Груша: другие произведения.

Фарфоровый ангел

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    ЛД-11 Пирожков

  Это лето обещало быть особенным. Впервые я проводил его так, как хотелось именно мне. Не родителям, таскавшим меня с детства каждое лето на дачу в Дубки на съедение скуке и комарам, не моей бывшей жене Наташке, отношения с которой набухали разногласиями все четыре года нашей совместной жизни, пока не взорвались разводом этой весной, а мне - Константину Пирожкову. Первый день отпуска я встретил независимым, свободным, веселым и готовым к новой жизни.
  Но старая не хотела так просто отпускать, разразившись телефонным звонком от Лорика, моей двоюродной сестры и лучшей подруги, к счастью, уже бывшей жены.
  - Костик, - запело в трубке, - ты не забыл, что завтра у меня день рождения? Ждем тебя. Будет только семья и ........Наташа. Я не могла ее не пригласить, сам понимаешь. (Подача со стороны противника). Ты придешь?
  - Конечно, Ларис, без вопросов. (Мяч отбит).
  - Да, хотела еще раз извиниться, что все так получилось с квартирой тети Веры.... Но, надеюсь, ты понимаешь, что мы ни при чем? Вадик сам так решил. (Кросс- удар).*
  - Никаких проблем, тема закрыта. (Подача взята, мяч перелетает через сетку).
  - Ну, тогда до завтра, - в трубке разочарованное сопение - достать меня не удалось.
  Длинные гудки. Гейм за мной.
  Тетя Вера - самая старшая мамина сестра, умерла несколько лет назад, завещав квартиру своему единственному сыну Вадиму. Но она ему оказалась не нужна, так как последние двадцать лет он жил в Америке и , видимо, не испытывал острой нужды в деньгах, которые можно было выручить за однокомнатную хрущевку в районе, называемом в нашем городе не иначе как Соловки. Поэтому он, с барского плеча, отписал квартиру Ларисе, предусмотрительно поддерживающей с ним отношения, несмотря на то, что последний раз мы видели Вадима Неклюдова, когда ему было девятнадцать, Ларисе - двенадцать, а мне - полные восемь лет. Вадим давным-давно не присутствовал в моей жизни физически, но его светлый образ преследовал постоянно. Каждый фингал, не говоря уже о двойке, сопровождался со стороны мамы тяжкими вздохами и причитаниями : 'А вот Вадик никогда не дрался и учился на одни пятерки, поэтому он в Америке, а ты...'. Короче говоря, моего старшего двоюродного брата я, мягко говоря, недолюбливал заочно.
  День рождения Ларисы прошел, как говорится, в теплой, дружеской обстановке. Под многозначительными взглядами родственников в мою и Наташкину сторону и соревновании, затеянном моей милой кузиной, в предположениях о том, как я проведу отпуск. Вариантом было совсем не много - от бесконечного сидения перед телевизором за просмотром теннисных матчей, до робкой надежды (со стороны мамы) на мой приезд на дачу. Выслушав предположения, я выдержал театральную паузу и небрежно сказал : 'Уезжаю в Париж на неделю'. (Брейк - пойнт).**
  Но, как оказалось, торжествовать победу было рано. На следующий день мне опять позвонила Лариса :
  - Костя, какая удача, что ты едешь в Париж. Возьми с собой ангела, пожалуйста.
  - Он блондинист и длинноног, надеюсь, твой ангел? - пошутил я, чуя неладное.
  - Ну, ты как всегда, - в трубке фыркнуло, - фарфорового ангела, ну того, что стоял у тети Веры в серванте, помнишь? Мне вчера позвонил Вадик, поздравил с днем рождения, и я спросила, может ему какие-то вещи тети Веры нужны. Он от всего отказался и попросил, при случае, передать ему фарфорового ангела.
  - Лорик, Париж во Франции находится, а не в Америке, - буркнул я.
  - Именно! Оказалось, что Вадим тоже сейчас в Париже. В деловой поездке. Он тебя встретит в аэропорту. Ты когда прилетаешь?
  - А это ангел случайно не антиквариат позапрошлого века? Меня же с ним не пропустят.
  - Да какой там антиквариат! Обычный немецкий фарфор.
  - Ладно, тащи своего фарфорового ангела. Отвезу твоему благодетелю. Все-таки память о матери, - проворчал я и повесил трубку.
