Грунина Василиса Викторовна: другие произведения.

Ужас Великой половины. Творец. Главы 1 - 10

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Peклaмa:

 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    "Ужас Великой половины.Творец". 1-10 главы второго тома. Альфа версия.

  
  Глава 1
  Великий лес
  
  Сизая дымка всё ещё мерцала в воздухе, распространяя сладковатый запах. Грэгор лениво помахал рукой, помогая её клочкам уплыть в сторону. Он сидел на высокой кровати с резной спинкой, в которой угадывались очертания могучего дерева. Затылок мужчины удобно покоился между его ветвей. Вестник появился, когда принц уже собирался ложиться спать, и прогнал дремотный покой, царивший в его душе.
  Послание было вновь от Трора. Пару дней назад, побратим уже сообщал о странных вещах, которые происходят в Грандире. О Ракхах, которые разорвали перемирие после своего нападения на Нерумат, о том, как Сибел выбивался из сил, пытаясь сохранить мир в стране, не уронив честь Гардаров, и о том, как набеги старых врагов неожиданно прекратилось. Однако на сей раз подобное затишье никого обмануть уже не могло.
  Грэгор задумчиво дунул на последние завитки тумана и, вздохнув, поднялся со своего ложа. Просторная, светлая комната, в которой он находился, на первый взгляд была обставлена весьма бесхитростно. И всё же, знающий глаз без труда понимал, какую ценность имеет каждый предмет в гостевых покоях дома Илдариона.
  Обогнув кровать, принц подошёл к большому стрельчатому окну, занимавшему всё восточную стену. Он распахнул изящные створки и в лицо ему дунул прохладный, ночной ветер. 'Пора бы и честь знать, - мужчина сделал шаг, ступая на миниатюрную террасу, откуда живописная долина, где дремала столица криеллов, была видна почти целиком, и облокотился на ограждающие её перила, - Иомир прав, я немного загостился тут'.
  Грэгор усмехнулся про себя. Перед его глазами проплыли воспоминания о прошедших месяцах. После осады города магов, они с другом остались помогать Кирделу. Отлавливали небольшие группы нечисти в Нерумате и соседних землях, делали вылазки в Ужас. Пару раз к перевалу подходили небольшие отряды ракхов, но ни один из них так и не осмелился напасть. Потом принц всё же решился отправить весть Каяне, и Высшая прислала помощника, чтобы переправить их с Иомиром в Сивунгард. Примирение с Илдарионом было ярым, они долго кричали друг на друга, выпуская накопившуюся горечь, и никто не решался помешать такому невиданному 'разговору' смертного с владыкой пятого рода. Когда же оба истощили запас эмоций, Высший предложил гостям приют, чтобы вместе найти ответы на вопросы, которые словно грозовая туча висели над их головами с момента окончания ритуала. Принц не мог отказаться от подобной чести. Не мог и беглый. Однако спустя месяц бесплодного поиска намёков на обещанную драконом угрозу, Иомир вернулся в Нерумат. Он приглашал Грэгора с собой, и когда тот сказал, что остаётся, с ухмылкой предположил, что друг 'подсел на Великий лес'. Тогда мужчина сделал вид, что не понимает, о чём идёт речь, однако, это было притворство. Город словно приглушал его мысли, успокаивал сердце, заставляя забыть всё дурное...
  Грэгор запрокинул голову, наслаждаясь тем, как она наполняется прозрачностью и чистотой осени. Вестник. Было в нём ещё кое, что, что делало послание непохожим на остальные. ' Трор говорит об извержении вулкана, которое грядёт на юго-востоке Земель вольных . Это более чем странно, учитывая, что именно там находится один из величайших храмов Создателя и то, что именно туда отправили окаменевшее тело Роноста после ритуала, - на запястье мужчины упала большая, холодная капля, некоторое время он наблюдал за тем, как волнуются серебристые травы Сивунгарда, а его белокаменные мостовые темнеют от влаги, - похоже на тропу из крошек, что мы искали'.
  Вернувшись в свои покои, Грэгор плотно закрыл окно и повалился на кровать, закинув руки за голову. Чем дольше он думал о вестнике, тем отчётливей чувствовал, как через плотный слой 'ваты', поглотившей остроту его жизни в последнее время, просачивается нечто до боли знакомое - жажда действия, новизны, радости. Он больше не хотел покоя и неожиданно осознал, что мысль о том, чтобы покинуть Сивунгард не вызывает у него прежней грусти. Теперь мужчину постепенно наполняла та энергия, по которой он успел соскучиться. 'Странные вещи подымают мне настроение, однако, - Грэгор приподнялся, устраиваясь поудобнее, - осталось только понять, как теперь заснуть'.
  
  ***
  Принца разбудило пение больших птиц с длинными лиловыми перьями и бархатными рожками, обосновавшихся на перилах террасы. Криеллы звали их 'Нагирель' - вестники утра. Свет заполнял комнату подобно густому мёду, не оставляя ни единого шанса заблудшей тени. Первое время на Грэгора восход в этом доме производил сильное впечатление, но сейчас привычка взяла своё, и он лишь тряхнул головой, протирая глаза. К тому же, за ночь ощущение возврата к себе настолько усилилось и окрепло, что заместило собой любование призрачной красотой долины.
  На причудливом столике в изголовье лежали два аккуратных свёртка - льняная сорочка и плотные шерстяные штаны, принесённые неуловимым опекуном, которого приставил к гостю Илдарион. В небольшой нише, напоминающей отдельную комнату, находилась каменная чаша, над которой согнулась чайка, из клюва которой струился поток чистой холодной воды, стоило только сложить птице крылья. Приведя себя в порядок, Грэгор несколько десятков раз отжался, чтобы упорядочить мысли и, одевшись, отправился на поиски владыки.
  Полукруглая, пологая лестница, выполненная так, словно представляла собой монолитный ствол дерева со ступенями, вела в просторную переднюю, откуда можно было попасть в другие помещения через короткие стрельчатые переходы. Внизу Грэгор встретил криеллку, одетую в серебристо-зелёные цвета дома, девушку направили будить гостя, и она, сопроводив его до столовой неслышно удалилась.
  С наступлением осени небольшая, уютная зала, стены которой скрывались под лёгкими тканями бежевых оттенков и были увиты густым плющом, закрывалась от холодных ветров ставнями. Илдарион сидел в кресле поодаль от накрытого к завтраку стола и, облокотившись на подлокотник, читал толстую книгу в алом переплёте. Заметив человека, Высший поднял глаза.
  - Ты выглядишь другим, - сказал он вместо приветствия, откладывая фолиант, - к тебе возвращаются силы.
  - И это не укрылось от твоих глаз, - мужчина почтительно кивнул.
  - Думаю, ты мог бы привыкнуть, что такие вещи для меня вполне очевидны, - Илдарион с интересом склонил голову на бок, - что произошло?
  - Я получил весть от побратима. 'Пророк' проснулся, - принц немного виновато пожал плечами.
  - Интересно, - криелл улыбнулся дочери, которая появилась в проходе за спиной Грэгора, и жестом пригласил обоих к трапезе, - неизвестно, к чему это может привести, ибо, насколько я понимаю, храм Создателя был построен рядом с вулканом не случайно.
  - О, да, - мужчина усмехнулся, - по легенде гора проснётся, когда Он будет недоволен. К тому же, именно там покоится Роност.
  - Трудно представить, чтобы всё это было совпадением, - Высший откинулся на спинку, задумчиво изучая ножку бокала с разбавленным вином, - И всё же, вины в том, что ты испытываешь радость от возможности получить ответы, я не вижу.
  - Быть может, - откликнулся Грэгор, не желая заниматься копанием в себе, - мне стоит отправиться в Земли вольных.
  - Стоит. Я подыщу тебе сопровождающего, - эхом отозвался Илдарион, - так дорога займёт куда меньше времени.
  - Кхм, - Каяна отложила прибор, так и не притронувшись к еде, - отец, можно я пойду с ним?..
  Выражение лица и поза владыки остались прежними, хотя всё его тело напряглось, как тетива лука. Криеллу явно была не по душе просьба дочери, и Грэгор догадался о причине лишь после того, как холодный взгляд Илдариона скользнул по ним обоим.
  За то время, пока мужчина гостил в Сивунгарде, Высшая часто гуляла с ним, рассказывая легенды, истории, от которых у принца голова шла кругом, охотно спорила на любые темы и с неподдельным любопытством узнавала о других расах. Можно было с уверенностью назвать их друзьями. Но даже мысль о возможности других отношений казалась Грэгору нелепой.
   'Понятно, что Илдарион заботится о единственном чаде, но его домыслы похожи на...кощунство, - принц боролся с улыбкой, которая пыталась бесцеремонно взобраться на губы, - Да и портить отношения с криеллами сейчас, было бы крайне глупо'.
  Он сделал глубокий вдох и положил руку на колено Высшей, которая, не заметив перемены в настроении отца, продолжала уговаривать его.
  - Владыка, возможно, ты не доверяешь мне, однако прошу, не обижай подозрениями ту, что всегда была верна своему народу.
  Воцарилась звенящая тишина. Каяна оборвала себя на полуслове и непонимающе смотрела на Илдариона.
  - Полагаю, ты прав, - наконец откликнулся тот, немного расслабляясь.
  - Что происходит?
  Некоторое время девушка продолжала надеяться, что кто-нибудь объяснит ей случившееся, затем, догадавшись обо всём самостоятельно, вздрогнула, и, побледнев, медленно поднялась со своего места.
  - Спасибо за пищу, отец.
  - Каяна! - криелл с грустью посмотрел во след удаляющейся фигуре дочери, залитой утренним светом, и нарушая длинную паузу обратился к гостю, - прошу извинить нас за эту сцену.
  - О, я видел вещи похуже, - Грэгор, наконец, проиграл сражение с улыбкой, и она растянулась во всю ширь, - я поговорю с ней, если позволишь.
  - Раньше мы были близки, а теперь... - на обманчиво молодом лице Илдариона мелькнул след времени, заставляя принца невольно поёжиться.
  - Думаю, она не всегда тебя понимает, - произнёс он, помолчав, - Каяна делает всё возможное, чтобы угодить отцу, но ты доверяешь ей меньше, чем она того заслуживает.
  - Мой гость наблюдателен для человека, - Высший благодарно кивнул, - но поймёт меня только после того, как родит своих детей.
  
  ***
  После того, как решение было принято, а первые шаги на пути к цели намечены, Грэгором овладело нетерпение. Мысленно он уже был на другом краю Великой половины, в Нерумате, и говорил с Иомиром о последних новостях. В Сивунгарде принца теперь держали только нехитрые сборы да обещание поговорить с Каяной. Найти которую оказалось немного сложнее, нежели принц надеялся.
  Обойдя весь дом Илдариона и тридцать три раза пожалев о том, что не является Высшим, мужчина вспомнил ту самую поляну, где она врачевала его от ран и куда неоднократно приводила впоследствии во время прогулок. 'Должно быть, это место много значит для неё. Нужно только его найти', - Грэгор вышел на улицу.
  Солнце светило ярко, наполняя жизнью всё вокруг - от невесомых былинок в кристальном воздухе, до сверкающих каплями росы серых камней, там, где их не прятала буйная зелень. Однако холодный ветер уже трепал макушки деревьев, налетал сквозными порывами, пробирая до костей, играл с листьями, пытаясь сорвать их с родных веток и унести прочь, в пучину бурной реки, шумевшей по левую сторону от обители Владыки.
  Мужчина завязал волосы в тугой хвост и огляделся по сторонам. Перед ним спускался к Сивунгарду пологий склон, по которому струилась мощёная песчаником дорожка. Где-то внизу она становилась шире, разливалась, замедляя свой бег, точно хотела налюбоваться причудливыми садами, полянами и перелесками, полукруглыми арками и сокрытыми за ними, в тени раскидистых многовековых деревьев, дивными, словно бы воздушными постройками.
  Неожиданно, впервые за долгие месяцы, Грэгор почувствовал себя здесь чужим. Всё, что окружало его, дышало жизнью и красотой, которая не умещалась больше в сердце смертного. Он знал, что поздней осенью криеллы земли позволят листьям пожелтеть, а упасть с веток только ранней весной, чтобы сразу же набухли свежие почки, знаменуя собой начало нового цикла. В тот день у Высших будет большой праздник. Мужчина твёрдо осознавал, что хочет ощутить кожей трескучий мороз и хлопья первого снега. Хочет вновь насладиться тем, что смертен, чувствуя сопричастность к большому таинству жизни.
  Принц вздохнул и расправил плечи. 'Кажется, Великий лес отпускает меня. Оно и к лучшему', - он повернулся к Сивунгарду спиной и обошёл дом Илдариона по дуге, Чтобы очутиться на своеобразном заднем дворе, представляющем собой небольшой парк с беседкой.
  Эта часть холма заканчивалась обрывом, по которому вниз вела крутая лестница.
  
  ***
  Предчувствие не обмануло Грэгора, и Каяну он нашёл именно там, где искал. Девушка сидела неподвижно, как восковая фигурка, облокотившись на толстый ствол дерева. Было похоже, что криеллка не заметила его присутствия, хотя громкие шаги должны были выдать мужчину с головой.
  Тихо кашлянув, он выждал ещё пару секунд, а затем, подойдя ближе, присел рядом.
  - Я неплохо тебя изучил, правда?
  - Наверное, - уголки губ девушки дрогнули, расплываясь в грустную усмешку. Она моргнула, возвращаясь к реальности и, совсем по-человечески, шмыгнула носом.
  - Что произошло между тобой и отцом за завтраком? - принц сорвал высокую травинку и сунул один её конец в рот, - мне казалось, что ты давно привыкла к причудам Илдариона. И даже мне ясно, что он доверяет тебе больше, чем кому бы то ни было.
  - Да, я знаю...иногда, - привычным движением Каяна стала перебирать длинный локон, - но порой становится невыносимым то, как он лишает меня своей жизни, права на выбор в одних ситуациях, награждая ответственностью за жизнь целого народа в других. Ты понимаешь?
  - О, да! - мужчина сардонически рассмеялся, - понимаю. И ты, надо признать, справляешься куда лучше меня в своё время. И всё же, рискну предположить, что дело не только в этом.
  - Не только, - Высшая помолчала, и заговорила с напором, точно доказывала свою правоту, - Ты ведь не знаешь, почему с нами не живёт моя мать?
  Грэгор молча мотнул головой.
  - Она ушла...вернулась на Скрытую половину , и отец считает её поступок предательством. Так же, как и я. Но в такие минуты, как сегодня утром, я думаю, что Илдарион боится, что я пойду по её стопам.
  - Звучит нелепо, - принц иронично поднял бровь, - особенно после того, что ты уже совершила для Великой половины.
  - Подчас мы слепы, когда дело касается близких.
  - Поговори с ним, - мужчина мягко толкнул девушку плечом, - уверен всё гораздо проще, чем кажется.
  - Обязательно, - Каяна выпрямила спину, сбрасывая остатки минутной слабости, и вновь стала похожа на саму себя, - спасибо.
  Беседа была явно окончена и Грэгор, поднявшись на ноги, тактично оставил Высшую наедине с мыслями.
  
  ***
  Вернувшись в свою комнату, принц достал из резного сундука, стоявшего у противоположной от кровати стены, заплечный мешок, о котором он, казалось, так давно не вспоминал, что теперь позволил себе нежную ухмылку. Уложил в него тёплое одеяло, небольшой котелок, связку амулетов, пару вестников и прочую нужную мелочь. Затем, надев дорожные сапоги, пояс с ножнами и тёплый плащ, подбитый мехом куницы, окинул быстрым взглядом гостевые покои и, в последний раз пройдясь мимо стрельчатого окна, привычным движением проверил, как выходит клинок из ножен.
  'Нужно бы потолковать с Илдарионом о провианте', - напомнил себе он, уже покидая комнату, чтобы проститься с владыкой пятого рода.
  Высший находился в своём кабинете не один. Заслышав дробные шаги человека издали, он попросил своего визитёра выйти ему на встречу, и высокая двустворчатая дверь распахнулась перед мужчиной ещё до того, как он приблизился.
  Грэгор, замерев на миг, внимательно глянул на криелла, который с улыбкой пригласил его внутрь. Черты лица юноши казались ему смутно знакомыми и, не дождавшись подсказки, мужчина заговорил первым.
  - Я видел тебя прежде.
  - Да, меня зовут Лоранд. Я помогал вам с Илриэль бежать из плена Роноста, - огромные серые глаза знакомого изучали гостя доброжелательно и сочувственно.
  - Ах, да! Прости, что не вспомнил твоего имени сразу же, - Грэгор протянул руку, приветствуя его.
  - Лоранд сопроводит тебя в земли вольных и, если потребуется, придёт на твой зов потом, - пояснил Илдарион от книжных полок, занимавших всю дальнюю стену кабинета, чистого и светлого, как и все прочие помещения его дома, - как только что-нибудь поймёшь...
  - Я дам знать, - принц вежливо склонил голову, - могу ли я просить о небольшом запасе еды?
  - Конечно, отыщи кормящую , - Высший оглянулся на юношу, который молча шагнул в направлении камина, выполненного из мерцающего серебристыми прожилками белого камня, и пропал, - могу ли я сделать ещё что- либо?
  - Нет, Владыка, - Грэгор изобразил на лице притворный ужас, - твоя помощь и без того была гораздо больше той, на которую я смел рассчитывать.
  - Что ж, - Илдарион едва заметно улыбнулся, - тогда пусть Создатель хранит тебя.
  
