# когда возвращаются эльфы

Гуля Жан

Когда возвращаются эльфы ...


Клод Дебюсси. Лунный свет.


Среди развалин было на удивление тепло. Сколько лет она приходит сюда? Девушка, осторожно переступая с одной, покрытой причудливой сетью трещин плиты, на другую, обошла полу обвалившиеся стены, коснулась рукой лишённых капителей колонн. Ничего не меняется. Только плети дикого винограда, цепляясь за выступы и шероховатости, оставшиеся от когда-то украшавшей этот зал лепнины, стали ещё гуще. Скоро они закроют своими резными, яркоцветными по осени листьями все стены. Тогда и найти, увидеть это тайное место для равнодушного путника станет совершенно невозможным. А она? Что ж, она никогда не забудет дорогу сюда. Запахнув поплотнее шаль, девушка через обвалившуюся арку вышла наружу к старому айвовому дереву. Почти все листья уже облетели. Несколько бледно жёлтых, похожих на уродливо сморщенные яблоки, плоды раскачивались в такт ветру. Девушка некоторое время постояла, как будто всматриваясь в открывшуюся перед ней унылую картину обесцвеченных поздней осенью живописных горных отрогов и склонов. Но видела она совсем другое... И думала совершенно о своём... Очередной порыв ветра сдвинул, казавшиеся неподвижным блоки облаков. И открылось почти белое, но, всё ещё теплое, солнце. Всё, что ещё могло, ожило, засияло, заискрилось под его ласковыми лучами. Девушка провела ладонью по глазам, снимая пелену воспоминаний и невесёлых мыслей. Дни поздней осени коротки. Ей пора возвращаться домой.

Спускаясь по крутой каменистой тропе - давно уже, кроме одичавших коз, никто здесь не ходил - она старалась ни о чём не думать. Только внимательно смотреть под ноги, на очень крутых опасных поворотах хвататься руками, помогая себе, то за колючие, скользкие ветви кизила, то осыпанные усохшими плодами, жёсткими побеги кипариса. Чем дальше вела тропа, чем ближе к дому, тем пасмурнее становилось вокруг. К своему дому на крутой, короткой улочке девушка добралась в полной темноте. Толкнув тяжёлую широкую дверь, так, что одновременно разлетелись обе створки, вошла в низкий зал. Всё, как и было. Время не властно над этим местом, над этим домом. Прикрыла за собой дверь. Сколько раз она, они ещё с Тэмом, собирались закрепить одну из тяжеленных половинок. Но у Тэма как-то руки не доходили. А она - что она может одна! Но, вот теперь... Девушка развела очаг в закопчённом очаге. Чуть в стороне подвесила над пылающими углями начищенный до зеркального блеска пузатый чайник. У неё-то и выбора нет. Она совершенно точно знает, что делать. Но, не может себе позволить этого. Перед смертью Тэм взял с неё слово. И она ни за что на свете не нарушит своего обещания. Огонь в очаге давал достаточно света. Не станет она зажигать свечи. Дверь распахнулась и, таща за собой шлейф морозного тумана, тяжело опираясь на сучковатую палку, вошёл мосластый старик.

- Приветствую, Маленькая Леди.

Прогудел он, густым для своего жилистого, усыхающего тела, голосом.

- Дядюшка Роб, добрый вечер. Проходите поближе к огню.

Девушка захлопотала, подвигая к очагу тяжёлый, с резной внушительной спинкой, стул, подкладывая в очаг поленья, снимая с огня, закипевший чайник.

- Не мельтеши ты так.

Старик, с трудом сгибая колени, опустился на предложенный девушкой стул.

- Стаканчик грога?

Не дожидаясь ответа, девушка прошла вглубь тонувшей в сумраке залы. Ей и свет-то был совершенно не нужен. Она наизусть знает здесь каждый закуток, каждую полку, знает, где стоит каждая бутылка, коробка, стакан или стопка. Знает предпочтения и пристрастия всех друзей Тэма. Но знает она и то, что Робу будет приятнее, если она спросит

- Дядюшка Роб, какой ром предпочтёте сегодня?

И, не отступая от многолетнего ритуала, старик ответит

- Конечно, ямайский! Как ты могла забыть, малышка?

И она повернёт массивный ключ и достанет из тяжёлого резного, ставшего от времени почти чёрным, буфета заветную пузатую бутылку. И поднесёт её старику

- Этот ром, дядюшка? Я не ошиблась?

Но сегодня старик не хотел поддержать давнишний ритуал - игру. И на вопрос о том, какой ром он предпочитает, не ответил. Даже не затворив дверцу буфета - настолько обеспокоило её молчание Роба - девушка поспешила к старику.

-Что-то случилось? Вы плохо себя чувствуете, дядюшка?

- Просил же тебя, не мельтеши!

- А грог?

- Успеешь. Присядь.

- Сейчас. Только чай заварю.

В маленьком фарфоровом чайничке девушка заварила крепкий чёрный чай. В это время года старику надо хорошенько согреться. Пусть поворчит, но прежде всего, она приготовит ему стаканчик грога.

- Неолани! Ты непослушная девочка. Как только старина Тэм справлялся с тобой!

- Не сердитесь, дядюшка Роб. Вот ваш "стаканчик". Всё уже готово. Ну, как сегодня?

Сделав небольшой глоток, старик от удовольствия прикрыл глаза и прищёлкнул языком.

- Неплохо. Неплохо, Маленькая Леди. Старина Тэм там,

Роб поднял костлявый палец вверх

-гордится тобой. Я приходил днём. Ты опять ходила к развалинам?

- Что-то случилось?

- Ничего особенного. Хотел поговорить. Но, почему ты туда пошла! Тэм будет недоволен.

- Не понимаю. Что может со мной там случиться! Чего вы все так боитесь?

- Мы-то знаем чего! А ты, вроде, как что там забыла. Чего ищешь?

- Ничего не ищу. Хотела посмотреть созрела ли айва. Вы же знаете, в заброшенном саду самая лучшая айва. И сушить, и для варенья.

- Не заговаривай мне зубы. Сказано же было - не ходить! Нельзя.

Старик стукнул палкой о выложенный красным кирпичом пол.

- Ежели Тэма нет - можешь делать всё, что вздумается!

Старик отхлебнул ещё глоток.

- Грог ты выучилась готовить, малышка. Не мудрено... Помнишь, Тэм поднимал тебя и ты своими маленькими ручонками доставала с верхних полок пузатые бутылки. Вот смеху то было! Только бабка твоя, Кроха жуть как сердилась. Да кто ж мог совладать со стариной шкипером!

Ещё один глоток ароматного грога должен был "подправить" здоровье и освежить воспоминания старика. Но сегодня всё, явно, шло "не так". Не по всегдашнему сценарию. Вместо того, чтобы углубиться в воспоминания, и начать рассказывать Неолани наизусть выученные истории об её младенчестве, детских годах, и прочих, милых каждому старику пустяках, дядюшка Роб неожиданно твёрдо посмотрел в глаза, присевшей напротив него на низенькую скамеечку, девушке.

- Когда ты собираешься уехать, Маленькая Леди?

- Какой странный вопрос. Почему Вы решили, что я собираюсь, или должна уехать?

- Вопрос не странный. Странно то, что ты до сих пор здесь. И даже не думаешь о важных вещах. Вот-вот перевал закроется.

- Дядюшка Роб, и почему Вы решили, что я должна уехать?

- Посмотри кА на меня, малышка. Так я и знал! Этот выживший из ума пьяница заставил тебя поклясться! И, наверняка, припугнул Катти Сарк!

Старик кивнул на картину, угадывающуюся в сумраке над очагом.

- Конечно! Шкипер всегда пугал тебя этой ведьмой! А ты, наивная душа, верила.

Старик тяжело закашлялся.

- Дядюшка Роб, не сердитесь. Ничего такого не было. Ну, верила, когда была маленькой, в Катти Сарк. Но я давно выросла.

- Выросла то, выросла, но ума не набралась. Такая же, как твоя мать... доверчивая.

Старик выпустил со стуком упавшую на пол палку, махнул рукой. Отпил ещё глоток обжигающей, сдобренной гвоздикой, жидкости.

- Даже, если ты и пообещала Тэму что-то, я освобождаю тебя от глупых клятв. Нечего тебе тут сидеть и ждать пока я помру.

Старик поднялся.

- Негоже из-за меня гробить молодую жизнь. Ты же не хочешь, что бы меня черти в аду поджаривали?

- Сразу так и в аду!

Неолани подала старику палку.

- Идёмте, провожу Вас.

- Я и сам в состоянии добраться до дома.

Проворчал, не желая показать, как ему приятно внимание Неолани, Роб.

Промозглый, сырой ветер путался, не мог найти выход из лабиринта узких, серпантином уходящих вниз, к бухте, улочках. Становясь от этого еще злее, пронзительней, он кидался от одной к другой каменным изгородям, от одного с закрытыми ставнями, "мёртвыми" окнами домика к другому. Бился об глухие стены, ломал и сметал всё на своём пути. Роб в сопровождении Неолани, с трудом преодолевая резкие внезапные порывы, добрались до дома старика. Не дожидаясь приглашения, девушка зашла вслед за Робом во внутрь. Навстречу им рванулись темнота и сырость давно нетопленного, запущенного жилья.

- Вот, я прихватила несколько свечек.

Неолани проскользнула мимо старика к очагу.

- Где у Вас спички, дядюшка Роб? Или, Вы, по старинке, пользуетесь кресалом?

Она нащупала на бугристой от застарелой грязи полке отсыревший пустой коробок из-под спичек.

- Я пока зажгу свечу, Роб. Потом поищем.

- Я не приглашал тебя к себе в гости.

Старик сел на колченогий табурет.

- Что такое необыкновенное я могу увидеть у Вас в доме, дядюшка Роб, чего нет у меня?

Споро - она знает дом старинного приятеля и собутыльника шкипера Тэма, ничуть не хуже, чем свой - Неолани проверила все полки и кухонные ящики.

- Что же Вы молчите, что припасы на исходе, дядюшка Роб! А ещё - очаг! Чем топить собираетесь? Есть какой - ни какой запас?

- Сколько тебе повторять! Не лезь ни в свои дела! Всё у меня есть! И без тебя обойдусь.

-Я захватила немного картошки,

Неолани и не собиралась отвечать. Положила в пустой ящик четыре картофелины и пару морковок.

- Вот чай.

Картонная коробочка нашла себе место на буфетной доске рядом с полу засохшими корками хлеба. Старик неодобрительно следил за каждым движением девушки.

- Вы можете обижаться, дядюшка Роб, сколько Вам вздумается. Но, скажу я Вам - это никуда не годиться!

- Мне тоже есть чего тебе сказать - рассказать! Мала ты ещё учить уму-разуму! Пока она пыталась навести хоть какой-то порядок в запущенном доме Роба, и, одновременно, пререкалась со стариком, ветер принёс мелкий противный дождь - крупу, который острыми, точечными уколами пребольно жалил открытое лицо, насквозь пробивал не очень - совсем - неподходящую для такой погоды одежду. Промочив ноги и "продрогнув до печёнок" - так говорил Тэм - Неолани, наконец, дошла, скорее - докарабкалась, хватаясь за неровности в каменной кладке домов и заборов до Катти Сарк. Срочно, немедленно кипятить воду! Из начищенного до зеркального блеска выпуклого бока чайника на Неолани смотрело изуродованное кривизной, отражение уродливой, стучащей от озноба зубами, рожицы. И так не красавица! Девушка подвесила полный чайник по центру очага. Пока грелась вода, Неолани достала запасной комплект одежды, и быстро, пока не исчезла решимость, разделась. Оказалось, что без мокрой, пропитанной холодом и страхом путешествия по скользким крутым улочкам, одежды гораздо теплее даже в нетопленном пустом помещении. Растереться грубым полотенцем и переодеться не отняло много времени. И вот она сидит перед ярко пылающим огнём. Ноги - в тазу с горячей водой, в руке - стакан грога. Неолани пришлось позволить себе эту безумную роскошь - полноценный огонь в очаге, таз с горячей водой и грог лишь только потому, что она очень боялась простудиться и заболеть. В этом покинутом жителями посёлке некому ухаживать за больными. А что бы ни говорил дядюшка Роб, и какие бы клятвы она ни давала Тэму, если бы и не было их - этих клятв - она не может и никогда не сможет оставить без помощи немощного старика. Значит, шутки в сторону. Болеть нельзя. Ни в коем случае. Надо серьёзно готовиться к зиме.

На следующее утро, проснувшись здоровой и бодрой, Неолани, как и решила с вечера, пошла к дядюшке Робу. Не понравилось ей, то, что она увидела в доме у старика. К утру вчерашний ветер, и дождь стихли. Под ясным, блестящим тёмной синевой небом, безлюдный посёлок выглядел совершенно по-сиротски несчастным. Чистые ясные краски омытых дождём построек и вечно зелёных растений усиливали ощущение заброшенности и одиночества. Неолани будто заново, по-новому видела знакомые с детства места. За каждым поворотом крутых улочек открывался почти неожиданный, захватывающий дух "вид". Она специально пошла к Робу "дальней дорогой", поворачивая не в ту сторону и делая "петли" на, и без того серпантином вьющимся по крутому спуску к морю, узким улочкам. Кто знает, когда ещё придётся - нет, выпадет ей счастье - увидеть сверкающее в обрамлении то бело синих стен построек, то в тёмной зелени величественных пирамидальных кипарисов море. В доме дядюшки Роба всё оказалось гораздо хуже, чем представлялось Неолани. Обычный дом - почти все дома здесь, за исключением дома-паба её дедушки Тэма, именно такие - в котором из поколения в поколения жила семья Роба, пугал своей "заброшенностью", отсутствием живого человеческого тепла. Укутанный в несколько дряхлых шалей, Роб сидел у тоскливо серого стылого очага. Неловко, всем телом он повернулся на шум открывшейся двери.

- Доброе утро, дядюшка Роб.

- И тебе не хворать, Маленькая Леди. Что привело тебя в мой дом? В такую рань.

- Рада видеть Вас в добром здравии, Сэр.

Подхватила Неолани тон их давнишней, начатой ещё Тэмом, едва она научилась ходить и что-то лепетать, игры.

- Хорошо ли Вы почевали?

- И зачем ты, тысяча чертей в глотку, притащилась сюда?

- Фи, Сэр! Вы Богохульствуете. Нехорошо!

- Хорошо - не хорошо! Мне лучше знать, малышка. Я не звал тебя в гости. Ни вчера, ни сегодня!

- С каких это пор я должна ждать приглашения? Позвольте поинтересоваться.

- Ты ничего не должна! Ни ждать, ни приходить ко мне.

- Вот и прекрасно, дядюшка Роб. Вы отлично знаете, что я делаю только то, что хочу.

- Старина Тэм всегда говорил, что ты упрямее старой ослицы!

- Вот видите, дед всегда знал, о чём говорит.

Пока они так беззлобно препинались, Неолани осмотрелась. К принесённым ею вчера продуктам Роб даже не притронулся. Она развела огонь, вскипятила воду в стареньком котелке, заварила чай.

- Выпейте, дядюшка. Вы, наверняка, ещё и не завтракали.

- С чего ты взяла?

Прежде чем сделать первый глоток, старик долго держал кружку с ароматным чаем в больших, как будто живущих отдельно от тщедушного тела, ладонях.

- У Вас мало дров. И запасы... Почти ничего не осталось.

- Не суй нос не в своё дело!

- Я принесу немного валежника и веток. Вы же не против можжевельника? Посмотрю, чем смогу поделиться из припасов.

- По какому такому ранжиру ты распоряжаешься в чужом доме!

-Дядюшка Роб, не ворчите.

- Что? Я ворчу! Тысяча чертей! Как ты выражаешься! И хочешь, чтобы я не ругался! Хорошо, старина Тэм не слышит, что говорит его любимая внучка! На что он тратил кровные денежки! Какая там Леди! Тьфу!

- Можете ругаться сколько угодно. Я буду делать то, что нужно. Через неделю придёт Дьячок. Я дала ему список. Он привезёт всё, что необходимо.

- Дьячок! Чего это он притащится? Зачем нам эти вороны-церковники!

- Дядюшка Роб, Вы же сами его попросили вернуться на сорок дней.

Пальцы, сжимавшие чашку с чаем побелели. Если бы не возраст... В свое время здоровяк Роб мог одной рукой раздавить кружку с грогом. Да кто бы ему позволил переводить добро! А вот орехи для Неолани дядюшка Роб "давил" двумя пальцами.

- Прошло сорок дней?

- Да, дядюшка Роб, через неделю - сорок дней, как Боб умер.

- Хороший был парень. До последнего держался. Как в былые времена - вдвоём спиной друг к другу...

-Это были хорошие времена. Мне Тэм рассказывал.

- Да что ты можешь знать! Рассказывал ей Тэм! Предатель твой Тэм. Бросил и тебя и нас. И мне пора.

- Ну же, дядюшка Роб... Не надо. Не торопитесь... А с Тэмом - Вы же знаете, как всё вышло...

Старик ничего не ответил. Надолго замолчал. Лишь медленно, в такт своим длинным невесёлым мыслям, качал головой. Неолани, пока, перестелила сбитую, заваленную старыми изношенными пледами постель, перемыла нехитрую кухонную утварь и посуду, подмела полы. После смерти Старухи Мэг - так дядюшка Роб называл свою весёлую разбитную жену, даже когда та была розовощёкой, юной женщиной - только Неолани время от времени убирала в лишившемся хозяйки, доме. И то, для этого приходилось идти на всевозможные "хитрости", чтобы, не дай Бог, не обидеть самолюбивого, вспыльчивого друга шкипера Тэма.

- Так значит - через неделю? Ты точно посчитала, Маленькая Леди?

- Дядюшка Роб, у меня есть календарь.

- Как же - календарь! И толку от него!

- Вы бы хотели, чтобы все продолжали жить "по звёздам"? Ох, и фантазёр Вы! Давно уже ничего такого нет!

- Фантазёр? Нет, конечно, нет. Слишком уж обрадовалась ты, Маленькая Леди. Сидишь здесь... Зря что ли, старина Тэм полноценные монеты за твою, как её - гимназию платил! Он-то думал - что? А ты - что!

- Ладно, дядюшка Роб, поговорим ещё кто, чего и зачем. Завтрак я Вам приготовила. Подбегу вечером.

Неолани ушла от старика с тяжёлым сердцем. Смерть последнего из могикан - дядюшки Боба окончательно подкосила Роба. Тонкая нить его связи с миром - она, Неолани уже не могла удержать старика здесь. Всё, и все сильнее и настойчивее тянули, звали его туда, в те зелёные вольные луга, к старым друзьям, любимой подруге. Невозможно... Лучше она будет думать о том, что через неделю Дьячок привезёт всё необходимое - крупу, консервы, муку, соль, спички... Она наизусть знала весь длинный список самого необходимого... Смогут ли они со стариком продержаться до весны? Ей даже и думать не хотелось о том, что Дьячок может не прийти! Судя по тёмному, нависшему над, еле видному от сюда, Кара Шен, небу, погода не собирается улучшаться. И ветер, налетающий порывами морозный ветер с моря, не сулил ничего хорошего. Зима обещает быть снежной, холодной.

Она подошла к дому. Если бы не скособоченная, повисшая на одном крюке вывеска, да пристройка второго этажа, дом её семьи, её деда ничем бы, внешне не отличался от остальных, сложенных из грубо обтёсанных валунов построек посёлка. С рассохшегося дерева вывески, выцветшими облупившимися красками навстречу Неолани улыбалось, намалёванное каким-то местным умельцем, женское лицо. Стёртые временем растрёпанные развивающиеся волосы и короткую рубашку она могла прекрасно дофантазировать. Сколько Неолани себя помнит, они всегда были прорисованы хуже. Всё своё мастерство доморощенный художник воплотил в изображении, на его взгляд, прекрасного женского лица и выразительной надписи. Катти Сарк вывел он когда-то красными в золотом обрамлении, огромными с завитушками буквами. Надо бы и вывеску привести в порядок. Но...сколько по-настоящему, важных вещей, на которые у неё не хватает ни времени, ни сил... Девушка вошла в низкое, пропитанное видениями и ароматами прошлого, помещение паба. Это было её место! Её дом. Как могла она так долго жить без всего этого! Конечно, всё, что она делала - училась, жила в чужом Городе - всё задуманное и осуществлённое Тэмом, было для неё, для её пользы. Но, кто знает, в чём эта самая польза для каждого отдельного человека, каждой души? Может быть, как раз эти года - года разлуки, которые провела Неолани вдали от семьи, эта "жертва", принесённая ею и её близкими на алтарь амбиций шкипера Тэма, была совершенно излишней! Более того - напрасной, не принёсшей никому из них счастья. Сколько чудесных дней могли бы они провести вместе! А так... И Кроха, и Тэм ушли в далёкие зелёные поля. И её не было рядом, она не проводила свою любимую бабушку в дальнее, бесконечное путешествие. Она была обязана... Невозможно думать о невозвратности поступков и потерь. Неолани всматривалась в безмолвных свидетелей своей - их прошлой счастливой жизни. На гравюрах, в причудливых завитках волн мчались к победе лёгкие клиперы. А вот на этой - Тэм ещё всегда удивлялся , как можно рисовать маслом? - картине море. Такое, как там, у Когтей. Вспыхивающая серебряными отблесками под лучами солнца, прозрачная, голубовато жемчужная вода. В узких неглубоких бухточках между растопыренных Когтей, в штиль видно твёрдое, как будто металлическое, бугристо серое дно. И светлые с необычным, выдуманным такелажем то ли джонки, то ли другие, похожие на приведения судёнышки. Они, вопреки всем ветрам и течениям, плывут сюда в Блэк Пау, к ней, малышке Неолани. В их неглубоких трюмах всякая-всякая всячина... И чай, и ром, и горький севильский померанец, и бусы, и краски, и ... всё, что угодно душе Маленькой Леди. Ох, и забиваешь ты голову малышке пустыми выдумками! Не раз сетовала Тэму Кроха. А, вот здесь, на этой тёмной претёмной картине - единственное светлое пятно - короткая рубашонка молодой ведьмочки Катти Сарк. Она мчится за несчастным запоздалым пьяницей. Вот-вот догонит его обезумевшую от страха лошадку. И этот пучок волос, зажатый в простёртой вперёд руке деревянной скульптуры на носу чайного клипера! Именно тот клок, который Катти Сарк выдрала из хвоста несчастной лошадёнки Тэма. Тэм так увлечённо, с такими подробностями живописал перипетии той беззвездной ночи, что малышка Неолани долгое время была уверена, что это о себе, о своей встрече с бесшабашной Катти Сарк рассказывает старый шкипер. Недаром же и паб свой назвал он этим странным именем Катти Сарк! С большим трудом удалось Крохе переубедить и успокоить девочку. Всё это, и многое, многое другое вспоминалось сейчас с пропитанной любовью и чувством безвинной вины, грустью. Позади широкой, покрытой причудливой сетью трещинок и трещин, мраморной стойки, среди полок, шкафов и буфетов с напитками, фарфоровыми банками и баночками, разнообразной посудой, "пряталась" небольшая дверь. Дверь, собственно, в сам дом, в его жилые помещения. Неолани не стала подниматься на второй этаж к спальням, не пошла она и на кухню - всё ещё тяжело было представить владения Крохи без её тихого властного голоса, громоздкой, но подвижной фигуры. В самом конце коридора, перед выходом на задний двор, в тупичке была ещё одна небольшая дверь. Когда-то она закрывалась на внушительного вида замок, ключ от которого Тэм - он запрещал Маленькой леди называть его дедушкой - не доверял даже своей Крохе. Малышка Неолани сгорала от любопытства и нетерпения узнать - что же там? - за этой необыкновенной дверью. И вот, однажды - заговорщицки подмигнув только ей, как Неолани гордилась таким доверием - Тэд подвёл девочку к таинственной двери, вынул большущий резной ключ, повернул его в скважине замка, и... открыл дверь! Выдубленный солёными морскими ветрами суровый шкипер с трудом заставил себя не улыбнуться - такое разочарование, такая обида отразились на личике его любимой Маленькой Леди! В тёмном, без окон помещении не оказалось ни сокровищ, ни ещё чего нибудь "волшебного", чего-то такого, чего и нафантазировать маленькая девочка не смогла бы! Это была ... просто большая кладовка! До верху набитая, заставленная бочонками с разнообразным спиртным, мешками, коробками и ящиками с чаем и пряностями. Всё это богатство и разнообразие вкусов и ароматов доставлялось шкиперу Тэму в его Катти Сарк со всех концов света. Что это настоящие, а не сказочные сокровища, Маленькая Леди поняла потом, с течением времени, когда Тэм начал учить её премудростям и маленьким тайнам создания чудных напитков. Тогда же, когда научилась только по еле уловимому аромату различать марку и качество рома, определять из какого места на глобусе его привезли в Катти Сарк. Научилась Неолани разбираться и в разнообразных чаях. Их оказалось, на удивление, много. Теперь-то она никогда не спутает черный и зелёный, жёлтый и белый, пуэр и сине-зелёный или голубой семь лун. Сможет по аромату, цвету и вкусу определить на каких землях, в каких провинциях рос чайный куст, в какое время года собирали листья, какой обработке их подвергали, как и сколько времени путешествовали ящики, ящички, мешочки, прежде чем попали в паб к Тэму. Сегодня же за незапертой дверью - замок, как серьга пирата, сиротливо висел на одной из скоб - не было всех этих сокровищ, всего этого разнообразного пиршества для глаз, обоняния, вкуса, осязания. Давно уже шкипер Тэм не делал грандиозных заказов. Давно лёгкие быстрые каравеллы и клиперы не бросали якоря между Когтями Блэк Пау. Катти Сарк постепенно пропивала и проедала своё былое величие и славу. Но в сегодняшней кладовке были другие, не менее важные в теперешней ситуации вещи. Тара! Пустые рассохшиеся бочонки, деревянные ящики, картонные коробки, джутовые мешки - всё это могло стать отличным топливом. Ведь тех сухих веток и валежника, которыми она сумела запостись, не хватит на всю, обещающую быть суровой, зиму. Можно будет ещё пройтись по оставленным домам. Наверняка там найдутся дрова. Но делать это - ой как не хотелось. Было в этом что-то ... не совсем красивое. Грабёж, мародёрство - даже думать о таком не хотелось. Неолани удалось сбить обручи и разобрать одну из бочек. Пропитанные алкоголем доски будут хорошо гореть. Но дотащить их до дома Роба, она, вряд ли, сможет. Другое дело - ящики. Но хорошо подогнанные, без единого гвоздя ящики поддавались с трудом. Она потратила гораздо больше времени, чем рассчитывала, на то, чтобы разобрать на досточки небольшой ящичек, в котором когда-то перевозили и хранили пуар. Теперь она сможет принести дядюшке Робу эти досточки. Всё лучше, чем ничего. Неолани вернулась в дом. Привела в порядок высохшую одежду. По наитию взяв понемногу из оставшихся продуктов, сварила похлёбку. Хорошо замотала в полотенца и шаль горячий, прямо с огня, котелок. Пошла к дядюшке Робу. Осенние дни коротки. Успеть бы до темноты. В редком свете позднего дня осени, проникавшем в комнату через два подслеповатых оконца, сгорбленная фигура старика тенью нахохлившейся громадной птицы, выделялась на фоне ещё более тёмной стены. Неолани сразу и не поняла - спит ли Роб, заметил ли её появление.

- Добрый вечер, дядюшка Роб.

Она прошла через выстуженную комнату прямиком к очагу.

- И тебе не хворать. Что притащилась в такую-то погоду!

- Вот как Вы встречаете Леди. А ещё называли себя джентльменами, рыцарями!

Отвечая на ворчание Роба, Неолани между тем, развела в очаге огонь, размотала чугунок с похлёбкой. Досточки какого-то, наверняка, ценного дерева, из которых делали ящики для чаёв высших сортов, быстро занялись лёгким, чистым огнём. Угрюмая, по-старчески заброшенная комната наполнилась ароматом далёких стран, тёплых морей, весёлых беззаботных дней. Девушка перелила похлёбку в толстую из глазированной глины миску, и на чистой салфетке поднесла еду не пропускающему ни одного её движения, старику.

- Не угодно ли чуть подкрепиться?

- Чего уж, давай. Пахнет уж очень...

Как ни крепился Роб, но устоять перед аппетитным ароматом, не смог.

Но поел он немного. Всего несколько ложек...

- Не вкусно, дядюшка Роб?

Забеспокоилась Неолани.

- Что ты, Маленькая Леди. Очень вкусно. Спасибо. Почти, как у моей Старухи... Ты ведь помнишь, моя Мэг была мастерица. Так, как она никто не стряпал. Даже твоя Кроха, ты уж не обижайся, хуже готовила, куда хуже. Да что там - совсем не умела твоя бабка стряпать!

- Это Вы зря, дядюшка Роб.

Вступилась девушка за бабушку.

- Вот уж! Никто правды не любит. Да, была она славная хозяйка, твоя Кроха. Но, не стряпуха. А во всём остальном! Ничего не скажешь - огонь! И от куда только старина Тэм её привёз!

Вот сейчас начнутся привычные, бесконечные рассказы-сказки. Неолани убирала в комнате, в пол-уха прислушиваясь к сиплому прокуренному голосу дядюшки Роба. Иногда в слышанных - переслышаных историях "всплывали" какие-то новые, пусть крошечные, но от этого не менее важные, подробности...

- ... Мы все чуть не попадали. Дед то твой был крепкий, но, по правде сказать, не очень крупный мужчина. Жилистый, сильный - само собой, но не такой уж высокий. Да небольшого росточка был наш шкипер Тэм, чего уж! А тут - баба, ни баба, девка - ни девка, здоровенная! На голову его, то есть Тэма выше и с дитём на руках! А Тэм - то, Тэм - этаким петухом выходит вперёд - Это жена моя и дочка! Ну, кто стоял, тот так и сел!

- А кто сидел, дядюшка Роб, что он...

- Да что ты понимаешь, свистулька! Кто сидел, тот и так уже хорошо сидел. Потому как были мы там, в пабе у Тэма. Ну, да, недели уже, как две. После того, как Старик - отец Тэма отправился на Зелёные луга... И успели мы как следует разобраться с запасами выпивки...

- Так от чего вы "присели"? От вида жены Тэма, или от того, что он женился? Нет - наверняка испугались, что начнёт он бутылки да бочонки пересчитывать!

