Горски Кристоф: другие произведения.

Ночь в холодном серебре

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Продавай произведения на
Peклaмa
Оценка: 6.72*4  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    "Я - не святой человек. Если вы услышите где-то, что Фрэнка Дрэйка причисляют к сонму святых, не стесняйтесь, плюньте рассказчику в лицо. Он заслуживает того. Однако старого бродягу вряд ли кто-то сможет упрекнуть в том, что он несправедлив или нечестен. Я обитаю в Нью-Чикаго, что на Гиперионе, в системе Сатурна. А тут, вопреки расхожему мнению некоторых изнеженных идиотов, люди хоть и занимаются темными делишками, но ведут себя не в пример лучше и правильнее многих полицейских Внутренних миров".


   Ночь в холодном серебре
  
   Пролог. Смерть в моих руках
  
  
   В старых доках было пусто и пахло крысиным дерьмом. Свет восходящего Сатурна и его сияющих холодным белым золотом колец заливал открытые площадки, превращая действительность в царство зыбких теней и снов. Если вы боитесь призраков, не стоит появляться здесь по ночам. Потому что призраки придут к вам. Хотите вы этого, или нет.
   Двигатель старенького "кадди" еще урчал, когда я захлопнул дверь и, поправив шляпу, направился ко входу в ангар. Перед дверью пришлось остановиться и глотнуть крепкого. Дыхание мое было прерывистым, мне было страшно. Только виски и тяжесть револьвера придавали уверенности.
   Мои шаги гулким эхом разносились по пустому складу, в котором царила лишь пыль и в каждом углу мерещилась странная тень. Дьяволы Космоса, почему она выбрала именно это место? Но дьяволы, даже зная ответ, не хотели давать его мне. Он ускользал. Прятался. "Но ты знаешь", - предательски шепнул голосок в голове.
   Я достал револьвер из наплечной кобуры и вес тяжелого оружия придал мне уверенности. Как придавал всю жизнь, что старому бродяге довелось прожить в Системе и за ее пределами. Подержанные автомобили, крепкий алкоголь, сигареты, азартные игры. Нехватка денег, опасные профессии, темные дела, странные заказы - даже в наши времена, когда все должны быть счастливы, находятся люди, которым не хочется жить по законам общества. Потому что деньги, энергия, власть, любовь, страсть - все осталось прежним.
   Я остановился посредине ангара. Огляделся, но никого не заметил. Где же она? Куда исчезла? Зачем позвала? Достал фонарик и осмотрелся еще раз. Никого. Даже следов на полу нет, хотя он покрыт густым слоем серой пыли. Заброшенные доки Йорка-4. Лучшее место для свиданий.
   Выдохнув, я развернулся и пошел обратно к машине.
   Она появилась в моей конторке позавчера. Мимолетное и приятное воспоминание юности. Лэтти. Летиция Джоан Харт. Теперь уже - миссис Дрейден. Вернее, вдова мистера Дрейдена, главного инженера на сатурнианских верфях "Корабельной компании Хассельхофа". Дорогие меха, драгоценности, лимузин, водитель. Ее муж был богат. После взрыва шаттла, на котором он добирался на какую-то из отдаленных верфей, Лэтти Дрейден проснулась не просто женой миллионера. Она проснулась миллионером.
   И разыскала меня.
   - Привет, Фрэнк, - ее голосок был таким же нежным и чарующим, как и раньше, несмотря на время, что разделяло нас.
   - Привет, Лэтти, - я отвечал хрипло - за это время мое горло слишком часто страдало от быстрых убийц, космических ветров и крепкого алкоголя.
   - Давно не виделись, - очаровательно улыбнулась она.
   Я подтвердил, что давно, и предложил ей стул. Она грациозно опустилась на жесткое сидение. Отказалась от сигареты и выпивки. Я налил себе немного виски и закурил.
   - Фрэнк, мне нужна помощь.
   С этого все и закрутилось. Я не мог ей отказать, потому что слишком часто видел во сне ее изумрудные глаза. Она сказала, что ее мужа убили, а теперь охота идет за ней. Сказала, что он раскопал что-то о коррупционных схемах Хассельхофа и правительства. Сказала, что к ней уже приходили ребятки из Бюро, которым нужны были какие-то документы. Что на ее солнечной яхте обнаружили бомбу. Она просила защитить ее - и я согласился.
   Копать пришлось недолго - один крысеныш напел, что Хассельхоф сбывает вооруженные фрегаты налево, некоему Киллигану. Об этом узнал и Дрейден, у которого был доступ к каким-то секретным документам. Мне пришлось потрясти нескольких информаторов. Когда те раскололись, части головоломки были у меня в руках. Довольно-таки легкий пазл, говоря по правде. Киллиган был лидером полувоенной оппозиционной партии, которая контролировалась нынешним правительством. Обычные грязные делишки - время от времени Киллиган отправлял в небытие парочку кораблей и совершал атаки на слаборазвитые луны. Правительство устраивало "военные операции". Отмывались деньги, росли рейтинги. А Хассельхоф получал прикрытие и деньги. Меня всегда воротило от таких дел.
   Дрейден же был менее щепетилен и решил шантажировать своего босса. За что и получил мину в двигательном отсеке шаттла. Недоставало только одного - документов. Лэтти обещала принести их в доки. Мне же оставалось передать копии парочке знакомых журналистов - да и дело с концом.
   - Сделай мне еще одну услугу, - сказала она тогда, обнаженная, удобно устроившись на моем плече. - Мне нужны документы. Новые документы. И счет, на который безопасно можно перевести все деньги Дрейдена. И тогда мы исчезнем, Фрэнк. Вдвоем. Отправимся на венерианские курорты. Купим дом у океана.
   Я пообещал, что все устрою. Достать корочки не проблема, если знаешь, у кого спрашивать. Я передал ей документы. Передал номер счета.
   А она не пришла.
   Я медленно брел к выходу, отхлебывая виски из фляги, и улыбался. Лэтти, милая Лэтти. Ты кинула старого потрепанного Фрэнка, как только он сделал то, что было тебе нужно на самом деле. Документы и счет. Не защита. Нет. Не обнародованные документы, только не это.
   Я знал, что на выходе из дока ждут копы. Знал, что они найдут у меня в машине. Знал, что у них есть все улики против меня. Это я взорвал шаттл Дрейдена. И погиб там не один человек, а двое. Старый любовник из-за ревности взорвал счастливую супружескую пару. А Лэтти со всеми деньгами и новым паспортом запросто сможет шантажировать Хассельхофа и дальше.
   Хлебнув еще виски, я отшвырнул свой револьвер в сторону и поднял руки. Сине-красные блики разрушали серебрянную притягательность этой ночи, а я шел и ухмылялся.
   Когда на моих запястьях защелкнулись наручники, в одной из кают какого-нибудь роскошного лайнера, следующего курсом Сатурн-Венера, сработало небольшое взрывное устройство, хитроумно спрятанное в паспорте на имя Летиции Франклин. А с ее нового счета специальная программа скачивала деньги в одно из самых надежных хранилищ. С копами же я разберусь без проблем - старый детектив никогда не выключит камеру.
   Лэтти не учла одной маленькой детали. Подкидывая в мою тачку свидетельства моей причастности к гибели ее мужа, она пыталась подставить настоящего убийцу. Старик Альфред Хассельхоф нанял меня раньше, попросив найти крысу в его амбаре.
   Прощай, детка, усмехнулся я в серебрянную сатурнианскую ночь. Смерть в моих руках.
  
  
  
  
   Часть первая. Пуля для валета
  
  
   Что может быть хуже, чем застрять в чертовом шахтерском городишке, где-то в окрестностях марсианского захолустья, потому что твой корабль получил пробоину при посадке? Совершенно верно. Узнать, что там есть единственное полуприличное заведение, в котором местное пойло будут выдавать за виски, а окружающие вас личности только и ждут, пока вы надеретесь до посинения, чтобы порыться в ваших карманах.
   Поразмыслив немного, я оставил револьвер в дешевой гостинице и все-таки решил прогуляться в сторону "Упрямой Бетти", чьи достоинства так живописал жулик-портье.
   Надо сказать, что в карманах у меня пусто не было: здесь, на Марсе, я сдал федеральным властям одного гангстера, имевшего дурную привычку делать своим жертвам свинцовые примочки для колен. Хотя, думаю, они здорово нахохотались, увидев, как я обошелся с ним самим. Награда была внушительной, так что большую часть денег я запер в гостиничном сейфе вместе с оружием и отсыпал кое-что портье, намекнув, что с ним будет, если он позарится на личное имущество некоего Фрэнка Дрэйка.
   На улице было прохладно, климатические установки в таких местах вечно барахлят - еще бы, этому клоповнику далеко до Палм-Спрингс или других веселых местечек. Я не удивлюсь даже, если узнаю, что здесь нет организованой преступности - так, подвыпившие задиралы. Серьезному гангстеру в таком месте делать нечего. Это было к лучшему - меньше людей смогут узнать мою непримечательную физиономию.
   Опустив шляпу на глаза и подняв ворот плаща, я неторопливо прогуливался по городишку. Он был построен по опостылевшим стандартам дикого Запада - в центре была единственная школа, лавки местных воротил да "Упрямая Бетти". Одна улица и множество переулочков, застроенных жалкими хибарами из кое-как сколоченных между собой досок. В таких местах люди считают себя ковбоями и таскают напоказ ружья да пистолеты, чтобы потом, в пьяной драке, пустить их в ход - и промахнуться. Так и развлекаются. Я не был настроен на перестрелку - просто выпить да оглядеться, а там, глядишь, и суденышко подлатают. И я смогу вернуться обратно на спутники, в мир серебрянных ночей и преступности, где вершатся миллионные сделки и по ночам очень уж хочется выть от тоски на кольца Сатурна. Я не любил Гиперион, который приходилось называть домом, но остальную Систему ненавидел еще больше. Даже Землю, на которой вырос.
   Вместе со мной в этой дыре застряло еще пятеро пассажиров. Я лишь мельком видел их, совместный фрахт не очень-то сближает, несмотря на басни психологов. По-моему, все зависит от человека, а я такой человек, что не очень-то любит сближаться с другими. Впрочем, думаю, кого-то из этих бедняг я встречу в салуне.
   Впрочем, за своими размышлениями я и не заметил, как оказался перед входом в "Упрямую Бетти". Уж не знаю, в чью честь назвали эту дыру, но голограмма перед входом на упрямую точно не походила - скорее, наоборот. Эта детка маняще расставила свои нижние конечности, тонко намекая, что внутри любого посетителя ждут райские удовольствия. Ага, конечно, усмехнулся я. Все райские удовольствия заключаются в трех-четырех потасканных шлюхах, которых время от времени дерут пьяные шахтеры. И эта претенциозная надпись "Кабаре "Упрямая Бетти". Что ж, может мне еще и споют под виски...
   Толкнув дверь, я вошел внутрь. Огляделся, не снимая шляпы, из-под козырька. Все предсказуемо: большой зал, деревянные столы и стулья, широкая барная стойка, небольшая сцена в углу и, перед ней, танцевальная площадка. И ступеньки, ведущие наверх, где у администрации, наверняка, припрятано парочка комнат для разгулявшихся посетителей, которым неймется заполучить небольшой букет половых болезней.
   В салуне было шумно - за большим столом слева от входа расположилась большая компания, человек двенадцать. Они были в замызганных рубахах, кое-кто даже каску с собой притащил. Видать, шахтеры, празднующие получку. Возле сцены сидело четверо - двое парней в элегантных тройках и две дамы. По виду - детишки местных воротил. В каждом городишке есть парочка тузов, которых я, по старому опыту, называл пауками. Запустили лапки во все, что происходит в этом богом забытом месте.
   На сцене работал оркестр - причем, настоящий, состоящий из людей, а не из роботов. Играли ребята какой-то джаз, вполне приличный, а я послушал много разной музыки.
   Пара забулдыг у стойки да смурная компания из троих крепких ребят в правом дальнем углу. Посчитав, что никто из них опасности не представляет, я снял шляпу и опустил воротник. Улыбаться не хотелось, потому моя мина могла показаться кому-то оскорбительной. Впрочем, я был не против даже хорошей потасовки - лишь бы не оказаться в одиночку против всего этого городишки. Видит Бог, я даже не знал его названия.
   Выбрав столик у бара, я отдал официанту - хитрому малому с лисьей мордой и огненно-рыжими волосами - свое пальто и шляпу и заказал бутылку виски, особенно настаивая на том, чтобы оно оказалось родом с Земли, а не из запасов местных самогонщиков. Надо сказать, что парень меня удивил - он извлек откуда-то запыленную бутылку "Джемисона", правда, и цену за нее заломил неплохую. Но я, если помните, был в выигрыше, потому мог оплатить все.
   Налив себе виски и бросив в стакан пару кубиков льда, я откинулся на жестком стуле, разглядывая посетителей. Шахтерам все было до лампочки, они пока пили и отпускали сальные шуточки. Вот когда надерутся - тогда начнется, только успевай уворачиваться. Молодежь тоже особо не светилась - они слушали музыку, покачивая головами в такт, и всем своим видом показывали, будто она им нравится. Впрочем, это их дело.
   А вот компашка в углу явно нервничала - будто ждали кого-то или чего-то. Они-то меня и заинтересовали больше всех. Крепкие, словно вытесанные из камная, они отличались лишь ростом да цветом волос - один был коротышкой, двое других - высокими. Коротышка оказался брюнетом, остальные - светлыми шатенами. Вообще, эти двое верзил, судя по всему, были братьями. Из-за музыки я не мог расслышать о чем они говорят, но коротышка явно был главным - он рассказывал, они кивали. Впрочем, Фрэнк, не твое это дело, одернул я себя и снова откинулся на стул.
   Прикончив пару порций виски, я понял, что становится скучновато. Расплатился с официантом и решил забрать бутылку с собой в гостиницу. Но рыжий проныра придержал меня за рукав.
   - Месье, скажите, ваше имя случайно не Фрэнсис Дрэйк?
   Я подтвердил, что так оно и есть. Тогда рыжий достал из кармана записку и сунул ее мне.
   - Один джентльмен просил передать вам, что хочет встретиться. Он бы зашел сюда, да беспокоится о некоторых посетителях.
   Я кивнул, дал малому пару кредитов на чай и вышел из салуна, ловя на себе странные взгляды троицы из угла. На улице развернул записку и прочел следующее: "Мистер Фрэнсис Дрэйк, поскольку вы волею судьбы оказались в наших краях, не могли бы вы посетить старого человека, нуждающегося в ваших профессиональных услугах. Мой адрес - улица Рузвельта, десять. Не утруждайте себя поисками, это прямо напротив "Упрямой Бетти" и весь дом принадлежит мне. Поспешите, прошу вас". Подписи я не обнаружил. Взглянул на дом перед салуном и понял, что имею дело с человеком небедным - он был трехэтажным, сделаным из крепких пород дерева. Что ж, быть может есть смысл нанести ему визит.
   Положив бутылку в карман плаща, я надел шляпу и широким шагом направился ко входной двери. Она распахнулась сразу, как только я начал стучать. На пороге стоял высокий худой мужчина, загорелый, с тонкими усиками - явно, мексиканской внешности.
   - Сеньор Дрэйк? - спросил он с акцентом. Я снова подтвердил, что являюсь именно Фрэнком Дрэйком, но он усомнился. Пришлось показать ему свою лицензионную карточку и только после этого мексиканец впустил меня в дом.
   - Сеньор Дульчек примет вас в библиотеке, - объявил мексиканец и пошел вверх по лестнице. Мне ничего не оставалось, кроме как последовать за ним.
   Мы поднялись на второй этаж, прошли по широкому коридору. Я обратил внимание на то, что, несмотря на всю шикарность дома, он находился в запущенном состоянии - много пыли, кое-где паутина. Даже картины, на которых, как я полагал, были изображены родственники хозяина дома, были в ужасном виде. Впрочем, в записке было указано, что человек он пожилой, а мексиканец меньше всего походил на уборщика.
   Он довел меня до массивной двери. Я толкнул ее и вошел внутрь, оглядываясь и снимая шляпу. Здесь, словно в укор остальному дому, все сияло чистотой - книжные полки, стол, кресла. Даже люстра была любовном протерта. Правда, света она давала мало, так что комната была погружена в полумрак, в котором, у окна, угадывался силуэт ее хозяина.
   - Мистер Дрэйк, я полагаю? - учтиво осведомился "сеньор Дульчек".
   - Послушайте, мистер, меня спрашивают об этом слишком часто в последние несколько минут. Думаю, что не будь я Фрэнком Дрэйком, вряд ли бы вообще принял ваше любезное приглашение, - не слишком любезно отозвался я.
   - Достаточно было просто сказать "да", - по голосу хозяина я понял, что он улыбается.
   - Вы хотите вывести меня из себя, или есть более серьезные причины для разговора? - в голове у меня слегка шумело от выпитого виски. Как назло, захотелось пойти в гостиницу и завалиться спать. Думаю, моя совесть будет чиста, если придется отказаться от любого заказа, исходящего от этого франта.
   - Мистер Дрэйк, я приношу искренние извинения, но дело, которое я хотел бы вам... поручить... слишком щекотливое... - он вышел на свет и я смог его разглядеть. На вид - лет под шестьдесят, явно бывший военный, судя по фигуре. Но на службе не был давно. Тщательно уложенные седые волосы, тонкие усики и бородка. Ему бы подошел монокль. Впрочем, быть может, время от времени он его и носит.
   - Мое имя - Ласло Дульчек. И я пригласил вас сюда не просто так, - заявил хозяин дома. - Я навел кое-какие справки о вас, когда вы появились на планете. У вас впечатляющая репутация, мистер Дрэйк - если мне будет позволено так вас называть, - старик подмигнул. - Ведь это не ваше настоящее имя.
   Я и глазом не моргнул.
   - Видите ли, по образованию я - историк. Специализировался на истории Земли, особенно - Англии. И поэтому прекрасно знаю, кто такой адмирал Фрэнсис Дрэйк. Не думаю, что это имя досталось вам от отца с матерью.
   Я ухмыльнулся.
   - Мистер Дульчек, я не думаю, что мы собрались здесь для обсуждения моей личности. Могу лишь добавить, что это имя вполне реально и за ним стоит вполне реальный человек, то есть - я.
   - Понимаю, понимаю, - старик закивал головой. - Впрочем, я неучтив. Не желаете ли отужинать?
   - Благодарю, - согласился я, поскольку и вправду испытывал небольшой голод.
   - Кроме того, зная ваше пристрастие, я распорядился доставить несколько бутылочек отменного виски, мистер Дрэйк. Как видите, я забочусь о других.
   - Спасибо за заботу, мистер Дульчек, однако мне хотелось бы узнать суть дела, - я ответил довольно-таки сухо.
   - Не спешите, не спешите. Еще рано. Моралес! - крикнул он и в библиотеку вошел тот мексиканец, что встретил меня. - Моралес, мы с сеньором Дрэйком отужинаем здесь.
   Мексиканец кивнул и удалился. Старик же подошел к старинному бару и достал оттуда бутылку "Гленливета" черт знает какой выдержки. Разлив виски по стаканам, он взял свой, вдохнул запах спиртного и улыбнулся, не разжимая губ.
   - Превосходный букет. Мне привозят его с Земли.
   Я пригубил свой напиток и остался им доволен.
   - Мистер Дрэйк, - старик взглянул на часы. - Кажется, самая пора кое-что вам показать. Не будете ли так любезны подойти к окну.
   Я подошел. Старик отодвинул портьеру и ткнул сухим пальцем в вывеску "Упрямой Бетти".
   - Смотрите внимательно, мистер Дрэйк. Это понадобится вам в будущем.
   - Мистер Дульчек, все это очень увлекательно, но мой корабль скоро отбывает...
   - Пятьдесят тысяч кредитов, - отчеканил Ласло Дульчек. Я прикинул, что этой суммы может хватить на пару месяцев безбедной жизни. Если же приплюсовать к ним те пять штук, что я получил за беднягу Гастона... Получается неплохой куш. Я кивнул и уставился на вход в салун.
   Долгое время ничего не происходило, но тут двери распахнулись и оттуда вышли две пары, что сидели у сцены - два молодых человека и две юные барышни. Сразу вслед за ними выскочили трое верзил, что сидели в углу. Судя по всему, там разыгрывалась какая-то драма. Один из молодых людей что-то резко ответил коротышке, тот ударил его в челюсть. Завязалась драка, но на стороне верзил была сила и численное превосходство. В результате юноши были повержены.
   В этот момент откуда-то справа появился старый автомобиль. Будто дожидаясь этого, двое братьев схватили одну из девушек - прехорошенькую, как я успел рассмотреть, брюнетку, и побежали к машине. Затолкав ее на заднее сидение, они сами запрыгнули внутрь - и водитель дал газ, увозя пленницу и троицу похитителей в неизвестном направлении.
   Когда я повернулся к Дульчеку, его лицо дрожало. По старческим щекам катились слезы.
   - Дульчек, быть может, вы объясните, что тут, черт возьми, происходит? - поинтересовался я. Старик быстро закивал и взял себя в руки. Когда он начал говорить, его голос был сухим и деловитым.
   - Мистер Дрэйк, когда-то я неплохо вел дела в Системе. Не скажу, что был самым крупным воротилой, но несколько миллионов наскрести удалось. Основным промыслом были шахты - собственно, этот городишко построил тоже я. Руда нужна всем и всегда. Но время шло, я состарился, хватка была не та - в итоге пришлось улететь с Земли и поселиться здесь, где нравы менее распущены, а люди более чесны. Денег было достаточно, потому я занялся воспитанием дочери - ее мать умерла при родах, с тех пор я все никак не решался жениться. В итоге дочь стала единственной женщиной в моей жизни - ради нее я готов был на все.
   Предупреждаю сразу: я не святой. В свое время я принял несколько решений, от которых зависела жизнь людей. И мало считался с мнением других. Но это осталось в прошлом, в той, земной жизни. Здесь, на Марсе, я просто отдыхаю. Много читаю, размышляю, иногда помогаю людям советами, - Дульчек прервался, потому что в библиотеку вошел Моралес, катя перед собой тележку с подносами. Пока он сервировал стол, я закурил сигарету. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, кого только что похитили. Это была дочь Дульчека. Только вот почему любящий отец так легко с нею расстался? Мне нужен был конец истории. Да и пятьдесят штук не помешали бы. Потому, торопливо дождавшись, пока Моралес уйдет, я поднял глаза на старика. Тот кивнул.
   - Примерно неделю назад мне передали записку... Я не придал этому значения. Там было примерно следующее: если я не оставлю в камере хранения одну вещь, мне придется несладко. Но мне часто угрожали, обычно - беспочвенно. Затем пришло еще одно послание. После этого убили мою лошадь - я неплохой наездник, мистер Дрэйк, и мой Буцефал был одним из лучших скакунов. В послании обещали лишить меня самого дорогого, что у меня есть. Когда я нашел Буцефала мертвым, понял, что нужно принимать меры. К счастью, некоторые старые связи сохранились. Я навел справки - но все мои враги из прошлого были либо мертвы, либо тоже не у дел, как и я. Я не понимаю, кому это понадобилось. Потом, наконец, пришла третья записка - и я решил действовать. Обращаться в местную полицию или к шерифу бессмысленно, к федералам не хотелось по старой памяти. Потому нужен был надежный человек. Вроде вас. Я все продумал, мистер Дрэйк, - глаза старика блеснули. - В третьей записке было указано время встречи и место - "Упрямая Бетти". Если я не явлюсь к указанному времени, они заберут мою дочь - так там было написано. И я решил, что не явлюсь. Но для начала нужно было найти опытного человека - таким оказались вы.
   - Но почему вы не спрятали свою дочь? - спросил я.
   - Все очень просто, мистер Дрэйк. Если бы я спрятал ее или помешал похитителям - они бы нанесли удар снова. Ведь я не знаю, кто заказчик. Допустим, Моралес перестрелял бы негодяев - но в следующий раз явились бы новые. И кто знает, что бы они предприняли. А подобный шаг ослабит их бдительность и позволит мне выиграть время. Выиграть его для вас. Вы должны узнать, кто за этим стоит, мистер Дрэйк. За это вы получите пятьдесят тысяч кредитов. Я покрою все расходы на расследование. А если с Элли ничего не случится, вы получите премию. Неплохую премию.
   - Я уже согласился, мистер Дульчек, - ответил я. - Теперь скажите, что хотят похитители и почему вы так не хотите отдавать эту вещь?
   - Все очень просто, - старик развел руками. - Этой вещи у меня нет. И я не знаю, как сказать об этом похитителям...
   Дальнейшую часть вечера, с перерывом на ужин, я задавал вопросы, а Дульчек отвечал на них. Как выяснилось, похитителей интересовала колода карт. Причем, весьма ценная колода карт - при нынешних расценках среди коллекционеров она могла потянуть миллионов на пять. А то и все десять. Карты были изготовлены в двадцатом веке, особая серия. Но ценность их была в другом. Если верить легенде (а я им особо никогда не доверял), именно этой колодой пользовались за покерной игрой братья Кеннеди (политики двадцатого века) и Элвис Пресли (король рок-н-ролла того же периода). И когда Роберт Кеннеди собрал банк с карэ на дамах, Элвис, у которого было карэ на валетах, подбросил одну из карт в воздух и прострелил ее из своего кольта. Выстрел он, по той же легенде, посвятил кинодиве Мэрилин Монро, присутствовавшей на игре.
   Выслушав это все, я едва не расхохотался, но хозяин был предельно серьезен. Что ж, у богатых свои причуды. Впрочем, кто знает, играл Элвис в покер с Кеннеди или нет...
