Грей Дайре: другие произведения.

Смертельные цветы (Отравленные корни 3)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
Оценка: 8.65*10  Ваша оценка:
  • Аннотация:

    Свет... Тьма... Есть ли между ними разница? Оба стремятся к уничтожению противника и не считаются с побочным ущербом. Нельзя застыть на тонкой грани между ними. Рано или поздно придется выбрать одну из сторон. Или... уничтожить обе? Кто знает, что ждет меня, проклятую Светом и Тьмой, в конце пути? Дикая лоза с отравленными корнями может принести только смертельные цветы...

    Читайте на Литнет



Часть 1. Молот ведьм

Афистелия

Ночь за плечом, вор у ворот, 
Прялки жужжанье спать не дает 
Тебе - я снова здесь. 
Кто прядет лен, кто прядет шерсть, 
Кто прядет страсть, а кто прядет месть, 
А я спряду твою смерть. 

"Прялка" Мельница

   Глава 1
  
   Серебряная монета мелькает между пальцами. Кружится на ребре. Отражает скудный свет чадящих свечей. Привлекает внимание. Люди наблюдают за ней жадными взглядами. Ждут момент. Думают, что смогут украсть. Я не мешаю... Пусть смотрят. Думают. Они запомнят монету. Серебряный отблеск между пальцев. Искушение и жажду легкой наживы. Не меня...
   Лениво обвожу взглядом крохотный зал захудалого трактира, расположенного на самой окраине города. Здесь шумно. Народу по осенней непогоде набилось много. Воняет потом и дешевым алкоголем. Городской сброд хлебает овощное рагу и ищет развлечений на ближайшую ночь. Кому-то нужна драка. Кому-то женская ласка. Кому-то партнер для игры в кости.
   - Какая цыпа! - выдает упившийся до невменяемого состояния гуляка, нависая над моим столом - единственном, где еще есть свободные места.
   Прекращаю крутить монету и накрываю ее ладонью. Чуть откидываюсь назад, прислоняясь к стене. Окидываю шатающееся тело пристальным взглядом. Алкоголь явно притупил ему инстинкт самосохранения. За пару часов проведенных в трактире ко мне не рискнул сунуться никто из посетителей. Да и теперь они украдкой бросают любопытные взгляды, но тут же спешат отвернуться. Порой не нужно применять магию, чтобы произвести нужное впечатление...
   - Занято, - говорю четко и раздельно, но до человека смысл не доходит.
   Он падает на лавку напротив и пьяно улыбается.
   - Ты че такая злая, цыпа? Компании не хватает? Так я...
   Что бы ни хотел сказать мой случайный собеседник, его прерывают. Тяжелая ладонь опускается ему на спину и вздергивает за шиворот, буквально выдирая из-за стола.
   - Пшел! - еще один местный завсегдатай самого разбойного вида толкает пьяницу в сторону ближайшего стола и придает ускорения сапогом по заднице. В зале раздается приглушенный гогот, кто-то поднимает незадачливого посетителя и пристраивает на лавку. О стычке сразу же забывают. Здесь не принято вмешиваться в чужие дела.
   - Ты опоздал, - серебряная монета снова кружится по столешнице.
   - Дороги размыло... - хмуро отвечает собеседник и занимает освободившееся место. - Гнал как проклятый... Чуть коня не уморил.
   - Бедный... - сочувствия в моем голосе нет ни на грамм. - Что узнал?
   Наемник морщится, чешет мокрую короткую бороду.
   - Молодая герцогиня того... Преставилась еще по весне. Говорят, по мужу сильно убивалась. Со свекровью ругалась. А в один день вдруг не проснулась... - он криво усмехается, показывая свое отношение к таким новостям. - Старуха ее схоронила. Даже в склеп семейный положила, к сыну стал быть... Внука себе забрала. Всех девок, которых покойный герцог водил, из замка выставила. Тех, кто сам уйти не захотел, говорят, не нашли... Или нашли, но уже холодными. В замке стражи больше, чем слуг. Еду проверяют. На входе всех досматривают. Мышь не проскочит...
   - Ну ты же проскочил, - резонно возражаю, продолжая крутить монету.
   - Ха... - он громко фыркает, но тут же понижает голос. - Стал бы я туда лезть. Бабы оттуда в деревню ходят по выходным. Родственников навестить. Вот я одну и... Заневестил.
   Под моим взглядом бородач давится воздухом и сбивается на кашель. Машет рукой.
   - Да ты не думай... Баба нормальная. Я ее не обижал. Сама все сплетни выдала. Еще и прикормила. Я ж там битый месяц торчал, пока все выяснил. Вот думаю вернуться... Хату присмотрел. Остепениться пора...
   - Что еще узнал? - прерываю поток чужих планов.
   - К старухе гонцы со всех сторон ездят... как муравьи шастают. Туда-сюда, туда-сюда... О чем говорят - не знаю. Принимает она их сама, служанок выгоняет. Но гонцы тоже люди... Злые все как один. Говорят, старуха всем нервы треплет. Ничего не обещает, только слушает. И ждет чего-то.
   Девка-подавальщица приносит ему местное блюдо, высокий стакан с пивом и кусок хлеба. Мужчина замолкает, отвлекаясь на еду. А я думаю...
   Все новости вполне логичны. После смерти герцога Леай титул должен перейти его малолетнему сыну. Вдова, точнее герцогиня Элизабет Леай стала бы официальным опекуном, но... Мать покойного оказалась умнее. Избавилась от невестки, которую наверняка ненавидела, прибрала к рукам внука, устранила остальных девок, которые могли бы родить бастардов. Ей не нужны лишние проблемы. Умная, жесткая женщина. Решительная. И по большому счету еще далеко не старуха. Ей всего-то пятьдесят. Хватит времени, чтобы воспитать наследника и навести порядок в герцогстве. Заключить пяток выгодных союзов, подобрать нужную невесту... Я бы на ее месте тоже не стала торопиться.
   Смерть бывшей подопечной не вызывает во мне особых чувств. Такова плата за мечту о легкой, сытой и спокойной жизни. Только со стороны кажется, что лордам и леди повезло. Мало кто из них живет тихо и мирно. Большая часть лезет в политику, пытается выправить положение рода, выгоднее продать дочерей, удачно пристроить сыновей на непыльную и безопасную службу. Если не разбираться в тонкостях и не иметь за спиной поддержки рода - легко исчезнуть. Могила или монастырь Старухи примет всех. Однако яд стоит порой дешевле, чем ежегодные пожертвования...
   - Любимчики у герцогини есть? - я дожидаюсь, пока собеседник утолит первый голод, и продолжаю беседу.
   Дверь трактира открывается, пропуская внутрь фигуру в длинном плаще. Тонкая ручка стаскивает капюшон, под которым прячется юное растерянное личико. Девушка явно впервые оказывается в подобном месте и совершенно не знает, как себя вести.
   - Ходит вокруг нее один... Говорят, он тело герцога и привез, ­- бородач макает кусок хлеба в остатки соуса из-под рагу и запивает его пивом.
   - Маг?
   Краем глаза наблюдаю, как к девчонке подскакивает тип с сальной ухмылочкой и настойчиво приглашает ее за ближайший столик, где явно сидят его дружки. Они награждают растерянную и вяло упирающуюся девицу раздевающими взглядами.
   - Да х... его знает... Я его краем глаза видел. Мутный какой-то. Нелюдимый. Служанок не трогает. Вежливый. В бане сам парится. Никого к себе не подпускает. Может и маг, а может и нет... Здесь, извини. Я в пасть к дракону не полезу.
   Киваю. Тело привез, значит. Получается, светлые нашли подход к герцогине. Приставили своего соглядатая. Они давно облизывались на герцогство. Вот и воспользовались ситуацией. Неудивительно. Вопрос только в том, кто именно засел в замке. Мне нужен вполне конкретный маг...
   Кручу монету, и она стремительно преодолевает стол, чтобы оказаться в руках мужчины. Тот довольно усмехается. За его спиной действие набирает обороты. Девушка вырывается и пытается найти поддержку, оглядываясь вокруг, но натыкается только на равнодушные взгляды. Здесь она помощи не получит. Если уж зашла в такое заведение, считай, пропала. Вот только вряд ли девица в приличной одежде решилась переступить порог столь злачного места от хорошей жизни. Пара вечеров и она окажется в дешевом борделе. Если повезет - ее оставят для более состоятельных клиентов. Если нет - будут пускать по кругу местные головорезы. Не она первая, не она последняя...
   Встаю и направляюсь к дверям. Задерживаюсь рядом с наемником. В его подставленную ладонь падает маленький мешочек с драгоценными камнями. Хватит и на домик, и на тихую старость. Еще и детям останется. Кладу руку ему на плечо, привлекая внимание.
   - Мой тебе совет - забирай свою бабу из герцогства и поезжай куда-нибудь подальше...
   Он понятливо кивает, пряча мешочек во внутренний карман. Со своими осведомителями я всегда расплачиваюсь щедро и честно. Те, кто врут, получают яд или сталь, те, кто поумнее - драгоценности. Камни всегда в цене. Главное - правильно ими распорядится. Наемнику опыта хватит...
   Продолжаю двигаться к дверям. Девчонке все же удается вырваться и выскочить на улицу. Но пара разгоряченных встречей мужланов устремляются за ней. Набрасываю пониже капюшон и выхожу следом. Дождь льет как проклятый третий день кряду. По переулку текут грязевые ручьи. Тут и там валяется размокший мусор. Воняет сточной канавой и отбросами. Мимолетно морщусь и привычно оглядываюсь.
   Парни успели схватить девушку и оттащить дальше по переулку ближе к тупичку. Шум дождя приглушает ее крики. Впрочем, кричать здесь бесполезно... Делаю пару бесшумных шагов. Девица отчаянно сопротивляется и получает звонкую оплеуху. Отлетает к стене и замолкает. Один из мужланов потирает ладонь, второй уже возится со штанами и не видит ничего вокруг. Зря...
   Еще один скользящий шаг. Нож ложится в ладонь. Свободной рукой обхватываю лоб и рывком запрокидываю голову назад, обнажая горло. Короткий росчерк ножом. Капли крови разлетаются веером. Придерживаю тело, сгребаю с головы покойного промокший колпак. Второй успевает обернуться. Бросаю головной убор ему в лицо. Пока он отвлекается, подхожу вплотную. Перехватываю нож обратным хватом. Отклоняюсь вправо. Два раза ударяю в горло со стороны сонной артерии. Капли крови до меня не долетают. Мужчина булькает и падает на колени. Затем ничком на землю. Наклоняюсь и вытираю оружие о его одежду. Убираю в наручные ножны. Переступаю через труп и подхожу к сжавшейся у стены жертве. Та поднимает на меня испуганные глаза и совсем не спешит радоваться спасению. Правильно. Неизвестно, кто хуже - два подонка, намерения которых просты и понятны, или неизвестный спаситель...
   - Идти можешь? - протягиваю ей руку.
   Девица неуверенно кивает и осторожно тянет ко мне дрожащие пальцы. Сейчас она выглядит едва ли не ребенком. Девочка-подросток пятнадцати-шестнадцати лет. Для Гленжа полноценная невеста. Сжимаю ладонь и дергаю на себя. Разглядев под капюшоном женское лицо, девчонка заметно успокаивается и выдыхает.
   - Почему вы их... - начинает она.
   - Разговоры потом, сначала уйдем отсюда. Давай вперед и не оборачивайся, пока не выйдешь на центральную улицу. Я тебя догоню.
   Натягиваю на ее промокшие светлые волосы капюшон и подталкиваю в спину. Дружки убитых в любой момент могут захотеть присоединиться к веселью. Для меня они не станут проблемой, но оставлять в переулке столько трупов все же подозрительно. Могут начаться ненужные разговоры. Слухи. Сплетни. Домыслы. Которые рано или поздно дойдут до заинтересованных лиц.
   Девушка оказывается понятливой и послушной. Быстрым шагом движется в сторону улицы и почти доходит до поворота, когда дверь трактира снова открывается. Я как раз стою рядом, прикрывая своей фигурой обзор любому, кто выйдет на улицу.
   - Ты не могла уйти спокойно, - выдает мой осведомитель, обозревая результат стычки. Добавляет пару непечатных эпитетов. - И зачем тебе эта девка?
   В его голосе слышатся отчаянные нотки. А еще понимание, что просто так он от меня не отделается.
   - А ты как думаешь? Не наряжать же тебя бабой... А служанок много не бывает...
   Он выдает короткую нецензурную тираду, смысл который сводится к проклятию всего женского рода в целом, и ведьм в частности.
   - А попроще нельзя было? Нашла бы деревенскую девку, заплатила бы...
   Мы уже идем в сторону улицы вслед за удаляющейся фигуркой. Она все же обернулась перед поворотом, помедлила и продолжила идти.
   - И получила бы в лучшем случае половину нужной информации. Нет, так не пойдет. Эта девчонка из благородных. Знает, что такое долг. И сделает все как надо. Потому что я спасла ей жизнь. И честь.
   - А мне ты все это рассказываешь...
   - Ты же все равно в герцогство собирался, вот и проводишь. Заодно и присмотришь, чтобы никто не попортил по дороге.
   В ответ доносится еще одно заковыристое нецензурное выражение. Скупо улыбаюсь. Жизнь давно научила использовать любые подручные средства себе на пользу. Посмотрим, что выйдет из сегодняшнего приключения.
  
   Глава 2
  
   Вытягиваю ноги перед очагом и откидываюсь в низком деревянном кресле, сжимая обеими руками кубок с горячим вином. За окном, закрытом ставнями, продолжает шуметь дождь. Из-за стены доносится смех, стоны, ритмичные поскрипывания кроватей. В воздухе разливаются ароматы восточных масел, дешевых духов, вина. Они ощущаются даже в личном кабинете Кларет - держательницы борделя, расположенного на противоположном от трактира конце города.
   Заведение пользуется определенным спросом как у низов, так и у представителей более обеспеченного круга. Здесь можно найти редкую диковинку: смуглую южанку, обученную искусству любви с малых лет, узкоглазую и круглолицую деву из страны шелков, украденную из гарема самого императора, белокожую северянку с огненными волосами, привезенную со скалистых островов, и многое, многое другое... Каждая из девушек в состоянии рассказать захватывающую и правдоподобную историю своей жизни, придуманную самой Кларет.
   К тонкому делу продажи удовольствий дородная, пышнотелая женщина, вышедшая из семьи потомственных купцов, относится с фантазией. К каждой девочке находит индивидуальный подход. Кого-то из попавших на дно убеждает словами, кого-то влечет заработком, кому-то помогает укрыться от семьи. Обстоятельства бывают разными. Особенно в Гленже, где у женщины только три пути: замуж, в бордель или монастырь. Кларет не обижает девушек и по возможности прикрывает от неприятностей. Получается не всегда...
   Один из титулованных оболтусов как-то раз закатил скандал - якобы девка не проявила к нему должного уважения и отказалась исполнить фантазию. Оказалось, что юный виконт страдает весьма извращенными вкусами и любит причинять боль. Раздор с ним грозил заведению большими проблемами, а мне тогда как раз было скучно...
   Конфликт уладился ко всеобщему удовольствию. Я наколдовала мальчику чудесный сон с исполнением его самых потаенных желаний. Девушка получила выходной. А хозяйка борделя стала моей должницей. Впрочем, мы быстро нашли общий язык, уже не вспоминая о том давнем случае.
   Дверь со скрипом открывается. Кларет, одетая в свою лучшую блузу ярко-алого цвета и черную юбку с затейливым шитьем по подолу, заходит в комнату и тяжело опускается в кресло рядом.
   - Все в порядке? - интересуюсь скорее для поддержания разговора, она еще ни разу меня не подводила.
   - Как всегда, - отмахивается местная маман, - помыли, одежду сожгли, сейчас закончат приводить в порядок и уложат спать. Завтра утром будет как новенькая.
   - Хорошо, - удовлетворенно киваю и делаю глоток вина.
   Богатый вкус приятно сдобрен специями, по телу разливается тепло. Перед отправкой в герцогство с моей новой подопечной стоит познакомиться поближе. И бордель подходит для этих целей идеально. Пока я отдыхаю, а наемник знакомится с местными диковинами, сноровистые служанки сводят последствия встречи с несостоявшимися насильниками к минимуму, а заодно расспросят девчонку кто она и откуда. Горячая ванна, массаж и прочие приятные процедуры порой развязывают язык не хуже пыток.
   - Слухи по городу идут... - Кларет наливает себе вина в кубок и также сжимает обеими руками. Смотрит на языки пламени в очаге. Ее лицо в алых отблесках выглядит еще более некрасивым чем обычно. Широкий и крупный нос, плотные круглые щеки, двойной подбородок, густые брови над небольшими глазками. Для держательницы такого заведения внешность не главное, но клиенты-новички часто уходят, рассмотрев, с кем придется общаться, чтобы получить удовольствие. Впрочем, завсегдатаев здесь хватает.
   - Какие?
   - Говорят, ищут одну преступницу... Стражники даже по борделям ходят. Спрашивают. Портреты показывают. Награду обещают. Награда немаленькая. В золоте. К нам тоже приходили...
   - И как?
   Перевожу заинтересованный взгляд на собеседницу, та отвечает мне короткой усмешкой и достает из объемного декольте сложенный листок.
   - Глянь сама...
   Ставлю кубок на низкий столик и забираю листок. Разворачиваю. С любопытством изучаю. Что ж... Портрет определенно удался. Кто-то постарался, максимально точно воспроизводя образ. Узнать несложно.
   - И что говорят? Воровка? Убийца?
   - Ведьма, - Кларет качает головой и пьет вино. - Все вместе. И герцога Леай, говорят, убила, и казну из замка Андажира вынесла. И даже королю чем-то навредила. Так, что ищут ее по всем соседним государствам и у нас тоже. Странно только, что живой требуют выдать.
   Киваю. Сворачиваю лист и засовываю под наруч. Будет, чем повеселить Хвабра в дороге. После выплаченного мною гонорара награда в золоте его не соблазнит. К тому же наемник прекрасно знает, на что я способна. С ним мы встретились в тот безумный период, когда Ивар меня укрощал. Вспышки бешенства следовали одна за другой. Тогда я многое натворила...
   - Что сказали девочки?
   - Что и всегда... Что красивой бабе в дешевом борделе делать? Тем более ведьме. Знать не знают, видеть не видели. Но если вдруг что... В общем споили мы тех стражников. Тройняшки расстарались. До утра их так укатали, что те до вечера спали. Мы и вещи постирать успели. И просушить. И погладить. И даже ужином их за счет заведения накормили.
   Смеемся вместе. Тройняшки пользуются особой репутацией. Хотя бы потому, что никто не знает, что сестер на самом деле три. Заказывают обычно двух, одна всегда на подхвате или смене. В постели девочки понимают друг друга с полувзгляда. Работу любят вполне искренне и менять не собираются. Еще ни один клиент не смог выдержать их натиск. Обычно измотанных мужчин действительно оставляют проспаться до вечера. История со стражниками не первая и никого не удивит.
   - Что нашли?
   - Амулеты. Много. Мы в них не разбираемся, но увешали тех стражников с головы до ног. Девочки перерисовали особо любопытные, - Кларет тяжело поднимается и идет к столу, расположенному позади нас напротив очага.
   Провожаю ее взглядом. Амулеты... Значит, не боевики. Те в состоянии вывести людей на откровенный разговор. И темные, и светлые. Но то, что людям выдали заговоренные вещи, говорит о многом. Ищут меня с размахом. Из города нужно убираться как можно скорее. До утра ждать нельзя.
   Держательница борделя возвращается с небольшой стопкой изрисованных листов. Отдает мне. Оставляю кубок и изучаю улов. Некоторые амулеты мне знакомы, базовые формы улучшенной модели. Вполне узнаваемы. А вот два оказываются совершенно новыми. Ничего похожего я не видела. И это плохо. Очень плохо. Кто-то постарался разработать подарок конкретно для меня. Лестно. Но совершенно не радует.
   - Если придут снова - говори правду. Приходила по старой памяти, ночь провела и ушла. Куда - не знаешь. Спросят, была ли одна - скажешь про Хвабра. Он выкрутится. Про девчонку постарайся не упоминать.
   Кларет понятливо кивает. Рисунки отправляю в огонь. Кладу рядом с кубком мешочек, который быстро исчезает в том же необъятном декольте.
   - Мне нужно поговорить с девушкой сейчас, потом уйду. Они уедут утром.
   Еще один кивок и на столике появляется ключ.
   - Второй этаж. Комната в самом углу. Будь осторожна...
   Пожелание звучит искренне. Все же с хозяйкой борделя у нас никогда не возникало разногласий. И уже одно это заставляет ценить ее выше многих...
  
   Перед встречей со спасенной я успеваю переговорить со служанками. Они быстро и четко выдают всю информацию. Агнесс Милфрем - младшая дочь мелкопоместного барона. Отец разорен. Недавно скончался. Старший сын наследовал все имущество и не придумал ничего лучше, как продать единственную оставшуюся в девицах сестру богатому соседу, не отличающемуся ни молодостью, ни добротой. Та не стала скандалить, молча собрала вещи и отправилась к одной из сестер, надеясь получить защиту и поддержку. Но выданная за ювелира родственница категорически отказалась пускать беглянку на порог. Даже не позволила переночевать, а велела отправляться обратно и не пытаться больше сбежать. Отчаявшаяся девушка отправилась бродить по незнакомому городу и оказалась в трактире.
   Одна из типичных историй Гленжа. Женщина не может делать собственный выбор и принимать решения. Если, конечно, она не почтенная вдова, как герцогиня Леай. Всем остальным приходится мириться с волей отца, брата, мужа, а потом и сына. И сделать с этим ничего нельзя. Общество либо само постепенно придет к другой модели взаимодействия, либо... таким и останется. Насильно внушить мысль о свободе и равенстве полов невозможно.
   Открываю дверь ключом и захожу в крохотную комнатушку, где размещаются кровать и массивный комод с кувшином и тазом для умывания. Агнесс не спит. Сидит на кровати, одетая во вполне приличную сорочку из плотной ткани. Кутается в одеяло. Смотрит на одинокую свечу, оставленную на полу возле кровати. Вздрагивает при моем появлении и подбирается.
   - Это вы... - она заметно расслабляется, но не сводит с меня настороженного взгляда.
   - Я, - легко соглашаюсь, подхожу ближе и присаживаюсь на край кровати. - С тобой хорошо обращались?
   Конечно, хорошо. Служанки Кларет знают свое дело, но продемонстрировать немного заботы не помешает.
   - Да, все хорошо, - Агнесс теребит рукав ночной рубашки и глубоко вздыхает, прежде чем задать вопрос: - Что вам от меня нужно?
   - А ты сама как думаешь?
   Мне интересно. Девочка не похожа на обычную наивную простушку. Да и побег говорит сам за себя. Ей хватило духу пойти против брата. Здесь это многое значит. Большинство предпочитает со смирением принять свою долю. Так проповедуют жрецы Девы. И так жить намного легче.
   - Я?.. - девчонка заметно теряется и хмурится, не зная, что сказать. - Вы бы не стали спасать меня просто так. Если бы был мужчина, я бы подумала, что он рассчитывает на благодарность...
   Она краснеет и опускает взгляд. Да, место весьма располагает к подобным мыслям. Усмехаюсь.
   - Женщина, значит, на благодарность рассчитывать не может? - дочка барона поднимает на меня огромные изумленные глаза, после чего краснеет еще больше. - Успокойся, подобная благодарность мне не нужна. Я предпочитаю мужчин. Но кое-что ты все же можешь сделать.
   - Что? - тихо спрашивает она, с трудом оправившись от шутки.
   - Ты одна. Без средств и помощи. К тому же твой брат наверняка ищет тебя, чтобы довести задуманное до конца. Оставаться в городе нельзя. Поэтому ты отправишься в герцогство Леай. Падешь в ноги старой герцогине. Расскажешь свою историю. И попросишь дать приют сироте.
   Агнесс снова хмурится и кусает губы.
   - Разве в таком случае не нужно отправляться к королю? Разве не он должен решить мою судьбу?
   Видимо о подобном варианте она уже думала. Неплохо.
   - Должен, но разве мужчина в состоянии понять слабую женщину? Что он сделает? Вернет тебя брату. Который наверняка пожалуется на своеволие юной сестры, оставшейся на его попечении. Искать тебя в герцогстве не станут. Да и связываться с герцогиней юный барон не посмеет. Как и вмешивать в это дело короля. Монарх не станет спорить со столь влиятельной соседкой из-за какой-то девчонки.
   Некоторое время беглянка раздумывает над мои предложением. Хмурится. Ищет подвох.
   - А какая вам польза от моей поездки в герцогство?
   - Есть кое-что... Мне нужно узнать некоторые подробности об окружении герцогини. И ты мне их расскажешь.
   - А если я расскажу герцогине о вашей... просьбе?
   Отказаться она не пытается, значит, понимает, что предложенный мной вариант куда лучше, чем поездка в столицу. Тем более что граница с герцогством пролегает совсем рядом, по реке. А до короля еще нужно ехать и ехать. По дороге ее перехватят.
   Щелкаю пальцами, зажигая на них огонек. Он намного ярче свечи и позволяет разглядеть мое лицо. Тьма затягивает глаза всего на пару мгновений, но их хватает. Агнесс заметно бледнеет и с трудом кивает.
   - Я сделаю все, что вы скажете.
   Конечно, сделает. Умная девочка.
  
   Глава 3
  
   Лес... Как я устала от него за последние полгода. Жить в землянке, питаться подножным кормом, делать заготовки для зелий из собранных в нужное время трав - сомнительное удовольствие. Тем более, что место обитания приходилось периодически менять. Когда прячешься - нельзя долго задерживаться где-то. Рано или поздно попадешься на глаза кому-то из местных, а там и сплетни не заставят себя ждать. Нет уж. Я использовала все заготовленные заранее схроны. Благо за время замужества создала их немало. Надо же было куда-то девать излишки силы...
   Останавливаюсь на опушке леса и приподнимаюсь в стременах, вглядываясь в сторону дороги. Купеческий обоз лениво движется в сторону герцогства. А с ним Хвабр, нанявшийся охранником, и его "племянница". Дождь существенно усложняет движение. Лошади оскальзываются в грязи, телеги вязнут. Но видимо торговцу пообещали щедрую доплату за срочность, раз он решил выехать в такую погоду.
   Опускаюсь в седло и поднимаю взгляд на серое небо, с которого сыпет мелкий дождь. Погода буквально искушает применить пару заклинаний и сделать путешествие более комфортным. Нельзя... Подобные манипуляции точно не останутся без внимания. Сжимаю зубы и кутаюсь в непромокаемый плащ. Конь трясет головой и скребет копытом землю, поддерживая мое отношение к дождю.
   - Придется потерпеть, малыш, - глажу его по короткой гриве и легким движением коленей направляю обратно в чащу.
   На дороге мне тоже показываться нельзя. В том же обозе наверняка есть соглядатай, докладывающий обо всех подозрительных спутниках. Один наемник не вызвал бы никакого интереса. А вот Агнесс наверняка уже проверили и перепроверили. Пусть... Ничего лишнего девочка не скажет. Клятва крови не определяется амулетами, а держит крепко. Опасаться нечего. Не будут же в каждый обоз сажать по боевому магу. Даже если светлые и темные объединят усилия, им просто не хватит ресурсов. Не говоря уже о том, что они прекрасно понимают, кого ищут. И вряд ли рассчитывают на подобное везение...
   Жеребец осторожно бредет между деревьями, придирчиво выбирая дорогу. Темно-серая масть хорошо сливается с постоянными сумерками, в которые превратились дни. В тени деревьев с дороги нас не разглядеть. Магию я стараюсь использовать редко, лишь в самых крайних случаях. Полгода без способностей оказались отличной тренировкой. В подсумках позвякивают склянки заготовленных зелий. В Гленже растут далеко не все травы нашего мира, но и моих заготовок хватит на небольшую осаду. Главное найти подходящее укрытие и обороняться можно довольно долго. Конечно, оборона - крайний случай. Пока меня интересует Молот.
   Символ, разгадку которого я нашла в библиотеке, трактуется весьма однозначно. Убийца ведьм. В староимперском им обозначали палача, но в современности есть только один маг, подходящий на эту роль. И встречались мы незадолго до гибели герцога. Учитывая, что сам символ мне показали еще прошлой осенью, а посещение замка Андажира было весной, картина вырисовывается не самая приятная. Кто-то очень хорошо все рассчитал. В том числе и мою просьбу о страховке в лице Молота. Или он должен был находиться рядом с графом независимо от моего желания. Встретились бы мы при таком раскладе? И имела ли встреча значение? И как нейтральный маг, работающий на светлый Совет, взаимодействует с темными?
   Примерно такие вопросы я хочу ему задать. Конечно, отвечать он не захочет. Беседа наверняка выйдет жаркой. Но не зря же я столько к ней готовилась. Главное - выследить того, кто столь легко умеет менять обличия. Не самая простая задача, но Агнесс станет моими глазами и ушами в замке. У нее получится. А когда все закончится, девочка получит вполне приличное вознаграждение. На тихую, безбедную жизнь в дали от брата хватит. И на новые документы тоже.
   Конь выбирается на одну из лесных троп. От дождя ее защищают плотные переплетения ветвей. Уставший от шага жеребец переходит на легкую рысь. До замковых окрестностей мы доберемся наверняка раньше тяжелого обоза. Успею осмотреться ...
  
   Осенью смеркается рано, но я продолжаю ехать, пока ночь окончательно не вступает в свои права. На ночлег останавливаюсь в небольшом овраге. Жеребец шевелит ушами и принюхивается. Его порода улучшена годами магической селекции. Острое зрение, повышенная выносливость и сила, преданность одному хозяину и несколько дополнительных бонусов. У светлых разведением лошадей занимались маги-исследователи, у темных каждый старался для себя. И лишь изредка делился с соседом.
   - Что думаешь? Еще поплутаем или рискнем? - интересуюсь и спрыгиваю на землю.
   Серый скребет землю и трясет головой, издавая угрожающее ржание. Будем считать, он согласен. Нрав у жеребца злобный. Для меня в самый раз, для потенциальных конокрадов и волков - сущее наказание. В мое отсутствие конь жил довольно вольной жизнью на землях, когда-то принадлежавших Ивару. За ним присматривал конюший одного из лордов. Конечно, за отдельную плату. Но стоило вернуться и послать зов, жеребец сразу же сбежал. И отыскал меня на болотах. С его появлением перемещения стали значительно проще.
   Снимаю с коня седло и сумки. Чищу, проверяю подковы, подсвечивая магическим пламенем. Мелкие заклинания в местном магическом поле совершенно не оставляют следов. Подвязываю торбу с ячменем, и, только услышав довольно похрапывание, начинаю заниматься собой. Дождь давно закончился, но земля, укрытая опавшей листвой, сырая. Морщусь. Не люблю осень. Особенно когда приходится ночевать под открытым небом которую неделю подряд. Экипировка спасает от холода и влаги, но порой не хватает простых мелочей. Например, горячей ванны. Мыла. Свежей еды. Кларет предлагала воспользоваться ее гостеприимством, но... Риск появления боевиков, которые прервут мое удовольствие, чересчур велик. Лучше вовсе отказаться от искушения.
   Собираю подходящие ветки для костра. Магическое пламя может гореть и без физической подпитки, но в таком случае тепла не дает. А сырость рано или поздно доведет меня до насморка. Или еще чего-то не менее навязчивого, и не более приятного. Дрова горят плохо и дымят. Приходится снова применить магию. Теперь дым стелется по земле и уходит в чащу. Вряд ли его кто-то заметит. Разве что разбойники... Но они точно не станут исследовать столь подозрительное явление. Нарезаю еловых веток для постели. Застилаю непромокаемым одеялом. Достаю вяленое мясо, сыр, лук и хлеб. Усаживаюсь перед костром...
   Серый подходит ближе и тихонько похрапывает. Медленно обходит стоянку по кругу, вглядываясь в темноту. Возвращается и замирает у меня за спиной. Громко фыркает. Его я выбрала из десятка других жеребят в питомнике, расположенном на землях Морлаона. Как ни странно лошади для погодника стали настоящей страстью. Он не жалел сил и времени на их разведение, и продавал любимцев только князьям. Или княгиньям. Ивар предлагал взять черного, но мне понравился этот. Высокий, стройный, немного нескладный, со светлой полосой на морде. За год нескладность выровнялась. Морлаон не потерпел бы бракованного жеребца.
   Вяло дожевываю ужин. Еще пара недель в лесу, и я сама отправлюсь искать ближайший пост боевиков. Все же к комфорту быстро привыкаешь. Даже боевые маги редко проводят дольше шести-восьми недель без крыши над головой. В деревнях им всегда рады. Найдут и дом, и еду, и даже баню затопят. Но мне раскрываться нельзя, поэтому заезды в ближайшие села отменяются.
   Убираю остатки ужина в сумку. Снимаю сапоги и куртку. Спать в коже, местами обшитой железом, неудобно. Заворачиваюсь в плащ с головой и поудобнее устраиваюсь на спальном месте. Закрываю глаза. Потрескивание костра и звуки ночного леса убаюкивают. Диких зверей или других гостей можно не опасаться. Серый найдет, чем их встретить. В крайнем случае поднимет шум...
  
   Я знаю, что сплю. Но увиденная картина все равно вызывает эмоции. Гостиная. Пушистый ковер, на котором играет Анджей. Я сижу с одной стороны, Ивар напротив. Мы подаем ребенку игрушки, а он с умилительной серьезностью изучает каждую и тащит в рот. Малыш только-только научился переворачиваться и теперь изучает мир.
   - Чем тебя не устраивала наша семья? - спрашивает мой покойный муж, протягивая сыну жевательное кольцо.
   Тереблю в руках мягкий кубик, сшитый из лоскутков ткани.
   - Тебе не надоело?
   Откидываюсь назад и прислоняюсь спиной к дивану. Сын с сосредоточенным видом жует кольцо. Князь полулежит, опираясь на локоть.
   - Разве мне могут надоесть наши беседы? - он улыбается.
   Давлю мимолетное желание впиться ногтями ему в лицо. С того момента, как с меня слетела печать, и я миновала границу миров, Ивар стал частым гостем в моих снах. Использование его силы увеличило нашу связь. Оборвать ее можно лишь выпив всю энергию князя. Но тогда я стану темной.
   - Кто помогал твоей матери?
   Если уж не могу отделаться от навязчивого внимания, хотя бы попробую узнать что-то полезное.
   - Надо же, - мурлычет он, - я смог разбудить твой интерес.
   - Не обольщайся... - протягиваю игрушку Анджею, который как раз перевернулся на живот и протянул ко мне ручку. - Вряд ли ты знал что-то важное.
   - Тогда почему ты спрашиваешь, дорогая?
   Князь продолжает улыбаться, а от его интонаций во мне пробуждается такое знакомое желание убивать. Чего я только не перепробовала за прошедшее время. Осуществила почти все свои фантазии. Вот только легче не стало. Темных нельзя ненавидеть. И каждый всплеск агрессии, направленный на мужа, придавал ему сил. На следующую же ночь он возвращался в еще более радужном расположении духа. Ночи я теперь не люблю. Сны тоже.
   - Пытаюсь найти причину не убить тебя.
   Отвечаю предельно честно. Наши игры надоели мне еще при его жизни, играть в них, будучи вдовой, перебор. Однозначно. Когда мне удавалось игнорировать покойного достаточно долго, он исчезал. Но затем снова появлялся. Всегда неожиданно. Стоило только немного расслабиться и понадеяться, что больше я его не увижу. Впрочем, надежду я быстро утратила.
   Ивар тихо смеется. Анджей оборачивается к нему и весело гулит. Внутри что-то сжимается. Сон принадлежит мне. Я в любой момент могу изменить картинку. Но... Я скучаю по сыну. Знаю, что с ним все в порядке. Что о нем заботятся и берегут, но... Порой невероятно трудно задавить в себе порыв отыскать его и забрать себе. Нельзя. Ребенку не место в глухих чащах и на болотах. Тем более рядом с разыскиваемой преступницей. Здравый смысл не дает совершить глупость, но иногда... Иногда тоска становится звериной. И хочется выть или сорваться с места и скакать во весь опор. В такие моменты я стискиваю зубы и занимаюсь зельями. Работа помогает отвлечься.
   - За тобой всегда было забавно наблюдать, - неожиданно говорит князь, щекоча пятку сыну. - Твои улыбки. Жесты. Заученная до мельчайших деталей роль. Мне было интересно, когда ты сорвешься. А ты все терпела и терпела. И только во время приступов становилась собой. Дикая, необузданная, опасная... Мне нравилось тебя укрощать.
   Не сомневаюсь. Помню свое состояние после этих "укрощений". Странно, но раздражение уходит. Злость стала привычной. Какой-то родной. Пройдет много времени, прежде чем его лицо перестанет вызывать во мне жажду убийства, но сейчас... Я смотрю, как Ивар играет с Анджеем, и улыбаюсь. По-настоящему. Спокойно и удовлетворенно.
   Смена настроения не остается незамеченной. Князь хмурится.
   - Чему ты радуешься?
   - Тому, что ты никогда больше не тронешь моего ребенка, - смотрю ему в глаза и продолжаю улыбаться. - Никогда не будешь воспитывать его. Не превратишь его в монстра. Тому, что он забудет тебя. И даже если когда-нибудь спросит, кем был его отец, не услышит ни слова правды. Понимаешь, Ивар, тебя уже нет в его жизни. Он свободен.
   Лицо мужа искажает гримаса ненависти. Он кидается вперед и неожиданно оказывается вплотную ко мне.
   - Дрянь! - шипит, глядя мне в глаза, смыкает руки на горле.
   А я смеюсь. Сон принадлежит мне.
   - Приходи сколько хочешь, - обхватываю его лицо, не давая отвернуться. - Мучай меня. Его ты никогда не получишь.
   Прижимаюсь губами к губам и пускаю по рукам темное пламя. Последнее, что слышу перед пробуждением, полный боли крик князя...
  
   Глава 4
  
   Даже на расстоянии замок выглядит внушительно. Высокие стены. Караулы. Флаги с гербом герцогского дома. Ров, после дождей, заполненный водой. Опущенный мост, охраняемый бдительными стражниками. Каждого желающего войти действительно осматривают, заглядывают в телеги крестьян, ворошат сено. Судя по жестам, используют амулеты. Весьма неплохо для немагической крепости.
   Я наблюдаю за жизнью вокруг с опушки леса, расположенной на небольшом возвышении относительно деревни. Лежу между кустов и подмечаю детали, которые Хвабр мог не заметить. Серый остался в лесу гулять самостоятельно. Все же оседланный жеребец тем более с такими данными привлекает много лишнего внимания. А одна я быстрее выясню все необходимое.
   Дорога, по которой должен приехать обоз, проходит через всю деревню и тянется к замку. Селение довольно крупное. Дома стоят добротные, пара даже отделана камнем. Нападений здесь давно не было. Люди расслабились, привыкли к сытой и спокойной жизни. Скоро она кончится. Темные не отдадут без боя столь лакомый кусочек. Впрочем, мне глубоко наплевать, кому достанется герцогство и что от него в итоге останется. Главное - отыскать Молота.
   Поднимаюсь на колени и медленно возвращаюсь под прикрытие деревьев. И только там выпрямляюсь в полный рост. Нужно сходить на разведку в саму деревню. Послушать разговоры. Появление незнакомого человека из леса вызовет много вопросов. Сначала нужно пробраться к дороге. Применяю простейшие чары отвода глаз и быстрым шагом направляюсь в чащу. Дальше от селения лес подходит к дороге почти вплотную. Там и выберусь.
   Конечно, появляться в такой близости от замка - рискованно. Мало ли сколько боевиков отправили в герцогство. И кто из них неожиданно решит прогуляться. Все же интуиция у нас развита хорошо. И слушать ее буквально заставляют. Моя пока молчит. Значит, есть шансы, что все пройдет спокойно. По крайней мере, без неприятных сюрпризов.
   Примерно через полчаса выбираюсь на дорогу. Отряхиваю плащ. Придаю лицу наивно-простоватое выражение. Большую часть оружия я оставила притороченным к седлу. Со мной только полупустая катомка с частью припасов и парой особо эффективных зелий. Внушительный нож на поясе - без оружия в этом прекрасном мире никто не путешествует. Еще несколько рассованы по более незаметным местам. Не стоит пугать людей арсеналом. Пусть думают, что я из начинающих борцов с нечистью.
   Как класс они появились совсем недавно, лет десять-пятнадцать назад. Обычные люди, прошедшие подготовку в магических замках у боевиков. До нашего уровня им далеко, но по крайней мере могут организовать грамотную оборону в селении от некоторых видов местных монстров, а некоторых даже убить. Мелочь, а приятно... И работу упрощает.
   Уверенным шагом направляюсь к деревне. Женщины среди борцов с нечистью стали появляться всего год или два назад, все же для Гленжа подобное явление чересчур вызывающе. Для одного раза маскировка пройдет, но потом лучше не рисковать. Слухи о женщине, которая может убивать монстров, быстро облетят округу. Вот кто-то порадуется...
   В селение я попадаю легко. Мальчишки, играющие в придорожной канаве, провожают заинтересованными взглядами.
   - Где у вас тут таверна? - спрашиваю с приветливой улыбкой.
   Самый высокий и видимо самый старший выпрямляется и машет рукой.
   - Тама! Прямо идете, к ней и выйдите... Тетя, а вы кто?
   Чудесная детская непосредственность.
   - Я - добрая фея, спасающая чужие жизни.
   Достаю из мешочка на поясе мелкую монетку и бросаю ему. Ребенок ловит на лету и сразу же сжимает в кулаке. В его глазах появляется неподдельный восторг. Подмигиваю и направляюсь в указанную сторону. Иногда разница между злой ведьмой и доброй феей действительно составляет всего один медяк.
   С интересом кручу головой, всячески демонстрируя, что я здесь впервые. Разглядываю встречных людей. Аккуратно подпитываю чары, которые заставят их забыть обо мне уже к концу дня. Будут помнить, что кто-то приезжал, видели, а кого... Творить подобное под носом у Молота тоже рискованно, но вряд ли он почует столь тонкое воздействие из замка. Все же в Гленже мы ограничены.
   Подхожу к таверне, откуда по обеденному времени доносятся аппетитные ароматы. Слюна наполняет рот, а мысли устремляются в сторону горячей и свежей еды. Бдительность я не теряю, смотрю по сторонам, но неожиданный окрик настигает меня уже на пороге заведения:
   - Подожди меня, красавица.
   Стискиваю дверную ручку и замираю всего на мгновение. После чего оборачиваюсь с самой счастливой улыбкой на лице:
   - Разве я могла о тебе забыть, милый?
   В двух шагах от меня возвышается Эскалар.
  
   В таверну мы все-таки заходим. Вместе. Едва ли не под руку. Обмениваемся улыбками, занимаем ближайший к двери пустой стол.
   - Хозяин, подай-ка нам чего погорячее и вина, - велит темный, не спуская с меня глаз.
   Он расстегивает куртку и на мгновение разводит полы, позволив мне оценить имеющийся у него арсенал.
   - И воды, - ставлю сумку на скамейку рядом с собой, откидываю капюшон плаща. Под ним лишь теплая рубашка и кожаный жилет. Нож Эскалар уже разглядел, но за моими движениями наблюдает пристально. Наверняка замечает несколько тайников.
   - Как дорога? - начинает прощупывать меня глава боевых магов.
   - Как и обычно осенью... отвратительно. Ты здесь один?
   Мы оба понимаем, что устраивать разборку с применением заклятий под носом у светлых - глупо. Но разойтись мирно... Получится ли договориться?
   - Возможно, - он демонстрирует крупные зубы в оскале. - А ты?
   - Возможно, - возвращаю улыбку.
   Эскалар мог просто сообщить о том, что видел меня, не раскрывая свое присутствие, но почему-то решил подойти в открытую. Что-то нужно? Или ждет прибытия подкрепления для надежности? Все же он в отличие от многих понимает, на что я способна.
   - И что же привело тебя в герцогство?
   - Решила проверить одну знакомую.
   - Слышал, она скоропостижно скончалась еще весной.
   - Неужели? Какая жалость... Навещу ее могилу.
   Наш обмен любезностями прерывает разносчица. Аромат курицы, запеченной с картофелем, на некоторое время смещает приоритеты. Мы оба с одинаковым рвением набрасываемся на еду. И продолжаем наблюдать друг за другом. Нападать на темного, рассчитывая только на зелья и оружие, я не стану. Все же он куда опытнее, да и драка привлечет не меньше внимания, чем неожиданный всплеск магической активности. Придется подождать. И по возможности увести неожиданного компаньона подальше от деревни. Интуиция продолжает молчать об опасности, значит, встреча может оказаться не такой уж плохой.
   - А ты здесь зачем? - отвлекаюсь от блюда, чтобы сделать глоток воды.
   - Посмотреть, послушать...
   На разведку, значит. Что же такое важное предполагают узнать темные, чтобы здесь появился сам главный боевик? Все интереснее и интереснее. На мой изучающий взгляд Эскалар отвечает задумчивым. Агрессии от него не исходит. Лишь любопытство. А еще четкое понимание того, что мы сейчас в одной лодке. И он рассчитывает извлечь из ситуации максимальную выгоду. Что ж... Посмотрим.
   Заканчиваем трапезу. Темный оставляет на столе горсть монет и кивает на выход. Набрасываю капюшон и забираю сумку.
   - Дамы вперед, - он делает предусмотрительный шаг в сторону и приглашающий жест.
   - Если ты так просишь...
   Прохожу к двери, затылком ощущая пристальный взгляд. На улице мы останавливаемся.
   - Где поговорим? - интересуется Эскалар, изучая улицу.
   - В местном лесу просто чудесный воздух... - смотрю в другую сторону, запоминая расположение домов и окон.
   - И речка... По зиме ее льдом сковывает. А весной утопленники всплывают...
   - Какое изумительное знание местных обычаев.
   - Ну я готовился... Не к твоему появлению, но все же. Места-то видные.
   Встречаемся взглядами.
   - Значит, в лес? Вместе или по одному?
   - Ты же понимаешь, что мне стоит свистнуть, и тебя погонят отсюда собаками? - боевик сбрасывает маску и говорит прямо и жестко.
   - Как и то, что ты здесь один. На разведке. Тебе нужна информация. А достать ее сложно. И ведьма тебе пригодится.
   - Приятно иметь дело с умным собеседником. Иди к реке, я тебя найду.
   Действительно, приятно. Никакой крови и лишних криков. Мы расходимся в разные стороны, но во встрече я не сомневаюсь. Как и в том, что Эскалар не обманет. Хотел бы сдать, уже сделал...
  
