Горбачёва Вероника: другие произведения.

Сороковник 4. Глава 5

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Реклама:
Новинки на КНИГОМАН!


Оценка: 8.82*7  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Полностью. Вычитка от 01.10.15 г

  Глава 5
  
  - Не так давно понял одну крамольную вещь, Ванечка. Знаешь, почему тебе никто не торопится ничего рассказать? Потому что гордиться-то нечем. Нет в этом ни славы, ни подвига - победить юнца... щенка, волчонка. Я вот - радости особой в этом не вижу. Всё его преимущество - это врождённые способности существа высшего порядка. Я теперь даже и не могу назвать его Демиургом, понимаешь? Демиург, Бог - это, в нашем представлении, нечто незыблемое, не имеющее возраста... или нет: пребывающее в состоянии вечной мудрости. Он был, есть и будет таким всегда.
  А тут вдруг оказывается, что Бог - пусть даже местный - не умудрённый вечностью старец и даже не закалённый в боях муж, как большинство из нас ожидало. Мы ведь многие думали, что он на нас что-то новое отрабатывал, эксперименты ставил для какой-то там большей, ему одному известной цели. А он просто развлекался. Вот что обидно. К тому же, выходило, что демиурги не вечны, они когда-то рождаются, взрослеют... Этот вот ещё не повзрослел. Я сперва удивлялся, отчего его ваша компания Игроком кличет, потом понял: он ведь по уму ненамного старше тех мальчишек-геймеров, которых сюда перетаскивал, а потом уже увлёкся - и принялся за взрослых.
  Дальше - больше. Стал целые куски из соседних миров подворовывать. Вот уж не знаю, как он с тамошними хозяевами объяснялся... Вот нравятся мне некоторые выражения из вашего мира, что иногда у моей Ло проскакивают. В данном случае - 'крышевать' вполне подходит. Ощущение, что у нашего Игрока где-то очень хорошая 'крыша'. Прикрытие.
  ...И ведь какое дело: он, оказывается, эстет, сукин сын: тянет к себе самое лучшее, по мелочи не работает... Я там, в пещерах за полсуток не меньше, чем в десяти мирах побывал, красивы - неописуемо. А вот какие твари там иногда попадались... лучше не вспоминать. И понял я, что наш демиург - не такой уж и гений. Мы-то считали - он каждый раз что-то своё придумывает, изощряется, с генетикой экспериментирует, локации создаёт... А он пользовался готовеньким, представляешь? Воровал или копировал, и не только попаданцев, но и квестовых тварей, и пейзажи. Я в одном из порталов приметил озеро, специфичного такого окраса, розового - так вот, в моём мире такое же, одно к одному. В общем, разочаровал он меня. Никакой он не творец, а так, подражатель... А за одну подлость я на него очень даже обиделся.
  Ты же знаешь, мы все немного чокнутые на своей специализации. Я вот на зверье чокнутый, и даже сам в этом не сомневаюсь. Для меня они все - разумны, живут, любят, страдают - так же, как и люди, просто мышление у них другое. А есть среди них вообще уникумы, над которыми трястись надо, как богачу над золотыми россыпями. Их, может, единицы на весь мир остались. А Он - над ними эксперименты ставит... Вот ты, к примеру, что бы сделала, если бы твою Нору мало того, что на цепь посадили, но ещё и голодом морить стали, чтобы злее была? И всё из-за интереса, сумеет мирная псина озвереть с голодухи или нет? Ты бы, даже если прибить не смогла того, кто это удумал, всё равно разозлилась бы. И я - до сих пор злой, как пёс.
  Есть такое чудесное создание: Ледяной дракон. Красавец. Умница. Мирный, добродушный... Драконы - они ведь как собаки, бывают сторожевые, бывают рабочие, декоративные, бойцовые, а есть - просто друзья. Вот как твоя лабрадошка. И эта Ледянка такая же... Знаешь, впервые в жизни я пожалел, что не во всех могу перекидываться, но тут уж ничего не поделать: структура-то неживая, а в неорганику обернёшься - назад без посторонней помощи никак. Закаменею, сам в человека уже не смогу... А жаль, уникальная девочка, я тебе скажу, просто уникальная, так и хотелось скопировать...
  Ну да. Девочка. Самочка Ледяного дракона. Да, ты же не в теме... Её ошибочно за Змея приняли, не разобравшись, не до тонкостей было. У неё всего две лапы, а крылья под землёй оборачиваются вокруг тела, чтобы не мешали; вот она и становится похожа на Змея. Игрок, гад, держал её впроголодь, а потом пищевой кристалл замаскировал под обычный валун и поставил на самом выходе из портала, как приманку. Когда ловушка активировалась, Ледянка учуяла, что едой пахнет, и ломанулась на запах... Жрать она хотела, а люди ей ни к чему. Не плотоядная.
  Вот неважнецкий из меня рассказчик, я всегда это говорил...
  ... Первый раз о Ледовиках я узнал случайно: читал книгу о реликтовых животных и наткнулся на интересные заметки на полях. Не поверил, стал рыться в справочниках, перетряхнул библиотеки - и в Тардисбурге, и по соседству; даже в лавки букинистов заглянул. Собирал данные по крохам, раскапывал отовсюду и... заболел, в общем-то. Всерьёз и надолго заболел мечтой - найти это чудо природы. Ну не мог смириться с тем, что они вымерли, как сердце чуяло - есть они ещё в этом мире, есть!
  Там, в бою, когда она из провала выскочила - я её сразу-то не разглядел толком. Дыму полно, копоти... Степь горит, сверху драконы огнём поливают, будто мало нам... Русичи заорали: 'Змей! Змей!' Ну, для них любая тварь подобного облика - Змей да Горыныч, руби, не жалей... А я, хоть и в дыму, но заметил: что-то не так. Змей - тот на брюхе ползал бы, а у этого экземпляра лапы так и мелькали. И толстый чересчур, непропорционально как-то. Потом уже, дома, когда сопоставил размеры, подумал: может, крылья скукожены? Может, не Змей? Тот, если холодом дышит, промораживает в сосульку, человека потом на куски разбить можно. А у этого - заморозка слабенькая, поверх только прихватывает, обмораживает, но не до смерти. А вдруг какой-то другой вид?
  Помнишь, я говорил о неорганике? Так уж устроено, что переход от живого к неживому встречается у реликтов часто. При смене жизненных фаз, например. Индрик, вот, развивается в каменном яйце, рождается живым, умирает - и снова обращается в камень. Так и Ледовички. Зарождаются они из особого кристалла, обрастают живой породой и лет через тысячу в конце концов рассыпаются в прах... Они потому и долгожители, что очень медленно стареют, камень ведь долго времени не поддаётся. Живут они в особых пещерах - кристаллических, в пластах очень редких минералов. Есть гипотеза, что слои с этой породой поднялись из самого сердца Гайи и потому до сих пор излучают её первозданную энергетику. Вот этой энергетикой Ледовички и питаются.