   Глава 2
  Земли вольных
  
  В Обинхор, маленький город, раскинувшийся неподалёку от храма Создателя, Грэгор попал в разгар дня. Лоранд привёл его в укромное местечко, подальше от любопытных глаз, и дорога до поселения заняла около получаса. На прощание криелл отдал мужчине деревянную фигурку, изображающую раскидистый ясень, на цепочке, пояснив, что капли крови будет достаточно, чтобы призвать его. Принц хотел было пошутить о том, что Высшие, похоже, неравнодушны к этой жидкости, но вовремя осёкся, решив, что может обидеть чьи-нибудь нежные чувства.
  От идеи повидаться для начала с Иомиром Грэгору так же пришлось отказаться. Как ни крути, а выдёргивать друга всякий раз, когда призрачный хвост Роноста покажется на горизонте, было бы весьма эгоистично.
  Солнце стояло высоко и, несмотря на осень, припекало довольно сильно, так что плащ приходилось тащить на плече, но к той минуте, когда впереди показались крепкие, приземистые дома, мужчина и без него порядком упарился. 'В Грандире скоро будут первые заморозки, - он втянул ноздрями запах сена, яблок и жареного мяса, который путеводной нитью струился от жилья, заставляя ноги идти быстрее, - они там что, празднуют извержение?'
  Никакой ограды или забора в Обинхоре не было. Сразу же за крайними постройками начинались холмистые луга с низкорослой, желтоватой травой, нисходящие к берегу полноводной Ресницы, текущей от самого Лошадиного глаза с одной стороны, и храма Создателя, монолитной громадой царящего на горизонте, у подножья Пророка, с другой.
  Земля тут была довольно бедной - сплошной песок да суглинок, поэтому местные жили ремеслом, кроме оружия, посуды и ковров, частенько промышляя бусами, кольцами и другими поделками из лап краба-пескуна. Небольшой зверёк вместе со своими массивными, очень прочными и красивыми, будто бы отлитыми из драгоценного металла когтями, позволяющими зарываться в твёрдую почву, выбрал крайне опасное место для жизни.
  Над вулканом курился плотный белый пар, и Грэгор отвёл взгляд, ощутив неприятный холодок на спине. Улицы были пустынны, и в один миг он даже понадеялся, что благоразумные жители Вольных земель покинули обречённый край заблаговременно, но настырный запах мяса, а так же вполне отчётливый шум и гомон, доносившийся спереди, говорили о другом.
  Довольно простые, зато многоцветные, двух-трёхэтажные дома теснились по обе стороны, окружая пёстрым коридором, отчего принц невольно подумал, что покраской жилищ в Обинхоре, видимо, восполняют нехватку зелени. Наконец, булыжная мостовая пошла в гору, и через пару минут его глазам открылась обширная площадь, на которой собрался весь город.
  Людей было точно комаров на болоте, они сидели на каждом крыльце, телеге или балке, топтались на месте, распихивая друг-друга локтями, чтобы лучше видеть то, что происходило в центре на деревянном помосте. И посмотреть было на что. Возвышение плотным кольцом окружали мужчины и женщины в пурпурных одеждах храма, а на самой площадке, картинно раскинув руки, стоял высокий, очень худой человек с гривой рыжеватых волос, который необычайно зычным для своего тщедушного тела голосом читал вдохновенную проповедь.
  Позади помоста горели костры, над которыми висели сочные свиные туши, переворачиваемые добровольцами, всецело занятыми процессом. Там же можно было разглядеть и множество бочек с вином, лежащих друг на друге.
  Грэгор присвистнул: 'Для такого пира нужен хороший повод. Если верить слухам о Землях вольных, то местные даже перед лицом угрозы, подобной вулкану едва ли станут разбазаривать последнее, - размышления оборвал хмурый, мускулистый мужик, ощутимо толкнувший его, размашистым шагом уходя с площади. Принц поморщился, разминая ушибленное плечо и тут же рассмеялся, - соскучился по людям, да?'
  Отойдя в сторону, чтобы не привлекать внимания, Грэгор прислонился к нагретой за день стене, и прислушался к тому, что говорил проповедник, которого про себя он сразу же нарёк космачом.
  - Они дали нам знак! Знак, что Создатель гневается. Никто не посмеет отрицать, что гора проснулась, ибо люди нарушили ход вещей. Волю его детей - Творцов, которые призвали дракона, чтобы покарать недостойных! - он простёр похожие на сухие ветви руки к толпе, в которой раздался одобрительный гомон, - сегодня, пейте и ешьте! А завтра, мы понесём самое ценное к храму, чтобы доказать свою верность Творцам и тогда, беда минует нас!
  'Что за околесицу он городит? - сумбурные излияния космача вызвали у принца раздражение вперемешку с дурнотой, - неужели они этому верят? - сильный толчок сотряс землю. На мужчину посыпалась солома с крыши, и очистив от неё голову с лицом, он увидел как тут и там жители Обинхора помогают друг-другу подняться на ноги, воздух зазвенел от детского плача и женских криков, - Ракш его дери, конечно да'.
  - Не бойтесь! - возликовал космач, - Ибо я не вру вам. Вы мне верите?
  Ответом ему послужил стройный хор голосов. Грэгор в недоумении наблюдал, как ближайшие к нему горожане уверенно кивали головами, тихо переговариваясь между собой.
  'Всё гораздо хуже, чем казалось. В жизни такого единодушия не видел. И это при том, что я был на совете старейшин криеллов, - он бросил взгляд в ту, сторону, где курилась верхушка Пророка, - интересно, сколько в запасе времени?'
  Космач говорил ещё какое-то время, за которое принц успел заметить одну странность: на площади всё же были те, кто испытывал растерянность - служители храма, по крайней мере, некоторые из них. Он постарался запомнить полноватого мужчину средних лет с мягкими чертами и молодую женщину, обладавшую тревожным взглядом и глубокой складкой, залёгшей на лбу.
  Когда загадочный проповедник всё же закончил речь и величественно спустился по импровизированным ступеням, местные потянулись на запах мяса с картошкой, запечённой в углях, чтобы, получив свою порцию, разойтись группками по укромным уголкам. Толпа начала редеть.
  Грэгор облегчённо вздохнул и, отлепившись от стены, стал пробираться к помосту.
  
  ***
  Оба запримеченных им служителя храма успели куда-то исчезнуть, и сколько мужчина ни вглядывался в обветренные лица горожан, отыскать этих двоих так и не сумел. Космача облепила толпа обожателей, которые наперебой твердили про детишек, семьи и то, сколько именно добра нужно завтра нести, а он горделиво выпятив подбородок, убеждал их, что все 'верные Творцам' будут спасены.
  Единственное, что Грэгор мог сделать прямо сейчас - это найти того, кто согласится рассказать чужестранцу о происходящем. Он внимательно переводил взгляд с одной взволнованной кучки людей на другую, пока не остановил его на дородном, носатом дядьке в косынке, который щурясь и уворачиваясь от дыма, отрезал куски от свиной туши. 'Насколько я знаю, местные не очень-то жалуют случайных чужаков, а уж сейчас и подавно. Но стоит рискнуть, всё же бедняга стоит один, хотя ему наверняка не терпится почесать язык, - принц решительно обогнул помост и приблизился к вертелу, источающему такой аромат, что его живот заурчал громко и требовательно'.
  - День добрый, милый человек. Не угостишь ли меня этим дивным поросёнком?
  - Ххха, - носатый издал сочный горловой звук, от которого его заплывшей груди побежала рябь, - добрый, говоришь? Ты либо головой слаб, либо глазами слеп.
  - Ни то, ни другое, - Грэгор усмехнулся в тон собеседнику, - я проездом в Свилидар. А что у вас приключилось?
  - Проездом, говоришь? - он смерил мужчину подозрительным взглядом и протянул кусок мяса с ножа, - Тебе и дела до нас тогда нет.
  - Благодарю, - принц взял угощение и равнодушно пожал плечами, делая вид, что направляется к столам, которые были расставлены рядом с бочками. Там в изобилии покоились почерневшие клубни, хлеб и зелень, но сделав два шага обернулся, - откуда хоть столько добра?
  - Это храмовники расщедрились. Один вурн запасам пропадать, - носатый вдруг осёкся и, сложив руки на груди крестом, отвесил поклон в сторону вулкана.
  - Пропадать?
  - Да, не видишь, Пророк злится? - он покосился на чужака, и тело его мелко затряслось от смеха, - ну хитрец!
  - Почему же вы не бежите? - Грэгор вернулся на прежнее место и, откусив от своего ломтя, сделал вид, что еда ему интересна так же, как и беседа.
  - Кто хотел, удрал, - мужик тяжело вздохнул и наклонился за большой деревянной кружкой, ожидавшей своего часа, - только вот далеко ли... Прогневили мы Творцов. Теперь хоть беги, хоть лети стрелой - от судьбы не уйдёшь.
  - Почему Творцов? - удивление, отразившееся на лице принца, было вполне искренним.
  - Долго рассказывать, - носатый протянул кружку с вином собеседнику и, подождав, пока тот, сделав глоток, вернёт её обратно, продолжил, - но ты уж поверь, что знаков они дали предостаточно.
  - Хорошо, только речь идёт о сотнях жизней, - Грэгор жестом обвёл площадь, - неужели ты веришь, что никого из них нельзя спасти?
  - Я верю в то, что вижу! - глаза мужика сердито сверкнули, - Не пора ли тебе куда шёл?
  В стороне от костра было уже прохладно. Пяток местных деловито разбирал помост. На крыльце одного из домов, окружавших площадь, сидела женщина с гитарой. 'Остаётся либо занять место проповедника, либо искать ночлег', - принц бросил заплечный мешок на мостовую и, надев плащ, закинул его обратно.
  
  ***
  
  Обе таверны Обинхора располагались здесь же, рядом с центральной площадью и в обеих не было ни посетителей, ни обслуги, ни даже хозяев. Для приличия Грэгор несколько раз крикнул последних, но ответом ему стала только глухая тишина пустого пространства.
  Решив не тратить понапрасну время, он вышел на ту же улицу, которой пришёл, чтобы вернуться к месту, в которое забросил его Лоранд.
  Небольшая роща деревьев, зажатая между полями, встретила его печальным шумом листвы. Отыскав знакомую прогалину с двумя валунами по центру, мужчина освободился от поклажи и, облегчённо вдохнув пахучий осенний воздух, положил руки на затылок. Его мысли гудели от глупости происходящего, увиденное сегодня гораздо больше походило на сумбурный сон, один из тех, где обрывки воспоминаний мешаются с нелепыми образами и полузабытыми легендами, чем на правду.
  'Хорошо бы поговорить с Трором или Иомиром. Но видимо придётся ограничиться вестником', - он тряхнул головой и отправился собирать хворост для костра.
  За вечер толчки, сотрясающие землю, повторялись ещё несколько раз, напоминая, как близко ходит беда. Быстро густели сумерки, и вскоре рощу накрыла непроглядная темнота, расшитая алмазной крошкой звёзд.
  Устроившись подле жаркого, трескучего пламени, Грэгор старался придумать хоть какой-нибудь план действий на завтра, когда лёгкая поступь живого существа за спиной пробежала холодной волной по его внутренностям.
  Тело мужчины перешло в боевую готовность, а рука сомкнулась на рукояти меча прежде, чем он услышал знакомый мелодичный голос.
  - Это я.
  - Каяна? - принц обернулся, постепенно расслабляясь.
  - Да, - Высшая неторопливо приблизилась к огню и молча остановилась.
  - Что ты делаешь здесь? - спросил он, наблюдая причудливый танец бликов на коже и волосах криеллки.
  - Пришла навестить друга.
  - Поговорила с Илдарионом? - Грэгор поднялся, уступая место гостье.
  - Ты дал хороший совет, отец не враг мне, - она кивнула и, мягко улыбнувшись, присела на край одеяла.
  - Хоть одна добрая весть за день, - мужчина сломал об колено и положил в костёр толстую ветку, - здесь происходит Ракш знает что.
   - Расскажи, - Каяна отрешенно следила за действиями человека.
  - Хорошо, - принц остановился, словно его озарила идея, и лукаво глянул на Высшую, - Надеюсь всем сердцем, что моя просьба не будет чересчур наглой, но если бы ты могла привести сюда Трора, я просветил бы вас обоих.
  Она помедлила и, подняв глаза собеседника, тихо рассмеялась.
  - Ты умеешь просить. Жди.
   Не веря в свою удачу, Грэгор наблюдал, как она плавно встаёт и, сделав пару шагов к ближайшей берёзе, исчезает, словно бы растворяется в ночной темноте.
  Им завладело предвкушение встречи с побратимом, радость отодвинула на второй план всё то, что тревожило и лишало покоя, заставляя лёгкую, кипучую силу бежать по венам. В нетерпении он бесконтрольно мерил шагами захваченное светом пламени у мрака пространство, то и дело бросая взгляды туда, где покинула рощу криеллка.
  Спустя целую вечность, мужчина услышал долгожданные шаги, а затем увидел, как на прогалину выходит, озираясь и сам Трор.
  - Где он? Покажи мне этого засранца! - рёв товарища громовыми раскатами полетел над округой, срывая дремотное оцепенение ночи.
  - О великий! Ты оторвал свою тушу от постели ради меня! - Грэгор широко раскрыл объятья и бросился навстречу побратиму.
  С минуту они, весело посмеиваясь, норовили задушить друг друга, а потом затеяли ритуальную потасовку. Каяна отошла в сторону, внимательно наблюдая за чудным спектаклем, который разворачивался перед ней. Когда растрёпанные мужчины, тяжело дыша, но улыбаясь, поднялись на ноги, Высшая подала голос.
  - Вы затеяли поединок, но энергия радости вокруг была такой плотной...
  - Это потому, что я с радостью готов намять ему бока, - Трор принялся отряхивать одежду от сора, - между прочим, явление криеллки в мои покои чуть не лишило разума одну девицу.
  - Ничего, - Грэгор злорадно ухмыльнулся, - пойдёт молва, что ты не пальцем делан.
  - Я тут прихватил гостинец, - побратим достал из-за пазухи тёмную пузатую бутыль, - повтори ка, чем я делан?
  - Жезлом! Из чистого, говорят, золота! - принц благоговейно сложил руки на груди.
  - Ладно, - он, посмеиваясь, откупорил вино, - Творцы свидетели, как соскучился, но ты ведь меня не зря посреди ночи на другой край Великой половины выдернул?
  - О, да! Творцы как раз тут по самые уши замешаны, - мужчина присел на корточки у огня.
  - Это каким боком? - друг непонимающе поднял густую бровь.
  - Пророк со дня на день накроет всё вокруг лавой и пеплом, а местные на отрез не желают уходить, - Грэгор подробно описал то, что видел и слышал за день, стараясь не упустить какой-нибудь важной детали.
  - А в центре всей этой чепухи - космач, - Трор передал бутыль побратиму и задумчиво покачал головой, - откуда он взялся?
  - Хорошо бы выяснить, но жители Обинхора не отличаются гостеприимством, - голос мужчины стал насмешливым, - и всё же, дать погибнуть целому городу, да ещё так нелепо!..
  - Они ведь потащатся завтра к храму, - побратим скривился, - дела.
  Над прогалиной повисла тишина, которую нарушила Каяна.
  - Я могла бы изобразить Творца, - она запнулась, точно удивилась сама себе, - явлюсь толпе паломников, скажу им, что мужество Обинхора было наилучшим подношением, а теперь им всем следует бежать, если хотят выжить.
  Друзья, ухватившись за идею, переглянулись.
  - Может сработать, - Грэгор начал рассуждать, бросая после каждой фразы палочку в костёр, - вырасти перед горожанами, как будто из ниоткуда, для тебя не проблема, говорить властно тоже. Есть лишь одно но. Совершить показное чудо без песни под силу только Илдариону.
  - Думаешь, кто-нибудь здесь видел живого криелла? - Трор махнул рукой, - на волне общего помешательства Каяна сойдёт за дитя Создателя как миленькая.
  - Допустим, - принц пожал плечами, - других идей один Ракш пока нет. Потом, если всё пройдёт гладко, я найду храмовников, чтобы выяснить, откуда растут ноги у нового культа, и как он связан с угрозами Роноста.
  - Если связан. Ради Создателя, будь осторожен, нутром чую, мы не знаем и половины того, что происходит в этом пустынном краю.
  - Буду, - мужчина закашлялся, сделав слишком большой глоток, - расскажи лучше как дела дома. Вестник - это, конечно, хорошо...
  Разговор перекинулся на обсуждение новостей Грандира, и когда побратим, отчаянно зевая, попросил Высшую доставить его домой, перевалило за полночь. Грэгор проводил их взглядом и, завернувшись в плащ, улёгся к тёплым углям спиной. Завтра ему предстоял довольно странный день.
  