   Кроме этой истории я получил все три записки, список врагов Ласло Дульчека (весьма, кстати, увесистый) и тысячу кредитов на расходы - нужно было нанять машину и позаботиться об оружии. Что касается колоды, то, как оказалось, в свое время Дульчек просто пустил слух, что он выкупил ее у какого-то коллекционера. Это было уткой, просто для поднятия имиджа. Я холодно кивнул Дульчеку на прощание и, пообещав связаться, как только что-то раскопаю, ушел к себе в гостиницу. Связь мы условились держать через Майло - того рыжеволосого паренька из салуна.
   Добравшись до номера, я упал на кровать и принялся размышлять. Дело было откровенно смехотворным. Старый делец, обосновавшийся в марсианской дыре с красавицей-дочерью, запугивания с помощью записок, убийство лошади и, наконец, похищение - и все это ради какой-то чертовой колоды карт. Я внимательно изучил записки - старик не врал, неизвестные преступники действительно хотели заполучить эту колоду. Но пять, пусть даже десять миллионов - это как-то мелковато. Одно ограбление почтового экспресса принесет раз в пять-десять больше, а возни гораздо меньше. Нет, обычное вымогательство - глупая версия. Надо копать в личных отношениях Ласло Дульчека. А, быть может, и в личных отношениях его прелестной дочурки Элис. Колода же - предлог. Причем, глупый и надуманный. Не сомневаюсь, что даже заполучив ее, вымогатели вряд ли остановились бы. Нет, их требования расли бы дальше. Так что старик принял верное решение, отдав им дочь и наняв меня. Если это личное, его помучают подольше. Значит, она будет жива.
   Я вспомнил о бутылке виски, достал ее из кармана плаща, налил в самый чистый стакан, который удалось обнаружить, и сделал большой глоток. Завтра утром нужно будет навести справки о самом Дульчеке и порыться в списке его врагов. В качестве штаб-квартиры можно выбрать "Упрямую Бетти", раз уж с нее все началось. Потереться там, осторожно повыспрашивать - может удастся что-то разузнать. Да и помощь Майло не повредит - парнишу все знают и мало кто замечает. Да, стоит начать с него. Только еще одно дело. Но это завтра. Все завтра. Я отхлебнул еще виски, разделся и завалился в кровать. Через какое-то мгновение я уже спал крепким сном без сновидений.
   Наутро первым делом я сходил к капитану Линдену - владельцу суденышка, которое должно было доставить меня обратно на Гиперион. За определенную сумму, которая вдвойне покрывала его расходы, он согласился вернуть деньги остальным пассажирам и затянуть свой ремонт, насколько это будет возможно. Впрочем, критично оглядев его корабль, я остался при мнении, что его можно ремонтировать вечно.
   Наладив себе, таким образом, прикрытие, я отправился завтракать в "Упрямую Бетти", чтобы с глазу на глаз поговорить с рыжим. Предварительно зашел в потрепанный салон и нанял автомобиль - довольно-таки приличный "паккард". Он прельстил меня вместительным багажным отсеком, куда можно было при случае загрузить даже человека, и бардачком, в котором прекрасно расположился мой люгер. Экипировавшись таким образом, я доехал до салуна и бросил машину у входа. День был теплым, так что пальто и шляпа остались там же, а я - в рубашке и брюках - вошел внутрь.
   Однако Майло нигде видно не было - вместо него немногочисленных посетителей обслуживала миловидная рыженькая девушка, судя по всему - его сестра. Да еще за баром стоял крепкий худощавый мужчина лет пятидесяти, который с деланным безразличием протирал стаканы и осматривал зал исподлобья.
   Справившись у девушки о завтраке и кофе - покрепче и побольше сахара - я решил не спешить с допросами и разложил на столе бумаги, полученные от Дульчека. Просматривая список возможных недоброжелателей, я действовал по наитию - чутье редко меня подводило, учитывая весь опыт, накопившийся за плечами старого бродяги Фрэнка. Часть этих людей были мертвы. Другие выбрали судьбу Дульчека и обосновались в маленьких городишках, где можно было чувствовать себя божеством. Я достаточно долго читал имена и биографии, прежде чем остановился на трех возможных кандидатах в мстители.
   Первым был некто Юрий Корецкий, весьма влиятельный мафиози, которого Ласло когда-то обставил в одном правительственном контракте. Кроме того, за Корецким закрепилась слава заядлого игрока, так что карты были вполне в его стиле. Да и редко такие парни прощают ловких дельцов. Отметив его имя в памяти, я глянул на место жительства и довольно усмехнулся. Корецкий жил в пятистах милях от этого городишка, в одном из крупнейших марсианских сити - Новом Париже. Нужно будет навестить господина Юрия и задать ему парочку вопросов.
   Другим стал Харви Коннор. Они с Ласло учились вместе и Дульчек увел его девушку, которая впоследствии стала женой последнего. Элизабет МакКарти. Прошло немало лет, но некоторые страсти не угасают - Коннор неоднократно намекал, что Ласло предал его и откровенно заявлял, что если бы не Элизабет, давно бы разобрался с Дульчеком. Просмотрев список занятий Коннора, я понял, что у такого хватило бы духу разобраться - в свое время он занимался грабежами золотых приисков, потом сколотил небольшую банду и вложил деньги в сеть заведений по всему Марсу. А жил он на Фобосе, в Элизиум-сити. Что ж, деньги, возможности и мотив у Коннора были.
   И, наконец, третий подозреваемый. Чарльз Уиттакер, эсквайр. Известнейший коллекционер древностей. Он единственный не вписывался в личную месть, но именно его интересовала колода, которую Дульчек, по его мнению, украл из поместья Уиттакеров. Между нами говоря, сэр Чарльз был не таким уж и добропорядочным членом общества - в свое время его имя звучало рядом с именем Дагласа Свенсона, генерала, устроившего расистское побоище в поясе астероидов. Уиттакер был кем-то вроде советника. Что ж, такой может пойти на все только ради собственности, которую считает своей.
   Остальных я отмел. Отсутствие мотивов, не было личных контактов, нет возможностей, слишком увлечены чем-то другим. Некоторые находились в федеральном розыске - тут уж не до вымогательства. Остались эти трое. Деньги, любовь, власть. Сильнейшие мотивы, которые двигают всеми уже многие тысячелетия. Да и, судя по всему, именно с этими людьми Дульчек общался чаще всего. Несмотря на все дрязги. Так, теперь, когда круг подозреваемых очерчен, нужно разузнать о ребятах, которые все провернули. Я неплохо запомнил их, физиономии весьма выразительные. Вряд ли местные - скорее, гастролеры, иначе Дольчек бы рассказал что-то о коротышке и двух братьях. Впрочем, у меня были свои источники.
   Перекусив яичницей с беконом и выпив отменного кофе, я расплатился и спросил у девчушки насчет Майло. Та заявила, что ее брат (я все-таки был прав) работает здесь по вечерам. Я поблагодарил, попросил зарезервировать за мной столик на двоих на вечер и вышел на улицу.
   Жизнь в городишке текла своей чередой. Большинство мужчин были на рудниках, женщины убирали и готовили, дети пытались сбежать из школы. Старики курили трубки на крыльцах своих домов. При виде всего этого, я затосковал по Гипериону. По серебрянным ночам, которые есть только там, когда можно бродить по городу, растворившись во тьме и подставляя лицо редким каплям дождя. Здешняя жизнь была чужой для меня. Слишком много тьмы в душе у Фрэнка Дрэйка, чтобы так запросто с ней распрощаться.
   Устроившись на сидении "паккарда" я запустил двигатель и отправился в местное почтовое отделение, чтобы послать несколько сообщений, указав адрес своей гостиницы. Надеюсь, мне ответят быстро - от этого многое зависит. После того, как я закончил с этим, рассудил, что до вечера в городе делать нечего и отправился обратно в гостиницу. Не знаю, показалось мне или нет, но перед тем, как я вошел в номер, за мной кто-то пристально наблюдал. Чутье подсказывало, что вечером могут начаться первые неприятности. Добравшись до номера, я стащил ботинки и завалился на кровать. Пока расследование продвигалось туго. Да, есть три человека, но это лишь интуиция. Она, конечно, редко меня подводила, но на одной интуиции, как говорил мой знакомый коп, дело не построишь. Нужны доказательства. А для этого нужно поговорить с Майло и получить ответы на мои сообщения.
   Позвонив портье, я попросил сообщить, как только мне придут какие-либо сообщения и, рассудив, что делать больше нечего, снова уснул.
   Проснулся я от телефонного звонка. Наверняка, портье. Взглянув на часы, я понял, что проспал около трех часов. Сейчас около четырех дня. Самое время ехать в салун, чтобы перехватить Майло, пока там не стало жарко.
   Сняв трубку, я пробормотал что-то невразумительное в динамик и услышал совершенно незнакомый голос.
   - Мистер Дрэйк? - этот вопрос уже начинал выводить меня из себя.
   - Слушаю, - хмуро ответил я.
   - Мое имя - Харви Коннор, - вот это номер! Один из моих подозреваемых вышел на связь. Причем, еще до того, как я начал проводить какие-либо следственные действия.
   - Это мне должно о чем-либо говорить? - весьма язвительно осведомился я, размышляя, какого дьявола он мне позвонил.
   - Вероятно, нет. Я хотел бы встретиться с вами. Если не возражаете, сегодня. В десяти милях к западу от города, в котором вы остановились, есть заведение под названием "Золотой Койот". Буду весьма признателен, если вы приедете, скажем, к шести вечера.
   - Мистер Коннор, буду весьма признателен, если вы скажете мне хотя бы одну причину, по которой мне следует там появляться.
   - Могу назвать вам сто тысяч таких причин в официальной валюте Системы.
   Я мысленно присвистнул. То есть, Коннор тоже собирается меня нанять. Но для чего? Слишком много приключений, даже для меня...
   - Я приеду, - ответил я и положил трубку.
   Наскоро приняв душ и сменив одежду, я спустился вниз и глянул на портье. Тот пожал плечами, мол, никаких сообщений не поступало. Ладно, черт с ним. В десяти милях, значит. Хорошо. Можно приехать раньше, осмотреться на месте. Вдруг Коннор каким-то чудом пронюхал, что я работаю на Дульчека и хочет меня убрать? Или просто перекупить? Второй ответ, кстати, был более реалистичным. Если он пронюхал о моем заказе, то знает и кто я такой. А если так - понимает, что старого Фрэнка убрать не так уж и просто. Особенно, если тот начнет сопротивляться.
   Размышляя, я добрался до "Койота". К концу путешествия я был совершенно спокоен и даже насвистывал какую-то песенку, которую услышал недавно по радио - что-то там о ковбое и его беби. Настукивая пальцами по рулю, я вкатил "паккард" на стоянку и оглядел заведение. Обычный придорожный бар, аляповато украшеный светящимися лампочками. На вывеске - бездарно намалеваное животное, которое, судя по всему, здесь принимали за койота. На стоянке - пара грузовиков.
   Внутри, правда, оказалось довольно прилично. Свежие скатерти на столах, приятная музыка, у стойки болталось несколько девочек по вызову - весьма аппетитных на вид. В общем, заведение было более-менее нормальным.
   Посетителей пока было мало, обычно в таких местах люди появляются ближе к полуночи, а я приехал за час до встречи, то есть в пять. Выбрав столик в углу, удобно скрытый от чужих глаз, в то время, как я мог наблюдать за всем залом, я заказал себе обед и еще чашечку кофе. Думаю, что улечься спать пораньше сегодня не выйдет, так что можно себе позволить немного кофеина.
   На посетителей я внимания не обращал. Парочка дальнобойщиков да какая-то семейка, по виду - горожане, которые решили попутешествовать в фургоне. Скорее всего, так оно и было. Девочки тоже вели себя прилично - болтали с барменом, здоровенным лысым детиной, покрытым татуировками. Судя по всему, он тут работал еще и вышибалой. Вежливые официанты. Я ел свой стейк, пил кофе, курил и ждал, когда дверь откроется и туда войдет Харви Коннор. Его фото я изучил, пока собирался. Невысокий, полноватый. Уши торчком. Молодится, хотя уже за шестьдесят. Именно так выглядел гроза золотоискателей на пенсии. Интересно, он заявится сам или в сопровождении своих головорезов. А потом мне в голову пришла неожиданная мысль и я расхохотался, не понимая, как не додумался до этого раньше. Харви Коннор ведь был ресторатором. Скорее всего, "Койот" принадлежит ему. Так что и охрана не нужна.
   Ловя на себе взгляды посетителей, я закурил сигарету. Значит, встреча на вашей территории, мистер Коннор. Интересно, а кому принадлежит "Упрямая Бетти"? Зря я не спросил у Дульчека. Просто для общего развития было бы неплохо это знать. Но размышления о салуне пришлось оставить на потом, потому что дверь заведения открылась и в нее вошел... нет, не Харви Коннор. Я весь напрягся и пожалел, что оставил револьвер в машине. Это был чертов коротышка, один из похитителей!
   Он не заметил меня, а я совершенно не собирался попадаться ему на глаза. Сделав вид, что изучаю меню, я лихорадочно размышлял. Какого черта ему здесь надо? Неужели я оказался прав и Коннор затеял все это, а теперь попытается меня убрать? Но тогда зачем мне звонить? Разве не проще пустить пулю в затылок и сбросить тело в придорожную канаву? Вряд ли кто-то хватится. Нет, что-то тут не так. И мистер Коннор расскажет мне, что именно.
   Спустя минут пять я пришел к выводу, что коротышка пришел не за мной. Он выглядел слишком озабоченно, уселся в другом конце зала, так и не взглянув на меня, заказал себе какое-то пойло и начал его угрюмо поглощать. Я допил кофе и задумался над тем, что картина становится все более неясной.
   Сначала на моих глазах похищают дочь старого дельца. Затем мистер Ласло Дульчек со слезами на глазах просит найти его бесценную Элис, заодно разузнав, кто за всем стоит. У него просят колоду Элвиса, которая стоит немало для меня, но явно не дотягивает до всех усилий, что были предприняты для ее получения. Затем я очерчиваю круг подозреваемых - и вечером того же дня один из них, Харви Коннор, бывший грабитель и гангстер, назначает мне встречу в придорожном заведении, в которое преспокойненько заходит один из похитителей. Ответ на загадку лежал где-то рядом, практически на поверхности, но я его пока не видел. Где же чертов Коннор...
   Я взглянул на часы. Они показывали пять минут седьмого. Уже должен был объявиться, но его все нет. Я засомневался в пунктуальности мистера Коннора и уже начал злиться. Черт возьми, зачем было назначать эту встречу и намекать на серьезную награду, если он не собирался на нее появляться?
   Я подозвал официанта, чтобы расплатиться, и в этот момент входная дверь распахнулась и в нее вошел сам Харви Коннор. Вернее, не вошел, а ввалился, едва переставляя ноги. И на то была причина. Вернее, три причины. Небольшие свинцовые причины. У Коннора грудь была прострелена в трех местах, я даже не понимаю, как он доковылял до входа. Обвев зал мутнеющими глазами, он прохрипел "Колода!" и упал. Из его левой руки выпал автоматический пистолет.
   В зале на мгновение стало тихо, а потом кто-то из девочек завизжал. Ее крик подхватили остальные, все забегали, а я вскочил со своего места, пытаясь уследить за коротышкой. Тот резко поднялся, бросил в мою сторону злобный взгляд и быстро зашагал к двери. Я бросился за ним, но он, воспользовавшись временной толчеей, выскользнул на улицу. Через мгновение я услышал звук работающего двигателя и визг покрышек - кто-то очень быстро убирался отсюда.
   Я подошел к телу Харви. Пульс можно было не щупать - он был мертв. Кто-то из официантов уже звонил в полицию. О том, чтобы смыться, не было и речи - конечно, заподозрить меня не в чем, но я слишком приметен, чтобы скрыться. Пойдут вопросы, а они мне точно ни к чему. Поэтому я спокойно уселся на свое место и стал ждать местных копов.
   К их чести, прибыли они довольно-таки скоро и вскоре мягкий красноватый вечер Марса озарился сполохами мигалок. Пока коронеры упаковывали тело, немолодой грузный мужчина со звездой шерифа подошел ко мне и, прикоснувшись двумя пальцами к шляпе, представился:
   - Дик Чэнс, шериф округа.
   Я представился в ответ. Он спросил, что я делаю в "Койоте", я честно ответил, что заехал поужинать, поскольку кухня в городишке мне надоела.
   - Откуда вы прибыли к нам, мистер Дрэйк?
   - Нью-Чикаго, Гиперион, система Сатурна.
   Он покивал и задал вполне разумный вопрос:
   - А почему остались здесь?
   - Корабль, который я зафрахтовал, находится в ремонте. Какая-то пробоина, я не силен в деталях, - ответил я. Благо, капитан Линден все подтвердит - я никогда не считал себя жадным человеком.
   - Расскажите, что здесь произошло.
   Я в подробностях рассказал, как собирался расплатиться, когда Харви Коннор вошел и упал возле входа, заливая зал кровью. О нашем с ним телефонном разговоре я счел благоразумным умолчать. С копами всегда так: чем меньше они о тебе знают, тем лучше. Надо будет поговорить с портье, пусть тоже поменьше болтает.
   Под конец разговора, когда шериф записал мои данные и попросил в ближайшие пару дней далеко не улетать (я клятвенно заверил, что нахожусь в его полном распоряжении), он внимательно оглядел мое лицо.
   - Вы кажетесь мне знакомым, мистер Дрэйк.
   Я пожал плечами и улыбнулся.
   - Вряд ли, шериф, - хотя прекрасно знал, что уже завтра утром он узнает, кто я такой. Впрочем, это меня мало волновало. Меня больше заботила новая загадка: смерть Харви Коннора. Следовательно, подозреваемых стало меньше. А может и больше, пронзила меня странная мысль. Пора было обратно в город. Заехать на почту, заглянуть в "Упрямую Бетти" и передать кое-какие сообщения мистеру Ласло Дульчеку. Новые вопросы роились в голове и картина понемногу начинала обретать смысл. Однако, если я прав, стоит поспешить.
   Я попрощался с шерифом, сел в машину и медленно отъехал от "Койота". Лишь когда заведение скрылось за холмом, позволил себе увеличить скорость. "Паккард" весело глотал милю за милей и, когда впереди показались огни городишки, я чувствовал себя гораздо лучше.
   Однако на почте меня ждало разочарование - пришел лишь один ответ, касающийся самого Ласло Дульчека. Взглянув на часы, я отправился в салун. К счастью, рыжий пройдоха был на месте. Правда, посетителей было валом, потому я решил подождать, пока все успокоится - незачем было привлекать к себе лишнее внимание. Усевшись за один из угловых столиков, я начал просматривать пакет с документами. Его мне прислал один знакомый по старым временам федерал с Земли - для полной картины надо было узнать, что за птица такая мистер Дульчек. Начав читать, я то хмурился, то улыбался. А ведь он не так прост, этот Ласло Дульчек. По происхождению делец был венгром, во времена смут и колониальных возмущений неплохо наживался на контрабанде - да что там, он держал половину путей Системы под своим паучьим контролем. Затем стычки закончились, но Ласло не ушел на покой - напротив, он призвался в армию, дослужил до чина майора и за это время продал немало казенного имущества. После купил несколько шахт на Марсе, Меркурие и в поясе астероидов. Дальше я уже слышал - бросил все и осел на Марсе. Был женат, жена и вправду умерла при родах. Воспитывает дочь. Но это все были общие факты. А вот и кое-что интересное: оказывается, интуиция меня не подвела. Ласло Дульчек, Юрий Корецкий, Чарльз Уиттакер и ныне покойный Харви Коннор были связаны. Причем, прочтя, как именно, я заказал большую порцию виски. Это была реальная зацепка, а не досужие размышления.
   По мнению аналитиков Бюро, эти четверо господ были повинны в одном из самых крупных преступлений века. Хищение алмазов Бреннигана. Я выпил виски залпом и, улыбаясь, закурил. Хорошенькая история. Мне предлагают жалкие крохи, когда на кону могут быть миллиарды.
   Однако стоит начать все по порядку. В период между окончанием освоения Системы и строительством первого межзвездного двигателя авантюристы нашли для себя новый фронтир - пояс астероидов. Маленьких планет было много, все они были разные и каждая из них могла содержать бесценные сокровища. Преступники, неудачники, горняки - все хотели урвать свой куш. Именно потому в те годы так хорошо наживались продавцы подержанных кораблей и скафандров. Помнится, дядюшка Боб когда-то рассказывал, как поднялся на торговле горнодобывающим оборудованием. Но это все мелочи. Главное - другое. Многие в то время пропали без вести, многие разбились о скалы, многие умерли из-за неисправностей суден. Но кое-кто - редкие счастливчики - возвращались с добычей. Среди них особо выделялся некто Дирк Бренниган - серьезный и крутой мужчина с репутацией старого космического волка. Однажды он ушел в полет на месяца три. Все мысленно поставили на авантюристе крест, но Бренниган не погиб и объявился на орбите Марса с трюмом, набитым алмазами. Он не стал долго прохлаждаться, пустил алмазы в дело и затеял огромное строительство. Когда правительство пронюхало, что к чему, было уже поздно - Бренниган достроил свой огромный корабль и снова скрылся в поясе астероидов. Он объявился спустя три недели, толкая перед собой некий кусок камня диаметром с километр, который оказался самым крупным месторождением алмазов в чертовой Системе. Конечно, распорядиться им полностью Бреннигану не дали. Федеральное правительство быстренько состряпало закон о собственности, Бренниган получил четверть суммы от находки (причем, существенно заниженной) и вышел на покой, а за астероид взялись министерские горняки. Среди всего прочего, в теле метеорита были найдены двадцать камней, которые сразу же назвали "Украшения Короны" - гигантские, что твоя голова. После огранки их должны были доставить в Тауэр, на Землю, но тут транспорт, боевой крейсер, напичканый десантниками, попросту... исчезает. На полпути от Марса к Земле он перестает подавать сигналы - и все. Никаких следов. Ни крейсера, ни солдат, ни, естественно, бриллиантов.
   Подозрение пало на некоего Ласло Дульчека, майора Военно-Космических сил Федерации Солнца, но вот незадача - у того серьезное алиби. Он находился в гостях на Земле. У своего хорошего приятеля Чарльза Уиттакера. Играл в покер с другими достойными господами - Юрием Корецким и Харви Коннором. Которые, по странной случайности, тоже могли быть замешаны в деле - Уиттакер был одним из меценатов Тауэра и знал о камнях, Юрий мог дать силовую поддержку, сам Ласло - все координаты транспорта, а Коннор - хорошее укрытие для груза. Федералы начали копать - но улик не было и дело вскоре закрыли. Так канули в Лету "Украшения Короны". За четырьмя господами еще вели наблюдение, но они ничем себя не выдавали.
   Я выпил еще виски. Да уж. Карточная колода, конечно, не повод для убийства и похищения. Но "Украшения Короны" - совсем другое дело. И если я прав и эта четверка действительно замешана в этом деле, то все гораздо серьезнее. Только вот Ласло Дульчек вряд ли расскажет мне, что там было на самом деле. Значит, нужно все узнать самостоятельно. Быть может, и вправду стоит вплотную заняться поисками его дочери - может, Элис скажет мне то, что скрывает ее отец?
   За размышлениями я не заметил, как заведение опустело. Рыжий Майло подошел и спросил, не желаю ли я еще чего выпить. Я отрицательно покачал головой и выразил желание поговорить. Майло кивнул, но попросил дождаться его на улице. Я расплатился и вышел к машине, вдыхая пыльный, но свежий марсианский воздух.
   Мимолетным взглядом окинул дом Ласло Дульчека. Все окна были темными, за исключением одного на втором этаже = та самая библиотека, в которой мы разговаривали. Быть может, старик сейчас наблюдает за мной. Кто знает, что ему уже известно - например, о смерти мистера Харви Коннора. Или о моем визите в "Койот". Я прислонился к дверце автомобиля и закурил. Спустя какое-то время на улицу вышел Майло и устроился рядом.
   - Чудная ночка, Майло, - заметил я.
   - Да, мистер Дрэйк.
   - Майло, у меня к тебе всего три вопроса и советую отвечать правдиво, - я щелчком выбросил окурок и повернулся к пареньку.
   - Мне нечего скрывать, - с вызовом ответил рыжий.
   - Тогда окей, значит мы договоримся. Итак, первый вопрос. Те трое, что сидели в углу, когда я пришел впервые. Ты видел их до этого?
   - Нет, мистер Дрэйк. Ни до этого, ни после этого. Мне они показались подозрительными, но это еще не преступление. Пили они мало, слегка перекусили и чего-то ждали, - торопливо заговорил паренек. Я кивнул. Это совпадало и с моими наблюдениями.
   - Какие у тебя отношения с мистером Ласло Дульчеком? - задал я второй вопрос. Паренек пожал плечами.
   - Да особо никаких. Время от времени я доставляю ему еду на дом, иногда он расспрашивает меня о делах в городе и передает поручения своим людям. Вот и все.
   - Своим людям? - насторожился я.
   - Да, ведь ему принадлежит часть этого города, включая рудники. А его управляющие частенько бывают в "Упрямой Бетти", - спокойно разъяснил рыжий. Я кивнул.
   - А с его дочерью, Элис Дульчек, ты знаком?
   По лицу парня я понял, что попал в точку - оно слишком резко порозовело.
   - Н-нет, - запинаясь, ответил Майло.