   ...Существа дивной красоты, Ваня, словно высечены из монолитных сапфиров - если бы только такие могли существовать. Представляешь? Пасть у каждого такова, что мы с тобой, обнявшись, без труда поместимся. И при всём том - не хищники, нет. Челюсти у них - это камнедробилки, чтобы пустую породу обгрызать со съедобных кристаллов. Ледовички находят пещеру для жительства и объедают её от шлаков, очищают. Но обычная скальная порода у них плохо усваивается, нужно излучение от тех самых кристаллов.
  Представляешь, они в скалах роют норы, и к ним ещё отнорки и переходы. Есть нора-спальня, нора-кладовая, где лежат кристаллы про запас, нора-схрон, отсидеться, чтобы люди не беспокоили, несколько запасных выходов... Вот для чего нужны зубы: выгрызать ходы в скалах. Я видел - у них клыки не острые, притуплены, и малость стёрты, как у лошади. И самая главная нора - это детская.
  Им очень трудно появиться на свет, новым Ледовичкам. Нужен камень особой структуры, некий 'живой' сапфир, с вкраплением искры энергетического минерала, того самого, из центра земли. Когда будущие родители находят такое яйцо, они переносят его в самую безопасную, самую энергетически насыщенную пещеру, укладывают в гнездо, и по очереди... нет, не высиживают, а, пожалуй, вылёживают, свернувшись вокруг. Если для птенца нужно тепло, то будущему Ледяшке нужен холод, ровный, непрекращающийся, чтобы, наконец, вкрапленная в камень искра ожила - и стала прорастать, сперва снежинкой, затем, наращивать костяк, мышцы, шкурку... Чем дальше развитие, тем должно быть холоднее, и так - полгода, пока малыш не сформируется полностью. И следующие полгода - постепенное потепление, чтобы детёныш адаптировался к миру, в котором предстоит родиться.
  Уж не знаю, как, но Игрок напрямую соединил выход из 'детской' с порталом-ловушкой. И приглушил энергетику пещеры. Там всё было засыпано каким-то сверкающим порошком, без малейшего просвета, все кристаллы заизолированы. Мать-Ледянка была в пещере одна, куда подевался отец - непонятно.
  Они голодали, Ваня. Ты можешь представить похудевшую статую? Я - видел своими глазами. У неё шкура складками свисала, даром, что каменная, крылья истончились до папиросной бумаги, до дыр. Она всё, что могла, отдавала детёнышу.
  ... И поэтому, когда сработала ловушка и Ледянка учуяла запах еды - ринулась наружу не задумываясь. Смела всех на своём пути, даже Васютиного копья не почувствовала, а оно у неё в хребте так и застряло, меж пластин. Она и людей-то не замечала, ведь из-под земли на свет выскочила, ослепла, всё металась, искала заветный камень. Огрызалась, конечно, плевалась холодом, ей же еда нужна была, и сама не заметила, как двоих нанизала на хребет: у неё пластины крючьями заканчиваются, как колючки на репейнике, вот люди и подцепились... Ещё двое сами вслед за ней в расщелину спрыгнули, чтобы товарищей выручить. Она всех за собой и потянула, когда камень нашла, наконец. Пылища к тому времени поднялась - почти до неба, пепел, зола - всё взбаламутилось. Поэтому, что с Васютой вместе ещё четверо сгинули - обнаружили позже...
  -... Дальше, Аркаша, - прошу тихо, потому что оборотник надолго примолкает.
  - Да всё без толку, - тяжело говорит он. - Она опоздала. У людей тоже так бывает: предельное истощение, когда умирающему организму уже ничего не поможет. Мама большая, а детёныш крошечный, свих-то запасов - мизер. Не выжил.
  Зря он сетовал, что не умеет рассказывать. Возможно, иногда повествование и перескакивало по хронологии, и уводило в сторону от основных событий, но потихоньку передо мной выстраивалась цельная картина утомительного и долгого подземного квеста. Не было здесь ни романтики, ни приключений, как иногда красочно описывают в книгах; была тяжёлая школа выживания, горечь потерь, уроки мужества и доброты. И уже хорошо известные мне люди раскрывались с новой, неведомой стороны.
  ... Отдалённую пещеру-детскую русичи нашли не сразу. Сперва в горячке рванулись прямиком во внезапно открывшийся подземный ход - за Змеем, как полагали, потом сзади грохнул обвал, в портал сыпануло осевшей землёй, и наступила тьма. Куда податься? Поди, узнай, кто там, в темноте, караулит? Васюте только и оставалось - созвать остальных, чтобы ближе держались. Наскоро сделали перекличку и затаились, прислушиваясь. Никто не нападал, лишь земля несколько раз дрогнула - и стихло всё; только странный отдалённый шорох уходил всё дальше, будто пробивалось, тычась в изгибы тоннеля большое сильное тело, задевая в спешке боками за стены и вызывая осыпи. Так оно, как потом выяснилось, и было...
  Когда глаза привыкли к темноте, прямо перед собой Муромцы разглядели широкий туннель, уходящий под уклон. Пробиваться назад было бессмысленно: внушительный оползень перекрыл выход на треть и недвусмысленно намекал, что за прорванной перепонкой портала - непробиваемая земная твердь. Оставалось идти вперёд. Да и голос чей-то воззвал из туннеля к своим... Надо было спешить на помощь. Положились на Хорса. Умный пёс, принюхавшись и не почуяв опасности, осторожно шагнул в темноту.
   Поначалу шли почти на ощупь, но вскоре каменистые своды ожили. Мириады искр, вкрапленных в породу, замерцали собственным светом, не слишком ярким, но дающим возможность двигаться, не натыкаясь на выступы, без риска вывихнуть ногу или угодить в трещину, коих здесь было немало. Подземный проход строился большими ползающими существами и не был рассчитан на людей.
  Ледянка и впрямь, оттого, что спешила, на поворотах чиркала шипами об своды, вот и стряхнула случайно подцепленных мужиков. Уцелели-то оба, но сильно помялись - один приложился об стены, да так, что, упав, потерял сознание: оказались сломаны рёбра. Другой повредил ключицу. Но то ж воины, народ бывалый, главное - отползти, найти товарища, потом уже звать своих. Обнаружили их быстро, благо, проход единственный был, это уж дальше он ветвиться начал....