  ***
   Зябкое, тревожное утро разбудило принца, едва народившись в облачном небе. Превозмогая себя, он избавился от уютного 'кокона' и, немного размявшись, занялся костром, чтобы согреть воды. В душе мужчины было так же ветрено, как и снаружи. Словно бы порывы осеннего холода без труда проникали туда, взметая обрывки мыслей и эмоций, а затихая, дарили печальный покой.
  Высшая появилась, как обычно, неслышно, когда над котлом стал клубиться терпкий, от листьев и ягод, пар. Грэгор приветствовал гостью кивком и, молча разделив с ней завтрак из вяленого мяса, ароматного хлеба с травами да свежих овощей, провизии, которую выдала кормящая Илдариона, начал собирать вещи.
  - Как мне тебя призвать в нужную минуту? - спросил он Каяну, сидевшую, поджав ноги, на покатом боку валуна.
  - Вот, - она подняла руку и стянула с тонкой шеи цепочку, на которой висела точно такая же фигурка раскидистого ясеня, как та, которую давеча выдал принцу Лоранд, - ты должен...
  - Знаю, как этим пользоваться, - мужчина повертел гладкую подвеску в пальцах, - но что, если рядом с площадью нет ни единого дерева или куста?
  - Есть. Там должна быть осина, которую местные украшают зелёными лентами на праздник весны.
  - Что ж, тогда я дам тебе знак, - принц махнул рукой и направился к просвету, в котором виднелась трава и кусок пасмурного неба.
  Местные условились о том, что соберутся на главной площади в полдень. Принц оказался возле крайнего дома Обинхора примерно за час до этого времени. По дороге он уже не мог избегать взглядов на дымную груду Пророка. Вулкан словно бы вырос за ночь, подтянулся, навис над округой своим грозным, неумолимым телом. И, когда мужчину обступили приземистые дома города, он испытал облегчение.
  После вчерашнего, по улицам шатались осоловевшие люди. Они мутными глазами смотрели по сторонам, вполголоса болтали со знакомыми, спали под вывесками лавок и мастерских. В то, что совсем скоро они отправятся подносить дары кому бы то ни было, Грэгору верилось с трудом. 'Но Ракш подери! Какая отличная мысль напоить всех накануне такого события, чтобы никто не одумался, - он переступил через лежащую на мостовой оглоблю и, подняв глаза, увидел смутно знакомое бородатое лицо, наблюдавшее за ним из окна ближайшего дома. Секунда, и оно исчезло в темноте комнаты, - да уж, местечко забавное'.
  Площадь напоминала поле брани. Остовы свиных тушь печально висели над потухшими кострами. Отходы пышной трапезы, размётанные по столам, доедали бодро жужжащие мухи и деловито снующие крысы. Доски от помоста, частично разобранного, частично брошенного как есть, валялись прямо под ногами. А с правого края от него, действительно, стояла осина, которую принц не заметил вчера.
  Найдя укромное место в тени от крыльца таверны, он сел у стены и стал ждать, наблюдая в полудрёме за спором двух, некогда нарядных женщин о словах песни, которую обе запомнили по-своему. Время тянулось бесконечно медленно. Ветер усилился, пробирая до костей. Горожане, казалось, тянулись к площади, по наитию, не так стремясь проявить верность Творцам, как желая находиться ближе к месту вчерашней гульбы.
  Наконец, с востока раздался громкий рокот горна, который заставил вздрогнуть Грэгора и протестующе замычать половину будущих паломников.
   На кромке холма, где улица ныряла вниз, убегая от площади в сторону Пророка, появился космач. Его фигура, облачённая в небесно-голубую полотняную камизу , и лицо, обрамлённое гривой рыжеватых волос, были полны смиренного ликования. Позади своего лидера, ровным клином, вышагивали служители храма в серых хламидах из дорогого, невесомого бархата. Они, как один, смотрели на камни мостовой, словно боялись оступиться, однако, вместо насмешки рождали в душе трепет перед силой. Среди них Грэгор заприметил и того полноватого, которого пытался найти вечером, упитанные губы его теперь дрожали, нашёптывая немую скороговорку.
  Пройдя две трети площади, космач остановился и, подняв массивный, изогнутый рог, дунул в него ещё раз, словно бы наслаждаясь муками отгулявших горожан. Небольшая стая ворон тут же снялась с места, то ли проклиная своим гвалтом шумливого нахала, то ли издеваясь над обречёнными.
   - Жители Обинхора! Настал тот час, когда все мы оставим след в летописях Великой половины! К несчастью, одна из наших сестёр малодушно бежала сегодня ночью. Мы не забудем этого поступка, - он коротко приподнял уголок рта в ухмылке, - И чтобы развеять постыдные сомнения, которые могли родиться в слабых умах, я вознесу молитву Творцам, чтобы они исцелили ваши страждущие тела!
  Принц, затаив дыхание, наблюдал, как проповедник, воздев тощие руки к небесам, произнёс череду длинных, малопонятных фраз, и резко опустив их, поднял колючие глаза на толпу.
  Взгляд принца выжидающе скользнул по мятым фигурам и, почти сразу, остановился. Люди больше не мучились похмельем. Их движения стали осмысленными, спины распрямились, а голоса окрепли. Над площадью раздался одобрительный гул.
  - Я вижу, что Творцы, как и прежде, не оставили без внимания наши просьбы! - космач сухо улыбнулся, - Мы дождёмся тех, кто опоздал и двинемся в путь.
  Несколько служителей храма, повинуясь его жестам, покинули собратьев и двинулись по улицам, лучами расходящимся от площади к окраинам.
  Грэгор ощутил, как его сердце забилось чаще, пытаясь вынырнуть из волны дурного предчувствия. 'Во что мы впутались? Если космач - маг, то просто не может обладать такой силой! Она слишком велика для человека! - решив, что более подходящей минуты уже не будет, мужчина схватил кулон Высшей и резко стянул его, едва не разорвав цепочку, - пора звать Каяну'.
   Нашарив кинжал, он вдавил его остриём в ладонь и, почувствовав, как по ней побежала струйка тёплой крови, отправил обратно в ножны. Капли неспешно тянулись к амулету, выстукивая рваный ритм. 'Хватит, пожалуй, - принц надел кулон обратно и, оглядевшись по сторонам, вытер ладонь о штаны'.
  Некоторое время ничего не происходило. Площадь гудела, словно растревоженный улей, подбадривая саму себя. Космач отправил почти всех служителей храма, которые, по какой-то причине подчинялись ему, обыскивать дома горожан, чтобы собрать ценные вещи, и теперь стоял в окружении четырёх людей в хламидах.
  Секунды капали одна за другой и, вот, от ствола беспокойной осины отделилась стройная фигура в белоснежном платье.
  Грэгор подобрался, готовясь помочь Высшей, хотя и сам не очень-то представлял как. У горожан не было ни единого повода усомниться в том, что перед ними живой Творец. От Каяны исходил почти зримый свет. Величественная осанка, неторопливые, мягкие движения и небесная красота девушки, заставили мужчину бороться с улыбкой, словно бы часть всего этого принадлежала ему.
  Подождав, пока новость о её появлении разлетится над площадью приглушёнными вздохами и указующими перстами, криеллка заговорила, без труда перекрывая гул.
  - Да прибудет небо над вашими головами, мои бедные потомки, - глаза девушки смотрели на людей с выражением, которому Грэгор не решился подобрать определения, так, наверное, взирает пастух на подопечное стадо коров. Обильное, но переставшее давать молоко, - Ваши голоса взывали столь громко, что моё сердце наполнилось жалостью и заставило меня вмешаться. Дары, которые вы собрали, приятная мелочь для Творцов, но сотни жизней куда ценнее. Бегите! Бегите, покуда смертоносная туча удушающего пепла не укутала город! Покуда потоки огненной лавы не сожгли дотла всё, что вам дорого!
  Местные пребывали в растерянности, точно не знали как себя вести. Одни опустились на колени, другие начали улыбаться, прижимая к груди детей. Высшая неторопливо подняла руки, будто бы хотела обнять всю площадь.
  - Позвольте и мне преподнести вам свой дар. Я спою песню, которая осветит нелёгкий путь, развеет страх и даст облегчение.
  Космач, находившийся, до тех пор в замешательстве, после этих слов Каяны пришёл в себя. Его скула дёрнулась от сильнейшего раздражения, но успокоившись, он ограничился тем, что наградил гостью тяжёлым взглядом.
  - Стой! Не смей открывать рот, лгунья! Ты не Творец.
  - Повтори, - она медленно повернулась к проповеднику. Теперь глаза Высшей были тёмными, как небо в шторм, а свет, который струился от неё, источал угрозу, - кто же я?
  Губы мужчины сложились в ломаную ухмылку, и он проговорил по слогам слово, которое упало камнем в желудок принца.
  - Кри-елл.
  'Нужно что-то делать, - усилием воли Грэгор подавил гнетущее чувство тревоги. Он встал и начал продираться вглубь толпы, поспешно распихивая завороженных действом горожан'.
  - Ты готов отвечать за то, что сказал? - Задумавшись лишь на миг, Каяна продолжила игру, надеясь, что странным лидером Обинхора руководит упрямство, а не знание.
  - О! Я готов, - собеседник вдруг успокоился и даже начал паясничать, отвесив земной поклон гостье, - а ты?
  Дымка света, парившая вокруг девушки, моментально исчезла, словно была мыльным пузырём, созданным озорным ребёнком. Принц едва удержался от желания выругаться вслух: то, что космач устранил магию криеллов, было понятно лишь ему. Остальные же, после должного напутствия, спишут всё на страх самозванки.
  - Он погубит нас! - мужчина сильнее натянул капюшон и крикнул, стараясь отвлечь внимание собравшихся, - Навлечёт гнев Создателя!
  - Мы ждём чуда, - проповедник с удовольствием хохотнул, - докажи, что ты Творец. Только без песен, - он покачал пальцем из стороны в сторону и понизил голос так, чтобы его могли услышать лишь те, кто стоял рядом, - ты ведь пока ничего толком без них не можешь, да?
  Каяна побледнела. Драгоценные секунды утекали у неё между пальцев, а вместе с ними, исчезало и влияние, которое Высшей удалось заполучить.
  - Я так и думал! - космач отвернулся от криеллки и обратился к толпе, - Только Высшие плетут заклинания песнями. Я просил о чуде, но, к стыду своему, она не в силах его сотворить! Кто-то хочет сорвать наши планы.
  Повисла долгая пауза. Нарастая, точно снежный ком, среди общего гула начали выделяться крики 'чудо!'
  И едва Грэгор успел подумать о том, что стоит слишком далеко, его запястье обхватили цепкие пальцы носатого мужика, с которым он так мило беседовал, пытался разведать обстановку.
   - Он не местный! Вчера у меня выпытывал всякое!
  Принц быстрым движением выдернул руку, но глянув на хмурые и растерянные лица горожан, понял, что пользы от этого будет мало. Жители Обинхора надеясь, по всей видимости, отыграться за свою доверчивость, охотно подхватили идею обвинить во всём кого-то.
  - Так чего стоишь? Крути его! - другой мужчина с разорванным ухом отпихнул соседа, чтобы схватить чужака за плечо.
  Бежать было некуда, для драки не хватало места, и очень скоро Грэгора смяла толпа. Последнее, что он успел увидеть - край платья Каяны, метнувшийся в сторону осины.
  
  ***
  Его отволокли недалеко. По иронии судьбы, ближайшее к таверне здание из красного камня ещё совсем недавно принадлежало 'Вольной страже', которая следила за порядком в Обинхоре. Сопровождая свои действия совершенно излишними рывками, два крепких парня, которым было поручено доставить мужчину до места назначения, протащили его через пустую переднюю, комнату побольше, единственную обстановку которой составлял длинный стол и десятка два стульев, к лестнице, ведущей в подвал.
  Там пленника толкнули вниз, благо принц успел сгруппироваться, и, захлопнув тяжёлую, скрипучую дверь, оставили его одного.
  Когда шаги провожатых отзвучали глухим перестуком, и опустилась звенящая тишина, Грэгор, некоторое время, просто лежал, пытаясь привыкнуть к саднящим ушибам и рези в рёбрах. В импровизированной тюрьме было темно. Пахло сырой землёй, опилками и крысиным помётом.
  'Он без лишних усилий снял чары Каяны, будто бы их наводила не Высшая, а подгулявший школяр, - первые мысли наводнили голову мужчины, пробившись через затор боли, - избавил от похмелья целый город! Не удивительно, что храмовники...да что там, все местные верят его словам!' Принц, поморщившись, осторожно ощупал грудь и, удостоверившись, что рёбра целы, уже спокойнее провёл пальцами по разбитой губе.
  'Кто же он, мать его, такой? - стараясь не думать о том, чего касаются руки, Грэгор нашарил ступеньку и сел, - ничего, у тебя свои секреты, а у меня свои'.
  Связка амулетов путалась в пальцах. К огромной радости, никому из горожан не пришло в голову, что чужак может обладать едва ли не более ценным имуществом, чем все их дары Творцам, собранные вместе.
  Поскольку разобрать который из кулонов принадлежит Каяне, а который Лоранду, в сложившихся обстоятельствах было невозможно, мужчина стянул оба. Тщательно обтерев подолом рубашки указательный палец, он достал кинжал и уже второй раз за день пустил его в ход, чтобы раздобыть собственной крови.
  Секунды, застревали как мошки в янтаре, отдавались звоном в ушах, медленно перетекая в минуты. Принц опустил голову на руки, стараясь убедить себя в том, что криеллы не обязаны каждый раз поспешно бежать на его зов, словно цепные псы. Однако чем, дальше, тем яснее становилось, что никто не придёт.
  Темнота глушила мысли. Сколько прошло часов, Грэгор не знал. Испытав палитру эмоций - от злости, до сардонического веселья, рождённого тем фактом, что сын Теолина посещает темницы чаще любого вора, он, в конце концов, покорился дрёме, иногда пробуждаясь, чтобы услышать писклявый крысиный хор.
  По его подсчётам процессия жителей Обинхора давно покинула город, и вызволить чужака из подвала, было некому.
  
  Глава 3
  Бунтари
  
  При побеге Каяна в спешке вернулась туда, откуда уходила - на прогалину, которая служила местом ночёвки принцу. Отделившись от древесного ствола, девушка механически дошла до большого валуна и осела по его твёрдому, замшелому боку. Высшую колотил озноб. Сердце заходилось гулкой дробью, и, пытаясь унять его пульсирующий набат, она, подтянув колени, уткнулась в них лицом.
  ' Что делать? Я не могу вернуться к отцу за помощью после того, что наговорила ему. А сам он едва ли теперь пошлёт Лоранда на зов Грэгора. Я не хотела навредить просто не могла иначе, - Каяна позволила эмоциям завладеть разумом, чувствуя, что это приносит облегчение'.
  В ней словно боролись два разных криелла, один из которых задыхался от ужаса и жалости к себе, а второй хладнокровно осаждал его. 'То, что происходит, больше меня. Так было и прежде, когда я вступила в игру с Роностом. Но тогда я была не одна. И всё же, со многим управилась сама. Кем бы ни был этот проповедник, он точно не человек!- судорожно вздохнув, она затихла'.
  Мысли о космаче трезвили гораздо лучше самовнушения. Высшая медленно поднялась на ноги и, пошатываясь, приблизилась к раскидистому кусту ирги. Крупные, спелые ягоды низко пригибали ветви, распространяя терпкий, сладковатый запах. Протянув руки, она коснулась одной из них и, глубоко вздохнув, закрыла глаза. Убедившись, что возможности проникнуть туда, куда бросили Грэгора, нет, девушка отступила на шаг и, стараясь не думать о том, что мужчина, возможно, был растерзан толпой, вернулась к валуну.
  
  ***
  Для верности выждав пару часов, Каяна 'шагнула' к той самой осине, которая помогла ей бежать с площади. Вопреки смятению, теснившему грудь криеллки, ничего из того, что могло бы задержать фанатичных горожан, не произошло, и она очутилась посреди пустынного, осиротевшего Обинхора.
  Ветер гнал по мостовой первые листья, трепал полотнище флага, раскачивал где-то незакреплённую ставню, создавая единственный живой звук. Низкие тучи ползли на восток, угрожая пролиться затяжным дождём.
  Дочь Илдариона нерешительно оглянулась по сторонам, кожей чувствуя, как вокруг бродят остатки мощной силы, делавшей город ещё более тревожным. Умышленно неторопливо пройдясь вокруг бывшего помоста, дабы освоиться, она встретилась глазами с большим серым котом без уха, сидевшим прямо на остове свиной туши и выгрызавшим из оной последние куски. Кот равнодушно выпрямился и, облизнувшись, гордо вернулся к трапезе. Однако его безразличие к любым невзгодам мира каким-то образом успокоило Каяну.
  Набрав полную грудь прогорклого воздуха, она раскинула руки в стороны и, нетвёрдым, но понемногу крепнущим голосом, завела песнь поиска. Мелодия отражалась от каменных стен и слепых окон, растекалась по улицам, подхваченная холодным вихрем. Криеллка, постепенно, забыла, где находится, погрузившись в мир энергии, и перед ней всё более отчётливо светилась одна из его бесчисленных нитей.
  К реальности девушку вернул громкий и требовательный окрик.
   - Эй! Ты кто такая? Отвечай!
  Открыв глаза, криеллка увидела не одного, а целый десяток людей, вышедших на площадь с другого конца. Мужчины, женщины, даже пара детей, растрёпанный мальчик, лет десяти, держал за руку курносую малютку, все они смотрели на незнакомку с опасливым интересом, но без открытого страха. Впереди же, будто намереваясь при необходимости заслонить остальных грудью, размашисто шагал ещё не старый мускулистый человек с крупными, точно рублёными, чертами лица. Переложив тисовый лук из одной руки в другую, он остановился и снова крикнул: 'Эй!'
   - Подожди, Любим! - женщина в одеждах храма, с глубокой складкой на лбу, догнала защитника и легонько дотронулась до его плеча, - Она маг. Это не просто песня, дай минутку, чтобы правильно оборвать.
  Тот, к кому была обращена просьба, отрывисто кивнул, не выказав протеста. Каяна изменила тональность, отпуская драгоценную нить, и, замолчав, начала разглядывать обветренные лица.
  - Кто ты и что делаешь здесь? - повторил мужчина тише, убедившись, что незнакомка ведёт себя мирно.
  - Я криелл земли, вы зовёте нас Высшими, - девушка тоже не ощутила значимой угрозы от группы изгоев, но вела себя осторожно, памятуя о странностях Обинхора.
  Люди зашевелились, указуя на Каяну и, переговариваясь так, словно предмет разговора не мог их слышать. Молодая особа с пышными, кучерявыми волосами намертво ухватилась за локоть своего долговязого спутника, глядя на него снизу вверх полными восторга глазами, а он, радостно и немного снисходительно улыбнулся в ответ, накрыв её руку своей. Хромой, седеющий мужчина, опирающийся на гладкую, изогнутую сверху палку, склонился к своему худощавому соседу, который шептал так, что его усы-щётки двигались, как чудная многоножка.
  - Это она! - мальчик, до этого спокойно стоявший позади взрослых, просиял и наставил на Каяну палец, тряся рукой от нетерпения, - Она появилась из праздничного дерева и назвалась творцом!
  - Ну-ка уймитесь! - рявкнул сразу на всех Любим, - Ты прости, но мы о Высших только по легендам слыхали.
  - Я знаю, - девушка постаралась улыбнуться.
  - Почему ты здесь? - храмовница вела себя тише остальных, однако была скованной и уставшей, а боль, шедшая от неё волнами, отдавалась у криеллки в подвздошье.
  - Слишком долго рассказывать, - Каяна уклончиво сменила тему, - мы с другом хотели помочь вам спасти хоть кого-то.
  - Он тоже из ваших? - собеседник запустил руку под волосы, перевязанные тонкими кожаными шнурками, и потёр шею.
  - Нет, он человек.
  - И так бывает? - Любим хорохорился, изо всех сил делая вид, что даже встреча с ракхом была бы для него пустяком.
  - Нельзя спасти тех, кто этого не хочет, - с горечью перебила его спутница, - меня зовут Дэния .
  - Каяна, - помедлив, назвалась девушка, - Что произошло с горожанами?
  - Слишком долго рассказывать, - сплюнул на землю мужчина, - Гром, куда чужака бросили?
  Мальчишка, не выпуская из рук ладошку сестры, подошёл ближе к 'вожаку' и указал на дом из красного камня.
  - Вольн, сходи ка со мной, - уже на ходу бросил он молодому парню в кожаном доспехе, и тот полубегом двинулся следом.
  
