Грушевский Денис Юрьевич: другие произведения.

Седьмое измерение

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
Оценка: 3.00*3  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Представляю Вашему вниманию свою вторую книгу "Седьмое измерение". Краткое описание: запоротый наглым котом научный эксперимент приводит к тому, что главного героя, его ассистентку и самого виновника - кота, судьба забрасывает в параллельный мир именуемый "Седьмым измерением". Далее каждый из героев примеряет на себя все прелести похожего, но абсолютно другого бытия. По ходу произведения будет и юмор и интрига, а также познавательная и не нудная философия. На этом описание закончу, предоставив читателю самому ознакомиться с рукописью и сформировать свое собственное суждение о книге.

  
  Седьмое измерение
  
  Глава первая
  
  - Бедная, бедная папиллома: длинная, как чулок! - пропел на манер песенки про Пеппи Длинный чулок, юморист, и без клоунского носа с абсолютно отталкивающей физиономией. Только вот нос клоунский, всё-таки крепко приклеился на носу юмориста, чем самым добавлял несчастным зрителям, когнитивного диссонанса вместе с рефлекторной, какой-то подсознательной брезгливостью. Тем временем юморист этот, так нелепо пошутивший, расплылся в широченной по своему размаху, и вместе с тем фальшивой улыбке, определённо ожидая бурю смеха и цунами из аплодисментов. И они не заставили себя долго ждать. Камера оператора шоу, меж тем давши публике вдоволь полюбоваться довольным своей шуткой юмористом, перенесла своё всеобъемлющие око якобы, как раз на публику.
  - Уа-ха-ха-ха! Вот ведь каналья! - крупный план, сперва схватил милую старушку-хохотушку.
  - Аха-ха-ха! Хи-хи-хи! - не забыл крупный план, и про стыдливо хихикающую в ладошку, бальзаковского возраста женщину. Её он взял с боку, и задержался секунд на десять.
  -Оха-ха-х! Уга-га! Длинная, как чулок?! - не отставал от стальных, степного вида, судя по всему рабочий, а с ним не отставал и крупный план.
  Сами же полуобморочные приступы панического хохота и веселья, в звуке выражал и выплёскивал в эфир, прежде всего, закадровый смех - запись человеческого смеха, так ловко придуманный давным-давно звукорежиссёром Чарли Дугласом. Но вот чего не смог домыслить данный звукорежиссёр, так это заранее отснятых и далее умело вставленных при помощи монтажа, смеющихся старушек, хохочущих бальзаковского возраста женщин, и трясущихся от хохота туповатого вида мужчин. Этот вольт додумали уже без него.
  - До свидания, пятый канал! Ничего другого от тебя и не ожидал, - скучно пробормотал себе под нос Тимофей, молодой человек тридцати двух лет от роду, и переключил пятый канал на шестой с помощью пульта дистанционного управления.
  - Лесные пожары вплотную подошли к населённому пункту Огровка. Деревня Огровка насчитывает сорок восемь жилых и административных построек. Напомним, что ранее пожаром была полностью уничтожена соседняя с Огровкой деревня "Малые Хлысты", в которой погорельцами объявлены сто пятьдесят три семьи. Рядом с Огровкой спасатели формируют защитный ров и вал, однако, прогноз погоды на ближайшие дни явно неблагоприятный. Ожидается сильный, сухой ветер вместе с высокой температурой. В пожаротушении задействованы крупные наземные и воздушные силы МЧС. Параллельно идёт сбор информации о пострадавших. Напоминаем, что все погорельцы в соответствии со степенью причинённого им, как материального ущерба, так и физического вреда, получат денежные компенсации, и вправе рассчитывать на помощь государства по возведению нового жилья. В данный момент все пострадавшие размещены в районном центре. На место трагедии сегодня прибыл губернатор области и заместитель министра по чрезвычайным ситуациям, - монотонно, будто бы читала историю про нашествие саранчи, говорила девушка диктор - ведущая программы новостей. Далее девушка вознамерилась было поведать миру о трагическом, но более весёлом в сравнении с пожаром, землетрясении на одном из островов Японии. Хотела красавица поведать, да не успела.
  - Сплошное уныние. И за что на матушку Россию ещё и пожары? Без них нам, что ли мало всяких бед. Хорошее бы, что показали лучше, а то одна война да катастрофы. До свидания, шестой канал! - снова сонливо пробурчал Тимофей себе под нос и, перевернувшись на другой бок, нажал кнопочку пульта под номером семь.
  Открылся седьмой канал, прежде всего с рекламной пятиминутки. Подумалось было сразу же переключить на восьмой, да заломило шею. Дело в том, что Тимофей последние два часа стремительно заболевал, но удивительное дело, казалось, что молодой человек был факту этому чрезвычайно рад. Любой другой на его месте естественно бы расстроился, побежал бы в аптеку, наглотался пилюль и укутался под одеяло, но Тимофей упрямо радовался ползущей вверх температуре. Шею немного отпустило, а тут и реклама как раз закончилась. Тимофей устало и болезненно, но с тем весело, да с огнём в глазах бросил пульт, ожидая, что даст канал седьмой.
  - Но какова же природа объекта? Вот в чём соль! - явно возобновили ранее начатый, и прерванный рекламой диалог, два оппонента, которыми оказались, как далее узнал Тимофей: Андрей Ильич Фурсов российский историк, социолог, публицист, а оппонировал ему Евгений Николаевич Еремченко - руководитель научной группы "Нео география".
  - Прежде всего, нас интересует трасса объекта. Так вот она пролегла через Миасс, а эпицентр взрыва оказался, как раз над Коркино, на высоте свыше двадцати километров. Напомню также тем, кто забыл, что сам город Коркино был создан в результате самого мощного на тот момент промышленного взрыва, положившего начало Коркинскому разрезу. Таким образом, вся история Коркино формулируется от взрыва, до взрыва. Да тут ещё такое совпадение, как визит президента в тот самый день, да совсем рядом с Коркино, - рассказывал Евгений Николаевич зрителям и Андрею Ильичу о загадочном событии, произошедшем в феврале 2013 года. Пресса и научное сообщество нарекли сие событие Челябинским метеоритом.
  - А, вот это, наверное, заслуживает внимания. Вчера только, про этот метеорит, с Сан Санычем вспоминали. Вот ведь совпадение, - подумал, немного оживившийся Тимофей, и сделал громче на пару делений.
  - Объект, обладающий тем же подчерком, летел через Хьюстон и Даллас в штате Техас, - продолжал удивлять Евгений Николаевич. - В Аргентине, в апреле 2013 года, аналогичный объект снят многочисленными посетителями концерта. Тут стоит отметить, что взрыв сопровождался отключением электроэнергии, и обесточил, как сам концерт, так и огромную прилегающую территорию. В небе над Крымом, в ночь того дня, когда Янукович отказался подписывать Вильнюсские соглашения об объединении с европейским союзом, такой же объект засняли камеры уличного наблюдения. Сам объект упал, не долетев южного берега Крыма, а летел с востока и упал в море ближе к Судаку. Вспышки его засветили небо над Севастополем, а тени от гномонов - вертикальных объектов, которые зафиксировали в своём поле камеры в Херсонесе, при пролёте этого объекта развивались линейно. Это говорит, прежде всего, о трассе, проходящей вблизи камер, то есть трасса пролегала через точку обозначения на картах Гугл, города Севастополя. Упал же объект в нарочитом расстоянии: ровно в ста километрах от города Севастополь. Ещё, подобный объект, зафиксированный документально, появлялся в небе над Бухарестом, а незафиксированных документально случаев, гораздо больше.
  Андрей Ильич Фурсов, на правах ведущего, иногда задавал уточняющие или же опережающие сказанное вопросы, но в целом, и сам внимательно слушал, не перебивая оппонента.
  - Стоит отметить, что во всех случаях объект двигался с востока на запад. Тут нельзя не вспомнить пророчество одного американского религиозного деятеля озвученное ещё в 1991 году. Звучит оно буквально так:
   "Дети мои, смотрите на свет. Свет с востока. Свет взовьётся как ракета, и взорвётся.
  Свет с востока взорвётся, смотрите на свет, он взорвётся, из него, из него, идёт Сын Человеческий. Сын Человеческий придёт, как белая ночь. Опасайтесь, Опасайтесь Антихриста. Тогда придёт Сын Человеческий, как белая Лошадь, скачущая по небу. Слушайте меня. Смотрите за ракетой, на небе. Это важно! Ракета с белой Лошадью защитят!"
  - Затем стоит отметить, - продолжал Евгений Николаевич, - очень маленькую скорость объектов. Скорость эта лишь немногим превышала первую космическую. Эта скорость не характерна, как для метеоритов, так и для искусственных объектов. Ведь для входа в атмосферу используются траектории, идущие с запада на восток, с тем, чтобы погасить часть скорости аппарата при входе в атмосферу. В данном случае, наоборот, при входе в атмосферу на широте Челябинска получается дополнительный мах, за счёт вращения земли навстречу летящему объекту. Стоит добавить, что объект стабилизирован в своём полёте, и пускай любой школьник мало-мальски знакомый с законами Ньютона, оценив пространственно-временное поведение объекта, даст ответ, искусственного происхождения объект или физического.
  - Интереснейшие совпадения по привязкам прохождения объектов к геополитическим событиям, также наводят на некие размышления, - добавил Андрей Ильич.
  - Конечно же, тут есть над чем думать и что изучать. Остаётся добавить, что и метеориты, и болиды - летящие как метеор только вспыхивающие ярче, совсем другого свойства, нежели наши объекты, а потому мне нравится официальная гипотеза. Она, на мой взгляд, обладает положительным седативным эффектом, - улыбаясь, завершил свой рассказ Евгений Николаевич, после чего вместе с Андреем Ильичом, пожелал зрителям в наше неспокойное время, быть интеллектуально бдительными.
  Редко, но метко! Могут ведь и по ящику что-то дельное показать, если захотят. Так отреагировал воспалённый усталостью мозг Тимофея, и тут же решил взбодриться. Не за чашечкой кофе послал хозяина, ни в коем случае. Пропуская и восьмой канал, а с ним и ещё три десятка каналов, мозг приказал пальцу, а тот в свою очередь немедленно выполнил, нажатие пары запретных кнопок. Открылся соблазнительный, вечерний тридцать восьмой. Этот самый тридцать восьмой день-деньской гонял по кругу магазин на диване, впихивая тем, кому от природы делать нечего, всякий до безобразия не нужный хлам, разбавляя его иногда ужасной галиматьёй. Но зато вечером! Вечерочком, да заступая за полночь крутил три-восемь лёгонькую, приятненькую такую, эротику. Вот и сейчас увидел Тимофей, а мозг его взбодрился да немножко протестостеронился, от вот какой постановки:
  На кухне дело проходило. Хозяюшка в фартуке одном, на голое тело, химичит по готовке, ясно дело. Да в симпатичных колготочках, да при косичке интересной, а оболочка то какая, формы-то. Уф! Загляденье просто. Одним мерилом можно отразить - безмерно чумовая. Взял бы вот и слопал. И музыка приятная играет специально. А хозяюшка и так повернётся и эдак. По-кошачьи спинку выгнет, смотря при этом в камеру своею пятой точкой и озорными, огромными глазищами на повёрнутой за спину головке. Каламбур! Манящим взглядом, бесстыдница лукавая, как будто вопрошает:
   Вдуватели вы где? Я вас не вижу.
  Такая в подворотне пить портвейн не станет, такая цену себе знает. А в кастрюльке на плите, меж тем делом, что-то похожее на накипь, наружу вырывается подобно магме огненной, стремясь залить и осквернить плиту. Шипит, скворчит кастрюлька, да кому она нужна в такой момент. Идёт кастрюлька лесом. Хозяюшке, видимо, всё-таки нужна, и вспоминая, что упустила добавить перца, хозяюшка сперва перчит свои соски. Попробовав на вкус с сосков, и видимо оставшись во мнении довольном о качестве приправы, чародейка смачно осыпает суп. С такой и суп не нужен. Была бы рядом, наелся бы глазами, про живот забыв. А трусики прозрачные при кантике лиловом, лежат себе сиротки с солонкой рядом на столе. Зачем? Так надо! Одни они чего лишь стоят. Это вам не труселя ваших подруг и жён, затёртые до дыр глазами, без радости, интриги, вожделенья. Похоже, приближается финал. Уже в одной руке развратницы толкушка для картошки, другая ручка на спине развязывает никому не нужный узел фартука рябого. Вот-вот, ещё секунду. Ну, давай же! У Тимофея в этот миг, как по системе Павлова - (лампочка включается - слюна выделяется), мозг так взбодрился, что сам того не ожидая дал напор хороший крови чуть-чуть пониже живота. Вот оно, слетает фартук, но наполовину. Дразнилка дразнит, тянет время, томно искушает бестия такая, а какая неописуемо красивая попалась в этот раз. На другую, может быть и плюнул, обозвав коровой, но эта - прям, как по заказу привередливого вкуса. Ну! Ниже, ниже! Не стесняйся киса...
  - Ты что, совсем придурок?! - толи вопросом, толи утвержденьем разрезал воздух баритон Тимофеевой жены Василисы. - Нет, вы посмотрите на него, лежит - балдеет! На голых баб лежит пялиться. Жены ему мало. Совсем кукушка поехала! То специально вирусов нахватал, чихи прохожих бегал весь день ловил. Кому скажи, не поверят ведь. У всех мужики нормальные, у одной у меня сто восемьдесят сантиметров горя и девяносто два килограмма несчастий. Соседи уже пальцами тыкают. За спиной хохочут все. Говорят, у Васьки муж телепень. Говорят, Тимофей Евгеньевич с кукушкой раздружил. Ну, себя не жалко, так ты хоть меня да Митьку пожалей, ведь на улицу сыну скоро от сраму выйти стыдно будет. Заклюют ребята Митьку через батьку родного, помянешь мои слова. Теперь ещё бабы голые вот. Здорово живём. Приехали! Ты что тупее дерева? А ну мигом спать юродивый! Я тебе покажу на сиськи чужие пялиться, я тебе вот завтра устрою! - Выпалила вспылившая Василиса, и в голосе её определённо читались и досада, и разочарование балбесом мужем, и, конечно же, обида с малюсенькими нотками ревности к телевизионной красотке. Оно и понятно. Сравнения жена Вася с хозяюшкой не выдержала бы ну никак. После родов Васька подобрела. Следить за собой принялась лениться, да всё чаще только на выход наводила красоту. А для мужа зачем? Он уже привязан, он уже никуда не денется.
  - Ты чего взъелась? Зачем от "Одноклассников" так рано оторвалась? Что там все спать легли что ли, или умерли? Подумаешь, какое дело. Переключаю каналы, смотреть совсем нечего. Ты вот как всегда, как раз вовремя. Угораздило тебя именно на этой бабе зайти, а виноват, конечно же, я. Я и разглядеть-то толком не успел, чего там такое творится. Чего разволновалась, расчирикалась по пустякам? Всё в порядке. Иди-ка ты лучше мать, сама спать ложись к Митьке в комнату, а то заразишься от меня ненароком. Спокойной ночи дорогая! - Тимофей выключил телевизор, сделав в комнате темно.
  - Дала бы тебе как следует! Завтрак утром сам готовь, - с этой угрозой Василиса ушла из потемневшей своей спальни, демонстративно - зло, хлопнув дверью.
  Тимофей повернулся на бок к стенке и как всегда бывает на пороге чего-то важного в жизни, мысли роем зажужжали в так не вовремя заведённом и так подло обломанном мозгу. Думалось следующее. Не обманула супруга Василиса, во всеуслышание назвав супруга, нелепым ловителем чужих чихов. Спрашивается кто ж в трезвом то уме и рассудке на такое способен. Нехорошее определение рождается, прежде всего, услышав данное обвиненье, а именно - это клиент дурдома на фазе сезонного обостренья. Однако почему тогда суровая супруга не вызывает белых ангелов со смирительной рубашкой? Уж кто-кто, а Василиса запросто способна вызвать. Что-то не клеится. Где-то загадка. Отгадка в том, что Тимофей, старший научный сотрудник в области исследований медицины будущего. И в области исследований этих, на пару с доктором технических наук Александром Александровичем Соколовым, да с многочисленной группой медиков и биологов, залезли они так далеко, что сами того не подозревая очутились на пороге серьёзного открытия. Стоит отметить, что и сама экспериментальная база, и исследовательские корпуса и лаборатории, и примыкающие к ним хозяйственные постройки, а равно с ними и производственные цеха, кучковались всего на четырёх гектарах, и весь этот проект был негосударственным образованием, а находился за финансированием неравнодушного крупного бизнеса. Но каковы же цели и формы их реализаций? Вот об них и думалось Тимофею пред путешествием в мир сновидений. Нестандартно, смело и фантастически непонятно простому обывателю было то, что творилось в лабораторном корпусе П-8. Речь идёт, прежде всего, о борьбе с вирусами, опухолями, злокачественными образованиями и так далее и тому подобное. Тут ничего нового, другое дело как. Задача группы всей такого плана - война со всей этой гадостью на уничтожение и только так. Ни каких перемирий и временных локальных невмешательств. Известно, что все вирусы мутируют, постоянно видоизменяясь. Делают они это в ответ на положительные мутации защитного барьера здоровой клетки, организма в целом. И горячая стадия этой войны длится миллионы лет, не прекращаясь ни на минуту. Вирус находит и прописывает в своём ДНК либо РНК коде новые ключи проникновения, новые хитрости по обману иммунитета, новые способы доставить смертельное своё ДНК в ядро клетки. В свою очередь природа, так уникально сотворившая все виды, помогает находить и браковать все новые приёмы. Природа придумывает, если необходимо, новые механизмы отчуждения и уничтожения мутировавшего вируса, также закрепляя памятью об этом в ДНК. Так вырабатывается иммунитет к конкретной форме, но другая форма будет отличаться, и подберётся с новыми ключами. Так что придётся заново по кругу обезвреживать уже её, запоминать уже её приёмы, на будущее, зная, что будут новые и новые, и нет им края и конца. А если заглянуть поглубже внутрь клетки, то видно даже полному тупице, что там царит огромный микрокосмос, со своим порядком, своей защитой и мозговым центром - ядром, отдающим одновременно миллионы химических приказов, как рабочим, так и защитным элементам клетки. Здесь внутри идёт своя игра, по своим правилам, и есть в этой игре большое количество внешних агрессоров. Эти враги хитры, коварны и беспощадны и цель у них одна - уничтожить, размножиться на останках и дальше в путь или же в спячку, в ожиданье новой жертвы. Есть и более крупные войны, когда поражению подвергаются уже клеточные образования, а защитой выступает целый ряд меж клеточных солдат. Простой пример: человек заразившийся вирусным "гепатитом - С", умирает не от того вируса, когда-то попавшего в кровь несчастного. На момент смерти человека, вирус мутировал и уже совсем другой. А вирусы простуды, гриппа, они мутируют так резво, что всегда приходят с чем-то новеньким, коварным и плохим. Тут есть гипотеза, намекающая подумать, да и посмотреть, кто же выгодоприобретатель. Упрётесь в фармакологические концерны и корпорации. Кому как не им выгодны подобные мутации? И удивительное дело, всегда за исключением неизлечимых пока заболеваний, выдают они верные пилюли почти пошагово, а когда и нога, в ногу идя с видоизменённым врагом. При этом, конечно же, не забывая, в виде урожая, собирать огромные прибыля. Закрадывается, конечно, подозренье, об искусственном вмешательстве, как и в мутации, так и в процесс распространения, но как говорится - не пойман, не вор. Так вот, Тимофей и его группа, с момента создания отбросили путь, связанный с химическим подавлением, с хирургическим вмешательством и прочими атрибутами современной медицины. Внимание сосредоточенно впилось в ядро проблемы, в изучение структуры полей, как вирусов, так и организмов. Процесс оказался длительным и непростым, как казалось в самом начале, и по мере развития группа обрастала новыми специалистами из различных отраслей науки. Понадобились новые, ранее никогда не существовавшие приборы, и вот с ними долго не ладилось, пока в работу не был привлечён профессор Соколов. Примерно в это же время волею стечения обстоятельств, в группу попал, и молодой вирусолог Тимофей Евгеньевич. Для начала приборы были простыми, но зато очень дорогими, а время на их изготовление уходило очень много. Функционал ограничивался лишь измерением и фиксацией. Постепенно методом проб и ошибок, медленно, как ленивая старая лошадка тянет повозку в гору, стало получаться. Начала копиться и умело обрабатываться информация. Приборы и машины новых поколений умели уже в автоматическом режиме сканировать поля, производить анализ и главное потихоньку начинали воздействие. Параллельно с этой работой, велась работа по облучению положительными колебаниями живой воды и структурированию молекул в ранее небывалые кластеры. Тут удалось достигнуть наивысшего успеха. При заморозке таких капель, сначала образовывались чудные снежинки, но по мере продвижения стало появляться вообще что-то такое из разряда фантастики. Узорчатые символы переплетались мизерными великолепной точности и красоты картинами вселенной, видимыми лишь под микроскопом. Дальше ещё более дивно, религиозные знаки раз за разом стали разбавлять какие-то неизвестные науке письмена. Привлекли криптологов, и они по сегодняшний день не дали никакого вразумительного результата. Вода же эта в прямом смысле творила чудеса. Поливая такой водичкой мёртвые зёрна пшеницы, те удивительным образом оживали и прорастали. Любое растение, политое такой водой, неимоверно ускорялось в развитии, при этом практически теряя процесс старения. Клетки жили в сотни раз дольше обычного, заменив обычную репродукцию, на долголетие. Похожие результаты были и с экспериментами над животными. Но гораздо более слабые. Выяснилось, что причина в способе доставки. Через питьё водичка вступала в реакцию с кислотно-щелочными желудочными соками и почти полностью утрачивала свои волшебные свойства. Внутривенные и внутримышечные инъекции вообще гасили всю целебную силу. Тут во время прокола иглой живой ткани приборы фиксировали резкие негативные полевые скачки, реакцию на боль и смерть сотен клеток. Через кожу поступление водицы было незначительным, но по сей день самым результативным способом. Вся научная группа взяла за практику утром перед работой и вечером после неё умываться такой водой: при этом фиксировались жизненные показатели. Результат был налицо, заболеваемость в группе Тимофея всего за месяц снизилась на девяносто процентов. Этим и объясняется такое упорство и желание молодого человека заболеть. А ведь он, действительно узнав о новой разновидности гриппа, той самой, когда ломит шею и спину, да высокая температура, а больше кроме редкого кашля ничего, бегал в часы пик по вагонам метро, жадно глотая открытым ртом любой чих или кашель. Завидя очередь или толкучку, Тимофей немедленно туда внедрялся, потёрся он и на базаре, замечен был на двух вокзалах, а апогеем данного стремления стали сперва очередь в районной поликлинике, затем приёмный покой больницы. При всём - при этом, втайне от всех на работе, Тимофей четыре дня умывался простой водой из-под крана, ловко подменяя её на живую. И вот свершилось - заболел! Действительно есть чему порадоваться, остаётся не раскрытым вопрос - зачем? И тут ответ простой и лежит на поверхности. Молодость, энергия, жажда знаний и огромное желание скорее да скорее, да непременно самому. Дело в том, что не далее, как две недели назад из сборочного цеха поступил на испытание новейший прибор - изобретение доктора наук Соколова. Чудо-машину эту ждали два года с гаком, а надежды на неё возлагались если сравнить и переложить в эмоции, то, как у заплутавшего в пустыне степняка, повстречать, вдруг, ненароком, кобылицу, навьюченную полными кумыса и шубата бурдюками да в придачу вяленой бараниной - кусками. Название машина получила символическое - Антивирус Соколова. Сама была большой и состояла из выезжающей платформы в два с половиной метра. Над платформой на расстояние в метр нависала овала образная дуга, а сама дуга эта была ещё в полметра толщиной. По обе стороны платформы находились через каждые двадцать три сантиметра тонкие магнитные кольца, а уже за ними в ряд несколько мониторов, осциллограф, измерительные блоки с изотопными антеннами и прочие приборы необходимые для работы "Антивируса Соколова" в целом. Пульт управления находился в трёх метрах от самой машины и также напоминал собой панель управления космическим кораблём. Сама камера, в которой была смонтирована установка, была герметичной и абсолютно защищённой от любых внешних воздействий. Понадобилось оборудовать и отдельную серверную комнату, но уже за пределами капсулы с машиной Соколова. Цена вопроса, если её озвучить, неприлично, где-нибудь на улице в массовке, наверняка дух вырвала из тела бы, у самых слабых и социально незащищённых бедолаг. Дешевле в космос запустить ракету, чем сотворить такой прибор. Понятное дело, что охрана и безопасность - всё на уровне высоком. Расписан график запусков аж на год. Составлен план экспериментов, от самых простеньких, по лестнице взбираясь к сложным - да всё чётко, осторожно. Десять подписей на плане том, не увильнуть не вправо и не влево. А прибора суть такая, тут без объяснения никак. Во-первых, он читает и фиксирует любое даже самое слабенькое поле, которое испускают все без исключения живые организмы. Точнее если быть, то всё разнообразие полей, которых на пока, описано двенадцать. У человека им имеется и более раннее название - Аура. Так вот, поля эти, если более чувствительно их взять пощупать, как оказалось, делятся на миллиарды подполей. Вот ключ от всех болезней и несчастий, ключ от всевозможных состояний, от способностей, возможностей и даже помыслить представляется трудным от чего ещё. Но пока это всего лишь ключ, и как все ключи, сначала он должен обрести щёлку замка, войти в неё не повстречав препятствий, лечь ровно так, чтобы при повороте, ригель замка поддался, но и этого мало. Сто процентов совпадения бородки ключа при нажатии на сувальды - вот залог успеха! Рука невидимая ключ вращающая, кем-то тоже управляется и этот кто-то должен знать, зачем и что он открывает. А пока что ключ - это всего лишь ключ. В полях же и подполях отражён весь микрокосмос и макрокосмос человека, всё состояние его души и органов его и каждой клетки, но самое интересное то, что и духовное состояние, мысли и дела, поступки добрые и злые - всё видно в поле. Поле - это как анкета, только на всё и сразу. Теперь перейдём ко второй ступени ракеты в будущее, под названием антивирус Соколова. Воздействие на все поля, ремонт их, или же замена, правка полей больных органов и клеток, влияние на поля вирусов и бактерий внутри организмов путём перекодирования ДНК или РНК и заложения в их программу таких мутаций, которые завязаны на самоуничтожение. Лечение духовных струн и тонких нитей, чистка воды организма, выравнивание ауры в первоначальный задуманный природой порядок и цвет, вот далеко не полный перечень задач и возможностей чудо-машины. Но потихоньку, не давя на газ, для начала отладив на растениях, затем животных и уж потом начать на человеке. Понятна эта осторожность, прибор не абы-кабы-что и непонятно как. Как раз понятно, потому так много осторожности в процессе. Высоковольтные разряды так учащаются в определённой сфере, что импульсом доходят до колебаний около световых скоростей, чем самым, а также трением электромагнитных дуг и завихрений разогревают плазму до миллионов градусов по Цельсию. Но так вокруг, всё тотчас же сгорело бы. Только та плазма очень микро, да и сразу, с помощью другой огромной силы, направляется в запатентованные Соколовым микро трубы с внутренним диаметром в семь нанометров. Среда из сотен тысяч этих труб охлаждается прогоняемым на большой скорости жидким азотом. На выходе плазма заворачивается в нижний уровень труб уже диаметром в два нанометра, и эта среда наоборот подогревается остаточным теплом первой сферы. Путём таких взаимодействий, игрой температур и механических искривлений, на выходе получается поток различных колебаний и тончайших вибраций. Сами эти колебания и вибрации пока ещё никак не фиксировались, но зато фиксировались, и весьма убедительно, результаты их воздействий. Суть в том, что колебания эти, их частоту и мощность, можно задавать программой, менять их направление, рассеивать или лучеризовать. И силу, и суть, которую они несут в себе, пока не описать научно и словами. Всё только в процессе, всё только начинается. Неймётся только Тимофею. Ну, нет терпенья, что тут поделать. Вот и задумал Тимофей первым делом заболеть, а затем поэкспериментировать втайне от всех, и вылечить себя. Понятное дело тут никак не обойтись без помощника. И дело не в проникновение к машине, тут у Тимофея порядок полный, в любое время дня и ночи. Дело в настройке антивируса Соколова, в управлении процессом, пока сам Тимофей будет лежать, и облучаться на платформе. Из научной братии пойди, попробуй, найди, такого смелого помощника. Штаны до дыр сотрёшь, да от мозолей загрубеет кожа, а так и останешься один. Тут или батаны в очках из роговой оправы, или наоборот аккумуляторы энергий и идей. И те, и эти, как по шаблону, в такого рода деле, абсолютно бесполезны и непригодны. Первые сдадут, не поперхнувшись, вторые разовьют такую деятельность кипучую, что трижды всё прокляв, сам побежишь сдаваться. Три раза Тимофей, как кадровик со стажем, перебирал весь свой нехитрый штат. Очень хотелось поначалу привлечь коллегу по микроскопу, дружищу Валерьяна. Однако Валерьян такой до безобразия прямолинейный в жизни, такой буквальный в мелочах и далёкий от всего, что за окуляром микроскопа, что думалось недолго. Чего стоит только одна из историй детства, произошедшая с Валерьяном шести годов, на светлый праздник пасхи. Тогда малыш Валера чем-то так наскучил взрослым, родителям, гостям, что маленькому надоедале сказали:
  Иди, покрась яички!
  Забыли, правда, уточнить какие, и не раскрыли перед тем сакрального обряда пасхи. Валера и покрасил, фломастерами "Радуга" покрасил, и не куриные конечно, а свои. А "Радуга" лишь с ацетоном, да хорошей, долгой тёркой отмывалась, да и то не полностью. Качественно делали фломастеры в Союзе. Вот и таких историй с Валерьяном была пригоршня и ещё чуть-чуть. Нет, Валерьян опасен, отпадает. Осталась внучка профессора Александра Александровича Соколова. Хуже и нельзя придумать. Только что после аспирантуры, ведомая фамилией своей, девица эта двадцати четырёх лет от роду, недавно появилась в группе, благодаря своему маститому деду в первую очередь. Внучку звали Светланой, а в купе с фамилией, как в песне получалась Соколова Светка. И Светка эта с первых же деньков своей нехитрой должности в качестве лаборантки, настроила против себя весь коллектив. Она была взбалмошна, дерзка, в чём-то умна и цепка, то, наверное, от деда. Только и издалека заметно было, что в обществе таком ей скучно. Работа ей совсем уж не по нраву, на ней, она затейница выходит без затей. Батаны и другие, те, что генераторы идей, в ней не восторг с почтеньем вызывали, но скуку и брезгливость, а то и насмешку. Не был тут исключеньем и Тимофей. За два месяца знакомства, Соколова Светка три раза больно уколола Тимофея словом, четыре раза посмеялась над его нехитрым гардеробом, и дважды, на людях, высказала сомнение в его компетенции и профпригодности. Понятно Светку недолюбливали, избегали и откровенно побаивались. Все ждали только одного - когда ей всё это надоест полностью, и она сбежит сама. Пока что не сбегала, и как-то неделю назад, Тимофей решил, попробовать именно с ней. Самым трудным в данной авантюрной задумке, оказалось, заманить Светку на тет-а-тет. Обхохатываясь и высказывая предположения разного толку, например, что Тимофей с утра поел травы-белены, или же предложение будет сейчас делать, или наоборот плакать и спрашивать совета: как выпросить прощенья у жены, Светка всё-таки с Тимофеем уединилась. К восторгу Тимофея, с первых же минут своего предложения, увидел он огонёк в глазах лаборантки. Далее огонёк разгорелся в пламя, и чуть было не перехватил инициативу у зачинщика. Сработал авантюрный весёлый нрав внучки именитого профессора. Попалась на крючок. Хоть что-то новое и захватывающее. Наскучалась за последний год, хватит. И с этого дня Светка подгоняла Тимофея. Вместе думали, как быстрее заразиться, вместе разработали и план проникновения поздно вечером к чудо-машине. И вот он час пробил. Пора! Завтра вечером пора. Но необходимо проделать кучу вещей. С утра необходимо не вызывая подозрений Валерьяна, взять у самого себя анализ крови из вены и пальца, мочи анализ и скобы микрофлоры горла, носа, под корень сбрить несколько свежих волосинок а также спил ногтей. Затем весь день работать, как ни в чём небывало, ни в коем случае не показав никому своё заболевание и нездоровый вид. Под надуманным предлогом остаться поработать после окончания трудового дня. Ах, как же долог будет этот день! В девять вечера тихонько зайти к Андрею в комнату охраны, и пользуясь беспечностью его, отключить запись на нужных камерах наблюдения, Андрею же включить записи вчерашнего дня. Далее за Светкой, а там... Попутный ветер в спину, и помоги нам Бог! Такие мысли роем мух безжалостных роились в голове больного Тимофея мешая заснуть. В полпервого усталость и болезнь, объединившись, таки прихлопнули мешавшие уснуть мыслишки, тем самым спраздновав победу и дав хозяину заснуть.
  
