Гоосен Ольга Константиновна: другие произведения.

Кто ходит первым, тот проигрывает?

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурс LitRPG-фэнтези, приз 5000$
Конкурсы романов на Author.Today
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Он проиграл, проиграл все, даже право на существование в этом мире. Единственное, что ждет его на пути, чистилище, место, откуда никто и никогда не сможет выбраться. Он - темный властелин. Он - тот, кто сделал первый ход, и проиграл. потому что темные ходят первыми, и проигрывают. Но что будет, если окажется, что проигрыш постиг совершенно другую сторону?

  Он улыбался: насмешливо и победоносно, несмотря на то, что проиграл. Проиграл какому-то сборищу фанатиков, взвинченных подростков, только-только выпустивших из рук подол материнского платья. Нет ничего позорнее, чем проиграть сопливому ребенку, и нет при этом и ничего более благородного.
  "Какие же они дети," - с усмешкой думал мужчина, разглядывая своих противников, - "какие доверчивые, какие чистые... Это так забавно. Они так отчаянно стараются, бьются со злом... Но ничего, совсем ничего не знают об этом мире".
  -Ты, Андрел, Семнадцатый Темный Властелин мира Доброзло, приговариваешься к пожизненному заключению в тюрьме нашего светлого города Авандил. Ты должен быть благодарен за то, что мы сохранили тебе жизнь, злодей, потому что любой другой на нашем месте убил бы тебя!
  Мужчина расхохотался, давно ему не было так весело.
  "Светлые - этим все сказано", - Андрел утёр проступившие от смеха слезы, - "Милосердие проявляют... Да сдалось мне их милосердие! Уж лучше бы убили! Но нет, решили поиграть в благородство: нельзя уподобляться силам зла, не надо убивать! Лучше запереть навечно в своем "чистилище" до конца времен, лишив всех способностей, будущей, оставив лишь одну сумасшедшую, воистину безумную мечту - выбраться на свободу!"
  -Властью данной мне объявляю: приговор вступил в силу! Потому, отведите приговоренного в его место заключения, - сурово проговорил судья, в последний раз оглядывая Темного Владыку.
  Молодой, ещё совсем молодой... Ему на вид лет двадцать, может чуть больше. Лицо ещё совсем чистое - лишенное морщинок. Темно-карие глаза блестят, словно в них сокрыта какая-то сила. Черные волосы, длиной до плеч, лишены седины, не найти и за века хотя бы одного седого волоса.
  Хотя, на самом деле, это всего лишь внешность, иллюзия, обман... Мужчина годился судье (уже обеленному сединой) в прапрадедушки точно. Но ничто, ничто не могло выдать истинный возраст приговоренного.
  "Все злодеи такие", - с раздражением подумал судья, - "как назло, вечно молоды, пусть и не бессмертны. Если они и умирают, то только от чьих-то рук, а сами они никогда не помрут! Их всегда нужно травить, иначе они будут жить вечно".
  Стража подошла к Темному Властелину и подняла его на ноги. Тот весело ухмыльнулся, не без ехидства оглядывая окружающих: все это он видел в последний раз.
  "Да, из "чистилища" ещё никто не выходил, и никогда сам не выйдет", - про себя хмыкнул Андрел, - "да о чем я? Зачем вообще оттуда выходить?! Какой резон? Ладно если пройдет ещё лет пятьсот - это ещё ладно... тогда ещё есть шанс на то, что останешься в здравом рассудке... А если придется ждать даже не одно и не два тысячелетие? А три, пять, семь, десять? Тогда уже и смысла нет..."
  Мужчина оглядывал всех присутствующих, пытаясь запомнить все, что происходит с ним, запомнить как можно лучше... Просто так.
  Вон, стоит Великий Герой - сущий мальчишка, ему всего-то лет пятнадцать с небольшим, а уже прославился... Прославился тем, что победил самого Владыку Зла, Темного Властелина - Андрела.
  Мальчишка был конопатым, рыжеволосым, с курносым носом - сущая деревенщина, только-только вышедшая из деревни, бросившая в сторону плуг... Только глаза сверкают, словно в них горит огонь.
  "Смышленый малый, у него большое будущее," - подумал Андрел, насмешливо улыбаясь прямо в лицо своему врагу, - "король уже обратил на него свое внимание, да и остальные вряд ли оставят его без каких-то щедрот. Ведь героев нужно как-то чествовать?"
  -Не смейся! - обиженно прокричал мальчишка в ответ на усмешку Злодея, - Тебе никогда не выбраться из "чистилища"! Зло больше никогда не вернется в этот мир!
  "Ну, ну," - хмыкнул мужчина, пожимая плечами, - "постройте царство света... а я посмотрю и посмеюсь!"
