Гончарова Галина Дмитриевна: другие произведения.

Против лома нет вампира - обновление

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
Оценка: 8.00*3  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Роман дописан, выкладываю обновление на 20.09.2010 г. Желаю всем приятного прочтения. Г.Г.Д. P.S. Я буду очень признательна всем за любые комментарии. Как и всякий начинающий автор я предпочту узнать свои недостатки и исправить их, а не повторять в каждой книге. Прошу так же указать мне, если вы заметите логические или стилистические нестыковки. Заранее благодарю всех, кто не поленился открыть мою страничку. Г.Г.Д.

Голос Рамиреса ножом взрезал окружающую нас тишину. Я дернулась и повернулась к нему.
- Что вы хотите этим сказать?
- Я говорил еще об одном маленьком дельце, кудряшка. Это дело перед вами. Княгиня Елизавета очень недовольна поведением своего вампира. Она обвиняет его в предательстве и приводит достаточно веские доказательства. Она хотела прибыть сюда сама, но, узнав, что я еду в ваш город, убедительно попросила меня провести казнь вместо нее.
- ЧТО!?
- Провести казнь вместо нее, кудряшка, - повторил вампир, словно обращаясь к полному идиоту.
- Какую казнь, - сегодня я проявляла удивительную тупость.
- Казнь вампира по имени Даниэль, кудряшка.
Я захлопала глазами.
- Но за что!?
- Княгиня Елизавета обвинила своего слугу в предательстве, - уныло разъяснил вампир. Голос его был невыразимо тоскливым. Словно он зачитывал что-то сто раз прочитанное и надоевшее до зубных колик. - По ее словам, он шпионил в пользу другого Князя, а у нас это карается смертной казнью. Кстати, это дей-ствительно так?
Его глаза уперлись в Даниэля.
- Я не шпионил, - обиделся вампир. - Мечислав спрашивал меня, и я отвечал, если знал.
Вампир смотрел на него, и на серьезном лице читалась невыразимая тоска.
- Врете, молодой человек, и весьма неумело, - Рамирес смотрел на него с явным неодобрением.
- Но это глупость какая-то!
У меня в голове не укладывалось происходящее. Мало ли что там сделал Даниэль! Он мог шпионить хоть за Наполеоном в пользу султана турецкого! Какое это имеет значение, если Мечислав теперь - Князь Горо-да и может своей волей освободить Даниэля!?
- Никакой глупости, кудряшка, - заверил меня Рамирес. - Княгиня властна в жизни и смерти каждого сво-его вампира. Да, она не стала бы убивать Даниэля без веских на то оснований, но он предал свою госпожу. Этого более чем достаточно.
- Но он помогал другу!
- От этого предательство не станет благородным поступком.
- Я ничего не понимаю! - взвыла я. - Что происходит!? Я не хочу!
- Не надо ничего понимать, кудряшка, - прервал меня Рамирес. - Сейчас мы казним этого вампира, а по-том, когда очнется ваш господин, я поговорю с ним о вашем прибытии в Совет.
Я сверкнула на него глазами.
- Можете даже и не говорить! Если я ввязалась в это дело из-за Даниэля, неужели вы думаете, что я сде-лаю хоть шаг в нужном вам направлении после его смерти!? Богом клянусь, ни в каком Совете меня не уви-дят!
- Это не вам решать, кудряшка, а вашему господину.
- Юля, - рука Вадима легла на мое плечо. - Спокойно!
Он был прав. Если я начну беситься, Даниэля это не спасет. Я вдохнула и попыталась говорить здраво. Мне же не три года, чтобы топать ногами и орать?! Ведь не три года?
- Если Елизавета помилует его, вы не будете иметь ничего против?
- Почему я должен быть против, кудряшка? Я вовсе не кровожаден.
- Да неужели? - съязвила я. - И питаетесь как комары-самцы, только нектаром?
В глазах Рамиреса блеснула злая искра.
- Взять его!
Два вампира схватили Даниэля. Он не сопротивлялся. Опустил глаза, потом поднял их и посмотрел на ме-ня. В серебристых глазах отражались тоска и нежность.
И - безнадежность. Он уже сдался!? Но я - нет!!!
- Кажется, мне так и не удастся написать твой портрет.
- Посмей только умереть! Убью! - взорвалась я. - Как я могу связаться с Елизаветой!? У нее есть теле-фон?! Хоть что-то!? Рамирес, дайте мне поговорить с ней - и я добьюсь отмены приговора!
Вампир смотрел на меня с явным недоверием.
- Попытайся, кудряшка.
- А я не буду пытаться! Я возьму и сделаю! - отозвалась я. - И если в вашей власти помиловать Даниэля, я советую вам сделать это. Или помочь мне добиться отмены казни! Все кто меня знают в этом зале, могут сказать одно и то же! Я слов на ветер не бросаю! Если с Даниэлем что-нибудь случится, видала я ваш совет в гробу и в белых тапочках! Или вы думаете, что я буду вам ноги целовать за убийство моего любимо-го!?
- Не убийство, а казнь, кудряшка. А ваш господин знает, как вы относитесь к этому вампиру?
- Знает! - злорадно ответила я. - Более того, я согласилась на Печати только ради того, чтобы спасти жизнь, нам двоим - мне и Даниэлю. И сказала ему это прямо в лицо. Даниэль, как я могу дозвониться до этой стервы, чтоб ей пусто, солоно и с вечера не хлебавши!?
Даниэль послушно назвал семь цифр и код города. Я огляделась вокруг.
- Есть в этой дыре радиотелефон!? Или сотовый!? Я вспомнила про свой сотовый и хотела вернуться в машину за сумкой, но Валентин протянул мне трубку.
- Звоните по моему.
Я бросила на него благодарный взгляд.
- Я и так должна вам. Я оплачу расходы.
- Мы поговорим потом, - отмахнулся оборотень. - Помогите своему другу.
Я кивнула и набрала номер. Прошло, казалось несколько часов, прежде чем на том конце провода отозвал-ся мужской голос.
- Слушаю?
- Я хочу поговорить с Елизаветой.
- Кто ее спрашивает?
Хорошо хоть не спросили кто такая Елизавета.
-Мы не знакомы и мое имя ей ничего не скажет. Но у нас есть общая тема для разговора. Скажите, что я хочу побеседовать о Даниэле.
- Как прикажете. Прошу вас подождать несколько минут.
Я послушно ждала. Минуты казались мне сутками, и я то и дело бросала встревоженные взгляды на Рами-реса. Но вампир стоял совершенно спокойно. И Даниэль был рядом со мной. Никто не собирался хватать его и тащить на плаху. Это немного успокаивало. Наконец в трубке раздался женский голос.
Тягучий, низкий, немного хрипловатый. Такими голосами только секс по телефону практиковать. Суч-ка!
- Я слушаю?
Я собралась с мыслями и остатками спокойствия.
- Вы - Елизавета? Княгиня Елизавета?
- Да. А кто вы?
Звучало это так презрительно. А кто ты тут такая, что осмелилась звонить МНЕ!? Но ради друга я позво-нила бы и Гитлеру, не то, что какой-то там вампирше.
- Меня зовут Юлия. Я - фамилиар.
- Вот как? И чья же ты фамилиар, Юлия?
- Мечислава. Вам знакомо это имя?
Я решила пока быть вежливой. Я же обещала маме не материть пожилых людей! Тем более пожилых вам-пиров. Наверняка эта Елизавета могла бы получать пенсию по старости. И еще несколько - за участие в Ле-довом побоище, как свидетель крещения Руси, как любовница Ивана Сусанина. Так, хватит, это меня уже занесло!
- Это имя мне знакомо. Так он еще жив? Сколько поединков состоялось?
- Три, - с огромным удовольствием сообщила я. - Мне стоило бы сказать Князя Мечислава. Признанного Советом Князя.
Я оглянулась на Рамиреса, но вампир только чуть кивнул. Да, именно так, Признанного Советом Князя.
- Неужели? - теперь в голосе было явное удивление. - Никогда бы не подумала, что он так силен. Так бед-ный Андрэ умер?
- Именно, - подтвердила я.
- А тебя это не очень расстроило, девочка?
- А должно было расстроить? - удивилась я.