  Глава вторая
  Бытует в этом мире, полном радости и горя, бесчисленная масса заблуждений, но нас сейчас интересует конкретное одно. Гласит оно без права на сомненье, что всем без исключенья нашим братьям меньшим, зверюшкам, птичкам, рыбкам, насекомым, не свойственна обида. На то оно и "заблужденьем" названо то слово, нагрузкой смысловой своею дабы, опротестовывать уж на этапе определения, неверные идеи, мысли и желанья. Вот за примером далеко ходить не надо, достаточно раскрыть глаза и посмотреть.
   Однажды утром на лужайку подле собственного дома, спасаясь от внезапной скуки, шагнул мосье высокопарный, большой ценитель европейских догм-скрижалей, знаток, как суффиксов, так и дефисов, почтеннейший Жан Жак Клаве. Шагнул и тут же огляделся по сторонам, чем поскорее скуку удавить. В руке Жан Жака дымилась чашечка горячего кофе, и вот какая мысль-задумка мгновенно родилась. Задумал сей мосье высокопарный облить кипятком из своей чашки, соседскую собаку, суку по кличке Бастилия. Задумал и сразу же задумку эту воплотил. Несчастная Бастилия наивно полагала, что бежит за угощеньем по-соседски, откликнулась глупышка на призыв в расчёте косточку увидеть или мяско, а тут такое. Двойной удар для суки, являющейся, кстати, бульмастифом, по породе. Ошпарил европейский муж соседской псине бок и лапу, ошпарил и весьма задорно хохотал над тем, как бегала Бастилия по своему участку в поисках спасения от жженья. Нет, не загрызла сука подлого соседа, обиделась и всё тут, с тем в то утро и разошлись. Неделей позже, уже в канун обеда, сидел Жан Жак опять же на своей лужайке и читал газету. Курил сигару не спеша, да всё время восклицал нарочито на тембр выше обычного, насколько все вокруг тупые, окромя, конечно же, его. Но в нашем случае первостепенно будет то, что он сидел и заблуждался. Дурашка думал, что Бастилия уж ничего не помнит, да и сам уже скорей всего про случай тот забыл. Как вдруг такая вот картина - горе, и это прямо среди бела дня. За ячеистым забором стоял новенький Порше Кайен, особенная гордость Жана. Именно к нему подходят двое, коричневого цвета кожи, да к бабке не ходи, коренные жители гетто, и вот что начинают, сволочи творить. Совсем никого, не стесняясь и не обращая никакого внимания на самого мосье. Подкладывать затеялись под Порше кирпичи, с одной лишь целью, далее спустить колёса, дабы затем их открутить и унести. Жан Жак Клаве на первые секунды дар речи потерял от наглости такой, но всё-таки немного овладев собой, скрутив оружием газету, имущество бросился спасать. Вот тут на сцену выход, обиженной и ту обиду не забывшей Бастилии, пришёлся в самый аккурат. Что предприняла сука в такой ситуации коварной? Залаяла? Кинулась грабителей кусать? Нет-нет, куда там. А ведь могла бы, и более того неделей ранее так бы и поступила по-соседски, однако не сейчас. Под ноги прыгнула Бастилия, но не грабителю, соседу под ноги, а тот споткнулся, кувыркнулся, да об пенёк башкой, да с тем навек обрёл покой. Великолепный коленкор! И полетел мосье высокопарный в мир загробный уже без заблужденья оного. Прям, как отрезали пилой, то заблужденье у мосье. Так сказать полетел просветлённым по данному вопросу на собственном примере.
  И, что это было, как не самая натуральная обида? Повернутся ли ещё, чьи-либо языки списать это на случай? Для этих самых языков продолжим. Сколько, по их мнению коров обиженных иль пастухом или дояркой сквернословкой, давали кислое молоко, а то и вовсе заворачивали дойку? Кто вёл подобную статистику? Молчите?! Или же вот ещё история про кобылу и ковбоя:
   Жила-была кобылка молодая, рождённая на ранчо, горести и бед не зная. Щипала травку, весело резвилась с фермера детьми, пока ей не исполнилось пяти. Ведь не затем, увы, её растили, и вот пришла её пора, а с ней у розовых очков потрескались стекляшки, да лопнула оправа. Подъехал на загнанном жеребце к переправе, как-то в один из несчастливых дней, ковбой Билли Донахью, по кличке "Заберу". Тут, как назло кобылке быть с хозяином за хворостом в ту пору приключилось. Не устоял хозяин и за доплату променял свою кобылку на мерина едва живого. Не знал и Билли, пословицы об том, что лошадей на переправе не меняют. Смелее смелого, спокойно поменял. И началась с сего момента кобылки взрослая безжалостная жизнь, но по порядку. Ковбой, хозяин новый, Билли "Заберу", был негодяем и мерзавцем высшей пробы. Клейма поставить негде - сочинили про таких. Однако, как и большинство мошенников великих, прикинуться мог с лёгкостью таким уж няшным, таким добрейшим и огромным сердцем, что запросто бы растопил и камень. Сыграть мог всё это до конца, да так, что жертва, улетая в небеса от подлого ножом удара в спину, спроси её на входе в райские врата:
  - Кто есть по жизни Билли "Заберу"? - ответила бы, обронив печальную слезу. - Его добрей, объедешь прерии, пустыни и каньоны, не сыщешь среди встреченных людей!
  А занимался, добрейший "Заберу", последние два года, с дружками тех же взглядов той же пробы, тем, что снимал с индейцев скальпы. Буквально, словно шкурки с белок. Снимал только лишь за той великой надобностью, чтобы обменивать те скальпы у властей на деньги. Какая власть, такие и граждане, и Билли просто на просто считал занятие своё работой. Кобылка же понятия об ужасах подобных не имела, хозяин новый по первой был очень добр и учтив. В один из первых вечеров на зависть остальным лошадкам, подкинул больше сена, чем другие получили. В другой раз не забрал, а дал наоборот немного соли - кобылка начала влюбляться. Ну а когда в день знойный вместе искупались, да пучком травы натёр бока, тут для себя кобылка окончательно решила - любовь до гроба, на века! Прозренье получилось не сразу, первые нотки сомненья закрались примерно через две недели. Отчётливо увидела кобылка собственными глазами, как возлюбленный хозяин с дружками снимали скальпы у загнанных в ловушку трёх индейцев. Рухнувшие небеса, отчаяние, дикий страх, да и ещё много чего пережила кобылка в те часы. Вечером у себя в стойле дрожала и размышляла: Как же такое может быть? Зачем хозяин это сделал? Скорее всего, то были враги или убийцы. Да-да, скорей всего, иначе быть не может. А может самооборона? Нет, не похоже. Точно, покарал хозяин так, злодеев редкостных и кровопивцев и уж наверняка те злые люди питались исключительно кониной.
  С этим и перешагнула в следующий день. А на следующий день опять облава на индейцев, только вот на этот раз в засаду угодили сами охотники за скальпами. Пришлось уматывать, да что есть силы и в этом самом спешном утекании нагрузка вся легла, прежде всего, конечно на кобылку. Загнал мерзавец влюблённую в него лошадку, до полусмерти загнал, а осознав это в кусты нырнули. Там повалил кобылку набок, и дабы та не заржала или не захрипела, взял, да и запинал да впопыхах пырнул ножом. После чего, конечно же, сбежал, не удосужившись даже добить животное, чтобы не мучать. Трусливо, подло убежал. Однако убежав, оставил по себе великую боль и обиду. Такую обиду, что заставила встать и идти. Обиду, которая, несмотря на рану, заставила кобылку выжить. Минуло три годка с довеском в месяц. Кобылка выжила и обрела хозяина из тех, кто пашет на земле. За время это повзрослела, поумнела, а уж про то что бы влюбляться в человека и речи более быть не могло. Однажды в очень жаркий знойный день, собою предвещавший грозу как минимум, а то и бурю, явились около обеда на ферму трое. При этом двое были на одной лошадке, а третий на другой. Двое лихо спрыгнули, а третий остался. Его сняли и под руки положили в тенёк. Выяснилось следующее - этот самый третий ранен был проклятым краснокожим упрямо не желавшим отдать свой скальп. При этом погиб и скакун раненого ковбоя. Друзья сложились и купили кобылку у фермера за сумму, от которой отказался бы только лишь дурак. Раненого на кобылку водрузили и всячески примотали верёвками и ремнями из кожи. Собрались в путь дальнейший, дав лошадям, как следует напиться. А у кобылки сердце билось в те секунды, подобно бешеному молоту о наковальню. Она его узнала. Без сомненья это он. Пронзила грудь стрелою раскалённою та самая обида. Обида та воскресла, ожила. Вот за плечами три часа пути, сухая прерия раскалена и безучастна к страданьям путников несчастных. Вдруг ветерок на встречу, раз, другой, затем сильней, а погодя минут пятнадцать, на горизонте синь свинцовая да мрак. Поводья сжали путники в кулак, два жеребца вдруг на дыбы встают да фыркают ноздрями, прямо нельзя - погибель там. А прямо, уже ураганный ветер, катит навстречу шары солянки, рогача, да и других растений перекати-поле. Блеснула молния и ослепила всё вокруг. За ней вторая, прежней раза в три мощней. Гром такой силы, будто сам Господь на небе в барабаны бьёт. Вот оно - рождение торнадо. От неба чёрного, вдруг отрывается огромный вихрь и, закружившись, с силой бешеной устремляется к земле, подхватывая и закручивая всё на своём пути. Нет, путникам уж точно с ним не по пути, и торопясь друзья ковбоя раненного, разворачивают жеребцов своих обратно и, между прочим, жеребцы совсем не против. Такая же команда, летит сквозь ветер и бури рёв кобылке с раненым, но что это такое? Друзья ковбоя с ними жеребцы, как вкопанные встали да пораскрывали рты. Такого и вообразить то трудно, не то что бы увидеть. По прерии разбушевавшейся, презрев стихию, летела навстречу торнадо кобылка со своим примотанным к ней ездовым. И было в этом что-то дикое и сверхъестественно пугающее. Кобылка летела, прямо навстречу смерчу, шла гордо, с пеной из ноздрей, как будто бы боялась не успеть. Стихия их не пощадила и всё-таки лошадку поглотила, а с ней и Билли Донахью, того самого, кто раньше забирал. С уверенностью можно утверждать теперь, что самого его забрали, и может быть благодаря сему, на свете меньше снимут скальпов и насмерть загоняют лошадей. Такая вот печальная история обиды, но есть примеры и другого плана.
  Затеян был, конечно, человеком, уж мягко говоря, не очень-то гуманный опыт. На территории размером уступавшей разве что футбольному полю, были воссозданы условия, укрытия, дома, и поселена колония из крыс. Кормили скудновато и естественно отходами с помойки. В один из дней наевшись корму со снотворным, в ловушку угодила молодая крыса. Затем рука в резиновой перчатке - рука судьбы, переместила бедолагу в аквариум стеклянный. Для опытов и испытаний медицинских препаратов, подумает, конечно же, читатель. Ни в коем случае, и вовсе за другим. И вот с первого же дня той крысе урезан полностью был рацион питанья. В буквальном смысле из еды ни крошки. Водичку все же наливала рука в резиновой перчатке, а вот покушать бросить, словно забывала. Ни грамма, ни пол грамма и так уже неделю кряду. Пыталась крыса грызть стекло своей темницы, да без толку естественно. Приготовилась, уж было пропадать. Как вдруг такое дело. Рука в резиновой перчатке, сама ни капли не краснея, берёт и преподносит крысе такой вот незатейливый подарок. Спускает прямо с неба мёртвого собрата, наружу мясом. Однако тут и должное, руке отдать не помешает, не тухлого, а свеженькой разделки. Ну и что делать? Как тут быть? Самой подохнуть, или голод утолить? И нарезает наша крыса по своей стеклянной клетке, в смятенье и раздумьях аж четыре с половиной километра, а далее с разгона прыг и жрать. Сытой и довольной уснула в вечер тот. На три дня хватило побратима, а далее всё по старой схеме. Точнее быть - недельный пост. И вот когда уже у крысы кишки в который раз вязаться принялись в узлы, подарок новый от резиновой перчатки. На этот раз небесной манною явилась крысе - сестра по крови, раненная, но живая. И снова крыса нарезает в своей клетке километры. На этот раз хватило трёх. В прыжке как вихрь на сестру и сразу в горло. А далее хороший плотненький обед, за ним и ужин с последующим сладким сном. Три дня весёлой сытой жизни закончились, конечно же - постом, как полагается в неделю. Не трудно догадаться, кто стал следующим разговением для крысы, как и не трудно догадаться, что этот следующий был себе вполне в порядке. И больше не понадобилась бесполезная вся эта беготня, а с ней и километры. На этот раз уже убийца уложилась в десять метров, а уж за ними сразу горло. Право же чего тянуть, когда и так всё ясно. Затем финал сей замечательного человечного эксперимента. Крысу снова усыпили да подкинули обратно к своим, при этом наведя на оную всевидящее око. Проснувшись, крыса и очухавшись немного, затем проголодавшись, не стала больше падать-опускаться до помойки, а как следует, подзакусила более слабой крысой-бабкой. И далее всё в том же духе. Зачем терпеть лишенья с беспокойствами на пару, об том, чем будешь сыт намедни, когда вокруг так много весьма плодовитых сородичей. Достаточно вцепиться в глотку и твой желудок уж прилипать к спине не станет никогда - всё просто. А что же братья крысы? Что же сообщество крысиное? Поняв, какое на них свалилось горе, не стали крысы давить заблудшую сестру свою. Хотя естественно смогли бы, количеством превосходя последнюю огромным, взять и растерзать да клочка шерсти не оставить. Нет! Обиделись, естественно обиделись и в ночку тёмную одну все дружно да тайком снялись с места. Оставили крысоедку в полном одиночестве - вот чем закончился тот опыт. А о его моральной стороне судить скорей всего не нам.
  Теперь немного, повеселей, история назрела. Не будет в ней убийств, рек крови, мести, как впрочем, мало будет и обиды. Речь, правда, снова об эксперименте, но более весёлом и уже со стайкой мартышек резвых: капуцинов. Итак, однажды в вольер огромный с большою стаей капуцинов поставили загадочный прибор собою напоминавший тренажёр. Затем устроители эксперимента на собственном примере объяснили его чудодейственную силу. Прибор был к слову из простейших, рычаг и груз, но вот какая заключалась в этом прелесть. Подняв за ручку десять раз рычаг с весьма чувствительным для маленькой мартышки грузом, мартышка в награду получала зелёный шарик. За двадцать раз поднятий шарик был уже красного цвета, за пятьдесят синего и так далее. Суть в том, что параллельно организован был и магазин с привлекательными с точки зрения мартышек товарами, обладавшими каждый своей ценой. Например, горсть винограда стоила пять зелёных шариков или один синего, персик стоил четыре красных шарика, а груша два синих. Позже в магазин добавились и игрушки. Вот где и началось, да завертелось - понеслось. Сперва, появились трудяги. Они исправно и долго тягали рычаг, до изнеможения, получая взамен законные шарики. За трудягами, из них же самих, вышли первые накопители и стяжатели. Эти относились к своим шарикам бережно, копили их, а не бежали сразу обменивать на фрукты. И уж ни в коем случае и никогда, ни кому их не давали. Далее более! Появились и первые рэкетиры из крупных половозрелых самцов естественно. Эти отбирали чужие шарики, сами же практически перестав работать. Разбойники и воры вышли из рэкетиров, и вот, трудяги, уже вынуждены, как следует прятать свои честно заработанные шарики. Кто бы вы думали, стал следующим звеном эволюции? Ну, конечно же, ростовщики! Эти вышли как раз из наиболее хитрых накопителей и стяжателей. При этом им удалось весьма ловко подчинить себе грабителей и рэкетиров, оплачивая им услуги по вышибанию долгов, при этом и им самим ссужая. Удивлению учёных не было предела. Однажды по рассеянности плохо закрыв вольер, утром ожидало следующее. Группа грабителей не бросилась в рассыпную, а взломала заветную комнату с шариками и похитила их. Наутро, один из преступников без каких-либо обиняков желал купить дорогую игрушку и очень возмущался, когда ему её не продали. Казалось бы всё! Куда уж дальше то. Вот и учёные так думали. Ан нет, дудки! Следующего рода удивление ждало наивных экспериментаторов в один из великолепных дней. Один самец с утра как следует попотевший за станком и получивший за то законные свои три синих, тут же отдал их одной молодой самке. Опосля чего, у них случился секс.
   Ухаживает так. Отметили про себя наблюдательные, но пребывающие в заблуждении, учёные. Изумлению не было предела, кода спустя пару часов та самая самка вступила в половую связь уже с другим самцом, опять-таки за три синих шарика в награду. После чего спокойно купила себе винограду и грушу. Тем самым самка подтвердила всю древность этой одной из самых древних профессий. Вот собственно и всё. Учёные сели за написания диссертаций, а мы с вами сделали для себя хорошую заметку. Не только обида свойственна братьям нашим меньшим, но и гораздо более пышный букет чувств, эмоций и поведенческих факторов.
  Теперь к чему примеры эти были. Сейчас всё станет ясно, всё станет на свои места. Терпение оно всегда на пользу только. На территории НИИ огромной, той самой на которой Тимофей имел большую честь трудиться, по первому времени после постройки из всего богатого разнообразия зверюшек дивных, лишь белки, мыши да кроты вольготно жили-поживали, да вечерами пели соловьи. Однако данная несправедливость, как и положено несправедливости, длилась недолго. Природа она тоже ведь стремится к равновесию. И вот в один из лучезарных дней на данной территории бесхозной внезапно объявился кот. Нет, даже не кот - котяра столь на рысь похожий, что в темноте, его, увидев ненароком, легко и просто можно было, немножко наложить отборных кирпичей. Здоров как боров был, но с тем нежирен, с хитрющей мордой и гусарскими усами. Взгляд дерзкий и прямой, при этом не лишён фантазии кошачьей. Умел себя подать, знал себе цену, а за бандитскую свою физиономию был тут же наречён "Жиганом". Но только что это за имя, оно на языке не крутится легко, и, путая его, к Жигану приросло "Жульен" сначала, затем и "Жигало". Быть может, бабушка Жигана действительно являлась рысью, а дедушка уже по папе точно был манулом, но внучек вышел загляденье. Естественно в него влюбились, вставали в очередь, чтоб угостить вкуснее, а женский коллектив, так тот и вовсе души не чаял в этом пятнисто-полосатом зле. Закономерно кот превратился в талисман НИИ и все его боготворили. Конечно же, все мыши и кроты, а с ними белки, да от греха подальше, снялись и подались на юга. Кто вплавь на другой берег. Ну а Жигало, Жульен, Жиган охотиться, со временем раздумал. Зачем такая трата энергии и сил. Лишь изредка для развлеченья ради, поймает да придавит крысу за территорией. Но только сам её не ест, несёт под дверь приёмки у столовой. Ведь значимость свою показывать и подкреплять необходимо. Вот и показывает крысу другу повару, а далее к крысе полностью охладевает. Ведь знает нахалюга, что в лотерее "бинго" свой счастливый вытащил билет. А на билете одна лишь фраза: "Здешних угодий ты теперь пожизненно монарх". И вот с тех пор день коротает Жигало вот так. С утра бежит проверить на границу метки. Естественно порядок с метками полнейший. Да кто ж посмеет то нарушить границы царства, где такой помазанник на троне. Но метки всё же штука необходимая и посему их надобно и проверять и освежать. Затем довольный и уверенный Жульен настраивает сам себя на вкусный завтрак. Бежит без страха и упрёка да мимо кастелянской кладовой. А там уж миленькая кастелянша кричит:
   - Привет Жиган! - махая вслед ему рукой.
   Но азимут настроен на столовой задние ворота. А там и повар - верный друг, не заставляет себя долго упрашивать и ждать.
  - Иди-ка ты сюда дружочек! Давай Жульен отведай-ка форельки с утреннего привоза. Вкуснотища! Сам собственно слюной давлюсь, но не смею. Мне не положено, а для тебя всегда найду кусочек аппетитный самый, да пожирней.
  - Тю! Ты это чего? Совсем, уважаемый, сдурел? А ещё имеешь наглость другом себя величать! Тоже мне друг называется! А почистить чешую?! А от костей и плавников избавить?! А прокрутить на фарш?! Завязывай уже придуриваться, и начинай головой работать. Она ведь эта голова не только для того дана, дабы носить на ней дурацкий поварской колпак. Сам, жри свою форель! - с этими мыслями венценосца, брезгливо поглядев на друга-повара, бежит наш Жигало уже на проходную.
  Там тётушки и девушки несут свои домашние обеды, и делать ничего не надо, достаточно лишь сесть и широко раскрыть глаза. Выборочно позавтракав обедами чужими, вдруг обоняние улавливает запах свежий и манящий какой-то кисы молодой. Вот и нашлось занятье. Бегом на поиски, бегом охотиться на кису молодую. Ах, как вкусно пахнет. Так-так, вот тут была назад минуток двадцать. А здесь о дерева кору потёрла спинку, минуток пять назад, ей Богу, я не вру. Но где же? Где же ты кисуля? Быть может чёрный одноглазый кот с соседнего квартала, помоечник трусливый, увёл, переманил? Допляшется кривой, лишится и второго глаза! Да нет, конечно! Чем может он привлечь, что может предложить? Обёртку от сосисок помусолить, фольгу из-под жаркого полизать! Ха-ха! Конечно, нет! Чего не может быть, того уж точно быть не может. И далее бежит на запах Жигало, Жиган, Жульен, ведомый мотиватором мощнейшим, именуемым инстинктом размноженья. А вечером за ту форель нечищеную, подкараулить может повара, и ради смеха, тому скакнуть на голову с ветки Кедры, что растёт подле столовой. Одним словом Жиган, но всеми он любим, обласкан, - талисман! Такой портретик вот кота весьма правдивый вышел. Хорош, красив, воспитан и не жаден. Самодостаточен, в меру ленив, в еде совсем неприхотлив, но вот беда обидчив, словно дитё или дурная баба. И надо же было так случиться, что именно в то утро, когда Тимофей себе назначил опыт, кота обидели смертельно. Была и есть в числе обслуги института, такая вредная уборщица, как баба Алевтина. Советской Сталинской закалки баба Алевтина, пешком в свои года легко таскала на этаж свой пятый грузы. Строга была до мелочей, к порядку с детства полному привита, и всяческие, где попало, шатающиеся и валяющиеся коты, не вызывали у неё восторг и умиленье. Вот и в то утро, застукала она Жульена, за наведеньем беспорядка вместе с когте точкой в одной из хозяйственных подсобок. А застукав, не растерялась и погнала в три шеи, а на в ответ прижатые в угрозе уши и шипенье вдвойне не растерялась да огрела щёткой. Пришлось с позорищем ретироваться, да, чёрт побери, как назло всё на глазах у той самой кисы молодой произошло. Война без объявления вот что это, не иначе. Мы ей покажем мех куриный наизнанку. Она у нас станцует польку половую со щёткой. Обидели смертельно! И, что это за каста дрянная, такая - уборщицы. Всё норовят прийти, на чистое поглазеть. Да не работая скорей бежать и требовать зарплату. А если мусор где увидят вдруг, так сразу же, бросившего мусор этот, на чём свет клянут. Забыв, что убирать его и есть работа их, и не было бы мусора сидели бы без дела и без денег. А то, что мусор можно и случайно обронить, такая мысль никогда не посещает их, им это осознать чрезвычайно сложно. Итак, война! А раз война, то до победного конца, то бишь до полного исчезновения бабы Алевтины с территории венценосного монарха Жигало. Стратегия простая - напакостить сильнее и грязнее, в местах, которые важнее, которые - прямая зона ответственности бабы Алевтины. С обеда Жигало дверь за дверью, комната за комнатой ищет подходящий вариантик. Его конечно или же не замечают, или, заметив, гладят за ушком да вкусным угощают. И к вечеру котяра хитрый подобрался к двери лаборатории заветной с секретным новым оборудованием и машиной. Вот дверь автоматически открылась, кот шасть туда и сразу же под стенд с аппаратурой. А в комнате один инженер-электрик дядя Федя, годов почтенных, да усов седых.
  - Эй, Жиган! Ты-то тут чего забыл? А ну, быстро брысь отсюда! Тут тебе никак нельзя! - ворчит по-доброму тот самый глупый дядя Федя, не понимающий, что волею судьбы сам оказался на театре военных действий. Участником стал дядя Федя, естественно случайно, геополитических разборок.
  - Смотри усач, как бы тебе войну не объявили. Расхлябались вы все у меня тут, - решает кот. Вот дулю тебе! Не затем полдня потрачено, чтобы послушаться какого-то дядю, пусть и с седыми усами, да уйти без боя. Старик меж тем делом, на колени, опустившись, попробовал кота схватить. Напрасно! Тут же получил старик отрезвляющую цап царапку и едва не стал покусанным.
  - Ах, ты сволочь! Ну, погоди, я тебе сейчас покажу! - с воплем этим дядя Федя выбегает за оружием любым - веником, щёткой или шваброй.
  Только Жигало, не дурак. Стратегия военная гласит - манёвры, перемена дислокации, занятие высоты и главное не дать врагу себя обнаружить. Дядя Федя забегает с веником в руке. Да полно тебе! Сам ты веник! Жигало уже под стендом нет, а равно нет его и в поле зренья. Коммуникатор прям как по заказу, включается и просит дядю Федю в кабинет начальства. Ещё разок, окинув рассеянным взглядом лабораторию, сей инженер-электрик, ворча и облизывая кровоточащий от царапки палец, уходит, запирая за собой дверь. Подумал, вероятно, что кот выскочил, пока сам бегал за веником. Вроде бы отрезаны пути отхода, но это с какой стороны посмотреть. Ни капельки Жигало не тревожит этот момент. Кто-нибудь придёт рано или поздно, а он под ноги и бывал таков. И вот они минуты сладкой мести наступили. Первейшим делом идёт Жиган, и гадит в угол. Затем конечно грызть проводку, провода и шланги. Увлёкся так, что натворил порядочно делов. Устал, лёг, полежал. Затем, содеянного показалось мало, и с новой силой набросился Жульен на абсолютно безвинную технику. При этом в фантазиях своих кошачьих представлялась ему жирная крыса с головою бабы Алевтины.
  Хряк - и нога откушена! Хрусть - и передняя лапка отлетела! Хрум - и поломался позвоночник! Хрясть - и бабы Алевтины голова пропала в пасти! Вот теперь порядок! Кажется даже немного переборщевал. Могут и заподозрить участие кота. Да ладно упокойся, сам себе мурлычет кот. Главное незаметно выскользнуть, а там и алиби состряпать можно. Мол, кисе молодой весь вечер показывал умение своё в добыче белок. А провода конечно баба Алевтина, убираясь, зацепила шваброй и порвала. Кто ж ещё как не она! Она же не сдержалась и нагадила в углу, ну а убрать за собой попросту, конечно же, забыла. Старушечий склероз она такая штука. И, конечно же, её затем с позором выгонят. Война окончена - Победа! С такими думками Жиган залез под стол с управления пультом. Как следует, вылизался, почесал лапой задней шею и за ушком. Конечно, заурчал, калачиком свернулся да и заснул спокойным сном.
  Теперь, как день прошёл у Тимофея с Соколовой Светкой. Тягуче медленно, естественно, как и всегда бывает в преддверии чего-то важного. Сам Тимофей довольно таки ловко взял у себя анализы не вызвав подозрения у Валерьяна друга. Но это сразу поутру, а далее весь день пришлось томиться, скрывать, как нетерпенье, так и хвори собственной симптомы. Вот это получалось хуже. Так, например, к обеду время подступило. В который раз за день взгляд брошен на часы. А время полвторого. Пошёл обедать, это к слову получилось. Затем прогулка, заглянул и к Светке. Вернулся, малость поработал, прибрался на рабочем месте, снова вышел в сад. Глядь на часы, а стрелки, словно мертвые, стоят, и кажут час сорок пять - твою ж ты мать. Да быть того не может, окаянные часы сломались, и их давай трясти, да только толку никакого. Стрелки секундные тик-тик, а часовые прилипли словно. Такая же беда у Светки, вся бедненькая извелась, весь день, грызя ранетки. К Тимофею под дверь, аж шесть раз, без дела забегала, пока во избежание подозрений и скандала, последний не прогнал её, едва не зашипев. Однако, час за часом, но по велению закона времени, минуло всё-таки и семь часов, а с ними в окнах появилась тьма с ней и огромная луна. А значило это одно - пора! Уже давно ушёл соратник Валерьян, спокойно проглотив историю про: надо задержаться. И Светкины коллеги места свои опустошили, но для приличия пришлось до полвосьмого потянуть резину. Тут и секундные стрелки, словно их утяжелили, едва-едва ползли по циферблату. Пора! И первый выход Тимофея к товарищу охраннику Андрею. Да не пустым, принёс куриных ножек барбекю да пирожков домашних в угощенье. Замаслить, дабы глаз и с панталыку сбить. Ему охраннику Андрею такое угощение только на пользу будет. Не помешало бы ему при своём весе пёрышка, немножечко прибавить в теле. И где таких охранников находят? Скорей всего по объявлению в газете. Помягче бы сказать, чтоб настроенья у Андрея не отнять, таких охранников самих необходимо охранять. Всё гладко получилось у Андрея, никто в том и не сомневался. Вот и настал момент, и Соколова Светка с Тимофеем у заветной двери. Открыли электронной Светки карточкой ту дверь и сразу же в предбанник прошмыгнули. В предбаннике, как и положено, пришлось и душ принять и в чистое переодеться. Продезинфицировались по уставу и далее шагать. Тем временем сонар кошачий в виде уха, давно уж уловил движения за дверью, да по сонливости вот чего решил злодейский кот. Решил не выбегать, когда зайдут, а выбежать, когда пойдут обратно. Тем самым ещё немного поваляться. И вот последняя дверь-преграда в лабораторию открыта и моментально же прикрыта за собой. Тут Светка Соколова растерялась, и роль свою немного подзабыла. Пришлось потратить время и напомнить. Сам Тимофей вольготно возлёг на выехавшую платформу, а Светку посадил за пульт. Была дана команда - Старт! Светка повинуясь, при этом хлопая ресницами большими, рубильник повернула вправо. Далее кошмар, что получилось. Давлением огромным из повреждённого шланга жидкий азот вырвался в виде облака да всю обстановку связал и приморозил, корочкой покрыв. Затем в доли секунды плазма в первой сфере не получив должного охлажденья переплелась с дугами волн. Энергия такая огромная столкнулась с энергией подобной силы второй сферы, после чего живое всё - обладающее полем схлопнулось мгновенно в точку нулевую, и сразу взрыв огромной силы и пожар.
  Парил секундою позднее Тимофей в пространстве непонятном, себя не помня и не осознавая как личность. Просто парил и внимал. Первым делом рядом подпархнула, будто бабочка лихая, строгого вида или секретарша или директриса. Была та секретарша брюнеткой жгучей, да при очках и главное, что парила рядом на рабочем месте. То есть за столом сидя на стуле, но при этом почему-то только в юбке, а по пояс голой, и только бусы кое-как прикрывали топорщащие груди. При всём при этом секретарша-директриса, начала набивать, на имеющейся, на столе пишущей машинке, следующий текст, дублируя его для верности орально. На Тимофея, вроде бы, пока внимания не обращавши.
  Итак, следующее строчила секретарша нараспев: Перестройку Громыко воспринял неоднозначно. Внешнюю политику страны в тот период считал чрезмерно и неоправданно уступчивой. Разноречивые чувства вызывала в нем и фигура М.С. Горбачева, на чей приход к власти в апреле 1985 года Громыко решающим образом повлиял. По словам его сына, Андрей Андреевич отмечал в Горбачеве такие слабые стороны, как дилетантизм, поверхностность, стремление произвести благоприятное впечатление на партнёров. Результатом всего этого, по мнению Андрея Андреевича, стало резкое ослабление позиций нашей страны, её роли и места в мире. Из иностранных политиков и дипломатов Громыко выделял госсекретарей США Г. Киссинджера и С. Вэнса, министров иностранных дел ФРГ В. Шееля и В. Брандта, итальянских премьер-министров А. Моро и А. Фан-фани, британских премьеров Г. Вильсона и Г. Макмиллана. Андрей Андреевич любил рассказывать близким о встречах с ними, вспоминал курьёзные ситуации. Например, Генри Киссинджер, приезжая в Москву, постоянно боялся прослушивания со стороны КГБ. Однажды он во время встречи указал на люстру, висевшую в комнате, и попросил, чтобы КГБ сделал ему копию американских документов, так как у американцев "вышла из строя" копировальная техника. Громыко в тон ему ответил, что люстры делались ещё при царях и в них могут быть только микрофоны.
  Закончив нести всю эту околёсицу, директриса, поправив бусы, и приподняв очки, впервые уставилась на Тимофея. К нему же были обращены следующие фразы.
  - Так-так! Что мы имеем?! Анкета конечно безупречная, и всё-то вроде замечательно, но с тем и зыбко да поверхностно. Вот мне, к примеру, и никаких анкет ненужно дабы безошибочно определить, в тебе редкостного юбочника, целовальщика да чмокальщика. Да уж! Не повезло твоей жене с благоверным. И за каким только лешим тебя на платформу эту потянуло? Отсюда и получилось - левой ногой перекрестились! Ведь недаром говорится: сумасшедшим нет покоя! Так- так! И что же мы имеем в сухом остатке? Молчишь? Не соображаешь ничего? А имеем мы тебя, заброшенного, чёрте знает куда! Вот тут всё время сама путаюсь и забываю. Честное слово забыла, что далее говорить. На этом самом проклятом месте голова постоянно запустевает. Всегда так! Ну, да и ладно. На обратном пути забегай, может, вспомню. А теперь пошёл-ка ты к такой-то матери, на тихом катере! Аривидерчи! - выпалив всё это как на духу, секретарша-директриса закрутилась и исчезла.
  Тимофей же сразу обрёл и память, и рассудок, вместе с осознанием себя. Осмыслить всё происходившее не дали. Ощутил Тимофей себя в непонятном плотном тумане, в котором переливались цвета. Ещё немного поболтался и решил действовать. Попробовал подвигаться вперёд - получилась. Назад попробовал - тоже вышло. Тогда полетел Тимофей уже куда-нибудь за разъяснениями. Снова моментальный успех. Не пролетел и пяти метров, как перед ним буквально туман преобразился в окна. При этом окна были ну как бы пронумерованы. Начиная с первого, показывали они Тимофею причины и как положено следствия его тут нахождения. Получалось, причины были такого характера, как: сам затеял, сам предпринял, своевольничал, втянул Светку Соколову, решил прославиться да на чужом приборе, и так далее, пока дело не дошло до кота.
  Тут окна чётко показали и то, как баба Алевтина обидела кота, и те самые действия военного характера, предпринятые котом в отместку. Затем подробно окна изложили весь характер повреждений, показали кота прятавшегося за прибором во время горе - эксперимента, и вот собственно Тимофей тут! Всё происходящее к слову совсем не пугало и не осуждало, а наоборот интриговало и заводило. Ни с того ни с сего Тимофею пришло в голову поинтересоваться по какой причине загорелся чек неисправности двигателя на его машине. Дело в том, что на первой автомастерской выявить причину не удалось.
  И снова подробный, полный видеоряд из окон. На этот раз окна показали и мелкий заводской брак с первопричиной в виде небрежного слесаря. Показали, почему слесарь в тот день пребывал в похмельном синдроме, а именно потому, что поссорился накануне с невестой. Не забыли и про не бережное эксплуатирование предыдущим владельцем - редкостным убийцей техники. Затем началась техническая составляющая открывшая Тимофею стружку в системе ТНВД и как результат поломанные первая и третья форсунки.
   После этого открытия тревожная идея будто впилась в мозг иглою. А не помер ли я часом! Вот что начало крутиться в разуме и стало грустно и печально. На этот вопрос, окна почему-то упрямо молчали, зато по первому требованию показали, спящую жену и сынишку. На душе стало ещё отвратительней. Забегали мысли, как много Тимофей ещё не сделал в жизни, как много он не дал родным своим. Ещё прокрутилось всё то, что делал неправильно, по глупости ли или по злому умыслу, а исправить не успел. Да большинство того чего исправить бы не помешало, откровенно говоря и не помнил вовсе, а вот сейчас всё как-то странно открылось сразу и без приукрашивания. За каждым действием не благонравным, то есть причиной, следовала куча неурядиц, испытаний, неприятностей и бед, в виде следствия, и между причиной и следствием Тимофей впервые увидел ясно связь. Всё чётко и по делу.
  - Не сейчас! Не надо сейчас! - попытался крикнуть Тимофей и протянул руку прикоснуться к сыну, мирно дремавшему в окне. Как тут его оторвало и закружило, а далее снова взрыв.
  Очнулся Тимофей весь мокрый и холодный на гравии каком-то, да в кустах. Потрогал части тела, и вроде ничего, как не хрустело так и не болело. Присел и оглянулся. Немного странным место показалось. Смеркалось. Луна была немного с зеленцой, да маленькая, словно одна копейка. Закат там где-то вдалеке, сиреневым маленько отливал, да вот ещё кусты, кусты такие в матушке России не водились. Стёр с лица капли воды, растаявшие после заморозки азотом, и попытался встать, как тут прям за кустами женский плач. Встал, и, шатаясь сквозь экзотику, шагнул на звук. Увидел сразу Светку Соколову, так же всю мокрую, стучащую от холода зубами. Увидела и Светка Тимофея. Вскочила и, показывая в сторону других уже кустов, как нервная прохожая, заголосила:
   - Он говорит! Что же это такое! Нет, ты послушай, он говорит!
  Тимофей сам пребывающий ещё немного в шоковом состоянии начал вглядываться в сумрачные кусты, пытаясь разглядеть того, кто говорит. Случилось разглядеть не сразу, а разглядев, узрел смешного мокрого кота Жигана. Бабах! Тем временем Жигало, Жиган, Жульен, поняв, что прятаться нет смысла, забросил вылизываться и гордо вышел на поляну. Да тут же начал Тимофею объяснять.
  - Клянусь всеми своими котятами, а у меня их по самым скромным подсчётам не менее трёх тысяч. Так вот всех до одного ставлю, на то, что всё это проделки уборщицы бабы Алевтины. Уверен на все сто, она специально так навредила, и именно своею шваброй повредила провода. Вот вернёмся, в тюрьму её за это первейшим делом, да на режим на строгий. Пусть тогда попляшет. Будет тогда знать, как швабрами проводку рвать, - всё это кот нараспев мурлыкал, но, как и все вруны в момент вранья глядел куда-то в сторону, не прямо, при этом жестикулируя передней лапой.
  У Тимофея, от такой речёвки, и главное от самого оратора, сперва мозги поплыли набекрень. Однако быстро взял себя и посмотрел на Светку. Та так же слушала всё это, широко раскрыв глаза. Мириться приходилось, ведь не сон и не виденье, реальность и ещё раз реальность, вместе с сознаньем ясным ощущались. Но что за бред? С чего бы, ради? По ходу пьесы будем разбираться. Так Тимофей себе решил и косо посмотрел на Жигало. В памяти себе, те, освежил картинки, в которых именно Жульен мстил лихо бабе Алевтине, драл безжалостно проводку. Однако промолчал и наглого кота пока покрыл, не выдал. Решил пока не ссориться, а выяснять что происходит.
  - Ты как это вдруг научился говорить? И если ты такой вот умный, не подскажешь ли нам грешным, где мы? - Тимофей старался быть спокойным, что на практике выходило не ахти как. Голос всё-таки дрожал. Вот кто действительно был спокоен, и даже можно сказать, в некоторой степени весел, так это Жульен. Весело он и отвечал:
  - Первое, самое простое! Изволите ли видеть среда другая. Вот попробовал выразить свои мысли голосом, вместо опостылевшего мяуканья, и сразу вышло. Мяукнул, получилось слово, ещё разок и речь готова! Вот со вторым проблема! Сам не понимаю, где мы очутились. В одном могу заверить, не в сказке точно! Сбегаю-ка я на разведку. Поосмотрюсь, малость вокруг, если не возражаете. Я мигом! - с этими ответами котяра нырнул в кусты и был таков.
  Далее Тимофей и Светка сидели и молчали. Переживали видимо, но больше изумлялись и диву давались. Перебрасывались лишь короткими фразочками. Жигало вернулся через полчаса весь взъерошенный и просохший.
  - В радиусе полкилометра всё чисто! - докладывал весьма довольный собой котяра. - Ни души живой! Одни кусты, да деревья неизвестной марки. Поспите, я посторожу. Ах вот ещё! Всю жизнь хотел попробовать, да понимаете, не мог. Ради смеха, конечно же. - И тут Жиган изогнулся, а выпрямляясь, как завыл, ни с того ни с сего, по-волчьи, на луну. - Ву-уу-у! Оу-уу-у! Уу-уу-уу-у!
   Ужасным стало то, что коту ответили. Ответили воем издалека и справа, а после со спины и где-то рядом. Завыли волки очень даже правдоподобно, где-то ну очень не далеко. От этого ответа, хвост дыбом стал у Жигало, а Светка с Тимофеем, заткнув кота, словили на спине мурашки. Все трое сбились в кучу под кустами, да так и коротали время до рассвета в полудрёме.
  
  Глава третья
  Утро добрым не бывает, не бывает никогда. Исключением не стало, утро Тимофея, Светки и кота. Да и чего уж доброго можно отыскать в таком утре. Всю ночь глаз не сомкнули, тряслись, то от страха, то от холода. В голове каша, во рту сухо, такое вот утро. Однако чего у утра не отнять, так это необходимости вставать, и более того вставать и действовать. Не стало исключением и тут. Как только показалось светило на горизонте, в кустах валяться стало неудобно и неинтересно. Светило к слову было больше чем обычно, но с тем и как-то менее ярко, зато красней, как при закате. Кот снова побежал в разведку, а Тимофей и сам решил поосмотреться. Кроме диковинных растений, почвы странного цвета, рядом не наблюдалось ничего. Дождались Жигало. Тот, как и ранее, на чистом русском, без акцента, рапортовал о тишине в округе. Решили двинуться на поиски селения какого, иль на худой конец воды или еды. Шли с час не более, всё по кустарнику и травам, поизмотались все кроме кота. Вот кустики пореже стали, слегка понизилась трава. Вдруг где-то метрах в двадцати не более того, отчётливо послышался писклявый голос. Прислушались, остановились, замерли. Голос весело вещал, что-то подобное напеву или куплету:
  Готовь мешки старуха, не ленись,
  А рот беззубый свой, поменьше разевай.
  Червяк земной и тот стремится ввысь.
  Снимать мы будем добрый урожай.
  Жежеловые листья, Барбарисы,
  Сметановые корни, почки Василиса,
  Набьём старуха полные мешки
  Не позабудем конопляные вершки.
  После чего старуха не горюнься да не злись,
  Твой подошёл черёд уж извиняй.
  Скорее на своём участке приберись,
  И на базар гони, да залихватски продавай!
  С этой нелепицей, на несчастных экспериментаторов, вышел из кустов прямо в лоб низенький человечек. Человечек был примерно полтора метра росту, коренаст и кривоног, но при этом с немного укрупнённой головой. Точнее сказать лоб человечка и виски немного выпирали, делая его голову более округлой над остальным лицом. Волосы были чёрными, но сам человечек был белокож до чрезвычайности. Одежда простая, можно сказать деревенская, цветов серых и не ярких. Однако бросалось в глаза, то, что одежда вроде как самотканая, будто из средневековья. Человечек выскочил на троицу примерно метрах в пяти. Встал, как вкопанный, и молча изучающе принялся разглядывать всех троих поочерёдно, при этом хлопая огромными глазами. Было очевидно, что он не ожидал подобного, и казалось, что встреча эта его немного взбудоражила. Первым решил нарушить нелепое молчание Тимофей, но прежде Тимофей шагнул навстречу человечку. Шагнул и чуть не упал, на любимое мягкое место ремня и розг, от последовавшего за этим. Где-то за спиной завизжала Соколова Светка, а Жиган нырнул в кусты. Дело в том, что человечек, на наступление Тимофея среагировал весьма своеобразно, а главное мгновенно. Он попросту исчез с того места где стоял и в тот же миг когда исчез, оказался уже в пятнадцати метрах от видимо странной с его точки зрения компашки. При этом он не перелетел это расстояние, не перепрыгнул, а равно и не пробежал его. В этом Тимофей мог сам себе поклясться. Человечек испарился в пяти метрах и возник уже в пятнадцати, за сотую долю секунды. Ступор Тимофея и визг Светки тоже продлились недолго. Всё потому, что человечек, находясь на безопасном удалении, первым завёл беседу, подобно Жигану, на чистом русском языке.
  - Вы какого роду будете? По каким делам на земле моей? Имейте в виду, барабаном положена эта земля в мои руки, а значит и урожай собирать мне и семье моей. Всегда, по-честному, четверть отдаём во всеобщее. На остальное распоряжаться, сами права имеем. Дешевить не станем, урожай у нас по этому берегу, до Сивой косы, первейших качеств. Ну, так кто такие будете? - прокричал человечек, сложив руки рупором.
  - Простите, ничего не понял из сказанного! Мы учёные из России. Меня зовут Тимофей, её вот Светланой, да ещё с нами кот. Не подскажите где это мы и кто вы такой? - после пару секундного обдумывания криком отвечал Тимофей.
  Представляясь, Тимофей указал сначала на себя, затем на Светку, ну и последним жестом обозначил выползшего из кустов Жульена.
  - Есть прекрасное во всех отношениях вялено-солёное молоко из-под глухонемой коровы. Другие коровы только и делают, что сетуют на судьбу. Какое при этом может быть качество? Правильно - дерьмовое! А наше в тишине и покое делано, да трёх летней выдержки, спасибо потом говорить будете. Зелёного конопляного медку не желаете? Быть может икры зернистого дерева? Или если чего покрепче уважаете, так есть сорока градусная капуста. Капусту эту, сам настоятель настоял. Только предупреждаю сразу, дешевить не станем. Говорите чего надо и назначьте цену, а там поглядим, - таким был ответ коротышки, после чего коротышка этот, снова повторил фокус с перемещением и вернулся на прежнюю пятиметровую дистанцию.
  У непривыкшего к таким фокусам Тимофея снова комок подошёл к горлу. Снова взвизгнула Светка за спиной, а Жигало вознамерился было нырнуть в кусты, но на полпути остановился.
  - Ловко у вас туда-сюда шмыгать получается! Это вы как делаете? - только и пробормотал Тимофей, но тут на помощь пришла Светка, вынырнув из-за спины на первый план.
  - Говорят же вам мы учёные. Заблудились мы. Авария у нас произошла. Кот после этой аварии говорить начал. Забросило, чёрте знает куда, а тут ещё вы со своими трюками и нелепой болтовнёй. Подскажите лучше как поскорее добраться до полицейского участка или ближайшего населённого пункта.
  Незнакомец подозрительно на Светку покосился, что-то пару секунд обдумывал, после чего расплылся в улыбке и снова заговорил, обращаясь непосредственно к Тимофею. Тем самым полностью проигнорировав Светкину просьбу.
  - Мешок зелёной картошки, у нас, всего-то-на всего четвертинка от копейки. А лук вызывающий глюк и того дешевле. Где вы видели подобные расценки? Где, я вас спрашиваю? Ведро вялено-солёного молока, как есть отдам за пять копеек. Корзина сметанового корня - полкопейки! Видели вы что-нибудь подобное? Провалиться мне на этом самом месте, если найдёте дешевле.
  - Уважаемый, хватит уже, - немного собрался с собой Тимофей. - Нам ничего из вашего товару не нужно. Говорят же вам в который раз, с нами беда произошла. Мы заблудились и устали. Скажите где мы и как к людям выйти?
  - А мясо или рыба у вас водятся! - неожиданно встрял в беседу наглый кот, но тут же чуть не отхватил пинка, а посему замолчал и надулся.
  Незнакомца же вопрос заданный котом на человеческом языке совсем не смутил и не потревожил, будто бы незнакомец этот, всю жизнь свою только и делал, что балаболил с котами.
  - Вы какого роду будете? Я же вас в самом начале спрашивал. Морочите мне тут голову, время моё драгоценное зря расходуете. Ладно, хотя бы, откуда вы появились, это то хоть сообщить можете? - задал вопрос, понявший, что торгам конец, а с пониманием этим, сразу поскучневший коротышка.
  - Из России мы! - оживился Тимофей и добавил. - Матушки!
  - Ну чего вы врёте? Нет таких планет в галактике "Широкая спираль". Нет, и не было. Есть только созвучная планета "Великороссия", она же мой дом и родина. Именно на ней вы и находитесь в данную минуту. Не желаете говорить правду, я поскакал, - коротышка, было, чуть не исчез, как в дело снова вмешалась Светка. Весьма своеобразно вмешалась, к слову.
  - Мамочки! Мне всё это снится! Ущипните меня! - Светка разрыдалась и накинулась с кулаками на Тимофея. - Это всё ты виноват идиот-затейник! Чего стоишь, словно в штаны наложил? Лови этого умственно-усталого, пока он не улизнул. Кто тебе потом дорогу показывать будет? Какой-то сказочный паноптикум вокруг творится. Ой, не могу! Бред какой-то! Мама, забери меня отсюда! Домой хочу! - Колотила навзрыд Светка остолбеневшего Тимофея по груди.
  - Правильно! - поддакнул Светке подлый кот.
  Вот этот спектакль возымел силу. Этот искренний приступ паники и страха убедил коротышку, по крайней мере, в том, что его не водят за нос.
  - Я спрошу тебя ещё один сраный раз! Кто вы и откуда? - спросил коротышка и стал весьма серьёзным.
  - Люди мы! С планеты земля! А Россия это не планета, а наша страна и родина, - отвечал взволнованный Тимофей, почувствовавший где-то внутри себя, что намечается прогресс в переговорах.
  - Так, ладно! Планеты земля, тоже отродясь не было на свете. Что такое страна мне вообще неведомо. Поскакали ко мне в дом. Вызовем мельтона, а там пусть он и разбирается, - коротышка тут же испарился.
  - Вот такой вот, абсурдостан! - промурлыкал на это исчезновение кот.
  Долго насладиться отсутствием коротышки не получилось. Не прошло и тридцати секунд, как этот гном снова появился на прежнем месте. Вопросительно посмотрев на пришельцев, коротышка, что-то сообразил и задал ещё один нелепый вопрос:
  - Чего стоите? Вы что скакать не умеете?
  - На скакалке скачут, а вы испаряетесь невесть, как, и почему. Скажите честно вы трюкач из цирка? А вокруг происходящее всё - жестокий розыгрыш? - отвечала, опередив Тимофея, немного импульсивно Светка.
  - Не умеем мы, как вы изволили выразиться - "скакать". Даже более того не представляем что это за процесс такой чудотворный, - более лаконично ответил Тимофей.
  - Худо дело! Совсем худо! Говномутка какая-то, получается, извиняюсь за выражение. Что же прикажете с вами делать? До избы пешком три часа ходу. Ни тропинок, ни дорожек, лес да бурьян. Вы меня не разыгрываете случаем? Ведь скакать каждого, ещё в начальных классах средней школы обучают. Как же так? Неужели действительно из другого мира? - размеренно и задумчиво рассуждал коротышка.
  Очень походило на то, что он процентов на девяносто уверовал, но вот оставшиеся десять не дают покоя и гложут изнутри.
  - Да кстати, забыл представиться: Демьян!
  - Послушай, Демьян или как там тебя! Ну, что мне уже сделать, чтобы ты начал действовать? Сиськи голые, что ли показать? Веди нас скорее к людям. А ещё лучше трюкани ещё разок со своим скачком и вернись, будь любезен, с чем-нибудь съестным. Да и про попить не забудь, а уж если ты окажешься настолько милым, что раздобудешь сотовый телефон, ей-ей дам ущипнуть себя за ягодицу. Ну чего стоишь? С вчера, во рту ни капли, - выдала Светка.
  Тимофей и Жиган удивлённо на Светку посмотрели. Удивлённо, словно на сумасшедшую, посмотрел на Светку и коротышка Демьян. Однако, не сказав ничего более, далее Демьян опять-таки ускакал. На этот раз, коротышка отсутствовал, что-то около минут пяти. Но зато появился с корзиной чем-то доверху набитой. Протянул эту корзину, несчастным путникам, с видом величайшего и благородного спасителя, после чего отошёл в сторонку и принялся наблюдать. На корзину тут же набросились. Однако в корзине оказались какие-то диковинные штуки, что тут же остановились и начали разглядывать да нюхать. Так, в корзине имелись нарезанные дольки сала, но только синего цвета. Затем вместо хлеба имелось заплесневевшее грубое тесто, при этом пахнущее свежим караваем. Присутствовала непонятная зелень и полкруга почти магазинного сыра, но снова не попадавшего в обычную сырную цветовую палитру. Сыр был розовым. На запивку имелась стеклянная бутылочка, как казалось с молоком внутри, но при вскрытии бутылочка издала резкий винный аромат. Скитальцы замерли в нерешительности, переглядываясь и глупо моргая. Демьяну видимо быстро надоела вся это комедия и сначала ободрением, а затем и угрозами, коротышка заставил путников начать трапезу. На удивление всё оказалось очень вкусным, а главное, как казалось весьма свежим. Правда вкусовая гамма каждого продукта, ранее троице не встречалась нигде, более того гамму эту из земных продуктов навряд ли удалось бы получить. Кот ограничился синими кусочками сала, и только ради попробовать приложился было к сыру, но едва куснул, как тут же чуть не поперхнулся и с брезгливостью выплюнул сей сыр. Молоко с запахом вина оказалось вкусом похоже на лёгонькую бражку на берёзовом соке и с тем, как утолило жажду, так и подкрепило силы. С яствами было покончено и все трое весьма поблагодарили коротышку.
  - Фирма веников не вяжет, а если вяжет, то фирменные! - так отвечал коротышка на троекратное "Спасибо!" Далее Демьян, видимо не чуждый похвальбе, просиял и растёкся в широченной, лучезарной улыбке. И слепой бы увидел, настроенье у Демьяна поползло вверх. А значило это, что самое время рвать удила, да отправляться в путь, стараясь по дороге, как можно больше выведать.
  Процессия тронулась. Идти было чрезвычайно трудно, всем, за исключением Жигана. Шлось медленно, то и дело с остановками на так называемый перекур. Больше всех страдала естественно Светка с её длинными каблуками и наоборот коротенькой юбочкой. Вторым номером в числе страдальцев, как ни странно обозначился не Тимофей, а коротышка Демьян. Сказывалось, по его жалобам, многолетнее отсутствие дальних пеших прогулок. Отсутствие это объяснялось весьма просто: ни к чему эти прогулки когда легко и просто умеешь скакать куда угодно. Вот со скачков и начали свои расспросы Светка с Тимофеем, к ним, к слову, весьма живо подключился кот.
  - Право, я в недоумении! Вы этим своим "не умеем" практически в тупик меня загнали. Ну как такое вообще может быть? Вы же на своих двоих ходить умеете, так почему бы взять и не попробовать, как следует скакнуть. Элементарнейшая штука, проще пареной репы, - ворчал и одновременно продирался, сквозь густые кусты, вынужденный шагать пешком Демьян.
  - Ты по-человечески объяснить можешь? Что именно делать нужно, чтобы скакнуть? Научи если всё так легко и просто. Ну же, Демьянчик, раскрывай секрет. А я тебя в щёчку поцелую, - весьма заинтересованно отвечала Светка.
  - Вот-вот, будь товарищем, научи. Сам же мучаешься пешком. С чего начать то? - поддерживал Тимофей.
  - А коты тоже скакать могут? Хорошенькая планета ни чего не скажешь! - не отступал и Жигало.
  - Вот чего не могут коты, так это скакать. Скакать дабы, уровень необходим. А у зверья уровня этого быть не может, ибо ступень развития гораздо ниже, - с учёным видом отвечал Демьян, а Жульен покосился так на коротышку, будто это ещё посмотреть нужно, чья ступень выше.
   - Даже не знаю. Ну, была, не была, попробую. Слушайте и мотайте на ус. Все мы состоим из микрочастиц. Когда мне необходимо скакнуть, частицы моего тела исчезают, при этом, генерируя чистую энергию. Энергию эту, частицы моего тела, для преодоления материи и расстояния заимствуют из будущего, и уже по прибытию на место назначения, возвращают эту заимствованную энергию в полном объёме и виде. То есть, говоря простым языком: задумал я скакнуть, а частицы моего физического тела уже находятся там, по другую сторону. Сечёте?! Остаётся определиться с пониманием, куда скакать. Да в том-то и вся прелесть, что хоть куда, правда, только находясь на планете, да в пределах одной галактической системы. С местами, где ты бывал ранее совсем простота. Достаточно то место представить и возжелать туда, скакнуть. Вот с местами ранее не встречавшимися, посложнее будет. Тут необходимо одновременно удерживать в голове такие вещи, как расстояние, ожидаемое место прибытия. Окружающая обстановка и среда на месте прибытия тоже важны и главное нужно чётко знать зачем тебе туда необходимо попасть. А то сдуру можно и в открытый космос ускакать. Бывали случаи, такого рода, ещё как бывали, особенно у ребят в кавычках одарённых или весьма не далёких. Вот собственно и вся наука. Делов, как говорится на копейку. Ну-с, кто из вас дюже смелый? Кто первым попробовать желает? - весьма довольный собой гном окинул взором подопечных и тут же залился приступом веселья. - Нет, видели бы вы свои наиглупейшие лица! Ой, не могу! Недоумение и растерянность, это ещё мягко сказано.
  Приступ веселья также моментально потух, как и зародился. Получалось по этим самым наиглупейшим лицам, что скачков не предвидится в помине, а значит топать дальше на своих двоих.
  - Очень-очень исчерпывающая и поучительная лекция. Огромное спасибо! Теперь я стала гораздо умней. На практике, что делать нужно? Щёки надуть? Глаза закрыть и поднатужиться? Быть может волчком покрутиться? - начала по своему обыкновению, лить иронию, Светка.
  - Раз дела складываются таким несправедливым образом, и несчастные коты скакать возможности не имеют ну ни какой, то до едрени фени лично мне все эти шутовские приёмы, - выругался в свою очередь кот.
  - Нет-нет, волчком крутиться, надобности нет. Вставай на правую ногу, левую как можно сильнее вытяни в носке и выше задери. Закрой глаза и представь себя в том месте, где тебе хочется оказаться, и хоти, хоти, сильней хоти, но глаза не открывай. Когда сил стоять на одной ноге уже не останется, и ты начнёшь падать, падай смело, но глаза открой только после падения. И главное, кода падать будешь, не бойся, но ногу не отпускай. Отпустишь ногу - всё пропало! В момент падения и произойдёт твой первый скачок. Меня лично так учили. Попробуй, должно получиться, - вполне серьёзно поучал коротышка. Казалось, его совсем не задели и не обидели ни Светкина ирония, ни бредни её шерстяного друга.
  И Светка попалась на эту самую серьёзность. Отошла в сторонку, сняла туфлю на высоком каблуке, повернулась спиной к сильному полу, чтобы при задранной вверх ноге этот самый сильный пол не пялился на трусы, затем всё сделала так, как ей сказали. Ногу задрала чуть ли не до головы и, пошатываясь на правой ноге, закрыла глаза. Справедливости ради, стоит отметить, что попались на эту серьёзность и кот с Тимофеем, однако глаза у этих двоих были открыты, и вот какую картину они увидели. Коротышка, сразу, как Светка стала в позу, повалился на траву и принялся хохотать, только при этом зажимая рот ладонью. Тимофею и Жигану дружески подмигнул и приложил указательный палец к губам, дабы те помалкивали.
  А, что, оно и вправду весело! Пусть постоит немного на одной ноге, а то считает тут себя невесть какой умной, - не сговариваясь, одновременно, пришло на ум, как Тимофею, так и коту.
   Все трое уставились на Светку в немом веселье. Демьян достал карманные часы, и указал на минутную стрелку, предлагая тем самым сделать ставки, сколько Светка простоит. Тимофей согласительно кивнул и выбрал три минуты. Кот минуту срезал, оставив две, а сам Демьян возвысил Светку до пяти минут. Молча хохотали, молча ждали. Минуты растеклись, утяжелились и шли дольше обычного. Светку на второй минуте болтануло, но Светка устояла, а кот с досадой махнул лапой. Минула третья минута, а с ней выбыл проигравший Тимофей. Только вот и коротышка Демьян недооценил Светкиного упорства в желании ускакать куда угодно, лишь бы отсюда подальше. Правда на шестой минуте Светку снова как следует болтануло, но проявив не дюжее чувство равновесия, Светка простояла ещё три минуты. Восемь с половиной понадобилось Светке, чтобы с воплем, не отпуская ногу рухнуть прямо в кусты.
   Вот тут, все трое не сдержались и расхохотались по настоящему, то есть громко. Да так громко, что по лесу хохот этот удалялся эхом. Светка подскочила. Губа у неё тряслась от обиды, на щеках проступил румянец, а на глазах блеснул недобрый огонёк. Первыми объектами мщения стали Жигало и Тимофей. В кота Светка запустила подхваченную корягу, да так, что Жульен едва увернулся. На Тимофея Светка бросилась, по-кошачьи расправив когти и успела-таки немного оцарапать, прежде чем Тимофей её не оттолкнул и подобно коту не ретировался. Настала очередь главного обидчика. С возможностью его покарать вышло совсем туго. Всё дело в том, что подлый карлик при приближении разъярённой тигрицы тотчас ускакивал метров на пять в тыл, не забывая при этом изрядно высмеивать последнюю. Очень забавляла Демьяна вся эта игра, и Демьян явно был доволен. Не расстроились и кот с Тимофеем, а с тем продолжали хихикать. Наконец, что-то щёлкнуло в Светкиной голове, и, поняв какой дурой она сама себя выставила, Светка и сама села на траву да засмеялась. Таким образом, наладилось временное перемирие. Просмеявшись тронулись в дальнейшую дорогу. Где-то, через полчаса пути, Демьян неожиданно воскликнул:
  - Вот тебе и слива! Какой же я всё-таки тугосеря! Ведь зачем мне самому топать, когда я спокойненько могу задавать вам направление, скакать метров на пятьдесят-сто и также спокойненько там вас поджидать, валяясь при этом на травке. Ноги уже все в мозоли стёр, с этим незапланированным путешествием. Тьфу! Короче вам туда, идите пока на меня не наткнётесь, - с этими неприятными словами, Демьян и был таков, то есть ускакал, правда, не забыв указать направление рукой.
  Делать ничего не оставалось, пришлось тронуться в указанном направлении. Светка начала подвывать, да и на Тимофее сказывалась усталость с непривычки. Правда действительно метров через сто, а по лесному бурьяну эти сто метров вполне себе сошли бы и за километр, друзья по несчастью наткнулись на блаженствующего Демьяна. Демьян валялся на пузе, возле бьющего ключа, и пил ледяную водицу через соломинку.
  - Потрясающая водичка! Как раз вовремя! Да чего там, сами испейте! - милейше предложил Демьян едва дышащим путникам.
  И первым приложился к ключу совсем не уставший и с тем весёлый кот. Его тут же отогнала Светка и, упав на живот подобно коротышке, жадно по-кошачьи начала лакать чудотворную воду. К ней присоединился и Тимофей, а с ним украдкой и надувший щёки и усы котяра. Пили, долго и жадно, громко пили, фыркая и брызгаясь вокруг. Пили, пока не напились.
  - Ну, я поскакал дальше. Вам кстати вон туда, - не дал опомниться Демьян, и чуть было действительно не ускакал, как Тимофей его остановил.
  - Погоди, погоди! Да стой ты! Дай отдышаться чуть-чуть. Эдак ты нас совсем загоняешь. Ловко ты, конечно, придумал, прыгать и поджидать нас, только мы то шагаем в то время. Ты на Светку посмотри? Скоро на руках её нести придётся, а кто понесёт, когда я и сам с ног валюсь. Дай привалу. Отдохнём у ручья, с часик, наберёмся сил, попьём в дорогу и тогда в путь. Идёт?
  - Эх, видимо, ничего не поделать. Пропал день! А у меня, между прочим, урожайная пора на носу. Хрен с вами, отдыхайте. Я поскакал, через час буду! - коротышка был таков.
  - Думаешь, он вернётся? - заволновалась Светка.
  - Думаю, что вернётся, - отвечал ей Жиган, хотя вопрос был к Тимофею.
  - Тебя забыли спросить! - огрызнулся на это Тимофей.
  - Я смотрю в последнее время, к некоторым котам несправедливо придираются. Незаслуженно, хамят без причины. От ключа с водой отпихивают, за здорово живёшь. Не хотелось бы даже подумать, но само собой на язык срываются такие слова, как "дискриминация", "жестокое обращение с животными". И это, как его.... Забыл совсем.... Ах да, "сегрегация".
  - Отбой! Отдыхаем! - усталость подкосила ноги Тимофея, и он завалился прямо на траву.
   Его примеру последовала и Светка. Немного поворчав, и кот, вылизавшись, свернулся калачиком, и казалось, уснул.
  Где-то спустя полчаса, Тимофей тихонько поднял Светку и знаком предложил ей отойти в сторонку. Очень не хотелось Светке отходить, но любопытства ради отошла. Метрах в десяти от ключа остановились, и Тимофей шёпотом начал рассказывать про то, что с ним произошло во время переброски из лаборатории в это загадочное место. Как оказалось, Светка совсем ничего не помнила, у неё на этом месте случился провал. Поэтому, с широко раскрытыми глазами Светка ловила каждое слово оппонента, часто перебивая и прося повторить. Тимофей увлечённо шептал всё, что запомнил, а тем временем в десяти метрах от переговорщиков на шерстяном клубке, плавно в сторону говоривших повернулось одно левое ушко. Повернулось, судя по всему, именно затем, дабы было лучше слышно. Как раз в тот момент повернулось, когда Тимофей приступил к описанию явления ему того, что это благодаря проделкам кота, а вовсе не какой-то там непонятной уборщицы бабы Алевтины, с ними и произошла данная катастрофа.
  - Получается, кто обвинял - тот и навонял? Так, что ли? - изумлялась Светка шёпотом.
  - Ты на редкость прозорлива! Именно! Именно так и получается. Говорю тебе, как ясный день всё видел. Всё в деталях, да с подробностями. Ну, скажи, на кой, этой бабе Алевтине драть проводку? Да кто бы её туда пустил, сама подумай. А кот изволишь видеть, сидел и прятался в лаборатории. Иначе как бы он тут с нами очутился?
  - Так чего мы теряемся? Пошли, схватим его, да пощиплем. Он и разговорится, - ринулась, было, Светка.
  - Да погоди ты! Чего тень на плетень раньше времени наводить. Аккуратней надо в таких делах. Быть может, он это специально проделал. Может быть, он знал, что говорить начнёт по прибытию. Тут спешка ни к чему. Спешка она при ловле блох полезна. А может ему и ещё чего известно. Ведь может? Я тебя спрашиваю, может?
  - Может! - нехотя сдалась Светка.
  - Ну, а раз может, так давай постепенно его разговаривать. У него четыре лапы против двух твоих, да и тех на каблуках. Нырнёт в кусты и поминай, как звали. А прищучить мы его всегда успеем. Согласна?
  - Согласна! - опять нехотя согласилась Светка, терпеть не могущая, быть ведомой, и кому-либо подчиняться.
  На том и порешили. С тем и пошли обратно к ключу, напиться в дорогу. Во время возвращения Светки и Тимофея к месту дислокации, возвратилось на место и левое ушко на шерстяном клубочке. Незаметно возвратилось, будто бы и не поворачивалось вовсе.
  - Хватит отдыхать Светка! Бока отлежишь. Скоро должен провожатый прискакать, а мы распластались тут, как кисельные барышни после обеденной трапезы. Места неизвестные, дремучие. Не побоюсь этого слова, опасные места. Подъём! - нарочито громко, срываясь на крик, прогремел Тимофей.
  Жигало, для верности, открыл один глаз, затем не торопясь открыл другой. Лениво потянулся и сел, всем видом изображая себя спросонья. Затем выгнул спину, а когтями впился в лесной мох. Расслабленно сел и тут же заявил:
  - А у неё - где спать завалилась там и родина! - чем немало Светку удивил и обескуражил, однако опомниться не дал и хитро перевёл тему. - А вдруг он нас прямо на бойню ведёт? Видали, какое сало у них непонятное. Или чего лучше в клетку загонят, да клеймо навесят. Мне-то что! Сами думайте. Я-то завсегда куда-нибудь юркну, и ищи ветра в поле. Тащимся непонятно за кем, как крысы за Гомельской дудочкой.
  -Та-дам! А вот и я! Соскучились, небось? - прервал рассуждения Жигана, внезапно появившийся, из ниоткуда, коротышка.
  Коротышка, был свеж и румян и, что сразу бросилось в глаза, переодет. Теперь Демьян предстал, судя по всему, в нарядном выходном костюме, что, прежде всего, отражалось в чистоте этого костюма. Правда, подобно предыдущему наряду, костюм этот, также был шит грубыми нитками - швами наружу.
   - Вижу, вы готовы идти далее и это очень здорово. Время скоро к обеду, так чего в лесу почём зря просиживать. Я полетел! Вам туда! Через сто метров жду! - на чём Демьян и растворился, не дав никому и рта раскрыть.
  - Видали? Я про то и говорю! - подлил кипячёного масла на головы, говорящий Жульен. - Ужасно подозрительный тип!
  - Послушай, дружище Жиган, а почему бы тебе не рвануть вперёд и не посмотреть, что данный инопланетянин делает, нас поджидая.
  А, правда, чего?! Чешешь ты по лесу весьма бойко. Зуб даю, он нас ранее, чем минут через двадцать не ожидает, а ты как драпанёшь, так минут за пять возле него окажешься. Вот и подсмотри, чего он там вытворяет, не замышляет ли чего. Ну, будь другом, чего тебе стоит, - начал уговаривать кота Тимофей, а Светка глупо и одобрительно кивала.
  - Идея не лишена смысла! Пожалуй, так и поступлю, - на удивление резво откликнулся Жульен на подобную просьбу, и было, уже вознамерился бежать, как был остановлен Тимофеем.
  - Секундочку! Ты только осторожно: на мягких лапах, иди. Внимательно беги, чтобы случайно не выскочить на малорослика и не спалиться.
  - Всегда найдётся эскимос, который будет учить папуаса, как тому крокодила свежевать! - так отвечал Тимофею обнаглевший Жульен и шмыг в кусты.
  Тронулись вслед за котом и люди. Шлось после отдыха немного легче. Минут где-то через семь на встречу выскочил взъерошенный Жигало.
  - Голова кругалём идёт! Представляете, сидит в позе лотоса, и мантры какие-то шепчет. Точно вам говорю, с богами шепчется. Просто псих какой-то! Небось, знатным жертвоприношением богов обнадёживает, - с ходу отчитался, гордый собой, Жиган.
  - Да не мели ты всякую чушь. Заведено у них может так. Выбор то у нас невелик, вот и идём далее, а там посмотрим.
  - Дурочкин ты зять, а не предводитель! Сам кота послал, и сам же игнорируешь. С чего ради, этому Демьяну, сидеть в лесу в позе лотоса, и молитвы напевать? Кто в своём уме и твёрдой памяти на такое способен? А ну снимай штаны быстро!
  - Это ещё зачем, - оторопел Тимофей.
  - Я твои штаны надену, а ты мою юбку! По-моему так логичней будет. Кто из нас мужик? Я или ты? Не смей давать карлику, более так шустро ускакивать. Пускай рассказывает куда ведёт. Что ожидает нас по прибытию, пусть объяснит по-человечески, - встряла не совсем к месту Светка, после чего зачем-то погладила кота.
  Жиган на это поглаживание, расплавился от удовольствия, как сыр на сковороде, не выдержал, и громко заурчал. Недобро посмотрел на Тимофея и занялся трением боков о Светкину ногу.
  Добирались на этот раз до коротышки, моча, следуя за котом. Кот задавал направление, и всё время забегал вперёд, не давая отдышаться. Светка под конец пути, судя по кислой мине, ещё чуть-чуть бы, и расползлась как каша. Наконец все трое вышли на небольшую прогалину, на которой лицезрели радостного Демьяна. На этот раз Демьян, разморённый и отдохнувший, не спешил ускакивать и любезно согласился, точнее, напросился сам пройтись немного вместе. После короткого привала, во время которого, Светка изнылась, да изохалась, тронулись далее. Благо коротышка подбадривающе пообещал, что идти осталось капельку. Меж тем солнце, если его можно было так назвать, приближалось к зениту, в то время как бедненькая Светка, наоборот, стремилась всем своим измученным телом, к надиру. Солнце это, к слову, было раза в полтора в размере больше земного, но с тем менее яркое и больше красное.
   На вопрос: почему так? Коротышка пожал плечами и коротко же и ответил: а чего вы хотели? Семь с половиной миллиардов лет старичку Яриле. Расширяется потихоньку, прежде чем перевоплотиться. Какие-нибудь полмиллиарда лет и придётся когти рвать, не то зажаримся.
  После чего беседа перешла в другое русло. Так, например, выяснилось, что все без исключения жители планеты Великороссии, по достижению половой зрелости обязаны крутануть барабан судьбы. Барабан этот и определял дальнейший род деятельности крутившего его. Получалось, не было на Великороссии преемственности профессии или ремесла, от отца к сыну. Всё решал удивительный барабан, мешая судьбы по своему барабаньему усмотрению. Барабан этот был разбит на сектора, совсем, как в передаче "Поле чудес" только вот крутился раз в жизни, а ценой была судьба. Например, если крутившему барабан вьюноше выпадало стать банкиром, то более ничем другим заниматься он права не имел. Или же, как в случае с Демьяном, тому выпало стать землепашцем, после чего нарезали земли кусок, и - гуляй Ванька жуй опилки. Дальше сам! Ещё были сектора "Мельтон", "Рудокоп", "Развлекатель", "Мудрец", "Защитник от паразита", "Портняжка", "Смешиватель". Были и свои "Травник", "Алхимик" и "Лепило" и многие не совсем понятные другие. Присутствовал, по словам Демьяна, на этом чудном барабане и свой сектор приз. Натянувший этот сектор везунчик, только и должен был делать, что развлекаться, скача по галактике, так как этому махинатору не вменялось ничего. Более того данного ставшего "блатным", нахлебника, по самый чёрный ящик, все остальные должны были снабжать всем необходимым. Такие у нас называются "Призанутыми", благо их всего один на десять тысяч попадается, - с какой-то затаённой завистью и злобой, упоённо, рассказывал Демьян.
  Выяснилось, что само по себе, определение барабана, не являлось пожизненным рабством, не снимаемыми кандалами и упрямой неизменностью. Можно было поменять и опротестовать решение. Ещё, как можно. Некоторые так и делают, всецело полагаясь на принцип: лучше попробовать и пожалеть, чем жалеть, что никогда не попробовал. Правда, попробовав, всё-таки скорей жалеют! Лишаются, попробовавшие, всех преимуществ социума, всех гарантий, всех защит. Из целого становятся они частью, а часть всегда слабее и хуже целого. Сбиваются, такие, в кучки в специально отведённых буферных зонах, да прожигают, жизни бесценные мгновенья, в веселье и пороке. И не редки на тех пирах, в качестве гостей почётных, и слуги паразита. Жаль, в общем, этих бедолаг. После себя им нечего оставить.
  За этой милою беседой, питая всё в себя как губка, опомнились, а лес уж поредел, сменил себя, на саженцев кусты. Рукою чьей-то, руководимою мозгами, рассажены те саженцы, а уж за ними, мелькнули острия избяных крыш.
  