  ***
  Спустя десяток минут, проведённых в полной тишине, окружённая беззастенчиво разглядывающими её людьми Каяна увидела, как дверь, за которой скрылись добровольцы, распахнулась вновь, и мужчины вывели прикрывающего ладонью глаза Грэгора.
  Принц, пошатываясь, следовал за ними и, дойдя до остальных 'бунтарей' криво улыбнулся Высшей.
  - Всё-таки нашла способ меня вытащить? Боюсь, что расплатиться с тобой за всё, мне уже до конца жизни не удастся.
  - Это мелочь, - девушка отвела взгляд и почувствовала, как горят щёки, но друг, кажется, ничего и не заметил.
  - Помнишь меня? - без обиняков спросил Любим, принимая от храмовницы свой лук.
  - Ты меня плечом боднул вчера на площади - ответил принц, приглядываясь к его лицу внимательнее.
  - Да, - собеседник поморщился, - думал, ты отреагируешь как-то, за мной пойдёшь. Хотел предупредить, что чужим тут опасно.
  - Нужно было толкнуть ещё разок, - посоветовал Грэгор, пожимая протянутую руку.
  - Может уйдём с улицы. Здесь никого нет, и всё же...- Дэния тревожно озиралась по сторонам, вздрагивая при любом шорохе.
  Любим согласно кивнул и, призывно махнув рукой, повёл группу к таверне, над которой висела доска с украшенной завитками надписью 'Вотчина Пророка'.
  Заведение совсем недавно явно процветало: узкое здание, выкрашенное, вопреки названию, зелёной краской, аккуратные наличники на окнах гостеприимно распахнутая прямо на площадь дверь. У порога бунтари расступились, пропуская детей и женщин, в том числе Каяну, решившую не возражать чужим традициям, первыми.
  Внутри было темно и пусто, словно хозяева покинули это место уже давно. Однако люди сразу же начали деловито обустраиваться: пышноволосая девушка и энергичная жена хромого отправились на поиски еды в погреб, подозрительно быстро найдя туда дорогу. Вольн и долговязый сдвигали столы.
  Высшая опустилась на край лавки с изогнутыми ножками, чтобы не мешать и когда Любим, пристроив другую такую же рядом, начал хлопать себя по животу, не решаясь, видимо, начать разговор, задала вопрос, который давно вертелся на языке:
   - Почему вы не бежите?
   - Эх, - мужчина крякнул, присаживаясь на почтительном отдалении.
   - Среди тех, кто ушёл наши родные и друзья, - с укором посмотрела на гостью Дэния.
  - Неужели они верят...ЕМУ больше чем вам?
  - Ты про Алкиса? - храмовница нервно растёрла пальцем едва заметную царапину на столешнице, - Он так заморочил всем головы, что целый город стал похож на стадо коров! Двое моих сыновей ушли к вулкану, даже не простившись.
  - По правде, так не весь, - Любим виновато скосил глаза на подругу, - те, у кого была голова на плечах, удочки смотали, едва только началось всё. Нас тоже звали.
  - Ещё не поздно, - Грэгор кивнул на детей, притихших в уголке, - не себя, так их вот спасти.
  Повисла тяжёлая пауза. Каяна задумчиво наблюдала, как женщины сноровисто расставляют добытую снедь.
  - Ты прав, - наконец ответил мужчина, поднимая голову, - теперь уже точно тянуть страшно. У нас всё давно готово. Лошади и вещи в моей рыбацкой сараюшке у реки. Сейчас их купец сторожит. Его это племяшки.
  - А где их мать? - криеллка поняла, что не хочет знать ответ, ещё до того, как он прозвучал.
  - Ушла с Алкисом. Брат Налима хотел забрать малышню, когда уезжал, да только они нам устроили битву! Хотели силком их волочь, так они брыкаться и кусаться, Гром меня до крови цапнул, - Любим задрал рукав и показал отметины, - потом из обоза выскочили и дёру.
  Мальчишка в своём углу насторожился, точно собирался, если потребуется, опять устроить побег, и крепче прижал к себе сестру, но мужчина только вздохнул, не обратив на него внимания.
  - Кто ещё с Налимом поедет?
  - От меня помощи мало, сам понимаешь, - нарушил общее молчание хромой, - поэтому останусь до конца 'головой'. Он хотел было посмотреть на жену, давая той право на выбор, но женщина обняла его за плечи, легонько взъерошив волосы на затылке.
  - Мальва, Лег, не дурите! - Дэния сердито глянула на кудрявую девушку и её долговязого спутника, которые потихоньку 'щипали' свою порцию ветчины - Вам ещё жить и жить. А за Лату никто не в ответе.
  Парень приподнялся, собираясь, видно, что-то возразить, но спутница ухватила его за рукав и мрачно качнула головой. Между ними тут же завязался тихий спор, наверное, Лег пытался успокоить свою подругу, заверив, что будет рядом при любом раскладе. Но Мальва оставалась подавленной и растерянной, несмотря на любые слова.
  - Да, мы поможем, - наконец уступила она, избегая прямых взглядов.
  - Я тоже, - Вольн спрыгнул с трактирной стойки и торопливо, точно кто-то намеревался обвинить его в трусости, пояснил, - им нужен хоть один воин.
  - Почему вы остаётесь, а я должен маму бросить? - надрывно крикнул Гром из своего угла, осознав, что ситуация выходит из-под его контроля. Девочка едва ли могла разобраться в происходящем, но почувствовав общее настроение, громко захныкала.
  - За сестру не боишься? - Грэгор поднял руку, останавливая готового рыкнуть
  Любима.
  - А если они там договорятся с Творцами и всё хорошо будет? - мальчик не сдавался без боя, но увидев жалостливые лица взрослых, насупился и затих.
  - Как твоя мама выглядит? - Каяна неслышно подошла к детям и опустилась рядом на корточки.
  - Красивая, - Гром поднял глаза на Высшую и, увидев, что она улыбнулась, продолжил, - Высокая, и волосы чёрные до пояса. Она в Синем платье была.
  Увидев девушку вблизи, малышка перестала хныкать и до того непосредственно уставилась на похожую и, в то же время, совершенно отличную от человека незнакомку, что та улыбнулась ещё шире.
  - Я тебе обещаю, что если смогу, то сделаю всё возможное, чтобы спасти твою маму.
  Гром серьёзно кивнул и, немного успокоился.
  - Вот и отлично, - Любим облегчённо потёр ладони, а поскольку проблема, решившись, освободила место для иных вопросов, тут же спохватился, - ну, а вы то?
  - Нам нужно больше узнать об этом космаче, как его? Алкисе? А для этого, как ни смешно, придётся идти к вулкану, - принц досадливо поморщился.
  - Верно вы его прозвали, - храмовница впервые с момента встречи улыбнулась, и Каяна удивилась тому, как разительно преобразилось лицо женщины, став мягким и светлым.
  - Вот и хорошо, - воодушевился Любим, - мы с вами прогуляемся, а по дороге всё, что знаем, расскажем. Но для начала стоит подкрепиться.
  
  
  
  
  
  
  Глава 4
  Пыль и пепел
  
  Пока люди обедали, Грэгор и Каяна успели переброситься парой фраз наедине и решить, что предыстория нового культа, а вместе с ней и появления космача, стоит того, чтобы сопроводить Любима и храмовницу к вулкану пешком.
  На счастье, ждать их долго не пришлось. Предводитель отщепенцев несколько минут озабочено наставлял бывшего голову, хромой же, в ответ, лишь махал рукой да незлобиво огрызался, что, мол, и без умников знает, откуда у зайца уши растут. Мальва подала Дэнии заплечный мешок, в который положила сыр, хлеб и пару яблок, а женщина благодарно поцеловала девушку в лоб, прошептав, что всё будет хорошо. После этого спутники уже готовы были выйти на площадь и свернуть на южную дорогу, ведущую через город дальше, туда, где нависала над округой дымная громада вулкана.
  До места принц хотел дойти ещё засветло и то, что никто из попутчиков не просил сбавить шаг, было очень кстати.
  К Пророку, а точнее к храму у его подножия, вела довольно широкая, мощённая булыжником дорога. Паломники стекались сюда со всей Великой половины, и деньги на то, чтобы сделать их пребывание предельно удобным, у храмовников были.
   Насколько хватало глаз, вокруг простиралась всё та же низкая, желтоватая трава, однообразное, но завораживающее колыхание которой, разбавляли хаотично разбросанные кучки деревьев и невысокие каменистые холмы, скалившиеся осыпями разновеликих булыжников.
  Удалившись от Обинхора на пару вёрст, Любим заговорил сам, избавляя Грэгора от необходимости задавать наводящие вопросы.
  - Он появился в начале лета, - мужчина задумался и, помолчав, бросил взгляд на подругу, - пришёл к храму, да?
  - Да,- Дэния вздохнула, - Мы не обратили внимания на Алкиса. В это время паломников очень много. Одним больше, одним меньше... А горожане пришлых не любят. Говорят, что все они на одно лицо. Космач, - она снова печально улыбнулась, смакуя точное прозвище, - жил при храме, в одном из спальных домов. И как-то раз, послушник, которому поручили приглядывать за паломниками, увидел, как он читает им проповедь. Люди были напуганы и обрадовались появлению кого-то из наших. Когда юноша, заметив это, спросил всё ли хорошо, Алкис ответил, что прощает его за невежество. Удивлённый парень решил, что мужчина сумасшедший и всё же, следуя правилам, рассказал обо всём посреднику храма, который, поблагодарив его, тут же выкинул нелепый случай из головы. Однако не прошло пары и дней, когда космач напал на девушку, которая шла мимо и бросила 'творца бы тебе домой' подруге. Я тогда раздавала обед паломникам, и пока охрана бежала с разных концов двора, хотела обездвижить его, поскольку закончила обучение в Нерумате и кое-что знаю о магии разума, но у меня ничего не вышло, - рассказ пробудил неприятные воспоминания, и взгляд Дэнии стал напряжённым. - А потом он посмотрел на меня так, словно точно знал, что я пыталась колдовать. Это длилось всего секунду или две, но мне стало не по себе.
  Женщина замолчала и тяжело вздохнула, пытаясь собраться с мыслями, чтобы продолжить. Грэгор не торопил, обдумывая новую информацию и стараясь не упустить ничего важного.
  - Да. Я тогда решила, что он архимаг. Но сопротивляться Алкис не стал. Когда его схватили, один из наших позвал Гринлода, и тот намеревался приказать выдворить странного паломника за пределы Обинхора без права на возвращение. Наверное, это было бы самым здравым решением, хотя... - она махнула рукой, - Так или иначе, я сказала, что не смогла обездвижить его, и посредник передумал. Вместо этого он приказал запереть космача в подвале храма. Во дворе было много народу. Почти все храмовники, толпа паломников, пришедших к обеду. И, когда охрана уже уводила смутьяна, он обернулся и прокричал, что люди разозлили Творцов, и мы все очень скоро увидим это сами.
  Впереди завиднелась бегущая по краю холма тропка, которая тонким волокном отрывалась от широкой дороги, чтобы повернуть на юго-запад. Принц остановился и кивком указал на неё, тщетно пытаясь придержать волосы, которые трепал ветер и не думать о многократно возросшем желании отправить Любима и Дэнию назад к Обинхору.
   - Она приведёт нас к храму?
  - Да, сначала к подножью Пророка, и вдоль него к задворкам спальных домов. Я и сама хотела предложить этот путь, но Алкис о нём тоже знает, - она приложила ладонь ко лбу, словно этот нехитрый жест мог заставить её глаза видеть происходящее за много вёрст.
  -Не думаю, что мы ему теперь интересны, - Грэгор усмехнулся и, коснувшись руки Каяны, чтобы вернуть ту к реальности, шагнул на тропу, - продолжай.
  - Вещей у него не оказалось, как и амулетов, - теперь Дэния была вынуждена почти кричать, чтобы все могли услышать рассказ, - но через пару дней пришёл вестник из Нерумата о том, что тело Дракона привезут в храм. И космача оставили на потом. Хватало других дел: подготовить зал святынь, выпроводить паломников, чтобы не путались под ногами. Пару недель никто из нас не появлялся в городе. А когда беготня вокруг Роноста поутихла, и Гринлод вспомнил о пленнике, его в подвале не оказалось. Тело послушника, которому поручили носить Алкису еду и воду, нашли на ступенях с подносом в руках, - голос женщины сорвался, но, сглотнув, она закончила, - парень обгорел, точно был на пожаре.
  Любим, который замыкал ход, обогнал подругу и зашагал прямо по траве, рядом с принцем.
  - Пускай Дэния отдохнёт, отсюда могу и я продолжить. Чтобы появиться в Обинхоре, космач выбрал хороший день - начало ярмарки. Купцы приехали за тысячу вёрст, аж из самого Валга . Торговать краба-пескуна, - он сморщился, понимая, что выдаёт лишние подробности, - Просто вышел на площадь и стал городить невесть что, дескать, мы разгневали Творцов и теперь нас пожрёт огонь. Многие смеялись, но большинство отошло подальше, просто чтобы не стоять рядом. Потом кто-то в шутку крикнул 'почему это нас?' и Алкис ответил, что мы приняли тело дракона, помогли его убийцам и конец возвестят уста пророка. Сказал, что Создатель покинет своих детей.
  Спутники вышли на вершину крутого холма, увенчанного десятком низкорослых, кривых деревьев, словно макушка лысеющего - последними волосами, и Любим замолчал, восстанавливая дыхание.
  Заметив это, Грэгор объявил короткий привал, чтобы осмотреться, и направился к изогнутой подковой берёзе, за которой начиналась осыпь камней с южной стороны. Отсюда и до самого подножья всё было видно как на ладони. Величественная громада вулкана была так близко, что вытеснила из поля зрения детали пейзажа, заставляя сердце трепыхаться в груди, как брошенную на берег рыбу. Немного восточнее тянули к облакам свои пальцы островерхие шпили, венчающие полукруглые крылья белоснежного храма, уютно примостившегося на ровной площадке. А рядом, онемевшими паломниками, толпились хозяйственные постройки, между которыми, точно морок, колыхались сотни людей. Некоторые из них двигались, участвуя в переноске подношений к дверям, другие просто сидели на земле, охваченные трепетом минуты. Грэгор со вздохом присвистнул.
  Мужчина хотел вернуться к остальным, чтобы обсудить план дальнейших действий. Или хотя бы узнать, какие надежды возлагают на вылазку их с Каяной спутники, но земля ушла из-под ног, заставив его лёгкие прыгнуть к горлу. В последний момент принц ухватился за гибкую ветку, которая треснула, но удержала его вес, и не скатился вниз.
  Однако не успел он даже выругаться, как землю сотряс второй толчок, за которым последовал грохот, раздирающий барабанные перепонки.
  На сей раз, ветка осталась у Грэгора в руке, и он поехал вниз, тщетно пытаясь устоять на ногах. Когда отплёвываясь от пыли, он поднял голову, в ушах всё ещё стоял отчаянный крик Дэнии.
  
  ***
  Оскальзываясь и падая, мужчина добежал до вершины холма, где храмовница сидела на коленях, закрыв лицо ладонями и сотрясаясь от рыданий. Любим держал подругу за плечо, его грубое, обветренное лицо побледнело, а нижняя челюсть ритмично двигалась, точно перемалывала горсть камней в пыль.
  Каяна стояла чуть поодаль, обхватил себя руками. Поймав вопросительный взгляд принца, она покачала головой, обозначая, что с ней всё хорошо. И, он, чувствуя, как в желудке ширится чёрная пустота, обернулся, дабы увидеть то, что уже давно грозило обезумевшему городу: почерневшее от пепла небо, столбы дыма, вырывающиеся из щелей в каменном теле горы и языки огня, обманчиво неторопливо ползущие вниз, туда, где толпились возле храма жители Обинхора.
  Грэгор усилием воли отвёл глаза от страшной картины.
   - Нужно бежать! Сейчас, немедленно! - он склонился над Дэнией и тряхнул её с такой силой, что голова храмовницы запрокинулась.
  Любим, ожил, точно кто-то повернул невидимый рычаг в его голове. Издав дикий рёв, он кинулся на обидчика, целясь кулаком в его висок. На счастье, принц не только увидел замах боковым зрением, но и привычно почуял угрозу. Тело само ушло вниз и в сторону, а ладонь метнулась вперёд, чтобы ударить противника в солнечное сплетение.
  Мужчина захрипел и согнулся пополам.
  - Любим, слушай меня! Вы умрёте. Оба. Тем, кто внизу, не помочь, - Грэгор говорил отрывисто, пытаясь восстановить дыхание, - Либо космач сотворит чудо, как и обещал, либо нет.
  - Уходите! Оставьте нас одних! - Крик Дэнии был полон такой беспомощной злобы, что принц отступил назад, к обрыву.
  Внизу царил хаос. Большая часть толпы ринулась по дороге к городу, не пройдя испытание верой. Люди спотыкались, падали и топтали друг друга, а в душном воздухе далеко разносились их крики. Другие, те, кто остался верен Алкису, остались на месте и жались плотнее к дверям храма.
  - Идём, - Каяна сомкнула прохладные пальцы на запястье Грэгора и настойчиво потянула его к деревьям.
  Бросив последний взгляд на Любима, который, позабыв о драке, опустился рядом с подругой на землю, мужчина невесело усмехнулся одной частью рта и позволил криеллке увести себя с места событий.
  
  ***
  
  Группа бунтарей Обинхора дожидалась их на той же площади, где была оставлена. Когда вслед за Каяной Грэгор вышел из пресловутой осины, первым, на чем остановился его взгляд, был Гром, сидящий подле крыльца таверны. Мальчик бросал камушки в ползущего мимо жука, заставляя его то и дело менять направление. Остальные, по всей видимости, дожидались вестей внутри, ни одного намёка на торопливые сборы или готовность к немедленному бегству, только ветер, неспешно раскачивающий вывеску и роняющий на опустевший город крупные серые хлопья.
  Принц громко выругался, покорность обстоятельствам, которую с удручающей последовательностью демонстрировали ему жители Земель Вольных, с каждой минутой раздражала всё больше. Услышав знакомый голос, Гром поднял голову и мигом, как могут лишь дети, вскочив на ноги, бросился им навстречу.
  - Почему вы здесь? Вы должны были уже двигаться к Валту!
  - Дядя Налим нас не дождался. Ушёл, и лошадей нет, - на ходу сообщил мальчик, - Голова говорит, что у него в штанах тепло стало, вот и бросил всех, - 'гонец' остановился и вытер пыльным рукавом нос.
  Не дослушав до конца, Грэгор побежал к таверне. Каяна и Гром последовали за ним. Стараясь не оборачиваться и не думать о том, что в любую минуту всё может закончиться, принц миновал печальный остов помоста, и, поднявшись на крыльцо, с такой силой толкнул дверь, что едва не треснула от удара о стену.
  - Вернулись! - пьяным голосом возвестил хромой голова, снимая ноги со стола, - Эй, народ, они вернулись!
  - А Любим с Дэнией где? - обернулась его жена, вытирая руки о подол.
  - Остались у вулкана, прямо как вы здесь! - Грэгор уже не пытался говорить мягче или подбирать слова. Ему хотелось свернуть шею горе мыслителю, оставленному за главного.
  - Ээ, теперь-то уже что! - мужик выразительно махнул рукой и, задев кружку, проследил за кратким полётом оной к полу,- Слыхали, наверное. Мы Грома отправили к реке, а Налима и след простыл. Детей не пожалел, паскуда.
  - А ты вот пожалел? - со злобой процедил принц.
  В два шага преодолев разделяющее его и хромого расстояние, он рывком стащил того со стула, игнорирую протестующие возгласы женщин. Голова грузно упал на пол, его лицо покраснело от недостатка воздуха, перекрытого воротом рубахи, которую держал Грэгор. Мужчина попытался принять более удобное положение, уцепившись рукой за ремень обидчика, но принц лишь брезгливо поморщился и, сверху вниз ударил его кулаком в лицо.
  После того, как мужчина отпустил ворот хромого, тот застонал и повалился навзничь мешком картошки. К нему тут же подскочила жена и, жалобно причитая, стала вытирать подтёки крови, струившейся к подбородку.
  - Какие есть варианты? - Грэгор сделал несколько оборотов кистью, потирая одну руку другой.
  - Можно бежать к болоту, но мы не успеем, - подала голос бледная Мальва.
  - Поясни! - принц внимательно посмотрел на девушку.
  - Там где дорога к Валту, местность ровная, Пророк догонит, - она судорожно сглотнула, - а болота лежат за отрогом гор.
  - Перевал есть? - живо заинтересовался мужчина.
  Собеседница молча кивнула.
  - Почему она не может перенести нас в безопасное место? - Вольн кивком указал на Высшую, сжимая спинку стула так крепко, что побелели костяшки пальцев.
  Все взгляды невольно обратились к пришелице. Она опустила глаза и коротко качнула головой.
  - Это же ваша врождённая способность, как, - он прищёлкнул пальцами, подыскивая подходящее слово, - как ходить!
  Грэгор привстал, готовясь защитить криеллку, если понадобится, но она едва заметно коснулась его рукава.
  - Даже если каждому из вас я дам по глотку своей крови...Представь, что ты идёшь с мешком камней, - Каяна облокотилась о стену, - один мешок ты можешь перенести через площадь, так? Второй нести будет уже труднее, а третий... - она замолчала, глядя себе под ноги.
  - Так перетащи столько сколько, на сколько хватит сил! - голос парня стал вызывающим.
  - Вы сами себя не можете спасти, а другие должны отдать за вас жизнь? - Грэгор посмотрел Вольну в глаза, и тот отвёл взгляд.
  - Так что делаем? - угрюмо спросил парень.
  - Идём к отрогу, - принц взглянул на подругу.
  - Да, - она вздохнула и решительно отстранилась от своей опоры.
  