  Вечером фигурку фарфорового ангела, бережно завернутую в 'пупырчатый' целлофан, мне доставил муж Ларисы.
  Статуэтка представляла из себя пузатого золотоволосого карапуза, облаченного в некое подобие тоги. На спине у ангела торчали небольшие крылышки, напоминающие воробьиные, только белые. Аэродинамические каноны явно были нарушены несоответствием упитанного тела и маленьких крыльев. Видимо, сам ангел это тоже понимал, так как выражение его лица было довольно кислым, а нарисованные небесно - голубые глазки воздеты с печальным выражением к небу. Я перевернул фигурку и попытался рассмотреть клеймо производителя. Но ничего не увидел, кроме нескольких фиолетовых полосок. Вид ангела был настолько кустарный, что трудно было предположить в фигурке качественное творение немецкого фарфорового завода. Художественным вкусом Вадим явно не страдал. Но кто знает, какие воспоминания детства были связаны у него с этой безделушкой.
  Я завернул ангела обратно в 'пупырки', не отказав себе в удовольствии раздавить несколько, вложил в пакет с надписью 'Русский сувенир', который нашел на кухне снимаемой квартиры, и сунул в дорожную сумку, чтобы сразу отдать его в аэропорту встречающему меня Вадиму.
  **
   Самолет приземлился в Орли ровно в час дня по местному времени. Паспортный контроль я прошел быстро и уже потянулся к телефону, чтобы набрать номер Вадима Неклюдова, который вместе с инструкциями по встрече сбросила мне смской предусмотрительная Лариса, как увидел среди встречающих мужчину, держащего перед собой горизонтально лист формата А4 с надписью, сделанной черным маркером : 'Пирожков'. Непонятно почему, но мне страстно захотелось приписать над своей фамилией слово 'кому' и поставить вопросительный знак.
  Мой родственник оказался моложавым мужчиной среднего роста и телосложения. Одет он был по - спортивному: кроссовки, джинсы, легкую темную куртку и бейсболку. Это вызвало у меня некоторое беспокойство. Похоже, что в Париже было прохладно.
  Встреча обошлась без объятий и бурного проявления радости. Мы сели в припаркованный на стоянке черный ситроен, я отдал пакет 'Русский сувенир' и назвал адрес гостиницы. По дороге Вадим спросил о том, как поживают наши родственники и передал им приветы. По-русски он говорил без акцента, только слова произносил как-то мягко, с модуляцией голоса на повышение. У гостиницы мы обменялись благодарностями, пожали друг другу руки и расстались довольные друг другом.
  Бросив сумку в гостиничном номере, весь остаток дня я проболтался на улице под дождем. Погода ничуть не раздражала, так как давала моей периодически просыпающейся совести, толкающей к Лувру, музею Родена или Орсе, неоспоримые доводы поехать на Монмартр и выпить пару бокалов вина в каком-нибудь уютном ресторанчике. Переходя от одного кафе к другому, двумя бокалами я не ограничился и вдоволь налюбовался живым импрессионизмом без всякого музея Орсе, рассматривая через стекло цветные пятна домов и прохожих, очертания которых размывались стекающими по стеклу каплями.
  **
  Утром меня разбудил настойчивый стук в дверь. На пороге стоял полицейский в синей форме с нашивками и щуплый старик в длинном плаще-дождевике. Страж закона молча протянул кусок пластика, на котором я, сфокусировавшись, разглядел фотографию и какую-то надпись, а старик очень вежливым тоном на чистейшем русском объяснил, что мне нужно проехать в отделение полиции.
  Я попытался вспомнить, что такого мог натворить вчера, перебрав вина, так как ясной картины второй половины дня, особенно позднего вечера, у меня не было.
  В полицейском участке, куда меня доставили на машине, было многолюдно и шумно. Мне предложили присесть на кресло возле свободного стола, рядом пристроился старик, успевший снять плащ, а напротив - мужчина среднего возраста в форме полицейского.
  После того, как моя личность была подтверждена документами и данные паспорта внесены в компьютер, офицер перешел к сути дела.
  Он вздохнул и, глядя на меня печальными глазами, произнес длинную фразу на французском, из которой я понял только Вадим Неклюдов.