- Что б Тэм, да бутылки считал! Совсем ты не в себе, малышка.

- Конечно, если бы не бабушка, вы бы все - вся старая гвардия его без штанов оставили бы!

- Ну и выражаешься ты, Леди - без штанов! Но такой уж был старина Тэм. Никому ни в чём отказать не мог. А Кроха? Что ж, Кроха была кремень. Так нам всем подзатянула... Старуха моя рассказывала - Ничего - то толком поначалу Кроха и не умела то. А глянь, научилась быстро, да так ловко.

Неолани поднесла Робу кружку с грогом.

- Раз есть не хотите... Может быть, глоточек...

- О! Это вовремя!

Но отпил Роб всего несколько небольших глоточков.

- Не идёт что-то, девочка... Ты завтра придёшь? Приходи. Я много чего ещё тебе порассказываю.

- Конечно, дядюшка Роб, обязательно приду. Может быть, Вам что-то принести? Хочется чего-то особенного?

- Иди, иди уж. Не привычные мы, что бы женщины наши желания исполняли. Иди, устал я от тебя.

Над пустыми улочками висело тяжёлое серое небо. Кое-где жёстокие порывы ветра на миг, на какое-то мгновение раздвигали сгущающуюся тьму, и в щель скользили, чуть не падая вниз, колючие холодные звёзды. В их свете мертвенно голубым вспыхивали растрескавшиеся плиты улочек, каменные ограды, стены домов. Где-то хлопали, плохо притворенные ставни и двери. Хотелось побыстрее добраться домой. В свет и тепло. Вывеска над входной дверью совсем перекосилась. В мертвенном свете то появляющихся, то тонущих в низких облаках, звёзд глаза Катти Сарк на почти "перевёрнутом" лице смотрели с пронзительной укоризной. Обещаю тебе привести вывеску в порядок. Мысленно обратилась Неолани к изображению. И тут же пожалела о подуманном. Тэм сколько раз предупреждал её, Маленькую Леди - никогда ни о чём не договариваться с ведьмочкой. Ничего не просить у неё, и ничего не обещать. Накликаешь беду. Предупреждал постаревший "морской волк". Но Кроха, кажется, почти наверное, не разделяла этих опасений Тэма. Даже как-то снисходительно, не вступая в пререкания, выслушивала все его сентенции по поводу коварной Катти Сарк. Вот и Неолани не очень серьёзно относилась ко всем причудам - так называла Кроха некоторые пристрастия Тэма - деда. Но, в сегодняшний, наполненный бурей и смутным напряжением вечер, ей стало не по себе и от своего обещания мифической Катти Сарк, и от, не ковремени припомнившихся, предостережений Тэма. Побыстрее разжечь огонь, выпить чая и спать. Не странно ли так устать от разговора с больным немощным стариком! Неолани притащила из кладовки доску - одно из рёбер, разбитого ею днём, бочонка. Древесина была тяжёлой, твёрдой. Настоящий дуб. Не те лёгкие, податливые породы тёплых стран, из которых изготовляют чайные ящики. С трудом девушке удалось отколоть от "ребра" несколько щепочек потоньше. С их помощью она надеялась развести настоящий огонь. Ещё до того, как полноценные языки огня начали облизывать с трудом разгорающуюся древесину, низкий зал начал наполняться, с начала чуть уловимым, а потом, по мере того, как окрепшее пламя ускорило свою дикую ликующую джигу, явственным ароматом настоящего выдержанного ямайского рома. С такими "дровами" и грог нет нужды готовить. Неолани заварила себе простой без всяческих добавок и новомодных усовершенствований зелёный чай. Ей необходимо - какое это модное слово - расслабиться и отдохнуть. Всё, о чём она не подумала, что не сделала сегодня - всё завтра!

Прошло ещё несколько ветреных, дождливых дней. В те редкие мгновения, когда ветер сгонял с яйлы, как стадо заблудившихся овец, низкие грязные облака, Неолани с тревогой вглядывалась в тёмные от дождей и туманов, сглаженные временем зубцы Кара Шен. Она пыталась угадать какова погода там, вверху на перевале. Неолани ждала Дьячка. Очень ждала. Если он не привезёт, заказанные почти два месяца назад, припасы, то... Не хотелось даже думать, что может статься с дядюшкой Робом, с ней.. Если перевал будет закрыт. Впрочем, ничего особенного с ними не будет - они попросту не дотянут до весны. Только и всего. Неолани старалась отгонять невесёлые мысли, не хотелось показывать старику свою озабоченность. Негоже давать дядюшке Робу повод для беспокойства. Хотя... Последние дни единственный, оставшийся в живых ровесник и друган её деда, будто и не замечал действительности. То ли пьянящие ароматы сжигаемых ящиков из-под чая, то ли грог, в который Неолани добавляла несколько капель, сделанной ещё Крохой, настойки из несущих покой трав так действовали на ослабленный организм старика. Не успевала девушка переступить порог, как начинались, вернее, продолжались бесконечные рассказы и прибаутки о молодости и юности, о дружбе и любви, выборе пути, невольных ошибках и отрезвляющих промахах, о плаваниях и морях, портах и людях. Дядюшка Роб повышал голос почти до крика, когда рассказывал о возвращении домой, о том, как неожиданно радостно оказалось встретить на родной земле человека, девушку, которая любила и ждала тебя всю твою, почти загубленную жизнь. Это моя старуха - Мэг. Как будто в первый раз старик посвящал Неолани в историю своей семейной жизни.

- Может потому и не наградило нас провидение детишками, что слишком долго ждали мы друг друга. Принимая из рук девушки стаканчик грога, в раздумье, ни к кому не обращаясь, подытожил Роб.

- Ты, юная Леди не тяни с этим! С детишками. Бери пример со своего деда! Да, башковитый был Тэм! Куда нам всем до него! И жену нашёл, какой ни у кого здесь не было. Да и быть не могло! И ребёночка успел завести. Вернулся то Тэм домой уже с готовым ребёночком. С девочкой. Твоей матерью то есть. Так ты должна всё это знать!

Спохватился старик.

- Кроха, поди, не раз рассказывала.

- Знаю, слышала это, дядюшка Роб. И как дружили, и как друг другу помогали, из беды выручали.

- Знаешь! Знаешь? Да что ты можешь знать! Да откуда тебе! Если мы сами думали... А...

Старик отвернулся от Неолани. Старческие глаза, не мигая, смотрели на лёгкие скользящие язычки весёлого пламени. Что он в них видел? О чём вспоминал?

- Поешьте, пожалуйста. Хоть немного. Знаю, так, как у Вашей Мэг, у меня не получается, но, всё таки...

Уговаривала Неолани дядюшку Роба.

- Завтра должен прийти Дьячок. Привезёт припасы. Тогда я Вам такое приготовлю! Пальчики оближете! Обед устроим! Да такой, что чертям тошно станет!

- Ты чертей не поминай! Молода ещё. А на счёт пира - так попируешь. Обязательно.

Вечер был на удивление, тёплый и спокойный. С чистого высокого неба вниз смотрели чуть потрескивающие в безлюдной тишине, звёзды. Остро ломанная линия горной гряды чётко отделяла, уснувшую под мерные вздохи моря, землю от бесконечного бархата неба. Завтра придёт Дьячок. Обязательно. На перевале всё спокойно. Эти простые спокойные мысли позволили Неолани на удивление быстро, уснуть. В эту ночь не беспокоили её ни странные видения, ни спутанные тревожные сны. Поднялась Неолани, как обычно, рано. Чуть брезжил рассвет. Ещё невидимое из-за чёрной на светлеющем небе, горной гряды, солнце розовой нежностью провожала спешащие скрыться, убегающие вслед царице ночи, облака. День обещал быть тёплым и светлым. Как будто Бабье лето вернулось. Не поздновато ли, думала девушка по дороге к дому дядюшки Роба. О чём ещё можно успеть подумать за эти несколько минут. Тем более, в такое прекрасное утро. Да и весь, с его живописно разбросанными по крутому склону постройками, посёлок можно было обойти, наверное, за полчаса. Под неожиданно ласковыми лучами солнца оживали, стряхивали с себя ночную влагу, последние, оставшихся зелёные листья. Бриллиантово сверкала роса на воспрянувших "стрелах" травы. Улыбались промытые окна оставленных домов. В прекрасном расположении духа Неолани переступила порог дома дядюшки Роба.

- Доброе утро! Сегодня, дядюшка Роб, у нас будет гость. Может быть, и не к обеду, но к ужину, уж точно, Дьячок будет здесь.

То, что тихо в доме и дядюшка Роб не ответил на её приветствие, в первый момент не удивило, не насторожило её. Но, по мере того, как Неолани, почему-то осторожно, подходила к холодному, мёртвому очагу, к куче тряпья - сгорбленной фигуре дядюшки Роба, тишина становилась всё более напряжённой, плотной, почти осязаемой. Она уже знала, что случилось. Но не могла, не хотела позволить себе в это поверить. Неолани бережно дотронулась до неподвижной фигуры.

- Дядюшка Роб

Сможет ли она закрыть ему глаза... С умиротворённого - смерть стёрла со старческого лица все следы болезней, переживаний, не всегда праведной жизни. На Неолани смотрели, не видя её, светлые, прозрачные, как утреннее небо или вода ленивого прилива, глаза. Дядюшка Роб "всматривался" в дорогу к Зелёным лугам. Она не могла выдержать этот взгляд. Превозмогая себя, так когда-то поступала Кроха - "картина" чётко врезалась в память девушки - Неолани провела ладонью по лицу Роба. Мягкие веки, чуть пощекотав редкими ресницами ладонь, сомкнулись. Не оглядываясь, Неолани вышла из дома. День, по-прежнему, был ярким, тёплым. Ничего не изменилось. Наше присутствие здесь... Наверное, хорошо отправиться в Зелёные луга в такой день. Механически, не в состоянии ни о чём думать, Неолани вернулась в Катти Сарк. Она, кажется, собиралась что-то сделать. Но не сейчас. Планы должны измениться. День перевалил за середину. По стёртым камням улочки простучали копытца, проскрипели колёса. Громом отозвались в мертвенной тишине здания, стукнувшие двери паба.

- Есть ли кто? Эй!!!

Сидевшая неподвижно - сколько времени она провела так, в отрешённом бездействии? - Неолани, как будто, проснулась. Возвращаясь в действительность, всмотрелась в вошедшую, чуть пригнувшуюся под низкой притолокой, бесформенную фигуру.

- Вы! Как я рада. Проходите. Согреетесь? Выпьете с дороги?

Девушка захлопотала, разжигая огонь в мёртвенно сером очаге, готовя грог, доставая из неприкосновенного запаса Крохи, упрятанную глубоко в погребе последнюю банку с солониной. Уставший от тяжёлой дороги Дьячок грузно опустился на деревянную скамью. Его зоркие быстрые глаза не заметили никаких изменений в обычном порядке вещей и предметов. Единственный, кто выглядел здесь необычно, была юная хозяйка - Неолани. Но Дьячок давно уже не проявлял излишнего любопытства - рано или поздно, всё прояснится. Разгорающееся в очаге дерево излучало тепло и аромат. Аромат? Дьячок принюхался. Буквально, повёл носом, с удивлением убедившись, что не ошибся, что пахнет ... да, пахнет настоящим выдержанным ромом!

- Я топлю досками от бочонка из-под рома.

Подтвердила невообразимую догадку Дьячка, вошедшая с подносом, Неолани.

- Как ваши дела, Неолани? Ты даже не поздоровалась со мной.

- Да, сэр. Здравствуйте. Я задам Вашему ослику корм и сразу вернусь. Вы угощайтесь пока. Мы очень ждали.

Пока Неолани не было, Дьячок с аппетитом подкрепился. Отдал должное приличному куску солонины, отхлебнул добрую порцию грога. Ещё раз придирчиво осмотрел всё вокруг. Идёт время. Но ничего не меняется в этом странном месте с не менее странным названием Блэк Пау, в пабе с сатанинским именем Катти Сарк. Уже нет в живых жены шкипера Тэма, крохи. Да и самому Тэму "добрые люди" помогли отправиться к праотцам. Но малышка Неолани молодец. Кто бы мог предположить

Додумать Дьячок не успел. Прихватив тяжёлые вьючные мешки, вернулась Неолани.

- А... хорошо, что принесла. Здесь всё, что заказывала.

- Спасибо Вам, дяденька Дьячок.

Совсем, как в детстве, не так, как положено обращаться к ...лицу, поблагодарила Неолани.

- Я расплачусь. У меня есть чем.

- Конечно, расплатишься. Уж я-то знаю.

- У меня проблема, дяденька Дьячок. Не проблема - несчастье! Дядюшка Роб умер.

- Роб!!!

Дьячок с шумом поставил, стукнул кружкой с недопитым грогом по деревянной столешнице.

- Роб? Он же был здоров, как бык. Когда я был здесь в прошлый раз. Когда умер Боб. Тогда вы позвали меня на похороны.

Дьячок широко перекрестился.

- Храни Господи! Когда? Когда Роб умер?

- Не знаю точно. Нашла дядюшку Роба уже неживого. Сегодня утром.

- Ну и дела! Вовремя же я пришёл! Что делать думаешь? Родные у Роба - есть? Были, то есть?

- Никого. Старуха его, Мэг умерла ещё раньше Крохи. Детей не было у них.

- Сама хоронить собиралась?

- Мне не затащить дядюшку Роба одной.

- Что правда, то - правда. Значит я вовремя здесь. Пойдём, посмотрим.

Дьячок допил грог и не очень охотно, но поднялся.

- Ты должна пойти со мной. Покажешь, где живёт - жил

Поправил он себя,

-Роб.

Неолани послушно, как маленькая девочка - неожиданная смерть дядюшки Роба потрясла её - вышла вслед за Дьячком. Вечер, как и день, был светлым и тихим. Лишь где-то на горизонте, на линии соединения неба с морем собирались лёгкие, еле заметные, облачка. Но девушка не замечала, была не в состоянии оценить всю тихую прелесть прощального привета ласковой осени. Дьячок, подобрав полы длинной поношенной рясы, еле поспевал за, быстро идущей, почти бегущей, Неолани. У входа в дом Роба она остановилась, пропустила Дьячка вперёд.

- Он здесь

Указала внутрь сумрачной, промозглой комнаты. Дьячок долго не задержался.

- Пойдём. Молитву я прочёл. Больше ничем уже помочь не могу. Подумать надо, как похоронить. Ты сказала, что родных нет. А в селении - здесь остался кто-то.

- Дядюшка Роб и я только и были. Мы вдвоём.

- Плохо.

Дьячок остановился. Оглянулся. В просвет между отбрасывающих тёмно синие густые тени, домами был виден горизонт. Почти неразличимая линия между двумя синевами. Синий шёлк неба и синий бархат моря. И над ними - собирающиеся в причудливые башенки, пока ещё, еле заметные белые облака.

- Мы не можем ждать с похоронами Роба. Пока кто-то из нас доберётся до кого-то, кто сможет помочь, пока вернётся обратно. Да и не факт, что сможет вернуться.

- Я тоже обратила внимание. Те - кучевые облака над морем? Они не сулят ничего хорошего.

- Придётся нам самим хоронить Роба. Вдвоём нам его не донести. Попробуем с И. Мне самому это не по душе. Но... Потом сразу надо будет уходить. Подумай. В любой момент перевал может завалить снегом.

Неолани поднялась засветло. Лучше бы она и не ложилась вовсе. Такое мучение эти мысли и видения... Нажарила гренок, налила в два походных термоса крепкий чай, в оплетённую кожаной сеткой флягу - чистого виски. Не пожалев дров - планок бочонка, развела в очаге жаркий огонь. Постучала в дверь комнаты, в которой спал Дьячок.

- Дядюшка Дьячок, пора!

- Я готов!

Как будто он только и ждал Неолани, из комнаты вышел Дьячок.

- Доброе утро, Неолани. Думал, придётся тебя будить. Забыл, что старина Тэд приучил тебя подниматься ни свет ни заря.

- Что Вам приготовить на завтрак?

- Чашка чая. Гренки. Нет времени рассиживаться.

У Неолани всё это было уже готово. И пока Дьячок завтракал, она поднялась наверх, в свою комнату. В бессонную ночь, заставляя себя заснуть, не думать ни о чём "лишнем", Неолани решила, что сейчас у неё нет другого решения - она должна и может покинуть Блэк Пау. Давно уже невозможно покинуть селение по морю. Все, даже самые малые плавучие средства нашли свои причалы в других гаванях. Из Блэк Пау в единственный ближайший Город можно попасть, преодолев перевал на Кара Шен. По горной дороге, скорее тропе диких коз и баранов, нужно подняться до горной гряды. А оттуда уже рукой подать - в низине - Город. Но в это время года с дорогой через перевал следует поторопиться. Достаточно небольшой снежной бури и единственный проход между двумя скалистыми отрогами - их называют "зубами" Кара Шен - завалит снегом. Тогда уж... Ждать до весны. Неолани собрала в удобный дорожный мешок самые необходимые вещи. Из потайного ящичка секретера достала все свои деньги. На оплату Дьячку здесь хватит. Ну а себе - она сумеет заработать себе на жизнь. Неолани спустилась в зал паба со своей поклажей как раз в тот момент, когда Дьячок закончил завтракать.

- Вижу, ты собралась. Разумно. Спасибо за еду. Поспешим.

Ослик И достаточно послушно протрусил до дома дядюшки Роба. А здесь, как и предвидел Дьячок, начались проблемы. Им никак не удавалось взвалить и закрепить на спине ослика завёрнутое в саван тело дядюшки Роба. И отчаянно сопротивлялся, лягался, пытался укусить. Он ни в каую не желал нести поклажу с мертвецом. Как ни старался Дьячок, успокоить и уговорить своего ослика он не мог. День приближался к полдню. Положение становилось всё более серьёзным. Они оба, и Дьячок и Неолани понимали, что задержка чревата самыми непредсказуемыми, но наверняка, неприятными последствиями. Неолани никогда не пробовала и считала не этичным делать то, что собиралась сделать сейчас. Но, возможно, это их единственный шанс. Она хорошо помнила наставления Крохи.

- Позвольте, я попробую.

Сосредоточившись, Неолани протянула раскрытую ладонь в сторону ослика И. Вторую руку она положила себе на грудь. И почувствовала, как под ладонью набирая силу, запульсировало тепло. Ослик замер. Животное будто прислушивалось к чему-то, и нерешительно, медленно повернулось в сторону Неолани. Проведя взглядом по морде ослика - от обнажённых, кривовато расставленных больших зубов, до, чуть косящих, залитых кровью и беспомощностью, глаз - она заставила И смотреть прямо в середину своих глаз. Что уж увидел там, что почувствовал в неестественно расширившихся зрачках Неолани бедный И... Но сопротивляться ослик перестал и дал взвалить на себя грузное тело мёртвого Роба. И, всё так же повинуясь неслышной команде, И уверенно затрусил в сторону еле различимой среди валунов, кустов можжевельника и дикого кизила тропинке. Чур, чур, меня, ведьмино племя! Пропади пропадом, прости Господи, и эта история, и это селение! Слава Богу, эта сумасшедшая уйдёт отсюда вместе с ним. Не придётся больше сюда тащиться! А, с другой стороны, жаль - платят, платили, хорошо. Проклиная всё на свете, Дьячок с трудом поспевал за похоронной процессией. Наконец они остановились у внушительного, то ли валуна, то ли неприкрытого почвой фрагмента скальной породы. Подоспевший запыхавшийся Дьячок откинул тяжёлые скобы замка, чёрной от времени, частой решётке-двери. Раскурил кадило с ладаном и, осенив себя Крестным знаменем, первым вошёл вовнутрь. Люди, построившие свои дома на небольшом скалистом мысу с узкими извилистыми лагунами - бухточками, не подумали в своё время о том, что все смертны, и рано или поздно всем приходится хоронить своих покойников. Молодые, здоровые, они не подумали, не позаботились о последнем приюте для себя и своих родных. И когда пришло время, и в постаревшем селении появился первый умерший, подходящего места для кладбища на каменистом клочке земли не нашлось, пришлось искать приемлемое решение этой жизненной, как ни странно, слишком жизненной проблемы. Вести, а, иногда из-за погодных условий и рельефа, нести покойного через перевал в ближайший Город, все признали неприемлемым. Отправлять усопшего морем - так же проблематично. Возможно, им удастся "выкопать" одну могилу в скальной породе мыса, на котором расположился посёлок , но теперь все понимали, что за первой могилой последует вторая, третья... Людям свойственно не только рождаться, но и умирать. Свободной земли на "террасах" расположенном селении не было. И тут кто-то вспомнил об огромной кастовой пещере. И расположена недалеко, и места в ней предостаточно. Так у селения появился Склеп. Место упокоения его жителей. Каждая семья заняла отдельное ответвление в многочисленных "ходах" и "переходах" пещеры. Вслед за Дьячком, подгоняющая ослика И, Неолани переступила невидимую "черту". Аромат ладана перебивал специфический сладковатый запах Склепа. Они прошли мимо сбитых из дерева полок, уставленных саркофагами. По количеству полок и саркофагов можно было судить о "величине" той или иной семьи, о количестве её поколений. Семья Роба, как и семьи его друзей-сверстников резко "обрывалась" на их поколении. Дети и внуки этих могикан, у кого они были, в поисках лучшей, современной, новой жизни покинули, ставшее для них тесным и неперспективным селение. Их могилы, саркофаги, гробы будут на других, далёких кладбищах. Дьячок с Неолани не смогли бы одни поднять и уложить тело Роба в предназначенный для него на верхней полке, саркофаг. Но на нижней полке, принадлежавшей семье Раба Божьего Роберта ответвления пещеры оставалось немного места. Тело в саване поместится - без слов поняли друг друга Дьячок и Неолани. Освобождённый от пугающей ноши, ослик И стрелой помчался к выходу из Склепа.

- Обещаю, дядюшка Роб, вернуться. Я позабочусь, чтобы твоё тело заняло подобающее место. Прощаясь, Неолани провела рукой над заключённым в саван телом. Дьячок, несколько раз взмахнув кадилом, прочёл краткую молитву. Хоть они и спешили, но по дороге к выходу из Склепа, Дьячок останавливался против входов в семейные ответвления и творил Крестное знамя. Что бы о нём и не говорили, но Дьячок считал своим долгом выказать уважение усопшим. У входа в своё семейное ответвление, Неолани задержалась. Всего на несколько шагов отстала от Дьячка. Не требуется много времени, для того, чтобы мысленно попрощаться с родными людьми. Тем более, что из самых близких, ближайших родственников, тех, кого Неолани знала и, как ей казалось, будет помнить вечно, здесь, в Склепе покоились только двое - её бабушка Кроха и дедушка Томас - Тэм.

Дьячок несколько раз проверил, крепко ли заперт сложный замок на кованных решётчатых дверях Склепа. Одно дело, когда усопший лежит в саркофаге, а оставлять вот так ... в одном саване... Даст Бог, животные не заберутся... Бормоча молитвы, он часто закрестился. Грех, грех оставлять усопшего так... На обратном пути они ели поспевали за мчавшимся вниз во весь опор осликом. Вот и дом Тэма и Крохи. Кто знает, когда она вернётся в Катти Сарк! Неолани забежала внутрь, проверила, хорошо ли загашены угли в очаге, плотно ли притворены ставни. Подхватила свою котомку и узелок с провизией. Прощаться не с кем, да и уходит она не навсегда. Как только погода позволит, по первому солнцу она постарается, она обязательно вернётся. Как они и не спешили, приближался полдень. И маленькая экспедиция, нигде более не задерживаясь, отправилась к перевалу.

Горные тропинки и тропы, кое-где выложенные крупной галькой, кое-где покрытые настилом из плотно пригнанных веток, а, в основном, каменистые и осклизшие от растаявшего инея, уводили их выше и выше. Чем дальше от селения, тем холоднее, угрюмее становилось вокруг. Особенно, когда путь шёл через заросли одичавших, когда-то, давным-давно заброшенных, садов. Дьячок и Неолани по очереди шли впереди. Приходилось время от времени подгонять упрямившегося, не желающего сдвинуться с места ослика И. Несколько раз они и сами останавливались выпить чая, передохнуть. И снова торопились, поднимались всё дальше и выше. Им оставалось преодолеть лишь небольшое плато яйлы перед последним самым крутым подъёмом, как погода начала быстро, стремительно меняться. Как будто отдохнувший над морскими просторами ветер, набравшись свежих сил, вспомнил о своих обязанностях. Лёгкие белые облачка, так беззаботно покоившиеся утром на кромке горизонта, на глазах посерели, потемнели, налились свинцом, увеличились в объёме. Единой массой, как приливная волна, они затопили беззащитную синь неба, скрыли, и так спешащие за горизонт, солнце. С ветром пришёл с начала редкий, робкий, но неумолимо набирающий силу, дождь. В полумраке, скользя по крутым оползням, цепляясь коченеющими пальцами за мокрые ветки колючих кустарников, они упорно шли, карабкались к перевалу. Даже ослика И не надо было подгонять. Он не хуже, а, может быть, и лучше людей чувствовал надвигающуюся опасность. Не дай Бог быть застигнутым снежной бурей по эту сторону Кара Шен! Они успели! Они, всё-таки, успели! Только, замыкающая их цепочку, Неолани успела пересечь воображаемую черту в глубокой впадине между двумя, похожими на обломки кривых клыков, скалами, только Дьячок увидел мерцающие огоньки, лежащего в низине Города, как раздался оглушительный треск. Как будто за их спинами захлопнули огромную тяжёлую дверь. Секунда - и ослепительная молния пронзила упавшую на путешественников, мглу. Но они уже были здесь, на подветренной, относительно безопасной стороне горного хребта. Под защитой высокой несокрушимой каменной стены. Неолани достала фляжку с виски. Очень вовремя - одобрил, продрогший до костей Дьячок. Прости Господи! Осенив себя крестом, он ловко разлил по походным стаканчикам "животворящую влагу". По глотку нам не повредит. Задерживаться не будем. Здесь, за каменистой грядой Кара Шен - Драконьи зубы в мозгу Неолани вспыхнуло понимание древних слов - всё было совершенно по-другому. Налетев с размаху на каменную преграду, ветер потерял часть своей силы, утратил размах и ярость. Он не смог "перебросить" через Кара Шен тяжёлые снежные тучи. И по эту сторону горного хребта было и холодно и ветрено. Но это был совсем другой, утративший влагу, ветер, и другой, не пробирающий до костей, холод. И плавный, пологий спуск в долину не имел ничего общего ни с каменистыми террасами, ни с крутыми опасными тропами. Пока Дьячок и Неолани отдыхали, прячась за каменистой защитой , и приходя в себя, ослик И, не дожидаясь понуканий, осторожно перебирая копытцами начал спускаться в долину. Хоть солнце уже и зашло, но ночь ещё полностью не завладела землёй. И в длинном сумраке позднее осеннего вечера, путешественники начали спускаться в долину. Конечно, спуск, как и всякий спуск, не был столь лёгким, как хотелось бы. В свете взошедшей полной луны, Дьячок и Неолани внимательно всматривались в отливающую серебром дорогу. Рядом с ними ослик И звонко ставил копытца на отполированные временем плиты. Чем ближе был конец их путешествия, чем меньше оставалось до цели, тем труднее им всем было сдерживать себя - не торопиться, не ускорять шаг. Всё-таки, темно, всё- таки, холодно. Не стоит рисковать. Но вот - они вышли на широкую, выложенную булыжником пригодную и для экипажей и для конных путников, дорогу. До окраины Города осталось всего ничего.

- Ты пойдёшь к своим родичам? Это - направо.

- Нет, я остановлюсь на Постоялом дворе. У крёстной.

Ничуть не удивив Дьячка, ответила Неолани.

- Может быть, лучше у родственников?

- Дядюшка Дьячок, лучше мне будет на Постоялом дворе. Вы же знаете.

Странные они все в этом Блэк Пау. И эта туда же. Жила, училась в Городе, а, всё равно, басурманка.

Только и подумал Дьячок. Оба они подумали о городской родне Неолани. И не просто родне - семье её отца. Каждый знал историю со своей стороны. Но суть была одна - семья отца Неолани не признала ни женитьбу своего единственного сына на какой-то "дикарке", ни, тем более, его новорожденного ребёнка. В первый и единственный раз родители снизошли до посещения Блэк Пау, когда болезненный молодой человек умер. И только для того, чтобы забрать тело усопшего сына и похоронить в семейном "приделе" на городском кладбище. И, когда Тэм решил, что его внучка, Маленькая Леди должна получить подобающее образование, и привёз Неолани в Город, поступать в Гимназию, семья Кэлвина - так звали отца девочки - даже встретиться с нежелательным родственником не захотели. Не посчитали нужным. И тогда Тэм обратился к давнишней приятельнице и дальней, предальней родственнице, и по случайности, владетельнице Постоялого двора. Не о чем, особенно, было вспоминать. Да и не зачем. В тусклом свете уличных фонарей они подошли к Постоялому двору. Заспанный портье не очень удивился, увидев в столь поздний час довольно странную пару. Вдобавок, с едва плетущимся на длинной верёвке за тучным служителем церкви - не разобрать его сан и конфессию, осликом. Здесь хорошо знали Дьячка пьяницу, помнили весёлого щедрого шкипера Тэма. Ну а с Неолани были прекрасно знакомы. Как ни торопился Дьячок поскорее добраться до обители - в действительности ему не терпелось прикончить оставшееся во фляжке виски - он проводил Неолани до её комнаты. Всё таки, молодая девушка, внучка Тэма - кто знает... уже ночь на дворе. Прежде чем распрощаться с Дьячком, Неолани вложила в его пухлую, привыкшую к подношениям ладонь, две большого достоинства купюры.

- То, что Вы сделали для дядюшки Роба, для меня, для нас всех, трудно оценить деньгами. Я благодарю Вас от имени всего Блэк Пау. И пусть Ваш Бог никогда не оставляет Вас.