  Но тут его толкнули в спину, вынуждая идти дальше. И Андрел пошел, совершенно не сопротивляясь, он умел проигрывать с достоинством. Пусть его участь - умереть в безумии, но об этом узнают только тогда, когда наступит конец всего, а до той поры он уйдет, и уйдет пусть и проигравшим, пусть и осужденным, но благородным. Он уйдет с гордостью. Ему все равно, терять нечего, кроме своей собственной гордости. Андрел её потеряет, когда сойдет с ума, но не сейчас. Пусть сейчас он уйдет на веки вечные в заточение, но с гордо поднятой головой, с победоносной улыбкой.
  Среди жителей слышался ропот: никому не нравилась эта улыбочка Темного, никто не понимал, что она сулила.
  "Они боятся..." - понимал мужчина, продолжая улыбаться и уходить со своим конвоем в чистилище , - "Пусть бояться, пусть думают, что я ещё могу вернуться. Пусть... Это будет мне маленькой отрадой - меня бояться даже тогда, когда я связан по рукам и ногам, лишен силы, когда рядом стоит королевская армия... Пусть они бояться меня даже тогда, когда они стоят рядом со своим героем. Пусть бояться... И верят".
  Его провели к высокому замку, больше похожему на старую крепость: толстые стены не пропускали внутрь и лучика света. Окон не было, была только дверь, ведущая внутрь.
  Стражники, стоящие на воротах, нехотя, медля, открывали ворота внутрь чистилища, внутрь самой страшной тюрьмы всего этого мира - замка Забвения.
  Здесь не существуют времени, нельзя понять, сколько прошло времени... И пройдут годы, прежде чем ты поймешь, что какие-то десять лет для окружающего мира - обернулись тысячью для тебя. Здесь нет тюремщиков, они не нужны... Никто не сможет выйти из камеры даже если у него будет оружие, даже если у него будут ключи от камеры, даже если у него будет сила... Но ключей у узника не будет - они будут висеть у самого входа в крепость, их пленник увидит только один раз, когда его будут запирать - больше никогда. Оружия у осужденного тоже нет, да и быть не может - его отнимают ещё до суда, ещё до того, когда из уст судьи вырвется это страшное слово - "чистилище".
  Что до силы... То её тоже не будет. Тот кто зашел в крепость, шагнул внутрь камеры - моментально лишается всех своих способностей. Говорят, что дело в камере, куда заводят узника. Кто знает, может это правда...
  Андрелу суждено проверить все сказанное на своей собственной шкуре.
  Мужчину провели в самую высокую башню - там были камеры для самых злостных преступников. Темный Владыка оглядывал пустующие камеры - не было более опасного и более страшного преступника, нежели Повелитель Тьмы.
  -Радуйся, Владыка, - хохотал стражник, мелко подрагивая от затаенного страха, - ты будешь первым, кого посадят сюда. Будешь - первопроходцем!
  Мужчина только хмыкнул пожимая плечами: бояться и стенать уже не было смысла, раньше нельзя было, не то положение, не тот статус, а теперь - поздно. Он проиграл. Проиграл не много, не мало, а само право на существование в этом мире.
  "С другой стороны, я с самого начала знал, чем это кончится," - улыбался несмотря ни на что Андрел, - "Темные ходя первыми и проигрывают. Темным можно показывать свое настоящее лицо, в отличии от светлых, которым его нужно скрывать и прятать. Но плата за такое право - треклятое право на жизнь в этом мире, да и в тысяче и миллионе других... Мы - правдивые, мы - искренние, мы не прячем свое лицо за масками благородства и доброты. Мы открыто, с улыбкой показываем свою грязь, не боясь и не таясь. Потому нас и не любят. Мы слишком, слишком настоящие - не боимся лгать, не боимся показывать свою темную натуру. Мы не прикрываемся светлыми одеждами, мы смело надеваем черные покрывала... чтобы достойно с ними умереть".
  -Давно мечтал о тихом и спокойном месте, - ухмыльнулся Темный Властелин, - а то отдохнуть совсем не дают: герои так и шастают!
  Гордо вскинув голову, Андрел шагнул внутрь камеры, за ним тут же опустилась решетка. Противный скрип железных шестеренок словно отмерял последние мгновения его свободы... Тяжелый стук опустившихся прутьев объявил о начале заключения, вечного заключения.
  "Ну вот, теперь действительно нечего терять", - улыбка померкла, прежний блеск из глаз исчез, осталось только сожаление: он много чего не успел сделать, какие упустил возможности... Казалось, что не пройди он мимо них, то конец этой партии был бы иным: и наконец-таки нарушился бы древний закон.
  Темные ходят первыми и проигрывают - гласит закон сил, закон волшебных шахмат. Какого бы цвета не были твои знамена, каких бы красивых и честных слов ты бы не говорил... Если ты ходишь первым, наносишь удар первым - то становишься Злом, и волшебная игра начинается... И в конце ты проигрываешь, ведь ты сходил первым, а первыми ходят темные, а темные всегда проигрывают.
  Это закон.
