать. Задышал дракон, засо-пел. Стал втягивать в себя воздух, прямо пыль столбом пошла. Разогрелся да как плюнет в три головы огнем. Чуть - чуть плюнул, для пробы. Потом поднялся на когтистых лапах и двинул к решетке. Снова вобрал в себя воздуху немеренно и давай поливать, поджаривать запоры железные. Раскалились прутья и потекли жидким железом. Буд то и не было ворот. Тяжело выбрался Змей на арену огляделся. Стены каменные, а крыша так, смехота одна. Доской да соломой крыта. Фу - и нет крыши.
   Выбежали тут Иван с Настей, взобрались на Мишку да Ваську, вцепились намертво в кожу зеленую. Оттолкнулся Змей от земли, взмахнул крыльями и взмыл в небо. Видно с высоты, как забегали, запрыгали стражники, да куда там. Разве удержишь теперь Трехглавого.
   С каждым взмахом жилистых крыльев уменьшалось и уменьшалось расстояние до высокой башни. Помня дедовы слова, Иван повернул Змея так, чтобы тот заходил на цель со стороны гор, остерегаясь страшного оружия. Вот и башня. Змей мягко приземлился на площадку, повалив хитрое сооружение Мадам, но это уже нисколько Ивана не интересовало.
  -- Сиди и никуда не уходи - крикнул он Насте и бросился вниз, к дубовой двери. Да! Запоры были мощные, так не открыть.
  -- Анютка! Помогай! - Выскочил Ваня снова на площадку.
   Подчиняясь Анютке, вся многотонная туша придвинулась к широкому люку и тогда третья голова исчезла в проеме. Скоро оттуда повалил дым. Чихая и кашляя показалась голова Змея. Не теряя ни секунды Иван спустился вниз. Вот он, ме!
   Юноша схватил оружие и бегом назад.
  -- Получилось! Наш меч!- победно завопил хлопец, показывая находку Насте. С размаху взлетел на жилистую шею Михал Горыныча, уже змей оттолкнулся и замахал крыльями, как дикая боль в голове почти лишила Ивана сознания. Ваня почувствовал, что падает, услышал Настин крик и тут боль отступтла.
   Далеко внизу уплывала земля, мерно махали крылья, а побелевшая от испуга девушка крепко держала Ивана за пояс.
  -- Все нормально - улыбнулся ей Иван, хотя и не был уверен, что приступ не повториться.
   Однако, сделав выводы, он крепко накрепко обвязал себя и Настю запасенной на всякий случай веревкой, обмотал вокруг шеи Петра Горыныча, проверил, легко ли выходит меч из ножен. И вовремя! Откуда то налетел, пытаясь захватить их когтями, дракон, точная копия Горыныча. Промахнувшись на несколько сантиметров, он взмыл вверх для новой атаки. Но тут не сплошал Иван. Он выхватил чудо меч и рубанул им вдогон чудищу. Разлетевшись на две половины, дракон стал стремительно падать вниз, но тут же на глазах у изумленных седоков превратился уже в двух таких же драконов. Снова повторилась атака и теперь уже четыре туши падали вниз, располосованные метким Ваниным ударом.
  -- Нет, так их не взять - прокричала Мадам Магирусу, когда они вновь превратились в змееподобных тварей. - У мальчишки Ваш Камень, Повелитель.
  -- Мой! Откуда?
   Пришлось сделать так, чтобы старая ведьма, которую я пытала, отдала свой талисман ему. другого пути попасть в этот мир у этого юноши не было. А значит, не было бы тогда и меча.
  -- Понятно! Вот почему мое проникновение не получилось.
   Мой клонар от меня же и защитил. Ха!
  -- Великий! Он не один. Ему очень дорога эта девушка. Я думаю, у него не будет выбора. И кажется, я знаю, где их искать.
  -- Отлино, клон! действуй. Ну а я все же навещу твою ведьму.
   Любопытно,откуда у нее мой клонар?
   Два дракона, мирно летевшие над лугом, внезапно исчезли, оставив после себя легкое дрожащее марево.
  -- Пронесла нелегкая - старый пастух облегченно вздохнул, вылезая из под кустов, и принялся собирать разбежавшееся стадо.
  
   Глава 8
  
   Настю, как и Ивана в первый раз, захватил, поразил переход полет под Сводом Мира. Конечно же, она не раз любовалась там, у себя дома, звездным небом. Как и всех людей ее возраста, бескрайние звездные просторы волновали, заставляли быстрее биться Настино сердце, вызывая в душе томление и неясные желания. Здесь же все было по другому. Звезды не мерцали, дружески не подмигивали, как это было на земле. Нет! Они смотрели холодно и строго, вселяя в сердце девушки беспокойство и страх. Лишь ненадолго оживилась она, когда звездная россыпь задвигалась, заиграла, сопровождаемая фантастическими звуками космического органа.
  -- Сейчас еще не то увидишь - стараясь перекричать звездный оркестр, наклонился Ваня к Насте.
   И точно. Растянулись в улыбке на многие мили губы. Открылись огромные глаза - один зеленый, другой коричневый. Рассыпались белые волосы.
  -- Но, но, не балуй. - улыбка исчезла с лица Мадам, когда она увидала непроизвольное движение руки Ивана - оставь меч, так и до беды недалеко. Такое во Вселенной натворить можешь!