На прощанье, отвергнув все полу притворные отказы Дьячка, выпроваживая его из комнаты, пожелала Неолани. Она огляделась. В небольшой уютной комнате на втором этаже приземистого, сложенного из цельных стволов местной сосны, дома, ничего не изменилось. Всё здесь было так же, как в тот ужасный день, когда Неолани пришлось срочно, спешно вернуться в Блэк Пау. Когда то эта комната принадлежала пропавшему давным-давно, юноше, сыну хозяев Постоялого двора. Но за те года, что учась в Гимназии, Неолани жила тут, все привыкли к тому, что это её комната. Миссис Крок сдержала обещание, данное с трудом держащей себя в руках, еле сдерживающей горькие слёзы, девушке - её комната ждала её. От любезно предложенного консьержем чая, Неолани отказалась. Попросила принести только крутого кипятка. В небольшом походном чайничке заварила взятый с собой пуэр. Лучшего чая, чем у Тэма, она это точно знала, не сыскать ни у кого на расстоянии дня пути. Неолани с наслаждением выпила чашечку крепкого, со специфическим ароматом, чая. Надо было о многом подумать. Но чистая постель, тёплое одеяло - Неолани не смогла устоять перед искушением. Наскоро помывшись, усталая, обессиленная событиями последних дней и тяжёлым опасным переходом через Кара Шен, она мгновенно уснула. Но отдых, крепкий ночной сон не решили проблем Неолани, не сделали их проще. Она ушла из Блэк Пау последней, оставив позади безлюдное селение да Склеп дедушки Тэма и его друзей. У неё есть немного денег. На первое время, чтобы расплатиться за кров и еду хватит. Она не собирается .... пренебрегать бесконечной добротой хозяев Постоялого двора, супругов Крок. В дверь вежливо постучали.

- Войдите.

Неолани уже не спала. Просто не хотелось вылазить из тёплой уютной постели. Пока она не встала, вроде и проблем никаких нет, и ничего решать, делать не надо.

Круглолицая, румяная работница заглянула в комнату.

- Утро доброе, мисс. Хозяйка велела спросить, что прислать Вам на завтрак.

Неолани натянула одеяло почти до глаз. Она не помнила эту девушку. Почти год назад её здесь не было. Не желая признаться себе, что стесняется своей наружности, Неолани предпочитала иметь дело с теми, кого знала давно. Но девушки - работницы приходят и уходят... у неё нет оснований быть этим недовольной.

- Доброе утро и тебе.

Из-под одеяла звонкий чистый голос Неолани звучал чуть приглушённо.

- Передай миссис Крок благодарность. Я сама спущусь. И готовить специально для меня ничего не надо.

Девушка неловко поклонилась и скрылась за плотно прикрытой дверью. Неолани поднялась. За прозрачно чистым окном сверкало низкое осеннее солнце. Тщательно оделась. Это хорошо, что они увидятся сейчас с миссис Крок. Неожиданно - как Неолани раньше не подумала об этом - нашёлся кто-то, кому она может обо всём рассказать, с кем может посоветоваться. Миссис Крок не то, что бы близкая подруга бабушки Крохи - у Крохи, вообще подруг не было - она хорошая, очень хорошая знакомая. Именно миссис Крок попросила Кроха стать "свидетельницей" - это у них называется "крёстная мать", когда наконец согласилась с Тэмом, что надо "крестить" Неолани. Неолани погладила висящий на тонкой, скованной из похожих на зёрна пшеницы секций, цепочке, ответивший волной нежного тепла, крестик. Две разветвлённые, расположенные под небольшим углом друг к другу, увенчанные полу раскрывшимися почками, веточки, были мало похожи на канонический крестик. Но Кроха сказала, что сойдёт и так. Пусть скажут спасибо, что она, вообще, дола своё согласие! Неолани была уже большой девочкой и хорошо помнила то, как до хрипоты спорили, переходя на незнакомый ей язык, Тэм и Кроха. Поражаясь своей детской догадливости, помнила она и то, что понимала, почему её дедушка с бабушкой решились на этот шаг. Пожелав себе, чтобы в общем зале было поменьше посетителей, Неолани решительно распахнула дверь. Знакомые запахи утра - устоявшегося кофе, поджаренного бекона, свежее выпеченного хлеба - приветствовали её. В большом низком зале, не смотря на ранний час, было шумно. Голубовато серый слой табачного дыма, стелился под мощными балками потолка. Поглощенные едой и выпивкой, небольшими группами сидящие за дубовыми столами, мужчины не обратили внимания на быструю девичью фигурку. В конце зала широкий проём вёл на, источающую кружащие голову ароматы, кухню. Рядом с ним, за небольшим квадратным столиком сидела худенькая, почти бес плотная женщина - хозяйка всего этого великолепия - миссис Крок.

- Доброе утро, Крёстная.

Стараясь не расплакаться, поклонилась Неолани.

- Доброе утро, милая. Присаживайся.

Миссис Крок, как-то так - мельком - взглянув на Неолани, позвонила в маленький серебряный колокольчик. Мелодичный звон растаял в шуме и гаме не выбирающих выражения постояльцев. Но тот для кого предназначался этот "перезвон", всё услышал и прекрасно понял. Из кухни, на ходу оттирая потный лоб огромным клетчатым платком, вышел мистер Крок - хозяин и, по совместительству, повар Постоялого двора.

- О, мисс Неолани! Здравствуйте! Давно Вас не было, милочка! Позавтракаете? Что предпочтёте...

- Мистер Крок, не тратьте время на пустые разговоры! Девочка голодна. Бог знает что и когда она ела в последний раз!

Ни у кого не осталось бы сомнений, кто "главный" в этой семье.

- Здравствуйте, мистер Крок! Очень рада Вас вновь видеть.

Уже в спину быстро ретировавшемуся на кухню здоровяку, почти прокричала Неолани.

- Так,

Миссис Крок внимательно осмотрела Неолани с ног до головы.

- Раз ты здесь - в Блэк Пау не осталось ни одной живой души. Наверняка, ты дала слово бедолаге Тэму. Он успел с тобой поговорить?

- Да, дедушка после всего ещё немного пожил.

- Говорила же я этому упрямцу, умоляла. В больнице Города его бы непременно вылечили, поставили на ноги. Так нет. Заладил своё - домой! А раны то какие были!

Миссис Крок махнула сухонькой, похожей на птичью лапку, рукой.

- В его-то возрасте связываться с разбойниками! Ну да, что теперь... Ты вернулась. Пришла с Дьячком?

Неолани, грея руки о чашку с горячим варевом - никогда не знаешь, как назвать эту ароматную сытную еду, то ли каша, то ли суп, которую умел готовить только мистер Крок, кивнула головой.

- Он к нам заходил, прежде чем отправиться в Блэк Пау. Мистер Крок укладывал для вас провизию, и всё, что ты просила.

Миссис Крок заметила промелькнувшее на лице Неолани облачко досады.

- Интересно, сколько этот пройдоха содрал с тебя. Мистер Крок не взял с него ни гроша.

Неолани пожала плечами. Обсуждать "маленькие хитрости" всегда пытающегося словчить Дьячка ей не хотелось.

- Понятно. Но, если бы и знала, ты бы, всё равно, ему заплатила. Знаю я вас - из Блэк Пау! Все гордецы и задавалы! Любите пыль в глаза пустить!

Неолани ела, наслаждаясь каждой ложкой, каждым глотком горячей, щедро сдобренной специями еды. Пусть миссис Крок выговорится. Возражать ей бесполезно.

- Надеюсь, ты не планируешь жить у своих родственничков. Не примут они тебя. Напомнить, какой скандал они устроили. И кому - самому шкиперу Тэму! Пойти, повидаться, конечно, попытайся. Но возвращайся. Как комната? Мы ждали тебя.

- Да. Спасибо. Я знаю, как Вам было непросто отдать её мне...

Невольно осеклась, спохватилась Неолани под "странным" взглядом Миссис Крок.

- Ты можешь спокойно говорить об этом. Да, это была комната нашего сына. Нашего единственного сына. И он, такой фантазёр, вдруг решил разыскать какой-то Эльфийский замок. Ушёл и не вернулся. И мы как-то живём с этим. Теперь и ты знаешь, каково не знать. Так что ты решила? Пойдёшь к родне?

- Думаю, что пойду. Надо пойти. Ничего не жду. Просто - родители отца. Какие-никакие бабушка и дедушка. Неудобно не поздороваться.

- Они тебе разъяснят, что такое "неудобно". Ну, ну, сходи. Вернёшься, пойдём на кладбище.

Миссис Крок ещё раз взяла в руки колокольчик. В этот раз на серебряный перезвон выскочил мальчишка поварёнок. Он забрал пустую чашку из-под варева и принёс кусок, исходящего на глазах застывающей патокой, румяного пирога.

- Хозяин велел передать, что это специально для молодой Леди. Как она любит.

- Это по рецепту Крохи. Упокой Бог её душу, где бы она ни была. Удивительная женщина, твоя бабушка. Пережила смерть зятя, исчезновение дочери. Так ничего и не прояснилось?

- К сожалению, ничего, миссис Крок. Тэм и Кроха запрещали мне ходить к развалинам.

- Ещё бы. Конечно боялись, что и ты исчезнешь. Место то непростое.

- Боялись. А что толку! Мама так и не вернулась. Я помню её. Помню, как она сказала, что наберёт айвы в заброшенном саду...

- Полно, деточка. Раз решила пойти к этим, так называемым, родственничкам, отправляйся прямо сейчас. Пока я не передумала... И дни сейчас короткие. Негоже тебе одной бродить по тёмным улицам.

Неолани заглянула в кухню. Через облако пара и наотмашь ударившие спутанные в клубок совершенно не сочетаемые ароматы, помахала занятому дегустацией мистеру Кроку. Попрощалась с тут же сделавшей вид, что погрузилась в конторскую книгу, мисси Крок. Выйдя из тепла и гула обеденного зала, раздираемая противоречивыми чувствами, Неолани пошла к дому родителей своего отца. Она и сама не смогла бы объяснить себе, зачем это делает. Такими далёкими, чужими, холодными... даже враждебными были эти люди. А ведь, так она думала, должны были бы быть самыми близкими и дорогими... Думала Неолани, пересекая невидимую границу между рабочими кварталами и богатой аристократической частью города. Да, её отец - так уж получилось - был из очень обеспеченной, очень высокопоставленной семьи. Ему, единственному, долгожданному , но болезненному сыну, появившемуся на свет после четырёх, пышущих здоровьем, дочерей, было дозволено всё. Любое желание, любая прихоть, любой каприз мальчика - исполнялись по первому слову, по намёку на просьбу. Вопреки всеобщему обожанию и всёдозволенности, наследник вырос не баловнем, не эгоистом. В такой прагматичной, закрытой семье странный мальчик увлекался бабочками и старинными преданиями. И того и другого было вокруг хоть отбавляй. Ходили слухи, что самое интересное было чуть подальше - за высокими зубцами Кара Шен. На круто обрывающемся в море скалистом мысу Блэк Пау. Конечно, наследнику такой семьи не пристало интересоваться подобной ерундой. Мальчика ждала блестящая карьера. Он мог выбрать любой вид деятельности. Из-за слабого здоровья его не отправили учиться в университет. Климат, обстановка чужого города могли неблагоприятно сказаться на его состоянии. Состоятельные родители приглашали обожаемого сына лучших преподавателей из самых известных университетов. За несколько лет способный, любознательный юноша освоил полный курс университета. Пере ним, как и надеялись родители, были открыты все дороги. Любое его желание, любой выбор были бы встречены с пониманием, и, что не менее важно, с поддержкой. Но наследник блистательного рода пожелал отправиться в Блэк Пау!!!! Не давали ему покоя странные, связанные с этими местами, рассказы и предания. Родители, не очень охотно, но разрешили сыну отправиться в этот... Блэк Пау. Предварительно они сочли необходимым разыскать уважаемого профессора-этнографа и проконсультировались с ним. Что ж, если этот, странного вида, но, несомненно, знающий своё дело, пожилой мужчина считает, что изучение фольклора замкнутого ареала Блэк Пау достаточно престижно, может вылиться в статьи в престижных научных журналах и, даже в получение степени доктора наук, и при этом совершенно безопасно, то родители не против. Пусть едет в этот свой Блэк Пау. С весны до осени достаточно времени до сбора материала. К зиме мальчик должен и пообещал вернуться домой.

Вот и высокая решётка, огораживающая барский - так называют усадьбу семьи отца - дом от остального района. Неолани позвонила.

- Кто вы? По какому вопросу?

Раздалось из динамика на воротах.

- Неолани.

- Вам назначено?

- Нет. Но сообщите, что пришла Неолани.

Последовало довольно продолжительное молчание.

- Вас не примут. Велено передать - не приходите сюда.

Бесстрастный голос не выражал никаких эмоций. А Неолани хотелось бы услышать всё, даже отказ, от самих своих родственников. Неолани так живо представила и закованного в латы собственного достоинства деда, и переполненную чванством самолюбования бабку. И четырёх старых дев - тёток, и то, как они живут в этом помпезном доме. И то, как относились к её отцу, какие надежды связывали с ним. Но ей-то, ей ничего от них не надо. Они, как ни странно, самые близкие, единственные близкие, которые у неё остались - они - её семья. И она не должна, не имеет права обижаться на них! Только представить - подающий надежды юноша едет на несколько летних месяцев собирать фольклор, и не возвращается под отчий кров! Кто же мог подумать, предвидеть, что в этом проклятом Блэк Пау наивный, чистый мальчик встретит девушку. Странную, удивительную, совсем непохожую ни на его сестёр, ни на их многочисленных подружек. Девушку, не равную ему по происхождению и богатству. Девушку, равную ему по чистоте и ... сердца. Не могло не случиться иначе - они полюбили друг друга! Юноша написал, сообщил родителям о своей любимой, попросил благословения. Но получил ответ, полный непонимания, подозрений и ненависти по отношению к своей любимой. Ему приказывали всё бросить и немедленно возвращаться домой. Ни на секунду не задерживаться в этом ужасном месте! Ну, что ж! Родители могли гордиться своим сыном. Он был достоин продолжить свой славный, древний род. Характер, сила духа, способность держать данное слово, отвечать за свои обещания и поступки - всё в соответствии с его представлении о мужественности и чести. Конечно, юноша не подчинился! Конечно, он, её прекрасный отец, остался. В этом селении, в этом загадочном Блэк Пау не было ни церкви, ни священника. Молодые дали друг другу клятвы под отягощёнными плодами ветвями айвового дерева, в огромном старом саду, возле романтических руин старинного замка. В присутствии всех жителей Блэк Пау их благословили Кроха и Тэм. И через год родилась девочка - она, Неолани. А ещё через год, в светлый ласковый день поздней осени, когда внезапно вернулись и лёгкие летящие паутинки и аромат переспелых плодов и яркий запах прелой листвы, отец Неолани умер. И только тогда городские бабушка и дедушка Неолани явились в Блэк Пау. Они приехали что бы забрать, наконец, своего сына. Какое им было дело до его невенчанной молодой жены, до незаконнорождённого ребёнка! Никого из них они не хотели ни видеть, ни признавать! Никто из этих убогих, этих воровок не имел права, не был достоин чести похоронить их мальчика.. Глотая слёзы, Неолани покрепче сжала свой "крестик". Помогите мне, мама, Кроха. Как всегда в минуты отчаяния, попросила она. Сразу вернуться на Постоялый двор к всё понимающему, сочувствующему взгляду миссис Крок, было совершенно невозможно. Неолани ещё немного побродила по знакомым улицам и переулкам Города. Она постепенно успокоилась и решение - план о том, что и как она будет делать дальше сам собой "сложился" у неё в голове.

- Я тебя предупреждала - не ходи к ним!

Как ни старалась Неолани ничем не выдать своё состояние, но провести миссис Крок было невозможно!

- И чего ты добилась! Только расстроилась! Даже войти не дали? На порог не пустили! Грех так говорить, но Бог покарал их за дело! Так поступить с единственной внучкой!

Чтобы она ни сделал, чтобы ни отдала, чтобы защитить эту сиротку. Обычно сдержанная в суждениях, в выражении чувств и мнений, миссис Крок дала волю своему негодованию! Она, буквально, кипела от возмущения. Ещё бы - так поступили, так несправедливо, не по Божески поступают с её крестницей! И не важно, что её попросила стать Крёстной матерью большой уже девочки почти незнакомая женщина из Блэк Пау. И что крестил странного ребёнка не совсем трезвый, славящийся своим распутством, Дьячок. И, что надетая на тоненькую шейку ребёнка подвеска была мало похожа на канонический крестик любой конфессии. Всё это не имело никакого значения! Впервые с того "чёрного" дня, когда бесследно исчез её сын, миссис Крок почувствовала себя матерью! Это, что ни говори, что-то значит для женщины, для любой женщины.

- Мы не пойдём сегодня на кладбище. Отложим на завтра.

Миссис Крок не спрашивала. Она чувствовала, угадывала состояние Неолани.

- Конечно, что тут скажешь... Они, твои родственники и готовили сына к другой жизни. Мечтали о другом. Его ждала блестящая карьера. Он мог выбрать любой вид деятельности, жениться на самой-самой девушке... Всё это происходило, можно сказать, на моих глазах. Наш Прис всего на год был старше Кэлвина. Ты хоть помнишь его - твоего отца?

- Нет, совсем не помню. Я и маму-то совсем плохо помню. А отца? Может быть, какие-то смутное воспоминание, намёк аромата, касания руки... Нет, не помнила Неолани ничего. А фотографии - ни одной фотографии у неё не осталось. Да и не было их, этих фотографий! Ни у кого в Блэк Пау не было фотографий. Как-то не было заведено фотографироваться у здешнего народа. Так же, как и "креститься".

Это, чтобы не обидеть Крёстную, миссис Крок Неолани вслух не сказала.

- Жаль, у нас нет общих фотографий Приса и Кэлвина. Они ведь держали мальчика, как в золотой клетке. Из-за слабого здоровья он и учился дома, и уехать в университет ему не разрешили. А потом, эта история с Эльберт...

- Я как-то выпытала у Крохи, она не любила об этом рассказывать - как они познакомились, как мой отец, прекрасный Принц, остался. Кроха называла моего отца только так - прекрасный Принц.

- Знаю, знаю, Тэм был не в восторге от будущего зятя. Не такого мужа он желал для своей ненаглядной единственной дочери. Она была прекрасна, как утренний цветок, его Эльберт.

- Вы видели, помните мою маму, миссис Крок?

- Не пришлось, девочка. Говорили, что она была особенной, эта девушка. Лёгкая и хрупкая, как дуновение мечты. Так говорил о своей девочке шкипер Тэм. Не было в Блэк Пау парня достойного её. Послушать Тэма, так во всём мире было не сыскать.

- И тут - мой отец! Кроха говорила, что был он совсем "недельный". Хрупкого сложения, физически не то, чтобы очень слаб, но не вынослив, совершенно беспомощен во всём, что касалось простой каждодневной работы.

- А Тэм мечтал о крепком парне. Защитнике, добытчике! Представляю, как он возмущался, ругался!

- Это странно - но не ругался. Кроха сама этому удивлялась. Тэм говорил - что за чудо случилось. Раз Эльберет этого городского выбрала, пусть живёт с ним. Мало того, Тэм поручил зятьку разобраться с поставками чая, навести порядок во всяких записях, конторских книгах.

- Вот как. Я и не знала. Молодец, шкипер Тэм. Всегда жил по сердцу!

- Он такой, мой Тэм!

Неолани было приятно, что миссис Крок хвалит её деда.

- Так Вы не знали и того, что Тэм благословил молодых?

- Благословил? Тэм! А я-то думала...

- О чём Вы, миссис Крок? Есть что-то, чего я не знаю? Расскажите, пожалуйста.

- Когда Кроха попросила меня быть твоей Крёстной, я подумала, что родители твои были не венчаны. Почему-то... Не обижайся.

- Я и не обижаюсь. За что обижаться? Вы не ошиблись, миссис Крок. В Блэк Пау никогда не было ни Храма, ни священника. Мои родители Дали друг другу Клятвы. А через год родилась я.

- Вот как. Значит, не зря я подумала.

- Тэм с Крохой всё время из-за этого спорили.

- Из-за чего?

- Что "не венчаны" и как "крестить" меня, или нет. Тэм считал, что обязательно надо. Он ведь хотел отправить меня в Город, в школу.

- Тогда понятно. Да, для школы нужны документы.

- Вы всё сразу поняли. А Кроха говорила, что можно и без этого обойтись. Вот ведь Эльберет...

Подступившие к глазам и запечатавшие гортань слёзы - так случается всегда, когда Неолани думает о матери, не дали ей говорить.

- Не плачь, девочка.

Миссис Крок подала Неолани тонкий батистовый платок.

- Вытри слёзки. При всём моём уважении к твоей бабушке, в этом случае, Кроха была неправа. Ведь будь Эльберет и Кэлвин венчаны, всё могло бы быть иначе.

Через год после рождения Неолани, в ласковый день поздней осени, когда на несколько часов вернулись лёгкие паутинки и аромат переспевших плодов, и яркий запах прелой листвы, Кэлвин умер. Вновь, слово в слово вспомнила Неолани рассказ Крохи о смерти своего отца. Не так давно, перед собственной смертью, Кроха, наконец, вняла просьбам Неолани. До того лишь отговаривалась, отмахивалась - мала ещё, вырастешь, расскажу.

- Уж точно, эти спесивые богачи не имели бы права забрать Кэлвина. Столько лет не вспоминали, что у них есть сын. А тут... Не было в Блэк Пау на них управы. Тьфу!!!

Чопорная, страшащаяся проявления эмоций, миссис Крок в порыве негодования даже задела свой колокольчик. На жалобный звон из кухни, вытирая руки, вышел мистер Крок.

- Чаю прикажете, леди?

- Посиди лучше, с нами. Слышал - девочку даже в дом не впустили!

- Нечему удивляться! Такие они. Зачем, вообще ты ей разрешила идти туда! Она-то дитя! А ты... Эх... Пойду, чай приготовлю.

Неолани поднялась, прошла за мистером Кроком в кухню.

- Позвольте мне заварить чай. Пожалуйста.

Огорчённый и тем, как несправедливо важные родственники обошлись с их, с женой любимицей, и тем, что сама миссис Крок из-за этого расстроилась, мистер Крик лишь махнул рукой. Делай, если хочешь. Неолани быстро поднялась в свою комнату. С собой она взяла совсем немного личных вещей. Основное место в её котомке занимали коробочки и склянки с притёртыми пробками. Это было то, что Неолани ни в коем случае не могла оставить, то, что напоминало Дом, несло в себе часть его души и её воспоминаний. Чай! Немного Сине-зелёного. Они там, в Китае называют его Голубой. Несколько щепоток Жёлтого, Белого, Зелёного, "гнёздышко" Пуэра. Неолани перебрала свои сокровища. Вряд ли миссис Крок оценит. А уж мистеру Кроку и подавно, всё равно. Заварит она стандартный , проверенный обычный чёрный чай. Он у шкипера Тэма всегда был, впрочем, как и всё остальное, отличного качества. Тяжёлый день, переползший в печальный, длинный вечер, закончился мирным чаепитием. Миссис Крик, даже ничего этакого не сказала, не сделала никому замечания. Мистер Крик даже не раскритиковал не им приготовленный, надо отдать должное - прекрасно приготовленный - чай. И Неолани смогла полностью насладиться покоем и теплом у жарко, щедро дарящего тепло, камина.

В эту ночь, в отличии от предыдущей, когда она "провалилась" в бездонную пропасть небытия, Неолани снились сны. Она, в общем-то, не запоминала снов. Не хотела запоминать, научила себя не запоминать. Это случилось после того, как маленькой девочкой Неолани пересказала Крохе один из своих снов. Эти сны, в которых к ней приходила Эльберет, девочка начала видеть с тех пор, как настоящая Эльберет - её мама не вернулась домой. В этих снах, казавшихся бесконечным чудесным путешествием, Эльберет разговаривала с дочкой на каком-то чудесном, звучащим, как мелодия флейты, языке. Взявшись за руки они парили над горами и реками, спускались в прекрасные сады, бродили по мягким дорожкам окутанных ароматом, рощ, купались в хрустальных струях водопадов и ручейков. Неолани знала, хотя ни разу их не видела, что рядом с ними во всех этих местах есть ещё такие же весёлые и красивые, как Эльберет. Она слышала их голоса, и шаги, иногда ощущала чужое лёгкое дыхание, или случайное, вскользь, прикосновение. И сгорала от желания увидеть их. Неолани уже почти научилась, уже почти понимала то, о чём рассказывала ей Эльберет, но никак не могла сказать Эльберет о том, как ей нравится здесь. Язык, губы не повиновались и она не могла спросить о том, что же это за место, расспросить о тех, невидимых, чьи звучные голоса и весёлый смех, чьё присутствие всё яснее слышала, всё явственнее ощущала Неолани. Вот девочка и обратилась за помощью к Крохе. Тёплая, большая, уютная, она всегда помогала, всегда объясняла, всегда утешала, всегда поддерживала. Если бы Неолани знала, какое впечатление на непоколебимо спокойную, уравновешенную бабушку - полную противоположность непоседливому, вспыхивающему, как порох Тэму - она ни за что не стала бы рассказывать о своих снах, не попросила бы помощи. Но, первое слово было произнесено. За ним, цепляясь и обгоняя друг друга, понеслись другие, полные восторга, удивления, восхищения слова и фразы. Увлечённая своим рассказом, Неолани явственно видела, всё, о чём рассказывала. Заново переживала каждый миг, каждую подробность тех впечатлений. И не заметила того, что происходило с Крохой. Как из крупной, пышущей здоровьем женщины средних лет она, на глазах, превращается в маленькую, сгорбленную старушку со страдальческим выражением на морщинистом, как печеное яблочко, лице.

- Это плохо, дорогая. Очень плохо, то, что ты видела.

Сказала Кроха, озадачив и удивив маленькую Неолани.

- Плохо? Нет! Там очень красиво! И все такие хорошие!

- Ты ещё ребёнок и не понимаешь!

- Я понимаю! Я ребёнок и понимаю, что там совсем не плохо! Это ты не знаешь, как там хорошо!

Услышав полный отчаяния и слёз голос Неолани, откуда ни возьмись, появился Тэм.

- Кто смеет обижать мою Маленькую Леди?

Сквозь обильные слёзы Неолани указала на Кроху.

- Ей снятся сны с Эльберет.

Тэм взял Неолани на руки, большим клетчатым платком утёр слёзы с детского лица.

- Кроха права, Маленькая Леди. То, что ты видишь - не очень хорошо. Послушай, погоди плакать. Ты, ведь хочешь остаться здесь, с нами. Со мной, Крохой и всеми, всеми...

Сердечко Неолани сжалось в предчувствии чего-то

- А тебя зовут туда, куда заманили твою маму, нашу Эльберет. Она, ведь, так и не вернулась. Вот Кроха и испугалась.

- А ты? Ты боишься?

- Честно? Боюсь!

Девочка знала, была уверена, что Тэм, её шкипер Тэм умеет всё на свете и ничего на свете не боится. А оказывается!

- Раз и ты боишься... Я думаю, я хочу остаться с Вами.

Сжавшееся, было, сердечко снова весело застучало.

- Кроха поможет тебе. Научит спать без сновидений.

Тэм поцеловал Неолани в пушистую тёплую макушку, осторожно снял с колен. Чуть покачиваясь, как после тяжёлой физической работы, шкипер вышел.

- Идём, милая.

Кроха подняла Неолани на свою пышную, похожую на подушку, грудь.

- Идём. Я спою тебе песенку.

Ещё много вечеров и ночей пришлось провести Крохе рядом с кроваткой девочки. Своим присутствием, своими немудреными песенками она отгоняла от внучки "плохие" сновидения. И вот - в эту ночь сны, впервые после того злосчастного времени, вернулись к Неолани. Она не помнила, что и кто ей снился. Осталось только ощущение лёгкости и свежести, свободы и подъёма. Как бы то ни было, проснулась она отдохнувшая, полная сил и надежд, уверенная в будущем.

- Сегодня я пойду к Рами.

Эта мысль пришла к ней вот, прямо сейчас. Ответила Неолани на вопрос миссис Крок, о том, что девушка собирается сегодня делать. Неолани закончила завтракать и миссис Крок, оторвавшись от своей бухгалтерии, подсела за её столик.

- Ты хочешь навестить Рамону? Это одна из девочек, с которой ты училась? Твоя подружка. Она ещё дочка Нотариуса?

- Миссис Крок, у Вас прекрасная память. Да, папа Рами - Нотариус.

- Это ты хорошо придумала. Тебе надо развеяться. Я помню эту Рами. Она хорошая девочка. Всегда тебя защищала. Они живут где-то не так далеко. Сходи, сходи. Только не очень задерживайся.

За порогом Постоялого двора начинался яркий солнечный день. Здесь, за стеной Кара Шен совершенно не чувствовалось присутствия моря. Ни резких холодных ветров, ни туманов. Тихое, спокойное небо. Зимнее, но ласковое, солнце. Тонкая корочка ночного льда на кое-где оставшихся после дождя, лужах. И такая же спокойная, размеренная, без потрясений - жизнь. Идя к дому Нотариуса, Неолани невольно вспоминала о том, какое впечатление произвёл на неё Горд, когда Тэм впервые привёз её сюда. И не просто так привёз - а поступать в Гимназию! Шкипер Тэм решил, что его Маленькая Леди получит самое лучшее образование. А раз он так решил! В Блэк Пау не было даже начальной школы. Детишек подходящего возраста всех вместе отвозили в начальную школу Города. Но Неолани с ними не ездила. Вернее, только один, первый раз её отправили со сверстниками. И на этом закончилась её "учёба". Маленькая, хрупка, с длинными острыми ушками и огромными глазами на худеньком личике, Неолани очень отличалась от упитанных, крепких детишек Блэк Пау. Застенчивая и стеснительная, она не сумела раззнакомиться с детьми. Так советовал неунывающий всеобщий любимец Тэм. И дети, в свою очередь, не приняли странную девочку. Наградив её обидным прозвищем "зверюшка" они почти что защипали и затолкали Неолани до синяков и кровоподтеков во время перемен. Возвращаться в такую школу, к таким детям, Неолани ни за что не хотела. Да и как можно было посылать ребёнка туда, где так обижают! Вот и пришлось Крохе самой заниматься с Неолани. И, судя по тому, что девочка успешно выдержала вступительные экзамены в Гимназию, подготовила её Кроха прекрасно! Но, довольно воспоминаний! Вот и дом Рамоны! Здесь то её встретят с радостью! Неолани взбежала по пологим ступеням. Трижды с длинными промежутками - так они с Рами всегда делала - ударила дверным молотком. За дверью кто-то завозился, и молоденькая девушка распахнула перед Неолани дверь. Они не успели и словом обменяться,

- Кто там? Неужели? Неолани!