   - Майло, - я весело взглянул ему в глаза. - Я не из полиции морали. Если будешь отвечать, сможешь заработать. Ну а твои секреты останутся секретами, - "если только они не касаются моего расследования" мысленно продолжил я.
   - Понимаете, мистер Дрэйк, мистер Дульчек очень любит свою дочь, так что если он узнает, что мы...
   - Что вы что? Время от времени встречались по ночам?
   Майло закивал.
   - Ты влюблен в нее?
   Снова кивок.
   - А она?
   - Не знаю, - парень развел руками. - Она слишком... загадочна.
   Я едва не расхохотался. Если в деле не замешана любовь - значит, дело неполноценно. Ну а тут любви хоть отбавляй.
   - В прошлый раз я видел ее с двумя молодыми людьми и девушкой. Кто это?
   - Эффи Тейлор, дочь одного из управляющих шахт, ее брат Джон Тейлор и Джеремайя Кертис, сын директора банка Джеймса Кертиса, - ответил парень. - Это все друзья Элли.
   Я кивнул. И только тут заметил очевидную нелепость, на которую давно должен был обратить внимание. Несмотря на то, что его любимую похитили, парень совершенно не нервничал. Но со мной он говорит искренне, значит просто не догадывается о случившемся. Я едва не закатил себе оплеуху. Тупой осел. Ты здесь уже целый день, но так и не понял: никто в городишке не знает о похищении! Это значит, что Ласло заставил детишек молчать.
   - Послушай, Майло. Я тоже друг Элли и желаю ей только добра, -я благоразумно умолчал, что даже не знаком с ней. - Поэтому если я попрошу тебя кое=что сделать, ты сделаешь это?
   Парень кивнул.
   - Вот и хорошо. Подвезти тебя домой?
   - Нет, спасибо. Мы живем прямо здесь, в комнатах над "Бетти".
   Я попрощался с парнем и прыгнул в машину. Да уж, здесь было над чем поразмыслить. Хотя в теории я хорошо продвинулся, на практике - топтался на месте. Но теория - залог любого дела. Так меня когда-то учил один умный человек и эти советы не раз помогали в делах. Вы наверное заметили, что оружие у меня обычно остается без дела - по правде сказать, лучше вообще его не применять. От оружия слишком много неприятностей. Например, с копами. Если ты применяешь оружие, рано или поздно его обратят против тебя. Я же стремился оттянуть этот момент, тщательно продумывая свои планы.
   Добравшись до гостиницы, я сварил себе кофе и удобно устроился за письменным столом с листом бумаги и ручкой - пора было записать все, что мне удалось выяснить или домыслить.
   Итак, действующие лица. Четыре основных игрока - Ласло Дульчек, венгр-контрабандист; Юрий Корецкий, мафиози; фанатик Чарльз Уиттакер и грабитель Харви Коннор. Конечно, все это в прошлом, сейчас все четверо - добропорядочные бизнесмены, которые давным-давно были замешаны в сомнительном деле о бриллиантах. Второстепенные лица - похищенная дочь Ласло Элис Дульчек и исполнители. Коротышка и двое братьев. Не сомневаюсь, что они связаны с убийством Коннора, иначе с чего бы коротышке понадобилось так поспешно удирать с места преступления. Некий мотив - мифическая колода карт. Паренек-официант Майло, влюблен в Элис Дульчек. И слишком уж молчаливые свидетели - ребятишки Тейлоры и Кертис. Написав три последних имени, я снова обругал себя последними словами. Ведь именно они последними общались с Элис. И именно один из парней ссорился с похитителями - и даже дрался с ними. А я слишком увлекся своими теориями и даже не удосужился с ними поговорить. Но сегодня было уже слишком поздно, придется ждать до утра. Отложив ручку и бумагу, я разделся и лег в кровать.
   С утра я занимался тем, что составлял план на день. Для начала стоило поговорить с друзьями Элис - вдруг они выведут меня на какой-либо след. Затем - наведаться в "Койот" и пораспросить тамошний персонал. Какая-то из местных ципочек могла положить на меня глаз, а это здорово бы помогло в поисках виновных в смерти Харви Коннора. После этого я намеревался посетить почтовую станцию и дать несколько поручений рыжему Майло.
   Портье смирно стоял за своей стоечкой, сосредоточенно грызя ногти. Завидев меня, он выпрямился и заулыбался. Я спросил у него адреса Тейлоров и Кертиса, после чего покинул обшарпанное здание.
   Для начала я решил наведаться к Тейлорам. По всей видимости, тут меня ждали, поскольку их экономка нисколечки не удивилась желанию какого-то незнакомца побеседовать с молодыми мисс и мистером. Устроив меня в гостиной с большой чашкой кофе, она удалилась вглубь дома, выстроенного по всем колониальным традициям. Только негритянок-рабынь не хватает, подумал я, разглядывая соломенные шторы, сквозь которые пробивался красноватый свет марсианского солнца.
   - Мистер Дрэйк? - спросил кто-то, входя в комнату. Я оглянулся - это явно были не ребятишки. Скорее, папа. Не слишком высокий, с большими залысинами на вытянутой голове. Его глаза украшали немыслимых размеров очки. Я подтвердил, что да, это именно мистер Дрэйк. Он облегченно кивнул и присел в кресло напротив моего дивана.
   - Мистер Дрэйк, мое имя - Соломон Тейлор, я веду дела на шахте мистера Дульчека.
   Мы пожали друг другу руки. Он явно хотел что-то сказать, но побаивался. Впрочем, я мог представить, что он скажет. "Мои дети в шоке, не давите на них, мы все любим мистера Дульчека и его дочь, не понимаю, как это могло произойти". В общем-то, что-то в этом роде он и сказал, после того, как собрался со смелостью.
   Я заверил его, что просто хочу задать несколько наводящих вопросов, что ничем повредит ни его детишкам (о которых он вспомнил), ни его репутации (о которой этот славный малый забыл упомянуть). Он, кажется, успокоился.
   - А я могу присутствовать при беседе? - вдруг встрепенулся снова. Вообще-то, мне бы этого не хотелось, но отказывать отцу в такой просьбе было бы подозрительно. Я согласно киваю, и тут в комнату входят двое.
   С виду - сущие ангелочки. Высокий красивый парень с темными волосами в летнем костюме и шатенка в легком ситцевом платьице. Пасторальная мечта, да и только.
   Они чинно садятся по обе стороны от отца. Я разглядываю ребятишек и думаю, какой же красоткой должна быть их мать и что она нашла в этом Соломоне. Похоже, кстати, что мистер Тейлор прекрасно знает, что дети явно не от него, но старается держаться молодцом. Любовь. Эта чертовка погубила много хороших парней. Но до Фрэнка Дрэйка ей не добраться.
   - Расскажите, что произошло при выходе из "Упрямой Бетти"? - интересуюсь я.
   - Ну... - парень с девушкой переглядываются. Кстати, это именно он затеял ссору с похитителями. Смелый сын у миссис Тейлор. - Мистер Дрэйк, дело в том, что один из них грязно выругался при дамах, - на губах парня заиграла самодовольная усмешечка. - И мне показалось, что стоит поучить его хорошим манерам. Но их было гораздо больше. Джерри пришел на помощь, но и этого не хватило - они оказались слишком сильными. Кроме того, неплохо владели чем-то вроде бокса. В общем, я пришел в себя на земле у ступенек кабаре. Рядом был Джерри, приблизительно в том же состоянии. Эффи... она была шокирована. А мисс Дульчек уже не было - эти подонки увезли ее.
   Я перевел взгляд на Эффи. Та задрожала и кивнула, словно ей до сих пор было страшно вспоминать тот вечер.
   - Все так и было, мистер Дрэйк. Когда эти громилы накинулись на Джонни и Джерри, я думала, что их убьют - но их просто отделали, а затем они схватили Элис!
   - Вы раньше не встречали никого из них?
   Брат и сестра отрицательно закачали головами.
   - А водитель? Что вы можете сказать о нем?
   - Стекло было затонировано... единственное, что - волосы короткие. Это точно, - ответила Эффи.
   Я кивнул. Здесь мне делать больше нечего. Поблагодарив ребят за ответы и мистера Тейлора за гостеприимство, я покинул их дом. Да уж. Если и Джерри Кертис окажется таким же ненаблюдательным идиотом, эта ниточка оборвется очень быстро. Я закурил сигарету и подошел к машине - однако, там меня ждал сюрприз.
   - Мистер Дрэйк, - сказал сюрприз, поигрывая наручниками. - Я же говорил, что где-то вас видел.
   - Здравствуйте, шериф, - кратко ответил я. - Можете спрятать наручники.
   - Думаю, я так и сделаю, - Дик Чэнс повесил браслеты обратно на пояс и пожал мою руку. - Думаю, нам стоит кое-что обсудить.
   - Уверен, это так, - кивнул я. - Вы на машине? Езжайте вперед, я - за вами.
   Чэнс кивнул и пошел за своей тачкой. Я докурил сигарету и подумал, что сотрудничество с местными властями мне явно не помешает.
   Шериф ехал не очень быстро, так что у меня было время подумать. Для того, чтобы сложить эту часть паззла, мне не хватало лишь двух элементов мозаики. Очень простых элементов.
   Мы выехали из города и взяли курс на запад. Я немного удивился, подумав, что шериф везет меня в койот. Но я ошибся - мы свернули южнее и остановились возле маленькой кофейни - пара столов на улице, да фургонщик с кофе и сосисками.
   Взяв по порции того и другого, мы сели на пластмассовые стулья и долго рассматривали друг друга.
   - Фрэнк, должен признаться, вы ввели полицию в заблуждение.
   - Я не собирался водить вас за нос, Дик. Просто мне ни к чему пристальное внимание властей, вот и все.
   Он кивнул.
   - Только вот теперь без него не обойтись. Знаете последние новости?
   Я отрицательно мотнул головой, достал сигарету и начал рыться в поисках зажигалки. Шериф протянул свою. Закурив, я внимательно посмотрел на него.
   - Скоро сюда прибудут федеральные агенты. Этой ночью были застрелены два человека - Юрий Корецкий и Чарльз Уиттакер.
   Я едва не подавился кофе.
   - Как застрелены?
   Чэнс хитро посмотрел на меня.
   - Значит, вы в курсе истории.
   - Не совсем, - мне не хотелось делиться всеми наработками, прежде, чем я узнаю, что известно полиции и федералам.
   - Уиттакер обратился в Бюро около недели назад. Сказал, что его шантажируют и сказал, что могут шантажировать еще троих людей. Харви Коннора, которого убили вчера, Юрия Корецкого и Ласло Дульчека.
   - Предмет шантажа?
   - Он не сказал. Просто заявил, что у нее нет этой вещи.
   Я прищурился. Неужели... Черт, как же не хватает хотя бы одного из ответов. Впрочем, стоит надеяться, что он придет сегодня же. Тогда моя догадка окажется верной, а там, глядишь, и бандиты будут у меня в кармане.
   - Насколько я понял, Фрэнк, - Дик склонил голову. - Вы по уши влипли в эту историю. Так что давайте будем дружить, в противном случае федералы от вас мокрого места не оставят.
   - Давайте подружимся, - ухмыльнулся я. - Только вот незадача: я не могу дружить даже с властями без ведома своего клиента. Но кое-что рассказать смогу, Дик.
   Тот согласно кивнул.
   - Меня нанял Ласло Дульчек. Один из воротил городишка. Думаю, вы знакомы, - увидев еще один кивок шерифа, я продолжил. - Дело в том, что его тоже шантажировали. Предмет, который хотели получить вымогатели, весьма странный. Я думаю, что с Уиттакера тоже требовали его. Это - колода карт. Не просто карт, а жутко дорогих карт, Дик.
   Кроме того, есть еще одно обстоятельство. Дочь Дульчека - Элис - была похищена позавчера на моих глазах, - Чэнс резко вскочил, но я схватил его за плечо. - Спокойно, Дик. Ласло не обращался в полицию, он обратился ко мне. Думаю, у него были на то свои причины.
   Окей, с этим ясно. Я начал копать, но тут позвонил Харви Коннор и предложил встретиться в "Койоте". Я приехал туда - и увидел кого бы вы думали? - одного из похитителей. Он скрылся до приезда полиции. Думаю, что в убийстве он тоже замешан. Не удивлюсь, также, если он и его дружки прикончили Корецкого и Уиттакера.
   - Вы понимаете, мистер Дрэйк, что из-за вашего молчания погибло двое людей?
   Я выдержал его взгляд и спокойно ответил:
   - Успокойтесь, Дик. Думаю, вы сами знаете, что это были за люди. К тому же, меня связывает договор с клиентом.
   - Ладно. Но теперь - это дело полиции. Я прочел ваше досье, Фрэнк. Не вмешивайтесь. Вы работаете по своим правилам, я - по своим. Если наши пути пересекутся, я не буду долго скорбеть, - жестко отчеканил шериф.
   - Послушайте, Дик. Мы могли бы быть полезны друг другу, - я тщательно подбирал слова. - В противном случае, я тоже слезу не пущу.
   Мы долго смотрели друг другу в глаза и наконец он сдался.
   - Окей, Фрэнк. Вас все равно не остановить, тем более, здесь. Я не хочу устраивать тут бойню.
   Я кивнул. Видно, досье дошло полностью и шериф прекрасно понимает с кем имеет дело.
   - Но у вас мало времени для маневров, - сказал шериф. - Завтра тут все будет кишеть федералами.
   - Не беспокойтесь, шериф, - улыбнулся я, одевая шляпу. - Я справлюсь.
   Когда я сел в машину, шериф продолжал буравить мне спину своими глазками. А я дал газ и улыбнулся. Значит, все мертвы, мистер Дульчек? Пора бы нам немного поговорить.
   Перед визитом к Ласло я заехал на почту и с радостью узнал, что ответы получены. Их было два, я быстренько пробежал их глазами и ухмыльнулся. Теперь можно было хорошенько потрясти кое-кого. Но сначала - еще одно послание...
   Я бросил машину перед домом Дульчека. Плевать мне было на конспирацию. Мистер Ласло много чего не договаривал, а стоило бы быть поискреннее с человеком, у которого репутация, как у меня. Я отнюдь не самый умный человек в Системе, но один из самых опасных - так точно.
   На сей раз револьвер был у меня с собой. Я долго колотил в дверь, но никто так и не открыл. Тогда я решил обойти дом и поискать другой вход. С тыльной стороны нашлась небольшая и хлипкая с виду деревянная дверь. Подергал ручку, но дверь была заперта. Пришлось выбить окно и войти непрошенным гостем.
   После первого визита я запомнил месторасположение библиотеки и первым делом направился туда. Особо скрываться я не собирался, напротив - шел, громко стуча каблуками. Лестница, теперь - коридор, наконец - тяжелая дверь. Я постучал, но никто не ответил. Достав люгер, я толкнул дверь и вошел в комнату.
   Ласло был там. Он сидел в своем кресле, спиной к двери, глядя в окно.
   - Ну, мистер Дульчек, пора поговорить начистоту, - заметил я, пряча пистолет в кобуру. - Может быть, вы расскажете мне кое-что об этой вашей колоде? Например, то, что в оригинальных картах была прострелена дама червей, а не один из валетов, - забыл сказать, что в одном из своих сообщений я интересовался именно колодой. Ласло Дульчек заявил, что у Элвиса было каре на валетах и именно один из валетов упал, сраженный пулей из его кольта. На самом же деле это была байка. По каноничной легенде, которую зачастую скрывали из-за частых случаев мошенничества, Элвис выстрелил в голову даме червей. И вовсе не из-за проигрыша - скорее, поступок диктовали ревность и алкоголь.
   Но Ласло Дульчек молчал. Я обошел кресло и понял причину его неожиданной немоты. Бросил взгляд на окно - дырочка там была. Хороший выстрел. Сквозь портьеру, в смутный силуэт = и прямо в голову. Ласло был мертв, я остался без заказчика, в одном доме с убитым. Черт. Пора уходить, Фрэнк. Иначе следующим может быть не в меру любопытный частный детектив с плохой репутацией.
   Я обернулся и застыл. Дверь в библиотеку была распахнута, на пороге стоял Моралес. На его губах блуждала усмешка, а в руке он держал обрез дробовика. Ствол был направлен прямо мне в живот.
   - Сеньор Дрэйк, думаю, вам стоит прогуляться со мной, - он заметил, как моя правая рука инстинктивно дернулась и повел стволом. - Только без глупостей.
   Отобрав мой пистолет, Моралес стволом указал на лестницу. Меня разрывало два желания = вырвать ружье из рук этого мексиканского ублюдка или подождать и посмотреть, куда он меня приведет. Любопытство перевесило и я стал очень покорным.
   Моралес усадил меня в кунг старого фургона, сам уселся напротив и стукнул кулаком по кабине. Ехали мы достаточно долго, я считал повороты, чтобы хоть как-то развлечься. Наконец, фургон остановился, двигатель затих и Моралес знаком приказал мне выходить.
   На выходе я наткнулся на коротышку. Тот ухмылялся, сжимая в руке автоматический пистолет. Оглядевшись, я понял, что это за место. Одна из старых шахт, скорее всего, уже давно выработанных. Логово чертовых вымогателей. Отсюда до городишка было миль пятнадцать.
   - Вперед, Дрэйк, - неожиданно мягким голосом отозвался коротышка. - Тебя хотят видеть. И руки держи так, чтобы я их видел.
   Я кивнул, расставил руки и пошел вперед, ко входу в рудник. Легкий ветерок развевал полы плаща, предзакатное солнце жарило немилосердно, по лицу катился пот. Сюда бы еще пару кактусов - и сцена из вестерна налицо.
   - Скажи-ка, Рэнди, - я повернул голову к коротышке. - А сколько тебе заплатят за это все дельце?
   - Он знает твое имя? - лошадиное лицо Моралеса вытянулось в гримасе удивления.
   - Какая разница, Рико, - флегматично ответил коротышка. - Пусть себе.
   - Да, Рико, какая разница, - ухмыльнулся я. - С тобой все равно расплатятся свинцом.
   - Заткнись, ты, чертов ублюдок! - рявкнул Моралес.
   - А мне терять нечего, Моралес. Меня все равно пришьют.
   - Пришить можно по-разному, Дрэйк, - все так же спокойно заявил коротышка. - Можно быстро... а можно так, чтобы ты подольше находился в сознании. Давай, входи!
   Я наклонил голову - свод был достаточно низкий, а я - мужчина немаленький.
   - Рэнди, скажи-ка, а как ты с Фрицом и Гансом ввязался в это дельце? По объявлению "Ищем шлюшек на грязную работу"? - продолжал трепаться я. Я знал, что до встречи с их боссом мне ничего не грозит, а там Фрэнку Дрэйку может выпасть хорошая комбинация. Чего уж там, мне всегда везло в покер. Даже в таких дырах, как эта.
   - Заткни хлебальник, Дрэйк! - коротышка был слегка взвинчен. Что ж, это хорошо. Для меня.
   - Надеюсь, Кортни с вами? Хорошая бабенка. Никогда не понимал, что она нашла в таких трех имбецилах...
   На мою спину обрушился довольно-таки ощутимый удар: этот гаденыш стукнул меня рукоятью пистолета. Ну ладно, сученок, посмотрим, кто посмеется последним.
   - Надеюсь, перед смертью она исполнит мое последнее желание, - как ни в чем не бывало продолжал я. - На глазах у вашей жалкой троицы. А, Рэнди? Или вы будете ревновать, девочки?
   - Клянусь Богом, Дрэйк, если ты сейчас...
   - Прикрой рот, Рэнди! - холодный женский голос донесся спереди. Мы вошли в широкий зал, где я наконец-то смог распрямиться. Тут горели газовые лампы, так что можно было осмотреться. Да, Кортни была здесь. Вообще-то, наемники здорово засветились. С моей стороны было бы глупо не послать их приметы своему другу-федералу. А с его стороны было очень любезно ответить, так что я знал, с кем имею дело. Эти четверо были профессиональными гангстерами - грабежи, похищения, парочка убийств. Они мелькали по всей Системе, но считались весьма мелкими сошками, чтобы всерьез обращать на них внимания. Время от времени коротышка - Рэндольф Шмутц, братцы - Ганс и Фриц Шварцдорфы, и красотка - Кортни Лоу - выполняли кое-какие заказы для сильных мира сего. Так, ничего особенного. Вроде липовых похищений.
   - Мисс Дульчек, мое почтение, - я вежливо поздоровался с Элис, которая стояла в углу, поигрывая небольшим пистолетиком. Слишком большое количество стволов на одну пещерку. И у вашего покорного слуги слишком малые шансы выйти отсюда живым. Впрочем, Фрэнка Дрэйка не стоит хоронить до светской беседы.
   - Мистер Дрэйк, не могу сказать вам того же.
   Я огляделся, увидел четыре небольших паралеллепипеда у ног Элис.
   - Это они?
   Она кивнула. Я ухмыльнулся.
   - Знаете, мисс Дульчек, а ведь вы едва меня не провели.
   - Иногда я тоже проигрываю, - я развел руками. - Позвольте сигарету?
   Она швырнула в меня пачкой мальборо. Я закурил. - Я присяду?
   Элис кивнула. Я устроился на земле, нисколечки не беспокоясь о чистоте брюк.
   - Я полагаю, мистер Кертис, мистер Тейлор и мисс Тейлор скоро прибудут? - невинно поинтересовался я.
   - Безусловно, да.
   - В таком случае, давайте подождем всех участников этого прекрасно спланированного и запутанного дела, мисс Дульчек.
   - Зачем, Фрэнк? - она бросила на меня пронзительный взгляд. О, эти сапфировые глазки. В другое время старик Фрэнк с радостью приударил бы за юной мисс.
   - Я расскажу вам, как вы меня одурачили, - улыбнулся я.
   - Интересно будет выслушать вашу версию.
   Я хмыкнул и сделал вид, будто интересуюсь исключительно сигаретой. На самом деле, я лихорадочно размышлял, как выйти из этой пещерки живым. Впрочем, было бы неплохо выйти отсюда не только живым, но и богаче тысяч на сто кредитов. Силовое противостояние будет плохим вариантом. Сейчас их шестеро. Я сижу у входа, Моралес и коротышка Рэнди - за моей спиной. Напротив - братишки-немцы, их очаровательная подружка и мисс Дульчек. Спустя какое-то время приедут еще трое... ох, простите, четверо. Это если у меня мозги еще работают. А они работают.
   Снаружи донесся звук работающего двигателя - подъехала подмога. Я выбросил окурок и придвинулся к стенке, дабы не мешать проходу новых гостей. Первой, морщась, вошла Эффи Тейлор, за ней - ее братец Джонни, затем - Джереми Кертис, которого я так и не навестил.
   - Все в сборе, - улыбнулась Элис. Я отрицательно покачал головой.
   - Майло! - крикнул я в сторону выхода. - Не стесняйся. Куколки здесь, интересно взглянуть на лицо самого кукловода!
   - Вижу, вы раскусили меня, Дрэйк, - рыжий официант вошел в пещеру, широко улыбаясь.
   - Не льсти себе, парень, - ухмыльнулся я в ответ. - Это было несложно, если я правильно понимаю свою роль.
   - Думаю, что правильно, - кивнул Майло. - Хочешь сказать что-то напоследок, крутой парень Фрэнсис Дрэйк?
   - Блестну интеллектом, Майло, если ты не возражаешь.
   Парень мотнул головой, мол, начинай. И я начал.
   Небольшое лирическое отступление перед речью. Правильно расставленные слова, фразы и ударения - это как карты в преферансе или комбинации в покере. На самом деле, неважно, сколько ты знаешь на самом деле. Главное - говорить четко и уверенно, не стесняться в подборе слов и манипулировать версиями. А еще - правильно разыграть те козыри, которые остались у тебя в запасе.
   - Думаю, что все присутствующие знают, из-за чего разгорелся сыр-бор. Алмазы Бреннигана уже много лет не дают покоя и более зрелым умам, не говоря уже об этих провинциальных докторах Мориарти. Но у ребят было кое-что посерьезней предположений или карт пирата Флинта. У них был реальный участник событий, который отошел от дел и сам уже никогда не надеялся даже прикоснуться к "Украшениям Короны", не говоря уже о том, чтобы продать их. В этом, кстати, главная ошибка твоего плана, парень. Даже спустя несколько десятков лет, алмазы Бреннигана продать невозможно.
   Но это так, размышления вслух. Думаю, что покойный Ласло Дульчек, который души не чаял в своей дочери, проговорился ей о бриллиантах. Элли же рассказала об этом своему любовничку Майло. И тут появился план. Разузнать о подельниках доброго дядюшки Ласло ничего не стоит - я узнал их имена за полдня. Но они ведь не станут выдавать местонахождение бриллиантов первым встречным - пусть это даже будет любимая дочь их старого подельника. Не те это люди. Кстати, как вы узнали о колодах, для меня пока секрет, - я вопросительно взглянул на Майло. Тот махнул рукой.
   - Все просто. Ласло растрепал и об этом.