  ***
  На улице стало трудно дышать. Крупные хлопья пепла кружились в горячем воздухе, оседая на землю серым ковром. У горизонта парило душное марево, брызгами взлетали к небу раскалённые искры, точно слюни изо рта незримого чудовища, пожирающего весь мир.
  Каяна попросила у Грэгора кинжал и, сделав небольшой надрез на тонком запястье, жестом пригласила детей подойти ближе. Гром первым припал губами к ране и, отстранившись, подтолкнул вперёд единственного родного человека, который у него остался. После этого Высшая подвела детей к осине. Мальчик крепко держал маленькую ладошку сестры и убеждал девочку, что можно не волноваться. Она же в ответ доверчиво спрашивала брата, увидит ли там, куда они идут, крылий.
  Вернувшись, криеллка сообщила, что отвела их прямиком к Трору.
  До перевала нужно было преодолеть десяток верст по несильно ухоженной, но всё же дороге. Это давало надежду. Шли быстро, пробираясь через удушливый смог, точно слепые котята. Никто не жаловался на усталость, хотя с каждым шагом принц всё чаще замечал, как спотыкается Мальва, кашляя в подол платья, которым прикрывала нос и рот.
  На спине девушки лежала рука Лега, который старался приободрить возлюбленную, несмотря на то, что сам едва успевал за собственными ногами. Впереди виднелись очертания спин Вольна и усатого молчаливого друга хромого. Сам голова, вместе с женой заперся в таверне, не пожелав даже проститься с бывшими соратниками.
  Грэгор с Каяной замыкали процессию. Зачем идёт Высшая, он не знал, хоть и был благодарен за помощь. И ещё был благодарен Создателю за то, что на пути не встречалось того, что могло бы задержать их.
  Когда дорога сузилась и пошла вверх, а люди то и дело стали спотыкаться о крупные камни, сокрытые дымной пеленой, ощущение, что цель уже совсем близко подарило второе дыхание.
  С обеих сторон выросли надёжные откосы, отгородившие их от мира, и выжившие приободрившись, шагали между ними уверенно. Воздух здесь был чище, да и видимость лучше.
  Перевал оказался не широким и на ту сторону отрога они выбрались к ранним сумеркам. Перед Грэгором открылся плавный изгиб дороги, которая, недолго думая, ныряла в перелесок, за которым, по всей видимости, и начинались болота. В лицо ударил порыв влажного ветра, заставляя жадно дышать полной грудью. Спутники замедлили шаг, а затем и вовсе остановились, озираясь друг на друга. На каждом лице блуждала улыбка облегчения.
  И всё же, чувство тревоги не покидало принца. Где-то там, гораздо ближе, чем хотелось бы, безудержная мощь вулкана грозила гибелью всему живому. Его тревожное дыхание можно было ощутить кожей.
  Мужчина заметил Высшую, которая поравнялась с ним, и едва успел подставить руки, когда она, запнувшись, начала падать.
  - Может передохнём? - он с тревогой посмотрел на подругу, которую сотрясала крупная дрожь.
  - Мудрая идея, - криеллка постаралась улыбнуться пересохшими губами, но скривилась и опустила голову ему на плечо. Крупный кусок пепла, будто нелепая заколка лежал на густых волосах, и Грэгор стряхнул его, придерживая девушку второй рукой.
  Аромат цветов, идущий от Каяны, пробивался через удушливый запах дыма и пыли, пропитавший всё вокруг, напоминал о Великом лесе, Илдарионе и о том, что Высший не мог бросить свою дочь одну. 'Если только я вижу полную картину', - принц тряхнул головой, отодвигая непрошенные мысли.
  Он чувствовал под руками тяжёлое дыхание подруги и прокручивал в голове их общий бесконечный день.
  - Готова?
  Каяна кивнула, отстраняясь, и шагнула вперёд. Грэгор хотел окликнуть остальных, чтобы сообщить, что на опушке будет разбит лагерь, но слова его потонули в резком, бьющем по ушам грохоте, эхом прокатившемся по долине. От сильного толчка, сопровождавшего его, у мужчины подогнулись ноги.
  - Все целы?
  - Вроде да, - откликнулся Вольн, приподнимаясь на руках.
  - Что это было? - Мальва была до того напугана, что, казалось, вот-вот расплачется.
  - То, от чего мы бежали, полагаю, - Грэгор опустился на колено и бросил взгляд туда, где за горной грядой бушевал Пророк.
  -Надо укрыться! Быстрее! - друг головы, имени которого мужчина до сих пор не знал, подал голос, оказавшийся сиплым и немного женственным.
  - Какой толк? - принц опёрся о землю, чувствуя, как та вибрируем под пальцами, - если бы нам грозила опасность, мы бы уже были мертвы. Смертоносный поток дыма, пыли и пепла, вероятно, пошёл прямиком на Обинхор, как вода по руслу. Но в одном ты прав, нам нужно отойти подальше от камней.
  Люди стали с опаской подниматься на ноги. Грэгор уже подыскивал глазами укромное местечко ,где они могли бы переждать ночь, когда Каяна вскрикнула и указала пальцем куда-то вверх и вбок. Обернувшись, мужчина увидел то, что не мог ни объяснить, ни описать словами. Массивный кусок каменной плиты, на котором жались друг к дружке, словно котята в холодную зиму, маленькие фигурки, неспешно поднимался к небу.
  ***
  
  В качестве места для ночлега выбрали сухой лог на некотором удалении от опушки. Открытые пространства доверия ни у кого больше не вызывали, и принц не мог винить беглецов за это.
  Наскоро обустроив стоянку, спутники развели огонь и поначалу сидели в ненадёжной лесной тишине. Каждый пытался осмыслить то, что видел и пережил самостоятельно. Однако постепенно завязался оживлённый разговор, который приносил облегчение.
  - Кто-нибудь из вас знает дорогу через болото? - подождав, пока первые эмоции утихнут, спросил Грэгор.
  - Да, - Мальва слабо улыбнулась, - вы уходите?
  - Не бойтесь,- он встал и, стараясь не смотреть на приунывших людей, подал руку Каяне, - просто держитесь вместе.
  - Неужели так сложно довести нас до Ульфхельма? - в голосе Вольна прозвучал вызов.
  - Я всё понять не могу, ты себя воином считаешь или жертвой? - мужчина постарался унять злость, полоснувшую его изнутри.
  - Я воин и в беде их бы не бросил, - он кивком указал на остальных.
  - Так и не бросай, - рыкнул Грэгор, - у тебя есть отличная возможность себя проявить.
  Ответить напрямик парень не решился и, выругавшись себе под нос, отвёл взгляд.
  - Спасибо вам за...всё, - молчаливый мужик привстал, чтобы пожать принцу руку, - даст Создатель, ещё свидимся.
  - Да, - Лег последовал его примеру, - только с некоторых пор такое звучит сомнительно.
  Грэгор усмехнулся и, махнув Мальве, последовал за Каяной в темноту.
  
  Глава 5
  Туманная гавань
  
  Над болотами уже стояла глубокая ночь, и Туманная гавань ослепила Грэгора своими огнями, которые отважно бросали вызов вечерним сумеркам. Город жил, упиваясь гулким, пёстрым бытием, деловито сновал туда-сюда, и понятия не имел о том, что ему положено затихнуть до утренней зари. Правда движения людей стали плавнее, разговоры - тише, благодаря чему царил дух общего заговора, эдакого уютного торжества жизни, которое можно ощутить только в тёмное время суток, да рождалось в душе обманчивое чувство безопасности.
  Принц вдохнул полной грудью прохладный морской воздух и невольно улыбнулся.
  - О, Создатель, как давно я здесь не был! Кажется, что целую вечность.
  - Тебе хорошо, а минуту назад было сумрачно и тревожно. Чего я никогда не пойму, так это того, как вы, люди, переносите такие перепады, - Каяна повела плечами, думая о чём-то своём.
  - Нормально переносим, - Грэгор потёр руки, согревая их дыханием и указал вниз и в сторону, туда, где на горном уступе возвышался над гаванью особняк с двумя башнями, соединёнными высокой аркой.
  Они протягивали к небу свои острые пальцы, точно старались быть похожими на пики скал, окруживших берег с наростами человеческого жилья.
  - Гнездо Теогара, - мужчина сделал шаг по неровной, осыпающейся мелкими камушками тропинке и обернулся, - ты идёшь?
  Кивнув, девушка зябко повела плечами.
  В детстве, принц частенько бывал в гостях у Трора. Каждая тропинка Туманной гавани, каждая лощина и крутой утёс, на который могли взобраться двое мальчишек, каждый укромный угол от портовых доков, до величественной центральной арки в недрах Горн-Фильда, соединявшей вотчину Теогара с остальным Грандиром, были хорошо знакомы Грэгору. Он уверенно вёл Каяну, то и дело припоминая что-нибудь забавное, поэтому к тому моменту, когда они вышли на мощёную булыжником улицу, которая прямой стрелой вела к воротам с полоскавшимся на ветру флагом, Высшая, казалось, забыла о своих невесёлых думах.
  И всё же, перед широкой лестницей, которой она заканчивалась, девушка остановилась.
  - Я не пойду с тобой. Ты должен кое-что знать, - она опустила глаза, точь-в-точь как Лиара, когда делала что-либо, что Грэгору было не по душе, и это заставило мужчину стать серьёзным.
  - Лучше говори прямо, - он вздохнули сцепил руки замком на затылке, - чем дольше тянешь, тем хуже всё выглядит.
  Эта фраза задела Каяну, в её больших глазах полыхнул гнев и теперь она совсем не выглядела смущённой.
  - Помнишь, как мы повздорили с отцом, перед тем, как ты покинул Великий лес? Ты посоветовал тогда поговорить с ним по душам, - девушка перевела взгляд в тёмное небо и скрестила руки на груди.
  - Да, - теперь дурное предчувствие захлестнуло принца полностью, вытеснив собой все прочие эмоции.
  - О, я поговорила. Илдарион совсем потерял разум от ревности. Он возомнил, что мы с тобой теперь, как это люди говорят? Вместе. А я, - она провела рукой вдоль тела, - со всеми моими потрохами, принадлежу своему народу!
  Грэгор никак не отреагировал ни на эту фразу, ни на картинный жест, её сопровождавший, он уже знал, чем закончился тот разговор. И внутри у него постепенно разверзалась пустота.
  - Я больше не могла выносить его домыслы. Он так обидел меня! И я сказала, что он прав, что мы действительно...- она оборвала себя на полуслове, а затем продолжила с ещё большим пылом, - с тех пор мы не общались. И я не думаю, что отец придёт на твой зов.
  Воцарилась тишина. Грэгор старался подобрать слова, но те, словно юркие маленькие рыбки, ускользали прочь.
  - Как же не вовремя.
  - Не вовремя что? - Каяна была похожа на тетиву, натянутую до предела, казалось ещё одно слово, неловкий жест, и она распрямится, отправив обиду на волю.
  - Вы затеяли размолвку, - мужчина выпустил воздух через сжатые зубы.
  Миг, другой Высшая просто смотрела на принца, а потом, бросилась к раскидистой, низкой яблоне, которая росла в саду одного из членов совета.
  Грэгор не успел, да и не захотел её догнать. Сделав несколько шагов назад, он нащупал рукой отполированные множеством прикосновений каменные перила, и, развернувшись, стал подниматься к воротам.
  
  
  ***
  Вечер начинал казаться бесконечным. Все его события проходили перед внутренним взором, мельтеша и наслаиваясь друг на друга. Мужчине хотелось лечь в тёплую, мягкую постель, но подобная роскошь была пока недоступна.
  Ворота охраняли двое стражников. Которые либо не узнали его, либо не были оповещены о некотором потеплении в отношениях между королевскими сыновьями.
  Приблизившись вплотную к незакрытым ещё на ночь створкам, Грэгор решил просто войти, раз уж оба воина продолжали смотреть в пространство пустыми взглядами, демонстративно его не замечая. Однако стоило гостю совершить лишний шаг, как два истукана ожили, повернув оружие таким образом, чтобы перегородить ему дорогу.
  Ход был за ним. Подавив укол злости, мужчина кашлянул в кулак и коснулся собственного меча, вынув его из ножен меч, ровно настолько, чтобы стал виден фамильный герб, украшавший рукоять. Это не произвело на стражников ровно никакого впечатления. Ни взглядом, ни жестом не выдали они своего понимания ситуации. Правда у одного из парней шевельнулся кадык, но это можно было списать на простое человеческое желание сглотнуть лишнюю слюну.
  Грэгор устало рассмеялся. Отступив назад, он сложил руки рупором и что есть мочи закричал: Трор, паскуда, выходи гулять!
  На сей раз сохранить вымуштрованное спокойствие у стражников не получилось. Дёрнулась рука одного, второй, не сдержавшись, повернул голову, желая согласовать действия с напарником, и оба угрожающе двинулись в сторону нарушителя спокойствия.
  - Трор! - принц вложил в новый крик всю силу лёгких.
  - Заткни пасть, или будет плохо, - голос того, которого мужчина для себя обозначил главным, оказался на удивление низким.
  - Как бы плохо не было тебе самому, - огрызнулся Грэгор, не отводя взгляда от одного из окон второго этажа, где располагались покои побратима.
  Наконец плотная ткань занавеси дёрнулась, а затем окно распахнулось во всю ширь.
  - Ты?
  - Нет, мать твою, творец на сивом мерине! - мужчина почувствовал, как его отпускает напряжение.
  Трор высунулся в окно по пояс, с видимым удовольствием разглядывая сценку, которая разыгрывалась подле его дома. Стражники отпускать позднего гостя не спешили, замерев вполоборота и ожидая команды хозяина.
  - Я зачем у дверей спальни горшок с деревом поставил? Чтобы ты под окнами горланил?
  - Ты видишь здесь Каяну? - постепенно до Грэгора стала доходить глупость ситуации и на его лице появилась улыбка, - так и будем на весь город орать?
   Трор скривился и махнул стражникам рукой.
  - Отпустите наследного принца, полудурки!
  Воины среагировали мгновенно, вытянувшись, они отступили назад, и, убрав оружие в ножны, по очереди приложили раскрытую ладонь к сердцу. У мужчины уже не было сил как-то реагировать на происходящее. Оправив одежду, он полу бегом миновал злополучные ворота.
  
  ***
  Покои Трора сильно изменились. Здесь стало гораздо больше мебели, чем было в юности, и гораздо меньше оружия, чем в детстве. Теперь, комната производила впечатление обжитого пространства, и Грэгор с удовольствием вытянулся в добротном синем кресле, рассчитанном, по всей видимости, на коренастого великана.
  - Рассказывай, - побратим успел натянуть рубашку и простые холщовые штаны, и теперь сидел на подоконнике, внимательно разглядывая друга, - хотя нет, погоди. Надо же сообразить пожрать.
  - Гостеприимство у тебя в крови, - ехидно откликнулся принц, ковыряя кочергой, прогоревшее полено в камине.
  - Иди знаешь куда? Сообразишь, не маленький, - Побратим спрыгнул с подоконника и направился к двери, - поднимай туловище, пошерудим на кухне. И где, кстати, Каяна?
  - Привык ты, дружок, к ручным криеллам,- Грэгор не хотел подавать виду, но усталость мешала прятать эмоции, - мы поругались.
  - Лучшего времени вы не нашли?
  - Именно благодаря этой фразе, - мужчина усмехнулся, выходя вслед за Трором в коридор, освещённый мигающим светом свечей.
  Будить слуг побратим не стал. Положив в деревянную миску остатки жаренного мяса и тушеных овощей, он уселся напротив друга за кухонным столом и внимательно выслушал историю прошедших событий.
  - Мда...- когда Грэгор покончил с едой и рассказом, они пару минут сидели молча, разглядывая выщербленную столешницу, - иди-ка спать, на тебе лица нет. Чувствует моя печень, что эта тема нам ещё в зубах навязнет.
  
  ***
  - Значит мы имеем одного странного типа, который внушает свою волю другим людям и любит предсказывать беды. Проснувшийся вулкан, причём проснувшийся, почитай, сразу после того, как в храм уложили Роноста, подозрительное затишье на границах и очень некстати взбрыкнувшего Илдариона, - Трор выстукивал пальцами ритм военного марша, и принцу казалось, что выстукивает он прямо по его нервам.
  Утро выдалось солнечным, и его вездесущий, бойкий свет проникающий в щели между занавесками едва ли подходил к атмосфере, царившей в рабочем кабинете Теогара.
  - Перестань ты барабанить, - мужчина бросил на побратима недовольный взгляд, -и нам обязательно поднимать шум из-за всего этого?
  - После недавних событий лучше выглядеть перестраховщиками, чем сесть в лужу и кусать себе локти.
  - Ты прав, и от этого тошно, - Грэгор подошел к окну и, отодвинув портьеру, подставил лицо освежающим порывам бриза, - дядя не обрадуется моему визиту.
  - Да уж, - Трор сочувственно хмыкнул, - Теогар уже стар. Ему тяжело что-то менять, в том числе и мнение.
  В эту секунду за инкрустированной золотым узором дверью послышались тяжелые шаги. Принц отпрянул от окна и машинально пригладил волосы, снова чувствуя себя мальчишкой, приехавшим погостить к строгому родичу.
  Теогар выглядел как всегда внушительно: идеально сидящий черно-золотой парчовый сюртук, походка, стать, выправка - во всём сквозила сила, которую мало кто мог бы сохранить в его возрасте.
  Он толчком распахнул двери, и отпустив стражу, плотно затворил их за собой. Грэгору было интересно как брат покойного короля Грандира поздоровается с ним. Он знал, что от единого жеста зависит ход всей последующей беседы.
  Дядя цепким взглядом вперился в противоположную стену. Не глядя ни на сына, ни на племянника, он дошёл до письменного стола, где внезапно остановился и, развернувшись к принцу, приложил раскрытую ладонь к груди. Взгляд его по-прежнему был устремлён мимо Грэгора, из чего тот сделал единственно верный вывод: Теогар верен королевскому роду, но не ему лично.
  - Какому ветру я обязан честью видеть тебя под своей крышей? - мужчина сухо кашлянул и сел на стул с высокой спинкой - твёрдый и неудобный с виду.
  - Позволь мне, - Трор, нарушая официоз, присел на край письменного стола.
  - Чтож, прошу.
  Повесть в изложении побратима заняла гораздо меньше времени, даже с учётом ответов на вопросы, которые его отец задавал с завидной регулярностью.
  Когда же мужчина замолчал, и снова принялся барабанить пальцами излюбленный мотив, Теогар отреагировал весьма неожиданно.
  - Бабы в любом роду одинаковы, - неловко улыбнувшись племяннику краем рта, он встал и добавил, обращаясь к сыну, - только матери не говори.
  - Мы долго не могли решить, стоит ли отнимать твоё время этим, - принц неопределённо махнул рукой.
  - И сделали верно, что рассказали. О таких вещах лучше знать заранее, - мужчина принялся мерить шагами кабинет, - я вообще не верю в совпадения, а уж в данном случае, кхм. Надо сообщить королю. И сделать это должен ты, - сухой палец дяди указал на Грэгора.
  Тот скривился, но молча кивнул и, оставшись довольным реакцией собеседника, Теогар продолжил.
  - Я предоставлю тебе вестник. Что касается Каяны, мы не вправе упускать такого важного союзника, кхм. Однако для переговоров нужен человек нейтральный, - он кивнул в сторону Трора, - пока все свободны, я должен обдумать план действий.
  Это был конец разговора, продолжать не имело смысла, условные сигналы этого человека Грэгор помнил с детства, и вежливо склонив головы, они с побратимом проследовали к двери.
  