  Глава четвёртая
  - Алтын сам ворота отпирает, да путь расчищает, - как тамада на свадьбе, пропела приветственно, грузная старуха.
  На руках у старухи, на белейшем полотенце, лежал квадратный каравай. Его она и протянула гостям. Демьян почтительно встал справа от гостей.
  Дело в том, что пройдя рощу из саженцев какого-то непонятного дерева, по-видимому, из семейства облепиховых, измученные путники предстали перед небольшим селеньем. Селенье состояло из восьми маленьких домиков. Весьма необычных домиков. Основание и стены, которых были круглыми и вроде были слеплены из красной глины. Крыша же была насыщена растительностью и мхом, как если бы клали её из дёрна, нарезанного на квадраты. Совсем не на одном домике не наблюдалось ни одной трубы. Даже подумалось, правда, с иронией, что у них там центральное отопление. Зато на каждом домике имелись крошечные окошечки, и почти на каждой крыше виднелось по свитому гнезду. Заборов не было, но определённо были ухоженные огороды с непонятными на первый взгляд, но аккуратными грядками и различными посадками. Возле одного самого крупного дома, по аналогии с домом имелась и собачья конура, точная копия самого дома. Из конуры торчала морда волкодава, не меньше. Завидев эту морду, Жигало заявил, что дальше не пойдёт. Мол, чего он там не видел, ему и тут шикарно. Затем чтобы не показаться трусом, якобы наступил подушечкой своей лапки на колючку. Мяукнул жалобно и громко, и принялся колючку ту искать, добавив, чтобы Светка с Тимофеем шли без него, а он типа догонит. На уговоры не было, не времени ни сил, поэтому кота оставили в покое. Имелся на краю селения и маленький да бирюзовый прудик. В нём по жаре такой, как раз, плескалась детвора. Селенье не было пустым, и только путники всё рассмотрели, как им на встречу повыскакивали разные коротышки обоего полу и различного возрасту. Первое, что порезало глаз, был, именно, маленький размер всех без исключенья взрослых. А ведь блуждая с Демьяном по лесу, неверно полагали, что он такой один. Ну, просто не удался и маленьким родился. Ан нет! Выходит все такие. Затем у всей общины имелись слаборазвитые ножки. Эти ножки, у самых крепких коротышек, едва были размером шире Тимофеевой руки, да и то левой. Сразу же родилось предположение, что тем, кто скачет, особой нет нужды в натренированных ногах. Но головы то, головы, опять все как одна, как у Демьяна. Определённо новый неизвестный вид людей. А далее, яснее ясного читалось, то, что гостей незваных, определённо, поджидали, причём от нетерпения кусая локти. Встречать мгновенно подскочили, старуха грузная, девица молодая и дитя.
  - Да нет же маменька, сколько вас учить можно. Так встречали ещё в позапрошлом веке. Вы так всех покупателей своей дремучестью распугаете. Вот как надо: - затараторила девица старухе, ругая её, судя по всему, за поговорку про алтын. Закончив отчитывать маменьку, девица молодая, моментально переключилась на гостей, со своей "правильной" версией приветствия.
  - Осёл навьюченный тюками с золотом, откроет двери любого города! Будьте же и вы, гости дорогие, как дома! Не смотрите с преждевременным укором на невежество маман, ей это простительно. Она всё в полях, да в полях. Отведайте мякиша с дороги, да просим пожаловать в тенёк в прохладу, - девица и старуха в пояс поклонились. А выпрямившись, старуха влепила девице подзатыльник. Девица сразу же надулась, на глазах заискрили обиды слёзы, после чего моментально ускакала, таким же образом, как и Демьян.
  - Не обращайте внимания! Продуется - вернётся. Такая вот невоспитанная молодёжь пошла. Слова не дают сказать. Рта матери родной открыть не дают. Пробуйте, пробуйте хлебушек. На силковых водорослях. Гости вперёд, гости вперёд, только за вами, - подобно дочери, заблеяла старуха, дав надкусить хлеба. Затем руками и кивками показала направление к главной избе.
  За хлеб поблагодарили и все, включая Демьяна и дитя, двинулись к избе, как вспомнили про Жигало.
  - М-м-м! Как бы это сказать. В общем, вон там, в двадцати метрах, сидит наш кот. Нельзя ли и его сюда, а то потеряется чего доброго, - побеспокоился за Жульена Тимофей.
  - А чего он там сидит? Чего сам не идёт? - в недоумении восклицала старуха и добавила уже Демьяну. - Ты, что ли, поломанный костыль, забыл пригласить?
  - Он дрейфит вашего пса, что в будке, - с ехидной усмешкой вставила Светка.
  - Не понял! Чего его дрейфить то? Эй, Тобик, а ну-ка, позови пушистого собрата. А то, как-то невежливо, получается, - среагировал Демьян, а на его призыв среагировал и Тобик.
  Тобик лениво вылез из будки, и показался во всей красе. Такой Тобик, волка матёрого, на раз, задавит, одною левой лапой. Действительно, не менее чем, волкодав. И Тобик, прохрипевши, что силы есть, как заорал на чистом русском, с тем и на человечьем.
  - Гав! Твою мать! Эй, ты! Ты дурак, что ли? Нужон ты мне, как горбатому компрессы. Дело конечно твоё, можешь и там сиднем сиживать, только вот по мне, тут в теньке и прохладе, гораздо приятнее. Иди сюда, говорю. Бля-буду не трону!
  У Светки, от этого неожиданного лая и последовавшего за ним монолога, чуть было снова обморок не приключился. Да и Тимофей нельзя было сказать, что попривык к подобным штукам. Однако выкрик этот силу возымел, и через пару минут нехотя вышел Жиган на открытое пространство. Шёл Жиган не уверенно, с расширенными зрачками до самых краёв глаз, а шерсть, как не старался он, а выдавала и кое-где стояла дыбом. Однако гордость и царское происхождение, силой лютою верх брали, и кот, намеренно не глядя на собаку, сел за спиной у Тимофея. Тут, опять случилось никак неожидаемое, а именно, пёс пошутил.
  - Вот вы все не чуете, потому, как обоняние у вас слабое, а я вот отчётливо чую. В воздухе определённо запахло пареной репой, а запаха первоисточник не кто иной, как этот кот - пошутил Тобик, и сам же лаючи посмеялся, ковыляя обратно в конуру.
  Светка с Тимофеем оглянулись на Жигало, в ожидании какой-нибудь остроты или же дерзкого ответа. Ни первого, ни второго не произошло. Кот молча, шутку злую, проглотил. Быть может, потому проглотил, что действительно от него запахло пареной репой, кто знает. По крайней мере, как справедливо Тобик уточнил, ни кто другой тот запах не учуял.
  - Ну, вот, когда вы все в сборе, прошу гостей дорогих с дороги жажду утолить. Проходите не стесняйтесь на веранду в тенёк. День особо жарким выдался, - позвала старуха снова.
  Судя по всему, в деревне этой, царил безжалостный, чудовищный матриархат. Тон задавала бабка, а Демьян, покорно сжавши губки, кивал и соглашался. Страшное дело!
  Зашли на невысокое крылечко. На крылечке в тени стояла простенько срубленная скамеечка со спинкой. На неё гостей и посадили. Сами же хозяева сесть не стремились, подчёркивая тем самым высокий статус гостей. Кот залез под скамейку и свернулся калачом.
  - Агафья, чёртова девка! Ну, где ты там! - грозно прокричала старуха, и на этот призыв скакнула на веранду та самая девица, что по глупости своей, перед гостями, мать поучать взялась. Скакнула, вся зарёванная, но тут же себя взяла в руки и молча уставилась на мать.
  - Вот и славненько! Беги скорей за домом стол, скатертью покрой, а там тащи всё самое вкусное и свежее, что в доме есть. Да, не забудь из погреба грибной колбаски. Бражку неси не на одуванчиках, а лучшую: на синекрылых мотыльках. Да ту бери бутыль, что далее всех на полке где полати. В ней выдержка три года, - командовала старуха.
  Закончив с доченькой, переключилась на Демьяна. - А ты чего стоишь, как суслик на разведке? Включай скорее голову. Гости, испить хотят водицы. Ты, что не знаешь где черпак, а колодец?!
  - Итак, милейшие торговые люди, теперь, когда все дармоеды и бездельники при деле, позвольте полюбопытствовать, долог ли, тяжёл, был путь в наши края? Правду ли говорят, скакать не можете? Почему? За каким товаром прибыли? Слеза наворачивается, амбары то лопнут скоро, а ещё и трети урожая не собрано. Куда остальное? На помойку или в костёр? Всё этими руками, да спины не разгибая! Я вас спрашиваю и всё это да на костёр?! Быть может на помойку? Не треснет ли у вас пополам от такого изуверства совесть? Губа, ранее процветавшая в порядке, не закатается? Да вы не миндальничайте, говорите прямо. Сколько нужно и чего. Доставка или самовывоз. Крупный опт или средний. В убыток - только для вас! - забросала старуха, даже не представившись, прямо с порога, гостей вопросами. Тимофей и Светка, переглянулись удивлённо, отвечала Светка:
  - У меня в голове, какое-то дежавю! Мы же уже вашему Демьяну объясняли. Ничего нам не надо, кроме телефона и отдыха. А лучшим, было бы, помощь в отправке нас до дому.
  Старуха сразу погрустнела. Алчные глазки до того налитые кровью и блестевшие, как Альфа Большого Пса - звезда Сириус, потихоньку начали белеть и гаснуть. Но старуха не сдалась так просто. Но прежде на крылечке возник Демьян с черпаком стужённой колодезной водицы. Гости с жадностью стали пить, а старуха шепнула Демьяну следующее, шепнула с деревенской простотой, да так, что всем всё было слышно.
  - Ты кого сюда притащил, старая кутикула? Они же торговать и в помине не думают. Кто будет за угощенья платить, а? Я тебя спрашиваю, кто? За даром, угощают в бане угаром, да и то по субботам! Ух, с глаз моих долой! Прибила бы! Три шкуры с тебя спущу! - Демьян стоял, как оплёванный, и молча внимал угрозам, а старуха, оторвавшись на коротышке, как прежде, мило заговорила с гостями.
  - Это вы просто товару нашего не видели. А, как посмотрите, так сразу всё и купите. Такого товару в сезон не сыщешь. Ну а денежки то у вас хоть водятся? Вижу, вижу, непустые. Зашили, небось, в пояса по нескольку алтынов? Вот, к примеру, на Зайкиной горе у Емельяна, ведро лягушачьей икры не до краёв, денежка с полушкой будет, а у нас по акции всего лишь денежка. Чуете разницу.
  - Какие ещё алтыны? Какие денежки с полушками? Мы таких мер не знаем, у нас в копейках да рублях денежное исчисление ведётся, - поинтересовался Тимофей.
  Тимофею вспомнилось вот, что: когда он, смело, вышагивал на опыт, то переодеваясь в пред зоне, всю мелочь из брюк, дабы та не посыпалась, переложил в кармашек своих шорт. Вспомнил это Тимофей и аккуратно рукой кармашек тот пощупал. Мелочь пребывала на месте. У старухи от такого вопроса и пояснения, кровь ударила в глаза с утроенной силой, а заблестели эти алчные глазки уже, как звезда Денеб из созвездия Лебедь.
  - Две полушки, будет денежка. Две денежки - копейка. Три копейки - алтын. Неужели у вас по-другому? Быть может у вас и копеечка имеется? А может и алтынчик сыщется? Не конфузьтесь, покажите! Здесь ваши денежки в полной безопасности.
  На эту просьбу Тимофей, залез рукой под лабораторные штаны, нащупал замочек на кармашке, открыл его и извлёк на белый свет всю имеющуюся в нём мелочь. Мелочи оказалось примерно рублей пятнадцать, в основном рублями, двушками и по пятьдесят копеек.
  Тут случился переполох. Старуха, увидав эту горку, и дрожащими губками, да заплетающимся языком, спросив: сколько там? Как услышала ответ, так сразу же и рухнула, будто карточный домик, всем своим грузным телом на пол. Лицо её начало сереть и синеть. Казалось ещё мгновенье и старуха забьётся в припадочных конвульсиях, закатив глаза и изрыгая пену изо рта.
  - Воздуху, мне, воздуху! Кислороду! Умираю, воды, воды! - шипела старуха на полу. Демьян тут же испарился, зато возникла девица Агафья. Агафья, моментально оценив ситуацию, увидев горсть денег и синее маменькино лицо, ускакала вслед за Демьяном. Переполошились и все прочие коротышки, из других домов, которые на крыльцо зайти не решались, но, тем не менее, всё время стояли немного поодаль. Коротышки эти, принялись ускакивать и прискакивать, при этом что-то вереща. Наконец явился уже пешком Демьян, опять с полным черпаком той самой ледяной водицы. Его он и опрокинул старухе прямо на голову. На мол, поостудись. И это помогло!
  - Баню, дорогим гостям! Баню! Немедленно топите баню! - было, первым, что завизжала, как резаный поросёнок, старуха, поднимаясь с полу. - С такими деньжищами только в баню. Это же надо, пятнадцать рублёв при себе иметь и молчать! Да знали бы вы, мои драгоценные: я два рубля один раз в жизни то и видела, да и то в девичестве, когда ходила, да видела то в руках чужих. Дайте хоть посмотреть поближе, несчастной слепой старухе, как новый рубль выглядит. Теперь и помирать не страшно! - Старуха преобразилась, до чрезвычайности. Милее этой старухи на свете и быть ни кого не может - вот как преобразилась.
  - Как у кого большие денежки вижу - так души своей не слышу!
  Было заметно, что и на Демьяна эта жалкая горстка копеек, годившаяся только на то, чтобы бросить её нищему в переходе, произвела неизгладимое впечатление. Стонал и охал этот дядя, на чужие деньги глядя.
  - Агафья, чёртова девка! Ей Богу возьмусь за розги! Где тебя носит? - гремела старуха на всё село, а далее возникшую Агафью наставляла. - Да не ту бутыль на синекрылых мотыльках. В своём ли ты уме? Какая бестолочь тебе её сказала притащить? Немедленно, неси настойку на крыльях бабочки Шерстянки, да посуду дура замени на хрустальную. Не видишь что ли какие у нас гости?
  Начались ускоренные приготовления, как будто к великому празднику. Всё селенье загудело, словно потревоженный улей. Повсюду туда-сюда скакали коротышки обоего полу и возрасту. Только маленькие детки, видимо скакать ещё не наученные, с любопытством, но и насторожённостью, кучкой сбились недалеко от крыльца. Тимофей и Светка, растерянно сидели и только лишь переглядывались по сторонам, да друг на дружку.
  - Позвольте дать вам дельный совет! - мурлыкнул из-под скамейки Жульен. - Вы монетки свои приберегите, и более нигде ими понапрасну не светите. Сами видите, цена у них тут совсем иная. Очень могут ещё пригодиться.
   Затем кота прервала, мягко шагнувшая на крыльцо, смачная кошечка. Кошечка эта сгорала от любопытства, и видимо была не прочь, познакомиться поближе. Жульен в момент распушил усы, заделал дыбом хвост, и предложил пройтись прогуляться. На том, Жульена в этот день и потеряли.
  - Чего уставились? Чего гостей дорогих смущаете? А ну, марш по домам! Сказано же вам - просто родственники. Далёкие. Навестить решили, - ревностно охраняла старуха дорогих гостей от любопытных и завистливых соседей.
  - Мы все тут родственники! Чего с путниками необычными поговорить не даёшь, злыдня? - кричал в ответ один коротышка.
  - Да Властелина выгоду учуяла! Дело ясное! - перебивала его, коротышка девушка.
  - Ага, родственники! Как же! Жизнь учит нас не доверять чужим приборам! Враньё! - голосит коротышка юноша, пытаясь перекричать остальных.
  Всё-таки под грозными взглядами старухи, как выяснилось - Властелины, толпа сначала поредела, а далее и вовсе разбрелась.
  - Что за балаган, тут происходит? Ты чего сидишь, язык в жопу засунул! Мне, что одной, это всё не нравится? - у Светки кончилось терпенье, а вместе с этим начинали сдавать и нервы.
  - А что я могу? Посоветуй, раз такая умная, - приниженно ответил Тимофей.
  - Так, любезный Демьян, ты, кажется, грозился по прибытию, позвать какого-то мельтона. Ну-с, так чего мы ждём? Свисти его скорей! - плюнув на Тимофея, взялась за дело Светка, подкараулив Демьяна и схватив его за рукав.
  - Да на фиг он нужен?! От него толку, что от воды навару. Туповатый мельтон у нас. Пульс пощупает, давление смерит и в лучшем случае исчезнет. Ты лучше пройдись по огородам, поосмотрись доченька. Красота, то какая! - вместо Демьяна начала забалтывать Светку, не терявшая бдительность Властелина. Но со Светкой, подобный номер не прокатил.
  - Во-первых, я тебе не доченька! А во-вторых, немедленно зови мельтона или мы уходим.
  Ничего не оставалось делать, как внять желанью гостьи. Правда, перед тем, как мельтона позвать, гостей предупредили: денег мельтону не показывать, и вообще про деньги молчок. Жаден мельтон просто до мозга костей, и деньги, если, не дай бог, увидит - сразу же изымет. Необычным оказался и способ вызова мельтона. Старуха прозвенела трижды коротко и один раз - длинно, в небольшой колокол, висевший за верандой. Не прошло и минуты, как на пороге стоял унылый и замученный гном, в грязных штанах и пыльных ботинках. Залатанная направо и налево рубаха, также оставляла желать лучшего.
  - Вы что тут все издеваетесь? Это и есть ваш мельтон, который во всём разберётся? - практически перешла на визг Светка.
  - Я про то и говорила, да ты не слушала. Вот изволь полюбоваться! - саркастически шепнула старуха.
  Мельтон же среагировал не совсем адекватно. Сперва, он удивился высоким гостям, но затем, услышав столь обидные речи в свой адрес, не проронив ни слова, надулся и мгновенно ускакал прочь.
  - Тарам-пам-пам! Ну и хрен с вами, со всеми! Умываю руки. Гулять так, гулять! Эй, как там тебя, Агафья, пошли, вмажем этой вашей бражки, - сдалась наконец-то, всем на радость Соколова Светка.
  Секунды не прошло, Агафья подскочила, хотя секундой ранее её на виду не проглядывалась, и быстренько сообразив, шутейно отвечала:
  - Без всякой лести, целую ноги вашей чести! - после чего взяв Светку под локоть, повела к столу.
  - Вот и славненько, вот и чудненько! Давно бы так! Нет, ну ты совсем имбецил? Тащи гостя за стол, - возрадовалась старуха, и, ткнув локтем в бок Демьяна, велела поскорей взять Тимофея в оборот.
  Отметить стоит, Тимофей взят в оборот был тут же. Взят лихо! Взят так, когда бывает, что-то делают с душой. Ни капельки сомненья нет, в том, что Демьян, глава семьи, по алкогольной части, был зажат в железные тиски. Такая радость читалась на его бесхитростном личике, какую может лишь, наверно, породить незапланированная пьянка. Застолье началось. Гремели тосты и бокалы. Веселье добавляло то, что, по словам старухи, настойки и брага деланы на ионизированной воде. А значило это не больше и не меньше: баланс напитков был не кислотный, а и не щелочной и совпадал с pH крови. Из этого вытекало: нет вреда сосудам, нет поутру похмелья. А значит можно пить без меры. Чудовищное дело! И пятым тостом, уж ревел засоловевший Тимофей, за это, троекратное "Ура!". Затем за честь и за здоровье участливой старухи. Под вечер очередь дошла, и выпить за кота. Закуски было много, но она, до крайности диковинна была. Таких нелепых блюд, таких, не менее, нелепейших названий, все Азии базары обойдёшь, а схожего в помине не найдёшь. Поэтому иль по другой причине, глаза у Тимофея стали уже, щёки шире. Речь начала сбиваться, ноги подкосило, иглою в мозг кольнуло - обессилил. А далее провал! После провала, буквально снега ком, на голову - обвал. Как весело, как здорово вокруг. Прямо-таки сучья свадьба! Опять провал, а в просветлении уж Тимофея парят в бане. Ядрёна баня и ядрён Демьян да веник из пихты. Провальчик небольшой, и раскрасневшийся Тимофей, голый бежит на огород, какая прелесть, а там пытается в объятия поймать, чёртову девку, Агафью. Схватил, а та взяла да скакнула метров на пять. Снова попытка, да ноги то сплелись узлами и в кусты упал. Ещё один провал, после него, на посошок всех уговаривает выпить. На Светку глядь, а в её взгляде и под дурманом разглядел, немой укор, как будто женщин всей земли, по отношению к пьянчужкам - укор тот слился воедино, и словно лазером сверлил. Тем самым тут же провалил. Последняя попытка вырваться из небытия вот чего открыла. Лежал упитый вусмерть Тимофей толи в хлеву, толи в сарае, но зато на мягком стоге сена, как на покрывале. Над ним с безумною улыбкой, в темноте, как смерти тень, склонилась алчная старуха, держа при этом свечку в старческой руке. Старуха не молчала, а наоборот читала, следующего рода заклинанья:
  - Бог даст денежку, а чёрт дырочку, и пойдёт божья денежка в чёртову дырочку! Ты, спи, спи, милок! Свои денежки считать не прискучит, а чужие тем более! Засыпай, пьяному то оно море по колено, а лужа то, по уши! Баю бай, баю бай, поскорее засыпай! Деньги легче прожить, чем нажить. Баю бай! Денег нет перед прибылью; лишний грош - перед гибелью! Баю бай, баю бай! Работа денежку копит - хмель денежку топит! Глазки закрывай, баю бай! - и как бы сама себе заметила довольно:
   - А с дурака мы всё же сняли стружку!
  Засим, горячее веселье, игривый хмель из пол литровой кружки, и безобидные настойки, свою сыграли дьявольскую роль и дело. Из пушки до утра уж не разбудишь Тимофея.
  Утро добрым не бывает, не бывает никогда. Если утро то в похмелье, то тогда совсем беда. Осознав себя живым. Осознав, что ионизированная вода может и не даёт головной боли, только, наверное, если её в меру выпить. Осмотревшись вокруг и увидев себя в сарае на сене, вспомнив кое-как отрезками вчерашний вечер, родилось одно: Упаду в объятья темноты, и пойду, пути не зная, виновата в этом только ты, голова моя дурная!
  На улице, за стенками сарайки, кипела жизнь, визжала детвора, а взрослые вели какую-то работу. Вылезать на свет божий было стыдно, но не сидеть же тут теперь до нового потопа. Надев на лицо глупую улыбку, и кое-как пригладив волосы, Тимофей вышел в люди. Первое, что увидел, сломанную, судя по всему им же самим, оградку вокруг яблоневого дерева. Молча принялся чинить. Без инструмента выходило туго. С минуту это действо наблюдали с крыльца старуха и Агафья.
  - Похоже, у парня обе руки левые, - заметила Агафья маменьке своей.
  - Да хоть правые! Пускай он хоть самый, распоследний на свете рукожоп. Язык чешется? Так я тебе его сейчас, мигом, морковной тёркой почешу! Ишь, ты! Благодаря ему сегодня я проснулась богатейшей королевой. Молчи юродивая в юбку. Эскимо ещё на губах не обсохло. Сыграть всё нужно безупречно!
  - Всё будет в порядке маменька. У него сегодня с утра, мозги промыты до дистиллята!
  - Ладно, не умничай! Пойдём к столу, иди немножко впереди. Всему приходится учить. Запомни, ещё лучше заруби: не вежливости ради, нас женщин, первых пропускают мужики, да двери перед нами отворяют, а только за одним - дабы украдкой поглазеть на жопу! Имея, умопомрачительный орех, да не воспользоваться этим, просто грех.
  Тимофей, меж тем, заметил обращённое на себя внимание и, бросив не получившийся ремонт, пошёл к хозяевам на встречу.
  - Привет хозяйки! А где Светка, где наш кот? Чего-то их не наблюдаю.
  - Про кота не ведаем, а вот Светка ускакала, - отвечала за двоих старуха.
  - Как ускакала? Куда ускакала? - спросил ещё плохо соображающий Тимофей.
  - Натурально ускакала! Вчера пока ты веселился, Светка твоя, уговорила Агафью потренироваться. Извольте видеть, получилось!
  - Чего вы тут мне городите? Эй, Светка, где ты? Светка! - закричал похмельным пересохшим горлом Тимофей. На деле вышло слабо.
  - Право, чего тут удивительного? Все умеют скакать, ты же сам видел. Ты и сам со временем научишься. Чего панику то разводить. Давай лучше, поутру о делах? - старуха хитро прищурилась.
  - Да где она? Вот сейчас, где? Я вам, что пескарь беззубый? Вам, что зубы показать, - Тимофей начал злиться. На этот враждебный выпад мгновенно среагировал защитник дома Тобик. Но в отличие от Тимофея, беззлобно среагировал и даже как- то равнодушно.
  - Молчал бы про зубы то! - зевая и обнажая клыки, без эмоций проговорил Тобик.
  - Согласен! Но тогда у меня есть кулаки, - не сдавался Тимофей.
  - Зубы круче! - Тобик на всякий случай ещё раз глубоко зевнул и возвратился в свою будку.
  - Прямо не понимаю, к чему все эти волнения? Ну, ускакала, ну и что теперь. Куда ускакала, сам у неё потом спросишь, нам-то почём знать. В одном могу заверить точно, в границах Великороссии скачет, за пределы не забегая. Ей технику безопасности и что бывает за нарушения этой техники, Агафья чётко и популярно разъяснила. Ведь так Агафья?
  - Так точно маменька! Разъяснила! Всякое ведь бывает. Бывает вот, задумаешь скакнуть на другую планету, и всё вроде бы чин-чинарём, как бац, и промазал. Промахнулся и прямиком пополнил собою, астероидный пояс какой-нибудь межгалактической системы. Нам такие жуткости ни к чему, мы такой грех на душу брать не смеем.
  - Вот видишь, а ты распереживался, словно мнительная мать. Тут она, твоя Светка, на планете, и никуда она не денется. А чтобы ей возле тебя оказаться, необходимо лишь твой образ в памяти крутануть, да возжелать тебя увидеть. Так, что все вопросы теперь к ней.
  - Ну, хорошо, а где тогда кот Жиган? Он, что, по-вашему, тоже ускакал? А может, вы из него уже бульон варите? - сказать, что Тимофея расстроило или удивило исчезновение своих родных земных друзей, значило не сказать ничего. Тимофей был подавлен и обескуражен от внезапно свалившегося на него одиночества.
  - Вот с котом сложнее. Вчера с вечера никто его больше не видел. А скакать котам не положено, так, что будь спокоен, этот на своих четырёх, пропал, - вставила робко, чёртова девка, Агафья и боязливо покосилась на матушку. Матушка осталась довольной ответом.
  - Жигало! Кис-кис-кис! Ау, Жульенчик! Кис-кис! - опять безрезультатно похрипел Тимофей в пустоту, а в концовке зачем-то добавил: Мяу! - Во время крика Тимофей наконец-то огляделся, как следует по сторонам. И тут и там шныряли и скакали коротышки из села. Как в муравейнике лесном, с кипучим жаром шла работа. Одни тягали неподъёмные тюки. Другие их перенимали. Те, что повыше из тюков лепили гору. Другая бригада таскала вёдра и сливала вёдра эти в бочки. Бригада третья, тоже вёдра лила уже в цистерну. Четвёртая бригада, занималась непосредственно мешками, с чем-то. Мешки те ставили друг к дружке, и не было мешкам конца и края. Были ещё бригады, но уже вдали, и разглядеть, что делают они, не представлялось возможным.
  - Клянёмся, самым дорогим - деньгами, мы тут ни при чём. Быть может твоему коту, наш Тобик, чем не понравился, вот он и снялся с места. Будь оптимистом, найдутся друзья твои, никуда не денутся. Давай лучше перекусим, да о делах потолкуем. Ведь от того, что ты голодный, чуда не случится. Вон уже и стол накрыт, и Демьян с минуты на минуту будет. Ну же, не ерепенься, дюже многоценный Тима, пошли, - ласково, как она это умеет, прикинулась старуха, и вместе с дочкой поволокли обалдевшего, ошарашенного и минорно-кислого Тимофея к столу.
  - Ни слова о делах на пустой желудок! Это самое, что ни на есть настоящее преступление, говорить о делах, когда желудок пуст. Смелее, смелее, вот пасту намажь на хлебушка кусок. Отличный выйдет бутерброд. Да чаю на крапивке молодой. В момент придёшь в порядок, - ворковала Властелина и сама намазала Тимофею жирный слой, какой-то вкусно пахнущей шоколадом пасты, на хлеб.
  Бутерброд сперва плохо лез, по похмельному, но после нескольких глотков зелёного чая, залетел на ура. Старуха, было, приготовилась мазать второй, как к столу скакнул Демьян.
  - Добрейшее утро, дамы господа! Кучеряво посмотрю живёте! Кое-как уговорил логиста всё перевезти за два алтына. Прижимистый жадюга, хотел ещё денежку сверху. Вот, что значат связи, старуха, да подвешенный язык. Сошлись на двух алтынах и баста. Так и прописали на бересте, - моментально затараторил гном, но протараторив, уловил на себе сердитый взгляд Властелины. Понял, что не к месту, и присоединился к столу.
  Тем временем, Тимофею похорошело. Похорошело, как-то странно и немного даже удивительно. С чего это вдруг! Голова прошла, исчезли боли. Исчезли и душевные тревоги. Зрачки у Тимофея сжались в точку, лишь только сухость не прошла. И на протянутый старухой второй бутерброд, прежде чем его закинуть в рот, Тимофей поинтересовался, что за чудо-паста.
  - Тьфу, ты! Мы же совсем забыли, что ты не местный и тебе необходимо всё пояснять, да разъяснять. То выжимка из маков, варёная на ацетоне, а после взбитая с цедрой и шоколадным порошком, для вкуса. Для тех, кто с вечеру немного перебрал, с утра первостепеннейшая штука! - охотно разъяснила добрая старуха.
  Тимофей аж поперхнулся. Но браниться, что-то не захотелось. Оно и вправду стало легче и приятней. Заговорил Тимофей тягуче следующее:
  - Вы, что же, получается, уделали меня?! Вот так похарчевался. Прёт, как удава на жаре, - после чего разок, другой, залип. На спинку стула облокотился, и с наслаждением потребовал с хозяев сигарету. Агафья, чёртова девка, секунды не прошло, туда-сюда скакнула и Тимофей уже пускает дыма кольца. Забыв про Светку и кота. Старухе же того и надо, настала явная пора решать коварные дела.
  - Вот я давеча вечером ему и говорю: как ты благообразный из людей, всё сам, да на себе попрёшь? Ужели ты у извергов в гостях? Или ты думаешь, что нам логисты не знакомы? Зачем тогда вообще нужны логисты, зачем они крутили барабан? Всё верно, дабы за тебя решать проблемы с перевозкой. А он мне знаешь, чего отвечает? - начала исподволь да около, заходить хитрющая старуха, преимущественно обращаясь к Демьяну, а Тимофею и в глаза не глядя. - Как-нибудь! Уж как-нибудь совестливая Властелина! Не извольте напрягаться. Такой вот милый у нас гость. Но и мы не лыком шиты, и добротой не будем гостя злоупотреблять. Всё так чинно вышло и благородно, всего за два алтына, логист к его услугам.
  Тимофею на миг, показалось, что он сходит с ума. Опять же похмелье это, мир непонятный, затем опиоидный дурман. Всё сразу, как навалилось, что показалось чудно: будто в кошмаре детском, сидит он за столом с Удавом Михайловичем, Волком Андреевичем и Медузой Леопольдовной, да те его разводят в карты, чтобы съесть. Тут Тимофей встряхнулся, собрал силы, залпом осушил бокал с крапивным чаем и кое-что начал соображать. Меж тем старуха продолжала.
  - Другой бы закричал: Хватай мешки - вокзал отходит! Да обезумел от количества добра. А наш вот Тимофей, великий скупщик с нервами стальными. Сидит себе, спокойно дует чай. Такого Тимофея во сне прекрасном не увидишь, такого Тимофея ждёшь всю жизнь, а он так и не приходит. Теперь вы понимаете балбесы, как нам повезло?! - и наконец-то старуха обратилась к Тимофею. Родные Властелины животрепещуще на это закивали. - Осталось палец мой голубчик смазать ежевикой, да приложить к торговой бересте, тем самым сделку закрепив.
  Не дожидаясь, Тимофея осмысленья, старуха ловко всё проделала сама. Все трое с облегчением вздохнули, теперь пора кричать - "УРА!". Демьян развеселился до предела, но тут же был чрезвычайно огорчён.
  - Ты-то чего от счастья засиял, клоп огородный? Думаешь, тебе что-либо перепадёт? Всё замутила я, мне и бывать богатой. А ты и дальше, словно крот слепой, свою земельку рой завещанную тебе барабаном. А я ещё подумаю, что делать и как быть, подумаю куда вложиться.
  - Алё, вы ничего не перепутали, аграрии лесные? - вдруг оживился Тимофей. - Немедленно жду объяснений. Подробно и по полочкам, чего, когда и как.
  - Чего тут объяснять, коль подписал ты бересту, дурак! А с тем одиннадцати рублёв и пятидесяти копеек лишился, накупив у нас товару. Всё выгребла старуха, по сусекам, и из погребов, а красная цена всему не будет даже двух рублёв. С надутием тебя и поздравляю, - выдал правду-матку, как на духу, обиженный старухою Демьян.
  Тимофей полез в кармашек, шортиков-трусов своих, но не вчерашнюю горсть вынул на свет Божий. В руках его три с половиною рубля всего остались.
  - Поменьше слушай всяких старых недалёких болтунов, так здоровее будешь. Ну, что с того, что дорого. Как говорится - изведай человека на деньгах. Ты вот теперь вдоль-поперёк изведан, и к твоей чести, высочайшим, духовно перезрелым оказался. Огромнейшее сердце! Теперь запомни, всё то, что дорого, то мило, что дёшево то гнило. Тебе ли не знать: Дешёвое доводит до дорогого, в первую очередь! Тем более сделка уже завершена. Товар вон вокруг, весь твой. Побеспокойся лучше о доставке. Так, что давай без истерик, мирно и ладно. Договорились?! - старуха говорила уверенно, но тревога в ней проскальзывала мимолётно.
  - Ловко работаете! Не нужен мне ни ваш товар, ни эти жалкие копейки. Что делать дальше лучше научите, и где найти моих спутников, - ответил Тимофей, совсем не понимая, той мелочи потерянной, цены в здешних местах. Да и отжим из мака ещё не выветрился до конца из головы.
  Старуха новость эту услыхала, что и товар останется при ней, что за украденные деньги не будет даже капельки скандала, тут же и рухнула на землю, как и прежде. Как прежде ей помог ушат водицы ледяной, на этот раз от доченьки, пришедший.
  - Ей богу, заново выйду замуж! И в путешествия, да в наслаждения ударюсь. Сказочно богата, сказочно! Вот спасибо, благочестивый странник! Тебя послали точно небеса! До самой смерти буду петь тебе хвальную, - Властелина ползала подле стола и вся тряслась, но в тоже время сияла, словно бляха у исправного солдата.
  - Да кому ты нужна, старая дева?! Где тебе ещё одного такого простофилю найти?! Во всей галактике, я такой один, - попробовал омрачить праздник души, Демьян. Демьян и сам был рад такому повороту. Теперь если старуха вдруг с деньгами ускачет, товар всё же останется при нём. И более того, не виделось Демьяну минусов в желаниях старухи выйти замуж да в путешествия седою окунуться головой.
  - По морде хочешь?! - тоже не злобно, а даже как-то весело парировала Властелина, и прибавила:
   - Когда старая дева выходит замуж, она тут же превращается в молодую невесту! Тем более с одиннадцатью рублями.
  Агафья родителям подобно, запрыгала от радости такой, скакнула к Тимофею и чмокнула его пять раз.
  - Вы мне порядком надоели. Какое-то не лукоморье, а полудурье! Потом повеселитесь, мне-то чего делать прикажете? - Тимофея начало отпускать, но ещё один бутерброд, он не рискнул закинуть. Зато на радостях старуха, прямо из банки пальцем, ту пасту лопала и хохотала. Затем её осенило, что товар то теперь Тимофея, а раз забирать он его не хочет, то кто будет оплачивать храненье и мороки по перетаскиванию.
  - Добавить бы ещё алтынчика четыре и порядок, - имела наглость попросить.
  - Остынь, - был чёткий дан ответ.
  И вдруг, посередине этого всего веселья, метрах в пятидесяти от стола, какая-то фигура прискакала. Фигура эта плавно прокрутилась, цветок, сорвав, понюхала его, да пританцовывая, медленно прямо к столу и побрела.
  - Боже ж ты мой! Призанутый! - воскликнула старуха.
  - Батюшки мои, точно! Который из них? Пурген или Анисий? - поддакнула близорукая Агафья.
  - Чёрт, как не вовремя! - подобно псу охотничьему, навострив и уши и глаза, да затаив дыханье, им, эхом вторил сам отец семейства. - Анисий, что б его корова забодала!
  - Сейчас объест и брать начнёт взаймы. Агафья, чёртова девка, чего рот разинула? Каждая секунда дорога! Бегом прячь, все настойки. Да не туда дубина, не успеешь. За поленницу кидай. Колбасу не забудь, пасту то пасту! Как назло весь товар лицом выложен. На тебе призанутый, выбирай что хошь! А ты чего растерялся, осёл на двух копытах, помоги дочери! Горе то какое! - мгновенно с радости на беду переключила скорость старуха.
  Всё селенье загудело. Надо сказать, что не одна эта алчная семейка, а все селяне, до того работавшие по раскладке товару, как призанутого увидали, так тут же ускакали. Селенье словно вымерло. Каждый поскакал прятать своё. Призанутый, тем временем не торопясь и нелепо приплясывая, через минуту оказался возле стола.
  - Чем порадуете, огородные работнички? А это, кто такой длинный? Вы его, что ли размягчили и вытянули? Не обижайся друг, настроение сегодня преотличное, - извинился за шутку призанутый и начал по-хамски давать указания хозяевам. - Всё, как всегда! Ничего нового! Чего рты расстегнули? Тащите парадную скатерть, а не эту половую тряпку. Настойки несите, и чтобы никаких одуванчиков. Закуски, колбасы, сыры, хлеба, вялено-солёного молока, башрамы, всего тащите и побольше. Я не завтракал ещё.
  Видя злобную нерешительность на лицах радушных хозяев, призанутый не забыл и припугнуть.
  - Я кому сказал?! Бегом, а не то мельтона свистну, в два раза больше опишем!
  - Он что ваш родственник? Панибратски себя ведёт как-то! - шепнул Агафье Тимофей.
  - Ага! Нашему забору, троюродный плетень! Призанутые все как один, наглей другого, и все без исключения с прекрасным аппетитом. Для них, прискакать, объесть несчастную семью, да следом попросить взаймы - семечки!
  - Чего это вы товару понакидали из амбаров? Неужели сделку провернули? Как сердцем чуял. Хотел ведь на Зайкину гору позавтракать, так нет же, думаю, давно у Демьяна не был. Шестое чувство! А я как раз поистрепался в этом кутеже. Думаете, оно кутить без меры день и ночь, легко? Как бы ни так. Очень бы мне пару алтынчиков взаймы не повредили. Очень. Или мельтона свистеть? - говоря всё это, рэкетир призанутый, был абсолютно серьёзен, как будто, так всегда было и должно быть.
  Страданьям душевным и мукам внутренним, старухиным, казалось, нет предела. Демьян стал чуточку седее прежнего весёлого Демьяна. Агафья и та, ссутулив плечи, будто на каторгу пошла, всё выполнять, под молчаливое согласье Властелины.
  - Ну-с! Чего не веселы, пахари вы мои дражайшие? Много от сделки выручили? Я грусти не потерплю за столом. Приказываю всем улыбаться, - распоряжался, как у себя дома, наглейший коротышка призанутый.
  - Что поделаешь, имеет полное право, - шепнул Тимофею расстроенный Демьян.
  Тимофей, же, как-то отстранился от происходящего и лишь, внимал и слушал. Ему уже стало казаться, что эта реальность - фантом, галлюцинация, химера и обман.
  Меж тем, нет худа без добра. Старухе хитрой, раскисшей поначалу, вот что сквознуло в голову серпом. Обузой скверной конечно Призанутый без сомнения являлся. Потерями в еде запасах, не дай Бог, потерями в деньгах. Но почему бы не извлечь из ситуации такой и пользу. Точнее сбагрить с призанутым Тимофея - лоха ушастого. Налопается пусть, уж тут никуда не деться и не отвертеться, а далее попросить, Анисия треклятого: обманутого Тимофея к мудрецу сопроводить. Дескать, не местный Тимофей, скакать не может, а дорог не знает. Да и куда ему теперь, как не к мудрецу. Кто, как не мудрец, всё объяснит, научит, что дальше делать. А призанутому, какая разница, когда, где и с кем бездельничать, болтаться. Отличный план, отличная идея. Должна сработать, к бабке не ходи. Старуха чем выгодно от остальных и отличалась, так это тем, что от прихода в голову идеи до её фактического воплощения, у старухи всегда были минуты времени или часы. Минуты не прошло, как нашептала и Агафье и Демьяну. Тем временем, Анисий восседал за царский стол, которого не довелось увидеть даже Тимофею. Как дьявольский богач, Анисий от каждого блюда, откусывал кусочек или два и тут же принимался за другое угощенье. Чем самым перепортил кучу блюд, и вызвал слёзы на глазах старухи. Насытившись и напившись таким вот образом, Анисий немного подобрел, откинулся на спинку и завёл беседу.
  - Недурственно! Смотрю и с урожаем у вас полнейший кильватер! Ух, а меня порой берёт, такая жаль, что сектор приз я вытянул на барабане. Был бы, к примеру, сейчас лепилой, или, как вот ты Демьян, огородных дел мастером. Надоело всё! Ни семьи, ни покоя, ни угла собственного. Да ладно, на словах мы все, как на органах.
  - Золотые слова, драгоценный Анисий, золотые! Устал ты, отдохнуть тебе надо! Не возьмёшься ли ты добрейший Анисий, проводить нашего гостя, до мудреца ближайшего. Сам он не местный, дороги не знает, а скакать, не обучен, - отвечал ему Демьян, по бабкиной подсказке.
  - Шутишь?! - изумился Призанутый.
  - Никак нет! Хромая утка, все дела..., - вставила Властелина.
  - К какому ещё мудрецу, - немного растерялся Тимофей, поняв, что свадьба играется без жениха.
  - К ближайшему мудрецу. До другого мудреца ты попросту не дойдёшь. А уж мудрец, уж он решит все ребусы, откроет всех загадок крышки, к софизму твоему, он подберёт свои ключи. В такого рода делах, компетентней мудреца, никого нет. Последняя инстанция, выше него только горы, - отвечала Тимофею, чёртова девка, Агафья.
  - Так ведите меня к нему! - подскочил Тимофей.
  - Нельзя нам! Огород, урожай, товар обратно перетаскивать, иначе испортится. А ему вот можно, - среагировала старуха, показывая пальцем на Анисия.
  - Ты это действительно скакать не умеешь али придуриваешься? Ты из каких далёких мест? То-то я смотрю, какие-то пропорции неправильные у тебя с ростом, - обратился Анисий, непосредственно к Тимофею.
  Устало, в который раз, Тимофей пересказал, всю свою историю, удивлённому Призанутому. Во время этого пересказа, призанутый, заинтересовался, давиться начал любопытством, а с тем и развеселился в край.
  - Конечно же, пошли! Чего тут думать! Вместе веселей, а я никуда, кстати, и не тороплюсь.
  - Благое дело! Господь с вами ребята! - вставила старуха.
  - Ну, так пошли, я готов, - впервые за утро, обрадованно отвечал Тимофей.
  - Одну минутку! Долго не задержу, - оживился, встал из-за стола Анисий, и тут же обратился к Демьяну. - Чуть не забыл! Пару алтынчиков бы мне, до четверга следующего лета. У твоей прижимистой старухи клянчить, всё равно, что искать пульс на протезе. Чертям и то станет тошно. Давай уж сам, тащи не жмоться, а не то мельтона свистну!
  Демьян посерел лицом, поглядел сперва на Агафью, затем на старуху. Агафья раскраснелась и прерывисто дышала, старуха не выдержала и заплакала в рукав. Помощи ждать было неоткуда, пришлось скакнуть в избу и обратно. Дрожащею рукою два алтына протянул, и дальше с этим камнем в сердце жить остался.
  - Спасибо, говорить не стану. Оно всё равно вам не понадобится. Да, кстати, вы уж или крест снимите или трусы наденьте. Одновременно не бывает, одновременно как-то уж совсем глаз режет. Неправильно живёте. От жадности одно лекарство есть - могила. Попомните мои слова, - и к Тимофею. - В путь дорогу, нам пора!
  Отойдя метров на двадцать, коротышка Анисий, обернулся, и всё-таки спасибо прошептал:
   - Спасибо этому дому, поскакали до другого!
  
