# Нелюбимый мой

Ева Горская

Много ли женщине нужно для счастья? Любимый муж, обожаемый сын, определенный достаток... Все это и даже немного больше, она имела еще с утра. А вечером жених ее кузины объявляет своей парой. Ему плевать на сорванную свадьбу, заплаканную невесту, на наличие мужа и ребенка. Он сошел с ума, сошел с ума по ней...

Пролог


Он схватил ее за руку и затащил в первую же свободную комнату.


- Да как Вы смеете? - Ольга сорвалась на крик, потирая запястье. Наверняка, теперь останутся синяки. Она просто отказывалась понимать происходящее. Украдкой посмотрев на мужчину, отшатнулась. В полумраке его глаза горели зеленым огнем, а зрачки были неестественно вытянуты. С трудом подавив панику и отведя взгляд, который манил и звал, рукой нащупала какую-то сидячую поверхность и без сил опустилась на диван.


- Я же сказал, тебе не стоит меня бояться. Мы физически не способны причинить вред своей паре.


Зря, очень зря Ольга отвела взгляд. Мужчине хватило нескольких секунд, чтобы приблизиться. И вот он уже навалился на нее всем весом и разорвал ворот дорогого шелкового платья.


- Не надо, - едва успела прошептать, как зубы разодрали нежную кожу на ее шее, а тоненькая струйка крови заскользила по груди вниз.


Издав довольный рык, мужчина стал лихорадочно ощупывать ее тело, при этом он, кажется, зализывал место укуса. Ольга не могла пошевелится, не могла возразить, словно ее тело ей больше не принадлежало. И не только тело... Она будто бы смотрела на себя со стороны. Вот его руки сжимают ткань платья и тянут наверх... вот он дергает кружево трусиков, и оно трещит и бесформенной тряпкой летит на пол... звенит пряжка ремня, мужчина ненадолго отстраняется...


- Сладкая моя, маленькая, - нашептывает он ей на ухо, продолжая ласкать губами шею, щеки, глаза. А руки снова на теле, слишком близко, непозволительно... А она не чувствует ничего, призывая смерть в свидетели. Только бы не видеть, только забыть. ═Но вместо нее приходит спасительная темнота...


## Глава 1


Осторожный поцелуй, следующий уже более уверенный, нежные объятия, сбивчивый ласковый шепот, участившееся дыхание... и маленький ураган с криком "Мама! Мама!" со всего размаху запрыгнувший на кровать.


Притворные стоны и═бурчание мужа:


- Доброе утро, сын! А бабушка где?


- Артемка, вот ты где, негодник! - немного недовольным тоном выговаривала═свекровь, вламываясь за мальчонкой в их спальню. Опять без стука. Взрослая═ведь женщина.


Наигранная сварливость в голосе и осуждающе сердитый взгляд Кирилла═вызвали только улыбку. Ольга прекрасно знала, что для семьи у мужчины неизменно хорошее настроение, все остальное - лишь напускное. Это знала свекровь, поэтому предпочла не услышать промелькнувшего в приветствии ворчания. Это понимал сын, который беззастенчиво знанием пользовался.


- И тебе доброе утро, мама!


- Оленька, Кирюша, мы ведь вас не побеспокоили? Там завтрак стынет.


- Доброе утро, Нина Владимировна! Сейчас спустимся.


- Мама! - тут же поправила женщина.


- Мама! - послушно повторила девушка. Ну, не могла она называть эту женщину так, хотя та═и была ей ближе родной матери.═


Супруг попытался стащить сына с кровати, чтобы освободить жену от маленького, но такого приставучего счастья. Ребенок лишь крепче обхватил ее за шею и доверчиво, по секрету, прошептал на ухо:


- Мама, я поймал жука!


Поерзав на женщине, удобно устраиваясь, сынишка протянул зажатый кулачок прямо к лицу и деловито сообщил:


- Вот!


А в раскрывшемся кулачке пусто, зато она отчетливо почувствовала какое-то шевеление в волосах.


- ═Ой, - Ольга═резко села на кровати и начала═трясти шикарной рыжеватой копной. - Вытащи, вытащи его оттуда! - ну, не любила она насекомых с детства.