Елизавета тихо рассмеялась. Меня передернуло. Смех того же Мечислава меня возбуждал, Андрэ - раз-дражал, сейчас мне казалось, что мне за шиворот гвоздей насыпали.
- Не думаю. Ты позвонила, чтобы первой сообщить мне эти новости? Или твой Князь приказал тебе?
- Нет, - отозвалась я. Наступал самый серьезный момент во всем разговоре. - Я звоню вам, чтобы испра-вить недоразумение. Просто ужасное недоразумение!
- А какое я имею отношение к вашему - она просто выделила это слово жирным шриф-том - недоразумению?
- Мне сказали, что вы приказали казнить Даниэля.
- Да.
- Но почему? Я не понимаю!?
- А что тут непонятного? Я послала его к Андрэ не затем, чтобы он работал на его врага. А он ведь рабо-тал, иначе ты не просила бы за него!
Я замотала головой.
- Все не так! Даниэль спас мне жизнь! Высшие Силы, неужели вы не понимаете!? Он - художник! Гени-альный художник! Нужно всего три секунды, чтобы убить его, но сколько времени потребуется природе, чтобы создать подобного гения!?
- Ты так горячо его защищаешь, - в голосе прорезались шипящие нотки. - Он уже рисовал тебя?
- Рисовал, - согласилась я. - Я бы не говорила, если бы не видела его картин!
- И все же он должен умереть!
- Но почему!? Гении и таланты не должны стоять рядом с политикой! Даниэль делал то, что было необхо-димо! Он старался выжить!
Елизавета рассмеялась.
- Скажи, ты можешь переключить телефон на громкую связь?
Я посмотрела на оборотня. Эта модель была мне незнакома. Валентин ткнул пальцем в какую-то кноп-ку.
- Говорите.
- Я могу поговорить с Рамиресом? - голос вампирши, звонкий и четкий, разнесся по помещению.
- Слушаю, - отозвался Рамирес, приближаясь ко мне.
Елизавета опять засмеялась.
- Рамирес, моя просьба насчет казни остается в силе, - громко и отчетливо произнесла она. - Но мне захо-телось поиграть. Меня слышат все вампиры города?
- Да, Елизавета. Все.
- Отлично! Пусть каждый попросит меня не казнить Даниэля! Если все вампиры в этом зале будут соглас-ны подарить ему жизнь, он останется жить! Если же нет, то нет! Вы согласны со мной?
- Это ваша игра и ваша воля, - отозвался Рамирес.
- Именно! Мой друг, вы окажете мне эту маленькую услугу!?
- Разумеется! Юленька, передайте мне трубку. Итак, я первый прошу помиловать Даниэля.
Я наградила Рамиреса благодарным взглядом. Он поклонился мне и передал трубку Вадиму.
- Я тоже прошу помиловать Даниэля, - четко произнес вампир.
Телефон пошел по залу из рук в руки. Я сжала ладонь Даниэля. Высшие Силы, как я люблю его! Зачем мы ссорились!? Как я могла быть так глупа!? Теряла драгоценные минуты счастья! Больше я не потеряю ни секунды!
- Поедем потом ко мне? - шепнула я.
Даниэль наклонился и коснулся моих губ. Даже не поцелуй, просто прикосновение.
- Поедем. Обязательно.
- Прошу помиловать Даниэля.
- Прошу помиловать Даниэля...
- Казнить его! Казнить!
Я дернулась от истерического выкрика. Повернула голову на голос и увидела - Катьку! Моя подруга сжи-мала телефон, как кинжал. Голубые глаза горели злобным огнем. Она встретила мой взгляд и еще раз, громко и отчетливо произнесла:
- Казнить Даниэля!
- Катя! - вскрикнула я. - Нет!
Но было поздно. Из трубки раздался смех победительницы.
- Казнить! Глас народа - глас божий, не так ли? Даже для вампиров!
- Подожди!
Я шагнула вперед, собираясь схватить трубку, но Елизавета отключилась. Я вырвала телефон из Катьки-ных рук и поспешно набрала номер. Сперва никто мне не отвечал. Потом в трубке раздался мужской го-лос.
- Слушаю вас?
- Я хочу поговорить с Елизаветой! Наш разговор прервали!
- Наш разговор не прервали, - вампирша взяла трубку. - Я выразилась вполне ясно. Казнить.
Я сжала руки.
- Елизавета, так нельзя!
- Почему нельзя? Потому что вы трахаетесь?
И тут меня осенило.
- Так ты это из ревности!? Конечно же! Даниэль видел тебя такой, какая ты есть! И не смог полюбить
тебя! Ты превратила его в вампира, но не смогла заставить полюбить тебя! И не заставишь! Тебя нельзя любить! Потому что для тебя любовь - это не чувство, а препарат на предметном стекле!
- Вот и проверим, так ли крепко твое чувство, - отозвалась вампирша после короткой паузы.
Я закусила губы.
- Елизавета. Ты меня еще не знаешь, но я слов на ветер не бросаю. Богом клянусь - если ты не отменишь приказ, я доберусь до тебя! Я перерву тебе глотку, и буду пить твою кровь!
- Ты угрожаешь мне от имени своего господина?
- Нет! - перебил меня Вадим. - Она угрожает тебе как самая опасная женщина из всех, кого я знал.
- Пусть угрожает, - отозвалась на его слова вампирша. - Если мы встретимся, девочка, я оторву тебе голо-ву. И мы еще посмотрим, кто выпьет чью кровь!
- Елизавета, - начала я. - Не стоит...
- Стоит, - оборвала она меня. - Я сказала - казнить! Я не меняю своих решений! И не звони больше!
В трубке опять запищали гудки. Я отдала ее оборотню и повернулась к Катьке.
- Кто тебя тянул за язык, тварь!?
Катька смотрела на меня с вызовом.
- Если я лишилась любимого человека, кто сказал, что ты останешься с тем, кого любишь!?
Я сделала шаг вперед.
- Так это из-за глупой ревности?! Ты просто мразь!
- Теперь ты почувствуешь то же, что и я! Ты поймешь!
Я сделала еще шаг. По телу гуляла бешеная злость. Сейчас я смогла бы разорвать ее на части голыми ру-ками. И я бы бросилась на нее с кулаками, но Вадим вовремя перехватил меня за талию.
- Юля, вампиры в несколько раз сильнее людей.
- Пусти меня! Немедленно!
Я выдиралась и выворачивалась. Я убью эту тварь! Голыми руками убью!!! А потом выпущу на свободу всю свою силу! И пусть гибнут все, кто здесь находится! Как жаль, что я не смогу разрушить здание подобно Самсону! Сейчас, вот уже сейчас... Я потянулась зубами к руке. Брызнет кровь - и я осво-божу свою ярость. И Даниэль...
Я так и не поняла, что со мной произошло в следующий момент. Что-то ударило меня сзади по голове. И мир взорвался облаком разноцветных искр. Больше я ничего не помнила.

Глава 20.
И последняя в этой истории.
Я открыла глаза. Надо мной был белый больничный потолок. Я лежала на чем-то ужасно жестком, а в руку была воткнута иголка от капельницы. Рядом с моей кроватью сидела медсестра. Я попыталась загово-рить.
- Что со мной?
Получилось какое-то нечленораздельное хрипение, но даже от этого стона сестричка подскочила так, словно ее ткнули иголкой. Глаза у нее стали как две пуговицы.
- Вы пришли в себя? Моргните, если вы меня слышите!
Я попыталась моргнуть. Оказалось, что сделать это не так-то просто. К векам словно по гире привязали. Но я же упрямая! Я моргнула, увидела облегчение на лице девушки и провалилась в глубокий спокойный сон.
Второй раз я открыла глаза в той же палате. Или не той же? Не знаю. Потолок был очень похож. Такой же белый. И даже какая-то иголка в руке торчала. Рядом так же сидела медсестра. Кажется та же самая. Я по-пробовала заговорить. На этот раз без познавательных целей. Сейчас я отдала бы полцарства за чашку во-ды.
- Пить!
Девушка поняла меня. Она осторожно приподняла меня за плечи и поднесла к губам чашку с каким-то теплым соком. Я жадно выпила ее - и опять откинулась на подушки. Теперь голос меня слушался гораздо лучше. И появилось любопытство.
- Где я?