  Старик, откашлявшись, перевел, что вчера вечером, в квартире, которую снимает совместная американо-французская фирма 'BANON', был найден мертвым её директор - месье Вадим Неклюдов. Предположительно, он умер от сердечного приступа. В ежедневнике умершего была сделана пометка о прилете из России Константина Пирожкова, а в телефоне - несколько смс-сообщений с указанием номера рейса. Что я могу рассказать по этому поводу , интересовался полицейский, а старичок переводил.
  Отойдя от шока после полученного известия, я честно рассказал о встрече с Вадимом в аэропорту, опустив подробности сложных родственно-квартирных отношений и историю с доставкой фарфорового ангела, руководствуясь правилом: 'Лишнее говорить - себе вредить'.
  Полицейский кивал и что-то строчил на компьютере. Он несколько раз переспросил о времени, когда мы расстались с Вадимом у гостиницы, сверяя мой ответ с какой-то распечаткой. Я, в душе кляня Лариску, максимально точно отвечал на вопросы.
  Потом полицейский попросил подождать некоторое время. Нужно будет опознать труп, а жена Вадима Неклюдова, вызванная из Америки, должна вот-вот подъехать и нас отвезут с ней в морг, чтобы выполнить неприятную, даже печальную, но необходимую процедуру, вместе.
  В тягостном ожидании мои мысли метались от сожаления о внезапной смерти пусть далекого, но все-таки родственника, до жалости о потерянном дне пребывания в Париже.
  Я даже не был удивлен, когда увидел Анну Неклюдову. Внешне она была похожа на фарфоровую статуэтку ангела: золотистыми волосами, голубыми глазами и даже капризным выражением лица. Только комплекция другая - дама была худышкой, да крылья не пробивались через ткань темного жакета строгого покроя.
  В морге я был первый раз в жизни и все увиденное настроило меня на философский лад. Множество ячеек чем-то напоминало банковское хранилище и наводило на мысль о том, что все материальное бренно и сколько не храни деньги в сберегательной кассе...
  Мы стояли с женой Вадима рядом, когда служащий выдвинул одну из ячеек и откинул простыню с лица трупа. Анна кивнула и всхлипнула, прикрыв рот ладонью, а я вздрогнул, непроизвольно сжав ей руку. Мужчина, который лежал на выдвижном катафалке или как-там называется эта доска, был кто угодно, только не тот человек, который встречал меня вчера в аэропорту.
  Мысли понеслись стремительно. Я лихорадочно думал, что будет лучше для меня. Поставить полицию в известность, что меня встречал не Вадим, а в том, что в морге был именно его труп меня убеждали всхлипывания его жены и уверенность полиции, или нет. Превращать оставшиеся уже четыре дня в Париже в сидение в полицейском участке...В конце-концов, если мой обман раскроется, я могу сослаться, что встречавший меня мужчина был в бейсболке, козырек которой прикрывал пол лица, в машине сидел сзади, а Вадима вообще видел в последний раз больше двадцати лет назад, будучи ребенком. Поэтому, с некоторой задержкой, но я тоже утвердительно кивнул.
  **
  Когда процедура была завершена и протокол подписан, мы с Анной вышли на свежий воздух и присели на скамейку в ближайшем парке. После вчерашнего дождя воздух был прозрачен до синевы. Июньское солнце, стыдливо прикрытое облаками, покрывало золотой патиной мокрые, аккуратно подстриженные газоны, дробилось в лужах.
  Анна закурила и произнесла совсем не ангельским голосом:
  - Ну, и кто там был?
  - Где? - спросил я равнодушным тоном, пытаясь скрыть растерянность.
  - В аэропорту? - Анна глубоко затянулась и, прищурившись, выпустила тонкую струю дыма в небо, - я ведь видела, что ты не узнал Вадима.
  (Смэш).***
  Я промолчал.
  - Откровенность за откровенность, - Анна докурила и бросила окурок резким движением в урну, - Вадим был та еще свинья. Фактически, мы давно живем каждый своей жизнью. Но он меня обеспечивал и, вообще, мы были дружны.
  Некоторе время мы сидели молча, потом Анна опять закурила и продолжила.
  - Меня вполне устраивает версия естественной смерти Вадика. Через некоторое время я, как единственная наследница, детей у нас нет, становлюсь владелицей всего. Разборки с полицией мне не нужны, да и для бизнеса это не лучшая реклама, но меня интересует, кто и за что убил моего мужа. Я не хочу, кроме фирмы и недвижимости, унаследовать его проблемы.