  "Непреложный", - мысленно добавил Андрел, оглядывая камеру, ведь теперь это его новый дом. Хотя нет, не дом, дом - это место, куда хочешь вернуться, место, где тебя ждут. А это... Это пристанище, последнее, как могила в земле...
  Только вот у Андрела могилы не будет, он исчезнет как безликая тень, как призрак, лишенный покоя. Он ведь в конце времен даже не умрет, а просто исчезнет, снова сольется с Великим Ничто, как это было много-много тысячелетий назад.
  Мужчину окружали каменные стены без окон, внутрь не мог пробраться даже самый крохотный солнечный лучик. Единственным источником света был один-единственный факел на стене - он горел давно, и будет гореть всегда, так же, как и сам Андрел.
  Здесь он должен провести вечность...
  Время шло медленно, пугающе медленно, словно часы нарочно замедляли бег. Но это только казалось. Время шло как обычно, просто мужчина ощущал его по-другому. Секунды казались минутами, минуты - часами, часы - днями, дни - неделями, недели - годами... Для узника время текло медленно, очень медленно.
  Сначала Андрел вспоминал, как жил до того, как стал Темным Владыкой: он был простым мальчишкой, учеником колдуна, подающим большие надежды. Родители на него молились, чтобы тот вырос и развил свой талант, чтобы стал великим магом, чтобы его дар увидели правители, чтобы он стал одним из успешных волшебников своего времени...
  Но он не стал, не оправдал надежд родителей. Он решил стать Темным Властелином.
  Его не интересовали не богатства, ни власть, ни слава. Андрел просто хотел справедливости, но на свой лад.
  Много раз он видел, как светлые забирают детей Тьмы, чтобы потом судить. Многие из темных жили в самых простых семьях, среди простых жителей. Родители зачастую и не знали, кем был или была их сын или дочь, а когда узнавали, то уже было поздно: приходили стражники и уводили их детей прочь.
  Их не волновали ни плачь, ни крики, ни обвинения, ни мольбы: они просто выполняли свой долг.
  Андрел их понимал - у них не было другого выхода, они должны были подчиняться законам... Но уж лучше бы они убивали бы и ту несчастную семью, чьего ребенка они забирали на суд. Уж лучше легкая смерть от клинка, чем то, что ждало несчастных потом...
  Сначала презрение, обвинение, насмешки. Потом в ход шла сила: семью били, унижали, над ней злобно смеялись, ведь они - родители отродья тьмы, они - это те, кто воспитали новое чудовище. Почему бы им самим не быть такими же?
  Конец печален - невинных, несчастных людей забивали камнями, сжигали на костре, старались убить так, чтобы жертва умерла как можно медленнее, и чтобы она перед смертью испытала как можно больше мук.
  Тогда он и решил, что будет сам вершить свое правосудие. И он стал новым Темным Властелином. Под его руку стекались темные создания, чудовища и монстра, отверженные, преданные, мучимые жаждой мести и злобой.
  Он сделал первый ход, он начал судить людей так, как они судили других. Андрел стал Злом - так его окрестили люди.
  И он много лет держал порядок: как в своем чертоге, как и в прочих землях. Да, его суд был суров и жесток, но он был справедлив. Число его сторонников росло, но и число врагов тоже. И чем сильнее он хотел расставить все по своим местам, тем сильнее он путался в паутине судьбы - сделать ход первым и проиграть.
  А потом Андрел понял, что ему никогда, никогда не восстановить Справедливость: она просто не может существовать в этом мире. Чтобы она могла существовать в этом мире, нужно уничтожить все живое и мертвое на земле, нужно все вернуть в состояние Ничто.
  Тогда он узнал о конце времен, о том времени, когда вернется Справедливость и Истина в этот мир. Если люди познают истину, если они только сорвут с неё покрывало тайны, то тогда они разрушат этот мир, а когда мир превратится в ничто, то вернется и справедливость.
  "Мрачные воспоминания," - мелькнуло в голове мужчины, когда он ложился спать на пол, - "но ведь и жизнь - мрачная".
  Он ложился спать, и только во сне Андрел забывал о своем мрачном прошлом, настоящем и будущем. Перед ним раскрывалась красивая, дивная, красочная страна, где никто не ведал ни грусти, ни печали, ни страха... Все были счастливы.
  А потом он просыпался, и его снова окружали стены камеры и стальная решетка.
  И Андрел снова вспоминал свое прошлое...
  Его называли Темным Властелином, его считали истинным Злом. Многие считали, что он хуже всех предыдущих Владык Тьмы: те хотя бы желали чего-то конкретного: денег, драгоценностей, власти, славы, крови, просто чужих мук... Их можно было предсказать, их можно было осудить на смерть недолго думая и рассуждая о правильности решения.