  Народ подобрался опытный, в боях битый, одно слово - Муромцы, знали, как врачевать. Были с собой припасены кое-какие зелья: чай, не на прогулку собирались, на войну. Но эликсир - не живая вода; остановит кровь, затянет рану, и только: кости не срастит. Ребята с такими сложными переломами были нынче не ходоки; да куда ходить, им и двигаться-то лишний раз нельзя было.
  Пару мужских рубах пустили на перевязки. Возились долго: пока осторожно снимали панцири с товарищей, пока осматривали, бинтовали, да заново отпаивали зельями - потому как у Вячеслава кровавая пена изо рта шла, лёгкое, видать, было ребром пропорото... Половину запаса на него извели, Осип, глядя на такое дело, эликсир лишь пригубил и на друга показал: остальное, мол, ему. Никто и не отговаривал. Воин свою меру знает: раз терпит - значит, может.
  Вот и получалось, что, вроде бы, все живы, и при оружии, и где-то под боком Змей с Игроком - а в погоню пускаться нельзя, пока раненых не обустроишь. Надо было найти сносное убежище, а тогда уже разборки заканчивать. К тому же, ещё час-другой, и людям, у которых за плечами тяжёлый бой, понадобится хоть какой-то отдых...
  С Вячеславом и Осипом оставили молодого Михайлу; старшего Михаила взяли с собой. Чёрта брать не стали: напади кто в их отсутствие на раненых - боевой конь отметелит не хуже богатыря.
  Шагов через сотню тоннель разветвился на шесть рукавов. Хорс, зарычав, сунулся было в один, но Васюта отозвал: похоже, пёс почуял Змея, однако соваться к подранку было не ко времени. Из крайнего слева хода явственно несло сквозняком; туда и свернули, здраво рассудив, что подобная тяга указывает, что выход близко. Угадали. Широкий проход довольно быстро вывел русичей в просторную выстуженную пещеру, где зияющий провал в одной из стен распахнул им обзор прямёхонько на горные пики, сияющие сахарной белизной.
  Это был первый сюрприз от Игрока. Портал в ловушке вёл не только под землю, он перенёс нежданных гостей в другую локацию и, как оказалось, в тупик. Дальше пути не было. Снаружи поджидала не слишком большая ровная площадка, зажатая со всех сторон отвесными скалами, а впереди - пропасть; ни тропинок, ни уступов, ни малейшей возможности спуска или подъёма. Выбраться отсюда можно было разве что на крыльях. Возможно, кто-то так и делал, потому что обледеневшая заснеженная поверхность пятачка, на котором оказались Муромцы, была сплошь исчерчена отметинами от громадных когтей. О том, чтобы устроить лагерь в пещере, не могло быть и речи - и не только из-за неизвестных летунов: ночной холод убил бы и здоровых людей, не говоря о покалеченных. Зато в одном из гротов Хорс нашёл несколько высохших, вырванных кем-то с корнем молодых берёз. На стволах оставались метки от клыков, но, судя по рассыпавшимся в пыль, давным-давно опавшим листьям, тот, кто активно запасался... древесиной? топливом?.. не появлялся здесь целую вечность. Теперь русичи могли развести костёр.
  Солнце садилось. Поднявшийся ветер щедро наметал в открытый проём охапки колючего снега и давал понять, что людям здесь делать нечего. Оставив дрова у развилки, небольшой отряд вошёл в следующий туннель, правее от предыдущего. Ход привёл их в очередную пещеру, заполненную водой, почему-то солёной. Ни гротов, ни выходов не наблюдалось, должно быть, водоём соединялся с морем подземными путями. Здесь, по крайней мере, было тепло, но вот морская вода не радовала: если в ближайшее время они не найдут источника пресной - будет туго.
  По какой уж там причине - неизвестно, однако свечение стен стало постепенно меркнуть. Оставаться в полной темноте было опасно, и, посовещавшись, мужчины вернулись к своим. Помогли перенести раненых к развилке, разожгли огонь, выставили часовых... Поделили скудные припасы воды и сухарей, оставив толику на завтра, и залегли спать. Утро вечера мудренее. Отдохнут, наберутся сил, заготовят факелы из оставшегося сушняка - и вновь в разведку. Остались ещё пять туннелей: хоть в одном, но должен быть выход, для Игрока или для Змея - ведь ни тот, ни другой не могли жить в пещерах безвылазно.
  Там, неподалёку от развилки, Муромцев и нашла на следующее утро спасательная экспедиция.
  ***
  ... - Постой, - прерываю Аркадия. - Что-то у меня в голове не укладывается, как же так? - Даже пальцы загибаю, подсчитывая. - День, когда Васюта с друзьями пропал, а меня похитили - это раз. Следующий, что я у Рахимыча провела и меня освободили - два. Здесь, в Тардисбурге, праздник по случаю победы - три. На следующее утро вы уехали,- четыре... Это ж четвёртые сутки, а ты говоришь - следующее утро! Как такое может быть?
  Оборотник пожимает плечами.
  - Без понятия. Должно быть, таковы свойства Лабиринта: там складки не только в пространстве, но и во времени. Я тебе говорил, что видел кучу миров? Пока мы искали Игрока - обшарили уйму порталов; из одного я выходил почти сразу, из другого - через час, хотя вроде бы одинаково, минут по двадцать тратил на каждый: выйти, осмотреться, следы поискать... А Мага всё торопил, опасался, что долго не удержит ходы отрытыми, они ведь на магии демиурга поставлены, ему с трудом давались... Время там здорово шалит, Вань. Просто поверь мне на слово: для русичей только ночь прошла. И хорошо, иначе раненые долго не продержались бы. На их счастье, сэр Арктур, узнав про поход, послал с нами двоих из ордена, да ещё Симеон увязался, настроил переход от Кайсарова дворца прямо в степь. Да, тебе, Ваня, особое спасибо...
  Симеон сдержал данное мне обещание, предупредил о ловушке. Мало того: настырный старец решил, что миссия по исследованию логова есть мероприятие отнюдь не частное. Ибо касается интересов всех кланов, да и безопасности города. Найти пропавшего без вести героя - цель благородная, но к ней присоединяется возможность разыскать и экс-демиурга, а такой шанс выпадает один на миллион, и упускать его нельзя. В пику Ящеру или пользуясь политическими соображениями - но Симеон сдал Совету готовящуюся экспедицию с потрохами. Не выдав, однако, поставщика информации, хоть на этом ему спасибо. О том, как ему удалось откликнуться на призыв непутёвой Обережницы, самому просканировать настороженный Игроком капкан - он поведал много позже, по возвращении.