   От реки тянет сыростью и холодом. К вечеру температура падает, ощущается первый мороз. Изо рта вырывается пар. Сижу на удобно обтесанном бревне, из которого местные сделали подобие лавки. В двух шагах потрескивает костер. По осени место пустует, но летом наверняка пользуется популярностью у деревенской молодежи. И у замковых слуг. Берег тут пологий. Купаться удобно.
   Серый бродит в стороне от стоянки. Сегодняшнюю порцию ячменя он уже съел и теперь разминает ноги. Его нужно объезжать каждый день, а сегодня мы проехали возмутительно мало. Завтра нужно будет отпустить побегать...
   Эскалар выбирается из леса напролом, игнорируя ближайшую тропинку. Однако стоит отдать должное его опыту - ни одна лишняя веточка не дрогнула, и сухой сучок под сапогом не хрустнул. Будь на моем месте кто-то менее внимательный, решил бы, что маг возник из воздуха. Или вообще местный лесной дух...
   - Внимание привлечь не боишься? - интересуется темный, сгружая к костру тушку ягненка и сумку с вещами.
   Пожимаю плечами.
   - Увидят огонь - решат, что местные решили отдохнуть. Погода ясная. Дожди кончились.
   Он прекрасно все понимает, но хочет лишний раз убедиться в моей компетентности. Почему нет? В его возможностях у меня сомнений не возникает. Боевик садится на еще одно бревнышко, лежащее под углом к моему, и занимается добычей. Получается у него быстро, виден опыт.
   - Купил у крестьянина. Втридорога между прочим, - поясняет он, не отвлекаясь от дела.
   - Я и не думала, что ты будешь красть по мелочи, - усмехаюсь.
   От свежего мяса я не откажусь. Тем более молодого и нежного. Еще и приготовленного не моими руками. Помнится во время практики, когда нас впервые бросили в самостоятельное плавание, среди однокурсников встал вопрос о том, кто будет отвечать за котелок. И все почему-то решили, что склонность к алхимии делает меня замечательным поваром. В ответ я перечислила возможные варианты ядов, которые могу приготовить из имеющихся трав. Вопрос решился в пользу ежедневного чередования.
   Эскалар нанизывает кусочки мяса на тонкие прутики, после чего отходит в сторону закопать потроха и помыть руки. Я приглядываю за будущим ужином.
   - Что тебе нужно в замке? - интересуется он, возвращаясь от реки.
   - Не что, а кто... И я не уверена, что он вообще здесь.
   - Как узнаешь?
   - Есть вариант... А тебе здесь что понадобилось?
   Встречаемся взглядами. Темный потирает подбородок. Морщится.
   - Нужно узнать, кто из светлых в замке. И контролирует герцогиню.
   Удовлетворенно киваю.
   - Кажется, наши цели совпадают...
   - Все выясняем и расходимся. Я не видел тебя, ты - меня.
   - Неужели у темных настолько истощились ресурсы? - недоверчиво щурюсь.
   - Все они брошены на поимку одной ведьмы, которой очень интересуются истинные, - он снова скалит зубы.
   - И ты - единственный, кто не хочет ее поймать?
   - Скажем так, - боевик обходит костер и садится на свое место, - я предпочитаю оставить игры Абсолютов их носителям. А выслуживаться мне не перед кем... Да и заменить меня тоже некем.
   Безнаказанность - лучшая причина неисполнения приказа. Эскалар - единственный, кто готовит боевых магов для темных. И он тщательно следит за отсутствием конкуренции. Зачем лишние проблемы?
   - Тогда обсудим перспективы нашего сотрудничества.
   Под мясо ягненка вести переговоры особенно приятно...
  
   Глава 5
  
   До прибытия обоза остается еще целый день, который мы решаем провести с пользой - по очереди следим за замком с опушки леса. Записываем время смены караулов и количество стражников. Изучаем и запоминаем лица. Отмечаем, кто из деревенских имеет доступ в замок, и как их обыскивают. Обычное наблюдение.
   - Старуха хорошо гарнизон держит, - отмечает Эскалар, - не халтурят, в карты не играют. Баб ночью тоже не слышал.
   Чтобы не терять время слежку начали после полуночи. Темный пошел первым. Его слуху стоит верить. Ночью звуки разносятся далеко, а в боевике всегда присутствовало что-то звериное.
   - Можешь отдохнуть, я посмотрю, - предлагаю без особого энтузиазма. Лежать на холодной земле под кустами -­ то еще удовольствие, а уж в одиночку... Мне хватило пары часов после рассвета, когда настала моя очередь. Потом до полудня объезжала Серого, а теперь снова моя смена, но компания очень даже на руку.
   - Обойдусь, - темный отмахивается. Усталым он не выглядит совершенно. И ведь никаких зелий не пьет, а от щедро предложенных мной отказался.
   - У тебя в родственниках местные оборотни не отметились? - в шутку решаю прощупать почву.
   - Угадала, - совершенно без улыбки отвечает он.
   Отвожу взгляд от надоевшего пейзажа и пристально смотрю на невольного напарника. Он меня разыгрывает или на откровенность пробило?
   - Что? - Эскалар демонстрирует желтоватые зубы не в улыбке, а в откровенном оскале. Клыки у него длиннее и острее, чем должны бы быть, но в природе встречаются всякие отклонения. - Думаешь, родные?
   - И откуда тогда? - мне действительно интересно, не часто выпадает шанс узнать что-то важное.
   - Подвинься, - маг укладывается на мое место и устремляет взгляд на замок, говорить ему это не мешает. - Когда осваивали Гленж, ставили эксперимент по применению местных трав. Подопытными естественно стали боевики. Я тоже. Не удивляйся. Я тогда моложе был и дурее. Все обида ела, что меня не обратили. Не дали Абсолют. Думал, власти лишают. Кинули тренировки, возню с молодняком как кость собаке, вот и решил поучаствовать. Думал, хоть тут себя покажу. Почувствую силу. Почувствовал...
   Темный трет шею, на которой я только теперь замечаю тонкую вязь узора. Она почти сливается со смуглой кожей и совершенно не бросается в глаза. Сразу же просыпается желание посмотреть поближе, но я давлю порыв. Не настолько мне доверяют, чтобы подпустить вплотную.
   - Все, кто участвовал в эксперименте, стали оборотнями. Огромными, бешенными волками, потомков которых мы до сих пор не можем извести. Я тоже обратился. Бегал в звериной шкуре, охотился, выл на луну... Смутно помню то время, как во сне все. Меня спасла склонность к Тьме. Не дала окончательно утратить разум. Когда нашли свои, я не кинулся и убегать не стал. Кто-то из исследователей додумался, как можно приручить оборотней. Ты наверняка знаешь, ведьмы эти штучки любят.
   Киваю, хоть он и не смотрит в мою сторону. Венок из трав вместо ошейника. Я умею его плести. И даже сделала заготовки на всякий случай. Мало ли...
   - Ну вот... Меня нашли, надели ошейник. Оливия сама его плела. Она лучше всех понимает растения. Надела. Увела в наш мир. Я ее слушался как собака. Все понимал, но ответить не мог. Вернуться тоже. Не знаю, сколько прошло времени. Она со мной долго возилась.
   - Почему?
   Сложно представить вечномолодую плетунью рядом с огромным волком. Зачем ей понадобилось помогать ему? Тратить время и силы ради потенциального темного?
   - Равновесие, чтоб ему... Весь мир строится вокруг игр Абсолютов. Тейрун за меня попросил. Договорился с Илеем, а тот уже с Оливией. Я и жил у нее в саду... Она меня фруктами и овощами кормила. Волка. Мне крови хотелось. Свежей. Теплой. В печень зубы вонзить. Сердце пожевать. А она со своими травами... Тьфу. До сих пор их ненавижу.
   Охотно верю. Когда-то меня терзала схожая жажда. Усмирить ее получилось лишь пройдя через многие изменения. И диета - одно из них. Вспоминается Равноденствие. Слова Тейруна о том, что Эскалар не может устоять перед чарами плетуньи. Теперь хотя бы понятно, почему. При столь долгом контакте в месте, где она обретала огромную силу, легко получить определенную зависимость. Почти наркотическую.
   - Она вернула тебе разум?
   - В какой-то мере... Не спрашивай как. Все равно не смогу объяснить. Кое-что от зверя во мне осталось. В чем-то стало даже удобнее.
   Странно, что он вообще решил рассказать свою историю.
   - С чего такое доверие?
   Темный переводит на меня насмешливый взгляд.
   - Думаешь, это тайна? Все истинные знают правду. Ну, разве что кроме Пьетра и Олежа. Изобретателя окружающий мир вообще не интересует, а мальчишка еще слишком молод. Когда-нибудь все узнает.
   - Я к истинным не отношусь.
   - Это пока... - маг возвращается к созерцанию замка и делает пару пометок на клочке пергамента. - Рано или поздно ты займешь место Ивара. Или сдохнешь. Третьего не дано.
   Сжимаю зубы. По сути он прав. Но оставлять последнее слово за боевиком не хочется. И я продолжаю выяснять детали:
   - Ты с ней спал? После того, как вернулся...
   На секунду Эскалар замирает. Потом хмыкает и расслабляется:
   - Ревнуешь?
   Удовлетворенно киваю. Спал. И не раз. Если еще и в саду, то привязка на силу стала только крепче. Не так проста плетунья, как кажется. Или хочет казаться.
   - Что ты, милый, на нее я не претендую. А с тобой у нас чисто партнерский союз. Никакой койки.
   - А если понравится? - спрашивает он скорее в поддержание темы, чем из искреннего интереса.
   - Меня не привлекает потное немытое тело, как и секс под открытым небом в самый разгар осени. Прохладно.
   Темный только ухмыляется:
   - Все зависит от партнера. Со светлым, наверное, не стала бы кочевряжится.
   Теперь замираю я. Перед глазами мелькает картина прошлой осени. Домик в лесу. Олеж. Вот только вряд ли кто-то знал о том, что происходило внутри. Да и о нашей связи...
   - Не понимаю, о чем ты. После Ивара любой партнер покажется пресным...
   - Ну-ну... - он снова делает пометку на пергаменте. - У вас, баб, обычно все просто. Ради своей любви хоть в петлю полезете, хоть к темному в койку, а то и замуж. О последствиях не думаете.
   Делаю вид, что поправляю шнуровку на сапоге. Реагировать нельзя, как и молчать. Эскалар слишком опытен, чтобы провести его обычными фокусами.
   - В замужестве с темным есть масса интересных сторон. Например, сила и власть. Иное положение в обществе.
   - Да-да, именно поэтому ты до сих пор не приняла Абсолют, - сарказма в его фразе хватит на целую речь.
   - Мои приоритеты изменились после рождения сына.
   Здесь даже не вру. Мы же не уточняем, каким именно приоритеты.
   - Продолжай гнуть свою линию. Получается вполне убедительно. Только не для меня, дорогая. Я на взаимоотношения между князьям и княгинями насмотрелся. Чего-чего, а от своего муженька ты хотела только одного - чтобы он сдох побыстрее. А то, что остальные это позволили - значит, было надо.
   Молчу. Думаю. Вспоминаю. Эскалар знает много больше, чем говорит. Но всего не расскажет. Он лишь играет со мной. Показывает, что даже он, не имеющий прямого контакта с Тьмой, понимает и видит куда больше, чем я. Так что же могли увидеть другие истинные? И насколько я оправдала их ожидания? Чего они хотят от меня сейчас? И не иду ли я проторенной ими дорогой прямо в ловушку? Скоро узнаю...
   - Кто убил мою мать?
   Вопрос крутился в голове давно, и боевик вполне может знать на него ответ. Стоило лишь выбрать удачный момент, чтобы его задать. И сейчас, когда он считает, что лишил меня равновесия и остался в выигрыше - самое удобный случай.
   Темный поворачивается ко мне. Смотрит оценивающе. Без вызова или улыбки.
   - Молодец, хорошо подгадала. Только я все равно не знаю. Никто из моих учеников. И не кто-то из мужей ведьм. И сомневаюсь, чтобы истинные стали сами пачкать руки.
   - Хочешь сказать, все служители Тьмы не причем?
   Он пожимает плечами.
   - Я знаю многое, но не все. Хотя мне кажется, что убийцу стоит искать на другой стороне. К Лидии подошли слишком близко для случайного прохожего.
   Откуда он знает подробности ее смерти спрашивать не стану. Учитывая обстоятельства дела, Виттор мог потребовать взаимодействия от темных.
   - Кстати, наверное тебе будет интересно... - маг отворачивается к замку. - Брасиян отстранил Виттора и сам занялся боевиками.
   - Что?
   Сдержать эмоции не получается. Этот светлый индюк отстранил опытного руководителя и сам влез в управление? У него на почве ненависти ко мне совсем крыша поехала?
   - То. Твой побег стал для моего старого знакомого роковым. Еще поэтому я здесь. Одно дело - бодаться с известным противником, и совсем другое - привыкать к новому. Манера у него довольно агрессивная. Пришлось приструнить своих и свалить куда подальше. А то, боюсь, я ему в глотку вцеплюсь. И посыплется прахом вся дипломатия.
   А вот на это я бы посмотрела... Сразу вспоминается, как изящно Эскалар впечатал в стену мужа Шайен. Будь на его месте светлый - моей радости не было бы предела. Однако оставим мечты о несбыточном. Жаль, что Виттор попал под удар, но... Я не могла остаться. Надеюсь, он меня поймет.
   Мысли устремляются в другую сторону. Темный явно дразнил меня упоминанием об Олеже, но кое-что все же сказал. Он видел много отношений князей и княгинь. И прав в том, что волшебницы и ведьмы часто совершают глупости из-за любви. Вот только до какой степени?
   - Может ведьма настолько потерять голову, чтобы воскресить возлюбленного?
   Маг бросает на меня короткий взгляд через плечо. Настороженный и внимательный.
   - Воскресить?
   - Или вылечить... И спрятать.
   Я думаю. Думаю и вспоминаю все свои встречи с "темным". И чем больше думаю, тем больше понимаю, что никто из князей здесь ни при чем.
   - Я ж говорил... По мне вы на любую дурость ради любви готовы, - ворчит глава боевых магов.
   До самого вечера мы больше не разговариваем.
   Глава 6
  
   ...А ночью я не могу уснуть. Олеж... Разговор с Эскаларом разбудил воспоминания. Конечно, за долгие месяцы в лесах я не раз перебирала в памяти наши разговоры и встречи. Но не позволяла себе углубиться дальше содержания самих бесед. И не думала о последней ночи. О браслете. О послании, которое ему оставила. Но теперь...
   Лежу и смотрю в небо, усыпанное звездами. Ночью холодно. Ощущается первый мороз. Костер потушен, чтобы не привлекать лишнего внимания. В зачарованном плаще тепло, но кожу лица пощипывает. Не хочется кутаться в капюшон. Только смотреть на местные созвездия и думать...
   Где он сейчас? В Гленже? Или дома? Там, посреди леса, сидит на веранде и курит? Или парится в бане? Думает обо мне? Ищет? Конечно, ищет. Не может не искать. Не в его правилах останавливаться на полпути. И когда-нибудь он меня найдет. Даже не сомневаюсь. Как бы я ни старалась, мне не тягаться с истинными. Вопрос только в том, кто будет ждать меня в конце пути. И наверное, я предпочту увидеть его.
   По привычке глажу голое запястье. Оставить браслет на поляне оказалось сложнее, чем казалось. И пожалуй, я скучаю... Перевожу взгляд на берег. По другую сторону костровища спит темный. Или делает вид. С ним удобно заниматься разведкой. Но... Но будь на его месте Олеж...
   Глупости. Мы стали союзниками по очевидным причинам. Ради обоюдной выгоды. И, если забыть о той ночи, все остальное еще укладывается в это утверждение. Вот только врать себе глупо. Любому другому я бы не поверила. И ему-то не верила до конца, но больше, много больше, чем кому-то еще.
   Вспоминается прошлая осень. Наша дорога к землям Шеруда. Поединок на мечах. Ночь в моем схроне. Осталось ли что-то от избушки? Ее наверняка проверили и уничтожили первой. Жаль оборотня. Хоть и мертвый, но охранник из него вышел хороший. Интересно, вспомнил ли светлый о том месте? Вряд ли. Абсолют изменил его. Точнее Брасиян. Станет ли он прежним? И нужен ли мне ответ?
   Отворачиваюсь от костровища и ложусь на бок. От мыслей наваливается усталость. Тяжесть давит как гранитная плита. Нельзя... нельзя вспоминать и погружаться в личные мысли накануне важного дела. Голова должна быть чистой и легкой. Ничего лишнего. Вот только обычные приемы не помогают избавиться от памяти. Еще недавно мне казалось, что она сплошь серая и пустая, а теперь в ней слишком много ярких моментов. И они навязчиво лезут, толкая друг друга и заставляя чувствовать то, что совсем не нужно. Лишнее. Несвоевременное. Глупое.
   - Не спится? - голос Эскалара прорезает ночную тишину.
   - А тебе? - отвечаю и перекатываюсь обратно, чтобы видеть его.
   - От твоих метаний даже голова болит, - фыркает темный.
   Хочется огреть его. Или пнуть. Все-то он знает и понимает. Наверняка благодаря своим способностям. Запах замаскировать сложнее всего даже с помощью магии. И он выдает все наши чувства. Можно лишь исказить их причины.
   - Раздумываю, не принять ли твое предложение. А то, когда еще такой шанс выпадет.
   В ответ доносится сдавленный смешок. И волна легкого удивления. Такого поворота он не ожидал.
   - Тебя же не привлекает немытое тело.
   - Ну ты-то как раз помылся. Я видела.
   Темный действительно продемонстрировал стойкость к низким температурам и залез в реку перед ужином. С его обонянием даже слабый запах пота должен раздражать. Я обошлась укороченной версией гигиенических процедур.
   - Оценила настолько, что решила попробовать?
   - Ну может быть, ты сможешь меня усыпить... - Откидываю полу плаща, которой укрывалась до сих пор, и приподнимаюсь на локте. - Или после плетуньи стал верной собачкой?
   Эскалар коротко рыкает и легко поднимается на ноги. Подхватывает плащ и направляется ко мне. Опускается рядом на корточки.
   - Ты же понимаешь, что это ничего не меняет...
   - Свет и Тьма... Ты мне еще замуж выйти предложи на утро!
   Обхватываю его за шею и притягиваю к себе. Губы обжигает поцелуем, а следом сверху наваливается тяжелое, сильное тело. То, что нужно, чтобы прогнать ненужные мысли...
  
   Утро наступает неожиданно быстро. Лежу на боку и впитываю ощущения. За спиной ровно вздымается грудь Эскалара. Тяжелая рука перекинута через меня и крепко сжимает, не оставляя возможности уйти незамеченной. Впрочем, торопиться некуда. Обоз наверняка останавливался на ночевку и прибудет только к обеду. Позавтракать мы успеем.
   Теплое дыхание щекочет кожу на плече. Стоит признать, спать с темным оказалось неожиданно комфортно. Даже Ивар не решился сунуться в мой сон. Хороший отдых не повредит, а все остальное... Мы сбросили напряжение. Не более. Хотя нет... Смешение силы пошло на пользу моей ауре. Магическое поле Гленжа не давало полноценно восстановиться после проклятия Ферды, но теперь следов не осталось. Приятный побочный эффект.
   Открываю глаза и провожу пальцем по волосатому предплечью. Лежать, конечно, тепло и довольно уютно, но не мешало бы одеться и заняться делами. Боевик шевелится и зевает над самым ухом. Челюсти клацают чересчур показательно, чтобы поверить, что он только что проснулся. Изменения в ауре маг маскирует куда лучше меня.
   - Выспалась? - хрипло интересуется он.
   - Снотворное оказалось хорошим. Не зря рискнула, - отвечаю и отстраняю его руку, чтобы встать.
   - Обращайся, дорогая, - он лениво перекатывается на спину и потягивается.
   Отбрасываю плащ и сажусь. От холодного воздуха кожа покрывается мурашками. Но я не обращаю внимание, встаю на ноги, ощущая непривычную легкость в теле. Ведьминское свойство забирать у партнеров силу работает и у меня. А вместе с силой досталась и часть способностей бывшего оборотня. Как удачно.
   Подпрыгиваю на месте и бегу к реке. Несколько широких шагов, и вода плещется у пояса. От холода перехватывает дыхание. Визг застревает в горле. Но я упрямо окунаюсь с головой. Ныряю, достаю руками дно, отталкиваюсь и проплываю несколько метров. Сердце колотится. Кожа горит огнем. Становится жарко. Останавливаюсь. Поворачиваюсь к берегу. Эскалар уже стоит у кромки воды.
   - Брось мне мыло!
   Любое преимущество стоит использовать. Пусть даже и для мелких радостей жизни. Темный качает головой, но спустя пару минут заходит в реку и протягивает необходимое:
   - Спинку потереть?
   - Знаешь, - подхожу ближе так, что вода колышется на уровне плеч, - я не буду против повторения. Точнее на твоем месте я бы боялась быть изнасилованной в особо жестокой форме. Мне нравится побочный эффект.
   Лицо мага застывает, а в глазах мелькает странное выражение. Правильно, не стоит дразнить ведьму. Неизвестно, кто останется в выигрыше. Я хоть и молодая, но княгиня. И Тьмы во мне достаточно, чтобы переломить ход игры.
   - Так что, потрешь спинку? - улыбаюсь и делаю шаг к нему.
   Забираю мыло, свободной рукой провожу по широкой груди к шее, узоры на которой образуют замкнутый круг. Ошейник. Интересно...
   - Пожалуй, я окунусь, - боевик отстраняется и стремительно ныряет в воду, чтобы спустя пару минут вынырнуть уже далеко на глубине.
   Усмехаюсь. Пусть теперь думает, что еще я могла получить после сегодняшней ночи. И как это выяснить. Пока он считает меня опаснее, чем есть на самом деле, я подумаю, как с наименьшими потерями от него избавиться. Мой неожиданный союзник чересчур откровенен. Нет, он не сдаст меня истинным. И не лжет. Но кто сказал, что оставит в живых, когда все закончится?
  
   На опушке леса осматриваются два стражника. Наше присутствие и наблюдение не остались незамеченными. Замираем среди деревьев, не доходя до поляны. Следов мы не оставили, но если со стражниками появится маг...
   - Что будем делать? - интересуюсь, проверяя зелья в капсулах на поясе.
   - Отходим и сворачиваем лагерь, - отвечает темный, - я замету следы, ты убери коня. Встретимся выше по течению вечером.
   - Что с обозом?
   - У тебя там человек?
   - Да, и с ним нужно встретиться. Надолго он здесь не задержится.
   Хвабр не дурак, подождет день, заберет свою зазнобу и исчезнет. Мое предупреждение он игнорировать не станет.
   - Жеребец у тебя самостоятельный? Погулять сможет? - после недолгих раздумий интересуется темный.
   Люди на поляне как раз решают, что делать дальше, судя по жестам.
   - Сможет, - извлекаю одну из заготовок. Лишним не будет.
   - Тогда отпусти его. Днем пересидим в лесу по отдельности, вечером прогуляемся в деревню.
   Киваю и зубами достаю из ампулы затычку. Капаю содержимое на то место, где стою. Жестом показываю напарнику, чтобы уходил. Зелье отобьет наш запах. Смешает с другими лесными. Собаки не смогут взять след. Разве что приведут от опушки к реке, а там потеряют. Как только маг исчезает, перехожу на его место и использую зелье. Затем кружным путем направляюсь в сторону лагеря.
   Я не настолько наивна, чтобы поверить, будто Эскалар исчезнет до вечера. Опыт позволит ему следить за мной, не попадаясь на глаза и не вызывая подозрений. Значит, действовать стоит максимально осторожно. И придерживаться озвученного плана. Но главное - не демонстрировать ничего лишнего.
   Серого я отлавливаю недалеко от берега, лениво жующим тонкие ветки березы. Глажу морду и на ухо проговариваю указания. Магические животные понимают не все, но могут уловить общий смысл. Конь недовольно всхрапывает. Трясет головой. Но после еще пары минут уговоров отворачивается и направляется прочь. За него можно не волноваться.
   Возвращаюсь к месту стоянки. Вещи боевика уже исчезли из тайника, где мы их оставили на день. Забираю свои сумки, а вот седло оставляю. Таскать его по лесу нет никакого смысла. Разве что перепрятать. Отдаленный лай собак напоминает, что время у меня не бесконечно. Закрываю тайник слоем дерна. Обрабатываю тем же зельем. Если повезет - не найдут. А нет - ездить я умею и без седла.
   Подхватываю вещи и ухожу вдоль берега вниз по течению. Затем сворачиваю в чащу. Где-то здесь находился отличный овраг, где можно пересидеть до вечера. Заодно подумать, что делать с напарником. Вряд ли в герцогство он явился пешком. Земли темных отсюда лежат довольно далеко. Не ехал же он купеческим обозом. Да и руны у него на шее вызывают определенный интерес. Парочку я успела разглядеть. Жаль, что под рукой нет справочников. Придется рассчитывать лишь на свою память. Впрочем, раньше она меня не подводила...
  
   Глава 7
  
   Вечером я пробираюсь в деревню. Обоз все же прибыл. И по этому поводу местные жители решили закатить маленький праздник. Трактир набит под завязку. Шум и выкрики слышны даже на улице. Да и под чистым небом веселье продолжается. То тут, то там доносится пьяное пение. Самое подходящее время для разведки. Или для встречи. Впрочем, стражникам вряд ли дали послабление, а после поисков в лесу стоит ожидать и повышенного внимания к деревне.
   Так и оказывается. Я едва успеваю развернуться и направиться в противоположную сторону, когда с параллельной улицы к увеселительному заведению выворачивают двое в доспехах и при оружии. Судя по их недовольным голосам, выпить им не дали, да и вообще весь гарнизон подняли на уши. Они проходят мимо заветной двери и углубляются дальше в переплетение улиц. А я возвращаюсь обратно. Если бы не способности Эскалара вообще бы ничего услышала. Теперь же стоит подумать...
   С чего вдруг в замке всполошились? Кто-то со стен заметил наше присутствие? Расстояние там приличное. А мы не особенно высовывались. Но все же... Темный оставил следы? Или мой визит в деревню привлек чье-то внимание? Так или иначе, с Хвабром стоит увидеться. Расскажет, как их приняли. При таком раскладе возникает большая вероятность, что Агнесс придется возвращаться обратно.
   Захожу в трактир и выглядываю знакомую фигуру. На меня не обращают внимания. Присутствующие слишком заняты весельем. Пробираюсь ближе к центру зала и натыкаюсь взглядом на бородача в компании других наемников. Хвабр лишь на мгновение встречает мой взгляд, отпивая из стакана с пивом. Большего и не нужно. Направляюсь к выходу. На улице отхожу за угол и жду. Через пару минут появляется наемник.
   - Какие новости?
   - И тебе добрый вечер, - он деловито развязывает штаны и пристраивается справить малую нужду у стены. - Я уже ждать устал. Думал, из ушей польется.
   - Так чего терпел? Я бы тебя и здесь нашла.
   - Один из охранников стучит страже, - хмуро отвечает бородач. - Его при обыске на воротах в сторонку отвели, якобы вопросы возникли. А то я не знаю, какие там вопросы могут быть... Он всю дорогу к племяшке моей пристраивался. Глазки строил. Вопросами засыпал. А сам молоденький, ладненький. Как маслом политый. Тьфу... Не люблю таких.
   Киваю, ожидая, пока мужчина приведет одежду в порядок. С таким компаньоном по выпивке по нужде часто не побегаешь. И болезнью не отговоришься. Не поверит. И правильно сделает.
   - Что племяшка?
   - А чего ей сделается? Сначала молчала. Потом краснела. Потом призналась, что никакой я ей не дядька, а провожатый, сжалившийся над сиротой. Ехать нам в одну сторону, вот и помогаю чем могу.
   - Отстал?
   - Как отмерзло все, - фыркает наемник и качает головой. - Молодой еще. Смазливый и языкастый, но уж больно старательный.
   Если у мальчишки амулет, определяющий правду и ложь, ничего удивительного. Историю Агнесс легко проверить. А вот правильно завершать допрос он действительно не умеет. Будь на ее месте другая, могла бы подумать лишнего, а потом и затаить обиду. Разведчику или соглядатаю нельзя допускать подобные промахи. Все отношению нужно сворачивать максимально бесследно и безболезненно. Или оставлять позади только трупы.
   - Где девчонка?
   - В замке. Старуха ее оставила пока. Не сильно она историей разжалобилась, но и не выгнала. Так что все, как ты хотела. А я умываю руки.
   - В замок еще пойдешь?
   - Завтра утром Маруту забираю, но внутрь меня не пустят. Только до ворот. Они там вообще все злые и на повышенной тревоге.
   - Попроси племяшку увидеть перед отъездом. Передашь ей, - бросаю Хвабру мешочек с драгоценностями, который тот легко ловит и прячет.
   После сегодняшней ночи дальнейшая судьба Агнесс меня не волнует. Если все настолько серьезно, увидеться с ней уже не выйдет. Но плату отдать стоит.
   - Передам. Пойду я, а то сейчас примчится наш молоденький компанию мне составить.
   Мы киваем друг другу и расходимся в разные стороны. Судя по звукам за спиной, в дверях трактира наемник все же встречается со своим товарищем и громко жалуется на местный напиток, вызвавший у него страшное расстройство...
  
   Возвращаюсь в лес. Эскалар не объявляется. Искать его нет ни желания, ни необходимости. Ночь наступает стремительно, скоро обитатели замка лягут спать, что мне и нужно. Подхожу к оврагу. Соваться на берег реки пока не рискую. Несколько раз петляю, проверяя слежку. Никого нет. Или же некто прячется лучше, чем я ищу. Скоро узнаю...
   Очищаю небольшой участок земли от листьев и одним из ножей вырезаю круг. Хорошо, что морозы еще окончательно не ударили. Дерн поддается тяжело, а вырезать придется много. Огонь не нужен. Благодаря темному я неплохо вижу даже при слабом свете звезд и луны. Условно разделяю круг на четыре сектора. Вдоль внешней линии начинаю вырезать руны.
   Левый верхний сектор - сознание. Правый верхний - обман, она же иллюзия или сон. Левый нижний - кровь. Правый нижний - материя или тело. Толкование рун многогранно. Все зависит от последовательности и контекста употребления. Поэтому разобрать руническую вязь и ее предназначение очень сложно. Особенно если составитель обладает куда большим опытом.
   В центре круга аккуратно вырезаю составную руну, обозначающую имя того, на кого направлен обряд. С ней пришлось повозиться. Агнесс означает чистая, непорочная. Для четкого понимания контекста я соединила перевернутую руну обмана и света. Имя нельзя чертить одним символом. Но в то же время нельзя соединять больше трех. Старые схемы требуют четких правил.
   В правый нижний сектор кладу локон Агнесс, перевязанный ее же лентой. Ножом режу ладонь. Несколько капель крови падают в нижний левый. Два верхних не требуют заполнения. Убираю нож, перетягиваю ладонь чистой тряпкой. Магию лучше не применять. Обряд на крови не создаст больших колебаний, но перестраховаться не помешает. Снимаю плащ и сапоги. Разматываю портянки. Босые ноги обжигает холодом. Хорошо, что полностью раздеваться не придется.
   Оглядываюсь, буквально спиной ощущая чужое присутствие. Увидеть никого не удается. Медленно выдыхаю и кладу одну руку на ампулы с зельями, а второй сжимаю рукоять ножа.
   - Эскалар, лучше выходи, пока я здесь все не спалила.
   Рядом раздается отчетливый шорох и тихий вздох, который раньше я бы не услышала. Маг появляется будто из воздуха и, уже не скрываясь, подходит ближе.
   - Вижу, ты готова... - он кивает на круг, в который я почти шагнула.
   - Да, и надежная охрана не повредит. Один из наемников докладывал страже, в замке полная боевая готовность.
   - Да, я слышал разговоры стражников. Нас кто-то заметил. При чем, судя по их словам, совершенно неожиданно.
   - Мы же знали, что там есть маг, - пожимаю плечами.
   - И скоро узнаем, кто именно, - договаривает боевик. - Колдуй спокойно. Я покараулю.
   Конечно, покараулит. Результат ему нужен. А там... посмотрим. Захожу в круг и усаживаюсь в нижней части, соединив стопы и разведя колени в стороны. Кладу руки на руну имени. Закрываю глаза и отпускаю поток силы. Ее нужно совсем немного. Лишь для активации. Все остальное сделает кровь...
  
   Реальный мир перестает восприниматься. Вместо него появляется ощущение полной невесомости. Нам давали испытать его при подготовках. Мало ли, куда могут закинуть. Сейчас в отличие от тренировок тела действительно не существует. Только сознание. Или то, что мы привыкли им считать. Серая муть, в которой кроется память ­­­- поток визуальных образов, обрывки диалогов, тактильные ощущения, запахи, вкусы. Мне нужно просмотреть лишь небольшой кусочек, касающийся второй половины сегодняшнего дня. Подобное вторжение при бодрствовании человека может отразиться на нем довольно неприятно. При грубом и длительном воздействии возможен летальный исход. Но я подобное не планирую. Все должно быть максимально просто и без последствий. Поэтому Агнесс получила от меня четкие указания и склянку со снотворным. Во время глубокого сна воздействие на память наименее ощутимо.
   Серая муть наползает. Становится гуще. На мгновение я сливаюсь с нею, пропитываюсь чужим сознанием и усилием воли поворачиваю время вспять. Словно листаю память, отыскивая нужный момент. Прибытие в замок. Ныряю в воспоминания глубже. Они становятся объемными. Наполняются чужим восприятием. Цвета видятся немного иначе. Запахи, ощущения - все чужое. Отсекаю ненужное. Мне сейчас ни к чему страдания по натертым неудобной обувью ногам.
   Вот стража на воротах. Обыск. Вопросы. Ответы. Вот тот самый наемник, которого отводят в сторонку. Агнесс не уделяет моменту достаточно внимания, лишь замечает краем глаза. Правильно. Ей это совершенно не интересно. Девушка просит об аудиенции с герцогиней. Сначала тихо, затем все настойчивее и, наконец, требует, вспомнив, кто она по происхождению. Я же ее глазами разглядываю лица. Ищу того, кто прячется под чужой личиной.
   Вот Агнесс ведут по коридорам. Навстречу никто не попадается. Хозяйка замка ждет ее в зале. Кресло с высокой резной спинкой установлено между двумя узкими витражами. Свет бьет прямо в глаза любому, кто войдет. Ослепляет. Девушка вздрагивает и моргает, пытаясь привыкнуть. Меня корежит. Дело не в солнце. Кто-то использовал простенькое заклинание из арсенала Света. Отличная проверка для любого гостя. Хорошо, что я не сунулась в замок сама. И что на магию крови подобное не влияет.
   Герцогиня задает вопрос. Звуки меня не интересуют. А вот тот, кто стоит в дальнем углу, очень даже. Фигуру сложно различить среди теней, особенно когда глаза слезятся от необычного освещения. Агнесс смотрит на седую женщину перед собой, но сознание фиксирует куда больше информации, чем нам кажется. Я замечаю движение. В лучах света на мгновение появляются тонкие пальцы, унизанные перстнями. Амулеты. Отмечаю блеск и качество камней. Кто-то постарался. За время беседы девчонку проверяют и на ложь, и на иные воздействия. Изменение памяти, вложенные приказы, призванные сработать на определенную фразу или жест. Земли Леай взяли в оборот. Темным вряд ли что-то достанется.
   Аудиенция длится около часа, но больше маг ничем себя не выдает. Пролистываю воспоминания быстрее. Мельком наблюдаю, как Агнесс провожают в отведенную ей комнату. Приносят обед. Предлагают воспользоваться баней для слуг. Дочка барона отказывается и остается одна до самого вечера, когда ее приглашают к ужину. Здесь я замедляю ход воспоминаний.
   В общем зале довольно людно. Наемников отослали в деревню, а вот купца пригласили. Как и его помощников. Агнесс отводят место рядом с ними. Она даже не морщится, хотя могла бы счесть подобное оскорблением. Девочка с жадностью рассматривает хозяйский стол. И здесь меня ждет совершенно неожиданное открытие.
   По правую руку от седовласой хозяйкой сидит маг. Не узнать его сложно. Даже с учетом камзола, измененной прически и растительности на лице. Все же мы слишком много времени провели вместе. Белая кожа, черные волосы, худощавое телосложение. Деметрий как обычно аккуратен. Вот только совсем не улыбчив и почти не поддерживает беседу. Пристально осматривает зал и время от времени ковыряется в тарелке.
   Мы обе наблюдаем за ним на протяжении всей трапезы. Иногда девушка отвлекается и уделяет внимание другим гостям, но я стараюсь выцепить из ее памяти как можно больше информации, чтобы не упускать дипломата из виду. И по окончании ужина могу с уверенностью сказать, что кем бы ни был приставленный к хозяйке замка маг, он точно не мой бывший напарник. А значит, еще есть шанс поговорить с Молотом...
  
   Глава 8
  
   Управлять чужим телом сложно. Изначально ничего такого не планировалось, но присутствие Эскалара диктует свои правила. Встречу с магом придется ускорить. Растворяюсь в сознании Агнесс, оттесняю ее в сторону, благо сон глубокий. Вокруг остается лишь темнота и смутные, приглушенный ощущения. С трудом открываю глаза.
   Комната. Та самая, что я видела в воспоминания девушки. Темно. Но свет и не понадобится. На пробу сжимаю и разжимаю кулаки. Шевелю пальцами на ногах. Осторожно сажусь, готовясь в любой момент откинуться обратно на подушку. Голова немного кружится. Организм пытается сопротивляться вторжению. Ничего, я тут ненадолго.
   Спускаю ноги с кровати. Холод от камня почти не ощущается. Медленно встаю, опираюсь рукой о стену. Сил на контроль уйдет море. Больше, чем я думала. Нужно поторопиться. Выпрямляюсь и иду к двери. Отодвигаю засов и выхожу в коридор, освещенный неровным светом факелов. Судя по воспоминаниям, дочь барона разместили довольно далеко от хозяйских покоев. Маг наверняка обитает там. Впрочем, мне не нужно встречаться с ним лично. Достаточно оставить послание...
   Отхожу от комнаты и останавливаюсь перед пустым участком стены. Касаюсь пальцами старой кладки и отпускаю силу. Времени мало. Магию Молот наверняка почует и скоро появится, а мне еще нужно вернуться и восстановиться. Успею. Пальцы выводят на стене давно знакомый символ. Смерть ведьме. Или "убийца ведьм". Если маг знает о нем, поймет. Если нет - я ошиблась. Тогда поиски придется начинать заново.
   Светящееся послание остается на стене. Силы на исходе. Будем надеяться, стража не тронет девушку, ставшую на время сосудом чужой воли. Герцогиня умна и в меру жестока. Но маг сумеет объяснить ей разницу между пособничеством и полным непонимаем происходящего. Отпускаю контроль, позволяя телу безвольно упасть на пол.
   Вокруг снова встает темнота. Стремительно выдираю свое сознание из чужого. Серая муть выглядит привычно-знакомой. Собираю себя по крупицам и усилием воли отстраняюсь от Агнесс. Отчаянно желаю вернуться и очнуться. Получается...
   Вздрагиваю и с хрипом хватаю ртом воздух. Тело затекло от сидения в неудобной позе. Отталкиваюсь руками от земли и заваливаюсь на спину. Конечности колет. Ступни вообще не ощущаются. Упираюсь ногами в землю и отталкиваюсь, чтобы выползти из круга. Неожиданно плечи накрывают сильные руки и дергают меня как морковку из грядки. С губ срывается невольный стон от такого обращения.
   - Тебя добить или оклемаешься? - серьезно интересуется Эскалар, склоняясь надо мной. Судя по ощущениям, лежу я на собственном плаще.
   - Во-ды, - хриплю в лучших традициях умирающего. Язык почти не ворочается, а горло словно покрыли наждачкой.
   Темный на мгновение исчезает и появляется с фляжкой, которую тут же приставляет к моим губам. Пью жадно, но часть воды все равно проливается мимо. Шея и воротник рубашки становятся мокрыми. Боевик убирает фляжку и перебирается к моим ногам. Что-то ворчит и принимается растирать ступни. Едва удерживаюсь, чтобы не закричать от неожиданной волны боли.
   - Терпи, - коротко рявкает он, - а то вообще без ног останешься.
   - Твою мать! - от каждого прикосновения по мышцам проходит судорога. Ощущения такие, что перед глазами вспыхивают искры.
   - Моя давно умерла, так что ей уже все равно, - равнодушно отвечает Эскалар, не отвлекаясь от массажа. - Что было в замке?
   Так я и рассказала... Стискиваю зубы и закрываю глаза, чтобы собраться с мыслями. На самом деле все не так уж и плохо. Могло быть хуже. Да и бывало хуже. Если бы не опасность, находящаяся совсем рядом, можно было бы и расслабиться. Вот только в заботу напарника не верится. Темные вообще не умеют заботиться, только делать вид, когда им что-то нужно.
   - Весело там... - отвечаю вяло, не особенно подавая признаки жизни. - Девчонка умненькая, нашла подход к герцогине. Та оставит ее при себе.
   - Много боевиков? - движения рук становятся более плавными, к ногам возвращается чувствительность, а судороги и боль утихают. Никакой магии, всего лишь знание анатомии и богатый опыт.
   - Видела одного, но наверняка есть еще, кто-то хорошо подготовил стражу, - приоткрываю глаза и наблюдаю за собеседником из-под ресниц. Одной рукой вытираю шею, а вторую опускаю к зельям на поясе.
   - Завтра повторишь? - он едва заметно хмурится. Перспектива терпеть меня еще одну ночь Эскалару явно не нравится. Мне тоже.
   - Нужно найти другое место... Мало ли до чего еще они догадаются, - достаю ампулу из кармашка. Боевик тут же переводит взгляд:
   - Что там у тебя? - его ладони становятся невероятно ласковыми. Вот только я знаю, что на ступнях находятся точки, отвечающие за работу органов всего тела. Имея опыт, можно легко обезвредить противника.
   - Зелье для восстановления. Стимулятор.
   - Давай помогу, - темный аккуратно опускает мои ноги и накрывает полой плаща, затем забирает склянку из ладони. Садится рядом. Достает зубами пробку. Одной рукой обхватывает мой затолок и приподнимает, чтобы удобнее было пить. Второй держит склянку. Его расчет прост. Стимуляторы разливают в пузырьки по 20-30 миллилитров, в ампулу помещается не больше пяти. Как правило в них держат куда более сильнодействующие зелья, которые никак нельзя принимать внутрь. Тот же жгучеяд. Напугать решил. Ну-ну...
   - Спасибо, - улыбаюсь и делаю глубокий вдох.
   Тонкий цветочный аромат, совершенно несвойственный для осени, наполняет легкие. Можно различить запах фрезий, лаванды, роз, кувшинок... Совершенно невинный, но усиленный куда более серьезными ингредиентами. Эскалар невольно принюхивается и сглатывает. Сжимает ампулу сильнее, и та осыпается дождем осколков. Зелье остается на его коже, запах становится сильнее.
   Кружится голова, а низ живота сводит от первобытного желания. Не думала, что мне понадобится афродизиак, но на всякий случай приготовила. Не зря... Маг закрывает глаза и задерживает дыхание, пытаясь сопротивляться. Не поможет. Обхватываю его шею и подтягиваюсь. Прижимаюсь губами к солоноватой коже. Провожу языком до подбородка. Прикусываю кожу. С тихим рыком он опрокидывает меня на спину.
   - Ведьма проклятая! - глава боевых магов ругается сквозь зубы, но сдержаться не может. Магия Оливии сделала его невероятно восприимчивым к травам. А значит, и к зельям, тем более эфирным соединениям.
   Тихо смеюсь и выгибаюсь, слыша треск ткани. Ничего, запасной комплект в сумке. Дальше мысли туманятся окончательно и остается только желание. Острое. Яркое. Жадное. Эскалар вдавливает меня в землю. Сжимает бедра, не сдерживая силу. Целует грудь и плечи. Прикусывает кожу у горла. Сожмет зубы сильнее и перекусит артерию. Но страха нет. Внутри просыпается то темное, что заронил в меня Ивар. Чем меня травили годами. Похоть. Жажда крови. Боли. Контроля.
   Упираюсь ногой в землю и отталкиваюсь. Мы меняемся местами. Теперь темный оказывается спиной на земле, а я выпрямляюсь на его бедрах. Провожу ногтями по груди, оставляя кровавые следы. Он вовсе не против. Усмехается, сверкая зубами. Наклоняюсь и слизываю капельки. Подбираюсь к губам и замираю, не позволяя ему поцеловать. Дразню, сжимая внутренние мышцы, пока боевик не перехватывает инициативу и снова не оказывается сверху.
   Безумие продолжается час и проходит также неожиданно, как и нахлынуло, но я успеваю получить все, на что рассчитывала, и даже больше. Собираю силу, которую Эскалар щедро отдает, не контролируя себя. Больше, еще больше. Столько, сколько могу. Пока он не замирает в изнеможении. Утром ему будет плохо. Ужасно плохо. А еще маг меня возненавидит. Что ж... Одним врагом больше, одним меньше... Не велика разница.
  