- В третьей городской больнице, - отозвалась сестричка.
Так, Надька где-то поблизости.
- А что я тут забыла?
- У вас было воспаление легких. Боялись вовсе вас потерять. Как вас вообще довезли - удивительно.
- Что со мной было?
Почему-то это казалось мне очень важным.
- Вы всю больницу переполошили, - наклонилась ко мне сестричка. - Вас на скорой помощи привезли. Вы упали, ударились головой и в кому впали. Потом у вас сердце два раза останавливалось. Едва-едва откача-ли. А когда откачали, на следующий день, вы еще без сознания были, у вас температура подскочила чуть не все сорок один. Вы тут метались, бредили, никакими медикаментами ее сбить не удавалось! Друзья ваши чуть с ума не сошли!
Друзья? Память возвращалась с неохотой. Друзья, подруга, Катька, вампир, клуб, Андрэ, Даниэль, Мечи-слав, поединок, Даниэль!!!
- Мои друзья? Кто они?
Медсестра посмотрела на меня с удивлением.
- Они мне не представлялись. Заплатили за лучшую палату, главному в карман денег сунули, тут к вам каждый день консилиум собирался. Мне уж стыдно от них деньги брать! Я и так смотрела за вами как за родной! Страшно сказать - я от них столько за этот месяц получила, что хватило мужу машину поме-нять!
Я покусала губы. Спрашивать, не вампиры ли мои друзья? Угу, и как ты себе это представляешь? Девуш-ка, у них клыки не торчат? Они никого не кусали? В коридорах после исторических визитов обескровлен-ные трупы не находили? А чего глупее придумать нельзя!? Меня же отсюда в психушку и увезут! И вооб-ще, мне все это не приснилось? Может, я просто шла к подруге на дачу, споткнулась, поскользнулась и пролежала долгое время в снегу? А вампиры и оборотни мне просто приснились? Ну, там ужастиков на-смотрелась, Энн Райс начиталась, летучую мышь увидела. Ага, в середине зимы самое для них время. При-виделись они мне, как же! Это было бы слишком хорошо! Но есть один надежный способ проверить.
- Уберите с меня одеяло и дайте зеркало.
Медсестра удивленно посмотрела на меня, но повиновалась. Ага, фиг вам приснилось! Под одеялом я ле-жала в обалденной черной кружевной пижаме. В такой не в бреду валяться, а на экране соблазнять. Вроде бы и все закрыто, но встанет даже у инвалида.
- И на кой черт вы меня вырядили в эту тряпку? - Сварливо спросила я. Мне было неприятно, что кто-то, кому я не давала никаких прав на меня, пожелал видеть меня в черных кружевах.
- Ее один из ваших друзей привез. Симпатичный такой блондин. И не только ее. Что там пижама! У вас тут целый гардероб! Нарядов на месяц, даже если их каждый день менять!
Почему-то меня это не обрадовало.
- А зеркало? Подержите его так, чтобы я видела свои ключицы.
Медсестра ничего не говорила. Просто сделала то, что я сказала. Клиент всегда прав, даже если он решил рассмотреть себя в зеркале. М-да, никаких диет и гимнастик не нужно. Похудела я как скелет. Ключицы выступали так, что кожа едва не рвалась. Под правой ключицей темнел четкий шрам в форме креста.
- Это я не у вас получила? - на всякий случай уточнила я.
- Нет. А вы не помните?
Глаза медсестры были полны заботы и участия.
Я вздохнула. Помню. В том-то и дело, что я все помню! Но рассказывать не тянет.
- Сколько сейчас времени?
- Да уж вечер скоро. Пять часов.
Я кивнула.
- А когда появляются мои друзья?
- Да около шести и появляются. Ни одного дня не пропустили.
- Ни одного дня? А давно я здесь?
- Девятый день.
Ох, твою зебру. И мама и дед уже вернулись. Что они со мной сделают - страшно представить. Мама бу-дет рыдать, а Дед просто выставит ее в коридор и оторвет мне голову. Морально. 'Я полагал, что ты - взрослее, умнее, можешь отвечать за свои поступки...'. И это еще далеко не весь список. Ох, твою инфу-зорию!
- И все это время без сознания?
- Какое там без сознания! Хуже! Как вы только выжили! Все удивлялись, когда вы вчера глаза открыли!
- А мои друзья? Знают?
- Да они счастливы были!
- Опиши мне их.
Сестричка нахмурилась.
- Один - высокий, черноволосый, красивый как Ди Каприо! Даже еще лучше! Глаза зеленые, как у кота! И с ним двое блондинов. Один постарше, мускулистый такой. Второй вроде как помоложе.
Я сдвинула брови. Кого-то мне это описание напоминало.
- А имен они никаких не называли?
- Нет. Те двое к черноволосому все время обращались 'на вы' и 'шеф', а он им просто кивал. Пойди туда, сделай то, принеси это. Как король на именинах.
Я фыркнула. Очень похоже на Мечислава.
- А больше никто не приходил? Такой брюнет, высокий, каштановые волосы, серые глаза, очень краси-вый?
Медсестра даже не размышляла.
- Нет, такого не было. Эти трое, ваши мать с дедушкой и подруга.
- Какая?
- Ее Надюшка зовут.
- С ней все в порядке?
- А что с ней может быть не так? Все с ней хорошо!
Я перевела дух и поудобнее устроилась на подушках. Все в порядке. Относительно в порядке. Только вот что с Даниэлем? Почему он не пришел меня навестить? Или не смог? Что с ним? Неужели его и правда убили!? Нет! Не желаю об этом думать! Не желаю и не буду!
- Дайте мне еще попить, - распорядилась я.
Сестричка поднесла к моим губам чашку с соком. Я выпила ее и откинулась на подушки.
- Я вижу, здесь есть телевизор? Включите мне что-нибудь. А еще лучше - у вас есть Надюшкин сото-вый?
- Есть.
- Позвоните ей. И попросите ее зайти ко мне. Пожалуйста!
Сестричка кивнула и вышла из палаты. На пороге обернулась.
- Я сейчас ей позвоню, и если дозвонюсь - скажу вам.
- Звоните, - согласилась я.
Ждать пришлось недолго. Через несколько секунд медсестра опять зашла в палату.
- Надя сказала, что сейчас прибежит.
- Отлично, - обрадовалась я. - Тогда можно ящик не включать. Дайте мне телефон. Хотя нет. Пока не на-до. Лучше расскажите мне что-нибудь интересное. Например, почитайте вслух историю болезни!
Медсестра кивнула. Я слушала про свои симптомы и только тихо удивлялась - как я выжила-то? По всем признакам мне самое место было на кладбище.
Надя ворвалась в палату как вихрь.
- Ну что, жива, паршивка!? Я так и думала! Люсь, выкатись отсюда! Мне с Юлькой надо поговорить нос-а-нос.
Я улыбнулась.
- Надя, как я рада тебя видеть!
- Угу, я тебя тоже! - хмыкнула подруга, присаживаясь на место медсестры. - Ну что, довольна, засран-ка!?
- Чем? - не поняла я.
Надя расстегнула белый халат и задрала вверх синий свитер. На животе у нее были вполне отчетливые красные шрамы. След от когтей был такой, словно ей сперва что-то выдрали, а потом еще и по животу вдо-гонку полоснули. Смотрелось это просто жутко.
- Им еще долго заживать. Пока я не перекинусь в первый раз.
- Не перекинешься?
- Тебе не успели сказать? Теперь я отращиваю мех в полнолуние.
Я захлопала глазами.
- И чей же?
- Лисий.
У меня перехватило горло. Господи. Надька - оборотень. Да за что же ей это!?
- Надя, мне так жаль! Ты даже не представляешь! Если бы я могла предугадать, что все так кончится! Я никогда бы не пришла к тебе! Никогда!
Подруга смотрела на меня и улыбалась.
- Юля, я тебе честно скажу - меня это особо не волнует. Я даже где-то рада, что так получилось.
- Рада!?
- Ну да. Законы оборотней гораздо более жестокие, но и справедливые. Для меня они лучше, чем челове-ческие. Да и с оборотнями я лажу. Знаешь кто у нас теперь главный?
- Кто?
- Валентин.
Я попыталась вспомнить. Получилось.