Раздался из глубины прихожей удивлённо радостный женский голос.

- Проводи, проводи её! Побыстрее.

Неолани не требовалось провожатых. Это девушка, едва поспевая, шла за ней к двери будуара хозяйки.

- Заходи! Какая ты! Выросла! Похорошела!

Из глубокого кресла навстречу Неолани поднялась хрупкая женщина. С первой минуты их знакомства, Неолани навсегда запомнила и голубые лучистые глаза, и милую улыбку матери своей одноклассницы.

- Доброе утро, миссис Нотариус. Я так рада.

- Единственный человек, который меня так называет! Знаю, знаю, что ты плохо запоминаешь имена. Какое это имеет значение! Проходи, милая.

Неолани огляделась. Ничего не изменилось в этой похожей на бонбоньерку, комнате.

- Спасибо, миссис Нотариус. Как Вы поживаете? Как здоровье мистера Нотариуса?

- У нас всё прекрасно. Присаживайся. Сейчас нам принесут чай.

Даже не пытающая скрыть своё удивление, служанка переводила взгляд с госпожи на странную посетительницу. Хозяйке пришлось ещё раз напомнить о чае - только тогда девушка вышла из будуара.

- Да, это новенькая. Всё, всё тебе расскажу. Но, прежде, что случилось с тобой? Как дела в Блэк Пау? Ты так неожиданно уехала тогда. Мы переживали. И ни слова, ни весточки. Рали очень волновалась. Но запретила тебя разыскивать. Она сказала, что ты попросила. Буд то бы ты сказала, что сама вернёшься и всё объяснишь.

В будуар вошла девушка с подносом, уставленным всем необходимым для чаепития. Стараясь потянуть время и лучше рассмотреть неожиданную гостью, она переставила на столик заварной чайник, молочник, сахарницу, две почти прозрачного фарфора чайные чашки, сухарницу, заполненную россыпью маленьких разноцветных печеньев. Разлила по чашкам горячую ароматную жидкость.

- Помнишь этот сервиз?

- Конечно, миссис Нотариус. Мне до сих пор стыдно вспоминать, как я раскритиковала ваш сорт чая.

- Совершенно нечего стесняться. Ты была права. Тот чай, что мы тогда пили, не выдерживал никакой критики. Спасибо твоему дедушке за то, что научил тебя. Иначе - пить нам и пить ту бурду.

- Этот чай хорош.

Неолани отпила небольшой глоточек, смакуя вкус и аромат напитка.

- И букет, и заварен правильно.

- Твои уроки здесь хорошо запомнили. Но, всё же, что произошло? Как дела у шкипера Тэма? Прошло более года.

- Почти полтора года, миссис Нотариус. Я, конечно, Вам всё расскажу...

- У меня есть время. И я буду рада. Не стесняйся, девочка. Мне ты можешь рассказать всё.

Неолани с трудом сдержалась, чтобы не расплакаться. Именно эти слова миссис Нотариус - мне ты можешь рассказать всё - сопровождали и поддерживали её во всё трудные, иногда невыносимые года учёбы в Гимназии. Обеспеченные, красиво одетые девочки с первого взгляда невзлюбили, не приняли в свой круг некрасивую, странно одетую провинциалку. Они не были так открыто грубы и агрессивны, как дети из Блэк Пау. Утончённые отпрыски лучших семей, исподтишка - но от этого насмешки не становились менее злыми - они дразнили, издевались над Неолани. Свою Маленькую Леди дедушка Тэм определил на постой и довольствие - так он выражался, шкиепр Тэм - к своим давним хорошим знакомым, семье Крок на их Постоялом дворе. Тем более, что не за долго до этого миссис Крок стала Крёстной матерью Неолани. В первый раз в жизни девочка покинула родной дом, родных людей. Миссис и Мистер Крик отнеслись к своей новой постоялице, малышке Неолани. У девочки всегда была чистая, удобная постель, её одежда, обувь содержались в идеальном порядке. А уж об еде и говорить нечего! Миссис Крок считала, что детям необходимо отличное питание. И кормила Неолани так, как кормила бы своего единственного сына Пирса. Всю любовь и заботу, которой не могла одарить своего пропавшего мальчика, миссис Крок перенесла на малышку, почти сиротку, Неолани. Всё было хорошо в доме Крёстной, кроме... Кроме одного - рассказать миссис Крок о том, что происходит с ней в гимназии, как к ней относятся девочки, Неолани не могла. Стыдилась и боялась. Боялась, что Крёстная обо всём сообщит в Блэк Пау Тэму и Крохе. И боялась Неолани не того, что её заберут из этого осиного гнезда, гимназии. Нет, девочка с радостью вернулась бы в свой дом, к ароматам чая и рома, к тёмным закопчённым картинам и гравюрам на стенах Катти Сарк. Но она знала, что это неправильно. Что она не может лишить Тэма его мечты о высоком образовании для Маленькой Леди. И потому молчала. А вот с Джули...

- Миссис Джули,

Неолани проглотила слёзы.

- Как? Ты знаешь, помнишь моё имя?

Мать Роми была приятно поражена.

- Конечно. С первого раза, когда Рами привела меня в свой дом. Я очень боялась. Не хотела идти. Но Рами - она такая, она настояла. Она притащила меня к Вам. И Вы приняли безродную уродку. Одарили меня своей улыбкой, обняли, заставили сесть со всеми за стол. И тогда, помните, Вы обратили внимание на то, что я нервничаю. Вы отвели меня к себе, сюда, в эту прекрасную комнату, и сказали, сказали то же самое, что и сейчас - не стесняйся, девочка, мне ты можешь рассказать всё. Только благодаря Вам и Рами я смогла выжить и получить образование. Стать тем, кем я стала. Это я давно хотела Вам сказать. Поблагодарить.

- Не заставляй меня плакать, девочка. Это Рами, её золотое сердечко, её понимание справедливости привели тебя сюда. Помню, она пришла и сказала, что в классе появилась новенькая. И что все, без исключения, издеваются над малышкой, дразнят, не дают прохода. И что девочка эта слабенькая и хорошая, и ей - Рами её жалко. И она хочет пригласить новенькую к нам домой. Вот как началась ваша дружба. И я так рада этому. Так что, благодари свою подружку!

- Рами! Если бы могли, и мои близкие поблагодарили бы Вас! И Рами, конечно.

- Я слышала, что твоя бабушка - её звали Кроха? - умерла. И тебе не сообщили, не хотели, чтобы ты пропускала уроки в выпускном классе. Но дедушка - шкипер Тэм - он всегда желанный гость в нашем доме.

- Вы, миссис Джул, спрашивали о том, как я жила это время, что произошло, почему я срочно уехала, даже не попрощавшись.

Собрав всё мужество, ей совсем не хотелось расплакаться - она в первый раз собиралась последовательно вспомнить всё, что произошло в это, относительно короткое время - рассказала и о том, как на возвращавшегося из Города в Блэк Пау, шкипера Тэма на перевале напали разбойники. И о том, как он защищался и израненный сумел добраться до окраины Города. И как случайный прохожий нашёл его, и Тэма перенесли на Постоялый двор. А от туда, уже, послали за Неолани. И она, в спешке, лишь попросив Рами не волноваться, убежала. Раны шкипера Тэма оказались хоть и многочисленными, но, на первый взгляд, не такими уж серьёзными. И, если бы он, подчиняясь предписаниям лекаря, остался на Постоялом дворе, всё бы, скорее всего, обошлось. Но Тэм настоял на своём, и чуть придя в себя, отправился домой в Блэк Пау. Подумаешь, добраться до Кара Шен, а от туда до Блэк Пау - рукой подать. Ещё и не из таких мест и передряг выбирались. Со свойственным уму упрямством заявил он. В дороге Тэма сопровождали Неолани, и старинный друг Дьячок. Шкипер ехал на ослике Дьячка. Неолани и Дьячок подстраивали свои шаги под неспешную поступь ослика. Они благополучно достигли Карк Шен, прошли через перевал. Но на спуске, почти у самого Блэк Пау Тэму стало хуже. Он с трудом дотянул до Катти Сарк. Я всегда хотел умереть дома. Ответил шкипер на слова Дьячка и Неолани о том, что это не конец, что он ещё выздоровеет, станет на ноги. Что дома и стены помогают. Положите меня рядом с Крохой. Только и сказал им в ответ шкипер Тэм. А Неолани, назвав её своей самой любимой девочкой, попросил не оставлять его старых друзей. Я не могу больше пугать тебя Катти Сарк. Она не прилетит и не утащит тебя. В этом - правда. Но каждый день, как это делал я, наливай моим друзьям бесплатно по стаканчику грога. Дедушка хотел ещё что-то сказать. - Есть бумаги - начал он, но кого-то увидел, улыбнулся и ... умер. Мы с Дьячком и двумя оставшимися последними приятелями Тэма, Робом и Бобом похоронили дедушку. И Дьячок вернулся в Город. А я осталась со стариками.

Неолани рассказывала и не замечала, как тихие слёзы катятся у неё по лицу. Не сводящая с Неолани глаз, боящаяся пропустить хоть слово, миссис Джул тоже плакала.

- Это хорошо, что ты плачешь. Тебе необходимо выплакаться, облегчить душу.

Миссис Джул промокнула слёзы изящным кружевным платочком.

- Значит, всё это время ты жила там, в твоём Блэк Пау с двумя стариками? Что же ты там делала?

- О, дел было много.

Неолани вытерла слёзы, приободрилась.

- Надо было привести в порядок дом, дела. После ухода Крохи, шкипер сдал. Хоть он и считал себя Хозяином, и Кроха всегда поддерживала этот имидж, но без Крохи... Кроме того, многое в жизни потеряло для него смысл. Я разбирала бумаги, счета, какие-то пожелтевшие от времени накладные и оповещения. Навела порядок в кладовках, хранилищах чая и винных запасах. Единственное, чего я не смогла - войти в спальню Крохи и Тэма. Эта комната всегда была для меня табу. Даже, когда я была маленькой девочкой, Кроха никогда не брала меня с собой в их с Тэмом спальню. Она могла ночи напролёт просиживать возле моей кровати в девичьей комнате Эльберет, моей матери, ставшей и моей комнатой. Но и речи не было о том, чтобы я "болела" в их спальне. Вот я и не смогла заставить себя войти в эту запретную комнату. Хотя, что там могло быть такого - запретного!

Миссис Джул налила Неолани свежего чая.

- Молодой девушке не пристало одной всем этим заниматься. Я рада, что ты вернулась.

Покачала она головой.

- Надо было давно, раньше.

- Нет, я не могла. Дядюшки Роб И боб не должны были оставаться одни, совсем одни в безлюдном селении.

- Понимаю. Они очень стары. Но их семьи? Дети? Внуки? Кто-то из них мог бы позаботиться о стариках!

- В том то и дело, что не осталось никого.

- Что это значит - не осталось никого! Совсем никого из родных?

- У дядюшки Роба со старухой Мэг никогда не было детей.

- А у второго - как ты его назвала - Боба?

- У него были дети. Но молодёжь давно уже начала уезжать из Блэк Пау. Все ищут лучшей жизни. Рыбной ловлей уже не прожить. Да и бухточки в Блэк Пау небольшие, с очень сложной лоцией. Большому судну не причалить. Места на берегу мало. До ближайшего города далеко - или через Кара Шен с его переменчивым "характером" и "сюрпризами" или по морю на видавших виды старых баркасах. Вот потихоньку все и разъехались. С начала - один смельчак, потом к нему - остальные, кто брат, кто сестра, кто брат брата... И никого не осталось.

- Так ты была в Блэк Пау совсем, совершенно одна!

- Не вижу в этом ничего... такого. Да и была я не одна, а с дядюшками Бобом и Робом. Они хорошие. Были.

- Были? Эти старики - ты хочешь сказать, умерли?

- Да. Первым ушёл в Зелёные поля дядюшка Боб. Потом - дядюшка Роб.

- Я правильно поняла - ты, конечно, не могла их оставить! Ты бы назвала это - бросить. Кто бы сомневался! С тебя никаких слов и брать то не надо. Ты бы и так их не оставила.

Неолани лишь пожала плечами.

- Ты права. О чём здесь говорить. Жалко, конечно, стариков. Хорошие были? Раз друзья шкипера Тэма ... отличные, когда-то были парни. Земля им пухом.

Но пора подумать и о тебе. Ты давно в городе? Где остановилась? Конечно - на Постоялом дворе. А, может быть, перейдёшь жить к нам? Чем собираешься заниматься?

- Спасибо, миссис Джул. Но я пришла повидаться с Рами. Где она? Когда вернётся?

- Вот и видно, что вы даже и не переписывались. Сколько раз я этой упрямице напоминала - напиши. Может быть, девочка нуждается в помощи.

- У меня, правда, всё хорошо, миссис Джул. А что Рами? Случилось что-то?

- У Рами всё в полном порядке. Она пишет, что прекрасно!

- Рами... уехала?

- Да, уехала. В университет. Не может быть, чтобы ты не знала, что Рами хотела продолжить образование.

- Конечно, знала. Я рада за неё. Просто неожиданно. Хотя. За год многое могло измениться, произойти.

- Мы отправили Ди вместе с ней.

- А... вот почему эта девушка!

- Да, она вместо Ди. Но, кто может заменить нашу милую Ди! Вот мы и скучаем и по Рами, и по Ди. Но важнее, что бы Ди была там, рядом с Рами.

Неолани поднялась.

- Не хочу Вас, миссис Джул задерживать.

- О чём ты говоришь! Я так рада! Снова ты, маленькая подружка Рами у нас в доме! Просто так я тебя не отпущу. Скоро мистер Нотариус, как ты его называла, придёт пообедать. Тебе придётся задержаться, дождаться его. Иначе у меня будут неприятности. Ничего, никакие отговорки не принимаются. Он будет рад, очень рад увидеть тебя! Хочешь подождать в комнате Рами? Помнишь, где она? Вот и отлично. Я пока займусь обедом.

Неолани по устланной ворсистой ковровой дорожкой коридору прошла до заветной белой двери. Сколько разговоров, слёз, шуток, тайных признаний, мечтаний прячется за этой обычной дверью в обычную девчачью комнату. Неолани переступила порог своего детства, юности. Всё как и должно быть, как было, как грёзилось ей в длинные одинокие вечера в Блэк Пау. Кровать Рами под белым кружевным покрывалом. Маленький диванчик. На нём так уютно было сидеть тесно прижавшись друг к другу и шёпотом делиться самыми сокровенными тайнами. Чернильное пятно, похожее на вытянувшую голову черепаху, на светло зелёном сукне письменного стола. Неолани помнит, как в самом начале их знакомства - дружбы, в одно из первых своих посещений дома Рами, она, неловкая, поставила эту кляксу. Как она испугалась, что испортила дорогую вещь! И как Рами, успокаивая её, пририсовала черепахе рожки и, даже с вызовом, заявила родителям, что это она так отличилась. А родители, это был суровый мистер Нотариус - сказал, что если бы это сделала неопытная в обращении с чернильным прибором Неолани, то было бы понятно и простительно. А так - для девочки, не первый год пишущей чернильной ручкой - это позор и безобразие. Интересно, знали ли они правду? Догадывались? А, может быть, всё это давно забыто. И эти воспоминания дороги лишь для неё... Кто знает. Неолани провела ладонью по корешкам выстроившихся на полке книг. Сколько занимательных рассказов, захватывающих дух приключений, волнующих сердца девочек, историй любви! Как они зачитывались всем этим! Взахлёб обсуждали. За обклеенной на зиму рамой окна, в промежутке между стёклами - знакомые, обожаемые Ди, искусственные бумажные цветы. Миссис нотариус так и не удалось отучить нянюшку Рами от этой простонародной привычки. Интересно, где, в каком университете учится Рами? Что делает сейчас. Неолани вновь вернулась к книжным полкам, секретеру. Буд-то кто-то заставил её - открыла крышку. Не желая прислушиваться к увещевающему голосу "хорошего воспитания", медленно ощупала снизу доску столешницу. Там было, там должно быть углубление от когда-то выпавшего сучка. Ага - вот и оно. Только тонкий девичий пальчик может нащупать ... внутри что-то есть! Записка! Рами оставила ей записку! Осторожно шляпной булавкой Неолани вытащила рулончик тонкой бумаги. Развернула. Что может уместиться здесь? Несколько цифр 3, 2, 15... Что это может значить? Очень просто - их с Рами секретный шифр! 3 - номер полки в книжном шкафу, 2 - вторая книга в ряду на этой полке, 15 - страница этой книги. Оставалось надеяться, что после отъезда Рами, никто ничего не трогал, не передвигал, не наводил порядок в её комнате. На 3 полке книжного шкафа 2 книгой стоял толстый том скучнейшего учебника математики. Вряд ли кого-то в семье Нотариуса могла заинтересовать подобная книга. Точно! На 15 странице, в углублении - Рами, Рами, и не жалко тебе учебник - лежал маленький ключик. Что за ребячество! Не могла оставить то, что хотела тут! Ищи теперь замок под этот ключ! Неолани едва успела поставить книгу на место, как в дверь постучали, и вошла давнишняя, та, что заменила Ди, девушка. Миссис приглашала гостью отобедать. Идя за горничной в столовую, Неолани спрятала ключик за корсажем своего самого парадного, цвета мыши, платья. Миссис Джул и Неолани успели обменяться лишь несколькими незначительными фразами, как в столовую стремительно вошёл высокий поджарый мужчина неопределённого возраста. Мистер Нотариус - отец рами. Девушка невольно поднялась ему навстречу.

- Дорогой,

Обратилась к супругу мисси Джул,

- Посмотри, кто у нас в гостях. Узнаёшь?

- Не может быть! Малышка Неолани!

По лицу мистера Нотариуса скользнула тень неподдельной радости.

- Как ты изменилась! Красавица. На долго к нам?

- Дорогой, ты совершенно засмущал девочку. Прежде отобедаем. Разговоры - потом.

- Ты, как всегда, права, дорогая.

Мистер Нотариус занял своё место подле жены, не переставая добродушно разглядывать Неолани. Теперь, не то, что в тот, первый раз, она совсем не боялась этих внимательных, чуть насмешливых глаз.

- Представляешь, дедушка Неолани - тот замечательный шкипер Тэм, умер. Бедняжка осталась совсем одна.

Не выдержала, не смогла дождаться окончания обеда, сама миссис Джул, и засыпала супруга подробностями из утреннего рассказа Неолани.

- Вот как.

Мистер Нотариус отодвинул недоеденный десерт.

- Поэтому ты пришла к нам.

- Девочка пришла к Рами. Они же подруги. Куда она должна идти!

Как-то некстати возмутилась за Неолани миссис Джул.

- Милая, я спросил Неолани.

Девушка тоже не поняла, что не понравился мистеру Нотариусу в ответе жены.

- Я пришла навестить Рами, сэр. Не знала, что она уехала учиться.

- Так ты только что приехала?

- Нети, я в Городе уже два дня.

- И где остановилась?

- У мистера и миссис Крок, на Постоялом дворе.

- Это у них, там ты жила, когда училась в гимназии?

- Дорогой, что за допрос. Кстати, я думаю, девочке будет лучше пожить у нас. Комната Рами свободна. И мне будет веселее. Как ты думаешь?

- Я не против. Но надо спросить Неолани. Что она об этом думает.

- Уверена, здесь девочке будет лучше. О чём спрашивать?

- Мне сердечно приятна ваша забота. А предложение - более щедрого мне никогда не делали. Но я должна отказаться. Вы поймёте меня. И не обидитесь. А вот мистер и миссис Крок - они старинные приятели моих родных - они, наверняка, обидятся. Так поступить, обидеть их, я не могу. Спасибо вам.

- К сожалению, ты права. Я как-то не подумала.

Вздохнула миссис Джул.

- Ты собираешься вернуться в Блэк Пау? Когда?

- Нет, сэр. Я, пока, останусь в Городе. Зимой в Блэк Пау будет совсем одиноко.

- Дорогой, ты не понял? Я же сказала, что в Блэк Пау все умерли. И бедняжка Неолани с трудом добралась до Города. На Кара Шен вовсю зима.

- Извини, дорогая. Видимо, я слушал не очень внимательно. Обед удался - выше всяческих похвал.

Мистер Нотариус знал, как разговаривать со своей женой.

- Но, всё-таки, Неолани, каковы твои планы?

- Пока не знаю. Всё было произошло так быстро, и было так трудно. Честно - я растерялась. Не представляю.

- Вот видишь, дорогой, мы обязаны помочь девочке.

- Ты, как всегда, права, дорогая. Сейчас мне необходимо вернуться в контору, к делам.

Мистер Нотариус вышел из-за стола.

- А вот завтра, с утра, Неолани, может быть, ты придёшь к нам. Поговорим. Посоветуемся. Что-то решим.

- С радостью, сэр. Обязательно.

Неолани поднялась. Поблагодарила за обед.

- Мне тоже пора. Миссис Крок просила не задерживаться.

- Так значит, до завтра. Ждём. Рады были тебя видеть.

Ещё долго звучали в голове Неолани прощальные слова родителей Рани. Но сама Рани! Что задумала её подружка? К чему такие предосторожности? Этот детский шифр, тайник - чего боится , что старается скрыть от родных умничка Рани? Неолани нащупала маленький кругляшок - перламутровая с двумя дырочками-отверстиями для иголки с ниткой - пуговка. И почему она решила, что это и есть "ключ"! А что ещё могла так хитро спрятать Рами? Зачем такие сложности. Не могла она просто оставить записку? Да в той же книге, хотя бы. Начала теряться в догадках и раздражаться Неолани. Где она теперь станет искать к чему надо "пришить" или от чего "оторвали" эту пуговку -"ключ"! Но пришлось взять себя в руки. Как она объяснит миссис Крок своё плохое настроение? Неолани подробно, как это любила крёстная, рассказала о своём посещении дома Рами. Потом, когда мистер Крок освободился, отвечая на вопросы миссис Крок и уточняя что-то в своих ответах, ей пришлось ещё раз рассказать о том, как её принимали родители Рами, чем угощали, о чём разговаривали. Мистеру и миссис Крок было приятно услышать, что Неолани отклонила такое лестное предложение - поселится в доме Нотариуса, что их крестница предпочла хоть и менее элегантный и богатый, но их дом. И, конечно, они ничего не имели против того, чтобы девочка вновь посетила Нотариусов завтра с утра.

К удивлению Неолани, её ждали. И не кто - нибудь! Сам мистер Нотариус. Сегодня девушка прислуга была подчёркнуто любезна и предупредительна. Ответив на приветствие Неолани, она напрямик провела её в кабинет хозяина дома. Мистер Нотариус вышел к Неолани из-за огромного письменного стола.

- Проходи. Садись. Я не привык к долгим вступлениям. Так что начнём. Во-первых - надолго ли ты в Город, и что собираешься делать. Как отец твоей лучшей подруги, думаю, имею право об этом спросить.

- Конечно, сэр. Спасибо, сэр.

- Неолани, ты, по-прежнему, боишься меня?

- А... как Вы узнали, сэр?

- Святая простота! У тебя, девочка, всё написано на твоём хорошеньком личике.

Неолани окончательно смутилась. Мало того, что отец Рами знает, что она боялась и до сих пор побаивается его! Так этот взрослый мужчина ещё и назвал её хорошенькой! Она - хорошенькая!? Есть от чего покрыться краской с головы до ног.

- Прошу прощения, сэр. Я не хотела

Только и выдавила она из себя.

- Я не извиняться тебя пригласил. Расскажи, всё- таки, о своих планах. Если не секрет.

- Какой секрет? Планов никаких нет, сэр. Мне пришлось так быстро уехать из Блэк Пау.

- Почему?

- Из-за погоды. В Блэк Пау началась зима. Вот -вот Кара Шен мог "закрыться". А оставаться совсем одной... Мне было страшно.

- Так это правда? В Блэк Пау никого не осталось? Не осталось живых, я имею ввиду.

- Да. Мы с Дьячком похоронили дядюшку Роба. Там теперь только Склеп.

- Значит ли это, что ты решила навсегда перебраться в Город?

- Нет. Скорее всего - нет. Я хочу вернуться. Весной. Заработаю и вернусь.

- Вот как? Ты должна работать. Разве шкипер Тэм тебе ничего не оставил?

- Почему же - целый дом! В нём ещё паб - Катти Сарк называется. Но нужны наличные, чтобы привести всё в порядок.

- И что - других наследников нет?

- Я не думала об этом. Не знаю.

- И шкипер Тэм не оставил завещания?

- Завещание? Я знаю, что значит это слово. Но нет - ничего такого я не видела.

- Гмм... Ну, хорошо. Значит, тебе нужны деньги? Я правильно понял?

- Да, сэр. Я собираюсь работать.

- Похвально. А что ты собираешься делать? Что умеешь?

- Я много всего умею. Тэм научил меня разбираться в чае и роме. Лучше меня никто не готовил грог и не заваривал чай в Блэк Пау.

- Сомневаюсь, что это подходящие занятия для девушки из хорошей семьи. Такое в Городе не приветствуется.

- Но больше я ничего не умею. И миссис Крок, уверена, доверит мне готовить грог на Постоялом дворе.

- Ты, серьёзно, этим собираешься зарабатывать? А кто учился в гимназии? И учился прекрасно! Рамона говорила, что ты была одной из лучших учениц. Если бы не исчезла так внезапно, наверняка получила бы прекрасный аттестат.

- Спасибо, сэр. Я очень любила учиться.

- Миссис Джулия вчера предложила тебе поселиться у нас. Ты отказалась - не извиняйся - я полностью разделяю и принимаю твои резоны. Но сегодня, уже я делаю тебе предложение. Не хочешь ли поработать на меня? У меня?

-Я? У Вас! Но что я могу? Что я буду делать?

- Насколько я знаю, ты прилежна и внимательна. У тебя чёткий, ясный почерк. Мне необходима помощница. Картотека, архив - необходимо привести их в порядок, Доверить эту работу я могу только надёжному человеку. Ты, ведь, надёжный человек?

- Я, сэр? Конечно! Спасибо! Я буду очень стараться!

- Не сомневаюсь. Уверен, ты справишься. Не будем терять время. Идём, покажу, что ты будешь делать.

Мистер Нотариус открыл небольшую, почти незаметную в высоких дубовых панелях, дверь.

- Вот здесь,

Комната от пола до потолка уставленная полками с папками, подставками для ящиков с картотекой, оказалась довольно большой. С высоким - под потолком, убранным решёткой окном, широким письменным столом, удобным полу - креслом около него.

- работать будет удобно. Приходи завтра. К девяти утра. Объясню с чего начать. А сейчас - загляни к миссис Джулии. Она ждёт тебя.

Мистер Нотариус закрыл дверь на ключ.

- До свидания, Неолани. До завтра.

- До завтра, сэр.

Поражённая таким лестным и таким своевременным предложением, Неолани не смогла сразу вразумительно объяснить миссис Джул причину своей растерянности и волнения.

- Так это прекрасно!

Обрадовалась миссис Джул, когда смогла, наконец, вытянуть из Неолани связный отчёт об её встрече и разговоре с мистером Нотариусом.

- Мы сможем видеться каждый день! Какой молодец мой супруг! Как прекрасно придумал! И мне ничего не сказал. Как? Ты не спросила, сколько он тебе будет платить! Ну, ничего - я позабочусь о достойной оплате. Тебя это не касается, девочка. Позволь уж мне этим заняться.

Отмела миссис Нотариус все возражения и просьбы Неолани.

- А теперь - выпьем чаю. И есть пирожные! Я помню, как вы с Роми уплетали всякие вкусности.

Горничная уже вносила в будуар и чайный сервиз, и вазочки с воздушными, похожими на взбитую пену облаков, пирожными.

- Угощайся, девочка. Надеюсь, теперь мы с тобой сможем чаёвничать каждый день.

Как бы и не хотелось миссис Джулии подольше задержать Неолани, но девушка твёрдо стояла на своём - ей пора. На Постоялом дворе ждут и волнуются миссис и мистер Крок. На прощанье Неолани пришлось пообещать миссис Джулии, что завтра утром, прежде чем приступить к работе, она зайдёт поздороваться.

Уже по дороге в своё временное пристанище - Постоялый двор Неолани никак не могла назвать своим домом - девушка подумала и о том, что получив работу в доме родителей Рами, она сможет поискать разгадку "пуговки". Вероятнее всего, тайник находится именно в комнате подружки. А Неолани, она уверена, сможет свободно ходить по дому. Значит, и заходить в комнату Рами. Можно было не сомневаться, что новость о том, что Неолани предложил работу сам мистер Нотариус, обрадует мистера и миссис Крок. Но что крёстная и её муж так будут этим гордиться, Неолани и представить себе не могла.

- Умница, Маленькая Леди.

Похвалил несловоохотливый мистер Крок.

- Шкипер Тэм всегда говорил, что ты самая-самая! Не зря он так тратился на твоё образование!

- Разговорился! Иди, делом займись, мистер Крок! Что там без тебя накашеварят!

Миссис Крок отослала своего не в меру разговорившегося супруга, на кухню.

- Прав он, что говорить. Ты большая умница. Кум - кум и кума так миссис Крок стала называть дедушку и бабушку Неолани после того как стала её крестной матерью - всегда гордился тобой. И не зря! Всегда было видно, что ты вырастешь настоящей Леди.

Миссис Крок могла бы ещё и ещё восхищаться своей крестницей, но чувство ответственности, желание, чтобы завтра малышка начала работу на свежую голову, взяли верх. И, проследив, чтобы Неолани принесли прямо в комнату сытный ужин, миссис Крок пожелала ей хорошенько выспаться и отдохнуть. Наконец-то. Она осталась одна. Второй день в Городе. День долгий, трудный. Она отвыкла от общения, от людей. Ей трудно, иногда нестерпимо трудно даётся проявлять внимание и уважение к собеседникам, притворяться, что её, хоть немного, интересуют их переживания, проблемы. Она, конечно, благодарна и Крёстной и её мужу, и родителям Рами. Не будь их, их душевного бескорыстного участия, доброты, чтобы она стала делать в этот, не лучший период своей жизни! Но... Как только она сможет, да - она вернётся домой, в своё Блэк Пау!