  - Убил? - нарушил молчание я.
  - Конечно, а как ты думаешь, если, по заключению экспертизы, которую мне предъявили в полиции, смерть моего мужа наступила приблизительно с двенадцати до трех часов дня, а тебя некто неизвестный встречал в аэропорту во сколько?
  - В час, в начале второго, - задумчиво сказал я, лихорадочно размышляя.
  - Вот именно. Вадим, скорее всего, уже был мертв. Но так как ты его 'опознал', то время смерти для полиции сдвинется ближе к трем часам дня, что укладывается в их схему. Так что давай, рассказывай все как на духу. Сдавать тебя не побегу, - сказала Анна таким тоном, что я ей поверил.
  Во всех подробностях, стараясь ничего не упускать, я рассказал о просьбе Вадима, описал фарфорового ангела, внешний вид встречавшего меня в аэропорту мужчины и, почти дословно, повторил наш разговор в машине.
  Анна слушала не перебивая, а когда я закончил, вдруг, совершенно будничным тоном сказала:
  - Костик, пойдем пообедаем. Когда я волнуюсь или усиленно думаю, то ужасно хочу есть. Ты не против?
  Я совсем не был против, так как сам был голоден. Мы вошли в первый попавшийся ресторан,и Анна заказала немыслимое количество каких-то незнакомых блюд, попросив английское меню.
  Уплетая с аппетитом, совсем не подходящим для скорбящей вдовы, она, в перерыве между блюдами, задавала уточняющие вопросы. Например, её интересовало откуда у матери Вадима, тети Веры, статуэтка ангела? Какой акцент был у встречавшего меня мужчины? Расспрашивая меня в машине о делах семьи, называл ли псевдо - Вадим конкретные имена родственников ?
  Я мог ответить на все вопросы, кроме происхождения фарфорового ангела.
  Анна вытерла руки салфеткой и решительно сказала :
  - Звони!
  - Кому? - растерялся я.
  - Ларисе, кому же еще? - удивилась моя визави, - плети что угодно, но через час мы должны знать где купили или кто подарил матери Вадика этого ангела с воробьиными крыльями.
  Лариска сразу сняла трубку и я замямлил что-то про проблемы с таможней, которая желает знать дату изготовления фарфорового ангела.
  Видя мои жалкие потуги, Анна решительно отобрала трубку.
  - Здравствуйте, Лариса. Это Анна Неклюдова, жена, вернее, уже вдова Вадима, а соответственно, полная и единовластная его наследница. Таким образом, я имею право пересмотреть все договора дарения, которые осуществлял Вадим за последний год. Если через час, нет, через полчаса, вы не предоставите достоверную информацию о том, как появилась в вашей семье фигурка фарфорового ангела, то можете быть уверены, что договор о дарении Вадимом квартиры его матери я аннулирую. Ждем звонка.
  (Эйс). ****
  Ровно через полчаса телефон ожил. Звонила Лариска. Уверенным тоном, без единой запинки, она отрапортовала, что статуэтка была куплена тетей Верой в марте 1979 года. Покупка была осуществлена в присутствии моей мамы на Обжорке, то есть на городском вещевом рынке.
  Задумчиво глядя в окно ресторана, за которым опять шел дождь, стекая слезами по стеклу, Анна несколько минут молчала, а потом, повернувшись ко мне, заговорила твердым тоном, загибая пальцы.
  - Первое. Похоже, что весь этот сыр-бор из-за статуэтки, не представляющей, как мы выяснили, никакой ценности, кроме ностальгической. А это значит, что псевдо -Вадим этого не знал или мы чего-то не знаем.
  - Второе. Круг людей, знавших о твоем прилете очень мал. Мой муж был молчун и не любил распространяться о своих планах, если это не было связано с крайней необходимостью, например с тем, что его не будет на работе.
  - Третье. Человек, который тебя встречал, предположительно убийца , изображал для тебя живого Вадима, чтобы сместить время смерти и, тем самым, обеспечить себе алиби. Версия хлипкая, но отметать её не стоит.
  - И четвертое, - перебил я, - все это вполне могли организовать вы, чтобы стать свободной и богатой женщиной.
  Анна внимательно посмотрена мне в глаза и задумчиво произнесла:
  - А ты не так глуп, как кажется с первого взгляда. Запомни, если я что-то делаю, то просчитываю все варианты. Откуда мне было знать, что ты не скажешь в полиции правду при опознании трупа? И, вообще, возникает вопрос, почему я, а не ты - убийца?