  -- Что я, дурень, что ли - возмутился Иван.
  -- Вижу, что не дурак, но дурак немалый. Верни меч, зачем он тебе? Вернешь меч, избавишься от многих неприятностей. Хоть сейчас дома окажешься.
  -- Ну нет. Мне еще Зинку найти нужно, домой вернуть.
  -- Ха, ха, ха! - Рассмеялась Мадам. - Ну и силен ты, Ваня.
   Мало тебе одной подружки, так еще и вторую подавай. А если серьезно - не нужен ты Зинке. Своя у нее дорога.
  -- Может и не нужен - упрямо возразил хлопец, - да все равно найду и домой доставлю.
  -- Ну смотри же, Иван - землянин. Как бы не пожалел потом, не раскаялся. - зло засверкали глаза - Увидимся еще. А Зинку ищи дома.
  -- Ваня, что это было? - Потрясенная Настя взглянула на
   Ивана.
  -- А! - Махнул рукой юноша. - Мадам это. Я тебе уже говорил.
   Оборотень.
  -- Ой! Страшно мне Ваня, ох как страшно!
  -- Да уж не весело - юноша крепко прижал к себе девушку - не бойся, милая, как нибуть выкрутимся. Свистульку Кощееву не потеряла?
   Настя нащупала, достала свистульку. Цел свисток - кощеева подмога. А Иван задумался: " Как понимать слова Мадам - ищи Зинку дома! Может она и правда, дома?
   То ли по воле Мадам, то ли в силу других причин, только вынес Змей Горыныч Ивана да Настю прямо на родненькую Землю. И не куда-нибудь, а в места, хорошо знакомые Ивану.
   Была ночь, густо висели облака, накрапывал мелкий дождик, когда многотонная туша Горыныча приземлилась возле водоема рядом с гаражным кооперативом. Отсюда, до Ваниной многоэтажки, как говориться, рукой подать.
  -- Горыныч, миленький, ты уж спрячся здесь, дождись меня - ласково попросил змея Иван.
  -- Ладно - кивнули головы. - Вот только шаманем маленько, брюхо подзаправим и на боковую, воон в то озерцо. Если понадоблюсь, позовешь, свистнешь.
   На том и порешили. Взмахнул Змей крыльями и полетел прочь, кусок добывать, заправляться. Взял Иван Настю за руку, сжал покрепче и тоже в путь - дорогу.
   Недалеко, в сторожевой будке хлопнула дверь.
  -- Слышь, Захарыч! - затряс пожилого мужика напарник помо - ложе. - Очнись! Кажется НЛО к нам пожаловало, сам видел.
  -- Будет брехать, пить меньше надо - лениво отмахнулся спросонья мужик. - НЛО, НЛО! Ты бы лучше смотрел за воротами, сопрут тачку, будет тогда тебе НЛО.
   Молодой досадливо махнул рукой и посмотрел в окошко. Было тихо и мрачно. Шел мелкий надоедливый дождь. И никого!
   Настя с трудом сдерживала нервную дрожь. Сырой, сотканный из незнакомых запахов воздух, заполнял легкие, вызывая кашель. Легкие тапочки, подшитые свиной кожей, быстро промокли и идти было противно и трудно. А тут еще, вызвав легкое дрожание почвы, впереди промчалось вонючее исполинское чудище, на миг ослепив Настю единственным огненным глазом.
  -- Дракон! Бежим! - девушка рванулась в сторону.
  -- Постой! Тепловоз это, железо. - поймал ее за руки Иван - вон по тем рельсам бегает.
   Настя успокоилась, подошла и потрогала холодный металл.
  -- А! Путя! Чаталкай такое тоже строит.
  -- Вот, вот. Путя. А по нашему - железной дорогой называется. Эта, вот, к фабрике ведет. Там конфеты делают, печенье да торты. Небось и не пробовала такое ни разу?
   Ваня остановился, взял Настю за плечи, сказал:
  -- Настенька, все будет хорошо, вот увидишь. Это сейчас все выглядит ужасно. Но придет день , окончится дождь и все изменится. А уж сколько интересного вокруг увидишь!
   Черные громады зданий вырастали постепенно, издалека маня редкими светящимися окнами. Город спал.
   Уже пошел асфальт, мокрый , но не скользкий. Уже толстой паутиной заблестели троллейбусные линии в тусклом свете неоновых фонарей. Уже вплотную приблизился Ванин дом, квартира 56, подьезд 3.
   С некоторым волнением Иван нащупал в кармане ключ, вставил в замок. Дверь бесшумно открылась, потянуло гарью и чем то знакомо - домашним. Дома!
  -- И где тебя черти носят? - Ванина мама появилась из комнаты. - Посмотри, который час? А это еще кто? - изумленно уставилась она на робко стоявшую в дверях Настю. - Кто, я тебя спрашиваю?
  -- Настой меня зовут, матушка - поклонилась девушка в пояс.
  -- Мама, я тебе все сейчас объясню - не дал раскрыть матери рта Иван. - Ты не поверишь, но Это опять случилось со мной.
  -- О Господи! - Только и смогла вымолвить матушка. - Опять!