   Позволяю себе немного вздремнуть. Просыпаюсь через пару часов. Встаю и с наслаждением потягиваюсь. Кровь бурлит. Сила хлещет через край. Все последствия обряда исчезли. Бросаю короткий взгляд на Эскалара. Он спит и даже не реагирует на мои передвижения. Выпила я много. Нормальное восстановление ему светит только дома. Из Гленжа маг выберется. Не пропадет. Местные опасности ему не страшны. А для меня такая перспектива только к лучшему.
   Достаю из сумки запасную одежду и быстро одеваюсь. В лесу тихо. Но это еще ни о чем не говорит. Неизвестно, как отреагировал Молот на послание. Нужно подготовиться к любому варианту развития событий. Если решение проблемы с темным пришло спонтанно, пока я перебирала зелья, то вряд ли так повезет второй раз.
   Одеваю сапоги и подхватываю плащ. В порыве страсти мы скатились с него на землю и уснули прямо так. Боевику повезло больше, чем мне. На нем остались хотя бы штаны. Пусть и изрядно помятые. От холода они не спасут. Набрасываю на темного куртку и его плащ. Не оставлять же замерзать до утра. Все же он оказался более чем полезен.
   Подхватываю сумки и собираюсь уходить, когда Эскалар издает глухой стон. Останавливаюсь и оборачиваюсь. Приложить его по затылку, чтобы не мешал? Жаль нет с собой браслетов из амбирцита.
   - Я тебе это не забуду, - тихо шипит он, не торопясь шевелиться. Представляю, как ему плохо. Магическое истощение - вещь неприятная.
   - Знаю. Но я предупреждала.
   - Стерва ты. Точно княгиней станешь. Они порадуются.
   - Возможно... Когда оклемаешься - возвращайся назад. В замке скорее всего, Молот ведьм. И ему на замену наверняка кого-то пришлют.
   - А ты собралась его убить? - маг даже приподнимает голову от удивления.
   - Поговорить... Не обязательно убивать. Но после нашей встречи он может исчезнуть. Кто-то начал вести нечестную игру и завербовал помощников среди служителей Света. Сам подумай, насколько опасно лезть в такие забавы.
   Он опускает голову на землю и молчит, переваривая услышанное. Пока истощение мешает ему испытывать сильные эмоции. Но как только оно пройдет... Гнев и ненависть неизбежны.
   - Тебе все равно от них недолго бегать осталось. Найдут.
   - Когда-нибудь обязательно.
   Спорить с очевидным фактом глупо.
   - Надо было тебя убить, - добавляет темный сухо. - Смерть порой куда приятнее игр Абсолютов.
   - Что же ты тогда из них не выйдешь?
   - Каким образом? Или думаешь, меня кто-то отпустит? Я в роли марионетки куда дольше, чем ты.
   Понимаю. Участвовать в чужих играх без собственного согласия изрядно раздражает. Эскалар не выбирал рождаться ему или нет со склонностью к Тьме. И даже выбор в отношении Посвящения сделали за него.
   - Почему не убил меня? Ты ведь мог.
   - Скажем так... Один... маг сегодня рассказал мне, что будет, если ты останешься жива. Хотя он не исключал вероятности того, что ты погибнешь и не от моих рук. Возможно, я решил, что твоя жизнь сейчас выгоднее, чем смерть.
   Что же ему пообещали за мою жизнь? Не скажет. Но получит ли вообще? Представляю, как он будет злиться на себя уже совсем скоро. Не раз пожалеет, что не убил.
   - Маг случайно не мертвый?
   - Живее твоего мужа. Хотя и странный.
   - Спасибо, - благодарю искренне. - Удачи тебе.
   - И тебе.
   Темный заворачивается в плащ, а я направляюсь к берегу реки. Нужно забрать седло и приманить Серого. Уходить придется быстро.
  
   Глава 9
  
   На берегу реки меня уже ждут. Он сидит на бревне спиной к лесу. Делает вид, что смотрит на воду и совершенно меня не видит. Я замечаю его еще издали. Спасибо Эскалару. Иду, не скрываясь. В тайник конечно не заглядываю, хотя понимаю, что он его уже нашел. Когда закончим беседу, еще успею... Или уже нет.
   Останавливаюсь, не доходя до него пары метров. Небо светлеет медленно. От реки тянется туман. В серых сумерках фигура мага выглядит призрачно-иллюзорной. Вот только я уже достаточно близко, чтобы убедиться в его реальности. Он и не маскируется. Аура искрит коротким вспышками зеленого, голубого и фиолетового. Общий тон у нее серый. Словно подернутый тем же туманом. И никаких дополнительных слоев.
   - Не жалко тебе девочку? - спрашивает Молот, не оборачиваясь.
   - Когда я ее оставила, она была жива и здорова, - медленно обхожу его справа, не приближаясь к костровищу.
   - И ты, темная, думаешь, что ее оставят в живых?
   - А есть ли смысл в ее смерти? Что она знает такого, чего не должна знать?
   Он поворачивает ко мне знакомое лицо. Сейчас отличие от Деметрия становится ярче. Собеседник не пытается играть его роль. Лишь сохраняет личину. Интересно все же, как именно он принимает чужой облик. В замке Андажира я была лишена способностей и не могла оценить его маскарад, а вот теперь...
   - Хочешь выставить нас злодеями, убивающими невинных?
   - Вас? - склоняю голову к плечу. - Кого именно? Свет или Тьму?
   Он усмехается. Отводит взгляд. Не отрицает. И не соглашается. Его лицо скрывает не примитивная иллюзия. Работа корректоров не заметна. Слишком уж точное превращение. А они обычно оставляют нечто от естественного облика. Лишь усиливают или уменьшают различные черты.
   - Зачем ты пришла?
   - Чтобы узнать, зачем меня так настойчиво сюда приглашали. Твой знак мне знаком давно... Только я не понимала его значение.
   Зелье? Есть оборотное. Полностью преображает облик, но требует постоянного приема. И при частом использовании эффект снижается. Маг его уровня не может так рисковать.
   - Думаешь, у меня есть ответы?
   - Хотя бы расскажешь, каким образом связался с Тьмой.
   Вывод напрашивается только один. Умение менять облик является отличительной чертой Молота. Именно оно позволяет ему подбираться к ведьмам. Как интересно...
   - А может, я тебя скручу и доставлю в замок? А оттуда отправлю на базу?
   - А сможешь?
   Мы встречаемся взглядами. Никакой магии. Только воля. Его похожа на монолитную стену. Ни зазоров, ни щелей, ни окошек. То есть никаких сомнений, чувства вины и злости. Ничего, за что бы я смогла уцепиться. Не знаю, что Молот ведьм видит во мне, но глаза мы отводим одновременно.
   - Сильна... - тихо комментирует он. - Накачалась. Кого съела?
   Маг снова смотрит на воду. Изучаю его ауру. Ищу другие зацепки. Прислушиваюсь к звукам. Оцениваю магическое поле. Ничего. Он пришел один. Не стал прятаться. Не видит во мне угрозы?
   - Того, кто не возражал.
   - Делаешь вид, что не монстр? Или все еще пытаешься ухватиться за остатки человечности?
   Молчу. Монстр ли я? Возможно. Забочусь ли о своих подопечных? Нет. Лишь стараюсь оставаться честной с ними. Цепляюсь за человечность? Можно сказать, что я никогда не была человеком. Но мы оба понимаем, что стоит за термином. Магам с их длинной жизнью и почти полным отсутствием болезней сложно понять людей. Приходя в другие миры, мы учимся местной морали, примеряем ее на себя, подстраиваемся. Очеловечиваемся. Насколько можем, чтобы не потеряться самим. Но речь идет лишь о боевых магах и исследователях. Истинные и в нашем мире стоят слишком высоко над нейтральными, чтобы говорить о понимании. А уж здесь...
   Человечность - то качество, которое позволяет управлять людьми, понимать их мотивы, помогать или угрожать. И с этой точки зрения можно сказать, что я не менее человечна, чем собеседник. Что же до остального... Жалостью и состраданием он тоже не обладает. Что осталось от его эмоций за годы службы? Только чувство долга. И что-то еще, что заставило пойти на сделку с Тьмой.
   - Ты убил стольких ведьм, что о тебе сложили легенды еще при жизни. Как ты договорился с одной из них?
   - Я и не договаривался с ведьмой... - легко отвечает он. - Лишь с таким же исключением, что и я. С колдуньей...
   Изабель. Что ж... Здесь он меня не удивил. А вот то, что сам Молот является колдуном ошеломляет. Впрочем, лишь в первый момент. Если задуматься, многие ли маги обладают его талантами? Находить и убивать ведьм. Тех, кого скрывает сама природа. Мир. И если он колдун, мое предположение о его способностях верно.
   Невольно усмехаюсь. В его существовании нет ничего противоестественного. Природа всегда стремится к равновесию. Даже создавая идеального хищника, она найдет, что ему противопоставить. Ведьмы сильны. Их магия уникальна. Но и Молот единственный в своем роде. И он сумел существенно сократить их поголовье.
   - Неужели среди светлых нет никого похожего? - озвучиваю вопрос, давно крутившийся у меня в голове. Равновесие соблюдается всюду. Вместо темных княгинь у Света есть плетунья. Значит вместо одной колдуньи должен быть кто-то еще.
   - Мог бы быть, если бы они его не изуродовали. Видишь ли, великие нашего мира чересчур боятся потревожить Юту малейшим перекосом. Поэтому таких как я не учат. Мне повезло. В какой-то мере. Мой дар оказался чересчур уникальным, чтобы уничтожить его или перековать. Создать убийцу ведьм оказалось важнее...
   - Они думали, ты сможешь убить и княгинь, если возникнет такая необходимость.
   Он кивает. Высокие цели. Высокие ставки. Не для этого ли нас свели здесь? Проверить возможности Молота. Сможет ли он убить потенциальную носительницу Тьмы? Рассматриваю собеседника, прикидывая, на что он способен. Силен. Опытен. Хладнокровен. Жесток? Скорее всего. Я слышала описание некоторых его жертв. Частые убийства и охота на живые, обладающие интеллектом цели превращает в чудовище. Медленно. День за днем. Изменения не заметны, но они есть. И однажды перевешивают любые светлые мотивы.
   - В смерти кого-то из княгинь до сих пор не было смысла, - неожиданно отвечает он. - Будь Ивар Шеруда ведьмой... Ты бы не понадобилась.
   А вот это уже интересно. Невольно подбираюсь. Мое задание сохраняли в тайне. Лишь узкий круг знал правду. И Молот, почти все время проводящий в Гленже, никак не мог узнать подробности. Когда мы попали к нему с Деметрием, он видел во мне лишь вдову князя. Но никак не бывшего боевика. Конечно, мои разборки с Салией несколько выходят за рамки умений обычных ведьм, но не настолько, чтобы сделать столь далеко идущие выводы.
   - И давно ты знаешь?
   - С самого начала, - он усмехается. - Весь план с твоей подготовкой и отправкой курировался мной и Виттором. Меня пригласили как консультанта. Поэтому я знал все, княгиня.
   - И рассказал Изабель... - лицо застывает маской, а сердце начинает биться гулко и медленно. Вспоминаются корректоры, которые возились с моей внешностью. Знания о князе. Образ и характер подходящей супруги.
   - Нет, - Молот качает головой. - Все было наоборот. Мы с темной знакомы очень давно. Еще до твоего рождения. У нее есть свой план, как избавиться от Юты. Она предложила мне поучаствовать. Мы долго встречались и говорили, прежде чем я согласился. И когда подвернулся шанс... Не знаю откуда, но она знала, что светлые решат подослать кого-то к Ивару еще до того, как план начал разрабатываться. Я должен был согласиться на участие и сделать все, чтобы именно ты стала ключевой фигурой. И я постарался. До тебя предлагались еще две кандидатки, куда более опытные. Пришлось поработать, чтобы их забраковали.
   Руки холодеют. Помимо его слов я отчетливо слышу каждый удар своего сердца. Гулкий. Тяжелый. Будто кровь вдруг стала густой. И перекачивать ее невероятно сложно. Дышать тоже тяжело. Грудь словно сдавило тисками. Это не магия. Нет. Лишь эмоции. Говорит ли он правду? Не знаю. Но какой смысл врать?
   - Почему я? - голос звучит тихо. Спокойно. Но кажется, будто слова падают с губ как камни.
   - Потому что история должна повториться. Так она сказала, когда я спросил. И больше уточнять не стал. Меня интересовал результат. Что получится, если ты попадешь к князю? Сначала все выглядело отвратительно. Ты вышла замуж. Вскоре стало известно о беременности. Приступы безумия. Я наблюдал за тобой, когда оставалось время. Приглядывал. Подумывал даже убить... Что-то все время мешало. Я медлил. Выслеживал и убивал других. А потом узнал о смерти темного... Тогда я впервые подумал, что все было не зря. Хотя так и не понял, чего хотела добиться Изабель. Я спрашивал. Она больше не отвечала, только говорила, что нужно подождать, что скоро все закончится.
   Делаю глубокий вдох и очень медленно выдыхаю. Колдунья. Колдун. Сколько еще неизвестных стояло за тем, что произошло со мной? Чего на самом деле они хотят? Какую игру затеяли? И как выйти из нее живой и с наименьшими потерями?
   - Ты так откровенен, потому что она приказала?
   - Она мне не приказывает. Только просит, когда что-то нужно. И нет, она не говорила, что ты придешь. Хотя я ждал...
   - Ждал?
   - А ты не поняла? - он не поворачивает головы, но меня словно окатывает ледяной водой. Потом бросает в жар.
   Удивляться уже не приходится. Слишком много информации. Пара фактов уже не перевесят чашу весов. Тем более, что у меня было достаточно времени, чтобы все обдумать. Сделать выводы. Остается лишь задать еще один вопрос.
   - Ты убил мою мать?
   - Да, - маг отвечает просто. Легко. Будто согласие ничего для него не значит. А оно и не значит. Что стоит еще одна жизнь на фоне уже отнятых?
   - Изабель попросила? - голос звучит вкрадчиво и ласково. Наша встреча не закончится безобидно.
   - Ты слишком долго тянула с выбором. Она решила тебя подтолкнуть, - спокойно поясняет убийца ведьм. - Я принял облик Виттора. Предложил ей поговорить. И убил. Все оказалось также просто, как и с другими...
   Воздух с шипением срывается с губ. Глаза на мгновение застилает темной пеленой. Сдерживаюсь. В бою с таким противником нельзя терять голову. Не знаю, зачем меня привели к нему. Сейчас это неважно. Наши отношения с Лидией нельзя назвать близкими. Но она вырастила меня. Она была моей матерью. И тот, кто ее убил, заслужил смерть...
  
   Глава 10
  
   Время замедляется. Становится тягучим и физически ощутимым. Сбрасываю с плеча сумку. Она не успевает коснуться земли, когда с пальцев слетает первое заклинание. Темное пламя устремляется к магу. Но он уже не сидит на месте. Бревно вспыхивает мгновенно. Молот одним прыжком оказывается у воды. Мы встречаемся взглядами.
   С губ срывается глухое рычание. Следующее заклинание летит следом. Уже не столь примитивное. Клубок Тьмы, призванный поразить нервную систему и вызвать фантомные боли. Снова промахиваюсь. Маг делает кульбит и оказывается слишком близко. Нас разделяет всего пара шагов. Линия удара. Срываю с пояса ампулу, давлю пальцами и бросаю под ноги.
   Улыб тумана вырываются наружу, позволяя отступить к лесу. Молота нельзя подпускать близко. Он еще не показал своих талантов, а я уже использовала несколько заготовок. Плохо. Магический туман заволакивает берег, мешаясь с остатками естественного. Солнце поднялось уже достаточно, скоро от завесы не будет никакого толка. И это если ветер не налетит...
   Левой рукой сжимаю кинжал, правой достаю еще одно зелье. Осматриваюсь, ожидая, где выскользнет противник. Темное пламя бросает вокруг зловещие отсветы. Гашу его усилием воли. Не нужно лишнего света. Зубами выдираю затычку и выливаю зелье на лезвие. Хороший выдержанный яд. Даже магу хватит одной раны... Осталось лишь найти цель.
   Чутье заставляет развернуться в сторону буквально в последний момент. Слепо машу ножом крест на крест. Вовремя. Липкая сеть, рожденная магом, распадается на сегменты. Часть повисает на мне. Не задумываясь, сжигаю ее пламенем. И едва не рычу от боли. Нет, собственное пламя никогда не навредит хозяину. Так родились мифы о том, что ведьм нельзя сжечь. Проще утопить. Молоту однако удалось что-то сделать...
   Отступаю в сторону от места, где стояла. Боль отвлекает, но быстро стихает. Сеть явно не предназначена для длительного контакта. Хотя, если он применял ее против ведьм - не удивительно, что убил столь многих. Привыкшие к роскоши и комфорту, они совершенно не умеют терпеть боль.
   Припадаю к земле и прислушиваюсь. Обострившийся слух выдает скрип песка под подошвами сапог. Не зря оставила Эскалара в живых. Оборачиваюсь к берегу и быстро выплетаю нужные чары. Песок. Воздух. Туман. Появляется небольшая воронка. Затягивает в себя остатки зелья с содержащейся в нем магией и получает дополнительную подпитку. Растет. Уже через пару мгновений на берегу оказывается серо-бурый вихрь... Весьма агрессивно настроенный. И голодный.
   В следующую секунду нити чар буквально выдирают у меня. Так резко, что по пальцам бьет откатом. Чувствительность теряется. Закусываю губу и вижу мага, стоящего у кромки леса в нескольких метрах от меня. Его внимание приковано к вихрю. Руки движутся быстро. Он грубо расправляется с плетением, уничтожая смерч едва ли не быстрее, чем он вырос. Вот и еще одна сторона способностей убийцы ведьм. Он может видеть чары. Чувствует их. И даже подчиняет. Очень неприятный сюрприз...
   Сжимаю и разжимаю кулак, возвращая пальцам чувствительность. Выдергиваю из-за голенища сапога еще один нож и бросаю в Молота. Попаду или нет - не важно. Концентрация собьется. Возможно, часть вихря уцелеет. Отступаю за деревья. Противник ловко уклоняется, развернувшись всем корпусом. Посылает последний разрушительный импульс и находит меня взглядом.
   Мы замираем, бодаясь силой. Он давит, пытаясь проломить мои щиты. Я ищу брешь в его. Воздух едва не искрит от напряжения. По виску стекает капелька пота. Лицо мага искажается. По нему проходит рябь. И сквозь маску Деметрия проступает истинное лицо Молота. Немолодое, покрытое старыми шрамами и следами ожогов. Нос несколько раз сломан. Один уголок губы вздернут вверх в жуткой усмешке. Волосы щедро украшены сединой. Сколько ему лет? Он выглядит куда старше Виттора. Хотя и задача у него намного опаснее. Убийства ведьм не прошли бесследно.
   Противник усиливает нажим. На плечи будто опускается гранитная плита. Сжимаю зубы и шире расставляю ноги. Чуть приседаю. Он силен. Действительно, силен. И его слава ничуть не лжет. Однако у меня нет возможности отступить и разойтись с ним мирно. Не теперь.
   Переношу вес на правую ногу и рывком ухожу с линии атаки, позволяя силе мага скользнуть по щиту. Кувыркаюсь по опавшим листьям и застываю, сжимая нож. Сердце колотиться как бешеное. Со стороны берега доносятся сдавленные ругательства. Да, я тоже оценила его по достоинству. Перекатываюсь еще раз и поднимаюсь на ноги. В полный рост не встаю. На полусогнутых перебегаю к ближайшему дереву и замираю за ним. Жду.
   Тихо. Наше общение длится не так уж и долго. Но его отголоски наверняка разнеслись по округе и достигли замка. Если там есть кто-то еще из боевиков - непременно явится проверить. Впрочем, хватит и сигнальных амулетов, настроенных на определенные колебания магического поля. Нужно заканчивать. Или уходить, оставив его в живых.
   Справа раздается резкий шорох листьев. Рефлекторно поворачиваюсь туда. Всего лишь тяжелый сук, запущенный умелой рукой. Оборачиваюсь обратно, выставляя руку с ножом. Предплечье встречает предплечье. Острие чужого кинжала замирает буквально в паре сантиметров от моего лица. Секунда на вдох. И мы атакуем одновременно.
   Вбитое на тренировках искусство ближнего боя оказывается полезным как никогда. Техника "липкие руки", когда запястья соперников не размыкаются ни на мгновение. В таком положении отрабатываются удары и блоки. Подходит она не всем. Рассчитана на небольшие габариты и особенно эффективна против неопытных противников. Или против тех, чей уровень мастерства ниже.
   Магия на время забыта. Мы оба стараемся достать друг друга кинжалами. И в то же время, не дать себя порезать. Свободные руки быстро оказываются заблокированы. Либо мы на одной уровне, либо Молот не рассчитывал на столь активный отпор. Резко взмахиваю ногой, отклоняясь корпусом в сторону и вниз. Тренировки на гибкость позволяют сапогу оказаться там, где всего мгновение назад находилась голова мага. Вертлявая скотина...
   Он перехватывает лодыжку, но я упираясь одной рукой в землю, а второй бью локтем ему в колено. Перехватывать нож времени нет. Короткий стон звучит буквально музыкой для ушей. Нога остается свободна. Рывком выпрямляюсь. И едва не получаю ножом в лицо снова. В последний момент уклоняюсь уже в другую сторону. С разворота целю локтем ему в челюсть. Блок. Удар в сторону груди. Снова блок. Отводит мою руку запястьем. Бьет ножом. Блокирую. Носком сапога целю в поврежденное колено. Теперь блок и там. Да, ногами тоже можно защититься. Зараза...
   Мы снова обмениваемся ударами и блоками. Продолжаться так может долго, но ошибки не избежать. Клинок чиркает по клинку, высекая искры. Запястье пронзает короткая и резкая боль. Пальцы разжимаются сами. Нож падает куда-то между корней дерева. Один из приемов мага все же меня достал. Не теряя времени, бью по его руке, припечатываю ее к стволу дерева, вынуждая также выбросить оружие.
   - Хороша, - хрипит Молот и выпускает сеть.
   Она очень похожа на ведьминскую паутинку, липкая и привязчивая, но дважды одним приемом меня не взять. Вместо огня заставляю воздух вокруг нас буквально замерзнуть. На бровях и ресницах мага образуется иней. Появляются снежинки. Сеть становится видима и замирает, окружая меня тонкие кружевным коконом, так и не достигшим цели. Конечно, применять термические заклинания в непосредственной близости от себя опасно. Но чужое заклинание почти полностью поглощает эффект.
   С трудом разжимаю пальцы, все еще сжимающие чужое запястье. Кажется, я приморозила его к коре дерева. Противник бросает на руку короткий взгляд. Щурится. Мы стоим так близко, что его дыхание согревает мое лицо. Одним коротким импульсом разбиваю ледяной кокон. Он осыпается на землю мелкими кристалликами льда. Формирую следующий удар и с удивлением замечаю, что убийца ведьм улыбается. Выражение сложно понять, учитывая особенности его мимики, но выражение глаз...
   - Не трудись, я уже мертв... - он взглядом показывает на царапину у себя на плече. - Ты меня достала, а яд достаточно сильный, чтобы я почувствовал его действие. Будешь добивать?
   - Оставлять живых врагов за спиной не в моих привычках, - оставляю заклинание подвешенным и достаю с пояса ампулу с зельем. - Могу дать тебе выбор: умирать долго от внутреннего жара или быстро и безболезненно. Еще могу перерезать горло.
   Он молча забирает ампулу свободной рукой.
   - У тебя ведь и противоядие есть...
   Отхожу на пару шагов назад, увеличивая дистанцию между нами. Не страх, но здравые опасения. Мало ли...
   - Не для тебя.
   Молот кивает на моя руку.
   - Выпей.
   Поворачиваю ладонь, по которой стекает струйка крови. От удара по запястью я не почувствовала порез. Кожа вокруг стремительно краснеет - первый признак распространения яда. Моего ли?
   - Твой нож неудачно вывернулся из пальцев, - продолжает противник, видя мои сомнения, - я заметил.
   Под кожей пробегает первая волна жара, которую легко не заметить в горячке боя. Противоядие осталось в сумке на берегу. Нужно поторопиться, чтобы принять его.
   - Зачем сказал?
   - Потому что все происходящее - проверка и подготовка... - он приваливается к дереву и тяжело дышит. Яд действует стремительно. - Тебя все равно достанут рано или поздно. Если у Изабель получится, она осуществит свой план, а я свою роль уже доиграл... - Маг выдергивает затычку зубами и в один глоток выпивает зелье. - Уходи, скоро здесь будут другие...
   Ноги подгибаются, и Молот повисает на примерзшей к стволу руке. Голова откинута назад. Глаза стекленеют. Вот и конец убийцы ведьм. Меня ведет в сторону. Приходится приложить усилие, чтобы устоять на ногах. Разворачиваюсь к берегу. Отправляю в пространство зов для Серого. Нужно убираться как можно скорее.
   Сумку нахожу там же, где и оставила. Нужный флакон сам прыгает в руки. Выпиваю половину. Со стороны леса доносится хруст веток и приглушенное ржание. Подхватываю вещи и возвращаюсь к тайнику. Забираю седло. Жар сменяется легким ознобом. Яд очень сильный. Антидот к нему придется принимать в несколько заходов. Ближайшие пару дней мне обеспечены проблемы с терморегуляцией и головная боль, не говоря уже о строгой диете. Это малая цена для мести и информации.
   Конь выбирается на берег спустя четверть часа, когда в магическом поле уже ощущается волнение и колебания, предшествующие явлению кого-то из истинных. Только встречи с ними мне не хватало. Закрепляю седло на скорую руку, забираюсь следом и отчаянным усилием активирую одно из спящих заклинаний. Ведьмина тропа ложится под копыта. Неотслеживаемый путь отхода, припасенный на крайний случай.
   Оборачиваюсь в сторону леса и встречаюсь взглядом с Эскаларом. Темный не делает никаких попыток меня удержать. Но взгляд его не обещает ничего хорошего для нашей следующей встречи. Это тоже цена. Подстегиваю коня, который срывается в безумную скачку. Ничего еще не окончено. Самое сложное впереди...
  

Олеж

  

В этом мире я гость непрошенный,

Отовсюду здесь веет холодом.

Непотерянный, но заброшенный

Я один на один с городом.

Н.Носков "Это здорово"

  
   Глава 1
  
   Южные волны лениво накатывали на берег. Золотистый песок щекотал кожу. Солоновато-йодный запах привязался к волосам. Взгляд медленно скользил по горизонту.
   День догорал в пламени заката, окрасившего море в рыже-желтые краски. Здесь с трудом верилось, что где-то далеко в океане существует Юта. Что весь мир снова застыл на грани и, задержав дыхание, ждет перемены магов у вечного поста. Если все пройдет гладко, следующий год станет одним из самых спокойных. Подошла очередь погодников - Морлаон и Хайгель лучше других справлялись со сдерживанием вихря. Скоро все станет ясно.
   По воде зашлепал камешек, пущенный умелой рукой. Подпрыгнул пять раз, прежде чем скрыться в море.
   - Почему тебя это увлекает? - спросил Олеж.
   Тейрун, стоящий в стороне, пожал плечами.
   - Детская забава... Чем дольше живешь, тем больше цепляешься за то, что когда-то было дорого. Чувства умирают. Но их агонию можно продлить.
   Он подхватил еще один плоский камешек и пустил его следом за предыдущим.
   - Ты также цепляешься за свою ненависть к Оливии?
   Темный бросил на него короткий взгляд и усмехнулся.
   - Ненависть придает нам сил. Когда она направлена на кого-то из носителей Тьмы, она усиливает его и ослабляется того, кто ненавидит. А когда дело касается светлого все наоборот. Ненависть ослабляет Свет и питает Тьму. Представь, какой силой обладала бы плетунья, не будь меня.
   - Не пытайся убедить его, что действуешь исключительно из рациональных соображений, - произнес Илей.
   Он сидел на мокром песке и рисовал что-то прутиком, найденном на берегу. Волны омывали его ноги, но не достигали рисунка. Не магия. Точный расчет правильного места, выработанный годами практики. Братья каждый новый год проводили здесь, на этом берегу. Вдвоем. Сегодня Олеж составил им компанию. Они не возражали, а у него все равно не имелось других вариантов.
   - Я лишь объясняю некоторые нюансы, - легко откликнулся князь.
   Их общение походило на старую игру, правила которой давно известны и никогда не нарушаются. Братья не ссорились. Не пытались оспаривать мнение друг друга. Лишь дополняли или обменивались мелкими замечаниями. И оба донельзя вписывались в окружающий пейзаж. Казались столь же неотъемлемой частью как море. Солнце. Песок. Аромат соли и йода.
   - А любовь может ослабить темного? - спросил Олеж.
   Братья обменялись странными взглядами. Слово взял целитель:
   - Любовь обладает столькими оттенками, что не является ни светлым, ни темным чувством. У князей и ведьм она может приобрести черты одержимости, когда любимый необходим постоянно. Они лишают свободы в своей страсти и тем самым уничтожают того, кого любят. Бывает и по-другому. Когда любовь превращается в желание управлять, подчинить своей воле, сломить. Она обретает черты жестокости. И иногда обе этих крайности сливаются в одну. О каком Свете здесь может идти речь? Если же рассмотреть любовь как способность отдавать, не требуя ничего взамен. Бескорыстно, как это часто приписывают нам, то здесь мы тоже можем перейти черту допустимого, когда любовь превращается в жертвенность. А это уже полное отсутствие любви к себе. Или даже ненависть. Кого она усиливает? Если жертва нужна темному, то все прекрасно, а если нет... Все слишком сложно, чтобы судить.
   - Но ведь в отличие от темных никто из носителей Света не умеет любить, - спокойно возразил светлый. - Разве отсутствие чувств не делает нас слабее?
   - Брасиян бы с тобой не согласился, - неожиданно фыркнул Тейрун, опускаясь на песок и вытягивая длинные ноги. Он полулег, опираясь на локоть и совершенно не опасаясь запачкать одежду. - Он жизнь положил на то, чтобы избавиться от чувств, которые в его представлении и являются настоящей слабостью.
   - У него ограниченные взгляды... - мягко отметил Илей. - Если бы чувства являлись нашей слабостью, Абсолют бы лишил нас их окончательно, однако мы умеем чувствовать. Посвящение лишь притупляет эмоции, но не убивает их. Со временем все возвращается, пусть иногда и совершенно в другом виде. Другое дело, что мало кто из нас испытывает потребность в создании пары...
   - Или просто не может ее создать, - перебил брата темный.
   - Или не может ее создать, - спокойно согласился тот.
   Что-то крылось в их репликах, какая-то старая тайна, известная обоим, но пока еще нераскрытая ему. Ничего, времени впереди много. Он успеет узнать все.
   - А как же Лукас и Изабель? - Олеж продолжил задавать вопросы. Когда еще вести такие разговоры, как не во время полного упадка магии и тишины в магическом поле?
   - Они - исключение, - произнес лекарь, отвлекаясь от своего рисунка и поднимая на него немного грустный взгляд.
   - Скорее правило, учитывая, чем все закончилось, - добавил его брат.
   - Они любили друг друга, - возразил светлый, - и, учитывая, что Лукас еще жив, любят до сих пор.
   - Любовь ли это, брат мой? Тебе ли не знать, в каких монстров мы можем превратиться?
   Илей вздохнул и отвернулся. Олеж рассказал о выжившем истинном только им двоим. Не сразу. Лишь несколько недель спустя после исчезновения Афии, когда стало ясно, что найти ее в Гленже также невозможно, как и светлого. Никто так и не смог обнаружить его след в том мире.
   - Почему мы его не чувствуем? Я видел его. Говорил с ним. Он минимум дважды приходил в наш мир. И никто ничего не понял. Столько лет прошло, после его исчезновения... Почему он так легко прячется?
   Братья вновь обменялись взглядами, словно говорили о чем-то друг с другом. Тейрун коротко кивнул, Илей отложил прутик и заговорил:
   - Мы не зря посчитали его погибшим. Изабель вытащила его в последний момент. Совершила невозможное. Но его источник уже был поврежден... Представь бурдюк с водой. В нем проделали дыру. Скажем, размером с кулак. Затем постарались зашить, но недостаточно аккуратно. Изабель все же не лекарь... Вода постоянно вытекает. Бурдюк нужно наполнять. Снова и снова. И чем интенсивнее напор идущей в него воды, тем сильнее повреждается штопка. Магическое поле Гленжа слабо. Там Лукас может существовать. А вот появление в нашем мире должно причинять ему существенную боль и неудобства. Поэтому он не стал возвращаться и остается там. А магия... Его магия адаптировалась. Осталась на уровне способностей истинного. В чем-то больше, в чем-то, возможно, меньше. Но она изменилась. Ты сам говорил... Он легко не пустил тебя в Гленж. Спеленал сетью. Создает пустоты в магическом поле. Это совершенно непохоже на его прошлые способности, не говоря уже о возможностях других истинных. Поэтому мы его не чувствуем. Его след - это пустота, которую оставляет источник, пытающийся постоянно наполняться. Но мы не умеем выслеживать пустоты.
   Объяснение выглядело логичным. Олеж лег на спину, заложив руки за голову. Небо постепенно темнело. Оранжевый и желтый отступали, на смену им приходил голубой, а следом за ним - синий.
   - Сколько он еще протянет? В таком состоянии нельзя жить вечно.
   - Недолго, - ответил Тейрун. - Странно, что еще держится. Думаю, здесь стоит сказать спасибо Изе, она его якорь. Поэтому он все еще жив. Но ты прав, вечно это продолжаться не может. Значит, скоро будет продолжение.
   - Продолжение?
   - Следующий акт. Все мы, так или иначе, привязаны к ритуальным закономерностям. Простые числа. Три, пять, семь... Чем меньше, тем более сильный получается ритуал. Два действия уже прошли. Первым являлась смерть Ивара и приговор Афии. Вторым - твое Посвящение и бегство княгини, она вернула себе силы.
   Если верить логике темного, в третьем акте его ждало прямое столкновение с Афистелией. Что его совершенно не устраивало. Но других вариантов он пока не видел...
   - Ты так уверенно об этом говоришь, как будто знаешь, чем все закончится, - нейтрально произнес боевик.
   - Опыт, мальчик. Всего лишь, опыт. К сожалению никто из нас еще не придумал, как ограничить или остановить Изабель. Доказательств против нее нет. Ведьмы стоят стеной за нее. У каждой из них своя цель, а теперь вернется еще одна... Князей, считая меня, останется всего трое.
   Дана и Рован возвращаются... Новые игроки в знакомой уже ситуации. Что-то подсказывало, что их обоих постараются использовать. И ничего нельзя изменить, только ждать, когда кто-то сделает ход. Терпение давалось ему с трудом. Особенно в начале лета. Сколько дорог и государств Гленжа он посетил и проскакал, отыскивая хоть малейший след. Встретил лишь пустоту. Афия умела прятаться. Сидеть на месте было бы столь же продуктивно, как и метаться по чужому миру, но бездействовать он не мог.
   Впрочем, постепенно жажда деятельности улеглась. На смену метаниям пришел холодный разум, заставивший заняться анализом ситуации. Олеж даже пытался встреться с колдуньей. Поговорить. Но та легко избегала любых контактов. Тейрун передал через Илея, что она заперлась в своей лаборатории и никого не принимает. Или же ведьмы лишь так говорят. Ни одна из них не поддавалась на провокации. В мире царила удивительная тишина. Даже общая напряженность неожиданно снизилась. Стало меньше конфликтов. Чудовища на севере угомонились. Воцарилось хрупкое равновесие...
   И от того, что оно длилось столь неожиданно долго, становилось страшно. Что произойдет, когда оно рухнет?
   Светлый закрыл глаза, отпуская разум. Позволяя ему переместиться по магическому полю и увидеть другое полушарие...
   ...Юта оставалась прежней. Тонкая спираль, уходящая к небесам. Жестокая. Завораживающая. Голодная. Над ней сверкали молнии. Волны вздымались вокруг, обещая в любой момент уничтожить два корабля, причаливших к платформе. Стоявшие на ней спина к спине маги казались игрушечными. Две хрупкие фигурки на фоне разбушевавшейся стихии...
   ...А ведь она действительно разбушевалась. Словно почуяла что-то. И рвалась с цепи, обрывая скрепы заклятий. Не вырвалась...
   ...Морлаон и Хайгель одновременно шагнули на помост. Встали рядом с замершей без движения парой. Спина к спине. Без тени отвращения или неприязни. Соединили руки. Переплели пальцы. И свежая сила потянулась к обезумевшему вихрю. Дана и Рован рухнули рядом. Прямо на мокрые доски. Одинаково бледные. Едва живые. К ним кинулись члены команд кораблей. Маг поднялся сам, опираясь на подставленные плечи. А ведьму понесли на руках...
   ...Олеж открыл глаза. Высоко над ним простиралось бесконечное синее небо, на котором медленно загорались звезды. Море что-то тихо шептало. Солоновато-йодный запах щекотал ноздри. Новый год наступил. А вместе с ним в мире что-то необратимо изменилось. Ощущение было странным. Едва уловимым. Будто волна мурашек пробежала по коже.
   Он нахмурился и приподнял голову, отыскивая взглядом Илея. Тейрун уже стоял рядом с кромкой прибоя и снова бросал камешки. А целитель сидел рядом.
   - Тоже почувствовал? - спросил он. - Мой брат хорошо знает темных. Если он говорит, что третий акт будет. Так и есть... Готовься. Думаю, ты занимаешь в планах этой пары одно из главных мест. Не зря Лукас вернул тебе память.
   Думал Олеж точно также.
  
   Глава 2
  
   Резиденция стражей располагалась в небольшом одноэтажном здании. Светлый камень, старинная архитектура, плоская крыша с невысоким бортиком, крытая просторная терасса, сад вокруг. Сложно поверить, что здесь кто-то думает о работе.
   Олеж вошел внутрь. Дежурный при его появлении поднял взгляд от математической головоломки, которую разгадал уже наполовину. Окинул посетителя внимательным взглядом и лениво спросил:
   - По какому вопросу?
   - Хотел бы увидеть руководителя, - ответил боевик, осматривая пустой стол, доску с ключами от кабинетов за спиной мага, цветок на широком подоконнике.
   - По коридору первая дверь слева, - тот кивком голову указал нужное направление и вернулся к головоломке.
   На несколько секунд светлый замер. Моргнул. Еще раз окинул взглядом холл. Сторожевые и охранные заклинания нуждались в обновлении. Аура дежурного переливалась мирными цветами. Никаких мыслей об опасности или даже настороженности у него явно не было. Боевик покачал головой и молча направился к нужному кабинету.
   В здании царила удивительная тишина. Никто не прошел навстречу, несколько дверей дальше по коридору оставались открытыми, оттуда не доносилось ни звука. Истинный проверил магическое поле, убеждаясь, что кроме него в штабе находятся еще четверо. И никто из них явно не занят бурной деятельностью.
   Он коротко постучал и сразу же вошел. Его появление наверняка уже заметили. Деметрий обернулся к двери, ни капли не удивившись, и сделал приглашающий жест.
   - Проходи. Лимонад будешь? - сам он держал в руках большую запотевшую кружку и стоял у окна, выходящего во внутренний дворик. Высокого, в человеческий рост окна, наверняка служившего запасным входом. Защитные заклинания на нем выглядели чисто символическими.
   Олеж с запозданием кивнул. Бывшего однокурсника назначили главой стражей южного округа сразу после окончания разбирательства, связанного с исчезновением Афии. С тех пор они и не виделись, а вот после наступления Нового года как раз появилось время.
   - И как ты тут обустроился? - спросил светлый, забирая протянутый бокал с домашним лимонадом, заменяющий на юге и чай, и кофе.
   - Как видишь... - дипломат пожал плечами и тяжело вздохнул. - Оценил меры безопасности?
   Он кивнул на окно, через которое открывался самый мирный вид. Тихо журчащий фонтан посредине, аккуратная плитка, покрывающая весь двор, высокие деревья, дающие замечательную тень, и удобные скамейки. На одной из них спал маг.
   Олеж глотнул напиток. Вкус оказался приятным. Кислый, с ноткой мятной свежести.
   - И так везде?
   - Ну что ты... - с преувеличенной бодростью ответил Деметрий. - У нас же тут центр округа. Портал. Постоянный штат, считая меня, целых пять единиц. Один сейчас на патруле. Еще пару магов можно привлечь в случае критической ситуации. В остальных населенных пунктах только стражи-наблюдатели. По одному в мелких, по двое в более крупных. Возраст у всех за двести, боевого опыта - ноль. Из прегрешений у местных чаще всего встречаются манипуляции погодой. То дождик кому-то нужен для урожая, то солнышка не хватает... Штатный погодник отслеживает любые аномалии и прогнозы составляет каждый день. На сегодня уже свое отработал, отдыхает.
   Судя по выразительному взгляду, во дворе спал именно погодник.
   - И как их наказывают? - продолжил расспросы светлый, начиная понимать коварство Брасияна, отправившего сюда неугодного сотрудника. После суеты столицы, опасностей Гленжа и заданий боевиков окружающая реальность казалась сплошным, беспросветным болотом.
   - Да никак, - отмахнулся друг. - Приходим, арестовываем, отправляем к Оливии или Ферде, они накладывают ограничение на использование погодных заклинаний, и провинившийся возвращается домой. Здесь таких каждый второй, если не каждый первый.
   - А не проще по завершении интерната накладывать ограничение всем?
   Друг как-то странно рассмеялся.
   - Именно это я и предложил после второго аналогичного случая. Так меня чуть не затоптали. По инструкции положено, чтобы здесь располагался штат стражей. Для охраны портала и прочего. На случай катаклизма... Короче, мало ли. Но заниматься здесь совершенно нечем. Аресты для них - единственное развлечение. Если наложат ограничение на всех, и его не останется. Представляешь, как все озвереют от скуки?
   - Представляю... - пробормотал Олеж, допивая лимонад.
   Деметрий обошел стол и занял рабочее кресло. Выглядел он соответствующе занимаемой должности. Уставшим и взвинченным. Вот только вряд ли его состояние относилось к непосредственным делам.
   - Надоело? - понимающе спросил истинный.
   - Ты даже не представляешь как... Если Брасиян хотел меня наказать, у него получилось. Врагу такую работу не пожелаю.
   - А как Марикетта? - он сел напротив друга в удобное кресло для посетителей.
   Здесь многое было сделано удобно. Попытка скрасить унылые рабочие будни? И ведь кому-то подобное нравится. Вряд ли кто-то из местных стражей станет жаловаться на работу. Судя по виду дежурного, его все вполне устраивает. Да и маг во дворе, спящий в разгар рабочего дня, не станет жаловаться на комфорт. Кто бы мог подумать, что в мире существуют такие места...
   - Ее взяли помощницей целителя для наблюдения за детьми, - охотно сменил тему бывший однокурсник. Даже выражение лица изменилось. Стало более спокойным. - Опыт у нее огромный, но в основном с боевыми ранами. Реабилитация, помощь при операциях. Здесь подобное не требуется. Сейчас она меняет квалификацию. Возится с детьми. Их же на дому навещают, поэтому она целыми днями в разъездах, а когда дежурит, могут и ночью дернуть. Но это редкость. Здесь даже как таковой больницы нет, всего лишь общий пункт приема. Дежурства закреплены за артефактом, все целители передают его друг другу по очереди и выезжают на вызовы прямо из дома. Мне кажется, ей нравится...
   Деметрий бросил взгляд на снимок в рамке, стоящий на столе так, что Олеж не мог видеть изображение. Сделал жест, и картинка развернулась к нему. Марикетта жизнерадостно улыбалась, сидя на велосипеде в местной форме лекаря. Зеленые свободные шорты, открывающие загорелые ноги. Футболка того же цвета с рукавами до локтя. Широкий пояс с инвентарем. На ногах удобные мокасины. Волосы заплетены в косу. Лицо также загоревшее, веснушки проступили ярче. В глазах мелькают огоньки. Ни следа сожалений и тревог.
   - Выглядит счастливой... - отметил светлый.
   - Да, она всем довольна. Это немного примиряет меня с пребыванием здесь, - друг даже едва заметно улыбнулся.
   Насколько боевик знал, начальнику стражей полагался служебный дом. Также весьма комфортный и удобный. И что-то подсказывало, что Деметрий живет там не один. Что ж... Хотя бы у кого-то все складывалось удачно. Пусть и не во всех сферах жизни. Возможно когда-нибудь дипломат привыкнет к местной размеренности, успокоится и перестанет маяться от скуки. Вернуться обратно, пока жив Брасиян, ему в любом случае не светит.
   - А что Виттор?
   - Я не видел его после отставки.
   - Я тоже...
   Каждый из них погрузился в свои дела, на время забыв о других. Летние недели пролетели незаметно. Разбирательство длилось долго. Брасиян никому не позволил остаться в стороне. А заодно прошел по личным делам всех сотрудников. Многие после этого ушли. Кто-то добровольно, кто-то принудительно. Не имея возможности добраться до Афии, светлый срывал злость на других. И здесь Олеж не мог ему помешать. Никто не мог. Или не хотел... У истинных не принято вмешиваться в дела друг друга. А боевые маги подчинялись в первую очередь его отцу.
   - Как поиски Афии? - спросил бывший однокурсник.
   - Безрезультатно. Она умеет прятаться.
   Он и не ждал, что будет легко. Но все же... Все же весь Гленж наводнили шпионы обеих сторон. В каждом городе появились соглядатаи. Стража получила ориентировки. По деревням пустили слухи. И ничего. Тишина. Она смогла многих удивить своей неуловимостью. Или продуманным путем отхода. Их учили всегда предусматривать худший вариант. И у княгини было достаточно времени, чтобы подготовиться ко всему, пока она еще являлась супругой князя. Запасные убежища. Надежные люди. Тайники с деньгами или драгоценностями. И вычислить все невозможно, потому что никто точно не знал, где и как часто она появлялась в то время.
   Какой-то частью Олеж восхищался ею. Но... Была и другая, заставлявшая волноваться. Им нужно встретиться и поговорить. Обсудить многое из того, что произошло. А он даже не понимал, к чему сейчас стремиться ведьма. Какая у нее цель?
   Изначально многие думали, что она придет за сыном. Мальчику увеличили охрану. Перевезли в другое убежище. Приготовили засаду и ловушку. Ждали. Но время шло, а она все не появлялась. В конце концов, охрана занервничала. Ребенка снова перевезли. И с тех пор часто меняли место обитания. Но Афия так и не появилась. Не сделала ни одной попытки добраться до него. Светлые собрались на Совет. Без его участия. Которое ему совсем и не требовалось. Он и так знал, о чем они говорят.
   Никто так и не выдвинул стоящих теорий. Истинные разошлись, так и не разработав новой стратегии. Судя по словам Тейруна, у темных все обстояло также. Ведьмы молчали, а князья пытались что-то решить самостоятельно. Вот только их сил не хватало. А неуверенность в поддержке от княгинь вселяла еще больший хаос. Все ждали какого-то события. Шага от противоположной стороны, который позволит получить результат.
   - Как думаешь, Тьма ее изменит? - теперь пришла очередь Деметрия задавать вопросы.
   - Уже изменила... Отсутствие способностей смягчило ее. Насколько это было возможно. Но теперь... Думаю, все стало как раньше. До наложения печати.
   Или как в первые дни после. Олеж помнил решительное лицо княгини, когда она стреляла в него. И то, как сложно было стать ближе. Получить кусочек ее доверия. Его хватило, чтобы затем она помогла ему разобраться с темными. Отвечала на вопросы. Рассказывала о прошлом. Дважды они смогли пройти по хрупкому мостику доверия. Получится ли в третий? Тейрун говорил о закономерности простых чисел. Пожалуй, здесь он прав. Но к чему они придут? И чего от них хотят?
   - Почему ты ее ищешь? Дело ведь не в Свете и ее преступлениях...
   - Тебе ли спрашивать? - светлый кивнул на снимок целительницы, снова стоящий так, чтобы изображение мог видеть только хозяин кабинета.
   - До сих пор? Даже после всего, что было? - Деметрий не обвинял. Не осуждал. Пытался понять.
   - А что было? Она убивала. Изменилась. Стала жестокой. Думаешь, я не понимаю? Понимал еще прошлой осенью, понимаю и сейчас.
   - А как же Посвящение? Разве Свет и Тьма могут быть... вместе? - как хороший дипломат он очень осторожно подбирал слова, не желая случайно задеть больную мозоль.
   Олеж усмехнулся. Перед глазами встал Лукас. Изуродованный. Полуживой. Переставший быть собой. Затем вспомнилась Оливия. Тьма в ее ауре. Необычайная для светлых сила. И ненависть в глазах ее мужа. Безумие ее дочери. А еще есть Пьетр, так и не простивший себя за убийство ведьмы. Замкнувшийся в экспериментах и себе самом. Насквозь больной и неспособный полностью раскрыть свою силу. Что стало ясно только после принятия Света.
   Вот итог союза двух Абсолютов. Разрушение. Страдания. Смерть. Безумие. Будет ли у них иначе? Может ли вообще быть иначе?
   - По крайней мере, я могу попытаться... - ответил он сразу и себе и другу.
   Если все будет плохо... Этот мир пережил столько катаклизмов, что гибель еще одного истинного ничего не изменит...
  