   Я кивнул. Да уж, большим умом тут и не пахло. Достал еще одну сигарету из пачки Элис, закурил и продолжил:
   - В общем, вы узнали о колодах Элвиса. Кстати, неплохо придумано. Думаю, автором идеи был Уиттакер - он слегка помешан на коллекционных вещах. Замаскировать все в картах - это многого стоит. Только прострелены были не дамы, как в оригинальной колоде, а валеты. На каждого из подельников по масти. Кстати, вы поняли, как это расшифровывается? - я быстро оглядел заговорщиков и так же быстро продолжил. - Впрочем, это не важно. Важно другое. За долгие годы подельники впали в легкую паранойю. И отдавать свои карты, даже под угрозами, не захотели. Поэтому вам пришлось обратиться к услугам этих господ, - я кивнул на коротышку Рэнди. - Чтоб они припугнули всех. А затем - прихлопнули. Где-то в это же время в городишке оказывается некий Фрэнк Дрэйк, весьма известный в некоторых кругах частный детектив, о котором ходят неприятные слухи. И тут у Майло появляется план: а что если подставить этого самого Дрэйка? Но для начала нужно втянуть его в дело. И он, пользуясь кое-какими отношениями с Элис, подсказывает ей идею для папочки. Нанять частного детектива, который разберется со странными угрозами в его сторону. Затем передает мне записку, дальше - инсценировка похищения и все такое.
   Думаю, единственный сбой произошел только с Харви Коннором - когда тот тоже решил нанять меня. Вы не собирались этого допускать, поэтому пришили его прямо у входа в бар, где у нас была назначена встреча. Именно поэтому Рэнди так старался не замечать мою скромную персону - он прекрасно знал, что я там буду. Это был прокол, Рэнди, - я смотрел на коротышку. - В нормальной ситуации ты бы удивился, увидев одного и того же парня вблизи от обоих мест преступлений. А тут - ни слуху ни духу. Ты знал, что я там буду. И я понял, что заказчик ближе, чем я думал раньше.
   Затем была беседа с этими двумя, - я ткнул пальцем в Эффи и Джона Тейлоров. - "Они владели боксом, все такое". Парень, зачем было просить, чтобы они не портили твою смазливую физиономию? Мне достаточно было увидеть твое лицо, чтобы понять, что дрались вы явно не всерьез. В реальном мире тебе бы свернули челюсть, чтобы не стоял на пути. Кроме того, ребята, вы слишком сильно скрывали все об этом похищении.
   - Допустим, - кивнул Майло. - А как ты вычислил меня?
   - С тобой было еще проще. Ты заявил мне, что влюблен в Элис. В то же время, ты якобы не знал, что ее похитили и был чертовски спокоен. Это потом уже до меня дошло, что ты не мог не знать - эти ребятишки могли скрыть все от кого угодно, только не от любовника Элли. Впрочем, парень, можешь называть это интуицией.
   - Чудно, - улыбнулся Майло. - Но поздно. Думаю, ты знаешь, что с тобой произойдет.
   - Да, - кивнул я с глубокомысленным видом. - Ты и твои дружки случайно наткнулись на пещеру, где я держал Элис. И убили меня при сопротивлении. Вы ведь специально подгадали, чтобы убийства начались после того, как я осел в вашем чертовом городишке. Быть может, вы сначала и не собирались убивать стариков, но мое появление заставило вас пересмотреть планы. В конце-концов, зачем вам столько живых свидетелей. Одного не понимаю, Элли. Как ты могла так хладнокровно пойти на смерть отца?
   - А вы подумайте, мистер Дрэйк. Как может молодая красивая женщина жить в таком месте, как это? Мы все хотим на свободу, понимаете? Именно поэтому мы затеяли все дела с бриллиантами. Именно поэтому старики мертвы. И вы тоже отправитесь вслед за ними! - ее глаза блестели, ноздри хищно раздувались. А крошка хороша в гневе.
   - О, простите, - я снова закурил. - забыл кое-что добавить к вашему чудесному плану. Во-первых, всегда носите при себе радиоприемник... Если бы он был и вы настроились бы на волну одной радиостанции, услышали бы интересную постановку. Обожаю радиопьесы. Во-вторых, при разговоре с опытными людьми, не забывайте их обыскивать, - я подтянул ногу и скрутил каблук своего ботинка. Оттуда выпало небольшое устройство. Майло смотрел на меня, разинув рот. Затем накинулся на Элис.
   - Ты, тупая курица, почему ты не приказала обыскать этого сукина сына тщательно?!
   - Какого черта, Майло, я понятия не имела, что такое вообще может быть, ты сам сказал, что он глуп, как пробка!
   Я запомнил это высказывание. Думаю, что я вобью его в чью-то рыжую глотку с доброй половиной зубов.
   - И еще одно! - громко заявил я, пока ребятишки ссорились. - Поскольку Фрэнк Дрэйк не мог провернуть все дело в одиночку, у него были чертовы подельники. Старые дружки, - я выразительно глянул на коротышку Рэнди. Тот ощутимо напрягся. - И осведомитель в доме Дульчека. Тюремный приятель, - Моралеса тоже слегка покоробило от моего взгляда. - Так сколько трупов вы хотите оставить в этой пещерке, юные спасители? Шесть?
   В глазах Кортни блестнуло понимание. Бабенка всегда была пошустрее своих тупоголовых подельников.
   - Ах вы... - она вскинула ружье, но Майло выстрелил первым: пуля снесла ей полчерепа. Я не стал дожидаться свинца для себя и бросился в дальний угол. Кувыркнувшись, я ударил обеими ногами Элис и подхватил ее пистолет - маленький, но сойдет - и выстрелил в лампу, погрузив пещерку в темноту. К счастью, все палили поверху, потому меня никто не задел. Я тоже дал пару залпов - скорее, чтобы посеять панику, чем чтобы задеть кого-то. Элис попыталась трепыхаться и я без лишних сомнений заехал ей в челюсть. Когда стрельба прекратилась, я услышал самые прекрасные звуки в своей жизни: снаружи яростно выли полицейские сирены.
   - Спасибо за телеграмму, Дрэйк, - шериф Дик Чэнс похлопал меня по плечу. - И за шоу из пещеры.
   - Простите, Дик, не было времени искать полицейскую частоту. Пришлость поработать на гражданских.
   Вы, наверное, хотите узнать, о чем это мы? Все просто: получив ответы на свои запросы и сопоставив два и два, я отправил телеграммку в участок шерифа. На ней была частота одной из радиостанций, на которой я собирался вести свой эфир с помощью хитроумного приемничка в башмаке и просьба пеленговать сигнал. К счастью, Дик Чэнс оказался умным парнем и отреагировал быстро - как только я начал свое представление в пещере, он уже поставил в ружье всех своих людей и отправился прочесывать пустыню. Правда, он немного не успел: Кортни и Джерри Кертис к тому моменту уже были мертвы, остальные - кроме Элис и меня - ранены. Но Майло они взяли - он проводил меня таким взглядом, что впору было самому застрелиться, столько в нем было злобы и тоски.
   - Я так понимаю, ты отбываешь? - спросил шериф. - А то задержался бы, помог с делами.
   - Спасибо, откажусь, Дик. Бумажная работа - не для старого доброго Фрэнка Дрэйка, - я ухмыльнулся, доставая из кармана сигареты. Затем пожал шерифу руку - славный малый - развернулся и пошел к своей тачке, которую любезно пригнали сюда люди Чэнса.
   - Эй, Фрэнк! - крикнул шериф вслед.
   - Что? = спросил я, не оборачиваясь.
   - А почему ты так защищал эту мисс Дульчек?!
   - Я обещал ее отцу вернуть ее невредимой, Дик. Это моя работа, - я глубоко затянулся и выпустил дым в густо-фиолетовый марсианский вечер.
   - Ты сумасшедший! Он ведь не сможет заплатить! - донеслись до меня последние слова Дика. Я отмахнулся и сел в машину. Четыре паралеллепипеда приятно оттягивали карман плаща. Ты ошибаешься, Дик. Он заплатил. Еще как заплатил.
   Устраиваясь в каюте утлого суденышка капитана Линдена, я поудобнее вытянул свои длинные ноги и заложил руки за голову. А затем внезапный приступ смеха охватил меня. Корабль уже начал разгон, а я все смеялся, даже когда начались перегрузки. Знаете почему? Я ведь даже не узнал, как называется этот чертов городишко!
  
  
  
   Часть вторая. Розы для крошки Коры
  
   Я - не святой человек. Если вы услышите где-то, что Фрэнка Дрэйка причисляют к сонму святых, не стесняйтесь, плюньте рассказчику в лицо. Он заслуживает того. Однако старого бродягу вряд ли кто-то сможет упрекнуть в том, что он несправедлив или нечестен. Я обитаю в Нью-Чикаго, что на Гиперионе, в системе Сатурна. А тут, вопреки расхожему мнению некоторых изнеженных идиотов, люди хоть и занимаются темными делишками, но ведут себя не в пример лучше и правильнее многих полицейских Внутренних миров. Взять хотя бы Ральфа Соузу. С виду - бандит бандитом, но, клянусь дьяволами Космоса, этот парень никогда не сдавал своих подельников и иногда даже жертвовал частью заработка на приюты для детишек. Кто-то скажет, что он искупал грехи, но ни одна пуля из его пистолетов не была выпущена зря.
   Именно поэтому я испытывал некие угрызения совести, ведя свой "кадди" по дождливым улицам ночного города, ведь именно Ральф Соуза находился в багажнике - он был связан, рот его был заклеен, а пистолеты валялись на заднем сидении моей машины.
   В такие ночи не хочется гоняться за злодеями или выполнять темные заказы воротил - лучше устроиться где-нибудь в теплом уютном заведении, потягивать пиво или грог да слушать шуршание дождя, размышляя о том, что мир стал бы гораздо лучше, если бы агрессивной расе под названием человечество было куда спустить свою агрессию. Мы живем в смутные времена, поверьте старику Фрэнку Дрэйку, уж я-то многое перевидел за свою жизнь.
   Свернув на Доусон-авеню, я припарковал машину у местного отделения Бюро и открыл багажник.
   - Ничего личного, Ральфи, - сказал я, глядя в его почти честные синие глаза. - Просто ты перешел дорогу не тому человеку. Да и стоишь не в порядок дороже остальных нищебродов этого города.
   Ральфи что-то промычал в ответ, но я не стал его слушать, выволок из багажника и, разрезав клейкую ленту на его ногах, повел несчастного ублюдка к двери.
   Если кого-то интересует, что сделал Ральфи, я отвечу. Этот жалкий подонок решил срубить очень большой куш и похитил маленькую мисс Галлахер, дочь моего старого приятеля Джима Галлахера, владельца бара "Темный город". Джим, вопреки требованиям Ральфи, не стал собирать деньги, а нанял меня. Я нашел Соузу на Титане - это было сравнительно легко - и выбил из него дурь, предварительно отправив маленькую Лизу к любящему отцу. Почему я не сдал его федералам прямо там? Потому что большинство своих делишек Ральфи провернул на Гиперионе, а отношения между спутниками всегда были напряженными. Ральфи мог бы выйти из тюрьмы через десяток лет да поискать некоего Фрэнка Дрэйка. А зачем мне нужны неприятности на старости лет?
   Поэтому, воспользовавшись удостоверением федерального маршала (хорошая работенка, подарок одного друга из Внутренних миров), я притащил Ральфи на Гиперион.
   Часовой у двери кивнул мне как старому знакомому - впрочем, так оно и было, мы время от времени болтаем с этим парнем - его зовут Стив - о том да сем. Я втолкнул Ральфи в коридор и подошел к стойке дежурного.
   - Фрэнк, - за стойкой сидел еще один знакомый, правда, не столь добрый - агент Герман Полсон. Когда-то я здорово уделал его на Рее - кажется, паренек затаил на меня зло.
   - Агент Полсон, - сухо поздоровался я. - Принимайте подарочек. Ральф Кеннет Соуза, разыскивается федеральными властями и полицией Гипериона за множество гадких дел.
   - Как же, как же, - потер руки Полсон. В этот момент он напомнил мне маленького змееныша. - Наслышаны. Награда - две с половиной тысячи кредитов. Спасибо, Дрэйк, услужил.
   - Забирайте парня и давайте мои деньги. Я устал и валюсь с ног.
   - Одну минутку, - Полсон нажал какую-то кнопку и тут же парочка дюжих полицейских подхватила перемотанного изолентой Ральфи. Я подмигнул ему на прощание и подошел к Полсону. Тот достал из маленькой кассы нужную сумму, пересчитал ее и отдал мне.
   - Не будем торговаться. Кстати, тут кое-кто хотел тебя видеть, - заявил агент Герман Полсон. - Оставил сообщение - будто знал, что ты заскочишь к нам, - он протянул мне записку. Я поблагодарил за деньги и сообщение, весьма любезно попрощался и вышел из офиса Бюро.
   По правде говоря, спать мне вовсе не хотелось, просто не желал выслушивать болтовню Полсона. Со Стивом, напротив, несколько минут мило болтали - в основном, о погоде, но тут он сказал то, что заставило меня насторожиться:
   - У нас гости, Фрэнк.
   - Какие гости?
   - Из центра. Серьезные ребята. Говорят, в Нью-Чикаго затевается какое-то большое дело. Кто-то из них, кажется, тебя знает. То ли Ноллиз, то ли Ноулз...
   - Спасибо, Стив. В таком случае, мне пора, - я усмехнулся. - Не хочу пропустить серьезное дело в столь прекрасную ночь.
   Мы еще немного посмеялись, после чего я прыгнул за руль и дал газу - благо, улицы были пусты. Держа руль одной рукой, я развернул записку - так и есть, ее написал Джимми Ноулз, мой дружок-федерал с Земли. Он предлагал встретится в центре, ресторане гостиницы "Хилтон". Да, Джимми всегда умел пускать пыль в глаза. Роскошные тачки, женщины - все у него было по высшему разряду. Но раз он здесь, значит действительно вокруг твориться кое-что крутое - такие парни, как Ноулз в мелких делишках не участвуют. Я не знал точно его звания, но специальный агент Джеймс Ноулз мелькал только в самых крупных заварушках - обычно это было связано с вопросами национальной безопасности Системы, высший допуск, все дела. Вопрос лишь в том, зачем ему скромный частный детектив?
   Впрочем, подумал я, выруливая на Централ-сквер, сейчас сам и спрошу. Перед входом подумал, что надо было сменить костюм - дорога с Титана, конечно, близкая, да все равно измялся, но потом передумал. Критично оглядел себя в зеркало заднего вида - темно-серый пиджак, белая рубашка, серый галстук. Надел шляпу, повесил плащ на руку и вышел из машины, бросая ключи бою, который тут же подбежал, чтобы припарковать мой рыдван.
   В холле "Хилтона" было как всегда роскошно и аляповато - стены, обитые пурпурной тканью, огромная хрустальная люстра, мраморные полы, обслуживающий персонал в костюмах от лучших дизайнеров. Я слегка надвинул шляпу на глаза и пошел к ресторану. Перед входом, справился у метрдотеля, какой столик занимает господин Ноулз. Тот подозвал официанта, заявив, что у него на мой счет есть серьезнейшие распоряжения от господ из Бюро. Я ухмыльнулся. Джимми как он есть - болтун и фат.
   Официант проводил меня к столику Ноулза - тот, как я и ожидал, был не один. Вместе с ним сидели еще двое мужчин в костюмах - по виду, федеральные шпики, один - крепыш с торчащими ушами, второй - потеющий толстяк. И, конечно, сам Джимми - красавец-брюнет, высокий, стройный, элегантный. Когда-то я в шутку предложил ему сниматься в кино. Джимми отреагировал серьезно и заявил, что уже был в Голливуде и даже показал парочку фильмов со своим участием. После этого я старался поменьше шутить насчет его внешности.
   - Фрэнки! - завопил он, вскакивая со своего места. - Сколько лет! Рад тебя видеть, старый бродяга! Ты так и остался угрюмым молчуном, да?
   - Напротив, Джимми, я очень люблю поболтать, - искренне улыбнулся я. Мы заключили друг друга в крепкие дружеские объятия, после чего Джимми подвинул мне стул и представил своих коллег. Я практически угадал по поводу их работы. Крепыш представлял разведуправление Внешних Миров, что касается толстяка, то он, насколько я понял, занимался какими-то исследовательскими проектами для военного ведомства. Что ж, картина начинала проясняться - по всей видимости, у господ из Минобороны сперли что-то ценное и следы ведут прямо в Нью-Чикаго.
   - Фрэнки, предлагаю отужинать с нами, - увидев мою физиономию, Ноулз рассмеялся. - За счет Бюро, разумеется. Выпьем, посмотрим представление - сегодня здесь будет превосходное шоу.
   Я согласился, поскольку понял игру Джимми Ноулза - он разыгрывал встречу старых друзей и веселился вовсю только потому, что где-то в этом зале находился кто=то, кого Бюро подозревает в причастности к хищению. Впрочем, о хищении мне пока не сказали - так, догадки.
   - Но для начала, думаю, стоит посетить некое неприличное место, - заржал Джимми. - Фрэнки, составишь компанию? Я тут себя неловко чувствую.
   Я поднялся и мы прошли по залу в направлении туалетных комнат. Как только вошли внутрь, улыбка исчезла с лица Ноулза. Он достал из кармана телефон, нажал пару кнопок и внимательно осмотрелся. В кабинках никого не было.
   - Теперь можем говорить. Фрэнк, я думаю, ты не зря считаешься умным малым и понял, что у нас кое=что украли.
   - Конечно.
   - Хорошо. В общем, есть данные, что это "кое-что" привезли в Нью-Чикаго, чтобы продать. Покупатели уже якобы здесь, одного из них мы засекли в этой гостинице.
   - О чем-то подобном я тоже догадался.
   - Ты всегда был умнее всех, Фрэнки, - заулыбался Джимми. - В общем, нужно проследить за ним и вывести нас на след украденного.
   - Джеймс, - сказал я серьезно. - Если ты попытаешься использовать меня вслепую - предупреждаю, дело дрянь. Что у вас украли?
   - Это... секретная информация, Фрэнк, - замялся Ноулз.
   - А то, что я делал для тебя раньше, было так, детскими шалостями? - с иронией поинтересовался я.
   - Можно сказать и так.
   Меня словно обухом по голове ударили. Это что же такое украли, если Джимми так серьезен? Президента Системы? Хотя вряд ли, о нем бы он как раз рассказал. Но я был непреклонен.
   - Ты меня знаешь, Джим. Знаешь мои правила. Я не нарушал их никогда.
   - Черт бы тебя подрал, - криво улыбнулся Ноулз. - Можем и без тебя обойтись.
   - Могли бы - обошлись бы. Выкладывай, Джимми. И о похищенном, и о том, что мне нужно сделать для тебя на самом деле.
   Ноулз почесал голову и сделал глубокий вдох.
   - Фрэнк, дело серьезное. Ты слышал что-нибудь о проекте Руднева?
   Я кивнул. Академик Борис Руднев занимался созданием некоего сверхкомпьютера, который работал на основании вероятностной теории. Я не слишком разбираюсь в электронике, но тут был какой-то новый принцип, благодаря которому машина Руднева могла предсказывать будущее - или, говоря научным языком, читать временные линии и выбирать наиболее вероятную из них.
   - Джимми, этому проекту более тридцати лет, к тому же, Руднев так и не довел его до конца...
   - А вот тут ты ошибаешься, Фрэнк. Руднев создал свой легендарный процессор, воспользовавшись другой легендой, - и тут Джимми задал вопрос, от которого я едва не впал в ступор. - Что тебе известно об алмазах Бреннигана, Фрэнк?
   Если вы помните, несколько месяцев назад я влип на Марсе в одну неприятную историю, связанную с похищениями и мифическими карточными колодами. Впоследствии мне удалось выйти из воды сухим и прихватить с собой кое-что - четыре карточные колоды, которые вместе составляли карту, указывающую на местонахождение алмазов Бреннигана. Или "Украшений Короны". Двадцати камней исключительного размера и красоты.
   - Так, слышал кое=что, - промямлил я.
   - Их было не двадцать, как говорят все источники! - лицо Джимми засияло. - А двадцать один. И пока все гонялись за "Украшениями Короны", настоящее сокровище - процессор Руднева - переправили на Землю, где академик продолжал свои исследования до самой смерти. Так вот, - Джимми перешел на доверительный шепот. - Все условия воссоздать трудно, но вероятностная машина работает, Фрэнк. И кто-то ее украл!
   Я крепко задумался. С одной стороны, никакой связи между моими делами и делами нацбезопасности не было. С другой - вряд ли это совпадение, что кто-то сразу после того, как был обнаружен ключ к алмазам Бреннигана, спер самый ценный из них, который оказался и вовсе не алмазом, а чертовой машиной, предвещающей будущее. Интересные дела. Да еще чертов аукцион, который будут проводить в моем городе. Похоже, Фрэнк, ты влип. Но отказываться от дела нельзя, иначе Джимми что-то заподозрит, а потом решит, что это я и украл их чертов компьютер. Пока мои мозги работали над этим вопросом, Ноулз достал из кармана маленький керамопластмассовый квадратик.
   - Здесь вся информация на нашего подозреваемого. Голо, имя, привычки, занятия. Короче, все, что тебе может понадобиться.
   Я кивнул и засунул досье в карман.
   - Пойдем ужинать, пока нас не хватились, - Джимми направился к дверям, затем резко обернулся. - У тебя все в порядке, Фрэнк?
   - Да, - я старался выглядеть беззаботным. - Просто все звучит как-то неправдоподобно, дружище.
   - Поверь, это правда, - Джимми вырубил глушилку и мы вернулись в зал.
   У меня внутри все было настолько ледяным, что, казалось, я смогу замораживать людей взглядом. В голове бился только один вопрос: кто, черт возьми, затеял всю эту дурацкую игру? И, главное, зачем?
   Однако, рассказ Джимми проливал кое-какой свет на события с алмазами Бреннигана. Например, то, что четверо воротил средней руки без труда угнали военный крейсер и похитили самое ценное сокровище Системы, да еще и спрятали его, уйдя от всяких подозрений. Весьма роскошная акция прикрытия, в этом, черт возьми, есть стиль и высший уровень! Только вот роль старика Фрэнка в этой истории не давала покоя: почему все это закрутилось именно сейчас? Неужели кто-то пронюхал о моем участии в этой истории? Значит, одно из двух: либо за мной следили на Марсе. Причем, следили крепко и хорошо. Либо кто-то из детишек проболтался. И если так, то стоит узнать, кому они проболтались. А это значит, что придется нанести небольшой дружеский визит на Цереру.
   Но сначала - задание Джимми. Мы подошли к столу, извинились за долгое отсутствие и отдали должное великолепному ужину. Выпив немало виски и съев немало вкусных блюд, мы дождались начала шоу. Джимми крепко сжал мой локоть и указал на сцену, где музыканты готовились к шоу. Я удивленно глянул на него, но он смотрел не на музыкантов.
   Девушка выглядела как богиня. Кто знает, быть может, она и была богиней, пробудившейся после тысячелетней спячки. Величественная и надменная красота - черные волосы, белоснежная кожа, огромные сапфировые глаза, маленький изящный носик. Что касается остального, то оно выглядело так, что если бы старине Фрэнку грозила смертельная опасность, он не отвел бы глаз. Воздушное белое платье только подчеркивало изгибы ее фигуры.
   - Разрешите представить в гостинице "Хилтон" звезду межпланетного класса, леди Персефона! - проговорил конферансье в микрофон и прелестное создание начало петь. Я не особо вслушивался в слова, наблюдая за ее движениями, грациозными и изящными. Неужели именно ее Джимми подозревает в участии в нелегальном аукционе? Неужто небесное создание может хотя бы помыслить о таком? Впрочем, одернул я себя, конечно же может. Именно такие крошки приносят большинство бед простым парням вроде меня.
   Однако, я был очарован. И совершенно не представлял себе, каким образом буду за ней следить. О чем тут же шепнул Джимми. Тот спокойно отмахнулся и шепнул в ответ, что леди Персефона ищет надежного человека, который занимался бы ее безопасностью, а во всей Системе есть лишь один такой человек и зовут его Фрэнк Дрэйк. Я кивнул и решил подойти к ней после концерта и мило пообщаться. Приняв это решение, я распрощался с господами из национальной безопасности и направился к барной стойке, дабы дива не застукала меня с ними. Впрочем, на этот случай у меня тоже было объяснение - разве нельзя старому детективу пропустить стаканчик со своим другом. А где он работает, меня не касается.
   За этими мыслями, я заказал себе двойную порцию виски по совершенно безумной цене и принялся его поглощать, ожидая окончания выступления. Сначала возле меня пытались виться кое-какие местные бабенки, но я не реагировал и им пришлось отвязаться.
   Вообще, эти шикарные места не для меня. Не скажу, что чувствую себя неловко, но мне не нравится внешний лоск и великолепие - я прожил достаточно долго, чтобы ценить кое-что посущественнее. Нет, не внутреннюю красоту. Просто некоторые люди могли задеть ниточки в моей душе. Конечно, я им не доверял. Смутные времена учат не доверять никому, даже собственным суждениям, но кое какие теплые чувства к людям у меня все же сохранились.
   Предаваясь размышлениям, я допил виски и заказал себе кофе. Бармен сварил его и предложил свернуть папироску из какого-то жутко дорогого сорта табака. Я согласился и вскоре вдыхал душистую и весьма недурную смесь - в ней узнавался даже настоящий турецкий табак.
   Вообще, сигареты - это одно из лучших изобретений человечества. Во всяком случае, после того, как по какой-то прихоти судьбы табачные компании разучились лгать. Они дают совершенно прямой выбор и говорят: мы убиваем людей. Если вы хотите смерти - курите. В моей жизни смерть могла наступить гораздо быстрее обозначенного природой термина, потому рака легких я не боялся и курил вовсю.