  -- Опять. Да мы тебе сейчас все расскажем - заторопился было
   Иван, но мать уже пришла в себя.
  -- Ну нет! Мыться живо, есть и спать. Завтра все и расскажешь, горе мое луковое.
   Если и не поверила поначалу Ивану матушка, но когда увидела Настю, беспомощную и растерянную в ванной комнате, ее сомнения тут же отпали. Похоже, эта девушка и вправду с другого мира явилась.
   Ее пальчики трогали эмаль ванны, никель блестящих кранов. Струи горячей и холодной воды приводили ее в восторг. А уж когда матушка объяснила Насте для чего нужен белый табурет с дыркой который назывался унитазом, девушка засмеялась и притихла. На сегодня это было чересчур.
   Весь следующий день - благо это была суббота - ушел на разговоры и знакомство Насти с новым для нее миром. Свой рассказ Иван на всякий случай записал на магнитофон, чем тоже немало удивил девушку.
   Облаченная в Ванины брюки и рубашку, она уже смело расхаживала по квартире, свыкаясь с новой обстановкой. Знакомство с телевизором, телефоном, светом прошло намного спокойнее, чем с ванной комна-той. Видно, крепкие нервы пришли в норму и реальность, объяснимость вещей не вызывали мистических страхов.
   Ближе к вечеру Иван спохватился. А как же Зинка? И что он скажет ее родителям. Ведь ушли они вместе.
   В предчувствии дурного Ваня набрал номер. К телефону подошла Зинкина мама.
  -- Ваня? Зинку? Так ее нет дома. Вчера вернулась под вечер, раздраженная, грязная. Переночевала и снова сбежала, не евши. Не пойму, что это с ней делается. Уж не поссорились ли вы?
  -- Да нет - отведал Иван - не сорились. А куда ушла, не сказала?
  -- Сказать не сказала, а вот записочку тебе оставила.
   Постой-ка, ага, вот: " Мохов переезд, 13"
  -- И все?
  -- Все.
   Попрощался Иван, повесил трубку, задумался. Потом засоби - рался. Меч в тряпицу завернул, чтоб неприметнее было, да оделся потемнее. На всякий случай.
  -- Мам, Настя, я скоро - уже с порога крикнул он домашним и помчался вниз по лестнице.
   Вот он, Мохов переезд. Рельсы в обе стороны, за ними дома деревянные, да дом трехэтажный, развалившийся. Под снос, наверно.
   Тихо вокруг. Даже собаки не лают. Но вот откуда то музыка слышна, будто из под земли. Глянул Иван на дом. 13. Тот самый, в записочке.
   Обхватил Иавн рукоять меча, проверил, легко ли из ножен выходит и тихонечко к дому таинственному. Вошел во двор, обошел. Так и есть. Вот он, вход в подвал, откуда музыка слышна. Стараясь не шуметь, Иван спустился вниз по крутой лестнице и слегка потянул на себя обитую железом дверь. На удивление, дверь легко подалась и пропустила юношу в сумрачный коридор, загроможденный пустыми ящиками и коробками. Слева, из за полураскрытой двери вырывался желтой полосой свет и громко звучала музыка. Иван заглянул. Это был прсторный зал, в центре которого находилось сооружение, грубо выкрашенное в черный цвет. - Нечто среднее между столом и тахтой. В некотором отдалении стояли столики - каталки. Одни были заставлены бутылками с разного цвета жидкостью. На других - мелкие тарелки с таблетками и шприцами. У стен на полу расположились гости. В комнате царил полумрак, но все же Иван заметил, что здесь присутствовали совсем еще юные - шестнадцати - двадцатилетние юноши и девушки. Все были босы. Обувь тут же лежала под рукой возле каждого из гостей. Разговаривали шепотом. Но вот из двери справа послышалось негромкое пение. Музыка исчезла и в дверном проеме появилась... Зинка. Совершенно обнаженная, она держала в руках толстую свечу черного цвета и пела:
   После дня наступает Ночь
   И уносит невзгоды прочь
   Ночь сладострастия и греха
   Золотая Ночь Черного Петуха.
  
   Чертова Невеста! - Многоголосо пронеслось по залу, словно в уснувший лес ворвался шквал осеннего ветра. Зинка засмеялась и... мороз пробежал по Ваниной спине. Будто не изо рта, а трахеи шел этот деревянный неестественный смех.
  -- Я приветствую вас, жрецов Великого наслаждения, всех, кто пришел сюда в эту ночь Черного Петуха. И спрашиваю вас: хотите ли вы отдаться Великому наслаждению, забыть гнусную проклятую действительность и погрузиться в негу сладострастья?
   Да - а! - в едином порыве выдохнули гости.
  -- Тогда примите дары Дьявола, отца нашего. Усладите себя кайфом во славу Черного Петуха.
  -- Кайф! - закричали присутствующие и бросились к столикам по пути сбрасывая с себя одежду.
   Чертова Невеста первой ввела себе дозу наркотика и запела. Ее голос то взлетал фальцетом, то опускался до гремящего баса и тогда потрясенному Ивану казалось, что здесь присутствует кто то еще, чья злая воля дирижирует всем этим сборищем. А Зинка пела, прославляла некое адское божество - Великое Наслаждение, благосклонность которого можно было заслужить, лишь предаваясь разнузданному разврату, беспробудному пьянству и наркоте.