  Совет же направил в качестве сопровождающих ещё по два представителя от каждого клана. Что, конечно, оказалось на пользу общему делу. Ибо без стихийников невозможно было бы справиться с тоннами земли, завалившей портал в логово Игрока; они же, стихийники, разобравшись в структуре странного изолирующего порошка, просто-напросто вымели его небольшим смерчем из пещеры-детской. А стараться там было для кого, но об этом позже... Они поговорили с водой и осушили дно в затопленной пещере, обнажив целую галерею тайных порталов в иномирные океаны, кишащие лютыми тварями: похоже, Игрок готовил новые квесты с прицелом на морскую стихию. Естественно, порталы запечатали намертво, несмотря на сетования друидов, но что поделать: исследовательский интерес можно понять, но держать под боком рассадник, полный мегалодонов и кракенов - чистой воды безумие.
  Без Симеона Мага не справился бы с россыпью порталов, во множестве натыканных в Лабиринте; а возиться с ними оказалось под силу только моему благоверному, поскольку манеру Игрока, почерк, особенности в работе суженый изучал несколько лет и достиг, к удивлению своего папочки, немалых успехов. Не хватало знания некоторых тонкостей, которые незамедлительно вывалил на его голову Симеон, мастер по созданию порталов... внутри Гайи, наружу он так и не смог пробиться.
  Послушники Невидимого Ока ныряли с Аркадием в каждый открывшийся проход. Оборотник проводил визуальную разведку, адепты ордена пытались уловить следы энергетики своего демиурга. В чуждом мире они ощущались бы явственно, как нечто инородное. Паладины... ну, они и в Африке паладины, без них Вячеслав не дожил бы до следующего утра, ибо лечебные эликсиры не вечны. Да кроме целительства, палы - непревзойдённые мечники, а это умение ох как пригодилось вскоре...
  В общем, все были при деле. И напрасно Ящер в начале пути поджимал губы и смурно косил в сторону чересчур шустрого старца Симеона: помощь кланов оказалась бесценной, так что славой пришлось делиться.
  ...Пока помню, тороплюсь с вопросом:
  - А почему ты называешь подземелье Лабиринтом? Или там больше шести коридоров, чем поначалу увидели?
  - У-у Ваня, там их сеть. Только три выводили в обычные пещеры, остальные были утыканы порталами, как... С чем бы сравнить? Ни разу не видела, как жонглируют факелами? У настоящего мастера получается этакое огненное кольцо. Вот, считай, такие кольца мы и видели, они ещё и вращалось постоянно. В портал заскочишь, проверишь, выпрыгнешь - а выход уже сместился. Пока его глазами держишь - помнишь, где был, а потом теряешься. Вот мы их и позакрывали - чтобы по сто раз в один и тот же не тыкаться. Ох, Ваня, чего я только не насмотрелся... У меня вообще сложилось впечатление, что этот гад не просто тырил с разных миров локации - он потом вошёл во вкус и коллекционировал их, эстет чёртов. Даже сортировал. В одной пещере были выходы к побережьям, вообще к водоёмам. В другой - в пустыни, степи, леса, горы. И в последней - сплошь города, замки, деревни, отдельно - мосты, башни, какие-то монастыри... Меня даже зло взяло. Сидел я до сих пор в этом мире, других не видел - и не знал, что такая красота существует, но только прочувствовал - считай, собственными руками дверь запечатал, намертво. - Сердито сплёвывает кусок травинки, которую до этого машинально прихватил с газона. - Ты лучше не перебивай, что-то я отвлёкся, а времени у меня не так много осталось.
  
  Портал-'обманку', который так меня напугал, удалось вскрыть без труда. Некроманты хорошо разбираются в ядах, а потому Маге не составило усилий идентифицировать и обезвредить смертоносную начинку. Но ловушка, как оказалось, лишь обозначала местонахождение портала под землёй, до него ещё нужно было добраться. Тут и пришла очередь стихийников, которые не только откопали вход в подземелье, но и расчистили от осыпей обширную площадь, дабы обеспечить нормальный спуск всадникам. И не успев войти, экспедиция угодила в сложное переплетение тоннелей и коридоров - такова уж была магия этого места. Муромцам-то выпал одиночный ход, спасатели угодили в лабиринт сразу.
  Тут-то и сработала одна из 'домашних заготовок' дона Теймура. Не было случая, чтобы Ящера подвело чутьё: он пригласил Яна в экспедицию не просто так. 'Родственная привязка может пригодиться' - предположил он, и оказался прав. В магическом месте многажды усиливаются способности тех, кто туда попадает. Ян, кровный родич Васюты, уверенно шёл по зову этой самой крови через хитросплетения коридоров, поворотов, мимо тупиков и обрывов, трещин, ложных выходов, как по стрелке компаса; и, в конце концов, вывел всех к лагерю русичей, которые уже расслышали их приближение и были настороже.
  Ох, Ян... Словно наяву, увидела я, как он сдержанно, по-мужски обнимается с живым и невредимым Васютой, а у самого в глазах - с трудом сдерживаемые слёзы. Не зря он не верил в гибель дядьки, который ему заменил отца; такие люди без боя не сдаются... Спохватившись, понимаю: из-за того, что расчувствовалась, отвлеклась, прослышала часть рассказа. Но переспрашивать неловко.
  - ...Яна с собой всё же решили не брать. Его с паладином-сопровождающим и ранеными отправили на выход и велели ждать там: если вновь Лабиринт начнёт чудить, то парень сам обратной связью поработает, теперь уже Васюта по привязке к нему обратный путь проложит, чтобы не петлять. Парень, конечно, разобиделся, но виду не подал. Раз уж Василий приказал, да ещё добавил: я на тебя рассчитываю... Куда деваться? А сами пошли к развилке.
  Последовательность нарушать не стали, начали с того же места, где накануне остановились русичи. После пяти ответвлений от основного тоннеля, после бесконечной череды пещер дошла очередь и до хода, ведущего в 'змеиную' нору.
  - Только я сразу предупредил: Васюта, прибьёшь его - век не прощу. Хватит того, что у меня на глазах однажды дракониху зарубил. Не позволю. И знаешь - он только кивнул, не сказал - что, мол, ерунду несёшь, хотя тот же Михайла так прямо и выразился: прирезать этого Змея к такой-то матери, нечего с ним валандаться... Вася только цыкнул на него.
  Бессмысленную рубку ради рубки Васюта не любил, и в словах друида увидел резон; поэтому в пещеру со Змеем, как всё ещё его называли, въехал первым. И сдержал умницу Чёрта, который по привычке намеревался полезть в драку.