   Глава 3
  
   Почему-то он всегда думал, что Виттор живет в столице. Это казалось логичным. Нужно же где-то спать и отдыхать от службы. На деле все оказалось сложнее... Бывший глава боевых магов только снимал квартиру. И каждый год менял район обитания. Предосторожность или развитая с годами мания преследования? Психическим расстройствами или профессиональной деформации маги подвержены также как и люди.
   Олеж окинул взглядом открывающийся пейзаж. Постоянное жилье старого мага располагалось в восточном регионе. На склоне горы меж деревьев прятался небольшой домик с мансардой. Вид отсюда открывался прекрасный. Внизу, в долине раскинулся центральный город округа. Хорошим шагом до него всего час. А если взять велосипед и того меньше. Мобилями местные практически не пользовались. Узкие извилистые дорожки совершенно для них не подходили.
   Здесь уже ощущалось дыхание осени. Легкая сырость пробиралась под одежду. Воздух холодил лицо. Деревья стояли еще зеленые, но небо затянули тучи, а накануне явно прошел дождь. Трава стала влажной и скользкой. Подниматься по склону оказалось нелегко. Конечно, можно было перенестись прямо к дому. Но светлому хотелось проделать тот же путь, что и бывшему наставнику. К тому же любое физическое усилие напоминало о прошлой жизни. А память необходима, чтобы сохранить себя.
   За спиной с тихим скрипом открылась дверь.
   - Долго стоять будешь?
   Олеж обернулся. Старый боевик стоял на небольшой веранде, опираясь на перилла. Он выглядел непривычно домашним. В спортивных брюках и свитере с наброшенным на плечи клетчатым пледом.
   - Почему восток? - спросил светлый, когда они оба устроились на веранде.
   Виттор занял старинное кресло-качалку, а ему достался кухонный стул, который маг оседлал задом наперед.
   - А почему нет? Я здесь родился когда-то, - бывший руководитель укрыл ноги пледом и достал из кармана трубку. Перехватил вопросительный взгляд. - Это вместо отвара. Илей предложил. Сказал, что климат тут подходящий для меня. Восстановление пойдет быстрее. А травяной дым поможет. Кашлять стал меньше.
   Голос у него на самом деле стал глубже и менее хриплым. Да и в целом выглядел старый маг лучше. Пропали вечные тени под глазами. Цвет лица выровнялся. Аура стала равномернее. И заметные перемены навели на простую мысль:
   - Когда ты последний раз отдыхал?
   - Давно, - хозяин дома раскурил трубку и выпустил первую струйку дыма, - лет сорок назад.
   Дым непривычно пах луговыми травами и чем-то пряным. Сбор наверняка делала Оливия.
   - А после? Каждому ведь положен отпуск.
   Виттор окинул его странным взглядом.
   - На отпуск нужно время, а у нас постоянно что-то происходило. Я отдыхал. Просто иначе. Иногда короткая передышка значит куда больше, чем несколько недель покоя.
   - Не для измученного организма, - возразил истинный. - Ты себя загнал.
   - Ты не целитель. Мне хватает нотаций Илея. И местного лекаря, которому меня сдали. Не стоит их повторять. А то я чувствую себя странно. Собственный ученик выговаривает за поведение.
   Олеж усмехнулся. На землю упали первые капли. И уже через минуту начался дождь. Неожиданно сильный. Будто стена отделила их от остального мира. Город скрылся за пеленой воды.
   - Осенью здесь так часто бывает, - пробормотал старый боевик. - Налетит ветер, пригонит тучу, она прольется. А через полчаса уже солнце. Зачем пришел?
   - Хотел проведать тебя...
   - Оставь сентиментальность кому-нибудь другому. Светлые не лгут, поэтому допускаю, что тебя волнует мое состояние. Но не так сильно, чтобы примчаться на край мира. Так что тебя привело?
   Светлый вздохнул. Ему не хватало разговоров с магом. Забытого ощущения равенства. В этом мире осталось слишком мало тех, с кем он мог бы просто побеседовать.
   - Афию все еще не нашли. У Совета нет мыслей, где она может быть. Я подумал, что ты можешь высказать свое мнение.
   - Вы ее не найдете, - Виттор совершенно не удивился вопросу. Наверняка ждал его. И давно все обдумал. - Светлые не понимают темных. А в ней слишком много Тьмы. У тебя был шанс в самом начале. Но она все продумала заранее.
   - Так что же мы упускаем? - он сжал губы и нахмурился. Его не упрекали, нет. Но неприятный осадок остался.
   - Месть, - коротко выдохнул собеседник, выпуская еще одну струйку дыма. - Ее мать убили. Она ищет убийцу. Найдет и убьет. Когда появится тело, сможете взять след.
   Олеж замер. Все же Абсолют меняет своих носителей. Почему он сам не подумал о столь очевидном варианте? Ведь сам так и не простил Брасияну смерть собственной матери. Почему же княгиня должна оставить убийство без последствий? Он слишком зациклился на том, что Лидия являлась гарантом поддержки Виттора. Что мать и дочь давно не общались. Что отношения между ними и раньше являлись натянутыми. Но разве что-то из этого является веской причиной для отказа от мести? Не для носителя Тьмы.
   - Следствие зашло в тупик, насколько я знаю.
   - Да уж Брасиян постарался, чтобы некому стало заниматься расследованием, - с каким-то злым ожесточением ответил маг. Его лицо впервые за время беседы приняло жесткое выражение. А в глазах промелькнул холод.
   - Думаешь, находясь в Гленже, она догадается, кто убийца?
   - Думаю, кто-то постарался сделать все, чтобы она попала в ловушку. Теперь капкан остается только захлопнуть. Я много думал о произошедшем. Времени тут хватает, заниматься все равно нечем. С мелкими проблемами справляются стражи. Обвалы и оползни контролируют погодники. В целом регион довольно стабилен. Так вот... Смерть Лидии заставила ее действовать. Но если вернуться немного назад. Кто-то подарил ей зелье. Когда и как - неизвестно. И Афия его сохранила. Не выбросила. Не доложила. Спрятала. Значит, понимала, что оно не опасно для нее. Или решила рискнуть. Но она не любит пустой риск. Я больше склоняюсь к тому, что княгиня его исследовала в меру своих возможностей и не обнаружила ничего, что могло бы ее насторожить. Первым было именно зелье. Затем встреча с Карде, допрос которого так ничего и не показал, - никто не знал, что на самом деле Афия встречалась с Лаурель. Только он. Даже Илей и Тейрун остались в неведении. Информация о прямой передаче сил казалась чересчур опасной, чтобы доверять ее хоть кому-то. Не зря ведьмы о ней не говорили. - Потом смерть Лидии. Убийца не знал о нашем договоре. Никто не знал кроме нас двоих. Мать выбрали как самого близкого кровного родственника. Зная, что она будет мстить. Афия сбежала, выпив то самое зелье, которое чудесным образом избавило ее от печати. Отправилась в Гленж. И не куда-то, а в подготовленный заранее схрон. Я помню твой отчет... Хорошо, что его приложили к делу. И вот уже целое лето княгиня прячется. Уверен, что будучи замужем, она успела завести в том мире полезные знакомства. И наверняка успела активизировать все свои связи. Она не пришла за сыном. Знает, что ее там ждут и возьмут сразу же. Что может настолько отвлечь ее от единственного ребенка? Только месть. И, если все верно, ей уже должны были подкинуть улики против убийцы. Что-то, что мы просмотрели. Не поняли. Не узнали. Но она знает. И выжидает момент...
   Виттор закашлялся. Приступ прошел быстро. Уже через минуту он снова потягивал трубку. А Олеж задумался. Все звучало логично. Просто. Понятно. Руководитель боевиков даже при отстранении оставался собой. Приходилось лишь догадываться, откуда он узнал столько информации. Но лучше оставить все в тайне. Тот, кто идет наперекор Брасияну, рискует. Пусть не жизнью, но карьерой и репутацией. А так как светлые не могут друг другу врать... Лучше просто не знать.
   - У тебя есть кандидаты? Кто мог убить Лидию?
   - Кто-то из наших...
   Ответ оказался неожидан. Истинный удивленно взглянул на собеседника.
   - Не смотри так. Жизнь на юге конечно проста и понятна, но она далеко не всегда там обитала. И определенную подготовку сохранила. Нормативы сдавала каждый год на уровне рядового боевика. Пусть от стражей ее региона это и не требуется. Каждого из них она превосходила уровнем подготовки. И оказать достойное сопротивление могла любому. Поверь, я знаю. Судя по следам на теле - ее убили слишком легко. Такое возможно, только если она не ожидала нападения. От кого ты не будешь ждать удара?
   Под пристальным взглядом стало неуютно. Неужели кто-то из служащих Свету оказался предателем? Кто? И почему? Что-то подсказывало, что ответ он узнает нескоро. Если вообще узнает. Вполне возможно, что убийцу они получат уже трупом. А разговорить мертвого мага...
   - Давно нужно было к тебе зайти.
   - Давно... - легко согласился Виттор.
   Дождь кончился также неожиданно как и начался. Стена воды поредела. Капли стали редкими. Вокруг заметно посветлело. Значит, тучи рассеивались. Переменчивый климат горных районов. Погодники здесь просто необходимы. И занимают более высокое положение чем стражи. Впрочем, в каждом регионе свои нюансы.
   Чужой вызов пришел неожиданно. Затылка будто коснулась холодная ладонь. А в голове зазвучал знакомый голос:
   "Приходи в Гленж. Твоя ведьма убила Молота".
   Они с Брасияном не общались с того памятного разговора в квартире княгини. И если тот решился на прямой диалог сейчас... Он не врал. И наверняка располагал доказательствами.
   По спине пробежал холодок. В груди что-то тоскливо сжалось. Ощущение ладони на затылке пропало. Но след, откуда пришел зов, остался. По нему он легко переместиться в нужное место в Гленже. И видимо найдет ответы на некоторые вопросы.
   - Мне пора, - пробормотал светлый.
   Мыслями он уже устремился по следу, фиксируя и подготавливая путь перехода. Под кожей стремительно растекалась кровь. А вместе с ней нетерпение.
   - Что-то случилось? - спокойно спросил Виттор.
   - Брасиян. Сказал, что Афия убила Молота.
   Лицо старого мага не изменилось. Лишь в глазах что-то промелькнуло. И погасло прежде, чем истинный смог зацепиться за неожиданные эмоции.
   - Если я прав... Да, он мог подобраться к Лидии.
   - Мне нужно идти, - Олеж встал, не в состоянии находиться на одном месте. Его неудержимо тянуло в Гленж. Наконец-то появился шанс...
   - Не рассчитывай на многое, - покачал головой хозяин дома. - Если бы она оставила четкий след, он бы связался с тобой по другому вопросу. А если кроме факта убийства Брасиян ничего не сообщил... Княгиня нашла способ уйти красиво.
   Его словно окатили ледяной водой. Истинный закрыл глаза и глубоко вдохнул. Медленно выдохнул. Виттор прав. Рассчитывать на многое не стоит. Афистелия уже показала, на что способна. И к Молоту ведьм явно не полезла бы без подготовки или плана отхода. Но по крайней мере, он сможет осмотреть место убийства. Найти хоть какую-то зацепку. Если повезет...
   - Я к тебе загляну, когда что-то станет известно, - Олеж встретился взглядом с бывшим руководителем.
   Тот кивнул.
   - Заглядывай. Мне уже предлагали подработать консультантом у местных. С моим-то опытом... Может, и тебе он пригодится, - он криво усмехнулся, сверкнув глазами.
   С отставкой его жизнь совсем не закончилась. Изменилась. Стала спокойнее и ровнее. Не столь опасной. Но она продолжалась. И старый маг явно хотел выжать из своих возможностей максимум пользы. Бывших боевиков не бывает.
   Светлый кивнул на прощание и сделал шаг, устремляясь туда, откуда пришел зов. Пора встретиться с отцом...
  
   Глава 4
  
   Молот ведьм сидел у дерева, привалившись спиной к стволу с поднятой и примороженной к коре рукой. Брасиян обновил заклинание, чтобы место преступления осталось нетронутым. Глаза мертвого были закрыты, изуродованное лицо бесстрастно. Хотя на нем сложно прочесть какие-то эмоции. Шрамы мешали. Олеж лишь слышал о маге раньше, но не встречал ни разу. А теперь вот довелось...
   Никаких видимых повреждений, которые могли бы привести к смерти, на нем не наблюдалось. Разглядеть в местном магическом поле какие-то следы боя также оказалось сложно. Брасиян зафиксировал общую картину, но многое уже рассеялось. А судя по остаточной энергии, сражение проходило больше физическое, чем магическое.
   - Яд? - спросил он, не поворачивая головы.
   Отец стоял рядом. Всего пара шагов. Сейчас его присутствие не вызывало ярких эмоций. Ни злости. Ни ярости. Ни даже желания навредить. За прошедшие недели страсти улеглись.
   - Скорее всего... Его осмотрят алхимики, когда заберут отсюда. Никаких смертельных заклинаний я не заметил.
   Боевик кивнул. Отвернулся и направился в сторону берега. Этот участок леса оцепили силами гарнизона из замка. Алхимики прибудут еще не скоро. Им предстоит не самый близкий путь из центра земель светлых. И до их приезда тело будет храниться в свободном леднике. За его спиной Брасиян отдал короткие указания начальнику стражи. Молота заберут со всеми предосторожностями и аккуратностью.
   На месте старого костровища остался сплошной пепел, перемешанный с песком. Темное пламя. Ближе к лесу следы песчаного вихря. Он так и не сформировался окончательно. Почему? Вряд ли кто-то расскажет. Или... В стороне на камне сидел Эскалар. И выглядел он весьма потрепанным. Не физически конечно, но вот магически...
   При его приближении темный поднял взгляд и привычно оскалился. Вот только не столь уверенно, как раньше.
   - Я так понимаю, ты - наш единственный свидетель... - Олеж не спрашивал. Вряд ли глава боевых магов Тьмы явился сюда на экскурсию. А уж его состояние было красноречивее слов.
   - Если что - Брасиян уже подтвердил мою неприкосновенность. И, учитывая все тонкости произошедшего, скоро сюда явится кто-то из наших, поэтому...
   - Ты серьезно думаешь, что они мне помешают вывернуть тебя наизнанку? - светлый склонил голову к плечу. В глаза бросалась общая слабость мага. Мятая одежда, одетая кое-как. Слегка расширенные зрачки. Изменения в ауре, связанные с эмоциями... - Потом скажу, что таким и нашел.
   Усмешка исчезла. Собеседник спрятал зубы и невольно подобрался. Лицо стало жестче и серьезнее.
   - Я не отказываюсь сотрудничать, но не надо угрожать мне, мальчик.
   Истинный шагнул ближе. Прикрыл глаза, делая глубокий вдох. Тонкий, едва уловимый аромат окружал темного с головы до ног. Что-то терпкое и сладкое. Сложное. Знакомое и нет. Он отступил и окинул собеседника еще одним пристальным взглядом. Странно, но бить его не хотелось. И внутри не разгорался пожар ненависти. Не было бессильной ярости, которой он исходил, узнав, что Афия стала женой князя. Нет. Только странное удовлетворение.
   Олеж не смог подавить усмешку.
   - Вижу, тебя сегодня уже поваляли. Не стоит увеличивать счет.
   А вот теперь Эскалар сорвался. Глаза стали практически черными от расширившегося зрачка. Верхняя губа поднялась, обнажая клыки. В горле заклокотало рычание. Он вскочил, готовый броситься и вцепиться в глотку. Аура поплыла, даже контуры тела заметно задрожали, будто в преддверии изменений. Как интересно...
   Светлый отвел левую ногу назад, одновременно выдвигая правое плечо вперед. Драка его не пугала. Скорее возможность размять мышцы, чем реальная угроза. Да и противник откровенно ослаблен.
   - Прекратили! Оба! - между ними в песок ударила короткая светлая молния.
   Брасиян оказался рядом. Живое воплощение праведного гнева. Брови нахмурены. Глаза горят. На пальцах дрожат парализующие заклинания. Как ни странно, его появление подействовало. Темный пошатнулся и рухнул обратно на камень. Приток адреналина, заставивший его применить способности, угас. Боевик расслабился и снова встал ровно.
   - Зачем ты позвал своего щенка? - рыкнул все еще озлобленный маг. - Один не мог управиться?
   Вопрос отец проигнорировал. Опустил руки, деактивруя заготовленные заклинания.
   - Я обещал тебе неприкосновенность в обмен на рассказ. Можешь начинать. Как ты оказался в герцогстве?
   - По своим делам. Мимо проезжал, - сквозь зубы прошипел Эскалар.
   Здесь все ясно и без его пояснений. Очередная попытка темных разведать обстановку. Наверстать упущенное. Все же герцогство - лакомый кусок, не зря вокруг него кипят такие страсти. За прошедшее время светлый успел закрыть информационные пробелы. И теперь прекрасно ориентировался в политической обстановке Гленжа.
   - И как ты встретил княгиню? - продолжил допрос коллега по Абсолюту. Судя по тону, он также понимал происходящее. И привычно делал вид, что ничего необычного не произошло. Да и действительно, теперь разведывательная операция сорвана.
   - В кабаке. Увидел, решил поздороваться. Мы договорились сотрудничать. У нее здесь свой интерес был. Понаблюдали за замком. Потом обоз приехал. У нее там соглядатай находился.
   Олеж бросил вопросительный взгляд на Брасияна. Тот едва заметно кивнул. Значит, человека взяли. Уже хорошо. Любая дополнительная зацепка могла стать важной. Темный между тем сухо продолжал излагать факты:
   - Нашу стоянку заметили. Мы разошлись. Она должна была встретиться со своим компаньоном. Я нашел ее ночью в овраге. Готовилась к ритуалу. Что-то связанное с сознанием. Не знаю точно. Но в замке наверняка остался кто-то еще. Потом ритуал завершился. Княгиня потратила много сил. Думала, я хотел ее убить...
   - А ты хотел? - задать вопрос получилось спокойно, но внутри появился холод. Пальцы онемели от притока силы. Он не преувеличивал, когда говорил, что сможет вывернуть мага наизнанку.
   Тот ожог его колючим взглядом, понимая, что при ответе на прямой вопрос, соврать не сможет.
   - Не хотел, но мог. Она решила выпить зелье. Сказала, что укрепляющее. Я не поверил. Слишком маленькая склянка. Думал, там яд для меня или еще что-то. Хотел припугнуть ее немного... Чтобы рассказала больше...
   Эскалар умолк. На щеках проступили желваки. И весь вид говорил о том, что глава боевых магов жалеет о своей ошибке.
   - И что же там оказалось? - ровным тоном поинтересовался Брасиян.
   - Афродизиак. Ароматический. С высокой летучестью компонентов, - четко и раздельно ответил их свидетель.
   Теперь понятно, чем от него пахло. А место ритуала осматривать наверняка бесполезно. Все следы уничтожены последующими... упражнениями. Афия выпила силы темного. Восстановилась и наткнулась на Молота.
   - О встрече с Молотом что можешь сказать? - отец видимо пришел к тем же выводам и не стал уточнять детали.
   - Я подошел уже к концу. Пока силы появились, пока собрался, пока дошел... Они быстро закончили. Увидел труп. Вышел к реке. Она уже в седле сидела. Ей тоже досталось, но сил открыть ведьмину тропу хватило. Куда ушла - не знаю.
   Неотслеживаемый путь отхода. Виттор был прав. Она подготовилась очень и очень хорошо. Радовало только одно - использовать тропу часто не могут даже истинные ведьмы. Слишком много сил она забирает. И требует высокого искусства в управлении реальностью. Выход должен быть четко привязан к местности. К хорошо знакомой местности. Высока вероятность, что Афия отправилась куда-то на земли Шеруда. Вот только куда?
   Светлые обменялись взглядами. Брасиян кивнул в сторону леса. Олеж направился к деревьям, предоставив более опытному партнеру разбираться со свидетелем. Через четверть часа они стояли рядом, наблюдая, как работают стражники.
   - В замке взяли наемника и девицу, которая вчера приехала с обозом. Оба ждут допроса, - как-то чересчур спокойно заговорил отец.
   - И ничего не знают, да? - понимающе уточнил боевик.
   - Скорее всего. Если она смогла организовать грамотный отход, то о напарниках точно позаботилась. Расскажут конечно все, что смогут, но вряд ли что-то важное...
   - И почему ты еще не озверел от злости?
   Они снова встретились взглядами. Лицо собеседника не дрогнуло. И даже глубинные слои ауры отражали лишь безмятежное спокойствие. Странно. Учитывая, его отношение к княгине.
   - Не преувеличивай степень влияния Афистелии на меня.
   - Когда она исчезла, ты снял главу боевых магов, провел внутреннее расследование, отстранил несколько сотрудников, остальных едва не довел до нервного срыва. А сейчас она убила единственного охотника на ведьм, и ты совершенно спокоен. Я преувеличиваю?
   Теперь он усмехнулся и отвел взгляд.
   - Произошли определенные перемены. Мы почти полгода безрезультатно искали княгиню по всему миру, но сейчас у нас есть шанс получить результат.
   По спине пробежал неприятный холодок. Олеж невольно напрягся и подобрался.
   - Что же такого изменилось?
   - Новый год. Смена у Юты.
   Он все еще не понимал. Возвращение мага и ведьмы. Конечно, каждый из них присоединиться к своим. Но как это поможет?
   - Ты еще слишком мало знаешь о наших возможностях, - покачал головой Брасиян, видя его непонимание. - Силы Даны и Рована относятся к одной нише. Искусство. Если быть точным - музыка. Только ведьма очаровывает голосом. А наш коллега использует инструмент.
   В памяти возникло что-то знакомое. О конкретной специализации Рована никогда не говорилось. Он покровительствовал тем, кто выбирал своим предназначением искусство, но среди магов такое встречалось редко. В интернате гораздо больше времени уделялось Карлосу, Хайгелю, Илею, даже Пьетру и их противоположностям по Абсолютам. А вот Рован и Дана оставались в стороне. Снова тайны истинных. Способность очаровать голосом...
   - Манок, - выдохнул он, переживая внезапное озарение.
   - Верно, - отец даже улыбнулся. В холодных глазах промелькнуло глубочайшее удовлетворение. - Сопротивляться зову ведьмы, которая сможет вплести его даже в шелест опадающих листьев, невозможно. Рано или поздно, Афистелия сама к ней придет.
   - Разве ты хочешь, чтобы она попала к темным?
   - Темные лишь найдут ее, а мы перехватим. Создать зов Рован не может, но вот отследить его источник... Скоро эта бессмысленная беготня закончится, - теперь он стал собой прежним. Фанатичным. И яростно жаждущим расправиться с преступницей. Все вернулось на свои места.
   - Им обоим еще нужно восстановиться, - нейтрально заметил Олеж.
   И достигнуть материка... Хотя портал на корабль уже однажды использовали. Маг нахмурился. Он хотел отыскать княгиню. Но не так. Угрозу Брасияну исполнить нетрудно. Но какой в ней смысл, если Афия погибнет? А от случайностей никто не застрахован. Особенно при столкновении Света и Тьмы.
   - Когда случается необходимость, применяются крайние меры, - ответил незнакомый звенящий голос.
   Боевик обернулся к лесу. В паре метров от них стоял Рован.
  
   Глава 5
  
   Покровитель искусства выглядел довольно обычно. Вьющиеся каштановые волосы до плеч, острый нос и подбородок, тонкие губы и брови, ярко-зеленые глаза, светлая кожа. Легкая фигура, не субтильная как у Пьетра, но и не тренированная как у Брасияна, что-то среднее. Рост тоже невысокий - на полголовы ниже самого Олежа. Одежда Рована соответствовала эпохе и напоминала костюм менестреля: узкие серые штаны, обтягивающие ноги, высокие сапоги, зеленый камзол с буфами на плечах и едва заметной серебристой вышивкой, того же цвета берет с пером без драгоценного камня - привилегии дворянства. Для полноты образа не хватало лишь музыкального инструмента.
   - Поздравляю с Посвящением, - гость улыбнулся, и все лицо как-то разом пришло в движение. Будто пробежала легкая рябь.
   Олеж моргнул, избавляясь от наваждение. Взглянул на коллегу пристальнее. Тот отвечал столь же внимательным взглядом. Что говорили о нем в интернате? Появился примерно шесть веков назад, вместе с Эскаларом. Принял Абсолют. Управляет юго-восточным регионом вместе с Зигом. Интересное соседство. Смертельно-опасный князь и... музыкант? Но разве то, что он может играть приближает его к музыке? Искусство включает в себя и игру. Актерство. И продемонстрированная способность к мгновенной смене лиц только подтвердила мысль. Рован скорее умелый актер, который может найти подход к каждому. Поэтому и уживается так долго с темным и его ведьмой-женой под боком. А ведь регион славится своими фестивалями. Театральные реконструкции различных эпох и миров. Часто с применением оружия. Стоит посетить, когда появится время.
   "Он силен. Заметил мое воздействие".
   Мысль-послание отправилась от лицедея к Брасияну. Тот едва заметно нахмурился.
   "Он сильнее каждого из нас..."
   "И какая же у него слабость?"
   Боевик с трудом удержался от мальчишеского желания вмешаться в диалог. Вместо этого он кивнул Ровану:
   - Благодарю. Ты уже полностью восстановился после Юты?
   "Мы не знаем его слабость".
   Ответ отца отдавал странными эмоциями. Растерянность и в то же время... надежда?
   "Даже так?"
   - У Карлоса и Илея припасено несколько фокусов на такой случай, - Рован нисколько не изменился в лице. А вот аура у него оказалась интересной. Яркой. С отчетливым узором. Пятислойной. И с каждым более глубоким уровнем узор усложнялся. А цвета становились ярче. Так, что глаза заслезились.
   Олеж отвел взгляд. Защита. Хорошая защита, замешанная на иллюзиях. И не понять, где кончается настоящая аура и начинается ложь. Все же актер. Им тоже приходится петь.
   - Я вас оставлю, - Брасиян сделал шаг назад. - Пока осмотрю замок и проверю следы...
   Он исчез. И почему-то его уход показался поспешным. Будто что-то его тяготило. Мешало находиться рядом. Впрочем, сейчас это неважно.
   Боевик подавил желание заглянуть в глаза оставшемуся светлому. Не стоит поддаваться искушению. Мало ли, какие у него могут быть таланты и как он захочет проверить их действие. Олеж развернулся к месту, где нашли Молота. Тело уже забрали. Стражники скрылись среди деревьев. А вот Эскалар все еще сидел на берегу.
   - Вижу, мой старый знакомый здесь. Он причастен? - Рован приблизился бесшумно. Не магия. Навык, который тренируют боевики. Или танцоры.
   - Свидетель. Насколько ты осведомлен?
   - В общих чертах. Мне лишь сказали, что нужно отследить зов Даны. Это я смогу. Но мне придется постоянно находиться здесь. Неизвестно, когда все произойдет.
   Логично. Ведьму наверняка восстановят столь же экстренно, но...
   - Ты почувствуешь зов, как только он появится? - уточнил Олеж, наблюдая за собеседником краем глаза.
   - Да, - тот встал рядом, прислонившись к стволу и скрестив руки на груди. - Но он будет слабым. Ей придется перемещаться, чтобы зацепить жертву. Когда это случится, по мере приближения слушателя зов станет усиливаться. И достигнет пика, когда они встретятся. Главное - не пропустить момент. Я буду слушать...
   - Ты знаешь, на кого направлен зов?
   - На вдову князя Шеруда, которого она убила еще под прошлый Новый год. Затем была лишена способностей, а весной сбежала из-под охраны. Насыщенный выдался год в мое отсутствие.
   Он говорил размеренно и спокойно. По-деловому. Происходящее не вызывало у Рована ровным счетом никаких эмоций. Всего лишь задача, которую нужно решить. Олеж сжал зубы и промолчал. Говорить с ним не хотелось. Хотя мысль затянуть знакомство и задержаться в Гленже выглядела привлекательно. Вот только оно совсем не являлось приятным. Чем дальше, тем больше глухого раздражения вызывал актер. Хотя никаких видимых причин относиться к нему предвзято не было. Кроме того, что именно он будет охотиться на Афию.
   - Дана поймет, что ты за ней следишь, - озвучил он еще один вывод.
   - Не поймет, но будет готова, - поправил собеседник. - Скорее всего, ее будут страховать. Мне тоже пригодится помощь.
   Ярко-зеленые глаза лукаво сверкнули. В них почудилась усмешка.
   "Остальные не знают, что ты можешь их слышать".
   Боевик ответил взглядом на взгляд. Но почти сразу же сосредоточил внимание на узкой переносице истинного. Не стоит верить его глазам.
   "С чего ты взял?"
   Рован коснулся пальцем уха.
   "Отголоски моего дара. Слышать чужие разговоры не могу. Но понять, что слушают меня - да".
   Тогда он должен знать об Илее. Олеж прищурился, вновь изучая ауру. Стараясь отделить подделку от истины.
   "Какие еще у тебя есть таланты?"
   Собеседник скупо улыбнулся и отвел взгляд. Отвечать он не собирался. Что ж... Секреты есть у каждого.
   - Почему ты согласился? - в то, что актер хочет наказать преступницу не верилось. Должно быть что-то еще.
   - Давно хотел встретиться со своей коллегой не только у Юты. Наш мир ограничивает Равновесие. Приходится сдерживаться, а здесь... Наконец-то есть повод помериться силами.
   Он не врал. И теперь, получив ответ, светлый легко разглядел в Роване горящую жажду. Азарт. Желание боя. Победы. Он не только актер, но еще и игрок. А значит, не сможет остановиться вовремя. Бой с Даной для него основная цель. Поимка Афии лишь предлог. И тогда... У княгини появится шанс улизнуть. Но Брасиян не позволит. Он сам наверняка будет курировать происходящее. А ведьма вряд ли захочет отступить... И схватка может оказаться масштабной. Повлечь за собой случайные жертвы. Например, двое носителей Абсолютов совершенно случайно уничтожат беглую преступницу.
   Олеж почти слышал, как отец хладнокровно докладывает о происшедшем Совету. И никто не сможет упрекнуть его. Рован - единственный может отследить зов. После восстановления и года у Юты он нестабилен. Но кто виноват? И кто обвинит его в халатности? Не истинным думать о сопутствующем ущербе...
   Руки сжались в кулаки. Плохо. Даже если он ошибается, что вряд ли, намерения обоих светлых далеки от поимки и разговоров с Афистелией. Один ее ненавидит. Второму плевать. Остается лишь наблюдать со стороны и ждать возможности вмешаться.
   - Я присоединюсь к Брасияну. Хочу осмотреть замок.
   Он коротко кивнул и поспешил уйти. Не хватало еще, чтобы собеседник понял его эмоции.
  
   Наемник сидел в камере. К заключению он отнесся весьма философски. Сопротивление не оказывал. Не ругался. Повозмущался для порядка. Сдал оружие и даже вежливо ответил на вопросы. В рамках разумного конечно. Его цветистые комментарии, дополняющие каждый ответ, можно включить в отдельную рукопись. Однако прямых оскорблений там не встречалось. Лишь красочные сравнения и аллегории. Теперь он сосредоточенно что-то плел из соломы.
   Олеж изучил пленного через окошко на двери. Прикрыл заслонку и обернулся к Брасияну.
   - Ничего?
   Тот покачал головой. Разочарованным не выглядел. Скорее уж собранным и готовым ко всему.
   - Его отпустят?
   - Через пару недель. Заберет свою зазнобу и пусть катится на все четыре стороны. В герцогство ему путь заказан. Впрочем, ему есть где осесть.
   Отец достал из кармана коричневой мантии, которые здесь носили жрецы и небогатые маги, мешочек. Высыпал на ладонь мелкие камни. Боевик подошел ближе. Изумруды. Рубины. Алмазы. Некрупные, но в таком количестве, что хватит на безбедную старость.
   - Примечательно, что мешочков два, - продолжил бывший наставник, ссыпая камни обратно. - В другом пять отборных бриллиантов. Крупные и чистейшей воды. Этот... Хвабр сказал, что для племянницы.
   Ну да. А нашел он их на дороге...
   - А что племянница?
   Они пошли рядом в сторону выхода из подземелья. Оставаться здесь дольше не имело смысла. Как и второй раз допрашивать наемника. Камни ему вернут, когда отпустят. Вместе с оружием и другими вещами. Минералы не сохранили ни следа магии, поэтому были совершенно бесполезны.
   - Сидит в комнате, которую ей выделили. Нашли утром в коридоре. Без сознания. А на стене знак был... Старый символ Молота. Он и нашел. Знак стер, девку велел в комнату вернуть и закрыть. А сам ушел.
   Вот как... Обряд на связь сознания. Сложная вещь. Опасная. Стоит немного потерять концентрацию, и велик риск раствориться в чужом разуме. Тело, которое остается без присмотра, должно находиться в полной безопасности. Впрочем, Эскалар справился бы с любой угрозой.
   - И как она?
   После использования тела магом последствия могут быть непредсказуемы.
   - Жива. Ослабела, но на вопросы отвечать в состоянии. Местный лекарь с ней уже поработал. Герцогиня рассказала, что знала...
   Брасиян коротко пересказал историю Агнесс. Обычная. В меру жалостливая. Девица в беде... С такой легко договориться. Конечно, она согласилась на любые условия взамен на призрачный шанс свободы и спокойствия. Олеж покачал головой. Он не осуждал действия княгини. Скорее уж все выглядело донельзя просто и понятно. И допрос девушки вряд ли что-то даст...
   ...Так и оказалось. Она еще была бледна. С глубокими тенями под глазами. С трясущимися руками и подгибающимися ногами. Нет, баронская дочь не пыталась встать, но ее состояние легко читалось по ауре. Жалости к ней он не испытывал. За небольшую услугу она получила щедрую плату. Здоровье восстановится. Брату ее не вернут. В герцогстве тоже не оставят. Но и не выгонят. По крайней мере, пока не сможет сама ходить. А там уедет вместе с наемником. Может быть, и найдет свое место в этом мире...
   ...Солнце клонилось к западу, когда они закончили с делами и стояли на крепостной стене. Порядок в замке восстановили. Деревенским приказали пару дней не ходить к реке, пока все следы заклинаний не развеются. Эскалару выделили коня и с добрыми пожеланиями отправили прочь. Рован очаровал герцогиню и пожелал задержаться на некоторое время. И одного истинного вполне хватит для поддержания порядка и наблюдения. Вот только они оба не желали уходить.
   - Ты ведь понимаешь, что я не дам ее убить? - спокойно спросил Олеж.
   - Я не понимаю лишь, чем тебя так очаровала эта... ведьма. Разве нет других?
   Брасиян посмотрел вопросительно. А ему вспомнились темные глаза. Волосы до плеч. Хрипловатый голос. Пряный, горьковатый запах. Бархатистая кожа под пальцами. Травянистый вкус на губах. Другие? Были другие. Марикетта. Оливия. Да и до встречи с Афией он не ограничивал свои привязанности. Маги не стыдятся плотской любви. Но заменить ее...
   За грудиной глухо заныло. Нет. Не выйдет.
   - Она тебя погубит, - жестко произнес отец. Хотел сказать что-то еще, но застыл. Замер, превратившись в соляной столп, прислушиваясь к чему-то.
   В следующее мгновение зов достиг и Олежа. Массовый. Тревожный. Пропитанный паникой и бескрайним удивлением.
   "На помощь! Быстрее! Ко мне!"
   Звала Оливия.
  