  Глава пятая
  - Э-ге-гей! Давай скорей! Так мы с тобой всё самое интересное в жизни пропустим, - кричал Анисий, подгоняя Тимофея. Тимофей устал, шёл второй час пути. Причём пути по бездорожью. По козьим и коровьим тропам, пролегал тот путь. Дорог, автомобилей и трамваев в мире этом, за ненадобностью не имелось.
  - Нет, ты ещё попробуй! Вон видишь, дерево склонилось, причудливою формой. Давай, к нему все устремленья, всё лишнее откинь. Как будто жизни или смерти решается вопрос, а дерево - спаситель и укрытие от смерти. Закрой глаза, и прямиком к нему шагни. Энергия скачка уже у дерева витает, её ты подцепи, и лихо скакани, но не забудь, потом вернуть, - наставлял Призанутый, Тимофея на скачок.
  - Да не получается у меня. Я с детства в сказки не верил, а тут вы со своими скачками. Не выходит, хоть убей.
  -Туго дело! А чего это ты, кстати, у Демьяна делал? То ещё семейство! Завсегда с превеликим удовольствием их объедаю. Всякий раз, истерики и слёзы.
  - Первые на кого наткнулись, оказавшись в этом "волшебном", не побоюсь этого слова, мире. Просто страна Лимония какая-то, честное дело. Первый блин, всегда комом. Чушь всякую несли, напоили, обобрали, наркотиками накачали, затем рассыпали и растеряли. Первое впечатление о вашем мире, немного с тухлятинкой получилось, - делился пережитым Тимофей.
  - Что ты такое говоришь?! И много обобрали? Алтын? Быть может несколько алтынов? Ну и семейка, палец в рот положишь, откусят ногу!
  - Какой там алтын. Одиннадцать с половиной рублей. Мелочь конечно, а всё равно неприятно, - рассказал Тимофей, а у Анисия глаза округлились и стали похожи на два чайных блюдца.
  - Сам где столько взял? Ведь это же состояние! С паразитовыми слугами случайно не в связях?
  - Где-где, дома, вот где! В гости приглашаю, если мудрец поможет, я и тебе столько, легко насыплю.
  - Так, ладно! Жди меня здесь, никуда не уходи. Я мигом! Сейчас вернём все твои денежки, - Призанутый чуть не ускакал, но был остановлен Тимофеем.
  - Успокойся, пусть живут. Им видимо нужнее. Нет надобности в том!
  - Сиди и не бибикай! Пять минут! - Анисий испарился.
  Прошло десять минут, а коротышка так и не появлялся. В голову поползли скверные мысли. Отберёт сейчас деньги, да плюнет на Тимофея, бросит его одного. Они тут все, похоже, такие. А дорогу назад, Тимофей уж и не найдёт никогда. И зачем убрёл неизвестно куда. Кота бросил, со Светкой не понятно, зачем. Да уж, кота действительно нужно было поискать в округе. А со Светкой, как быть? Может вообще обманули, может её в рабство в чулан, а кота на шаурму. Твою мать! Надо думать, как возвратиться. Вроде бы от туда пришли. Тимофей уже было встал, как появился призанутый.
  - Хороших новостей нет, и не будет! Горько мне, и бесконечно стыдно. Это в наше то славное время. Ну, ничего, наведём порядок, очистимся от скверны, дай только сроку. Гнилые и жадные они завсегда в любом обществе водятся. Одним словом - барыги. А ещё пахарями себя, имеют наглость, именовать. Представляешь, старуха с деньгами ускакала на юга. Демьяна бросила и дочь Агафью. Напоследок заявила, что душа требует моря тёплого да ласки мужской, собрала в кучу все фотографии, и была такова. Мало того! Закодировала свой образ. Пурги напустила в пространство. Раньше, её свизуализировав, можно было моментально к ней прискакать. А теперь, никто не помнит, как она выглядит. Даже муж и дочь родная. Сидят и горюнятся на крылечке. Им теперь самим, без денег то, товар перетаскивать. Логист, зря потревоженный, с бригадой переносчиков прискакивал. Требует неустойку, грозится Демьяну набитием рыла. Селянам за работу заплатить нечем. Такие вот дела. Я и сам было, попробовал старуху представить, да найти и покарать. Не смог - чушь всякая в голову лезет. Попробуй, может ты? - выпалил всё, как на духу Анисий, и выжидательно уставился на Тимофея.
  Прежде чем представлять образ старухи, Тимофей всё сказанное тщательно переварил. Далее попробовал представить. Представилось следующее: чайка, парящая над морем; угрюмое огородное пугало; веник с раскрытым ртом. Тогда Тимофей напрягся, и снова: башка бизона с телом голой девки; помойка доверху набитая, аж с горкой; и уравнение Менделеева-Клапейрона; - вот всё, что получилось. Даже не верилось, какие-то два часа назад, беседовал со старухой, воочию ту лицезрел, а вот сейчас, её как будто бы размыло. Была она, а какова не ясно. Очередное из чудес. Сколько ещё их будет, подумать страшно.
  - Вот, я про то и говорю. Безобразие! Как говорится: и про старуху бывает порнуха! Когда-нибудь и ей, за место баночки варенья, положат кизяка лопату. Ничего, накупается в морях, воздастся ей за всё. Пёс с ними! Веселее друг! Со мной не пропадёшь. Держи хвост по ветру! Слушай, а чего мы сразу да к мудрецу?! Кисель сплошной устроит, до зевоты заболтает, ничего весёлого. Тут, как раз, по дороге, не далеко, имеется одна замечательная буферная зона. Так вот, сейчас с визитом в ней, бордель "Медовая ловушка" и благотворительное казино. Тем более три с половиною рубля, конечно не одиннадцать, но всё же состоянье не маленькое. Знал бы ты, какие там выступают, фигуранты и трубадуры, эстрадники и куплетисты, да лицедеи с мастаками. Правда, всяческие кликуши да юродивые, а также прочие калики перехожие, тоже стекаются туда в большом количестве, но уверяю: от этих вреда никакого. Предлагаю, ненадолго завернуть и как следует кутнуть. Тебе ведь должно всё быть любопытно и интересно? Я прав?
  - Как бы - Да, только устал я и проголодался, - ответил Тимофей.
  - Чудесно! Жмём тогда туда! Мудрец он никуда не денется, он в пещере сидит подле вулкана и ничего другого ему ненужно, - просиял Анисий.
  - Только не гони, ты через три метра скачешь, а у меня ноги скоро отвяжутся.
  Тронулись! В отличие от Демьяна, Призанутый не ускакивал от Тимофея, а шёл с ним в ногу. Один раз Анисий предложил попробовать скакнуть вместе. То есть Тимофею залезть Анисию на спину, а тот скакнёт. Вдруг получится. На деле вышло, Анисий то скакнул, а Тимофей остался и упал, ударив больно руку. Шли где-то ещё с часик, и вот, наконец-то, на горизонте замаячили постройки и шатёр. К шатру и устремились первым делом. Возле шатра толпилось десятка три коротышек обоего полу. Под самим шатром имелась небольшая деревянная сцена и кулиса.
  - Как раз вовремя. Вон куплетист куплеты мажет по ветру. Разогревает публику перед представлением дневным, - молвил радостно Анисий, продираясь поближе к сцене и таща за собой Тимофея. И действительно, на сцене стоял нарядный гном и что-то читал. Публике он явно не нравился, и публика гудела. Поэтому нарядный гном был вынужден переходить на крик местами.
  И руку положа на сердце, честно
  Скажу, что тут гораздо интересней
  Тут акция действительна, коль друга приведёшь,
  Себе бесплатно девочку на час возьмёшь,
  А с ней и двести фишек к стеку,
  Чего ж ещё для счастья нужно человеку.
  Закончил куплетист, явно начатый до прихода Тимофея, какой-то куплет. Толпа раздражённо зевала. Тогда куплетист решил убить наповал неблагодарную публику следующим творением:
  Выстрел издалека, вот ведь какая штука:
  Эхом летит весна, а вместе с ней разлука.
  Громом в виски удар, молния режет ухо.
  Никто не ожидал, пули сердечник - мука.
  Хитрость её блесна, хлеще любого трюка,
  Бросила, ты поймал и проглотил как щука.
  Тянет тебя и рвёт, воздуха сил лишая,
  Хочет, в последний раз, кинуть не утешая.
  Смех будто над дураком, вот ведь какая сука,
  Выпей сегодня, что ж, не так страшна разлука.
  Завтра утихнет та боль, завтра в ладах с собой
  На перекрёстках дорог, встретишься с новой судьбой.
  Отчеканил куплетист, свой новый и определённо фирменный стих. Отчеканил и в ожидании аплодисментов уставился на зрителей. Толпа же, вместо аплодисментов заулюлюкала, да засвистела.
  - Пошёл вон! - закричали из толпы.
  - Мал клоп, да вонюч! Завязывай свою балалайку! - орали с галёрки.
  - Ни пена, ни пузырь! - гаркнул и Анисий.
  Толпе определённо хотелось быстрого дофамина, а куплетист наоборот только всех расстраивал. К слову, враждебные выкрики толпы, расстроили уже самого куплетиста и он не поклонившись, ускакал. Все с облегчением вздохнули. У Тимофея появилась пауза оглядеться по сторонам. Вокруг были всё те же коротышки, но немного другие, нежели встреченные ранее. Некоторые были дорого и со вкусом одеты. Другие были какого-то разбойничьего вида. Третьи казались слугами первых. И были так же двое в каких-то чёрных рясах до пола. Эти двое с любопытством, как и Тимофей, сверлили, правда, недобрыми глазами, остальную толпу. Меж тем делом, на сцену скакнул здоровенный коротышка, примерно под подбородок Тимофею, скакнул и расплескался в широчайшей улыбке. Это коротышка был в чёрном фраке и при бабочке.
  - Знаю, знаю, утомил вас Синьор Минор. Но теперь-то его нет! Ведь нет его? - коротышка приложил ладонь к уху.
  - Слава Богу! - ответила толпа.
  - Великолепно! По секрету вам скажу, я и сам едва выдержал. Более мы его звать никогда не будем, - продолжал шутейно, коротышка-бугай.
  - Бордельный завлекало! Работу свою на отлично знает. Скучно более не будет, - шепнул Анисий Тимофею.
  - Итак, встречаем проникновенными аплодисментами: Вокально-инструментальный ансамбль - "Боевая тревога!".
  На сцене появилось сразу восемь рыжих бородачей. Бородачи разместились в шеренгу по четверо. Та четвёрка, что была позади, встала на скамеечку и на голову возвысилась над первой четвёркой. Бородачи, также были во фраках и при бабочках. Вместе с бородачами на сцену скакнули, миловидная девушка и какой-то франт с наглой физиономией. Девушка была на лёгком платье и на высоких каблучках. Франт находился в брюках и в разноцветной рубахе, а в руках имел гитару. Неожиданно из-за кулис грянула музыка. Подключился к ней и франт, заиграв на гитаре. Когда проигрыш закончился, девушка мелодичным голоском запела:
  Жизнь такая вот головоломка,
  Платье пёстрое, малый размер.
  Мужика очень хочется - ломка,
  Оказалась я не в удел!
  Все подружки флиртуют и пляшут,
  У подружек с размером порядок.
  На хрен выброшу пёстрое платье,
  Голой выйду гулять спозаранок.
  Тут подключился франт, но перед этим виртуозно взял аккорд на своей гитаре.
  Пускай дразнят друзья - подкаблучник,
  Что мне сделать, чтоб ты улыбнулась?
  Пусть пищат - попугай неразлучник,
  Всё отдам, только чтоб ты не дулась!
  Это был не припев. Припев грянули, как раз рыжие бородачи. Грянули мужским низким баритоном:
  В каждой хорошенькой девочке,
  В каждой миленькой лапушке,
  Могут быть где-то запрятаны,
  Блядские гены прабабушки!
  В каждой хорошенькой девушке,
  В каждой миленькой лапушке,
  Может быть, где-то скрываются,
  Блядские гены прабабушки!
  И снова заголосила девушка, но появилась она уже в другом платье, а точнее в домашнем халате. На голове у девушки, по домашнему же, расположились бигуди. Подмена видимо произошла, когда все отвлеклись на бородачей.
  Муж рога носить заколебался,
  Взял да сбросил утром в понедельник!
  Всю неделю дома провалялся,
  Пьянствовал да горевал бездельник.
  К выходным пришёл в себя, засобирался,
  За неделю исполнять свою работу,
  Только мне оно того и надо,
  Изменяю я ведь, мужу по субботам!
  Пускай дразнят друзья - подкаблучник,
  Что мне сделать, чтоб ты улыбнулась?
  Пусть пищат - попугай неразлучник,
  Всё отдам, только чтоб ты не дулась! - пропел вслед за девушкой свою партию франт. За ним естественно вступили в дело бородачи.
  В каждой хорошенькой девушке,
  В каждой славненькой лапушке,
  Очень похоже, что всё-таки есть
  Блядские гены прабабушки!
  В каждой хорошенькой девушке,
  В каждой миленькой лапушке,
  Вы поищите, быть может, найдёте,
  Блядские гены прабабушки!
  Опять, девушка появилась в новом образе. На этот раз, девушка на голое тело была замотана в простое розовое полотенце. На головке, вместо бигудишек, возникла банная шапочка, а в руке ковш-черпак. Удивительное дело, но никто не замечал её исчезновения или переодевания. Девушка закатила хитро глазки, дала музыке завершить проигрыш, и залихватски игриво запела финальный куплет.
  Как-то раз ребята затопили баню,
  Получилось трое их, а я одна.
  Я сперва пойду, попарюсь с Ваней,
  Накатив для храбрости вина.
  Ваня очень быстро умотался,
  Выскочила голой я на снег,
  Вечер ну совсем бы не удался,
  Если бы не Игорь и Олег!
  Пускай дразнят друзья - подкаблучник,
  Что мне сделать, чтоб ты улыбнулась?
  Пусть пищат - попугай неразлучник,
  Всё отдам, только чтоб ты не дулась! - завершил свою миссию в данной песенке, франт.
  В каждой хорошенькой девушке,
  В каждой сладенькой лапушке,
  Есть обязательно, всенепременно,
  Блядские гены прабабушки!
  В каждой хорошенькой девочке,
  В каждой желаемой лапушке,
  Вы не стесняйтесь и разбудите,
  Блядские гены прабабушки! - громом закончили рыжие бородачи.
  Громом же прокатились и рукоплескания. Никто не кричал, как в случае с Синьором Минором: Пошли вон!
   Наоборот, зрители свистели от восторга, и визжали от удовольствия.
  - Браво! Браво! Ещё! Ещё что-нибудь!
  И вокально-инструментальный ансамбль "Боевая тревога!" не заставил себя долго упрашивать. Правда на этот раз всех удивил искусством мгновенного переодевания и перевоплощения, уже франт. Девушка и вовсе испарилась, но зато франт предстал перед изумлённой публикой в красной рубашке, поверх которой имелась кожаная жилетка. Далее на франте появился чёрный парик, в ухе засияла золотая цыганская серьга, и было заметно, что ему подрисовали брови. Вылитый Яшка цыган из киноленты "Неуловимые мстители" подумалось Тимофею. Тем временем франт в образе Яшки цыгана, встал одним коленом на пол, положил гитару на вторую ногу, первую ногу вытянул назад, после чего выдал:
  - Где, ты моя чернозадая, где?
  Хором ему ответили, те самые бородачи:
  - В таборе, в таборе, в таборе - е!
  Только бахнули аплодисменты, как франт и бородачи, поклонившись, ускакали. На их месте тут же возник бордельный зазывала, и сразу пошутил:
  - Вместо бархатного чая, за губу, мне насыпали насвая, жжёт губу, прям, не могу!
  - Попривыкнешь! Жжёт только первые разы! - весело откликнулась публика.
  - Под верхнюю кидай! Так плеваться не будешь, - посоветовал какой-то профессионал.
  - Спасибо, учту! Вот вам смешно, а я, между прочим, лицо подневольное. По совести сказать, со мной, всё что угодно можно вытворять. Но только не с вами дорогие гости. С вами, дражайшие посетители, в нашем великолепнейшем борделе, и не менее, прекрасном казино, ничего подобного, в принципе, произойти не может. А следующим номером у нас будет...
  Не успел, бордельный завлекало, завершить своё представление, как Анисий, с силой потянул Тимофея из толпы.
  - Что случилось то? - недоумевал Тимофей.
  - Паразитовы проповедники сфокусировались на твоей персоне, а нам это ни к чему. Пошли лучше в сам бордель заглянем, - отвечал на ходу Анисий.
  - В который раз слышу про этого паразита. Кто таков? Чем знаменит?
  - После объясню. Рассказывать долго, да и место не то.
  - Слушай, а у вас, что же, тоже цыгане водятся? - спросил, переключившись, Тимофей.
  - Конечно, водятся! В сказках в основном, да в древних эпосах. В реальности их конечно никогда не существовало, а вот в легендах был такой народец. Работать народец этот жутко не любил, а потому и не работал совсем, но зато очень знал толк в лошадках и золотых зубных коронках.
  - Везёт вам, а у нас этот сказочный народец, на лицо присутствует. И толк знает не только в лошадках, но и в наркотиках.
  - Да ладно? Шутишь?! И каковы они в реале?
  - Именно такие они и есть, как ваш актёр показал.
  За разговором подошли к трёхэтажному домику, опять-таки из красной глины и крыши с растительностью. Над крыльцом ярко светилась надпись "Самый лучший в мире бордель - Медовая ловушка!". В него и шагнули. В зоне фойе, на ресепшене, восседала необъятных размеров, мадам. Мадам эта вся была в кружевах и бусах, кольцах и брошках, рейтузах и панталонах, пудрах и косметике, а на голове имелась шляпка с вуалью.
  Помимо мадам, в зоне фойе за столиком восседал какой-то важный коротышка в окружении двух коротышек красавиц. Олигархом, назвал его шёпотом, Анисий. Олигарх этот пил бренди и курил сигару одной рукой, а другой по очереди ощупывал девочек. Мадам, завидев гостей, закокетничала, выскочила из-за администраторской стойки и приветливо поплыла навстречу гостям.
  - Прошу любить и жаловать - мадам Гифедония, с островов любви! - представил мадам, Анисий Тимофею. Затем, в свою очередь, невнятно, представил Тимофея, мадам.
  - Представление ещё не окончено, а у нас уже первые гости! Колоритно! Первым всегда всё самое лучшее достаётся. Первые всегда самые сливки снимают! Надеюсь, ты не забыл дражайший Анисий, что на буферные зоны твои привилегии не распространяются? За приведённого друга, одна девочка на час бесплатно, при условии, что друг возьмёт и себе, из разряда вип. Эй, куртизанки! Клиенты на пороге! - мадам Гифедония хлопнула в ладоши и тут же в зону фойе прискакали с десяток жриц любви. Девочки были разного возраста, по-разному же и одеты. Кое-какие были в париках, но все были на высоких каблуках.
  - Вы только посмотрите, какое сокровище я для вас сберегла. На любой вкус, на любой кошелёк. Вон та, к примеру, неумёха, всего за полушку будет, как и вон та старуха. А вот эти три, что в середине, они уже денежку стоят. И поверьте, действительно стоят. Ну а наши звёздочки конечно от алтына и выше. Да ты Анисий и сам прекрасно знаешь прейскурант. Как обычно, к девочкам начиная с денежки ценой, прилагается бутылка светлой и сигарка. Номера от полушки до алтына, отдельно. Итак, вся во внимании?!
  - Я беру вот этих двоих, по алтыну каждая! Первую бесплатно, за приведённого друга, - радостно сообщил Анисий.
  - Ты погоди, пускай друг, тоже выберет, тогда и посмотрим, - отвечала сутенёрша. Все вопросительно уставились на Тимофея.
  - Да не надо мне никого! Чего вы прилипли! Я вон на стульчике в сторонке посижу.
  - Как так?! - хором удивились Анисий и мадам.
  - А вот так! - отвечал Тимофей и сел за один из столиков.
  - Нашими девочками ещё никто и никогда не брезговал! - с обидой в голосе запричитала мадам Гифедония.
  - Погоди, остынь! Неместный он, на тебе два алтына, я поскакал. Пускай, раз он такой целомудренник, то посидит в сторонке, я мигом.
  - Как изволите! Клиент заказывает музыку, клиент всегда прав, - сутенёрша бережно переняла два алтына полученных Анисием у жадной семейки, и кивком дала команду девочкам на старт. Две выбранные Анисием красотки, приготовились было за ним же и скакать, как мадам стопанула. - А за комнату?
  - Слушай, займи на комнату денежку, чего тебе стоит, - обратился Анисий к Тимофею.
  - На - держи! Вам всем только мои денежки и нужны, - злобно отвечал Тимофей и вытянул пятьдесят копеек. Их он небрежно и кинул Анисию. Анисий, а с ним и сутенёрша чуть не поперхнулись. В ряду девочек возникла потасовка. Даже олигарх коротышка и тот оторвался от своего занятия и задумчиво уставился на Тимофея.
  После минутного ступора, мадам Гифедония отсчитала Тимофею сдачу, и выделила Анисию лучшие апартаменты. Анисий ускакал, а к Тимофею за столик тут же по распоряжению старухи, высадился десант, в лице двух элитных путан по три алтына каждая.
  - Мяу! Какой импозантный мужчина! Не находишь Конфетка?! - молвила первая.
  - Всё верно, Куколка! Весьма импозантный, да вдобавок, в меру упитанный и справленный складно. Ты на ноги его крепкие погляди. В качалку ходишь? - задала Тимофею вопрос, именуемая Конфеткой. Тимофей промолчал.
  - Стесняется, картина ясная! - вставила из-за своей стойки мадам Гифедония. - Вы ему, сперва для разогрева, эротический массаж предложите.
  - Помнишь, на прошлой неделе, забегал к нам один штрейкбрехер? Тот самый, который тоже, поначалу, притворялся стеснительным. А на деле, таким шебутным, неугомонным ебакой оказался, что еле ноги унесла. Тихони они всегда такие, - продолжала, начатое дело, Куколка.
  За этим односторонним диалогом, обе красавицы не сговариваясь, вдруг, сели на своих стульях, по-мужски широко расшиперив ноги. Ком к горлу подступил у Тимофея. Невольно глянулось в запретное, а там, подобие трусов из паутинной сетки. Попросту говоря, абсолютно просвечивающие труселя. Срамом отсвечивали, те труселя! Румянец, начал заливать лицо, а с ним поползла температура и намокла спина. Растерялся Тимофей, понятное дело.
  - А ты говоришь, человек из пробирки! Человек из пробирки так бы не среагировал, - заметила Конфетка, своей напарнице.
  Неожиданно всё внимание переключилось с Тимофеевой персоны, на одиноко стоявшую путану-неумёху. А переключил это внимание, не кто иной, как коротышка-олигарх, давно уже позабывший про своих девочек и с любопытством наблюдавший за происходящим.
  - А полушка то наша, в гостя втрескалась! - хохоча, проревел этот гном, тыча пальцем в проститутку-неумёху, которой, судя по всему, по её цене, прилепили и прозвище. - Глядите-ка, раскраснелась, почище, самого клиента!
  Данное указание, всех весьма развеселило. Все начали смеяться и шутить над несчастной. Дело в том, что полушка была новенькой в данном заведении. Совсем недавно она отказалась от злой воли барабана судьбы, велевшей, несчастной полушке, выйти замуж за противного её сердцу, рудокопа. А отказавшись, ускакала она из, отчего дома в буферную зону. В буферной зоне, ей нашлось, лишь одно применение. За недолгую свою практику, полушка ни разу не видела, чтобы кто-то при деньгах, в трезвом уме и памяти, вдруг да отказался от девочки. Тем более было странным, видеть юношеский стыдливый румянец на щеках зрелого, хоть и необычного мужчины. Полушку всё это чрезмерно тронуло, а на сердце приклеилась, какая-то дикая тоска, по этому благородному незнакомцу. Скрыть чувства и эмоции не удалось, и вот на тебе за это, получай! Из несчастной, сотворили посмешище.
  - Точно втюрилась! Ай да полушка! Моя же ты красота! - хохотала содержательница притона.
  - Пойди, умойся, раскрасневшаяся! Подстынь! - не отставала от хозяйки Куколка.
  - Девушка может уехать из села, но село из девушки, ни при каких обстоятельствах! Ты смотри Куколка, у нас тут конкуренция назрела. Чего доброго уведёт у нас клиента! - ёрничала Конфетка.
  - Всякая килька, тоже мечтает селёдкой пахнуть! Теперь бабы, по всей буферной зоне, об этом раззвонят. Уж будь спокойна! - вместо поддержки, колола словно иголкой, содержательница притона.
  - Не видать вам бабы, причастия! Никогда! - едва сдерживая слёзы, но не горечи, а смеха, запинаясь от этих самых приступов смешных, добавил гном-олигарх.
  Вот тут Тимофей не выдержал. Терпением безграничным обладал Тимофей, и бесконфликтным слыл человеком, но вот на этом месте нервы сдали. Ладно, когда дело касалось его самого. Ладно, когда его самого пытались самым бессовестным образом соблазнить и обобрать. В свою сторону, Тимофей мог долго и много чего терпеть, но когда при нём, начали откровенно издеваться над слабым и беззащитным созданием, такого Тимофей вынести не сумел.
  - Это что за дьявольский пердимонокль, вы тут учинили?! Конкретно - ты! Да, ты! Если сейчас же не заткнёшься, гуся сверну! - буквально взревел Тимофей.
  Публика отреагировала мгновенно. Две, трёх алтыновые, отскочили поближе к мадам. Та, как курица наседка, взяла их под своё крыло. Олигарх, на угрозу в свою сторону, ввиду явного преимущества угрожающего, от греха подальше ускакал, бросив и свою сигарку и оплаченных своих девиц. Далее, через несколько мгновений, видимо услыхав брань, прискакал призанутый Анисий. Анисий выглядел подорванным с постели, наспех собранным и удивлённым. Полушка, от такого заступничества, полыхнула лампочкой яркостью в тысячу свечей.
  - Что происходит? - прервал тяжёлое, гробовое молчание Анисий.
  - Неврастения! Причём последней стадии! Уж и пошутить нельзя, - пожаловалась мадам Гифедония, - ты, где такого неуравновешенного друга взял?
  - На 3D-принтере он его напечатал, - обиженно надув губки вставила Конфетка.
  - Я же вам объяснял, не местный он, а вы всё с вашими приёмчиками! Пожалуйста, получите! Расстроили гостя! Меня сбили с панталыку. Пошли друг, лучше в благотворительное казино. Там успокоимся, за одно и перекусим на халяву, - заступился за Тимофея Анисий.
  Мадам, грозно посмотрела на полушку, виновницу скандала, и несчастной полушке, ничего не осталось, как испариться. Наверняка испарилась полушка, плакать в подушку, слезами радости и горя. Ей рыцаря судьба преподнесла, впервые заступились за неё, но рыцаря, увы, ей больше не увидеть никогда, останутся о нём лишь томные воспоминанья да мечты.
  - Ледяного ветра, вам в потные спины! - пожелала мадам далее, уже уходящим гостям, и добавила непосредственно Тимофею. - Запомни навсегда такой термин из психологии, как "Незавершённый гештальт". Означает он, по-простому, неудовлетворённую потребность. Пускай же в памяти твоей, теперь всегда всплывает, ассоциация с нашим чудесным борделем, в виде незавершённого гештальта.
  - Тебе, старая кляча, того же самого! - зло, буркнул сквозь зубы, Тимофей, выходя за порог.
  Выйдя на улицу, Тимофей закапризничал, да закочевряжился. Наотрез отказался идти в благотворительное казино Тимофей.
  - Только там меня ещё и не было! Есть подозрения, исходя из всего ранее пережитого, что из казино я выйду или голый, или же меня вынесут.
  - Вот не надо всё мерить одним мерилом. Это ошибка! Вообще бордель и казино, абсолютно разные заведения. Весь упор на слово "благотворительное". В данном случае, вся выручка казино идёт на оплату медбратьев и сестёр, в дома скорби и веселья. Соображаешь?!
  - Кажется, начинаю соображать! Последнюю мелочь из меня вытянут! - упрямствовал Тимофей.
  - Опять неправда, ваша! Уверяю беспокоиться не о чем! Мне тут, по огромному секрету, один игровой мошенник, рассказал по пьяни, один приёмчик. Суть проста до изумления. Главное иметь приличный запас монет. А мы его, как раз имеем. Так вот, зарабатывать будем на рулетке. Ставим фишку на красное поле и ждём. Выпадает красный сектор и у нас уже две фишки. Затем ставим фишку на чёрное поле и ждём, выпадает чёрное, у нас уже три фишки. Снова ставим на красный сектор. Вдруг выпадает чёрное поле. Тогда ставим на красный, уже две фишки. К примеру, выпадает опять чёрное, что же тогда? Правильно, ставим на красный сектор уже четыре фишки. Опять если промах, ставим смело восемь. Если и в этом случае, проклятый шарик ляжет на чёрное деление, то, как ты уже догадался, ставим на красное шестнадцать. И так далее и тому подобное. Вкурил? Ведь всё просто! Рано или поздно, шарик таки угодит на красное, а мы отыграем всё поставленное, плюс выиграем одну, свою законную фишку. После чего незамедлительно поставим её на чёрный сектор. Математика, не зря зовётся царицей наук! Сам посчитай, проиграл ты одну фишку и поставил две, затем и эти две проиграл и поставил четыре, пусть и четыре ты тоже проиграл, но поставил восемь. Твой проигрыш составит: одна фишка плюс две, да плюс четыре, равно семи. Но на кону то стоит восемь и в случае выигрыша восемь удваиваются до шестнадцати. Что мы имеем в сухом остатке? Семь проигранных плюс восемь поставленных, будет пятнадцать! Понимаешь теперь?! Пятнадцать! От шестнадцати отнимаем пятнадцать, и получаем, всё ту же выигранную фишку, чистоганом. Клянусь, таким образом, мы только приумножим наш капитал и возместим потери. При том при всём, в казино бесплатно кормят и угощают выпивкой. Смелее, смелость города берёт!
  С минуту Тимофей обдумывал всё услышанное. Не совсем ему понравились фразы типа: "Наш капитал!" и "Мы имеем приличный запас монет!"
  Однако, посчитав математически всю схему, выходило, что Анисий прав. Да и запас приличный монет, не у них конечно, а у Тимофея одного, но всё-таки имелся. Любопытство взяло верх. Тимофей шагнул за Анисием в приятном возбуждении. В самом начале зала казино их встретила касса. В кассе этой сидела милая девушка коротышка. Девушка очень обрадовалась новым посетителям и незамедлительно протянула две карточки. Выяснилось, что сегодня гостям повезло, как никогда. Именно сегодня разыгрывались восемь билетов, попарно, на Абаинскую битву, которая, по словам девушки должна была состояться завтра вечером. На каждой карточке были продублированы три цифры. Первую половинку карточки следовало оторвать и бросить в цилиндрический барабан, а вторую держать при себе в момент розыгрыша. Если устроитель вытянет твой номер, то ему необходимо предъявить вторую половинку с тем же номером и два билетика твои. Весьма ловкий маркетинговый приём! После манипуляций с карточками, девушка, загадочно улыбаясь, поинтересовалась, сколько фишек будут менять гости и каким номиналом. Поменяли всю сдачу с пятидесяти копеек, на фишки номиналом в полушку. Изрядная получилась горка. Точнее если быть, то сто девяносто восемь фишек вышло. Девушка меркантильно просияла, и даже закокетничала с Тимофеем, но Анисий не дал развития этим половым играм, и потащил Тимофея в глубину зала, прямо к столу с рулеткой. Стоит остановиться и на самом заведении. Казино внутренне ничуть не отличалось, от когда-то существовавших казино в Москве. Всё было устроено по правилам. Не было ни одних часов, но зато свет был приглушённым и романтическим. Было немного накурено, но в меру, что говорило о неплохой приточной вентиляции и работающей вытяжке. Вместе с часами не наблюдалось и не одного окошка. Коротышек в зале было не очень много. Видимо остальные досматривали на улице представление. Столы были на любой вкус. Были столы для игры в блэк-джек, были столы для игры в русский покер и в дикий покер. Имелись и два стола для игры в техасский холдем. За столом с рулеткой, помимо Тимофея и Анисия, вальяжно сидел полупьяный пузатый коротышка средних лет и молодая гномиха девушка. Крупье в виду отсутствия живости игры зевал и полусонно предлагал делать ставки. По приходу парочки рулеточных убийц, крупье увидев горку фишек, смекнув, что к чему, изрядно оживился. Голос у крупье, из сонного, преобразился в мелодичный и яркий. Началась, её величество - Игра!
  - Делайте ваши ставки, дамы и господа! - верещал крупье, после чего с помощью своей палки собирал фишки в кучу и отправлял крутиться шарик.
  - Вот видишь! Я же тебе говорил! - азартно потирая руки, восклицал Анисий, всякий раз, когда его схема приносила игрокам фишку. - Толи ещё будет, ой-ой-ой!
  И правда, вначале всё шло весьма успешно. Шарик проделывал чудеса, всё время, прилетая, на нужный сектор или же сразу, или с второй-третьей попытки. Таким образом, всего за полчаса, у Тимофея и Анисия горка выросла на двенадцать фишек.
  - Эй, халдей, а ну неси суп-пюре из тараканов, да поживей! Эля тащи, да чтобы вытяжка была из нижних слоёв сусла. Не вздумайте там у себя разбавить! Знаем мы вас, проходимцев! Мы хотим отборного, ледяного эля! - взбудоражено голосил Анисий.
  Халдей не заставил себя ждать ни секунды, и тут же поставил на столик рядом с игроками, две миски с каким-то наваристым бульоном, а так же две пивные кружки по две пинты каждая, с ледяным светло-коричневым напитком.
  - Вот это я понимаю сервис! - гремел Анисий и поблагодарил расторопного халдея, фишкой.
  Тимофей брезгливо отказался от супа с тараканами, но осторожно пригубил эля. Эль оказался не плох. Напоминал собой эль разливное живое пиво Сладовар. Первые кружки ушли практически залпом. На смену им услужливый халдей, даже не ожидая просьбы, поставил две вторые, а к ним различную солёную закуску. Настроение весьма возросло. На этом моменте, случилось быть розыгрышу билетов на Абаинскую битву. Первым же номером выпало семьсот восемьдесят семь. Тимофей глянул в свой корешок и ахнул. Его билет, его! Радость то, какая! С Тимофеем на пару возликовал и Анисий, и даже пригрозил, по всему свету рекламировать с этого дня, столь почтенное заведение. За билетами и выходить не пришлось из-за стола. Управляющий сам подошёл к выигравшим, сверил номера, и под всеобщие аплодисменты, вручил приз в виде двух синеньких билетиков, с какими-то надписями.
  - Признаю, я ошибался! Вот это место, мне как раз нравится. Совсем другое дело! - заявил довольный Тимофей после вручения приза, и поставил фишку на чёрный сектор. Дилер раскрутил рулетку и запустил в противоположную сторону шарик. Выпал красный сектор.
  - То-то же! Эх, ты, жила! - орал Анисий так, что жабры было видно. Орал и одновременно ставил уже две фишки на чёрный сектор. Опять шарик выпал на красное.
  - Поначалу подумал, что это всё мулька! - восхищался Тимофей новым другом. Восхищался и небрежно кидал на чёрное уже четыре фишки. Дилер и тут подложил поросёнка, закинув шарик на красное.
  - Да, что ж такое! А ну лети шарик на чёрный сектор! - веселился, упиваясь славой Анисий, ставя восемь фишек. Выпало красное!
  А далее были ставки в шестнадцать, в тридцать два, в шестьдесят четыре, а на сто двадцать восемь уже не хватило, так как осталось восемьдесят две фишки. Их и поставили в последний раз на чёрное, не веря своим глазам. В этот розыгрыш дилер подложил уже не поросёнка, но свинью. В восьмой раз кряду, шарик упрямо закатился в красный сектор. Крупье виновато улыбнулся и все фишки собранные перед розыгрышем в кучку, закинул в щель в столе.
  - Быть того не может! Восемь раз подряд! - на голубом глазу заявил Анисий.
  - Эх, сгорел забор, гори и хата! Пошли менять рубль. Фишек будет в два раза больше. Обязательно отыграемся. Да и такого, я думаю, больше произойти не может. Восемь раз подряд, это же надо так! - возбуждённо потянул Тимофей Анисия на кассу.
  - Точно! Пошли скорей! - поддержал его Анисий.
  На кассе поменяли рубль на четыреста фишек. Кассирша, от такого размена и вовсе поплыла. Совсем не стесняясь окружающих, кассирша эта принялась выспрашивать Тимофея о его планах на вечер.
  - Меняй скорей! Право, не до тебя! - в один голос отвечали ей Анисий с Тимофеем.
  За стол вернулись уже с горой вдвое больше прежней.
  - Ну-с! Приступим! Лови дилер и постарайся больше не чудить, - Анисий бросил фишку дилеру, а ещё одну поставил, заново, на чёрное поле.
  Три раза подряд всё прошло успешно. На четвёртом броске, халдей по просьбе трудящихся принёс ещё по кружке эля. На красное ставил Тимофей. Выпало черное. Далее ставили на красное аж до ста двадцати восьми, пока заветный красный свет не притянул шарик. Нервы при этом были пощекочены изрядно. Прервались на перекус. Тимофею вместо супа принесли вскрытых от панциря раков. Под раков осушили ещё по одной кружке. Тем временем в зале битком набилось множество коротышек обоего полу и разного возрасту. Во время повторного розыгрыша билетов, выходили подышать свежим воздухом. Хмель зазвенел в головах игроков, необычно легко и приятно. Пошла большая непрерывная игра до победного конца. Фишка была поставлена на чёрное поле. Выпало красное. Далее череда неудач, и вот уже Тимофей ставит на чёрное поле сто двадцать восемь. Весь стол замер. Замерли и Тимофей с Анисием. Собака дилер волчком запустил шарик. Секунды ожидания растянулись на минуты. Бабах, шарик прилетел на красный сектор. Да не бывает такого! Осталось сто сорок девять фишек, а ставить по схеме необходимо двести пятьдесят шесть. Сбой в системе, да уже не до того. Дрожащей рукой Тимофей ставит последние фишки на чёртово чёрное поле. Дилер собирает ставки всех игроков и как в замедленном кино бросает шарик. Шарик летит, болтыхается, перепрыгивает сразу по несколько делений, откатывается назад, затем чуть-чуть вперёд, задерживается на чёрном секторе, вот-вот победа, но нет, последним рывком шарик убегает на зелёный сектор зеро. Крупье дьявольски расхохотался. Мать моя женщина, вихрем отрезвляет Тимофея мысль о проигрыше. Трезвеет и Анисий. Девять раз подряд, шарик миновал чёрное поле. Как вам это?! Рассудок остановил Тимофея, от того, чтобы броситься менять последние два рубля.
  - Печалька! - сокрушённо пробормотал Анисий. - Так быстро просрать такое состояние, даже не верится. Вот так схема секретная!
  - Очень здоровская схема! Работает, как часы! Полдня в жопу! - съязвил Тимофей.
  - По-моему даже дети малые знают про этот способ, - отвечал Анисию довольный дилер. - Способ оболванивания таких простофиль, как вы. Хватит уже лохматить бабушку! Уловка древняя, как дерьмо мамонта. А если по серьёзному сказать, то вас развели на синдром игрока. Развели словно маленьких утят в пруду, покрошив им булку, да поймав затем в сачок. Раз уж вы проигрались и более играть, не намерены, охотно объясню. Фокус в том, что для шарика нет разницы, сколько раз подряд падал он на один и тот же цвет. Вот вы причитаете, что девять раз подряд. Удивляетесь, заявляете, что быть такого не бывает. Меж тем, хоть двадцать раз закатился бы шарик на красный сектор, вероятность того, что следующий раз будет сектор чёрный, по-прежнему равна, пятьдесят на пятьдесят. Улавливаете?! У шарика, видите ли, не предусмотрена такая штука, как память. Не помнит шарик про предыдущие восемь раз. Далее, с каждым разом удваивать ставку дело неблагодарное, и как вы изволили убедиться на собственной шкуре, опасное дело. Ведь уже на девятом розыгрыше, чтобы выиграть всего одну фишку, необходимо было поставить двести пятьдесят шесть. А если бы это был раз, эдак, пятнадцатый, просто вообразите, какие суммы пришлось бы жертвовать, за одну то фишку. При том, что шансы всегда пятьдесят на пятьдесят. Решили обыграть рулетку?! Что ж поздравляю, вас проманипулировали. Рулетку ещё никому обыграть не удавалось. Рулетка - это самого паразита детище. Недаром сумма всех её чисел, будет его число, в три шестёрки. Самого отца обмана, обвешать затеяли?! Просто смешно! А те, кто зазывают, да якобы по пьяни, да по большому секрету, рассказывают данный способ, так это наши маркетинговые агенты, аффилированные лица, плотно сидящие на проценте с вашего же проигрыша. Вот так! - закончил крупье, свою длинную, весьма поучительную, но малость запоздалую лекцию.
  - Чего же ты пёс лукавый, раньше то молчал? - у Тимофея, аж глаза из орбит повылазили, от такой откровенной наглости.
  - Раньше не имел права! Оклад у меня малюсенький, я тоже на проценте. Делайте ваши ставки дамы и господа! - спокойно отвечал дилер, и тут же забыв про Тимофея, начал собирать ставки других коротышек.
  - Протрезвею, ноги из зада повыдёргиваю, этому аффилированному лицу! - ругался, не менее, расстроенный и, не менее, неприятно удивлённый Анисий. В этот момент к проигравшим игрокам подошла девушка пит-босс, девушка по сглаживанию конфликтных ситуаций.
  - Со всеми бывает! Ничего страшного. В следующий раз посидите, посмотрите, как другие играют. Все ваши проигранные средства пойдут исключительно на благотворительные миссии. От нашего казино, предлагаем вам ещё эля и закусок, а так же переночевать в комнате для двоих, в отеле при казино. На дворе уже темно, вы расстроены и пьяны. Утро вечера мудренее. Прикажите подать выпивку и закуски в номер?
  - Веди, в номер! - отрешённым голосом, согласился Анисий.
  - Подавайте выпивку в номер! - не менее, отрешённо, согласился Тимофей.
  Спать легли подавленными и вдребезги разбитыми. Поэтому легли рано, не помогли и ещё принесённые две кружки эля. Настроение безвозвратно было отнято. Анисий захрапел первым. Тимофей ворочался где-то с полчаса. Кроватка была мизерной, да так, что заканчивалась в районе колен, и ноги пришлось опускать на пол. Думалось тяжело, о том, что театр абсурда никуда не исчезал, а лишь видоизменялся и всё время принимал различные другие формы. На этих мыслях Тимофей и отключился. Где-то посередине ночи, Тимофей почувствовал, на себе чью-то руку. Рука эта явно лезла в кармашек трусов. Сначала Тимофей пришёл в ужас, но это в первые доли секунды, так сказать спросонья. Овладев собой, Тимофей, отдёрнул покрывало, схватил за руку лезущего к нему, и, всматриваясь в темноту, закричал Анисия. Всмотреться не удалось. Единственно, что вышло разглядеть, так это тёмный силуэт, в чёрной мантии. Фигура, покусившаяся на Тимофея, пойманная врасплох, мгновенно ускакала. Анисий, даже не проснулся. Судя по всему, совесть у Анисия была чиста, от того и сон был крепок.
  