На следующее утро, любезно встретивший её мистер Нотариус достаточно чётко рассказал Неолани о том, какую работу он собирается поручить ей. Как она должна будет её выполнять, каких результатов он ждёт. Приводить в порядок картотеку и архив оказалось не таким уж нудным и скучным делом, как, поначалу, представлялось Неолани. Более того, с течением времени, она поймала себя на том, что эта работа ей даже нравится. Разбираться в завитушках и росчерках разнообразных почерков, искать и классифицировать необходимые мистеру Нотариусу справки и сметы - занятие, требующее не только усидчивости, но и какой ни какой фантазии и логики. Иногда было даже весело взобраться на высокую лестницу в библиотеке и "проехаться" на ней вдоль длинного ряда, заставленных старинными манускриптами и сводами современных законов, полок. Оказалось приятно устроиться в удобном полу кресле и в уютном свете настольной, под зелёным абажуром, лампы перебирать и сортировать пожелтевшие формуляры картотек. Миссис Джулия, по собственной инициативе, предложила Неолани проводить время перерыва - отдыхать в комнате Рами. Ты ведь должна делать перерывы, детка. Мой супруг - диктатор во всём, что касается его драгоценной работы. Никак не может понять, что не все такие трудоголики, как он. А в комнате Рами тебе будет уютно. Вы ведь подружки. И Рами будет рада. Я обязательно, с первой оказией напишу ей. И что ты нашлась и всё, всё.

- Мне очень хочется написать Рами, сказать, как я её люблю, скучаю. Миссис Джул, Вы дадите мне её адрес?

- Я бы с радостью, милая. Но у нас нет адреса Рами. Представь себе! Наша девочка захотела полной самостоятельности - так она себе это представляет. И не сообщает свой адрес. Мистер Нотариус говорит, что, пока письма от Рами приходят регулярно, он готов закрывать на это безобразие глаза. Но, всё равно, в начале лета, мы обязательно навестим её. Когда получим от Рами весточку, ты обязательно узнаешь. И сможешь написать ей. Обещаю.

Этот разговор произошёл в первый день работы Неолани у мистера Нотариуса. Что ни говори, как ни оправдывай миссис Джул самостоятельность своей дочки, всё это выглядело, и было очень странно. Но та Рами, та девочка, любительница секретов, загадок и приключений, которую знала, с которой столько лет дружила Неолани, была способна на такие фокусы. И ещё любопытнее показалось Неолани, ещё больше захотелось узнать, что же спрятала Рами в совершенно невообразимом месте. Где может быть этот тайник? Что можно открыть с помощью маленькой перламутровой пуговки! Прежде, чем приступить к методичным поискам, Неолани решила для себя, где она станет искать. Если пуговица - значит, одежда. Пуговица небольшая, перламутровая - значит, бельё. Искать надо в комоде для белья! Вот эти-то шесть ящиков изящного девичьего комодика и решила исследовать Неолани. Проверяла она ящики урывками, опасаясь быть пойманной. Ведь дверь в комнату Рами никогда не запиралась. И миссис Джул или горничная могли войти в любую минуту. Конечно, Неолани всегда может придумать, что ищет какую-то свою, забытую вещь... Но, к чему! Врать то Неолани совершенно не умеет. Да и что она могла забыть в комоде Рами! Поэтому-то и искала она долго. Время от времени спрашивая себя настолько ли эти поиски важны для неё и что, в конце концов, она надеется найти? Но, это занятие, эти поиски как-то отвлекали Неолани от повседневности её теперешней жизни. Внимательно перекладывая изящные вещички Рами, обследуя стенки и дно ящиков, она могла не думать о своём сегодняшнем положении, о том, что ждало её завтра, через день, месяц. Всегда легче и проще заниматься проблемами других, помогать им, чем ломать голову, решать свои. Медленно или быстро - иногда Неолани казалось, что время еле ползёт, иногда, что мчится с небывалой скоростью - прошло сорок дней. Сорок дней с того дня, когда они с Дьячком отнесли дядюшку Роба в Склеп. Сорок дней, как она живёт на Постоялом дворе у мистера и миссис Крок. И почти сорок дней, как работает у мистера Нотариуса, как ищет секрет Рами. Было бы правильно - так сказала миссис Крок - отслужить службу, или, хотя бы заказать Заупокойную молитву по рабу Божьему Робу. Вряд ли дядюшке Робу пришлась бы по душе эта идея. Но, раз так принято. Хуже не будет - как говорила в подобных случаях, Кроха. И Неолани в сопровождении миссис Крок, пошла на городское кладбище. Здесь они надеялись отыскать беспутного Дьячка. Никто не согласился бы и никто лучше него не смог бы отслужить Заупокойную службу по Робу и остальным старикам - последним могиканам Блэк Пау. А ещё Неолани хотела дать Дьячку денег. В конце каждой её рабочей недели мистер Нотариус платил Неолани зарплату. В первый раз, когда мистер Нотариус передал ей конверт с деньгами, Неолани ужасно смутилась. Она не ожидала, что её скромная работа будет оплачиваться так щедро. Бери, что же ты. Я рада - мистер Нотариус назначил тебе достойную оплату. Нечего стесняться. Заработала, заслужила - бери. Подбодрила, развеяла все колебания Неолани, присутствующая при этом миссис Джул. Когда Неолани принесла свою первую зарплату и захотела заплатить за пансион на Постоялом дворе, миссис Крок категорически отвергла любой, под любым предлогом, платёж. Под угрозой смертельной обиды и прочими ужасными последствиями крёстная запретила Неолани даже думать о чём- либо подобном. Так что первый заработок Неолани отметили по-настоящему праздничным ужином. Здесь уж мистер Крок расстарался! А Неолани, воспитанная своим хлебосольным дедушкой Тэмом, в этот вечер оплатила выпивку всем посетителям Постоялого двора. Более того, она сама приготовила каждому порцию грога. Но это - в первый и последний раз. Предупредила, соглашаясь на такое безобразие миссис Крок. К тому выходному дню, когда они с крёстной собрались идти на кладбище, Неолани ещё несколько раз получала конверты с зарплатой. Так что деньги у неё были. И она очень хотела как следует отблагодарить Дьячка за всё то, что он сделал для стариков и неё.

- Выброшенные деньги. Он пропойца. Всё спустит на выпивку. Не делай этого.

Увещевала миссис Крок Неолани.

- Если так уж хочешь потратить деньги, купи Дьячку новую одежду или хорошую еду. Деньги он пропьёт.

- Прекрасная идея! Я куплю Дьячку тёплую рясу.

Неолани понравилась идея крёстной. И теперь, в холодный, но ясный, солнечный день они - миссис Крок и Неолани - пришли на кладбище с двумя пакетами. В том, что побольше, была новая шерстяная ряса, в пакете поменьше - еда. Много еды. Деликатесы - поесть сейчас, и консервы - запас на чёрный день. В старой полу разрушенной часовенке Дьячка не оказалось. Хочешь, не хочешь пришлось миссис Крок и Неолани вернуться на аллеи кладбища. В поисках Дьячка они зашли даже на участок занятый пышными надгробиями и вызывающе дорогими памятниками.

- И здесь всё измеряется толщиной кошелька.

С горечью заметила миссис Крок.

- Ты ведь так и не была на могиле отца?

Спросила она Неолани, вдруг остановившись напротив помпезной композиции из чёрного мрамора. Похожий на лебедя, ангел смерти простёр свои крыла над опирающимся на стопку книг, полу сидящей фигурой молодого мужчины. Композиция была установлена на серой с искрой, гранитной плите. На ней же золотыми буквами были выбиты даты жизни и смерти, имя покойного. Чуть ниже - стих из заупокойной молитвы. Не готовая к подобной встрече, Неолани безмолвно застыла перед надгробьем.

- Как ты думаешь, похож?

Повернулась к крестнице миссис Крок. Она внимательно, переходя с места на место, рассматривала чуть закинутую назад, на ломкой худой шее, голову молодого человека.

- Говорят, они заплатила за это кучу денег.

- Не знаю.

Неолани тоже всматривалась в лицо, в мёртвые без зрачков глаза. Это каменное тело - скульптура изображало её отца!

- Не знаю.

Она прислушивалась к себе.

- Я совсем его не помню.

- Да, ты же была совсем малышкой. А фотографии?

- Нет фотографий. Совсем нет. В Блэк Пау не было фотографа. Никто никогда не фотографировался.

Опередила Неолани вопрос крёстной.

- А из дома, из Города отец ничего не взял.

- Да очень бы они и дали. Злыдни.

Миссис Крок махнула рукой.

- Пойдём, дорогая.

- Ещё минутку.

Неолани не могла так просто уйти от могилы отца. Пусть она его совсем не помнит, пусть его мёртвое тело покоится в этом странном чужом месте, пусть его родители... Есть ещё много, не сосчитать сколько всяких "нет", но всё - не важно! Важно, что этот человек, то, что от него осталось - её отец! Так всегда говорила, так учила обиженную на своих родителей малышку Неолани, Кроха. Дети должны помнить и почитать родителей. Так учили Неолани.

- Я сейчас вернусь.

На территории кладбища было много деревьев. И на некоторых, как успела заметить Неолани, уже появились цветы. Она быстро нашла приглянувшееся ей дерево, и попросив у него прощения, сломала усыпанную ранними цветами, ветку. Вернувшись к могиле отца, под неодобрительным взглядом миссис Крок, положила её на гранит надгробья. На серо холодном камне бело розовые нежные цветки миндаля выглядели по-особому хрупкими и недолговечными. Преходящая бренность человеческой жизни.

- Пойдём. Кладбище скоро закроют. А нам ещё дьячка надо найти.

Оторвала Неолани от грустных мыслей крёстная. Крепко зажмурившись и зажав в ладони свой крестик - Мы все тебя очень любим - мысленно попрощалась она с отцом.

Почти у самых ворот кладбища они, наконец, нашли Дьячка. Он был в своём обычном состоянии. По проспиртованному лицу Дьячка невозможно было определить, насколько он пьян или трезв. Но держался, как всегда, "молодцом". Очень обрадовался, увидев Неолани, и не очень был рад, увидев рядом с ней миссис Крок. Но, выслушав Неолани, пообещал отстоять Службу и за упокой Роба и, отдельно, так, как попросила Неолани, за вех усопших жителей Блэк Пау. Когда Неолани протянула Дьячку несколько крупных купюр, он не сразу взял деньги. Вес колебания, все душевные муки отразились на его, не смотря на непробудное пьянство, всё ещё выразительном лице.

- Возьмите, Вы заслужили.

- Чего уж, берите. Поможете бедным.

Нехотя поддержала крестницу, совершенно не согласная с Неолани, миссис Крок.

Странное, гнетущее состояние, в которое она погрузилась на кладбище, Неолани смогла преодолеть только к утру понедельника. Сегодня она должна "обследовать" последний, шестой ящик комода Рами. Нельзя позволить себе раскисать. В доме подруги Неолани ждал приятный сюрприз. Миссис Джул сама встретила её почти у порога с густо исписанными листами почтовой бумаги в руках.

- От Роми! Девочка прислала нам письмо! Посмотри, какое хорошее, подробное. Мы целый день вчера перечитывали! Здесь есть и о тебе, Неолани. Ах, какая радость!

- Доброе утро, Неолани.

Поздоровался, выйдя из кабинета, мистер Нотариус.

- Дорогая, письмо - это прекрасно. Но, умерь свои восторги. У Неолани будет перерыв - успеете всё обсудить. Проходи.

Мистер Нотариус посторонился, пропуская Неолани в свой кабинет.

- Сегодня есть несколько неотложных дел. Ты прекрасно справляешься с архивом и картотекой. Я знал, что ты аккуратная и исполнительная. И ты не разочаровала меня. Сегодня покажу, как разбирать почту и как отвечать на стандартные запросы. Обычно, после выходных, этой работы много. А сегодняшняя почта не может ждать. Требует особого внимания.

Почти до обеда Неолани прилежно училась аккуратно - это оказалось архи важно, так как необходимо было не испортить сургучные печати с гербами и другой атрибутикой - вскрывать конверты, распределять письма по темам, значимости, и датам. Круг вопросов, которыми занималась контора Нотариуса, оказался гораздо шире, чем представляла себе Неолани. Удостоверившись, что Неолани отлично всё поняла и усвоила, и что эту часть технической - офисной работы, как и ведения архива и картотеки, он может со спокойной душой ей доверить, мистер Нотариус отпустил Неолани на перерыв.

- Ты молодец. Смогла подождать, сосредоточиться на работе. Знаю, что тебе не терпится узнать, что пишет Роми. А миссис Джулия сгорает от желания поделиться с тобой новостями. Ты заслужила - наслаждайся.

Напутствовал он Неолани.

- Наконец-то! Он отпустил тебя, варвар!

Встретила миссис Джул Неолани.

- Вот! Смотри, читай!

Она протянула девушке, исписанные характерным размашистым почерком Рами, листки. Поблагодарив, Неолани начала читать.

- Ну, как? Что скажешь? Правда, умница! Так хочется её увидеть.

Миссис Джулия не могла усидеть на месте, не могла не задавать Неолани бесконечных, не дающих сосредоточиться на прочитанном, вопросов. Но, отвечая стандартными фразами и стараясь не потерять смысл прочитанного, Неолани, всё таки, достаточно быстро прочла письмо Рами. Подруга писала, что живёт, питается и учится она отлично. Что нянюшка Ди чувствует себя прекрасно. Что они - читай она Рами - приобрели много новых друзей. Но она, всё равно скучает по дому и дорогой подруге Неолани. И, в который раз, Рами спрашивает о том, что с Неолани, нет ли от неё вестей. Это было длинное, путанное письмо, смысл которого мог уместиться всего лишь в нескольких фразах. Но Неолани не могла так сказать миссис Джул, матери Рами. И на все вопросы, ахи и охи старалась отвечать в том - же приподнято - восторженном тоне. Но, видимо, получалось у Неолани это не очень хорошо. И, выслушав её сбивчивые слова и корявые фразы, миссис Джулия мягко улыбнулась

- Конечно, ты не можешь, не должна чувствовать так же, как я. Мы по-разному видим одни и те же вещи. Это совершенно естественно. Идём, пора обедать. Думаю, нас заждались в столовой.

За, как всегда, безупречно сервированным столом дам ждал мистер Нотариус.

- Вижу, ты не оправдала ожиданий моей супруги,

Лишь бросив беглый взгляд на вошедших, обратился он к Неолани.

- Трудно радоваться так же, как это умеет делать миссис Джулия. Ты не расстраивайся. Я, то же, был недостаточно восторжен. Но это не значит, что мы не любим Рами, или не скучаем по ней. Ты тоже напиши. И мы отправим твоё письмо вместе с нашими.

На этом обсуждение за обедом важного события закончилось. Неолани была уверена, что не надолго. И до того, как к Рами отправятся с оказией их письма, надо выяснить, что спрятала подруга. Неолани разложила на письменном столе в комнате Рами - в последнее время мистер Нотариус разрешал ей работать там, а не в больше похожей на кладовку, комнате архива - не разобранную почту. Но прежде решила проверить последний, ещё не обследованный ею, ящик комода. К разочарованию Неолани и здесь не нашлось ничего, что, хоть бы отдалённо, было похоже на секрет, который могла оставить ей Рами. Неужели она ошиблась? Но, в чём? То, что секрет, существует, зная Рами так, как знала подругу она, Неолани ни на миг не сомневалась. Значит - она искала, ищет не там! Но, где? И что может означать пуговка? Зачем она? Неолани ещё раз осмотрела комнату. Миссис Джул сказала, что они ничего здесь не трогали. Всё так, как оставила, уезжая на учёбу, Рами. И, если это так, то и эту веточку флердоранжа в эту вазочку поставила Рами! Обычно, флердоранж в другой маленькой хрустальной вазочке-кувшинчике, стоял на туалетном столике Рами, рядом со скляночкой с маслом нероли и другими безделушками. Безделушки - фарфоровые фигурки, хрустальные шарики и резные, искусно выточенные из экзотических пород дерева коробочки - всё это на месте. И там же, в уголке туалетного столика - пустая хрустальная склянка из-под нероли. Значит, Рами взяла с собой подарок Неолани - масло нероли. Конечно, после всего того, что ей рассказала об этом изумительном масле Неолани, Рами не могла не забрать его с собой. А вот флердоранж - цветок горького севильского померанца, из лепестков которого и получают самое ценное масло - нероли - бигорейд - Рами, почему-то поставила в неподходящую для него пузатую керамическую вазу на комоде! Всё так просто, когда поймёшь! Неолани вынула флердоранж из вазы и, засунув кисть в довольно широкую горловину, нащупала на дне бумагу! Достать хитро сложенный и запечатанный перламутровой пуговкой - вот чёткие следы и маленькие штырьки от застывшего в дырочках красного сургуча - пакет оказалось секундным делом. Я потратила столько времени! Чуть голову себе не сломала! Будет обидно, если ты написала какую-то ерунду, дорогая подруга. Отодвинув бумаги на письменном столе, Неолани со всеми предосторожностями, вскрыла послание Рами. С начала, цветочки, сердечки и восхищение её, Оами догадливостью. Неолани, сдерживая себя - ни за что не посмотрю в конец - пробежала глазами первые строки секретного послания. О том, как Рами скучает по ней, своей единственной подружке, о том, кто и как из одноклассниц окончил школу, о планах на будущее. Чтобы сообщить всё это - не обязательно задействовать столько "ресурсов". Миссис Джул любит рассказывать, всегда могу узнать через неё. И вот, наконец, когда Неолани отчаялась найти, хоть какую ни будь, дельную информацию ...

" Родители думают, что я уезжаю учиться. Да, в этом Городе есть университет, и меня приняли на первый курс. Но уехала я не только с Ди. Когда ты внезапно вернулась в Блэк Пау" ... Рами восторженно-подробно описывала свю встречу с мистером Х. Так называла она своего прекрасного молодого человека. Признавалась, как горячо, страстно и нежно они любят друг друга. "Ты можешь спросить меня - ты обязательно спросишь" - исписав два листа благоухающей нероли бумаги, обращалась к Неолани Рами, "почему я не рассказала родителям, почему не призналась им? Что заставило меня уехать с тайными намерениями. Но это так просто! Кому, как ни тебе, которая так хорошо знакома с моими родителями, понять это! Они так пекутся обо мне, так заботятся, до сих пор считают маленькой несмышлёнкой. Они бы никогда не согласились... Никогда не отпустили бы в чужой город. Они, особенно отец, мечтали о блестящем будущем для меня. Что они понимают в чувствах! В любви! Мистер Х не тот человек - ни по положению в обществе, ни по состоянию, ни по связям, за которого родители выдали бы меня. У мистера Х, в том городе, куда мы уезжаем, есть и работа, и очень приличный доход. Мы проживём. Ди - ничего нового о моей милой нянюшке я тебе не скажу - она ни за что не покинет меня. Не вздыхай! Лучше пожелай успеха! Я счастлива. Твоя Рами." И снова - веночек из сердечек и розочек. Неолани осторожно, не понимая, чего опасается, сложила листки и спрятала их за корсажем своего почти монашеского, платья. Что ей с этим всем делать? Как понимать? Она несколько раз машинально включила и выключила настольную лампу. Зелёный стеклянный абажур замерцал изумрудной зеленью. Хорошо, что родителей Рами сейчас нет дома. Ещё во время обеда, миссис Джул сказала, что они собираются в театр. Даже пригласила Неолани пойти с ними. Но она отказалась, сославшись ... какая разница на что! На самом деле, Неолани старалась поменьше, сколько это возможно, появляться в людных, общественных местах. Трудно избавиться от ран и комплексов, приобретённых в детстве. И, хотя и крёстная и миссис Джул и мистер Нотариус в один голос говорили, что она очень изменилась - в лучшую сторону, конечно, а мистер Нотариус даже назвал девушку хорошенькой, Неолани не могла им, близким людям, поверить.

- Спасибо. Очень щедрое, заманчивое предложение. Но, к сожалению, я не смогу. Мистер и миссис Крок будут волноваться. А предупредить их я не успею. Лучше задержусь и ещё немного поработаю.

Родители Рами переглянулись.

- Работа не убежит

Начала миссис Джул.

- В следующий раз мы пригласим тебя заблаговременно. И ты успеешь предупредить своих друзей.

Поставил точку, предупредив возможность дальнейших уговоров, мистер Нотариус.


И вот она нашла это секретное послание подруги. И возвращается с ним на Постоялый двор. И не знает, что думать, как понять, как поступить. Раз за разом Неолани повторяет, вдумывается в складывающиеся в чувства и действия, слова. У неё нет опыта. Ни в чём. Но она не чувствует, что подруга поступила правильно. Не уверена, что поддержала бы такое решение - уехать, ни о чём, не рассказав родителям. У Рами прекрасные родители. Ей ли не знать! Столько лет они привечали, жалели, утешали её. Совсем чужую, маленькую, пугливую, как дикий зверёк, девочку. Никто не смог бы заставить Мистера и миссис Нотаниус так относиться к ней! Они не только приняли странного ребёнка, они не только не возражали - они поддерживали, поощряли дружбу своей единственной дочери с непонятной провинциалкой. Неужели такие люди не поняли бы, не приняли бы решение собственной дочери? Каким бы неразумным они его и не считали бы! Но, Рами, видимо, думала по-другому! Кто же из них прав? Может быть, то, что знаешь изнутри, и то, что видишь снаружи - разнятся. Ни одно и то же? Неолани не торопилась возвращаться на Постоялый двор. Долго кружила в сереющих тенями улицам. Ей легче думалось на воле - без стен, присутствия других людей. К тому времени, когда она появилась на пороге низкой залы и, задерживая дыхание в клубах крепкого табачного дыма, добралась до столика миссис Крок, Неолани всё решила. Хорошо, что она погуляла, остудила голову - как говорила Кроха - и не выплеснула потрясающие новости на Крёстную. И не станет ничего рассказывать родителям Рами. Если бы хотела, если бы считала нужным, подруга сама бы всё им рассказала. Неолани не имеет права судить. Глупо и непорядочно думать, что Рами глупее её, или хуже знает своих родителей. Что сделано - то сделано! Хорошо, что у Неолани теперь есть возможность написать подруге. Поздоровавшись с крёстной, получив полный отчёт о происшедшем сегодня на Постоялом дворе, и рассказав о своей работе и новостях из дома Нотариуса, Неолани, совсем без аппетита, только чтобы не обидеть отказом мистера Крок, поужинала. И сразу заторопилась в свою комнату.

- Родители Рами получили от неё письмо. Мистер Нотариус предложил мне тоже написать. Нарочный отправится завтра. Я хочу написать хорошее письмо.

Объяснила Неолани миссис Крок.

- Умница. Рами хорошая девочка. Передай ей привет от нас с мистером Крок.

С этим напутствием крёстной, Неолани поднялась к себе и устроилась за изрезанный ножиком и заляпанный чернилами - настоящий мальчишеский письменный стол. Приготовила бумагу, ручку. Но что написать? И как... Её письмо вложат в общий конверт. Родители Рами не такие - они не станут специально читать чужое письмо. Но, всё таки... И что же написать? Неолани поднялась. Нет, никак не приходят ни правильные мысли, ни нужные слова. В конце, концов, пробродив по комнате почти полночи, Неолани достала письмо Рами и срисовала, стараясь не упустить ни одной детали, веночек из сердечек и розочек. Под этим, немного жеманным орнаментом, Неолани приписала именно то, о чём попросила подруга. "Люблю тебя. Желаю успеха всегда и во всём. Будь счастлива". Так будет правильно. Никто не испрашивал ни её совета, ни согласия. Рами поступила так, как считала нужным. И лишь поделилась, поставила подругу в известность о важных переменах в своей жизни. Посвятила в те сокровенные тайны, о которых не знают даже родители. Лучшая подруга - Неолани может только гордиться этим! И радоваться за Рами! Записку такого содержания каждый поймёт так, как поймёт.

В общий конверт, кроме коротенького письмеца Неолани, вложили и надушенное, переполненное эмоциями, на нескольких листах дорогой почтовой бумаги письмо от миссис Джули, и лаконичную, с пронумерованными вопросами, записку от мистера Нотариуса.

- Это слишком тяжело, когда твоё дитя так далеко.

Смахнула слёзы кружевным платочком миссис Джулия.

-Ну же, дорогая, успокойся.

- Ты, мистер, виноват! Как можно было отпускать девочку одну! И так далеко!

- Не ты ли уговаривала меня, что с Рами поедет Ди... И всё будет прекрасно! Короткая у женщин память!

Мистер Нотариус лишь махнул рукой. Хлопнула дверь его кабинета.

- Вот они какие - мужчины! Будь осторожна, детка.

Совершенно расстроенная миссис Джул тоже ушла, плотно притворив дверь будуара. Неолани и, присутствовавшая при этой душераздирающей сцене, горничная, лишь обменялись взглядами. Кто они - чтобы судить?

Однообразные занятия и серое небо превращали длинные тягучие дни, как пшеничные зёрна, похожие один на другой, в бесконечную унылую цепь. Эта череда рутинных, почти ритуальных, обязанностей и действий завораживала, затягивала в бездонную серую воронку времени. Неолани чувствовала себя всё хуже и хуже. Работа у отца Рами не была тяжёлой, обязанностей по дому - обязанностей на Постоялом дворе, как таковых, у неё не было. Но силы, физические силы покидали девушку. С чего бы это? Ведь жила она в Городе раньше! Жила и училась. Почти десять лет - в гимназии! И всегда всё было нормально. Нет, первое время, первый год, когда Тэм, готовый на всё, только чтобы дать малышке достойное образование, привёз Неолани в Город, был очень, был катастрофически труден для маленькой дикарки. Но Неолани постоянно чувствовала любовь и доброту, хоть и далёких, но всегда близких Крохи и Тэма. Да и миссис Крок, ставшая к этому времени её крёстной, уделяла живущей у неё в доме малышки, море внимания. Потом Неолани познакомилась и подружилась с бойкой одноклассницей, горожанкой Рами. Её стали приглашать и привечать в гостеприимном доме Нотариуса. Тогда, десять лет назад, Неолани прижилась на новом месте. Что же сейчас? Как-то вдруг - Неолани словно вынырнула из серой мути - оказался канун Рождества! А за ним, совсем близко и совсем уж загадочный праздник - Новый год! Конечно, в Блэк Пау отмечали и Рождество и Новый год. Но не было там, в этих празднованиях такого размаха, таких приготовлений и ожиданий, которые поразили маленькую Неолани в её первый год в Городе. Ей очень понравились подарки - миссис Крок, крёстная, и мама Рами - тогда ещё Неолани с трудом выговаривала имя миссис Джул - постарались порадовать не очень счастливую, одинокую малышку. А ещё были праздничные представления и угощения. Вернувшись на каникулы домой, в Блэк Пау, Неолани замучила Кроху и Тэма вопросами о том, почему они не отмечают чудесные праздники, почему не украшают дом, не делают подарки, не готовят вкусную еду. И Кроха, и Тэм сумели не выказать своего растерянного удивления. Они думали о разнообразных аспектах городской жизни, но не смогли предвидеть, что именно эта сторона жизни в Городе, так заинтересует девочку. Но найти достойное объяснение они смогли.

- Мы живём не в Городе, деточка,

Прижала Неолани к своей тёплой груди Кроха.

- У нас, здесь в Блэк Пау другие праздники. Помнишь, как мы празднуем Приход Весны? А Благословение Осени? В Городе - спроси Тэма, он часто там бывает - нет таких праздников.

Маленькая Неолани помнила. Конечно! Чудесные праздники Расцвета и Позднего Урожая! Такие замечательные! Яркие! Вкусные!

- Но, может быть, Тэм просто не всё знает, о жизни в Городе! Он ведь там бывает наездами!

Об этом и спросила девочка.

- Ты большая умница, Маленькая Леди

Похвалил внучку Тэм.

- Незря учишься в гимназии. Сразу понимаешь, о чём спросить. Я не живу в Городе - это верно. Но там живёшь ты! Расскажи - был там праздник Позднего Урожая?

- Нет,

Девочка, вспоминая, покачала головой.

- Но, может быть - будет праздник Расцвета.

- Всё возможно, дорогая. Поживём - увидим.

Согласилась Кроха.

- Каждый праздник - это хорошо для людей. И мы рады, что тебе понравились праздники Города.

С тех пор прошло, пролетело так много лет, так много праздников. Осенние и весенние праздники Блэк Пау не совпадали с каникулами в гимназии. И у Неолани осталось только два радостных праздника - Рождество и Новый год. А в последний свой год - уже после того, как ушёл в Зелёные поля Тэм - в одинокий год, у неё не было никаких праздников. Не с кем и не чего было праздновать, нечему радоваться. И вот снова суета, волнения, предвкушение Праздника. Крёстная и миссис Джул позаботились порадовать Неолани подарками. Да и она заранее приготовила подарки близким людям. Должно пройти время. Должно прийти время. Так, обычно, утешала Кроха, приходивших к ней поплакаться женщин Блэк Пау. Как она всё правильно говорила, моя любимая бабулечка. С любовью и восхищением вспомнила Неолани Кроху. Конечно, какой для неё сейчас праздник? Ещё так свежи раны-воспоминания Пережить одну за другой следующие смерти близких людей ... Не пришло ещё время - не научилась она быть одной. Не научилась черпать силы в воспоминаниях, ещё плохо чувствует незримую заботу любящих её людей.

Но, как бы то ни было, праздники и для Неолани прошли хорошо. Весело, хлебосольно было на Постоялом дворе. Мистер и миссис Крок, как обычно, выставили бесплатное угощение. Ешь, веселись - сколько в пузо влезет. Только вот выпивка? Хозяева знают свою выгоду - за выпивку расплачивайся сам! Пыль столбом! Дым коромыслом! От души веселились в низкой длинной зале Постоялого двора. У родителей Рами праздновали тоже. Но, совсем по-другому. Чинно, пристойно. С крахмальными скатертями, серебром и хрусталём, с веточками жимолости в дорогом фарфоре. Первый большой праздник без единственной дочери! Не так уж и весело. За столом много говорили о Рами. Вспоминали, хвалили, желали ей счастья. Часть своей любви и внимания родители Рами невольно перенесли и на Неолани. Лучшая подруга их дочери! Сколько у них было всего вместе, сколько общего! И Неолани, не дожидаясь просьб, чувствуя, как это жизненно важно для родителей, не уставала вспоминать и рассказывать об их с Рами учёбе, об одноклассницах, об их с Рами беззлобных проделках и шалостях. Рождественский обед в доме Нотариуса вызвал у Рами двоякие чувства. С одной стороны - она была рада, что смогла, если и не развеселить, то как-то порадовать прекрасных людей. Она была уверена, что не только ей было тепло и уютно в этот промозгло ветреный зимний вечер. Родители Рами, тоже, может быть, не совсем так, как им хотелось бы, отдохнули. Но... праздничное застолье в кругу чужой семьи, с чужими радостями и горестями, чужими воспоминаниями и надеждами болью отозвалось в одинокой, не успевшей ещё излечиться от потерь, душе Неолани. Она должна вернуться. Когда потеплеет - она вернётся домой. Так с порога и заявила Неолани с нетерпением ждущей девочку "из гостей", "из того дома", Крёстной.