   Глава 6
  
   Они переместились по следу зова мгновенно. Граница миров, едва ощутимая от частых переходов, осталась позади. Ноги ступили на зеленую траву, едва тронутую увяданием. Плетунья стояла в паре шагов в стороне. Неестественно бледная. Голубые глаза широко распахнуты. На руках разорванное плетение.
   - Что случилось? - спросил Олеж, еще не понимая точно, где оказался.
   Сзади раздался хриплый стон Брасияна, заставивший обернуться. Открывшаяся глазам картина едва не ввергла его в то же состояние, что и Оливию.
   Они находились на юге. Рядом с одним из городков. Некогда спокойном и тихом. Наполненном уютом, ленивым соперничеством магов и детским смехом. Сейчас на узких улочках кипела нешуточная битва. Берег почти почернел от тел морских чудовищ. Неизвестных. Уступающих в размерах северным собратьям, но компенсирующим этот недостаток количеством. Здесь их отродясь никто не видел. И не знал, как убивать.
   - Так по всему побережью... - с трудом выдавила волшебница.
   Олеж вздрогнул. По спине пробежал мороз. Пальцы закололо от рвущейся наружу силы. Включились привычные инстинкты.
   - Ты можешь организовать защиту?
   "Мне нужна помощь".
   Зов Карлоса звучал спокойнее, но напряжение ощущалось даже на расстоянии.
   "Стеф, Карлос!"
   На отрывистый рык Брасияна ответил спокойный голос Белой волшебницы:
   "Иду. Мы справимся".
   Олеж хотел спросить, чем поможет Стефания, но не успел. Отец повернул к нему белое, застывшее лицо:
   - Рован остался в Гленже. Зиг один. Я пойду к нему. Если что - зови.
   Он ушел, даже не дождавшись ответа. Времени было мало. Боевик обернулся к Оливии, так и не отошедшей от шока. Одним шагом оказался рядом. Тряхнул за плечи, заставляя смотреть на себя.
   - Ты нужна нам! Возьми себя в руки!
   Взгляд волшебницы стал более осмысленным. Сосредоточенным. Но в глубине глаз все еще плескалось отчаяние. Она никогда не воевала. Ее регион считался самым спокойным и тихим. Даже соседство с дочерью на нем не отражалось. Никаких волнений и потрясений. И вот теперь неожиданная угроза.
   - Я справлюсь, - выдохнула светлая. - Что делать?
   - Защита! - Олеж сильнее стиснул ее плечи. - Нужно закрыть контур города. Я разберусь с монстрами.
   Он отвернулся и сделал шаг, мгновенно оказавшись на берегу. Ближайшие твари, похожие на обычных морских скатов, мгновенно посчитали его добычей. Они умели прыгать. Невысоко, но достаточно далеко благодаря крыльям. И присасывались намертво. Несколько оказались на спине. Кто-то вцепился в ноги. Одна, особенно меткая гадина, умудрилась залепить глаза, а зубами вгрызлась в переносицу. Маг глухо зарычал от злости.
   Свет вырвался бесконтрольным потоком. Как тогда, в переулке. Обзор сразу же освободился. Вокруг образовалось пустое пространство диаметром в десяток метров. Мало. И слишком затратно. Нужно придумать более изящное решение. Он потянулся к воде буквально кипевшей от выныривающих из нее все новых тварей. Откуда они взялись? В таком количестве? Когда вообще появились? Потом они разберутся.
   Локальное изменение температуры удалось. Мелководье, нехотя, забурлило. Воздух наполнился жутким писком на пределе слышимости. Запахло вареной рыбой. Скаты выныривали то тут, то там, устремляясь на берег. Но часть их всплывала на поверхность и уже не шевелилась. Хорошо, но мало. Нужно остановить остальных, а затем уничтожить тех, кто уже добрался до города.
   Олеж вздыбил набегающую волну на полметра и заставил ее замерзнуть. Лед распался осколками через мгновение. Вода перемешалась. Живые монстры бросились доедать своих же товарищей. Напарывались на заколдованный лед. Верещали от боли. Лиловая кровь окрашивала воду в неестественный цвет и привлекала голодных монстров. Пожирание друг друга их ненадолго отвлечет. Если Оливия поторопится, тварей удастся остановить.
   Светлый обернулся к городку и сделал шаг, оказываясь в самом центре. В ноздри ударил хорошо знакомый запах крови. Вокруг раздавались крики. Призывы о помощи. Визги. Кто-то из магов держал оборону в домах, спешно устанавливая хотя бы базовую защиту. Кому-то повезло меньше. На мостовой лежало несколько несчастных, не успевших отреагировать на нападение. Истерзанные, пожеванные тела в обрывках одежды. Волшебницы. Старые маги. Дети...
   Он на мгновение прикрыл глаза, отрешаясь от происходящего. Сделал глубокий вдох. Послушная сила хлынула по рукам. Уничтожающих контур. Основной параметр - все живое, не являющееся носителем ауры. Кольцо поползло от него во все стороны. Голос, усиленный магией, загремел над улицами:
   - Направляйтесь к центру города! К центру! Все, кто может - в центр города! Помогайте раненным! В центр города...
   Запахло горелой рыбой. Воздух снова наполнился писками подыхающих тварей. Круг расходился во все стороны равномерно. Но медленно. Слишком медленно. И терять концентрацию нельзя. Можно ненароком задеть магов. Все же он не настолько хорошо еще владеет силой. По крайней мере, его поняли. К призывам о помощи добавились указания, куда идти. А затем откуда-то пахнуло травами. Едва уловимый аромат сразу же растворился. Оливия справилась. Хорошо.
   Он сосредоточился на управлении контуром. Рядом появлялось все больше магов. Открывались двери домов, оказавшиеся в пределах кольца. Выжившие торопились помогать раненным. Прикрывать соседей, подбегающих со всех сторон. Паника постепенно уходила, сменяясь сосредоточенной работой. Теперь у жителей городка появилась надежда на выживание. И они стремились сделать все, чтобы превратить ее в реальность.
   Через четверть часа все закончилось. Стихли вопли уничтоженных тварей. Контур наткнулся на плетение Оливии. И Олеж поспешил его развеять, чтобы заклинания не мешали друг другу. Открыл глаза. Плетунья уже стояла рядом. Отдавала указания выжившим. Делилась силой с целителями, которым предстояло еще много работы. И им тоже. Города на юге расположены вдоль берега. А спасен лишь один.
   Светлые переглянулись.
   - Защита самообновляющаяся. Ничто живое, кроме магов, сюда не пройдет.
   Маг кивнул. Правильно. Мало ли, что еще может случиться. Он хотел предложить отправиться дальше, но рядом с ними на траву шагнул Тейрун:
   - Меня позвала Ферда.
   - Где она? - в голосе волшебницы сквозило искреннее беспокойство.
   - Прикрывает портал. Там прорыв самый сильный, но остальным городам тоже досталось. Будем работать в паре.
   Темный протянул руку супруге, связанной с ним Абсолютом. И та, помедлив, вложила свою ладонь в его. Князь поймал взгляд Олежа:
   - Моя магия не исказит ее. Нам будет проще зачистить территорию. И быстрее.
   - Тогда я в центр, - кивнул светлый.
   На споры времени не было. Истинные сразу же исчезли, отправляясь дальше. Он сделал шаг, тоже перемещаясь...
   ...И оказался посреди хаоса. Происходящее здесь мало отличалось от только что увиденного. Только твари оказались другими. Точнее разных видов. Знакомые уже скаты чередовались с видоизмененными осьминогами кислотно-зеленого цвета, прекрасно чувствующими себя на суше.
   Олеж оглянулся. Местный штаб боевиков располагался всего в паре метров в стороне. Над ним дрожала и изгибалась обновленная защита. А внутри, судя по напряжению магического поля, на пределе возможностей работал портал. У местных хотя бы имелся шанс на эвакуацию. И получение помощи более квалифицированных специалистов.
   Из ближайшего переулка вынырнул Деметрий, покрытый зеленой слизью. За ним тянулась группа гражданских.
   - Быстро внутрь! - друг остановился, пропуская волшебниц с детьми, со всех ног бросившихся к зданию. В дверях мелькнула фигура уже знакомого дежурного. Бледного. Испуганного. С покрытыми укусами руками. Но с активированными амулетами. Он, не раздумывая, шагнул навстречу вновь прибывшим, принимая на себя роль защитника.
   Олеж поспешил к дипломату. Судя по ауре, тот несильно пострадал, но потратился изрядно.
   - Дем! Как обстановка? - светлый щедро поделился силой, восстанавливая резерв друга. Ему еще пригодится.
   Тот окинул его немного ошалелым взглядом. Кивнул, безмолвно благодаря за помощь.
   - Ферда на берегу. Она остановила этих... Часть жителей спряталась в домах. Наш погодник заметил что-то неладное. Успели поднять тревогу. Он сунулся на разведку... - Деметрий стиснул зубы и покачал головой. Судя по всему, это был первый и последний геройский шаг штабного мага. - Я обновил защиту. Связался с базой. Нам прислали пару боевиков. Начали эвакуацию. Выводим всех из линии, ближайшей к берегу. Еще центр целителей. Они тоже успели поставить защиту. Но расположены на другом конце города. Мы туда еще не пробились.
   - Я посмотрю. Будь осторожен.
   Истинный ударил друга по плечу и переместился. Магическое поле бурлило. От моря приносило отголоски темных заклинаний. Стоило отдать должное ведьме. Сил она не жалела. Но в то же время все еще не освободилась... Либо монстров слишком много, либо часть из них может поглощать магию. А это уже плохо. Очень плохо.
   Он сжал кулаки и шагнул на дорожку перед домом, обвитым диким плющом. Вокруг раскинулись ухоженные клумбы. Раньше ухоженные. А сейчас истоптанные и заваленные телами мертвых скатов. А вот осьминоги шевелились. Парочка присосалась к защите и тянула из нее силы. Восприимчивы к магии. Выродки. Из окон за ними наблюдали перепуганные волшебницы. При его появлении в их глазах вспыхнула надежда.
   Олеж протянул руку, в которую тут же легла знакомая рукоять выкованного Эртом меча. Два удара. На лезвии осталась зеленая слизь с противным кислым запахом. Можно обновить защиту и оставить целительниц здесь. В доме им будет безопаснее, чем идти пешком через весь город, рискуя нарваться на голодных тварей. Вот только если осьминогов соберется побольше... Проблему нужно решать глобально, а не точечно.
   Дверь распахнулась и на крыльцо выскочила всклоченная брюнетка в целительском костюме. Совсем юная. Еще недавно закончившая интернат. За ее спиной выглянула более зрелая волшебница с хмурым выражением лица и плотно сжатыми губами.
   - Вы нас заберете? - в глазах девушки смешалась отчаянная надежда и искренний ужас.
   Светлый качнул головой:
   - Вернитесь внутрь. Обновите защиту. У вас есть оружие? Что-то острое? Травы? Яд?
   Возможно, на осьминогов получится воздействовать зельем. Старшая целительница выступила вперед, взяла за руку подопечную и потянула ее назад, передав остальным.
   - Мы не умеем воевать. Но можем попробовать. Что нам делать?
   - Следить, чтобы они, - он указал мечом на разрубленные тела, - не уничтожали контур. Заберите останки для изучения. У вас есть алхимическая лаборатория? Посмотрите, чем их можно уничтожить. Запаситесь нужным составом. Старайтесь убивать их. Не магией. Ее они сожрут. С другими монстрами справится контур. Эвакуация уже идет. К вам доберутся. Нужно только продержаться до прихода помощи.
   Истинный говорил спокойный ровным тоном. Смотрел в серые глаза собеседницы. И думал, где Марикетта. Ее ауры в доме не ощущалось. Волшебница кивнула, ее лицо немного разгладилось.
   - Мы справимся, но... некоторые из нас во время нападения находились в пригороде на обходе. Там расположены отдельные дома магов. Мы не знаем, что с ними стало...
   Безмолвная просьба повисла в воздухе. Сердце неприятно сжалось. По спине пробежал холодок. Вдоль побережья располагалось много уединенных жилищ. И что с ними неизвестно. Он прикрыл глаза, надеясь, что Маря успела спрятаться. У нее в отличие от других имелся незаконченный курс обучения на боевика. Искать ее сейчас нельзя. Нужно помочь Ферде и остановить это безумие, пока не стало слишком поздно...
   Олеж снова взглянул в глаза волшебницы, напряженно кивнул и переместился. Когда все закончится, он найдет целительниц.
  
   Глава 7
  
   Песок потерялся под телами мертвых скатов и осьминогов. Под ногами хлюпала зелено-лиловая жижа, разбавленная черным. Над кромкой воды парила Ферда. Длинные, обнаженные ноги почти касались набегающих волн. Ветер трепал золотые волосы, собранные в два высоких хвоста, задирал короткую юбку в складку, играл со свободным топом. Ведьма могла бы стать приманкой для голодных тварей, но они больше не показывались. Княгиня остановила наступление. Ощутив приближение истинного, она обернулась...
   Лиловые глаза обожгли тяжелым взглядом. Безумия в них не было. Но и радости тоже. Она коротко кивнула в знак приветствия.
   - Папочка уже нашел мамочку? - ведьма обернулась к нему и подплыла ближе. В воздухе она держалась легко и изящно, словно ничего не весила. Олеж не знал, что носители Абсолюта способны на такое. Никто из светлых не демонстрировал талант к левитации.
   - Они освобождают другие города.
   - Мелочь по сравнению с тем, что здесь... - Ферда поморщилась и обернулась к морю.
   Волны окрасились тем же лилово-зеленым цветом и прибивали к берегу мертвых скатов.
   - Ты их остановила?
   Светлый нахмурился, ощущая странное давление, идущее от воды. Поток тварей прекратился, но что-то подсказывало - это еще не конец.
   - Временно. Там их мамаша, - ведьма указала на море. - Старая. Сильная. Долго спала и пробудилась совсем недавно. Созрела только первая ее кладка. Осьминожки. Она их контролирует...
   Первая кладка? Олеж потянулся силой к волнам, отыскивая то, о чем говорила темная. Звери, птицы и рыбы не имеют ауры и не отражаются в магическом поле, но вот те, кто чувствителен к магии обладают определенным отпечатком. И он нашел его. Огромное пятно на глубине далеко от берега. Нечто голодное. Злое. Оно сразу же отреагировало на его внимание. Кто-то будто дернул мага за руку и потащил на себя, вытягивая силу.
   Истинный мгновенно разорвал контакт и невольно сделал шаг назад. Монстр был силен. И он не помнил описания подобных чудовищ в книгах.
   - Убедился, светлый? - в голосе княгини слышался неприкрытый сарказм. - Давай, продемонстрируй мне свои способности! Убей ее как тех магов в переулке! Или не можешь?
   Она рассмеялась, запрокинув голову назад и демонстрируя мелкие острые зубки. Сейчас ведьма сама походила на монстра. Каким и являлась на самом деле. Олеж ей не ответил. Убить такую тварь магией нельзя. Нужно оружие. Гарпун. И лучше не один. И соответствующего размера. Мамаша была куда крупнее своих детенышей.
   - Ты сказала, она их контролирует, - произнес он, когда темная перестала смеяться.
   Она указала на голову и ответила как ни в чем не бывало:
   - Что-то вроде ментальных волн. Я блокирую ее приказы. Поэтому наступление захлебнулось. Без контроля осьминоги вредят только тем, к кому успели присосаться.
   - А скаты?
   - Паразиты. Они прибились к стае и решили покормиться за ее счет. Их интересует только мясо. И раньше они обитали на глубине. Ни разу не покидали ее.
   - Но они могут выпрыгивать из воды...
   - Я не знаток поведения рыб, - вяло огрызнулась Ферда. - Кто знает, чем они там питались. Может, всплывали ближе к поверхности и жрали птиц...
   - ...Которым нужно где-то вить гнезда, а значит, они тоже не улетают далеко от берега.
   Теперь она нахмурилась и взглянула на него с неприкрытым раздражением:
   - И что ты хочешь этим сказать?!
   - Только то, что раньше ничего подобного здесь не видели. Скаты мелкие. И их много. Слишком много. Местные рано или поздно их бы заметили. Но о таком виде никто ничего не слышал. Как и об осьминогах...
   - Еще одна кладка? - теперь княгиня догадалась и перевела взгляд на море. - Вторая пробудившаяся мамаша? Но где она тогда?
   - Я слышал, у Карлоса проблемы... А Брасиян ушел к Зигу.
   Он даже не хотел представлять, с чем столкнулись коллеги по Абсолюту. Отец не ответил на зов. Карлос тоже молчал. И Стефания. Илей. Гипноса и Пьетра он тревожить не стал. Ферда склонила голову к плечу, словно прислушиваясь к чему-то. Ее глаза сияли лиловым, а волосы шевелились уже сами по себе, независимо от ветра. Спустя пару минут ведьма заговорила:
   - Год назад... Они пробудились год назад. Трое. Спали рядом с Ютой. Направились к материку. Искали места, где можно прижиться. Они голодны... Очень голодны... - Она замолчала и резко тряхнула головой, будто избавляясь от лишних звуков. - Ненавижу разум животных!
   - Значит, трое... - Олеж посмотрел на месиво под ногами. На морские волны. Обернулся к городу, где продолжалась эвакуация. Монстры явно нашли себе подходящий дом. Но если так продолжится...
   - Их надо убить! - жестко отрезала собеседница. - Всех! Юг всегда был спокойным местом для детей магов. Он нужен нам таким.
   Впервые он почувствовал полное согласие с темной. Вот только, как убить монстра, пожирающего магию?..
  
   К вечеру тела тварей убрали. Испепелили магией. Эвакуация прекратилась. Боевики с оружием уничтожили всех осьминогов. Целительницы смогли разработать подходящий состав и бросали в монстров склянки издалека, обороняясь. Теперь они под руководством более опытных коллег занимались пострадавшими. Город почти опустел. Успевшие эвакуироваться в столицу не торопились возвращаться. Центральная больница оказалась переполнена и оттуда пострадавших перебрасывали на запад и восток, где о монстрах пока не слышали. Но на всякий случай уже ввели режим повышенной боевой готовности.
   Олеж, от души намахавшийся мечом и перемазанный зеленой слизью, курил во внутреннем дворике штаба боевиков. Помимо погодника погиб еще один маг. И еще один находился под наблюдением целителей. Деметрий и мальчишка-охранник пострадали мало. Повезло. Повезло, что Брасиян отправил сюда подчиненного с боевым опытом. Повезло, что друг не успел расслабиться и помнил инструкции. В ином случае потерь было бы куда больше.
   Дипломат вышел в сад через двери своего кабинета. Он успел немного отмыться. С волос на лицо и шею текла вода. Под глазами проступили глубокие тени. Щеки заметно ввалились. Бывший однокурсник потратил весь резерв, защищая местных и проводя зачистки. Он бледной тенью пересек дворик, где все также мирно шелестели деревья и журчал фонтан, сел рядом на скамейку.
   Олеж извлек из воздуха еще одну сигарету и протянул ему. Дал прикурить от огонька на пальцах. Он впервые после Посвящения чувствовал усталость. Подпитывал силой целителей и боевиков. Его резерв в любом случае восстановится быстрее, а лекарям еще работать всю ночь. И ближайшие дни. Часть из свежеприбывших уже отправилась в помощь коллегам в малые города. А также проверять состояние отдельных жилищ. Оставалось только надеяться, что среди них есть выжившие...
   - Сколько? - сухо спросил светлый.
   - Больше трехсот... Подсчет еще ведут.
   Погибли самые беззащитные. Дети, игравшие на берегу, под присмотром стариков. Их разорвало первой волной. Несколько целительниц, находящихся на обходе. Весь их опыт состоял лишь в принятии родов и заботе о малышах. Они не знали ни о защите, ни о боевой магии. Ничего не успели сделать. Также как и другие волшебницы. Счастье, что учебный год уже начался, и детей постарше отправили в интернаты. Счастье, что лето кончилось. Отдыхающих оказалось меньше.
   - Маря вернулась, - проронил Деметрий.
   Истинный тихо выдохнул. По крайней мере, не придется хоронить друзей.
   - Как она?
   - Выдохлась. Ее немного потрепали скаты... Она их спалила. Успела предупредить несколько семей на побережье, чтобы ставили защиту, а потом спряталась с одной из них в доме. Повезло.
   Да. Повезло тем, до кого целительница успела добраться. Ее опыт пришелся кстати. И себя она защитить смогла. Хорошо. Жаль, что у других не было даже малейшей подготовки. На севере с этим проще. Там живут те, кто привык к опасностям. Любой нейтральный маг знает все виды местных монстров и способы защиты от них. А также правила поведения "если на вас напали". Интернаты там расположены вдали от берега, куда твари не добираются. Семьи, планирующие завести ребенка также переезжают подальше от побережья. Или вообще меняют регион проживания. Спустя пять лет некоторые возвращаются. Жить в опасности тоже можно привыкнуть. Но на юге такой привычки никогда не было...
   - Что теперь будет? - спросил дипломат, докуривая сигарету и выбрасывая окурок в урну. - С теми, которые на глубине?
   - Брасиян и Зиг убили мать скатов. Чума прикрыла берег. Стефания, Жерар, Карлос и Изабель удержали юго-запад. Откинули монстров обратно в море. Там какие-то крабы. Панцири защищают их от магии. Шайен вроде бы ищет подходящее зелье. Пьетр готовит ловушку для осьминога. Жерар ему поможет, как восстановится. Он лучше разбирается в оружии. Мы их уничтожим...
   Деметрий тяжело вздохнул и потер лицо. Он как и светлый понимал, что разобраться с последствиями - полдела. Главное - понять, почему монстры вообще пробудились. И как предотвратить что-то подобное в будущем.
   - Гипнос пытается прочитать крабов, - продолжил Олеж. - Ферда потеряла контроль, Илей ее пока усыпил. Она смогла многое узнать, но их сознание не предназначено для долгого копания.
   Сейчас он совсем не чувствовал ненависти или даже неприязни к темным. И те позабыли о былых обидах. Все носители Абсолютов стали словно единым целым. Работали. Думали, как защитить обычных магов. Преследовали одну цель. Помогали и защищали друг друга. И разве не так должно быть? Какая разница Тьма или Свет, если ценой может стать целый мир? Вот только он не сомневался, что стоит решить проблему, как все обиды и претензии сразу же всплывут и даже зацветут еще более пышным цветом. Так они устроены. Но как это изменить?
   Олеж откинулся на спинку скамейки и запрокинул голову. Сквозь зеленые ветви просвечивало небо. Желто-розовое. Закатное. Перед глазами стояли мертвые, растерзанные тела погибших магов. Испуганные лица целительниц. Усталые боевиков. А в ушах звучал голос Ферды:
   "Год назад... Они пробудились год назад".
   Год назад Афия убила Ивара Шеруда. Князя Тьмы, расшатавшего равновесие. Первого, кто сотворил из нейтральной волшебницы княгиню Тьмы. И не его ли смерть запустила цепочку событий?
  

Часть 2. Зов

Афистелия

Дыханье Тьмы ближе и ближе,

Сиянье Тьмы манит и ждет.

Дыханье Тьмы - все, что ты слышишь...

"Дыханье Тьмы" Кипелов

   Глава 1
  
   Закат сегодня алый. Кровавый. И долгий, словно солнце в последний миг засомневалось, стоит ли прятаться за горизонтом. Небо окрашивается в сине-фиолетовые цвета, переходящие в пурпурные на западе. За неделю дожди сменились спокойной ясной погодой, предвещающей скорые заморозки. На землях Шеруда зима наступает быстро.
   Почему я пришла сюда? Нет других вариантов. Ни один уголок Гленжа я не знаю так хорошо, как свои земли. Пусть теперь их и поделили другие.
   Сижу на стылой земле и жду, когда наступит ночь. Закат все длится и длится. Серый ходит кругами. Останавливается. Смотрит на лес. Фыркает и трясет головой. Ему не нравится поле. Мне тоже. Слишком странное. Сухая земля будто выжжена. Мертва. Точнее убита. Из нее выпили все силы. И кому отдали? Я не помню. Не уверена, что хочу вспоминать. Но все равно пришла. Сижу. Жду.
   Последние семь дней были сложными. Яд вызвал лихорадку. Двое суток я провалялась в ознобе, спасаясь заготовленными зельями и теплом умного жеребца, не бросившего хозяйку. Потом немного отпустило. Еще сутки ушли на то, чтобы забраться в седло. И вот уже четыре дня мы в пути. Постоянно движемся. Меняем направление. Избегаем деревень и больших дорог. Благо в лесах достаточно троп. Один раз случай свел с разбойниками. Ошалевшие от отсутствия добычи они не поняли, кто перед ними, и попытались напасть... Настроение у меня было плохое. У коня тоже. Трупы мы оставили на поживу лесу. Удобрения и ему пригодятся.
   Последний луч солнца скрывается за горизонтом. Небо становится темным. Тяжелым. На нем проступают первые робкие звезды. Но сегодня их свет слаб. Едва заметен. Новолуние. Серый подходит ближе и останавливается у меня за спиной. Всхрапывает, намекая, что стоит убраться отсюда. Нет. Не для того мы столько бегали.
   Поднимаюсь и подхожу к кромке черного пятна. Провожу ножом по ладони. Вытягиваю руку. Позволяю крови упасть на изуродованную землю. Если все верно, этого хватит. Рана затягивается быстро. Вытираю оружие и убираю в ножны. Делаю шаг назад. Жду.
   Время тянется медленно. Звуки исчезают. В природе так не бывает. Даже ночью лес продолжает жить. И жизнь слышно. В поле тоже. Но не здесь. Дыхание становится слишком громким. Чужим. Воздух теряет запахи. Кожа будто истончается. Кажется, что малейшее прикосновение способно порвать ее. Хочется избавиться от одежды. Она мешает. Снять обувь. Шагнуть на мертвую землю. Прижаться к ней сначала стопами, затем всем телом. Обнять, насколько это возможно. Зарыться лицом.
   Прогоняю наваждение. Насколько же сильная магия здесь творилась, раз след ощущается столь явно? И ведь все было давно. Много лет прошло. Но сила осталась. И она пробуждается. Земля начинает шевелиться. Сначала медленно. Едва заметно. Затем уже бурлит. Оживает. Готовится. И выпускает тонкие побеги, устремляющиеся вверх. Их цвет не разобрать, но вряд ли зеленый. Они быстро вытягиваются. На концах набухают тяжелые бутоны, скрученные в тугие спирали. С тихим шелестом цветы распускаются. Белые. Пронзительно-белые. Светящиеся в темноте. Тусклый, нежный свет, совсем не кажущийся опасным. Обманчивое впечатление. Тьма коварна.
   Приседаю и протягиваю руку к ближайшему бутону. Листья сами касаются пальцев. Словно приветствуют. Гладят. Ластятся. Стараются убедить в своей безобидности. Не на ту напали. Обхватываю бутон у самого основания и наклоняю к себе, чтобы заглянуть внутрь. Он не сопротивляется, лишь раскрывается еще шире, охотно демонстрируя сердцевину. Совершенно пустую.
   Усмехаюсь. Очередная игра. Где-то среди цветов спрятан тот, что мне нужен. Для чего? Узнаю, когда найду. Но чтобы найти, придется ступить на поле. Заглянуть в каждый бутон. Или довериться чутью и идти наугад, надеясь, что нужный цветок я не пропущу. Можно, конечно, все бросить. Уехать. С рассветом цветы обернутся пеплом и вряд ли распустятся снова. Загадки останутся загадками, я так и не узнаю, для чего было все... все, что со мной сделали. Но узнаю ли, если останусь?
  
   Стебли сминаются под сапогами. Поле шелестит, хотя ветра нет. Цветы шевелятся, подчиняясь единому ритму, который я не могу уловить. Пока. Для некоторых воздействий требуется время. Иду наугад. Некоторые бутоны тянутся к рукам. Ластятся, будто живые. Нет. Всего лишь ложь. Видимость, которую совсем нетрудно создать...
   ...Когда-то здесь была деревня. Небольшие, аккуратные домики с двускатными крышами. Люди, знающие друг о друге все. Их жизнь текла неспешно, подчиняясь смене времен года, чередованию дня и ночи. Простые, понятные правила. Привычки. Обычаи. Праздники. Им было все равно, кто правит землями. Темный князь или светлый волшебник. Главное, чтобы стабильно. Чтобы налоги не поднимали. Чтобы порядок. И защита в случае чего. Приземленная логика. Понятная...
   ...Воспоминание отпускает также внезапно, как и накатило. А я иду. Переставляю ноги. Хотя уже не чувствую пальцы. Онемение распространяется снизу вверх. Поднимается к коленям. Сначала легким покалыванием. Затем холодом. А потом полной потерей чувствительности. Интересно, надолго ли хватит моих сил...
   ...Ивар привел меня сюда для тренировки. Он всегда так говорил. Дожидался очередного срыва. Точнее того состояния перед ним, когда уже невозможно усидеть на месте от подпирающей изнутри силы. Он забирал меня в Гленж. И здесь я творила страшное. Тогда была деревня... Они так и не поняли, что произошло. Просто жарким летним утром из леса вышли волки в зачарованных ошейниках. Я приготовила их заранее. В свой предыдущий приступ. Ивар дал схему плетения. И я плела как заведенная, пока сила не иссякла. Двенадцать огромных оборотней. Их хватило бы, чтобы вырезать всю деревню. Но людям было рано умирать. Слишком просто. Страх делает смерть куда интереснее...
   ...Останавливаюсь. Дышу. Холод подбирается к бедрам. Я еще могу переставлять ноги и как-то сохранять равновесие. Но скоро упаду. И что тогда? Ползти? Я уже понимаю, зачем приготовлено поле. Но вряд ли смогу вернуться. Меня не отпустят. Плети цветов обвивают ноги. Буквально толкают идти дальше. Во рту стоит металлический привкус. Такова моя память. У нее обличье ужаса. И вкус крови. Делаю шаг вперед...
   ...Они бежали. Пытались спрятаться в домах, но оборотни выгоняли их на улицу. Залезали в окна. Выбивали двери. Кидались на топоры, не боясь ничего. И люди запаниковали. От обычных волков они бы отбились. Пересидели бы в домах. Попрятались в погребах. Пережили бы. Но оборотней не обмануть. Они чуют живую кровь. Найдут ее всюду. И доставят туда, куда нужно хозяину. Мои оборотни пригнали людей сюда. На поле...
   ...Снова останавливаюсь. Сердце колотится как сумасшедшее. Лоб покрыт испариной. Я не хочу знать, что было потом. Уже знаю. Догадываюсь. И не хочу такую память. Но кто меня спросит? Выбор был. И я его сделала. Остается только дойти до конца. На следующем шагу падаю лицом в цветы...
   ...Мы ждали их здесь. Ивар промурлыкал мне на ухо:
   - Убей их, - вложил в мою ладонь короткий меч и подтолкнул в спину.
   Я шагнула навстречу перепуганным, заплаканным людям. А потом... Сплошной поток крови. Я убила их. Каждого. Они пытались бежать. Но со стороны леса стояли оборотни. Они же перекрыли отход в деревню. Люди метались в центре, не имея шансов вырваться. А Ивар смотрел. Улыбался. Он был доволен происходящим. И наверное тогда любил меня. Как можно любить домашнее животное, которое выполняет команды и радует хозяина. Ему нравилось смотреть, как я убиваю. Пачкаюсь в чужой крови. Пью боль и ужас своих жертв. Он наслаждался. А я... Я остановилась только тогда, когда вокруг не осталось никого живого.
   - Отдохни, дорогая, - князь поцеловал меня в лоб и позволил осесть на землю. В высокую траву. Сил не осталось. - Нам еще нужно дождаться гостя...
   ...Бутоны касаются мокрого лица. Пот заливает глаза. Переворачиваюсь на спину. Руки гудят от усталости, но холод уже касается их. Спускается от плеч к запястьям. Скоро все ощущения уйдут. Останется только память. И темное-темное небо над головой...
   ...В тот день оно было синим. Ярким. Летним. И солнце нещадно пекло. Кровь привлекла мух. Они жужжали и ползали по телам. Но мне было все равно. Как всегда после выброса силы, сознание накрыло тяжелое отупение. Время исчезло. Не знаю, сколько я просидела в траве, пока мое убежище не потревожили. Кто-то упал совсем рядом. Я рефлекторно повернула голову. Олеж. Его лицо исказилось от боли. С ним что-то случилось. Что?
   - Пойдем, дорогая, - рядом со мной неожиданно оказался Ивар, заставил встать. Что-то упало на землю с коленей. Я не обратила внимания. Смотрела на корчащегося на земле светлого и не узнавала его. - Нам здесь больше нечего делать.
   Князь наклонился за оружием и что-то шепнул раненому. Грудь боевика заливала кровь. Она же пузырями вздулась на губах. Его ждала долгая смерть. А мы ушли...
   ...Лежу и смотрю в небо. Тело не ощущается. Я только знаю, что стебли оплели его надежным коконом. Вижу краешком глаза. Пошевелиться нельзя. Заснуть тоже не выйдет. Ночь в самом разгаре. А длится она будет долго. Боли нет. Внутри разливается лишь холод. И понимание.
   Олеж видел меня. Знал, какой я стала. Во что превратилась. Понял, что тех людей убила я. Но почему же тогда?.. Я помню наше путешествие в Гленж. Тот домик в лесу. Ночь. Шрам у него на груди. Он должен был умереть. Здесь. Но выжил. Каким чудом? Впрочем, среди светлых есть только один, кто смог бы его спасти. Илей. Свет и Тьма. Вот, что произошло. Смешение двух магий. Одинаково сильных, но противоположных по сути. Смерть и жизнь. И они породило нечто... чему пока нет названия. Ивар не мог догадаться сам. Его направляли. С самого начала использовали как куклу. Но для чего?
   Я помню свои сны. Цветы на поле. Здесь. Я ведь видела его. И указала Олежу место на карте. Он пришел сюда. И уничтожил их. Вот почему той ночью я будто горела. Светлая магия выжгла Тьму, которую когда-то посеяла я. Но Свет остался. Изуродованный. Перерожденный. Он ждал своего часа. И вот дождался. Я пришла и разбудила его своей кровью. Что он даст мне? Память. Восстановит то, чего не хватало. Я ошиблась. Мне не нужен конкретный цветок. Они все - часть одного целого.
   Закрываю глаза и перестаю сопротивляться. Позволяю силе течь сквозь меня. Она не причинит вреда. Хотя вряд ли мою память можно считать безвредной...
  
   Просыпаюсь на рассвете. В серых сумерках. Открываю глаза и сажусь. Как и предполагалось, цветы обращаются пеплом буквально на глазах. Рассыпаются прахом. Магия этого места иссякла. Теперь поле станет обычным. Весной здесь уже можно сеять рожь или пшеницу. Урожай будет хорошим.
   Встаю и иду обратно к краю. Оказывается, я спала не так и далеко от того места, где вошла. Серый ждет, нетерпеливо переступая с ноги на ногу. Он уже спокоен. И не косится в сторону леса. Лучший знак, что все действительно завершилось. Вот только, что мне теперь делать с полученными знаниями?
   Глажу коня по морде и забрасываю ему на спину седло. Подтягиваю подпруги. Руки делают привычную работу, а в голове продолжают мелькать увиденные картины. Память восстановилась полностью. И то, что было до моего замужества, и то, что происходило во время. Теперь воспоминания юности - яркие и наполненные незнакомой легкостью - мешаются с мрачными, кроваво-темными фрагментами. От жуткой смеси начинает тошнить.
   Прижимаюсь к шее жеребца лбом и медленно дышу, сглатывая вязкую слюну. Пожалуй, я бы обошлась без путешествия в прошлое. Большая его часть все равно бесполезна. Только добавляет ненужных эмоций и сомнений. Хотя в одном я уверена совершенно точно - будь возможность убить Ивара еще раз, я бы это сделала. Долго. И мучительно.
   Запрыгиваю в седло и посылаю коня вперед. Нужно двигаться дальше...
  
   Глава 2
  
   Пламя съедает тела. Уничтожает дома. Разъедает землю. Здесь еще долго ничего не будет расти. И люди будут избегать проклятого места. Те, кто выжили, расскажут о произошедшем соседям. А те передадут дальше. И никто больше не посмеет плести заговор против темного князя.
   - Признайся, тебе ведь это нравилось... - Ивар стоит у меня за плечом. Наблюдает за догорающей деревней, в которой нашелся тот, кто решил помочь светлым заполучить наши земли. За его выбор заплатили многие. - Они боялись тебя... Больше, чем меня. Вздрагивали, стоило тебе пройти мимо. А слуги в замке? Шарахались от твоего взгляда.
   - Ты сделал меня пугалом.
   Люди усвоили урок. Никто и никогда больше не пытался сотрудничать не только со светлыми, но и с соседями-темными. Впрочем, как и поданные других носителей Тьмы. Князья и княгини умеют добиваться верности.
   - Твою силу нужно было куда-то направить. А земли не бывают лишними. К тому же... тебе ведь нравилось.
   Какой-то частью сознания я понимаю, что он прав. Нравилось. Причинять боль. Видеть ужас. Вдыхать его запах. Он дурманит не хуже вина. И пьянит. А в угаре уже не видишь границы дозволенного. Теряя разум я забывала все, что когда-то было дорого. Но потом сознание возвращалось. А Тьма засыпала...
   Она умеет таиться. Прятаться в мыслях. В поступках. И постепенно, исподволь, подчинять себе. Сначала ты позволяешь себе маленькую слабость. Поблажку. Сделать так, как просят. В конце концов, что сложного напугать глупых деревенщин? Им хватит и пары эффектных заклинаний, чтобы навсегда запомнить, кто их хозяин.
   Все так и начиналось. С мелочей. С чар по запрещенным схемам, чтобы просто потратить рвущуюся наружу силу. Сохранить хотя бы видимость контроля. Да. Я даже сама соглашалась, что так будет лучше. И плела. Понимала, что чары опасны и разрушительны, но плела. Говорила себе, что смогу остановиться. Верила в это.
   В какой момент все изменилось? Ведь эта деревня отнюдь не первая. Точнее не так. Она первая, которую я полностью сожгла. Но ведь были и другие... До нее.
   Зарвавшийся мельник, посмевший установить цену, не согласованную с Иваром. Какое дело темному князю до проблем жалующихся крестьян? Плевать он хотел на них всех. Но дело в порядке. В том, что людей нужно держать не только страхом. Порой стоит показывать им, что хозяин не только жесток, но и заботлив. Если вовремя выполнять его команды... Тому мельнику я перерезала горло. И повесила на крыле его же мельницы. В назидание другим. Он провисел там неделю. К концу которой от тела мало что осталось. Урок был выучен... Но всегда находилось что-то еще.
   Каждый раз я заходила чуть дальше. Пыталась остановиться. Но не могла. Тьма подчиняла меня себе. Границы переставали существовать. И да, тогда в какой-то мере я наслаждалась полученной свободой. Возможности безнаказанно творить все, что угодно. И какая разница, если поступки порой были ужасны? Тьма оправдывала все.
   - Разве не я подарил тебе истинную свободу? - ласковый голос мужа ввинчивается в висок. Привычное глухое раздражение сдавливает грудь. Мы идем по пепелищу. Кое-где еще догорает пламя. Живых не осталось. Все, кто мог, уже сбежали. - Разве не я защищал тебя? Дал тебе новое положение и возможности?
   - Думаешь, я скажу тебе спасибо?
   Странно, но злости нет. Без нее непривычно. Раньше только она и помогала мне выжить. Темных нельзя ненавидеть. Ненависть делает их сильнее. И, не имея возможности ненавидеть его, я направляла злость на саму себя. На собственную слабость. Что не могу убить мужа. Что не могу обнаружить его уязвимое место. Что глупа и бездарна.
   Порой мне казалось, что я говорю сама с собой. Когда я училась обходиться без зелья и сбегала в Гленж, чтобы справиться с приступами, сознание двоилось. В моих видениях внутренний голос обретал облик Лидии. Это она кричала на меня. Говорила, что я ни на что не годна. Что не справлюсь с заданием. Что все испортила. Наверное поэтому я так и не смогла наладить с ней отношения. Ведь темные не могут ненавидеть себя. Это противно самой природе Тьмы. А вот перенести нужные эмоции на кого-то другого. Представить, что ненависть к тебе питает некто близкий. Тот, кто действительно может ранить словом...
   - Прости, мама... - я нашла выход из ситуации, но цена его оказалось слишком велика. - Ты ведь почувствовала... Не могла не почувствовать.
   Связь матери и ребенка слишком сильна. Даже на большом расстоянии волшебницы чувствуют, что происходит с их детьми. Не каждую секунду и не любую мелочь, но общее состояние понять могут. Так же как я знаю, что Анджей жив и здоров. Лидия знала, что со мной происходит. Понимала. Вот почему ей было так больно.
   - Мне не за что тебя прощать...
   Оборачиваюсь. Мы на берегу моря. Того самого, что плескалось возле нашего дома. Под ногами песок. Солнце уже скрылось за деревьями. Небо потемнело. От воды веет прохладой. Летом она ощущается совсем иначе. Мать сидит на одеяле, одетая в длинный свитер свободной вязки. Смотрит на волны, накатывающие на берег. Где-то на горизонте заметны тучи. Ночью будет гроза...
   - Садись, - волшебница хлопает ладонью рядом с собой. - Поговорим.
   Устраиваюсь на одеяло и вытягиваю ноги. Зарываюсь пальцами в песок как когда-то в детстве.
   - Я не злюсь на тебя, - Лидия рассматривает меня с улыбкой. - Ты сделала то, что должна была. Выжила. Убила князя. Да, ты совершала ужасные вещи. И мне было невероятно больно знать, что ты живешь в ненависти и уродуешь себя... Но не мне тебя судить.
   Плеск волн вторит ее словам. Приносит успокоение. Я дышу знакомым воздухом, а пробудившиеся воспоминания ненадолго отступают.
   - Я нашла того, кто убил тебя.
   - Жаль...
   - Почему?
   - Ты снова убила. Значит, Тьмы стало больше.
   - Я не могла оставить его в живых.
   - Или не захотела?
   Мы встречаемся взглядами. На лице матери нет осуждения или гнева. Боли. Смерть унесла ее тревоги. Осталась только... любовь. Теперь я могу понять это выражение, что не сознавала раньше. Она любила меня.
   - Конечно, я люблю тебя. Как ты любишь своего сына. И желаю тебе только лучшего. Жаль, что не могу помочь...
   - Ты и не должна помогать. Почему ты не уехала из города сразу после встречи со мной?
   Лидия качает головой:
   - Ничего бы не изменилось. Им нужно было выманить тебя из логова. Заставить бежать. И они бы добились своего. Ты же понимаешь.
   Киваю. От понимания не становится легче. Она была моей матерью. И я тоже ее любила... А теперь в мире стало на одного близкого меньше. И я не знаю, чем заполнить образовавшуюся пустоту. Вот только Тьма не оставляет выбора.
   - Мне пора... - вдруг произносит волшебница, поднимаясь на ноги. - Души магов не задерживаются в нашем мире надолго. Мы все рано или поздно переродимся.
   Если души не задерживаются надолго, то почему же Ивар никак не оставит меня в покое? Я предпочла бы избавиться от него и задержать Лидию. Но она лишь качает головой.
   - Не стоит. Мне, действительно, пора. Я не могла уйти раньше. Твоя ненависть не давала. А теперь, когда память вернулась, ты можешь отделить реальность от вымысла. А я наконец-то свободна.
   - Мне жаль, что так вышло...
   - Мне тоже. Может быть, когда-нибудь мы еще встретимся. И сможем все исправить.
   Я смотрю на нее снизу вверх и на мгновение вновь чувствую себя маленькой. Глупой. Беспомощной. Мне хочется прижаться и уткнуться лбом в ее ноги. Спрятаться от всего мира. И знать, что я в безопасности. Только в детстве возможно ощутить столь иррациональное чувство. Пока верить, что мама способна на все...
   - Передай Виттору, что я люблю его. И ни в чем не виню.
   Она касается моих волос и уходит в сторону моря. Я смотрю ей вслед, пока знакомая фигура не теряется среди волн. Стоит ей исчезнуть, налетает холодный, пронзительный ветер. Тучи вдруг оказывается чересчур близко. Обнимаю себя за плечи. Как я могла забыть, что попала в очередной кошмар?
   - Мы отвлеклись... - знакомый мурлыкающий голос раздается за спиной.
   - Тебе не надоело? - откидываюсь назад и ложусь.
   Надо мной снова бесконечное небо, на котором мерцают тусклые звезды. Скоро их скроют тучи. Начнется буря.
   - Ты - единственная моя собеседница. А смерть довольно скучна, - неожиданно отвечает Ивар.
   - Почему ты не заставил меня напасть на Олежа?
   Мне действительно интересно. Я вполне могла бы справиться с ним. Силы бы хватило. Да и... эффект неожиданности. Могло получиться.
   - Я должен был сам с ним разобраться, - неожиданно жестко отвечает князь.
   - Почему?
   - Так было нужно.
   - Кому?
   Мне отвечает лишь тишина. Усмехаюсь. Кажется, я все же нашла способ избавляться от общества супруга. Стоит начать задавать ему неудобные вопросы о его покровителе, и он сразу же уходит. Маленькая победа. Вот только вопрос остается актуальным. Какой бы ни была цель Изабель, она не хотела стравливать меня и светлого. Я многое натворила, но до самой тюрьмы не знала о том, что он жив. А вот Олеж знал обо мне. И все же... Смог простить? Иначе как объяснить его поступки?
   Вздыхаю. Я устала от неизвестности. И уже готова сдаться кому-нибудь сама, лишь бы только получить ответы. Понять, чего от меня хотят, а дальше решить стоит или нет это делать. Занять место одной из княгинь - слишком очевидный шаг. Да, стоит его совершить и многие проблемы решаться сами собой, но... Но тогда мы окажемся по разные стороны Абсолютов. И это одна из причин, которая удерживает меня от последнего шага. Есть другие. Не менее важные. Но пока эта еще имеет значение.
   Закрываю глаза и начинаю считать. Пора просыпаться. Сегодняшний кошмар завершен...
  
   Глава 3
  
   Сны приходят каждую ночь. Ивар. Люди, которых я убила. Анджей, каким я его помню. Олеж с искаженным лицом. Молот Ведьм, обмякший у дерева. Лидия больше не появляется. Хотя бы она нашла успокоение. А вот мое где-то потерялось...
   Утром просыпаюсь с тяжелой головой. Будто вовсе не спала. Глаза болят. Пальцы подрагивают. Резкие звуки заставляют вздрагивать. Нервы взвинчены до предела. Спасает только дорога. Мерная качка в седле. Леса, поля, болота... Они сливаются в единый бесцветный пейзаж. В какой-то момент я понимаю, что заблудилась. Открытие настолько шокирует, что заставляет вырваться из муторного полусонного забытья. Я не могу заблудиться в собственных землях. Такого просто не может быть. Я знаю здесь каждую тропу. Каждую деревню. Каждую реку...
   Но факт остается фактом. Целый день мы с Серым блуждаем по тропинкам, однако окрестности остаются незнакомы. Я стараюсь сориентироваться по сторонам света и выбираю направление на запад. Почему туда? Не знаю. Но что-то внутри заставляет подгонять коня. Он вяло упирается. Ему не нравится наше бесконечное путешествие без смысла и цели. Но жеребец терпит. Пожалуй, это единственная верность, которую можно купить.
   К вечеру мы подъезжаем к городу. Небольшой. С потрепанной каменной стеной и ленивыми стражниками у ворот. Я не помню его название. Странно. Мысль не задерживается в голове, а конь выбирается на дорогу и движется в нужном направлении. В городах лучше не появляться. Какой-то частью затуманенного сознания я понимаю - что-то не так. Но разум сразу же находит подходящие аргументы в защиту принятого решения. Нужно понять, где мы. Узнать название города. Послушать сплетни - информация не бывает лишней. Да. Я задержусь ненадолго. Только загляну в трактир. В таком городе должен быть приличный трактир. Впрочем, мне подойдет любой...
   Однако, миновав ворота, где нас даже не останавливают, я еду по основной улице, неумолимо приближаясь к центру. В какой-то момент руки привычно тянут поводья в сторону, и Серый даже поворачивает голову к переулку, но что-то происходит. Колени крепче сжимают бока жеребца и заставляют его идти прямо. К площади. Там должен быть хороший трактир. Зачем мне туда? Не знаю.
   Площадь у города тоже маленькая. Пустая. Что странно. Горожане обычно не ложатся спать рано, а вокруг лишь сгустились ранние осенние сумерки. Мы подъезжаем к зданию с яркой вывеской "Щедрая хозяйка". Рядом с надписью изображена женщина с подносом, уставленном дымящимися тарелками. Слезаю с коня и набрасываю повод на коновязь. Привязывать Серого не нужно. Без приказа он все равно никуда не уйдет.
   Подхожу к двери, из-за которой доносится привычный в таких местах шум и звуки музыки. И только сжав массивную, отполированную чужими прикосновениями ручку, я узнаю мелодию. И понимаю, что попалась. Путешествие окончено. Меня нашли.
  