Завалившийся на бок сын и смеющийся муж тотчас бросились═на помощь и тут же столкнулись лбами, придавив любимую мать и жену.


- Вот ведь дети! - прошептала сверковь и только всплеснула руками.


А божья коровка уже активно заработала крылышками, улепетывая в открытое окно от ненормальной семейки.


Такое обычное, но такое счастливое утро - норма для их маленькой семьи. Ольга считала себя удивительно везучей женщиной. Ее первый мужчина, ее любимый, теперь уже муж, всегда внимателен, заботлив и добр. Он неизменно целовал═перед сном, улыбался═по утрам и готовил для нее зеленый чай, хотя сам предпочитал кофе, никогда не повышал голос и всегда был на ее стороне. Он - ее опора, поддержка и сила, а она для него - ═тихая гавань.


Они познакомились семь лет назад, когда она, неискушенная провинциалка, приехала в Питер и поступила в престижный ВУЗ на лингвистический. Он же в тот день заскочил проведать своего приятеля-аспиранта. Но до кафедры не дошел...


Симпатичная худющая девчонка облила его колой и затащила в женский туалет отмываться. А он был настолько очарован смазливой мордашкой, заворажен чарующим голоском, что шел за ней, как телок на привязи. Слушая сбивчивые извинения, улыбался, как сумасшедший. А когда ее ручки коснулись его пиджака и попытались прямо на нем замыть пятно от сладкой газировки, понял, что уже никуда═не отпустит, что эта девушка станет супругой и матерью его детей.


Два долгих года Кириллу требовалось все его упорство и терпение, чтобы научить девушку верить мужчинам, убедить, что ему нужна только она.═


Ольга, хоть и была родом из небольшого городка, затерянного где-то в Новгородской области, не была наивной. С детства мать - алкоголичка, бесконечная череда отчимов, которые исчезали быстрее, чем она запоминала их имена и лица, бабушка, практически живущая на могиле единственного сына, быстро приучили к самостоятельности и лишили иллюзий. Научили не верить словам, а к поступкам относиться скептически. Научили, что в этой жизни никому нельзя доверять, даже родным, ни на кого нельзя положиться, что рассчитывать можно только на себя. А потому с самого первого дня она училась, как ненормальная. За два года не пропустила ни одной лекции или практики, а в свободное время писала рефераты и курсовые, иногда удавалось получить заказ на перевод. И девушка была полностью довольна такой жизнью. Какая любовь? Зачем она? И хотя Кирилл понравился ей сразу,═Ольга твердо решила еще в детстве, что от мужчин одни неприятности.


Как он нашел к ней подход? Как незаметно обосновался в ее жизни? Как сломил сопротивление? Как заставил считать себя необходимее воздуха? Пожалуй, до сих пор она не находила ответа. Просто однажды осознала, что═теперь он - часть ее жизнь, такая же привычная, как умывание по утрам. А когда он понял, что она сдалась, сразу потащил в ЗАГС.


Полтора года они наслаждались друг другом, а потом родился рыжий Артемка, их маленькое хулиганистое солнышко. Где-то в перерывах между бесконечными кормлениями и сменой подгузников Ольга получила так некогда вожделенный диплом. Получила и успела забыть. Теперь ей не было необходимости думать о хлебе насущном. В наследство от недавно погибшего отца Кириллу досталась фирма по клирингу и большой загородный дом, а еще инфантильная мать, которая отказалась там жить, если сын с невесткой и любимый внучек не переедут к ней.


Впрочем, жаловаться на свекровь Ольга не имела права. Хотя эта женщина абсолютно не была приспособлена к самостоятельной жизни, к ней она относилась как к дочери, о которой мечтала. Нина Владимировна постоянно покупала внуку и невестке обновки. Первое время даже пыталась наряжать Олю, как куклу, и всегда называла исключительно доченькой или ласковыми производными от ее имени. Сначала Оля очень снисходительно относилась к свекрови, а потом даже оценила пусть своеобразную, но заботу. Была благодарна ей за помощь с сыном. И хотя, Нина Владимировна больше баловала ребенка, чем присматривала за ним, Ольга все равно была признательна этой женщине. Ведь в детстве ей не хватало материнского внимания и теплоты, и этот своеобразный суррогат давал почувствовать полноту жизни.