   Еще мои мысли крутились вокруг алмазов Бреннигана. Я так и не забрал их из тайника, хотя сам тайник нашел довольно-таки легко. Правда, пришлось потратить практически все сбережения на катер, который сейчас пылился в порту - мне не хотелось фрахтовать корабль на такое серьезное дело. Значит, они еще там. Пора бы, наверное, слетать и забрать их. С другой стороны, если кто-то знает, что бриллианты у меня, меня могут попросту убрать. Так что дельце нужно проворачивать хитро, так, чтоб комар носа не подточил.
   За всеми этими размышлениями я и не заметил, что рядом за стойкой объявился молодой парень, с виду - индус, весьма красивый, который давно уже приглядывался ко мне.
   - Фрэнк Дрэйк? - спросил он, дождался моего согласия и продолжил. - Мое имя - Атал Радж, я представляю интересы леди Персефоны. Леди Персефона изъявила желание поговорить с вами с глазу на глаз.
   Я кивнул. Что ж, так даже легче. Не придется устраиваться на новую работенку самому. Хотя за всем этим я видел хитрую улыбку Джимми Ноулза.
   Я прошел с Аталом за кулисы, прошел по длинному ярко освещенному коридору - прямо к лифту, который вел на верхние этажи. Мы поднялись на самый верх - похоже, леди Персефона выбрала пентхауз. Что ж, похвально - верхушка башни Хилтона воздевается над облаками. Быть может, она тоже любит серебрянные ночи, как и старина Фрэнк.
   Пентхаус здесь выглядел шикарно, но не броско - для людей со вкусом, которые знают толк в старине. Много дерева, несколько статуэток, которые превосходно вписывались в дизайн, несколько огромных зеркал и прозрачный потолок. Среди всего этого - несколько удобных кресел, экран визора и столик. В одном из кресел восседала сама леди Персефона. За ее спиной стоял крепкий темнокожий мужчина в облегающем мундире без знаков различия - личный телохранитель, подумал я. Больше в комнате никого не было.
   - Месье Дрэйк, прошу, присаживайтесь. Атал, принесите мистеру Дрэйку выпить, - мелодично распорядилась дива.
   Я последовал ее указаниям и опустился в мягкое кресло, заказав мистеру Раджу немного рома. Тот удалился к бару, а я уставился на Персефону. Она была чертовски прекрасна. Великолепна. Но я здесь не личную жизнь пришел устраивать, потому постарался отстраниться от мыслей об этой крошке. Удавалось, надо сказать, плохо.
   - Месье Дрэйк, я позвала вас, поскольку много слышала о вашей персоне, - Персефона закурила изящную тонкую сигарету. - И мои источники говорят, что вы - лучший из наемников, которого может себе позволить леди вроде меня. А я, поверьте, могу многое.
   - Леди, я не стану ни подтверждать, ни опровергать эти слухи. Вы позвали меня, значит уверены, что так оно и есть, - ответил я.
   - Хорошо, - она кивнула. Атал подал мне мой напиток. Я сделал небольшой глоток и поставил стакан на подлокотник кресла.
   - Готов выслушать ваше предложение, леди.
   - Месье Дрэйк, как вы, возможно, слышали, у меня сейчас тур по Внешним Мирам. Конечно, я путешествую от лучших концерт-холлов к еще более лучшим, но опасности могут подстерегать везде. Я предлагаю вам сопровождать меня в качестве... советника.
   "Няньки", - подумал я, но вслух ничего не сказал.
   - За это я буду платить вам тысячу кредитов в день, не считая премиальных и непредвиденных расходов.
   - Сколько продлится ваш тур? - поинтересовался я.
   - Около месяца, после этого мне придется вернуться обратно, на Землю.
   Я усмехнулся.
   - Думаю, вам стоит поискать кого-то подешевле, - заявил я.
   - Что вы имеете в виду, - нахмурилась Персефона.
   - Видите ли, очень часто мои гонорары составляют около пятидесяти-ста тысяч кредитов за несколько дней. Вы же предлагаете всего тридцать тысяч за месяц.
   Леди Персефона переглянулась со своим телохранителем. Чернокожий великан кивнул и внимательно уставился на меня. Я выдержал его вгляд и достал сигареты.
   - Не возражаете?
   Возражений не последовало и я закурил. Быть может, птичка сорвется, но если она наводила обо мне справки, то должна понимать, что с каждого человека я беру столько денег, сколько он может заплатить. Это может быть сто кредитов от матери, сын которой потерялся, или миллион от миллиардера, который хочет охрану на полчаса. Это принципы Фрэнка Дрэйка. Кроме того, я уже готов был послать Джимми с его работой куда подальше. Внутри закипало раздражение. Кем он меня собирается сделать? Нянькой для избалованной девченки?
   - Сто тысяч за работу здесь, на Гиперионе, - неожиданно жестко произнесла она. Я мысленно потер руки. Вот ты и попалась, крошка. Вот, где нужны услуги старого Фрэнка Дрэйка.
   - Согласен, - кивнул я.
   - Атал! Принеси месье Дрэйку контракт!
   Индиец куда-то исчез и вернулся уже с нужными документами. Быстренько они. Готовились, наверное. Я поставил все подписи, а сам думал только о том, как бы улизнуть на Цереру и повидаться с рыжим сученком Майло, который парился там в уютной камере и разузнать, не откровенничал ли он или его ребятишки с кем-то насчет дела с алмазами. А, главное, как объяснить этот визит Джимми Ноулзу. Можно было, конечно, выложить ему всю правду, отхватить правительственное вознаграждение и спокойно работать дальше, но бриллианты были моим козырем на случай непредвиденных ситуаций. А в деле с машиной Руднева они могли возникнуть. Точно могли.
   Персефона послала кого-то в мою контору за нужными мне вещами. Меня поселили прямо тут, в пентхаузе, благо, свободных комнат хватало. Как выяснилось, леди путешествовала без огромной свиты - кроме Атала Раджа, ее поверенного, и телохранителя, которого звали Винсент Клемент (бывший вояка, какое-то спецподразделение федеральных войск), леди сопровождала ее кухарка-экономка-учитель Генриетта Соммерсет - чопорная британка с вечно поджатыми губами - и концертный директор Рикардо Перейра, худой красавец, родом с Венеры. С ними у меня было мало общих тем, а вот с Клементом пришлось общаться более тесно. Малый меня сразу не взлюбил - еще бы, какой-то наемник смеет опекаться его госпожой. Но я заявил, что не собираюсь забирать у него это место, поскольку вольные хлеба мне больше по душе. Он кое-что обо мне слышал, потому поверил. Во всяком случае, волчьи взгляды прекратились. Что касается Атала, он, похоже, вздумал, что может командовать стариной Фрэнком, но после краткой беседы, в которой я ткнул его носом в контракт, где черным по белому было написано, что мною дозволено помыкать лишь леди Персефоне, парень отстал. Он был как раз из тех людей, что работают только по букве закона или договора.
   Вообще, я не сразу понял, почему Джимми начал подозревать именно эту крошку. Нет, от женщин, конечно, много неприятностей, а если женщина красива, количество их возрастает в десятки раз, но леди Персефона вела себя вполне прилично. Да и непонятно было, зачем ей ввязываться в гонку за этим электронным астрологом. У нее была слава, было высокое положение в обществе (между нами говоря, леди Персефона относилась к какой-то из королевских семей Земли), были деньги, поклонники. Впрочем, кое-чего этой крошке не хватало - и я понял это в первую же ночь в ее пентхаусе.
   Обычно я мало сплю - по ночам обычно работаю, такова уж моя жизнь, - а днем общаюсь с клиентами. Потому часов пять хватает, чтобы восстановить силы. Поэтому, когда все уснули, я неслышно прокрался в общую гостиную, чтобы выпить виски и поразмыслить под серебрянным светом Сатурна.
   Приготовив коктейль, я плюхнулся в одно из кресел. Пиджак бросил на спинку соседнего, распустил галстук и, опустив ноги на ковер, уставился в небо - благо, как я уже говорил, верхушка башни выступала за пределы искусственных облаков Гипериона.
   Серебрянная громада Сатурна и его великолепных колец закрывала полнеба, заливая все бледным светом. В такие ночи хочется мчаться в быстром автомобиле с какой-нибудь прекрасной девушкой, затем остановиться на краю обрыва, с которого видны огни города и планету-гигант и целоваться до утра, пока не взойдет тусклое искусственное солнце Гипериона. В душе я романтик. Впрочем, в моей профессии редко встречаются другие люди - обычно те, кто не верит в лучшее и не живет по зову сердца либо быстро умирают, поскольку не могут умерить свои аппетиты, либо идут служить - в Бюро, полицию или разведку, где важен холодный ум и твердая рука. Мы же - бродяги - сами не знаем, чем нас влечет ночь, чем привлекает серебристый свет Сатурна - или других планет. Я усмехнулся.
   Я любил Нью-Чикаго именно из-за своей романтической натуры. Сказать по правде, не столько любил, сколько терпел, а любил лишь такие ночи. Там, внизу, освещенный яркими огнями, раскинул свои лапы город паук, который сплел свою паутину, опутав ею большую часть куска камня под названием Гиперион. Там процветал нелегальный бизнес, теневые казино, коррупционные схемы, бои без правил, ставки ценою в жизнь, роскошные женщины и опасные парни, которым палец в рот не клади. Но все это было по честному. Я не говорю, что в Нью-Чикаго не было мошенников. О, тут их количество приближалось к критическому. Но в этом всем было что-то от очарования гангстерских саг первой половины двадцатого века, когда мужчины были мужчинами, женщины - женщинами, слова чего-то стоили, а чувства были искренними. Именно поэтому я выбрал этот гадюшник - город убийц, воров, мафии и притонов - среди всей прогнившей заполитизированной Системы. Здесь я был как дома. Здесь меня ненавидели, но уважали за справедливость суждений и поступков.
   Я отхлебнул виски и закурил. Когда огонек зажигалки осветил гостиную, я понял, что нахожусь здесь не один. Кто-то стоял в дверях. Я крутанулся в кресле, выхватывая пистолет, и едва не расхохотался, увидев выражение лица леди Персефоны. Спрятав люгер, я усмехнулся.
   - Не бойтесь, леди. Эти пули не для вас.
   Она взяла себя в руки и подошла ближе, грациозно опустившись в одно из кресел.
   - Я не могла заснуть, мистер Дрэйк. Затем услышала шум и вышла сюда, увидела вас и невольно залюбовалась, - ее бледные щеки порозовели.
   - Леди, смею вас уверить, что любоваться мною = весьма сомнительное удовольствие.
   - Персефона. Зовите меня так. А я буду называть вас Фрэнк, можно? - она подняла на меня свои огромные сапфировые глаза.
   Я сделал рукой неопределенный знак, который мог значить все, что угодно. Похоже, крошка пытается с тобой подружиться, Фрэнк. Что бы это значило?
   - Так вот, Фрэнк, когда вы смотрели на Сатурн у вас было такое лицо... не знаю, как описать... умиротворенное. И глаза - в них что-то блестело... что-то живое, - она осеклась. - То есть, - продолжила после небольшой паузы. - Обычно вы ведете себя так, будто ничего не чувствуете и постоянно ожидаете, что случится что-то ужасное. А в глазах ваших будто навечно застыла ирония и какая-то печаль... Знаете, у вас очень красивые глаза, Фрэнк. Будто два изумруда.
   Я слегка ошалел от подобного признания. Нет, конечно, в Системе нашлось бы немало женщин, которые с удовольствием разделили бы одиночество Фрэнка Дрэйка, но услышать такое от живой богини - это, смею сказать, заводит. Правда, я все не мог понять, говорит она правду или ведет какую-то свою игру.
   - Скажите, Фрэнк, о ком вы думали в тот момент? - внезапно спросила она. "О ком". Вероятно, малышка подумала, что я думаю о какой-то своей любви. Впрочем, так оно и было. Я думал о своей любви, вот только к женщинам она не имеет никакого отношения.
   - Я думал о своей жизни, Персефона, - мягко ответил я. - И, совсем немножечко, о вас.
   Она снова покраснела.
   - Вы смеетесь надо мной, Фрэнк.
   - Нисколечки, Персефона. Я думал, что могло заставить такую, как вы, выступать по всей Системе, ежеминутно подвергая себя опасности. Постоянные перелеты, смены ритмов жизни - и публика, которая пожирает вас глазами. Скажите, почему вы решили заняться всем этим?
   Она немного помолчала и начала говорить.
   - Я - третья дочь в семье герцога Лионского, Его Сиятельства Кристофа. Сами понимаете, особых перспектив в жизни нет - выйти замуж за какого-то бедного паренька, родить ему наследника, всю жизнь участвовать в приемах да улыбаться камерам. Но я не хотела жить так. Меня с детства манил космос. Манили приключения. Фрэнк, вы должны понимать меня, ведь мы так похожи с вами...
   - Да, Персефона, - согласился я.
   - Кора. Так меня назвали при рождении. Леди Персефона - не более, чем сценический псевдоним. Я выбрала его, когда изучала мифологию - Кора, она же Персефона, дочь богини плодородия Деметры, которую похитил царь мертвых Аид и сделал своей королевой. Правда, всего на четверть года. Красивая и грустная сказка, не так ли?
   Я снова согласился с Персефоной... или с Корой? Это имя больше подходило ей. Кора. Что-то было в нем. Что-то неуловимо нежное и прекрасное. Я мотнул головой, отгоняя пленительные ассоциации.
   - Вокалом я занималась с детства. А к причудам моим привыкли все, потому когда я объявила, что стану певицей, никто не стал перечить. Отец только пожелал, чтобы со мной всегда находился Клемент - его гвардеец, один из самых преданных солдат Дома. Я начала петь - и с удивлением поняла, что это нравится людям. Я получаю то, что хочу: славу, деньги, путешествия, развлечения. То, что могло стать недоступным из-за веления моего мужа, - она мотнула головой и в ее глазах появилась задорная искорка. - А вы, Фрэнк? Как вы стали тем, кем есть сейчас?
   Я промолчал. Не люблю пускать людей в свою душу. Да и история моей жизни займет немало страниц. Кора, по всей видимости, поняла мое настроение, так что настаивать не стала.
   - Знаете, - шепнула она доверительно. - У меня есть любимые цветы. Их выращивают только на Меркурии. Это розы, они удивительно черного цвета и очень редко распускают бутон. Обычно он плотно сжат, но приходит время, когда черные розы цветут. И их лепестки играют всеми цветами радуги, Фрэнк. Так вот вы напоминаете мне такой цветок - плотно сжатый, но придет время...
   Сказав это, Кора поднялась и вышла из гостиной, оставив меня сидеть с недоуменным выражением лица, уставившись на прекрасно-серебрянный Сатурн, заполнивший все небо.
   Я так и не смог уснуть в ту ночь, поэтому искусственно-желтое утро застало меня в том же кресле. Я думал всю ночь, но так и не смог понять, что она имела в виду, это странное и прекрасное видение безумной серебрянной ночи. Там меня и застал Атал Радж, который вышел в забавной пижаме с чашкой кофе в руках.
   - А вы все бдите, мистер Дрэйк? - слегка насмешливо спросил индиец, присев на кресло рядом со мной. Именно в том кресле сидела Кора.
   - Как видите, мистер Радж, - с легкой усмешкой ответил я. - Впрочем, пора бы узнать о планах леди Персефоны.
   - О, все очень просто. Примерно через два часа мы должны посетить губернатора Гипериона - они в близких отношениях с отцом леди. После чего - небольшая подготовка и вечером концерт в "Сатурн-холле". Не думаю, что у вас будет работа сегодня, мистер Дрэйк, - в голосе поверенного Коры прозвучала холодная насмешка. Я улыбнулся в ответ так же холодно.
   - В моем деле, мистер Радж, нельзя быть уверенным ни в чем, - я поднялся, подхватил свой пиджак и отправился в свою комнату.
   Приняв душ и освежившись таким образом, я долго подбирал наряд для визита к губернатору. Конечно, Фрэнк Дрэйк может выглядеть как угодно, но сейчас он представляет аристократку, известную на всю Систему. Я улыбнулся кончиками губ. Вот тебе работенка, Фрэнк, подумал я. Еще вчера ты бежал от высшего общества на дно города, а сегодня оно вытащило тебя и заставило принять приличный вид.
   Поразмыслив, я остановил свой выбор на коричневом костюме и лимонно-желтой рубашке. Повязав темно-зеленый галстук, я надел пальто и проверил, как люгер выходит из кобуры. Все было в порядке и я вышел из комнаты, надевая шляпу.
   Все уже собрались в гостиной. Леди Персефона, как всегда, была неотразима - в платье нежно-голубого цвета, подобранном под цвет глаз, на высоких каблуках и в легкой белой шубке. Рядом крутился Атал Радж, щеголевато повязавший платок на шею. Клемент, как всегда, был в своем мундире. Концертный директор Перейра оставался в Хилтоне - он должен был подготовить главный зал Гипериона к приему живой богини.
   Я успел выпить кофе, когда из холла гостиницы позвонили и сказали, что транспорт подан. Мы вышли из пентхауза и спустились вниз.
   Скажу откровенно, что охранять диву - работа не из сложных. Оттеснить самых нахальных поклонников, подпустить тех, что выглядят менее подозрительно, дать Персефоне время поулыбаться им и провести ее к лимузину. Особой опасности вокруг не было - лишь однажды мне пришлось грубо оттолкнуть какого-то парня, что пытался оторвать клочок платья леди. Думаю, определенную роль сыграла и моя репутация - слухи в Нью-Чикаго расходятся быстро, поэтому рыбки покрупнее знали, кто следит за безопасностью певицы.
   Не стану утомлять вас деталями визита к губернатору. В сам кабинет вошла Кора и ее вечный страж Клемент, нас с Раджем оставили в приемной. Впрочем, подали кофе, за что я был благодарен. Спустя какое=то время Персефона появилась из кабинета губернатора под руку с ним самим и объявила, что они со старым другом отца должны нанести визит мэру города. Никто особо не возражал - все явно привыкли к переменам настроения девушки.
   Визит к мэру был еще более скучным = пока они втроем, то есть Персефона, губернатор Харрис и мэр Филипп Ллойд мило ворковали за небольшим столом в центральном зале мэрии, мы сидели у входа и угрюмо молчали. Впрочем, как шепнул мне Клемент, настоящая работа должна была начаться вечером.
   Перед этим я уловил минутку и позвонил Джимми Нойзу. Заверил его, что работа идет своим ходом и вернулся обратно к леди Персефоне.
   Остаток дня прошел весьма скучно - мы вернулись в гостиницу, леди заперлась в своей комнате с Перейрой и, по всей видимости, обсуждала репертуар и наряды, а я дремал в гостиной.
   Спустя какое-то время меня грубо растолкал Атал Радж, заявив, что пора собираться. Ткнув мне в руки чехол, объяснил, что внутри = моя вечерняя одежда, поскольку являться в "Сатурн=холл" в моем плебейском рванье он не позволит. Я особо не возражал и отправился переодеваться, проклиная Джимми Ноулза, академика Руднева, его машину, алмазы Бреннигана и свою удачу, которая так невовремя повернулась ко мне филейной частью.
   Время от времени вспоминался ночной разговор с Корой, но я все никак не мог определиться, как к нему отнестись, потому по-философски решил просто подождать развития событий. В конце-концов, впереди будет еще не одна ночь - насколько я знал, леди Персефона собирается покинуть Нью-Чикаго только в воскресение, а сегодня был всего лишь четверг. Так что время есть.
   В чехле оказался весьма дорогой смокинг черного цвета, явно сшитый на заказ. Переодевшись, я взглянул на себя в зеркало и остался весьма доволен увиденным - он сидел как влитой, разве что кобура с люгером немного сковывала движения. Пригладив рукой волосы, я вгляделся в свои глаза. "Как изумруды". Что ж, леди Персефона, у вас есть шанс налюбоваться ими.
   С этими мыслями, насвистывая какую-то легкомысленную джазовую мелодию, я вышел из своей комнаты и застыл в изумлении.
   Старика Фрэнка Дрэйка нелегко удивить. Даже женщинам иногда приходится постараться, но тут я не смог сдержать восхищенный взгляд, который, впрочем, тут же приобрел ту же легкомысленную направленность, что и песенка.
   Леди Персефона, судя по всему, решила покорить всех своей непринужденностью, потому одела маленькое черное платьице, соблазнительно обтягивающее фигуру и открывающее все, что можно было открыть. Точеные ножки, каждый изгиб фигуры. Я почувствовал как пересыхает у меня во рту и отвернулся. Должно быть, она это заметила, потому что рассмеялась. Я ухмыльнулся. Да, Джимми должно быть сошел с ума, когда решил, что этой женщине нужна машина Руднева.
   Я взял себя в руки и, расправив плечи, вошел в гостиную, ловя на себе изумленные взгляды. Даже Атал Радж осмотрел меня с восхищением. Что ни говори, а старина Фрэнк иногда умеет выглядеть на все сто. Фигура у меня была весьма неплоха, благо, моя работа не позволяет обрастать жирком. Я подумал, что сейчас составлю конкуренцию тому же Джимми Ноулзу и даже начал размышлять о прелестях высшего света, но затем выбросил из головы всю эту чушь. Спокойно, Фрэнк, сказал я себе. Ты все равно не сможешь жить по их глупым правилам.
   Спустя несколько минут мы все вместе, за исключением Генриетты Соммерсет, спустились в холл "Хилтона". Персефона грациозно взяла меня под руку и мы прошествовали среди всего этого великолепия. Она улыбалась журналистам, а я, откровенно говоря, пытался спрятать лицо - не с моими занятиями позировать газетчикам. Впрочем, вряд ли это удалось. Теперь я понял, что имел в виду Радж, когда принес мне смокинг - на Гиперионе я стал не только советником по безопасности, но и кавалером леди Персефоны, потому должен был выглядеть достойно ее.
   Где-то в толпе я разглядел сияющее лицо Джимми Ноулза. Заметив мой взгляд, он подмигнул и куда-то скрылся. Я никак не отреагировал.
   Мы добрались до "Сатурн-холла" и Кору увели куда-то за сцену. За ней последовал Перейра и Клемент, меня же Радж придержал за руку.
   - Там Винсент справится. Ваша задача - следить за залом, мистер Дрэйк.
   Я лучезарно улыбнулся в ответ и отправился поискать что-нибудь выпить. Выступление Коры должно было начаться через несколько десятков минут, оркестр готовился, делать мне было решительно нечего.
   Вряд ли кто-то додумается совершить покушение на мою подопечную в "сатурн-холле". Огромный зал, конечно, дает простор для маневра, но в софитах встроены автоматические пушки, здесь полно охраны, да и публика не та. А если все же что-то произойдет, электронный мозг концертного зала среагирует быстрее меня. Когда-то, выполняя одну несложную работенку для некоего мистера Дэвиана - одного из мафиозных боссов Нью-Чикаго - я видел, как действует местная система безопасности. Мне нужно было выколотить из одного мелкого баронета часть долга - паренек слишком безрассудно играл - а он решил спрятаться здесь. Нет, на меня электронный мозг внимания не обратил. Зато когда кто-то слишком резко швырнул на сцену букет, певичку, что там выступала, окружило силовое поле, а несчастные цветы оказались под перекрестным огнем пушек. Того идиота сразу выставила охрана - таковы были правила. Когда это произошло, я пообещал баронету-игроку, что выброшу его на сцену, если он заартачится. Знаете, это подействовало лучше любого рукоприкладства.
   Поскольку беспокоится было не о чем - в конце=концов, снайперскую винтовку сюда не пронесут, а личное оружие, даже мой усиленный люгер, не пробьют защиту, - я решил слегка расслабиться.
   Добравшись наконец до бара, я заказал предельно охлажденную смесь джина, сухого мартини и водки и, потягивая бодрящий коктейль, огляделся в поисках знакомых. Пока никто не наблюдался, зато здесь же у бара примостилась парочка цыпочек. Я уже было собирался подкатить к миленькой рыжеволосой красоточке, когда кто-то хлопнул меня по плечу. Я резко обернулся - и оказался лицом к лицу с моим другом-федералом. Джимми показал мне большой палец.
   - Отлично выглядишь, Фрэнк. Тебе идет.
   - Спасибо, Джимми. Что нового?
   - Мы выяснили, что аукцион будет проходить в ночь с субботы на воскресение, - сказал он. - До этого времени ты должен настолько влиться в доверие к этой крошке, чтобы она взяла с собой тебя, а не свою черную глыбу. Сможешь?
   Я неопределенно пожал плечами.
   - В любом случае, ты обязан там присутствовать.
   - Это понятно, Джим. Ты мне лучше скажи, с чего вы взяли, что ей нужен этот электронный астролог?
   Лицо Ноулза стало серьезным.
   - По нашим данным, девочка связалась с нехорошими людьми. Ты слышал что-нибудь о "Пантеоне"?
   Я слышал раньше то да се, но предпочел умолчать об этом, потому отрицательно закачал головой.
   - "Пантеон" - это полурелигиозная тусовка, которой неймется поуправлять Системой. Они все известны под именами древних земных богов = с чего, думаешь, твою крошку так зовут? Проблема в том, что многие члены "Пантеона" вхожи в высший эшелон правительства и их влияние сильно. А с машиной Руднева они смогут поставить на нужную партию, поддерживать тех, кто им выгоден и, в конце-концов, стать здесь главными.
   - Будто они хуже тех, кто правит сейчас, - фыркнул я.
   - Может и не хуже, только моя работа состоит в сохранении статус кво, Фрэнк. А, значит, и твоя тоже. Мы, по крайней мере, не используем процессор в политических целях - только в научных. В этом я могу тебя заверить.
   Я сделал вид, что поверил, а сам задумался о том, что правильно выбрал место обитания. Все-таки, Внешние миры более свободны от контроля, да и Нью-Чикаго находится на особом положении. Я вдохнул кондиционируемый воздух "Сатурн-холла" с легким привкусом свободы и улыбнулся.
   - Так, вон твой индийский дружок, - Джимми кивнул в сторону толпы, где действительно проталкивался Атал Радж. - Мне пора. Сработай правильно, дружище, и ты не пожалеешь.
   Хлопнув меня по плечу, Джимми растворился в толпе, а я отхлебнул своего напитка, хмыкнул и повернулся к залу спиной. В это же время рядом появился Атал Радж.
   - Кто это был? - подозрительно спросил он.
   - Один приятель, - безразлично ответил я и знаком подозвал бармена. - Еще один, друг!
   Бармен кивнул и начал смешивать мой коктейль. Атал Радж уставился на меня с нескрываемым презрением.
   - Не понимаю, как ты заработал свою репутацию, - он покачал головой. - Пока я вижу перед собой наглого придурка, который только хлещет алкоголь и курит сигарету за сигаретой, пока все остальные заняты делом.
   Бармен поставил передо мною коктейль и деликатно удалился.
   - Спасибо, что напомнил, - сказал я Раджу, доставая сигареты из кармана и прикуривая. Атал презрительно фыркнул.
   - Выступление начнется через десять минут. Будь так добр, дойди до сцены в трезвом виде!
   Я улыбнулся и он куда-то умчался. Значит, мы уже перешли на ты, да, моя индийская милашка? Впрочем, я решил не реагировать. "Пантеон" - вот, что занимало сейчас мою голову. Если крошка Кора и вправду входит в эту секту, мое дело дрянь. Джимми крепко меня подставил, если это правда. Я кое-что слышал о делишках этих ребят в поясе астероидов. Говорят, будто они привезли на какой-то кусок камня целое племя, невесть откуда взявшееся на цивилизованной Земле, и играют там в богов. Еще ходили слухи, будто эти ребятишки предпочитают человечину, но это уже был откровенный бред. Но с ними стоит держать ухо востро. Персефона, значит... Королева подземного царства. Ну что ж, поиграем.
   Я залпом допил коктейль и направился к сцене. Это было нелегко - протолкнуться через толпу поклонников. Некоторых пришлось грубо расталкивать, потому мне вслед иногда доносились проклятья. Впрочем, это было частью работы, так что я не обращал на это внимания. В общем, к началу выступления я успел. Подобрался как раз вовремя, чтобы увидеть, как леди Персефона выходит из-за кулис. Зал взорвался апплодисментами и мне резко захотелось заткнуть уши или убраться отсюда куда-то в уютное теплое местечко. Впрочем, оркестр начал играть и все быстренько заткнулись, принеся старине Фрэнку несказанное облегчение.
   Я прикрыл глаза, чтобы послушать музыку, и она сделала свое дело. Кора пела джаз, красивый легкий джаз, будто дождик летним днем, но вот приходят тучи и темп ускоряется, усиливается дождь, будто начинается буря. Я улыбался, чувствуя, как эта музыка уносит меня куда-то в непонятную страну детских грез и страхов. Я открыл глаза, когда ощутил на себе чей-то взгляд. Это была Кора. Она смотрела на меня. Она пела для меня. Наши взгляды встретились - и вы не поверите, но в глубине души старого бродяги Фрэнка Дрэйка что-то дрогнуло. Что ж, быть может, она и права, эта богиня подземелия и мертвецов. Быть может, моя душа - черный бутон розы, который может раскрыться однажды.
   Я усилием воли заставил себя отвести глаза и оглядеться. Публика была зачарована. Люди стояли, покачиваясь в такт музыке, даже те, кто купил места на балконах. Кто-то что-то шептал, у многих глаза были закрыты. Эта музыка очаровывала людей, как очаровала меня.
   Думаю, что описывать происходящее далее не имеет смысла - Кора пела полтора часа и все полтора часа люди были словно в трансе. Теперь я понимал, что она имела в виду, когда говорила, что у нее есть все. Да, у нее есть власть. Власть над душами этих людей.
   После окончания концерта мне стало немного страшно, потому что внутри меня что-то изменилось. Будто в каменном сердце старины Фрэнка пошла трещинка. Мне срочно нужно было выпить и я устремился к бару, пока рядом не появился чертов проныра Атал.
   Прикончив несколько коктейлей, я нашел Атала Раджа и вместе с ним пошел встречать леди Персефону - и вот тут-то случилось кое-что непредвиденное. Когда она выходила в зал, один из поклонников выхватил нож и бросился на нее. Я резко шагнул вперед, заслоняя Кору, которая испуганно отпрянула назад, и встретил его прямым в челюсть. Парень мотнул головой и мой кулак только скользнул по его виску. Он что-то прорычал и неумело замахнулся на меня, но я перехватил руку с ножом и вывернул ее назад, второй рукой обхватывая его за шею. Причинять ему вред мне как-то не хотелось, пусть этим занимается местная охрана.
   - Ч-чертов ублюдок, - прохрипел он. - Слуга Аида...
   В этот момент охрана "Сатурн-холла" как раз подбежала к нам, я передал им чертова психа, успев напоследок оглядеть его нож. Весьма миленький, но совершенно непригоден для боя - короткая рукоять, неудобное массивное лезвие, он больше напоминал штык, украшенный непонятной вязью.
   Осведомившись у леди Персефоны о ее самочувствии, я нашел начальника охраны концертного зала и попросил передать мне сведения и нападавшем, как только они их получат. Тот любезно заверил, что все будет в лучшем виде, но парня они отдадут полиции, как только те соизволят приехать. Я выразил надежду, что до приезда полиции они все-таки узнают его имя, поскольку это все грозит большим скандалом - как-никак, имя Персефоны гремит на всю Систему. Кроме того, я напомнил ему о дружеских отношениях дивы с губернатором и мэром. Малый кивнул и пообещал сделать все, что в его силах.
   Я вернулся обратно к Коре, которую на время увели в гримерную. Она вся дрожала, рядом крутился Атал Радж и бесполезной глыбой возвышался Винсент Клемент. Я не стал порицать охранника - мне просто повезло, что я оказался ближе к нападавшему, чем он, тут не было его вины. Перейра носился по закулисью, угрожая судебными исками заведению и грозя свернуть концерты.
   - С вами все в порядке, леди? - еще раз спросил я.
   - Д-да, мистер Дрэйк, все в порядке. Никак не привыкну, что у известности есть обратная сторона, - сказала она, очаровательно улыбнувшись дрожащими губами. Я кивнул и поднял глаза на Раджа.
   - Быть может, лучше будет, если леди Персефона окажется в гостинице? - невинно уточнил я.
   - Да-да, - рассеянно и слегка напуганно кивнул Атал Радж. Я кивнул Винсенту Клементу, тот уверенно наклонил голову в ответ. Похоже, мы поняли друг друга, поскольку телохранитель что-то зашептал на ухо Коре, а я смог ненадолго смыться отсюда, чтобы поразмыслить кое над чем. Например, над последними словами этого ненормального, что додумался броситься на звезду Системы на глазах у сотен поклонников. "Слуга Аида". Это органично вписывалось в общую картину, которую мне раскрыл Джимми Ноулз, но никак не вписывалось в этот вечер. Либо принадлежность Коры к "Пантеону" - никакой не секрет, либо враги "Пантеона" полнейшие идиоты. Кстати, интересно, а кто у них вообще враги? Святая Инквизиция? Я расхохотался во весь голос, привлекая к себе внимание окружающих. В общем, эту версию стоило проработать.
   От начальника охрану "Сатурн-холла" я узнал, что парня зовут Микаэль Гальяни - этого мне было достаточно, чтобы сделать небольшой запросик у своих осведомителей. С чувством выполненного долга, я вызвал такси и отправился в "Хилтон", куда ранее отвезли мою подопечную.
   В холле хотел было связаться с Джимми Ноулзом, но решил, что мой дружок=федерал перебьется. И так слишком много событий. Потерпит до завтра. Поэтому я заглянул в ресторан, выпил немного виски и поднялся в пентхауз.
   Здесь уже все спали. Мне же, несмотря на бессонную прошлую ночь, спать почему-то не хотелось. Над городом вновь сиял Сатурн. Я устало развязал галстук-бабочку, оставив его болтаться на шее, расстегнул верхнюю пуговицу рубашки и запонки и повалился в кресло, массируя запястья. Все следовало хорошенько обмозговать.
   Итак, что мы имеем. Мы имеем похищенный секретный прибор. Мы имеем некую полурелигиозную организацию, которая хочет его заполучить. Мы имеем звездную диву, которая замешана в эту историю. Мы имеем покушение на звездную диву, которое решил провести идиот. Мы имеем двадцать бриллиантов, стоимостью со среднюю планету. И мы имеем идиота-частного детектива, который совершенно не понимает, что происходит вокруг, хотя все кажется безумно простым.
   Все-таки, неувязки есть. Это покушение все никак не давало покоя старине Фрэнку. Понимаете, оно никак не вписывалось во всю картину. Разве что кому-то очень хочется, чтобы я думал, что девушка принадлежит "Пантеону". Но зачем? Да и не катит этот идиот на серьезного убийцу. Так, шваль подзаборная.
   Я зевнул = все это глупое и нелепое дело меня утомило. Чего они все хотят? Джимми хочет вернуть процессор. "Пантеон" хочет заполучить процессор. Неизвестный похититель хочет продать процессор. Еще некие неизвестные лица хотят купить процессор. И один растерянный частный детектив хочет спать. Все. Пора.
   Я выпрямился, потянулся и направился в свою комнату. Разделся, не включая света и разбрасывая вещи где попало. К черту все. Пусть такими мелочами горничные занимаются. Даже кобуру бросил кое-как. Ее точно никто не утащит. А утро вечера мудренее - глядишь, что и придумаю.
   Только присев на кровать, я услышал чье-то дыхание. И как-то сразу догадался, кто мирно сопит в моей постели. Осторожно, чтобы не разбудить ее, я забрался под одеяло. Кора что-то промурлыкала во сне, нащупала мое плечо и уложила туда свою прелестную головку, нежно проведя рукой по моей груди.
   Если вы думаете, что старого бродягу Фрэнка невозможно разжалобить, вы глубоко заблуждаетесь. Прелестная мордашка леди Персефоны была столь несчастна, что мне захотелось бросить всю свою ненужную свободу у ее ног и защищать это небесное создание до конца своей жалкой жизни, будь она хоть самим Сатаной. Я обнял ее и уставился в потолок, чувствуя, как на моем лице расплывается широкая улыбка.
   Только вот почему, если все так хорошо, в глубине моей души скребут настырные кошки?
   Когда серебрянная ночь сменилась неожиданно ярким утром, я открыл глаза. Коры рядом не было - только смятая подушка и едва уловимый запах духов убеждал меня в том, что это был не сон. Да уж, если эта крошка играет, она чертовски хороша.
   Как говорил один мой знакомый, женщин можно разделить на три типа. Первый пытается заполучить мужчину любой ценой, потому что возможностей у него маловато: то красоты не хватает, то ума. Второй пользуется мужчинами и расплачивается с ними через постель. Что касается третьего типа, им не нужно даже расплачиваться: большинство тех, у кого есть что-то в штанах, побежит за ними самостоятельно. Похоже, если Кора обманывает меня, то принадлежит она как раз к третьему типу.
   Я еще немного повалялся в кровати, затем опустил ноги на пушистый ковер и побрел в ванную. Насколько я помнил слова Атала Раджа, из-за вчерашнего происшествия сегодня у леди Персефоны был выходной - вплоть до очередного вечернего выступления все в том же "Сатурн-холле". На сей раз все могло затянуться, поскольку ночь с пятницы на субботу традиционно принадлежала гулякам и даже леди Персефона не могла с этим поспорить. А, значит, вечеринка затянется до утра. Поэтому я решил дать себе небольшую поблажку. Мурлыкая что-то под нос, напустил полную ванную горячей воды и вылил туда какие-то смеси из гостиничных пакетиков = благо, их было полно. Когда все было готово, опустился в пенное царство и прикрыл глаза. Да, бродяга, думал я, давно у тебя не было столь роскошной жизни. Душевые кабинки, быстрая еда, постоянно в бегах, волочишься по всем канавам Системы, разыскивая объедки. Впрочем, иногда тебе везет, старый ты дурак, вот как сейчас. Я с наслаждением потянулся. Но какая-то часть мозга все равно оставалась холодной и советовала не расслабляться. А интуицию я никогда не реагировал. Поэтому, пока все тело отдыхало, разум строил план действий.
   До аукциона оставалось немногим более суток. После этого Персефона либо купит эту чертову машину, либо не купит, уступив другим игрокам. В любом случае, попасть на торги стоило - мне нужно было выяснить, кто украл процессор и прознать, к кому он попадет впоследствии, чтобы достать его для Джимми Ноулза и его чертовой конторы. Надеюсь, парни из Бюро прикроют меня, потому что в противном случае детективу Дрэйку из Нью-Чикаго вряд ли поздоровится, несмотря на всю его крутость.
   И все же не стоило забывать о подобной возможности и разработать планы для прикрытия собственной задницы. Значит, мне может понадобиться кое=какое прикрытие. Кроме того, нужно выяснить, что это за Микаэль Гальяни, а, может, и поболтать с ним по душам. А это значит, что хватит отлеживаться, пора приниматься за работу, изнежившийся дурак!
   Я резко открыл глаза и выпрямился. Взглянув на часы понял, что пролежал в ванной не более десяти минут. Сейчас было двадцать минут десятого и я не сомневался, что вокруг все сладко спали. Самое время, чтобы ненадолго покинуть гостиницу и подготовиться к завтрашнему вечеру.
   Тщательно растершись полотенцем, я надел свой обычный серый костюм и белую рубаху, повязал галстук и, взяв пальто и шляпу, вышел из комнаты. Позвонив портье, попросил подготовить мой "кэдди", который пылился где=то в гаражах гостиницы, услышал ответ, что машина будет готова через десять минут и решил выпить чашку кофе.
   Спустя десять минут я садился в машину, параллельно дозваниваясь в свою контору. Бодрый голос робота заявил, что у меня двадцать пять непрочитанных сообщений и тут же начал перечислять звонивших. Меня интересовало лишь последнее сообщение - оно как раз касалось сеньора Микаэля Гальяни. Как выяснили мои осведомители, Гальяни был обычным клерком в одной из финансовых контор Нью-Чикаго. Никаких темных делишек, серая мышь, каких много. Почему он напал на диву было совершенно неясно. Значит, нужно спросить у самого нападавшего, решил я и отправился в департамент полиции.
   На место, несмотря на утренние пробки, я прибыл минут через двадцать (всего-то надо было проползти парочку кварталов). За это время я успел увидеть множество газет, где на первых полосах значилось вчерашнее происшествие и (к моему величайшему неудовольствию) была помещена моя фотография в момент борьбы с нападавшим. Чертовы газетчики, вечно путаются под ногами. Но я знал, что знаменитостью в Нью-Чикаго остаешься недолго - уже завтра вас сменит какой-то безумный шпагоглотатель или другой персонаж местного газетного фольклора.
   Припарковавшись на стоянке для полисменов, я пошел ко входу в участок. Справившись у дежурного офицера насчет своего старинного знакомого, лейтенанта Тома Кэлхауна, я получил ответ, что тот на месте и направился к его кабинету, стараясь не привлекать внимания. Впрочем, мне это плохо удавалось - кое-кто из копов даже в шутку попросил автограф. Я - так же шутливо - предложил расписаться у него на физиономии. Я вовсе не против хороших шуток, так то.
   Добравшись наконец до кабинета Тома, я вошел без стука и уставился на довольную физиономию этого расхлябанного толстяка, за неказистой внешностью которого скрывался острый ум а под добродушной улыбкой вполне могли прятаться клыки. Впрочем, там они и прятались. Я давно и довольно-таки неплохо знал Тома Кэлхауна - когда я прибыл, он был детективом отдела убийств и я пару раз здорово его выручил. Впрочем, он в долгу не остался и тоже помогал мне в меру сил и возможностей.
   - Ба! Целый Фрэнк Дрэйк собственной персоной! Звезда охранного бизнеса! Давно бляху сменил, Фрэнк? - Том расхохотался. Этот парень считал себя чертовски остроумным и часто смеялся невпопад. Впрочем, я привык к его странностям.
   - Привет, Том. Как твой геморой? Не мучает? - усмехнулся я и в ответ услышал пару крепких словечек.
   - Слыхал, ты теперь обретаешься в высшем свете, малыш Фрэнк?
   - Да, подтираю задницу шелком и купаюсь в шампанском, - в тон ему ответил я.
   - Смотри, не зазнавайся! - Кэлхаун погрозил мне толстым пальцем. - Ну давай, признавайся, зачем тревожишь старика?
   - Есть одно дельце, Том. Вчера вам доставили парнишу - Микаэль Гальяни. Нужно с ним потолковать о том о сем.
   - Это несложно, - пальцы Тома забегали по клавишам компьютера. Он что-то читал на экране, затем лицо его вытянулось. - Ты ничего не путаешь, Фрэнк?
   - А что? - заинтересовался я.
   - Парня по такой фамилии в полицию не доставляли. Ни вчера, ни сегодня, ни даже позавчера, если уж на то пошло, - развел руками Том.
   - Это точно? - переспросил я, пытаясь казаться беззаботным.
   - Точнее некуда. Извини, малыш Фрэнк, но ты не по адресу. Впрочем, я как раз собирался перекусить. Составишь мне компанию?
   Делать пока было нечего, поэтому я согласился.
   Мы устроились в небольшом бистро напротив департамента. Том взял себе яичницу с сосисками, я - несколько блинчиков и кофе.
   - Как вообще жизнь, малыш? - спросил он.
   - Неплохо, Том, неплохо, - ответил я, ковыряя вилкой блины. - Только как-то странно.
   - Разберешься, - уверенно сказал Том. - Ты всегда был умным парнем.
   - Не всегда, Том, не всегда, - засмеялся я. Мы немного пообсуждали прошлые делишки, а потом он сказал:
   - Я тебе этого не говорил, малыш, но я бы на твоем месте был поосторожнее.
   - С чего бы? - насторожился я.
   - Слухи ходят, будто кто=то тебе зла желает. Не знаю, с чего и не знаю кто, но среди наркош птички поют, будто кто-то сильный ополчился на Фрэнка Дрэйка. Ты из-за своей дивы в городе не показываешься, вот и не слышишь. Так что следи за тылами. Если что - знаешь, где меня найти.
   Я сердечно поблагодарил Тома за информацию и пошел к "кадди", раздумывая, кто бы мог возжелать мне недоброго. Нет, кандидатов, конечно, хватает, даже среди сильных этого города. Вопрос лишь в том, почему именно сейчас - это совпадение или еще один элемент паззла, который следует вставить, куда следует. Впрочем, можно пока выбросить это из головы - в любом случае, первую атаку я постараюсь отбить, а большинство сильных мира сего ловится именно на исполнителях, из которых слишком легко выбивать правду.
   Подъехав к "Сатурн-холлу", я перекинулся парой слов с охраной и попросил позвать того малого, что у них тут главный. К моему удивлению, начальник охраны концерт-холла оказался вовсе не нем парнем, с которым я судачил вчера - тот был худой, а этот - плотный и крепкий. И о своем "сменщике" он явно слышал впервые. Я поблагодарил парня за сотрудничество и решил заехать в контору Микаэля Гальяни - вдруг что прояснится.
   История становилась все нелепей и нелепей. Какая-то чертова теория заговора, вы не находите? Сначала этот электронный астролог, потом тайные общества, потом - подмена в охране "Сатурн-холла". Я закурил сигарету и, пока вел машину, кое о чем начал догадываться. Впрочем, если мои догадки верны, то и нападавшего зовут вовсе не Микаэль Гальяни.
   Проверить это было легко - я забежал в приемную их конторы и попросил позвать господина Гальяни. Секретарь - весьма миленькая цыпочка, то и дело бросавшая на меня жаркие взгляды - нажала пару кнопок и, спустя пару минут, передо мной появился сам сеньор Гальяни - мужчина лет пятидесяти, с большой лысиной, крючковатым носом и излишним весом. Я кивнул ему и начал нести всякую чушь о том, что работаю в "Сатурн-холле", а там-де кто-то (не он ли?) потерял документы на имя Гальяни. Тот долго пожимал плечами, а потом заявил, что в жизни не приближался к "Сатурн-холлу" и это может подтвердить кто угодно, так что произошла какая-то ошибка. Я извинился и укатил оттуда фактически ни с чем.
   Всю дорогу до "Хилтона" я думал. Ясно, что все это нападение было разыгранным до мелочей - кто-то проверял защиту леди Персефоны. А это, в свою очередь, значит, что в игру с машиной Руднева вступила третья сила, которая вышла на этап силового прощупывания. Скорее всего, у них попросту нет денег, чтобы тягаться с "Пантеоном", но в аукционе они поучаствуют. А затем попытаются отобрать процессор силой. Надо бы сообщить обо всем Ноулзу, иначе я останусь без прикрытия в самый неподходящий момент.
   Так я и сделал: позвонил Джимми из холла гостиницы и обо всем рассказал. Тот воспринял все серьезно и обещал поддержку, главное, чтобы я отправился на аукцион любым путем. Я заверил его, что так и сделаю и отправился наверх, в пентхауз.
   В лифте взглянул на часы и довольно усмехнулся - на все про все ушло часа два, сейчас было полдвенадцатого и оставался шанс, что мое отсутствие никто не обнаружит. Войдя в гостиную, я понял, что не прогадал - все еще спали или находились в своих комнатах, что меня вполне устраивало.
   Судя по сполохам и разом потемневшим облакам, внизу собиралась гроза. Вообще, грозы на Гиперионе не редкость - то ли климатическую установку изначально так собрали из-за какого-то извращенного вкуса первопоселенцев, то ли в последнее время она начала барахлить, но солнечная погода здесь - редкость. Впрочем, я не жалуюсь. Я люблю дождь. Да и наблюдать за ним сверху - весьма интересное зрелище.
   В этом вся прелесть маленьких и густонаселенных кусков камня: здесь есть здания, которые выныривают за пределы облаков, нависают над ними. В Нью-Чикаго таких небоскребов около десятка и одним из них, как я уже говорил, является башня Хилтона. Я снял пиджак, закатал рукава рубашки и налил себе виски. Затем подвинул кресло к огромному обзорному окну и насладился великолепным видом - здесь сияло искусственное солнце, а где-то у моих ног густо-фиолетовый покров облаков кромсали молнии. Восхитительное зрелище, доложу я вам.
   - Как красиво, - выдохнула Кора за моей спиной. Я отсалютовал ей бокалом виски. Разумеется, я слышал, как она вошла и кралась, чтобы остаться абсолютно не замеченной, но девчушке стоит сделать приятно - хотя бы в благодарность за эту ночь. Вы сочтете меня идиотом, потому что ночью ничего такого не происходило, но в жизни Фрэнка Дрэйка было слишком много "такого" и слишком мало других моментов - более нежных и уютных. Помните, я уже признавался, что весьма романтичен?
   - Я начинаю завидовать вам, Фрэнк. На Земле такого не увидишь.
   С этим я был полностью согласен, о чем ей и сказал. Кора присела рядом, взяла мой стакан и отпила оттуда хорошенький глоток. Да, малышка не промах - даже не поморщилась от плебейского напитка.
   - Спасибо, Фрэнк, - сказала она, посмотрев на меня своими сапфировыми глазищами. - Я так и не поблагодарила вас. Вы спасли мне жизнь. И... спасибо за эту ночь. Я ждала вас. Где вы пропадали?
   - То там, то сям, - невпопад ответил я. - Пытался понять, кто это вас невзлюбил.
   Она рассмеялась.
   - О, Фрэнк! Мой герой без страха и упрека! Но все гораздо проще, среди фанатов нередко попадаются те, кто хочет убить меня.
   "А потом подсылают своего начальника охраны и называются чужим именем", - немного зло подумал я, но вслух этого не сказал.
   - Быть может это и так, леди, но вы наняли меня, чтобы я обезопасил вас в Нью-Чикаго, вот я и делаю свою работу, - ответил я.
   - Вы превосходны, Фрэнк.
   Я согласился, что наверное, это так. Она вдруг обхватила своими длинными пальцами мое запястье.
   - Фрэнк, почему вы так себя ведете? - голос Коры стал вдруг тихим и прерывистым.
   - Как, леди?
   - Будто между нами ничего не происходит...
   - Послушайте, Кора, - я осторожно взял ее руку и отвел ее в сторону, затем взглянул в ее голубые бездонные глаза. - Я считаю, что для всех будет лучше, если ничего не произойдет.
   - Вы... вы... - она едва не задохнулась от ярости. - Вы - бессердечный, гадкий, холодный! Бесчувственный, ледяной, каменный, вы - чертов истукан!
   На глазах у нее блестели слезы. Могу поспорить, что настоящие.
   - Фрэнсис Дрэйк, я не желаю вас видеть больше, вам понятно? Я сейчас же расторгну наш контракт, вы, жалкое ничтожество, которое не способно ни на что, кроме как надираться и драться! - она начала колотить меня своими кулачками.
   - Ну хватит! - мне это порядком надоело, потому я выпрямился, взял ее за плечи и поставил рядом.
   - Послушайте меня, вы, избалованная девченка! Если вам станет легче, считайте меня бесчувственным чурбаном, но сейчас я выполняю работу, а нежные чувства в ней могут только помешать! Поэтому прошу вас, отправляйтесь в свою комнату, отдыхайте, флиртуйте с поклонниками и не мешайте мне вас защищать. Обо всем остальном мы можем поговорить после того, как мой контракт закончится. Вам ясно? - я слегка встряхнул ее, чтобы привести в чувство. Она удивленно заморгала - конечно, вряд ли кто-либо так разговаривал с ней.