   Экстаз, между тем, нарастал. Мальчики и девочки начали терять контроль над собой. Они дергались, заламывали руки, рыдали, падали на пол и конвульсивно извивались, будто белые большие черви.
   Вдруг кто то закричал:
  -- Петуха! - и все безумно завопили:
  -- Петуха, Черного Петуха!
   Зинка перестала петь и демонически захохотала. На какой то миг воцарилась мертвая тишина и тогда Чертова Невеста, крутнувшись на месте, замерла, откинув назад голову и широко расставив ноги.
  -- Черный петух! - с придыханием закричала она. - Мы ждем тебя, Черный Петух.
   Из двери выскочила голая девушка. В одной руке она несла большого ччерного петуха, подняв его над головой и крепко удерживая за ноги. В другой сжимала нож, на лезвие которого пламя свечей отбрасывало зловешие блики. Испуганный петух хлопал крыльями и отчаянно пытался вырваться из цепких рук девонки.
  -- О, Великое Наслаждение! - Закричала Зинка - Мы приносим тебе жертву. Прими же!
   С этими словами она схватила птицу и мгновенно оторвала от петушиной тушки роскошную круглоглазую голову. Из шеи обезглавленного красавца брызнула кровь.
   Чертова Невеста быстро прошлась вдоль гудящего строя, кропя пузырящейся кровью оголенные тела. Затем схватила протянутый нож и сделала на тушке птицы глубокий надрез, запустила в петуха пальцы и вот уже две половинки несчастной жертвы оказались в руках дьяволицы. Двумя страшными, еще трепещущими в агонии кусками Зинка быстро провела по телу - от лба до колен, оставив на нем безобразные кровавые следы, вскинула растерзанное сочащееся мясо над головой.
  -- О, Великое Наслаждение, приди к нам! - задыхаясь, вскрикнула она и швырнув петушиные останки, рухнула на черное ложе, широко раскинув руки и задрав вверх полусогнутые в коленях ноги.
   Будто повинуясь неслышной команде, молодежь бросилась друг к другу. Мат, стоны и крики - все смешалось в дьявольской вакханалии.
  -- Ну что стоишь? Не видишь, она ждет тебя - указала на распластавшуюся Невесту невесть откуда появившаяся девчушка.
   Иван вздрогнул от неожиданности и крепко ухватился за рукоять. Еще бы! На него в упор смотрели глаза - один зеленый, а другой коричневый. Не сознавая что делает, Ваня рывком вытащил меч, но рубить было некого. Мадам исчезла так же внезапно, как и появилась. Исчезла и Зинка с командой. Лишь запах горевших свечей доказывал Ивану, что это ему не приснилось, не при - виделось. Хотя как знать?
   Выйдя во двор, юноша всей грудью вздохнул свежий воздух, пытаясь выбросить из головы весь этот кошмар, но неясная тревога уже прочно поселилась в его сердце. Чувствуя недоброе, он заспешил домой.
  -- Мама! Настя! - Крикнул Иван, влетая в квартиру.
  -- А что? Разве Настя не с тобой? - выглянула из кухни мать. - Сказала, что будет тебя на лавочке, у дома дожидаться. Голова у нее разболелась. Сама не своя стала. Посижу, говорит, на свежем воздухе, Ваню подожду. Ну я и подумала: и правда, пусть развеется, да и люди кругом, разве случиться дурное?
  -- Эх! Мама! - в сердцах воскликнул Иван - Нельзя ее было отпускать. Это все Мадам! Это она заставила ее выйти. Потому и меня вызвала дурацкой запиской. Ну что теперь делать? - Иван чуть не плакал. Вот ведь гадина какая, эта Мадам. Нашла чем ударить, ведьма.
  
  
  
  
  
   ГЛАВА 9
  
   Острая боль возникла где то в районе солнечного сплетения. Дошла до груди, на секунду задержалась и прочно поселилась в голове. В глазах потемнело и уже в следующую минуту возникло сильное желание разнести в дребезги, разорвать в клочья все, что находилось в комнате. Едва сдерживая в себе приступ внезап - ного бешенства, Настя пожаловалась Ваниной матушке на головную боль и устремилась к выходу, отвечая на какие то вопросы, смысл которых она даже и не понимала.
   Ноги сами собой несли ее к белым Жигулям, притулившимся у тротуара сразу за углом дома. Дверца услужливо открылась и Настя оказалась в компании трех дюжих парней. Машина тот час рванула с места и помчалась по вечернему городу.
  -- А она ничего, хорошенькая! - верзила в упор рассматривал
   Настю заблестевшими глазками. - Я бы не прочь составить ей компанию.
  -- Ну так в чем дело? - подхватил другой - выедем за город, приятно развлечемся, не правда ли, малышка?
   Услыхав эти слова, девушка только усмехнулась. Сидевший рядом расценил это по своему и обнял тяжелой рукой Настю за талию.
  -- Никаких дел, парни. Убери руки. - рявкнул сидевший за рулем. - Ты слышал, что баба сказала. - Доставить целой и невредимой.
  -- Да уж , не глухой - недовольно отодвинулся стриженый.