  Ледянка лежала неподвижно, как мёртвая. Впрочем, каменные создания бездыханны, но Аркаша вспомнил об этом позже, а поначалу - ужаснулся. Большое, красивое даже в тусклом свете пещерных искр, тело не шевелилось, обернувшись вокруг каменного постамента, в углублении которого лежало что-то похожее на...
  ... рассыпавшуюся скорлупу большого синего яйца. Осталось лишь несколько цельных кусков характерной закруглённой формы и фрагмент маленького хребта, остальное осело сверкающим драгоценным прахом, словно какой-то ювелир-изувер решил явить миру этакое страшное и извращённое произведение искусства. Не сдержавшись, Аркадий шумно вздохнул, Чёрт, вздрогнув, ударил в пол копытом, и чуть заметного шевеления воздуха от этих звуков хватило, чтобы скорбные останки взвились в завихрениях - и распались окончательно.
  Только тогда осиротевшая мать подняла голову. Взгляд бездонных агатовых глаз был полон такой боли, что Аркаша содрогнулся. Ледянка слабо дёрнула хвостом, в основании которого до сих пор занозой сидело копьё, и уставилась на Васюту, отчего-то именно на него.
  'Всем стоять тихо', - шепнул по мысленной связи оборотник. 'Тихо. Она не должна броситься. Мы сейчас спокойно уйдём...'
  Косые прорези гигантских ноздрей дрогнули. Да, Ледовички не дышат, но иногда втягивают воздух, дабы различить запахи. Она принюхивалась. Принюхивалась к Васюте и даже, кое-как поднявшись, заковыляла в его сторону. Угольно-чёрные глаза расширились.
  'Вася, спокойнее, она не агрессивна, слышишь? Когда они нападают - глаза суживают... Держи Чёрта, он не человек, у него инстинкты...'
  Сжав бока жеребца коленями, Васюта силой удержал того на месте. Чёрта била крупная дрожь, он никак не мог решить, что делать: броситься на врага - или подчиниться хозяину? Оборотник мысленно коснулся лошадиного сознания. 'Друг. Это большой друг. Другу плохо. Просит помощи', - объяснял он, как мог, и упустил момент, когда дракониха подползла вплотную. Что-то её манило. Что-то влекло, заставив забыть об осторожности, боли и страхе. Что-то...
  Когда огромная голова со сверкающими клыками нависла над башкой Чёрта, конь пригнулся, но не тронулся с места. Ледянка же уставилась на Васюту... умоляюще? Фиолетовый раздвоенный язык, неожиданно высунувшись из пасти, осторожно коснулся панциря Муромца, скользнул по железной груди к поясу...
  - Я понял, - неожиданно сказал Васюта. - Бедная ты... Сейчас отдам. Только отойди, не пугай никого.
  Отпрянув, она попятилась, уставившись на Муромца с каким-то странным голодным выражением глаз. Из кисета, прикреплённого к крючку на кожаном поясе, Васюта, помедлив, извлек небольшой предмет на массивной золотой цепочке. Прихватил цепь, раскрыл ладонь - на ней был изумительной красоты синий камень величиной с яйцо и такой же гладкий, не гранёный... А внутри, не на пещерных светлячков отзываясь, а своим собственным золотистым светом горела живая искра.
  - Это, что ли? - с грустью спросил Васюта.
  Ледянка заморгала, из глаз её покатились слёзы. Они падали, застывая на лету, и разбивались вдребезги, коснувшись каменного пола. Не испытывая более терпения Чёрта, Муромец спешился, подошёл к постаменту, бережно положил Василисин оберег в опустевшее углубление. И едва не был сбит с ног, так стремительно кинулась к новому яйцу дракониха. Она дышала на него холодом, капала слезами, облизывала, вновь охлаждала, а яйцо подрагивало, увеличивалось в размерах, и, казалось, оживало. Огонёк внутри него разгорался всё ярче.
  Где, в каких пещерах Васютиного мира добыл этот камень старый волхв Снегирь? Знал ли о его свойствах, когда принёс Василисе? Кто ж теперь скажет... Но, видно, несмотря ни на что, суждено было этому найдёнышу родиться и вырасти, пусть и в чужом мире.
  Васюта уже взобрался в седло, уже сделал знак остальным - едем! но Аркадий не мог уйти. Не выдержав, он соскочил на землю и, воспользовавшись, что дракониха ничего кроме яйца не видит, подскочил прямо к хвосту. Он понимал, что второй попытки у него не будет, а потому, схватившись за древко застрявшего копья, рванул изо всех сил. Ледянка дёрнулась, рыкнув, но силы толчка хватило, чтобы отбросить Аркашу вместе с копьём в сторону.
  - Она же не со зла, - поясняет Аркадий. - Это от боли, рефлекторно: вздрогнула, хвостом пристукнула и забыла. Зато меня потом - в обоз, куда ещё со сломанной ногой-то...
  
  ***
  Звуки лёгких шагов заставляют нас одновременно повернуть головы.
  - О, вот и он, твой персональный ангел-хранитель! Вот кого надо было в Лабиринт брать, кого угодно со дна моря достанет... Вань, ну я пошёл, что ли, ко мне приехать должны, наверное, уже прибыли...
  Леди Диана укоризненно качает головой.
  - Сэр Аркадий, вы не слишком увлеклись разговорами? К вам действительно пришли из мэрии, не заставляйте себя ждать. И будьте любезны, впредь избавьте меня от ваших шуточек. Иоанна, вам пора отдохнуть.
  - Но... - пытаюсь я возразить. Аркаша предупреждающе прикладывает палец к губам.
  - Режим, - железным тоном заявляет Диана. И смягчает резкость улыбой. - Вам же хочется хорошо выглядеть на вечернем торжестве? Будьте благоразумны.
  - Кажется, только этим я и занимаюсь, - говорю с досадой. - Ещё немного - и позволю надеть на себя нагрудничек и уложить в коляску... Да иду, иду. Аркаша... - Он притормаживает, уже было встав. - А дальше-то что? Ты мне потом доскажешь?
  - Сэр Аркадий! - сердится моя маленькая надзирательница. - Вас ждут!
  Он только усмехается.
  - У Лоры спроси. Или у Майкла, он у нас, сама знаешь, с памятью хорошо работает...
  - Сэр Аркадий!
  - Ухожу, Ди, не ругайся! - Оборотник обнимает разгневанную сестричку и нежно чмокает в щёчку. - Не сердись, надо же мне душу отвести, считай - последние часы холостяцкой жизни! До вечера, девочки!
  Он скрывается за ближайшим поворотом аллеи, миг - и его уже не видно, только слышен шорох гравия под ногами, и рыжим пятном скользит по кленовым ветвям приспавший до этого на солнышке фамильяр. Диана смущённо потирает щёку.