  Глава шестая
  - Ярило, уже наполовину вылез с тёмной стороны, пора и нам вставать. Просыпайся инопланетянин! Нас ждёт нелёгкая дорога в Космопорт, но зато очень интересное путешествие на Абаинскую битву, - будил Тимофея, выспавшийся Анисий.
  - Много, много не покоя принесёт оно с собою! - зевая, отвечал Тимофей. Приходилось вставать. На завтрак услужливый персонал подал розовую плесень куском размером с кирпич и разваренную капустную кашу. Преодолевая рвотные спазмы, Тимофей полопал кашу, любезно отказавшись от плесени.
  - Как свиней в хлеву кормят! Что у вас за кухня такая? Где колбасы, где мяса куски? - жаловался Тимофей.
  - Отличная плесень! Трёх летней выдержки минимум. Ты даже не попробовал, а хулишь. А мясо, можно только насекомых употреблять. Разумных теплокровных кушать никак нельзя. Посмотрел бы я на тебя, в попытке добыть, к примеру, кусочек козлятинки. Любой здравомыслящий козёл, легко и просто, сам заболтает тебя до смерти, приведёт тебе тысячу и одну причину, почему этого делать нельзя, а затем ещё и забодать может, за подобного рода, предложения. Вот повстречаем животинку на пути, попробуй, попроси у неё кусочек мяса взаймы. Сам увидишь, что будет.
  - У вас, что же все животные разумны, и говорить умеют? - удивлялся Тимофей.
  - Все млекопитающие без исключения. От размера мозга и многотысячелетнего рациона питания, зависят способности. Те умнее, чьи предки кушали фрукты и ягоды, то есть сахарозу и глюкозу. Кстати, в поверьях и сказках, давным-давно, мы вроде как кушали мясо, но то были жестокие времена, да и неправда это.
  - А меня ночью ограбить пытались! - переключился Тимофей и рассказал Анисию про ночное происшествие.
  - Плохо дело! - задумчиво отвечал Анисий после рассказа. - Всё казино вчера видело, как мы деньгами сорили. Девок бордельных, опять же, со счетов сбрасывать нельзя. Плохо дело. За такой куш, кто угодно может начать охоту. Прячь деньги под пятку. Будем теперь осторожней себя вести.
  Так Тимофей и поступил. Два оставшихся рубля, положил под стельки своих ботинок. Но перед этим, по научению Анисия, в дорогу долгую, взяли провианта, а значит один рубль, пришлось разменять. На этом товарищи и покинули отель при казино, а минут через двадцать и буферную зону. В направлении указанном Анисием, лес и кустарники начали редеть и исчезать, уступая место полям или просто чернозёму. Идти стало легче, но радости Анисию это не прибавило.
  - Отправление, судя по билетам, в шесть вечера. Такими темпами, мы к шести вечера завтрашнего дня доковыляем. Что же делать? Что же делать? - Анисий мучительно задумался, присел на корточки, но через пару секунд ликующе подскочил. - Просто чумовая идея! Жди меня, никуда, ни шагу. Я сейчас! - После чего, ещё разок, подобно Архимеду крикнул "Эврика!" и естественно ускакал.
  Ждал заинтригованный Тимофей около минут пятнадцати, и ждал, конечно, что Анисий прискачет. Не тут-то было! На горизонте замаячили две фигуры, двигаясь в направлении Тимофея. Приблизившись, стало видно, что одна фигура на двух ногах, вторая же на четырёх. Ещё приблизившись, отчётливо увидел Тимофей, Анисия, а рядом с ним коня.
  - Такие вот дела! А ты говорил, не успеем, - победоносно восклицал Анисий. - Знакомься, самый резвый конь всего Закупатья - Феназепам! Феназепам, куртуазно согласился подвезти тебя туда и в случае необходимости обратно, всего за два алтына. Надеюсь, ты на лошадях умеешь кататься? Ну же, не ерепенься, гони алтын за первую половину пути.
  - На лошадях кататься я умею, но на запряжённых лошадях. К тому же, как я понимаю, это не совсем обычный конь, - растерялся Тимофей, и добавил:
   - Быть может, всё-таки к мудрецу?!
  - Мы сюда чего пришли? Разговоры разговаривать? У меня на ферме три кобылы не покрытые стоят. Решайте скорее, да так да, нет, так нет, - вмешался сам Феназепам, в ход спора, с целью ускорения процесса.
  - Какая разница, прыгай ему на спину, да цепляйся в гриву. Я буду в роли азимута, и задам темп и направление. Давай смелее, - настаивал Анисий.
  - Алтын не забудь для начала заплатить, - подыграл конь.
  - Куда ж я тебе его дам? У тебя ни рук, ни карманов, - сдался Тимофей и полез под стельку своего башмака за алтыном.
  - Разберёмся! Давай, я его под язык покладу, - отвечал Феназепам.
  На том сделка и свершилась. Тимофей с помощью Анисия был закинут на спину Феназепама. Процессия тронулась. С первых же минут "бешеной скачки", выяснилось, что Феназепам ленив. Или же притворяется, или на самый худой конец, болен. Вяло скакал Феназепам, очень вяло, пришлось его подбодрять. Подбодрять начал, прежде всего, Анисий.
  - Послушай золотой, мы так не договаривались. Так мы и сами можем. Нам скорость важна, скорости бы прибавить. Понимаешь? - начал поначалу, по-доброму увещевать коня, Анисий.
  - Про скорость речи не было! Мне и так комфортно! - пренебрежительно отвечал конь, тем самым показывая, что по-доброму не выйдет.
  - Опаздываем! Не конь, а черепаха! Ты что же это, силоса в детстве мало ел? Про ячмень зернистый и витамины, только в сказках слышал?! - голосил Анисий, а сам отскакивал от надвигающегося на него коня.
  Это стало помогать, конь начал злиться, а так как, судя по всему, сахарозой и глюкозой его предки не питались, то достойного ответа выдать не получалось. Зато появилось огромное желание догнать Анисия и укусить того или лягнуть. Чем Анисий и начал весьма успешно пользоваться. Анисий отскакивал от коня метров на десять и начинал обзываться, подпуская последнего почти на метр, после чего снова ускакивал на безопасное расстояние. Дело пошло. Тимофей с силой вцепился в гриву, дабы не свалиться. Скорость нарастала.
  - Неверно черепахой по ошибке наградил - не подумал! Ленивая улитка и та быстрее будет! - орал Анисий. - Сто процентов, конь нам попался на пердячей тяге! Эй, Тимофей, попробуй, зажечь спичку, и поднести ему под хвост. Бьюсь об заклад, вы тут же скаканёте прямо в космопорт!
  У Феназепама, от столь обидных оскорблений пена пошла из ноздрей, а глаза налились кровью. Местами Феназепам, даже переходил, от рыси на галоп. Тимофея начало укачивать.
  - Горчицы в сраку, этому коню необходимо! - продолжал, меж тем, дразниться Анисий. - Подковы разумею, весят по сто пудов каждая, а всего их три! Нет, ты только повнимательнее посмотри, ведь он ещё и хромоногий! Или подковы не хватает, или нам судьба преподнесла калеку!
  Конь разогнался до предела своих возможностей. Анисий немного отстал, но не перестал ускакивать вперёд и кривляться. Только конь сбавил обороты, как в дело пошли новые уколы.
  - Давай натянем ему парус! На раз, тогда мы выиграем пару километров в час! Мошенник! Верни оплату! Да за такую скорость, хорошей наградой будет фига! - юродствовал Анисий, а Феназепам, никак понять не мог, что не догонит он обидчика и не укусит.
  В таком духе продолжалась гонка до обеда. Ярило, зашёл в зенит и беспощадно жарил. Путники проголодались и уморились. Подарком судьбы показалась одинокая беседка посередине поля. В беседке были три скамейки и столик, но главное имелась крыша.
  - Пррр! А ну стой! - скомандовал Анисий коню. - Привал, иди, подкрепись травкой на поле. Там вон и ручей виднеется. Напиться тоже было бы неплохо.
  Спорить Феназепам не стал, попросту сил не осталось на споры. Тимофей, зевая так, что было видно все тридцать два зуба, плавно сполз с коня. Феназепам, действовал на своего верхового, успокоительно и усыпляюще. Далее конь поковылял к ручью, и, выпив из него не менее ведра, принялся щипать травку. Анисий с Тимофеем, развязали свой узелок. В дорогу были взяты хлеб и простокваша. За другие продукты Тимофей наотрез отказался платить. Начали трапезничать.
  - Стало быть, конь нам попался, никудышный, - молвил, жуя корку хлеба, Анисий. - Огромным везением необходимо обладать, чтобы вовремя успеть.
  - Я думал, ты его знаешь, - отвечал Тимофей.
  - Куда там! Сам в первый раз вижу, надеюсь, что и в последний. На первой попавшейся ферме увидел, и уговорил.
  Тимофей встал и подошёл к стенке беседки. Привлёк его приклеенный, какой-то листик бумажки. Листик оказался объявлением, совсем таким, какие клеят возле подъездов и на столбах. Объявление гласило:
  Быстро и не дорого, выдавлю все ваши прыщи! От ста штук, десять процентов скидка! А далее внизу объявления имелись полоски с указанием сколько раз необходимо звонить в колокол для вызова.
  - Хм! Продолжаю удивляться! - молвил Тимофей, прочитав объявление.
  - Вот тут, как раз ничего удивительного. Обычные косметические процедуры с доставкой на дом, - безразлично отвечал Анисий.
  Неожиданно на поле прискакали двое каких-то оборванцев. Выглядели они измученными и потрёпанными. Грязь буквально кусками отваливалась от их лохмотьев. Сами эти двое были очень худы, так, что глаза впадали в глазницы. Увидав, что беседка занята, эти бродяги, сели неподалёку прямо на землю и так же начали обедать.
  - Это что, нищие? - полюбопытствовал Тимофей.
  - Хуже! Это банкиры! - охотно отвечал Анисий.
  - В смысле?
  - В прямом смысле! Нет горше участи на свете, чем волей барабана стать банкиром. Сам посуди, как только выпадает им этот сволочной сектор, дают им по три рубля на руки, домик и определённое количество народу закрепляют. У кого как. За кем село или деревня, а кому меньше повезёт, тому и селище могут подсуропить.
  - Ну и что с того? - не понимал Тимофей.
  - Ничего хорошего с того. Денежки-то, давать приходится, под минусовой рост. То есть под отрицательный процент. Отказывать, если заявка правильно оформлена и если человек с вверенной тебе территории, права не имеешь. Что уж тут радостного?! Раз дал, два дал, три дал, а на четвёртый у самого в кармане кукиш. Отдают то, меньше чем берут. Улавливаешь? А заниматься более ничем другим нельзя. Вот и крутятся бедняги, как могут, чтобы разницу эту пресловутую, самим заработать и тем покрыть убытки. Пашут, как волы, и днём и ночью, питаются плохо, болеют и умирают чаще других. За любую халтурку берутся, за любую грязную работёнку. Только заработают бессребреники несчастливые, какую копейку, только покроют процент от предыдущего заёмщика, как какая-нибудь сволочь, типа пахаря Демьяна, несёт юридически грамотно оформленную заявку на кредит. И ничего не попишешь, приходится давать. Сам понимаешь, при таких условиях и речи быть не может об том, чтоб завести семью и деток. Нет уж, боже упаси, стать банкиром. Меня, к счастью, пронесло.
  - Всё у вас вверх ногами, а головой вниз! - недоверчиво отвечал Тимофей. - Даже банкиры и те, какие-то неправильные. Видел бы ты наших, земных! Вот если взять старуху Властелину, мадам из борделя, приплюсовать к ним олигарха и крупье из казино, перемешать их всех и взболтать, то и мизинца нашего земного банкира не получается. У нас, не минусовой рост, а очень даже плюсовой. Где как, бывает и под двадцать процентов дают, а бывает и под сто или даже двести. У нас: банкир дурака, видит издалека!
  - Да ну?! Быть того не может! Какой же идиот, будет брать, под плюсовой ссудный процент? Мне лично, такие не попадались. Процентная ставка не бывает положительной. Не верю!
  - Дело твоё! У нас так вот заведено: Именем закона, банк всегда прав! Бывает, люди отдать вовремя не успевают, так им ещё и штрафы прилепляют, коллекторами их травят. Педики одним словом, - с обидой за собственную банковскую систему говорил Тимофей.
  - Педики?! Что это слово значит? - поинтересовался Анисий, переключившись с банкиров. Тем более, те два банкира-замухрышки, что обедали на земле неподалёку, закончили свой обед и ускакали.
  - Как?! Ты не знаешь кто такие педики? Голубой, педераст, мужеложец, содомит? Гомосексуалист, гомик, гей, - эти слова тебе тоже незнакомы? - снова удивлялся Тимофей.
  - Полнейшая аннексия! Рассказывай, кто такие, чем знамениты?!
  И Тимофей рассказал! Всё, как есть, так и рассказал. Настал черёд оцепенеть и удивиться Анисию. Его даже передёрнуло от отвращения, а сам рассказ он не дослушал до конца, прервав Тимофея на гей-парадах.
  - Отвратительная мерзость! Паскуднейшая небылица! Глупейший фокус! Видать плотно ещё в некоторых головах из вашего мира, сидит паразит. Не понимаю, зачем?! Ведь от таких союзов, как не старайся потомства не получишь. В чём смысл?! Послушай, ну спят они у вас вместе, в это я ещё готов поверить, но куда они суют друг другу свои стручки? А?! Ага! Вот ты и попался на брехне! Вот ты и заелозил на грязной простыне! Совать то им стручки некуда. Природа не дала им подобной норки, как у милых женщин, - закончил Анисий самоуспокоением. Легче ему было принять, что такого не бывает, чем, поверить в жестокую правду.
  Тимофей наклонился к Анисию и тихонько на ушко шепнул, куда именно педики пихают друг другу свои стручки. Анисий чуть не подавился простым воздухом. Подскочил и с проклятиями начал плеваться в разные стороны.
  - Тьфу, на них! Ещё раз, тьфу! Проклятые паразитовы приспешники. Гадость-то, какая неимоверная. Бяка-то, какая! Ты только более никому не рассказывай, а не-то побить могут, за такие враки и вымыслы.
  Далее всё произошло, как в пословице - помяни чёрта и он явится. Рядом с беседкой прискакал один из тех, кто сверлил глазами окружающих на представлении у борделя. Тот самый, который был в чёрной рясе до земли и в чёрном капюшоне.
  - Блядский род! Дочертыхался! Паразитова проповедника притянул, - зашептал Анисий, а проповедник этот направился прямиком к беседке.
  - Ни слова! Молчи и прикидывайся глухонемым, а ещё лучше, глухонемым дурачком. Говорить буду я. Забудь кто ты и откуда. Прознает про твой мир, захочет через тебя туда попасть. В глаза ему не смотри, на вопросы его, внимания не обращай. Главное: не вздумай что-нибудь про паразита ляпнуть. Когда беса называешь бесом, он бесится, - только и успел тревожно прошептать Анисий, как паразитов проповедник был уже в беседке.
  - Здрав буди бояре! Позвольте, зело глупому страннику, отобедничать пососедству? Друзей мы выбираем сами, а сосед даётся богом, - заговорил голосом священника при чтении молитвы, новоприбывший.
  Однако услышать ответ он не успел. Внезапно, окружающее пространство разрезала былинная музыка. Очень похожа эта музыка была своим мотивом на песню "Русь", под которую всегда выходит на ринг, великий боксёр-профессионал Александр Поветкин. В след за музыкой рядом с беседкой скакнул здоровенный коротышка в булатной кольчуге и с мечом в руках. Мечом этим, коротышка замахнулся, и с диким боевым кличем кинулся на паразитова пастыря. Проповедник моментально ускакал, за ним скакнул и воин. Музыка исчезла!
  - Слава создателю, пронесло! Защитник от паразита, как всегда чётко сработал. Правильно, нечего им тут шастать. Пускай гоняет чертей. Есть место - буферная зона, вот пусть там и обитают, а на святую землю не суются! - проговорил Анисий.
  - Рассказывай, давай про паразита. Устал уже про него слушать, - заинтересованно попросил Тимофей.
  - Дела давно минувших дней - преданье старины глубокой! Давным-давно, много тысячелетий назад были на нашей планете различные цивилизации. Все они одна за другой выкашивались паразитом, словно колоски пшеницы. Получалось у него ловко, из-за многого ряда причин. То цивилизация была с биологическим строем и колеса не знала. То наоборот технократической была и забывала корни свои и создателя. В общем, были, развивались, а далее исчезали. Потом объясню, зачем это паразиту нужно. Так вот, так шло, пока не появились мы. Нас тут же взяли в оборот и в обработку. С одной лишь целью после уничтожить. Прошли мы путь от биосферы до технократии за три тысячелетия, а всё держались. Уж, почему именно на нас пал выбор создателя, то мне не ведомо. Однако без его помощи нам бы не устоять. Стоит пояснить, что бог, отец всего, есмь, всё сущее и всё грядущее, всё бывшее и всё никогда не случившееся. Получается все мы, и ты в том числе, непросто его дети, но и часть его самого. Одно бесконечно большое целое, частью которого все мы являемся. Но, на заре времён, от целого этого, отделился паразит. Огромной энергией обладающий, ушёл он в те низшие миры, кои для него были уготованы. Увлёк за собой бесчисленное количество заблудившихся. Вырвался, осознав себя частью, а не целым, и то целое, породившее его самого, лютой ненавистью возненавидел. Ну а поскольку, часть всегда меньше целого, часть целому навредить никакой возможности не имеет, занялся паразит уничтожением плодов творения, творца. Вцепился словно паразит и в нашу планету. И нарекли его десятками имён, и убедил он всех, в том, что его не существует. И витал он полный духа мщения, над лесами и морями нашими, но никто не признавал его за бога. Выбрал он тогда один слабый численностью народ, и покорил его. Сопротивлялся народ по началу, но где народ, а где паразит. Не устоял народ, и стал отравой остальным. Слепым оружием паразита занялся служить. Сменяя поколение за поколением, признали эти люди богом не того. Его религию внедрять по свету принялись неугомонно. Заметить стоит, что в религии его, завуалированно всё. Всё подавалось по добру заветам, по заповедям людям жить вменялось. Был там и любящий господь, и чёрт в аду рогатый, а человек там был рабом и путаницы много всякой. Затем раздору чтобы стало больше, разбил лукавый бог, религии на части. Их стало три, затем с десяток, позднее вместе с сектами с десятка три. Враждой, между собой, была поставлена задача. Потом, была и культивация пороков, и подавленье воли большинства народов, ужасный геноцид и, как итог война. Война не первая, но в этой, применили оружие, неимоверной разрушительной силы. Ядерное оружие. Но остов победил и устоял, тот что, про паразита начал узнавать. Пророки, мудрецы все подтвердили, и с той поры живём мы в мире. Ведь чтоб ему наглядно и действительно противостоять, достаточно две вещи осознать. Во-первых, что ты божий, значит с богом целый, а во-вторых, что паразит лишь часть. Гнилая часть, состряпанная неумело. Выходит раз такое дело, ничто не может сделать он тебе. Но и тебе его не стоит ненавидеть, его нужно принять, он есть, принять и попросту не обращать вниманья. Дезавуироваться от него и его слуг - приспешников попавших в его сети. Иначе ты неполон, если всё это не понять. Вот, вкратце, вроде бы и всё! Я не большой знаток истории и всяческих учений. Мы всю науку эту, впитали с материнским молоком, так что рассказывать мне есть немного трудновато. Что непонятно или интересно, потом поспрашивай у мудреца. Вот он большой мастак вести подобные беседы.
  - Напоминает нашего дьявола, по сути. Непонятно, правда, причём тут религия и паразит. Религия ведь есть от бога, - задумавшись, пробурчал Тимофей.
  - Заговорились мы с тобой, а меж тем делом, час прошёл! Ей-ей, опоздаем! Имея такого худо-бедного коня, болтать так долго на привале, непростительно. Ты глянь, он всё лопает. Сейчас наебенится, совсем идти перестанет. Когда кони сытые, они бьют копытами - это уж никак, не про него придумано, - забеспокоился Анисий и засвистел Феназепаму. - Обожрёшься ведь так! А ну давай быстро, аля-улю-аж-бегом, шагом марш!
  Феназепам, недовольно подошёл, злобно поглядел на Анисия и подставил спину Тимофею. Началась вторая половина пути. И началась она буквально один в один, как и первая. Феназепам стал ещё более ленивым и угрюмым. Анисий всё время беспокоился и поглядывал на свои карманные часики. Снова пришлось приободрять коня.
  - Как я понимаю, словосочетание "конь - огонь", совсем тебя не касается. Вот: "конь педальный" - это точно про тебя! Ты чего такой напружиненный? - сердился Анисий.
  - Тимофей, ну-ка, загляни ему под задние ноги. По-моему мы наняли кобылу, а не мерина.
  Феназепам, заискрил копытами сильнее прежнего. Однажды даже попытался перехитрить Анисия. Сделал вид, что якобы скачет мимо, а сам, подобрав ближайшую дистанцию, прыгнул на Анисия и чуть не укусил.
  - Этот конь, просто выжига и плут! За такую скачку запросить алтын. Да меня бы на его месте совесть потом слопала. Уверен, что самая распоследняя, целлюлитная деревенская корова, и та бы, домчала нас гораздо быстрей.
  Немного позднее, Анисий ускакав от зубов Феназепама, и появившись в десяти метрах от него, держал в руке через тряпочку, огромный пучок королевской крапивы.
  - Лови крапиву Тимофей! Может хоть это поможет! - кричал Анисий, а сам на ходу скакнул коню за спину, да с воплем: - Держи гусеница! - как хлестанул Феназепама по ляжке.
  - Чтоб тебя мухи обосрали! Чтоб тебе по самые гланды набежало, сукин ты сын! - завизжал, как шелудивый пёс на бойне, Феназепам.
  После этого подлого приёма, началась конкретная погоня за Анисием. Стоит ли сообщать, что оно-то Анисию и было нужно. Скакал Феназепам, яростно и прытко. Забыв про усталость и лень, нёсся конь по степи, ведомый яростью и местью. Тимофей трясся и ёжился, обхватив бока коня, ногами. Несколько раз чуть было не слетел, но пронесло. Ужасно захотелось спать, и в перерывах между особо опасными скачками, Тимофей отъявленно зевал. Таким образом, космопорт замаячил на горизонте в полшестого вечера. Успели! Анисий ускакал к воротам, а Тимофею и коню оставалось около ста метров. Вот на них, усталость и дала о себе знать. Еле-еле, доволочился Феназепам до ворот космопорта. В метрах в пяти повалился на бок. Коня загнали вусмерть. Пока конь валился, с него, в другую сторону, скатился Тимофей и тут же свернулся клубком да захрапел. Анисий даже растерялся, но быстро совладал с собой и Тимофея растормошил. Конь лежал на боку и плакал.
  - Что такое? - поинтересовался Анисий.
  - Алтын, или потерял в дороге, или проглотил! - навзрыд ответил Феназепам.
  - Могу дать тебе лишь один совет. Тщательнейшим образом, теперь, проверяй свои лепёшки, прежде чем их навсегда покинуть. Если проглотил, то сыщется алтын. Главное, что мы успели!
  - Так нельзя! На тебе ещё один, - Тимофей достал из башмака мелочь, отсчитал алтын и протянул коню. Во время того, как Тимофей прятал остальные монетки, к ним подскочил сотрудник космопорта.
  - Простите, что помешал вам прятать деньги, но возле ворот коням нельзя валяться.
  - Пару минут! Отдышится и отойдёт в сторонку. Вот, кстати, наши билеты, - отвечал ему Анисий.
  На коня при виде подаренного ему алтына, спустилось второе дыхание. Не стал он ждать пару минут. Резво вскочил, схватил алтын зубами и поскакал в тенёк.
  - Золотое ты сердце! А если честно, то просто транжира! - осудил Тимофеев поступок, Анисий по дороге к воротам.
  Вручили билет билетёру, а тот в свою очередь указал номер и место стоянки межпланетного корабля. Вот тут до Тимофея и дошло, что такое космопорт. Для начала космопорт был огромен. Не было видно его границ. Затем, повсюду располагались различные аппараты. Аппараты эти не стояли на колёсах или треногах, а все без исключения зависали намертво, в метре от земли. Аппараты были словно отлиты из зеркала и полностью, хоть и, искривляя, отражали всё вокруг. В этом они были схожи, но отличались в формах и размерах. Были такие, небольшие размером или с автомобиль или с вертолёт, но по формам походили скорей на семя подсолнуха, правда, идеальной точности. Были и просто сферические объекты и сферические, но вытянутые с одной стороны. Другие были пирамидальные или же овальные. Эти были более огромными, и размеры их начинались, в сравнение, от одного вагона, до десяти этажного дома. Ещё в середине космопорта, завис над землёй уж совсем огроменный аппарат. По форме он напоминал вытянутую сигару, также как и все был зеркальным, высотой метров двести, а в длину был что-то около километра. Но не все аппараты просто так стояли. Космопорт определённо функционировал. И тут, и там, эти самые аппараты, то беззвучно взлетали, то приземлялись. При взлёте, с ними происходила следующая метаморфоза. Корабли буквально обволакивала плазма, и они начинали ярко светиться. Затем некоторые на огромной скорости уходили в точку, другие же просто исчезали. На земле, космопорт кишел, словно улей. Повсюду сновали коротышки - пассажиры и пилоты. Кто прилетал, кто отправлялся. Совсем, как в простом аэропорту, вот только не было вокзала, как не было видно и какого-либо багажа. По периметру космопорта возвышались четыре высоких башни, непонятного назначения. Были и небольшие постройки, недалеко от ворот. На самой земле, имелись аккуратные дорожки из декоративной брусчатки, а за её пределами подстриженный газон.
  - Слушай, а куда мы всё-таки полетим? Что это за битва такая? - спросил с огромным запозданием Тимофей по пути. Волнение снова охватило Тимофея.
  - По дороге все расскажу. Расслабься. Пошли к буфету. Битва может быть долгой, да и космос потом тебе покажу, надо заправиться. Воды купить, перекусить чего-нибудь.
  В буфете взяли всё необходимое и прямиком направились к своему номеру причала. На причале их ожидал средней величины аппарат, примерно метров десять на десять и четыре в высоту. Только Анисий приблизился к устройству и, достав билетики, отразил в нём, как тут же от объекта ртутной каплей на землю капнула лестница, ведущая вовнутрь.
  Анисий поднялся первым, за ним глубоко дыша, залетел и Тимофей. Капля-дверь вернулась в обратное положение, закрыв выход. Внутри оказалось весьма светло и уютно. Посередине находился круглый столик, который окружали три мягких кресла. Стены аппарата переливались металлическими оттенками, будто были живыми. Не наблюдалось абсолютно никаких пультов управления, никаких кнопок и рычагов, не было и компьютеров да мониторов. Зато посредине стола стояла ваза с неведомыми Тимофею, красивыми цветами. Анисий предложил Тимофею сесть в кресло, и уже после него, сам сел напротив.
  - Итак, время без пятнадцати шесть. До прыжка ещё пятнадцать минут. Чем ты там интересовался? Ах, да! Куда мы полетим и как, - молвил Анисий и усмехнулся, увидев недоумение на лице Тимофея.
  - Так вот, я и говорю, полетим мы на планету Абаинию, наблюдать соответственно Абаинскую битву. Тёмная планета. Паразит там, вовсю гуляет. Тёмные века на той планете. Молодые цивилизации враждуют, а мы вот изучаем, наблюдаем не вмешиваясь. Должно случиться крупное сражение двух враждующих народов. Грех, имея на руках билеты, такое пропустить. Далее, ты спрашиваешь как. Тут тоже всё предельно просто. На этом Гравитоне, установлен гравитационный двигатель последнего поколения. На предельных оборотах, массу держит в четыре средние звезды. Огромная сила. Масса эта обволакивает пространство с нашей капсулой и как бы заставляет обтекать вокруг любую среду. То есть, мы запросто можем пройти, к примеру, сквозь гору, не повредив при этом её структуры. Под водой, в эфире, в космосе, внутри звезды, везде спокойно можем перемещаться на любых скоростях. Замечательно то, что проходя сквозь небиологический объект, мы никоим образом его не повреждаем. Он вроде как открывается перед нами, пропускает нас сквозь себя, а затем захлопывается уже сзади. Не меняя структуры и местоположения ни одного атома. Никакого возмущения среды и гравитационных полей. Понимаешь? Вижу, что слабовато. Ну, короче, можем скакать везде и всюду, не боясь за последствия. Так понятней будет! Место куда необходимо попасть, задаёт диспетчер через ретранслятор. Он и закинет нас на эту далёкую планету. На обратном пути, я сам задам направление и, как и обещал, покажу тебе космос. Всё просто и замечательно. Не то, что раньше. Раньше на импульсных двигателях летали, да на термоядерных. Затем научились через кротовые норы прыгать, но не-то всё это. Совсем не-то, - завершил своё научное обоснование, Анисий.
  Тимофей слушал очень внимательно и заинтересованно. Неожиданно прозвенел колокольчик и раздался голос какого-то коротышки.
  - Время, без пяти секунд шесть. Готовы? - проговорил этот голос, так ясно, как будто сам находился в третьем кресле. Странно это было, прежде всего, тем, что динамиков тоже не наблюдалось и в помине.
  - Готовы! - весело подтвердил Анисий.
  - Тогда, счастливого пути! Старт! - проговорил голос и затих.
  - И тебе не хворать, драгоценный диспетчер! - отозвался Анисий.
  Наступила тишина. Продлилась она секунд пять не более. Тимофей, вжался в кресло, в ожидании полёта. Но полёта не случилось.
  - Чего съёжился, как ёжик? Ты, наверное, думаешь, где ускорение, где болтанка почище той, что на коне, где космическая невесомость. Отвечаю. Ничего этого не будет с гравитационным двигателем, и быть не может. Вся прелесть в том, что все инертные силы, все гравитационные искажения, вакуумная невесомость, всё остаётся за пределами. Совсем не чувствуется ускорения, эдак в несколько махов. А так же и во время резкого торможения, тебя не размажет в лепёшку о стену. Повторяю - ничего! Да, кстати, мы прибыли!
  Тимофей не поверил, но тут внутри капсулы опять раздался чёткий голос. На этот раз это была девушка.
  - Поздравляю вас всех, с прибытием, на суровую планету Абаинию! - говорил-пел, мелодичный голосок. - От лица всей нашей команды, мы рады приветствовать вас на Абаинской битве. Меня зовут Екатерина Деборкадер, я буду вашим персональным гидом-проводником-переводчиком. Вот уже два года, как наша научно-исследовательская группа, находится на данной планете. Не вмешиваясь, и не обнаруживая себя, мы втайне изучаем этносы и фауну, а когда назревает что-нибудь интересненькое, конечно же, зовём зрителей. Как раз сегодня такой день! Итак, на планете Абаиния восемь часов утра, температура за бортом плюс восемнадцать градусов по Цельсию. Ветер юго-восточный семь-восемь метров в секунду, давление семьсот шестьдесят два миллиметра ртутного столба, влажность семьдесят девять процентов. Ох и нелегко им будет биться при такой-то влажности.
   Тимофей удивлённо слушал и смотрел на Анисия. Анисий же явно заскучал. Девушка гид, меж тем, продолжала.
  - Напоминаю, для тех, кто не в курсе. Уже четырнадцать местных лет, как идёт кровопролитная война между Дикингами и Деструктами. Дикинги являются немногочисленным, но воинственным народом западных широт. Широты эти в полной мере насыщенны различными металлическими рудами, углеводородами, а также прекрасными лесами, плодородной почвой, речками и озёрами. Как говорится, география - это приговор. В связи с такими, незаслуженными, по мнению деструктов, богатствами и была выкачена претензия. Рассмотреть претензию полюбовно, как вы изволите видеть, не вышло. Засим, начались боевые действия. За годы эти, было множество битв, а результата никакого. Тем более это странно, так как деструктия, является огромной восточной империей. Никакой численный перевес, до сих пор, не мог повлиять на ход войны. Посмотрим, что получится сегодня. Быть может сегодня, именно и наступит переломный момент. Теперь о расстановке боевых порядков. Западные утёсы и восточный берег реки Глубокой, обложили дикинги. На них они крепко и закрепились. С востока, на равнине вытянулось до горизонта войско деструктов, состоящее в основном, из покорённых народов, наёмников, проходимцев всех мастей, и так далее и тому подобное. Сами чистокровные деструкты, в армии своей, занимают только руководящие посты. И напоследок, добавлю. Всякая военная машина, может существовать лишь одним образом - поедая пространство вокруг себя. Печально, но факт! Желаю приятного просмотра. По ходу действия, буду делать замечания, и давать пояснения. Можете открыть видимость, - закончила пищать девушка диктор.
  - Открыть видимость! - скомандовал Анисий.
  И видимость действительно открылась. Да так открылась, что Тимофей едва удержался в своём кресле. Весь пол и боковые стены их гравитона мгновенно стали прозрачными, будто из стекла. Тимофею даже показалось, что вот-вот и они провалятся вниз. Но этого к счастью не случилось. Закрытой осталась лишь крыша гравитона. Вот что увиделось. Гравитон висел неподвижно примерно в ста метрах над землёй. Рядом, также застывшими на месте, располагались ещё шестнадцать подобных аппаратов, как потом позднее насчитал Тимофей. Но самое интересное было внизу. Снизу бил яркий свет. С одной стороны протекала шустрая и широкая речка. На одном из берегов речки, расположилось войско в несколько тысяч бойцов. На другом берегу реки устанавливались какие-то возвышения и непонятные катапульты. За ними, далее, начиналась лесная не проглядываемая чаща. По самой реке, туда-сюда, ходили малые суда и плоты. На той стороне реки, где расположилось войско, вдоль самого берега накидывались горы веток, мусора и брёвен. По флангам от реки имелись две высоты. Они также были заняты, и было заметно, что за обеими высотами в виде арьергарда прячется конница. Теперь глянув в другую сторону, увидел Тимофей, бесчисленное войско, выстроенное в ряды. Войско тянулось вглубь, судя по всему, пустыни, и конца его заметно не было. Войско было неоднородно в своей массе. По-разному переливались доспехи разных сотен. Ещё войско пестрело флагами и перед каждой сотней находились несколько трубадуров. В трёх разных местах, прячась за пехоту, располагались и конные отряды, и даже отряды колесниц. Перед первыми шеренгами скакали на огромных скакунах взад-вперёд командиры и видимо приободряли, да отдавали приказания. Приглядевшись повнимательней, Тимофей ясно увидал самое интересное. А именно, все воины были метра по два с половиной в росте и имели по четыре руки. Каждый отдельно взятый воин, держал одновременно два меча, щит и дубину, или же лук со стрелами, щит и булаву. Некоторые держали и по четыре копья для метания, а у некоторых имелась праща и камни. Вариаций, в общем, было великое множество, что и как держать. Доспехи воинов блестели на солнце, а в толпе нарастал рокот нетерпения. Оно и понятно, ожидание смерти, хуже самой смерти. Стоит заметить, что вместе с видимостью, на Тимофея и Анисия, обрушилась и вся какофония звуков. А звуков этих, от такого войска, было изрядной громкости, огромное количество. Посередине же, между войсками, как раз там, где завис космический флот, имелось просторное поле. Над ним почему-то уже кружили стервятники, всё время, норовя врезаться в один из летательных аппаратов.
  - Не беспокойся! Нас абсолютно с земли не видно. Мы на невидимом режиме. Вмешиваться в эволюционный порядок не имеем права. Сами до всего должны дойти. Уф! Интересное, однако, должно быть побоище. Жаль, не подумали, и не прихватили с собой бочонок ледяного эля с орешками, - дал свой комментарий Анисий.
   А тем временем, от восточного войска отделилась группа парламентариев на огромных лошадях и с белыми флагами. Группа это за несколько минут преодолела поле и очутилась рядом с большим шатром дикингов. И минуты не прошло, как на них набросились со всех сторон и беспощадно забили палками.
  - Вот-вот начнётся! - пропищал женский голосок.
  - Как думаешь, в каком гравитоне сидит баба-гид? - спросил Анисий.
  - Понятия не имею! - отвечал Тимофей, которому было совсем не до этой бабы.
  Меж тем, восточное войско отреагировало на этот чудовищно-подлый поступок громоподобным рокотом. Командиры встали по местам. Из середины волной пришёл приказ начинать. Первые шеренги медленно тронулись. В западном лагере, также все построились, и начали лупить по своим щитам, мечами. При этом громко крича, что-то похожее на: Абдур лукат, пиал пархат, абдур лукат, пиал пархат!
  - Пытаются ввести себя в транс перед боем с помощью ритма. А кричат: Я не свой, я божий! - прокомментировала, а заодно и перевела девушка гид.
  На середине поля вся эта огромная биомасса подобно единому живому организму остановилась. Через полминуты, сквозь её ряды в четырёх местах, вырвалась конница и галопом устремилась на западных. Подпустив конницу поближе, по ней открыли огонь из луков. Теряя множество наездников, конница упрямо рвалась вперёд. За конницей вперёд с диким воплем рванула и пехота. Трубадуры пронзительно за дудели в свои трубы. Подскочив к дикингам вплотную, конница нарвалась на поднятый частокол из заострённых брёвен. Несчастные лошадки на всём скаку натыкались на копья, после чего с дикой силой падали увлекая за собой своих наездников. А дикинги, тем временем, из-за частокола, начали забрасывать конницу камнями, стрелами и копьями. Пехота была ещё далеко и конница с позором отступила. Эхом прокатился победный клич западных, над полем. Однако радоваться было ещё рано. Подходила пехота. На расстоянии полёта стрелы, пехота перегруппировалась. Вперёд вышли витязи с тяжёлыми щитами. По два ряда защиты из щитов поставили в первый ряд, щитами же накрылись и сверху. Таким строем, прикрываясь лучниками, этот дракон медленно и сурово пополз на противника. Противник запустил рой стрел, так, что на минуту перестало видно звезду - источник света. Не помогло. Стрелы соскальзывали, попадая в щиты, или просто впивались в них, не причиняя никакого урона. Настала очередь восточных, запустить свои стрелы. Из-за панцирного дракона, одновременно вырвались десятки тысяч стрел. Судя по всему, на земле стало темно, как ночью. Во время обстрела, воспользовавшись тем, что противник укрывается, деструкты разогнались и клином вошли в первое укрепление дикингов. Началась рукопашная. Началась самая, что ни на есть, настоящая рубка. По первой, всё смешалось, и было совсем не понятно, где те, а где эти. Но примерно через полчаса, весь фронт вытянулся в одну большую линию. Стало очевидно, что восточная империя крепко давит оборонявшихся. Однако приглядевшись, Тимофей и Анисий, всё чаще стали наблюдать, одну и туже, тактику, правда, в разных вариациях. Дело вот в чём: в первых рядах дикингов, самые передовые войны имели оружие лишь в двух руках, в то время как две другие были свободны. В отличие от дикингов, деструкты были тяжело и по полному вооружены. То есть, помимо брони, имели занятыми, все четыре руки. Вот, как оказалось, для чего были нужны две свободные руки. Свободными двумя руками, дикинги, хватали противника, вырывали у того щиты или оружие, а затем, через себя разворотом забрасывали назад. При этом тут же поворачиваясь спиной к заброшенному, и повторяли данное действо уже со следующим нападавшим. Тому, которого забросили в тыл, приходилось не сладко. На него дикинги накидывались толпой, словно голодные волки на зайчонка. Естественно коля при этом штыками, копьями, награждая ударами дубинами и топорами, сеча доспехи и плоть, увесистыми мечами. Одним словом, в доли секунды, рубили на фарш. Не успевали порубить одного, как первый ряд подкидывал другого, и снова замыкал цепь. Далее тот же приём использовался иногда и над группами. Для этого, двумя клиньями пробивались вперёд два отряда штурмовиков, а затем метра через четыре-пять, воссоединялись. Тем самым в кольцо окружения бралось по нескольку деструктов, а иногда и нескольку десятков. С этими окольцованными группами происходило в точности, всё то же самое, что и с одиночками закинутыми назад. Их попросту разрубали на филейные части. Были и ещё более коварные способы закинуть врага в тыл. Из третьего и второго ряда, неожиданно вылетали длинные палки с острыми металлическими крюками на конце. Крюками этими зацепляли понравившегося деструкта. Первый ряд вежливо расступался, уступая дорогу, и беднягу пойманного на крючок, сквозь образовавшееся окно, яростно тащили на убой. После чего, окно естественно захлопывалось. Такая манера ведения боя определённо приносила плоды. Никто из восточных не рвался в первые ряды, так как определённо не желал участи погибших товарищей. Стоит отметить, что первые ряды западных, и без этих весёлых приёмчиков, бились гораздо более отважно и самозабвенно. Нередки были случаи самопожертвования в рядах дикингов, в то время как деструкты больше внимания и сил отдавали защите.
  - Вот вам наглядный пример того, какая разница, между воюющими за идею и воюющими за деньги или из-под палки. Недаром, военный девиз дикингов звучит так: "Не враг непобедим, а ты не победил!", "Лихость без хитрости - хуже дурости!". А на щитах у них у всех написано одно: "Лучше помереть в поле, чем в бабьем подоле!" - напомнила о себе девушка гид, таким вот образом.
  Никому не было никакого дела до неё высказываний. На них попросту не обратили никакого внимания, даже скорее их попросту не услышали. У Тимофея и Анисия сердца на тот момент отбивали боевой марш. Прилив адреналина и тестостерона в кровь разбавлялся заинтересованностью и азартом. Оно и понятно. Ведь внизу, в каких-то ста метрах, протекала настоящая битва, в которой реками лилась кровь. Не по телевизору, не на картинках в книжке, не из уст рассказчика, а прямо вот тут, в реальности.
  Прошло несколько часов боя, а обстановка оставалась прежней. Бой шёл уже определённо по трупам павших. На место выбывших, из бесконечного войска восточных, тут же палками подгонялись свежие. Не оставались без подкрепления и западные силы. То и дело, каждые пять минут, к берегу приставал плот или лодка с пополнением. Однако численное преимущество дало о себе знать. Где-то после обеда, деструкты потеснили дикингов к берегу реки. Вот тут и стали очевидными, те самые горы мусора и награждения из брёвен и камней. Точнее стало понятным их предназначение. Они попросту послужили дикингам тыловой опорой. С помощью их, дикинги не сыпались в реку. Но и это было не всё. Те, кого давка в первую очередь прижала к заграждениям, вскарабкивались на них. Таким образом, уже с возвышенности, было гораздо удобней метать камни из пращи, швырять прицельно копья, и запускать стрелы. Наступил переломный момент. Казалось биомасса противника вот-вот возьмёт, да опрокинет, оставшееся малочисленное войско в реку. Некоторых, к слову уже и опрокинули. Выяснилось следующее: безупречными пловцами оказался этот народ. Несмотря на металлические доспехи, каждый отдельно взятый дикинг, попав в воду, не терялся и не шёл на дно подобно топору, а начинал грести всеми четырьмя руками, словно вёслами, после чего опять упрямо вылезал на берег.
  - Чего же они арьергард свой, с высот, не задействуют? Чего ждут? - кусая кулак, процедил Тимофей.
  - Я почём знаю! - напряжённо отвечал Анисий, даже на Тимофея не посмотрев.
  Только Тимофей спросил, а Анисий ответил, как снизу, с земли начал поступать ответ. Вдалеке по правому флангу восточных, на горизонте возникло пыльно пятно. По мере приближения, пятно это стало разрастаться и увеличиваться в объёме. На земле фланговые восточных тревожно загудели в свои рожки. Когда пылевое облако приблизилось достаточно, что бы его можно было разглядеть с высоты, вот что увиделось. В авангарде конницы находились несколько сотен вооружённых до зубов всадников, но за ними, на конях верхом были женщины, подростки, или совсем уж дети. Все эти женщины и подростки, держали под уздцы ещё по три четыре лошади. Наездниками, которых были куклы и пугало. Сварганены эти куклы были весьма добротно. В деревянных руках имелись копья и игрушечные мечи. Головы были раскрашены в цвет кожи, с нарисованными глазами, носом и ртом. Доспехи пугалам заменяли листы фанеры, покрашенные в металлический цвет. Но только всё это было видно с высоты, а в пыли от скачки, да за спинами настоящих богатырей, перед восточными предстала многочисленная конница противника. В толпе эхом прокатился рокот. Сам бой немного приутих. Лишь отдельные передовые отряды, ослеплённые яростью боя, продолжали месить друг дружку.
  - Данный, хитрый манёвр, затеян с целью, обескуражить противника численностью. На самом же деле - это ловкий военный приём и дьявольский выверт, - дала пояснение девушка-гид.
  - Уж без тебя бы мы, никак не догадались! - огрызнулся Анисий.
  А тем временем, плутовская конница начала щекотать противнику нервишки. Подскочив на расстояние полёта стрелы, конница не стала сломя голову кидаться в бой, а именно стрелы в противника и запустила. Фланговые восточных, глубоко вдохнули, и также глубоко выдохнули, но уже в свои дудки. Дело в том, что конница деструктов, опозорившись и потерпев неудачу в начале штурма, ушла в глубокий тыл и там была рассеяна. Теперь же рожки призывали конницу собраться и выступить на врага. Внутри войска деструктов затеялись рокировки и передислокации сил. Всё это дало, дикингам на берегу и передышки и пополнения на нескольких плотах. Когда конница более и менее собралась в один кулак. Рожками была дана команда, пехоте расступиться. Пехота и расступилась, образовав коридор шириной метров в пятьдесят. Из него, навстречу супротивнику, браво набирая скорость и обороты, отчаянно улюлюкая на ходу, выскочила почти вся конница деструктов. Теперь наступила перегруппировка в коннице дикингов. Авангард умчался за высоту, а все женщины и дети, развернулись сами, развернули коней с куклами, и пустились наутёк. Да так пустились, что наделали опять-таки огромное облако пыли, в связи с чем, было непонятно, кто удирает. Погоня, она всегда приятна. Догонять бегущего противника, рубить его на всём скаку, оно всегда весело и смело. Вот и конница деструктов поймалась на эту наживку. Отважно поскакала она преследовать убегающих. Уже ничего не слышала конница и не видела, что осталось позади. А позади, осталось следующее. Свежий отряд авангард, прискакавший во главе дутого войска, вместе со свежими силами, весь бой ожидающими за правой высотой, речным потоком выскочили из-за высоты и моментально вклинились, в проём раскрытый пехотой. Тот самый проём, по которому выходила конница деструктов. Одновременно с этим, с левого фланга, точно так же, как и с правого, из-за высоты, на пехоту восточных, помчалась свежая конница дикингов. Помчалась она в то место, по линии совпадающее с разрезом на правом фланге. Определённо помчалась с одной лишь целью, воссоединиться со своими, которые уже отрезали у восточных, благодаря проёму, половину ширины поля. Полигамия звуков и до этого бывшая неимоверной, увеличилась в разы. К лязгу оружия, к воинственным крикам и кличам, топоту тысяч ног, вою рожков и труб, крику командиров, воплям раненых, агонистическим крикам умирающих, прибавились гром из тысячи копыт, паника и страх. Тем временем, левый фланг дрогнул под этим неимоверным натиском. На стороне дикингов в этом эпизоде, в качестве союзников имелись следующие причины. Первейшая - это конечно внезапность. Затем, отсутствие конницы у противника, и должных укреплений у пехоты против кавалерии. Далее, дикинги, отлично понимали, что делают, в отличие от растерявшихся деструктов. Более того, дикинги были воодушевлены, и яростны, в то время как деструкты, были подавлены и напуганы. Ну и наконец, отсутствие своевременных и главное правильных приказов от командиров, довершило череду неприятностей. Левый отряд западных успешно соединился с правым. Тем самым, отрезав одну треть восточного войска, словно жирный кусок пирога. В кольце оказались несколько тысяч воинов восточной империи. Осознав, какое горе случилось, император восточной империи Фемистокл, а именно он, по словам Екатерины Деборкадер возглавлял самолично поход, так вот, Фемистокл сразу же бросил резервы на прорыв кольца. Не тут то было! Конные дикинги, давили пехоту копытами своих бронированных коней, кололи копьями и секли мечами. В это же самое время, кольцо начали сжимать. По всему периметру окружения, дикинги яростно и неумолимо двинулись к центру. Началась самая настоящая бойня. Паника охватила сердца окружённых бедолаг, и многие начали десятками сдаваться в надежде на помилование. Рассвирепевший светлейший император Фемистокл, велел удвоить число штурмующих, а в назидание остальным, тут же казнил военноначальника левого прорванного фланга, отрубив тому голову. Битва за прорыв ужесточилась. Вот, чем ответили западные на возросший натиск противника. В двух местах, хитростью изобразили ослабление строя и имитировали брешь. Штурмующие с ликованием и победными воплями в бреши эти и ударили. Бреши искусственно расширились, но захлопнулись уже позади прорвавшихся штурмовиков. Тем самым приплюсовав их к числу окружённых. Это на корню затормозило желание остальных прорывать окружение. Энтузиазм спасать товарищей быстро угас и сошёл, на нет. Никому не хотелось оказаться в оцеплении, тем паче, что все прекрасно слышали, что твориться в этом адском котле. А творилось там, натуральное избиение. Было видно, что несчастным предлагали сдаваться, ставя тех на колени, но вместо обещанной жизни, им по очереди дубинами раскалывали черепа. Началась часовая рутина. За кольцом не смотря на все гневные приказы Фемистокла, местами шли вялотекущие потасовки, местами бой и вовсе прекратился. В кольце, перебили всех сдавшихся в плен дураков и трусов, и теперь добивали последних отчаявшихся, но продолжавших сопротивление сотен. Тимофея и Анисия трясло от подобной жестокости. Один раз даже Тимофей предложил обнаружить себя и тем прекратить мясорубку, но Анисий твёрдо ответил отказом.
  - Уважаемые гости, просьба оставаться на своих местах. Не покидает меня тревожное чувство, по поводу исчезнувшей конницы. Слетаем-ка мы посмотреть, куда пропала кавалерия деструктов, - проговорила девушка-гид, и Тимофей увидел, как один из кораблей плавно и беззвучно полетел в сторону исчезнувшей конницы.
  - Так я и думал, что баба-гид именно в этом гравитоне! Вот сердце подсказывало! - немного отвлёкся Анисий.
  Внизу происходило одно и то же, поэтому Тимофей и Анисий решили перекусить, вспомнив, что уже вечер, а они маковой росинки с утра во рту не держали. Елось очень туго, под все эти душераздирающие вопли. Кусок не лез в горло, да и жевалось кое-как. Поэтому, принятие пищи растянулось, аж на полчаса. Едва успели набить брюхо, как вернулась Екатерина Деборкадер.
  - Новости такие, - прерывающимся голоском затараторила она, - плохие для императора Фемистокла новости. Просто, я бы сказала, ужасные новости. Определённо командиры восточной империи не отличаются умом и сообразительностью. Вот и командир кавалерии, увидев перед собой ущелье, и то, что отступающие в него нырнули, решил, наверное, тихой сапой, убегавших в нём зажать. Итог таков, всю кавалерию терпеливо заманили в то ущелье, а затем на их дурные головы полетели камни, брёвна, копья, стрелы, но перед этим ущелье заперли обвалом. Нет больше конницы у царя Фемистокла. Такой вот плачевный итог.
  А внизу, в котле, добивали последних окружённых воинов. Те же, кто поначалу пытались прорваться на помощь, сами теперь думали, как бы унести ноги. Звезда - источник света, подходила к горизонту. Обе стороны устали и измотались, однако, это не помешало дикингам погнать восточных. Паника овладела сердцами деструктов. Бежали они, сверкая пятками, от дьявольской конницы дикингов. Бежали и на ходу бросали оружие. Бежал и сам император Фемистокл. Только вот гнали убегающих, западные не долго, параллельно рубя им на скаку головы. Бросили преследование, не доскакав и до горизонта. Возвращаясь громко кричали, кричавшим тут же эхом вторили остальные.
  - Пришли незваными - ушли драными! Враг задумал пировать, ну а будет горевать! Примерно что-то в этом роде кричат, - перевела девушка-гид.
  Бой был завершён безоговорочной победой. Победой сильных духом над слабыми. Победой хитрых над глупыми. Победой идеи, над её отсутствием. Победой меньшинства над большинством. Но вот, что ожидало зрителей, по завершению битвы. Не стали дикинги, тут же разбегаться по домам и открывать шампанское. Для начала, опытные войны, занялись тем, что всех своих убитых товарищей стаскивали в широкий ров за одной из высот. Раненых собратьев грузили на плоты и переправляли на другой берег, после чего, они на носилках исчезали в лесной чаще. Слоями убитых, тут же на месте и зарывали. Были несколько отдельных бригад, которые в повозки собирали оружие с поля боя. Но самое шокирующее, досталось молодым. Молодые и малоопытные войны, начали свежевать тела противника и развешивать их на кольях. Варварским способом, убитым вскрывались грудные клетки и животы, после чего отрезались головы. В таком состоянии, их привязывали к подготовленному деревянному столбу, а голову насаживали на кол или копьё. Ужасная картина творилась внизу. Еле-еле Тимофей сдерживал рвотные позывы, пока девушка-гид не объяснила предназначение сего ритуала.
  - Ошибочно предполагать, что все эти кошмары, задуманы, только лишь из-за кровожадности. Да конечно кровожадность никто не отменял, но суть в другом. Два зайца, одним выстрелом, убивают дикинги, проводя подобное мероприятие. Для начала, молодые и неопытные, изучают анатомию, так сказать практикуясь. Узнают на деле, где какие органы, куда и с каким усилием необходимо бить. Как и под каким углом лучше всего отсекается голова. Опять же привыкают к виду крови и внутренностей, к запахам привыкают. А во-вторых, конечно же, деморализация противника. Полнейшее лишение его воли, путём внедрения суеверного страха. Кому захочется ещё идти на такой народ, когда увидят такую картину. Так, что не волнуйтесь и не расстраивайтесь. Сплошная логика и ничего более, - исчерпывающе пояснила Екатерина Деборкадер, так, будто сама уже не в первый раз наблюдала такое действо.
  После подобных объяснений у Тимофея малость отлегло. Тошнота отступила. А звезда - источник света, этим временем скрылась за горизонтом.
  - Уважаемые зрители, битва окончена. Где-то ещё с час, внизу, будут заниматься, вы знаете чем. Ну а нам, можно отлететь подальше, в сторону убегающего войска деструктов, и осторожно спустившись, взять себе по сувениру на память. Только условия такие: Брать можно только оружие, амулеты, предметы обихода и одежды. Трогать монеты убитых, снимать с них украшения, категорически воспрещается. Мародёрства мы не потерпим. Всё остальное не наша добыча. Итак, полетели.
  И весь воздушный флот, плавно, не возмущая окружающего пространства, вереницей тронулся за флагманским гравитоном. Примерно через полтора километра остановились. Головной корабль просветил землю под собой тепловизором. В приличном радиусе, не было ни одного живого война. Тогда по очереди, прикрывая друг друга, гравитоны начали приземляться. Дошла очередь и до гравитона Тимофея с Анисием. Перед высадкой, девушка-гид, прочитала коротенькую инструкцию по безопасности. Спустившись из аппарата на планету, почувствовалась иная гравитация, нежели на земле, более лёгкая гравитация. Ещё пахнуло свежим ветром, вперемешку с дымом и кровью. Быстренько оглядевшись по сторонам, Тимофей и Анисий подбежали к двум огромным, четырёхруким, убитым войнам. Поразило Тимофея лицо убитого и красота доспехов. Лицо было ширококостным, безволосым, с огромными глазами и ушами. Всё лицо покрывала татуировка. Вырвал Тимофей себе кожаный амулетик, какого-то местного божка. Более практичный Анисий прихватил себе прекрасный кортик из грубой стали с костяной ручкой. К кортику имелся и грубый кожаный чехол. Правда, в руках коротышки Анисия, кортик этот смотрелся как самая настоящая шпага. С этими сувенирами и вернулись на свой гравитон, да воспарили метров на сто к небу.
  - Засим, прошу любить и жаловать! Для меня, было большой честью, служить вам, гидом-переводчиком на данной великолепной битве. Мы отправляемся на базу, писать по произошедшему, конспекты и диссертации, документировать и протоколировать видео да аудио файлы. Если кому понадобится полноценный, смонтированный фильм, через неделю, думаю, будет готов. Обращайтесь в космопорт. Всем до свидания, прилетайте к нам ещё. Знаю точно, в скором времени, беспокойный Фемистокл, возжелает реванша! - на этих добрых словах, гравитон с Екатериной Деборкадер испарился. За ним, стали исчезать и все другие гравитоны.
  - Пора и нам сворачиваться! Закрыть видимость! Ручное управление! - скомандовал Анисий. - Система Цицеала, звезда Платея! Пространственная точка в трёх мерном измерении - восемнадцать миллионов пять тысяч три на сто двадцать три тысячи восемьсот девять на число пи. Открыть видимость!
  Открыла видимость, божественной красоты космос, вокруг гравитона. Тимофей, буквально подскочил со своего кресла. Находились друзья в какой-то планетарной системе, недалеко от красивой красно-синей планеты. Навстречу гравитону медленно плыл ледяной спутник планеты. Вдалеке словно блюдце, ярко светила звезда, а уже за ней имелась огромная газово-пылевая туманность, напоминавшая своей формой лебедя. Туманность была фиолетово-сиреневых оттенков внутри, а по краям переходила в яркие тона, местами слепящие, местами ярко красные. Красота неописуемая. К этому прибавить, бесконечное количество всякой величины звёзд, и астероидный пояс вокруг красно-синей планеты. Такая вот получалась полная картина того, что вдруг бонусом увидел Тимофей.
  - Слушай, а невесомость на этом гравитоне можно испытать? - спросил Тимофей, вдоволь налюбовавшись на окружающий космос.
  - Смотря, как попросить! - лукаво отвечал Анисий.
  Тимофей, глянул на Анисия так, что тот сразу же дал команду на отключение двигателя. Тимофей вылетел из своего кресла. Вылетел и Анисий. Поразительные ощущения испытал Тимофей. Куда-то в сторону полетела ваза с цветком.
  - Вазу лови, вазу. Побьём ведь, платить придётся, - кувыркаясь, кричал Анисий.
  - Да не могу я её поймать, не получается! - кричал в ответ Тимофей. У него действительно, не получалось с непривычки двигаться в невесомости. Один раз он даже хорошо стукнулся головой о стену, не рассчитав силу и инерцию. Вазу поймал опытный Анисий, и сразу же запустил двигатель. Тимофей рухнул, прям в своё кресло, но только животом вперёд.
  - Пора возвращаться. Гравитон дорого стоит. Каждая лишняя минута, обойдётся нам в денежку. Кстати вот тебе ещё один фокус. Вот мы улетали ровно в шесть, без малого сутки пробыли на Абаинии, а вернёмся, часов будет примерно восемь, то есть от нашего отлёта, до возращения пройдёт всего пару часов. Как тебе?!
  - Это почему так?
  - Всё дело в расстояниях и опять-таки в нашем замечательном двигателе. Всякому школьнику известно, что две параллельные прямые в космосе, рано или поздно, пересекутся. В этом-то вся и прелесть. Искажения, да искривления. С ними можно и просто необходимо работать! Вот мы и работаем. Зачем нам терять драгоценное время на своей планете. Ещё прикол. Когда ты садишься в гравитон, он полностью сканирует твои поля и состояние клеток. Сканирует и запоминает. А по возращению, облучает тебя теми первичными показателями. Таким образом, ты можешь хоть год летать, где попало, но по возращению, ты станешь таким же молодым, как в момент отправления. То есть совсем по-простому. Улетая на гравитоне, время старения твоего организма останавливается и запускается только по прибытию. Это ли не чудо?! - Анисий смотрел на Тимофея гордо и вызывающе. Ожидал реакции трепета и удивления. Но уставший Тимофей подобных проявлений ему не выдал, а посему, Анисий дал команду на возращение. Как и раньше вернулись сразу после команды. Едва дверь-капля открылась, и путешественники ступили на землю космопорта, как к ним подскочил сотрудник коротышка, с приборчиком для выдачи квитанций.
  - С вас два алтына и три денежки. Билеты были туда-обратно, а вы уклонились от маршрута и провели в созвездии Цициала четырнадцать минут пятьдесят три секунды. У нас, всё почестному, всё по прайсу. Потрудитесь рассчитаться! - начал с порога наседать коротышка. Анисий многозначительно посмотрел на Тимофея. За удовольствия надо платить! Ничего не оставалось делать, как задрать ногу и залезть под стельку.
  