   Машина, ловко лавируя в густом потоке автомобилей, выбралась наконец, на автостраду и резво помчалась по шоссе.
   Иван выбежал из подьезда, метнулся туда, сюда. Нет Насти. Куда идти, где искать? В милицию? Так эти зашевелятся только дня через три, если не через месяц. К бандитам - так ведь им платить надо. А у него кроме старенького магнитофона да телевизора ни шиша. Вот кто мог бы помочь - так это Кощей Бессмертный. Только осталась его свистулька у Насти. Что ж, это хорошо. Может догадается милая, призовет Кощея, если туго придется.
   Немного успокоившись, Иван принял решение. Расспросил всевидящих подьездных бабулек, узнал про белую машину и даже номер записал - все видят да слышат "божьи одуванчики" - не в обиду про них сказано будет. И бегом к гаражам, к Горынычу за подмогой.
   Уже совсем стемнело, когда белые Жигули остановились у глухого забора, за которым раздавалось злобное рычание неожиданно взбесившегося пса. С оскаленной пастью и дыбом вставшей шерстью, он медленно отступил, когда Настю провели по дорожке в дом с закрытыми ставнями. Девушку втолкнули в небольшую комнату и заперли дверь.
   Неожиданно Насте стало легче. Боль отступила, исчезла. Вернулось обычное сознание, а вслед за ним и страх. только сейчас девушка поняла, что попала в беду. Настя бросилась к двери, подергала за ручку. заперто. Хотела было закричать, да вовремя опомнилась. Кричи, не кричи, только хуже сделаешь. Ладно! Утро вечера мудреней. Прилегла на диван, пртихла. Да неудобно лежать. Что то колет. Протянула руку, глянула: никак свистулька - подарок Ванин. Обрадовалась Настя - теперь посмотрим, чья возьмет.
   День зародился не сразу. Сначала посерело, посветлело небо. Потом где то за домом петух сыграл вторую побудку, поднимая кур с насеста. Залаял пес на одинокого прохожего. Зазолотились верхушки кудрявых сосен и наконец, ласковый лучик тронул Настю за лицо.
   Девушка живо подхватилась - Никак спала?
   Она глянула в окошко, увидела дремавшую собаку и сразу вспомнила вчерашнее. Что ж, теперь она не одна. Как это Ваня говорил?: свистни три раза и прилетит Кощей Бессмертный тебе на помощь.
  -- Как спала, Красна девица? - дверь неслышно отворилась и в комнату вошла белокурая девушка, приветливо улыбаясь. - Выспалась? Вот и славно. Это что у тебя? - заметила свистульку в руках у Насти.
   У девушки замерло сердце. Все, пропала! Она дернулась, собираясь уже засвистеть, но белокурая опередила. Вырвала из рук Насти свисток, осмотрела со всех сторон, свистнула и...вернула назад.
  -- Девчонка еще, в свистульки играешь. Бери, развлекайся, если нравится.
   Потом взяла Настю за руку:
  -- Идем, займемся делом.
   Они вошли в комнату, где уже сидели три лоботряса. На столе, среди пустых и полных бутылок, в окружении открытых консервных банок и ломтей хлеба стоял предмет, очень похожий на тот, что был у Вани. Один из троих встал и протянул Насте микрофон. Мадам села на стул и сказала:
  -- Будешь говорить все, что я тебе скажу. А иначе отдам тебя им, на потеху. Поняла?
   Настя кивнула. Как тут не понять.
   Мадам закурила сигарету, встала, прошлась по комнате и
   остановилась возле девушки:
  -- Скажешь так: Ваня! Нет. - Мадам усмехнулась - Ваня, родненький, миленький. Сделай все, что тебе скажут6 иначе я пропала. Твоя Настя." Поняла?
   Настя опять кивнула.
  -- Давай.
   Повторила Настя требуемые слова, заплакала.
  -- Не реви. Принесет Иван меч, уйдете целыми и невредимыми.
   Теперь все от твоего Ванечки зависит.
   Бандиты быстро сочинили послание Ивану, назначили место встречи, записали на кассету и вот уже заурчал мотор, повез голос Настенькин до Ивана.
   А тут и солнышко высоко встало. тепло. Тихо.
   Вышли бандиты во двор, Настю вывели и Мадам с ними.
   Шумят сосны над головой, тревожно на сердце у Насти.
   Свистульку Кащееву нащупала, крепко держит.
   Улыбается Мадам. Куда Иван денется, явится за принцессой своей.
   Прошло три часа, четыре. Нахмурилась ведьма, затревожилась.
   Срок выходит, нет известий. Уже и пять часов прошло. Нет Ивана!
   Отбросила стул Мадам, закричала:
  -- Не дождусь я видно, дружка твоего. Не нужна ты ему, дев-ка! Да мое слово крепко. Берите ее, тештесь. Ломайте ручки тоненькие, открутите головку гордую.
   Вскочил тогда один, тот, стриженый. Схватил Настю, в дом тянет. Да изловчилась та, выхватила свисток и дунула три раза.
   Что тут сделалось! Засвистел ветер, грянул гром, осыпались шишки с перепуганных сосен, пыль поднялась столбом, сорвался пес с цепи железной. Остолбенели бандюги, растерялись.