  Но Андрел был другим делом: его предшественники покупали себе слуг и рабов, а он находил себе верных друзей и помощников. Все генералы, что служили Андрелу, все до единого погибли в бою, никто, никто из них не предал своего Владыку. Никто. Ни один.
  Их пытались подкупить, их пытались обмануть, им угрожали, их молили - откажись, откажись от этого чертового безумца, мечтающего о справедливости. Откажись, ведь умрешь, и имя твое предадут проклятию, тело - забвению, память - позору.
  Но все, все остались верными. Все до единого.
  "Простите ребята," - грустно улыбался Андрел, - "я не оправдал ваших надежд... Ваши смерти оказались совершенно напрасными... Глупыми..."
  А потом он заплакал.
  Говорят, мужчине нельзя плакать, никак нельзя, ведь он - сильный, он - мужественный, он - храбрый... А слезы - это слабость, а слабым может быть кто угодно, но не мужчина.
  Кто сказал эту глупость? Уже не найти его, не узнать ни лица, ни имени, все кануло в Лету.
  "Как хорошо, что они сейчас меня не видят," - кусал губы Андрел, не в силах остановить слезы, - "особенно Ирдис, уж он бы хорошенько дал мне по шее за то, что я раскисаю".
  Он бы сказал: "Чего это, Ваше Наитемнейшество (да, он всегда так дразнил своего Владыку), сидит и раскисает как кисейная девица перед замужеством? Уж не надумали ли вы принять предложение ГОСПОДИНА Р***?"
  Далее обычно в генерала летело что-то тяжелое (чаще всего скипетр), а потом вся Темная резиденция могла наблюдать за бесплатным зрелищем: охотой на генерала Ирдиса. Помниться, они однажды чуть не разнесли правое крыло замка.
  Генерал Ирдис был улыбчивым малым, да и веселым. Его любили солдаты, его уважали другие генералы, его боялись враги. Ему бы прожить свою жизнь среди светлых - он бы знал славу и почет, его имя увековечили на все имена, выдолбили на великой стене Памяти. Его бы знали как героя... Но Ир предпочел службу своему Владыки, чем предательство.
  Он умер под пытками в темнице Светлых. До последнего вздоха он смеялся и говорил: "Навеки верен своему Господину Андрелу!".
  Владыке было тяжело дышать: слишком больно вспоминать, слишком больно помнить...
  "Неужто вы решили все забыть?!" - раздался в памяти раздраженный окрик Дрейна, второго генерала, - "Да вы смеетесь!!! Только слабаки пытаются уничтожить неприятные им воспоминания! Сильные должны нести свою боль как крест! Так что, "Повелитель", подберите сопли и идите, лучше подумайте о следующем сражении!"
  Да, Дрейн всегда был беспардонным. Плевать ему было на этикет, плевать на то, что нужно знать, что говорить, а что нет. Он всегда говорил только то, что думал. Он не умел утешать, но всегда мог встряхнуть человека так, чтобы он смог встать на ноги и идти дальше.
  Дрейна бы в другой ситуации называли бы человеком, который мог быть отличным другом, пусть хамоватым, пусть наглым, но верным до самого конца своим друзьям. Он не был человеком, который бы бросил друга, товарища, да что там?! Он бы даже солдата не бросил бы в беде! Он сражался как зверь, его называли Богом Войны! К нему нельзя было подступиться: врагу казалось, что он стоит перед человеком-мельницей, так как клинки в руках Дрейна походили на постоянно движущиеся лопасти. Враги боялись одного его имени, имя Дрейна внушало врагу страх, ужас...
  Он умер как воин, сражаясь, унёс за собой многих врагов, прежде чем его самого убили: подняли на копьях, потому что к нему нельзя было подойти ближе, чем на расстояние вытянутого меча. Его тело порубили на куски: боялись, что он восстанет из мертвых.
  "Сволочи," - скрипел зубами Андрел, - "где же была их честь, их слова о том, что нельзя издеваться над мертвым? Где, пустота их поглоти, была их треклятая честь?! Где?!"
  "Вы опять за свое..." - скучающим голосом отозвался голос третьего генерала, из далеких воспоминаний, - "Рвете и мечете... А волноваться, между прочим, вредно для сердца, да и для печени, я слышал тоже! Особенно зная, сколько вы в своих припадках пьете... Мы либо разоримся на выпивку (поклеп, Андрел пил редко... Но метко), или вам на врача. С такими темпами вы посадите себе печень... Знаю, что ваше здоровье вам самому глубоко безразлично, но так хотя бы казну пожалели бы!"
  "Заткнись, Мор!" - всегда обрывал мужчина холодный и нерасторопный голос генерала, - "не видишь, у меня - ГОРЕ!"
  "Какое на этот раз?" - также равнодушно.
  "Эти... Светлячки... Выставили против меня - РЕБЕНКА!"
  "..." - неловкое молчание, а потом Мор сказал, - "тогда вам придется осваивать новую профессию - нянька называется".