- Домой! Куда - домой?

Сразу и не поняла миссис Крок. Она то собиралась расспросить крестницу, что и как подают на праздник "высоких домах". Какая была посуда, кто ещё участвовал в трапезе, кто прислуживал ... А тут - нате вам! Настоящая Маленькая Леди.

-Так с порога, не поздоровавшись, не поинтересовавшись, как у нас дела, ты это заявляешь!

- Я не хотела, не думала, что обижу...

Неолани опустилась перед сидящей в кресле миссис Крок, обняла её, прижалась разгорячённым лбом к жёсткому муару траурного чёрного платья, взяла в свои руки натруженные ладони.

- Я всю дорогу думала об этом. Чтобы уехать. Не понимаю, чего мне здесь не хватает, почему плохо. Вот, как раз на пороге, и решила, что лучше мне будет дома, в Блэк Пау. Страшно мне возвращаться - но надо. Вот и выпалила.

- Так ты и уедешь, деточка.

Миссис Крок подняла голову Неолани, заглянула в глаза. Глубоко, глубоко заглянула - до самого "дна".

- Вижу, что уедешь. Не удержать.

Она резко поднялась, невольно оттолкнув Неолани. Потеряв равновесие, девушка чуть было не упала.

- Надо отдать распоряжения на завтра. Всё обсудим после праздников.

Мистер Нотариус, как это и было положено, закрывал свою контору на праздники. Неолани вежливо отклонила предложение родителей Рами провести с ними праздничную неделю на фешенебельном курорте.

- В праздники на Постоялом дворе будет много работы. Я должна помочь мистеру и миссис Крок.

Объяснила она свою вполне уважительную причину. И в самом деле, Неолани, наравне с остальными работниками и работницами целыми днями, не жалуясь на усталость, крутилась среди постоянно занятых пестрыми компаниями столами. Одному из посетителей пришёлся по вкусу грог, искусно приготовленный Неолани. И не только завсегдатаи требовали грог девушки. У Неолани не было секретов. Она не мешала другим подавальщицам смотреть, как она смешивает напитки, учила, подсказывала девушкам. Но у других никак не получался такой же, как у Неолани, её фирменный грог! Пролетели, промелькнули суматошные дни праздников. В усталом свете зимнего утра, большая, вчера ещё полная движением, людьми, пышущая весельем зала, выглядела по-сиротски неприкаянной. Не выспавшиеся работники, веселя друг - друга, вспоминали о курьёзах прошедших разгульных деньков, собирали там и сям разбросанную посуду, растаскивали по местам столы и лавки. Подоткнув юбки, поденщицы начали скрести и мыть затоптанный кирпичный пол... В распахнутое настежь оконце, лениво выползали, притаившиеся было по углам запахи вина, разгорячённых потных тел, остатков начавшей портиться, еды. Сизым туманом - широким тюрьбаном венчал всё это дым несчётного количества выкуренных здесь сигарет, трубок и сигар. Среди всего этого бедлама миссис Крок невозмутимо работала за своим столиком.

-Мы получили отличную прибыль.

Почувствовав Приближение Неолани, она отодвинула от себя толстенную конторскую книгу, в которой вела счета.

-Доброе утро. Присаживайся. Сейчас позавтракаешь,

Миссис Крок подняла свой колокольчик,

- И поговорим.

Неолани не успела ни поблагодарить, ни отказаться, а мистер Крок уже нёс из кухни поднос с едой.

- Сегодня завтрак ... не очень

Пожаловался - извинился он, расставляя перед Неолани тарелки и перекладывая с пышущей жаром сковороды на блюдо прекраснейшую в мире яичницу с беконом, расставляя чашки с горячим какао, придвигая горячие оладушки.

- Всё, что сумел. Даже неприкосновенный припас пришлось пустить вход. Представляешь?

В голосе мистера Крок слышалась неприкрытая радость.

- Но оно того стоило. Не правда ли, миссис Крок?

-Ты оказался прав. Выручка покроет все наши затраты. Не сержусь я. И спасибо за завтрак.

Занятая, как и остальные "девушки" Постоялого двора, обслуживанием клиентов - она сама настояла на этом - Неолани и представить не могла, какие "битвы" вели между собой мистер и миссис Крок в эти напряжённые, прибыльные дни. Миссис Крок, против своей молчаливой манеры, даже с удовольствием рассказала Неолани - Ты, ведь, ничего не знаешь - о бесконечных стычках и спорах с мистером Крок.

- Он хотел сначала выставить вино **.

Увлекаясь своим рассказом, объясняли миссис Крок Неолани.

- Но я сказала нет! Через мой труп. И этот идиот готов был переступить через моё хладное тело! Как оказалось, это вино понравилось одному солидному постояльцу. И - понеслось! И с запасами Мистер Крок оказался прав. Вымели всё, подчистую! Давно следовало обновить и ассортимент, и закупить новые консервы. В общем - всё к лучшему! Не грусти, девочка. Ты получишь прекрасное вознаграждение за работу в праздники.

- Спасибо, крёстная. Но я не за деньги. Работала не из-за денег.

Запуталась в благодарностях и извинениях Неолани.

- Ты не можешь отказаться. Заработала честно. Подобью баланс, проверю счета и начну выплаты. Они тоже ждут.

Миссис Крок указала на прибирающих зал работников.

- Но ты хочешь не денег. Это ясно. Неужели, не передумала?

Миссис Крок решительно, двумя руками отодвинула тарелки, захлопнула бухгалтерскую книгу.

- Я думала о том, что ты сказала. О твоём желании. Не в моих правилах вмешиваться. И совет могу дать только тому, кто его попросил, тому, кто собирается прислушиваться к моим советам.

- Что Вы, крёстная! Я обещаю обдумать всё, что Вы скажете. Я уважаю Ваше мнение.

Они долго ещё разговаривали - миссис Крок и её подросшая, повзрослевшая крестница. Неолани не боялась обидеть умную женщину. Честно - зачастую именно честность лучший, верный путь к взаимопониманию - рассказала о том, как ей тяжело и "тесно" жить в Городе. Как тянет её домой, в Блэк Пау. Миссис Крок тоже была предельно честна и искренна. Она рассказала о своих редких встречах с Крохой - бабушкой Неолани. И о том, какие дружеские, доверительные отношения связывали их с мистером Крок со шкипером Тэмом. Стараясь не поддаваться эмоциям, миссис Крок рассказала о том, как дорога стала им Неолани. Какое место в их сердцах, в их жизни заняла чужая маленькая девочка в тот трагический период их жизни. Именно тогда, когда была погребена последняя надежда на возвращение единственного ребёнка.

- Это знаменательно и прекрасно, когда Год начинается таким душевным откровенным разговором.

Совладав с воспоминаниями, сказала миссис Крок.

- Я тоже рада. И благодарна Вам, крёстная.

Склонилась перед мудрой женщиной Неолани. Они решили, что Неолани останется в Городе, то есть продолжит жить на Постоялом дворе и работать у Нотариуса до весны. А там...

- Давай, с начала, доживём.

Обняла крёстницу миссис Крок.


Неолани продолжала прилежно работать у мистера Нотариуса. В доме родителей Рани её всегда ждал тёплый приём. Миссис Джулия, привечающая Неолани, как родную, заботилась о том, чтобы девочка всегда была вкусно накормлена, не переутомлялась. Неолани приходилось "выдерживать целые сражения", доказывая, что она не голодна, что на Постоялом дворе её кормят. И кормят очень хорошо и вкусно. Ну а работа - Мистер Нотариус не эксплуатировал! её! Для Неолани работа была совершенно не тяжела. Приученная с детства много и упорно трудиться - как иначе девочка из какого-то Блэк Пау смогла бы отлично учиться в гимназии - Неолани быстро освоила нехитрые премудрости технической работы, которую поручал ей мистер Нотариус. И постепенно у Неолани начало оставаться всё больше и больше свободного времени. С разрешения и при заинтересованной поддержке мистера Нотариуса, она начала изучать основы юриспруденции, учить законы. Благо в обширной библиотеке мистера Нотариуса нашлись и учебники, и толстенные тома - своды законов.

- Неолани делает определённые успехи.

С гордостью учителя делился мистер Нотариус с супругой.

- Если она захочет, сможет получить юридическое образование. Определённые способности у этой девочки есть.

Довольный успехами Неолани, не раз повторял мистер Нотариус. Неолани было, конечно, лестно такое мнение об её скромных способностях. И профессия юриста - адвоката, выбери она её, наверняка пришлась бы по - вкусу Тэму. О чём-то таком - большом, необычном мечтал он для своей внучки, Маленькой Леди. Но сердце, душа Неолани были неспокойны. Она не могла всерьёз думать о своём будущем, о профессии. Всё - потом, потом. Неолани тянуло, звало вернуться в Блэк Пау что-то. Там остались незавершённые дела. Объясняла она родителям Рами, в один из последних зимних вечеров, своё желание вернуться в Блэк Пау.

- Дома стоят открытые. Я хочу пойти в Склеп к бабушке с дедушкой.

- Но ты, ведь, вернёшься

Прижав кулачки к груди, и заглядывая в глаза Неолани, не спрашивала - настаивала миссис Джулия.

- Ты же знаешь, как нам одиноко без Рами. Оказия раз в месяц! Разве этого достаточно для родителей? А ты такая милая. Мы привыкли, что ты у нас. Ну же, Неолани.

- Дорогая, мы не должны заставлять Неолани делать что-то вопреки её желанию. Для меня это, тоже, полная неожиданность. У меня были на тебя обширные планы, девочка. Я не так представлял... Но ты совершеннолетняя. И в праве сама решать свою судьбу. Подумай хорошенько. И, что бы ты ни решила, подожди неделю. Мне надо будет поговорить с тобой.

Мистер Нотариус поднялся из-за стола. При всём его умении владеть собой, было ясно, что он удивлён и, даже, немного расстроен.

- Вот видишь, супруг тоже не хочет, чтобы ты уезжала. Подумай, дорогая. Мы так стараемся, чтобы тебе было хорошо у нас!

- Дорогая миссис Джул, у Вас я, словно, дома. Столько тепла и внимания. Но мне, не могу объяснить - сама не пойму - почему, необходимо побывать в Блэк Пау.

- Значит, ты вернёшься! Вернёшься?

- Я не могу ничего обещать, миссис Джул. Но через неделю я обязательно приду. Мистер Нотариус назначил мне встречу.

Каждый день промедления казался Неолани вечностью. Когда ты уже решился, когда мыслями совсем в другом месте, всё начинает раздражать тебя здесь, где ты невольно "застрял". Крёстная, миссис Крок понимала состояние Неолани и старалась, по мере возможности, помочб девочке - Маленькой Леди пережить дни вынужденной отсрочки. Миссис Крок, вопреки своему обычаю, старалась как можно больше загружать Неолани домашними делами. Просила вести вместе с ней счета, делать заказы. В часы вечернего наплыва посетителей, Неолани работала в зале наравне с другими девушками - подавальщицами. И тут уж мистер Крок спуску ей не давал. "Ты или работаешь - или, нет!" таков был его девиз. Ничего среднего, никаких оправданий для мистера Крок не существовало. Вот так - между счетами и кружками с грогом проходили сейчас дни Неолани. Это отличалось, очень отличалось от того, чем она занималась под руководством мистера Нотариуса. Но - эта работа была живее, и время за этими немудреными занятиями пролетало быстрее. Вот, вот и наступит долгожданная дата.

- Хоть убей - не пойму, почему мистер Нотариус задержал тебя. У этих, высоколобых, свои дела. Но - целая неделя?

Как-то за ужином не выдержала Миссис Крок.

- Ты знаешь, в чём дело, девочка?

- Нет, крёстная, не знаю. Спросить постеснялась. Да мистер Нотариус мог и не объяснить. Хотелось бы успеть.

- Ну да. Так-то была бы там загодя. А так - еле, еле успеешь на годовщину.

Посетовала миссис Крок.

- Ты одна пойдёшь? Или позовёшь кого нибудь с собой?

Оторвался от своей бесценной вечерней газеты, мистер Крок.

- Ну и вопросы ты задаёшь, Мистер Крок! Где это видано, чтобы молодая девушка и одна! Конечно, не одна!

- Спасибо за заботу, мистер Крок. Я договорилась с Дьчком. Как раз - год. Найдётся для него в Блэе Пау работа.

- И тебе будет веселее в дороге.

Вновь отгородился от мира и его проблем газетой мистер Крок.

- Веселее? Ну не знаю. И сколько же деньжищ перепадёт этому бездельнику! Хватит у тебя расплатиться с ним?

Неолани, как могла, успокоила миссис Крок, что и деньги расплатиться у неё есть - Нотариус платил очень щедро. И, что - да ей будет веселее, а им спокойнее, если она пойдёт в Блэк Пау не одна.

На следующее утро, как и договаривались, Неолани пришла в дом Рами. Приветливо встретившая её девушка - горничная - она успела привыкнуть к Неолани, к её нестандартной внешности, и, даже прониклась к ней симпатией - провела её сразу в будуар миссис Джулии. Вся воздушная и розовая, в утреннем капоте, с кружевным платочком в розовых, наманикюреных пальчиках, Миссис Джул из своего изящного креслица поднялась навстречу Неолани.

- Дорогая девочка!

И миссис Джул прослезилась, заторопилась, запуталась в словах любви и сожаления.

- С начала я хотела подарить тебе что-то на память. Но потом решила, что ничего дарить "на память" не буду. Ты же вернёшься! И тогда, я чувствую, вернётся и Рами. Вот тогда мы и закатим пир! С подарками и угощением. А пока - иди. Иди быстрее. Нотариус ждёт тебя. И возвращайся! Возвращайся, как можно быстрее.

Миссис Джул почти вытолкала Неолани из будуара. Прежде чем постучать в соседнюю дверь - дверь в кабинет мистера Нотариуса, Неолани прислушалась. Из-за двери в будуар доносились приглушённые рыдания. Бедная миссис Джул. Когда уехала Рамона она не позволила себе проронить ни слезинки. Девочка уезжала учиться! Уезжала в престижный университет. Какие могут быть слёзы - только радоваться. А сейчас, когда уезжает лучшая подруга дочери, миссис Джулия дала себе волю. Плачет за ними обоими. Бедная, бедная. Она ещё не знает, что натворила её единственная, ненаглядная доченька. Строчки последнего, полученного с общей оказией, письма от Рами, встали у Неолани перед глазами. Нет, ничего "плохого" Рами написать не могла. Но то, как она писала о том, что Неолани бывает неожиданно права, и о том, что учёба кажется ей довольно скучной и неинтересной, позволили Неолани предположить, что не всё так хорошо - прекрасно у подруги, как она расписывает в письмах к родителям. И тут дело, явно, не в учёбе. Но о том, что и как происходит с Рами и как воспримут эти новости родители подруги, Неолани старалась не думать. С собой бы разобраться! Девушка решительно постучала в дверь кабинета мистера Нотариуса.

- Входи Неолани.

Мистер Нотариус ждал её.

- Вижу, ты не передумала.

Поздоровавшись и подав знак занять кресло перед его столом, сказал мистер Нотариус.

- Чем собираешься заниматься в Блэк Пау? И когда предполагаешь вернуться?

Неолани ответила, что необходимо привести в порядок оставленные дома, проверить запасы в Катти Сарк и решить, что делать с пабом. Ну а о возвращении - Неолани честно сказала, что не знает когда и хочет ли, вообще, возвращаться в Город.

- Ты имеешь право поступать по своему разумению. Двери нашего дома и моей конторы всегда открыты для тебя. Знай это - и кров и работа. Если понадобится, какая либо помощь, возникнут затруднения в Блэк Пау - не стесняйся. Впрочем, всё это ты и так хорошо знаешь. Теперь - о том, чего ты, по всей видимости, не знаешь. И из-за чего я попросил тебя задержаться. Но прежде, извини - но я должен спросить об этом - у шкипера Тэма были при себе, какие- либо бумаги, когда ты ухаживала за ним после нападения бандитов?

- Так я и предполагал.

Мистер Нотариус покатал по столу карандаш, выслушав ответ Неолани, что ни денег, ни каких - либо "бумаг" при умирающем Тэме не было.

- И шкипер Тэм ни о чём тебе не сказал?

- Нет. О чём же? Дедушка с трудом дышал и жил. Хотя... Он как-то пытался мне что-то сказать

Припомнила Неолани настойчивый взгляд умирающего Тэма. И то, как дедушка сжимал её запястье слабеющими пальцами.

- Нет, сэр, ничего. Хотя, когда ещё мог, попросил, чтобы я заботилась о его друзьях. Но это я бы и так делала.

- В этом весь шкипер Тэм. Всегда обо всех, обо всём заботился.

Мистер Нотариус вынул из верхнего ящика - того, узкого под столешницей, где он под ключом хранил самые важные документы, папку.

- Ты, конечно, сердишься на меня и недоумеваешь, почему я попросил тебя отсрочить отъезд. И именно до этой даты.

Он щёлкнул наборным замочком, и достал из папки, украшенные красным сургучом листы. Подвинул их через стол Неолани.

- Смотри и читай внимательно. Это - завещание шкипера Тэма. Согласно его воле я не мог показать тебе его раньше ни на миг. Если бы ты не собралась уезжать - не уверен, что показал бы даже сегодня. Шкипер Тэм указал только начальную дату возможного оглашения завещания - через год после его регистрации. Так что, только твой отъезд в Блэк Пау заставил меня это сделать сейчас. Не знаю, какого подходящего момента - как выражался шкипер Тэм, я бы ещё ждал. Ну а сейчас - читай. То, что не поймёшь, спрашивай. Не стесняйся. Моя обязанность помочь тебе во всём разобраться.

Неолани почти и не слышала мистера Нотариуса. Чёткие буквы прыгали у неё перед глазами, ровные строчки расползались во все стороны. Она не могла читать, не могла понять прочитанного. Она думала лишь о Тэме. О бесконечной любви, доброте своего взбалмошного - так называла его Кроха - деда. В неподвижном молчании прошло несколько минут.

- Я должен тебе сказать, что у шкипера Тэма был с собой экземпляр завещания и, конечно, деньги. Если ничего этого при нём не оказалось, значит, те, кто на него напали, забрали и деньги и бумаги. Остаётся только надеется, что разбойники малообразованны и не смогли оценить возможный потенциал "бумажек".

Вслушиваясь в голос мистера Нотариуса, Неолани собралась, заставила себя сосредоточиться. Кабинет мистера Нотариуса не самое подходящее место для сантиментов.

- Я не могу сейчас всё прочесть и понять. Не могли бы Вы объяснить мне основное, сэр?

- Объяснять, собственно, нечего. По этому завещанию, подписанному шкипером Тэмом в ясном уме и памяти, единственной владетельницей Блэк Пау являешься ты, Неолани.

- Я? Но, почему!

- При жизни шкипер Тэм приобрёл все дома и всю землю Блэк Пау.

- Приобрёл! Странно. Но как? У нас никогда не было таких средств! Я знаю, Я помогала Крохе вести расчётные книги.

- Никто не говорит о деньгах, Неолани. Шкипер Тэм получал всё в вечное и нераздельное владение в обмен на обещание "последней кружки грога".

- Как это!?

- Шкипер рассказал мне, что однажды они, ради шутки, подписали такое соглашение со своими закадычными дружками. А "дружков" у Тэма был весь Блэк Пау. Каждого до конца его жизни шкипер поит бесплатным грогом в обмен на право владения Блэк Пау и всем, что там есть. Только один раз в году они могли пересмотреть соглашение. Но до этого дело ни разу не дошло. Они, попросту, забыли о своей "шутке". Таким образом, шкипер Тэм оказался владельцем всего - подчёркиваю - всего Мыса и всего, что на нём. Поскольку шкипер Тэм умер, и за этот год не нашлись другие родственники-претенденты на наследство, всё это переходит тебе. Как ты этим распорядишься... Единственное, что могу посоветовать - не спеши. Я оставлю тебя. Посиди. Подумай. Ты не обязана ничего решать сейчас. Вообще - никому ничего не должна.

Мистер Нотариус вышел из кабинета. Вот так... сюрприз! И что ей со всем этим прикажете делать? Она отдала бы всё это - всё, что скрупулезно переписано в этой бумаге, за то, что бы были живы её родные! Родители и бабушка с дедушкой. Но... Слёзы сами по себе текли из лучисто прозрачных глаз Неолани. Что толку думать о том, что никогда не свершиться, что настолько нереально. Девушка отодвинула от себя бумаги, нажала на кнопку звонка. Не правильно так звать мистера Нотариуса. В данной ситуации, отец Рами не обидится. Вошедший мистер Нотариус переводил взгляд с документов на Неолани и обратно.

- С Вашего позволения, сэр, расскажу, что решила и почему.

- Умница. Я внимательно слушаю.

Мистер Нотариус занял своё место за письменным столом.

- Не знаю, что мне с этим делать.

Неолани указала на бумаги.

- Всё это слишком неожиданно и ново для меня. Когда я вернусь из Блэк Пау, а теперь я обязана вернуться, Вы, ведь, поможете мне, сэр, со всем этим разобраться?

- Конечно, Неолани, в силу своих знаний и опыта. Ты принимаешь взвешенное решение.

- Спасибо, сэр. Документы. Я не хочу их забирать. Вы, ведь можете хранить их, сэр.

- Ты отлично знаешь, что это часть моей работы. Здесь завещание будет в полной безопасности.

- И ещё - Вы будете взимать с меня положенную плату. Я теперь знаю расценки, сэр.

Попытавшийся было возразить мистер Нотариус, лишь склонил голову.

- Документы остаются у Вас. Тэм взял экземпляр завещания с собой. Для чего? Остаётся только гадать. Но Вы сказали, что это плохо. Плохо, что завещание попало в чужие руки.

Поправила себя Неолани.

Трудно, о чём-либо рассуждать. Если, как я предполагал, разбойники неграмотные тёмные люди, они могли выбросить ненужные бумаги. Ограничиться только теми деньгами, что были с собой у шкипера Тэма. К слову, я уверен - будь у Тэма только деньги, он отдал бы их, не сопротивляясь. Защищал он именно завещание. А вот если оно, каким-то образом, попадёт, или уже попало в нехорошие руки... Нам не додуматься до того, что может предпринять плохой человек. Ты говорила, что пойдёшь с Дьячком. Может быть, стоит подумать об охране. В дороге случается всякое.

- Не понимаю, почему, то, что я наследница шкипера Тэма - владетельница Блэк Пау Неолани не смогла произнести - может навредить мне?

- Мыс Блэк Пау, все постройки селения - слишком лакомый кусочек. Пока всё это небольшими частями принадлежало многим людям, это одно. Когда же всё сосредоточено в одних руках, могут появиться разные прожектёры, объявиться наследники. Хотя на объявление в газетах и Юридическом вестнике - ты знаешь, что так положено - никто не откликнулся. Не знаю. Должен быть, если будет очень изощрённый ум. А, может быть, ничего и не случится. Шкипер Тэм очень переживал за тебя, из-за этого завещания. Побереги себя.

Перед тем, как отправиться в Блэк Пау, Неолани заказала для миссис и мистера Крок партию выдержанного ямайского рома и несколько солидных упаковок Королевы Виктории и Tea Moralities - лучших из купажированных Цейлонских чаёв. Она знала, что ни крёстная, ни её супруг не возьмут у неё ни гроша за кров и стол. Но оставаться неблагодарной Неолани не могла. Они получат её заказ, когда она будет уже далеко. Возможно, за зловещим забором Кара Шен.

Неолани и Дьячок отправились в Блэк Пау ранним утром - едва брезжил, протискиваясь между ночными облаками, серый рассвет. Никто не вышел проводить их на сонную, досматривающую последний сладкий сон, улицу. С родителями Рами Неолани попрощалась два дня назад, с крёстной и её мужем они последний раз поговорили накануне вечером. Неолани очень просила их не грустить и не провожать её. Ранняя, робкая в своих проявлениях весна чувствовалась и во внезапных игривых порывах холодного ветра, и в прозрачной глубокой синеве бело облачного неба, и в резко сочной зелени травы, и в набухших почках, набирающих живую силу, деревьев. Но ни у Неолани, ни у Дьячка не было времени на пустяки, не могли они себе позволить тратить время на любование чудом победно грядущей весны. Оба они, по разным причинам, торопились достичь Кара Шен, а, затем, благополучно преодолев перевал, добраться до Блэк Пау. Дьячку хотелось побыстрее разделаться с тяготящей его обязанностью - обещанием шкиперу Тэму помочь его Маленькой Леди с похоронами последних стариков Блэк Пау. После того, как прочтёт все положенные молитвы и удостоверится в сохранности саркофагов в Склепе Блэк Пау, он может со спокойной совестью отправляться обратно. Свой долг - своё обещание шкиперу Тэму он выполнит. А Неолани подгоняло будоражащее нетерпение, ожидание чего-то, чего-то такого... Нет, возвращалась она, как и объясняла людям, волновавшимся о ней, о её будущем, что бы привести в порядок поспешно оставленные без присмотра дома и Катти Сарк. И ещё - необходимо было привести Дьячка в Склеп. Хотя Неолани плохо понимала целесообразность именно этого - заупокойных молитв и обрядов, ведь никто из умерших в Блэк Пау не был по настоящему верующим. Верующим в том понимании, которое бытовало в Городе. Но, как и её собственное, так называемое крещение, это было одним из условий общества, той странной игры, в которую играли, казалось бы взрослые, люди. Но, чтобы и не гнало Неолани побыстрее очутиться в Блэк Пау, оно не позволяло задерживаться в пути, обращать внимание, любоваться скромными приветами наступающей весны. Выйля из Города, они сначала шли по вымощенной хорошо пригнанными гранитными брусками, проезжей дороге, с неё свернули на, всё ещё пригодную для проезда, широкую грунтовую дорогу. А уже потом, повернув к темнеющей гряде Кара Шен, оказались на петляющей горной тропе. Стараясь не задерживаться по пустякам, и не делая больших привалов, Дьячок и Неолани к позднему вечеру того же дня добрались до перевала - огромной выщерблине в устрашающем ряду "клыков" Кара Шен. Спусаться вниз к Блэк Пау в непроглядном мраке покрытого плотными тучами неба не рискнул бы ни один безумец. Дьячок разжёг свой походный фонарь. И в его свете они нашли выложенное валунами место для костра. Здесь, с подветренной стороны - со стороны долины, обычно и останавливались путники, направляющиеся в Блэк Пау или спускающиеся в долину. На этом месте делали привал Дьячок и Неолани, когда, в начале зимы, шли в Город. Но, разве можно сравнивать эти два путешествия! Уже не говоря о погоде, одно то, что они не несли с собой груз - никаких припасов - намного облегчало дорогу. Если Дьячок намеривался сразу после посещения Склепа, отправиться восвояси, то и Неолани не собиралась надолго задерживаться в Блэк Пау. День, два. Что делать в пустынном селении. Дьячок с трудом развёл огонь в сыром от зимних осадков углублении.

- Мы первые в этом сезоне. Видишь, зола старая, прошлогодняя. И, может очень быть, от нашего с тобой костра.

Указал он Неолани, скармливая слабому жадному огоньку принесённые с собой ветки можжевельника. На импровизированной треноге, они вскипятили в котелке воду, обжарили на палочках отсыревший хлеб.

- Это шкипер Тэм, мир его праху, научил меня. Иначе остались бы и без тепла и без еды.

Дьячок поднял вверх глаза, скороговоркой произнося благодарственную молитву за хлеб и воду. И жадно набросился на принесённое Неолани вяленое мясо. Свернувшись клубочком в пуховом спальнике - отец Рами счёл необходимым снабдить подругу дочери самым современным походным снаряжением - Неолани никак не могла заставить себя уснуть. То храп завернувшегося в свою новую шерстяную рясу, Дьячка, то осторожные шорохи, постукивания, скрипы - звуки таинственной ночной жизни, то собственные смутные мысли - всю ночь причудливым хороводом плели замысловатые узоры. Лучи восходящего солнца, пролетев над долиной, разбились, рассыпались острыми осколками об каменный оскал Кара Шен. Неолани выбралась из спального мешка, разбудила Дьячка. По куску хлеба с мясом, несколько глотков чая из фляжек, и в путь. Не стоит задерживаться. Они вошли в ворота перевала. Отсюда, с самой высокой точки, уходящей вниз тропы, открывался величественный вид. Солнце ещё не поднялось достаточно высоко и бесконечное, бескрайнее, обнимающее весь видимый горизонт, море, уплывало в ночной туман. Где-то там, за краем земли, сливаясь с таким же бесконечным, бескрайним небом. Этот же сизоватый, промозглый туман пологом закрывал всю, ещё не пробудившуюся ото сна, яйлу. Казалось, внизу, под ними - ничего нет - сделай шаг и провалишься сквозь тонкий слой, начинающего редеть и всё быстрее, на глазах, таять тумана. Недовольный тем, что Неолани оторвала его ото сна в столь ранний час, Дьячок потрусил вниз, исчезая в поднимающемся со стороны Блэк Пау, плотном тумане. А Неолани не смогла не задержаться. Только отсюда, с высоты Кара Шен, видно море. Больше нигде с серпантина, спускающейся между тёмными отрогами базальтов, потом среди колючих кустарников и пожухлых трав яйлы, потом среди зарослей дрока и можжевельника, через заброшенные сады и рощи акаций и пиний, тропинки море не увидишь. Привет, море. Я ещё приду поздороваться с тобой. Послала Неолани безмолвный привет самому прекрасному, удивительному в мире созданию, и заспешила вслед за Дьячком. Спускаться по любому, самому простому, склону всегда тяжелее, опаснее, чем подниматься - и Дьячок с Неолани подошли к Склепу далеко за полдень. Тяжёлая кованая решётка была заперта на засов. Дьячок помнил, в каком положении оставил задвижку - никто её не трогал. Они вошли. Пещера, которую жители Блэк Пау использовали как Склеп, имела естественные вентиляционные колодцы - воздух свободно циркулировал в огромном разветвлённом подземном зале. Но специфический, чуть сладковатый, приторный запах, не давал забыть, для какой цели использовалась пещера. Дьячок поспешил раздуть кадильницу с ладаном. Запах благовоний нейтрализовал запахи Склепа. Дышать стало легче. Но Неолани, всё равно, не пошла вслед за Дьячком вглубь пещеры. Для неё всё это - ряды саркофагов, прячущийся по углам сумрак, и глубокая, ранящая гулкость тишины - было слишком тяжело. Пусть уж Дьячок сам идёт, исполняет всё, что подобает. Неолани вышла из Склепа, прислонилась спиной к нагревшемуся за солнечный день, монолиту, в котором брала начало эта, пронизывающая толщ горы, пещера. Долго ждать Дьячка не пришлось. Быстрым шагом обойдя саркофаги, выпевая слова заупокойных молитв, он выполнил все взятые на себя обязательства. Всё, как договаривались.