  -- Эй Иван! Пошто звал меня, отзовись? - Кощей Бессмертный во всей красе возник посреди просторного двора.
  -- Дяденька Кощей! Это я, Настя, тебя на подмогу вызвала.
   Так Иван велел -бросилась к Бессмертному Настенька.
  -- А! видел тебя в шаре своем хрустальном. Правду говоришь.
   Ну а в чем беда? Вижу - Кощей бросился вперед, закрывая Настю костлявым телом и вовремя. Сидевший бандит вскинул автомат и выпустил очередь в Бессмертного. Пули с визгом ушли в сторону, отбивая штукатурку со стены, а в следующий момент молодая голова отделилась от туловища и резво покатилась куда то в глубь двора. Стриженый бросился бежать в дом, но не успел. Неведомая сила подхватила, вскинула его выше сосен и только глухой удар возвестил о бесславной кончине искателя легкой наживы. Кощей развернулся к Мадам, но клон уже был наготове. С той и другой стороны засверкали жуткие молнии, запахло озоном. Но как говориться - нашла коса на камень. Ни бессмертный, ни клон не могли пробить защиту друг у друга.
  -- Может хватит - подала голос Мадам - померялись силами и будет. Бери девчонку да и разойдемся с миром. Может и уговорила бы хитрая ведьма Кощея, но не успела. Словно коршун, упал с неба дракон треглавый. Соскочил с того дракона Иван, выхватил меч и рубанул с плеча что было сил. Распался клон на две половинки. Потекла из него синяя дрянь, да и то чуть, чуть. На глазах сьежилась , растаяла кожа. Кончилась Мадам.
  -- Кажется успел - Иван бросился к Насте - насилу нашел.
   Спасибо Горынычу . С вечера ищем. Если бы не три головы, может ипроглядели бы. Ох! Прости Твое Могущество! Разреши поблагодарить тебя, обнять.
  -- А что! Облобызаемся! Мой юный друг!
   Обнял Кощей Ваню, попрощался с Настей, обернулся к Змею: давай, мол , со мной. Подумал, подумал Михал Горыныч и согласился.
   Василий Горыныч тоже был не против, а вот Анютка заупрямилась:
  -- Спасибо, Бессмертная душа за приглашение. Да вот только есть тут местечко одно, в горах. Озеро глубокое да прохладное. Рыбы навалом. А на пастбищах овец есть не переесть. Отлежусь, отосплюсь, а там и жди в гости.
   Ну что с ней поделаешь!
   Закрутился Кощей вихрем, поднялся выше крыши да и опять
   воротился.
  -- береги свистульку Иван, пригодится! Еще дважды смогу тебя из беды выручить, а потом не обессудь, на себя надейся.
   Поклонился Иван, поклонилась Настя.
   Будь здоров, Кощей Бессмертный! Привет от Василисы Прекрасной!
   Умчались Бессмертные Кости. Может и расслышал Ванин крик.
   Забрались Иван с Настей на Горыныча. Чтож, пора домой.
   Взлетели.
   А из соседнего дома мальчишка выбежал, глянул да как закричит:
  -- Мама! Мама! Смотри, НЛО летит.
   Такой, вот, век.
  
   ГЛАВА 10
   Великий Магирус недоумевал. Уже прошло немало дней с той поры, как он в последний раз видел своего верного клона. Похоже, произошло нечто очень серьезное, если послушная и дисциплинированная Мадам позволила себе нарушить слово, данное ему, ее повелителю. А ведь дело не терпело отсрочки.
   Еще несколько дней и планеты Галактики, куда входила и голубая Земля, выстроятся в гигантский магический символ, энергия которого долгое время будет несовместима с энергией Армагеддона. А значит и с энергией клонов. Нужно было спешить.
   Разлетелись, рассыпались по Земле клоны, самые находчивые и сообразительные. Нашли таки Ивана, доложили Великому Пастуху. А у того уже и план готов - как мечом завладеть. Решил Магирус с силой нечистой поладить. Обещал взамен за помощь бесовскую за меч острый никогда больше не вселяться, не губить души, чертями завербованные. Что ж, дело выгодное, согласилась Черная Сила. По рукам ударили.
   А у Ивана своя забота. Неловко как то перед Зинкой ему. Из - за Насти. Да и вообще. Втравил ее в неизвестно что, а сам в сторонку? Ну нет. Не в его это характере.
   Собрался он к Зинке, поговорить по душам. Настя тут как тут." Без тебя - говорит - не останусь дома, боюсь." Подумал Иван:" и правда, как бы снова беды какой не вышло?" Достал он меч, сунул в чехол от удочек, взял Настю и отправился к Зинке. Пришли, а девчонки дома нет. Ушла куда то. Одна мама Зинкина сидит, грустная, прегрустная.
  -- Не пойму, Ваня - говорит - Случилось что то с девчонкой.
   Временами такая уж ласковая, нежная бывает. А то вдруг, накатит что то . Грубой становится, злой. Дерзит всем, ругается. В кружок какой то стала ходить. Как его - сатанинский. Разве есть такой?
   Понял тут Иван. Выручать надо Зинку. Видно и правда ему тогда не померещилось.