  После чего Темный Владыка желал своему другу такой же судьбы и участь нянечки в большом детском саду.
  "Да, Морри, теперь нам с тобой больше не сойтись в словесной перепалке," - Андрел пустыми глазами смотрел на каменные стены, - "никогда...".
  Мор, или Морри для друзей, в отличие от первых двух генералов был ученым. Он изучал возможности чудовищ и монстров, думал над тем, какие гибриды можно было бы использовать в бою... А ещё он работал над тем, как возвращать конечности воинам, как лечить, казалось бы, неизлечимые болезни. Да, у него были свои методы, и со стороны они казались жестокими... но результаты всегда оправдывали ожидания.
  Морри часто мучили кошмары: он никогда не мог забыть о тех, чьи жизни он использовал, чтобы найти какую-то вакцину, найти какой-то новый вид брони, оружия... Но он не жаловался, и ни за что бы не позволил проявить кому-то жалость к себе.
  Он и самого себя не жалел: когда светлые осаждали крепость Владыки, когда уже оставалось не так много воинов, чтобы отбить атаку, Мор решил использовать одну свою сыворотку: стать сильнее, намного сильнее любого воина, стать способным сокрушать скалы, крушить легионы врагов... И он использовал свой эликсир: Морри походил на берсерка, неустрашимого, неудержимого, несокрушимого. Мор чуть ли ни в одиночку отбил крепость: ранения его не останавливали, казалось, что его ничто не может удержать...
  Но это было не так. Плата за силу эликсира оказалась высока: жизнь. Мор умирал на глазах друзей и товарищей, умирал и улыбался, впервые на памяти Андрела.
  Сил на слезы уже не было, только в груди была пустота. Да, он разбередил давнюю рану на сердце, он снова вспоминал веселые и грустные, смешные и страшные моменты из жизни друзей-генералов.
  Особенно часто вспоминался четвертый друг: Винар.
  Уж кто-кто, а он никогда не мог удержаться в стороне от веселья. Ему только предложи повеселиться, подшутить над кем-то, и он уже предлагал тысячу и одну идею.
  "Та-а-ак! Наше Величество опять в печали!" - слышался насмешливый голос, - "И что на этот раз? Опять наш "карапуз" с мечом пожаловать изволил? И не надо кривиться! И что, что он вламывается в крепость уже десятый раз, и подумаешь, что он опять испортил ворота. Зато вы только представьте, сколько интересных ловушек можно специально для него придумать!"
  Далее Винар излагал план "пакости" и, разумеется, претворял его в действительность. Ни одна веселая пирушка не проходила без Вина. Если на пиру его не было, то это был уже не пир. Ему ничего не стоило рассмешить до слез друзей, довести до белого каления врагов. Он жил с улыбкой на лице, даже умер улыбаясь.
  Заклинание светлых магов медленно разрушало его тело, сначала исчезли ноги, потом руки... Он рассыпался на частицы заживо. Ему было дьявольски больно, а он улыбался, назло всем.
  Андрелу было больно, нестерпимо больно. Уж лучше бы иметь самую страшную, но простую рану, чем иметь такой груз на сердце. Но Владыка не собирался отказываться от этого креста, ведь так делают только слабые, а он сильный, он будет нести эту тяжесть до самого конца. Он будет помнить своих друзей, будет помнить их, потому что если не он, то кто? Кто вспомнит тех, кто отдал свое предпочтение тьме? Кто?
  Верно, никто. Светлым незачем жалеть тех, кто ушел к Темным: раз встал на их сторону, значит предатель, значит тебе - смерть.
  "Максималисты..." - с раздражением подумал мужчина, открывая и закрывая глаза, - "жестокие, кровожадные, фанатичные, верящие в свою правоту... Прямо как избалованные дети... Слишком избалованные..."
  Печаль, радость, злость - Темный встречал все эти эмоции и тайно радовался им, потому что боялся испытать равнодушие, полную пустоту, когда уже ничего не хочется, когда смотришь пустыми, равнодушными глазами в никуда, когда ждешь, чего-то постоянно, терпеливо ждешь... а оно все не приходит... И под конец ты уже ничего не хочешь, а ждешь уже просто по привычке, просто потому, что нужно делать хоть что-нибудь. Чем не занятие? Ожидание конца времен - тоже занятие. Особенно в чертогах чистилища.
  Воспоминания, размышления о жизни скрашивали эту странную жизнь в тюрьме. Особо дорогими стали мысли, воспоминания о встрече с тем мальчишкой-героем. Встречи, сражения, обиды, снова сражения, клятвы отомстить друг другу... И все начиналось сначала, ровно до тех пор, пока кто-то из них не ошибся, не решил сменить тактику, поступить по иному. И привычный круговорот исчез: Андрел в тюрьме, а мальчик - славе.