- Валентин? Тот самый? Казачев?
- Ну да! Вы с ним знакомы! Ну, такая конфетка, правда?
Я улыбнулась. Надя неисправима.
- В твоем вкусе?
- Не знаю. На вкус я его пока не пробовала, - заметила Надя.
Я захохотала и тут же поперхнулась. Кашель не дремал. Надя поспешно поднесла мне к губам чашку с соком. Я сделала несколько глотков и отстранила бокал.
- Довольно.
- Ну, довольно так довольно. Новости поведать?
- Поведать! - кивнула я.
- А поведывать особо нечего, - отозвалась вредная Надюшка. - Мечислав твой...
- Не мой!
- Хорошо. Мечислав Чужой теперь Князь Города. Так что все тигры имеют на тебя большие и острые клыки в три ряда.
- Это их проблема.
- Да, но жизнь они могут подпортить любому.
- Там посмотрим, - отмахнулась я - Что-то я сомневаюсь, что Мечислав даст портить мне жизнь. Тем бо-лее если они обязаны ему повиноваться. А где Даниэль?
Надя помрачнела.
- Юль, пусть тебе вампир сам все расскажет, а?
- Он жив?!
Надя не успела ответить мне. Дверь в палату открылась. На пороге стояли трое.
- Вадим! Валентин! Как я рада вас видеть!
Мечислава я нарочно не заметила. Просто из вредности! Вот!
Вампир и оборотень просияли и ввалились внутрь.
- Как дела, подруга?
- Юля, я всегда знал, что ты выберешься!
- Ага, - согласилась Надя. - Сидел тут, рыдал, головой об стену бился! Вот встанешь - я тебе вмятину по-кажу! Валентину на том месте сообщили, что у тебя второй раз сердце остановилось!
- Ну, никакой почтительности к вожаку стаи! - возмутился Валентин. Но было видно, что он не сердится. Наверное, уже успел познакомиться с Надиной манерой речи.
- Ага, опускают ниже плинтуса, - поддакнул Вадим. - Ты у нашего шефа учись! Вот на кого никто косо поглядеть не посмеет, не то, что высмеять.
- Оставьте нас все.
Тихий голос пронесся по палате, как легкий ветерок. Два оборотня и вампир подскочили.
- Я подожду в коридоре, - предупредила Надюшка. И попыталась посмеяться. - Если что - кричи! Помо-гите, насилуют, грабят, обижают! На твой выбор!
И два раза громко откашлялась. Я фыркнула. И проводила уходящих тоскливым взглядом. Очень мне не хотелось оставаться с этим конкретным вампиром наедине. Тем более что нас ждал тяжелый и долгий раз-говор.
Мечислав скользнул к кровати одним плавным движением.
- Ты не желаешь поздороваться со мной, кудряшка?
Я смотрела на него в упор. И сердце невольно пропустило один удар. Высшие Силы, как же он красив! Пусть даже он живой мертвец, пусть он клыкастая нечисть, но от его красоты у меня челюсти сводит!
Больничный халат закрывал его плечи и руки и был застегнут на одну пуговицу. Белое кружево рубашки сливалось с белой тканью халата. Черные брюки обтягивали узкие бедра, словно вторая кожа. Сапоги до-ходили почти до колен и скреплялись сзади серебряными пряжками. Черные волосы ухоженными локонами рассыпались по плечам. Он всегда был невероятно красив. И даже сейчас, полуживая и ослабевшая, я не могла спокойно смотреть на всю эту красоту. Руки так и тянулись прикоснуться, погладить, забраться под рубашку, проверить такие ли жесткие эти кружева на ощупь как на вид... Кое-как я справилась с собой.
- Почему же. Здравствуйте, Мечислав.
- Здравствуй, кудряшка.
Он присел на край кровати, и я попыталась отстраниться. Рука вампира мягко легка мне на кисть.
- Лежи спокойно, кудряшка. Не хочу, чтобы ты вывалилась из кровати.
- Не вывалюсь, - пообещала я. - Уберите руку.
- Тебе так неприятно мое прикосновение, кудряшка?
Голос вампира манил меня, дразнил, завораживал. Неприятно? Сказать правду - углубиться в тему, кото-рую я не хочу затрагивать. Сказать что мне неприятно - нагло соврать. Я выбрала третий вариант.
- Даниэль не пришел меня навестить. Почему?
Лицо вампира помрачнело.
- Даниэль мертв, кудряшка.
- ЧТО!?
- Если бы ты была сильнее, я бы попробовал показать тебе все, что произошло. Но ты еще слишком слаба. Просто послушай меня, кудряшка, а потом суди.
Я пожала плечами. О каком суде может идти речь? Даниэль мертв! Что еще можно тут сказать!? На мой взгляд - ничего. Нет таких оправданий.
- Я и не собирался оправдываться, - угадал мои мысли Мечислав. - Юленька, тогда, после боя, я впал в транс. Когда я очнулся, все было уже кончено.
- Вы обещали взять Даниэля под свою защиту.
- Когда я был в трансе, я не мог сделать этого чисто физически. Я ничем не отличался от мертвеца! Я даже не знал, что происходит вокруг меня! На меня можно было потолок обрушить - я бы и не понял! А фор-мально Даниэль не входил в мою вертикаль. Я не имел никакого права распоряжаться его судьбой, девочка моя.
Я выдернула руку из-под его ладони.
- Вам это не помешало использовать Даниэля как шпиона. И потом, когда вы попали в плен, вы тоже пользовались его услугами, хотя и косвенно, через меня!
- Ты многого не знаешь, кудряшка. Ты считаешь Даниэля светлым ангелом? Ты ошибаешься.
- Легко валить на мертвого.
Неужели и правда - мертвого!? Как больно, Высшие Силы, как... пусто! Я подняла глаза от одеяла и встретила взгляд вампира. Мечислав смотрел грустно и участливо.
- Мы очень давно планировали что-то подобное. Если бы все сложилось, как я хотел, кудряшка, я бы приехал сюда только через восемь-десять лет. Не получилось. Даниэля раскрыли и пытали. Ты освободила его. И Даниэль позвонил мне в первую же ночь после побега. Он сказал, что нашел грандиозный источник силы. Сказал, что твоя энергия просто невероятна. И предложил мне забрать тебя, а потом по-пробовать еще раз захватить власть. Где-нибудь в другом городе.
- Врете, - прошипела я. - Он не мог так поступить!
- Он сказал тебе, что купил мою помощь, но не сказал, что купил ее - тобой? Твоей силой, твоим телом, твоим разумом...
Я задыхалась от ярости и боли.
- Вы лжете мне! Вы просто лжете, чтобы я поверила в виновность Даниэля!
- Не вижу смысла лгать тебе, кудряшка. Так или иначе, ты все равно узнаешь правду.
- Ту, которую мог мне рассказать Даниэль? Сомневаюсь!
- Кудряшка!
- И прекратите меня так называть!
- Кудряшка, ты ведешь себя как ребенок лет двенадцати!
В голосе вампира послышались первые нотки гнева. Но я даже обрадовалась этому.
- Во-первых, я больна и мне позволительно, - парировала я. - А во-вторых, я имею полное право злиться на вас!
Мечислав больше не пытался дотронуться до меня.
- Имеешь. Хотя и меньшее, чем тебе кажется.
- Да неужели?
- Когда я приехал в ваш город, кудряшка, возможно ты помнишь, что Даниэль сразу же попросил тебя поделиться со мной кровью. Кровью и силой.
- Я помню это, - отозвалась я. - И что?
- Даниэль не так много знал о нашей магии, как я, кудряшка. Я оценил возможности, которые мне предос-тавляла судьба, и решил ими воспользоваться. Собственно, к Андрэ в ту ночь я направлялся, чтобы убедить его, что не имею никакого желания отнимать у него трон, поговорить насчет тебя и насчет Даниэля. Твоей несдержанности, кудряшка, я просто не учел. Прости, но мне и в голову не пришло, что ты станешь хамить в лицо Князю Города. Даже у хомячков есть инстинкт самосохранения! У тебя его не было вовсе. Ты не представляла, с кем связываешься, за что и поплатился несчастный Влад. Состоялся поединок - и я принял решение. Ты сделала первый шаг, я сделал второй. Я бросил вызов Андрэ. И решил на всякий случай зару-читься магической поддержкой. То есть - поставить на тебя Печать. Хотя бы одну. Я рассчитывал получить от этого силу.