   Великий Пастух, на этот раз в образе молодого плечистого парня, скромно сидел за маленьким столиком у самых дверей, потягивая пиво из внушительного бокала и наблюдал. Дрожка была в самом разгаре. Накаченные спиртным и прочей дрянью, юнцы вовсю топали ногами, извиваясь и дергаясь всем телом в такт большого барабана, под ревущие звуки гитар.
   " Да, нечистый свое дело знает - подумал Магирус, посматривая на скачущую толпу. - Вот это размах!"
   Внимание его привлекла молодая симпатичная девушка, которая легко взобралась на помост к музыкантам. Она подняла руку и музыка тут же стихла.
  -- Сегодня, друзья мои, вас ждет особое развлечение. -
   Неожиданно грубым мужским голосом перекрыла она общий шум.
  -- Минуту терпения. А... Вот и они - девушка глянула поверх голов.
   В дверь вошли и остановились в нерешительности парень с девушкой, крепко держась за руки. Сидевший поблизости клон удовлетворенно кивнул головой, когда увидел клонар, висевший на шее юноши. Это он, Иван - сукин сын. А в чехле, стало быть, меч, судя по размерам.
   Магирус обменялся взглядами с девушкой на помосте и медленно встал.
   Иван краем глаза увидел движение, заметил крутую фигуру и почувствовал неладное. Его рука скользнула в чехол, обхватила рукоять заветного меча...
  -- Ваня! - Раздался звонкий девичий голос со сцены. - Ва...
   Тут девушка поперхнулась, кашлянула и снова заговорила ... басом:
  -- Вот он, кого я любила, кто поклялся мне в верности.
   Смотрите! Он предал меня. Он нарушил нашу клятву! Что, по вашему, заслуживает этот человек?
  -- Смерть! - Разгоряченные алкоголем головы жаждали крови и немедленно. - Смерть! Смерти!
  -- Ты слышишь, Иван!? Вот они, судьи твои. Их воля, не моя.
  -- Неправда! Я никогда не клялся тебе в любви и верности! - громко закричал Иван. - В дружбе! Да! И сейчас не отступлю от своего слова.
   Толпа загудела, задвигалась. Зинка спрыгнула со сцены и пошла к Ивану, неся с собой могильный холод и запах сероводорода. Расступились, трезвея, парни и девушки. Задрожала Настина рука в Ваниной ладошке.
  -- Делай, как договорились - повернул голову Иван - и смотри, не отпускай меня, держи покрепче.
   Все ближе и ближе Зинка подходит. Смотрит Иван, не узнает девушку. Глаза злобные, округлились, повылазили из орбит. Рот до ушей растянулся, клыками блестит да слюной брызжет. Руки мускулистые, волосатые к горлу Ивана тянутся.
   Дрогнул хлопец, отступил. Да только Настя молодчина, не растерялась. Из сумки, что на боку висела, выхватила библию, выставила вперед и Отче Наш во весь голос заголосила. Тут и Ваня не отстал. Сотворил он крест и раз и другой и третий.
   Стало тут беса ломать. Крутит, выворачивает. Еще большая вонь пошла. Но силен чертяка. Силу святую превозмог и к Ивану подступил. Худо пришлось бы хлопцу, не будь то правое дело.
   Разлился свет серебряный в зале. Послышался Ивану голос повелительный:
  -- Не мешкай Иван. Вынь меч из ножен. Прогони беса смердя - чего.
   Словно во сне достал Ваня меч и вонзил в девичье тело. Упала Зинка, задергалась в конвульсиях, открыла рот. Пуще прежнего засмердело вокруг.
   Извиваясь змеей вымахнул изо рта дух нечистый и шасть под потолок. Огляделся и к тому, кто поближе, к парню с крутыми плечами, к Магирусу, значит. Да только просчитался.
   То ли энергия у них была несовместимая, то ли еще что, только грохнуло так, что стекла повылетали из окон. Брызнули во все стороны ошметки, отметили зевак испуганных. Смотрят зеваки: столб серебряный, прозрачный накрыл Зинку, замер. А Иван с Настей свое видят. Наклонился над лежащей девушкой Ангел Небесный, красоты необыкновенной. Провел рукой по голове, по животу и прошептал:
  -- Вот и исполнилось твое предназначение, девушка. Прими
   Благословение Отца нашего, Всемогущего. Прими Веру в Него и жизнь долгую, счастливую на Земле и в Небе. Я же незримо теперь рядом с тобой буду, всегда.
   Дрогнули ресницы, проступил румянец. Затянулась рана смертельная. Вздохнула Зинка полной грудью, глаза открыла да тут же и уснула крепким сном.
   Повернулся тогда Ангел к Ивану, протянул руку:
  -- Послужил и ты, Иван, правому делу. И тебе шлет благословение Отец наш и Насте твоей. А сейчас - верни меч небесный. Нет нужды больше сей меч на Земле держать. Место ему там, где и лежал. За морями, за горами, под дремучими усами, за закрытым ртом.
   Вложил Иван меч в ножны. Протянул небесному посланнику. Жалко вроде, только прав Ангел, не дело такое страшное оружие на Земле хранить. Всякое может случиться. да и ему спокойнее будет. Кому Иван нужен теперь? Разве что Насте да мамуле, да батяньке, который вот, вот из командировки явится.
   Столб серебряного света втянулся вверх под крышу и исчез. Сразу стало тускло и неуютно. Собравшиеся парни и девушки отчего то погрустнели, задумались. Расхотелось танцевать. Да и поздно уже было.
   Иван растолкал спящую Зинку и они втроем выбрались из душного зала. Долго шли молча, переживая каждый свое. Уже возле Зинкиного дома Зинка остановилась, протянула Насте ладошку, сказала:
  -- А ты ничего, Настя!
   Ну а дальше пошло, покатилось своим чередом. У Зинки почему то пропал удивительный дар - ее способность чувствовать ток и притягивать к рукам различные предметы. Теперь она и друзья из злополучного кружка частенько появлялись в Никольской церкви, отчего батюшка радостно потирал руки - явно светило продвижение по служебной лестнице.
   Явился, наконец, и батянька Ванин из своей бесконечной командировки. Слушал рассказ сына, смотрел на Настю, качал головой. Не верил. Да уж пришлось, когда Иван с Настей поженились. Ну а чего тянуть кота за хвост. И так было видно: не могут друг без дружки. Водой не разольешь. Всегда вместе.
   Ну так вот, поженились, значит, зажили дружно всей семьей. Да только грустит Настя. Как там дедуля ее родненький? Как без Насти управляется? Ну и поделилась с Иваном тоской - кручинушкой. Задумался хлопец, да и придумал. Пошел к отцу за помощью.
  -- Ты - говорит - папуля в командировки заграничные ездишь, паспорт особый имеешь. Уважь сына, выручи. Слетай в страну одну, к озеру глубокому. Выйди на берег да кликни Змея Горыныча. Да погромче. А как вылезет чудище треглавое, так и скажи: мол, по Ивановой просьбе потревожил. Пусть собирается в дорогу, за дедулей слетает да сюда, к нам и привезет.
   Уговорил таки, Иван родителя. Собрался тот в дорогу, за Змеем Горынычем. Прилетел в страну нужную, нашел озеро глубокое. Да и как не найти, когда и стар и млад - все знают, что в озере том чудище живет, проживает.
   Вышел папуля на берег да и кликнул Змея Горыныча. Многие тогда змея искали, да все напрасно. Не знали, ведь, как зверя зовут.
   И раз и другой крикнул батянька Ванин. Заволновалась тут вода, заходили волны. Показался из воды Змей исполинский, о трех головах.
  -- Это кто ж посмел мой сон нарушить? - грозно завертели головы по сторонам.
  -- Да я это, по просьбе сына моего, Ивана - заробел папанька.
  -- Ивана? Ну это другой разговор! - головы успокоились, затихли.
  -- просит сын, чтобы слетал ты, Змей Горыныч до деда Насти, да привез его к нам домой.
  -- Вот оно что! Сделаем. Нетрудное это дело - согласились
   Мишка да Васька. А Анютка опять закапризничала.
   Помните, дурьи головы, что дед говорил. Увидимся, мол, когда внуки будут. Есть внуки? Нет! Ну так чего зря мотаться, жир сгонять.
  -- Будут внуки - повеселел папаня. Вот привезете деда, там и внук или внучка подоспеет.
  -- Ну ладно, уговорил - вздохнула Анютка.
  
   Только, только приехал батянька домой, не успел с домочадцами словом переброситься, как слышат шум во дворе. Выглянул Иван - никак Змей пожаловал! И дедушка Настин с ним. Выбежали встречать. Рады все, а пуще всех Настя. Дед родной, живой пожаловал.
   А во дворе толпа уже собралась. Как же. Прямо к ним НЛО опустилось да с пришельцем. С тех пор и прилипло к деду прозвище - Пришелец.
  -- Ну что ж, Иван - головы обвились вокруг юноши и замерли на минутку. - Может и не придется нам больше увидеться, встретиться. Прощай и не вспоминай лихом. Отправлюсь в гости к Кощею Бессмертному. Слышал я, вроде бы баба Яга у него гостит, лечится. Полечу, навещу старых.
  -- Передавай привет обоим - Иван обнял змеиные головы. -
   От меня и Насти. От всех нас.
   Кивнул Змей, оттолкнулся от земли, взмахнул крыльями да и был таков.
   Так и зажил Иван с Настей, с мамой, папой и дедом.
   Дождался таки дед. Внучек! двойняшек! Машеньку и Дашеньку !
   А потом случилось такое!... Но это уже другая история.
  
   Конец. 16. 01. 98.
  
  
  
   37
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Кочеровский "Утопия 808"(Научная фантастика) Л.Малюдка "Конфигурация некромантки. Адептка"(Боевое фэнтези) Д.Сугралинов "Дисгардиум 4. Священная война"(Боевое фэнтези) Ю.Гусейнов "Дейдрим"(Антиутопия) А.Ригерман "Когда звезды коснутся Земли"(Научная фантастика) В.Каг "Операция "Поймать Тень""(Боевая фантастика) Н.Александр "Контакт"(Научная фантастика) Е.Белильщикова "Иной. Время древнего Пророчества."(Боевая фантастика) А.Ардова "Жена по ошибке"(Любовное фэнтези) Д.Максим "Новые маги. Друид"(Киберпанк)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"