   - Налей еще вина, мой венценосный брат,
   Смотри - восходит полная луна;
   В бокале плещет влага хмельного серебра,
   Один глоток - и нам пора
   Умчаться в вихре по Дороге Сна...
   Она сидит за центральным столом. Темное платье с красивым вырезом выгодно подчеркивает грудь и оттеняет светлую кожу. Русые волосы убраны в высокую прическу. Несколько прядей изящно обрамляют лицо. Темные глаза в свете свечей кажутся загадочными. Голос звучит низко, раскрывая всю глубину композиции. Он заглушает даже музыку - тихую лютню, на которой играет мальчик-паж, сидящий на полу...
   Дана. Певица Тьмы. Теперь ясно, что творилось со мной последние дни. Зов. Тонкие чары, которые почти невозможно обнаружить. И которые привели меня в ловушку. Что ж... Бежать уже поздно.
   Прохожу между столов к свободному месту. Мимолетно разглядываю людей. Они выглядят обыкновенно. Разговаривают. Пьют. Едят. Слушают песню. Вот только в подобных трактирах обычно не выступают женщины. Такое возможно лишь в борделях, а в центре города располагается вполне приличное заведение. И никто из присутствующих не обращает внимание на подобную мелочь. Они все уже подчинены воле княгини.
   Усаживаюсь напротив хозяйки вечера. Теперь, когда понятна суть происходящего, сознание удерживать куда легче. Удается различить тонкий голосок, нашептывающий, куда следует идти. Он также говорит, что нужно избавиться от оружия. Зачем оно в таком месте? Здесь никто не причинит вреда. Улыбаюсь и качаю головой, глядя прямо в карие глаза ведьмы. Она едва заметно хмурится. Голос в сознании затихает. А Дана допевает песню:
   - ...И чтоб забыть, что кровь моя здесь холоднее льда,
   Прошу тебя - налей еще вина;
   Смотри - на дне мерцает прощальная звезда;
   Я осушу бокал до дна...
   И с легким сердцем - по Дороге Сна...
   Она всегда поет ее, когда очередной муж приносит разочарование. Так мне сказали на шабаше, когда княгиня в очередной раз осталась одна.
   - Вижу, ты уже восстановилась после смены, - начинаю разговор, как только лютня умолкает.
   Мальчик придерживает струны, чтобы они своим звучанием не вызвали неудовольствия хозяйки. Дана любит приближать к себе подростков. В нашем мире такое невозможно даже для истинной, а вот в Гленже... Всегда найдется семья, готовая отдать ребенка. Ведьма выбирает мальчиков с музыкальным талантом. Учит их. Одевает. Заботиться. А взамен получает немое обожание и искренний восторг. Жаль, длится такая идиллия недолго. Мальчики рано или поздно вырастают и превращаются в мужчин. И тогда она их убивает...
   - Пришлось, - голос Даны завораживает даже во время обычной беседы. Она умеет говорить так, что собеседнику становится ясна каждая деталь, а также скрытый смысл ее слов. Настроение. Пожелание. Люди слушаются ее беспрекословно. И даже маги подвержены влиянию обычного разговора. Лишь носители Абсолюта имеют определенный иммунитет. - Наши сестры торопили меня. Их беспокоит твое отсутствие.
   Беспокоит... Так беспокоит, что они готовы наслать на меня смертельное проклятие, убить мою мать, подкинуть зелье, снимающее печать Брасияна, и даже восстановить сестру, отдавшую все силы Юте. Прямо-таки родственное беспокойство. Забота. Аж на слезу прошибает.
   - Кто тебя расстроил на этот раз? - делаю вид, что ничего не понимаю.
   Праздная беседа поможет протянуть время, а там, может, что-то придет в голову. Или Дана расскажет нечто интересное. Мы с ней давно не разговаривали.
   От моего вопроса она морщит аккуратный носик в презрительной гримасе:
   - Мужчины... Стоит им только почувствовать свободу, как они сразу же пускаются во все тяжкие. Разве я мало давала своему супругу? У него была сила, положение, мое общество... А стоило отлучится всего-то на год, и он уже нашел себе какую-то молоденькую дурочку. Из моей труппы! И искренне считал, что я его прощу, - она качает головой, будто не в состоянии поверить в происходящее. - Не понимаю, как я вообще могла взять его в мужья...
   Едва сдерживаю усмешку. Двойные стандарты в действии. Сами истинные темные никогда не ограничивают свои аппетиты. Но к верности супругов относятся чересчур трепетно. И оскорблений не прощают.
   - Что ты с ним сделала?
   - Ослепила, - она мимолетно улыбается воспоминаниям. - А потом оставила в театре ждать моего возвращения. Успеет придумать себе что-то ужасное. А девочки постараются, чтобы он не скучал. Каждая из них должна напоминать ему, за что он наказан. Любым способом. Каждый час, пока меня нет. Убивать нельзя. Слишком просто.
   Дана не Изабель, но когда речь заходит об измене, не доверяет исполнение приговора своим актерам и певцам. Считает, что они проявят милосердие. Возможно, она права.
   - А та девчонка?
   - Отправила к Изе... Пусть приносит пользу тем способом, который выбрала, - ведьма бросает на меня быстрый взгляд. - Считаешь меня жестокой?
   Качаю головой. Какая же тут жестокость? Вряд ли ту волшебницу силой тащили в постель. Такие вещи всегда заметны. Так же как всегда найдутся дурочки, считающие, что внимание супруга ведьмы убережет их от гнева княгини. Даст призрачную власть и возможности. И сколько раз не повторяется одна и та же история, они ничему не учатся. Хотя есть и те, кого этот путь не интересует. Но речь не о них...
   - В свое время я достаточно насмотрелась на похождения Ивара. Прекрасно тебя понимаю.
   - О да... Я слышала, Салия пропала? - Дана вопросительно приподнимает брови.
   - Последний раз я видела ее в обществе Молота. Боюсь, встреча с ним сказалась на ней необратимо.
   - Какая досадная случайность... Но как тебе удалось избежать внимания убийцы ведьм? - княгиня отнюдь не глупа и не хуже светлых чувствует фальшь в словах.
   - Я и не избегала. Просто убила его.
   На мгновение ее глаза распахиваются шире, а на кукольном личине отражается безграничное удивление. Она знает, что я не лгу, но не способна поверить в реальность произошедшего.
   - Не может быть... - выдыхает истинная, качая головой. - Афия, да ты - ходячая легенда! Сначала убила истинного темного, а теперь и главное оружие светлых. Они же разорвут тебя на части!
   Она смеется и откидывается на спинку стула. Взгляд задумчиво скользит по залу. Я тоже оглядываюсь. Никто не обращает внимания на наш разговор. Люди заняты своими делами. Но чары не ощущаются. Вообще никакой магии. Только личное обаяние моей собеседницы, способное творить чудеса. Плохо.
   Дана не только восстановилась полностью, но и успела неплохо подпитаться дополнительной энергией. Иначе не смогла бы так легко воздействовать на окружающих в Гленже. Мне с ней не справится. Даже пытаться бесполезно. Пока она отвлечена диалогом, внушение спадает, но стоит проявить малейшую агрессию...
   Резко сжимаю ладонь в кулак, вонзая ногти в кожу. Боль отрезвляет. Перевожу взгляд на собеседницу, наблюдающую за мной из-под ресниц. Она хмурится и дергает уголком губ. Снова попыталась воздействовать на меня. Уже намного тоньше. И пока мне хватает способностей избавиться от наваждения. Но третий раз вряд ли получится.
   - Что нового произошло в мире? - интересуюсь, как ни в чем не бывало. Продолжим нашу игру.
   Улыбка сползает с лица ведьмы, а в глазах появляется неприкрытая печаль:
   - На южное побережье напали морские чудовища.
   Теперь моя очередь удивляться и качать головой. Монстры на юге? Откуда они там взялись? Последнюю мысль повторяю вслух.
   - Насколько я знаю, они спали около Юты в течении многих лет. Возможно, со времен самой войны. А в прошлом году пробудились. Искали пропитание. Отложили кладки с потомством. Осенью они вылупились и напали на побережье.
   - Много погибло?
   Пытаюсь уложить в голове озвученные факты. Год назад. Внутри все замерзает от неприятного предчувствия. Слишком уж значимая для меня дата.
   - Больше трехсот, считая волшебниц, стариков и детей, - бесстрастно озвучивает статистику ведьма. Отвожу взгляд. По меркам этого мира потери невысоки, но для нашего они огромны. Пока я осознаю масштабы, Дана добавляет: - В каждом из трех регионов. В общей сложности больше тысячи.
   Закрываю глаза. Сказать нечего. Таких потерь не было со времен войны. Я помню графики еще с интерната. Рождаемость. Смертность. Медленно растущая первая линия и вторая, остающаяся практически неизменной. Постепенный рост численности населения. Мы даже не мечтали достигнуть тех же цифр, что были до войны. Но за две тысячи лет удалось утроить население материка. И вот теперь новая напасть в регионе с самым низким уровнем угрозы.
   - Почему они пробудились? - беру себя в руки и спрашиваю, нужно выяснить как можно больше информации.
   Дана окидывает меня тяжелым взглядом.
   - Некоторые из нас считают, что всему виной поведение Ивара. У него слишком долго не было противовеса. К тому же появился твой сын - потенциальный истинный темный. Равновесие пошатнулось. И вот к чему это привело.
   Сжимаю кулаки. Нужно было убить его раньше. Но кто мог знать? Никто. В произошедшем нет моей вины. Лишь ужасное стечение обстоятельств. И жестокое напоминание о том, что в нашем мире все подчинено лишь одному закону. Равновесию.
   - Многие также считают, - продолжает княгиня, - что наличие истинного светлого без пары может привести к еще более печальным последствиям, учитывая его способности. Поэтому нам нужна ведьма. Ты, Афия.
   Где-то на периферии мне мерещится звук захлопнувшегося капкана.
  
   Глава 4
  
   - Полагаю, ты знаешь, если бы я хотела, уже стала бы княгиней.
   Продолжаю тянуть время. А что мне остается? Только ждать и надеяться на чудо.
   - Лаурель рассказала тебе о прямой передаче силы, - Дана кивает. - Порой мне кажется, что всем ведьмам стоит поступить также, как и тебе. Избавимся от князей, и споров сразу же станет меньше.
   Невольно усмехаюсь, вспоминая слова Тейруна на празднике. Он ненавидит ведьм. Певица мечтает избавиться от князей. Темные, как они есть.
   - Не все князья обзавелись опытными женами. А передача силы не всегда возможна. Кстати, что в таком случае будет с Тьмой Тейруна? Учитывая, что его жена светлая.
   - Ей никогда не хватит духу убить его, - ведьма закатывает глаза. - Слишком слаба.
   Слабой плетунья мне не показалась, но у каждого свое мнение.
   - Так или иначе, избавившись от князей, ведьмы перегрызут друг друга. Темные не могут жить в мире.
   - Ты - одна из нас, Афия, - собеседница окидывает меня пристальным взглядом. - Пусть не истинная, но тоже темная. И должна понимать, что нам сложно уживаться друг с другом. Слишком много страстей раздирает на части.
   - Именно поэтому я не приняла предложение Изабель и до сих пор не взяла силу Ивара. Меня не прельщает идти по этому пути.
   - А какой у тебя выбор? Светлые казнят тебя, как только поймают. И темные больше не станут вступаться. В конце концов, в случае твоего отказа есть Эскалар. Он точно не станет колебаться.
   Да, только он сейчас не в том состоянии, чтобы пройти Посвящение. Хотя за прошедшее время имел все шансы добраться до земель темных и порталом вернуться домой. Но даже там ему еще нужно восстановиться. Как же неудачно мы встретились...
   - Так почему бы тебе не обратиться к нему и не оставить меня в покое?
   Спрашиваю спокойно, глядя прямо в карие глаза. Сейчас узнаю, насколько осведомлена Дана. Она подается вперед, облокачиваясь на стол.
   - Сила, Афия. Эскалар неплох, но он вряд ли сможет компенсировать мальчишку. Светлый выкормыш чересчур силен.
   Может быть, потому, что он должен был уравновесить меня и Анджея? Двоих потенциальных носителей Тьмы. А если еще посчитать темного боевика. Раньше я не задумывалась, почему Олеж столь одарен. Но если все дело в количестве темных? Мой сын в Гленже, я была лишена магии, но сила Ивара оставалась в мире, запертая в тех останках князя. Тьмы стало слишком много. Миру понадобился сильный светлый. И он появился.
   - С чего ты взяла, что мне есть дело до Равновесия? - откидываюсь на спинку стула. Внезапно накатывает усталость, копившаяся последние полгода. - Я скорблю о погибших и понимаю, что потеря для нас не восполнима. Но почему именно я должна исправлять чужие ошибки? Вы позволили Ивару творить все, что ему вздумается. Играть с Равновесием. А теперь ждете, что я с радостью брошусь занимать его место... Может быть, мне просто постоять в сторонке и подождать, пока Юта вас уничтожит?
   Ведьма приподнимает бровь. В ее глазах появляется странное удовлетворение и даже интерес.
   - А ты уверена, что доживешь до этого мига? Мир существует не первое столетие. Накладки происходили всегда. И в этот раз мы найдем, как решить проблему. С тобой или без тебя.
   Улыбаюсь. Искренне. Нежно. Ласково.
   - Так решайте... Только знаешь, мне пришла в голову одна мысль. Потенциальных темных больше, чем светлых. Что если, я соглашусь принять силу Ивара, а после этого проведу Посвящение для Анджея? И Эскалара. Он ведь не откажется от такой возможности. Что в таком случае станет с Равновесием? А с миром?
   Она смеется. Тихим, грудным смехом. Откидывается назад, рассматривая меня как диковинную зверушку.
   - Не понимаю. Ты темная. В тебе достаточно Тьмы, чтобы желать власти, но она тебе не нужна. Сила? Не аргумент. Восстановление Равновесия? Согласна, мотивация слабая, но перед лицом общего катаклизма мы всегда объединялись. А тебя интересует только разрушение... Почему?
   Почему? Теряюсь в догадках... Впрочем, княгиня не знает всей моей истории, и рассказывать ее я не стану. Хотя голос внутри шепчет, что откровенность будет вознаграждена. Качаю головой. Нет. Мне хватает выдержки, чтобы противостоять внушению.
   - Меня интересует только месть. Светлые лишили меня магии и сына. Темные... обнаглели настолько, что ждут помощи. Хотя никто из вас не вмешался, когда помощь была нужна мне. Настоящая помощь, а не лицемерное заступничество перед светлым Советом. Поэтому, если все истинные неожиданно погибнут, я не стану плакать...
   Я даже не вру. Свет и Тьма. Как же они все мне надоели. Со своими желаниями. Интригами. Равновесием. С равнодушным отношением к пешкам под ногами. Пусть я не лучше их, но и уж точно не хуже...
   - Твой сын тоже может погибнуть.
   - Мой сын здесь. А Юта вряд ли прорвется через порталы. Скорее уничтожит их. Анджею ничего не угрожает. - Дана открывает рот, но я не даю ей сказать: - Моя мать мертва. Отец давно пропал. Друзья? В любой момент могут погибнуть в противостоянии Света и Тьмы. Мне нечего терять. Поэтому не нужно слов. Даже если я приму силу Ивара, темным от этого не станет легче. Уж я постараюсь. Поверь.
   Она верит. В глазах мелькают опасные искры. Внутренне подбираюсь, готовясь к удару. Кладу руки на колени. Переговоры окончены. Время для решительных действий.
   - Жаль, что мы дошли до такого, - медленно произносит ведьма. - Ты не оставляешь мне выбора...
   Не дослушиваю и резким движением опрокидываю на нее стол. Мальчишка-музыкант успевает отпрыгнуть в сторону. Хватаю его за плечо и рывком дергаю на себя. Магия разносит стол на опилки. Но к тому моменту, когда Дана поднимается с пола, я прижимаю к горлу ее любимчика нож. Ростом он уже с меня. Даже напрягаться не приходится.
   Княгиня рычит от злости и делает шаг к нам.
   - Но-но-но... - надавливаю лезвием на светлую кожу, пуская кровь. - Ты знаешь, на что я способна. Дай мне уйти, и получишь свою игрушку обратно.
   Пленник лишь слабо трепыхается, но геройствовать не спешит. Умный мальчик. Темная переводит взгляд с меня на него. Затем обратно. Взвешивает шансы. За спиной я слышу звуки отодвигаемых стульев. В тишине, неожиданно повисшей в трактире, они звучат как гром средь бела дня. Качаю головой.
   - Даже если все они на меня кинутся, я успею его убить. И многих из них тоже. Ты не Ферда, чтобы их контролировать...
   Лишь безумная ведьма может подчинять людей напрямую. Дане нужен постоянный контроль с помощью голоса. Сейчас люди одурманены. Испытывают к ней повышенную симпатию. Возможно, сострадание. Они пожелают защитить ее, но действовать будут в рамках собственных характеров. Трус никогда не схватится за оружие, скорее поставит подножку. Благородный не ударит в спину, а предпочтет переговоры. И так далее... Внушение не меняет суть, лишь искажает восприятие.
   - Думаешь, я тебе это прощу? - шипит княгиня.
   Тьма клубится вокруг нее. Собирается плотным коконом. Льнет к рукам, пальцы на которых шевелятся, будто перебирают струны... Краем глаза смотрю на инструмент, лежащий на полу. Тьма тонкими нитями тянется к лютне. Надо было ее разбить... Времени не хватило.
   - Ты не первая, кто меня возненавидит.
   Плавно отставляю правую ногу назад и в сторону. Поворачиваю корпус вместе с мальчишкой. А затем резким движением толкаю его через левую ногу. Прямо в руки ближайшего человека. Нож бросаю в лютню. Слышу предсмертный всхлип струн. Механическое повреждение мешает доформироваться проклятию. Освобожденная сила уходит в пространство... Успеваю повернуться спиной и рывком бросаюсь в проход между столами. Звуковая волна ударяет по помещению.
   Людей разбрасывает как кегли. Особенно не везет тем, кто стоял ближе всех. Глухота обеспечена. Остальные отделаются легкой контузией. Меня спасает защита. Приподнимаюсь на руках, подтягиваю колено к груди и рывком поднимаюсь на ноги. Спиной чую, что Дана формирует новый удар. Бросаюсь не к двери, а к окну. Прыжок на стол. Два шага. Стекло. Ныряю в него рыбкой, прикрывая руками лицо. Хорошо, что здесь невысоко.
   Приземление довольно жесткое, но успеваю сгруппироваться и кувыркнуться. Оглядываюсь в поисках коня. Серый приплясывает у коновязи и сразу же трусит ко мне. Внутри трактира раздается грохот. Входную дверь срывает с петель, а мостовая подо мной вздрагивает. Пора убираться из этого гостеприимного города.
   Взлетаю в седло и даю жеребцу шпоры. Он возмущенно всхрапывает и несется со всех ног в сторону ворот, через которые мы проехали. Вслед нам летит волна Тьмы. Жуткий вой ударяет по ушам. Пригибаюсь к шее коня. Тот шарахается в сторону ближайшего дома, но темп не сбавляет, даже ускоряется. Хорошо. Растягиваю защиту на него. Главное - вырваться из города. В лесу или поле Дана потеряет преимущество. Вот только она тоже это понимает...
   В домах зажигается свет. Люди выглядывают из окон или дверей, но не торопятся выскочить под копыта. А вот стража сноровисто перехватывает алебарды и готовится защищать закрытые ворота. Вот тварь. Заранее все продумала.
   С губ срывается глухой рык. Не глядя, нащупываю в сумке зелье и швыряю за спину. Второй флакон летит под ноги страже. Поднимаю коня на дыбы, разворачивая на радиальную улицу, идущую вдоль городской стены. Выходов всегда больше одного. Осталось лишь его найти.
   Серый снова мучится по мостовой. А на центральной улице раздаются крики. Мои зелья - не полноценная синька, но изменять окружающее пространство вполне способны. Жаль, ненадолго. Сейчас посреди города стремительно разрастаются болота. А ворота и стражников спеленают дикие лианы. Паника среди жителей не даст княгине взять их под контроль. Преодолеть базовые инстинкты сложнее всего. К тому же в хаосе проще потеряться.
   Следующие четверть часа мы мечемся по сплетениям улиц, оставляя то тут, то там небольшие сюрпризы. Где-то в городе начинает звучать набат. Сейчас встанут даже те, кто может похвастаться самым здоровым и глубоким сном. Останавливаю жеребца в одном из проулков, чтобы сориентироваться. Мы оба тяжело дышим. На соседних улицах слышны крики и топот ног.
   - Пожар! Пожар!
   - Демоны! На нас напали демоны!..
   - Конец света! Начался конец света! Мы все умрем!
   - Всеблагая мать защити!
   Как мало нужно людям, чтобы обратиться к богам. А ведь мы даже не демоны... Всего лишь две ведьмы, не сумевшие прийти к соглашению. Качаю головой. Пожалуй, не зря в нашем мире существует Юта. Имей истинные такую же свободу как и здесь, давно уничтожили бы материк.
   Осторожно трогаю поводья и направляю коня узкой улочкой дальше. Не стоит торопиться. Нужно лишь тихо и по возможности незаметно покинуть город. И не спровоцировать толпу. Впрочем, ее можно направить и по своему усмотрению...
   Неожиданно по городу словно проходит вихрь. Точнее сильный порыв ветра, мгновенно стирающий следы Тьмы.
   - Вот только этого не хватало...
   Выезжаю на улицу параллельную центральной, набросив на голову капюшон. И всей кожей ощущаю легкое покалывание. Откуда-то сверху на город льется призрачный свет. Более яркий чем лунный. Холодный и чистый. Рожденный истинным светлым.
   - Покайтесь, грешники, - вкрадчивый голос разносится по улицам. Он звучит негромко, но слышен всюду, будто говорящий стоит прямо за спиной. - Или вы забыли о заветах богов?
   Прикрываю глаза. Рован. Чтоб ему провалиться. Ну как же все не вовремя...
  
   Глава 5
  
   - ...Вы погрязли в разврате. Золото затмило ваш разум. Мораль исчезла. Как вы могли допустить такое?..
   По коже пробегают мурашки. Даже мне хочется пригнуться и склонить голову. Что говорить о людях? На смену внезапной тишине приходят звуки рыданий. Причитаний. Молитв. Страх сменяется раскаянием.
   Стискиваю зубы. Все мои старания напрасны. Светлые отлично умеют пробуждать чувство вины и манипулировать им. А вина чересчур разрушительна и направлена на самого человека. Разъедает его изнутри. Темным после такого воздействия долго не за что зацепиться.
   Спрыгиваю на мостовую. Глажу приплясывающего коня по морде. Свет для него чужд и незнаком. Непривычен. Зверю сложно принять его. Беру повод и веду Серого за собой. Нужно добраться до проклятых ворот и покинуть город. Дана вряд ли спустит Ровану вмешательство, а если они начнут разборки...
   - Далеко собралась, дорогая? - голос ведьмы заставляет замереть на месте. Стоило вспомнить...
   Чуть поворачиваю голову. Краем глаза вижу знакомый силуэт за спиной.
   - Подальше отсюда. Не люблю проповеди.
   - А мне казалось, тебе следует послушать парочку... - ласковый тон едва не заставляет пламя сорваться с ладоней. Светлый, чтоб его...
   Рован выступает из переулка напротив нас. Люди продолжают рыдать и каяться. Семена вины уже посеяны. Наблюдение им не нужно. Только время. Которое истинный может уделить нам.
   - Предпочту другого проповедника, - растягиваю губы в улыбке.
   Рукой осторожно перебираю зелья в сумке, перекинутой через плечо. Запасы подходят к концу. Если так дальше продолжится, скоро отбиваться придется чистой магией. Совершенно бесполезной против носителей Абсолюта.
   - Видишь, Рован, тебе не рады. Убирайся, а мы здесь по-женски разберемся.
   Княгиня подходит ближе ко мне, одновременно чуть выступая вперед. Она зла. Ее аура тяжела и осязаема. Тьма ложится вокруг хозяйки плотным плащом. Пока ее сдерживают, но долго это не продлится.
   - Боюсь, моя радость, ничего не выйдет, - маг направляется навстречу собеседнице. На меня он даже не смотрит. - Афистелия нужна светлому Совету. А меня попросили доставить ее живой и, по возможности, здоровой.
   - Мне жаль, мой хороший, но я не могу отпустить ее. Мои сестры тоже хотят увидеть Афию. И их желания кажутся мне намного важнее интересов твоего Совета лицемеров...
   Дана останавливается в полуметре от своего противника по Абсолюту. Воздух между ними еле заметно подрагивает. Плохой знак. Осторожно трогаю повод и начинаю медленно, очень медленно двигаться вперед по улице. Жеребец послушно и едва ли не на цыпочках трусит следом.
   - Ты же понимаешь, что я не могу согласиться и отдать ее тебе, - краем глаза вижу, как светлый делает последний шаг и становится вплотную к ведьме. Та запрокидывает голову. Их лица оказываются в опасной близости друг от друга. Кому-то может показаться, что мужчина и женщина флиртуют прямо посреди улицы, но я знаю, чем заканчиваются такие игры...
   - Ты не оставляешь мне выбора, милый...
   Дана проводит пальцами вдоль щеки мага, словно желает приласкать. Тот наблюдает за ее движением будто зачарованный. А в следующую секунду призрачный свет меркнет...
   Останавливаюсь и сжимаю повод. Конь послушно замирает, тыкаясь мордой мне в плечо. Вокруг воцаряется первозданная Тьма. Ничего не видно. Где-то рядом раздаются глухие звуки нескончаемых рыданий. Восприятие искажается. Закрываю глаза. Все равно зрение сейчас бесполезно. Слушаю. Дыхание становится чересчур громким. Ему вторит стук сердца. Почти оглушает. Стискиваю свободную руку так, что ногти глубоко входят в ладонь. Боль отрезвляет. Но ненадолго. Кажется, что мир вращается. А мостовая под ногами идет волнами. Искажение звукового восприятия и побочные эффекты во всей красе... Главное - не поддаваться. Дышать. И не шевелиться. Ни в коем случае не шевелиться. Любое движение приведет к еще большим искажениям.
   Неожиданно по ушам ударяет пронзительный звук лопнувшей струны. Невольно вздрагиваю. Серый испуганно всхрапывает и трясет мордой. Трется о мою спину. Открываю глаза. После глухой темноты, вокруг довольно светло. Хотя улицу озаряет лишь свет звезд и тонкого месяца. Оглядываюсь. Истинных нет. И это еще ничего не значит. Подхожу к стремени, чтобы забраться в седло, и тут где-то над городом гремит гром. Точнее кажется, что это гром...
   Ему вторит короткая и яркая вспышка. Затем снова гром. Вспышка. Некоторое время они чередуются. Мечутся по небу. То приближаются, то удаляются. Стою на месте и глажу коня. Спешить нельзя. Велик риск попасть в самый эпицентр магической бури. Вряд ли моя защита выдержит.
   Одна из молний попадает в крышу ближайшего дома. На мостовую сыпется черепица. Раздаются испуганные крики людей. Взлетаю в седло. Сейчас начнется паника и давка. А в такой ситуации лучше быть выше толпы. Иначе затопчут и не заметят. Трогаю бока коня пятками и посылаю вперед. Он легкой рысцой направляется прямо по улице.
   Гром гремит где-то совсем близко. Ему вторит завывающий ветер. Волоски на теле встают дыбом. Магическое поле бурлит от количества энергии. Плохо... Еще одна молния ударяет в шпиль ратуши. Яркая вспышка озаряет небо бледно-лиловым цветом. Крики становятся громче. Кто-то вылетает из переулка прямо под копыта Серого. Жеребец во время шарахается в сторону. Человек с воплем бежит прочь в противоположную сторону.
   Подстегиваю коня. Он переходит на рысь. Мы быстро пролетаем мимо нескольких домов, а затем с неба прямо перед нами падает пламя. Светлое. Яркое настолько, что режет даже зажмуренные глаза. Оно растекается поперек улицы. Захватывает стены домов. Не сжигает, но и не опадает. Люди выбегают на улицу, сразу же образуя бесконтрольную толпу.
   - Чтоб ты сдох, Рован!
   Разворачиваю Серого в другую сторону и возвращаюсь к ближайшему переулку, чтобы проехать на центральную улицу. Глаза слезятся, лицо становится мокрым. Вытираю рукавом. Время уходит. Нужно выбираться быстрее. Жаль, что ведьмина тропа второй раз не откроется. Сейчас бы пригодилась.
   В небесах разыгрывается настоящее светопреставление. Темные молнии, плохо видимые на фоне неба, также поражают здания. В городе воцаряется паника еще сильнее той, что устроила я. Люди высыпают из домов на улицы. Кто-то бежит к храму Матери, расположенному на центральной площади, надеясь найти там защиту. Кто-то устремляется к воротам. Кто-то голосит и рыдает от ужаса. Кто-то ищет родных, выкрикивая имена. Обычная какофония, но сейчас она тщательно контролируется. Это сложно уловить сразу, но спустя пару минут я начинаю слышать мелодию. Рваную. Грубую. Жестокую. Дана играет на людях. И никакие инструменты ей не нужны...
   Выскакиваю на площадь. Здесь хотя бы можно развернуться. Часть толпы рвется в храм, двери которого распахнуты настежь. Жрецы сегодня соберут хорошие пожертвования. У дверей потрепанной таверны идет драка. Краем глаза замечаю знакомый силуэт прислужника Даны. Мальчишка валяется на мостовой с проломленным черепом. Кто и когда его убил? Неважно. Трогаю поводья и медленно продвигаюсь дальше. Нужно добраться до ворот.
   Выбраться с площади удается не сразу. Толпа ломится сюда со всех улиц. Несколько раз меня пытаются стащить с коня. Отвечаю пинками. Серый кусается и лягается всеми четырьмя. Ставлю вокруг нас максимально возможный щит. Сейчас он полезнее любых атакующих заклинаний. Толпа немного раздается в стороны. Людей словно отбрасывает от нас. Учитывая давку, скорее отталкивает. Или даже выдавливает. Мы медленно продвигаемся вперед и ныряем в ближайший переулок.
   Перевожу дыхание. Напряжение в воздухе и магическом поле нарастает. Удары по зданиям становятся все чаще, а небо постоянно подсвечивают разноцветные вспышки. Где сами истинные - неизвестно. Жаль, что в своих разборках они не забыли про город. Давка и паника мешают мне выбраться. На что оба носителя Абсолюта и рассчитывают. Стискиваю зубы. Ну уж нет... Я не буду покорно ждать, пока все закончится.
   Мы с Серым плутаем переулками. Замечаем отряд всадников. Судя по положению охранников, в центре едет кто-то знатный и обличенный властью. Управитель решил покинуть город? То, что нужно. Пристраиваюсь на отдалении следом за ними. Пара стражников оборачивается, демонстрируя мечи, но заметив, что я не приближаюсь, они успокаиваются. Мне не нужно подходить близко. Хватит того, что управителю откроют ворота. Магическое животное успеет выскочить.
   Краем глаза замечаю других счастливых обладателей лошадей. Они также пристраиваются в хвост отряда. Который замечают и обычные горожане, не имеющие возможности сбежать столь легко. Они бросаются к всадникам, что-то кричат о помощи. Просят защиты. Взывают к милосердию. Бесполезно. Не здесь. И не сейчас. Охрана подстегивает коней, безжалостно расталкивая толпу. Сверкают мечи. Льется кровь...
   Подстегиваю Серого, чтобы не потерять кавалькаду из виду. А вокруг становится только хуже. Ветер срывает капюшон с головы. Над крышами начинают метаться едва оформленные тени - осколки Тьмы. Светлые отблески заметны все реже. Если Рован проиграет, Дана сотрет город в порошок. Впрочем, если победит светлый, вовсе не значит, что он всех спасет. Слишком много магии выплеснулось в местное магическое поле. И оно, неспособное ее усвоить, напрямую отдало миру. Не удивлюсь, если начнется ураган. Или гроза с градом. Или землетрясение. Когда сражаются истинные - все возможно.
   Неожиданно мы вылетаем к воротам. Перед ними несколько трупов - счастливчики, добравшиеся сюда первыми. Один стражник ранен. Остальные выглядят потрепанными, но живы. При виде приближающихся всадников, они радостно оживляются. Кольцо стражи размыкается, выпуская кого-то в богатых одеждах.
   - Открыть ворота! - кричит человек, стараясь перекрыть шум ветра.
   Стискивая поводья и глажу шею жеребца. Сейчас. Сейчас мы вырвемся отсюда. Серый неуверенно переступает с ноги на ногу. Шевелит ушами, будто прислушивается к чему-то. Он явно не разделяет мои надежды.
   Стражники бросаются к воротам, но стоит им прикоснуться к створкам, как в них ударяет ядовито-зеленая молния. Люди беззвучно падают на мостовую.
   - Мать вашу!
   Добавляю еще парочку выражений покрепче. Присматриваюсь к воротам магическим зрением. Из-за переизбытка магии, ничего нельзя разобрать. Но все же удается различить едва заметную канву чар. Это не Дана. Кто-то еще постарался, чтобы ловушка для меня захлопнулась. Проклятье!
   Серый уже приплясывает на месте и коротко всхрапывает. Косит глазом на меня. Словно предупреждает.
   - Что такое, мой хороший?
   Нагибаюсь к шее коня, чтобы успокоить. Глажу. Наблюдаю, как еще парочка смельчаков пытается открыть ворота. Эффект тот же. Те, кто ехали следом, разворачивают коней и уезжают прочь. Вряд ли им повезет с другими воротами. Ведьмы ошибок не допускают.
   Оставшиеся в живых собираются в кружок и начинают активно что-то обсуждать. Наверняка из города есть еще выходы. Неофициальные. Будет чудесно, если управитель решит воспользоваться одним из них. Можно отправиться следом. Или прямо предложить свои услуги.
   Трогаю поводья, чтобы подъехать ближе, но Серый неожиданно взвивается на дыбы с истошным ржанием. А затем гремит взрыв...
  
   Глава 6
  
   Сознание возвращается медленно. Голова гудит. Тело ощущается слабо. На губах привкус крови и пыли. Дышать тяжело. Приподнимаю голову. С волос сыпется каменная крошка. Лежу на животе. Видимо взрывной волной меня выбило из седла и кувыркнуло в воздухе. Приложило знатно. При попытке приподняться на руках левую простреливает резкая боль. Морщусь. Аккуратно перекатываюсь на правый бок. Ложусь на спину. Дышу.
   Вокруг темно и тихо. Как на кладбище. Звезд не видно. Месяц тоже. Впрочем, разноцветные огни и гром тоже не заметны. Буря прорвалась взрывом. От города вряд ли что-то осталось. От его жителей тем более... Магическое поле еще нестабильно. Бурлит. Определить через него что-то невозможно. Сколько я была без сознания? Пару часов? Рассвет пока не начался. Нужно понять, в каком состоянии тело и постараться убраться отсюда поскорее. Истинные от взрыва пострадали меньше всего. Наверняка скоро появятся.
   Осторожно сажусь. Стиснув зубы, ощупываю левое плечо. Судя по положению - вывих. Прекрасно. На ощупь нахожу рядом щепку потолще и сую в рот. После чего вправляю кость на место. От боли в глазах темнеет еще больше. Ничего. Добавляю немного силы. Простенькое заклинание и дурнота отступает. Проверяю ноги. Кажется, целы. Сумка с зельями так и висит на плече. Хорошо. С содержимым разберемся потом.
   - Афия... - ласковый голос проносится над руинами, заставляя меня напрячься и замереть. Твою ж мать... - Афия...
   Тучи неожиданно расходятся, пропуская неестественно яркий свет месяца. Моргаю, привыкая к нему, и изучаю открывшуюся картину. Да, город больше не существует. Большинство домов превратились в пыль и щепки. Часть - самые крупные и прочные, сохранили остовы. Кое-где заметны фрагменты стен. Виден храм, купол которого обрушился внутрь. Чуть дальше можно разглядеть останки ратуши. Прятаться особенно негде. Жаль...
   Тихонько на четвереньках отползаю в сторону к куску уцелевшей стены. Прижимаюсь к кладке спиной. Больная рука онемела. Шевелить можно, но чувствительность утеряна. Потом восстановится, а колдовать и убивать я могу и одной. Подтягиваю колени к груди и спускаю с пальцев зов. Надежда на то, что Серый уцелел - призрачна, но чудо сейчас не помешало бы.
   - Афия... Где ты? - вкрадчивый, нежный голос ввинчивается в виски. По коже пробегают мурашки. Ведьму не видно, но она где-то рядом и не успокоится, пока не найдет меня. - Выходи... Я могу помочь тебе...
   Вот прям разбежалась и вышла. Стискиваю зубы. Отклик не приходит. Конь либо мертв, либо слишком далеко. Взрыв мог его дезориентировать и заставить убежать. Не могу его за это осуждать. Если выжил, вернется. А если нет... Медленно выдыхаю. На своих двоих я далеко не уйду. Долго прятаться от Даны тоже не выйдет.
   - Афия... - в голосе появляются укоряющие нотки. - Я же все равно найду тебя...
   От снисходительно-ласкового тона меня передергивает. Прямо мать, зовущая неразумное дитя. И самое ужасное - появляется непреодолимое желание выйти и покаяться. Вот она - сила истинных. До этого момента княгиня лишь играла, а теперь после устроенного погрома развернулась в полную мощь.
   Закрываю глаза. Обнимаю колени. Вжимаюсь спиной в стену. Меня нет. Только камень. Глухой камень, неспособный чувствовать. И сожалеть. И раскаиваться. И двигаться уж тоже заодно.
   - Афия...
   Голос забирается под кожу. Отдает болью в зубах. Или это запоздалый откат от удара? Неважно. Я - камень. Бесчувственный булыжник. Меня не существует.
   - Афия...
   Внутренности завязываются узлом. Хочется вскочить и бежать прочь отсюда. От кладбищенской тишины, посреди которой нежный голос кажется смертельной угрозой. Дышу. Медленно и ровно дышу. Лоб покрывается холодным потом. Ладони тоже. Давно я не сталкивалась с проявлением магии истинных. Забыла, как это бывает.
   - Афия...
   Меня будто окатывает кипятком. Сжимаюсь в комок. Нельзя. Отвечать нельзя. Она только этого и ждет. Заманивает. Тварь. Если бы знала, где искать, уже подошла бы. Нет. Ведьма хочет поиграть. Вынудить меня саму прийти к ней. Нельзя.
   - Афия...
   Дыхание со свистом срывается с губ. Кровь стучит в висках так, что я не сразу различаю шорох где-то рядом. Распахиваю глаза. Оглядываюсь. Над руинами стелется туман. Откуда и когда он появился? В призрачном свете на фоне храма заметен силуэт княгини. Она будто плывет, придерживая длинные юбки. Прическа рассыпалась, и волосы спускаются по плечам до поясницы. В свете месяца они кажутся светлыми.
   Замираю, чтобы лишним движением не привлечь ее внимание. Шорох раздается снова. Чуть поворачиваю голову вправо. Куча каменной крошки в нескольких метрах от меня подозрительно шевелится. Словно кто-то желает выбраться наружу. Чудесно. Только этого не хватало. Здоровой рукой нащупываю нож за голенищем сапога. Лишним не будет. Перевожу настороженный взгляд на ведьму.
   Она замирает, запрокинув голову к небу. Медленно раскачивается вперед-назад. Над разрушенным городом разносится едва различимый напев. Уловить смысл и тональность пока сложно. Шорох становится громче и ненадолго заглушает мотив, показавшийся смутно знакомым.
   Перевожу взгляд на более близкую угрозу. Из-под завала выбирается Рован. Пыль облепляет его с головы до пят. Светлый похож на восставшего мертвеца. Однако пара движений возвращают ему приличный внешний вид. Он оглядывает руины и ожидаемо натыкается взглядом на меня.
   Несколько секунд мы молча разглядываем друг друга. Я собираю осколки защиты и формирую новую, заодно прикидываю, какие зелья теоретически могут сработать против носителя Света. Затем истинный неожиданно подмигивает. Отворачивается и направляется прямо к княгине, голос которой становится громче.
   - Дорогая, ты ничего не забыла? - он встает так, что Дана вряд ли заметит меня, если уделит ему внимание.
   Что ж... Неожиданно. Но спасибо. Конечно, Рован про меня не забудет. Но разборки явно оставил на потом. Княгиня для него важнее. А у меня есть время, чтобы убраться отсюда. Хотя бы попробовать.
   - О тебе, милый, я никогда не забуду... - ведьма разворачивается к магу, но начатая ею мелодия продолжает звучать. Она становится четче, теперь уже можно угадать ритм. От которого волоски на шее начинают шевелиться.
   - Продолжим?
   Голоса истинных звучат четко и ясно, хотя нас разделяет приличное расстояние. Музыка лишь оттеняет их диалог. Как в хорошо поставленной пьесе. По коже снова пробегают мурашки. Встаю на четвереньки и быстренько начинаю отползать к краю стены. Преграда лишней не будет.
   - Прости, но у меня нет времени на игры...
   Раздается громкий щелчок. По воздуху проходит волна, вызывающая ряд разрушений. Прижимаюсь к земле, затыкая уши. За стеной я спрятаться так и не успела. Зато отлично вижу, что происходит.
   Дана отмахивается от партнера по Юте как от надоедливой мухи. Волной его сносит прочь. Несколько раз кувыркает в воздухе, провозит по земле среди обломков и оставляет лежать в пыли. Однако... Княгиня явно не в духе. И решила идти до конца, раз использует подобную мощь. Интересно, что же ей пообещали за мою поимку? Или голову?
   Ритм между тем становится все громче. Четче. Жестче. В мелодию постепенно вплетаются слова. Я узнаю их. И замираю, еще сильнее вжимаясь в землю.
   - Все кончается, мой друг,
   Разрывают кольца рук
   Свитые в тугую плеть
   Боль и сказка, свет и смерть...
   Пляска мертвецов. Если живые поддаются обаянию ведьмы не полностью, то мертвые послушны точно куклы. Вокруг начинается шевеление. Будто земля бурлит. Хотя на самом деле - это мертвецы, готовящиеся восстать по зову хозяйки. Еще одна причина, почему она выбрала город. Изначально предполагала, что все повернется именно так. Теперь в ее распоряжении пара тысяч мертвецов. И они очень быстро меня найдут. Вот не было печали...
   - Не грусти, не плачь, не бойся.
   Это просто проблеск солнца
   В темных путах наших снов,
   В ржавчине оков...
   Медленно выдыхаю. Спокойно. Нужно просто подумать. Как спрятаться от мертвых? Только с помощью смерти. Что там говорила Лидия? Я удерживала ее душу своей ненавистью? А если болью? Я ведь многих убила. А души убитых людей всегда привязаны к убийце. Нужно лишь суметь с ними управиться. Ничего подобного я никогда не делала, но попробовать стоит.
   - Все кончается, мой друг,
   Это наш последний круг.
   Не ищи судьбы своей
   В бледных призраках вещей...
   Слушаю все более четкую музыку и тянусь к своим мертвецам. Я помню их лица. Спасибо снам. Звать несложно. С именами вышло бы еще проще, но столько я не запомню. Поэтому просто тянусь за образами. Сначала в ответ доносится лишь тишина. Они не хотят приходить без причины. Значит, дадим повод.
   "Поможете мне и получите свободу. Все. Уйдете за грань. В Посмертие".
   Люди этого мира верят в то, что после смерти обретут лучшую жизнь. Что ж... Иногда их вера полезна. Стоит озвучить условие, и образы обретают вес. Призраки один за другим становятся вокруг меня, формируя полог. Если повезет, они отведут глаза другим мертвецам. Если очень повезет, спрячут от Даны. След от ее магии снова заставляет магическое поле бурлить, поэтому мое вмешательство остается незамеченным. Уже неплохо.
   Снова сажусь, более осмысленным взглядом рассматривая получившийся купол. Прозрачный. С легким серебристым сиянием. Кое-где на нем проступают и вновь исчезают лица. Неплохо. Главное, чтобы сработало.
   Песня тем временем подходит к концу:
   - Это просто лунный свет,
   Никакой защиты нет,
   В сердце - пламенный рубец,
   Ты уже мертвец.
   С последним словом в темноте, разбиваемой лишь неестественным светом месяца, зажигаются бледно-зеленые огни. Тысячи огней. Словно вокруг появилось множество светлячков. А затем все они поднимаются над землей. Мертвецы со светящимися глазами.
   Сглатываю и замираю. Что будет дальше?
  