  ***
  
  После истории с Роностом, отношения королевских сыновей остались в состоянии замороженного перемирия. Ни налаживать их, ни тем паче усугублять, желания ни у кого не обнаружилось. Поэтому перспектива тесного общения с братом вызывала у Грэгора муторное ощущение в животе.
   Возможно это и не было заметно стороннему наблюдателю, но Трору хватило единого взгляда, чтобы понять происходящее.
  - Я предлагаю временно выкинуть из головы подозрительные события и ненормальных криеллов, - друг с деланным легкомыслием тряхнул головой, - прогуляемся, как раньше?
  Принц неопределённо хмыкнул. Его не покидало чувство, что он добровольно передал контроль над ситуацией в чужие, закостенелые руки. Под ногами мужчины снова разверзалась пропасть. Как отреагирует Сибел на его сообщение? Что сделает после того, как участие брата в этой истории станет излишним? Нет, он был уверен, что гулять как раньше у него уже не выйдет, но и оставаться наедине с тяжелой кашей в голове не хотел.
  - Веди, - Грэгор адресовал косую улыбку побратиму, который пятился спиной, ожидая ответа.
  По гулким, пустым коридорам они дошли до знакомой парадной лестницы, которая у верхней площадки расходилась на два рукава, ведущих в разные крылья дома, миновали холл и оказались на улице, где царило буйство красок. Казалось осень стремится успеть насытить ими весь окружающий пейзаж, чтобы холодной, серой зимой было что вспомнить всем: людям, растениям, и даже голым скалам, выбеленным трудолюбивыми лучами солнца.
  Друзья навестили каждый уголок, имевший значение в детские годы, прошлись по разновеликим улицам и улочкам, торопливо сбегавшим к морю, и везде за их спинами раздавались приглушённые ветром разговоры. Грэгор успел отвыкнуть от почтительно склонённых голов, бесцеремонных взглядов и прочих атрибутов своего положения, поэтому, несмотря на прямую спину и показное безразличие к повышенному вниманию, быстро устал.
  Дальнейшие события развивались по хорошо известному сценарию. Трор привёл его в богатую таверну, откуда сразу же были выдворены посторонние лица, за исключением тех, кого позволил оставить он сам, было много выпивки, неизвестно откуда появились музыканты, в какой-то миг рядом с Грэгором появилась девица с преданно-восхищённым взглядом. Он плохо запомнил подробности, поскольку был уже изрядно пьян.
  Ближе к полуночи ему нестерпимо захотелось на свежий воздух, и Нерисса, так её звали, наотрез отказалась отпускать принца одного.
  Они вместе дошли до портового причала и, казалось, девушку вовсе не смущает отсутствие какого-либо интереса со стороны мужчины. Он беззаботно щебетала, покачивала бёдрами да строила глазки.
  И в какой-то момент Грэгор почувствовал, как устал от всего нелепого хаоса, который охватил его жизнь в последние месяцы. Устал думать, искать выход, нести ответственность за множество чужих судеб, так и не став при том королём Грандира. Каяна стала последней каплей. Принц не хотел думать о том, что даже не будучи человеком, она имеет право на ошибки. Прямо сейчас ему нравилась та обида, которая закипала в груди всякий раз, когда он вспоминал их разговор с Высшей.
  Он поднял голову и посмотрел Нериссе в глаза, которые в скудном отсвете огней причала напоминали два больших озера, до краёв полных обожания и надежды.
  - Ладно, твоя взяла.
  Он сделал шаг вперёд, легонько толкнув девушку к потемневшей от влажности стене склада. Это движение отозвалось в её груди непроизвольным едва уловимым вздохом предвкушения.
  - Ты хочешь этого?
  Грэгор провёл большим пальцем по спелым розовым губам к подбородку. Затем нагнулся и поцеловал их, чувствуя, как под руками дрожит горячее тело. Это мгновенно всколыхнуло подавленный охотничий инстинкт, который разбежался по мышцам искрами, заставляя чувствовать себя живым. Нерисса поняла всё иначе, она подалась вперёд, прижимаясь к нему сильнее и коснувшись пальцами разметавшихся по спине и плечам волос мужчины шепнула: 'да'.
  Принц обхватил тонкие запястья и бесцеремонно опустил их вниз, наваливаясь на хрупкий стан девушки всем весом, чтобы она могла ощутить каждый сантиметр его твёрдой плоти. Но и сам чувствовал под собой мягкую грудь, в которой заходилось стуком сердце, слышал у самого уха рваное, жадное дыхание и понимал, как нестерпимо давит ткань штанов.
  - Эгей, покажи ей, - раздался лязгающий голос одного из поздних гуляк, отставшего от компании, чтобы поглазеть на острое зрелище.
  - Иди куда шёл!- властно оборвал его Грэгор и, миг спустя, 'болельщика' уволок за руку более трезвый дружок, попутно что-то бормоча и указывая глазами на фигуру принца.
  Он убрал тёмную прядь, выбившуюся из большого пучка, и склонился над шеей Нериссы. С её губ слетел ещё один одобрительный стон и мужчина вдруг понял, что девушка ждёт совсем иного нежели, то, что сейчас произойдёт. Но согласие было дано, а всё прочее уже не имело значения, и он, скользнув рукой по её бедру, рывком задрал юбку.
  
  
  
  ***
  
  Наутро Грэгору было очень плохо. Мучаясь похмельем, он валялся в кровати до полудня, стараясь не делать лишних движений. Окна, хвала Создателю, были занавешены, однако узкой щелочки между портьерами вполне хватало, чтобы наполнить всё вокруг тусклым светом.
  В изголовье лежала аккуратно сложенная парадная одежда. Чёрная атласная рубашка, того же цвета брюки да длиннополый сюртук, расшитый серебром по обшлагам и вороту.
  Стоило мужчине собраться с духом и оторвать от подушки чугунную голову, дабы привести себя в порядок, как дверь отворилась без стука, обнаружив на пороге Трора.
   Побратим держал в руке пузатую кружку с куриным бульоном и выглядел таким живым, что принц, не сдержавшись, запустил в него своим сапогом, после чего с мученическим стоном повалился обратно в постель.
  - Живой? - Трор спокойно увернулся от летящей обуви и поставил кружку на прикроватный столик.
  - Бульон сейчас не поможет. Теогар меня порежет на куски.
  - Не ной. У меня для тебя подарочек, - побратим запустил два пальца в карман и вытащил оттуда миниатюрный флакон с узким горлышком. Зеленоватая жидкость, которая его наполняла мерцала в полумраке гостевой спальни.
  - Ох, я тебя потом расцелую, ладно? - принц принял из его рук крыльенский бальзам и с глухим хлопком вытащил пробку зубами.
  - Спасибо, обойдусь, пожалуй. К обеду отец ждёт нас с новостями. Поэтому рекомендую быстро ополоснуться и заняться вестником для Сибела, - Трор с ухмылкой наблюдал, как друг единым махом опустошает заветную бутылочку, - штука, между прочим, не дешёвая. На крайний случай берёг.
  - Скряга, - облегчение наступило почти моментально. Грэгор бодро покрутил головой, которая больше не грозила расколоться надвое при любом удобном случае.
  - Сам ты скряга, гони амулеты криеллов.
  Мужчина скользнул рукой под ворот сорочки, чтобы достать две почти одинаковые цепочки, по под пальцы упорно лезла одна и та же.
  - Ракш тебя дери, - он откинул одеяло и посмотрел на свою грудь.
  - Что ещё? - Трор, чувствуя недоброе, понизил голос.
  - Этот, - Грэгор снял амулет Высшей, - дала мне Каяна. Должен быть ещё один - Илдариона.
  Принц встал с кровати и стянув бельё, бросил его на пол. На простыни амулета не оказалось.
  - Ты мог его кхм....пролюбить? - осведомился побратим.
  - Изеваешься? Я его ни разу не снимал! - мужчина зло отшвырнул в сторону подушку, - думаешь не понимаю, что такая цацка далеко не у каждого есть?
  - Так, спокойно. Мы вчера вместе были почти весь вечер. Потом ты ушёл с этой девкой, как её? Забыл.
  - Думаешь она стянула?
  - Не знаю. Спаивала она тебя знатно. Я думал королевского тела хочет.
  - А второй почему оставила?
  - Да не знаю я! - Трор сорвался на крик, и, выдохнув, добавил уже спокойнее, - лажанулись мы с тобой.
  Некоторое время оба молчали. Грэгор крутил в руках оставшийся амулет, пытаясь восстановить в памяти детали вечера.
  - Ладно, - он бросил подвеску другу и взял стопку свежей одежды, - я иду приводить себя в порядок и отправлять Сибелу вестник, а ты постарайся достучаться до Каяны, если будет время, перешерсти места нашей гулянки. Хорошо?
  - Буит сделлно! - друг скорчил рожу глуповатого подхалима и направился к двери, не забыв метнуть по дороге сапог обратно в его хозяина, - за час до обеда встречаемся у меня.
  
   Глава 6
  Нерисса
  
  Нерисса осторожно выглянула в грязное окно. Не то чтобы она думала о слежке, в этом городе её никто не знал, внимания она старалась к себе не привлекать, а вчера лилось столько алкоголя, что даже то королевское отродье не должно было вспомнить её лица. Просто то, что она делала для своего хозяина было настолько важным, что нет-нет, да и возникал глупый страх, будто все вокруг тоже каким-то невероятным образом чувствуют, как жжет её грудь клятый амулет.
  Запущенное помещение сарая с тяжелыми мотками верёвки, пустыми ящиками и пыльными склянками она сняла за весьма солидную для такого места цену. Благо не в меру предприимчивый хозяин вернёт должок. Просто чуть позже.
  Девушка уже послала весточку 'кому надо' - тому, кого здесь даже в своих мыслях старалась не называть по имени, ибо в этом продуваемом всеми ветрами городе стоило держать ухо востро. При мысли о хозяине в сердце Нериссы шевельнулось тепло. Скоро. Уже совсем скоро.
  Она села на перевёрнутую ручную тележку и прислонилась к шершавой стене спиной. Перед глазами яркими всполохами замелькали события вечера. Грэгор, огни причала, холодный ветер, бросающий волосы на лицо, перстни, царапающие кожу до крови... Девушка мотнула головой и с усилием потёрла глаза. Он тоже заплатит за всё.
   Стараясь скрасить ожидание, она постаралась вызвать в памяти иные события. Вот в родной деревне соседка пускает о слух о том, что Нерисса гуляет с воином из северян. К северянам относятся настороженно и девушку начинают избегать. Вот она решает проследить за мерзавкой и приходит за ней на опушку, где та сама продаёт честь деревни за жгучий северный камень. Воин убегает, забыв натянуть портки, а дурная соседка вцепляется ей в волосы. Вот Нерисса достаёт кухонный нож и...
  Картинки начинают двигаться быстрее. Вот её судят и продают ракхам. Приводят к пограничной заставе, и свои же защитники привязывают к сушине по ту сторону. Весь день она проводит без воды, под палящими лучами солнца, но это ещё цветочки. Ночью приходят ОНИ. Те, которых лучше не видеть живьём. Дальше грязь, голод и постоянная тряска в тёмном затхлом и переполненном фургоне. Куда везут? Почему не сожрут на месте? Люди мало разговаривают. Иногда кто-то исчезает, а спустя некоторое время доносятся его вопли.
  Наконец, они приезжают в крупный город, где их выгружают и переводят в загон. Проходит пара дней, может неделя. И вот приходят за ней. Долго ведут куда-то, но приводят не на бойню, а на площадь. Целые толпы уродов с бездонными глотками изучают Нериссу, привязанную к столбу на высоком помосте. В ушах пульсирует грохот барабанов. Но вот случается то, чего она никак не ждала. Толпа расступается и к помосту в окружении ракхов выходит очень высокий, худой, но человек! Густые огненные волосы обрамляют его голову ореолом. Человек поднимает руку, и все твари замолкают разом. Только один, весь в золотых бляхах, выступает вперёд и приклоняет колени, держа инкрустированную чашу на вытянутых руках.
  Она понимает, что будет принесена в жертву. Вот человек поднимается по ступеням помоста. Приближается к пленнице вплотную так, что она чувствует запах свежей хвои, идущий от его одежды, и говорит, что не причинит вреда. Отпустит на все четыре стороны, если она скажет кто перед ней. Нерисса думает всего секунду, ответ приходит сам. И вот, чувствуя, как слёзы текут по грязным щекам, она поднимает глаза и сообщает, что перед ней творец. Он улыбается и называет своё имя, а затем проводит руками по всем синякам и ушибам, заставляя их раствориться без следа. Нерисса свободна, но понимает, что будет рядом с Алкисом, рядом, да...
  Девушка вздрогнула, поймав себя на том, что мысленно назвала имя хозяина.
  За окном раздавался хохот двух рыбаков которые вернулись с промысла. Ожидание убивало. Оно плавило время, делало его тягучим, густым, как мёд.
  Вот задребезжало оконное стекло под порывом ветра. Из под груды прогнившей парусины выползла тощая мышь. Повела куцыми усами и, не обнаружив угрозы, принялась умываться.
  Нерисса уже начала было думать о том, чтобы одеться понеприметнее и наведаться в ближайшую лавку за чем-нибудь съестным, как посреди сарая возникло пятно света, оно зависло над полом и стало шириться. Сердце девушки наполнилось ликованием, затрепыхалось, подобно рыбе в сети. Это Алкис!
  Она вскочила на ноги и тут же бросилась на колени перед мужчиной, шагнувшим из пятна.
  - Хозяин! Я так ждала тебя!
  - Поднимись, Нерисса, - ответил ласковый голос творца. Он погладил её по тёмным волосам и спросил, - ты сделала то, что должна была?
  Она безмолвно кивнула и торопливо полезла под рубашку за амулетом.
  - Хорошо. Ты та, которой я доверяю больше, чем всем остальным. Скоро ты возвысишься над людьми. Мои силы растут вместе с числом живых, которые обрели веру.
  - Я знаю, хозяин, - девушка поклонилась и протянула ему цепочку.
   Алкис принял подвеску из рук последовательницы и когда нежно коснулся её плеча, безмятежное лицо его исказила неприязненная судорога.
  - Тобой владели?
  - Да, - она всхлипнула и дёрнулась, чтобы поймать его руку.
  - Это было ради амулета? - творец отвернулся, брезгливо оглядывая сарай.
  - Да.
  - Я запомню твою жертву и того, кому она была принесена...- помедлив ещё немного, он повернулся обратно к Нериссе, - мне нужно уладить одно дельце, - Алкис выразительно покачал амулетом, - ты остаёшься здесь.
  - Но хозяин! - в голосе девушки послышалась мольба.
  - Нет! - резко оборвал мужчина. И затем, уже совладав с раздражением продолжил всё тем же ласковым тоном, - наберись терпения. Я быстро вернусь и тогда здесь станет гораздо веселее, обещаю.
  Пятно света вновь зависло над грязным полом сарая. Нерисса покорно опустилась на колени и через секунду Алкис покинул Туманную гавань.
  
  Глава 7
  Сибел
  
  Сибел возвращался из поездки по городам и селениям, которые располагались вблизи от границы с Ракхами и Северными княжествами. Отряд двигался неторопливо, успевая навестить по дороге каждую мало-мальски значимую весь, что держало в напряжении всю окрестную знать. Король чувствовал не только их раздражение, но и уважение, которое всё чаще встречало его в повседневной жизни. Это тешило самолюбие и, одновременно, вызывало панический ужас, который удавалось держать в узде. Вестник от Грэгора Сибел получил накануне за обедом. Он сидел у привального костра в некотором отдалении от своих воинов. Командир всадников, молчаливый, серьёзный мужчина, составлял компанию королю вместе с одним из членов совета от магов - сметливым молодым человеком, которого Сибел заприметил не так давно.
  Большая, серебристая птица зависла прямо над племенем не только не опалив себе перья, но и даже не ощутив его жара. Секунду или две мужчина колебался - стоит ли принять послание при сотрапезниках или же лучше удалиться в лёгкий шатёр, установленный для его нужд неподалёку. Наконец, король протянул руку в кожаной перчатке ладонью вверх и птица, признав адресата, опустилась на сей импровизированный насест. Сибел по привычке удивился тому, что не чувствует её веса, когда умело наведённый морок стал терять свои очертания, чтобы показать вереницу событий, произошедших за много верст отсюда.
  Командир и советник по началу смущались, старательно делая вид, что отводят глаза, но вскоре уже следили за тем, что показывал вестник не менее пристально, чем сам король. Когда же последние туманные клочки послания растаяли в воздухе, воцарилась тишина. Прохладный ветер трепал полотнище шатра, разговоры всадников сливались в неровный гул, трели какой-то пичуги доносились из солнечного марева древесных крон. Спустя минуту или две Сибел бросил взгляд на воина, который задумчиво жевал тушеное мясо, сидя на деревянном чурбаке, перевёл его на советника, ломавшего символические порции хвороста для костра и кожей ощутил волнение, колыхавшееся в душе последнего.
  - Велгур, что ты думаешь обо всём этом? - король снова принялся за еду, чтобы немного снять напряженность момента.
  - Это необычные и пугающие вести, Ваше Величество, - молодой человек старательно подбирал слова, отчего его лицо приняло виноватое выражение, - В этой истории слишком уж много совпадений. В храме Создателя не держат глупцов, кроме того, среди его служителей много хороших, даже отличных магов. Да и в самих землях вольных живёт очень разный народ, у многих есть прекрасные амулеты разума...
  - Продолжай, - подбодрил Велгура Сибел, когда тот замолчал.
  - Самозванец сумел не только подчинить себе множество людей, он предвидел будущее. Это говорит о том, что самозванец даже не архимаг... По правде сказать, я не знаю кем от может быть.
  - Да, к сожалению, я пришёл к тем же выводам. А ещё, возможно нас ждёт неурожайный год или наплыв беженцев - тут уж как повезёт, - король мрачно усмехнулся и поставил металлическое блюдо с остатками мяса и сыра на землю. Его аппетит исчез окончательно.
  - Если позволите, - подал голос командир отряда, - вы заметили, как тихо было на границах? Я решил, что это связано с недавним поражением ракхов, но теперь думаю, что возможно и нет.
  - Полагаешь источник тут один? - Сибелу вдруг стало холодно, и он едва сдержался, чтобы не выказать дрожь.
  - Всякое может быть, - воин философски пожал плечами, - нужно готовиться к худшему.
  - Что ж, спасибо за трапезу. Думаю, мы уже немного задержались на привале, - король встал, давая знак остальным последовать его примеру.
  Сигнал к сбору догнал его у входа в шатёр.
  Теперь Сибел хотел добраться до столицы как можно быстрей. Пока всадники собирали лагерь, он бесцельно ходил по шатру, не давая себе в том отчёта. Дурные предчувствия захлестнули его с головой, не давая нормально дышать. И даже понимая, что быстро усилить защиту Грандира не удастся, он хотел оказаться как можно ближе к дому.
  'Пора возвращать Грэгора. Если он согласится. Кому я могу доверять, если не семье? - внезапная мысль заставила короля желчно рассмеяться, - Или это опасно? О, если бы я спросил Ральда, он бы конечно сказал, что да'. В последние несколько месяцев Сибел стал активно избегал мага. С момента его вступления на престол, тот успел буквально задушить мужчину своей 'опекой'. Но чем больше Ральд стремился продавливать свои решения, чем энергичнее пытался быть рядом, тем больше недоверия у него вызывал.
  В голове короля снова начался круговорот лиц. Скрытые таланты позволяли Сибелу вычислить самых верных короне и полезных на деле людей, природный же ум заставил проделать это в первую очередь. Чтобы не вызвать подозрений, сразу же резких перестановок он производить не стал, однако теперь планировал раздать поручения в первую очередь именно 'своим'.
  Полог шатра откинулся и в проёме показалось спокойное лицо командира отряда.
  - Можем выдвигаться.
  - Спасибо, - король кивнул, оглянулся по сторонам и, убедившись, что ничего не забыл, направился к своей лошади.
  