  "Интересно, какую жизнь он проживет? Какие цели поставит и каких добьется? Как пройдет его жизнь? Будет ли он доволен ей?" - такие загадки нравились мужчине, а ещё ему нравилось представлять картины будущего, какое может быть у его врагов: то счастливое, то трагическое, то веселое, то грустное, то великое, то жалкое...
  А время шло, мысли Андрела перескакивали с пятого на десятое. Он не мог сказать, сколько прошло времени, ничто не выдавало ни времени суток, ни времени года... Собственное тело не старело, не чувствовало голода... Даже усталости как таковой не было. Спать Темный Владыка ложился исключительно по привычке.
  Но ничего другого от чистилища он не ожидал, ведь это место как раз для того и создано, чтобы внушать страх всему живому. Никто не хотел попасть в эту тюрьму, потому что никто не хотел сойти с ума.
  "Интересно, сколько уже прошло времени?" - задавался вопросом Андрел, считая количество каменных плит в своей темнице, - "наверное, немного... Совсем чуть-чуть... Не больше года. Время идет медленно... Слишком медленно".
  А ещё он видел сны: красочные и волшебные, где над его величественным черным замком развевалось его знамя, приветствующее своего хозяина, словно говоря: "Ну, вот, ты и вернулся домой!".
  Ему снились его погибшие друзья: все они улыбались и смеялись, что-то кричали ему... Они вместе охотились на кабана, а потом устраивали бал, а потом пир вместе с доблестными воинами.
  -Заберите меня, - сказал однажды Андрел своим друзьям-генералам.
  Те переглянулись, а потом весело расхохотались.
  -Ну, ты сказанул, приятель! - смеялся Ирдис.
  -Совсем размякли, Владыка! - поддержал Дрейн, залпом выпивая кубок вина.
  -Вы опять за свое... Учишь вас уму-разуму, - качал головой Мор, собирая какие-то травы.
  -А толк все один и тот же! - закончил фразу Винар, хлопая Владыку по плечу, - Пойми ж ты, наконец, что тебе пока нельзя!
  -Как это нельзя?
  -Еще не пришло время, - усмехнулись друзья, - Ты живи пока, живи! Придет время - снова встретимся, только уже на самом деле!
  И тогда Андрел проснулся, больше ребята ему не снились.
  "Ещё не время?" - задумался над фразой мужчина, разглядывая пламя вечно горящего факела, - "Неужели, мне суждено сойти с ума, прежде чем я заслужу встречу со своими друзьями? Значит ли это, что моя судьба - безумие?"
  Сомнения тоже были разнообразием, потому что они шевелили и бередили прочие чувства, пробуждали старую и новую боль, колебали прежнюю уверенность, вынуждали искать новые истины, новые решения, новые утверждения...
  А время все шло и шло... Сколько прошло времени с той поры, как его отправили сюда? Андрел не знал, да и знать не хотел. У него было занятие, он думал, много думал, а для мыслей не важно время. Главное, что есть голова, которая думает, а сколько времени прошло - неважно, важно что было время, чтобы спокойно подумать.
  Да, он проиграл, да, он потерял всех близких, да... Но он жив, вопрос только, для чего? Почему его пожалели светлые? Почему не убили? Ведь всех его предшественников они не побоялись убить, рука не дрогнула от жалости. Чем, чем Андрел отличается от них? Чем? Почему он не заслужил смерть как они? Ведь и на его совести жизни многих: его подданных, светлых, темных, жизни его друзей...Чем он не заслужил смерть? Почему именно к нему проявили милосердие?
  "Милосердие жестокое, оставили в живых, чтобы сошел с ума," - размышлял про себя мужчина, - "но для светлых жизнь - превыше всего, самое дорогое... Если оставляют жизнь, значит проявили высшую милость... Но зачем? Лучше бы убили..."
  Но ведь его друзья-генералы сами говорили ему, отвечали: "не время"... Знают ли их души, почему судьба оказалась к нему более благосклонной, нежели к другим Владыкам?
  Шло, неумолимо быстро бежало время касаясь всего, до чего только могла дотянуться: горы, океаны, земли, луга, леса, деревни, города, люди... До всего добралось время, только одного человека оно не трогало - давнего узника замка Забвения, семнадцатого Темного Владыку, Андрела...
  Андрел неподвижно стоял, он не знал какое сейчас время суток, но для него это было утро: он только что проснулся, и ему снова снился сон.
  Сновидение было таким же красочным, как и прочие, только оно было в отличии от предыдущих каким-то тревожным, словно что-то вот-вот должно было произойти.
  Во сне Андрел был огромной, гигантской черной птицей, летящей над большим, необхватным полем с пшеницей. В местах, куда только падала его тень, земля выгорала, пшеница увядала, сгорала или гнила... А он летел, не в силах остановиться, не в силах удержать себя от полета... За ним тянулось черное, мертвое поле, где до этого было великолепное, красивое пшеничное поле.