- Шкипер Тэм должен быть доволен.

Отдышавшись, сказал он, терпеливо ожидавшей Неолани.

- Я расплачусь, как положено. Вы же не собираетесь на ночь глядя отправляться в путь?

Поняла, отлично поняла Дьячка, Неолани.

- Вот и отлично,

На уверения Дьячка, что он никуда не денется, ответила она.

- Придём в Катти Сарк. Там и рассчитаемся.

К Катти Сарк они подошли в полной темноте. По памяти ориентируясь в крутых поворотах, уходящей вниз, к бухте улицы, Неолани с грустью думала о том, что не осталось никого, кто мог бы разжечь огонь в одном из оставленных хозяевами домов. И что очень, слишком, скоро и она вынуждена будет покинуть, возможно, навсегда родные места. Отодвинув створку тяжёлых первых дверей - их распахивали, когда Катти Сарк была открыта для посетителей - Неолани распахнула низкую, похожую на загородку в конюшне, деревянную решётку. Наконец - она дома! Они на первом этаже - в зале паба.

- Мы переночуем здесь.

Неолани сбросила дорожный мешок и предложила Дьячку присесть. Но он уже, не дожидаясь приглашения, устраивался поближе к ещё тёмному, холодному очагу.

- Ужинать то будем, хозяйка?

- Конечно. Подождите немного.

Неолани осмотрелась. Всё, вроде бы так, ничего не изменилось с того утра, когда она в спешке, подавленная грузом отчаяния и свалившейся на неё ответственности, покинула Катти Сарк. Те же, пропитанные табачным дымом и винными парами, тёмные от времени стены. Свет от колеблющегося язычка свечи, выхватывает то часть изображений на старинных картинах и гравюрах, то, взблескивающие за пыльными стёклами буфета стеклянные рюмки и бутылки, разномастные тарелки за длинной деревянной планкой, арсенал бутылок с алкоголем на массивном подбуфетнике, за светлым - сейчас он кажется серым мрамором стойки. У очага - немного сухого валежника, планочки от бочки из-под вина, и несколько пустых чайных упаковок. Всё так, как Неолани оставила. Но, что-то, что-то мешало, отвлекало её. Что-то мешало чувствовать свой дом - своим домом. Сейчас не разобраться. Возможно - присутствие Дьячка? Она разберётся, когда он уйдёт в Город. Неолан развела огонь, вскипятила воду. И, заварив щепотку чая, на скорую руку, соорудила для Дьячка грог. Грея руки об огненно горячую кружку и наблюдая за хлопочущей Неолани, дьячок одобрительно причмокнул.

- Молодец, шкипер Тэм. Правильно тебя выучил. Прежде напои путника - потом всё остальное.

- Рада, что Вам пришлось по вкусу. Сейчас я соображу что-то посущественнее.

Кое-что, кое-какие запасы оставались в кладовке за жилой частью дома. Но идти туда ночью Неолани не хотелось.

- Не суетись. У нас осталось кое-что. На сейчас хватит. Утром поищешь.

Дьячок устал, и ему хотелось, наконец-то, завалиться спать.

- Спасибо. Я вправду, очень устала. Вот

Неолани выложила на столешницу перед Дьячком свои "припасы" - почти нетронутая коврига хлеба, несколько пакетов с вяленым и сушённым мясом - то, что заставила её взять с собой, крёстная.

- Миссис Крок постаралась. Будто мы на край света отправлялись.

- О, миссис Крок! Она точно знает, что у меня даже мыши не выживают! Молодец, твоя крёстная.

Отхлебнув добрую треть кружки, Дьячок принялся за припасы.

- Присоединяйся.

Отломив порядочных размеров горбушку, он соорудил огромный бутерброд.

- Спасибо. Я не голодна. Ешьте. Очень устала за сегодняшний день. Вы не против, если постелем здесь? У Тэма где-то были складные кровати.

- Без проблем.

Из набитого едой рта дьячка вылетали сдавленные звуки. Он возмещал это активной жестикуляцией и кивками головы. Наконец, Дьячок смог "выдохнуть" и сопроводил пищу добрым глотком горячего грога.

- Можешь спать где угодно. Мне и здесь подойдёт.

Он кивнул в сторону рдеющего догорающими дровами очага.

- Я привык. Лишь бы потеплее.

- Только не "подгорите".

Неолани принесла Дьячку толстенный старинный плед. Ещё один такой же плед и две холщовые раскладные койки она нашла в дальнем углу под стойкой. Бывали такие случаи, когда Тэм не решался слишком перебравших с угощением посетителей - так он называл это - отпускать домой одних среди ночи. Уложив выпивох, он шёл к ним домой и объяснял, сходившим с ума, бесящимся от злости и бессилия, домочадцам ситуацию. И, хоть шкипер Тэм и держал эту проклятую Катти Сарк, и был, хоть и косвенным, виновником беспробудного пьянства кое-кого в Блэк Пау, никто не держал на него сердце. Умел, что ни говори, дедушка ладить с людьми. Воспоминания - такие живые и тёплые, запахи, шорохи и потрескивания родного дома... Незаметно для себя Неолани уснула на неудобном, провисающем почти до пола холсте кровати. Разбудил Неолани звучный раскатистый храп.

- Дьячок!

Девушка подскочила, на ходу оправляя одежду, пряча под шапочку растрепавшиеся волосы.

- Который час? Как она могла проспать!!!

Но изящные часики - подарок родителей Рами, показывали лишь раннее утро. Как ни отказывалась Неолани, миссис Джул и мистер Нотариус убедили её взять этот подарок.

- Мы хотим, что бы ты как можно чаще вспоминала нас. Тогда, возможно, и вернёшься.

Со слезами на глазах мама Рами обняла Неолани.

- Не верю, что ты уходишь навсегда.

- Конечно, я вернусь. Обязательно вернусь.

Пришлось пообещать Неолани в вечер своего последнего визита в дом Рами. И вот теперь, в сумраке разгорающегося утра, часики говорят ей, что сейчас не поздно, но и не очень то и рано.

- Вставайте.

Неолани тронула Дьячка за жирное, пальцы почти утопали в обтянутой суровой матерей, плоти, плечо.

- День на дворе. Вам надо подкрепиться. И в путь.

Превозмогая нежелание - ей было противно дотрагиваться до него - Неолани ещё несколько раз, покрепче встряхнула Дьячка. Внезапно разбуженный Дьячок уселся, таращась на Неолани отсутствующими, непонимающими глазами. Но быстро оправился ото сна, сориентировался, "где" и "что".

- А, это ты! Но ты мне ещё не заплатила.

- Не переживайте. Вот ваши деньги.

Неолани вложила в грязную, растопыренную пятерню увесистый мешочек.

- Как договаривались. Вы позавтракаете?

Дьячок, подкинув несколько раз, взвесил мешочек на ладони. Потом, растянув завязки и вытащив одну из блеснувших в слабом свете, заглядывающего в зал утра, монет, попробовал её на зуб. Удостоверившись, что ему заплатили сполна, и, даже гораздо больше, чем он мог ожидать, Дьячок бережно спрятал мешочек запазуху. Теперь можно было подумать и о "земном".

- Нет, дорогуша. Так рано я не ем. Но задерживаться из-за этого не стану. Стаканчик грога. Да возьму в дорогу всё, что со вчера осталось. Ты, ведь, не возражаешь?

- Конечно нет. Грог сейчас будет готов. А еду берите, на здоровье.

Неолани приготовила двойную порцию грога. Часть подала Дьячку. Остальное перелила в походную фляжку.

- Возьмите с собой. Дорога не близкая. На перевале может пригодиться.

Напутствовала она, осушившего одним махом почти полную кружку грога, Дьячка.

- Ты добрая девочка. Я помолюсь за тебя.

Фляжка с грогом исчезла в складках его необъятной рясы. Еду, брезгливо заметила Неолани, он распихал по своим бездонным карманам.

- Если хочешь, я зайду в Склеп. Помолюсь за упокой заблудших душ. Бесплатно.

Поколебавшись, добавил Дьячок, видя, что Неолани никак не реагирует на его щедрое предложение.

- Спасибо Вам. Но не надо. Дни ещё коротки. Не хочется, чтобы из-за меня Вам пришлось заночевать по эту сторону Кара Шен.

- Ну, тогда - прощай.

- При случае сообщите крёстной Крок, что всё у меня в порядке.

Неолани вышла проводить Дьячка за порог Катти Сарк.

- Как Бог даст. Да прибудет с тобой Его благословение.

Дьячок осенил Неолани Крестным Знаменем. В свете розовеющего трепещущего утра, неуклюжая фигура дьячка жирной кляксой тяжело ползла вверх по каменистой улице. Неолани подождала, пока коричнево серая ряса скроется за углом улицы. Улица, как и все улицы в Блэк Пау была короткой. И время, которое "отпустила" себе Неолани на последние воспоминания и сомнения, промелькнуло быстро. Возможно, слишком быстро. Но это и хорошо. Она, наконец, приступит к тому, ради чего отказалась от почти налаженной жизни в Городе. С прекрасными перспективами, которые вполне серьёзно сулил ей мистер Нотариус. Начнёт она с собственного дома, с паба Катти Сарк. Потом проверит остальные оставленные дома в опустевшем Блэк Пау. Она должна, кроме ностальгии и прочей лирики, понять, в каком состоянии принадлежащее - да, теперь принадлежащее только ей - место. Она несёт ответственность за всё это. И не знает, что с этим делать! Согнувшись, как от непосильной ноши, Неолани вернулась в дом. В большом помещении, оно занимало весь нижний этаж здания и, по сути, и являлось знаменитым Катти Сарк, не было окон. Буд-то бы, не было. В дневные часы сюда заходили разве что для уборки и чтобы проверить запасы спиртного на предстоящий вечер. К приходу первых посетителей в Катти Сарк зажигали многочисленные свечи. На это, как и на многое другое - для настроения - денег шкипер Тэм не жалел. Стены паба были утыканы разномастными подсвечниками, с потолочной балки свисала на массивной, похожей на якорную, цепи громадная люстра. Но Неолани прекрасно знала, что окна - вернее проёмы в старинной кладке стен, существуют. Они закрыты щитами из соображений безопасности - шкипер Тэм прекрасно знал свой контингент, и представлял, на что способны одурманенные винными парами, бывшие морские волки и, не к ночи будь помянуто, пираты. Знали это, без сомнения, и его отец, и отец отца. Именно дед шкипера Тэма закрыл оконные проёмы крепкими деревянными щитами. Во время побелки всего здания, щиты подбеливали снаружи. В Блэк Пау было принято белить дома перед весенними праздниками. И, со временем, отличить щиты от каменных глыб стен можно было, только точно зная их расположение. Примерно, тоже самое произошло и внутри помещения. Время, табачный дым, винные испарения, присутствие десятков \ сотен не всегда трезвых и не всегда опрятных мужчин - делали своё дело. Деревянные щиты, впитав этот убийственный коктейль, стали неотличимыми от стен остального помещения. О существовании этих своеобразных окон, Неолани узнала ещё в детстве. Раз в год Кроха И Тэм сдвигали несколько щитов - обычно это были щиты, выходящие на задний дом двора - и оставляли их открытыми на всю ночь. В один из таких дней Тэм и рассказал любопытной малышке Неолани историю об окнах. И вот, теперь, спустя пространство - именно так Неолани видела время - она с трудом подтащила один из столов, который поменьше, к стене. Нашла под стойкой свою детскую скамеечку, и водрузила её на стол. То ощущение инородности, чужого присутствия, которое она ощутила вчера, лишь войдя в дом, не покидало её. Открыть окна, впустить свежий воздух - единственная возможность, которую видела Неолани, чтобы попытаться избавиться от этого навязчивого, неприятного, даже пугающего ощущения. И вот, взобравшись на это не очень устойчивое сооружение, Неолани принялась сдвигать щит. Она выбрала один из щитов на выходящей во двор стене, один из тех, которые обычно сдвигали Кроха и Тэм. Проветрить помещение! Впустить в зал свежий, живой воздух. С этого нового, чистого воздуха Неолани и начнёт разбираться, определять себя, своё место в этой жизни. Но её сил - сил хрупкой девушки не хватало для того, чтобы, хотя бы, сдвинуть с места разбухший от зимней сырости деревянный щит. Чтож... Неолани слезла со стола, развела огонь в очаге. Приготовила чай. Передохнув, она подумала о том, что и как должна делать, с чего начать. Но неоткрытое окно не давало ей покоя. Непривыкшая отступать, она решила попробовать ещё раз. Вот так, на верху импровизированной лестницы, лицом к стене, упирающуюся двумя руками в неровную кромку деревянного щита, и застали Неолани простые, но неожиданные, невозможные в заброшенном селении звуки.

- Кто Вы! Что здесь делаете!

Стараясь не потерять равновесия и не выдать своего, вызванного неожиданностью, невозможностью происходящего, страха, Неолани обернулась на голос. Повернулась она слишком резко. И не смогла удержать равновесия. Какой-то миг ... И Неолани ощутила себя в крепких руках... Тэм? Она вернулась в детство? Де же вью! Не возможно. Запах, объятья... нет, это не Тэм! Неолани открыла крепко зажмуренные глаза. На неё с любопытством, но без привычного Неолани презрительного удивления, смотрел незнакомый мужчина. Она лишь на миг встретилась взглядом с его тёмными, почти не различить зрачки, глазами и, поспешно высвободилась, встала на ноги.

- Что Вы сказали, кабальеро? Кто Вы? Что изволите делать в моём доме!

- Так Вы хозяйка этого ...

Мужчина обвёл взглядом зал, подбирая пристойное название запущенному убого выглядящему помещению. За это время Неолани успела рассмотреть незнакомца, и заставила себя не восхититься ни ростом, ни размахом плеч, ни смуглым мужественным лицом, ни стрижке блестящих, цвета вороньего крыла, волос. Крепость его рук и жар объятий Неолани уже почувствовала.

- Это называется Катти Сарк.

Приложив все усилия к тому, чтобы не выдать своё первое впечатление, с достоинством объяснила Неолани.

А я - я хозяйка Катти Сарк. А Вы? Кто Вы? Гостью, мужчине положено представляться первому.

Незнакомец отступил на несколько шагов и, добродушно улыбнувшись, склонился в вежливом поклоне.

- Я - Эльвар. И был уверен, что гость здесь - это Вы! Причём, незваный гость. Позвольте поинтересоваться - что Вы там, на табуретке делали?

- Пыталась открыть окно.

- Окно? Здесь есть окна?

- Будь всё наоборот - Вы хозяин, а я - гость, подобных вопросов не задавали бы. Так что же Вы здесь делаете?

- Может быть, с начала, я помогу Вам.

Не дожидаясь ответа, мужчина - Эльвар ловко вскочил на стол и, следуя указаниям Неолани, с трудом, но, всё же, сдвинул с места разбухший от зимней влаги, щит. Ещё несколько усилий - и проём в стене было открыт полностью. Как будто только и ждал этого - чистый, наполненный ароматами цветущей весны ветерок влетел в угрюмый зал Катти Сарк. Он принёс с собой яркий свет радостного дня. Он принёс жизнь в эти усталые стены. Вновь, как будто и не видела их тысячи, миллионов раз раньше, выступили вперёд, вышли из забвенья пространства лет и мрачных стен, любимые Неолани с детства картины и гравюры. Вот он - знаменитый клипер Катти Сар на бурных волнах океана. На его носу фигура женщины - это молодая ведьма в короткой рубашке. Она вытянула вперёд руку с зажатым в ней пучком конского волоса. Это и есть знаменитая Короткая Рубашка - Катти Сарк! Сколько легенд и песен о ней, о ёё шалостях рассказывал малышке Неолани Тэм! А вот - и ещё одна картина! На ней гонка, которую Катти Сарк проиграла Фермопилам! Чайные клипера на всех парусах мчались из Шанхая вокруг Африки в Лондон. Катти Сарк тогда отстала на неделю. Но, хватит воспоминаний! Неолани почувствовала на себе пристальный, изучающий взгляд незнакомца. Эльвара. Знает, знает она, как выглядит, какое впечатление производит. Пока она наслаждалась воспоминаниями, он рассматривал её. Это не хорошо.

- Присаживайтесь.

Неолани сделала жест, подсмотренный у матери Рами, миссис Джул.

- И так, кабальеро

Даже и, не пытаясь скрыть своё удивление - чего-чего, а такого приёма и такую девушку встретить в каком-то заброшенном посёлке - Эльвар присел на предложенную Неолани скамью.

- Что бы хотелось узнать хозяйке?

Попытался принять он шутливый тон.

- Я - на самом деле, хозяйка Катти Сарк, уважаемый. Ирония Ваша мне непонятна.

- Прошу простить меня за шутливый тон. Как-то всё неожиданно. Я не предполагал встретить в подобном месте кого-то. Тем более, такую девушку, как Вы.

- Три вопроса, кабальеро. Что и почему Вы ожидали здесь "встретить"? Что имели в виду, называя Блэк Пау "подобное место"? И как понимать определение "такую"?

- Мне придётся долго рассказывать.

- Ничего. Я уже не спешу. Да и Вы, как мне думается, тоже.

- Ваша воля. Хотя, если, как Вы утверждаете, Вы - хозяйка...

Неолани не заполнила паузу объяснениями и уверениями в том, что она единственная законная и так далее, собственница Катти Сарк.

- Ваш дом стоит в очень опасном месте. Да, да. Не смотрите на меня так. Осенью я случайно оказался вблизи вашего мыса. Мою шлюпку снесло с начала, течением, потом её подхватил шторм. А та башня, которая у вас изображает маяк, не приносит никакой пользы. И вот результат - шлюпка в щепы, а меня выбросило на берег. Хорошо, хоть не на скалы. Там их у вас предостаточно.

Неолани лишь покачала головой - понимаю, мол, продолжайте.

- Кое-как выбравшись, я пошёл искать помощь, пристанище. И, что Вы думаете? Все дома оказались пустыми! Заброшенными! Ни души! Вот я и выбрал, как выяснилось, Ваш дом. Он удобно расположен. И в нём, уж простите меня за мародёрство, я нашёл больше всего припасов съестного.

Неолани всё ещё молчала.

- Вы хотите узнать, что я собирался и что собираюсь делать дальше? Вы правы. Провести здесь всю оставшуюся жизнь я не собирался. И не собираюсь. Хотя... с Вашим появлением готов пересмотреть свои планы.

- Так что же Вы собирались предпринять? Или, уже, предприняли?

- Вы о чём?

- О Ваших планах на возвращение. Вас не ищут? Семья? Друзья?

- А, об этом. Конечно, ищут. Конечно, волнуются. Но как-то связаться с внешним миром отсюда невозможно. Идти через перевал один я побоялся. Не знаю местную топографию. Вплавь до ближайшего берега - возможно. Не уверен. Но в зимние шторма - смертельно опасно. Пока была еда, и не было, Вас я чувствовал себя довольно комфортно. Ждал, пока кто- нибудь из друзей, семьи, найдут меня здесь.

- Рассуждаете Вы достаточно здраво. За Вами обязательно приплывут. А сейчас, простите.

Неолани поднялась. Вслед за ней, чуть помешкав, поднялся и Эльвар.

- Какую из комнат Вы заняли?

- Думаю, что гостевую. Никаких личных вещей или чего-то подобного в этой комнате не было.

- Мне приятно, что Вы с уважением отнеслись к вещам хозяев. Благодарю. Я должна заняться домом. Встретимся за ужином.

Неолани вышла в дверь, ведущую из паба во внутренние помещения дома. Не менее девушки обескураженный этой непредвиденной встречей, Эльвар остался в зале. Не зря мне казалось, что что-то не так... Думала Неолани, поднимаясь по крутой лестнице на второй этаж - к спальням. Она прошла, лишь на миг останавливаясь и прислушиваясь, мимо четырёх дверей. У последней - Эльвар, или кто он на самом деле, правильно угадал её предназначение комнаты за ней - она остановилась. Неприлично входить в покои человека в его отсутствие. У крохи были твёрдые жизненные принципы и понятия о приличиях. Но Неолани, обязана выяснить, попытаться понять, с кем ей придётся ночевать под одной крышей. Добровольно Эльвар отсюда не уйдёт. Физически - он гораздо сильнее её. Говоря нежданному гостю о том, что хочет занятся домом, Неолани собиралась, прежде всего, проверить запасы в кладовке, винном погребе. Но ноги сами принесли её именно сюда, к двери гостевой комнаты, комнаты, которую занял непонятный незнакомец. Здесь всё было и не было на своих местах. Покрытая пикейным покрывалом, кровать, стол, два плетённых из лозы - Кроха их называла венскими - стула, туалетный столик с зеркалом, небольшой платяной шкаф. Домотканая дорожка от двери до полу прикрытого желюзями - ставнями, окна. Всё на своих местах. Но, как-то не так, неправильно. В комнате явственно чувствовалось присутствие другого, чужого для неё, человека. Хотя никаких личных вещей, ничего не было ни за неплотно притворенными створками шкафа, ни в выдвижных ящичках туалетного столика. Неолани лишь успела затворить за собой дверь гостевой комнаты, как с низу лестницы послышались шаги упруго переступающего со ступеньки на ступеньку человека. Неолани совсем не хотелось, чтобы гость поймал её. И она скользнула в соседнюю с гостевой, комнату. Там, задержав дыхание, прислушалась, куда зайдёт Эльвар.

Тот, кто назвался Эльвар... Появление человека, тем более, этой странной девушки, утверждающей, что она - Хозяйка, явилось для него полной и совсем не приятной, неожиданностью. Отправляясь в это место, человек был уверен, что в селении давно никто не живёт. Всё подтверждало это - и отсутствие какого- либо сообщения, средств связи, и то, что выходцы, вернее, беглецы из Блэк Пау никогда и нигде не упоминали об оставшихся на Мысу родственниках или знакомых. Он и отправился сюда один, можно сказать, в секретную экспедицию, с тем, что бы преждевременно не привлекая нежелательного внимания, самому убедиться в достоверности, случайно оказавшихся в его руках фактов. Если бы всё оказалось так, как явствовало из этих данных, то, пользуясь ничейностью - бесхозностью Мыса, он объявил бы Блэк Пау своей собственностью. И обратившись в Верховный Суд, выкупил ничейную землю за символическую плату. И не его вина, что внезапно начавшийся шторм поздней осени вывел из строя и разбил в щепки, непригодную для подобных нагрузок, его новенькую изящную яхту. Вот ему и пришлось зимовать здесь, в этом негостеприимном месте. Он не соврал, сказав этой девице, о том, что здесь совершенно нет никакой связи, и о том, что выбираться отсюда зимой одному, он не решился. Его друг, единственный посвящённый во всю эту авантюру, должен был поддерживать слухи об его одиночном путешествии. Никто из них не мог предположить, что запланированное на неделю, максимум - две, путешествие окажется кругосветным. Послать сообщение, элементарно позвонить, сообщить хоть что-то о себе из места, в котором отсутствуют даже допотопные передаточные устройства не представлялось возможным. Мужчина с нетерпением ждал весны. Он был уверен, что его друг - партнёр обязательно отправится на поиски. Слишком уж соблазнительным, перспективным был проект. И вот - весна на пороге, и, на тебе - хозяйка! Судя по поведению этой необычной девушки, она, действительно, хозяйка старой корчмы Катти Сарк. Возможно, это к лучшему, что она появилась именно сейчас. Судьба даёт ему шанс поближе познакомиться с той, от которой может зависеть успех всего предприятия. Познакомиться, поближе узнать, подружиться, если придётся - что ж, влюбить в себя. Мужчина усмехнулся. Он отлично разбирается в женщинах! Как смотрела на него эта девственница! Да, сможет, если понадобится для дела, повлиять на неё, склонить на свою сторону. Ну, а внешность - будет у него в "коллекции" что-то ... необыкновенное. Внешность девушки расплывалась в его сознании. Ну, ладно. Это не так уж важно. И не таких он... Удача, что эти несколько месяцев он не бездельничал. Во-первых, полностью убедился в верности своих предположений. Во-вторых, устроившись в этом доме - он честно признался, что выбрал его из-за количества съестных припасов - пересмотрел и перечёл все, которые нашёл, "материалы". Не хотелось обманывать девушку. Но если она достаточно умна, то, конечно, понимает, что, воздержаться и не порыться, покопаться в вещах, документах, покинувших дом хозяев, он, естественно не мог. Прочёл он всё - от клочков счетов и расписок за товары, до писем, дневников, старинных рукописей и книг. История, которая сложилась из всего этого, показалась мужчине настолько фантастической, что в неё хотелось, и был резон поверить. Тем более, что и его изыскания, каким-то образом, подтверждали её. И это имя - Эльвар, которое спокойно приняла хозяйка, он откопал в одной из этих странноватых книг. Да, не мудрено, что девушка с такой внешностью и с такой родословной восприняла это Эльвар, совершенно естественно, обыденно. Что ж, он и останется Эльваром. Там посмотрим. Давая время девушке незаметно покинуть его комнату - мужчина, впрочем, был уверен, что она захочет туда заглянуть - Эльвар медленно поднялся по лестнице на второй этаж, не заметив, как в щели закрывшейся двери, промелькнул тёмно зелёный подол. Он вошёл в свою комнату. Только чуть заметный шлейф аромата - совершенно незнакомый, непонятно волнующий запах - выдал, что здесь была незваная гостья. Неолани не была уверена, что Эльвар (?) не заметил её. Но, что сделано, то сделано. Медленно, стараясь не расплакаться, она обошла спальню Тэма. Затем зашла к Крохе. От неё - в спальню матери. И, напоследок, к себе. Во всех комнатах был, как будто, видимый порядок. Тот, кто заходил сюда, трогал вещи, открывал и закрывал створки шкафов, выдвигал и задвигал ящики, делал это аккуратно, возвращая всё на их "привычные" места. И это, не смотря на то, что этот человек не знал, вернутся ли в свой дом хозяева. Очень предусмотрительный и осторожный - этот кто-то. Но, всё равно, не заметить длительного присутствия чужого, для Неолани было невозможно. Было бы более, чем странно требовать от человека, попавшего в подобную ситуацию, другого поведения. Я поступила бы также. Но, почему, тот, кто назвал себя Эльваром, даже не упомянул об этом? Спросить - сделать вид, что не поняла? Как будто невидимая, тончайшая плёнка "грязи" - следы чужих прикосновений - покрывала знакомые ей с рождения, родные вещи. "Не давай воли воображению - так и воспоминаний недолго лишиться. Ты слишком впечатлительная девочка". Пеняла ей Кроха. " Научись смотреть на всё проще. Вещи не всегда такие, какими кажутся. Но, обычно, всё не так уж плохо". Полдень давно прошёл. И часики, и желудок Неолани недвусмысленно напомнили ей об этом. Девушка спустилась в кладовку. Да, её нежданный гость не мог пожаловаться на аппетит! Если бы она, конечно, могла предположить что-то подобное, взяла бы с собой кое-какую еду. Тем более, что шли они с Дьячком. Ну, ладно, того, что она нашла, хватит на несколько дней. Потом... Потом она поищет что- нибудь в оставленных домах. Неолани претила сама мысль об этом. Если не будет выхода... В глубине двора располагалась небольшая постройка - так называемая летняя кухня. Там Неолани приготовила нехитрую еду. Чая и рома в доме избыток. Хоть в этом не будет недостатка. Проверяя запасы спиртного, Неолани не без удовольствия отметила, что количество бутылок с крепкими напитками существенно не уменьшилось. Значит - не пьяница. Уже хорошо. Подумала она о своём госте.

- Эльвар,

Неолани несколько раз постучала в дверь гостевой комнаты.

- Если Вы дома, приглашаю перекусить.

- Спасибо. С удовольствием.

Тот час же, как будто ждал её приглашения тут, под дверью, Эльвар вышел к Неолани. Брюки и рубашка Тэма выглядели на его атлетической фигуре достаточно комично.

- У меня не было запасной одежды. И я уже извинился.

Перехватил мужчина, всё-таки, растерянный взгляд Неолани.

- Я и не думала Вас осуждать. Вы поступили совершенно правильно. В вашей ситуации. Пожалуйста, задвиньте щит на окне. Я, пока, принесу еду.

Спускаясь по лестнице впереди Эльвара, попросила Неолани. Когда она внесла в зал паба поднос с горой аппетитных, пышущих жаром оладушек и банками с несколькими видами варенья, Эльвар уже не только задвинул щит на оконном проёме, но и зажёг несколько стенных светильников.

- Прекрасно!

- Прекрасно!

Одновременно, дружно похвалили они друг друга. И рассмеялись

- Прекрасное угощение. Прекрасное начало вечера. И я надеюсь,

Эльвар значительно, так, как он знал, любили женщины, посмотрел на Неолани.

- знакомства.

- Благодарю за комплимент. Присаживайтесь, пожалуйста.

Неолани достала из буфета тарелки, столовые приборы.

- Приятного аппетита. Это варенье. Мы сами его варим. Здесь абрикосовое, сливовое, айвовое. Есть ещё из кизила, яблок, груш, и черешни. Сегодня я взяла первое, что попало под руку.

Эльвар с не наигранным удовольствием отдавал должное всему, чем угощала его Неолани. Кому бы не понравилась такая вкуснота! Наконец на блюде остался последний сиротливый оладушек. Эльвар отрицательно покачал головой.

- Даже и не думайте предлагать мне. Разделим поровну.

Он ловко разрезал оладий и половину положил на тарелку Неолани.

- Благодарю. А сейчас - чай.