- Ваши надежды оправдались, - процедила я.
- Наполовину. В отличие от тебя, кудряшка, Даниэль оценивал обстановку трезво. Он знал о моих планах, и такое резкое изменение напугало его. Он решил подстраховаться с твоей помощью, кудряшка. Тебя ока-залось, очень легко соблазнить. Ты с самого начала была удобной добычей. Доверчивая дурочка, да к тому же еще и влюбленная. Даниэль переспал с тобой. И, несмотря на всю свою силу, ты даже не заметила, ко-гда он поставил свою Печать.
Я вспыхнула.
- Не смейте! Не смейте так...
Пальцы вампира опять нашли мою руку и сжали.
- От того, что белое назовут зеленым, оно не сменит цвета, кудряшка.
Его руки были теплыми и уютными. Мои - как две ледышки. Он взял мою руку в ладони и поднес к сво-ему рту, согревая дыханием. Я не сопротивлялась. Сил не было.
- Ты была его страховкой, кудряшка. На случай, если что-то пойдет не так. Он знал, что я скорее умру сам или рискну целым миром, чем позволю кому-то подвергнуть тебя такому риску.
Голос его стал глуше и интимнее. Гораздо интимнее, чем его слова. Таким голосом хорошо шептать при-знания, где-нибудь в темноте, на шелковых простынях. Он пробежал по моей коже, как мех - и я вздрогну-ла.
- Прекратите свои дурацкие штучки!
- Как пожелаешь, кудряшка.
Я никак не желала, но это было лучше, чем вовсе ничего. Я не в том состоянии, чтобы бороться еще и со своим телом. А у него явно было свое мнение о вампире. Не я, но моя плоть находила его невероятно при-тягательным. Даже сейчас, когда я была полужива, а он всего лишь держал мою руку так близко от губ, что по моей коже прокатывалось его теплое дыхание. Даже в эту минуту у меня весь низ живота сводило от желания. И я отлично знала, что Мечислав чувствует его так же отчетливо, как и я.
- Ты стала страховкой для Даниэля. Узнав об этом, я сильно его потрепал. Вторая Печать дала мне необ-ходимую силу. Мы выиграли два поединка, но нас обложили со всех сторон. Пострадала твоя подруга. Сильно пострадала.
- Я успела поговорить с ней. Кажется, она довольна своим новым положением.
- Меня это радует, кудряшка. Я помогу ей, чем смогу. Она помогла мне в трудную минуту, и я не хотел бы отвечать ей неблагодарностью. Князь Города не может себе этого позволить, если намерен править не на крови и страхе.
- Неужели у вампиров получается и по-другому?
Мечислав предпочел не замечать издевки.
- У меня получается все, кудряшка. Потом меня ранили и взяли в плен. Я не слишком надеялся на вас, но ты, кудряшка, превзошла все мои ожидания. Ты смогла выручить моих вампиров.
- Что с Борисом? - перебила я его. - Он тоже умер?
- Нет, кудряшка. Борис жив, здоров и придет к тебе завтра ночью. Вечером. Я скажу ему, что ты будешь рада его видеть. Так, кудряшка?
Я молча кивнула. Можно злиться на Мечислава, но Борис и Вадим стали моим друзьями. И даже больше. Гораздо больше, чем просто друзьями. Не знаю как у других людей, а у меня есть небольшой такой список. В нем было всего три человека. Дедушка, мама, брат. Они мне дороги. Очень дороги. Настолько, что я да-же не знаю, как смогу жить без них. Но список означал другое. Своеобразное признание в любви. Скорее даже клятва верности, но только в одну сторону. Если я заношу человека в список, это подразумевает очень многое. Твои враги - мои враги. Твоя боль - моя боль. Твоя месть - моя месть. Если тебе понадобится моя помощь, я приду сквозь шторм и вьюгу. Если для спасения твоей жизни потребуется моя, - я отдам ее без колебаний. Дедушка и мама попали в этот список по любви, а брат - по крови. Но я ничуть не преувели-чивала. Я действительно считала именно так. И сделала бы все, что потребуется для подтверждения моих слов. Хотя вслух и не призналась бы. А вот теперь в этом списке оказались еще и три вампира. То есть два. Борис и Вадим. Даниэль был мертв. И даже при одной мысли о нем у меня сжималось где-то под ложечкой. Он так любил жизнь! Он не должен был умирать! Не должен! Не должен!!!
- Ты увидишь его завтра же. Он тоже будет рад тебя видеть. Он за тебя так волновался. Кстати, ты знаешь, что именно ты возвела Валентина на престол?
- Не понимаю.
- Кудряшка, когда ты освобождала моих вампиров, ты невольно убила оборотней. А среди них был пред-водитель лис и его прима.
- Прима?
- Так у лис называются достаточно сильные самцы. Прима-вольп. Это лисы, которые так сильны, что мо-гут драться за место вожака стаи. Они имеют право убивать и вести за собой. И каждая лиса, которая сла-бее, должна им повиноваться.
- Понятно.
- А потом, когда ты направила ИПФовцев в засаду, они убили там еще двоих прим. И остался только Ва-лентин. Он силен и он - прима-лис, но он слишком мягок, чтобы править стаей. Поэтому его всегда держали на третьих ролях. Теперь ему пришлось выйти из тени.
- Слишком мягок?
- Сентиментальность, сочувствие и доброта не приветствуются в стае оборотней, кудряшка. Они вообще мало, где приветствуются.
- И у вампиров тоже.
- Это так, кудряшка. Кстати, ты знаешь что ты каким-то образом разорвала его связь с Андрэ?
- А он мне за это благодарен? - едко уточнила я. - Он же дал вам клятву крови! Рабство у одного вампира, рабство у другого вампира... Что пнем по сове, что сову об пень. Вряд ли птичка выживет!
- Клятва крови, кудряшка, многим отличается от слепого повиновения. Теперь Валентин может служить мне, но не как раб, а как свободный человек. Если тем же тиграм я могу приказать все что угодно, то с ли-сами этот номер не пройдет. Они свободны от моей воли. Они мои союзники. И за это Валентин вам очень благодарен.
Я опустила ресницы. Благодарен, ха! Это надо с ним говорить! Чует мое сердце, опять
извиняться придется. За все, что наворотила по глупости. Кстати об оборотнях!
- Местные тигры в восторге от вашего появления в городе?
- Они счастливы, кудряшка.
Вампир улыбался так, что становилось ясно - о счастье тут речь не идет.
- Будем надеяться, что только я могу рвать эти связи между оборотнем и вампиром.
Глаза вампира стали серьезными и задумчивыми.
- Ты и сама не представляешь, насколько редок твой дар, кудряшка. Я с нетерпением жду момента, когда мы сможем испытать нашу совместную силу.
- Даже и не мечтайте, - предостерегла я. - Вы мне еще кое-что не рассказали. Кто оглушил меня?
- Вадим.
- ЧТО!?
- Он отлично знал, ЧТО ты можешь сказать или сделать в следующую секунду. И принял меры, чтобы Рамирес не узнал твоей истинной силы.
- Ну, спасибо, друг, - процедила я сквозь зубы.
- Не обижайся на мальчика, кудряшка. Он хотел как лучше.
- А вышло как всегда.
- Да. Ты была в обмороке, когда Рамирес приказал казнить Даниэля. Валентин пощупал твой лоб и сказал, что у тебя серьезный жар. Предполагаю, что ты уже была больна, а сражение, да и я тоже - забрали у тебя последние крупицы силы, необходимые для борьбы с болезнью. По счастью, среди оборотней-лис нашелся врач. А в клубе нашлась аптечка. Тебе сделали какой-то укол, и температура немного спала. Но чтобы от-везти тебя в больницу, требовалось мое решение, а я был в трансе. Тогда Рамирес принял решение сперва разобраться с Даниэлем. Если тебя это утешит, кудряшка, он не страдал. Не страдал дольше необходимого. Ему отрубили голову и сразу же вырвали сердце.