Девушка купалась в любви и заботе близких и дорогих для нее людей. Но никогда не давала себе забыть, каково быть одной. А потому за каждый прожитый день благодарила небеса.


- Про вашего Витечку опять написали, - свекровь развернула к ним с мужем глянцевый журнал.


Они завтракали за огромным столом на веранде. Она не помнила точно, как называлось это помещение с окнами вместо стен, хотя Кирилл несколько раз говорил об этом. Поэтому окрестила по-простому "веранда". Сидели друг напротив друга. Она и муж напротив свекрови с сыном.


- Ох, мама! - протянул муж, закатывая глаза. - Ну, какой же он наш?


- Ну, как же, вы же теперь родственники... - начала опять Нина Владимировна. Ольга не слушала, прекрасно зная, что будет дальше.


Виктор Толманский - ═успешный бизнесмен, негласно носящий кличку "Рвач", появился из неоткуда. Во всяком случае, даже Олеся молчала о его прошлом в их редкие девчачьи посиделки. О нем заговорили в прессе лет десять назад, когда молодой предприниматель купил в Мурманской и Архангельской областях несколько полуразвалившихся заводов и спустя каких-то полгода заставил их приносить прибыль. Тогда его называли гением экономики, вручили несколько каких-то наград, он, кажется, даже пару лет носил звание "предприниматель года". Спустя несколько лет его влияние распространилось на весь Северо-Запад, а сам═обосновался в Санкт-Петербурге. С тех пор он прочно входил в двадцатку самых завидных женихов России и в сотню самых богатых. Ей об этом регулярно сообщала свекровь, души не чаявшая в глянцевых журналах.


Толманский был удивительно хорош собой, этого Ольга отрицать не могла. Пропорциональные черты лица, густые темные волосы, натренированное═тело делали его весьма привлекательной особью противоположного пола. Если бы не глаза... Девушка первое время не могла понять, почему ее передергивает при одном только взгляде на фотографию мужчины. А потом поняла, что у него был взгляд зверя. Хищного и невероятно жестокого.


Нина Владимировна все еще пыталась убедить сына, что теперь, когда они породнятся с Толманским, Кириллу необходимо попросить у того помощи и расширить дело отца, ведь у него подрастает наследник, а наследнику нужна империя. Супруг тяжело вздохнул и промолчал.


Ольга прекрасно знала, что муж никогда не был амбициозным, для него главным была семья. Достаток они имели неплохой. У каждого была хорошая машина, очень приличная двушка в городе, в которой жили до смерти свекра, прекрасный загородный дом, приходящая в выходные домработница... Они ездили отдыхать дважды в год. И не в Турцию, а на европейские курорты. Ольга и Нина Владимировна не работали, имели возможность ходить по магазинам так часто, как этого хотелось. Конечно не по самым дорогим бутикам, но все же... Девушке этого было более, чем достаточно. Она поддерживала мужа и соглашалась с ним, что просить о чем-то совершенно постороннего человека, которого они в глаза-то и не видели, было откровенной глупостью. Но свекрови сие объяснять бесполезно, она отказывалась слушать разумные доводы. Поэтому муж в очередной раз закатил глаза, а Ольга закончив завтракать, чмокнула супруга в щеку.


- Пойду собираться. Я на половину первого в салон записана, - сообщила, как бы извиняясь, что дальше не может участвовать в беседе. Хотя, кивание головой - это единственное, что она себе позволяла в подобных разговорах. Не потому, что ее не слушали, а потому что очень боялась неосторожным высказыванием обидеть близких.


- Мама, а можно мне сладкого? - спросил сын, когда она подошла поцеловать его тоже.


- Можно, но только, когда даешь кашу.

- Ну, мааама, - обиженно протянул сын. Хотя оба прекрасно знали, как только она скроется за дверью, бабушка тут же позволит Даньке и сладкое, и что там еще захочет═ее чертенок.