  Глава седьмая
  
  Настала явная пора, узнать, как обстоят дела, у Светки и кота. Тем вечером, в гостях у Властелины, кота в очередной раз обидели. Всё началось, конечно, с проклятого пса Тобика - собачьего депутата, но и затем, явное желание обидеть, весь вечер сквозило в пренебрежительном отношении к царской персоне. Жульена не-то чтобы не покормили, про него совсем забыли. Та миловидная, пахнувшая свежестью киса, на поверку оказалось самой, что ни на есть настоящей, динамо машиной. Продинамила Жигало в полном смысле этого слова. И это его-то, его - самого хозяина института, его - за которым все окрестные кошки волочились, будто кувшин поводу. Нелепейшая парадигма, упрямая, как факт - свершилось не свершаемое! Высказала киса, едва они покинули крыльцо, Жигану своё "фу", и с тем была такова. Что послужило причиной её, "не комильфо", для Жигало останется загадкой на всю жизнь. Быть может свисающие колтуны по бокам, кто знает! Затем решил Жульен искать утешение в набитие желудка. Опять промашка вышла в этот вечер. Тимофей уже был пьян, и городил полнейшую несуразицу. Светка увлеклась упражнениями, и вместе с девкой Агафьей усердно пыталась научиться скакать. Демьян, на вполне разумный намёк кота, об том, что кушать хочется всем без исключения, и котам бывает даже больше чем остальным, отправил кота погулять, развеяться.
  - Потом, потом, в другой раз, - вот какими словами накормили голодного Жигало на данном пиру. Терпенье лопнуло и кот в очередной раз, в своей кошачьей жизни, снялся с места.
  - Нужны вы мне, как туалетная бумага! Да пропадите вы все пропадом. Чтобы я, да не нашёл чего поесть?! Видали мы подобных куркулей! Обойдёмся и без вас! - с такими думками, кот в лес и убежал.
  В лесу все чувства резко обострились. Лес жил, лес шевелился, и звуки всяческие издавал. Кот приступил к охоте, к привычному для голодной молодости делу. Вся ночь прошла впустую. Толи добыча не шла к коту, толи кот к добыче, а желудок уже начал петь свои желудочно-пустотные песни. И вот удача! Под каплями утренней росы, пробрался Жигало к какой-то маленькой полянке. А на полянке, кошачьим слухом явно уловил, объект размером с мышку. Движение объекта было чётким. Собравшись быстро, расстояние определил, к земле прирос и изогнулся, затем прыжок. Попалась в когти, точно - мышка. Точнее если быть то мышка-няшка.
  - Пи-пи-пи! Ты что, совсем полудурок?! Чего тебе надо? - тут же запищала эта мышка. Жигало конечно растерялся. Те земные мышки, тоже конечно пищали оказавшись у Жигало в зубах, но пищали молча. Не отпуская мышку, кот удивлённо на неё уставился. С секунду поразмыслил, после чего ответил.
  - Хочу тебя съесть! Проголодался, как сирота на иждивении! Чего в этом странного?! Так природой завещано - коты едят мышей.
  - Ой-ей-ей! Пи-пи-пи! Да ты что, пьяный что ли? Или, быть может, из дома для умственно усталых, сбёг? С какой такой радости коты едят мышей? Коты мышей охраняют и оберегают. Коты мышам лучшие друзья! Ой, отпусти, больно же! - продолжала мышка-няшка сводить с ума Жигало. И кот не выдержал да отпустил. Сам сел рядом, весьма озадаченным. Мышка начала поправлять взлохмаченную шёрстку и вместе с ней причёску.
  - Слушай, давай ты замолчишь, а я тебя не больно съем?! А?! Ну не могу я так, когда ты трындишь, что попало. По лапам?! - всё ещё не сдавался Жигало.
  - Ай, помогите! Сумасшедшие в лесу! Ох и горе мне несчастной! - заголосила и запричитала мышка-няшка.
  - Да примолкни ты, наконец! Голова уже заболела! - раздражённо заметил кот.
  - Не убивай меня, добрый котейка! Ну чего я тебе плохого сделала? Несу спокойно, никого не трогая, деткам пшенички немного. У меня в норке девять деток сидят мамку ждут. Девять маленьких голодных ротиков. Ужели ты сиротками хочешь малюток оставить? Ужели у тебя там камень вместо сердца? - няшка-мышка начала всхлипывать.
  Это сработало. Аппетит у Жульена был основательно подпорчен. Да и мышка, причитая, увиделась ему в совсем, ранее никогда не замечаемом, ракурсе. Такая мимимишная оказалась мышка, что котяра мысленно попрощался со своим завтраком. Худые дела! Чем же, изволите, питаться коту в таком мире. Уж не травой ли с орехами.
  - Да угомонись! Не трону я тебя! Беги смело к своим мышатам. Одно скажи, чем тут у вас коты вроде меня питаются?
  - Известно чем! - моментально просияла мышка и, вытерев слёзы, продолжала. - Одно из двух, или идут на службу к людям за простоквашу, или же за ту же простоквашу идут, но уже к коровам. Людей, лечат, по утрам сворачиваясь калачиком на груди и урча при этом. А для коров, снимают клещей и прочих паразитов, плюс разведка новых пастбищ. По мне так с коровами выгодней работать. Свеженькое молочко два раза в день, да и напряги никакой. Пару раз за день залез на спину, убрал насекомых, спинку когтями прочесал и будь здоров, валяйся себе в теньке всё остальное время. - Подробно описала мышка не сладкое бытие котов на данной планете.
  На том и распрощались. Не мог кот долго разговаривать с мышкой. Пробуждалось желание её слопать. Хорошенькая, мать вашу, вырисовывалась перспектива. Нет, Жигало так просто не возьмёшь! Поглубже в лес решил продвинуться Жиган. Авось в дремучей чаще больше повезёт, а он обед себе найдёт. Нашёлся не обед, нашлись неприятности на зад кошачий. Весь день подобно ночи прожит был зазря. Никто коту так и не попался за день. Наступила вечерняя пора. Смеркалось. Снова вышел кот на малую полянку. На той полянке было тихо. Только было вылез из кустов, как вот какое диво. Навстречу стая небольшая бабуинов, тихонечко шагнула с противоположной стороны. Вожак той стаи был на бусах разноцветных из ракушек разных. Две самки, что постарше, детёнышей держали на спине. Ещё два молодых самца смыкали фланги, и самка модница была. Та самка модница, светила в сумерках лесных губами, накрашенными яркой красною помадкой. Но не помадка была главным её финтом. На здоровенной, словно тыква, красной заднице бабуинихи, нелепо были натянуты, самые настоящие стринги. Кот едва не поперхнулся от такой нежданной встречи. Самку-модницу, про себя, тут же прозвал: макака с красной какой. Остальные пугали своим неприветливым видом. Одним словом шобла-ёбла!
  - Чего тут забыл? Один? - не поздоровавшись, не представившись, грубо, нахрапом, спросил молодой самец справа.
  - Я, изволите видеть, пропитание ищу. Голод и беспокойный характер завели меня в эту чащу, - подозрительно ответил Жульен.
  - Тебя русским языком спросили - один? - точно так же грубо, спросил самец слева.
  - Исключительным образом.... Один! - не хотелось коту признаваться этим бандитским мордам, в том, что он один, да выхода другого не было.
  - Меркуша, хочу к зиме воротник из его шкурки! Ты только глянь, как мех играет в лучах заката. Хочу! - закапризничала бабуиниха-модница, обращаясь к вожаку группы - крупному самцу, после чего накуксилась.
  - Ты сам всё прекрасно слышал! Как говорится - такова жизнь! Советую не сопротивляться, так оно менее больно получится. Трахнем дубинкой по маковке, заодно и избавим тебя от голода да беспокойства, - степенно говорил вожак, да так, что у кота мурашки побежали по спине.
  - Хочу! - прибавила бабуиниха-модница.
  - Прикинем, что к чему. Хотя конечно если разобраться, негоже так валить всё в кучу. Мяу! Кадастры и реестры, первостепеннейшая штука. Без них никак не обойтись! - отвечал, спятивший от такой угрозы, заикаясь кот.
  - Ну же, не будь додиком! Прими это, как данность, - посоветовал бабуин справа.
  - Прям с языка стянул, - ему ответил слева бабуин.
  В мыслях у Жигана закипела каша. Подумалось - умаслить. Нет, нечем, да и не годится. Можно не знать бабуина, достаточно знать его принципы. Принципы данной компашки читались натурально. Вот ведь недаром говорится, что глупость наказуема. Зачем убёг от Тимофея со Светкой в неизвестном мире. Вспомнились обидные Тобика слова - "В воздухе определённо запахло пареной репой, а запаха первоисточник не кто иной, как этот кот". Был бы сейчас Тобик рядом, наверняка сказал бы то же самое. Что же делать? Пропадать из-за хотелок, какой-то полоумной обезьяны?! Бежать? Походу дела - Да, бежать необходимо! Все эти мысли, прокрутились у кота в голове, в течение одной терции времени.
  - Песня, а не воротник, получится! - мечтательно закатила модница, свои бессовестные обезьяньи глазки.
  - Да забирайте! Жалко мне что ли! Тоже мне ценность, какая нашлась. Дома у меня ещё одна валяется. Отвернитесь, я эту сам сниму. Обещайте только не хохотать над несчастным голым котом, - начал импровизировать Жульен, а сам бочком, бочком, да к краю опушки. Словно в пословице - Голова рассказывает, а ноги не верят! - получалось у кота.
  - Послушай, сквознячок - дурачок, как же ты шкуру то сам с себя снимешь? Умишка у тебя, как у воробьишки! - недоверчиво, спрашивал вожак. Но к душевному ликованию кота, было заметно, что клюнули.
  - Пуганому коту, только лозу покажи! Натренированные мы в таких моментах. Порода к тому же способствует. Не раз уже снимали с нас шкурку на воротники. Не верите?! А вот сейчас сами увидите! Только чур не подглядывать. Зрелище, вам сразу говорю, не для слабонервных. А для меня, к тому же, и стыдоба огромная. Зато вам, никого лупить дубиной, грех брать на душу, не придётся. Отворачивайтесь смелее, как сниму шкурку, так свистну.
  Не верилось Жульену самому, в то, что мурлыкал, но только это возымело силу. Разинув рты и почёсывая макушки, вся стая быдло-бабуинов, заинтригованно отвернулась. Тем самым были выиграны драгоценные минуты, для побега. Не стал кот медлить и в кусты на мягких лапах. Тихонечко, тихонько, далее быстрей, и вот уже подобно ветру мчится кот от участи печальной. Но что же бабуины? Ох уж эти ухари, взяли всё быстро, да и прочухали. В погоню бросились все кроме самок с детёнышами.
  - Вуа! Вуа! Бли-бли-бли! - раздались обезьяньи вопли по вечернему лесу.
  - Зря ты так! Теперь дубинка отменяется. Теперича с живого будем снимать шкурку, - громче всех вопил где-то сзади быдло-бабуин вожак.
  - Ауа! Ауа! Ап! Ап! - визжала макака, с красной какой, упрямо не желавшая остаться в зиму без воротника.
  Жиган мчался стрелой, но дьявольские бабуины догоняли, наступая на хвост. Бабуины использовали в погоне, не только землю но и деревья, ловко перепрыгивая с одного на другое. В один момент, молодой самец, схватил кота за хвост. Хана, подумалось коту, но без боя сдаться не в его характере и правилах. Вцепился что есть мочи и когтями и зубами в бабуина. От контратаки неожиданной такой, самец швырнул кота в кустарник, тем от себя порядочно отбросив. Секунды были, что казалось - всё, приплыли. Визг, гам, и грохот лес вечерний всполошили. Вот еле увернулся, от лап макаки с красной какой, кот. А вот, едва, не проломил ему с удара палкой, позвоночник, сам вожак. Смерть дышала Жигало в затылок. От страха у кота прибавилось силёнок, но в уме, с собой прощаться принялся Жульен. И к этому вели все предпосылки, как вдруг прогалина недалеко видна. Что ж помирать так уж на открытом пространстве. Пускай почестному, на земле, а, не прыгая на голову с деревьев. Туда Жульен и устремился, а выскочив на местность ровную, от удивления остановился. На той прогалине стояла стая серых волков. Вот это поворот - каков! Тем мигом, за котом на местность открытую, вывалилась и вся шайка быдло-бабуинов.
  - Ещё не лучше! Вообще заебца! Теперь уж точно не вывернуться! Растерзают в клочья, а уж затем поделят, - прикинулось коту.
  Но к удивлению, все про него тотчас забыли. Волкам он видимо был совсем без интереса, а бабуины скалить начали свои клыки в угрозе. Волки ответили рычаньем. Похоже, выходило, что у них какая-то вражда иль неприязнь. Вот ведь диво! Недаром говорится, что у кошки девять жизней. И потихоньку, без оглядки, бежал с поляны Жигало, не дожидаясь развязки. Уже в ста метрах, со спины, услышал вопли, драку, крики, рёвы. Прибавил ходу, жару наподдал, и темпом этим километров десять пробежал. Нашёл дупло вместимое на дубе, залез в него, зарылся в листьях, ветками накрылся, да так голодным в этот вечер отрубился. С лучами первыми светила, новыми приступами голода накрыло. Пришлось вставать и выбираться из уютного гнезда. Икота волнами вперёд его гнала. На матушке родной земле, кот чётко управлял уменьем, по геомагнитному полю находить дорогу. На матушке земле, забрось его с завязанными глазами, хоть на северный полюс, Жигало и тогда бы, с помощью изотропной антенны внутреннего уха, домой вернулся через месяц. А тут, всё было наизнанку. В этом мире, толи поля были слабы и неординарны, толи уж через-чур, своими завихрениями сложны. Но только ничего не говорило геомагнитное поле коту. Не понимал он, где находится, ни куда следовать далее. Пришлось идти наобум. Шёл до обеда. Стенки желудка в некоторых местах слипаться стали. Вот жажду утолить немного удалось, попив росы из крупных листьев. В обед кот вышел на огромное, до горизонта, поле. И вот она награда за мученья. На поле том, в беспорядке и хаотичном разбросе, паслись, именно коровы. Но зримые коровы лишь полдела. Ещё необходимо выудить у них немного молока. Кот начал делать это неумело. С той, что поближе, пегой бурёнки, начал отработку мастерства.
  - Денёк сегодня душный! Не находите?! - спросил её Жиган, как бы невзначай.
  - Му-у-у! У меня уже есть свой кот - приживалка! От своего не знаем, как отделаться. Пролетай мимо! - был дан не вежливый ответ.
  Понятно, двигаемся дальше по цепочке.
  - Какая нынче сочная трава. Вот если бы господь меня вознаградил и превратил в корову, то от такой травы, я б в век не оторвался, - мурлыкал кот уже другой, свинцово-серой.
  - Не мешай! Му! Мне доярка не разрешает, с вашим братом дела иметь. Мензуркой вешает по вечерам удой. Не дай бог, заметит пару граммов недостачи. Плыви дальше подкидыш, - промычала следующая корова.
  Опять промашка, снова неудача. Вон недалеко лежит новая корова, и вроде бы на всё готова.
  - Говорят, гнус к обеду лютовать начнёт. Слепни и оводы уже проснулись, с ними и клещи. Ох, беда, то беда! Куда бежать, куда деваться?! - уже мурлыкал Жигало бурёнке, в буйстве красок - хозяйке шкуры персикового цвета.
  - Ослеп?! Му-у! Не видишь разве, к хвосту привязанную мухобойку?! Переживём! Му! Не в первый раз. Му-у! Шагай, откуда пришёл, здесь не обломится, - в который раз был послан кот.
  Отчаянье котом на миг немного овладело, но поборов минутной слабости ненужный пшик, упрямо кот вступил в переговоры с новой коровой.
  - Везёт некоторым, еда прямо под ногами валяется. Бери - не хочу! А меня вчера вечером в лесу, чуть было бабуины не освежевали. Понравилась, видите ли, одной напомаженной мартышке, моя шкурка, - зашёл Жиган с другого краю.
  - Несчастный котик! Вот злодеи! Знаем мы их повадки гнусные, приёмы знаем. На нас набеги не раз пытались совершить. Да только у нас у всех на шее колокольчик. Достаточно махнуть три раза головой, и вот он - отряд из деревенских мужиков с граблями, вилами и косами в придачу. Послушай, спинка чешется, прям жуть. Не посмотришь, что за кровосос вцепился. По-моему так клещ, - к великой радости кота, такой ответ услышал он от бурёнки тёмно-вишнёвой масти с чёрной шерстью вокруг носового зеркала и у вымени.
  - Ай, момент! Уже смотрю, - кричал Жиган, а сам запрыгнул на корову. - Где? Повыше? Так, тут ничего. Немного ниже и левее? Ага, вот тут, пузырь какой-то присосался. Сейчас мы его вытянем наружу задом! Дело сделано! Вот сама полюбуйся.
  Кот, как это обычно делают деревенские коты, чтоб значимость свою всё время подтверждать, добычу преподнёс корове на обозренье. Корова осталась довольной.
  - А я ещё умею слепней отгонять. Когтями драть могу на шерсти сгустки грязи. Могу чесать бока, и бегать узнавать, где травка посвежей, - тут же, взял корову за рога Жульен, тем самым, набивая себе цену.
  - Как трогательно! Даже и не знаю! - начала ломаться и заигрывать бурёнка. - Ну ладно, раз уж ты такой покладистый и любезный - подружимся!
  - Мы за дружбу всеми лапами, да вот беда, натощак дружить опасно для здоровья. Проклятые бабуины, всю жизненную силу, всю энергию у меня вчера отняли. Чую, обморок не за горами. Вот-вот рухну! - опять, прямым намёком, ответил кот.
  - Да моя же ты милуша! Любушка ты моя! Этого нам только не хватало! Вот ведь изверги проклятые! Ладно, так уж и быть, покушай молочка парного голуба. Доярка всё равно только в девять вечера прискачет. Я, правда, стесняюсь жутко! Со мной такое в первый раз! Первенца моего, бычка, отняли в первый день в коровьи ясли, не успел титьку мамкину попробовать, - молвила корова, при этом кокетливо захлопала ресницами большими, и вроде даже, как бы покраснела.
  - Давай скорее, умираю! Спасительница! Огромного коровьего счастья тебе и всем твоим будущим телятам. Ой, лапы не держат! Ай, упаду сейчас! Давай, я готов, лей, - кот начал притворяться. Изобразил больного, упал на спину, закатил глаза, а рот наоборот открыл.
  - Так, сам бери, соси не ссы! Соси скорей, пока силы остались. По-твоему, я что ли, должна взять и сама себя подоить? Быть может после, тебя ещё и с ложечки немного покормить? - удивлялась корова.
  - Что ты несёшь? Как так - соси? Чего - соси? Не говори ерунды, лей давай молоко в рот, - отвечал ей так же удивлённый кот.
  - Не хочешь, не надо! - корова начала дуться.
  - Очень желаю, очень. Ты правильно заметила, ведь для меня, это тоже впервой. Что делать то хоть объясни, - всполошился кот. Еда буквально ускользала.
  - Определённым образом: сосать любой понравившийся сосец на вымени. Чего ж ещё? По-другому ты, как себе представляешь? - сжалилась и объяснила бурёнка.
  - Чтоб я, да начал сосать титьку? Недаром говорят, что все коровы тугие. Да пускай меня лучше бабуины на воротники попилят. Ни в жизнь! - кот просто обалдел, от услышанного предложения. Чтобы он, венценосный да солнцеликий, он, за которым гонялись повара, в надежде накормить парным мясцом, да вдруг сдуру, начал сосать сосец. Позор-то, какой. Срам-то, какой не смываемый. Репутация, она годами и с трудом завоёвывается, а потерять её можно в один миг, к примеру, таким вот уничижительным проступком. Нет уж! Уж лучше сдохнуть с голоду.
  Корова, на столь обидное восклицание кота, обиделась и молча возобновила прерванное насыщение. У коровы чуть было в первый раз не пососали молоко, но вместо этого, коровой в первый же раз и побрезговали. На том временно и разошлись. Корова дулась и паслась. Жиган сидел в сторонке под палящими лучами и страдал. У всех страданий есть предел, тем более, что к вечеру должна была прискакать какая-то доярка. После полудня кот сломался и виновато подошёл к корове. Раскаянье изобразил умело, а за раскаяньем не хуже обморок сыграл. Корова сердобольно прослезилась и кота простила. Обозвала пушистиком бедовым и луковым горем. После чего, хотя и с горем пополам, но всё же умирающего покормила. Новые ощущения испытаны были Жульеном. Однако молоко пришлось по вкусу и голод с лихвой утолило. И с этого вечера, Жиган с коровой подружились. Осел Жиган подле бурёнки. Лишь только в часы, когда доярка прибывала, Жиган корову оставлял. А в остальное время, дежурил рядом, словно верный страж. Ревностно отгонял мух да комаров, чесал усердно, траву наисвежайшую искал, за то в награду, хоть когда угодно, прикладывался к титьке. Короче, подле бурёнки, Жигало конкретно окопался.
  Имеют место быть на свете белом, две очень важные, но не приметные старухи. Антагонистами приходятся друг дружке, хотя, по сути, есть родня. Старух зовут старуха-пруха и старуха-непруха, в каждом без исключения, они сидят. Бывает, что и одновременно, в ком-нибудь засядут. Тогда у обладателя старух, то полный штиль и ничего не происходит, то буря из несчастий и везенья. Но всё же, чаще всего, старухи эти поодиночке атакуют и, чередуясь бесконечно, меняются местами. Явленье это называется в народе зеброй полосатой, вся жизнь из этих состоит полос. То чёрная полоска негаданно приходит, годами может длиться, но затем, её сменяет белая и это непременно. Секрет тут прост. Старуха-пруха, как и её сестра старуха-непруха, столь долго будут уживаться в носителе своём, коль столько - сколько будет их кормить носитель. Естественно старуха-непруха, питается нытьём, соплями и слезами, предпочитает страх и гнев. Весьма не плохо, переваривает раздраженье и унынье. И на такой диете, может сидеть годами, при том, усиливая аппетиты и потребности свои. Дурак, на это усиленье, ещё обильней начинает кормить старуху-непруху, любимыми яствами её, тем самым отодвигая подальше приход старухи-прухи. А между тем, выход лишь один. Немедля, по приходу в жизнь свою, старухи-непрухи, садить её на безжалостный голодный паёк. Тогда поголодав и обессилев, она сестре уступит место. Старуха-пруха тоже любит кушать, но только блюда те совсем другого рода. Добросердечность, радость, счастье, благодарность, вот объеденье для неё. И на такой диете, старуха-пруха вовсе не распухнет, а в тонусе поджаром, годами может пользу приносить. Пока её не перекормить. От преизбытка, у старухи-прухи может случиться несваренье, а с ним, гласит одно ученье: наступит перевоплощенье. Голодная сестра займёт освободившееся место, начнёт заквашивать уже своё желаемое тесто. По кругу снова всё пойдёт, пока хозяин тела не помрёт. Есть и ещё одна присказка. Для равновесия дана в круговороте том одна примазка. Чем дольше и больней кусается старуха-непруха, тем соответственно сильней на её место станет и старуха-пруха. Вот собственно и всё! А Соколова Светка, в момент эксперимента, и затем в новом мире, как раз подкармливала деструктивную старуху. Ругалась, ныла, обзывалась. За это всё старуха-непруха весьма неплохо развивалась и питалась. Но, что-то изнутри противилось и отторгалось, и Светка неосознанно урезала старухи рацион. В момент, когда веселье проходило у Демьяна, процесс смены старух Светлана проживала. В отличие от Тимофея, Светка была натурой любознательной и утончённой. В процессы жизни, что за гранью, с детства, гораздо больше вовлечённой. В дни отрочества в сказки верила, в деда мороза, затем подросши, в миры другие, в человека снежного, в объекты неопознанные, и прочие загадки. Теперь, когда воочию Светлана оказалась в неизвестном мире, все чудеса, произошедшие, ту веру только подкрепили. Скакнуть? Да вот ведь скачут и ничего с ними не случается. Необходимо обязательно скорее научиться. Для этого Светка, к себе располагает Агафью, дочку Властелины. Весь вечер, пока Тимофей бухает, парится в бане и попросту занимается, чем попало, Светка тренируется. Агафья ли оказалась добротной учительницей, Светка ли добротной ученицей, но только факт таков - тем же вечером Светка скакнула. Сначала скакнула, недалеко, метров на двадцать. Потом ещё и ещё раз. И ещё много раз скакала Светка, но рядом. После, накормила вдоволь старуху-пруху положительными эмоциями и выслушала лекцию от Агафьи. Более ничего её в селе том не держало, и Светка поскакала с любопытством молодым, скорее познавать сей мир. А алконавт Тимоша, пущай и дальше хлещет. Он никуда не пропадёт, его в случае надобности великой, Светка, представив, сразу же найдёт. Итак, Светлана поскакала по планете! Первейшим делом устремилась к водоёму. Душа затребовала моря и покоя. Представив море бирюзой, да берег отдающий теплотой, вмиг Светка там и очутилась. Однако пляж был полон коротышек. Всё совсем как на земле. Шезлонги, зонтики для тени, песок оранжевый, а за песком отели. Тут Светка быстренько сообразила, что некупальное на ней бельё. Пришлось скакать туда, где тихо, и это снова получилось лихо. Красивый дикий пляж, песок, чистейшая водичка, вокруг утёсы и главное, что ни души. Лишь чайки нарушают тишину, да волны, подающие к ногам морскую пену. Потрогала ногой водицу: просто прелесть. Поскидывала всё с себя и мыться. Едва успела окунуться пару раз, проплыть немного, как прямо рядом со Светкиной одеждой и бельём, прискакали два молодых коротышки с удочками. Завидя Светку, оценив всю суть, те рыбаки изрядно повеселели. Но шибко виду не подали, а занялись разматыванием удочек, установкой садков, приготовлением прикормки. Затем установив рогатки, эти двое, закинули удочки. Далее, положили удилища на рогатки, и принялись устраивать пикник, аккурат возле Светкиного барахла.
  - Алло дефективные! Вы это серьёзно? А ну, шагом марш отсюда! - закричала Светка, по шею опустившись в воду.
  - И не подумаем! - отвечали молодые рыбаки с идиотскими улыбками.
  - Вот сейчас вылезу, не постесняюсь, да засуну вам ваши удочки, в то самое место, которым кишка заканчивается, - заорала разъярённая Светка.
  - Это мы ещё поглядим: кто - кому и куда - чего засунет, - балдели коротышки на берегу.
  - Так! Считаю до пяти и выхожу на берег. Добром прошу, или отвернитесь или прочь пойдите.
  - Ещё чего! Право же забавно - угрозами сыпешь, а дела ноль. Давай уже скорее очаровашка - чаровница, вылезай на берег. А на такой подарок, получишь ты отдарок - ухой из пьяного язя тебя попотчеваем.
  - Ну, ребята! Ну, хватит бугуртеть! Разве не видно, что я голая? - Светка начала замерзать.
  - Это твои личные интимные трудности! Мы тут совершенно ни при чём! - отвечали, скалясь, бессовестные ребята.
  - Ах так! Тогда пиздрики держитесь за землю крепко! - и Светка в ярости поскакала на берег.
  Но.... Так было бы если бы, старуха-непруха управляла Светкой, а постольку, поскольку старуха-непруха в Светкином теле собирала манатки, уступая место сестре старухе-прухе, то вышло по-другому.
  - Ребята, будьте любезны, отвернитесь, пожалуйста. Я, видите ли, голой тут решила искупаться, - вот как начала Светка диалог.
  - И не подумаем! - ответили бессовестные ребята.
  - Тебя родители через соломинку, что ли надули? Такой кругленький! Не будь занудой, кинь хотя бы бельё, - спокойно продолжала Светка. Толстый коротышка на это немного надулся. Единственно, что нашёл сказать в оправдание своей полноты это следующее:
  - Пока толстый сохнет - тонкий сдохнет!
  - Обойдёшься! Может быть, мы хотим на тебя на голую полюбоваться, - кричал за обиженного приятеля, второй, худенький маленький засранец.
  - Правда?! А можно полюбопытствовать, зачем вам это нужно? - не растерялась Светка.
  - Надо полагать, жениться на тебе хочу, - в свою очередь не растерялся худой шибздик.
  - Ах, вон оно что! Ну, тогда всё ясно, тогда любуйтесь на меня голую, на здоровье! - Светка с этими словами, смело вышла на берег. На берегу, спокойно остановилась, потянулась, скрутила и выжала волосы. После чего вплотную подошла к заробевшим рыбакам, нагло выставив вперёд красивые груди.
  - Итак, ты обещал на мне жениться. Жду предложение руки и сердца, - настроение у Светки превратилось в шутейное.
  - Мало ли чего я на тебе обещал! - отшутился худой шпендрик.
  - Не по кавалерски! А ты пузырь? Может быть, ты жениться хочешь?
  - Не! Он алиментов боится, как огня. Вбил себе в голову, что за общением с женским полом, непременно следуют алименты, и никак его не переубедить, - отвечал за товарища более словоохотливый худой миздрюшка. - Более того, за алиментами, по его мнению, обязательно прискачет суперпристав, да опишет всё - включая последние портки.
  Пузач от прямого обращения к своей персоне раскраснелся, словно забытый в розетке утюг, начал сопеть и фыркать. В это время у него клюнуло. Поплавок провалился под воду. Вдвойне растерялся пузырь. С одной стороны голая здоровенная баба прилипла, с другой, не к месту клюёт. Взял пузач и ускакал от всего этого подальше, бросив и удочку и приятеля. Не стало пузыря рядом. От такого, худой лилипут и сам сник.
  - А теперь пофантазируй все свои пошлые идеи в обратном направлении, да уди спокойно рыбу, - подытожила Светка, после чего оделась. Стало ей скучно, и решила Светка посетить какую-нибудь местную достопримечательность или экскурсию. Худой посоветовал посетить развалины древнего муниципалитета. Объяснил, как туда попасть, за что тут же вытянул хорошую рыбину в награду. Светка же поскакала прямиком по заданному вектору.
  Первым, что увиделось по прибытию в новое место, было заброшенное поле. За полем примерно в километре имелся мёртвый город. Город в нижнем слое был совершенно заросшим джунглями, но начиная со среднего слоя, торчали многочисленные скелеты небоскрёбов. Сразу за полянкой располагалась какая-то будка, возле которой толпились коротышки. К ней Светка и устремилась. Будка оказалась отправной точкой на бесплатную экскурсию в древний муниципалитет. Светка встала в очередь из семи коротышек обоего полу. Минут через пятнадцать к будке приземлилась абсолютно плоская овальная платформа метров шесть на три. На неё очередь и погрузилась. По периметру платформу окружали перила Светке по пояс в высоту. Все экскурсанты, гид-проводник и Светка, рассредоточились по платформе возле перил. Платформа тем временем бесшумно поднялась вверх и плавно поплыла в сторону древних развалин. Когда внизу показались первые разрушенные дома гид-проводник начал своё повествование.
  - Обратите внимание, периферия не отличалась особой высотностью и изысканностью в отличие от центра. Здесь мы видим постройки монолитно каркасного происхождения с кирпичным заполнением. Правда заполнение это сохранилось частично, да и то местами.
  Внизу были видны разрушенные крыши когда-то жилых домов, школ, детских садов, магазинов. Далее платформа заплыла на территорию древнего парка развлечений. Об этом говорило только одно: сто метров в диаметре чёртово колесо. Ржавое и покалеченное оно умудрилось простоять века, а может и тысячелетья. Весь остальной парк был полностью заросшим кустарником и деревьями. После парка, внизу нарисовалась огромная площадь покрытая брусчаткой, сквозь которую почти везде пробивалась трава. В центре площади находился огромный восьми купольный храм. Крышу и стены храма время не пощадило, как и всё остальное. Храм был дыряв словно сито, но поражала его архитектура, и невольно закралось уважение к древнему зодчеству его построителей.
  - Церковь святого Мантиплюя, покровителя слабых духом и защитника от пороков. Учёные спорят о времени возведения храма. Одни относят его к первой половине третьего тысячелетия до нашей эры, другие ко второй половине. Одно ясно точно: при возведении церкви, скрепляющим раствором были только лишь куриные желтки разбавленные слезами чёрных вдов ожидающих казни, - выдал то, что знал о храме, гид-проводник.
  Тем временем, платформа подлетела к центру муниципалитета. Центр был буквально нашпигован высокими башнями, небоскрёбами по двести и более метров, в высоту, а так же имелось подобие телевышки. Все эти грандиозные строения, по прошествии неумолимого времени, оставили по себе лишь металлические каркасы. Стеклянные витрины фасадов давно превратились в пыль, точно так же как и всё убранство. Довольно унылое зрелище, но ничего необычного. Гид-проводник распылялся, сыпля терминами датами и событиями.
  - Ты, по сути, скажи, чего город был заброшен? - не выдержала Светка.
  - Как чего? Об этом знают даже дети. Ясно чего - война ядерная две тысячи сто восемьдесят лет назад, - в свою очередь удивлялся гид-проводник. Остальные коротышки на борту с удивлением повернулись на Светку.
  - Ясно! Просто спросила!
  Светка отвернулась и облокотилась на перила. Далее прислушавшись, отчётливо услышала за своей спиной, вот какого рода шёпот, двух коротышек:
  - У меня, дело прошлое, была один раз такая же оглобля. Ох и натерпелся. Купать меня носила, а в случае чего прямо в морду кулаком. Представляешь? Косая сажень в плечах - попробуй не угоди.
  - Не приведи господи! Просто мастодонт! Громада! Нелегко ей, наверное, передвигаться. Одежду на заказ приходится шить, мебель заказывать. А как дитя вынашивать займётся, так ещё и располнеет. Ужас!
  - Вот я про то и говорю. Зачем такие глыбы только нарождаются! Родителям, какое горе!
  Светка резко обернулась и прямолинейно уставилась на двух синильных коротышек. Коротышки, осознав, что были подслушаны, попытались изобразить хорошую мину при плохой игре.
  - Вооот такая махина! Еле вытащили втроём на берег. Чешуя блестит, переливается. Бог не обидел, - изобразил коротышка, растянув руки, якобы пойманную огромную рыбину. Сплутовать решили, будто бы речь шла о рыбалке, да об исполинских рыбинах.
  На первый раз Светка решила простить и не заметить. Отвернулась по новой, и начала разглядывать внизу остатки города. Не получилось. Точнее не дали.
  - Опасное дело, тише говори! Такой поколотить, что чихнуть. У этих долговязых порода такая, чуть, что сразу по шее. Между прочим, и уши у них огромные, так, что всё прекрасно слышат.
  - Хи-хи-хи! Видать крепко тебе твоя слониха насадила да надавала тумаков. Как думаешь, сколько локтей в этой?
  - Думаю, что очень-очень много!
  На этот раз Светка, резко развернулась не затем, чтобы опять молча проглотить обиду. Резко она подскочила к тому коротышке, который жаловался на свою высокую подругу.
  - Говоришь порода у нас такая?! Говоришь, поколачивали тебя?! А вот так делали?! - Светка схватила несчастного за ноги и, перебросив через перила отпустила. Коротышка полетел вниз. Все с изумлением замерли и оторопели. Раздался женский визг. Одна из коротышек девушек упала в обморок.
  - Ты, что сдурела?! - завопил приятель опрокинутого коротышки.
  - Помогите! Караул! - завизжал, словно сирена, гид-проводник.
  - Душегубка на корабле! - пискнул какой-то пожилой гном.
  - Ну чего вы раскудахтались?! Вы же тут все прекрасно умеете скакать. Вот и этот сто процентов в полёте ускакал, - оправдывалась Светка, правда без уверенности в голосе.
  К сожалению не ускакал. К великому сожалению, растерялся, не успел сообразить, что происходит, испугался опять же, что помешало, в общем рухнул. Разбился в дребезги с двадцати метровой высоты, да будто этого мало, глазом напоролся на торчавшую арматуру.
  - Глянь, что ты натворила! Полюбуйся! - продолжал истереть товарищ погибшего.
  - Свистите мельтона, чего рты посмыкали! - вторил ему гид-проводник, он же ответственный за безопасность на данной экскурсии.
  Светка нехотя нагнулась через перила и увидела кровоточащий труп коротышки. Инстинкт самосохранения подсказал лишь одно: бежать без оглядки. И Светка скакнула в какой-то лес. Секунды не прошло, как рядом с ней очутились гид-проводник и приятель покойного.
  - Врёшь! Не уйдёшь убийца! Свидетелей полная баржа. Не выкрутишься! - заорал коротышка именуемый другом.
  - Фьють! Фьють! - засвистел, засунув два пальца в рот, гид-проводник, вызывая мельтона.
  У Светки от ужаса потемнело в глазах. Присела она на корточки и начала всхлипывать.
  Но.... Так было бы, если бы Светкой по-прежнему правила треклятая старуха-непруха. А меж тем, старуха-непруха была уже одной ногой за порогом, в то время, как старуха-пруха обживалась на новом месте и, проголодавшись с дороги, очень хотела подкрепиться. Поэтому всё вышло так:
  - У меня, дело прошлое, была один раз такая же оглобля. Ох и натерпелся. Купать меня носила, а в случае чего прямо в морду кулаком. Представляешь? Косая сажень в плечах - попробуй не угоди.
  - Не приведи господи! Просто мастодонт! Громада! Нелегко ей, наверное, передвигаться. Одежду на заказ приходится шить, мебель заказывать. А как дитя вынашивать займётся, так располнеет. Ужас!
  - Вот я про то и говорю. Зачем такие глыбы только нарождаются! Родителям, какое горе!
  Светка резко обернулась и прямолинейно уставилась на двух синильных коротышек. Коротышки, осознав, что были подслушаны, попытались изобразить хорошую мину при плохой игре.
  - Обратный случай, - обратилась Светка к коротышкам. - Был у меня как-то в ухажёрах гном наподобие вас. Коллега по работе. Купать я его, конечно, не носила, да и морду ему не чистила, а вышло следующее: как-то раз, вознамерились эти полчеловека проводить меня до дома. Зачем ему это понадобилось, ума не приложу. Ладно, думаю, хозяин - барин! И вот на пути нашем стала огромная лужа. По-рыцарски решил орудовать мой карлик. Стянул с себя пальто, бросил его в лужу, да только и половину лужи не покрыл. Тогда что бы вы думали, учудил? Правильно, поднатужился и поднял меня на руки, после чего браво шагнул в лужу. На полпути, что-то скрипнуло в его костях, затем треснуло, и грохнулся мой обожатель прямо на спину да прямо в лужу. Ноги его при этом подогнулись под себя, а сверху мной накрыло. Неприятная история, одним словом, вышла. Скорая помощь отказывалась брать, в виду того, что абсолютно грязен. Кое-как в больницу препроводили, а там два перелома ног и таза. Был коллегой, стал калекой. Такие вот дела, - закончила Светка и расхохоталась. Просмеявшись подошла вплотную к едва дышащим коротышкам, обняла обоих за плечи, и шёпотом игриво добавила. - Открою вам ужасную тайну! Там, откуда я родом, все такие. Там, я даже до среднего размера не дотягиваю, в связи, с чем приходится носить жутко не удобные туфли на высоком каблуке.
  - Вот оно что! То-то мы смотрим, не совсем обычная ты какая-то! - не сговариваясь, выдали одно и то же, просиявшие коротышки.
  - Надоели вы мне все по горло! Душа требует образованного порядочного светлого места. Неужели нет такого? Трахнула бы вас лбами, как следует, да везёт вам сегодня - настроение у меня отличное. Пока задроты! - на том Светка ускакала с платформы, представив себе, такое место.
  Очутилась Светка в ухоженном саду. Внутрь сада шла аллея, по бокам которой, имелись скамейки. Кусты были декоративно подстрижены, и повсюду имелись клумбы с цветами. Вот так диво! Удивительное место для такого мира. По тропинке Светка направилась вглубь. Шла недолго, и в конце аллеи наткнулась на невысокий забор. За забором виднелись беседки и качели, ещё виднелись цветущая черёмуха и сирень. Но главным удивлением был дом, точнее замок. Не в пример ранее виданным халупам, этот дворец был целиком из белого камня, а крышу покрывала черепица. Сам замок имел три этажа, крыльцо с двумя колоннами и множество огромных окон. Не успела Светка завершить осмотр, как внутри двора скрипнула качель, заиграла музыка какого-то струнного инструмента, после чего женский голосок мелодично затянул:
  Я черешенку покушаю, покушаю, покушаю.
  Музычку послушаю, послушаю, послушаю.
  Итак, несколько раз подряд. Светке стало любопытно, и она заглянула за забор. За забором, молодая девица в шикарном платье, качалась на качели, действительно кушала черешенку из красивой вазы и действительно слушала музыку, играющего рядом на гуслях, молодого коротышки в белом костюме. Тут же песенка, а с ней и музыка оборвались. Светку засекли. Прятаться дальше не имело смысла, и Светка выпрямилась в полный рост.
  - Мы разве ждём гостей Артемон? - спросила девушка у музыканта.
  - Не изволю знать ваше сиятельство! - отчеканил Артемон.
  - Так, поди, узнай, глупая челядь! - приказала строго девушка.
  Артемон молча повиновался. Мгновенно бросив свои гусли, подлетел к забору и завёл со Светкой непринуждённую беседу.
  - Вы, имею честь кланяться, с визитом к нашей светлости или как?
  - Смотря кто такая эта ваша светлость, - сообразила, что ответить Светка.
  - Как? Вы не знаете графиню Акулину Бабаян? Позвольте, разве может такое быть?! - удивлялся Артемон.
  - Артемон, ты заставляешь свою госпожу ждать! - нетерпеливо крикнула графиня и спрыгнула с качели.
  - С визитом, с визитом я, не волнуйся! Докладывай слуга покорный, мол, явилась для личного знакомства, баронесса Светлана Соколова.
  Артемон просиял и полетел докладывать. Доложивши получил хорошую затрещину, а за ней и пинок под зад.
  - Ей богу, отведу тебя завтра на рынок и продам за полушку. Мир не видал более тупого слуги. Свисти остальных холопов, пускай накрывают на стол. Отворяй праздничные ворота, да кланяйся в ноги трижды, да чтобы губы твои касались носков туфель почтенной гостьи, - бранясь на Артемона, графиня сама соизволила подойти к воротам и поприветствовать гостью. К воротам подошла и Светка. Ворота отворил очумевший Артемон и тут же бросился целовать Светкины туфли. Акулина Бабаян же тем временем, расплылась в улыбке, немного присела на откинутую назад правую ногу и в пол туловища поклонилась. Так видимо было принято здороваться у знати, сообразила Светка и в точности скопировала тот поклон. После чего обнялись, как подруги после долгой разлуки.
  - Душенька моя, ну почему ты так долго не приезжала в гости? Соскучились мы просто грех как. Живу тут одна среди побегушек, холуёв, да прочей публики, приличного общества не вижу. Огрубела, словно деревенщина. Рассказывай душенька, что нового в свете? Какие нынче в моде туалеты?
  - Главное, что теперь-то я здесь! И я соскучилась, и я натерпелась от подобной вульгарщины. От грубости и хамства мужского, спасаюсь в твоём дворце, графиня. В свете ничего нового: князь Дабл-Трабл женился на бастардке, а граф Дракула, поговаривают начал пить кровь своих крестьян. Да и ещё, буквально вчера сорока на хвосте принесла: барон Мюнхгаузен всё-таки одержал победу над мельницей.
  - А молодой дофин? - на полном серьёзе вопрошала Акулина.
  - А что молодой дофин? Чего ему станется?! По-прежнему молодой, по-прежнему интересен!
  Говоря всю эту нелепицу, Светка думала, что баронесса примет всё за шутку, и они вместе похохочут, однако баронесса всё приняла за чистую монету.
  - Горе, мне горе, несчастной! Сижу тут, словно в лесу дремучем. Все балы, начиная с позапрошлого года, прогуляла. Бароны да графы вон чего вытворяют, а я ведать не ведаю. Сам господь послал тебя ко мне баронесса Светлана. Чаю с дороги?
  - Не откажусь, - удивлялась наивности графини Светка. Ей начинала определённо нравиться эта графиня. Светка всегда грезила высшим светом, и вот он обрушился на неё внезапно и восхитительно.
  - Да что ж ты будешь делать! Артемон, считай, что ты уже одной ногой в базарных рядах. Где холопы накрывающие столы? - Артемон, что-то промычал из замка, а Акулина пожаловалась Светке. - Придуривается глухим постоянно, а когда надо, мышку в норке слышит. Маленькая ремарка - ругань снижает боль! Мигрень меня доканывает, так вот, как только начинаю на них кричать, так тут же всё проходит. Попробуй сама в случае чего. Дело тебе говорю.
  - Запомню! Пороть не пробовали?!
  - Пороть? А ведь прекрасная идея! Как же я сама до этого не дошла?! Обязательно применим. На первом же провинившемся проверим.
  - Только, чур, не сильно. Скорее больше для острастки, нежели для бичевания, - спохватилась Светка.
  - Вот, что значит истинное благородство! Вот, что значит белая кость да голубая кровь! Милосердие даже к чужим холопам. Прости меня, слеза навернулась. Платок мне!
  В это время на улице подле дворца засуетились пять коротышек в белых костюмах. Коротышки эти в великой спешке начали сервировать принесённый ими же большой стол. Один из них тотчас подскочил к своей госпоже и преподнёс, словно святыню, прекрасный кружевной платок. Слеза была вытерта. Кивком Акулина Бабаянова пригласила Светку к столу. На столе имелись аппетитно пахнувшие яства - не чета продуктам с деревенского стола Демьяна.
  - Всё как есть, со своих угодий. Без какого-либо подмесу! - хвалилась графиня, наливая баронессе чай на прошлогодних желудях.
  - Забронируй подруга мне вон тот кусочек печенья, - Светка только сейчас вспомнила, что уже сутки, как ничего не ела.
  - Сим, заявляю - ты теперь моя сестра! - растроганно восклицала Акулина.
  - А при дворе сейчас такая полития, - вошла во вкус от собственного вранья Светка, - за неимением гербовой, пишут на простой.
  - Что ты такое говоришь? Неужто на простой? Какое огорчение моим ушам. Куда только катится этот мир?!
  - Точно так, на простой. На той самой, которую на самокрутки, крутят.
  - Круговая порука - сложная штука! Предлагаю завтра же написать депешу, именно на гербовой, в которой высказать наше сдвоенное "Фи" в сторону такой абсурдной политии.
  - Обязательно так и поступим, - отвечала Светка, и подруги обнялись от радости обретения друг друга.
  - Только не говори сестра, что ты замужем! Не рань моё сердце, - вдруг встревожилась Акулина. - Замужние и часу лишнего посидеть не смеют. Сбегают к мужьям своим стервы. Одна такая в прошлый раз пять минут посидела и к мужу бежать. Только бежать то уже было не к кому. Муж сам сбежал от неё - опытный тип оказался!
  - Чтоб я да вышла замуж, да никогда и ни за что! Правда прибыла я сюда с одним чудиком, только он вместо того чтобы взять дело в оборот, командование на себя взвалить, первым делом напился как свинья. Генеральным дураком себя выставил. Со стыда можно сказать и утекла.
  - Совсем не удивительно! Давно известный факт: мужчины и доброе имя - несовместимы!
  - Глубокая мысль сестра! Всю жизнь об этом знала, но чтобы вот так сформулировать, до меня не доходило.
  - Мерси баронесса!
  Подруги снова крепко обнялись.
  - А правду говорят, что при дворе последняя тенденция такая: все бабы рассматривают в зеркала свои задницы? Мол, какой-то определённый параметр размера нынче в моде?!
  - Истинная, правда! Все без исключения целыми днями только и делают, что пялятся. И забегая немного дальше, осмелюсь предположить, что далеко не только при дворе, но вообще везде, где есть зеркала, пялятся.
  - Не только наша красота, но и простота спасут мир, - проговорила графиня с грустью в голосе.
  - Твоя светлость устала! Не грусти сестра, им нас не понять!
  В этот момент, как гриб после дождя, перед пирующими светскими львицами возник служка с подносом конфет.
  - Тьфу ты, чтоб тебя черти на том свете прокрутили! Напугал деревянная голова. За это наше волеизъявление будет таким: тебе и быть первым поротым. Ты ведь надеюсь не застрахованный? Завтра поутру пойди, нарви хороших ивовых прутиков и чтобы не тонкие были, - так отблагодарила Акулина служку за конфеты. Светке очень понравилось обращение Акулины с прислугой, а главное, что пригодилась её - Светкина идея про порку. Вот будет занятное зрелище!
  - Чур, только не до крови и мяса! Не люблю все эти жуткости, - просила баронесса Светка.
   - Вот, что значит истинное благородство! Вот, что значит белая кость да голубая кровь! - повторила восхищённо Акулина Бабаян, после чего предложила Светке пойти разложить пасьянс в гостиную комнату. Об том, что Светка остаётся ночевать, да и вообще гостить как можно дольше и речи не шло. Всё итак было ясно. Да и Светке всё в доме этом по душе пришлось, а потому осталась с превеликим удовольствием.
  