Я представила себе эту картину - и из горла невольно вырвался стон. Его голова. Губы, которые так люби-ли улыбаться. Серые глаза, которые горели как две звезды, когда мы занимались любовью или когда он рисовал. Сердце, которое билось ради меня. А теперь его нет. Ничего нет. И никогда не будет. Я и не знала, что может быть так больно от одной мысли. Но я никогда раньше не теряла любимых. Никогда.
- Кудряшка...
Мечислав ласково коснулся моего лица. Пальцы вампира скользнули по моим губам и замерли на шее, там, где часто и неровно бился пульс на сонной артерии.
- Не стесняйся меня, если хотите плакать. Тебе это необходимо как воздух.
Я действительно хотела плакать, но будь я проклята, если разревусь в его присутствии! Я дернула головой, сбрасывая его руку.
- И когда же у меня остановилось сердце?
Свой голос показался мне чужим. Горло сжало от непролитых слез, но вампир посмотрел на меня с уваже-нием. Это что-то новенькое.
- Именно тогда - в первый раз. Вадим принял решение вызвать скорую помощь и отвезти тебя в больницу. И то он боялся потерять тебя, кудряшка. Врач-оборотень делал тебе искусственное дыхание, пока не прие-хала машина. Второй раз сердце остановилось уже в реанимации. По времени это случилось, когда я вышел из транса.
- Почему?
Мой голос все еще звучал низко и хрипло, но в целом я справилась. Можно ставить себе отличную оценку в зачетку. В раздел: 'самообладание'.
- Смерть Даниэля, кудряшка, каким-то образом сняла с тебя мою первую Печать. Печать тела.
- Не понимаю?
- Кудряшка, ты уже знаешь про порядок постановки Печатей?
- Вадим рассказал.
- Так вот, когда разум Даниэля умирал, он забирал с собой всю силу Печати. Ты отдавала ее, но при этом его Печать потянула за собой мою. И на две Печати сразу у тебя силы не хватило. Это тебя едва не убило.
- То есть ваша Печать едва не свела меня в могилу, - подытожила я.
- Грубовато, но, в общем, верно, кудряшка. Теперь мне придется восстановить на тебе Печать тела.
Я фыркнула.
- Мечтать не вредно.
- Прости, кудряшка?
Я смотрела вампиру прямо в глаза. Нормальный человек впал бы в транс при одном взгляде в бездонные зеленые озера, но я уже не была нормальным человеком. А кем тогда? А черт меня знает. И меня перепол-няла холодная жгучая злость. Я произнесла, выделяя каждое слово.
- Я. Не. Собираюсь. Иметь. Никаких. Дел. С. Вампирами.
Мечислав даже ухом не повел.
- Теперь уже поздно, кудряшка.
- Никогда не поздно, - отозвалась я.
- Вы уже мой фамилиар. Хотя и с одной Печатью. Этого не изменить и не снять.
- Я не ваш фамилиар. Я не принадлежу вам.
- Я и не сказал, что ты моя собственность, кудряшка. Но тебе уже никуда не уйти. Печати не снять.
- Даже если убить вас?
- Ты этого не переживешь, кудряшка. Ты готова рисковать жизнью?
Я глядела прямо в его глаза. Сейчас я была готова еще и не на такое.
- Вы еще сомневаетесь?
Вампир легко поднялся с кровати.
- Сейчас ты не сможешь со мной говорить, кудряшка. Мы поговорим потом. Когда ты придешь в себя.
- Для нас нет никакого 'потом', - резко ответила я. - Даниэль мертв. Он - единственное, что привязывало меня к вашей клыкастой компании. И единственное о чем я жалею - это о том, что не дала ему поставить на мне еще одну Печать. Он просил меня об этом, а я постеснялась. Дурой была!
- Ты бы не выдержала четырех Печатей, кудряшка. После смерти Даниэля они потянули бы тебя за собой в могилу. Ты бы точно умерла.
Я горько рассмеялась.
- Интересно, что проще - умереть или пытаться жить без любимого человека?
- Умереть всегда просто, кудряшка. - В зеленых глазах было сострадание, но я не хотела его видеть. Вам-пиры - нечисть! И точка!
- Чтобы жить, требуется куда больше мужества, - шепнул рядом с кроватью его голос. - Не заставляй ме-ня разочаровываться в тебе.
Я смерила его взглядом.
- Какое мне до вас дело? Я человек и я не имею ничего общего с ночными клыкастыми тварями! Если вы еще раз приблизитесь ко мне - я сдам вас ИПФ!
Мечислав чуть улыбнулся. Блеснули клыки.
- Ты этого не сделаешь, кудряшка.
- Неужели?
Сейчас я верила в то, что говорила. И вампир должен был это почувствовать.
- Я надеюсь, что ты не сдашь им Вадима или Бориса?
- Не сдам. Но и вас видеть не хочу.
Мечислав улыбнулся еще раз. Он не спорил. Он отлично понимал, что я в бешенстве. И знал, что любые слова с его стороны будут восприняты в штыки. Сейчас. А потом может быть, и нет.
- Я не стану искать встречи с тобой, прелесть моя. Но если я тебе понадоблюсь, ты всегда сможешь меня найти.
- Скорее ад замерзнет, - огрызнулась я.
- Некоторые народы считали, что ад - это место, где очень холодно, много снега и льда, кудряшка. Не сто-ит зарекаться.
- Стоит.
Он стоял у двери, такой невероятно красивый, как мечта. А я ненавидела его. Раньше я не умела ненави-деть, но я быстро училась. Даниэль погиб не из-за него, но Мечислав взял его под свою защиту и не защи-тил. Для меня это было равносильно предательству.
- Наш мир, кудряшка, находится совсем рядом с твоим. И ты теперь живешь в нем. Как бы ты не сопро-тивлялась, но рано или поздно ты придешь ко мне. Ты - мой фамилиар и даже смерть Даниэля не изменила этого. Мы обязательно будем вместе.
Он говорил так уверенно, что я испугалась. И, как обычно, скрыла страх за яростью.
- Убирайтесь из моей палаты и из моей жизни!
Вампир слегка поклонился. Жест этот вышел легким и настоящим. Может быть, так в семнадцатом веке придворные кланялись королю?
- До встречи, кудряшка.
Дверь палаты захлопнулась за ним. Я в ярости треснула кулаком по подушке. Подонок! Ненавижу его! Ненавижу!!!
Дверь опять стукнула и вошла Надя.
- Я отправила всех куда подальше. Как ты себя чувствуешь, кудряшка?
- Хоть ты-то не начинай! - взмолилась я.
Подруга криво улыбнулась.
- А ты знаешь, что в приемном покое тебя зарегистрировали как Изабеллу Вадимовну Клыкову?
Мне было очень паршиво, но тут я не смогла сдержать улыбки.
- И кто это меня так?
- Вадим, конечно. Шалопай, что с него возьмешь! Так что ты будешь на каждом шагу слышать 'кудряш-ка'.
Я покачала головой.
- Даниэль называл меня так, когда сердился.
Надя покачала головой и присела рядом на кровать.
- Юля, Даниэль мертв. Что бы ты ни сказала и ни сделала, его не вернуть. Только тебе будет больнее.
Я это и сама знала, но слышать свои мысли от Нади было куда как хуже. Словно ты предала любимого в мыслях, а кто-то подглядел их.
- Мне так больно, Надя! Так больно!
Лицо подруги смягчилось. Надя присела на край кровати и притянула меня к себе.
- Поплачь, кудряшка. Ты не хотела, но теперь уже ничего не изменишь.
- Не называй меня кудряшка! - рявкнула я. И перестаралась. Горло рвануло спазмом, я раскашлялась и только через несколько минут поняла, что кашляю сквозь слезы, а Надя гладит меня по волосам и пригова-ривает что-то утешительное.
Это и оказалось последней соломинкой. Спина верблюда сломалась, я уткнулась лицом в старый подруж-кин халат и зарыдала, выплакивая всю мою неудачную жизнь. Безумно болело где-то в груди, и я отлично знала, что это - не проходит. Когда вырывают кусок мяса, остается шрам. Когда вырывают любовь - что остается после нее? Мне предстояло узнать это на своем опыте. Но даже сейчас мне было ужасно боль-но.
ЭПИЛОГ.