   Глава 8
  Илдарион
  
  Горячая ванна была наполнена ароматной лиловой водой, над которой поднимался густой пар. Витые свечи, аккуратно расставленные по бортикам, пускали блики на блестящий мраморный пол. Тепло обволакивало тело, разливалось по нему струйками, возвращая покой.
  Илдарион обдумывал поступок дочери. 'Она всегда была умной и рассудительной, не позволяла эмоциям так явно руководить собой. Пускай я обидел её необоснованными подозрениями, но едва ли это повод..., - владыка пятого рода протянул руку, чтобы взять свечу, но та выскользнула между пальцами, зашипев и подняв брызги. Он вздохнул и откинул голову на мягкий подголовник, - здесь что-то иное. Похоже на то, что бедная девочка не равнодушна к этому человеку'.
  Высший почувствовал, что этот вывод не даёт ему лежать на месте, как мелкий камушек изводит и царапает саму кожу. Он поднялся и перешагнул покатый край купальни. 'Какой же я глупец! Должен был уберечь единственное чадо от идиотского порыва, а вместо этого лишь оттолкнул, - взяв с изящной стойки струящийся чёрный халат, он завернулся в него и шагнул к зеркалу.
  Вестник, полученный им недавно от людей донес тревожную весть, что Каяны в Гранидире нет. 'Не дотягивается до неё и песня поиска. Да, моя девочка всегда хорошо училась, - криелл невесело скривил губы и пристально посмотрел на своё отражение, - Что мне делать?' Но безупречный двойник остался безучастен даже к такому важному вопросу.
  Потеряв интерес к зеркалу, Илдарион взял со столика сосуд с янтарным вином и, наполнив им хрустальный кубок, пригубил сладковатый напиток. 'Она так молода ещё. А я? Когда успел стать таким...холодным? Интересно, как должен бы выглядеть я по своим ощущениям? Старость приходит к нам по иным законам. Не по велению времени, а лишь когда покидают силы, энергия...Сомнения и апатия губительны для криеллов'.
  Допив остатки вина залпом, он повторно наполнил кубок и устало опустился в кресло, которым до сей поры никто ни разу не пользовался в этой комнате.
  Дверь с тяжёлой серебряной ручкой тихо отворилась и в помещение неслышно скользнули две юные полуобнажённые особы. Одна устроившись за спиной Илдариона начала нежно массировать ему плечи, вторая же опустилась на колени перед владыкой и, забрав из его рук вино, коснулась полы халата, чтобы отвести её в сторону.
  Высший почувствовал омерзение. Ему захотелось лично вышвырнуть обеих, но постаравшись взять себя в руки, он ограничился тихим: 'Прочь'.
  В тот миг, когда дверь снова тихо затворилась, оставив Илдариона в желанном одиночестве, он 'услышал' зов амулета, того самого, который даровал не так давно Грэгору. Сердце Высшего зашлось дробным, болезненным перестуком. 'Знает ли он что-нибудь о Каяне? А если нет? Но какой смысл избегать его, если я знаю, что дочь соврала мне об их близости?'
  Владыка поспешно встал и, словно бы устыдившись самого себя, уже спокойнее оправил одежду. Затем, замерев на несколько секунд, он выпрямился и, схватив злополучный кубок, швырнул его в зеркало. Раздался оглушительный звон. Осколки брызнули во все стороны серебристым градом, один, долетев до Илдариона, впился ему в ногу, пустив алую струйку крови. В проеме двери показалось испуганное лицо прислуживающего криелла на которого обрушились остатки ярости Высшего.
  - Прочь!
  Его трясло. Подойдя к ростовому окну, сокрытому тёмно-синей лёгкой тканью, он упёрся руками в подоконник и закрыл глаза. Сколько прошло времени Илдарион не знал, но 'услышав' зов амулета повторно, ощутил, что готов на него ответить.
  Достав из кармана халата копию той самой фигурки ясеня, он зажал её в кулаке и, даже не вспомнив о том, как одет, шагнул к миниатюрной берёзке, притулившейся в дальнем углу ванной комнаты.
  Шаг и темнота. Высший не успел испугаться. Слишком долго не испытывал этого липкого чувства. Ему требовалось время, чтобы сформироваться в груди, наполнить все члены Илдариона своим тягучим оцепенением. Один миг накладывался на другой создавая минуты, а владыка всё ждал, пока не пришло осознание, что ни один человек не смог бы совладать с ним, ни один криелл не осмелился бы...И вот тогда по коже позвоночника поползли скользкие змеи, а в подвздошье образовалась пустота, которая не позволяла даже закричать.
  Он продолжал падать в эту темноту бесконечно долго, став маленькой точкой, былинкой в руках урагана. Пока мрак небытия, поглощающий своей безбрежностью, не превратился в знакомое отсутствие света. 'Там' Илдарион опустился на колени, под которыми хрустнул не то песок, не то мелкая хвоя. Его по-прежнему била дрожь.
  
  Глава 9
  Потери
  Грэгор неторопливо выбрал из гальки один камушек и, повертев его в пальцах, с силой запустил наискось по водной глади. Трор стоял у самой линии прибоя невидящим взглядом уставившись на водного жука, пытающегося перекинуть соломину через себя. Это место было одним из тех, где в детстве их не могли отыскать невезучие люди, приставленные следить за тем, чтобы мальчишки из королевской семьи не свернули себе шеи. Пляж на западном краю бухты, где уже не встречались даже рыбацкие лодки греющие бока на солнце.
  День клонился к вечеру. Медленно и неизбежно холодало, но желания покинуть берег не возникало ни у одного из мужчин. Теогар пришел в неистовство, узнав о потерянном амулете. Грэгора безмерно раздражало то, что дядя, еще недавно не принимавший никакого участия в испытаниях, выпавших на их долю, теперь вёл себя так, будто его мнение играет ключевую роль. Искать подвеску пробовали везде. Ракш побери, они, стараясь, по возможности, не поднимать шумиху, перерыли весь город. 'Достучаться' до Каяны не уродилось тоже. Ну, хоть до Сибела удалось без проблем.
  Эти мысли лениво перекатывались в голове принца, оставляя призрачный след из беспокойства.
  - Ты вестник ей посылал?
  - Да, тридцать три раза тебе уже сказал, - побратим огрызнулся лениво, даже не повернув головы.
  - Ещё и эту девку никто не знает. Будто выползла из тёмного угла, а потом нырнула обратно, - Грэгор запустил в полёт очередной камень с такой силой, что прежде чем уйти под воду, тот пролетел добрую треть бухты.
  - Может оно так и было. Везёт тебе с бабами, как утопленнику.
  - Пора возвращаться, -Трор наконец 'отлип' от созерцания мучений жука и повернулся к другу.
  - Да, - Грэгор опёрся на руку, собираясь встать, но тут же опустился обратно.
  Над водой появилась и грациозно скользнула к ним призрачная птица, в оперении которой играли цвета королевского герба.
  - От Сибела что ли?
  - У тебя много других вариантов? - принц усмехнулся, разглядывая вестник.
  - Ты сегодня такой умный, что боюсь по тыкве получишь, - побратим поднял ногу и легонько толкнул его плечо, - 'открывать' будешь?
  Грэгор стряхнул мелкую крошку с рубашки и протянул руку птице.
  Когда послание закончилось и остатки образов, которые хотел передать брату король Грандира обратились дымкой, мужчина откинул голову назад и залился хохотом.
  - Да, дела. Его величество волчонок тебя домой приглашает. 'Во благо родного края, с которым твоя судьба связана неразрывно', - Трор фыркнул.
  - Ты же понимаешь, что за пределами столицы я смогу сделать куда больше. Не говоря уже о том, что там ждут слухи, интриги и явный переизбыток внимания к моей скромной персоне?
  - Да. Но тут уже никуда не денешься. Это приглашение, от которого весьма трудно отказаться, - побратим подал принцу руку, помогая встать.
  
  ***
  Следующий день был посвящён сборам. Теогар наотрез отказался отпускать племянника без должной помпы, которая должна была сообщить любому праздному зеваке о мире, воцарившемся в королевской семье. Грэгор позволил решить за себя практически всё, сжав зубы он ждал, сам удивляясь откуда взялось терпение. К вечеру, когда бесконечные совещания, знакомство с отрядом всадников, которые ещё вчера отводили глаза при встрече, визит портного, снимавшего мерки для подобающего одеяния и прочая преждевременная, по его мнению, суета была окончена, мужчина получил возможность выслушать от побратима последние новости. А заключались они в том, что слухи об извержении пророка расползлись по городу. Толкам и пересудам не было конца, Туманная гавань превратилась в растревоженный улей, за которым требовался особый надзор. Ушлые торговцы уже норовили задрать цены, сея пока не панику, но тревогу в сердцах простых людей. Отчаянные споры за кружкой пива всё чаще оборачивались мордобоем, и Трор выглядел измождённым, поскольку на него свалилась целая куча бесполезной работы.
  День перед отъездом выдался пасмурным. Осень всё-таки добралась до Грандира и тяжелые низкие тучи заволокли небо. Пользуясь передышкой, Грэгор в пятисотый, наверное, раз проводил ритуал с амулетом Каяны, в своих покоях, чувствуя, как раздражение постепенно уступает место беспокойству. И когда от ствола деревца, которое он приказал поставить у двери, отделилась знакомая фигура Лоранда, готов был едва ли не расцеловать криелла.
  Однако первая радость быстро уступила место пониманию, что произошло нечто паршивое. Настолько, что в каждом движении гостя сквозила пришибленная растерянность, и принцу захотелось хорошенько тряхнуть парня, чтобы тот сразу перешёл к делу. Однако этого и не потребовалось. Вопреки собственным привычкам, Высший постарался выдавить улыбку, начал говорить какую-то дежурную благовитиеватость, но замолчал на полуслове. Постоял бесконечно долгую минуту, изучая руки, точно впервые видел их и, наконец, тихо произнёс.
  - Илдарион пропал.
  - Что? - Грэгор не сразу поверил ушам. То, о чём говорил гость было нелепо, жутко и совершенно дико.
  - Меня послали сообщить. Совет старейшин сбился с ног, разыскивая владыку, - Высший покачнулся, точно и сам провёл несколько дней к ряду мелкой гребёнкой прочёсывая Великую половину.
  Может быть так оно и было, принц не ведал, будто бы очнувшись, он поспешил усадить гостя в кресло.
   - Наш народ пока ничего не знает. Знают очень и очень немногие, да и нам велено держать рот на замке.
   - Как это случилось? - Грэгор понял, что Высший совершенно раздавлен и ему следует задавать чёткие вопросы, чтобы получить хоть какую-то информацию.
   - Он был в купальне, - Лоранд сглотнул и под одобряющий кивок мужчины продолжил, - один. После размолвки с дочерью Илдарион был не в духе и попадаться ему на глаза, когда он хотел уединения, стало опасно. Девушки, которые желали утешить владыку рассказали, что, когда нарушили его покой, он был в ярости.
  Криелл замолчал, и мужчина поторопил его.
  - Дальше?
  - Дальше прислужник заглянул на шум и увидел, что Илдарион швырнул кубок в зеркало. Он последний, кто видел владыку. Вероятно, тот ушёл прямо из купальни. Что странно, ведь никакой одежды, кроме халата в комнате не было.
  - Может он узнал где Каяна? - Грэгор налил гостю воды из кувшина, стоящего на прикроватном столике, - вот, выпей. Почему эту новость решили сообщить мне? Нет, я очень благодарен и полностью разделяю вашу тревогу, но если уж Высшие не могут кого-то найти, что сделаю я?
  - Совет старейшин считает, что вы дружны. В любом случае не стоит пренебрегать помощью в такой час, - Лоранд сделал большой глоток протянул кружку обратно, -постой, ты сказал, что Илдарион мог узнать где Каяна? Она тоже пропала?
  Грэгор не знал, что ответить. Лицо гостя посерело, а в глазах появилась ещё большая пустота.
  - Не думаю, что ей грозит опасность. Мы просто..., - мужчина вздохнул, подбирая слова, - не сошлись во мнении относительно их ссоры с отцом.
  Гость понимающе кивнул.
  - Я должен идти. Спасибо за весть о госпоже. Если станет известно что-нибудь, или нужна будет помощь, вот..., - он протянул принцу очередную подвеску с деревом, на сей раз клёном.
  - Я мог бы собрать коллекцию, - хмыкнул Грэгор, надевая амулет на шею.
  Через миг Лоранд уже покинул дом Теогара и принц остался в своих покоях один.
  
  ***
  - Значит, чем бы ни было то, что происходит, оно уже здесь.
  Грэгор и Трор лежали на крыше Теогарова 'гнезда', пытаясь собрать воедино все кусочки мозаики, попавшие к ним в руки. Бурдюк с вином, призванный помочь в этом деле, переходил из рук в руки, заменяя обед, на который не было времени и ужин, пропущенный за отсутствием желания. Отсюда открывался великолепный вид на город, облюбовавший бухту: дома, занимающие любое свободное пространство и, поэтому словно бы разбросанные в беспорядке по скалам небрежной рукой, запутанный клубок улиц, яркие огни, корабли и лодки, танцующие медленный танец у причала.
  - Похоже на то.
  Трор только закончил рассказывать об увиденном днём, и теперь оба мужчины пребывали в глубокой задумчивости.
  - Как и всегда, когда речь идёт об этом, как его? Алкисе. Вопросов у меня гораздо больше, чем ответов. Сегодня он уже выступал на площади здесь, но по всем законам природы у нас должен был оставаться солидный запас времени. Как он добрался до Туманной гавани так быстро? Как успел распорядиться жизнями всех уцелевших у Пророка? Почему появился именно тут? Каковы его цели?
  - Тпрууу....Тормози, - Трор устало потёр глаза, - ответов один хрен нету. Будем разбираться с тем, что имеем. Насколько понимаю, в Грандир ты уже не едешь?
  - Придется волчонку справляться пока самому, - Грэгор иронично изогнул бровь и приложился к бурдюку.
  - Ага, прям вижу, как ты расстроен.
  - Иди ты.
  С берега донеслась задорная, танцевальная музыка. Ночная жизнь пришла на смену дневной, и город продолжал дышать.
   - Куда, скажи на милость, девался Илдарион? Эта новость, если честно пугает меня до дрожи.
  - Да уж, даже если не брать в расчёт, что второго такого союзника найти трудновато, у меня сердце не на месте. Лоранд выглядел так, словно помрет у меня на руках.
  Трор усмехнулся и потёрся затылком о шершавый настил крыши.
  - Не будем вникать в трогательные отношения криеллов с их повелителем. И без того тошно.
  - Надо вызывать Иомира из Нерумата. Во-первых, я соскучился по его каторжной морде, а во-вторых, сейчас каждый надёжный друг - на вес золота.
  - Сделаем. Только пока он доберётся до Туманной гавани, нас уже либо накроет очередное бедствие, если я правильно понял методы твоего косматого приятеля, либо всё уже закончится.
  - О! Для этого у меня есть новая цацка, - Грэгор вытащил из-под рубашки амулет Лоранда и лениво покачал им в воздухе.
  - Смотри не пролюби.
  - Теогар уже разослал вестники окрестным наместникам?
  - Ага, - Трор отчаянно зевнул.
  - Не спать. Забудь пока вообще эту дурную привычку, - пример побратима оказался до того заразительным, что принц и сам едва не вывихнул себе челюсть.
  Поднявшись на локте он с усилием потряс головой. В эту минуту за спиной раздались торопливые, оскальзывающиеся шаги и, повернувшись, друзья увидели раскрасневшееся лицо стражника, одетого в неприметные штаны и рубаху грязно-бурого цвета.
  - Господин, там в 'Надёжном причале' этот, которого вы ищите.
  - Ясно, возвращайся к своим. Пусть не привлекают внимания! - Трор кивнул, и воин ретировался так же поспешно, как пришёл. Точно ему отрядили на это поручение долю энергии, которая пока не закончилась.
  Остатки сна улетучились. Грэгор чувствовал лихорадочный порыв сигануть прямо с крыши, чтобы скорей оказаться в кабаке, названном стражником, и, в то же время желание, оказаться как можно дальше от места, где можно встретить Алкиса.
  