  Глава восьмая
  
  Рассчитавшись за просроченные минуты, проведённые в космосе, Анисий с Тимофеем выкатились за ворота космопорта. Сутки без сна, давали знать о себе, усталостью и бесконечной зевотой. Но в этом мире прошло всего лишь несколько часов, а потому конь Феназепам распластался коротать ночь недалеко от ворот. К Феназепаму первым делом и подошли. Подошли, да чуть сразу не подавились от смеха. Насмешила поза коня. Феназепам развалился на травке, на спине, широко расправив задние ноги, передние же сложив на груди. Обычно так спят ленивые коты на диванах, но чтобы лошади... Такое Тимофею увиделось в первый раз. Будить "загнанного в жопу" коня справедливо не стали. Да и на самих усталость накатывала свои, всё увеличивающиеся, волны. Решили заночевать в отели при космопорте. Анисий поклялся, что всего за копейку им выделят роскошный двухкомнатный номер. Сказано-сделано, направились в отель. Тут дорогу преградил коротышка дворник и застенчиво поманил Анисия пальцем.
  - Что такое отец?
  - Конь - ваш друг? - спросил дворник.
  - Допустим, дальше что? - зевая, отвечал Анисий.
  - Подметаю я давеча рядом с ним, глядь, а рядом с хвостом алтын валяется. Ну, я будить, естественно не стал. Думаю, приберу алтын, а хозяева если сыщутся, то отблагодарят старика. Соблаговолите видеть - алтын! - старик дворник раскрыл ладонь, на которой действительно лежал алтын, скорее всего потерянный конём.
  - Очень мудро с твоей стороны папаша, - отвечал Анисий, а сам ловко схватил алтын с руки дворника. - Спасибо тебе огромное! Если я что-нибудь найду, я тебя тоже обязательно позову. А теперь иди, работай!
  С этими словами, ничтоже сумняшеся Анисий, поковылял к отелю, кивком пригласив Тимофея следовать за собой, а растерявшегося от такой наглости дворника совсем не отблагодарив. В отеле зарегистрировались быстро. Копейка сделала своё дело, и путникам достался действительно двухкомнатный номер. Зайдя в него, Анисий хлопнул в ладоши. Мгновенно загорелся свет. Удивительным оказался источник света. Подобие энергосберегающих лампочек по нескольку штук валялись в вазах, и настенных углублениях. К ним совершенно не протягивались никакие провода. Однако лампочки горели на лицо.
  - Как же так? Откуда подходит электричество? В чём фокус? - поинтересовался Тимофей.
  - Известно откуда! Из эфира естественно и уж точно не из моего кармана! - обыденно отвечал Анисий.
  - Слишком много всего для одного дня. Давай-ка спать, - предложил Тимофей.
  - Ни в коем случае! А засада?! Про воришку ты и позабыл, как я погляжу. Делаем так: ложись и притворяйся храпящим. Я спрячусь за твоей кроватью, но перед тем повесим на ниточке по периметру кровати несколько колокольчиков. Как только зазвенят, хватай вора, а я на подмогу выскочу.
  Так и поступили. Нелегко было Тимофею притворяться храпящим просто так. Того и гляди храп угрожал из притворного стать обыкновенным, то есть настоящим. Держался Тимофей до полуночи. Уже и Анисий за кроватью начал посапывать, а к Тимофею в голову настойчиво долбилась фея сновидений, как колокольчик зазвонил. В потёмках Тимофей нащупал руку и крепко её схватил. Очнулся и Анисий, а очнувшись, хлопком ладош врубил свет и выскочил из-под кровати. Оба, были шокированы, увиденным. Под чёрным капюшоном скрывалось злое лицо старухи Властелины.
  - Ку-ку ёпта! Попалась старая сандалия! - завизжал Анисий.
  - Тебе чего, мало тех рублей, что ты ранее у меня попятила? - удивлялся сонный Тимофей, не выпуская старуху из рук.
  - Заклинаю! - громко крякнула Властелина, подняв при этом указательный палец на свободной руке, вверх. После чего начала трястись, дёргаться, вываливать пену изо рта. Лицом позеленела, посерела, посинела, да прямо и шмякнулась об пол.
  - Это всё от жадности. У старой обиралы, как у того осьминога: от собственных чернил, произошла изжога! - констатировал Анисий.
  Тимофей от приступа старухи растерялся и руку отпустил, чего, как показали дальнейшие секунды, делать было категорически нельзя. Только Властелина рухнула на пол, только Тимофей её отпустил, как она тут же под сурдинку и ускакала. Получалось, Властелина притворялась.
  - Офигенный моветон! - только, что и нашёл сказать Анисий, после чего опять предпринял попытку скакнуть за старухой. Как и в первый раз - не получилось.
  - Опять зашифровала свою мину, опять рассеяла свой образ! - ругался Анисий, хватаясь за голову. - Ничего не получается! Не разумею, как выглядит, хоть тресни. Сам попробуй! Ну, ничего, я на неё мудреца то завтра натравлю. Это уже уголовная статья, так просто теперь не отделается.
  Тимофей удивлённо попробовал представить Властелину, ведь вот же она, минуту назад позировала, а ни черта опять не вышло. Снова да ладом, вместо Властелины, в голову лезли: рулон обоев; бидон помоев; исход евреев; поджог сараев; забег дебилов; отряд ковбоев и прочая муть. Всю эту муть Тимофей ранее где-то уже слышал в выражениях, а вот теперь воочию увидал. Тимофей поднапрягся и с упрямством достойным подражания попробовал ещё. Вышло следующее: кулёчек гороха; полтора скомороха; арбузная корка; сопливый Егорка; тупая как пробка; палёная водка. От этих попыток, у Тимофея даже немного закружилась голова. Анисий дал ему попить воды, и пообещал, что после поимки старуха больше не рискнёт. А посему с чувством выполненного долга легли спать и моментально вырубились.
  Утром, наскоро позавтракав, первым делом, направились проведать коня. Феназепам спокойно себе пощипывал травку ровно там, где был вчера оставлен.
  - Раз уж ты оказался таким честным и ночью не сбежал, обещаю: больше не буду тебя дразнить. Тем паче, что торопиться сегодня нам особо некуда. Мудрец в полднях пути на перекатной горе свою берлогу организовал. Понял куда везти? - примирительным тоном выпалил Анисий.
  Однако такие обидные вещи быстро не проходят. Необходимо иметь сердце таким огромным, как у слона, чтобы всё за ночь забыть и простить. Феназепам, судя по всему, имел маленькое и злопамятное сердце.
  - Без всякой "пыли" разберёмся! - злобно отвечал Феназепам.
  - Ну, вот и ладненько! Встречаемся в полдень у подножия горы. Опоздаешь: клещами вырву алтын из глотки, - тут же нарушил своё обещание Анисий.
  - На одно копыто положу - другим прихлопну! Станешь спрессованным! - огрызнулся конь.
  Вмешался Тимофей и затушил раздуваемый фитиль взаимной неприязни, в самом зародыше. Конь себя подставил - Тимофей запрыгнул. Анисий ускакал, обещав быть на месте вовремя. Феназепам подобно прошлому дню, умудрился накрепко усыпить ездового, но с задачей справился и прибыл без опоздания, а точнее даже раньше Анисия. То была большая-маленькая гора. Большая - потому что в высоту, маленькая - потому что в обхвате. От подножия змейкой вверх уходила грубая каменная лестница. Только Тимофей осмотрелся, как прилетел Анисий.
  - А ты чего стоишь, пнём прикидываешься? Добавки не будет! И на это то, честно сказать, не наработал! Свободен! - первым делом, таким образом, Анисий отпустил Феназепама.
  - Разговор был об двух алтынах! Гоните второй! - раздражённо отвечал Феназепам.
  - Так тебе два и уплатили: первый ты проглотил или посеял, второй у тебя в пасти. Нечего на зеркало пенять, коль рожа крива, - жульничал Анисий.
  - Ничего, Великороссия круглая! Попадёшься ты, мне ещё, - раздражаясь, прохрипел конь.
  - Давай уже кобыла, двигай - вперёд и с песней! Не задерживай, и в хвост тебя и в гриву! Скачи сирикай в других местах, я лично устал от твоей унылой физиономии! - опять, словно серпом по яйцам, душевно ранил коня Анисий.
  Снова конь тщетно бросился на Анисия в надежде покусать. Опять пришлось Тимофею вставать между ними. Кое-как Тимофей коня успокоил, дал ему второй обещанный алтын, после чего проводил. Начался крутой подъём по лестнице. Неожиданно лестница оборвалась на полпути.
  - Дай угадаю! Сейчас, наверное, мудрец скинет нам свою километровую, седую бороду, и остаток пути мы будем карабкаться по ней, словно по верёвке. Правильно мыслю?
  - Мыслишь правильно, вот направление взято неверное! - отвечал Анисий и громко постучал прямо по камню горы. Внезапно перед путниками расползлись две плиты, обнажая тёмный проход. В него и шагнули. Проход захлопнулся, а в коридоре загорелся свет. Первое, что поразило, было убранство коридора. Убранство было по дворцовому великолепно. Повсюду имелись канделябры с горящими лампами, на стенах висели уникальной красоты расписные полотна, пол был из нескольких пород дерева. Коридор закончился, судя по всему, приёмным кабинетом. Кабинет тоже был хорош. Глубок и светел, изысканно обставлен, кудряво украшен, с двумя длинными большими столами для гостей и одним поменьше хозяйским, да с диванами у стен и креслами ручной работы за столами. В глубине кабинета имелись ещё двери, что говорило о том, что на кабинете и коридоре данная пещера не заканчивается. Ну и конечно удивительней всего выглядел сам хозяин кабинета по совместительству мудрец. Это был молодой, дюже спортивный коротышка, в элегантном, чёрном, твидовом костюме тройке, при галстуке и в налакированных туфлях. И это всё, за место угрюмой, сырой и тёмной кельи, да седого старца в лохмотьях - мудреца. Тимофей засомневался в полномочиях и звании встречающего. Неприятная заноза начала пощипывать воспалённый мозг. А встречающий, меж тем, бойко вышел из-за стола и направился к гостям. Первым делом уставился на Анисия. Анисий же вытянулся по стойке смирно и отсалютовал, по-военному козырнув правой рукой.
  - К пустой голове руку не прикладывают! За систематические издевательства над транспортным средством в виде лошади, объявляю строгий выговор. За опоздание на сутки - двойной с предупреждением. Ох и переквалифицирую я тебя в пастухи или в банкиры, будешь тогда радоваться. Сегодня же вечером чтобы отчёт лежал у меня на столе. А теперь дай поздороваться с гостем, затем вкратце обрисуешь ситуацию устно, - на этом, мудрец пронзительно посмотрел Тимофею прямо в глаза и на Тимофея же и переключился.
  - Вижу, тень сомнения закралась тебе в душу. Уверяю тебя абсолютно напрасно. Здесь твои друзья. Поверь, седина ещё не значит ум в априори, а внешность зачастую бывает обманчива. Позволь представиться: мудрец всего Закупатья - Спиридон!
  - Тимофей! - по-простому ответил Тимофей и по-простому же протянул руку для рукопожатия. Мудрец от рукопожатия любезно отказался, ограничившись благородным поклоном головы.
  - То, что вы прибыли в наш мир, мы сразу почувствовали. Мы - я имею в виду: мудрецы. Поле, понимаешь ли, информационное среагировало, всколыхнулось и наслоилось. Примерно удалось установить точку падения, куда послать агентов и оперативников на поиски. Простые мельтоны в таких важных, государственной значимости делах, совсем не годятся. Агент призанутый, под псевдонимом Анисий нашёл вот тебя. Другие продолжают поиски твоих спутников. Через два дня состоится внештатное заседание по вашему вопросу из половины всех мудрецов. Решать необходимо скорей. Есть подозрения, что нельзя вам задерживаться в нашем мире. Но пока ничего конкретного сказать не могу. Вот собственно всё - чем владеем. Расскажи теперь ты, не вдаваясь в детали, откуда вы и как сюда попали. О подробностях у нас ещё будет время пообщаться, важны самые главные моменты. Итак, мы все во внимании, - закончил Спиридон и внимательно уставился на Тимофея, но перед тем, предложил и гостю и призанутому агенту расположиться в креслах за столом.
  Тимофей осмыслил услышанное, переварил, и начал рассказ со своей вселенной, своего космоса, затем подобрался к солнечной системе и родной земле. Далее вкратце обрисовал текущие процессы в своём мире, рассказал о своей работе и опыте. Поделился проделками кота и ассистенткой Светкой, пожаловался на сам запоротый эксперимент, и собственно на этом и завершил. Мудрец за всё время рассказа ни разу не моргнул и не пошевелился. Сидел словно отлитый. Зато после рассказа мастерски оживился и затребовал уже у Анисия устного отчёта. И отчёт был тут же предоставлен.
  - Нашёлся объект, в дальнейшем именуемый "Тимофеем", в нескольких километрах от заданной точки. В одном из селений землепашцев. На момент прибытия Тимофей подвергался психологической обработке с помощью воздействия психотропных, наркотических, запрещённых веществ. Обрабатывало Тимофея главное в селение семейство в лице Демьяна и главы семейства старухи Властелины. К ней мы ещё вернёмся. Обработка шла с целью изъятия мошенническим способом денежных средств, в размере одиннадцати рублей пятидесяти копеек. К слову сказать, обработка прошла успешно, а денежные средства изъяты. Старуха ускакала, закодировав свой образ. Из избы исчезли все её фотографии.
  - Звучит розово, - вставил на этом месте мудрец и добавил, - не тот ли это Демьян, что в том году подозревался в воровстве коровы?
  - Тот самый Демьян! Как есть он самый! - живо отвечал Анисий.
  - Помню, чуть было с ума меня не свёл, доказывая свою нелепейшую кляксу. Будто дураки одни кругом. Мол, шёл вечером в потёмках по лесу, глядь - верёвочка валяется. Подобрал верёвочку и домой притащил, а поутру смотрит: к другому концу верёвочки корова привязана. А Демьян-то тут при чём?! - развеселился от этого воспоминания мудрец, но на секунду не более. - Ладно, дальше чего?
  - Дальше по инструкции, прежде чем вести объект сюда, были предприняты ряд проверок. На всякий случай, мало ли, вдруг - это паразитовы каверзы. В борделе "Медовая ловушка" гость повёл себя весьма подобающим образом. Высокоморальные качества, замешанные на благородстве, показал воочию. От девочек отказался, заступился за несправедливо обиженную шлюшку. Жаден не был, всегда с охоткой отзывался на призыв помочь деньгами. Но вот проверка в казино подкачала! Как ни крути - азартен! Проигравши первый депозит, не раздумывая бежал за вторым. От третьего депозита спасли усталость, хмель и испорченное настроение.
  Тут Тимофей поглядел на Анисия не то чтобы просто с удивлением, а с удивлением, помноженным на враждебность. Во как Анисий выставлял всё произошедшее. Своего участия совсем не подчёркивая. Да и вообще получалось, Тимофея дурили всю дорогу. Даже не верилось в услышанное.
  - Уникальный случай - эти билетики на Абаинскую битву, - продолжал тем временем Анисий. - Не могли же мы отказаться от такого везения. Поэтому и задержались на сутки. Но зато, был сделан вывод о сердечных качествах Тимофея. Порывался, видите ли, обнаружить себя, с целью прекратить побоище. Что, на мой взгляд, говорит о добром и отзывчивом сердце. А про коня - это вы напрасно выговору меня подвергаете. Пойди ещё разберись, кто над кем систематически издевался. Дразнил чуть-чуть, каюсь, было - дело, но то в ответ на грубость, да и то дабы успеть, так как данный конь не выполнял в полной мере взятых на себя обязательств, за которые, кстати, коню было щедро уплачено вперёд. Отменить бы выговор, гражданин мудрец?!
  - Ладно-ладно! Ты мне зубы то не заговаривай. Все эти разговоры в пользу бедных! Я просто так выговорами не разбрасываюсь. Верни-ка для начала Тимофею его алтын, который ты стянул с руки у дворника в космопорте. Думаешь, все про него забыли? - показал свою строгость вместе с чрезвычайной осведомлённостью мудрец.
  Анисий покраснел, залез рукой в кармашек, вытянул алтын и стыдливо бросил его Тимофею. Тимофей едва успел поймать.
  - Ни корысти ради, а на долгую и добрую память хотел оставить, - обосновал свой проступок Анисий.
  - Это всё? - спрашивал Спиридон далее.
  - Обижаете гражданин мудрец! Разве мы первый год на оперативной работе? - продолжил Анисий, достав при этом блокнотик и положив его на стол. - Два раза во время совместного времяпровождения объект самозабвенно начинал напевать следующие куплеты:
  Тут Анисий взял в руки блокнот и принялся зачитывать.
  - В первый раз:
  Ой, ты, моя ядрёна вошь!
  За что меня ты так грызёшь!
  Чтоб хоть немного успокоить эту вшу,
  А я возьму и там да почешу!
  Этот куплетик Тимофей напевал восемь раз кряду. Во второй раз это было:
  Когда б имел златые горы
  И реки полные вина,
  Всё отдал бы за ласки, взоры,
  Чтоб ты владела мной одна!
  А этот куплетик, итого пуще, аж двенадцать раз! На вопрос: что это значит? Быть может зарядка для голосовых мышц и связок? Был дан чёткий ответ - "заело"! Налицо первейший из признаков наличия в Тимофее "программы". Затем, всё время, что провели вместе, Тимофей бегал по малой нужде так часто, словно женщина, я бы даже сказал, будто простывшая женщина или же предстоящая роженица. Есть нехорошие подозрения о не совсем правильной работе почек. Почки бы ему проверить и поправить! Касаемо этого дела - у меня всё!
  - Что ж почки проверим, а если надо то и поправим. С почками шутки плохи, - охотно отозвался мудрец.
  А у самого Тимофея от всего услышанного, глаза повылазили из орбит, и рот раскрылся на самый максимум. Мудрец меж тем помрачнел и задумался, после чего выдал:
  - Почки дело поправимое, а вот "программа" куда хуже. Невесёлые у меня для тебя новости. Обычным делом, на избавление от "программы" необходим примерно месяц. В нашем случае, как раз месяца у нас боюсь, и нет.
  - Что опять за номер? Какая ещё такая программа? - насторожился Тимофей, словно гончий пёс.
  - У вас, что же, абсолютно ничего об этом явлении не знают? - интересовался мягко, по врачебному Спиридон.
  - Абсолютно! - подтвердил Тимофей.
   - Тогда вот что, веди-ка ты его на озеро, и сперва покажи ему наставников. А то все эти разговоры - пустые. Пока сам воочию не убедится, ни за что не поверит. Я буду у себя в кабинете, - дал указание мудрец агенту призанутому.
  - Ох и жгучий назревает кордебалет! Ступай за мной дружище, впереди у тебя серьёзное потрясение, - оживился Анисий и потянул за руку Тимофея.
  - Не надо мне потрясений! Обойдусь прекрасно и без них. Хватит с меня уже тех, что через тебя поимел, - упирался Тимофей.
  - Вопрос спасения твоей души! - из своего кресла гаркнул мудрец, который уже занимался каким-то другим делом.
  - Вот именно! - поддакнул Анисий. - Наша задача тебе помочь.
  Тимофей сдался, и тут же был увлечён Анисием в одну из дверей в конце кабинета. Дверь эта вела в коридор, который был менее изыскан, чем парадный, но всё же и он был великолепен. Пропетляв по коридору несколько десятков метров, в итоге забрели в тупик. Снова Анисий постучал в стену, а стена в свою очередь расползлась. За проёмом имелась площадка. От площадки вела аналогичная каменная лестница только вверх горы. Удивило другое. Снизу, до площадки, лестницы не наблюдалось. Начиналась лестница с середины скалы, то есть, как бы была продолжением первой лестницы, но только с другой стороны.
  - Какой же ты всё-таки лицемер! - проговорил Тимофей, шагая по ступеням ввысь.
  - Так бери с меня пример! - гордо, как если бы услышал похвальбу, отвечал Анисий.
  Через полчаса взошли на самую верхушку. Лестница привела прямо к краю древнего вулканического кратера, и на крае этом оборвалась. В нос резко ударил серный и кислотный запахи. Взобрались на самый край, и внутри кратера, Тимофей увидел потрясающей красоты бирюзовое озеро с оранжевыми берегами по кругу. Недалеко имелся и полностью стеклянный, небольшой пирс, заступающий, метров на пять, с берега на озеро. К нему Анисий Тимофея и потянул, словно щенка на поводке.
  - Озеро целиком из серной кислоты! Долго испарениями дышать нельзя, - наставлял по дороге Анисий. - Как только голова начинает плыть, кашель появляется или ещё чего, так сразу же на берег. Лёгкие можно сжечь, если пересидеть. Задача твоя вот в чём. Видишь со дна озера, в некоторых местах, поднимаются пузыри металлического цвета, и потом подобно ртути растекаются, пока полностью не растворятся? Вот его - пузырь тебе и надобно ловить. Мостик, как раз, в том месте протянут, где они чаще всего водятся. Когда пузырь всплывёт на поверхность, у тебя будет несколько секунд, пока он не исчезнет, чтобы рассмотреть в нем своё отражение. Смотри очень внимательно, но не волнуйся. То, что ты увидишь, скорее всего, тебя не обрадует, но уверяю для твоей же пользы всё затеяно. Ещё раз - если пузыря долго не будет, на берег подышать. Любые нехорошие симптомы - то же самое. Я буду тут тебя подстраховывать. Иди на мостик, до его конца, и ложись животом вниз, да начинай смотреть на озеро.
  Тимофей нехотя начал карабкаться к мосту. Всё-таки Тимофею стало любопытно, что же такое он там увидит. На мостике запах испарений серной кислоты только усилился. Благо мостик был изрядно высоко над озером, а то бы Тимофей задохнулся на полпути. На конце мостика Тимофей всё сделал по указке - лёг на живот и начал всматриваться в серную кислоту озера. Воздух действительно был крут! Первый подходящий пузырь вырвался наружу и растёкся метрах в трёх от Тимофея. Естественно в него Тимофей ничего не рассмотрел. Пятью минутами позднее, когда лежать и дышать стало трудно, внизу всплыл-таки пузырь металлического, зеркального цвета, но, к сожалению малюсенький. Не догадывался Тимофей, что этот пузырёк является предвестником большого пузыря. Собрался было уже бежать на берег, изрядно надышавшись едкого тумана, как вдруг, с бурлящим звуком, прямо под ним, там, где надо, медленно всплыл большой пузырь - метра полтора в диаметре. Тимофей застыл на месте словно загипнотизированный. Увидел он отчётливо и ясно в отражении самого себя будто в зеркале, но поразило и заставило трепыхаться сердце другое отражение, то, что отразилось за спиной. За спиной у Тимофея отразились две ужасающие фигуры. Первой фигурой было какой-то древнее существо с головой на длинной шее. Огромные, с яблоко величиной, глазницы существа были полностью пустые и не имели дна. На плечах была золотом пошитая мантия, а на голове сидела также золотая митра, как у римского папы. Носа и рта у существа не увиделось, а кожа, если её можно было так назвать, была тёмно-коричневого цвета и вся изъеденная морщинами вдоль и поперёк. Вторая сущность была проще, но не менее ужасной. Походила она на бойцовского пса правда с человеческими нотками в лице, но зато при рогах на голове. На втором отразившемся не имелось какой-либо одежды, а всё тело покрывала густая чёрная шерсть. Ну и конечно глаза. Без них образ был бы не полон. Глаза змеиные, но ярко красные при этом, носил второй на жуткой своей морде. Ещё вот, что увидел Тимофей: как только эти двое сообразили, что открыты, что Тимофей смотрит именно на них, как тут же передёрнулись в дикой злобе и, оскалившись, попрятались за спину Тимофея. На этом пузырь растёкся сперва на маленькие пузырьки, затем и вовсе растворился. Тимофей же почувствовал, что задыхается. Попробовал встать - сил не хватило. Из последних сил прохрипел сигнал помощи предназначавшийся Анисию. Анисий моментально скакнул на мостик, поднял ставшего седым на висках Тимофея, и на собственном горбу утянул на берег подальше от испарений. С полчаса Тимофей прерывисто дышал и плевался. Голова кружилась и тошнило. Анисий будто медбрат, скакнул за каким-то порошком и водой к мудрецу, а вернувшись, поставил Тимофея на ноги. Немного отпустило и, опираясь на плечо Анисия, таким строем поковыляли назад в кабинет к Спиридону. В кабинете Тимофея положили на диван и ещё с час не трогали, пока тот окончательно не пришёл в себя.
  - Ну как прошло? - поинтересовался Спиридон как бы мимолётно невзначай.
  - Кто это такие? Что делали они за моей спиной? - выдавил из себя Тимофей, трясясь.
  - Значит, прошло успешно, - утвердил мудрец. - Опиши подробно, как они выглядели.
  Тимофей описал, как есть. Не утаил ни одной детали. А самому было жутко. Образы эти, то и дело, всплывали в памяти.
  - Рогатый это боец, а вот в шапке который, то уже наставник средней категории. Наставники, это твои - из тонкого мира. Сообрази: господь дал нам всем волю и свободу выбора, ему ни к чему наставников к нам приставлять. Стало быть, чьи это наставнички? Правильно - паразитовы. Из этого вытекает, что ни на что хорошее они тебя не наставят. Далее, чтобы управлять и влиять из мира тонкого, им необходима нефизическая связь с материальным объектом. Для этого в человека внедряется пресловутая вирусная программа. Так сказать: программа по расчеловечиванию. С помощью неё в твой мозг напрямую из тонкого мира можно запросто внедрять заевшие в голове куплеты; желания напиться или опохмелиться; похоти желания; соблазны всякие; любую гадость или мерзость. Вся прелесть в том, что посулы внедряются через программу извне, а уже действия, следующие за соблазнами, выдаются как твои собственные. За каждым видом порока есть свои закреплённые наставники. Работа начинается с простых и самых лёгких. Их я только перечислил, но есть и другие, более тяжкие. Если ты предался чему-то одному, например пьянству, его наставник и культиватор, будет постоянно следить, чтобы пьянство это не прекращалось никогда, но будь уверен, наставник этот позовёт друга, старшего по званию, и через первое начнут взращивать второе, к примеру: похоть. Победят и тут, примутся за третье, четвёртое и так далее. Жадность, предательство, воровство и даже убийство, вот далеко не полный список. С наставниками разобрались, теперь о программе. Она не имеет разума и самоиндефикации себя с кем-либо. Она лишь инструмент в коварных руках. Все через неё проходят, но у нас, мы избавляемся от неё ещё в детстве, поэтому более и менее легко. Тебе придётся малость трудновато. Ведь ты хочешь избавиться от программы, а с ней и от наставников? Я правильно говорю?
  - Конечно, хочу! Уберите демонов из-за моей спины, пожалуйста, поскорей, - отвечал всё ещё пребывающий в ознобе Тимофей, при этом постоянно в страхе оглядываясь по обе стороны.
  - Отлично! Будем лечить головную боль - гильотиной! Не буквально конечно! Придётся потерпеть. Дело осложняет отсутствие времени. Постараемся уложиться в три дня. Теперь внимательно слушай и запоминай. На это время поселим тебя в грубой келье под номером семь. Дело у тебя теперь будет одно: с утра до вечера выполнять предписания. Во-первых - это диета. Из еды у тебя будет в эти дни лишь колоски пророщенной пшеницы два раза в день. Необходимо почистить организм. Умываться будешь мёртвой водой. Она заживляет раны и дезинфицирует. Пить, наоборот, будешь воду живую. Во-вторых: чистка изнанки. Полный соскрёб всего лишнего, всего ненужного, всех желаний, заморочек, беспокойств. Изнанка - это часть чего-то изнутри, её ты выверни наружу, да от ненужного налёту ототри. Затем, начинаем вносить в программу сбой. Начинаем её путать, обманывать, тем самым ослаблять. Пять раз в день по полтора часа начинаешь проделывать следующие фокусы: если ты правша, то начинаешь писать левой рукой, далее пишешь обеими. Этого естественно мало, поэтому, после того, как начнёт получаться, пишешь обеими руками, но справа налево. Тексты, что писать, предоставим. Освоив и эти навыки, начинаешь писать обеими руками, справа на лево, да только теперь разные тексты одновременно. Звучит, как очень трудное, практически неподъёмное мероприятие, но поверь: можно и главное необходимо. Неплохо было бы конечно ещё и параллельно задачи математические решать в голове, но боюсь как бы и с этим справиться успели. От непривычного, у программы начнутся сбои, она к такому не готова. Её на это не затачивали. Всё непонятное её сбивает и в ней расстраивает алгоритмы. И наконец-то в третьих: обманываем программу смертью. Не пугайся, понарошку, конечно же. Каждый день, по два часа, разбив их на пятнадцати минутки, ты ложишься и притворяешься мёртвым. Притворяешься не внешне, а внутренне. То есть полностью отказываешься от дум, мыслей, шевелений. Лежишь с закрытыми глазами и даже не внимаешь тишине. Как если бы и не было тебя. Никаких мыслей. Никаких чувств. Запах в нос пробился, и тот ты не почувствовал. Это самое трудное и главное. Программа, когда ослаблена, не в силах оценить на сто процентов реальность бытия. А умерших, программа всегда покидает. Сам посуди, чего ей делать в мёртвом теле. Вот и необходимо обмануть и сыграть так, чтобы программа приняла тебя за труп и вышла. Сразу говорю, процесс выхода, будет самым болезненным, что ты испытаешь за всю жизнь. Станет так крутить, что мало не покажется. Терпи, скрепи зубами, но терпи, оно того стоит. Кстати, поскольку у нас мало времени, через три дня, для пущей убедительности, мы разыграем самые заправские твои похороны. Поздравляю, ты в числе приглашённых. Будет и гроб и бригада плакальщиц наёмных, и закапывать будем по-настоящему. Вот гроб и будет твоей точкой невозврата. Возьмёшься лежать в нём, и имитировать мёртвое тело, пока программа не уйдёт. Вижу, ты расстроился изрядно, а это ни к чему. Философски отнесись к процессу, вот тебе мой совет. Сегодня отдыхай, Анисий покажет келью, снабдит всем необходимым, а завтра приступим, и я сам научу, что и как. После чего сам старайся, дальнейшее всё целиком зависит от тебя. Всё понятно?
  - Вроде бы всё, - отвечал и вправду раскисший Тимофей. Любой бы на его месте раскис от увиденного и от предстоящего. Тимофея попробовал приободрить Анисий, для этого первым делом хлопнул по плечу и весело молвил:
  - А ты думал, мы тут каштаны жарим?! Не боись, у нас контора серьёзная. С нами не пропадёшь! Эту партию мы возьмём, уж будь спокоен.
  - Тебе хорошо говорить. Тебя это косвенно касается. Для тебя это будет спектаклем, а переживать мне, - грустно отвечал Тимофей, и снова суеверно обернулся за спину посмотреть - нет ли там наставников.
  - Разрешите доложить! - звонко отчеканил затем Анисий, обращаясь снова к мудрецу.
  - Докладывай, что там у тебя ещё? - неохотно оторвался Спиридон от какого-то документа.
  - Преступление! Статья сто сорок четвёртая пункт пятый: попытка кражи с проникновением. Я про старуху Властелину. Нельзя её так просто оставлять. На тёмную дорожку ступила данная старуха. Покатится, от безнаказанности, во все тяжкие. Мне бы только образ её расшифровать, уж я бы мигом её сюда доставил. Ну чего мне тут три дня сидеть сиднем подле Тимофея, мешаться только.
  - Всё понятно, дальше можешь не продолжать, - отвечал задумчиво мудрец. - Как же я тебе её расшифрую, если я её никогда ранее не видел? Если бы я её хоть мельком когда-нибудь лицезрел, то, конечно же, рассыпал бы те чары в миг. Есть правда один способ. Чтобы найти иголку в стоге сена, первым делом необходимо найти стог сена, и желательно магнит. Стогом сена будут курортные зоны, магазины и прочие атрибуты беспечной жизни. В роли магнита выступят старухи алчность и жадность. На звон монет её возьмём. Попасться может не она одна, но все без исключенья будут называть себя жёнами Юпитера, а это значит что они вне подозренья. Есть у меня в загашнике один приём: старуху обязательно конечно окунём мы в водоём, личины лишние отмоем, пургу на образе тем самым ототрём, но то потом. Я сам после собрания и похорон с последующим завершеньем Тимофея дела, тебе со старухой подсоблю. А раз не хочется тебе без дела тут сидеть, изволь, вот тебе дело: уже неделю поступают заявленья, об вечерних грабежах, от населенья. На мелких тропах, на дорогах и в лесу, всё происходит. Идёт кузнец бедняга с кузницы домой, ему навстречу мальчик лет семи и просит:
  - Дяденька дай копейку!
  Следом за мальчиком выскакивает бугай, атлет как в сказке, и говорит:
  - Раз ребёнок просит, надо давать!
  А то, что у кузнеца, у самого дома нож из дерева, их не волнует. Вытряхивают всё до последней полушки и растворяются. Образы также размыты. Будем ловить на живца. Бери в подмогу двух мельтонов, распоряжение я дам, и вечерами на дороги тёмные да на окраины. Смотрите не спугните. Пущай мельтоны тщательно сидят и прячутся в засаде, не высовывая носа. Брать будете, тогда, когда те двое разбойников, уже начнут тебя трясти. В канцелярии для такого дела получишь два алтына. Беззаботно гуляй и играй в орлянку. Уверен - клюнут точно. От разбойников угрозы больше чем от старухи, старухой после займёмся. Да и ещё, через три дня приведи сюда к горе, бригаду плакальщиц, да принеси гроб, на это всё возьмёшь ещё две копейки, - закончил объяснять и распоряжаться Спиридон и снова углубился в документ.
  Тимофей стоял растерянный, не зная чего ему делать. Анисий, всё обдумал, удовлетворился приказом и весело повёл Тимофея отдыхать, да осваивать новую келью.
  Для Тимофея же настали трудные и самые важные в жизни деньки. В первый день, несмотря на непосредственную помощь мудреца, совсем ничего не получалось. Однако тренироваться ночью мудрец категорически воспретил. Как маленького в восемь уложил. На второй день прогресс едва заметный, но всё же был на лицо. На третий день почти всё стало получаться, только вот Спиридон, как строгий учитель был постоянно недоволен. Настало утро четвёртого дня. Тимофею было велено лечь и притвориться мёртвым, да больше и не вставать, как и не обращать внимания на всё вокруг происходящее. Ближе к обеду в келью залетел Анисий, упал перед Тимофеем на колени и зарыдал:
  - На кого ты меня оставил друг! Таким молодым, это ж надо же! Говорил ведь, проверь почки - не послушался! Ой-ой-ой! А ведь бывает, что для некоторых наследников похоронный марш звучит как канкан. К счастью у тебя нет никаких наследников, дорогой друг, - причитал Анисий.
  Всё это чрезвычайно мешало Тимофею быть мёртвым, но видимо так было нужно.
  - Если вы не будете ходить на похороны других людей, они не придут на ваши! - вставил заглянувший в келью Спиридон. - Я готов, пора начинать!
  Тут же, как по заказу, двое могильщиков затащили в келью гроб. Прибежали три плакальщицы, из нанятых, и быстренько Тимофея омыли, да облачили в его собственную постиранную одежду. Крышка гроба захлопнулась. Сначала началась процессия спуска с горы. Это ощущалось, прежде всего, наклоном гроба вниз. Затем спустившись на землю, началась и сама церемония прощания с усопшим.
  - Горе-то горе! Всякий талант, в конце концов, зарывают в землю, - голосили навзрыд наёмные плакальщицы. Судя по мощности хора, их было не меньше десятка.
   - У могильщиков не бывает мёртвого сезона, - вторили им, как раз могильщики.
  Но более всех надрывался, конечно же, Анисий. Анисий то горько плакал, то переходил на враждебные упрёки небесам, а то и истерически начинал биться лбом об землю с воплями: не может быть; не справедливо; за что; и так далее и тому подобное. При подносе гроба к вырытой заранее могиле, Анисий и вовсе навзрыд, перекрикивая плакальщиц, запел почему-то земную песню группировки Ленинград - "Похороны". Как знать, быть может и в этом мире, когда-то была своя великолепная группировка Ленинград.
  Солнце заблестит как солдата бляха.
  Кто-то опусти, завопит со страху.
  Камни и песок станут духом праха.
  Сбитый из досок гроб...
  Тесная рубаха.
  Похороны, похороны.
  Хором орут вороны.
  Похороны, похороны.
  Хором орут вороны.
  Сумасшедший бомж, межмогильный смерд.
  Скажет: " Ну и что ж, смерть - всегда десерт,
  Вот Иван, Сусанин, тоже делал нычки.
  Да, здесь по расписанью ходят электрички".
  Похороны, похороны.
  Хором орут вороны.
  Похороны, похороны.
  Хором орут вороны.
  Вопил второй припев, Анисий, как раз в момент опускания гроба в землю. Вопил так, что мудрец подошёл и велел примолкнуть. Вопил, почти переходя на визг. Допеть до конца ему не дали, и Анисий упал на землю, изображая обморок, похлеще, чем его изображала старуха Властелина. Каждый провожавший счёл за обязанность кинуть в яму горсть земли. После этого, могильщики закидали яму небольшим слоем. Для подачи воздуха в деревянном макинтоше Тимофея была проделана дырка, через которую наверх тянулась трубочка. Вот аккурат по край трубочки и присыпали. Лежал Тимофей мёртвым около семи часов, а возле могилы всё это время дежурил Анисий. Мудрец ускакал по делам. Плакальщиц распустили. Оставили только могильщиков, дабы те оперативно в случае чего раскопали. Для Тимофея в те часы отсчёт времени прекратился. Он естественно не знал, что лежит уже семь часов. Как вдруг, Тимофея с бешеной силой закрутило. Сжало, а после растянуло. Программа начала выходить. Очень болезненным пришёлся тот выход. И в огне как будто горел Тимофей и тонул в воде одновременно. Сжимало и разрывало. Так продолжалось минут с десять, а потом внезапно отпустило. Ещё минут с десять Тимофей приходил в себя, после чего начал долбиться в крышку гроба. Команда наверху среагировала молниеносно. Тимофея отрыли, достали и поставили на ноги.
  - Ну как прошло? - первым долгом интересовался Анисий.
  - Кажись, вышла! - отвечал Тимофей, жадно глотая свежий воздух.
  - Отлично! Я так и знал! Поздравляю! Нет, ты зацени как я сыграл! - закричал Анисий, оттопыривая большой палец вверх. - Деткам своим потом рассказывать будешь!
  - Угу! Сыграл так, что я едва сам по себе не разрыдался, но тогда бы всё пропало. Где тебя так научили? - интересовался Тимофей.
  - Это у меня в крови! Кстати доложу я тебе, поймали всё-таки тех двух разбойников. Видел бы ты того верзилу. Едва втроём повалили. А маленький мальчик, на поверку оказался сорока летним карликом с детским личиком. Одевался по-детски в шортики и маечки, вот его в темноте и путали. Мне мудрец медаль обещал за разбойников, а за тебя орден.
  Только тут Тимофей заметил фонарь под правым глазом Анисия и перевязанную левую кисть руки.
  - Поздравляю! - в свою очередь порадовался за друга Тимофей. - Нелегко смотрю, вам пришлось.
  - Что ты, это я споткнулся о ветку, да растянулся словно пьяный. Пустяки. Ну же идём скорее к Спиридону. Порадуем начальника.
  Пошли обыкновенно пешком по лестнице. Во время пути Тимофей стал чувствовать первые признаки отсутствия программы. Так, например, голова была светла как никогда. Отпали всяческие не нужные думки, кои обычно роем вились в мозгу. Перестал Тимофей, и тревожиться да удивляться. Ум стал чёток и тонок, да к тому же резок. Ничто более его не заволакивало. Необычайно легко было Тимофею впервые за всю жизнь. Душа пела и радовалась. Поэтому ли или из благодарности, но Тимофей увидев мудреца, набросился на того и расцеловал.
  - Этого ещё не хватало! - утираясь, пробурчал Спиридон. Но всё же было видно, что ему приятно.
  - Плясать охота, плясать! И петь, петь! Скажите, у вас тут танцевальных площадок, по близости, случаем, не водится? - веселился Тимофей.
  - Радоваться рано, - осадил его мудрец, и жестом призвал выслушать.
  - Товарищ мудрец, да погодите вы с вашими заключениями. Человек можно сказать заново родился. Обязательно прямо сейчас портить праздник? Быть может, лучшим было бы, как следует отпраздновать сие событие? - нарушил субординацию Анисий.
  - Слушайте и услышите, - мудрец был непреклонен. Ничего не оставалось делать, как сесть и слушать. Правда, нынешнего Тимофея это ничуть не расстроило.
  - Чтоб вы знали, совет состоялся! Светлым головам на том совете не было счёта. Являясь проводником воли совета, объясняю, что происходит и что срочно необходимо сделать. Итак: самые чувствительные из нас - мудрецов, ещё несколько раз уловили возмущения информационного поля. Более того, возмущения эти идут по нарастающей. Исходя из чего, а так же исходя из рассказанного Тимофеем, протянулась не совсем весёлая логическая цепочка. Определённо выходит, что гостям не место в нашем мире. Воронка миров не захлопнулась и жаждет возращения чужеродного, для возобновления стабильности. Простыми словами, не ваши тела пришли в наш мир, а ваше сознание. Сознание без тела существовать не может, потому, связав кисель из молекул и атомов, сознание обрело физическую оболочку. Далее ещё хуже новости. Ваши истинные тела, сознанье, утратив, зависли в единице времени в вашем мире. Теперь, воронка требует возврата, и если этого не произойдёт в ближайшее время, то от возмущения она, конечно же, захлопнется, но перед тем для равновесья сотрёт ваш разум, ваше тело, об вас всю память. Получится, вас и не было никогда. А это значит, что придётся подтереть все цепочки ведущие к вам. Сотрётся встреча ваших родителей, сотрутся все воспоминания об вас у ваших коллег, друзей, у нас с Анисием, в конце концов. Такая вот штука! Необходимо срочно возвращаться. Самый мудрый мудрец на совете нашёл способ. Не проверенный способ, теоретический, но за неимением другого, хоть какой-то. У нас ведь вашей чудо-машины в наличие нет и не предвидится. Во-первых, отправляться домой необходимо в том же составе, что и прибыли. Не будет хватать хоть одного, ничего не выйдет. Во-вторых, отправка будет через чёрную дыру среднего класса. Обычно если приблизиться к горизонту событий такой чёрной дыры, то тебя для начала растянет в верёвочку диаметром с конский волос, затем распылит на субатомные частицы. Тут вся соль в железе. Железо является точкой, за которой начинается смерть мега звёзд, в нашем случае железо в крови станет точкой смерти при входе в горизонт событий. Железо необходимо будет кратковременно изъять и заменить медью. Функции железа в крови, я думаю, известны всем - это гемоглобин, переноска кислорода по сосудам к клеткам. Медь на несколько минут способна заменит железо в этом вопросе. На эти несколько минут кожа станет голубой, а вены ярко синими. Вы же на несколько минут превратитесь в родовитых дворян, голубых кровей. Сознанье не обмануть, поэтому дома по возвращению, оно первым делом, превратит химический состав крови ваших настоящих тел, в тот при котором, вы отправитесь домой. По прибытию домой, первым делом, будет необходимо вывести из крови медь, насытив её железом. Железа с собой дать не сможем, придётся вам на месте ориентироваться. Стружку железную в воде пить, яблоки грызть, фасоль, горох, тёмный шоколад, аскорбиновая кислота, железа фумарат, ферроплекс. Всё сгодится, и в больших количествах сразу, затем в малых дозах, но пару месяцев, не менее. А вот от меди чтобы избавиться, дам вам убойную дозу пеницилламина, который свяжет медь и выведет её. Теперь способ безболезненного изъятия железа и доставки вас к чёрной дыре. Полетите на грузовом гравитоне сначала к магнитару - нейтронной звезде. Звезда эта тридцать километров в диаметре, но при этом массой своей превосходит массу нашего Ярило. Анисий наденет защитный костюм, а вы за минуту до прибытия выпьете раствор меди. Каждый согласно своим пропорциям и весу - свою дозу. Скакнёте на расстояние в десять тысяч километров до магнитара. На этом расстоянии, он высосет из вас всё железо, за доли секунды. После чего мигом запрыгиваете в контейнер для мусора и прямиком к чёрной дыре. Гравитону чёрная дыра не страшна, поэтому выбросить мусорный контейнер с вами внутри, он сможет прямо подле горизонта событий. Вот собственно и всё! Да, вот ещё: очутившись внутри меж мировой интерпретации, воронка сама найдёт вас и вернёт точно туда, откуда вы были взяты. При этом, как показывают наши расчёты, дабы избежать повторного возмущения, вы вернётесь на секунды раньше случившегося там у вас взрыва. То есть, появится возможность тот взрыв отменить и избежать. Время неумолимо - ерунда! В данном случае вы умалите время!
  - Во - дела! Час от часу не легче! - восклицал на этом месте Анисий.
  - Надо, так надо! Соскучился я по дому, по жене, по сыну, и как бы хорошо у вас не было, а дома лучше! - спокойно проговорил просветлённый, избавленный от программы Тимофей.
  - Золотые слова! - подтвердил сказанное Тимофеем мудрец. - Осталось собрать всех вас в кучу. Пока ты избавлялся от программы, а я был на совете, мои агенты нашли твоих друзей. Вмешиваться не стали, ты сам лучше всего им всё объяснишь и погрузишь в грузовой гравитон. Кот, как и положено котам, оказался на марсовом поле подле коровы, а ассистентка Соколова Светка гостит у Акулины Бабаян в сумасшедшем доме. Даю вам с Анисием завтра полдня, на то что бы собрать всех в один состав. Ты Анисий, с утра скачи в космопорт и бери малый гравитон. Тимофей ведь скакать не умеет. На гравитоне этом всех и соберёте, а затем пулей сюда. В космопорте за гравитоны я уже договорился. Денег не попросят, волноваться не о чём. К обеду у подножия горы будет стоять в ожидании вас прекрасный, новенький грузовой гравитон. И как говориться, с богом в путь. Теперь извините у меня дела. До завтра! - не дав задать себе ни единого вопроса, мудрец ускакал, оставив Анисия с Тимофеем наедине со своими мыслями.
  Разговаривать более не стали, а разбрелись по своим кельям каждый в своих думках.
  