  Но нет, он обернулся и увидел, что в местах, где он пролетел, снова появляются ростки. Сначала слабые, маленькие, хиленькие... Но проходит минута, одна, другая, и проросшие зерна начинают подниматься все выше и выше.... И пусть это уже не пшеница, а деревья или кусты, трава или простой сорняк: все начинало расти заново, все стремилось вверх, жизнь рождалась заново.
  Жизнь рождалась из смерти.
  На этом моменте Анжрел проснулся, и теперь стоял и смотрел на пламя факела, думая. Что же его сон мог значит, отчего на душе так неспокойно? Почему кровь в жилах готова вскипеть от нетерпения? Почему все его существо напряжено, как тетива лука, вот-вот готовая пустить стрелу? Почему в глазах зажегся тот же неудержимый огонь жизни, который, казалось, навсегда погас в этих стенах.
  Вдали коридора послышались чьи-то шаги. Мужчина настороженно замер, прислушиваясь к этому нежданному звуку в его заключении. Шаги приближались к его камере, пока, наконец, хозяин ног не показался перед Темным Владыкой.
  Неожиданным гостем оказался дряхлый старик, нельзя было сказать, сколько ему лет. Но он был стар, очень стар... Сохранившееся на голове волосы были даже не седыми, а белыми. Белая борода старичка достигала его пояса. Все лицо покрывали морщины. Кожа была сморщенной, старческого коричневато-бежевого цвета, во рту уже не было своих зубов - их заменяли хорошо сделанные протезы (потому что у такого старика просто не могло быть своих крепких. Белоснежных зубов, тем более, всех).
  Андрел сказал бы, что в жизни своей не видел этого старикана, если бы только не натолкнулся на знакомые, сверкающие глаза, не тронутые ни временем, ни судьбой.
  -Какие люди, - ухмыльнулся по-доброму мужчина, - давненько я тебя не видел... Ты очень изменился, Герой.
  Старик приветливо улыбнулся: в нем не было уже того молодого запала, той юношеской глупости, были мудрость и понимание.
  -Да, в отличии от тебя, Злодей, - в голосе старика мелькало веселье.
  -И что же ты забыл в этих краях? - спросил Андрел, присаживаясь на пол, - сколько лет никто не заглядывал ко мне на огонек, а тут вдруг ты пришел, мой дорогой Враг.
  Старик не стал вслед за мужчиной садиться на пол, старость не позволяла не хуже сварливой жены.
  -Да... Лет уже триста никто не заглядывал, многие уже и забыли о тебе... Да что о тебе? Вообще забыли о том, времени, когда ещё звенели мечи, когда свистели стрелы, когда сталь пила кровь... Это было жесткое, тяжелое время... Но именно оно породило на свет героев, сказания об отваге, великие подвиги, веру в вечную любовь...
  -А ты романтик, - мягко улыбнулся, как другу, Андрел.
  -Да, таким родился и таким воспитался, - попытался пошутить старичок, опираясь о стену, - и когда против тебя ходил, то думал, что вот-вот сделаю большой подвиг, что, наконец, открою дорогу к царству Добра, что наконец-то начнется расцвет сил Света... Ведь если Зло исчезнет, то что будет мешать Добру раскрыть свои крылья вовсю ширь?
  -И ты в это верил? - спокойно, без насмешки, спросил Темный.
  -Да, я когда-то в это ещё верил, - так же спокойно ответил Светлый, - но я тогда был молод и многого, очень многого не понимал. Думал, что вот-вот начнется рассвет, а оказалось, что вот-вот наступит закат.
  Старый Герой на время замолчал, но Андрел его не торопил, он терпеливо ждал, когда его бывший враг заговорит снова - тому требовалось что-то очень срочно рассказать, он это чувствовал.
  -Видишь ли, - тихо начал говорить старец, - Свет не может жить без Тьмы, а Добро - без Зла. Одно без другого теряет всякий смысл. Как мы можем понять, что есть Добро, если нет Зла? Как узнать, что такое Свет, если нет Тьмы? А вот мы забыли, и решили, что если искореним Зло и Тьму в мире, то сможем открыть себе дорогу к Вечному счастью.
  -Вы ошиблись, - кивнул в ответ на его слова мужчина.
  -Да, мы ошиблись! - пылко воскликнул старик, взмахнув руками, - вместо счастья, мы получили разочарование! Ты бы только посмотрел на наших потомков, которые живут на этой земле и в ус не дуют о том, что на крови их предком, на их боли и смерти построена их размеренная, спокойная, убогая жизнь! Что такое для них подвиг? Подвиг - это выйти против шайки хулиганов, залезть в магазин, забраться на крышу пятиэтажного дома... Они не знают, что такое боль и лишения, они ничего не знают, а потому смело рассуждают о том, какие же герои прошлого дураки. Вот почему они не могли поступить по-другому? Почему не поступили так? Из-за принципов? А что такое, этот принцип? И уже не смеются, а гогочут, как стадо гусей! Они не знают, что такое страх, они не знают, что такое боль, они не знают этого, а потому ничего не боятся. Совсем ничего. Потому ничем и не дорожат.