  - А мне то зачем убивать Вадима? - удивился я.
  - Ну, хотя бы за тем, что ты его недолюбливал или даже ненавидел с детства. Кому приятно, когда тебя всю жизнь сравнивают с успешным человеком? Или я ошибаюсь? Поэтому, для пользы дела, перестанем подозревать друг друга и, если тебе не трудно, называй меня на 'ты'. Отвыкла я от 'выканья', - Анна устало вздохнула.
  - Так что, - продолжила она после паузы, - план действий такой. Мы едем в офис, где я, безутешная вдова, сообщу о смерти шефа и постараюсь выяснить кто знал о твоем прилете. Затем мы собираем максимальную информацию в интернете обо всех фарфоровых ангелах. Надеюсь, ты узнаешь фигурку по картинке? И главное - надо узнать, не было ли у фирмы 'BANON' каких-то разногласий и конфликтов с конкурентами в последнее время. Думаю, что от меня, как от будущей владелицы, скрывать таких фактов не станут. Так что, вперед, напарник, - Анна встала и решительно направилась к выходу из ресторана.
  **
  Через полчаса мы были в офисе фирмы 'BANON', принадлежащей Вадиму. По дороге Анна вкратце рассказала мне, что её муж занимался производством пищевых красителей и консервантов, продлевающих срок хранения молочных продуктов. То есть всяким 'Е' с разными цифрами, которые были напиханы в йогурты и молоко, мы были обязаны фирме Вадима Неклюдова.
  У входа в офис нас встретили два громадных муляжа упаковок с молоком , на которых огромными красными буквами было написано 'BANON'. Они стояли обнявшись, держа в маленьких проволочных ручках американский и французский флажок.
  Анна, правдоподобно изображая убитую горем вдову, сообщила сотрудникам о безвременной кончине их шефа. Большинство служащих было русскоязычными. Вообще, у меня сложилось такое впечатление, что мой брат питал какую-то страсть к эмигрантам. Анна представила меня как своего личного помощника и попросила предоставить компьютер, сославшись на необходимость в срочной деловой переписке.
  Симпатичная брюнетка предложила занять временно пустующий кабинет личного секретаря месье Неклюдова - Лизы. Я устроился поудобнее и стал вводить в поисковик сочетание 'фарфоровый ангел'. Не успел я набрать фразу до конца, как на экране вылетела подсказка 'немецкий фарфоровый ангел', 'фарфор фирмы Мейсен'. Пройдя по ссылкам, я обнаружил, что точно такой же фарфоровый ангел, как тот, что я привез в пакете 'Русский сувенир', выпускался в Саксонии и являлся точной копией бесценной скульптуры из костяного фарфора, сделанной в Китае по заказу немецкого императора Вильгельма II в единственном экземпляре. Нахождение того, китайского ангела, на данный момент неизвестно, но его рыночная стоимость... от увиденной цифры у меня захватило дух.
  Я решил распечатать всю добытую информацию, но оказалось, что в принтере закончилась бумага. Потянувшись за чистыми листами, аккуратно сложенными на углу стола, я вдруг увидел, что верхний испачкан чем - то черным. Приглядевшись повнимательнее, я различил заглавную буку 'П', часть от строчной 'ж' и 'к'. 'Кому Пирожков?', - сразу вспомнилось мне. Не было сомнений, что кто-то черным маркером, который просочился через верхний лист бумаги, писал мою фамилию на стопке листов.
  Выйдя из офиса, мы обменялись с Анной информацией. То, что успела разузнать она, было не менее интересно, чем сведения о фарфоровом ангеле. Оказывается, личный секретарь Вадима - Лиза, ушла с работы сразу после телефонного разговора с шефом, сославшись на недомогание.
  - Пора нам нанести визит этой Лизе, - подытожила Анна.
  **
  По внешнему виду Лизу можно было смело назвать французским вариантом фарфорового ангела: пухленькая блондинка с ямочками на щеках. Рядом с ней на пороге квартиры стоял огромный пес и угрожающе рычал на непрошенных гостей.
  - Простите, я сейчас уберу собаку и закрою её в ванной, - смутилась хозяйка , пропуская нас в гостиную, - с Марсиком справляется только муж, да и то с помощью электрошокера.