Неолани заварила купажированный чай Королева Виктория. Это относительно простые чаи любят и пьют, практически, все. Потом, возможно, она предложит гостью что - ни будь из своей "коллекции".

- Прекрасный чай. Вы отличная хозяюшка, Хозяйка. Похвалил Эльвар, заставляя себя глотать терпкую, с выраженным ароматом янтарную жидкость.

- Мы пьём этот напиток без сахара и молока. Если Вы хотите, я поищу сахар. А вот молока - не взыщите. Вы, не хуже меня, знакомы с запасами.

- Всё прекрасно. Не беспокойтесь.

- Но, всё же... Что-то не так?

- Неловко, но я не знаю Вашего имени. И многого другого.

Нашёлся, удивляясь проницательности Неолани, Эльвар.

- Странно. Вы, как будто, говорили, что перечитали всю нашу "библиотеку". А у нас то и есть, что несколько дневников, с десяток писем, да дюжина книг. Не поверю, что Вы не сообразили, что я - Неолани. Последняя в роду.

- Не припомню, что мы обсуждали моё дилетантское чтение. Но... да, скорее всего, Вы и есть та самая Маленькая Леди! Неолани, которая училась в гимназии?

- Всё верно. Я - Неолани. И, как видите, уже не учусь в гимназии. И вернулась домой. Потому, что все умерли.

- Прошу меня простить, если чем-то обидел. Приношу свои соболезнования. Терять близких тяжело.

- Благодарю. Хотите грога? Говорят, я отлично его готовлю. Надеюсь, мне удастся реабилитироваться за чай.

- Не откажусь. А про чай - Вы зря.

Если это будет такое же..., как чай! Почему я не отказался! Но грог в белой глиняной, расписанной тонкими трещинками, кружке оказался божественным. Так в тишине и невысказанном взаимном недоверии закончился их первый совместный вечер во многое повидавшем на своём веку, зале Катти Сарк, что в Блэк Пау.

Утром Неолани позволила себе подольше поваляться в постели. Нет ничего лучше своей, именно своей кровати. И не важно, что в доме крёстной Крак кровать больше, просторнее. И постельное бельё, наверняка, не хуже того, которым пользовались в Блэк Пау. Но спать в своём доме, в своей кровати, на матрасе, который Кроха собственноручно набивала вычесанной овечьей шерстью, а потом стегала суровыми крепкими нитками, пользоваться простынями из "заморского" полотна - остатков приданного Крохи! Разве можно с этим что-то сравнивать! Старый дом, помнящий её предков, каждая вещь, хранящая тепло их ладоней, впитавшая их взгляды, аромат. Их слова, мысли, желания, жар их душ - они остались здесь, в этих, грубо тёсанных каменных стенах. Всё это и есть дух дома, его сущность. Ночью в сладкой дрёме Неолани чувствовала себя в тёплых объятьях. Дом укачивал свою любимицу - последнюю в роду - в своих мягких ладонях. Ей снилось, чудилось... Ото всюду неслись к ней тихие нежные звуки. Они успокаивали, убаюкивали... Проснулась Неолани свежая, отдохнувшая. Как бы то ни было, правильно она поступила - вернулась домой, вернулась в Блэк Пау.

Они встретились за скромным завтраком. После стандартных утренних приветствий завязался разговор. Им обоим важно было узнать - не хотелось употреблять "выведать" - дальнейшие планы друг друга. На правах женщины и хозяйки, Неолани начала первой

- Что и как Вы собираетесь делать дальше? В том смысле - когда, по Вашим расчетам, за Вами приедут. И чем Вы собираетесь заняться, конкретно, сегодня?

Такие простые, оправданные в данной ситуации, вопросы.

- Я Вам успел надоесть, хозяюшка Неолани?

Попытался уйти от ответа, свести разговор к шутке, перевести беседу в более легкомысленное русло, Эльвар.

- Думаю, Вы отлично поняли, о чём я спросила и почему.

Не приняла этот тон Неолани.

- Но мне не трудно объяснить. Прежде всего - питание. Как Вы успели понять, запасы провизии, мягко говоря, скромны. На одном гроге долго не протянешь. В зависимости от Ваших планов и прогнозов необходимо как-то решить этот вопрос. Каннибализм в Блэк Пау не приветствуется.

В свою очередь пошутила Неолани.

- Я понимаю всю важность "пищевой цепочки", но, откровенно, не знаю, что Вам ответить. У меня нет, и не было никакой возможности повлиять на дату своей, скажем так, эвакуации, из вашего медвежьего угла.

- Медведей у нас нет, и крупной дичи, к сожалению, то же. Хотя есть дикие козы и кабаны. Есть кролики, степные лисы. Иногда забредают шакалы. Вы умеете охотиться?

- разочарую Вас - никогда не увлекался охотой. Да и оружие? Ничего похожего на орудия убийства я не нашёл. Не боюсь признаться - искал в заброшенных домах для самообороны.

- Вполне здравое направление мыслей. Но дома Не заброшенные, они - оставленные. Так какие же у Вас планы? Допустим меня бы здесь не было. Как до вчерашнего дня.

- Скорее всего... пошёл бы куда-то в сторону моря, гор. В селении - как Вы называете это место? Я уже осмотрел всё. Кстати, заинтересовал меня ваш водопровод. Есть ещё много вопросов. Если захотите рассказать

- Захочу. И обязательно расскажу. Но позже. Давайте встретимся за обедом. Я пока подумаю, как решить проблему с едой. Хотя бы на ближайшее время. А Вы - Вы, что решили делать?

Они согласовали показания своих часов. Неолани обратила внимание на стильные часы-браслет Эльвара. Кроме времени они показывали температуру, давление, координаты местности. Ещё какие-то параметры в незнакомых Неолани символах постоянно менялись на, занимающем почти всю плоскую поверхность браслета, экране. Эльвар перехватил заинтересованный взгляд Неолани.

- Это одна из последних моделей. Я неравнодушен к подобным игрушкам.

Он спрятал часы - браслет под обшлагом рукава кургузого пиджака шкипера Тэма.

- У Вас очень изящные и, несомненно, дорогие часики. Отличный вкус. Подарок?

- Благодарю. Они дороги мне. Подарок.

Она скрытна и осторожна, эта девушка. Интересно, она всегда, со всеми такая? Или - только со мной? За ночь мужчина не смог прийти ни к какому решению. С одной стороны - в его планы совершенно не входила встреча с местными аборигенами. Как он резонно полагал, его осведомлённость об этом месте была более чем достаточна. Те небольшие крохи достоверной информации, которые было возможно выудить из огромного моря всё возможных слухов и сплетен, были тщательно проверены и проанализированы. Он сам неоднократно встречался с немногими, оставшимися в живых беглецами из Блэк Пау. У людей, покинувших это место, наблюдалась неприятная, пугающая тенденция. Все они часто и тяжело болели, почти не имели потомства и умирали в достаточно молодом возрасте. И, хотя они добровольно покинули свой мыс, рассказывали они о Блэк Пау и о своей жизни там, крайне неохотно и скупо. Из отрывочных, иногда сбивчивых рассказов складывалась прелюбопытная мозаика. Община Блэк Пау жила по своим, устным от отца к сыну передаваемым законам и традициям. Возможно, они показались бы странными и архаичными применительно к любому другому месту, но в Блэк Пау предпочитали жить именно так. Никаких современных средств связи с внешним миром. Строжайший запрет близко родственных браков. Лимит на отстрел крупных животных. Совместная работа в садах и на виноградниках. Обязательные общественные работы. Кто-то пытался, во что бы то ни стало, сохранить архаичный уклад жизни на естественным путём, выделенном клочке суши - мысу Блэк Пау. В век бурного развития техники это оказалось, практически, невозможным. Молодёжь в поисках новизны, современности уезжала из Блэк Пау, увозя с собой надежду на дальнейшее сохранение и защиту этого специфического места. Так что своё прибытие сюда, и намерение прибрать к рукам столь лакомый кусок, мужчина считал вполне законным и этически - странное слово "этика" - чистым. Ничьих интересов он уже не мог ущемить! Эта девушка - Неолани совершенно не вписывалась в его планы. Мужчина ещё не решил насколько и почему она мешает ему. И как к ней подступиться и что делать, он, пока не мог придумать. Она сказала что-то о провизии. У него было и время и необходимость - он тщательнейшим образом обследовал все, как она настаивает, оставленные дома. И успел - он же взрослый мужик! - проесть все найденные запасы. Где и что собирается проверять эта девушка с невероятным именем!

Оставив Эльвара в Катти Сарк за чашкой ароматного чая, сегодня это был Tea Moralities, Неолани, поднявшись на несколько "улиц" - так называли отрезки крутого серпантина, по сторонам которого и располагался Блэк Пау - она вышла за условную черту жилых построек. По тропинке влево можно добраться до Склепа, а от туда выйти на тропу, ведущую к Кара Шен - самую широкую и утоптанную. А вот здесь, у усыпанного несорванными, скукожившимися, превратившимися из алых в бурые ягодами, кизилового деревца, начинается еле заметная тропка вправо. Стараясь не оцарапаться о колючие ветки карликовых акаций или не зацепиться одеждой за растопыренные кусты можжевельника, Неолани шла к Запаснику. Была она здесь давно. И всего один раз. Шкипер Тэм, ни с того, ни с сего, вдруг решил показать своей Маленькой Леди, где хранится Неприкосновенный Запас Блэк Пау. "Зачем ты тянешь малышку в эти дебри! Зачем это девочке! " Пыталась урезонить Тэма Кроха. Но, если шкипер Тэм что-то решил! В общем, кроха сдалась. Но наказала Неолани быть внимательной и осторожной. "Тропа плохая. С оползнями. Кусты колючие. А в запаснике водятся змеи!" Конечно, предостережения Крохи, только разохотили Неолани. Она сгорала от нетерпения, так хотелось побыстрее пойти в этот, как его - со змеями - Запасник! Привыкшей бегать по горным тропам девчушке дорога не показалась слишком тяжёлой. Но, если бы и так? Запасник того стоил! Это была пещера! Такая же пещера, как та, в которой был Склеп. Но совсем, совершенно другая!!! Эта пещера была меньше, без уходящих в разные стороны ответвлений, дышащих, в крупных "порах", стен. Эта пещера была... была... Вы попадали в неё через заросшее диким тёрном и шиповником отверстие и попадали в сияющий лунным серебром, зал! Через искусственно пробитые по кругу отверстия в неровном, неправильной формы куполе, в зал проникал солнечный свет. Малышка Неолани застыла, с изумлением рассматривая все открывшиеся перед ней сокровища. Вдоль стены этого, без единого острого угла, непонятной формы зала, стояли бочонки. От огромных пузатых, до малюсеньких - не более детской чашечки. "Запоминай - с этой стороны солонина, потом - сухари. А вот эти" - Тэм указал на замыкающие ряд бочонки - " с деньгами". По середине зала, на составленном из светлых блестящих глыб, столе стояли и лежали разнообразные предметы. Некоторые - корона, жезл, кубки, кувшины, блюда - были знакомы Неолани . Некоторые, самые важные и красивые - она видела на картинках в книгах, которые читала ей Кроха. Другие - кубки, кувшины, блюда - такими же, или очень похожими пользовались все жители Блэк Пау. Но были там и вещи, назначения и названия которых Неолани не знала.

- Это приданное нашей Эльберет. То, что твоя мамочка передала Блэк Пау.

- Когда я вырасту, всё это будет моим?

Как всякой девочке, Неолани очень хотелось обладать такими прекрасными штучками.

- Нет, Маленькая Леди. Это - Дар. А подарки не передаривают. Но ты не грусти. В своё время у тебы тоже будет приданное.

Что такое "приданное" Неолани выяснила потом у Крохи. А тогда она лишь разочарованно вздохнула. Раз Тэм сказал - значит так и будет. И ещё долго не хотела отходить от этого важно волшебного стола.

- Ты запомнила, где Запасник? Будь внимательна - это очень большой Секрет. Не все взрослые в Блэк Пау знают об этой пещере. Я доверил тебе эти знания потому, что верю в тебя и в твой здравый смысл. Только в случае крайней нужды ты войдёшь сюда.

- Обещаю.

Маленькая Леди понимала, когда говорят серьёзно и о серьёзных вещах. И что такое ответственность она понимала тоже.

Годы проведённые в погоне за дикими козами, не прошли даром - Неолани поднималась по еле видимой тропе легко и, почти, бесшумно. А вот сзади - под чьими-то осторожными шагами то и дело соскальзывали и с шорохом скатывались вниз мелкие камушки, лёгкий, не улежавшийся слой почвы. "Оползни" - давным - давно предупреждала Кроха.

Когда он вышел из Катти Сарк, тёмно-зелёная одежде Неолани уже мелькала далеко на одной из верхних, винтом закрученных коротких улиц. Догнать девушку и незаметно следовать за ней не представлялось мужчине трудной задачей. Эти, на первый взгляд, нелепые ярусы улиц давали отличный обзор. Но догнать Неолани и пойти за ней так близко, как хотелось, ему сразу не удалось. С начала мужчина потерял её на хорошо обследованной им тропе, в направлении Карк Шен. Ему пришлось вернуться и довольно долго соображать, где и куда могла свернуть Неолани. Но он, всё- таки, заметил недавно упавшие на землю усохшие плоды дикого шиповника, а за ним, чуть заметно примятую листву и ещё какие-то, как ему показалось, значительные мелочи. Не колеблясь, мужчина начал подниматься по еле - заметной, обсыпающейся под каждым шагом тропинке. Вот ненормальная! Куда, интересно, она идёт?

- О, Эльвар! Какая неожиданность!

Мужчина поднял глаза от внезапно преградившей ему дорогу юбки тёмно-зелёного платья.

- Вы же собирались... Куда же Вы собирались?

Непонятные глаза Неолани смотрели во вспыхнувшие злыми огоньками глаза, в сумрачное лицо мужчины.

- Вот, как и обещал Вам, решил прогуляться по окрестностям.

- Мы оба знаем, что Вы шли за мной. Зачем? Что хотели узнать?

Мужчина молчал, обдумывая ситуацию.

- Я не против прогулок вдвоём. Только по взаимной договорённости. Будем считать, что сегодня прогулка уже состоялась. Давайте вернёмся.

Ему ничего не оставалось делать. Мужчина развернулся, и они пошли вниз, обратно в посёлок. Теперь уже он - впереди, а Неолани, сдерживая шаг - за ним. Обед, он же ужин, прошёл в молчании. Неолани не предпринимала попыток начать беседу. Да и Эльвар ограничивался лишь одобрительными - касающимися исключительно еды, междометиями. Как бы то ни было, скромная трапеза, приготовленная Неолани, была гораздо вкуснее того, что он "сооружал" себе из более, чем скромного набора продуктов. Дни, всё ещё, были коротки. Убрав посуду и приготовив грог, Неолани зажгла несколько стенных светильников.

- Благодарю Вас. Я понял - грог Ваш "фирменный" напиток. Готовите Вы его отменно.

Поблагодарил Эльвар, устраиваясь у тлеющего камина. Принеся из своей комнаты какое-то рукоделие, Неолани присела на низкую скамеечку с другой стороны. Дубовые дощечки от бочки из-под рома и сухие веточки можжевельника, сгорая, издавали совершенно неописуемый, чуть кружащий голову аромат.

- Я обратил внимание - используете для топки бочонки из-под спиртного. Неужели есть затруднения с дровами? Ведь вокруг лес. Согласен - не очень густой, много карликовых деревьев и эндемиков. Но найти несколько подходящих для порубки деревьев, мне думается, не сложно.

Неолани, казалось, полностью погрузилась в свою работу. Она продолжала, вероятно, давно начатую, вышивку. Иголка с золотой нитью порхала в её изящных пальцах.

- Понимаю, Вы сердитесь. Сегодняшний инцидент, скажем так, был излишним. Приношу свои извинения. Я знаю, как исправить свой промах. Завтра же отправлюсь за дровами. Топор, уверен, в вашем хозяйстве найдётся.

Неолани оторвалась от работы. В малиновых сполохах умирающего огня завораживающий блеск её глаз обволакивал, приковывал к себе всё внимание.

- Право, забудем об утреннем недоразумении. Благодарю Вас за инициативу. Но - ни в коем случае!

Невольное отстраняющее, предупреждающее движение выдало беспокойство девушки.

- Вы чужак. И не знаете наших законов.

- ???

- В прошлом году мы забрали у леса свою "долю". Теперь только осенью можно будет брать древесину для обогрева. Как вы сказали - дрова.

- Но почему нельзя сейчас! Существуют какие-то "нормы"?

- В конце зимы, весной нельзя мешать природе. Поднимается новое поколение, разрастаются и укрепляются подземные связи растений. За лето лес решает, какие деревья он сможет "пожертвовать" Блэк Пау.

- Удивительная история. Первый раз слышу о таком.

- Ничего удивительного.

Неолани вновь склонилась над вышивкой.

- Мы живём в ладу со своим миром.

- Это удивительно и похвально. Вероятно, есть ещё множество местных, присущих только Блэк Пау, правил?

- Поскольку, как я понимаю, завтра утром Вы не покинете нашу землю, готовы рассказать. Что именно Вас интересует?

- Что? Да всё!

- Некорректный ответ. Подумайте. Начните с чего-то. Определённого.

- Определённое! За то время, что я провёл здесь, меня удивило и заинтересовало столько разнообразных вещей.

- Удивило? Почему?

- Вы сказали, что вернулись из Города. Значит ли это, что Вы там жили?

- Да, это так. Почему это ... как этот факт связан с вашим "недоумением"?

- Нет ничего необычного в том, что Вы жили в Городе. Молодая девушка, в одиночку преодолевшая перевал Кара Шен - нет, в этом нет ничего необычного. Но, могу ли поинтересоваться, чем Вы занимались в Городе?

- Это не секрет - я училась в Гимназии.

- Вы! В Гимназии!! Потрясающе!!!

- Вы пытаетесь обидеть меня?

- Извините, ради всех святых, извините. Ни в коем случае! Просто не мог представить себе, что человек из такого места, как Блэк Пау может учиться в гимназии.

- Допустим... Придётся ещё раз сделать вид, что ничего не произошло. Но, впредь - хотелось бы сразу "понимать правильно" ваши замечания. Так, кажется, говорят в Городах - до трёх раз. Какая же связь между моей учёбой в гимназии и тем, что Вас удивило в Блэк Пау?

- Если Вы длительное время жили в Городе, Вы не могли не обратить внимания, что кухонная утварь, посуда в Городе и в Блэк Пау очень отличаются друг от друга.

- Конечно. Я отлично это знаю. В Блэк Пау придерживаются старинных, я бы даже сказала - достаточно консервативных, архаичных обычаев. Ничего вопиющего в этом я не вижу.

Конечно, посуда, утварь из полноценного стерлингового серебра! Что в этом может быть вопиющего! Мысленно не согласился с Неолани мужчина.

- Допустим! А водопровод?

- Что Вы имеете в виду - что у нас самотёчный водопровод? Так это обусловлено уже не обычаями, а спецификой рельефа, особенностями местности в которой мы живём. Из горных источников вода стекает по трубам к водоразборным колонкам. Их у нас вполне достаточно. У поворота каждой улицы - своя колонка. Вы, вне сомнения, обратили на них внимание. Они старомодны, как и многое в Блэк Пау, но работают прекрасно. Зачем их менять.

Водопроводные трубы и водоразборные колонки из радированного серебра! Действительно - зачем! Она или не знает цены всему этому, или прекрасно притворяется дурочкой.

- Видимо, Вы правы. Я как-то не подумал.

Мужчина поднялся. Отнёс на стойку пустую кружку из-под грога.

- С Вашего позволения. Я немного пройдусь. Потом поднимусь к себе.

- Вы не обязаны испрашивать у меня разрешения. Спокойной ночи, Эльвар.

На следующее утро Неолани вышла из дома спозаранку. Пожухлые прошлогодние листья и еле- еле пробившаяся молодая трава всё ещё были скованы седым ночным инеем и хрустко потрескивали под неосторожными шагами. Неолани твёрдо рещила добраться до Запасника сегодня. Рисковать, привести за собой Эльвара к секретному месту она не могла. Поэтому, прежде чем выйти на заветную тропу, сделала несколько ложных петель, внимательно прислушиваясь к шуму за своей спиной. Удостоверившись, что Эльвар, даже, если он и следил за тем, как она ушла из дома, не идёт за ней, Неолани подошла к месту, где, по её представлению, должен был быть вход в Запасник. Очень многое изменилось здесь с того времени, как Тэм приводил сюда малышку Неолани. Некоторые деревья, казавшиеся ей тогда огромными, сегодня выглядели гораздо скромнее. Но вот кустарники ... Плотные колючие заросли шиповника и барбариса полностью закрыли вход в Блистающую пещеру. Обернув руки полами накидки, Неолани начала осторожно раздвигать ветки. Интуиция не подвела её и в этот раз. Неолани безошибочно выбрала правильное направление и проворно юркнула в чуть приоткрывшееся за зарослями, отверстие. Колючие ветки сошлись за её спиной. Внутри пещеры ничего не изменилось! Снова Неолани, как та давнишняя малышка, застыла в немом восхищении. Проскользнув через отверстия в куполе пещеры, лучи розовой зари утратили резкую яркость и Запасник, подобный перевёрнутой вверх дном чаше, мерцал серебряно розовой очаровывающей загадочностью. В этом волшебном свете все предметы, даже такие прозаичные, как бочонки с солониной, выглядели декорацией какой-то прекрасной сказки. Неолани тряхнула головой - отгоняя затягивающее колдовство. У неё мало времени и много дел. Она выбрала два самых маленьких бочонка. Один - с солониной, второй - с сухарями. С сожалением, не веря самой себе, что делает это, сбила мелодично зазвеневшие, украшенные чернью, обручи. Переложила содержимое бочонков в две, принесённые с собой, котомки. Для обручей, и похожих на рёбрышки каких-то зверюшек, досточек от бочонков Неолани нашла местечко у входа в Запасник. Пора возвращаться. Она ещё раз обвела взглядом пещеру. Прощайте, воспоминания. Надеюсь, что не приду сюда вновь, чтобы воспользоваться вашей добротой и предусмотрительностью, Предшественники. В невольном порыве Неолани благодарно склонила голову.

Выйти из Запасника оказалось труднее, чем проникнуть в него. Сейчас у Неолани в руках были доверху наполненные котомки. Колючие ветки, прекрасно маскирующие вход в пещеру, с неохотой отпустили её. Убедившись, что неосведомлённому человеку будет нелегко отыскать вход в Запасник, Неолани поспешила обратно - домой. В Блэк Пау было ещё по-утреннему сумрачно и тихо. Неолани разложила припасы в кладовке и, почти уверенная, что Эльвар ещё не спускался из своей комнаты, начала готовить завтрак.

- О, какие ароматы!

Мужчине не удалось застать Неолани врасплох.

- Доброе утро и Вам. Ещё немного, и всё будет готово. Вы поможете?

Эльвар принял из рук Неолани тяжёлый поднос.

- Вы всегда едите в Катти Сарк? Нельзя ли устроиться тут?

Кивком головы - руки-то заняты - он указал на вкопанный в землю, под виноградной палаткой, стол.

- Летом, когда тепло, случается, едим и здесь. Но, обычно, в пабе. Так удобнее.

- Как скажете, хозяйка.

Через небольшой коридорчик они подошли к двери, ведущей в зал Катти Сарк. Неолани толкнула дверь.

- Проходите.

- Мы устроимся у очага? Вы, ведь, предпочитаете это место.

- Очень любезно. И огонь успели развести.

- Не хочется выглядеть совершеннейшим бездельником. Кое-что я тоже могу. О, очень вкусно!

Эльвар отдал должное горячей, с аппетитной корочкой, солонине.

- Это рецепт моей бабушки. Она была прекрасная стряпуха.

- В дневниках - которые, каюсь, я прочёл - почти ничего о ней нет. Не хотите ли рассказать?

- Не думаю, что это так уж интересно. Обычная, можно сказать, хрестоматийная, бабушка. Давайте поговорим о чём-то другом.

- Простите, не хотел Вас расстроить. Понимаю - воспоминания, и всё такое.

- Вот и хорошо. Как Вам чай? Сегодня я заварила Пуар.

- Хотите - честно?

- Только так и надо.

- Так вот - в первый раз я с трудом допил ваш чай. Не хотелось обижать хозяйку. А сейчас - я привык, распробовал, и понял - именно так, без сахара и прочей ерунды надо пить этот божественный напиток.

- Вы пытаетесь пошутить? Выяснится ли, в чём ещё Вы не хотели "обидеть хозяйку"?

- Я вполне серьёзен. Зря Вы подозреваете подвох.

- Видите ли, Чай и в самом деле напиток, которым нас одарили Боги. В том смысле, что научили, как использовать листья определённых кустов.

- Если так рассуждать, то всё, что умеют или имеют люди, подарено им, как Вы говорите, Богами.

- Возможно.

- Не поверю, простите за тавтологию, что Вы верите в подобные ... идеи.

- Почему же?

- Вы - образованная, умная девушка, девушка, которая училась в гимназии, верите в эти басни! Не разочаровывайте меня!

- У нас не принято, обычно мы не обсуждаем верования друг друга. Не будем отступать от этого правила.

- Как скажете. Да, и хочу заверить - при первой же возможности - заплачу Вам.

- В каком смысле - заплатите?

- Не точно выразился - оплачу все расходы и весь ущерб, который я нанёс за время пребывания в Блэк Пау.

- А... вот о чём. Это совершенно излишне. Мы всегда радушно принимаем гостей. А уж человек, попавший в беду - наш долг помогать таким людям.

- Думаю, когда дело дойдёт до дела, мы вернёмся к этому ещё раз.

- И ещё раз получите такой же ответ. А пока до вашего, как вы изволили выразиться, дела далеко, каковы дальнейшие планы?

- Может показаться странным, но мои планы зависят от ваших.

- Я предполагала проверить состояние оставленных домов, навести порядок в Катти Сарк и вернуться в Город. Но сейчас планы немного изменились.

- Не хотите ли сказать, что Вы останетесь здесь из-за меня? Это лишнее.

- Именно это я и собираюсь сделать. Гостеприимство никогда не было и не будет излишней роскошью. Вы - в моём доме. Значит, я несу ответственность за Ваше благополучие.

- Это всё прекрасно. Я бесконечно благодарен. Но, поверьте, не стоит, Вы не должны менять свои планы из-за меня. У Вас здесь прекрасное место. И, как я понял, теперь и с продуктами всё наладилось. Я дождусь помощи. Вполне могу это сделать один.

- Кстати. О помощи. Зимой - я понимаю, это опасно. Но сейчас перевал открыт. И мы могли бы вместе пройти через клыки Карк Шен в Город. А оттуда, Вам было бы проще уладить свои дела.

- Да, конечно. Резон в этом, в том, что Вы предлагаете, есть.

Настырная девица с её "устоями" и "гостеприимством".

- Я, как-то об этом не подумал. Заманчиво. Прекрасный вариант.

- Вот и отлично. Я обойду дома. Это не займёт много времени. Захотите - присоединяйтесь.

- С удовольствием. Я, правда, помародёрничал чуть.

- Это неблаговидный поступок. Но, что ж делать. Иногда обстоятельства вынуждают совершать не совсем достойные поступки.

- Благодарю Вас за понимание. Когда предполагаете начать?

- Прямо сейчас. Разберусь с посудой, и пойдём.

- Позвольте Вам помочь.

Эльвар был сама любезность и предупредительность.

Дом за домом, улица за улицей они обошли все пустующие постройки Блэк Пау. О каждом доме, о каждой, жившей в нём семье, Неолани было что рассказать. Иногда она делилась своими воспоминаниями, но, зачастую, ограничивалась несколькими скупыми фразами перед тем, как повернуть ключ в замке того или иного дома. Выглядело это - неспешный, почти ритуальный обход оставленных домов, как похороны. Так оно, собственно, и было. Неолани, последняя из Рода, не желая этого, не предполагая, не думая, что занимается именно этим, хоронила Блэк Пау. В эти дни она почти не разговаривала с Эльваром. Каждый был погружён в свои проблемы. Эльвар придумывал и отвергал один за другим, планы как, под каким предлогом Не уходить с Неолани в Город, как остаться в Блэк Пау одному. Неолани, закрывая дома старинных знакомых и друзей детства, испытывая такую щемящую, изматывающую, тупую боль, не могла не думать о том, что ради чего, собственно, она вернулась в Блэк Пау. Что так настойчиво звало её сюда. Почему, бросив всё, пренебрегая опасностью такого путешествия, при первой же возможности она вернулась в Блэк Пау. Не ради этого же! И что, в конце концов, она собирается делать дальше? Как поступить с Блэк Пау, со своей жизнью! Присутствие чужого, постороннего человека мешало, отвлекало Неолани. Эльвар был привлекательным молодым мужчиной. Таких красавцев Неолани ещё не приходилось встречать. А, если бы и встретила в обычной жизни, то и не посмотрела в его сторону, мысли бы не допустила... Впервые в жизни она не разумом, а как-то так, очень странно поняла свои рамки. Если тот, ради которого Рами сломя голову бросилась в опасное приключение, не подумав о родителях, их чувствах, благополучии, хоть немного похож на Эльвара... Тогда... Нет! И ещё раз - нет! Хоть этот мужчина и старается быть любезным, выказывает Неолани знаки внимания, совершенно непривычные, нереально приятные... Никто никогда не смотрел на неё так, никто не говорил самые простые слова с таким выражением, ни у кого за самой просто фразой она не находила тайный подтекст, намёк. Все эти разговоры, эти странные для неё отношения - на грани искушения, чего-то волнующе зовущего, неизведанного. Она даже спать стала плохо, перебирая и анализируя по ночам не события, а их разговоры и свои ощущения минувшего дня. Всё это так. Но, существовало одно но! Неолани не верила Эльвару. Что-то в ней, что-то помимо неё мешало поверить в его искренность, в правдивость слов и фраз. Вот это-то недоумённое разделение - душа и разум, каждый доказывающий свою правоту, стремящийся убедить Неолани в своей правоте, и не давал ей покоя. И, ещё, эта история с Маяком. Испокон веку никто не помнил Блэк Пау без него. На одном из "пальцев", когтистой лапой вдающегося в море мыса - отсюда и это название Блэк Пау - стоял Маяк. Прекрасно видная со стороны моря, высокая башня из-за причудливого рельефа местности совершенно не была видна из селения. Да и путь к Маяку был непрост. