Головина Ольга: другие произведения.

Полковник

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Дорогие любители поэзии, не проходите мимо... Представляю Вам стихи моего преподавателя музыки Буюкли Ивана Павловича. С удовольствием выполняю последнюю просьбу, выкладывая его творчество на суд людской. И от меня, немного о его жизни...

ПОЛКОВНИК
  
   Он умер от инфаркта в одиночестве, хотя и сейчас где-то в Одессе живет его дочка, отношения с которой у них были, мягко говоря, прохладные, и от чего он очень страдал. Его звали Иван Павлович Буюкли - мой преподаватель по фортепиано.
   Пять лет назад, приехав в южный городок моего детства в Одесской области на встречу одноклассников, мне непременно захотелось встретиться с ним. Сколько же я его не видела? Прикинула - похоже, 27 лет! Узнает ли?
   Но я была полна решимости. В последнее время, видимо, преодолев некий возрастной барьер, и похоронив отца, мне стало жутко необходимо общение с людьми, которых знала я и мой отец. А они как раз и были знакомы. Правда, точного адреса, я не знала. Где искать? В музыкальной школе? Бесполезно, сейчас каникулы. Пришлось идти в собес, плакаться, мол ищу своего учителя... И о, чудо!
   Служащая говорит:
   - Это, что, тот болгарин, что машины ремонтирует?
   - Видимо, да, - отвечаю ей, вспоминая, что именно на этой почве и были знакомы дорогие мне люди.
   - Так вот идите по этой улице, - она указала направление, и то ли такой-то дом, то ли такой-то, она не помнила. - Но вы его сразу узнаете, дом на двоих хозяев и машина во дворе стоит.
   Довольная я побежала искать дом Ивана Павловича. Стоял жаркий августовский день. Я хоть и была в бейсболке, но все равно приходилось прятаться в тени домов и зелени, что бы совсем уж не облиться пОтом. Ведь после долгой разлуки хотелась предстать перед преподавателем в потребном виде, не смотря на жару + 32 по Цельсию.
   Я довольно быстро пробежала квартал за кварталом, но ничего похожего на глаза не попалось. Я порылась в сумке. Холодная бутылочка коньячка, захваченная с собой, покрылась испариной. Шоколадка, купленная сдуру в такую погоду, предательски таяла на глазах. Я понимала, что меня занесло не туда, и, повернув обратно припустила шаг. Навстречу тяжело шел грузный мужчина, и я спросила, не знает ли он, где живет Иван Буюкли. Он и указал мне на недалеко находившийся дом, который я уже пробегала и не поняла, так как машины во дворе не было.
   С нескрываемым волнением подошла к калитке и нажала на звонок. Ничего.
   - Стучите в окно, - подсказал еще не далеко отошедший товарищ.
   Я настойчиво постучала по стеклу. Через минуту раздалось бряканье открывающихся дверей, и ко мне со второго этажа неспешным шагом спустился он. Я его сразу узнала. Поджарый, загорелый, с приличными остатками волос на голове, чуть поддернутыми сединой, в свои 63, он выглядел очень хорошо. Черные брови вразлет, а под ними те же большие черные глаза, словно в моем детстве с удивлением глядели на меня.
   - Вы ко мне?
   - Да, Иван Павлович, здравствуйте! - улыбаясь, я сняла бейсболку и очки.
  Он с минуту изучал меня, потом улыбнулся в ответ.
   - Ольга, - обнял он меня, - Неужели ты?
   - Да, я.
   - А я ведь видел минут десять назад, как ты пробежала. Как я рад тебя видеть! А я еще подумал, как со вкусом одета это девушка. Не узнал тебя. И симпатичной девчушки ты стала красавицей.
   Приятно было слышать комплимент. И, правда, белая бейсболка, белые летние кружевные сапожки, и шоколадного цвета разлетайка, подвязанная этническим пояском и с такой же сумочкой на плече, на фоне загорелой коже смотрелись эффектно. Надо же, подумала, мужчине за 60, а он все еще обращает внимание на девушек. Хотя чего я удивлялась? Он всегда симпатизировал женщинам, а они отвечали ему взаимностью.
   - Ну, проходи, проходи...
   Он провел меня по лестнице на второй этаж, где находилась кухня. Помещение сразу выдавало своего хозяина с потрохами. По всему было понятно, что здесь живет холостяк. Тонкий слой пыли смешанный с жиром, ровно покрывал все находившиеся там скарб. Вещи и книги не имели своих мест. Потолок от постоянного табачного дыма приобрел серо-желтый оттенок. Но меня это не смутило. Я была рада видеть, как засветились глаза от неожиданного радостного события у моего учителя, как спешно собирал на стол все, что было у него съестного.
   Я достала презент. Иван Павлович налил по рюмочке, и пошел наш неспешный разговор.
   Я вкратце рассказала, как жила все эти годы. Рассказала про работу, семью, детей. О том, что последним днем, когда я прикасалась к клавишам, был день получения диплома об окончании музыкальной школы. В общем, пианино забросила с концами. Дальше поведала о своем не долгом приезде, и конечно, о смерти папы. Иван Павлович погрустнел. Мы помянули отца, вспомнили их молодость, и разговор плавно перешел на жизнь учителя. Он тоже посетовал, что играет на инструменте крайне редко. Не до этого.
   - Пойдем, - он встал.
   Мы вышли во двор, и Иван Павлович провел меня в большую мастерскую, где и пряталась очередная ласточка, ожидавшая золотые руки мастера.
   - Вот это и занимает сейчас все мое время. Этим на жизнь и зарабатываю. Не жалуюсь, да и соседи меня уважают.
   Он как будто оправдывался.
   - А вот посмотри туда, - он указал за огород.
   Огород был небольшой, но все что нужно: томаты, лук, зелень, все вмещалось. Чуть дальше шел небольшой виноградник, ровными рядами красовались кустарники с наполненными солнцем гроздьями, а за ним вдалеке располагалось большое озеро. В безоблачный день водная гладь играла солнечными ликами, создавая волшебную искрящуюся живую массу, за которой по другую сторону берега находилось село. Вид как на ладони. Издалека оно казалось совсем игрушечным, почти сказочным. Красотища необыкновенная! Все бы стояла и любовалась... А воздух! Воздух - не надышаться! Такой сладко - горьковатый на вкус, густой, обволакивающий... Хоть на хлеб намазывай! Ностальгия кольнула острой болью в сердце. Как же я люблю эти края!
   - Вот это меня сейчас и греет, - сказал Иван Павлович, будто прочитал мои мысли.
   Мы вернулись к столу, выпили по рюмашке. Немного расслабившись, он вспомнил прошлое, которое я не могла знать. Рассказал, о том, что после нашего отъезда в музыкальную школу пришла работать молодая, красивая женщина. Супруга ее только отправили в Афганистан, и детей у них не было, муж не мог. И вот, Иван Павлович рассказывал не только сухие факты, он погрузил меня в свои воспоминания, словно прошлое вернулось, и он заново проживал свои чувства. Он вспомнил, как впервые увидел ее, как восхищался ее глазами, волосами, говорил, что его пленил ее запах. На какое-то время мне даже стало неуютно слушать эти откровения, но потом я поняла, человек музыкальный, творческий, видел красоту и тогда, и сейчас, вспоминая ее, не мог не донести до меня случившейся с ним любви. Именно так он говорил об этих отношениях. Страсть, любовь, которую он пронес через всю жизнь. Он достал брошюрку "Псковские зарисовки. Лирика"" со стихами и похвастался:
   - Мои. Наконец два года назад издали.
   Я была удивлена. Никогда в детстве не знала, что он писал стихи. Хотя тогда еще не писал. Наверняка это пришло чуть позже. Я с интересом пролистала несколько страниц, но понятное дело, что прочесть все в этой ситуации никак не могла.
   - А хочешь, я тебе ее подарю? - оживился учитель. - Правда она у меня одна осталась.
   Я глянула на тираж - 200 экземпляров. Не густо. Но дело не в количестве. Видимо, это все что он мог себе позволить. Да и те раздал по друзьям.
   - Я найду еще одну, и вышлю ее тебе, - загорелся он.
   - Хорошо Иван Павлович, - я оставила адрес. - А не думали вы, для большей аудитории выложить стихи в интернет?
   Он задумался.
   - Да, было бы не плохо.
   - Ну, так давайте я вам в этом помогу. Мне не составит большого труда перепечатать стихи и выложить на каком-нибудь творческом сайте. И люди увидят, и вам приятно.
   На том и порешили. Немного забегая вперед расскажу, что через полтора года получила почтовое отправление, почему-то без обратного адреса, и долго думала, кто же сто мне прислал, пока не получила конверт с брошюркой, а в ней личная запись:"Ольге К. на память от Ивана Б. Я счастлив, что ты меня помнишь... И я тебя тоже, ты была не похожа на других детей, ... конечно, жаль, что твоя своенравная натура решила вопрос так, как... решила. Я всегда рад тебя видеть у себя дома" (пунктуация сохранена). Тут я и вспомнила о своем обещании, и с удовольствием выполняю. Вот, что он о себе писал:
   Родился я в Бессарабии, в селе Чийшия, в переводе - Росистая долина, нынче Огородное, Болградского р-на. Но тогда, под конец войны все было по-другому. 1944 год, 15 апреля, суббота перед Пасхой.
   А так же он увлекался гороскопом. При встрече не забыл уточнить мой знак по Зодиаку, и, получив ответ, что я - Весы, стал с увлечением рассказывать, что вот почему нам с ним так легко общается. Он - Овен, я - Весы, наши отношения в гороскопе начертаны, как теплые и дружеские. Спорить с ним не стала. Возможно, так оно и есть. ( авт. Далее, слова из брошюры будут выделены курсивом)
   Звезда Марс встретила меня и вдохнула в меня упрямство и волю. Две семьи немцев жили в нашем доме, они причастны к моему крещению, видимо они вдохнули в меня дисциплинированность и трудолюбие... Мы дети войны, карабкались, как могли через голод, холод, вопреки завистникам и ненавистникам.
   На нашей встрече он поделился одним своим секретом, секретом своего рождения. Иван никогда не знал своего отца. Но даже на смертном одре мать не призналась Ивану, что отец это и был один из немецких офицеров. Он догадывался об этом по слухам, сопровождавшим его всю жизнь. Вот и я вспоминаю учителя педантичным, пунктуальным, дисциплинированным человеком. Как он сам говорил, что это стандартный набор характеристик настоящих арийцев. Не то что бы он гордился этим. Просто констатировал факт. А вот чем он гордился по настоящему:
  
  Застольная
  Ей, миряне за столом
  Давайте нынче песню вместе запоем.
  Да не ту, что сердце гложет словно нож
  Я еще поверьте, хоть на что-то гож.
  Спойте мне такую, чтобы сердце в жар
  Песню молодую, про любовь - пожар.
  Чтобы сердце в сплаве, с чистою душой.
  Жизнь могло исправить от беды большой.
  
  Ну так спойте братцы, спойте чтоб не жаль
  Только чтобы вкратце. Только чтоб не в даль
  Я люблю попроще, так оно верней,
  Я не жду по почте белых "журавлей",
  
  Пойте братцы, пойте. Чтобы сердцу в блажь
  В нынешней попойке, я пожалуй Ваш.
  
  На тему г. Одесса
  Лунной ночью соловей
  Подруге преданной своей,
  Выводит трели до утра
  Не зная отдыха и сна.
  
  Радости мои
  У меня свои заботы
  У меня мечты свои
  В час свободной от работы
  Я пишу свои стихи.
  
  Боб всем, что наболело
  И о радости порой
  Да о том, что снова дело
  Увлекло меня собой.
  
  И нет времени для скуки
  Занят делом каждый час.
  От работы ноют руки
  И грубеет вдруг матрац.
  
  А на утро снова дело
  И другой уж интерес
  И дела, дела всецело
  Получают перевес
  
  И урывками, пожалуй,
  Я пишу свои стихи,
  От стиха, до строчки малой
  Это радости мои.
  
  Россия
  1970-й. День настал.
  За круглой датой кипит в мартенах сталь
  Снуют машины, крутятся турбины сотен ГЭС
  Нам не до кручины, мы в самой пучине.
  Выводим в ширь небе "Даешь прогресс!"
  Разинув рты глядят словно в облако из червона золота...
  Бьют в набат Америка и прочие штаты,
  А иные политики вместо блина жуют цитаты,
  От света красного жмурится прочая дрянь,
  Которой снится колосистая Кубань.
  Россия!!! Родина!!! Возраст в шестьдесят...
  Молодость твою нельзя измерить и объять,
  Эту Родину как гром весенний
  В октябре провозгласил товарищ Ленин.
  
  Родина
  Горжусь я твоими успехами,
  Родина, веришь ли мне?
  Гордо шагами-веками
  Идешь ты по этой Земле.
  
  Руки небрежно вскинула,
  Словно в игре в Бадминтон,
  Шарик - спутник подкинула
  Видно в семье Скорпион.
  
  Люди гордятся той смелости,
  Правды боятся враги
  Обе взрастились до спелости
  У нашей земли на груди.
  
  Славься ты, Родина милая
  Скромностью и добротой.
  Все мы и всеми силами
  Единой связались судьбой.
  
  Наши колени не шаткие,
  Шаг наш в землю врос
  Хоть мы простые штатские
  Враг, свои шуточки брось.
  Родина кровью измерила
  Каждую пядь земли,
  Любая пусть прыгнет империя
  Сядет на наши штыки.
  
  Ключики
  Чем же мы лучше Америки?!
  Каждый день чередой,
  Ходят, простите, холерики
  Нескончаемой чередой.
  
  Дай ми копейки за ключики,
  Что на почтовом ящичке
  А иные, пожалуй, хлюпики
  Требуют рубль по справочке.
  
  А следом за ними финансовый
  Ходит народ по городу
  День выбирая авансовый
  Бреет народу бороду.
  
  "Мотыгой ты землю вспахивал?
  С тебя удержать мне велено..."
  Какой-то бумажкой помахивал,
  но не декретом Ленина.
  
  Так ведь уплатили пожизненно
  Деды своими жизнями,
  Чтоб согласно декретам
  Все принадлежало детям.
  
  "Тебя бы к ногтю за политику!"
  Взвыл на прощанье "пижон"
  Наверно, подобно критику
  Слушать повсюду должен.
  
  О Бессарабия
  О Бессарабия, мне снились
  Твои сады, твои поля...
  Когда черты родные скрылись
  За горизонтом... И грустя
  
  Я много лет в краю далеком
  Мечтал увидеть отчий дом
  Хоть на секунду, грустным оком,
  Спросить хотел о том, о сем...
  
  Акаций белых снился запах,
  Садов сиреневый туман,
  Поля украшенные в маках
  И в сизой дымке караван...
  
  Идущий к солнцу по полям,
  Прохладой утренней вдыхая,
  Сердечно кланяясь лугам
  И птицам крыльями махая
  
  Мне снилась ты, земля моя
  Природы чудное творенье.
  Судьба не легкая твоя
  Моею стала с дня рожденья.
  
  И где б я ни был, я твое
  Могу, с чуть смуглыми чертами,
  Простое, доброе лицо,
  Узнать с закрытыми глазами.
  
  Удачам радуясь твоим
  Я горд, что мы с тобой
  В предверьи нового стоим
  Единой связаны судьбой.
  
   Но по Маяковскому "в нашей буче, боевой кипучей и того лучше..."
  
  Пришли мы из крестьян
  Владимир Ильич, в Ваш стан
  Пришли мы из крестьян.
  Взяв охапку сена для лежанок
  Ушли мы из своих мазанок.
  
  Вперив глаза в бесконечность,
  не разбирая трудных и легких дорог,
  Забывая, кто болен и кто продрог
  Крошки в рот, бросая на ходу
  Шли мы сквозь болото и пургу.
  
  Грозили нам на "Поворотах",
  Грозили нам из-под ворот...
  И за участье в красных ротах,
  Свинец кипящий или в рот.
  
  Но мы все шли, упрямо стиснув зубы
  Слилась рука с клинком в единый "сплав",
  Когда нас в бой последний звали трубы,
  Мы умирали гордо у застав.
  
  Мы шли, чтоб вечность обрести,
  Чтоб жизнь была прочней и краше,
  Чтоб дети наши жили и росли
  Счастливо на планете нашей.
  
   Только получив брошюрку и прочитав стихи, я узнала, что молодость Иван Павлович провел в Пскове, где учился в музыкальном училище. Он был бессменно рад этому обстоятельству, и как любой молодой человек, вскоре, конечно же, влюбился... Это ж надо, словно красной нитью этот город вплетался через всю его жизнь. И как красиво он воспевал его...
   В краю рек и озер, в сравнительной близости от моря возник в 903 году Псков - боевой форпост на северо-западе Руси. Очаровательный, открытый, населенный людьми добрыми с чистыми сердцами, город. Этот край называют "солнечный скобаристан", т.к. в Петровские годы псковичи делали скобы для кораблей. Река Великая, гордая и своенравная, разделяет город на две части. Не далеко находится музыкальное училище им. Н. А. Римского-Корсакова, оно словно заглядывает в Великую.
  
  Березоньки
  Кругом поля, поля заснежены
  И всё Россия без конца.
  Стоят березоньки изнежены
  Босые в мерзлые снега.
  
  Им сказки снятся не рассказаны,
  И песни дивные весны.
  К весне им платьица заказаны,
  на их нагие белизны.
  
  А в зимний день, у колыбели
  Поет им вьюга песнь свою
  Слова той песни у-ле-те-ли
  На крыльях вьюги, в синеву.
   Вернулся в Псков, он стал мне родным и близким. Что-то перекликалось с пионерской организацией, с той чистотой и искренностью. Я попал в среду, где стал "наш Ваня", наш "болгарин". В меня верили, и я не подводил.
   Фортепиано, теория, гармония, история музыки - это для меня неубранное поле, куда я зарылся с головой. Я старался не подвести.
   Хотя я вернулся, чтобы поступить в институт им. Кирова, но меня перехватили учителя Псковского музыкального училища. И закружилась в карусели жизнь младая...
  Здравствуй мать!
  Я расписываюсь по всей стране
  От Балтийского до Черного, как по стене
  Черкнем длиной в сутки и точка...
  А там выскочим да и потянем
  хвостик росписи той прямой в Дунай голубой.
  Не то "мир", но то "пир", не то пыль столбом
  Поезд твой царапнет да и ткнется лбом
  О платформу Одессы - матери.
  Стоп! Приехали! А теперь на пальчиках - ножках
  Пущай тянет хвостик росписи той
  В этот самый Дунай - голубой.
  
  Поезд встать как супостат, тупее некуда.
  А мне куда? Молчит тупорылое чудо,
  Хоть ты ему в рыло, хоть т ему блюдо!...
  Он и глазом не моргнет...
  
  Ну что ж, придется мне как скоморох
  Подтянуть брючину, ибо живот пучит,
  От дальнего пути!
  Ударить пяткой об асфальт площадки,
  И в зубы папиросу из пыли.
  
  Здравствуй, "матка моя - Бессарабская",
  Принимай своего псковича - болгарина.
  Не зря мою подпись на всю страну
  Выписал карандаш - поезд.
  Это я к тебе кормилица - мать
  Спешу... сквозь годы, сквозь века!
  Так здравствуй же,
   Здравствуй мать моя.
   Он пиcал: "Я счастлив от того, что я жил при социализме, когда мы получали бесплатное образование, нам платили стипендию. Это была наша страна, наша Родина - СССР."
  Энтузиасты
  На вокзалах нам не спится,
  На вокзалах не видится,
  И не любим долго ждать,
  Хоть мы вынуждены,
  Хоть мы высажены, Но ведь нас не обуздать.
  Все равно где мы сидим
  дно ли это, иль Одесса,
  Видим мы в мечтах "Экспрессы"
  И удобны и просты....
  Ведь о нас кричат газеты - "энтузиасты"!
  Кто мы толком? Энтузиасты?!
  Видно сразу не поймем...
  Если вы довольно крепки,
  Не сотрут вас в порошок...
  Это видно чудо... только пуговицам будет худо.
  Да уж вы, не огорчайтесь,
  И толкайтесь не стесняйтесь,
  Ибо вам придется сутки,
  А вполне возможно двое
  Быть в мечтах на "Экспрессе"...
  
  Студенты
  Скрючившись, съежившись,
  Идут по городу студенты,
  Брючки где широки, где узки, а толку?
  Зима знай донимает
  Им бы студентам, да на колбасную полку!!!
  Да потеплее чего?! Ох бы!
  Тогда бы молодежь бы, пошла бы.
  
  А пока поплясывай да посасывай едкую махру.
  Толку - то от этого, под ребром сосет,
  И метель по улице жалобно поет.
  Не кручинься папенька, велика ль беда,
  Что на нервы действует, то мы опровергнем
  И гораздо счастливей кажется судьба.
  Дождь
  Холодный дождь стучит в окно
  Ему наверно все равно,
  Что рядом нет тебя со мной
  Он льет, холодный и хмельной.
  
  И ветер злобно так свистит,
  Стекло промерзшее гудит,
  Как будто сердце от беды
  У незадачливой судьбы.
  
  Человек
  Я славлю мир,
  Сей мир безбрежный
  Словами доброго певца
  И в дар певцу
  Как было прежде
  Несут лаврового венца.
  
  Но нет, не надо венца мне славы
  Я лучше выйду на простор,
  И шум лесов, и шум дубравы,
  В тиши прочтут мне приговор.
  И сей закон, законов выше
  Его придумала Земля
  А человек?! Он мог не слышать
  Как звали доброго певца.
  
  И презирая неудачи
  Иду я гордо по Земле,
  Пускай там сплетники судачат
  Что надо б мне висеть в петле!!!
  
  
  Я человек. И все законы
  Смогу постичь своим умом,
  И даже сплетников знакомых
  Я отправил бы в дурдом.
  
  Чтоб было чище во вселенной,
  Чтоб мир искрился синевой,
  И чтоб улыбкой той надменной,
  не повстречал бы люд земной...
  
  И жизнь тогда, конечно краше,
  Собой заполнит каждый дом
  И человек планеты нашей,
  Вас встретит радостью, добром.
  
   После учебы Иван вернулся в свой городок, где и работал в музыкальной школе.
   Я шла домой и никак не могла вспомнить нашу с Иваном Павловичем первую встречу. И почему детская память такая избирательная? Скорее всего, это было в музыкальном классе. Ему чуть за 35, мне около 7 лет. В то время он казался мен зрелым мужчиной, и от него почему-то всегда пахло чесноком. Но меня это не раздражало. Помню, что он очень любил детей, да и ко мне всегда был учтив, терпелив и добр.
  
   Болград... Музыкальная школа - теория - фортепиано - теория - закружилась жизни карусель на целых 28 лет.
   Дети - это моя радость, это мое счастье, это движущая сила, которая помогла мне выстоять, выжить. С чего началось, тем и заканчивается.
  Первоклассники
  Звенит звонок, звонок веселый,
  Сей дивный, тенор - соловей,
  Над нашей милой, доброй школой
  Сентябрь встречая у дверей.
  
  Улыбкой радостной на лицах
  Запрыгал он у малышей,
  И будто сон им добрый снится
  Под песни милых матерей.
  
  Загадкой радостной им школа
   Пожалуй кажется сейчас,
  И сей звонок, звонок веселый
  Искрится радостью в глазах.
  
  И первый час за школьной партой
  Звонок веселый у двери
  Для них послужит первым стартом
  В познанье тайн родной земли.
  
  Дивный дождь
  Дождик брызнул озорной
  По кустам, по мостовой
  И прохлада из окна
  Приглашает нас... туда
  Где росинки на траве
  Заблестели на заре
  Где от радости с утра
  Зашумела вдруг листва.
  А веселый гомон птиц
  Сон согнал с уставших лиц...
  И со смехом детвора
  Побежала со двора...
  
  Все быстрей, быстрей туда
  Где блестит в траве роса,
  Где веселый солнца луч
  Соскользнул с высоких круч
  И прохладу над рекой
  Вмиг согнал своей рукой.
  И на лицах у детей он запрыгал... и звонче
  В этой утренней тиши
  Зашумели камыши...
  
  Ну, а дождь свой дивный зонт
  Уж унес за горизонт
  Чтобы сон с усталых лиц,
  Чтобы пыль с уснувших птиц,
  Смыть пред утренней зарей
  Дух, бодрящею росой.
  
  Сказка
  Пушкин, деда Пушкин!
  Ну, давай, с тебя начнем,
  Вскинем ушки на макушки
  Сказку старую прочтем.
  
  Может кот еще ученый
  Ходит по цепи кругом?
  Мы за ним неугомонно
  Замурлычим, запоем...
  
  Стало вдруг уютно в доме,
  Наступила тишина.
  Дети взялись на картоне
  Рисовать того кота.
  
  Тут и дуб, и ель златая
  Кот не кот, зато усы!!!
  Все пыхтят, труда стилая
  Косо глядя на часы.
  
  Все! Пробило. Время детки!
  Кто с улыбкой, кто грустя
  "Хвост забыл...". "А я про ветки..."
  Горячится ребятня.
  
  Ну, а Пушкин в это время
  К Лукоморью держит путь,
  Ноги влиты в злато стремя
  Торопя коня чуть-чуть.
  
  Вот конец той сказки старой,
  Спать пора, пора в постель
  В руки мать берет гитару
  И поет им колыбель.
  
   "Алли-луя"
  Есенин, милый мой,
  Ты прав! Судьба - паскуда
  Игру затеяла со мной,
  Но я держусь покуда.
  
  Надолго ль хватит сил?
  Откуда знать мне это.
  Давно б тебя спросил
  Да ты все родишь где-то.
  
  И может быть давно
  Я б смог угомониться
  И до меня б дошло
  Что мне пора напиться.
  
  Я многое спросить
  Понять тебя хочу я,
  Как мог ты так рубить
   Рифмуя "алли-луя".
  
  Но нет и нет тебя
   Неужто, ты простился
  С сей жизнью навсегда?
  Иль другой польстился?
  
  В минуту острой боли
  Я тороплюсь к тебе...
  Но мне от злой то доли
  Не спрятаться нигде.
  
  Мне жаль, что нет тебя.
  Ты, знаю, парень славный,
  Как жить? Ответь, любя...
  Вопрос сей самый важный.
   Но пока вернемся в тот жаркий вечер. Иван Павлович страстно рассказывал о любовных встречах, о том, что в один прегрустный момент он понял, что же от него нужно было этой красавице. А всего лишь его семя. А почему нет? Статный, молодой, здоровый, с иссиня черными волосами и черными глазами, как бы сейчас сказали, настоящий полковник, правда, на болгарский манер. Позже, она напрямую попросила помочь ей в зачатии ребенка. И он не смог ей отказать.
  
  Синева
  Мне бы выспаться, мне бы высмеяться
  Над всеми штучками, который зовутся шуточками
  Как тебя не брани, как тебя не кори
  Все без толку, ходят кривотолки в твоем мозгу.
  
  Мне бы книжки с полок
  В кучу сбросить бы в одну
  Да покопаться! Наверно долог
  Путь в прекрасную страну?
  
  Какова она на самом деле?
  И была ли на Земле доселе?
  Эта самая счастливая любовь?
  Нет. Подожди, постой...
  Зачем на самой деле мне кипа книг?
  Мне кажется, твой взор немного сник...
  Твои глаза синее синих рек,
  И неба синевы...
  И хоть нужны они,
   Но ты нужнее с синевою, со своею...
  
  Мне бы выспаться, мне бы высмеяться...
  Но только не до сна мне.
  Синева твоя надо мною высмеялась
  Может быть простая,
  Может быть такая,
  Может быть бывает первая любовь.
  
  Есть любовь на земле
  Есть любовь на земле... есть,
  Если ты в этом мире есть
  Если глаза твои, словно звезды в дали,
  Горят, горят, всю ночь
  Припев:
  А звезды как росы, а росы как слезы
  А слезы в глазах от печали большой
  
  Есть любовь на земле... есть
  Если звезд нам с тобой не счесть
  Если сквозь дни разлук
  Сердце трепетно вдруг стучит, стучит в груди.
  Припев: (тот же)
  
  Пусть опять дни летят... пусть,
  Виноваты не мы, а грусть
  Будут глаза твои словно звезды в дали
  Гореть, гореть всю ночь.
  Припев: (тот же)
  
  Осенняя песня
  Листья шуршат по осенней земле,
  Небо нахмурилось в облачной мгле,
  Осенней порою, в конце октября,
  Впервые я встретил тебя.
  
  Ветер ликующий в лоб меня бил
  Видно за то, что тебя полюбил
  А может за трепет твоих карих глаз,
  Который в душе не угас.
  Припев:
  Осенний ветер срывает листву,
  И кружева листьев несет в синеву.
  Осенний ветер приносит тоску,
  И в память сердца улыбку твою.
  
  Если не встречу я больше тебя,
  Если уеду в другие края
  В осеннюю пору, в конце октября,
  Твои мне приснятся глаза.
  
  Если не встретимся мы никогда,
  Если с тобою случится беда
  Другом тебе будет песнь чудака,
  Осенняя песня моя.
  
  Мне снится улыбка твоя
  На этой огромной планете
  Есть много хороших девчат
  Но лишь о тебе на рассвете
  Составы тревожно кричат.
  Припев:
   Ты... только лишь ты
  В сердце моем
  Лишь об одном все мои слова
  Ты только лишь ты.
  
  Встречал я рассвет, за рассветом
  Но только тебя не видать
  Быть может сумеют об этом
  Тебе поезда рассказать.
  Припев: (тот же)
  
  На нашем, прекрасном Дунае
  Мне снилась улыбка твоя
  Сегодня, об этом не зная,
  Несут меня в даль поезда.
  
  Расстояния в тысячи
  Я говорю тебе: "Здравствуй..." на расстоянии в тысячи.
  Я говорю тебе: "Здравствуй..." и ты близка.
  Разве могут тысяча километров удержать мысль?
  Разве могут тысяча километров удержать желаний? Нет
  И опять живая в мыслях, а ведь до тебя тысячи...
  Но мысль пронзает столетия...
  Тысяча километров это лишь шаг...
  
  Когда бурля, сквозь дали вонзает мысль в твой взгляд,
  А что такое тысяча километров?
  Это свежий след, последних встреч.
  А что такое тысяча?
  Это ничего, коль в памяти твое лицо.
  
  Я кричу сквозь тысячи: "Здравствуй, здравствуй!"
  Не ищи меня взглядом рядом
  А сквозь тысячи, тысячи...
  Во имя счастья пройденных верст.
  
  Незнакомка
  Поезд Одесса - Мигаево
  Твои глаза, как небо, серые
  А улыбка - что весна
  Губы нежные да спелые
   И душа теплом полна.
  
  Что боишься, улыбаючись!
  Я ловлю твой взгляд, любя
  И неловко, спотыкаючись,
  Не беги ты от меня.
  Ты права
  Может я тебя выдумал?
  Может не было в мире тебя?
  Словно месяц все мозги мне выплакал,
  Что никак не пойму себя.
  
  Кто-то в окна глаза твои выставил,
  Может леший торчит с топором
  Я бы с радостью стекла все высадил
  Не ходи постовой под окном.
  
  Мне мерещатся в зеркале дьяволы,
  Или может схожу я с ума?!
  Только мне на прощание надо бы
  Хоть мельком, да взглянуть на тебя.
  
  Я не жду расставания слезного,
  Ты, родная, права как всегда
  Скоро с неба ночного и звездного
  Упадет небольшая звезда.
  
  И в падении, пусть незамеченном,
  Вдруг разбудит пространственный мрак
  В этом мире большом искалеченном,
  Жил простой и веселый чудак.
  
  Спетая песня
  Жизнь моя - песня спетая,
  Отшумелась ты, оттрезвонилась
  Ты, судьба - зима белая,
  Злой метелицей, заметелилась.
  Позавяли все цветы белые...,
  И на юг летят журавли,
  Жизнь моя, ты не спелая
  Вслед за ними улети.
  Может в дали те, дали дальние
  Вдруг найдешь себе покой
  И глаза моя, глаза печальные,
  Теплотой ты успокой.
  
  Знакомая
  Я вглядываюсь в прошлое...
  Боже мой, рукой подать -
  И вечер тот и тот автобус
  И чей-то любопытный взгляд.
  
  А там, с девчонкой белокурой
  Явился я как ученик,
  Перед учительницей хмурой,
  И перед взглядом этим сник.
  
  Сестренка ваша?! Иль как?
  Спросила ты... Нет, нет, нет
  Моя знакомая... случайно... так,
  Зовут Галчонком.. десять лет!!!
  
  О Боже, ты же смертная простая,
  Тогда откуда взгляд такой?
  Приворожила, и вздыхая,
  Шепчу я вслед тебе... постой.
  
  Другие веруют в виденье,
  А я в магию глаз твоих
  И в жизни, словно приведенье,
  На всех дорогах ты стоишь.
  
  Тебе хоть раз заснуть бы у порога,
  И обо мне хоть чуточку забыть
  Тогда б не снилась дальняя дорога,
  И по тебе я перестал бы выть.
  
  Забыл бы я твой край холодный,
  Горящий взгляд и гордый нрав.
  Бежал бы я, как волк колодный,
  От злобы стадо передрав.
  
  Не нет. Прощай. И все на ветер
  Мои признанья, образ твой...
  Пусть будет счастлив, кто приметил
  И отогрел меня собой.
  
  
  Я люблю тебя
  
  Искорежили, измяли,
  Весь в подтеках, в синяках
  Не пора ли, не пора ли,
  Плыть к могиле на руках.
  
  Но еще, еще так рано!!!
  Я не видел белый свет
  На душе большая рана
  И увядший белый цвет...
  
  Разорвется грудь от боли
  Научил бы кто рыдать.
  Видно мне от злой то доли
  Век бедняги не удрать.
  
  Раз прожили, только что нам
  Надо три, а там свалить...
  По неписанным законам
  Продолжаю мертвым жить.
  
  "Я люблю тебя"... и станет
  Весь тот внутренний тот строй.
  Напевать тебе, что стонет
  Парень, с взорванной душой.
  
  Но с последним, с поддыханьем
  Я спешу к тебе, спешу
  И взволнованный свиданьем,
  Посмотрю и... промолчу.
  
  
  Звонок
  
  Набрал я снова номер твой,
  Но мне в ответ гудок глухой
  В десятый раз одну и ту
  Заводит песенку свою.
  
  И вторит ей тревожно чуть
  Моя взволнованная грудь,
  А голос твой молчит пока
  Забыв наверно чудака.
  
  Забыв совсем за суетой,
  Что друг с изломанной душой
  Тревожно ждет, что трубку вдруг
  Поднимет чуткий, добрый друг.
  
  
  Кот
  
  Его ревнуя понемножку,
  Ему завидуя слегка
  забыв о том, что это кошка
  Его я мыслю за врага.
  
   Ему завидуя немножко
  А может больше, чем когда
  За то, что он касаясь ножки
  Тебя ласкает без конца.
  
  Каков подлец! О, боже правый,
  Откормлен, вымыт до бела,
  Поспит на левый бок, на правый
  А рядом вся твоя нога.
  
  Я к кошкам в жизни не терпимый,
  Но кошкой с радостью бы стал
  Чтоб подле ног моей любимой
  Мурлыкал, пел и ворковал.
  
  
  Жизнь
  
  Я люблю ее за то,
  Что одинока и верна,
  Я люблю ее за то,
  Что прямо скажет не тая...
  За то, что не соврет,
  А в трудный час не подведет.
  
  Люблю за то, что вся в меня
  Открытая, прямая для добрых и плохих
  А ей все лгут, безбожно лгут
  Крича и проклиная...
  
  Но хочется... как хочется кому-то верить,
  Чтоб было для кого открыть входные двери.
  Как хочется любить и чувствовать любовь,
  Такой широкой как весной река,
  Со всеми шумными ручьями, не беда
  Пусть всегда такою будет.
  
  Люблю я за доверчивость и нежность
  За суровую, но искреннюю верность
  За то, что так верна с начала до конца.
  За то, что обыграть ее не могут
  Но тот кто любит, тому верна и предана она.
  
  
  Я встретил Вас
  
  Я встретил Вас совсем случайно,
  Случайно голос слышал я...
  И будто вдруг открылась тайна
  Сбылась то воля мудреца.
  
  Тогда я слушал и не слышал...
  Ушли из памяти слова,
  Смешно мне было, как картины
  Моей вдруг жизни рисовал
  Словами дед: "и взгляд тот синий
  Тебя к себе вдруг приковал..."
  
  Как будто прошлое в рассказе
  Звучало в голосе его
  И ворожил он в медной тазе,
  Где были гречка и пшено.
  
  С тех пор ищу я взгляд тот синий
  В людском потоке, как в реке...
  И доброта трамвайных линий
  Не помогла моей беде.
  
  Изъездил все: деревни, села
  Нигде глаза те не нашел
  Лишь взгляд на миг ласкал веселый
  И снова в поиски я шел.
  
  И вот я встретил Вас случайно
   И речь покинула меня,
  Мечтал о встрече видно тайной,
  А встретил Вас средь бела дня.
  
  
  Твоя рука
  
  Зачем стыдишься ты себя?
  Порыва чувств, того тепла,
  Что бьет из самой глубины?
  Зачем мы сдерживать должны?
  
  Ведь вижу я в движении рук,
  Хоть я не твой еще супруг
  Что ты соскучилась давно
  (И в том признаться не грешно)
  по теплоте и ласке той,
  Что дарит редко нам с тобой
  Скупая барышня - судьба.
  
  Хочу я мир ладоней сих
  Ладоней ласковых твоих
  Свободно к сердцу приложить,
  Чтоб душу всю испепелить,
  Чтоб в повседневной суете
  Не мог забытья о тебе,
  Чтоб сила нежности, тепла,
  Меня всегда к тебе влекла.
  Зачем желания судьбы
  Ты хочешь вдруг похоронить?!
  Не дать им вырасти и жить?!
  
  Быть может я не прав порой
  Быть может груб сейчас с тобой,
  Но грубость ту сожжет дотла
  Теплом своим твоя рука.
  
  
  Сероглазая моя
  
  Замела метель судьбу, запорошила
  Я пришел в судьбу твою, да не прошено
  Заманила ты меня сероглазая
  И не смог понять себя, видно, сразу я.
  Загорелись чувства вдруг, заискрились
  Сотни бывших мне подруг зло скривились.
  И беда за мною вновь закуралесила
  Лучше пусть она без слов меня б повесила,
  Но забыл я о беде, и от радости
  Снова я спешу к тебе, моей сладости.
  Сероглазая моя - радость сладкая
  Молодость гордая твоя - радость краткая
  Замела метель судьбу, запорошила
  Я опять к тебе иду, да не прошено.
  
  
  О ней пишу, о ней тоскую
  
  Напрасно шутишь, ты Татьяна,
  Тебе ведь шутки не к лицу,
  Твои черты сурово, прямо
  Могли сказать по существу.
  
  Зачем тебе вникать в интриги,
  Не зная в принципе меня?
  А если хочешь, ты уж вникни,
  Шутить тебе со мной нельзя.
  
  Уж если в обществе "Гарема",
  Где женщин трудно перечесть
  Меня бы мучила проблема
  Тебя я смел бы предпочесть.
  
  Но... Другой я кстати опечален,
  Другая душу гложет мне,
  Мой взор печально затуманен,
  От грусти мне не по себе.
  
  К другим ее я не ревную
  В душе ревнивца места нет.
  О ней пишу, о ней тоску.
  Встречая утренний рассвет.
  
  Звоню, волнуюсь ожидая,
  Когда на стыке проводов
  Услышу голос... и теряясь
  Шепчу невнятно пару слов.
  
  И сердце, словно телефонный
  Пискливо-ноющий гудок
  Стучит в груди неугомонно,
  И рвется в трубку, в проводок.
  
  Но там одна тоска сплошная
  И мертвый узел проводов
  И я в отчаянии роняю
  В пустыню трубки горечь слов.
  
  
  Покоя нет
  
  Что в этой жизни происходит?!
  Забыл я возраст свой, хоть сед,
  Покоя нет. Душа трепещет
  И буйно кровь стучит в висок
  Я силы чувствую приток.
  
  Повсюду дух любви витает
  Бурлит сознание тобой
  Тебя завидев сердце тает,
  А нет, изводится тоской.
  
  Что стало вдруг, скажи со мной?!
  Где гордость бывшая моя?
  Что женщин быстро отвергала,
  Что вдруг, скажи, со мною стало?!
  
  Как лошадь, чуя водопой
  Готов бежать я за тобой
  Душа от чувств, как знойный день...
  К твоим глазам - прохлады тень
  Касаясь нежностью дыша,
  Мне кажется, что вечность я
   Все пью и пью из этого ручья...
  
  Нет сил, усталостью дышу,
  Но душу гложет жажда вновь.
  И снова я прильнуть готов
  К ручью прохладному сему
  К твоим губам, к глазам твоим,
  К родному, милому лицу...
  
  Прости. Забыл слова любви,
  Мой милый, добрый человек
  Передо мной глаза. Глаза твои
  И... мной украденный портрет.
  
  
  Крик сердца
  
  Я жду терпеливо у провода,
  Я меряю шагом час,
  А он без всякого повода
  Полдня разлучает нас.
  
  Сижу терпеливо у стоечки
  Встаю и по новой сажусь,
  И все объявления до точечки
  Я выучил чуть не наизусть.
  
  Мне голос услышать твой хочется,
  Мне хочется слышать твой смех.
  Ну что же он, этакой топчется
  Меня оскорбляя при всех.
  
  Шипит телефонная линия
  И ветер гудит в проводах
  И трубочка цвета синего
  Застыла в моих руках.
  
  А сердце тревожно охает
   Как будто помочь я могу
  Ему помогая вздохами
   Его разделяя беду.
  
  Но нету гудка и любимого
  Голоса тоже нет,
  Ведь это предел допустимого
  Мой милый, родной человек.
  
  Я жду терпеливо у провода
  С надеждой в последний миг,
  Что ты среди треска и шороха
   Услышишь сердца мой крик
  
  
  Глаза
  
  Вечерний город в карусели
  Кружит неистово меня
  В лицо февральские метели
  метет капризная зима.
  
  В глазах рябит, народу много
  А я ищу твои глаза,
  Ты же знаешь я того... немного
  Излишни, в общем, здесь слова.
  
  И все ищу, ищу упрямо
  И все мне кажется вот-вот
  Тебя увижу, как ни странно
  Лишь стоит сделать поворот.
  
  Мелькают улицы, машины,
  Мигает желтый, красный свет,
  Тобой, как жаждою томимый
  Я вынимаю твой портрет.
  
  Украдкой глядя на прохожих,
  Ревнуя у облаку тебя
  Читаю заповеди божьи
  И возношусь в твоих глазах.
  
  Родные, милые до боли,
  Спокойно смотрят на меня,
  И мне иной не нужно доли
  Мне хватит той, что ты дала.
  
  
  Пурга
  
  Ты прости мне, дорогая.
  За пургу и за метель,
  И что вдруг прости, такая
  Закружилась карусель.
  
  Я без умысла, поверь мне
  Встречи жду с тобой всегда.
  Даже если в карусели
  Радость кружит не всегда.
  
  Я без лжи и без подвоха
  Сам затеял разговор
  До последнего. До вдоха
  С непонятных давних пор.
  
  О тебе поют метели,
  О тебе поет пурга,
  Вихрем чувства в карусели
  Закружила вновь судьба.
  
  Но я крепче стал на ногу
  Я готов весь мир обнять
  До тебя, до недотроги
  Я могу рукой достать.
  
  Я твои целую руки
  Я в твои гляжу глаза
  Скрипки ласковые звуки
  Вторят трепетно сердца.
  
  И пускай метель грозится
  Пусть свирепствует пурга
  Я успел в тебя влюбиться
  Не на ночь, а навсегда.
  
  
  Я ее тебе отдам
  
  Чувство буйное, хмельное
  Закружило, унесло...
  Что-то страшное и злое
  Смотрит нагло мне в лицо.
  Ах. Пусть балдеет буря в пляске
  Смерть костями пусть трясет,
  Сними месяц в медной каске,
  Тоже пляшет и поет...
  
  Смейся, смейся желторотой
  Над моей судьбой не зря
  Только выйду за ворота
  Слышу злые голоса...
  
  От того ли мне так грустно,
  Так кружится голова?!
  Аль и ты с большим искусством?
  Шепчешь нежные слова!
  
  Ну, и пусть, глава кружится,
  Спорят сплетники опять,
  Я с бедой успел ужиться,
  Мне с бедой и умирать.
  
  Толька жаль мне что надежды
  Не сбылись под сорок лет,
  Ведь у смерти, у невежды
  Не купить другой скелет.
  
  Чтобы крепче стать на ноги
  Выше голову поднять,
  До тебя, до недотроги
  Я хочу рукой достать.
  
  И тогда пускай смеется,
  Желторотый месяц - хам,
  Если жизнь отдать придется
  Я ее тебе отдам.
  
  
  
   Потом говорили, что родился мальчик. Вроде бы назвали Сашей. Муж молодой пассии принял ребенка, как своего, и через время они переехали в Псков.
   Как же Иван Павлович хотел видеть своего сына! Это было его самой заветной мечтой, которой никогда так и не доведется сбыться. На тот момент парню должно было исполниться за 25. Как он гордился им. Удивительно! Так может любить только отец, не по своей воле расставшись с ребенком и его матерью.
  
  Не все сбываются мечты
  
  Мой милый сын, в твои пять лет,
  Что мог сказать тебе отец.
  Его не зная за отца
  Нужна ль тебе его рука?
  Но что задумчивы глаза, так вопросительно глядят
  В себе тревогу затаив, стоишь задумчив, нелюдим
  Сурово губы прикусив???
  
  Могло ль сознание твое, начало детства вспомнить вдруг.
  И обстоятельство одно, что было музыкой вокруг,
  Но нет, напрасно я пытаюсь вдруг
  В чертах твоих найти ответ.
  Как видно снова от меня судьба упрятала секрет.
  
  Прости мой сын, когда-нибудь поймешь и ты,
  Что все не так... не так чуть-чуть
  Не все сбываются мечты.
  
  
  Чудные эти глаза
  
  Мне до тебя не дойти,
  Мне не осилить пути!
  Но без конца, без конца
  Память тревожат глаза.
  
  Светлая в них синева
  Гордая в них глубина
  Как дотянуться рукой?
  К гордости мне, до такой.
  
  Кажется мне навсегда
  Чудные эти глаза
  Мой погубили покой
  Сильной и хладной рукой.
  
  Мне до тебя не дойти
  Все перекрыты пути,
  только живут навсегда
  В памяти эти глаза.
  
   Хотя, по правде сказать, семья-то у Ивана Павловича была на заре его молодости. Родилась дочь Елена, но уберечь свою любовь они не смогли.
  
  
   Спор с судьбой
  
  Не нужны мне твои подаянья.
  Мне не нужен твой голос, твой смех
  Проклинаю я наши свиданья
  От тебя отрекаюсь при всех.
  
  Я обиду и боль расставаний
  Заглушу этой чашей вина,
  Но твоих мне не надо лобзаний
  И сама ты уже не нужна.
  
  Мои мысли от боли яснее
  Стали чище, трезвее собой
  И от чаши вина, не пьянея,
  Продолжаю я спорить с судьбой.
  
  И хоть ты торжествуешь при этом,
  Что победа досталась тебе
  Но теперь не теплом, не советом,
  Уж, моей не нужна ты судьбе.
  
  
  Жизнь моя - калека!
  
  Жизнь моя, осознанная,
  жизнь моя - калека!
  На черта ты создана
  В четверть с лишним века?!
  
  Ах ты, ненасытная
  К горестям моим
  Гадкая и скрытная
   Полюбись другим.
  
  Чтоб-то привязалась так,
  Хуже чем репейник
  Или просто я чудак?
  Или сам затейник?
  
  Каруселишь жизнь моя
  Блудная, бездомная
  Мои вихри теребя
  Как вдова та темная.
  
  Ты как ива над рекой
   Ива да плакучая
  Не в ладах сама с судьбой
  От того и злющая.
  
  
  Безумен я, безумен свет
  
  К прошедшему возврата нет.
  Пусть велика утрата
  Я рву на части твой портрет
  С жестокостью пирата.
  
  Мне не ласкать твоих волос,
  Безумно сердцу уж не биться
  Я в едком дыме папирос
  Хочу отчаянно напиться.
  
  О боже, горькие слова
  Души отчаянной ревнивца,
  Мне эти милые глаза
  Безумно продолжают сниться.
  
  Безумен я, безумен свет
  В своей слепой надежде
  Мне ж не купить иной скелет,
  Чтоб стать молоденьким как прежде.
  
  К прошедшему возврата нет
  И жалости тут быть не может
  Я рву на части свой портрет
  И боль жестоко сердце гложет.
  
  
  Ответ на стихи "Тебе" НД
  
  Быть может здесь, в словах моих,
  Словах ненужных и чужих,
  Найдешь ты вдруг простой ответ,
  А может дружеский совет,
  И будет легче может быть,
  И сможешь ты скорей забыть
  Обиду..., боль... И вот тогда
  Твоя изменится судьба.
  
  Да. Помню все. Давным-давно
  Судьбою было суждено
  Увидеть взгляд лучистый твой,
  И ты одета синевой
  Боялась вымолвить тогда
  Простые, добрые слова,
  Великой гордости полна
  Стояла ты тогда одна.
  
  А годы шли... твой гордый нрав
  Порою прав, порой не прав.
  Твердил одно... тебе одной
  И окрылял тебя собой...
  
  В твоей я гордости порой
  Характер вижу, образ свой.
  Стоим как памятники мы
  Не видя низ и вышины...
  И вот за гордостью своей
  Порой не видим мы людей,
  Что ниже нас, что выше нас
  Себя не видим мы подчас.
  
  И нет за гордостью тепла,
  Что всем природа нам дала...
  Мы стынем в гордости своей,
  Слагая ямб или хорей.
  
  Расчет с тобой у нас один,
  Один у нас и господин
  А господин тот "Идеал"
  Его я сроду не видал.
  
  И где теперь его искать?!
  Хочу спросить, хочу узнать
  Меня решила наказать?
  Не любишь?! И не люби,
  Твоей любви не надо мне любви!!!
  Хочу свободой я дышать
  И не хочу другим мешать
  Свободы чашу пригубить,
  Что жить или совсем не жить.
  
  А если счастье руки вдруг
  Протянет мне, я как супруг
  Склоню к земле чело свое
  За верность ту, за то тепло,
  За все, что до сих пор
  Не дала счастья мне рука,
  Чтоб ревность стыла на ветру
  Склоню я голову свою.
  Быть может ты в словах моих,
  Словах не нужных и простых,
  И не нашла себе ответ.
  Ведь каждый видит только то,
  Что нужно лично для него.
  А я хочу сказать тебе
  "Не нужен я твоей судьбе".
  
  
  Оборвалось
  
  Я не прошу твоих прощений,
  Я не унижен нет... прости,
  Твои глаза в потоке сновидений,
  Сказали мне приди, приди...
  
  И я пришел, судьбе наперекор,
  Влекомый синими глазами,
  Потупя глаз своих усталый взор,
  Прощаясь со своими сыновьями.
  
  Пришел, чтоб верность обрести,
  Чтоб произносить твое простое имя,
  Чтоб в жизнь, как в поле забрести
  Рука в руке - любви во имя...
  
  Но счастье вдруг, людской молвой,
  Оборвалось... и вянешь ты,
  и нету сил бороться нам с судьбой
  Погибло все: и радость, и мечты.
  
  
   Зачем учитель мне все это рассказывал? Видимо устал выплескивать свою боль на бумагу, перебирать свою жизнь и искать ошибки, устал ждать чуда. Вот и нашел, так сказать, свободную жилетку. Но я даже рада, что узнала его с другой стороны.
  
  
  Ну куда ты скачешь, глупый,
  жизнь свою хоть пожалей
  Ты ж на обе ноги куцый
  вместе с жизнью со своей.
  
  Ты не рви, как очумелый
  И не трать остаток сил
  Знаю я, ты гордый, смелый
  От беды не уходил.
  
  Не боясь судьбы бедовой,
  Злой иронии судьбы
  Ты живешь надеждой новой
  Снова в радость веришь ты.
  
  И тому глаза порука
  Эти добрые глаза.
   Без них!!! Какая скука
  День без них прожить нельзя.
  
  Не гони ты жизнь галопом,
  И не трать остаток сил,
  Я подслушал ненароком,
  Что ты женщине той мил.
  
  
  Путь к причалу
  
  Там за дальними горами,
  Стынут теплые дожди
  Я приеду к тебе с ветрами
  В дали дальние твои.
  
  Я приеду к тебе нежданно
  В виде теплого дождя
  И тогда уже не странно
  Не узнать тебе меня.
  
  Прилечу я снежной пылью,
  Закружусь я над тобой,
  Ах! Коль было бы это былью,
  Запьянела бы ты мной.
  
  Сяду тихо на ресницы,
  Загляну в твои глаза...
  Почему ты мне все снишься
  В эти ночи октября???
  
  Я приду к тебе с полночным,
  Лунным светом фонарей
  Южной, ласковой и сочной беспросветностью ночей.
  
  Лягу синей гладью моря,
  Нежным трепетом волны
  Ты меня пойми, не споря,
  Если можно, без вины.
  "Без причала кораблю
  Явно море ни к чему".
  
  
   Виноваты
  
  Ты на цепь меня, златую,
  Привязала без труда,
  И с тех пор, я песнь простую
  Все мурлычу без конца.
  
  Словно кот в той сказке старой,
  Вокруг дуба я хожу
  И кому-то страшной карой,
  Круг за кругом я грожу.
  
  Но что толку от той кары,
  Тех надежд и той мечты,
  Ведь про чувства, что так стары
  И меня забыла ты.
  И хожу я бесконечно
  Вокруг дуба, на цепи
  А ведь тут, во всем конечно,
  Виновата ты, учти.
  
  
   Почему-то я всегда вспоминаю его одиноким, и грустным. Или его большие черные глаза с поволокой мне тогда казались такими. Сейчас я понимаю, что он всегда стремился к гармонии, к любви, к творчеству.
  
  Я стал другим
  
  Теперь я стал другим, конкретней стал и старше
  И к новшествам иным, я обращаюсь в прозе
  И лишь тебе одной, причине перемены,
  Строфу вяжу я со строфой, рифмуя непременно,
  Простой слагаю стих
  Чтоб в свете лунной ночи
  Твой голос нежный стих
  И... говорили очи.
  
  
  Чудак
  
  Милая! Не надо слов,
  По пустякам не стоит возмущаться
  Ведь я уже давно готов
  Перед тобой во всем признаться.
  
  Но только врядли здесь
  Словам признанья хватит места
  Из всех, что были, есть
  Одна лишь ты, моя невеста.
  
  Ведь правда не в словах
  Что так легко срываются, кружат
  И лишь от счастья на глазах,
  Как правда, две слезиночки дрожат.
  
  И мне оправдываться ни к чему
  Твои глаза судьбу так изменили
  Что сам себя теперь не узнаю,
  А может черти душу подменили.
  
  Но так все это, или не так
  Допытываться у себя не стану
  Какой же я того... чудак
  И скоро ль я чудачить перестану.
  
  
   При всем его одиночестве, воспоминаниях молодости и любви, он очень любил жизнь и свой родной край.
  
  О, Бессарабия родная!
  
  Мой чудный край,
  Мой дивный край!!!
  Твои сады, поля без края
  Земли моей насущный рай.
  
  Тебя люблю, люблю вдыхая
  Прохладной утренней зари
  Идти, идти не досыпая,
  Глядеть, как косят косари.
  Я в дымке сизой, над полями
  Люблю комбайнов середу,
  Что машут дивными крылами
  Встречая солнце по утру.
  
  Приятен мне сей зов могучий,
  Могучей техники труда
  И мирный рокот, вдаль зовущий,
  Зовет меня. Зовет туда.
  
  Где мне, колосьями пшеница,
  Так нежно машет по утру.
  Где бригадир - младая жница
  Бригаду вывела свою.
  
  И песня звонкая над полем
  На крыльях ветра поднялась
  И звонко, радуясь раздольям
  К соседним селам унеслась...
  
  О милый край, святое слово
  Мне б в песне выразить любовь,
  Мне б в песне выразить, что снова
  Увидел милый отчий кров,
  
  Что снова я дышу простором,
  Простором родины своей,
  И Бессарабии не хитрым словом
  Я признаюсь в любви своей...
  
  В музыкальном и художественном плане моим учителем была бабушка, прекрасный исполнитель песен разных народов, особенно болгарских, русских.
   Да и село наше отличалось высокой художественной культурой... И жизнь продолжается...
  
  Толи дело, было время
  
  Моя юность, словно песня,
  Улетела в синеву
  Стало мне не интересно,
  Без нее я все грущу.
  
  Хоть и сердце бьется резво,
  И уверена рука
  Надо жизнь прожить мне трезво,
  Не валяя дурака.
  Толи дело, было время!!!
  Была юности пора
  Чтобы лихо прыгнуть в стремя,
  Помогали мне ветра.
  
  И клубилась и бурлила
  Жизнь младая без труда,
  Но, взяла мои удила
  Жизни твердая рука.
  
  И уж больше нет возврата
  Той поре, ушла пора,
  Где ты, где... моя утрата?!
  Аль другого ты нашла.
  
  
  Небесный парень
  
  Месяц уставился, ишь с высока
  В морду он хочет, иль хочет пинка?
  Может, злорадствует, может он мстит?
  Может, смеется, что век мне не жить.
  
  Может и так, а может не так?!
  Может он просто парнишка - чудак.
  Пялит глаза на людскую судьбу
  Глянет на эту, глянет на ту.
  
  Только боюсь, боюсь я в душе
  Вдруг он понравится может тебе
  Ведь ему просто, ведь ему в раз
  Видно у парня наметанный глаз.
  
  Он красивее, умнее меня
  Его не тревожат земные дела,
  Любит природу, небесный простор.
  С звездами милый ведет разговор.
  
  Ишь, как уставился блестками глаз
  Рога бы ему... до по темечку раз
  Снять с высоты, да в поток бы людской
  Вышел бы парень от туда иной.
  
  
  Прости меня
  
  Прошу тебя, о молодость моя,
  Не уходи, постой
  Последний раз мои глаза
  Любуются тобой.
  
  Обиды нет, дай руку мне
  Пожалуй, на прощанье,
  Мне грустно будет очень по тебе,
  И про последнее свиданье.
  
  Ведь в жизни все обычно до поры
  И ты теперь не спорь - живи
  А если дарит жизнь дары
  Смелей бери, они твои.
  
  Ну, что ж, прощай, о молодость моя
  Счастливого пути
  А если чем обидел я тебя
  Прости меня, прости.
  
  
  Ты приди...
  
  Ты приди ко мне в этот лунный час
  Подари ты мне свет любимых глаз
  Город спит давно, но не спят огни
  Перекрестные фонари.
  
  Вся земля поет, вся земля цветет
  Фонари горят для любви
  По земле весна, вновь весна идет
  Ты приди ко мне, ты приди.
  Над рекой Псковской ветви клонятся,
  По тебе грустит тишина.
  В небе звездочки хороводятся,
  В этом мире лишь ты одна.
  
  
  Сказка
  
  Сквозь ночь пробивается поезд,
  Тупорылый с глазом - прожектором на лбу.
  В животе бурлит вода, выше сто по Цельсию
  Извивая свое длинное тело, он вершит версию.
  Задумано этой машиной - скотиной
  Обойти пол Земли и выскочить к... солнцу назло.
  Не тут-то было, не повезло...
  Сколько не рви, напрягая силы, А темень знай бежит,
  ЕЕ даже светило - глаз не догонит,
  Пыхтит, кряхтит, взбираясь на горки "скотинка",
  А не видать солнышка - светинки.
  Не тут-то было, не под силу
  Только красный свет под рыло: Стоп! Ни с места!
  Сопит, ворчит дым трубой...
  Скрипят позвонки - вагоны,
  Словно стоны стального чуда...
  А солнышко красное оттуда,
  Поднимается словно стоп - сигнал, улыбается
  Ну что растяпа, скандал?!
  Бежит по земле чудо, от стыда закрыв фару - глаз.
  Вот и весь мой сказ.
  
   Последняя цитата говорит о том, что уже в 2010 году его беспокоили отношения между Бессарабией и Россией. Может, и хорошо, что Иван Павлович не дожил до 2014 года, не стал свидетелем страшных событий, не разорвал надвое сердце.
  
  
   Благодарю тех, кто набрался терпения и мужества при чтении моей исповеди.
   Переселенцев в эти края поддерживала Россия. Екатерина 2. Лично я не могу делить свои чувства между моей родиной Бессарабией и Россией. Это моя РОДИНА.
  
   Когда через два года я снова приехала в мой городок, то уже без сомнения бежала по знакомому адресу, увидеться с преподавателем. Дом меня встретил серыми пустыми глазницами. Я долго стучала. Наконец вышел сосед.
   - Здравствуйте! А где Иван Павлович? - подошла я к его воротам.
   - Иван уже второй год лежит на кладбище. Был инфаркт. Кто-то из соседей вызвал "скорую", го было уже поздно, - поделился тот.
   Я уходила с болью в сердце. Еще один не чужой мне человек ушел в другой мир. Так и недополучив своей любви. Так мне показалось после знакомства с его творчеством.
   Кстати, любой внимательный читатель вправе спросить у меня, при чем тут полковник?
   А это уже мои женские тараканы и вера в вещие сны. Через некоторое время после того, как я узнала о смерти Ивана Павловича, снятся мне мой отец и мой преподаватель. И тут он такой радостный говорит:
   - Ты знаешь, у тебя будет полковник.
   На что мой отец говорит ему:
   - Зачем сказал? Ей еще рано знать эту информацию. Все в свое время.
   И настолько они оба были яркими, как при жизни. Прям вещий сон!
   Я рассудила так. Для женщины "полковник" - это, скорее всего военный мужчина. Для меня, замужней дамы, которую все устраивает и которая ничего в своей жизни менять не собирается - это скорее негативная информация. Вот я и решила: вещали о полковнике - вот вам "Полковник". И не важно, что Иван Павлович никаким боком не имел отношения к армии. Зато можно сказать, что он был полковником своей жизни, любви, творчеству.
  
  Счастье
  
  Счастье бывает - длиной в жизнь,
  Счастье бывает - коротким в день,
  Счастье бывает - несчастьем одним,
  Счастье бывает - счастьем другим.
  Много дорог счастье пройдет,много путей
  И на порог счастье придет в жизни твоей
  Ты отвори двери ему
  Ты не гони счастье в пургу
  Счастье пришло, значит, оно было тебе суждено.
  Счастье бывает в жизни раз,
  Счастье приходит без лишних фраз
  И часто бывает среди прочих дел
  Счастье свое ты узнать не сумел.
  Счастье нельзя вернуть назад
  Не стоит плакать, не стоит рыдать,
  Счастье твое тебе суждено,
  Другому оно не дано.
  
  
   Я тебя помню! Спи спокойно...
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"