  ***
  'Надёжный причал' был богатым заведением. Он располагался в портовой доле города, почти что у самой воды. Однако, несмотря на это, славился своей небрежностью в отношении еды и посетителей. Это значило, что приходили сюда в основном, те, кто хотел шикануть на шальное золото или потратить последнее на торжестве жизни. Именно отсюда, как оказалось, доносилась танцевальная музыка, которую Грэгор с Трором слышали ещё наверху.
  Перед заведением было людно. Создавалось впечатление, что внутри не всем хватило места и часть гуляк, чтобы не толкаться, обустроилась на свежем воздухе. Благо погода пока позволяла.
  - Сегодня праздник? - Грэгор обводил глазами небольшую толпу, стараясь приметить любые необычные детали.
  - Похоже, что у этих ребят - да. И чует моя вторая голова, мы знаем виновника.
  Побратим шагнул вперёд, положив руки на ремень, по обе стороны от бляхи с гербом. Чтобы даже приезжий распознал собеседника перед тем, как открыть рот.
  - Доброй ночи, любезные!
  Его громовой голос разлетелся по набережной, заставив обернуться всех, кто собрался у 'Надёжного причала'.
  Разговоры стихли. Люди кланялись и с любопытством разглядывали их с Грэгором фигуры. Наконец ответил подвыпивший мужик с хитрым лицом и причёской барана.
  - И вам не скучать, господин! Каким ветром занесло?
  - Что ж мы не люди? - в тон ему ответил Трор.
  - Погулять значит решили? - кучерявый поднял кружку в знак приветствия, - Это дело благое. Нерд облысеет от счастья. Не каждый день к нему в конуру королевичи - то заходят.
  - Эй, ребятушки, соорудим стол для государей? - раздался выкрик гнома от другого стола.
  У кабака началось движение. Люди стали отмирать. Кое-кто подобрался чтобы бежать внутрь за мебелью.
  - Не нужно! - Трор поднял руку, - спасибо за опеку. Просто скажите, отчего здесь так людно сегодня?
   - Там внутри проповедник какой-то, напастями народ стращает, - откликнулся словоохотливый мужик.
  - А вы почему здесь? - Грэгор бросил предостерегающий взгляд на друга.
  - А я выпить пришёл, - собеседник простодушно пожал плечами.
  - Ни добавить, ни отнять, - в пол голоса заключил принц, обращаясь к побратиму.
  Не теряя больше драгоценного времени, он прошел между расступившимися горожанами и толкнул тяжёлую, осевшую от влаги дверь.
  Из помещения пахнуло плесенью и кислой капустой. Довольно большой, даже по меркам столицы, зал, был до отказа забит народом. В этот вечер здесь едва ли можно было нормально отдохнуть и расслабиться. У противоположной от входа стены было составлено вместе несколько лавок на которых стоял... Алкис.
  Мужчины протолкались вперёд, благо люди чувствуя неудобство, оборачивались, чтобы тут же уступить место, и устроились за деревянной стойкой стропил.
  Космача трудно было не узнать. От неприязни у Грэгора сами собой сжались кулаки и, когда Трор, заметив это, коснулся плеча друга, тот, чтобы занять руки, начал ворочать один из перстней на пальце.
  - Я был там. Если вы не верите мне сейчас, то придёте к этой вере позже. Я тот, кто спас благочестивых людей у Пророка. И теперь пришёл сюда, чтобы предупредить людей Грандира о новой угрозе! Мы прогневили Творцов! Любимых детей Создателя. Туманную гавань поглотит вода! Не пройдёт и десятка дней, как дома ваши смоет безжалостный шторм.
  Краем глаза Грэгор увидел, как скривилось лицо Трора. Не верить, что Алкис может устроить подобное, у побратима причин не было. Между тем космач продолжал.
  - Многие беды грозят Великой половине. Но я пришёл сюда, чтобы предупредить гордых людей Грандира! Покайтесь, я помогу вам!..
  - Он что, ходит по кругу? - чтобы не привлекать внимания, Грэгор старался говорить, не размыкая губ.
  - Похоже на то. Ты на людей-то посмотри!
  Принц оглянулся, насколько позволял обзор и увидел то, от чего на душе стало совсем тошно. У большинства слушателей этой чудесной речи был пустой взгляд мёртвой козы. Они слушали и верили потому, что...не могли не поверить.
  Между тем Алкис возвысил тон.
  - Королевский род Грандира проклят!
  - Ой-ей..,- Трор тихо застонал.
  Грэгор не мог больше выносить этого чудовищного бреда. Чувствуя беспрестанную пульсацию ненависти в висках, он вышел из своего укрытия и протолкался на пяточек открытого пространства напротив импровизированной сцены космача.
  - Ты про мой род говоришь?
  Тут и там раздались шепотки. Алкис замолчал и торжествующе посмотрел принцу в глаза.
  - Вот он, тот из-за которого вам грозит гибель! Он был изгнан из собственной семьи! Он помешал вестнику воли творцов - могучему Роносту! Он, - космач сделал картинный жест, указав назад и немного вбок, - обесчестил любимую жрицу творцов на глазах у свидетелей!
  Грэгор проследил за его рукой и к своему удивлению увидал Нериссу.
  - Это она? Та, которая сама чуть ли не в штаны ко мне лезла, чтобы украсть амулет?
  - Я видел его тогда у причала! - раздался голос, обладателя которого было не видно за спинами собравшихся.
   Принц повернул голову, пытаясь отыскать глазами Трора, но тот уже как сквозь землю провалился.
  - Где же твоя криеллка? Почему не идёт спасать папочку? - Алкис едва заметно подмигнул, обращаясь только к нему, а затем молитвенно сложил руки на груди, обозревая паству смиренным взглядом, - Вот он прогнивший плод Теолинова семени!
  - Заткни пасть! - Грэгор перешёл на рык, - Выметайся из города! Второго шанса не будет.
  Он чувствовал, что ещё немного и потеряет контроль. Одно движение - выхватить меч, второе - прыгнуть, сделать выпад и... Между ладонями Алкиса мерцал синеватый сгусток энергии. Мужчина хорошо видел его оттуда, где стоял.
  - Иначе что? Что сделает мне потомок проклятого рода? - космач насмехался открыто, не опасаясь последствий.
  'В этой ситуации нужно выйти победителем, иначе будет плохо, - эта мысль колотилась в голове принца, отдаваясь по телу болезненным нетерпением, - Где Трор?'
  Дверь со скрежетом распахнулась и 'Надёжным причал', наконец, стали заполнять воины стражи. Побратим разборчиво 'советовал' горожанам расходиться и те неохотно потянулись к выходу.
  Представление было окончено, но последний ход Алкис планировал оставить за собой. Он выплюнул короткую фразу на безвестном языке, привлекая утерянное внимание. Затем, с силой развел руки в стороны, выпуская сгусток энергии вперёд. Почти сразу же тот превратился в сияющее пятно, которое росло на глазах.
   Грэгор понял, что произойдёт слишком поздно, миг, и проповедник со своей жрицей уже исчез в белом пламени.
  Трор зло сплюнул на пол. Ошарашенная толпа стала редеть быстрее. Причин оставаться у горожан больше не было.
  
  ***
  Времени было за полночь. Теогар с дымящейся кружкой бодрящего крыльенского сбора мрачно смотрел на миниатюрный маятник, неторопливо раскачивающийся туда-обратно на столе. Из 'Надёжного причала' Грэгор с Трором пошли прямо в его кабинет. Беда стояла уже на пороге и сон действительно превратился в излишнюю роскошь.
  - У нас маловато магов, - мужчина перевернул руку ладонью вверх и стал загибать подрагивающие пальцы, второй придвигая ближе исписанный лист, - по двое - земли, огня и разума да четыре - воды. Это если не считать трёх архимагов, один из которых придворный, другой служит в гарнизоне, а третий, ѓ- Теогар сощурился, вчитываясь в мелкие буквы, - работает на гильдию торговцев.
  - В любом случае, мне и хотелось бы ошибиться, но думаю, что маги нам едва ли помогут, - Грэгор с усилием потёр покрасневшие глаза, - если помнишь, я рассказывал, что в Обинхоре их, по определённым причинам, было много больше.
  - И что ты предлагаешь? Ждать, пока нас всех не превратят в стадо диких свиней и не поведут на бойню? - дядя раздражённо щёлкнул ногтями каплевидный грузик маятника, пытаясь заставить тот двигаться по кругу.
  - Нет, я просто предупреждаю, чтобы это не стало неожиданностью. Нужен доступ к лучшей библиотеке. И меня беспокоит судьба Илдариона.
  - Я понимаю к чему ты ведёшь. Без помощи криеллов нам не выиграть эту битву. Но твой друг тоже знатно сел в лужу, раз его удалось заманить в ловушку.
  - Возможно. Хочу только указать на то, что он никогда не играл в Творца и не утверждал, что его силы безграничны.
  - Да.
  Несмотря на сонную одурь, ночь обостряла ощущения, искажала их, высвечивая для разума опасность даже в надёжно охраняемом доме. Неровное пламя свечей пускало по стенам густые тени, и временами, принцу начинало казаться, будто комната и все, кто в ней сейчас пребывают, расположена глубоко под землёй, в недрах Горн-Фильда, полукругом обступившего Туманную гавань. Какая-то важная мысль выселками бродила по краю сознания, не торопясь оформиться в конкретную форму.
  - Нужно поговорить с гномами.
  Теогар поднял на племянника воспалённый взгляд.
  - Тоннель через гору, наш единственный сухопутный проход к остальному Грандиру. Если Алкис обработает гномов...
  - Нам придётся туго, - Трор закончил его мысль и прищёлкнул пальцами, - вот оно!
  - Мм? - мужчина совершил символический глоток из своей кружки.
  - Я всё думал, на кой сдалась ему Туманная гавань? В Обинхоре был храм, где покоился Роност. Там был Пророк, на котором можно было сыграть. А что здесь?
  - А здесь уединённое место, которое легко отрезать от остального мира, - Грэгор понял, что побратиму удалось высказать словами то, что крутилось у него в голове.
  - И что это ему даст? - Теогар перевёл глаза с одного на другого.
  - Это даст время. Слухи разлетаются быстро. Даже самое ничтожное событие может раздуться благодаря им до размеров дракона. И ещё кое-что. Когда он покончит с Туманной гаванью - вторым по размерам городом сильнейшего государства людей, половина дела для Алкиса будет сделана. В его могуществе никто не посмеет усомниться. А если он покажет покорного Илдариона, - Грэгор недобро усмехнулся.
  - Если вы правы, наши дела хуже, чем плохи. Сколько у нас есть времени?
  - Даже не знаю. По-хорошему, нет его вовсе, - принц откинулся на мягкий подголовник кресла, чувствуя, как усталость постепенно берёт верх.
  - Значит в Горн-Филд я отправлю Трора, - мужчина кивнул в сторону сына, - Сибелу я немедленно отошлю вестник. А ты, - следующий кивок достался племяннику, - отправишься в Нерумат. Там обсудишь помощь, которую могут предоставить маги. И, если мне не изменяет память, найдёшь отличную библиотеку. Сейчас же, нам всем нужен хороший отдых.
  Грэгор склонил голову, у него не было сил даже радоваться тому, что решение Теогара удачно совпало с его собственными планами. Кое как поднявшись на ноги, они с побратимом отправились по своим покоям.
  
  Глава 10
  Отец и дочь
  
  Темнота. Илдарион привык к ней. Он закрывал глаза и пробовал нащупать тонкую нить энергии, которая приведёт к свету. Но эта нить обрывалась. Почти сразу же. Точно его пытали надеждой.
  Боль. Непереносимая, жгучая боль от раскалённого металла на шее. Желание кричать. Рвать лёгкие пытаясь выплеснуть эту муку и тишина.
  Словно кто-то лишил его связок. Чтобы он не мог завести свою песню.
  Страх. Всепоглощающий, первобытный страх, текущий по венам свинцом. Страх и отчаяние до помутнения рассудка.
  Когда во снах приходят тени, чтобы напиться его крови, он лежит неподвижно, стараясь дышать, впускать спёртый воздух в свои лёгкие, чтобы затем вытолкнуть его наружу. За столько лет, прожитых на этом свете, Илдарион стал великолепным воином. Когда в его руках оказывался меч, то плавные, лаконичные движения клинка были сродни причудливому танцу, которым любовались соратники, от которого лишались ратного духа враги. Но сейчас не было меча, да и не мог он причинить никакого вреда бесплотным духам, приходившим за его жизнью, ни сталью, ни кулаками.
  А потом пробуждение и реальность, не сильно то отличающаяся ото сна...
  
  ***
  
  Убегая от всего того, что ранило и причиняло душевную муку, точно оба мира: и прочный материальный, и мир зыбкий энергии слились воедино, приведя в разлад привычные ощущения, Каяна хотела оказаться как можно дальше. От Грэгора, ничтожного, надменного человека, возомнившего, что может управлять ей, как прислугой, от отца, потерявшего разум от собственных подозрений, от родни, сующейся, как ей кажется деликатно, в чужие дела...
  Подбегая к яблоне в чужом саду, она не думала куда хочет попасть. Не знала, где найдёт желанное уединение. Высшая просто доверилась тому незримому единому началу, которое позволяло сливаться с живой древесной плотью, перетекать, подобно воде, от одного ствола к другому.
  Переход казался бесконечно долгим. Но Каяна и не торопилась прервать его. Он доставлял почти физическое наслаждение, дарил чувство свободы, покоя и собственного могущества. Когда же девушка всё таки шагнула на пружинистый мох, отделяясь от ребристой еловой коры, в лицо ей ударил свежий ветерок. Криеллка оказалась в лесу, и всё же, он неуловимо отличался от знакомых лесов Великой половины. Воздух здесь был напитан влагой, пах прелой листвой и сладковатой пыльцой, хотя цветов не было видно. Величавые, необхватные стволы уходили в поднебесье и через их кроны струились на землю лохматые солнечные пряди. По земле струились облака тумана, обволакивая ноги. А ещё, Каяна кожей чувствовала, что никого, на много-много вёрст вокруг, здесь нет.
  Где бы ни находилось это место, Высшей оно нравилось.
  Некоторое время она просто шла, приминая гибкие стебли вереска, слушала переливчатые, ленивые трели птиц и наслаждалась тем, как отпускает душу напряжение. Иногда Каяне казалось, что она без приглашения зашла в дом великанов и хозяева вот-вот застанут её врасплох. Порой же напротив, чудилось, что наконец вернулась домой, после длительных, бесплодных странствий.
  Криеллка потеряла счёт часам. Когда она покидала Туманную гавань был поздний вечер, здесь же царил разгар дня и сколь бы продолжительной ни была прогулка, солнце не меняло своего положения на небосводе. Словно времени здесь не было вовсе.
  Когда ноги стали гудеть, а приятная истома обернулась усталостью, девушка начала внимательнее изучать детали пейзажа, чтобы отыскать подходящее место для
  отдыха. Лес казался бесконечным. Куда не падал взор, везде высились уходящие в небо колонны деревьев. Они перешептывались листвой где-то в недоступной вышине, умиротворённо кивали ветвями... Каяна уже стала подумывать о том, чтобы лечь прямо на мягкий ягель, но тут впереди забрезжил просвет, и она побрела к нему.
  За просветом оказалось широкое плато, выступающее вперёд, подобно смотровой площадке, над обрывом. Вокруг лежала бескрайняя долина, усыпанная миллионами ярких, летних цветов, беспечно раскачивающихся на тонких ножках. От великолепия увиденного, у Высшей захватило дух. Покинув пределы необычного леса, она присела на уступ и подставила разгорячённые щёки окрепшему на просторе ветру.
  Несмотря на усталость, жажда и голод криеллку не мучали, и это воспринималось как должное. Чувство безопасности тоже. Однако спать в незнакомом месте без должной защиты девушка всё же не рискнула. Раскинув руки в стороны, словно собиралась обратиться невесомой птицей, она завела песнь, призванную беречь её от посторонних глаз. И в очередной, сотый за этот чудной день раз, Высшую ждала неожиданность. Никогда ещё прежде, за всю сознательную жизнь энергия не текла внутри неё так радостно, так легко и привольно. Это новое чувство опьяняло и, закончив создавать себе уютное ложе, Каяна долго наслаждалась 'послевкусием' уже ставшего привычным таинства, пока сон не поборол её окончательно.
  ***
  Высшей приснился сон, странный как само место, где она пребывала. Девушка была там, далеко внизу, среди сочных трав. Вокруг бёдер струилось лёгкое белое платье, босые ноги утопали в росе.
  Каяна кружилась в танце под воздушную мелодию, которая лилась отовсюду, сам воздух был пропитан ею. Она была одна? Нет. Неожиданно, как будто настроив зрение, она разглядела подле себя три женских и две мужских фигуры. Они внимательно разглядывали гостью, касались, точно пробуя на ощупь диковинный материал, и радостно смеялись. Вот одна из женских фигур взяла её под руку, присоединившись к танцу, и ласково взъерошила криеллке волосы.
  Высшая хотела было разглядеть лицо незнакомки, но то расплывалось, теряя очертания под пристальным взором. Ещё одна странность заключалась в том, что женщина была немного ниже Каяны, но каждый раз, закрывая глаза, девушка ловила себя на чувстве, что рядом существо в сотни раз превосходящее её по росту.
   Постепенно мелодия, звучащая вокруг, стихла и криеллка опустилась на цветочный ковёр. Незнакомцы сели вокруг и заговорили. У них было много вопросов, а ответы их порой очень забавляли.
  Той беседы Каяна, как ни старалась, вспомнить не сумела. Лишь одна фраза прочно запечатлелась в её сознании: 'Тебе лучше вернуться. А пока спи, мы не будем мешать'.
  
  ***
  Илдарион вынырнул из зыбкого небытия от ставшего непривычным чувства блаженства. Боль, преследовавшая его повсюду, никуда не делась, но словно отошла на второй план. Жизнь, пульсирующими толчками возвращалась в тело, и каждая его клеточка полнилась долгожданным покоем.
  Прислушавшись к своим ощущениям, Высший понял в чём состоит разница - тот, кто мучал его, будто бы отвёл взгляд в сторону. Отвлёкся на кого-то или что-то, что играло для него сейчас более важную роль.
  Криелл поднялся и встал на колени, пробуя размять онемевшие мышцы. Мысли метались в панике, мешая сосредоточиться, мужчина понимал, что возможность сделать что-нибудь, хоть что-то! Может для него уже не представиться. Не воспользоваться ей было бы так глупо и нелепо, что...Глубокий вдох, выдох и снова, раз за разом.
  Медленно, как лекарь, врачующий больного, он освободил голову от всего лишнего, чтобы затем сделать ещё одну безнадёжную попытку дотянуться до света.
  Призрачная, истончившаяся до предела, ниточка энергии дёрнулась в неловких пальцах. Сердце пропустило удар, но нет. Не порвалась. Выдержала.
  Шаг, задержать дыхание, прислушаться, убедиться, что всё хорошо, упокоить колотьё в груди, ещё шаг...
  Через бесконечно долгий срок Илдарион ощутил, что нить стала толще. Это ещё ничего не значило, но теперь ему приходилось тратить уже меньше сил на то, чтобы перебороть страх. Надежда вспыхнула, разлившись по венам жарким огнём.
  Ещё одна вечность и нить стала зримой, появилась вторая...
  Теперь владыка пятого рода забывал дышать. Ему приходилось поминутно осаждать себя, чтобы в спешке не сделать лишнего движения.
  По ощущениям Высшего прошла целая жизнь прежде чем случилось то, чего он жаждал всем своим существом. Бесконечный водопад света обрушился на него, точно волна прибоя. Задыхаясь от облегчения, он пил этот свет как воду, позволял ему смыть всю черноту, которая, казалось, уже никогда не отступит. Илдариона снова била крупная дрожь. Желание продлить этот миг хоть немного было таким сильным, что походило на истошный крик. И всё же, усилием воли он сумел себя побороть. Завершить начатое, создав вокруг плотный защитный кокон, а после спрятать следы магии.
  Истощённый, Высший опустился на хвойную подстилку и прислонился спиной к гранитной стене, которую, наконец, смог увидеть. На потрескавшихся губах возник солоноватый привкус слёз, первых за бессчётное количество лет.
  
  ***
  Каяна неторопливо шла по цветущей долине. На горизонте, то скрываясь от глаз, то снова выныривая, когда Высшая поднималась на достаточно высокую точку, виднелась правильный конусообразный холм со спиральной вершиной. Она хотела осмотреть его вблизи, вполне справедливо пологая, что тот может оказаться рукотворной постройкой.
  Солнце по-прежнему стояло над горизонтом в той самой точке, где криеллка видела его, ложась спать. Привыкнув, она просто перестала придавать этому значение.
  Высшая не торопилась возвращаться, всё равно куда. В её душе, наконец, воцарился мир, которого так не хватало и который давал возможность спокойно подумать.
  Её тянуло к Грэгору. Простому смертному, чей век едва ли превысит жалкие сто лет. Каяна не знала, что предпринять, и от этого чувствовала себя подавлено, не могла поручиться, что тяга взаимна. Иногда ей начинало казаться, что принца Грандира останавливает лишь такт да уважение, а порой ловила в его взгляде всё то же суеверное почтение, что и у прочих людей. О том, что скажет на подобную новость отец, Высшая даже думать не хотела. И всё же, одно она знала точно: притворяться только ради его спокойствия становится невыносимо. 'Тебе лучше вернуться', - в мысли девушки вклинился обрывок давешнего сна.
  'Что бы это могло значить? Меня предупредили, что это место не для посторонних глаз? Но что это за место? Может что-то случилось дома? - новое предположение кольнуло тревогой в животе. Закусив губу, Каяна замедлила шаг и бросила очередной взгляд на спиральную вершину холма, - То, что я попала сюда - чудесная случайность. Получится ли во второй раз? А что если с Грэгором беда?'
  Постояв немного в нерешительности, она закинула назад шелковые пряди волос и направилась к ближайшим деревьям.
 Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  Ю.Рябинина "Острые грани любви" (Короткий любовный роман) | | О.Гринберга "Огонь в твоей крови" (Любовное фэнтези) | | А.Субботина "Осень и Ветер" (Романтическая проза) | | Е.Литвинова "Сюрприз для советника" (Любовное фэнтези) | | Л.Сокол "Наглец" (Романтическая проза) | | В.Свободина "Таинственная помощница для чужака" (Современный любовный роман) | | В.Мальцева "Абсолют: Позволь тебя любить" (Современный любовный роман) | | Р.Навьер "Никто об этом не узнает" (Короткий любовный роман) | | Е.Флат "Аукцион невест" (Попаданцы в другие миры) | | Л.Свадьбина "Попаданка в академии драконов 4" (Любовное фэнтези) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Д.Смекалин "Ловушка архимага" Е.Шепельский "Варвар,который ошибался" В.Южная "Холодные звезды"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"