   Глава 7
  
   Несколько минут ничего не происходит. Тишина взвинчивает напряжение до предела. Я слышу шум крови. А пульс гремит так, что странно, как меня еще не обнаружили. Дана оглядывает свое воинство и щелкает пальцами.
   Звук громом разносится над руинами, отдаваясь болью в ушах. Мертвецы вздрагивают и начинают оглядываться. Замираю, стараясь занять как можно меньше места. Зомби, конечно, можно упокоить второй раз, но эти слишком свежие. Мышцы и кости на месте, пусть у некоторых не хватает конечностей или свисают отдельные органы, но они куда бодрее древних развалин. К тому же их количество превосходит все мои возможности. Задавят массой.
   Остатки городской стены манят своей близостью. До них всего-то ничего. Метров десять-пятнадцать. И десяток вооруженных зомби. В кольчугах. Конечно, их можно превратить в горящие факелы... И выдать себя с головой. Зелья против нежити я не готовила. Точнее парочка есть, но исключительно для ослабления. Все же огонь - лучшее средство, а с ним как-то проблем не возникало. Кто же знал, что так получится...
   Перевожу дыхание. Мертвецы ходят рядом. Тыкаются в стены, но пока не додумываются ощупать каждый метр. А полог все же работает, создавая вокруг меня визуальные искажения. Надолго ли его хватит? И когда ведьма догадается, что что-то не так? И как мне отсюда выбраться за оставшееся время?
   Аккуратно перемещаюсь в сторону ворот. Граница полога остается на месте. Ясно. Двигаться вместе с ним не выйдет. Ожидаемо, но все равно неприятно. Попытаться проскочить с эффектом неожиданности? На ощупь перебираю зелья в сумке. Хорошо, что у каждого вида своя форма склянок. Иначе уже давно запуталась бы. Впрочем, запасов осталось немного. Скоро выбирать вообще не придется.
   Прежде чем я успеваю продумать план побега, над городом снова разносится мелодия. Будто кто-то нежно перебирает струны лиры. У лютни все же совсем иной звук. Поворачиваю голову, отыскивая источник. Рован. Вот неугомонный.
   Он стоит там же, куда приземлился благодаря Дане. Трогает струны, будто впервые видит инструмент. Но, судя по звукам, вполне умеет на нем играть. Что он задумал?
   - Все не успокоишься? - спрашивает княгиня.
   Говорить ей сложно. Голос звучит напряженно. Большая часть силы уходит на контроль зомби. Светлый не отвечает. Он сосредоточенно выводит мелодию. Незнакомую. Легкую. Очень простую. Но невероятно привязчивую.
   Зомби замирают и начинают топтаться на месте, раскачиваясь в такт музыке. Носитель Света, умеющий контролировать мертвых? Что-то новенькое. Всегда считалось, что смерть и боль - удел темных. А тут такие неожиданности...
   - Прекрати! - рычит Дана.
   Зомби начинают рвано шевелиться, будто марионетки, которыми управляет неумелый кукловод. А музыка звучит громче, набирает силу. Огонь в глазах мертвых гаснет и зажигается вновь. Ночь наполняется странным мерцанием, от которого болят глаза. Морщусь, но продолжаю наблюдать. В магическом поле также наблюдаются перемены. Оно успокаивается. Хотя выпущенная сила должна породить долгие завихрения. Складывается впечатление, что кто-то собирает растраченную энергию.
   Перевожу взгляд на Рована. Какой интересный экземпляр светлого мне попался. Столько особенностей. Если приглядеться, можно заметить, как вокруг него закручивается спираль. Сила плавно перетекает в мага, прямо на глазах превращаясь в нужный ему спектр.
   Княгиня тоже замечает его подпитку и издает еще один злобный рык. А затем мертвецы начинают оседать на землю, лишаясь поддержки магией. На мгновение я даже решаю, что Дана отступит, но не тут-то было... Вместо свежих трупов рядом со мной падают лишь кости в одежде. Остатки жизненной энергии снова вызывают бурю в магическом поле, но она быстро утихает, а освобожденная сила тянется к хозяйке мертвых.
   Поднимаю на нее взгляд. От прежней красоты не осталось и следа. Теперь ведьма выглядит именно так, как и должна. Баньши. Певица смерти. Белые волосы. Пергаментная кожа. Туго обтянутые кости. Платье саваном развивается вокруг фигуры. Темная запрокидывает голову к небу и издает душераздирающий вопль, быстро переходящий в ультразвук.
   Падаю на землю, подтянув колени к груди и зажимая уши руками. Купол дрожит. Лица на его поверхности искажаются от боли. Души пытаются удержать защиту, но не в их силах противиться воле истинной. Серебристая пленка лопается, опадая вокруг мелкими искрами.
   Вой затихает. Его сменяет оглушительная тишина. Или меня контузило? Шевелиться не спешу. Только дышу, пытаясь прийти в себя после удара. Перед глазами плавают разноцветные круги. Голову словно охватило огненное кольцо. Боль раздирает лоб, виски и затылок. Ужасно ноют зубы. Кажется, я сжала их слишком сильно.
   Когда сознание немного проясняется, приподнимаюсь на локте, чтобы оглядеться. О бегстве речь уже не идет. Приваливаюсь к стене, сидеть ровно самостоятельно не выходит. Моих сил едва хватает на личную защиту. Выжить бы. Бросаю короткий взгляд на небо. На востоке все также темно. Эта ночь тянется бесконечно. Кажется, что рассвет не наступит никогда.
   Истинные стоят напротив друг друга посреди руин и останков тел. Вокруг каждого закручивается спираль. Свет против Тьмы. Смерть против жизни. Дану окружают души погибших горожан. Рован спрятался за незнакомым мне щитом и продолжает играть. Мелодия неуловимо меняется. Остается такой же простой и завораживающей, но основной мотив уже иной. Словно он зовет кого-то... Или прощается?
   - Над болотом туман, 
   Волчий вой заметает следы.
   Я бы думал, что пьян - 
   Так испил лишь студеной воды...
   Странно, но музыка находит отклик где-то в глубине души. Задевает что-то забытое. Давно утерянное. Заставляет проснуться...
   - Как же ты мне надоел!
   Княгиня взмахивает руками, и сотни душ устремляются к магу. Какое-то время их сдерживает щит. Они наслаиваются на него. Вцепляются острыми пальцами-когтями. Темные призраки всегда быстро изменяются. Щит прогибается. По нему бегут трещины. А затем он лопается с громким звоном. Светлого сносит мощным ударом...
   ...А музыка продолжает звучать.
   - ...Из кувшина, что ты мне подала,
   Провожая в дорогу,
   Из которой я никогда не вернусь,
   Жди - не жди, никогда не вернусь...
   Почему мне так больно ее слышать? Почему грудь сдавливает тисками? Почему внутри все горит и сжимается?
   Рован снова валяется в пыли. Часть душ он уничтожил или отправил за грань. Не знаю точно. Истинный шевелится и подтягивает руки, пытается приподняться. Дана нещадно обрывает его попытки новым ударом и продолжает бить снова и снова. Вымещает на нем злость. Вот только за что?
   - ...Словно раненый зверь,
   Я бесшумно пройду по струне.
   Я не стою, поверь,
   Чтоб ты слезы лила обо мне...
   Баллада о павшем воине. Я не сразу узнаю ее. Забыла за столько лет. А ведь когда-то мы пели ее. Ночью. У костра. Песня считается негласным гимном боевых магов. Поется в память о невернувшихся домой. Почему он начал играть именно ее?
   - ...Чтоб ты шла по следам моей крови во тьме - 
   По бруснике во мхе,
   До ворот, за которыми холод и мгла, - 
   Ты не знаешь, там холод и мгла...
   Светлый даже не пытается защищаться. Лишь принимает удары. Кувыркается в пыли. Врезается в обломки стен. От его наряда остаются ошметки. По лицу течет кровь. Но когда у ведьмы кончается запал, он упрямо пытается соскрести себя с земли.
   - Не вставай... - бормочу себе под нос, качая головой. - Не вставай...
   Я знаю, что носителей Абсолюта сложно убить. Знаю, что Рован еще далеко не на последнем издыхании. Знаю, что если они продолжат, от города останется только память. И от меня тоже...
   - Не вставай, не вставай, не вставай!
   И, конечно, этот светлый упертый осел поднимается на ноги.
   Закрываю глаза. Я и по отголоскам в магическом поле могу представить, что происходит. Маг наносит ответный удар. Раздается глухой звук. Кажется, теперь приложило Дану. Она огрызается чем-то грохочуще-грубым. Пытается разорвать ритм Рована. Не выходит.
   - Ты однажды вдохнешь
   Терпкий ладан осенней луны,
   В сердце сдвинется нож,
   Боль поднимется из глубины...
   Боль. Да. Она разрывает меня на части. Перед глазами встает лицо Олежа. То утро, когда он ушел. Чашка сваренного мною кофе. Почему? Почему сейчас?
   - Неужели ты ждешь воплощение беды,
   Духа сумрачной стали,
   Чтобы снова дать мне напиться воды,
   Этой пьяной хрустальной воды?
   До меня, наконец, доходит, что делает светлый. Он не певец как ведьма, его сила не в голосе и не в музыке. Она в игре. В способности перевоплощаться. Внушать зрителям нужные эмоции. И питаться ими. Количество неважно. Только качество.
   Не знаю, откуда он выяснил детали нашей истории. Не знаю, кто рассказал ему. Но он точно понимает, что делает. В мертвом городе маг нашел единственного свидетеля. Поэтому и не тронул меня. Ему важно победить княгиню. Он специально выбрал ту мелодию, что смогла пробудить во мне последнее светлое, что еще осталось. Едва заметный огонек во мраке. Тень прошлых чувств.
   Они рвутся наружу. Разбивают панцирь выращенной брони. Мне больно. Мне хочется кричать. И плакать. На губах появляется соленый вкус. Я думала, все давно отболело и прошло. Все кончено. И назад никогда не вернуться. Но оказалось, достаточно малости, чтобы я снова оказалась там. На кухне в маленькой квартирке. Юная. Наивная. Способная мечтать.
   - Что б ты сдох, Рован...
   За светлого отвечает музыка:
   - ...Но не сомкнуть кольцо седых холмов,
   И узок путь по лезвию дождя,
   И не ищи - ты не найдешь следов,
   Что Воин Вереска оставил, уходя...
   Бой истинных набирает обороты. Моя защита рассыпается слой за слоем. Боль разрывает грудь. Если я хочу выжить, остается только один выход - принять силу Ивара. Так смогу защититься. Или убраться отсюда. Вот только я не хочу быть темной.
   Неожиданно в магическом поле что-то меняется. Будто посреди бури возник островок тишины. Открываю глаза и вижу Олежа...
  
   Глава 8
  
   ...Он где-то там, по другую сторону бури. За спиной Даны. Ореховые глаза. Седина в волосах. Кожаная куртка, совсем не соответствующая эпохе и миру. Внутри что-то замирает и рассыпается на части. Сейчас он слишком похож на себя прежнего. Каким был до Посвящения. Когда стоял на ступенях резиденции светлых после суда. И взгляд... Изучающий. Сосредоточенный. Жадный.
   Он разглядывает меня, будто видит впервые. И я отвечаю тем же. Смотрю. Запоминаю каждую деталь, которую могу разглядеть. В нем что-то изменилось. Черты лица стали жестче. Неуловимо заострились. Да и осанка... Положение плеч. Сама позиция. Словно он вспомнил все уроки боевиков. Неужели?..
   Закрываю глаза. Сжимаю кулаки, чтобы ногти поглубже впились в ладони. Так не бывает. Это лишь иллюзия, навеянная магией Рована. Воспоминаниями. Забытыми чувствами. Как он мог появиться здесь? Пришел на след магических искажений? Но почему тогда так жадно смотрел на меня? Будто искал. А если искал, то как все же обнаружил?
   Снова смотрю. Светлый никуда не исчез. Но в выражении глаз появилось беспокойство. Между бровей наметилась такая знакомая складка. Раньше я любила проводить на ней пальцем, стараясь стереть тревожные мысли. Проклятая память... Как же не вовремя. Прошло всего-то секунд тридцать с момента его появления. А я никак не могу прийти в себя. Идиотка...
   Щит исчезает бесшумно. В одно мгновение на меня обрушивается ничем не сдерживаемая волна посторонней силы. Дикой. Агрессивной. Необузданной. Она вдавливает в стену, заставляя прочувствовать каждый камень в кладке. С губ срывается стон. Я пытаюсь пошевелить хотя бы пальцем, чтобы защититься, но давление слишком высоко. Еще немного, и меня просто раздавит. Сотрет в порошок. Как останки людей, что рассыпаются пылью, которую подхватывает ветер.
   Волна исчезает также внезапно, как и накатывает. Меня просто отрезает от происходящего. Плотный щит - порождение магии Света - встает непробиваемой стеной, за которой стихают звуки проклятой мелодии. Внутренности перестает жечь огнем и разрывать на части от боли. Я могу дышать. Просто дышать и слышать свое дыхание. А еще тишину... Настолько неожиданную и оглушающую, что становится ясно, насколько меня измотала музыка истинных.
   Сил нет совершенно. Рован буквально выпотрошил меня. Вытянул все, до чего смог дотянуться. Надеюсь, ему хватит. А лучше, пусть Дана его прихлопнет. В ее победу верится куда больше. Хотя появление еще одного светлого ставит ведьму в невыгодное положение. Но кто сказал, что она будет одна? Слишком уж хорошая ловушка, чтобы мне дали возможность уйти.
   Сажусь удобнее. Шевелю затекшими конечностями, от чего их начинает колоть иголками. Голова шумит. Но не столько, чтобы я забыла о происходящем. Несколько раз глубоко вдыхаю. Нахожу в сумке стимулятор. Выпиваю полный пузырек. Отбрасываю пустую склянку и нахожу глазами Олежа.
   Он стоит на том же месте, но смотрит уже не на меня, а на носителей Абсолютов. Перевожу взгляд и на мгновение забываю, как дышать... Воздух просто замирает на губах. Кровь стынет в жилах. А мышцы сковывает параличом. Волоски встают дыбом.
   Две спирали силы объединились в одну. Тонкая воронка, состоящая из чередующихся Света и Тьмы, вращается между магом и ведьмой. Магическое поле бурлит, не в состоянии переварить энергию. И она прорывается в реальный мир. Стирает останки города. Порождает вполне материальный вихрь. Скоро здесь вырастет настоящий торнадо. Но не это самое страшное...
   Юта. Вот так она и родилась когда-то. Столкновение Света и Тьмы. Совершенно чуждых друг другу, но в то же время имеющих общую природу. Две стороны одной монеты. Сейчас монету как будто расплавили, чтобы вылепить нечто новое. История повторяется.
   С трудом сглатываю, в красках представляя последствия. От вихря уже веет безумием и голодом. Пусть я не видела Юту, но слышала рассказы Олежа. Полуразумное существо, рожденное магией. Жаждущее уничтожить все вокруг. Сводящее с ума слабых магов. Неужели истинные не понимают, что творят?
   Бросаю быстрый взгляд на Рована и Дану. И вижу лишь двух безумцев, ослепленных жаждой победы. Свет и Тьма... Они не остановятся. Пока не ослабнут или не погибнут. Магическое поле Гленжа не может подпитывать магов столь интенсивно как наше. Возможно, это сыграет людям на руку. Если вихрь не получит достаточно силы, катаклизм будет не столь ужасным. Но все же... Все же будет. Жрецы получат отличный повод вопить о конце света. Вот только я до конца драки точно не доживу.
   Оборачиваюсь к боевику. Он смотрит на меня. И понимает. Прекрасно понимает, чем грозит обернуться эта битва. В его глазах мелькает сомнение. Олеж переводит взгляд с меня на растущий вихрь и обратно. Грустно усмехаюсь. Да. Его щит держится куда лучше моего, но... Рано или поздно он тоже рухнет. Искажения в магическом поле могут просто уничтожить любое оформленное заклинание, превратив его в чистую энергию. А ее высвобождение всегда сопровождается взрывом. Кажется, дожить до утра мне не суждено.
   Светлый хмурится и сжимает губы. Резко мотает головой. Приподнимаю брови в немом вопросе. Он на мгновение исчезает, но снова появляется на том же месте. Хмурится сильнее. Бросает раздраженный взгляд на усиливающуюся бурю. Правильно. Она делает невозможными перемещения внутри охваченной территории. Только ногами. Соответственно, никто другой сюда также не придет. Искажения выбросят куда-нибудь в ближайший лес. Удивительно, что Олеж успел прорваться.
   Мы снова встречаемся взглядами. Стимулятор, наконец-то, начинает действовать. Подтягиваю к себе ноги. Встаю на одно колено. Удерживаю равновесие. Коротко киваю, показывая, что вполне в состоянии двигаться. И бегать. Интересно, до городской стены меня хватит? Взгляд боевика выражает сомнение. И на мгновение меня охватывает жгучее желание ему врезать. Когда-то он тоже сомневался в моих силах. И кто в итоге убил Ивара?
   Вкладываю вопрос в ответный взгляд. Маг едва не усмехается, но сразу же становится серьезным. Кивком указывает на останки стены. Как будто я не знаю, в какую сторону драпать. Приподнимаю бровь и взглядом указываю на вихрь. Он - носитель Абсолюта. Должен что-то сделать. По крайней мере, это в его силах.
   - Останови их, - произношу одними губами, но знаю, что меня поймут.
   В ореховых глазах появляется решимость. Олеж согласно кивает и оборачивается к истинным. Взмахивает рукой. Столб света ударяет в воронку. И... возвращается назад, ударяя по собственному хозяину. Мага сносит волной и валяет в пыли. Что-то подобное я сегодня уже видела.
   Наблюдать дальше не имеет смысла. Встаю на четвереньки и бодрым темпом двигаюсь в сторону городской стены. Пусть истинные сами разбираются в своих играх. Мне тут делать нечего. Щит Олежа движется вместе со мной. Привязан к ауре, а не к месту, что уже хорошо.
   Где-то за спиной раздается грохот. Головы не поворачиваю. Только ускоряю темп, насколько вообще возможно. Бодрость от стимулятора временная. Он далеко не столь сильный, как те, что я принимала раньше. К тому же требует постоянной подпитки. Если повезет, действия хватит на час. В течение которого мне нужно выбраться за пределы зоны поражения. Еще бы знать, где она кончается... Явно не городской стеной.
   До ее останков я добираюсь быстро. Магическое поле продолжает кипеть, но вихрь больше не набирает обороты. Надеюсь, Олежу удалось его стабилизировать. Или хотя бы вообще найти возможность воздействия.
   Створки ворот выбило взрывом. Теперь они валяются посреди дороги. К ним я и направляюсь. Не перелезать же кладку, пусть и потерявшую значительно в высоте, но в ширину оставшуюся такой же. Еще и неровную. Кошусь на оплавленные и обломанные камни. Что-то мне в них не нравится.
   Мысль не успевает оформиться, а тело уже действует инстинктивно. Достаю из сапога нож и бросаю в проем. Ровно в том месте, где находились ворота, его встречает короткий зеленый всполох и отшвыривает обратно. Вот... незадача. Каким образом сохранился проклятый контур, если всю магию должно было перемолоть к демонам?
   То, что препятствие именно контур, а не локальная ловушка, выясняется в течение следующих пары минут, путем метания ножа в разные точки над останками стены. Каждый его возврат делает ситуацию все более мрачной. Перспективы сбежать становятся призрачными, а битва истинных вовсе не стихает.
   Оборачиваюсь, чтобы иметь представление о полной картине происходящего. А поменялось многое... Олеж, видимо, понял, что силой тут ничего не добьешься и воспользовался знаниями боевиков. По крайней мере лежащая в пыли Дана и Рован, баюкающий явно сломанную руку, наводят именно на такие мысли. Лютня актера исчезла.
   Сам светлый в одиночку пытается обуздать бурю. Тонкие ярко-белые жгуты образуют что-то вроде сетки вокруг вихря. Своеобразная клетка сдерживает его в пределах небольшой территории. Однако совсем не способствует уничтожению. А жаль...
   Поднимаюсь на ноги и короткими перебежками направляюсь к ведьме. Путь неблизкий, зато почти напрямик. Ветер, рожденный магической бурей, нещадно стегает по щиту. Без него, я бы вообще не встала. А так даже могу бежать. Пусть и небыстро. Нет, меня ведет отнюдь не милосердие и не забота о названной сестре. Все куда проще. Вряд ли Дана потратила весь свой резерв. Если Олеж просто оглушил ее, она быстро очнется, а это мне совсем не нужно. Поэтому стоит приложить ее еще раз для надежности и забрать оставшиеся силы. Мне пригодятся. А она и с пустым резервом не сдохнет.
   Жаль, что истинные находятся так близко к эпицентру бури. Чем ближе к ним подбираешься, тем сильнее возмущения в магическом поле. Как боевик вообще может применять магию в таких условиях? Он все еще борется с порождением Абсолютов. И даже кажется побеждает. Вот только судя по напряжению во всем теле, видимом даже со стороны, сражение дается ему тяжело. А партнер по Абсолюту не торопится помогать. Сволочь.
   К телу княгини снова подползаю на четвереньках. Рован оказывается рядом с ней. Поврежденная рука висит плетью, но он упрямо продвигается к бывшей противнице.
   - Какого тебе надо? - окидываю его взглядом, оценивая способность к драке. Выглядит светлый откровенно паршиво. Что несказанно меня радует. Но вот на счет помощи Олежу я погорячилась. В таком состоянии маг на нее просто не способен.
   - А тебе? - вяло огрызается он.
   - Помочь ближней своей.
   Дана как раз начинает шевелиться. И тут же получает от меня по затылку сдвоенным кулаком. Так надежнее.
   - Да ты само милосердие... - комментирует истинный.
   - Пошел ты...
   Указываю ему пару непечатных адресов, а сама засовываю руки под платье темной. Телесный контакт сейчас необходим. Иначе мне ее не выпить. В любом другом случае я даже не пыталась бы, но сейчас выхода особо нет.
   Чужая сила откликается вяло. Сопротивляется. Щетинится иголками. Отзывается легким гудением в ушах. Ничего. Сжимаю зубы и стискиваю плечи ведьмы. Синяки наверняка останутся. Переживет. Тяну ее Тьму на себя. Зову. Предлагаю новое вместилище. Немного поиграть. Вместе. Развеяться. Она не торопится. Не доверяет. Но все же тянется навстречу. Любопытная как кошка. Я не тороплюсь. Позволяю ей пробраться внутрь и ощутить себя хозяйкой положения. А затем резко обрываю контакт, запирая силу внутри.
   Откатываюсь в сторону от княгини. Дышу. Глубоко. Шумно. Чужая Тьма рвется наружу. Сопротивляется. Ревет от обиды. Но ее слишком мало, чтобы вырваться. Нехотя, она подчиняется. Сила наполняет ауру и источник. Заставляет кровь быстрее бежать по венам. Дышать становится легче. Мне больше не нужен чужой щит.
   Он тут же рассыпается всплеском энергии и отправляется к хозяину. Олеж на грани, если ему нужны все резервы. Ничего. Сейчас помогу. Сажусь, а затем рывком встаю на ноги. Движения рваные. Энергия переполняет, но нуждается в контроле. Трясу головой. Я слышу отголоски заклинаний Даны. Это ее контур держит город. Он отзывается целой симфонией. Спокойной и размеренной. Невероятно сложное сочетание звуков. Как она вообще удерживала его, если потратила столько сил? А отпускать нельзя. Ели контур исчезнет, буря вырвется наружу. Плохо.
   Поднимаю взгляд на смерч, ограниченный со всех сторон. Светлый сдерживает его. И даже отрубает целые куски. Но этого мало. Нужно расплести саму канву заклинания. Тогда будет шанс, что все мы уцелеем. И даже не спровоцируем торнадо.
   - Он не справится... - неожиданно произносит Рован.
   Оборачиваюсь. Одной рукой он кое-как пристроил на плече княгиню. На лице ни следа сожалений. Только холодный расчет. И еще говорят, что темные эгоистичны.
   - Катись отсюда.
   Поворачиваюсь к нему спиной. Осталась малость - предотвратить катастрофу...
  
   Глава 9
  
   Вблизи вихрь выглядит еще более устрашающе. Нависает. Давит. Гудит, как растревоженный пчелиный рой. От шума начинает болеть голова. Не резко, а как-то фоном. Ноют виски. Затылок. Лоб. Ставлю защиту от ментального воздействия. Становится легче, но вряд ли надолго. Силы Даны в нем в избытке, а она умеет прочищать мозги.
  
   Останавливаюсь за спиной Олежа и легонько касаюсь плеча, обозначая свое присутствие. Он немного ослабляет контроль и поворачивает голову ко мне. Лицо уставшее. Взгляд напряженный. Борьба выпивает все его силы. Как же мы справимся с вихрем?
   - Где остальные?
   - Надеюсь, ушли подальше. Рован просил передать, что ты не справишься.
   Достраивать клетку бесполезно. Нужен другой путь. Разрушить структуру вихря. Понять, где спрятана основа. Пока куски, отсеченные светлым, не особенно повлияли. Смерч стал чуть меньше, но легко зарастил дыры. Как одноклеточное. Пока ядро цело, организм живет.
   - Как мило с его стороны... Ты решила погеройствовать?
   Усмехаюсь. Я уже забыла, что он может язвить. Все же с нашей последней встречи что-то изменилось. Жаль, что сейчас не время выяснять, что именно.
   - Периметр не пропускает. Дана поставила хороший барьер. Он держит бурю. Сбежать не выйдет. Кстати, как ты здесь оказался?
   Да, вопрос несвоевременный, учитывая прямую угрозу у нас перед носом, но все же...
   - Приглядывал за Рованом, - Олеж переводит взгляд на вихрь. - Как только освободился, сразу пошел следом.
   Чем же он занимался? Потом узнаю.
   - А барьер? Искажения магического поля?
   - Барьер меня пропустил, - истинный косится на меня, ожидая реакции. - А искажения действуют лишь внутри периметра, не снаружи.
   Пропустил? Барьер, поставленный темной? Светлого мага?!
   Вдыхаю и медленно выдыхаю сквозь зубы. Если подумать, вариант только один - Дана настроила его так, чтобы держать внутри лишь людей и обычных магов. Носителям Абсолюта он не помеха. То есть меня пытались таким оригинальным способом вынудить принять силу Ивара? И ведь получилось бы, не появись Олеж.
   - Чудесно, - выдавливаю, с трудом удерживаясь от нецензурной лексики.
   Значит Рован и Дана смогут спокойно уйти, а нам теперь за ними убирать? Замечательно. Просто великолепно. Когда все закончится, оттаскаю ведьму за волосы. А вот мага... Кажется, в моем списке неприязни к светлым он займет почетное второе место. Сразу за Брасияном.
   - Есть мысли на счет него? - светлый замечает мое состояние и спешит отвлечь, кивая в сторону вихря.
   - Его породила музыка. Возможно, стоит подобрать мелодию, которая войдет в резонанс с уже существующей... И тогда он самоликвидируется.
   Мысль приходит внезапно, но кажется невероятно логичной. Клин клином, как говорится. Теоретически должно сработать. Только вот в музыке я не сильна...
   - Что исполняли Дана и Рован? - боевик не спорит, видимо пришел к тем же выводам. Или считает мои достаточно логичными.
   - Ведьма - Пляску Мертвецов, а твой коллега - Балладу о павшем воине.
   Он недоверчиво косится на меня и бормочет под нос:
   - А я думал, мне показалось... - Спустя пару секунд тяжелого молчания добавляет: - Если мы уничтожим вихрь, энергия лишится контроля. Последует взрыв.
   - Скорее всего...
   Хорошо, что мы оба понимаем последствия. Вот только у него шансов выжить куда больше, чем у меня.
   - А если ее перенаправить? - неожиданно выдает Олеж.
   - Каким образом?
   Теперь моя очередь смотреть на него недоверчиво.
   - Тем, что ты и предложила. Музыка. Слова.
   - Даже если получится... Куда мы направим такое количество энергии? Озеро здесь организуем?
   Силы в вихре вполне хватит, чтобы создать локальную климатическую аномалию. Барьер как раз позволит сдержать ее в границах. Но... Что помешает ей потом разрастись?
   - Нет, можно попробовать обратить старое заклинание, - по лицу заметно, что светлый напряженно что-то обдумывает. Выглядит он уже не таким уставшим. Открылось второе дыхание? - Оборотни. Мы можем вернуть им человеческий облик.
   На пару мгновений я лишаюсь дара речи. Открываю и закрываю рот. Пытаюсь выдать хотя бы один вопрос из тех, что теснятся в голове. Одновременно давлю желание высказаться по поводу предложения. Нецензурно. Потому что приличных слов просто не остается.
   - Первые оборотни появились из боевых магов... - начинает объяснять боевик, но я перебиваю:
   - Знаю! Эскалар рассказал. Но... Ты в своем уме?! Мы не знаем, что там и как применялось! Они использовали местные травы! Какие?! Не говоря о том, что прошло столько лет! Что осталось от тех боевиков? Они давно скрестились с обычными волками и вымерли! В любом случае современные оборотни - это уже не те, кто пострадал от эксперимента! Да климатическая аномалия принесет меньше проблем!
   Он переводит на меня взгляд. Тяжелый. Спокойный. Уверенный. И внутри снова просыпается отчетливое желание ему врезать. Сломать нос. Выбить челюсть. Повалить на землю и пару раз пнуть по почкам. Или печени. Потому что этот... носитель Света уже все для себя решил. У них что, во время Посвящения мозг коллективно повреждается?
   - Афия, срок их жизни не изменился от того, что они стали животными. Я читал отчет по эксперименту и дальнейшему изучению оборотней. Здоровое потомство они заводят только с себе подобными. Кем бы не стали боевики за прошедшие годы, мы можем вернуть им нормальную жизнь. И избавить Гленж от последствий наших ошибок.
   - А кто им психику нормальную вернет?! - рявкаю в ответ. - Это же звери на двух ногах будут! Кто их будет отлавливать по лесам?!
   - Знаешь, какое количество боевиков сейчас находится в этом мире? - вкрадчиво интересуется маг.
   Все, кто есть. И еще молодняк. Которому наверняка назначили внеплановую практику. И все они дружно меня тихо ненавидят. Теоретически их хватит, чтобы переловить вчерашних монстров. Теоретически мы можем попробовать превратить монстров в магов. Или людей... Теоретически нас даже не прибьет откатом.
   Глубоко вдыхаю и выдыхаю.
   - Хорошо. Но в музыке я не разбираюсь.
   Одно дело - подвывать на шабаше или ночью у костра в компании друзей, и совсем другое - вплетать силу в слова. Не мой дар. Совершенно.
   - Зато я, кажется, немного разбираюсь... - Олеж как-то странно усмехается. А мне вспоминается его вопрос в один из тех вечеров, что мы провели вместе в моей квартире. "Я раньше играл на гитаре?" Тогда это показалось лишь еще одним штрихом к его портрету, но теперь...
   Гитара появляется в его руках прямо из воздуха. Как интересно. Значит, заклинания перемещения внутрь барьера работают. Может, переместить всех оборотней сюда? Вот только нужен критерий отбора. Пытаюсь восстановить в памяти цепочку рун на шее Эскалара. Жаль, я не видела ее целиком. Если составить нечто подобное...
   - Ты сможешь направить силу Даны? - прерывает мои мысли напарник. - Мне она не подчинится.
   - Постараюсь. Я добавлю кое-что от себя. Возможно, удастся переместить их сюда...
   Я сама не верю в то, что говорю. Но истинный сосредоточенно кивает.
   - Было бы хорошо. Начнем?
   - Это самая безумная авантюра, в которой я участвую... Добровольно.
   Киваю. Отхожу в сторону, чтобы иметь пространство для маневра, и начинаю разминать пальцы. Чары похожи на пряжу. Для их плетения необходимы руки. Во всяком случае психологически намного комфортнее, когда есть проводник.
   Олеж касается струн. В третий раз за эту бесконечную ночь звучит музыка. И впервые мне не хочется бежать прочь. Он пробует несколько аккордов. Примеряется. А затем закрывает глаза и начинает играть. Его мелодия тяжелая. Грубая. Но ритмичная. Она заставляет вихрь выгнуться дугой. Центральная часть становится толще. На мгновение в ней даже мелькает что-то похожее на лицо. Широкая горловина воронки сужается и тянет назад. Теперь смерч похож на веретено.
   Усмехаюсь и протягиваю руки ему навстречу. В лицо ударяет порывом ветра. Растрепанные волосы бьют по плечам. Сила течет через пальцы. Устремляется к нужным нитям. А где-то рядом звучит голос Олежа:
   - Волки уходят в небеса...
   Горят холодные глаза...
   Приказа верить в чудеса
   Не поступало...
   Слова ложатся на музыку. Короткие. Рубленные фразы. Вспоминается учеба. Подготовка. Команды. Резкий голос нашего куратора. Я успокаиваюсь. Посторонние мысли выметаются из головы. Остается лишь вихрь силы, которую нужно направить. Мы справимся. Я знаю.
   - И каждый день другая цель:
   То стены гор, то горы стен...
   И ждет отчаянных гостей
   Чужая стая...
   Цепочка рун четко встает перед глазами. Я вплетаю их в нити силы. Изменять проще, чем разрушать. Вихрь почти не сопротивляется. Все же он недостаточно разумен, чтобы понять смысл преображений. И хорошо. По крайней мере он перестает расти. И буря в материальном мире становится тише. Засыпает, убаюканная песней.
   - Не видят снов, не помнят слов,
   Переросли своих отцов...
   И, кажется, рука бойцов
   Колоть устала...
   Меня отрывает от земли. Концентрация силы слишком велика. Возникают искажения гравитации. Краем глаза отмечаю, что руины удаляются. И продолжаю выплетать нужный узор. У Олежа получается хорошо. Энергия тянется за мелодией. Подчиняется. Я лишь слежу, чтобы соблюдались границы. И дополняю цель. Отвлекаться на такие мелочи как высота - нет возможности.
   - Позор и слава в их крови...
   Хватает смерти и любви...
   Но сколько волка не корми,
   Ему все мало...
   Прорыв. Контур размыкается лишь на мгновение. Теперь, больше погрузившись в магию Даны, я лучше чувствую барьер. Получится ли изменить условие? Не знаю. Пока вопрос лишь в оборотнях. А они падают на землю, как переспевшие яблоки. Вихрь заметно уменьшается. На поиск и перемещение ушла львиная доля силы. Осталось немного. Последний штрих.
   - Спиной к ветру и все же...
   Вырваться может
   Чья-то душа...
   Голос Олежа доносится откуда-то со стороны. Я его не вижу. Моя работа завершена. Лишь наблюдаю, как внизу корежит тех, кто так долго носил волчью шкуру. Переживут ли они наш экспромт? Смогут ли вернуть себе разум?
   - Спасет, но не поможет...
   Чувствую кожей...
   Пропащая...
   Вихрь быстро уменьшается, растрачивая энергию. Опускаю руки. И едва успеваю поставить защиту. Земля стремительно приближается. Меня опрокидывает на спину. Левитировать в условиях утихающей магической бури невозможно. Остается лишь надеяться, что внизу не окажется какая-нибудь стена.
   Несколько секунд свободного падения. Удар. Темнота...
  
   Глава 10
  
   Прихожу в себя урывками.
   Вижу серое небо с поблекшими звездами. Неужели ночь закончилась? Не верится. Ответом приходит темнота.
   В следующий раз слышу хриплые стоны рядом. В ноздри ударяет запах свежей крови. Звери решили сожрать друг друга? Пытаюсь удержаться на краю сознания. Но снова уплываю в пустоту...
   ..Чтобы очнуться от толчка. Кто-то приподнимает меня за плечо. Черты лица расплываются перед глазами.
   - Жива...
   Смутно знакомый голос. Пытаюсь отвернуться и оттолкнуть чужую руку. Не выходит. Меня буквально берут за шиворот и тащат. Волоком. Так, что ноги цепляются за камни. Пытаюсь сопротивляться. Но тело слишком тяжелое и неповоротливое. Слышу тихую ругань. Затем меня поднимают. Земля и небо меняются местами и смазываются в единую картину. В живот упирается что-то твердое, а волосы застилают глаза. Темнота...
   ...Окончательно прихожу в себя, лежа на чем-то мягком. Тепло. Кажется, меня спеленали как грудного младенца. Рядом потрескивает костер. Воздух свеж. С легкой примесью дыма. Открываю глаза. Вокруг серый осенний день. Низкое небо. Влажная земля, от которой меня спасает подстилка из еловых веток. А еще чья-то шкура... Пушистая и мягкая. Лежать уютно, а вставать совсем не хочется. Вот только...
   - Очнулась, наконец-то.
   Напротив меня, по ту сторону костра сидит мой давний знакомый. Рыжий. Темный. Рассмотреть его лицо никак не удается. Воздух дрожит от пламени. Или личина плохо держится?
   - Не скажу, что рада тебя видеть... - в горле пересохло, и с губ срывается лишь сип.
   Маг наклоняется, подцепляет фляжку и бросает мне через костер. Она падет рядом. Но чтобы выпить, придется сесть. Намек ясен. На первую попытку пошевелиться тело отзывается активным протестом и болью. Морщусь. Стискиваю зубы. Заставляю мышцы работать. После нелегкой десятиминутной борьбы удается приподняться на локте, вытащить из-под шкуры свободную руку и дотянуться до питья. Травяной отвар смягчает горло.
   - И где мои вещи? - интересуюсь, аккуратно закрывая флягу.
   Часть трав я знаю, с небольшой толикой магии они помогут организму быстрее избавиться от последствий принятых стимуляторов.
   - Сумку оставил в городе. Оружие выбросил по дороге. Не хочется получить чем-то острым в бок в самый неподходящий момент.
   Разумно. Я бы на его месте тоже не стала оставлять боевому магу колюще-режущие предметы. Даже в таком состоянии я вполне могу доставить неприятности. Без оружия правда сложнее. Укладываюсь обратно.
   - Сапоги тоже выбросил? - босые пальцы щекочет шерсть. Да и в целом одежды стало значительно меньше.
   - Они тебе в ближайшее время не понадобятся. Куртку и плащ сильно потрепало откатом. Толку от них никакого. Оставил то, что выглядело прилично.
   - Какая забота...
   Некоторое время мы молчим, рассматривая друг друга сквозь огонь. Ситуация не вызывает особых эмоций. Смысл психовать, если ничего нельзя изменить? Я ведь знала, что рано или поздно добегаюсь. Вот и попалась. Стоит признать - ловушка вышла изящной. Многоступенчатый капкан. Меня вымотали. Физически и магически. И взяли тепленькой.
   - Хочешь что-нибудь спросить? - интересуется маг.
   - Если уж мы тут остановились на привал и у нас такая уединенная обстановка... Сделай одолжение, открой личико.
   Он усмехается и качает головой.
   - Почему всем так не дает покоя моя внешность? Это же всего лишь картинка. Обо всем важном ты уже догадалась.
   - Может, хочу посмотреть в твои бесстыжие глаза?
   Снова усмешка. А затем лицо неуловимо преображается. Усмешка остается на левой половине, а правая серьезно смотрит синим глазом. Вот, значит, как...
   - Довольна?
   - Ты - погибший муж Изабель? - уточняю просто для проформы. Все и так ясно.
   Я догадалась еще весной. Когда перебрала всех темных и не нашла ничего похожего. А кто из светлых согласится помогать ведьме? Только законный супруг.
   - Хорошая формулировка. Мне нравится. Что-то еще? Спрашивай. У нас не так много времени.
   - Зачем я тебе?
   У происходящего ведь должен быть смысл. Хоть какой-то.
   - Ты нужна Изабель...
   - То есть рождения ребенка от князя ей мало?
   Мы обсуждали с Олежем мою беременность. У меня было полгода, чтобы многое обдумать. Проанализировать. Переосмыслить. И рождение Анджея никак не вписывается в случайный фактор.
   Лукас щурится здоровым глазом. Бельмо на другой стороне остается недвижимым.
   - Что еще ты уже поняла?
   - Немногое... Именно Изабель покровительствовала моей дорогой свекрови. И от нее та получила знания. Передала их сыну. Он применил на практике. И получилась я... Она специально выбрала боевого мага?
   Теперь он неожиданно широко улыбается здоровой частью.
   - И да, и нет... Видишь ли... Все намного проще, чем ты думаешь. Ты, действительно, стала случайной величиной в нашей игре. Но как только заняла свое место, изменить что-то уже не удалось бы никому. Хотя пришлось повозиться, чтобы получить нужный результат. Ты слишком долго тянула с убийством Ивара. Иза уже думала подсказать тебе его слабость...
   - Вот как?
   Улыбаюсь и покрепче сжимаю флягу. Представляю, как пальцы смыкаются на горле собеседника. Как открывается его рот в предсмертном хрипе. Как наливаются кровью глаза. Как на губах выступает пена...
   Игра. Для них моя жизнь стала лишь игрой. А я, оказывается, слишком долго тянула с убийством мужа... И говорит мне об этом светлый. Так где же разница между ним и его женой?
   - Я понимаю твою ненависть, - спокойно откликается истинный, не проявляя эмоций. - И считаю, что Изабель ошибается. Она так стремится все исправить, что не видит того, что не соответствует ее ожиданиям. А вот я вижу... И боюсь, что все наши усилия обернутся... катастрофой.
   Где-то я уже слышала что-то похожее... Перед глазами встает лицо Ферды с черными провалами вместо глаз и белыми зрачками. "Ты... Ты сможешь то, что не удалось нам. Ты найдешь путь. На грани. Свет и Тьма. Они снова сойдутся вместе. И ты убьешь нас... Всех. Настанет мир..."
   - Ферда тебе уже сказала, - продолжает маг, словно прочитав мои мысли.
   - Она сказала, что я убью всех... Кого именно? Ведьм? Темных? Истинных? Очень расплывчатое предсказание.
   О котором я предпочла забыть. Известно, что безумная ведьма ничего хорошего напророчить не может.
   - А если речь идет о всех магах? О нашем мире?
   - Бред.
   Наш мир не смогли разрушить даже носители Абсолюта, затеявшие разборки из-за семейной драмы. Что уж говорить обо мне? Ни сил, ни возможностей...
   Неожиданно из-под балахона мага показывается когтистая лапа. Рука неестественно удлиняется и устремляется ко мне прямо сквозь огонь. Пытаюсь увернуться, но поздно. Удар приходится в лоб. Когти зарываются в волосы, не давая вырваться. А сознание затопляют образы...
   ...Бескрайний океан. Тяжелые волны. Морские чудовища, всплывающие на поверхность. И тонкий темный смерч, устремляющийся к небесам. Он голоден. Его жажда обдает холодом и высасывает силы даже на расстоянии. От него хочется бежать. Прочь. Назад. Но мне не позволяют...
   ...Другой ракурс. Теперь Юта нависает, заслоняя небосвод. Словно я смотрю с палубы корабля. Безумное порождение двух Абсолютов. Страшное. Смертоносное. Она будто приглядывается и изучает. Принюхивается. Пробует новую силу. Ждет. Ее дыхание заставляет воды пенится. А в темных тучах сверкают молнии...
   ...Меня отпускают также внезапно, как и схватили. Лапа скрывается в складках ткани, а я пытаюсь отдышаться. Со лба катится пот. Дыхание сбито. Вчерашний смерч не идет ни в какое сравнение с Ютой. Он был мал. Податлив. А она... За столько веков никто не смог ее уничтожить. Никто. Только сделать сильнее в попытках обуздать. И злее.
   - На что она похожа, по-твоему? - невозмутимо спрашивает Лукас, с интересом рассматривая меня.
   - На зверя, загнанного в угол.
   Светлого все еще хочется придушить. Но желание приходится подавить. Впечатления от увиденного сбивают с толку.
   - Зачем ты...
   - Чтобы ты знала. Увидеть один раз лучше, чем услышать тысячу историй. Юта безумна. Ее ненависть обжигает. Она хочет уничтожить весь мир.
   - И как это связано со мной?
   Под моим взглядом он улыбается. Обеими сторонами лица. И если на обычной улыбка выглядит нормально, то застывшая усмешка растягивается в хищный оскал.
   - У вас с ней много общего... Думаю, вы поймете друг друга.
   Сначала хочется рассмеяться ему в лицо. Но порыв исчезает. А тело пронзает холодным ознобом. Слова мужа Изабель вовсе не кажутся бредом сумасшедшего.
   - Зачем ты меня забрал? Оставил бы в городе. Твои коллеги были бы в восторге. И никакой катастрофы.
   Где-то в глубине души тлеет надежда, что Олеж попытался бы меня защитить. Но она столь мала, что я гоню ее прочь. Он - истинный светлый. А значит, искалечен своим Абсолютом как и любой другой. Даже если случилось чудо, и он все вспомнил, это еще не значит, что его чувства ко мне вернулись. Или что они важны для него. А зачем вступать в конфликт ради проклятой ведьмы?
   - Я живу благодаря Изабель. Мы связаны крепче, чем любой князь со своей княгиней. И в чем-то я не могу ей противоречить. К тому же... Всегда остается шанс на ошибку. Вдруг, я не прав, и она все же добьется своего?
   - Чего именно? Зачем вам мой сын?
   Если изначально все затевалось лишь для того, чтобы я родила ребенка от темного, то пленение меня может быть использовано для получения Анджея. Но здесь я им точно ничем не помогу. Скорее убью обоих. Мне уже не привыкать избавляться от истинных.
   - Он - лишь одна часть плана. Нужна еще вторая... Вот только об этом вы будете говорить с Изой. - Он встает. Движением руки тушит костер. - Нам пора отправляться. Но прежде еще кое-что... Ты - не ведьма. Изабель много экспериментировала и научилась создавать колдунов. На тебе она отработала схему. А главное отличие колдунов в том, что они изменяют мир через себя. Просто запомни... На будущее.
   Ответить я не успеваю. Лукас снова хватает меня своей лапой и мы переносимся прочь...
  

Олеж

  

Я пытался быть справедливым и добрым
И мне не казалось не страшным, ни странным,
Что внизу на земле собираются толпы
Пришедших смотреть, как падает ангел.