Я провалялась в больнице еще месяц. Могла бы выйти и раньше, но врачи настаивали на тщательном ле-чении. Их испугала остановка сердца. Но моим родным они ничего не сказали. И на том спасибо. Хотя и сильно подозревала, что это работа Мечислава. Спросить я не решалась. Меня навещали и Борис и Вадим. Вместе они не приходили, но по отдельности бывали не реже двух раз в неделю. Приходили ненадолго и рассказывали последние вампирские новости. Мечислав утвердился в должности Князя Города. Первое что он сделал - пригласил свою стаю перебраться сюда. Теперь у нас в городе стало на пятнадцать вампиров больше. Все приняли его власть безоговорочно. Анна, то есть когда-то Катя, а теперь вампирша Анна, была наказана за свой подлый поступок. Вадим сказал, что Мечислав запретил ей кормиться на месяц и пригро-зил, что при первом же ослушании отдаст ее ИПФ. Это напугало бывшую подругу настолько, что она стала просто пай-девочкой. Попыталась соблазнить Мечислава, но вампир использовал ее и вышвырнул на вто-рую ночь. Больше он к ней не притрагивался. Меня это никак не тронуло. Ну, разве что чуть-чуть. Ревность не разбирает, любишь ты или ненавидишь. Хотя я и не ненавидела Мечислава. Между нами было многое, но ненависть - никогда. Хотя ему я в этом признаюсь, когда коровы полетят. И Вадим, и Борис называют меня только 'кудряшка'. Никто из вампиров даже не помнит, что меня зовут Юля. А если я напоминаю, они просто пожимают плечами. Так и так, Мечислав приказал называть тебя 'кудряшка'. Он наш Князь и мы обязаны повиноваться. Да, с его стороны это чистое ребячество, но приказы Князя Города не обсужда-ются. Скажет - кинуться в огонь, значит кинемся. Да и потом, ты и, правда, кудряшка. Красивая и вся та-кая кудрявая. На этом месте наш спор обычно заканчивается, и мы переходим на другие темы.
А вообще - Вадим и Борис, потрясающие парни с обалденным чувством юмора. Когда не убивают и не пьют кровь. Мне очень приятно с ними общаться. Домой ко мне они тоже приходят.
Надя перекинулась в первое полнолуние и принесла мне фотоснимок. На пленке получилась роскошная рыжая лиса, в два с половиной раза больше, чем они бывают на самом деле. Подруга говорит, что в мохна-том образе нравится себе гораздо больше. Хотя и в человеческом образе она стала гораздо красивее. Она решительно сменила имидж, и теперь не жалуется на недостаток мужского внимания. Из морга она тоже ушла и теперь работает в одной из частных стоматологических поликлиник города. Я знаю, что эта поли-клиника принадлежит оборотням, но больше никто об этом не знает. Никаких репрессий со стороны инсти-тутского начальства не последовало. И я знаю, что Мечислав заранее проплатил бешенную взятку, чтобы Надя поступила в следующем году на любой выбранный ей факультет. Я рада за нее. Она - умница.
ИПФовцы в больнице не появлялись. Меня это очень порадовало. Но когда я вернулась домой, в первый же вечер раздался звонок. Я сняла трубку.
- Алло?
- Добрый вечер. Могу я поговорить с Юлией Евгеньевной?
- Вы с ней уже говорите, - проинформировала я.
- Это Константин Сергеевич.
- Здравствуйте, подполковник, - порадовалась я.
- Уже полковник. Юлия Ев...
- Юля. Поздравляю вас. Я очень рада.
-Я тоже рад. Это ведь благодаря вашим сведениям...
- Вы выполнили квартальный план по отстрелу раньше времени? - съязвила я.
Полковник рассмеялся. Почему-то мне это было неприятно. Почему?
- Примерно так.
- Я за вас рада.
- Хорошо. Юля, я хотел поблагодарить вас за полученную информацию и еще раз повторить свое пригла-шение.
- Какое? - не поняла я.
- Насчет тестов. И совместной работы.
- Вы знаете, что я отвечу. Я не желаю связываться с ИПФ. Здоровье дороже.
- Кстати, я рад, что вы выздоровели. Не хотите поделиться причинами болезни?
- Не хочу.
- Очень жаль, кудряшка.
- Меня зовут Юля.
- А я думал - Изабелла. Как новую подругу Князя Города. Ее никто не видел, но о ней много говорят.
- Меня это не волнует, - отрезала я, чувствуя, как горят уши. Хорошо, что у нас не видеотелефон.
- Очень жаль, кудряшка.
- И не называйте меня так!
- Как пожелаете. Юля, вы точно ничего не хотите нам рассказать?
- Ничего, - не дрогнула я. - У вас все?
- Все.
- Тогда до свидания, полковник?
- Подождите, Юля.
- Что еще? - я устала от разговора, и мне очень хотелось бросить трубку. Да так, чтобы больше по этому телефону ни одна сволочь мне не позвонила!
- Запишите мои телефоны. Мало ли что случится в жизни.
- Например, я решу преподнести вам подарок на Рождество?
- Или на Пасху. Не суть важно. Просто - запишите их.
Я послушно взяла блокнот и ручку.
- Диктуйте!
Три телефона, три имени. И по каждому меня немедленно свяжут с полковником. Пусть так. Хотя я и со-мневалась, что мне когда-нибудь понадобится это знание. Хватит с меня вампиров, чтобы еще продавать душу их антагонистам!
Потом был еще один разговор с Вадимом. С Мечиславом я порвала и даже слышать о нем не хотела, но Борис и Вадим, так или иначе, останутся моими друзьями. И мы часто видимся. Я поговорила с Вадимом после своей выписки из больницы. В больнице он старательно избегал этой темы, но после выписки, когда вампир приехал ко мне на дачу, я не выдержала.
- Тебе не кажется, что нам нужно кое-что уточнить? - спросила я.
Вадим кивнул, но промолчал. И мне пришлось первой начать разговор.
- Ты оглушил меня тогда. Почему?
Вампир не стал уточнять, когда именно. Он молча кивнул. И только через несколько минут заговорил.
- Юля, я вампир из вертикали Мечислава. Ты это знаешь.
- Ну да.
- То, что ты хотела сделать в тот момент, было самоубийством. Более того, ты бы убила и меня, и Бориса. Я не хотел этого. Я пытался остановить тебя. И у меня была только одна возможность.
- Ты ведь знал, что они убьют Даниэля?
- Я догадывался, - не стал кривить душой вампир. - Прости, но своя шкура для меня всегда была дороже. Прожив пару столетий, как-то привыкаешь жить дальше.
Я кивнула, принимая его объяснения.
- Скажи, Даниэль действительно не страдал?
- Ему не было больно, - отозвался Вадим. - И еще. Когда я тебя оглушил, он попросил у Рамиреса разре-шения поговорить со мной.
- Ему разрешили?!
- Да.
- И что он сказал!?
Вадим опустил ресницы.
- Юля, он просил передать тебе, что любил по-настоящему, что судьба разлучила вас, но он надеется, что ты будешь его помнить, и что если хватит сил, он передаст тебе подарок на прощание.
Я нахмурилась.
- Подарок на прощание?
- Я не знаю, что он имел в виду, - передернул плечами Вадим. - Если честно, я бы лучше промолчал.
- Ты не промолчал.
- Да. Юля...
- Да?
- Юля, не сердись на шефа. Он действительно не виноват. Просто так получилось. Вам выпали чертовски плохие карты. Но разве это повод для разлуки? Я же знаю, что он тебе нравится.
Я вскинула голову.
- Во-первых, твой шеф всем нравится. А во-вторых, если ты скажешь о нем хотя бы слово, я просто выки-ну тебя отсюда! Ясно?
- Ясно...
Что еще можно сказать? Валентин по-прежнему вожак стаи. Он удержался и очень доволен. Мечислав помог ему на новом посту, как советом, так и вооруженной силой. Вампиры - очень убедительный аргу-мент. Особенно если их возраст больше ста лет. С ним мы тоже общаемся. Мы хорошие друзья. Очень. Иногда мне кажется, что Валентин немного увлечен мной, но потом я начинаю думать, что у меня паранойя и успокаиваюсь. Кстати, он тоже называет меня 'кудряшка' и уверяет, что прозвище соответствует дейст-вительности. Я уже перестала спорить. Пока Мечислав не отменит своего дурацкого приказа, я обречена, носить это имя. Крестный отец, блин!
Дед и мама примчались ко мне в больницу на следующий день, после того как я пришла в себя. Я встрети-ла их улыбкой и рассказом в духе незабвенной 'Бриллиантовой руки'. Поскользнулся, упал, очнулся - больница. Это я рассказала маме. Я бы и дедушке рассказала не больше, но за меня опять все решил Мечи-слав. Еще через два дня дед вошел в палату рано утром и посмотрел на меня так, что я поняла - знает.
- Утро доброе, дед!
- Ну, ты и наворотила дел, кудряшка.
- Хоть ты-то не называй меня так!
- Не буду. Но я познакомился с одним вампиром, который дал тебе это прозвище!
- Ты веришь в вампиров?
- А у тебя шрамы по рукам и под ключицей от излишней религиозности?
Я опустила глаза.
- Мне не хотелось в психушку.
- Я бы тебя туда и упек, если бы узнал о том, что произошло из твоих уст. - Дед и не думал оправдывать-ся. - Но гораздо убедительнее, когда при тебе сперва перекидывается оборотень, а потом вампир демонст-рирует свои клыки. Впечатляющий парень этот Мечислав.
- Он тебя не гипнотизировал? - встревожилась я.
- А он это может?
- Со мной он это проделал с легкостью.
- Нет. Меня, насколько я понял, он не гипнотизировал. Он предложил мне сотрудничество.
- Неужели?
- Снегирев умер. Его бизнес остался без хозяина. И меня это не то что радует, но я хочу его дело.
- И вампир предложил тебе помощь?
- Да. В обмен на восемьдесят процентов прибыли.
- Не хило! Но Мечислав всегда был акулой.
- Сошлись на семидесяти пяти процентах. Дело налаженное, а двадцать пять процентов на халяву - не так и плохо.
- Уже лучше, - отозвалась я. Вампир, как всегда, остался в выигрыше. А то я не знаю, что раньше ему принадлежало семьдесят процентов 'Лекет Инк'. Но дедушке об этом знать не обязательно.
- Ты не хочешь обсудить со мной все, что произошло?
Я подумала и покачала головой.
- Сейчас - нет. Слишком больно. Может быть потом. А пока не говори со мной о вампирах.
- Не буду. Но у меня будет для тебя подарок, когда ты вернешься домой.
Я пожала плечами. Я ожидала многого, но никак не двухкомнатную полностью отделанную квартиру в соседнем подъезде. То есть с обоями и сантехникой. А обставляла ее уже я, после того, как дед показал мне документы. Получилось просто здорово. Дед аргументировал это просто.
- Тебе уже пора жить отдельно. А квартиру я купил так близко, чтобы ты не чувствовала себя брошенной. Хочешь - живи у себя, хочешь - приходи к нам, кудряшка.
- Не называй меня так!
- Я не буду. Но ты уверена, что тебе не нужна помощь? Когда этот вампир говорит о тебе, у него глаза горят. Он о тебе не забыл.
- Я и не надеялась.
Теперь я живу отдельно. Мечислав не оставил меня в покое. Началось это с того, что мне домой доставили корзину роз с запиской.
'Я всегда помню о тебе, кудряшка. Люблю. Жду. Искренне твой, в любое время и в любом месте, Мечислав.'
Рядом на карточке был дан телефонный номер. Карточка отправилась в мусорное ведро. Розы я выбросить пожалела. Просто выставила их на лестницу. Но цветы приходили каждый день. Я уже знаю в лицо каждого рассыльного из цветочного магазина, а они отлично знают, что потом им придется стащить цветы площад-кой ниже. Очевидно, кто-то сказал об этом Мечиславу, потому что теперь на площадке стоит огромная ваза, а в ней всегда стоят алые розы. Я могу беситься, но ваза накрепко привинчена к полу. И убирать ее мне не разрешает домоуправление.
Я вернулась в институт. Хожу на занятия, как и раньше. Предъявила справку о болезни и досдала экзаме-ны. В институте мне спокойно и хорошо. Там никто не знает о моих проблемах. Никто не называет меня 'кудряшка'. И мне от этого легче.
Катины родители звонили мне. Спрашивали, не знаю ли я где она и что с ней. Я промолчала. Они так и не узнали, что их ребенок стал вампиром. Оно и к лучшему. Вряд ли они смирились бы с этим фактом. Теперь Катя считается пропавшей без вести. Хотя со мной ее никто не связывает. Кто-то позаботился, чтобы, пока я лежала в больнице, Катя пару раз показалась в ночных клубах и сказала, что собирается уехать из города. Так что у меня стопроцентное алиби. Наверное, это Мечислав приказал, но точно я не знаю. Я вообще не расспрашиваю о своей бывшей подруге. Катя для меня умерла, а вампирша по имени Анна меня не волнует. Хотя тут я немного кривлю душой. Волнует. И еще как. Я бы с огромным удовольствием свернула ей шею за подлое предательство, но я точно знаю, что для этого мне надо будет сделать шаг навстречу вампирам. А этого мне делать не хочется. Мечислав, конечно, разрешит мне содрать с Анны шкуру и даже поможет, но что он потребует взамен? Лучше мне этого не знать. Жить проще будет.
У меня сдвинулся суточный ритм жизни. Теперь я не могу спать по ночам. Я ложусь спать сразу по воз-вращении из института и просыпаюсь с темнотой. Всю ночь читаю или смотрю телевизор, а утром иду на занятия. Так мне легче. Иногда мне снится Даниэль. И от этих снов я просыпаюсь в слезах. Я купила краски и мольберт и пытаюсь рисовать. Откуда-то я знаю, как это делается. Сработала Печать? Или нет? И это тот самый его подарок на прощение? Я ничего не знаю даже о самой себе, и это пугает. Но обращаться за разъ-яснениями к вампиру!? Лучше умереть сразу! Не желаю иметь с Мечиславом ничего общего! Не хочу! Если он приблизится ко мне - я убью его! Даже если это огромный риск для меня! Слишком живы в моей памяти глаза Даниэля, чтобы простить Мечислава. Я любила и потеряла любимого. И теперь твердо знаю, что ос-тается, когда из сердца вырывают любовь. Остается пустота. А в ней - боль. Она не проходит и не стихает. Говорят, что время лечит. Я на это не надеюсь. По ночам смотрю на небо и плачу. Когда-то я мечтала смот-реть на звезды рядом с любимым человеком. Теперь этого уже не будет. Ничего не будет. А я почему-то есть. Живу по привычке, хожу по привычке, говорю по привычке. А еще под ключицей выделяется шрам в форме креста. Он останется со мной навсегда. Как и горькая память о моей первой погибшей любви.

 


Оценка: 8.00*3  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Д.Куликов "Пчелиный Рой. Вторая партия"(Постапокалипсис) Л.Джейн "Чертоги разума. Книга 1. Изгнанник "(Антиутопия) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) А.Эванс "Мать наследника"(Любовное фэнтези) Ю.Меллер "Дорога к счастью"(Любовное фэнтези) Е.Флат "Невеста из другого мира"(Любовное фэнтези) В.Гордова "Во власти его величества"(Любовное фэнтези) О.Рыбаченко "Императорская битва - Крах империи"(Киберпанк) А.Гришин "Вторая дорога. Выбор офицера."(Боевое фэнтези) Э.Никитина "Браслет. Навстречу своей судьбе."(Любовное фэнтези)
Хиты на ProdaMan.ru Книга 2. Берегитесь, адептка Тайлэ! Темная КатеринаПеснь Кобальта. Маргарита ДюжеваЗаложница стаи. Снежная МаринаПорченый подарок. Чередий ГалинаНевеста двух господ. Дарья ВеснаВолчий лог. Сезон 1. Две судьбы. Делия РоссиЧудовище Карнохельма. Суржевская Марина \ Эфф ИрЛили. Сезон первый. Анна ОрловаПодари мне чешуйку. Гаврилова Анна✨Мое бесполое создание . Ева Финова
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
С.Лыжина "Драконий пир" И.Котова "Королевская кровь.Расколотый мир" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Пилигримы спирали" В.Красников "Скиф" Н.Шумак, Т.Чернецкая "Шоколадное настроение"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"