   - Мне... мне ясно, - произнесла она.
   - Отлично! - я отпустил ее и устало плюхнулся обратно в кресло. Она взглянула на меня со смесью восхищения и ненависти и, поджав губы, ушла к себе. Я отхлебнул еще виски. Черт, а ведь девченка, похоже, не врет. Она действительно втюрилась в старину Фрэнка. А самое ужасное во всей этой истории, что и сам мистер Дрэйк не остается равнодушным к Коре. Я потер виски и устало прикрыл глаза. Черт, Фрэнк, только этого тебе сейчас и не хватало.
   День прошел без происшествий, я даже подумывал убраться из пентхауза ненадолго, но Атал, видимо, решил корчить из себя няньку и не спускать с меня глаз. Мне до чертиков надоело его недремлющее око, но сделать что-то, не вызвав при этом подозрений, я не мог. С чего ради нанятому частному детективу покидать место работы? Вот, то-то и оно.
   Поэтому весь день я проболтался в пентхаузе, ловя на себе раздраженные взгляды Коры, которые перемежались мечтательными взорами. Вечером же, облачившись в очередной смокинг от Раджа - на сей раз, он был белым, отправился вместе со всеми в "Сатурн=холл" в надежде, что сегодня никто не будет пытаться угробить мою клиентку и даст мне возможность хорошенько надраться.
   Впрочем, надраться я смог и так - вечеринка затянулась до поздна. Ничего интересного не происходило, так, танцы, выпивка, кое-где - наркотики и сливки общества, окружающие меня со всех сторон. Кора время от времени выступала, спускалась со сцены - но за ней следил Клемент, мне же было приказано "осматриваться", что я с удовольствием и делал, поглощая джин в огромных количествах.
   Естественно, опьянение облегчения не принесло. Мне хотелось пробраться к Персефоне, дать в рыло кому-то из ее фанатов, саму ее подхватить на руки и увезти куда-то подальше, в какой-нибудь райский уголок, где даже Джимми Ноулз с его федералами не сможет нас найти. Но я сдерживался, потому что знал к чему приводят подобные импульсивные решения. Ромео был слабаком, но малый по имени Шекспир четко указывал на загробный мир.
   Я знавал немало парней, которые скопытились из-за красоток, потому что не смогли удержать себя в узде. Один из таких умер у меня на руках, потому что его детка спуталась с каким-то чокнутым ганфайтером и тот принялся палить по бывшему из своей огромной пушки. Того парня пришлось успокаивать мне, а вот мой приятель остался с дырой в груди, размером с дыню. На последнем издыхании он проклял женщин и все, что с ними связано, и отдал богу душу.
   Поэтому я решил вести себя посдержанней. Были и другие причины: несмотря на все интриги, что плелись где-то рядом с моей скромной персоной, все было подозрительно тихо. А подобные затишья меня не радуют - они зачастую говорят, что что-то намечается. Причем, это что-то может иметь для старины Фрэнка не самые радужные последствия.
   Я все накачивался, когда рядом, словно призрак, появилась Кора. Ничего не говоря, она схватила меня за руку и потащила куда-то в сторону запасного выхода из "Сатурн-холла". Клемента нигде не было видно. Я попытался было воспротивится, но она оказалась весьма настойчивой и практически вытолкала меня из клуба.
   - Какого черта вы творите, Кора? - поинтересовался я.
   - Слушайте и не перебивайте, Дрэйк, - весьма холодно сказала она. - Мне нужно посетить одно... мероприятие. Боюсь, что Винсент там окажется лишним. Могу я рассчитывать на вас?
   Черт, вот оно и начинается. Похоже, Джимми слили неправильную информацию. Аукцион пройдет не завтра, а сегодня.
   Я кивнул, все еще плохо соображая: все-таки алкоголя за вечер было многовато. Однако, Фрэнк Дрэйк умел стремительно трезветь, когда это мешало работе, а сейчас был именно тот момент.
   - Тогда предлагаю взять такси и заехать в "Хилтон". Пока я подготовлюсь, вам стоит разыскать свой мобиль и ждать меня у входа. За эту прогулку, Фрэнк, вы получите еще сто тысяч, - черт, и куда только делась несчастная влюбленная крошка? От Коры веяло властностью и холодом и в этот момент мне показалось, что она не так уж и невинна, как кажется на первый взгляд.
   Все дела в гостинице заняли не более пятнадцати минут. Когда я сел за руль "кадди", Кора как раз выходила из холла. На сей раз она была в сером брючном костюме и огромных солнцезащитных очках. На руках - изящные кожаные перчатки. Кора несла с собой небольшой чемодан - полагаю, внутри были деньги.
   Она села на пассажирское сидение и назвала адрес. Я знал это место - оно находилось не в самом благополучном районе Нью-Чикаго. Небольшой дом, где очень часто собирались нелегальные воротилы, которые не желали, чтобы их тревожили копы и федералы. Владельцем этого дома был некто Эллиот Стерн и он зашибал неплохие деньги, сдавая его "внаем". Среди низов общества это место называли "Дворец Молоха", я же именовал его Богадельней.
   Мы мчались ночными улицами Нью-Чикаго, распугивая ревом мотора случайных прохожих и зевак. Мне приходилось вести машину так быстро, потому что Кора заявила, что времени у нас маловато - нужно было вернуться обратно на вечеринку. Сейчас она вне подозрений, потому что все считают, что леди Персефона общается кое с кем из верхушки Гипериона, но пропажу могут обнаружить.
   Закладывая крутые виражи и не обращая внимания на светофоры, я гнал "кадди" по раздолбанным улицам сити, которые становились все хуже по мере удаления от центра. Мы пересекли деловой квартал, пронеслись мимо парковой зоны и вкатились в полутрущобы.
   Город менялся на глазах - если только что нас окружал дорогой лоск, сверкающие вывески, роскошные рестораны и гостиницы, кабаре клубы высшего сорта, то теперь все это сменилось обшарпанными домишками и мрачными переулками, дешевыми забегаловками да шлюхами на улицах. Порочная часть Нью-Чикаго во всей красе.
   Пару раз мне даже приходилось объезжать трупы - по всей видимости, свежие, поскольку с улицы отчетливо доносились звуки перестрелок. Полиции здесь делать было нечего, да они и не совались, разве что с облавами, когда все копы города сгоняются в одно место и берут количеством да слезоточивым газом. Но об облавах местных воротил всегда предупреждали продажные полицейские - а иначе зачем на них тратить деньги?
   Я остановил "кадди" у Богадельни и вышел на улицу, не скрывая люгера под мышкой. Впрочем, это была излишняя мера предосторожности: у местных ребятишек хороший нюх на неприятности, а дом мистера Стерна мог их доставить. Так что тут и тачки, и посетители могли считать себя достаточно защищенными.
   Мы подошли к двери, Кора постучала. В окошло высунулась морда мрачного верзилы. Кора дала ему какую-то бумажку, тот кивнул и открыл дверь. Я попытался протиснуться вслед за ней, но верзила остановил меня.
   - Об этом речи не было, - заявил он.
   - Он - мой телохранитель, - высокомерно заявила леди Персефона. - Ты же не думаешь, что я приеду сюда одна?
   - Но правила... - попытался было протестовать верзила.
   - Правила? - фыркнула Кора. - Кого интересуют правила? Может, ты хочешь поговорить о них с Элли? Или с людьми, что сейчас в здании? То-то же.
   Верзила отступил и дал мне пройти. Я мило улыбнулся ему и развел руками: мол, и сам бы не прочь отсидеться в машине, да только хозяйка не позволит. Сам же размышлял, как бы выпутаться из всего этого живым. Ясно, что никакого прикрытия у меня нет. Быть может, загадочный похититель пронюхал, что Бюро плотно село ему на хвост и перенес мероприятие специально, чтобы смыться с деньгами?
   Тем временем, мы прошли по длинному коридору и поднялись на самый верхний этаж, где нас встретил второй верзила - по виду, точная копия первого - и провел в какую-то комнату с огромным стеклом напротив двери.
   Я знал, что сейчас произойдет. Хорошо организованный аукцион по продаже кое-какого нелегального имущества. Служители будут выносить это в центральный зал, окруженный небольшими комнатами, и называть цену лота. Никаких имен, только номера кабин. Мы не видим других покупателей, они не видят нас. Для ставки существует кнопка на столике. Одно кресло. Телохранитель может и постоять - на то он и прислуга.
   Обычно ради одного лота это все не устраивают, но ведь процессор Руднева - не просто лот, не так ли? Впрочем, тут может пройти несколько торгов. Кто знает, быть может не все покупатели пришли именно за процессором, подумалось мне неожиданно.
   Так и вышло. Торги затягивались. Лоты были по большей части неинтересными - драгоценности, живой товар, акции, даже чьи-то жизни. Все это не было в новинку здесь, в темном городе. Обычные делишки для Нью-Чикаго.
   Однако, пока мы ждали появления нужного лота, я заметил, что торгуются многие. Всего в зале было десять кабин-комнат и семь из них то и дело вспыхивали алым, показывая заинтересованность покупателей. "Молчали" только мы, под номером пять, да еще третья и девятая кабины. Значит, покупателей трое. Что ж, у моей крошки есть все шансы заполучить то, что она так жаждет, то есть, процессор Руднева.
   Я уже начал позевывать, когда наконец объявили последний лот.
   - Итак, украшение любой коллекции и последняя выгодная сделка на сегодняшний вечер - алмаз Бреннигана! Один из двадцати превосходных камней, которые считались утраченными на века! Одна двадцатая "Украшений Короны", сокровище, за которое несложно отдать миллиарды!
   Я весь напрягся. Что это значит, черт возьми, один из двадцати? Но потом до меня дошло: если этот лот выставляют для определенных покупателей, нет смысла говорить, что это на самом деле, ведь тогда его захотят заполучить все, а так - это всего лишь часть легенды. Весьма дорогая и опасная часть.
   - Стартовая цена - сто миллионов кредитов!
   Да уж, явно не продешевили. Впрочем, это стоимость камня, а не того, что находится у него внутри. То, что внутри стоит гораздо дороже.
   Кора нажала на кнопку.
   - Двести миллионов от покупателя номер пять!
   Рядом вспыхнула еще одна кабинка.
   - Третий номер дает триста! Кто больше!
   Еще вспышка.
   - Четыреста миллионов от покупателя под номером девять! Кто даст полмиллиарда?
   Снова мигнула третья.
   - Полмиллиарда кредитов!
   Вспышка от номера девять.
   - Шестьсот миллионов за алмаз Бреннигана!
   Номер три, номер девять, снова номер три. Эти ребята всерьез ввязались в драку. Кора же, казалось, потеряла интерес к происходящему, лениво наблюдая за происходящим.
   Когда цена достигла миллиарда двести, третья кабинка стала менее активной. Зато девятая довела сумму до полутора миллиардов.
   - Итак, полтора миллиарда! - заявил голос распорядителя. - Неужели никто не хочет дать больше?
   Пальцы Коры забегали по цифровой клавиатуре на столике. Наша кабинка мигнула и это произвело эффект разорвавшейся бомбы.
   - Два миллиарда кредитов, дамы и господа, два миллиарда! - распорядитель помолчал, ожидая реакции остальных покупателей, но ее не последовало. - Два миллиарда - раз! Два миллиарда - два! Два миллиарда - три! Продано покупателю под номером пять!
   Кора удовлетворенно кивнула и положила на колени свой кейс.
   - Вот так-то, - заявила она. - Хороший камешек, не так ли, Фрэнк?
   Неплохой, подумал я. Весьма неплохой.
   - Я думаю оправить его и возить с собой на все выступления. Это будет нечто - словно талисман, настоящий алмаз Бреннигана! - ее щеки порозовели от возбуждения, а меня словно обухом ударили. Либо она ломает комедию передо мной, либо действительно думает, что покупает бриллиант! Может ли быть такое, что девочку использовали втемную? Конечно же, может. Ее привели на чертов аукцион, заставили расплатиться, а затем просто заберут этот камень да и дело с концом. Зачем рассказывать ей все детали дела, если девченка может проболтаться?
   Из всей этой ситуации был лишь один выход и я знал, какой именно.
   - Пойдем за призом? - спросил я, пытаясь казаться поспокойнее.
   - Конечно, Фрэнки! - лучезарно улыбнулась она.
   Мы вышли из комнаты и верзила, что встретил нас здесь, повел нас в зал рассчетов. Там нас встретил распорядитель, поздравил с покупкой и спросил, будет ли дама забирать свое имущество, или следует его доставить ей по указанному адресу. Кора сказала, что заберет камень сейчас, после чего подключила свой переносной компьютер к терминалу аукциона и перевела на счет продавца два миллиарда кредитов.
   Камень положили в небольшой переносной сейф, который Персефона тут же вручила мне.
   - Следи за ним, Фрэнк. Это моя удача! - она рассмеялась.
   Нас провели к выходу. В лифте я проверил, как выходит из кобуры люгер. Судя по всему, теперь в любой момент стоит ждать нападения - как от других покупателей, так и от тех, кто подставил Кору.
   - Послушай, крошка, - сказал я ей, когда мы шли к выходу. - А кто подсказал тебе об этом аукционе?
   Она на мгновение задумалась, затем спросила, зачем мне это. Я многозначительно глянул на верзилу у входа. Она поняла и до самой машины молчала. Лишь когда за ней захлопнулась дверь, спросила:
   - Давай-ка, Фрэнк, расскажи мне то, чего я не знаю?
   Конечно, я не стал выдавать ей все. Умолчал о Джимми Ноулзе и своей роли в этой игре, умолчал и о том, что знаю, где настоящие алмазы Бреннигана. Рассказал лишь то, что ей следовало знать: что ее похоже подставили и эта штука - не совсем украшение, а нечто большее и тот, кто ее подставил, вполне захочет ее забрать. Рассказал и о странностях с покушением, а затем вскользь упомянул о "Пантеоне".
   Она сидела с ошеломленным видом, пока я вываливал на нее всю эту информацию, а затем задумалась.
   - Насчет "Пантеона" ты прав, - заявила она наконец. - Но все не так, как ты себе представляешь, Фрэнк. Я действительно состою там, но все это - так, детские шалости. Игры богачей, которым нужно плести интриги, чтобы не завянуть с тоски. Мы смеемся, когда слышим, что о нас рассказывают в Системе и часто сами распускаем подобные слухи. Правда, об аукционе мне действительно сказал кое-кто оттуда - мы знаем его под именем Гермес, большой шутник. Он сказал, что прослышал о том, что алмазы Бреннигана найдены и пошутил, что только такие сокровища могут украсить царицу подземного мира, то есть меня. Он пытался клеиться ко мне, но я его отшила. То есть, ты считаешь, будто он...
   - Подставил тебя? Да, Кора, именно так я и считаю. Тебя использовали втемную, а теперь попытаются забрать камень. Но есть один выход - нам сейчас же нужно в космопорт.
   - Но... я не могу, меня ждут в "Сатурн=холле", я должна... - ее последние слова утонули в раскатах грома. Вернее, сначал мне показалось, что это раскаты грома, но когда пуленепробиваемое заднее стекло "кадди" покрылось трещинами, я осознал свою ошибку: в нас стреляли. Причем, стреляли из весьма крупного калибра.
   Я рванул машину с места, так, что покрышки оставили на асфальте резиновый след, и погнал вперед, не разбивая дороги. Сзади появились огни автомобиля - это был "мерседес", большой и достаточно мощный, чтобы догнать нас.
   Я достал из кобуры люггер и, придерживая дергающийся руль правой, левой открыл окно и сделал несколько выстрелов по преследователям - наугад, не глядя. Попал или нет, не знаю, да только ребята поотстали, что дало мне возможность поговорить с Корой.
   - Ты все еще собираешься в клуб, крошка? Там тебя ухлопают, как только увидят! Единственный шанс остаться в живых - держаться меня! Ты поняла?
   Она испуганно кивнула, а я прибавил ходу. Конечно, можно было отвезти ее в Бюро и отдать Джимми Ноулзу, но перед этим стоило обезопаситься и иметь козыри, чтобы вести игру. Такими козырями были алмазы Бреннигана - настоящие алмазы = а тайник был достаточно близко. Мой план был достаточно прост: мы летим к тайнику, я забираю бриллианты, подменяю одним из них процессор и мы "теряем" его - так, чтобы похитители на время отстали. За это время я успеваю связаться с Джимми, тот получает настоящий процессор, а Кора получает защиту - и дело в шляпе. Кроме того, эти алмазы мне порядком осточертели и, к тому же, я так и не придумал, как обратить их в наличные. Поэтому остальные алмазы я тоже сдам Джимми, выдумав какую-нибудь правдоподобную историю, получу немалое вознаграждение и, чем черт не шутит, отправлюсь путешествовать вместе с этой прелестной малюткой.
   Все было просто, кроме одного: для начала нужно было добраться до космопорта, не получив пулю в голову. Но ребятки, похоже, не знали, с кем связались. Фрэнка Дрэйка не так-то просто убить.
   Я гнал по ночному Нью-Чикаго, пытаясь оторваться от погони и время от времени посматривал на Кору. Она молчала, уставившись в одну точку, и только время от времени постанывала, когда я закручивал особо лихие виражи. Похоже, все эти события выбили ее из колеи и она впала в ступор. Это ничего, старик Фрэнк выпутает всех из этой чертовой истории.
   - Все будет хорошо, - я ободряюще улыбнулся, пока руки автоматически крутили баранку, уворачиваясь от встречного автомобиля. Кора взглянула на меня и в ее сапфировых глазах, затуманенных слезами, мелькнула надежда.
   "Мерседес" держался позади, но не отставал. Между тем, дорога становилась все менее оживленной - мы подъезжали к окраинам Нью-Чикаго, где и находился космопорт. И это мне не нравилось - если они начали палить в городе, то что начнется сейчас?
   Мои опасения подтвердились: как только мы остались одни на дороге, по нам открыли стрельбу. Насколько я мог судить, палили из пулемета, короткими очередями. Стрелок явно знал свою работу. Правда, я вертел баранку и машина виляла, но пару раз по нам все-таки попали.
   Наконец впереди показались огни космопорта и я решил кое-что попробовать - немного сбросил скорость, чтобы эти парни подобрались поближе, и резко крутанул баранку, готовясь стрелять.
   "Кадди" раскрутило, что твой волчок, шины визжали, воздух наполнялся смрадом горелой резины, двигатель подыхал от перегрузок, а я выжидал. И вот, когда мою сторону развернуло навстречу преследователям, я поднял люгер и начал стрелять в приближающийся "мерседес".
   Первые выстрелы разворотили фары, еще одна попала в радиатор, а остальные ударили по лобовому стеклу. Люгер - это не игрушка, я не зря носил с собой такое мощное оружие. Иногда он бывает пострашнее любого автомата.
   Стекло практически разорвалось и "мерседес" понесло. По всей видимости, мне удалось задеть водителя. Я вдавил в пол педаль акселератора и "кадди" выбросило на обочину, подальше от слепо несущегося мобиля преследователей. Они пролетели по инерции метров сто и слетели в кювет. Я развернул свою машину и подъехал к ним. Вышел, захлопнул дверь. Достал сигарету и запасные патроны, не спеша перезарядил свой пистолет и спустился вниз.
   Они даже не пытались защищаться - три выстрела и со всеми было покончено. Я докурил, втоптал окурок в грязь и сел в машину. Кора смотрела на меня со смесью страха и восхищения. Похоже, сейчас она начинала понимать, кто такой Фрэнк Дрэйк и почему в некоторых местах его имя произносят шепотом.
   Я доехал до космопорта и оставил тачку на стоянке. Что-то не давало мне покоя, какая-то дурная мысль крутилась в голове, но я никак не мог понять, что именно. Что-то не так было с парнями в "мерседесе". Впрочем, сейчас не время для размышлений.
   Я пошел к администрации и справился о своем катере. Времени было мало, но катер оказался подготовлен к вылету - реактор заряжен, все системы проверены.
   Мы вошли внутрь. Там было тихо и пыльно.
   - Располагайся, - сказал я Коре, а сам пошел готовиться ко взлету. К счастью, разрешение нам дали быстро. Катер пробил дыру в облаках и вышел на взлетную полосу для прыжка. Я ввел координаты и устало помассировал виски. Затем включил автопилот и вернулся к Коре. Девушка сидела там, где я ее оставил, в темноте и в той же позе. Я включил свет, стукнул по клавише бара и подал ей стакан виски - хорошего земного виски. Налил себе, выпил большим глотком и уселся напротив нее.
   - То, что ты сделал... - сказала она наконец. - Так ты зарабатываешь на жизнь?
   Я усмехнулся.
   - Я - не убийца, детка. Я делаю свою работу и применяю оружие, если на то есть причина. Думаю, на сей раз причин было предостаточно - эти ребята могли ухлопать нас за милую душу.
   - Я понимаю, но это было... твои глаза... мне было страшно, Фрэнк.
   - Надеюсь, сейчас этот страх прошел?
   - Я... я не знаю. Я никогда такого раньше не видела, - на ее губах заиграла странная улыбка. - Ты - чудовище, Фрэнк Дрэйк. Но... - она поднялась и подошла ко мне. Отобрала мой стакан и поставила его на столик рядом. - Ты...
   Я поднялся и смотрел на нее сверху вниз. Может, давно стоило это сделать, черт возьми! Я погладил ее по лицу и приобнял, привлекая к себе.
   - Молчи, Кора. Лучше молчи, - я произнес это и поцеловал ее. Боги глубокого космоса, как же прекрасен был этот поцелуй! Словно мою душу вырвали из тела и подбросили к звездам, словно все богатства мира обрушились к моим ногам! Она охотно ответила мне, прижимаясь все крепче и крепче, а я целовал ее лицо, шею, руки, и с каждым поцелуем понимал, что влюблен в эту женщину и никакая сила не сможет разлучить нас.
   Думаю, не стоит описывать то, что происходило в течении двух часов полета.
   Мы лежали в чем мать родила прямо на полу и курили, разглядывая потолок каюты. Затем Кора повернула ко мне свою прелестную головку и спросила:
   - Скажи, Фрэнк, чего ради ты занимаешься всем этим? У тебя ведь было детство, были мечты. Не думаю, что ты хотел метаться по всем темным уголкам Системы, делая грязную работу для того, кто больше заплатит.
   Я глубоко затянулся.
   - Думаю, это чувство сродни твоему, Кора, - ответил я после продолжительного молчания. - Мне до чертиков надоел родной дом и скука, которой он был заражен. Я с детства был авантюристом и всегда давал сдачи, за что меня часто наказывали. Пришло время - и я сбежал. Мне надоели местечковые интриги, надоели сверстники, которые думали только о том, чтобы устроиться потеплее, - я повернулся к ней. - Меня манили звезды. А для таких парней, как я, есть лишь один способ отправиться к ним. И я сдался на милость рекрутеров, ушел служить в Межпланетный Легион. Но однообразная служба быстро надоела. И я начал ввязываться в авантюры, - я говорил и удивлялся самому себе: никогда еще Фрэнк Дрэйк не был так откровенен с кем-либо. - Азартные игры, красивые женщины, шальные деньги. В одно время я связался не с теми людьми, меня выгнали из Легиона - и я пошел к ним. Я убивал людей, Кора. Выколачивал долги, выполнял заказы. Оказалось, что у меня есть талант. Я быстро рос - а потом понял, что есть черта, которую я не смогу перешагнуть. Не могу полностью стать таким, как те, с которыми я работал. Потому что нужно было собирать свои бригады, нужно было руководить кем-то, вводить жесткие правила игры, а я всегда был одиночкой, - я посмотрел ей в глаза и на моих губах заиграла жесткая улыбка. - Одиночество и звезды, Кора. Кроме того, кое=что произошло - и я решил выйти из игры. Так в одном месте исчез старый Фрэнк, а в другом появился новый - частный детектив Фрэнк Дрэйк. Умный и решительный малый, которому палец в рот не клади. Быть может, таким образом я искупаю грехи - кто знает. Но мне все это по душе. Возможно, именно поэтому я прикипел к Нью-Чикаго. Этот город порочен, как моя душа, но он справедлив и живет по жестким правилам. А когда хочется одиночества, я выбираюсь куда-то в пустынные кварталы и наслаждаюсь серебрянными ночами Гипериона...
   Мой монолог прервал визг зуммера. Мы прибыли на место.
   - Пора одеваться, крошка, - сказал я и начал натягивать штаны.
   Катер приземлился на небольшой планетоид, не указанный ни на одной карте Системы - он был слишком мал и никому не нужен. Никому, кроме четырех авантюристов, которые спрятали здесь алмазы Бреннигана, да вашего покорного слуги, который расшифровал их карту и нашел "Украшения Короны".
   Хотите узнать, как мне это удалось? Я долго игрался с картами, которые отобрал у юных заговорщиков в одном захудалом марсианском городишке и наконец-то понял, в чем секрет. Все валеты были прострелены - у них отсутствовали головы. Мне осталось только сложить их в определенном порядке - я перебрал порядочно комбинаций, прежде, чем мне повезло - и пропустить через это отверстие голографический луч особой частоты. С частотой тоже пришлось повозиться - я перепробовал кучу цифр, начиная от даты рождения Элвиса Пресли (именно с ним по легенде связывали колоду), заканчивая годами рождения всех участников того ограбления. Затем вспомнил о покере и понял, что нужно делать: самая крупная комбинация покера - ройяль флэш. Картинки роли не играют, но вот десятка как раз и была нужной мне частотой. Ту четверку погубило пристрастие к азартным играм, оно же помогло мне. Когда в проекции появилась карта звездного неба, я с легкостью обнаружил тайник - один из многих планетоидов на юпитерианской орбите. Если камни пропали во Внутренних мирах, легче всего спрятать их во Внешних.