  - Он не слишком вас утомил, дорогая?
  В досаде притоптываю.
  - Ну, надо же! Нет, что вы, он удивительно хорошо рассказывал, я нисколько не устала. Вот только прервался на таком месте... Я так и не узнала, нашли они...
  - Игрока? - отчего-то шёпотом спрашивает Диана. Глаза её округляются.
  - Откуда вы знаете?
  - О, Иоанна, историю похождений ваших друзей знают и пересказывают, словно героическую сагу! Подумать только - сразиться с самим демиургом! Это фантастика! Однако, - спохватывается она, - пойдёмте в палату. Солнце жаркое, не хватало, чтобы вы перегрелись! Лучше посидите в тени, если не хотите лежать, на веранде тоже неплохо...
  - Так нашли они его или нет? - спрашиваю в нетерпении. Диана поджимает губы.
  - Сделаем так, - говорит решительно. - Я поговорю с сэром Персивалем, в каком виде и когда вам преподнести эту информацию...
  - Вы меня своей секретностью просто в гроб загоните. Скажите хотя бы: 'да' или 'нет'!
  Она с досадой прикрывает глаза. Говорит, поколебавшись.
  - Да. Нашли.
  
  * * *
  Они обшаривали тоннель за тоннелем, портал за порталом; закрыли выходы не менее чем в сотню миров, вновь затопили озеро, расчистили пещеру Ледянки от мерзкой изолирующей пыли... Маркос дель Торрес был порядком истощён, и кто знает, сколь ещё продержался, если бы Николас дель Торрес не догадался с разрешения драконихи унести с собой горсть мелких кристаллов из пещеры и набить ими карманы брата... Помогло. Стихийникам было проще - они подзаряжались прямо от земли и скал; паладины время от времени подключались к источнику высшей, небесной энергетики... Лишь 'отцы' выглядели свежо, как огурчики, скромно умалчивая о возможностях своих ресурсов.
  Следов ауры сбежавшего демиурга нигде не было.
  Казалось, пора уходить. Миссия по спасению выполнена: герои найдены, враг обескровлен - замуровав выходы из Лабиринта, ему перерезали множество путей к отступлению, да ещё, вдобавок, лишили возможности пополнить армию наёмников из других миров. Если только...
  - Если только мы действительно ничего не упустили, - цедит дон Теймур. - Не мог этот хитрец уйти иным путём, просто не мог. Здесь слишком мощное сосредоточие силы...
  Он смотрит на огонь, не щурясь. В чёрных глазах отражаются пляшущие языки пламени.
  - В который раз мы выходим на эту проклятую развилку?
  - Похоже, в седьмой. - Сэр Джонатан не торопясь выбивает трубочку об каблук, притоптывает несколько рассыпавших одиноких искр. - На несколько ходок больше, чем наши друзья, попавшие сюда раньше. Итак, какие будут предложения?
  - Ещё минут десять на отдых, - подаёт голос один из стихийников. - Хорошие мысли всегда приходят в последний момент, дайте им разогнаться.
  И снова наступает молчание. По кругу идёт фляжка, чрезвычайно похожая на ту, что была подарена обережнице самим Хлодвигом, Верховным магом воды. Усталые лица светлеют, становятся бодрее. Привал... Все надеются, что последний.
  - Здесь он, - прерывает тишину Васюта. - Больше негде. Я не мог ошибиться. Сперва открылся обычный проход, туда он и прыгнул, а затем уже Змея... Ледянку выгнал. Что, если она затёрла его след своим?
  - А что, очень может быть, - один из стихийников в раздумье потирает подбородок. - Её энергетика из самого сердца Гайи... собственно, весьма схожа с демиурговской. Но это пока только теории. Если рассуждать логически...
  - А где вы взяли эти дрова, юноши? - не слишком-то вежливо перебивает дон. - Только я один это замечаю? Как долго горит этот костёр? Или у вас имеется запас несгораемой древесины?
  Васютины пальцы, до этого машинально поглаживающие отполированное древко копья, неожиданно смыкаются в боевом захвате: рефлексы срабатывают первыми. Нахмурившись, он, как и Глава, всматривается в огонь. И видит то же, что только сейчас начинают замечать и другие. Даже если отбросить странности, творящиеся в Лабиринте Игрока со временем, можно прикинуть, что костёр горит вторые сутки. Перед исследованием тоннелей в него запасливо подложили несколько брёвен, но дежурного оставлять не стали: смысла нет, если можно разжечь погасший огонь ударом оземь магическим посохом. Да, прошли ночь, день и ещё полночи - а на поленьях обуглился лишь верхний слой, даже кое-где видна не прогоревшая береста, и углей практически нет.
  - Крайний слева коридор, - говорит Васюта. - Выход наружу. Как же с первого раза не углядели?
  И тянется за шлемом.
  - Могли и не заметить. Наверняка наложил что-то, глаза отводящее.
  Стихийник отпивает из стеклянного пузырька пару глотков какой-то синей жидкости, передаёт коллеге.
  Посох в цепких руках Симеона вдруг вспыхивает всеми стихийными жилами.
  Лора деловито проверяет стрелы, скидывает лук с плеча.
  Отец и сын Кэрролы слегка поводят плечами, и на миг их окутывает ослепительное фиолетовое сияние, которое, взметнувшись облаком, оседает на всех членах группы. Защитная аура в действии.
  Дон Теймур, вроде бы ничуть не озабочиваясь происходящим вокруг переменам, внимательно изучает свои руки, и, кажется, вот-вот достанет пилочку и займётся маникюром, но вместо этого резко разжимает пальцы - и ногти на них внезапно вспыхивают ядовитой зеленью, удлиняются и заостряются. Одновременно ту же манипуляцию проделывает Мага. Его брат, кротко вздохнув, вытаскивает из костра горящую головню, обстукивает - почти так же, как недавно его дядюшка докуренную трубку. Обгоревшая палка укорачивается, отращивает навершие - и в руках у Николаса уже рассыпает искры небольшой магический жезл, наполненный огневой мощью.
  К бою готовы.
  ...Итак, крайний коридор слева... под уклон... ледяной пол пещеры как каток, и когда только успело намёрзнуть?.. тёмные закоулки и ниши, заиндевевшие стены, частые гребни сосулек, свисающих с уступов...
  - Вот он, - внезапно говорит один из стихийников. - Вы бы него и не увидели.
  И запускает горсть снежинок наружу, через провал в скалах, прямо, казалось бы, в пропасть, угадываемую за площадкой...
  Портал невидим. Вернее сказать - абсолютно прозрачен. Он висит прямо в воздухе, в метре от края площадки, и становится доступен глазу, лишь облепленный снежинками. Не задетый буранчиком край выглядит как лёгкая рябь, вроде той, что поднимается иногда от нагретой почвы - бывает такое в холодный, но достаточно солнечный весенний день. Не зная, что проход именно здесь, его не обнаружишь. Да и кому придёт в голову, что в портал нужно не входить, а прыгать с разбегу?
  - Кто первый? - хладнокровно спрашивает Мага и подбирается ближе.
  - Минуту, - сухо останавливает его Глава. - Уверен, что нас там не ждут? Донна?
   Они с Лорой обмениваются взглядами. Амазонка берёт лук наизготовку, и пока прицеливается, наконечник стрелы, на который внимательно щурится Глава, начинает дымиться. Дон удовлетворённо кивает.
  Стрела свистит над головой Маги и прошивает зеркальную перепонку. С той стороны вдруг раздаётся довольно сильный хлопок и приглушённые вопли.
  - Посторонись, - коротко говорит Васюта. - Сейчас полезут. - И занимает выжидательную позицию, не доходя до края площадки, левее от портала. Некромант становится правее. Остальные рассыпаются ровным полукружьем по внутреннему периметру площадки.
  - Донна, держитесь в центре, - негромко обращается дон Теймур к Лоре. - Майкл, прикрой дополнительно...
  Над амазонкой нарастает вторая защитная аура. Лора досадливо сжимает губы, но не спорит. Шустро вскидывает лук...
  И несколькими стрелами отправляет в пропасть трёх кашляющих ламий, высунувших головы из портала. Затем ещё одну. Следующие монстры оказываются умнее и в состоянии не только ползать, но и прыгать. Им ничего не стоит перескочить расстояние, отделяющее портал от края скалы, будучи при этом вооружёнными до зубов, рогов, копыт, и чего у них там есть ещё... Они сыплются и сыплются, как горох: кентавры и крысюки-лучники; огромные мохнатые йети; минотавры и тигролюди с боевыми топорами наперевес; саблезубые львы; двухголовые гидродонты, изрыгающие огонь; химеры, плюющиеся ядом; ужасающие одним своим видом арахниды со скорпионьими хвостами... И вся эта армия монстров задыхается, шумно глотает воздух, а вослед им из портала сочатся тёмные струйки вонючего дыма, которые, впрочем, на отрытом воздухе быстро рассеиваются.
  Первыми наши бойцы выводят из строя тварей-лучников: их ликвидируют сразу, чтобы не успели занять позиции. Затем каждый выбирает по способностям. Некроманты избирательно 'работают' с ядовитыми существами, русичи и паладины наваливаются на зверолюдей, стихийники морозят химер и ящеров... Промёрзший пол пещеры давно вскипел, осушился и был вновь окроплён - и отнюдь не водой. Но закончилось всё быстро. Слишком опытные бойцы с многолетним стажем отбивали атаку; слишком много накопилось личных счётов к хозяину Лабиринта. И когда он сам вылетел из портала верхом на сапфировом драконе, очевидно, заменившим покойника Гарма - будьте уверены, его ждали с нетерпением.
  - Оп-паньки, - едва увернувшись от смертоносного замораживающего дыхания, выдаёт Николас, - вот и папа пожаловал...
  ' Отвлеки его!' - кричит сэр Майкл мысленно. - 'Ник! Хотя бы на минуту!'
  'Понял...' Николас начинает шустро пятиться, заманивая рассвирепевшего Ледяшку вглубь пещеры. Дракон-папа раза в полтора крупнее своей супруги, высиживающей в настоящее время драгоценное яйцо и не знающей, в какую передрягу угодили её благодетели. Ледяшке не нравится, что какой-то мелкий человечек норовит тыкнуть чем-то жгучим и кусающимся. Человек ловко уклоняется от морозных струй, и в досаде дракон делает рывок вперёд, пригнувшись, чтобы проскочить под низким сводом пещерного проёма. Игрок на его спине пригнуться не успевает, и, приложившись головой о свод, пластом повисает в седле. Рассерженный Ледяшка протискивается в пещеру, его всадник, подозрительно быстро прочухавшись, зло дёргает узду, пытается ткнуть посохом в уязвимое крыло... но четыре молнии, сорвавшиеся с пальцев Маги, разбивают магическое оружие в щепки.
  'Готово!' - наконец, подаёт голос сэр Майкл. 'Теперь разверните его ко мне!'
  Неизвестно, что собирался сделать Николас, но только оба стихийника, уловив мысленный зов паладина, не раздумывая, одновременно подпаляют дракону хвост. А что ему, он же каменный! Но, по-видимому, какие-то неприятные ощущения доставляют, потому что зверь разворачивается, едва не сбив хвостом Ника... а заодно, ещё раз невольно приложив своего наездника к каменной арке. Мой Наставник запускает прямо в зубастую пасть каким-то мелким сверкающим кругляшом. Инстинктивно щёлкнув челюстями, дракон-папа перехватывает подарочек и глотает.
  ... Нет, никакого взрыва не происходит, как можно было бы предположить. Свирепый зверь замирает, как вкопанный, взгляд его останавливается, словно Ледяшка прислушивается к чему-то. Сэр Майкл делает энергичный жест руками:
  - Все ко мне! Быстро!
  Сползает и шмякается на землю оглушённый Игрок в изрядно помятом шлеме. С другого бока от него проскакивает Николас, собирается было сунуться к Игроку, но тут над его головой раздаётся ужасающий шип, и мой родственник одним прыжком побивает все мыслимые и немыслимые рекорды, оказываясь рядом с Майклом. Они вместе с Магой оттаскивают Ника в сторону, к остальным.
  Игрок, удивительно шустро опомнившийся, уже на ногах, лихорадочно оглядывается. Посоха нет. Сзади - грозно шипит Ледяшка. Впереди - путь к порталу перекрыт...
  - Что, сынок, поговорим? - буднично окликает Симеон.
  -Вы... не смеете со мной так, - сипло говорит Игрок. Голос его от напряжения вздрагивает. - У нас Договор...
  - Он трижды нарушен, - сурово сообщает сэр Джон. - Пункт о невмешательстве во внутреннюю политику Гайи. Пункт о ненападении. Привлечение в союзники иномирного магического клана. И вдобавок - разрешённые жертвоприношения.
  Демиург срывает шлем, наползающий на глаза. Растрёпанная белая шевелюра испачкана алыми подтёками.
  - Вы ничего не сможете мне...
  За его спиной дракон, сузив глаза, выдыхает мощную струю холода. И ещё одну. И ещё, превратив бывшего демиурга в застывшую глыбу льда. Фыркнув, прочистив ноздри, обводит взглядом людей и шумно вздыхает.
  Стремительно развернувшись, уползает прочь.
  - ...Ну и? - нарушает молчание Ник. - Ради чего я тут прыгал и изображал бой с быками? Майкл?
  Паладин потирает шею, на которой всё ещё краснеет вспухший багровый след от сорванной цепочки.
  - Я скинул ему воспоминание о гибели детёныша, со всеми подробностями того, что мы обнаружили. И то, что появилось новое яйцо. Сколько успел, времени было мало... Он сам разобрался, кто друг, а кто враг.
  - Гхм, - многозначительно прокашливается за его спиной дон Теймур. - Я настоятельно просил бы всех... не расслабляться. Обратите внимание...
  С застывшей оледенелой фигуры потрескивая, осыпается крошка. Не успевают русичи схватиться за мечи, а маги - за посохи, ледовый панцирь на погребённом, казалось, заживо демиурге лопается на тысячу кусков.
  - Я же говорил, - он зло скалится, - ничего вы со мной не сделаете! Думали, я заперт? Ха! Эта дура-обережница навесила на меня не просто кокон - защиту! Магия против меня бессиль...
  Тяжёлое копьё Васюты прибивает его к скале. Отчётливо слышится хруст ломающихся рёбер.
  - Магия, может, и бессильна, - только и говорит Васюта. Не торопясь, подбирает отлетевшее копьё, осматривает погнутый наконечник, словно не видя сползающего по каменной стене подростка... Демиург в человеческом теле так же уязвим, как черепаха в панцире: сомни панцирь - и он сам вопьётся в плоть, мягкую и беззащитную.
  - Нет, - хрипит Игрок, каким-то чудом удерживаясь на полусогнутых ногах, - нет, так нельзя...
  И добавляет ещё какое-то слово. Пальцы его судорожно шарят по груди, обрывают медальон... Взмахом руки дон Теймур ставит над группой защитный купол. Но действия демиурга направлены не на людей. Блестящая вещичка выпадает из слабеющих пальцев и пробивает портал прямо под ногами её владельца. Туда, вниз, в неизвестное измерение и падает тот, кто был тогда-то Миром...
  - Одноразовый, конечно, - с досадой говорит дон, развеивая защиту. - Не старайтесь, мальчики, не откроете. Это совсем иная технология. Не его. - Жестом пресекает вскинувшегося Магу. Поворачивается к русичам.
  - Однако, дон Васюта...
  И отвешивает Муромцу церемонный поклон. Тот в ответ почтительно склоняет голову.
  Мощный толчок земной тверди прерывает обмен любезностями. Содрогается скала, трясутся горные вершины, срываются и катятся по склонам каменные глыбы. Похоже, мир рушится... Нет, это обваливается внутрь себя Лабиринт, потерявший хозяина и творца. И на глазах у людей вибрируют своды пещеры, грозясь похоронить под собой останки зверолюдей, ящеров, йети - последних солдатиков Игрока.
  - Чёрт, - растерянно говорит Васюта. И бросается в пещеру.
  Лошади остались у развилки тоннелей.
  - Похоже, судьба, - бормочет дон. - Придётся вернуться... - и ныряет вслед за Васютой, вновь раскрывая над собой купол.
  Им удаётся добраться до костра, собрать перепуганных лошадей... и наткнуться на последний сюрприз Лабиринта. Выходов больше нет. У них на глазах ход, ведущий в степь, зарастает. Будто его и не было. А за спиной ширится, растёт новая пещера, поглотившая прежние тоннели, и рождая новые порталы - странные, невиданные ранее...
  Мага качает головой. Понимающе кивает Симеон.
  - Нет, сынок... Это нам пока не под силу.
  - Выход должен быть, - упрямо говорит Мага.
  - Эх, - не может сдержаться Васюта, - если бы не я...
  - Я бы тоже не оставил Василька, - прерывает его сэр Майкл. - Да и другие... Перестаньте, Васюта. Давайте думать.
  - Должна быть какая-то логика, - шепчет Лора. - Должна быть... - И жалобно добавляет: - Ребята, а ни у кого не найдётся чего-нибудь поесть? А то у меня уже глюки. Мне прямо-таки кажется, что едой какой-то пахнет...
  - Хлебом, - неожиданно говорит Михайло-старший. - Ей-богу, хлебом! Нашим, только что из печи, братцы! Да вы принюхайтесь только!
  ...Если бы не одуряющий запах свежеиспечённого хлеба - неизвестно, нашли бы уставшие, вымотанные люди и маги нужный портал из сотен новых? А нашли они его именно по непередаваемому хлебному аромату. И открылся портал при их приближении сам, будто поджидал...Увидели бы они чистое звёздное небо над степью, ожидающий их обоз, Яна, нетерпеливо выхаживающего вокруг костра - настоящего костра, с прогоревшими углями, источающего упоительный дух печёной картошки и жареного на палочках мяса? Узнали бы про Ново-Китеж и про то, что русичи смогут, наконец, вернуться домой?
  
  ***
  ...Наверное, было именно так. Основное мне рассказала Диана, подробности додумала я сама. Картина финального боя на площадке так и осталась для меня состоящей из отдельных разрозненных пазлов... да может, оно и лучшему. Леди Ди услышала сей рассказ от самого Симеона. Правда, говорил-то он не с ней, а с сэром Персивалем: они долго и кропотливо обсуждали нюансы сражения, приёмы, ошибки, методы упокоения, исключающие воскрешение противника... Сестричка не была ярой поклонницей военной тематики, а потому большую часть услышанного благополучно забыла; впрочем, я поступила бы так же... Но некоторые моменты виделись так ярко, цельно, будто я при этом присутствовала. Будь оно неладно, моё богатое воображение, зачем, зачем оно мне нарисовало всё в таких красках? И треснувший панцирь на груди Игрока, и струйку крови, текущую из уголка рта, и стекленеющий взгляд...
  И то, что он пытался сказать, цепляясь за медальон перехода, как за последнюю надежду:
  - Нет... нет, так нельзя...нельзя... Мама!
Оценка: 8.82*7  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Межзвездный мезальянс. Право на ошибку" С.Ролдугина "Кофейные истории" Л.Каури "Стрекоза для покойника" А.Сокол "Первый ученик" К.Вран "Поступь инферно" Е.Смолина "Одинокий фонарь" Л.Черникова "Невеста принца и волшебные бабочки" Н.Яблочкова "О боже, какие мужчины! Знакомство" В.Южная "Тебя уволят, детка!" А.Федотовская "Лучшая роль для принцессы" В.Прягин "Волнолом"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"