  Старик говорил на одному дыхании, с запалом, не в силах сдержать возмущения. И лишь когда договорил, высказался, смог облегченно выдохнуть, словно он мечтал только о том, чтобы, наконец-таки, выговориться.
  -Хорошо, я тебя понял, - спокойно отозвался Андрел, вставая на ноги, - но чего ты хочешь от меня?
  -Вернись обратно, - сказал Герой, - займи свое прежне место, стань снова Властелином Тьмы, чье имя сотрясало земли одним только упоминанием, чье присутствие воодушевляло воинов, стань тем, кем ты был всегда, кем ты будешь всегда.
  Мужчина громко расхохотался: смех непривычно прокатился по башне, смех - это не та вещь, которая уместна в этой тюрьме... Но Андрел смеялся, смеялся как никогда в жизни.
  -Я серьезно.
  -Тогда я прошу, почему? Почему именно я? Почему нельзя найти подходящего человека, который бы смог сыграть такую роль?
  -Потому что никто из ныне живущих не может подходить более на такую роль, нежели ты! Если и взять кого-то из этого поколения, то вместо Спасителя, мы получим проблему. Мы получим просто новые версии твоих предшественников!
  -И чем же они вам не угождают? - ехидно поинтересовался Андрел, подходя ближе к решетке, - чем они хуже меня?
  -Тем, что они мечтали о низменном: деньгах, власти, славе... Они использовали низкие приемы, они не знали ни благородства, ни доблести... Они не могли научить ничему стоящему. Их нельзя было уважать! Ты - другое дело. Ты - оптимальное зло! Ты честен, благороден, у тебя есть гордость и принципы! У тебя были не слуги, у тебя были верные соратники. У тебя были преданные друзья, которыми ты дорожил, о которых ты скорбишь! Ты - человечная Тьма. Ты жесток, но милосерден. Ты суров, но справедлив. Ты... ты само сочетание противоположностей!
  -Спасибо за слова, но я не люблю такую неприкрытую лесть!
  -И ты опять за старое, - покачал головой старый герой, - я прошу тебя, пойми, прошу, только об одном, верни, верни те прежние времена, когда такие слова как дружба, любовь, вера - ещё имели значение. Когда ещё можно было верить в чудеса...
  Старик достал ключ, тот самый ключ, и подошел к замку.
  -Чего ты добиваешься? Даже если ты откроешь дверь - я не смогу уйти отсюда! - со злостью выкрикнул Темный, но старик хитро улыбнулся.
  -А ты забывчив стал, - усмехнулся герой, вставляя ключ в скважину, - говорилось, что никто не может покинуть это место САМ.
  Старческая рука не без усилия повернула ключ, раздался скрип железных шестеренок, но теперь он отдавался в ушах приятно, потому что это был звук свободы.
  -А про то, что никого нельзя выпустить, ничего такого не говорилось, - с хитрой улыбкой покачал головой старец, - ну, так что, может, снова попробуешь сыграть?
  -В волшебные шахматы?
  -Да, в них самые, - кивнул старик, - только теперь светлые ходят первыми...
  -И проигрывают?
  -А это уж как судьба укажет!
  Над заброшенным черным замком плыли белые облака, солнце печально освещало каменные стены. Вокруг крепостной стены поросли травы, дорога заросла, уже ничто не могло указать путь в эти края, они уже давно были заброшены, как и сама крепость-замок. Но скоро это изменится. Вся природа уже чувствовала это: солнце распалялось все сильнее, облака убегали как можно дальше, открывая бесконечное небо над замком. Лес приветливо шумел ветвями. Всё чувствовало, что скоро, очень скоро, на шпиле крепости появится знамя, багряное как кровь и сверкающее как восходящее солнце.
 Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  О.Райская "Звездная Академия. Шаманка" (Любовное фэнтези) | | В.Елисеева "Черная кошка для генерала. Книга вторая." (Любовное фэнтези) | | А.Квин "Путь ангела. Возвращение" (Космическая фантастика) | | П.Белова "Маша и Дракон" (Современный любовный роман) | | Е.Истомина "Приворот на босса" (Современная проза) | | С.Лайм "(по)ложись на принца смерти" (Юмористическое фэнтези) | | Т.Озолс "Тайна драконьего сердца" (Любовное фэнтези) | | О.Гринберга "И небо в подарок" (Попаданцы в другие миры) | | Д.Дэвлин, "Сбежать от стального короля" (Приключенческое фэнтези) | | Е.Кариди "Бывшая любовница (старая версия)" (Современный любовный роман) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
А.Гулевич "Император поневоле" П.Керлис "Антилия.Полное попадание" Е.Сафонова "Лунный ветер" С.Бакшеев "Чужими руками"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"