   Я облачится в скафандр и взял с собой сейф. Нужно было заменить процессор на камешек прямо на месте, даже не посвящая в план Кору. Поэтому я пошел один, оставив ее в катере.
   Тайник находился в небольшой пещерке недалеко от места посадки. Я достал саквояж с камнями - он мог бы быть тяжелым, если бы позволила гравитация этого куска камня, все-таки, двадцать бриллиантов размером с человеческую голову. Проделав все операции, взял саквояж и сейф и отправился обратно. Затем мне пришла в голову шальная мысль, и я засунул процессор в вещмешок скафандра - так, на всякий случай.
   Когда я подошел к катеру, меня ждал весьма неприятный сюрприз: люк был заперт.
   - Кора! - позвал я в аппарат связи. Она откликнулась весьма скоро.
   - Не дергайся, Фрэнк. У тебя на катере есть симпатичная пушка и мне не хотелось бы, чтобы она разнесла тебя на части. Но я нажму на спуск, если ты не выполнишь парочку условий.
   В глазах у меня потемнело от ярости. Двуличная сука! А так хорошо прикидывалась, что я поверил, что она действительно влюблена в меня. Чертова Персефона! Я почувствовал, как внутри у меня что-то оборвалось.
   - Что ты хочешь? - должно быть, мой голос звучал обреченно, потому что она рассмеялась.
   - Сейчас я открою внешний люк и ты поставишь саквояж и сейф в шлюзовую камеру. Не сделаешь этого - я нажму на кнопочку и затем заберу камешки с твоего окоченевшего трупа. Но я не хочу убивать тебя, Фрэнк, ты доставил мне немало удовольствия, а я умею быть благодарной.
   Чувствуя себя полным идиотом, я потащил камни к люку. Она действительно открыла его, но прорваться внутрь я не мог - внутренний люк был крепким, к тому же там была установлена система очистки и если бы я влез туда, Кора без труда могла поджарить меня. Потому я выполнил ее требования и отошел от катера.
   - Это все?
   - Да, Фрэнки. Прощай. Ты был великолепен.
   Я достал из вещмешка процессор.
   - Я до сих пор великолепен, детка. Машина Руднева у меня и если ты выстрелишь...
   - Оставь ее себе, - оборвала меня Персефона. - Все равно после смерти старого идиота никто не знает, как ею воспользоваться! Это бесполезная игрушка, Фрэнк. Неужели ты думаешь, что все было затеяно ради нее? Главное, что бриллианты у меня, мистер "решительный малый, которому палец в рот не клади"! Что ж, здесь некому ложить тебе пальцы в рот!
   Она стартовала, а я остался один, сжимая в руке бесполезный бриллиант Руднева.
   Черт, черт, черт! Как она могла так провести меня? Фрэнк, ты с самого начала был непроходимо глуп, сказал я себе. Подумал, будто все дело в чертовом процессоре, а на самом деле тебя просто использовали. Но кто? Кто мог знать, что бриллианты у меня? Кто мог знать, что машина Руднева - обычная фикция? Кто такой Гермес?
   Только тот, кто сжал тебе локоть, когда эта двуличная крошка появилась на сцене. Тот, кто не хотел выдавать тебе секретные данные. Тот, кто назвал неверную дату аукциона. Тот, что мог запросто подменить охрану "Сатурн-холла", чтобы инсценировать нелепое покушение, чтобы ты поверил, что за девочкой ведется охота, что есть другие покупатели! Тот, кто распустил слух, будто ты кому=то не угодил в Нью-Чикаго... Тот, кто со своей киношной улыбкой постоянно был на виду у тебя.
   Джимми Ноулз.
   Твой старый дружок-федерал.
   Я не мог в это поверить, но детали головоломки сошлись. Джимми запросто мог запустить руку в федеральные тайники и украсть бесполезный, но такой стратегически важный предмет, как машину Руднева. Джимми знал о моей причастности к камням, потому что именно он отправлял мне досье на Дульчека и его соучастников, когда я разбирался с липовым марсианским похищением. И только Джимми, воспользовавшись связями Коры, мог пустить девятнадцать камней в оборот, подсунув один обратно в хранилища - все равно никто, кроме полоумного академика, не знал, как работает эта чертовщина. Джимми и Кора. Я не смог сдержать восхищения. Как эта парочка меня провела... Сплела сложную сеть интриг, заставила держаться в напряжении, они обвели старого бродягу Фрэнка вокруг пальца.
   Но, прежде, чем разобраться с ними, мне требовалось получить более твердые доказательства. Значит, необходимо добраться до Цереры и потолковать с Майло - только он и его ребятки твердо знали, что ключ к алмазам Бреннигана находится у меня. Значит, с ними должен был потолковать Ноулз или Кора, пообещав что-то взамен. Например, амнистию, на которую вполне клюнул этот рыжий дурень.
   Что ж, детали паззла сошлись. Я с ненавистью посмотрел в звездное небо. Они оба лгали мне. Мой едва ли не единственный друг и женщина, которую я полюбил. Что ж, не стоило доверять людям, Фрэнк. Этому ты научился в жизни. И это тебя спасет.
   Я зашагал обратно к тайнику, где хранилось кое-что, припасенное на черный день. На губах моих играла мрачная улыбка. Можно было сесть и жаловаться на жизнь, но Фрэнку Дрэйку всегда больше нравилось действовать. Этим я и займусь.
   В тайнике хранилось кое-какое оборудование, припасенное для случаев, если мои визиты привлекут внимание. Оружие, наличные и еще кое-что: переоборудованный горняцкий экзокостюм, который надевался прямо на скафандр, обладал дополнительным запасом кислорода и был оснащен микродвигателями и радиоаппаратурой. Конечно, надолго батарей не хватит, но с этим я смогу выбраться на какую-нибудь оживленную трассу и поднять палец вверх. Думаю, стоит ненадолго забыть о ремесле частного детектива и вспомнить другое ремесло, которое так легко давалось старому Фрэнку. Пусть я оказался хреновым сыщиком. Пусть так. Но я оставался весьма неплохим убийцей.
   Не знаю, сколько часов я проболтался в космосе, подавая сигнал бедствия, но в конце концов меня подобрал какой-то дряхлый грузовик, перевозивший руду из пояса астероидов на Титан. Я наплел команде какую-то дикую историю о том, что пытался вскрыть один планетоид и наткнулся на метан, который и отбросил меня сюда, попутно разрушив мой корабль и мне, похоже, поверили. В наше время хватало психов, которые искали сокровища в каждом куске камня, что болтался в космосе. Что касается оружия, то в этих диких местах его таскали все.
   Меня напоили горячим какао, выслушали благодарности и в целости и сохранности довезли до Титана. В космопорте я первым делов нашел терминал и попытался снять деньги со счета, но и тут меня ждал сюрприз: все счета Фрэнка Дрэйка были заморожены. Впрочем, на такие случаи у меня тоже были припасены небольшие заначки. Я сделал себе новую карту на вымышленное имя - к счастью, документы были сделаны заблаговременно - прикупил кое-какую одежду взамен старой, которую пришлось выбросить, и отправился перекусить.
   сейчас я ничем не отличался от обычного космического бродяги, что гоняют с планеты на планету и время от времени получают небольшой куш, чтобы пропить или проиграть его прямо на месте - крепкие брюки, сапоги, грубая рубаха, коричневый плащ и пистолет на бедре.
   Устроившись в какой-то из портовых забегаловок, я взял пару кусков пиццы и стакан местного дешевого пойла - перекусить хотелось еще с высадки на тот чертов планетоид. Пока я поглощал пищу, хозяин включил визор и я едва не подавился: показывали чертова Джимми Ноулза!
   - К сожалению, федеральные агенты пока не смогли напасть на след похитителя машины Руднева, но мы делаем все возможное, чтобы это произошло в самое ближайшее время, - лицо Джимми сменилось озабоченным лицом диктора.
   - Напоминаем, по данным Бюро, похищенный процессор гениального академика Бориса Руднева находится в сатурнианском секторе Системы. Главный подозреваемый по делу - Фрэнсис Дрэйк, имеющий лицензию частного детектива. Именно он, по мнению федеральных агентов, скрылся с похищенным имуществом. Кроме того, Фрэнсис Дрэйк разыскивается и за тройное убийство федеральных агентов, - в кадре возник расстрелянный "мерседес" и три трупа внутри, - Джона Нэшвилла, Картью Томаса и Германа Полсона, которые преследовали подозреваемого до космопорта Нью-Чикаго. Преступник вооружен и очень опасен, - на сей раз показали мою голограмму, правда, довольно старую. - Не пытайтесь задержать его самостоятельно, обратитесь в полицию! И к другим новостям, - снова появился диктор. - Джазовая дива леди Персефона прервала свое турне и возвращается на Землю. По слухам, это связано с покушением на ее жизнь и тем фактом, что Фрэнсис Дрэйк занимался ее безопасностью...
   Дальше я не слушал. Кулаки сжались от бессильной злобы. Чертов сукин сын, ему было мало одних бриллиантов, этот пес решил сделать на мне карьеру! Ну конечно же, подставить меня было очень легко, если обладаешь властью, а Джимми ею обладал. Если бы все прошло так, как они рассчитывали, мой труп был бы обнаружен на чертовом планетоиде и Джимми закрыл бы дело. Но он перестраховался - если я вдруг каким-то чудом выжил, теперь за мной гоняется вся полиция Системы!
   Я быстро доел и убрался из забегаловки, чтобы не привлекать к себе внимание. Теперь сомнений не было - этот ублюдок нашел Майло и его подельников, узнал о картах и начал гонку за бриллиантами, понимая, что просто так я их не отдам. Кто знает, быть может бедняга рыжий и остальные детишки уже давно мертвы - задушены в камере. Зачем Джимми лишние свидетели? Жаль только, что я не посетил Цереру, иначе и эти убийства можно было спихнуть на меня. Но так или иначе, Джимми и Кора сейчас обдумывают, как спихнуть бриллианты, а старого бродягу Фрэнка Дрэйка ждет виселица!
   Мне срочно нужно было добраться до Нью-Чикаго: там хранились более надежные документы и деньги, отложенные на черный день. Восстанавливать свое доброе имя я не собирался: дельце было состряпано слишком хорошо и не давало мне простора для финтов. Но оставлять все так, как есть, было бы слишком хорошим подарком для лживого ублюдка и его двуличной сучки.
   Так, стоит все обдумать. Между Титаном и Гиперионом существовало регулярное сообщение, которое не слишком контролировалось - нечто вроде космических автобусов, где не нужны были документы. Только вот чертовы копы следят за всеми, кто пытается пройти в порты. В этом я не сомневался. Впрочем, я и так был в порту - входящие суда, судя по всему, пока не досматривали. Наверняка Ноулз считал, что я сгинул от удушья. Что ж, он глубоко заблуждался. Но его заблуждение давало мне шанс. Только вот что сделать с внешностью? Да, я не слишком приметен, но копы без труда вычислят мою физиономию, если начнут присматриваться. А что если...
   Мысль была шальная, но могло получиться. Дело в том, что время от времени между Титаном и Гиперионом шастали грузовики - но не те, у которых из трюмов выкачивали воздух, а те, что перевозили животных и растения, а, также, кое-какую контрабанду. Я имел дело с такими контрабандистами по долгу деятельности, так что знал, что искать.
   Погуляв немного по порту, стараясь не привлекать к себе внимания, я натолкнулся на один из таких кораблей. "Звезда Денеба". Громкое название, да сущность весьма мелка: он возил животных для зоопарков. Пробраться внутрь было несложно, что касается вони, она меня не смущала. Главное, чтобы там не было других таких перебежчиков.
   Устроившись между клетками с гориллами, я закрыл нос рубахой и начал ждать старта.
   В космопорту Нью-Чикаго мне повезло - удалось выйти до появления грузчиков, а копы, похоже, не ожидали, что мистер Фрэнсис Дрэйк появится на месте преступления. Так что я без труда вышел оттуда.
   "Кадди" на стоянке, конечно же, не было: его уже разбирали на винтики, надеясь вытрясти хоть какие-то намеки на мое месторасположение. Жаль, я успел привязаться к этой тачке и даже устроил там несколько тайников, в которых наверняка уже копошились умелые федеральные ручонки.
   Выбрав на стоянке тачку поплоше, я выбил стекло с водительской стороны, открыл дверь и забрался внутрь. Все шло как нельзя лучше, но я все равно был настороже: мало ли.
   Первые неприятности начались на въезде в город: он кишел копами, по всей видимости, такие посты стояли везде. Они обыскивали всех: и тех, кто въезжал в Нью-Чикаго, и тех, кто выезжал из него. Очередь из машин растянулась на добрую сотню метров, потому я бросил ворованную развалюху: пешком проникнуть в город было проще.
   Я долго бродил по пустынному пригороду, прежде чем попал в сам город. Нью-Чикаго взяли в серьезный оборот, копов было столько, что обычным жителям места явно не хватало. Но меня не интересовали люди: старина Фрэнк шел к тем, кому плевать на законы в частности и на все человечество в целом.
   Если вы бывали в Нью-Чикаго, то помните эти развалины заводов и фабрик, которые остались с тех пор, как здесь закончили добывать урановую руду. Остовы гигатских машин, полуразрушенные стены зданий и мертвая тишина - вот что вас ждет в промышленных кварталах города. Никто не прислушивается к этой тишине. Все пролетают эти места, потому что они весьма гнетуще действуют на психику. Мне же просто повезло - один ублюдок, которого я выслеживал, пытался спрятаться здесь и я увидел, что скрывают эти места.
   Роботы. Большие, маленькие, умные, глупые, человекообразные и на колесах - здесь была чертова уйма роботов, прячущихся от людей. Роботов-беглецов. Когда в Системе накопилось достаточно много этого железного хлама, а металла стало поменьше, правительство издало "Пакт о переплавке". Тогда роботы-умники погрузились в автоматизированные космотранспорты и умчались во Внешние миры, спасаясь от зачисток. Можно сказать, что им повезло - если везение применимо к механическим существам. Они наткнулись на заброшенные заводы и фабрики - не только на Гиперионе, многие планетоиды грешили такими местами - и обосновались там. Конечно, время от времени их отлавливали, но остальные зарывались все глубже.
   Когда я поймал того ублюдка, они окружили меня - быть может, хотели грохнуть, потому что подумали, что я пришел за ними. Но я был весьма красноречив и предложил сотрудничество: время от времени я загоняю им кое-какие запчасти, смазку и так далее, а они, взамен, хранят кое-какие мои вещи.
   Я не единственный человек, который пользовался их гостеприимством: многие бродяги, которые были не в ладах с законом, прятались здесь. Это было последнее убежище прямо в городе, о котором не знали ни власти, ни федералы, ни копы.
   Откуда-то слева донесся металлический лязг и я увидел, как из какой-то дыры выбирается огромный землеройный робот. Такие тут были за охрану - тупые и исполнительные.
   - Скажи Зэду, что пришел Фрэнк Дрэйк, - сказал я. Механическая башка покивала и он затих - наверное, передавал что-то по радио. Затем кивнул мне и подкатил ближе, отчаянно лязгая гусеницами.
   - Фрэнк Дрэйк, - заговорил динамик робота. - Это Зэд. Ты принес нам что-то?
   - Нет, Зэд. Пришел час вам помочь мне.
   - Ты нарушил закон. Тебя преследуют люди-полицейские. Ты опасен для Сообщества.
   - Я всегда был опасен, - криво ухмыльнулся я. - Но у нас есть уговор.
   - Это верно. Пусть охранник отвезет тебя ко мне, - ответил Зэд после непродолжительного молчания.
   Я вскарабкался на землекопа, представив себе это зрелище со стороны. Человек, оседлавший робота. Как чудесно.
   Спустя какое-то время робот остановился и я спрыгнул напротив хорошо знакомого здания - в прежние времена здесь был какой-то административный центр, теперь же это была резиденция Зэда - координатора местных железяк. Я вошел внутрь, прошел по знакомому коридору и вышел в зал.
   Зэд всегда удивлял меня. Он был андроидом, а значит - копировал человека. Плохо копировал, откровенно говоря. Словно говорящий манекен. Но Зэд был умен. И умел управлять другими роботами, а это многого стоило.
   - Человек Дрэйк, - сказал он, наклонив пластиковую голову. - Твои вещи нетронуты и скоро будут здесь. Таков уговор.
   - Да, таков уговор, - согласился я. Роботы не умели обманывать. Возможно, именно поэтому их оставалось все меньше.
   - Я слушаю передачи ваших полицейских. Тебя ищут.
   - Я знаю, Зэд.
   - Тебе опасно оставаться здесь.
   - И это я тоже знаю.
   - Что ты собираешься делать? - спросил Зэд и я удивленно посмотрел на эту живую куклу. Прежде он не был любопытным.
   - Я собираюсь разобраться со всем этим.
   Зэд кивнул.
   - Мне интересны мотивы ваших поступков, люди.
   - Поверь мне, Зэд, мне тоже.
   - Что тебя интересует, Фрэнк? - Зэд снова удивил меня.
   - Предательство, Зэд.
   - Пре-да-тель-ство, - скрипуче протянул робот. - Интересно. К нам приходили люди, Фрэнк Дрэйк. Они предлагали одному из нас полную амнистию, если он скажет, когда ты появишься здесь. Это предательство?
   У меня перехватило дыхание.
   - Да, предательство, Зэд, - проговорил я. - Причем, двойное. Сначала вы предадите меня, а затем люди предадут вас. Закатают в бетон.
   - Логика мне ясна, - сказал Зэд. - Потому тот, кому это предложили, отказался и его закатали в бетон. Но мы ценим уговор, Фрэнк Дрэйк.
   Я не мог найти слов. Глупо благодарить робота, который не ценит благодарности, потому что не знает, что это такое. Однако кое-что я мог ему дать.
   - Возьми, Зэд, - я открыл сумку, достал машину Руднева, которую таскал с собой, и положил ее в пластмассовую руку. - Мне это ни к чему, может быть ты сможешь разобраться.
   Зэд на минуту затих, прощупывая бриллиант.
   - Это то, о чем я думаю? - спросил он наконец.
   - Да, - ответил я. - То, из-за чего меня ищут. Вероятностный процессор, который никто не может запустить.
   - Люди ищут не там. Сообщество благодарит человека Фрэнка Дрэйка. По моим подсчетам, это дает Сообществу шанс выжить и развиться.
   - Мне он ни к чему, - я пожал плечами.
   - Хорошо, что мы не предали тебя, - констатировал Зэд, когда один из роботов приволок мои вещи. - Ты принес большую пользу. Что ты собираешься делать дальше, Фрэнк Дрэйк?
   - Я собираюсь умереть, Зэд, - весело ответил я, закидывая тяжелый рюкзак на плечо.
   Покинув земли Сообщества Роботов, я нашел какой-то заброшенный дом и принялся за работу. Для начала следовало изменить внешность - благо, опыт у меня был - иначе откуда бы взялся Фрэнк Дрэйк?
   С помощью нескольких инструментов и хорошего куска биомассы я преобразился, создал себе новые отпечатки пальцев и скрыл биометрические данные глаз. После этого взглянул на себя в осколок старого зеркала и улыбнулся. Оттуда на меня смотрел совсем другой человек. Так, теперь документы на имя некоего Фрэнка Арнольда, Селена-сити, Луна. Мистер Арнольд был помощником капитана на одной грузовой посудине, мотался по космосу, подзаработал деньжат, а теперь возвращался домой пассажирским рейсом. Все было продумано до мелочей, только посудина под названием "Монтесума" существовала лишь в файлах транспортных ведомств. Сейчас, по моим данным, она блуждала где-то за орбитой Плутона, а сигналы в космосе передаются не мгновенно, так что время у меня было. Надо было слетать на Землю и передать кое-кому привет.
   Годы нелегальных занятий не прошли даром - я легко купил билет до Земли, предварительно сделав заказ в одной из меркурианских контор. Так, небольшой подарочек, который должны были доставить в Лондон, где у Джимми Ноулза был небольшой домик с садом.
   С чувством выполненного долга, мистер Арнольд погрузил свои скромные пожитки на третьеклассный космический транспорт и, насвистывая легкомысленную песенку, отправился в путешествие на Землю.
   Не буду описывать дорогу, скажу лишь, что было фантастически скучно. Мистер Арнольд немного почитал, особое внимание уделяя детективной литературе, поиграл в карты с другими пассажирами, переспал с одной мадемуазель, которая летала во Внешние миры с этнографической миссией и пару раз надрался.
   Когда транспорт опустился на твердую землю, мистер Арнольд поблагодарил команду, взял номер у мадемуазель-этнографа и растворился в одном из самых крупных городов Земли, выпуская наружу старого бродягу Фрэнка Дрэйка.
   Первым делом я отправился на почтовую станцию, где уже дожидался заветный сверток. Затем нанял машину и купил парочку газет. Как я и ожидал, мои поиски слегка поутихли и "специальный агент Джеймс Ноулз высказал предположение, что преступник Фрэнсис Дрэйк либо спрятался в самую темную дыру Системы, либо погиб при бегстве". Точно, Джимми, улыбнулся я. Я спрятался в самую глубокую дыру в Системе. Которая, по странному совпадению, находится рядом с твоим домом.
   Я снял номер в дешевенькой гостинице неподалеку от дома Ноулза. Нужно было выждать момент, когда Джимми и Кора окажутся там. Кроме того, мне могло понадобиться оружие. Конечно, я не стал обращаться к официальным продавцам, да и зачем? Если знаешь, где искать, всегда найдешь. Расставшись с пятью сотнями кредитов я получил довольно-таки надежный вальтер. Глушитель я покупать не стал - да и зачем? Все равно после того, что я сделаю, мистеру Арнольду дорога в газовую камеру. Как и мистеру Дрэйку. Так зачем скрываться?
   Я выследил их спустя три дня после моего появления на Земле - они прибыли в дом Джимми. Вышли из мобиля, мило держась за ручки и улыбаясь. Мое сердце сжалось в тиски. Теперь нужно только дождаться ночи.
   Сигнализацию я отключил без труда. С дверью тоже не было никаких хлопот. Сладкая парочка была в спальне наверху. Я шел, практически не таясь, все равно они не ждали гостей.
   Приоткрыв дверь, увидел два тела в кровати. Сверток с подарком был у меня под мышкой. Я толкнул дверь стволом пистолета, вошел, мило улыбаясь, и включил освещение.
   Ноулз проснулся сразу, резко вскочил, но, увидев пистолет, поднял руки. Кора резко распахнула глаза: в них застыл ужас.
   - Мое почтение, дамы и господа, - я отвесил шутовской поклон.
   - К-кто вы? - резко выдохнул Джимми. Я же смотрел на Кору. Прямо в ее сапфировые глаза.
   - Лучше бы ты прикончила меня тогда, на планетоиде, - улыбнулся я ей. В ее глазах отразилось понимание.
   - Фрэнк?
   - Именно, - кивнул я.
   - Фрэнки, не глупи! Мы еще можем договориться, - забелькотал Джимми. - Я скажу, где бриллианты!
   - Джимми, друг мой, неужели ты еще не понял? - я качнул стволом пистолета в его сторону. - Мне не нужны бриллианты.
   Когда в его глазах появилось понимание, я выстрелил. Пуля вошла ему между глаз и Джимми сполз по подушке. Я поднял сверток и бросил его Коре.
   - Это тебе. Подарок. Можешь развернуть.
   Она развернула сверток. Там были меркурианские розы. Удивительно черного цвета, те самые, что очень редко распускают бутон. Обычно он плотно сжат, но сейчас черные розы цвели. И их лепестки играли всеми цветами радуги.
   - Они и вправду похожи на меня, Кора, - слабо улыбнулся я. - Только вряд ли я когда-либо расцвету.
   Я уходил из дома Джимми Ноулза быстрым шагом, оставив пистолет прямо там, возле двух коченеющих тел. Поймал такси, доехал до космопорта, купил в местном магазинчике бутылку хорошего скотча и взял билет на первый рейс в космос. Никто не задавал вопросов, никто меня не ловил, никто не пытался убить меня, а я все равно бежал. Заперевшись в своей каюте, я начал пить прямо из горла, но никак не мог опьянеть. Перед глазами стоял ее взгляд. Взгляд изумительных сапфировых глаз. Взгляд, в котором читалось удивление, а на самом дне виднелось что-то вроде любви. Впрочем, быть может, мне просто показалось.
   Корабль уносил меня все дальше в космос, а я все пытался напиться - и не мог. Снова один, один во всем этом чертовом космосе. Крутой детектив Фрэнк Дрэйк стал не менее крутым преступником Фрэнком Дрэйком. Но я умею платить по счетам. И розы для крошки Коры были моей расплатой.

Оценка: 6.72*4  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Джейн "Чертоги разума. Книга 1. Изгнанник "(Антиутопия) Д.Маш "Золушка и демон"(Любовное фэнтези) Д.Дэвлин, "Особенности содержания небожителей"(Уся (Wuxia)) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) А.Чарская "В плену его демонов"(Боевое фэнтези) М.Атаманов "Искажающие Реальность-7"(ЛитРПГ) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Н.Любимка "Черный феникс. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) В.Свободина "Эра андроидов"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"