  Сначала Лиза растерялась, затем, после того, как Анна представилась - испугалась, а потом, услышав о смерти шефа ,- стала лить слезы. Жена Вадима утешала её как могла и получалось у нее это хорошо. Быстро выяснив, что Лиза была любовницей Вадика, она спокойно отнеслась к этому факту, чем еще больше расположила к себе секретаршу.
  - А почему вы ушли с работы сразу после звонка Вадима? Хотя я не удивлена, он может быть резким, особенно с теми, кто ему дорог, - Анна вздохнула и взяла секретаршу за руку.
  Та благодарно посмотрела на нее.
  - Да, Вадик, то есть Вадим Георгиевич, сильно меня задел, - Лиза всхлипнула, - он позвонил предупредить, что все запланированные дела отменяются. Он встречает родственника в аэропорту. И вечер, - она запнулась и опять всхлипнула, - у него тоже занят. Вы понимаете, - продолжила она взволнованно, - мы должны были встретиться с Вадимом. Я с трудом придумала уважительную причину своего отсутствия для мужа, а Вадик, - Лиза опять заплакала, - а Вадик сказал, что ему из России везут фарфорового ангела, по сравнению с которым я ничего не стою.
  - Так и сказал? - сочувственно произнесла Анна.
  - Да, представляете? Мне было так обидно, я так расстроилась, что вынуждена была уйти с работы.
  Слова Лиза произносила мягко, округло и каким-то полувопросительным тоном.
  - А вы не могли бы, - вмешался я, - сказать такую фразу: 'Как дела у наших родственников?'
  - Могу, конечно, - Лиза растерялась, но повторила.
  - Откуда вы приехали во Францию? - мысли крутились у меня в голове с бешеной скоростью.
  - Из Белгорода, - удивленно протянул не французский, а как выяснилось, белгородский ангел.
  Анна внимательно посмотрела на меня. Я утвердительно кивнул.
  - Вот хорошо, что вы не ревнивы, и все понимаете, а мой муж...- вдруг сказала Лиза, обращаясь к Анне, и бросила беглый взгляд на фото, стоящее на комоде.
  На снимке она стояла в обнимку с восточного вида мужчиной, одетым в ярко-зеленую куртку и такого же цвета бейсболку с надписью 'CORV'.
  - А где работает ваш муж? - Анна взяла в руки рамку с фото и развернула так, чтобы я мог получше её рассмотреть.
  На фотографии был не тот человек, который встречал меня в аэропорту и я отрицательно покачал головой.
  - Он электрик, причем хороший - щебетала Лиза, - работает в фирме по обслуживанию домов.
  - Ну, нам пора, - Анна встала с дивана и направилась к двери, - кстати, а кто-нибудь кроме вас знал, что Вадим едет в аэропорт?
  - Нет, - уверенно сказала Лиза, - я просто отменила несколько встреч без объяснения причин.
  - А зачем вы просили повторить фразу о встрече? - обратилась она ко мне.
  - У вас акцент интересный, решил узнать откуда вы родом, - улыбнулся я.
  - Да разве это акцент, - Лиза рассмеялась и махнула рукой, - вот у моего двоюродного брата Петра - это акцент. Он всего год назад приехал в Париж, совсем плохо еще говорит по-французски. Пришлось мне Вадима просить взять его на работу. У нас много бывших россиян, да и профессия у Петра такая, что много разговаривать не надо. Он - художник, а у нас дизайнером работает.
  - Обнимающиеся пакеты с молоком на входе - его работа? - улыбнулась Анна.
  - Да. И шефу она не нравилась. Он в этот визит многое хотел поменять в рекламе. Кстати, одно из совещаний, которое я отменила, было именно с группой дизайнеров. Петя очень расстроился по этому поводу. А я его утешила, что это не самое страшное, бывает и хуже, - она всхлипнула.
  - И пожаловались ему на то, что Вадим отменил свидание с вами из-за какого-то фарфорового ангела и дальнего родственника по фамилии Пирожков, которого он не видел больше двадцати лет.- Анна внимательно посмотрела на Лизу, - Да, в такой момент хочется поделиться с родным человеком, я понимаю. Петр ведь знал о ваших отношениях с Вадимом?
  Лиза молча кивнула.
  **
  Уже смеркалось, когда мы вышли на улицу.
  - Константин, - обратилась ко мне Анна, - предлагаю через пару часов встретиться у ресторана ' L* Ambroisle' - это на площади Вогезов. Очень хочется супа из раков, не все же по забегаловкам, как сегодня днем, есть. Я пока наведу кое-какие справки и мы все обсудим.
  Прогулка по улочкам старого Парижа, подъем к Сакре - Кёр и катание на перламутрово-розовой похожей на шкатулку карусели особенно улучшили мое настроение. Нет, все-таки есть что-то волшебное в этом городе...
  **
  После ужина , который стоил несколько моих зарплат, Анна приступила к делу.
  - Все довольно просто, - начала она, - Петр услышал от своей кузины, что Вадиму должны передать в аэропорту очень дорогую статуэтку фарфорового ангела, Понятно, что мой муж вкладывал в слово 'дорого' совсем другой смысл, но бедному эмигранту в голову не могло прийти, что богатый американец, владелец крупной фирмы так дорожит ничего не стоящей безделушкой. Он позвонил мужу Лизы и рассказал ему о измене жены, назвав адрес квартиры, где они встречаются. Ревнивый муж отправляется туда и убивает любовника жены - все банально.
  - Но как Вадим впустил в квартиру незнакомого мужчину?- удивился я.
  - Незнакомого электрика по обслуживанию домов, - Анна отпила кофе.
   - А не заказать ли нам еще по кусочку шоколадного торта? - предложила она.
  - И как он его убил? Чем? - я удивленно пожал плечами. - Нет, пожалуй, я откажусь от торта.
  - Электрошокером, который всегда носил с собой, как утверждают его сослуживцы, - равнодушно сказала Анна и подозвала официанта, - у Вадима действительно было больное сердце, поэтому разряд тока убил его.
  - А что, электрошокер не оставляет следов?
  - Не знаю, да мне это и мало интересно. Я точно знаю, что в протоколе осмотра тела ничего об этом сказано не будет.
  - Кузен Лизы зашел в её кабинет, зная, что она ушла, погуглил информацию о фарфоровом ангеле, написал маркером твою фамилию, позвонил ревнивцу и поехал в аэропорт. Кстати, один из антикваров поведал, что молодой человек, в котором по фото он опознал Петра, принес ему статуэтку фарфорового ангела, чтобы оценить её, а лучше продать. Но они не сошлись в цене. Старик не мог предложить больше двух евро, - Анна засмеялась и принялась есть торт.
  - И что в результате? - я не переставал удивляться её спокойствию.
  - У меня достаточно связей и денег, чтобы решить вопрос и с мужем милой Лизы , - Анна презрительно скривилась, - и её двоюродным братом.
  - И вот еще что. Я благодарна тебе за помощь. Вот небольшой подарок, - она достала из сумочки конверт, - билет на завтрашний финал Ролан Гарроса *****, ты ведь увлекаешься теннисом?
  - Откуда ты знаешь? - я был поражен и обрадован такому подарку.
  - Я все про тебя знаю. Разведен, живешь на съемной квартире, менеджер среднего звена со средней зарплатой, конфликты в семье и на работе. Кстати, там в конверте еще банковская карта на которой сумма, достаточная для покупки квартиры. Только ты не торопись. Выбирай будущее жилье внимательно и придирчиво, чтобы купить его окончательно не раньше чем через полгода, лучше - через год.
  - Ты точно не хочешь шоколадного торта? - Анна рассмеялась, глядя на мое вытянувшееся от удивления лицо.
  Три оставшихся дня в Париже были волшебными. Но почему-то, когда я возвращался домой, в самолете, я вдруг подумал, что уже не чувствую себя таким независимым и свободным, как до этой поездки. Вдруг Анне Неклюдовой понадобится уладить какие-то дела в России?
  (Матчбол) .******
  ____________________________________________________________
  * Кросс - удар - удар, пробиваемый по диагонали от одного угла площадки к другому.
  ** Брейк - пойнт - последний мяч, выигранный в гейме.
  *** Смэш - мощный удар по мячу над головой с лёта или с отскока.
  **** Эйс - подача навылет.
  ***** Ролан Гаррос - открытый чемпионат Франции - один из турниров 'Большого шлема', с 1928 года проводится в Париже на стадионе 'Ролан Гаррос'.
  ****** Матчбол - розыгрыш решающего, последнего мяча в матче.
  
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"