  Глава девятая
  
  Анисий разбудил Тимофея рано. Где-то в полвосьмого утра, ворвался он в Тимофееву келью и заорал: Гип-Гип-Ура! Тимофей всполошился, разлепил глаза, а осознав явленья суть, нехотя встал. Наскоро позавтракали в Спиридоновой столовой. В Спиридоновой столовой, кормили исключительно полезными продуктами. На завтрак пригодились каша из пророщенных семян и лёгкий овощной салатик.
  - Ну-с! С кого начнём? Гравитон уже причален, - жуя салат, вопрошал Анисий.
  - С кота, конечно же! Светка никуда не денется, - тщательно пережёвывая кашу, отвечал Анисий.
  - В корне неверно! Не раз сменит девица молодая, мечтами прежние мечты! Запрыгнет ей в голову, что-нибудь эдакое - новенькое, и поминай, как звали. В психушке, между прочим, не так уж и весело, - пояснил Анисий.
  - Постой, я и забыл, что она в психбольнице - в гостях у какой-то там Акулины... В связи с чем это связано? Неужели она тронулась? - взволновался Тимофей.
  - На счёт Светки мне не вестимо, а вот деревенская девка Дунька Воробьёва, так та точно чеканулась. Упала в знойный день со стога головою вниз, и моментально тронулась. С тех пор грезится ей буквально следующее: будто бы она есть графиня Акулина Бабаян, голубых кровей да белой кости - дворянка. Для таких душевно-заболевших, в нашем гуманистическом мире возводятся специальные жёлтые дома. Барабаном призванные служить Асклепию, дочерям его Гигиеи вместе с Панакеей, обязаны в домах тех санитарами работать. Непросто так работать, а подыгрывать умалишённым, дабы в дальнейшем избежать осложнений и обострений. То есть, являясь врачами или санитарами, по сути, одновременно являются актёрами они, на службе прихотей больного воображенья. Так вот я и говорю, если Акулина Бабаян графиня, то санитары в окружении её: сплошь слуги да холопы, управляющие именьем и в лучшем случае - наймиты. Дурдома естественным образом, также строятся исходя из фантасмагорий самих шизанутых. Раз Акулина есть графиня, значит должен быть и дворец не меньше. Для полководцев хватает и походной палатки, правда медицинский персонал, полководцы эти, так загоняют построениями, строевой подготовкой, прочей военной муштрой, что легче утопиться. Такое вот сахарное житьё-бытьё у наших дуралеев. Я было и сам в минуты слабости, не раз хотел к ним примкнуть, прикинуться, например, Бургомистром или Казановой. А что, дали бы мне кабинет и подчинённых в первом случае, а я знай, целыми днями вытирал бы об них ноги. Забот никаких, одно веселье. Во втором случае, скорей всего подле меня завели гарем из санитарок милых. Знатный бы пиздочёт из меня вышел. Да вот беда, нельзя: мудрец и лепилы сразу выкупят, а выкупив - накажут, - тут Анисий спохватился и глянул на часы. - Заболтались мы как всегда. Так, что первым делом за Светкой. Именно кот никуда и не ускачет. Кота от коровы палкой не отогнать. За котом потом.
  - Интересные дела, - говорил Тимофей Анисию, уже спускаясь вниз по лестнице. - У нас всех безумцев собирают в одном месте именуемом - "психиатрической больницей", а там они нос к носу и коротают серое своё бытие. У нас если каждому ненормальному городить отдельный дом, да выдавать отдельный персонала штат, то ни места на земле не останется, ни людей свободных.
  - Наших всего семь будет на сегодняшний день. Всех могу по именам перечислить. А всё потому, что мы паразита победили. Ведь в основном через него люди теряют разум, - гордо отвечал Анисий, опускаясь с последней ступеньки на землю.
  Не далеко от лестницы, в метре над землёй, парил уже знакомый Тимофею гравитон. Правда, этот был раза в два меньше, предыдущего. Далее всё произошло по старому порядку. Дверь каплей открылась и закрылась уже за друзьями. Анисий назвал местом прибытия замок Акулины Бабаян. Дверь снова открылась и Тимофей с секретным агентом Анисием ступили на землю ровно возле забора и главных ворот замка.
  - Т-ссс! - шепнул Анисий и принюхался. - Здесь женский дух, здесь бабой пахнет! Главное помни, забрать её необходимо, во чтобы-то ни стало.
  В ворота постучались. Ворота открыл коротышка в белом халате, он же медбрат он же холоп. Анисий подмигнул медбрату и тихонько зашептал:
  - Где больная?
  - Примеряет вечернее платье подле зеркала, - шёпотом ему отвечал коротышка в белом халате.
  - А гостья где?
  - Ясно где! Рядом! Где же ей ещё быть?! Вчера вечером новое вечернее платье поступило. Тьфу! - при этом коротышка медбрат, гневно поглядел в сторону замка. - С самого утра, не успели зубы почистить, как наперегонки давай на себя натягивать. То с одними туфлями покрутятся, то с другими, то с белой сумочкой в руках, то с леопардовой. А для меня одна морока: бегай со стремянкой по шкафам, доставай всё, затем обратно складывай. На пару, то проклятое платье крутят, вертят, восхищаются. Резвятся, одним словом!
  - Надеюсь, ты понял - мы от Спиридона. Вам велено оказывать нам всяческое содействие. Первое, что от тебя потребуется - это гостью и больную разъединить. Затем, постарайся гостью заманить к воротам. Всё, выполняй, мы ждём, - распорядился Анисий, а медбрат утвердительно кивнул и исчез.
  Что уж медбрат-холоп там вытворял одному богу известно, ему - медбрату, как говорится, видней что делать, но результат не заставил себя долго ждать. Через пять минут возле ворот возникла удивлённая Светка. С начала Светка обрадовалась, увидев Тимофея, но как только поняла, что её хотят забрать, мгновенно надулась и разозлилась.
  - Как бы, не так! Ещё чего не хватало! Никуда я с вами не поеду, - недовольно промычала Светка.
  - Ты только посмотри, какой красивый гравитон! Ты ведь раньше такого и не видела! Хочешь полетать? Запросто прокатим, а затем если пожелаешь, вернём на место, - вмешался Анисий.
  Диалог продолжал не клеиться. Светка была упряма, забыв, что лишнее упрямство - признак тупости.
  - Летите-ка вы отсюда подобру-поздорову! Сейчас хозяйку свистну, велит она своим холопам вас поколотить. Будете тогда знать.
  - Да в своём ли ты женщина уме?! - не выдержал Тимофей. - Какая на хрен хозяйка?! Твоя хозяйка, чтоб ты знала, сумасшедшая. А замок этот, самый настоящий дурдом. Холопы в нём - медбратья.
  Поторопился Тимофей. Светка разъярилась от этих слов. Счёт пошёл на секунды. Вот-вот и ускакала бы Соколова Светка к сестре своей жаловаться.
  - Ай-Ой-Май-Вай! - зашипел Анисий, перебив Тимофея. - В подбородок бей, сейчас ускачет.
  У Тимофея и в мыслях не было бить Светку в подбородок, а от крика Анисия растерялся. Рефлекторно среагировал Тимофей, без осмысления, да как двинул Светку в челюсть. Анисий едва успел поймать Светкино мгновенно обмершее тело.
  - Тащи в гравитон, чего стоишь? После будешь каяться. Другого выхода не было. Потом ещё благодарить тебя будет, когда дома у себя очнётся. А синяков не останется, настоящие то тела там - в вашем мире, - волоча Светку, на ходу успокаивал Анисий.
  - А кота прикажешь палкой теперь лупить? Тебе хорошо тут разглагольствовать, не тебе потом прилетит на башку шишка, - шептал на ходу Тимофей, при этом, помогая Анисию грузить обмякшую Светку в грузовой гравитон.
  - Обычная награда за абсолютно бескорыстное желание помочь. Ничего, нам не привыкать, - надулся Анисий и на полпути бросил свою часть Светки, да стал в позу.
  - Ну, извини! Не хотел обидеть ваше тайное агентское величество! Просто бить женщину, даже для благой цели, для меня не приемлемо, - спохватился Тимофей.
  - Так чего ж бил тогда?! Например, можно было упасть в колени и разрыдаться. Тоже неплохой вариант, а главное рабочий, - продолжал стоять в позе Анисий.
  - Рефлексивно! Сам не понял, как ударил.
  За этим диалогом, во дворце началась паника. Из-за забора послышались громкие гневные вопли хозяйки. Было так же отчётливо слышно, как хозяйка эта лупит, чем попало, своих несчастных холопов - медбратьев. Переходя на визг, Акулина Бабаян, она же Дунька Воробьёва, требовала немедля вернуть названную сестру свою Светку. Велела мчаться за гончими собаками, снаряжать погоню, грозила всех до смерти засечь.
  - После поболтаем! - расплавился наконец-то Анисий и, подхватив свою половинку Светки, первым нырнул в гравитон.
  За ним в гравитон запрыгнул и Тимофей уже со своей половиной. Капля дверь захлопнулась. Светку положили на маленький диванчик. Анисий дал команду гравитону, задал координаты, и через пару секунд капля дверь открывалась уже на каком-то марсовом поле. Перед тем как выйти, для подстраховки, Анисий налил Светке в рот немного снотворного. Вышли из гравитона и огляделись по сторонам. Поле в шахматном порядке было усеяно коровами. Чтобы быстрей найти кота решили разделиться.
  А Жигало тем временем, сидел на солнцепёке и мучился от голода вторые сутки кряду. Всё дело в том, что на коровку молодую, позарился молоденький бычок. Естественно делить с котом коровку тот бычок был явно не намерен. Как только видел Жигало, так сразу прогонял подальше. Оно понятно - третий лишний. Бежал на Жигало с большим желаньем затоптать и забодать. Вести переговоры было бесполезно. Коровка оказалась той ещё шалавой, и вместо Жигало определённо предпочла бычка. Негодный бычок ухаживанья вёл с восхода Ярила до заката. Перед закатом, являлась на поле доярка и полностью освобождала коровки вымя от надою. Только затем, наставала очередь кота, облизывать опустевшие сосцы да выжимать последние капельки.
  - Остатки - сладки! - приговаривала ему, при этом, мерзавка коровка. - Не виноватая я, он сам пришёл!
  И вот на таком моменте, с пустым брюхом, видит кот - кто-то идёт. Идёт на двух ногах по полю. Идёт от одной коровы к другой, как если бы кого-то ищет. Не может быть, ведь это Тимофей! Возликовал котяра. Да сам ему навстречу побежал. Увиделись, а Жиган от радости вскочил на плечи Тимофея. Затем урча тереть, затеялся об ноги, свои пушистые бока. Какая радость!
  - Вот знал, что ты голубчик мой, меня не бросишь! Вот знал и всё тут, что ни говорите.
  - Не надо было убегать, - коту резонно замечает Тимофей.
  - Не убегал, а отошёл в поисках пропитанья, да заблудился, - ему ответил кот, после чего вкратце рассказал свои злоключенья. Не забыл Жиган наябедничать и на бабуинов и на Демьяна и на бычка. - Пошла эта корова со своим бычком акуле в пасть!
  Узнав, что Тимофей явился за ним, чтобы отправиться домой, кот трижды прокричал ура!
  - К повару! К другу повару! Домой! Какое счастье! Что за треклятый мир, тут мышь не лезет в горло! Тут из девяти моих кошачьих жизней осталась лишь одна. Да и та на волоске теплилась, - семенил Жиган за Тимофеем к гравитону, а сам нарадоваться, не смел.
  - Между прочим, благодаря тебе тут и очутились, - ему заметил Тимофей.
  - Знаю! Прекрасно знаю, что вы знаете! Подслушал в лесу, чего душой кривить. Так ведь тогда, я был простым, тупым, земным котом. Небитым к тому же. Сейчас другое дело. Но если вы желаете мести, что ж извольте, - кот изобразил на своей пушистой морде подобие раскаянья, но не забыл и обернуться очень милым, после чего выдал:
   Признаю свою вину.
  Меру. Степень. Глубину.
  И прошу меня отправить
  На текущую войну.
  Нет войны - я всё приму -
  Ссылку. Каторгу. Тюрьму.
  Но желательно - в июле,
  И желательно - в Крыму.
  Этим стишком, кот Тимофея изрядно позабавил. У Тимофея отлегло на кота. Как раз подошли к гравитону. У гравитона их уже поджидал Анисий. Тимофей представил Анисия с котом друг другу.
  - Какое звучное имя - Анисий! Себе что ли взять?! - польстил кот Анисию.
  Анисий остался довольным такой незатейливой лестью. Однако напомнил, что часики тикают, и просто наверняка, у подножья горы уже волнуется мудрец. Неожиданно кот воспротивился лезть в гравитон, обозвав его "душегубкой".
  - Не полезу я в эту микроволновую печку. Один раз, чурки уже пытались затащить меня в ладу семёрку. Говорили, что отличный из меня получится плов. Для этого ты меня сюда притащил? Чтобы зажарить и слопать? - на полном серьёзе ерепенился Жиган.
  - А ещё говорил - поумнел! Где ты видел, что бы котов жарили и ели, - уговаривал Анисий.
  - Я уже ничему не удивляюсь! Залазьте вы первые, а там посмотрим.
  Пришлось подчиниться и забраться в гравитон первым делом самим. Но и тогда кот широко раскрыв глаза, с недоверием ещё минут десять сидел возле двери.
  - Кис-кис-кис! Дьявольщина какая-то! Терпеть не могу долгие уговоры. Надо было с ним, как со Светкой и не было бы сейчас мороки, - злился от нетерпения Анисий.
  - Слушай, считаю до одного! Не придёшь, оставайся тут. Без тебя домой отправимся, - наехал на Жигана Тимофей. Это помогло. Жиган, запрыгнул в гравитон. Увидел Светку в отключке, подумал, что она дохлая, попытался пулей выскочить обратно. Не получилось. Капля дверь уже затянула выход. Пока летели к мудрецу, коту дали самому убедиться, что Светка просто спит. На вопрос: почему среди бела дня? Отвечали: пьяная потому что.
  Как и предсказывал Анисий, мудрец действительно вместе с грузовым гравитоном находился подле горы. Только что локти не кусал, а так всё переделал от нетерпения.
  - Где вас паразит носит? Каждая секунда на счету. Сегодня только за утро семь новых возмущений поля, - набросился мудрец на прибывших. Однако увидев всю картину в целом, с расспросами отстал, а начал помогать перетаскивать Светку в грузовой гравитон. Грузовой гравитон был в отличие от легкового, наоборот раза в два больше, чем тот на котором Тимофей летал на битву. В нём имелся вместительный отсек для мусора. В него предусмотрительно, для мягкости накидали соломы. На эту солому и положили спящую Светку. Кот в этот раз спорить не стал, молча юркнул в гравитон, а там забился под кресло. Для Анисия был приготовлен специальный костюм. Костюм этот должен был не дать магнитару высосать железо из Анисия. Настала пора прощаться с мудрецом.
  - Держи! Прямо сейчас съешь и запей водой. Про почки на всю жизнь забудешь, - протянул мудрец Тимофею, какой-то чёрный шарик и стакан воды. Тимофей съел его и запил. После чего в объятиях чуть не задавил Спиридона на смерть.
  - Огромное тебе человеческое Спасибо! Ты великий мудрец! Прощай! - прощался Тимофей, а у самого слеза навернулась, от нахлынувшего внезапно приступа сентиментальности.
  - Прощай гость! Рады были помочь! Поосторожней там с вашей машиной, и про железо не забудь. Первым делом железо! - попрощался мудрец и ускакал.
  Настала очередь Тимофея грузиться в гравитон. Анисий в забавном костюме и шлеме был уже внутри. Ещё раз, напоследок, Тимофей окинул взором этот чудный мир. На сердце заныла мозоль. Больше он его никогда не увидит, быть может, только в сновиденьях. Развернулся Тимофей и залез в гравитон с тяжёлым сердцем.
  В гравитоне на одном из кресел сидел Анисий. На этот раз он не торопился. Под другим креслом плавно сходил с ума дрожащий кот. На столе стояли три открытых пузырька с настойкой меди. Тимофей подошёл к столу и посмотрел на Анисия.
  - Ну, что же, настал и нам черёд прощаться. Извиняй если что не так, сам знаешь не со зла, - печально проговорил призанутый агент Анисий, и повеселел. - А её, я хоть из-под земли, да достану!
  - Кого её? - не врубился Тимофей.
  - Известно кого! Воровку Властелину ясен пень! На все изъятые у неё твои денежки, обещаю накупить детям конфеток, мороженного и печенья. Богом клянусь - будет так!
  - Справедливо! Вот это дело! - согласился Тимофей.
  Друзья крепко обнялись, после чего начали отлавливать кота. Кот наотрез отказался пить непонятную микстуру. Кое-как словили и зажали. Раскрывать пасть довелось Анисию в виду того, что Анисий был в защитном костюме. Успел-таки котяра и укусить и оцарапать, да только бесполезными были эти траты сил и нервов. Настойку меди влили. Далее эту настойку влили в рот спящей Светке. Последним, выпил её залпом Тимофей.
  - Пора?! - спросил Тимофей.
  - Пора! - отвечал ему Анисий, надевая шлем. - Четыре миллиона двести пять на число Пи в кубе на триллион квадратного корня из семи!
  - Открыть видимость! - скомандовал на своё собственное удивленье Тимофей. И видимость открылась.
  Красивый космос и бешено вращающаяся по своей орбите нейтронная звезда где-то там вдалеке открылись вместе с видимостью. Тимофей глянул на руки. Руки начали синеть. Тогда посмотрел он на Светку. Светка была вся сине-голубая. Не синел лишь один Жиган, да и то из-за своего густого шерстяного покрова. Зато Жиган полоумно зачитал куплеты:
  У мещанина, от страха сзади лопнула по швам штанина.
  Дабы сокрыть последствия от страху, он взял да подпоясался рубахой!
  - Чего-чего? - не понял Тимофей бормотания кота. На Тимофея из темноты смотрели два безумных светящихся кошачьих глаза. От страха кот раздружил с рассудком и нёс всякую околёсицу. Следующим куплетом кот сразил Тимофея наповал.
  Тонной тротила
  Обмоталась Тортилла
  По периметру панциря,
  И в толпе демонстрации
  Во имя Аллаха
  Взорвалась черепаха!
  Затем кот немного подумал, лизнул лапу, а лапой этой поправил растопыренные усы, после чего грустно как-то добавил к вышесказанному следующее:
  Где ж вы мои огромные деньги?
  Ой, где вы мои, миллионы рублей?
  Я б складывал в стопочки вас да шеренги.
  Жизнь стала б приятнее и веселей!
  Это было последним, что сказал кот на человечьем языке. Непонятно вообще было, в каких тёмных притонах кот всего этого нахватался. В каких безобразных закоулках нахлебался он подобной баланды.
  - Всем в мусорный бак! - скомандовал Анисий.
  На этот раз Жиган даже опередил Тимофея. Запрыгнул первым и калачом устроился под бок к Светке. Залез за котом и Тимофей. К баку подошёл Анисий. Сквозь свой скафандр весело подмигнул Тимофею.
  - Прощай! - крикнул Анисий, но из-за скафандра крик этот по децибелам получился не громче писка.
  - Прощай и ты! - проорал Тимофей. От его крика проснулась Светка, повернулась и спросонья непонимающе уставилась сперва на кота и Тимофея, затем на диковинно одетого Анисия. Крышка мусорного бака с силой захлопнулась. Наступила полнейшая темнота. Едва-едва расслышал Тимофей сквозь стенки бака:
  - Семьсот семьдесят семь на семь миллионов восемьсот пятьдесят четыре на число Пи в седьмой степени.
  Затем секунда темноты и пустоты. Далее жуткая тряска и болтанка, после чего хлопок и провал. Мусорная капсула аннигилировала в пространстве.
  Та же самая картина открылась Тимофею, что наблюдал он при переходе в первый раз. Первым делом рядом подпархнула, будто бабочка лихая, строгого вида или секретарша или директриса. Секретарша по-прежнему являлась брюнеткой жгучей, да при очках и главное, что парила рядом на рабочем месте, но уже без пишущей машинки на столе. Машинку заменил самый заправский ноутбук. Были и ещё кое-какие изменения. Из разряда: найдите десять отличий. Десять отличий вот так сразу в глаза не бросались, но вот три отличия, Тимофей для себя отметил. Первым отличием стало превращение груди секретарши-директрисы со второго размера в четвёртый. От этого неплохого, в принципе, превращения, бусы секретарши-директрисы перестали залазить на грудь, а значит её закрывать. Ещё, бусы эти стали определённо другими, ну и на этот раз секретарша-директриса выскочила к Тимофею босиком, в то время как в прошлый раз, была при туфельках. Однако главным несовпадением с прошлым разом, было собственное ощущение Тимофеем себя. Здесь и сейчас Тимофей не просто болтался ничего не чувствуя и понимая, а совсем наоборот, был в трезвом уме и твёрдой памяти. Секретарша-директриса меж тем делом, лениво потянулась, выключила на своём новеньком ноутбуке какую-то игрушку, после чего на минуту вопросительно уставилась на Тимофея. Как следует, насмотревшись своими красивыми глазками и просветив ими Тимофея насквозь, будто рентгеновыми лучами, секретарша-директриса изволила слово молвить.
  - Вот гляжу я на тебя и определённо вижу: чего-то в тебе не хватает от прошлого тебя.
  - Зато в тебе прибавилось, - отвечал с улыбкой Тимофей, определённо намекая на четвёртый размер.
  На это, казалось бы, грубое замечание, секретарша-директриса не надулась и не полыхнула румянцем, а даже с точностью до наоборот: залилась в восторге, улыбке и гордости.
  - Еле-еле мужа уболтала дать денег на операцию! Но зато, каков эффект! Однако не заговаривай мне зубы, я тут при исполнении. Так вот: бестолковку свою, я смотрю, ты не забыл, а программу оставил. Ты что же, по возвращению хочешь задницу прищурить? Дуба врезать желаешь? Ведь на такие вещи согласование сверху надобно получать. Своевольничать в таких делах, себе дороже, - говорила секретарша-директриса, а сама параллельно подводила глазки и мазала ресницы тушью.
  - Меня мудрец от программы избавил. И кстати, к величайшей моей радости. Не желаю я более программы в себе носить. Не нравится, можете меня прямо тут и укокошить.
  - Знаем мы этих самых мудрецов! Проходили! Всякого сорта мудрецов видали! Когда сами тут оказываются - двух слов связать не могут. Ладно-ладно, не волнуйся. Раз уж тебя так восхитила моя новая грудь, а это и слепой бы разглядел, пойду так уж и быть на должностное преступление. Возьму этот грех на себя, замолчу перед начальством. Оно ведь и вправду дело-то благое, - перестав краситься, отвечала секретарша-директриса.
  - Грудь действительно отлично вышла! Мастерски! - подыграл Тимофей. - Спасибо тебе добрая женщина. Хочется пожить по-человечески немного, без всяких там программ и наставников. А то у нас на земле жизнь итак, как детская распашонка: коротка, да и та вся зассана.
  - Да кстати, вспомнила, чего в прошлый раз не договорила, - поменяла вектор секретарша-директриса. Было видно, что ей, чертовски приятными, показались комплименты про грудь.
  - И чего? - заинтересованно внимал Тимофей.
  - А того! В седьмое измерение тебя направляли. Вот чего. Теперь тебе от этой новости, какой толк? Проклятый склероз! Тогда нужно было тебе говорить, тогда!
  - Да ладно, не вини себя, добрая женщина! С кем не случается! Лучше поздно, чем никогда. Буду теперь знать хоть, в каких местах гостил. А грудь, она загляденье просто. У других, допустим, сразу видно силикон, рубцы всякие от вмешательств. Бывает и того хуже, начинка рассасывается, а сиськи превращаются в уши спаниеля. Сколько раз своими глазами сам лично видел. Ужасные сиськи в девяноста процентах из ста! Уж ты мне поверь, просто ужасные! Но твои...! Прямо, как с картины мастера! От родных не отличить никоим образом. Хвала и честь тому хирургу! Не хочется даже отрываться, вот смотрел бы и смотрел сутками, если бы семья дома не ждала. Не подскажешь, кстати, как поскорей домой вернуться? - хитрил Тимофей да перехитрил.
  - Пустяковая твоя душа! Да я тебя теперь в упор не вижу! И это твоя благодарность - дымящееся враньё! - надулась секретарша-директриса.
  - Сама посуди, чего мне врать-то? Али ты думаешь, я не разбираюсь в грудях? Как есть, так и говорю, - начал оправдываться Тимофей, при этом волнуясь.
  Секретарша-директриса уставилась в монитор и начала что-то стучать своими тонкими пальчиками по клавиатуре. Продолжалось это около пяти минут.
  - Так! С документооборотом покончено. Справки я тебе распечатаю в другой раз. Декларация вместе с отчётом о поведении, механизмы принятия решений, и прочее - всё запротоколировано и будет подшито в личное дело. Надоело мне тебя пестовать. Лети уже домой комплиментщик масленый! Трещать тут с тобой: в пустую время терять! Отпускаю! - тут секретарша-директриса подняла указательный палец, дабы нажать кнопку "enter" на своей клавиатуре.
  - Ай, момент! Как звать-то тебя - добрая женщина? Для памяти! - прокричал Тимофей.
  - Вот тут всё время сама путаюсь и забываю. Честное слово забыла, что далее говорить. На этом самом проклятом месте голова постоянно запустевает. Всегда так! Хотя нет, вспомнила: соседи зовут меня тётей Хлоркой! Можешь так и запомнить, - с этими словами красивый пальчик тёти Хлорки громом ударил по нужной клавише клавиатуры, тем самым провалив Тимофея на платформу машины Соколова, то есть домой.
  Очнувшись, Тимофей первым делом огляделся. Светка с Жиганом уже были на месте. Светка сидела, как и раньше за пультом. Только вот была при этом синей. Голова её была опущена вниз и болталась из стороны в сторону. На полу возле платформы валялся на боку Жульен. Глаза его были закрыты. Передние и задние лапы кота судорожно подёргивались. У кота, синим, был только нос, остальная синева скрывалась под шерстью. Эксперимент ещё не начался. А значит, не было ни взрыва, ни пожара. Тимофея тошнило, крутило и ломало, но себя, превозмогая, он встал. Достал лекарство от меди и жадно приложился. Едва не выдавил обратно тут же, но смог. Шатаясь, обошёл друзей и напоил, да пулей полетел в свой кабинет за железом. По пути его, на собственное горе, в коридоре повстречал охранник Андрей. Увидев мертвецки синего Тимофея, охранник этот поперхнулся, после присел на пол. От такой внезапной встречи, Андрей чуть было к архангелам не полетел. Не до охранника совсем и Тимофей уж в кабинете, все содержащие железо препараты собирает в горсть, после чего бежит обратно. В капсуле с машиной Соколова, он впихивает силой лошадиные дозы сперва Светке и коту, а уж затем глотает сам. Все трое вырубились на несколько часов. Вой сирены, вот, что разбудило Тимофея. Открыв глаза, увидел он себя на другой совсем платформе. Точнее на носилках в карете скорой помощи.
  - Как Светка? Что с котом? - едва получилось прошептать мёртво-фиолетовыми губами, склонившемуся врачу реаниматологу.
  - Все живы! Состояние тяжёлое, но стабильное. Над котом правда колдует ветврач, а ваша коллега в соседней машине. Вы не волнуйтесь! Гемодез-Н чистит вашу кровь. Сейчас молчите! Потом расскажете, откуда в ваших организмах столько меди и куда девалось железо. Повторяю, вы вне опасности, а теперь отдыхайте.
  Внезапно по рации запищала истерически девушка. Когда её попросили сформулировать свои мысли ясней, девушка, всхлипывая, заявила в эфир, что пациентка, придя в себя испарилась. Доктор реаниматолог занимавшийся Тимофеем отвлёкся и уставился на рацию вместе с водителем скорой помощи.
  - Ускакала она! Ничего удивительного в этом нет. Ищите дома для начала, - нашёл в себе силы пробормотать Тимофей. Доктор подозрительно на него покосился и вновь призвал к спокойствию. Спокойствие так спокойствие!
  На этом Тимофей закрыл глаза, и стало ему как-то необычайно спокойно и хорошо. В руке Тимофей нащупал амулет какого-то божка, взятый сувениром с Абаинской битвы. Когда неотложка с визгом ворвалась в ворота больницы, в приёмном покое Тимофея уже ждали жена его Василиса вместе с сыном.
  
  Конец
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
Оценка: 3.00*3  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  В.Соколов "Мажор 3: Милосердие спецназа" (Боевик) | | Р.Цуканов "Серый кукловод. Часть 1" (Киберпанк) | | .Долг "Stalker " (Daniil Bulgakov) | | А.Демьянов "Горизонты развития. Траппер" (ЛитРПГ) | | Э.Тарс "Бастард рода демонов 3" (Боевое фэнтези) | | Ю.Эллисон "Между льдом и пламенем 2, или Как достать ректора" (Любовное фэнтези) | | Д.Деев "Я – другой 2" (ЛитРПГ) | | Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих" (ЛитРПГ) | | М.Атаманов "Искажающие реальность" (Боевая фантастика) | | Н.Быкадорова "Главные слова" (Антиутопия) | |

Хиты на ProdaMan.ru Титул не помеха. Сезон 1. Olie-Тайны уездного города Крачск. Сезон 1. Нефелим (Антонова Лидия)В объятиях змея. Адика ОлефирМои двенадцать увольнений. K A AОфисные записки. КьязаСнежный тайфун. Александр МихайловскийАромат страсти. Кароль Елена / Эль СаннаИЗГНАННЫЕ. Сезон 1. Ульяна СоболеваПодари мне чешуйку. Гаврилова АннаСуккуб в квадрате. Чередий Галина
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "То,что делает меня" И.Шевченко "Осторожно,женское фэнтези!" С.Лысак "Характерник" Д.Смекалин "Лишний на Земле лишних" С.Давыдов "Один из Рода" В.Неклюдов "Дорогами миров" С.Бакшеев "Формула убийства" Т.Сотер "Птица в клетке" Б.Кригер "В бездне"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"