"Падший ангел" Наутилус

  
   Глава 1
  
   Костюм из шкуры морского чудовища плотно прилегал к коже. Воздушная маска и защитные очки болтались у плеча. Капюшон свисал на спину. Олеж сгибал и разгибал руки и ноги, приседал, делал скрутку, стараясь как можно лучше проверить качество и подгонку формы. Он не любил воду. С того самого первого задания в Гленже, которое едва не закончилось его утоплением. Ему еще долго снился медленно отдаляющийся свет и полное онемение, охватывающее тело...
   Светлый потряс головой, отгоняя неприятные мысли. Перед битвой о таком лучше не вспоминать. Он огляделся. Берег заполняли истинные и рядовые маги, участвовавшие в подготовке. Рядом разогнулся Брасиян, затянутый в темно-синюю чешую. В отдалении беседовали ведьмы. По периметру пляжа со стороны города дежурили боевики. Деметрий поймал его взгляд и кивнул, приветствуя. Жерар сидел на песке рядом с объемным свертком, где хранилось оружие. Все ждали появления Пьетра...
   - Зигмунд к нам не присоединится? - поинтересовался истинный у отца, натягивая перчатки из мелких чешуек. По прочности они могли соперничать с кольчугой, но изготовление требовало огромного умения и больших затрат материала - малейшая ошибка сводила на нет всю работу. Залатать дырки не представлялось возможным.
   - Его сильно потрепало в прошлый раз, - спокойно ответил маг, проверяя маску и очки, - и теперь его прелестная жена категорически против любых сражений.
   Когда речь заходила о прямом столкновении и применении оружия, выбор среди носителей Абсолюта невелик. В отсутствии темного им двоим придется разобраться с огромным осьминогом, залегшим на дно в нескольких километрах от берега.
   Олеж поднял взгляд и натолкнулся на почерневшие глаза ведьмы. Супруга лучшего мечника темных не являлась истинной и выглядела совершенно безобидно. Но сейчас смотрела так, словно готовилась вцепиться ему в горло за один только вопрос о Зиге.
   Боевик невольно сглотнул, проведя пальцами по шее. Слишком уж явным было обещание.
   - А что с крабами?
   - Они пока не высовывались. Затаились. Шайен вроде бы приготовила подходящий состав для панцирей. Но чтобы его нанести, надо их выманить. Карлос что-то химичит. Стефания их прикрывает. Гипнос говорит, что в ближайшие пару дней там будет все спокойно.
   Вопрос о том, каким образом Белая волшебница может помочь двоим алхимикам и провидцу, пришлось задавить. Как показала статистика потерь по юго-западному региону, справляется со своей задачей она хорошо. А каким способом... Уже не так важно.
   За прошедшую после первого нападения неделю чудовища еще несколько раз пытались атаковать берег. Уже подальше от центра. В мелких селениях. Но везде монстрам давали жесткий отпор. Перекинутые по тревоге боевики легко справлялись с задачей, немедленно обращаясь за помощью, стоило заметить что-то странное. Оборону держали хорошо. Но проблему стоило решить радикально. И в первую очередь разобраться именно с осьминогами, проявлявшими наибольшую активность...
   - Где же Пьетр?.. - пробормотал Олеж, поворачиваясь к морю.
   Сегодня небо затянули тучи, и волны отражали их цвет. Свинцовая тяжесть вместо ясной лазури. Погодники обещали отсутствие осадков и спокойное море. То, что надо для предстоящей операции.
   Во время подготовки выяснилось, что мамаша осьминогов крайне чувствительна к магии. Несколько раз уже предпринимались попытки отогнать ее подальше от берега, но безрезультатно. Она выпивала силу из сетей. Не позволяла приблизиться кораблям. Не ощущала прямых воздействий. Тогда светлый изобретатель предложил подобраться в нужную точку по воздуху.
   План одобрили, Жерар подготовил гарпуны, алхимики обработали их всеми возможными ядами, а Пьетр обещал решить проблему с доставкой. Оставалось только узнать, как именно...
   Сначала откуда-то донеслось тихое стрекотание. Словно крупный кузнечик неожиданно решил исполнить трель посреди дня. Но звук постепенно нарастал, становясь все громче и приближаясь.
   - Смотрите! - крик Деметрия заставил развернуться в сторону леса.
   Если присмотреться, на фоне зеленых деревьев можно различить зелено-коричневое пятно по форме напоминающее крупного жука. Оно стремительно приближалось и увеличивалось в размерах. А стрекотание уже слилось в равномерный гул. Жук оказался явно металлическим. С длинным хвостом. И бочкообразной кабиной, поставленной на полозья.
   Он завис над пляжем, заставив собравшихся прикрыться от поднявшегося в воздух песка. Места для посадки вполне хватало. И "жук" стал медленно опускаться вниз, оглушая присутствующих непрекращающимся гулом. Он немного неловко пристроился на песке и замер. Гул стих. Ветер постепенно улегся. И стало ясно, что на крыше бочки постепенно замедляет вращение огромный винт.
   - И мы на этом полетим? - медленно проговорил Олеж, стараясь представить предстоящее путешествие.
   При ближайшем рассмотрении "жук" оказался довольно хрупким. Сплошное стекло на месте морды. Толщина металла вряд ли достаточна высока, чтобы выдержать удар о воду. А уж полозья и хвост выглядели и вовсе декоративными.
   - Как у тебя с построением парных порталов? - тихо поинтересовался Брасиян, а встретив его непонимающий взгляд, пояснил: - Надо же будет его оттуда телепортировать, если мы вдруг рухнем. Один я вряд ли успею...
   - Не пробовал... - боевик окинул транспортное средство еще одним взглядом. - Я помню схему. Сделаю заготовку.
   На лице отца не дрогнул ни один мускул, но в светлых глазах появилось тоскливое выражение. Словно он уже прикидывал, с какого расстояния им придется плыть самостоятельно, стараясь не потерять тяжелое оружие и не применять магию. И без того нелегкое задание теперь представлялось невыполнимым...
   Тем временем часть бока "жука" отползла в сторону, и из его нутра выпрыгнул Пьетр. На нем болтался мешковатый серо-голубой комбинезон, весь в пятнах краски и чего-то еще. Волосы торчали дыбом. Но на лице играла совершенно счастливая и немного безумная улыбка, а глаза горели неприкрытым восторгом.
   - Ну, как вам?! - он окинул всех вопросительным взглядом, как мальчишка, ожидающий похвалы. - Сто пять километров в час! И это только первая модель!
   Скорость последнего мобиля, получившего одобрение совета, достигала примерно ста пятидесяти, но ее никто не использовал, предпочитая стандартные шестьдесят. Максимум сто. На пустых перегонах от города до города. А здесь сто пять. По воздуху. Над морем.
   Олеж прочистил горло. В наступившей тишине звук получился чересчур громким.
   - Впечатляет, - выдавил он. - Будем садиться?
   Присутствующие сразу же вспомнили, зачем они здесь собрались. Боевики сделали каменные лица, ведьмы обменялись взглядами. Жерар встал на ноги и раскрыл сверток. Достал содержимое и подошел к ним, держа в каждой руке по двухметровому гарпуну с впечатляющими зубцами.
   - Заточка у них первоклассная. Сталь лучшего качества. Вода и соль не помеха. Алхимики расстарались во всю. Должно сработать. Главное - бейте точнее.
   Светлый забрал оружие, заново привыкая к тяжести. Они успели пару раз потренироваться с первыми примерами гарпунов, но времени было мало. Большую сноровку не приобретешь. Остается рассчитывать на точность удара.
   Как выяснили целители после препарирования нескольких тварей ­- у осьминога два уязвимых места: сердце и нервный узел. У мелких последний отвечал лишь за прием приказов, но как объяснил Илей, со временем он должен трансформироваться и дозреть до более сложного уровня. Самое плохое, что оба органа требовалось поразить почти одновременно. Осьминог обладал огромной скоростью регенерации и с пробитым сердцем мог существовать довольно долго. Достаточно, чтобы вытащить гарпун и залечить рану. А вот поражение нервного узла его с большой долей вероятности парализует. Придется действовать очень четко и слаженно, чтобы добиться результата.
   - Надеюсь, с торможением падения у вас все хорошо, - не меняясь в лице, продолжил оружейник. - Удачи.
   Он отошел к супруге, задумчиво накручивающей локон на палец. Судя по выражению лица, "жук" не вызывал у нее доверия. Как и у всех остальных... Где-то в глубине души каждый радовался, что не ему придется испытывать новое изобретение на прочность и надежность.
   Брасиян на ходу навесил маячок для портала, чтобы в случае крушения телепортировать Пьетра с его изобретением на берег. Боевики проследят, чтобы на пляже никто не появился. А их, в крайнем случае, заберет корабль. "Комета" - быстрое и легкое судно, оснащенное самыми мощными щитами - стояла на якоре в стороне, ожидая сигнала. Эвакуация продумана. Если у них получится вернуться самостоятельно - хорошо. Тогда часть приготовлений не пригодится. Но велика вероятность, что после боя с осьминогом сил не останется вообще.
   Олеж первым заглянул в кабину "жука". Она оказалась пустой и более просторной, чем казалось снаружи. В носовой части мигали лампочки приборов и располагалось кресло Пьетра. Затем оставалось много пустого пространства и уже в задней части находился еще один ряд кресел с ремнями. По крайней мере оружие влезет. И они не выпадут по дороге.
   - Я приготовил специальные крепежи для гарпунов, - изобретатель протиснулся мимо него и указал на крючки на полу в центральной части кабины. - Жерар сказал мне размеры и прислал эскизы. Здесь они точно никуда не денутся.
   Он с энтузиазмом помог зафиксировать оружие, а затем приветливо махнул рукой в сторону мест для пассажиров.
   - Садитесь. Ремни прочные, над морем может немного болтать.
   Он говорил что-то еще про движение воздушных масс и то, как они влияют на скорость полета. Но боевик уже не слушал, разбираясь в креплении ремней. Отец молча устраивался рядом. С берега не доносилось ни звука. Но пристальное внимание всех присутствующих ощущалось буквально кожей. Не хватало только похоронной музыки.
   - Ты не спрашивал у Гипноса на счет прогноза по сегодняшнему дню? - поинтересовался Олеж, наблюдая, как Пьетр закрывает дверь и устраивается на своем месте.
   - Он отказался отвечать.
   - То есть мы можем просто не долететь до места... Отлично.
   Судя по пожатию плеч, Брасиян думал о том же. Хотя бы в чем-то их мнения совпадали. Боевик воскресил в уме схему построения парного портала и добавил в нее закрепленный маячок.
   - Готовы? - спросил изобретатель, выглянув из-за спинки кресла.
   Они синхронно показали поднятые вверх большие пальцы.
   - Тогда поехали!
   Медленно застрекотал винт. И "жук" начал отрываться от земли...
  
   Глава 2
  
   Вопреки всем ожиданиям они долетели.
   Над морем "жук" немного потрясло, но гораздо слабее, чем ожидалось. Да и Пьетр управлялся со своим изобретением профессионально точно. Его сосредоточенный профиль вселял некоторые надежды, что и до берега он сможет добраться сам. Без телепортации. Это радовало. Не хотелось бы спугнуть монстра резким всплеском магической активности.
   По мере приближения к точке высадки напряжение нарастало. Сердце забилось чаще. На лбу выступила испарина. Дышать стало тяжелее. Вспомнилось давление воды на грудь. И то, как воздух покинул легкие. Снова лезть в воду не хотелось категорически. Но выбора нет...
   Несмотря на опыт и силу, один Брасиян не справится. В прошлый раз они только вдвоем с Зигом смогли добиться результата. И темному это обошлось дорого. Посылать обычных боевиков нельзя. У них в отличие от истинных куда меньше шансов выжить и вернуться. А после нападения нельзя допустить новые потери.
   Олеж предполагал, что его место мог бы занять Тейрун. Пусть и не боевик, но все же маг с огромным опытом. К тому же в войне он участвовал и с монстрами сражался. Вот только темный не спешил предлагать свою кандидатуру. Предпочел прикрывать сектор пострадавшего Зигмунда. Как будто у княгини не хватит сил. Учитывая, что скатов почти истребили. Впрочем, заставлять бесполезно. Каждый носитель Абсолюта сам выбрал, чем помочь в сложившейся ситуации. И его тоже никто не вынуждал отправляться в пасть к осьминогу. Просто у светлых чуть больше совести и желания спасать других. Порой в ущерб самим себе.
   Он закрыл глаза, стараясь собраться с мыслями. До начала операции оставалась пара минут. Нужно успокоиться. Неожиданно на плечо опустилась знакомая ладонь. Сжала. И в голове раздался голос:
   "Ты сможешь. Это всего лишь проснувшийся монстр. Мы справимся".
   Боевик открыл глаза и посмотрел на отца. Тот выглядел спокойным и собранным. Как раньше. Когда еще являлся его наставником. Тогда он верил его суждениям. Теперь... легко читал в знакомых глазах слепое поклонение. Фанатичный огонь, который впервые оказался полезен. Дал ему сил преодолеть короткую вспышку слабости.
   Дышать стало легче. Кулаки, стиснутые по привычке, разжались. Страх ушел глубоко внутрь. У них получится. Должно получиться. Для чего еще нужна сила Абсолютов, если не для защиты? И уничтожения угрозы?
   "Жук" завис в воздухе. Пьетр обернулся к ним. Бледный. Испуганный. Утративший весь свой запас энтузиазма и радости от создания новой игрушки. Мальчишка. Всего лишь мальчишка, так и не сумевший повзрослеть.
   "Вы там... аккуратнее".
   Он обращался к Брасияну, но Олеж, как всегда, услышал. Встретился с потемневшими глазами изобретателя и поднял вверх большой палец. Он тоже нуждался в успокоении и поддержке. Отец не стал отвечать. Отстегнул ремни. Натянул на голову капюшон, тщательно спрятав волосы. Надел очки и маску. Сделал пробный вдох. Покрутил головой, привыкая. Затем встал и открыл дверь. В кабину ворвался соленый морской ветер. А светлый наклонился и одним движением забрал свой гарпун. Крепления оказались автоматическими. Оружие изымалось легко.
   Они снова встретились взглядами. Бывший наставник показал раскрытую ладонь с растопыренными пальцами. Сжал в кулак и снова раскрыл. Боевик кивнул. Десять секунд - перерыв между прыжками. Достаточно, чтобы первый успел отплыть в сторону. Брасиян развернулся к выходу. Вытянулся в полный рост. Сжал гарпун двумя руками прямо перед собой и сделал шаг в пустоту.
   Ветер заглушил плеск воды. А Олеж уже отстегивал ремни. Готовился к прыжку, совершая те же самые действия. Краем глаза отметил, что Пьетр кусает губы. Его лицо приобрело зеленоватый оттенок, словно светлый страдал от морской болезни. Но скорее от страха. И не за себя.
   "Не жди нас. Улетай сразу. Займись делами. Когда все закончится, тебе сообщат".
   Маг поднял гарпун и дождался резкого кивка. Затем также развернулся к выходу и посмотрел вниз на медленно перекатывающиеся свинцовые волны. На мгновение он снова испытал страх. Острый приступ паники. Желание остаться внутри и вернуться на берег. Но вместо этого сделал глубокий вдох. Выпрямился. И шагнул навстречу воде...
  
   Их учили правильно прыгать. Удар пришелся по ногам. Привычная и ожидаемая боль. Быстрое погружение. Вода вокруг вспенилась. Вес изменился. В том числе оружия, которое все равно тянуло вниз. Но туда и нужно. Чистый воздух равномерно наполнял легкие. Дно терялось в темноте.
   Олеж покрутил головой, отыскивая напарника. Краем глаза заметил движение. Развернулся в нужную сторону. Брасиян подплыл ближе, почти сливаясь с основным тоном воды. Указал рукой вниз. Боевик кивнул. В их паре он являлся ведомым. И не спорил с указаниями. Когда речь заходила о боевом опыте, сомневаться в компетентности бывшего наставника не приходилось.
   Они направились вниз. Провал в магическом поле ощущался ярко. Словно оборванные нити в ткани мироздания. Огромная дыра, вытягивающая магию из окружающего пространства. На расположение этой дыры они и ориентировались.
   Стоило погрузиться глубже, как перчатки и капюшон начали слабо фосфорицировать. Так они хотя бы могли видеть друг друга. И не перепутать с другими обитателями глубин. Которых оказалось не так и много. Видимо неожиданное соседство распугало всех.
   Спустя пару минут впереди стало заметно слабое зеленое свечение. Осьминог. Как показали опыты, в темноте кожа детенышей становилась практически прозрачной. А весь цвет преображался в свет. Одна из особенностей тварей, обитающих на глубине.
   Брасиян поднял вверх ладонь, привлекая внимание. Затем показал на себя и указал прямо. А ему махнул рукой в сторону. Разделение. Чтобы зайти с разных сторон. Разумно. Но опасно. Неизвестно, где находятся детеныши-осьминоги. И что будет, если они столкнутся. К тому же им требуется слаженность действий, чтобы поразить оба узла.
   Олеж помедлил. Огляделся. Отец упрямо повторил указание. Применять мысленный разговор в непосредственной близости от монстра не рекомендовалось. Следов в магическом поле он почти не оставляет, но чувствительность твари к ментальным волнам могла помочь ей ощутить присутствие магов. В итоге светлый кивнул, соглашаясь. Разделение так разделение.
   Он поплыл в сторону, собираясь обогнуть монстра по дуге и зайти слева. Строение осьминога являлось довольно симметричным. Нанести удар можно с любой точки. Главное - задеть нужные центры. Боевик надеялся, что напарник не станет торопиться и лезть в драку без прикрытия. Однако оказалось, что и монстр не спешит оставаться в одиночестве...
   Краем глаза Олеж успел заметить движение сверху. Шарахнулся в сторону, переворачиваясь на бок и выставляя перед собой гарпун. Острое лезвие рассекло детеныша осьминога, как нож масло. Жерар хорошо поработал. Боевик закрутился вокруг своей оси, стараясь высмотреть других тварей. И увидел...
   Они начали выныривать ото всюду. Одна за другой. И устремляться к нему. Словно звери, почуявшие добычу. Маг скрипнул зубами и крутанул оружие. Обратная сторона также оказалась отточенной. Без зубцов. Но достаточно острой, чтобы разрубать подступающих осьминожек.
   Они не были достаточно быстры и маневренны. Легко налетали на лезвие и распадались на кусочки. Но их становилось все больше и больше. Олеж крутился волчком, стараясь не подпустить их близко. И чувствовал, как уходит время. Неизвестно, что стало с Брасияном. Попал ли он в такую же ловушку или добрался до мамаши. А если добрался - стал ли нападать или ждет его появления. В любом случае следовало поторопиться...
   Спину обожгло неприятным холодом. Появилось ощущение, будто из него высасывают силу. Одна из тварей все же его достала. Стоило отвлечься лишь на мгновение, как следующая прицепилась к ноге. А еще одна оплела щупальцами руку. Пальцы едва не разжались. Тело стремительно немело, теряя чувствительность. Они не только питались магией. Но еще и поражали нервную систему.
   Олеж чувствовал, что его тащат ко дну. Дергался, пытаясь освободиться. И не мог. Силы уходили. А вместе с ними и возможность довести дело до конца. Но они не могли проиграть и отступить сейчас. Когда столько уже сделано. Второй раз подобраться к гадине так близко не удастся.
   Он закрыл глаза. Вспомнил медитацию, которой занимался при подготовке к Посвящению. Заставил себя расслабиться. Пальцы разжались, позволяя гарпуну выскользнуть и устремиться вниз. Еще несколько осьминогов облепили тело, обжигая прикосновениями. Светлый не сопротивлялся. Ждал. Позволял им подумать, что победа близка.
   Когда тело стало совсем ватным и тяжелым, он обратился к Свету. Их появление уже не станет незаметным. Так какой смысл не использовать единственное возможное превосходство?
   Сила вырвалась из тела бесконечным потоком. Чистым. Ослепляющим даже сквозь сомкнутые веки. И смертоносным. Он выжигал мелкие пятна пустот в магическом поле. Насыщал их магией до такой степени, чтобы они буквально лопнули. И у него получилось...
   Дотянуться до огромной пустоты в стороне не вышло, но онемение покинуло тело. Когда Олеж открыл глаза, осьминогов поблизости не было. Только темнота. Толща воды, давящая на тело. Дно, оказавшееся чересчур близко. Шевелиться пока получалось с трудом. Но подвижность стремительно восстанавливалась. Он протянул руку и позвал оружие. Постарался найти заряженный магией металл и пустил к нему поисковый импульс.
   Навстречу взметнулся ил. Пальцы сомкнулись на гарпуне. Его даже развернуло по направлению движения предмета. Столь сильной оказалась инерция. Перенасыщенное поле усиливало простейшие заклинания. Эффект не продлиться долго. Мир всегда стремится к равновесию. Скоро поле станет равномерным. Но хорошо, если удастся заманить сюда монстра. Выйдет неплохой капкан.
   Маг удобнее перехватил оружие и как мог быстрее направился в сторону первоначальной цели. Зеленое свечение перекрывалось короткими вспышками холодного света. Значит, Брасиян уже вступил в бой. Или его вынудили. Неизвестно, на что способна древняя тварь, проспавшая две тысячи лет. Но скоро он это выяснит...
  
   Глава 3
  
   Дно резко поднялось вверх и стало скалистым. То тут, то там появлялись неровные, словно обломанные выступы. Они вырастали из дна под разными углами. Словно разбросанные чьей-то огромной рукой игрушки. Старые и забытые. Олеж плутал между ними, спеша на мерцающий в лабиринте скал свет. Почти не вглядывался в детали ландшафта, но в какой-то момент мозг пронзила ужасная догадка.
   Маг попытался вспомнить, сколько они летели от пляжа. Восстановил контур береговой линии. Еще раз огляделся, уже более внимательно. И на мгновение замер. Он находился посреди останков какого-то города. Если все правильно, то между ним и последней оставшейся сушей пролегал узкий канал. Странно, что его ширины хватило, чтобы защитить берег. Ведь если остров или материк ушел под воду, волна цунами должна была существенно изменить береговую линию. Часть ушла бы под воду, а остальное вряд ли осталось бы пригодным для жилья. За две тысячи лет многое могло измениться, но нигде не упоминается, что юг когда-то был необитаем. Скорее наоборот делается акцент на том, что он стал едва ли не единственным оплотом выживших после войны...
   Еще одна загадка прошлого. О которой вовсе не время размышлять. Олеж снова двинулся вперед и едва успел увернуться от брызнувших во все стороны каменных осколков. Строение прямо перед ним разлетелись от удара огромного щупальца. Светлый отшатнулся в сторону, стремительно удаляясь от монстра. Исчезнувшая преграда открыла вид на полную картину битвы.
   Брасиян, уже потерявший гарпун, не бился в хватке осьминога. Одна из конечностей обмоталась вокруг его пояса и не отпускала. Маг бросался во все стороны силой, сплетая мощные заклинания, но монстр даже не замечал их. Два его щупальца оказались отрублены и валялись на дне, утратив свечение. Особого вреда это не причинило. Раны уже затянулись. А монстр легко управлялся оставшимися конечностями. Которых оказалось больше, чем восемь.
   Помимо основных мощных отростков имелись более мелкие и гибкие. Именно они устремились к попавшемуся в ловушку магу и прочно оплели руки и ноги. Еще немного, и тварь выпьет из него всю силу. И вряд ли сильно переест. Размеры и возраст существенно усилили ее голод.
   Олеж отплыл подальше. Перехватил оружие, примеряясь для удара. Расстояние было приличным, не говоря уже о сопротивлении воды, но медлить нельзя. Пока его не заметили, сохраняется эффект неожиданности. Есть шанс повредить нужный узел. Если удастся парализовать осьминога, все остальное пойдет уже проще...
   ...Отвести руку назад. Прицелиться. Рассчитать удар. Выровнять сбившееся дыхание. Не думать о мечущемся отце. Резко выпрямить руку, устремляя гарпун вперед. Плавно разжать пальцы, позволяя оружию двигаться самостоятельно. И ждать. Мучительно долго ждать, считая вдохи, пока отточенное лезвие не поразит цель...
   ...Душераздирающий рев ударил по всему телу. Прошел насквозь, оставляя после себя противную вибрацию. Перед глазами поплыли разноцветные круги. Конечности стали вялыми, а голова тяжелой. Как после контузии. Маг с трудом проморгался, пытаясь понять, удалось ли задуманное.
   Тело Брасияна свободно опускалось ко дну. Капюшон во время боя слетел. Светлые волосы облепили лицо. Искажения магического поля не позволяли рассмотреть ауру и понять, жив ли он. А вот монстр оказался весьма бодр. Его мелкие щупальца оплели гарпун, пытаясь выдрать его из тела. Сама тварь шарахнулась в сторону и попыталась притаиться за одним из уцелевших строений. Ее размеры не позволяли осуществить задуманное. И к лучшему.
   Олеж перевел взгляд на напарника. Истинных сложно убить. Но бросать его здесь нельзя. Нужно вытащить на воздух. И как можно скорее. А до этого стоит закончить дело и убить монстра.
   Он с трудом пошевелил руками и использовал заклинание поиска. Ничего. Даже легкого отклика. Слишком много сил уже потрачено. А раненный осьминог поглощал магию в разы быстрее. Не говоря уже о том, что успел подкрепиться Брасияном.
   Боевик стиснул зубы и нырнул глубже. К самому дну. Гарпун нужно найти. Сейчас он - единственный их шанс вернуться на берег. Тело слушалось плохо. Но после нескольких резких гребков стало лучше. В ушах все еще гудело. Хорошо, что они находились под водой. Страшно представить, что произошло бы, если бы удар произошел на открытом воздухе. В сознании Олеж точно бы не остался. И тварь смогла бы уйти. Сожрав заодно весь его запас сил. А восстановление в текущих обстоятельствах - роскошь.
   Он плутал между останков города. Приблизился к тому месту, где проходил бой напарника и осьминога. Руками шарил по дну, надеясь, что просто порежется об острое лезвие. И понимая, что время стремительно уходит. Монстр притих. Зазубрены не позволяли избавиться от оружия быстро. Но ничто не длиться вечно...
   Еще один короткий рев. Уже более тихий, но внушительный. Маг замер, притаившись за уступом. Теперь он наверняка станет основной добычей. А раз оружия у него нет, остается лишь заманить монстра в место, насыщенное магией. И попытаться спеленать. Хотя бы. Об уничтожении речь уже не идет.
   Он осторожно выглянул из укрытия, пытаясь разглядеть осьминога. Но тот каким-то образом сумел спрятаться. Разрывы в магическом поле не позволяли определить его точное положение на столь малом расстоянии. Придется ловить на живца.
   Олеж нырнул в проход между двумя ближайшими строениями. Вернулся к тому месту, где остался Брасиян. Тела не было. Мысленно он выругался. И попытался позвать отца. Зов ушел в пустоту. Проклятая тварь не давала создать даже столь простые заклинания. И где ему теперь искать напарника?
   Вопрос отпал сам собой, когда мощное щупальце рухнуло рядом, пытаясь дотянуться до него. Боевик, повинуясь чутью, в последний момент успел отплыть в сторону. Обернулся. Убедился, что монстр смотрит прямо на него, и бросился петлять в лабиринте скал, держа направление к нужному месту. Тварь издала очередной рев, наполненный гневом, и, судя по звукам, кинулась следом.
   Он плыл, едва успевая сворачивать в непривычно узкие проходы и хаотично менять направление движения. При этом продолжая стремиться к цели. Мертвые улицы и переулки складывались в незнакомый узор, намертво отпечатывающийся в памяти. Еще немного, и он сможет нарисовать карту этого места. Неожиданно маг выплыл на пустое пространство. Раньше здесь видимо располагалась городская площадь. В центре пустыря высились обломки чаши - останки фонтана. Он огляделся и заметил узкий лаз у самого дна. Спрятаться и перевести дух не мешало бы. Светлый опустился ниже и сумел протиснуться через аркообразный проход. Теперь он находился внутри едва ли не единственного уцелевшего здания. Внутри оно было совершенно пустым. Чтобы здесь ни располагалось, время и морская вода его не пощадили.
   Олеж постарался успокоиться и сосредоточиться на монстре. За время гонки он научился лучше чувствовать его. И теперь понимал, что тварь плавает где-то рядом. Выжидает. Ищет его. Но, к счастью, не понимает, где находится ее враг. А ему нужна передышка. Долгое пребывание рядом с порождением прошлого накладывало свой отпечаток. Сила уходила. Быстрее, чем он ожидал. Осьминог оказался куда проворнее и умнее, чем предполагали целители. Оставалось лишь гадать, кто и как его создал...
   Когда монстр удалился на достаточное расстояние, маг покинул укрытие. Сориентировался на местности и выбрал нужное направление. Он не сомневался, что тварь сможет взять след и скоро его догонит. Но вот что стало неожиданностью, так это раздавшийся рев.
   Уже привычное ощущение дезориентации прошло быстрее. Боевик направился прямо на звук. Поднялся выше, всплывая над городом, чтобы понять, в чем дело. И снова увидел Брасияна, упрямо сжимающего гарпун обеими руками. Острие глубоко погрузилось в тушу осьминога. Тот всеми конечностями оплел светлого, пытаясь избавиться от боли, но не мог. И ревел, ревел, не умолкая.
   Олеж поспешил на помощь. Он видел, как медленно опадают щупальца, одно за другим теряя способность двигаться. Как разжимаются руки мага. Как он вновь устремляется ко дну, увлекаемый парализованным осьминогом. Свечение последнего медленно гасло. Боевик подхватил отца подмышки, потянул в сторону, освобождая из мертвой хватки. Монстр обжог их обоих озлобленным взглядом. Живучая тварь...
   Отец слабо дернулся. Олеж развернул его к себе и убрал волосы от лица, чтобы понять, чего он хочет. Тот взглядом указал в сторону. Там тускло блеснул металл. Второй гарпун. Брасиян не терял времени даром, раз успел отыскать и подобрать оба. Боевик отрывисто кивнул, оставил ослабевшего напарника и нырнул за оружием.
   Осьминог уже полностью распластался на дне. Первая рана практически затянулась. Из второй торчал гарпун, оплетенный мелкими отростками. Тварь все еще была жива. От нее веяло голодом и ненавистью. Наверняка, если дать ей время, она полностью восстановиться. Но допустить этого нельзя.
   Светлый перехватил второй гарпун обеими руками. Подплыл вплотную к чудовищу. И нанес еще один удар. Теперь промахнуться уже невозможно. Острие вспороло плоть и глубоко ушло внутрь. Маг всем весом налег на рукоять, загоняя лезвие как можно глубже. По телу монстра прошла судорога. Щупальца дернулись в последний раз и опали на дно. Черные глаза медленно закрылись. Свечение полностью погасло.
   Олеж развернулся и поплыл к Брасияну. Тот едва держался на плаву. Маг обхватил напарника за пояс и потянул вверх. Задание будет окончено только тогда, когда они вернутся на берег...
  
   Их подобрали спустя полтора часа. Пришлось отплыть прилично в сторону, чтобы послать сигнальный маяк. Тварь нанесла ощутимый урон магическому полю. Хорошо, что маги редко выходят в открытое море и тем более используют какие-то заклинания. Пройдет время, и все восстановится. Но урок они запомнят...
   Почти час Олеж лежал на волнах, поддерживая голову отца над водой стоило выбраться на воздух, и тот отключился. Битва взяла свое. Странно, но там, под водой, оказалось легко довериться бывшему наставнику. И тот не подвел. Использовал подвернувшийся шанс. Отыскал оружие. Выполнил задачу. Там все было просто. Очевидный враг. Союзник. Цель. Средство. А что делать теперь, когда основная угроза позади?
   Конечно, есть еще крабы. Но с ними будут разбираться другие. А ему нужно вернуться к оставленному без присмотра Ровану. Афии. Дане. Понять, кому можно доверять, а кому не стоит. Снова ждать подвоха от Брасияна. На несколько минут он даже пожалел, что им вновь придется соперничать. Насколько все было бы проще, если бы они смогли понять друг друга. Действовать сообща. Вот только отец никогда не смириться с существованием Афистелии. А он никогда не простит ему смерть матери...
   "Комета" встала на якорь чуть в стороне. С нее спустили шлюпку с магами-спасателями, среди которых неожиданно оказался Илей. Именно его твердая рука буквально за шиворот вытащила его из воды, пока Брасияном занимались другие.
   - С боевым крещением, светлый, - целитель выглядел уставшим. Ему тоже пришлось много работать, буквально вытаскивая с того света пострадавших магов.
   - Я вроде бы уже не новичок... - вяло ответил Олеж, усаживаясь прямо на дно лодки, направившейся к кораблю.
   - Теперь не новичок, - лекарь грустно улыбнулся. - У нас считается, пока ты не убил хотя бы одного морского монстра, истинным магом не стал. Негласное правило. Поэтому поздравляю.
   - Спасибо, - буркнул боевик.
   Ему совсем не было радостно. Только муторно. Сказывалась усталость. Магическое истощение. И ожидание беды... Плохое предчувствие буквально кричало о том, что нужно торопиться. Иначе...
   - Ты давно видел Виттора? - неожиданно для себя спросил он.
   Бывшего главу боевых магов могли привлечь к сотрудничеству, учитывая ситуацию. Но Илей только покачал головой.
   - В последнее время было не до светских визитов. А плановый осмотр у нас назначен нескоро.
   Почему-то Олежу показалось, что к старому магу обязательно нужно заглянуть...
  
   Глава 4
  
   Навестить Виттора получилось только спустя три дня. Восстановление заняло больше времени, чем он ожидал. Непривычная слабость заставила чувствовать себя неуверенно. Оказывается, он привык к своей силе. К ее бесконечности. Зато теперь понял, чем так опасны монстры прошлого. И почему гибли даже истинные в сражении с ними. Они уничтожили бы мир, если бы Свет и Тьма не сдерживали их. С другой стороны, не будь Абсолютов, чудовища вообще не появились бы.
   Так или иначе, он восстановился. А заодно со стороны понаблюдал за тем, как избавлялись от крабов. Событие произошло на следующий день после убийства осьминога...
   ...Основной проблемой являлся панцирь. Не только прочный, но и создающий магическую защиту. Карлос и Шайен приготовили несколько зелий. Одно должно было истончить костяную пластину, но для этого требовалось выманить мамашу на берег. Вода бы не дала зелью полностью раскрыться.
   Для изготовления нужной приманки задействовали Ферду. Она создала на берегу иллюзию огромного краба-самца. Алхимики с помощью очередного зелья придали ему реалистичности. Запах водорослей, йода и феромонов, изготовленных благодаря погибшим крабам. С пляжа и из ближайшего поселка убрали всех жителей и боевых магов. Осталась лишь сама ведьма и спрятанный среди домиков летательный аппарат Пьетра. Именно с него предполагалось обработать панцирь.
   Остальные истинные наблюдали за происходящим через следящие артефакты, расположившись недалеко от резиденции Карлоса на летней террасе. Тейрун держал наготове глефу. Ему предстояло нанести решающий удар, когда панцирь истончится. Если не выйдет, снова придется отправляться под воду. Жерар любовно поглаживал сверток с еще парочкой гарпунов. Атмосфера царила самая спокойная. Мирная. Несмотря на происходящее и понесенные потери... Внешняя угроза явно шла носителям Абсолютов на пользу.
   К счастью, план удался. На закате крабиха выползла на берег. Ферда прикладывала много сил, чтобы сделать иллюзию более живой. Ее краб двигался. Рыл песок. Порой издавал какие-то курлыкающие звуки, от которых волосы на затылке начинали шевелиться. А по спине пробегали мурашки. Но самка, видимо, сочла их достаточно привлекательными, чтобы свести знакомство.
   Иллюзия отвела мамашу подальше от линии прибоя. А звуки, ставшие более громкими и превратившиеся в некое подобие диалога, скрыли приближение "жука". Пьетру удалось подлететь достаточно близко, чтобы опрокинуть на монстра бочку с зельем. А вот потом начался хаос...
   Краб взревел от боли. Резкий взмах клешнями. Одна глубоко вошла в иллюзию, а другая зацепила одно из полозьев хрупкого "жука". Тот вильнул. Еще один удар монстра, и изобретение неуклюже закувыркалось в воздухе. Пьетр вылетел из кабины. И приземлился прямо под носом и чудовища. Его летательный аппарат рухнул в стороне. Взрыв поглотило защитное поле. Одновременно с ним исчезла магия ведьмы.
   Светлого спас Тейрун. Он оказался между ним и крабом. Пара резких взмахов глефы заставили последнего отступить. А хороший пинок по заднице, подкрепленный парой нецензурных выражений, привел изобретателя в чувство. Уже через мгновение он оказался рядом со всеми в полной безопасности. А темный получил пространство для маневра.
   То, что происходило дальше, напоминало годы учебы, когда молодые боевые маги наблюдали за тренировками мастеров. Теперь мастерство демонстрировал Тейрун. Он тянул время, играя с чудовищем и не позволяя тому приблизиться к воде. Каждый взмах оружием, каждая позиция, каждый шаг напоминали танец. Плавный и смертельно опасный. Завораживающий.
   - Вот, что значит возраст... - пробормотал под нос Брасиян, также как и другие не в состоянии отвести взгляда от экрана, на котором проецировалось изображение.
   - Он махал оружием за сотни лет до нашего рождения... - задумчиво ответил Зигмунд, жадно впитывая каждое движение коллеги.
   - Сколько ему нужно продержаться? - спросил Олеж.
   Сейчас он понимал, почему темный не отправился за осьминогом. Вряд ли он сам смог бы столь долго сдерживать краба. К тому же меч - оружие ближнего боя. А глефа позволяла князю держаться на расстоянии.
   - Всего пять минут, - ответил Карлос. - Мы максимально увеличили концентрацию, но панцирь очень прочный. Надеюсь, расчеты оказались верны.
   - Мы экспериментировали на детенышах, но затем использовали коэффициенты усиление в соотношении с возрастом, - пояснила Шайен. - Главное, чтобы прочность не увеличивалась по экспоненте.
   - Это маловероятно, - возразил светлый зельевар.
   - Но возможно, - возразила ведьма. Этот спор они вели явно не первый раз.
   - И что будет в этом случае? - хмуро уточнил Илей.
   - Ждать придется дольше, - ровно ответил южанин.
   - Насколько дольше? - вступила в разговор Стефания.
   - Час, - отрезала отравительница. - А столько он не выдержит. Вода же смоет остатки зелья. И все придется начинать заново.
   - Заново не получится, - мелодичный голос Ферды раздался из дальнего угла, где она разлеглась на диване. - Второй раз она в иллюзию не поверит. Придется придумывать что-то новое.
   Раздалось тихое пеликанье таймера. Пять минут истекли. Все взгляды устремились на экран. Жерар сосредоточенно кивнул, показывая, что отправил сигнал коллеге. На лице Тейруна ничего не изменилось. Но буквально в следующую секунду он взмыл в воздух. Тонкая, обманчиво хрупкая фигура. Быстрый кувырок. Едва уловимый росчерк металла и удар...
   Глефа одним концом полностью погрузилась в панцирь. И увязла. Краб взвыл от боли. Дернулся, пытаясь скинуть противника. Но маг держался крепко. Точнее сжимал оружие, пытаясь протолкнуть его дальше или вытащить. Ему не удавалось. И с каждым мгновением его лицо становилось все более хмурым.
   - Я же говорила! - рявкнула ведьма, оборачиваясь к противнику по Абсолюту.
   - У нас все равно не было возможности увеличить концентрацию! - поднял руки Карлос. - Зелье взрывалось!
   - Плевать! - рыкнул Брасиян. - Ему нужна помощь. Кто пойдет?
   Они встретились взглядами, одинаково понимая, что оба окажутся бесполезны в драке. Зиг раздраженно дернул рукой на перевязи. Ведьмы молчали.
   - Я иду, - неожиданно произнесла Оливия. - Моя сила ему не помешает.
   Прежде чем кто-то успел возразить, она исчезла. И вновь все взгляды устремились на экран. Краем глаза Олеж заметил, как улыбнулся Илей. Целитель почти сразу стал серьезен, но его уставшее лицо заметно посветлело.
   А на берегу продолжалась битва. Глефа Тейруна оказалась разъемной. Теперь темный размахивал лишь ее половиной, оставив вторую в панцире краба. Его жена остановилась у кромки прибоя. Сначала ничего не происходило. Но затем вокруг ног краба стали образовываться песчаные нити. Так или иначе, панцирь истончился и вызывал уже меньше искажений в магическом поле. А чары плетуньи намного тоньше, чем грубая магия остальных. Ей не требуется много силы.
   Темный сразу же стал использоваться возникшее преимущество. Он отскакивал в стороны. Манил монстра к себе, заставляя того еще больше запутываться в возникающих сетях. Через пару минут тот уже рухнул на берег не в состояния подняться. Тейрун снова сделал кувырок в воздухе и резким движением рубанул по клешне. В том месте, где она крепилась к телу. Раньше оно было прикрыто частью панциря и труднодоступно из-за размеров чудовища, но теперь все оказалось проще.
   На пляже вновь раздался душераздирающий вопль. А затем еще один, когда маг оказался по другую сторону краба и отрубил вторую клешню. Парой движений он оттолкнул конечности подальше от тела. Теперь ему оставалось лишь дождаться, пока зелье подействует окончательно. И поразить нервный узел под панцирем.
   Спустя час все было кончено...
   ...Олеж отогнал воспоминания и сосредоточился на реальности. Дом Виттора казался пустым. Хозяин не ощущался внутри. Но изменилось что-то еще. Пока он не мог понять, что именно. Подошел ближе, поднялся по ступеням. Коснулся двери. Она оказалась открыта и легко поддалась. Открылась без скрипа, пропуская его внутрь.
   Просторные светлые комнаты. Ковры на полу. Деревянная старинная мебель. Дом был стар. Но его любили. Заботились. Как часто старый маг появлялся здесь? Или же мать Афии приходила сюда в его отсутствие? Он остановился перед лестницей, не зная, стоит ли подняться или не нарушать личных границ. Все же первый этаж предназначался для общественных нужд, в отличие от второго.
   Где-то внутри играло любопытство, но светлый поборол искушение и вернулся к выходу. Там его уже ждали. Пожилой маг топтался на пороге, держа в руках шляпу-котелок. Шерстяное пальто делало его немного массивнее, чем он был на самом деле. Седые волосы и усы выдавали возраст, а печальные глаза и узор ауры профессию. Целитель. Старый и опытный. Наверняка проживший здесь всю жизнь и повидавшие многое. Илей говорил, что чужие страдания со временем въедаются в душу, меняют ее. Поэтому часто старые лекари выглядят уставшими и грустными. Редко улыбаются. И полностью уходят в работу, не видя ничего кроме нее. Им по жизни прописано общество и частый отдых, чтобы не перегореть. Те, кто более внимателен к себе, рано уходят на покой, находят увлечение по душе, продолжают жить и подлечивать только самых близких. Маг перед ним таким не являлся.
   - Простите, что потревожил, - он неловко переложил шляпу их руки в руку. - Заметил, что тут кто-то есть и решил зайти... Виттор говорил, что кто-то обязательно появится. Отчет я отправил по форме еще неделю тому... Но тут такие дела, что наверное не обратили внимание. А он не велел кого-то беспокоить.
   Боевик нахмурился, пытаясь вникнуть в неспешную речь собеседника. По спине пробежал холодок. Сердце неприятно сжалось.
   - Что произошло?
   Маг поднял на него невероятно печальные водянистые глаза.
   - Виттор ушел... Я приглядывал за ним тут. В шахматы играли. Или трубку вместе выкуривали. Ну и по своей части я его диагностировал. На всякий случай. Так положено... А неделю назад он сказал, что устал. Мы же не можем никого насильно держать. Он со мной попрощался, сказал зайти позже и все зафиксировать. Что не было вмешательства. Насилия. Добрая воля и желание. Я все сделал. Документ заполнил. Отправил. Он еще письма оставил. Там, наверху... Сказал, тот, кто придет, заберет... Вот я и решил заглянуть, сказать. Вдруг вы не подниметесь, а там послание для вас... Извините, что потревожил...
   Он ушел тихо. Как-то даже незаметно. Как будто и не появлялся. Ничего не говорил. И знание о том, что Виттор ушел, так и осталось где-то там... В неизвестности. Почему-то сложно оказалось поверить, что его больше нет. Незыблемая величина, без которой управление боевых магов казалось невозможным, исчезла. Вспомнилось, что он так и не спросил, откуда у бывшего куратора та рана на горле. Да и много чего еще не спросил... А теперь уже и не спросит.
   Олеж поднимался на второй этаж, невольно считая ступеньки. Тридцать девять. Небольшой холл с окном и три двери. Одна приоткрыта. Немое приглашение. Старый маг продумал все. Комната оказалась кабинетом. Почти копией того, что был у него в штабе. Полки, заставленные безделушками. Стол. Кресла. Окно.
   На столешнице лежали конверты, подписанные ровным подчерком. Пара имен оказалась незнакома. А вот два других... "Афистелия". "Олеж". Он забрал письма, подумав, что нужно сказать все Илею. Тот найдет способ доставить их адресатам. Послания легли в карман куртки.
   Неожиданно накатил холод. Пронзительный. Тяжелый. И где-то вдалеке зазвучала музыка...
   - ...Но не сомкнуть кольцо седых холмов,
   И узок путь по лезвию дождя,
   И не ищи - ты не найдешь следов,
   Что Воин Вереска оставил, уходя...
   Рован. Озарение пришло неожиданно. Прежде чем покинуть Гленж он оставил коллеге маячок. О котором тот не знал. И теперь он сработал... Значит, пора отправляться в дорогу...
  

Оценка: 8.65*10  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Б.Ту "10.000 реинкарнаций спустя"(Уся (Wuxia)) Е.Шторм "Жена Ночного Короля"(Любовное фэнтези) В.Соколов "Мажор: Путёвка в спецназ"(Боевик) М.Шмидт "Волшебство по дешёвке"(Антиутопия) А.Григорьев "Биомусор"(Боевая фантастика) А.Черчень "Счастливый брак по-драконьи. Догнать мечту"(Любовное фэнтези) А.Шихорин "Ваш новый класс — Владыка демонов"(ЛитРПГ) Н.Трейси "Селинда. Будущее за тобой"(Научная фантастика) Ю.Кварц "Пробуждение"(Уся (Wuxia)) А.Минаева "Замуж в другой мир"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"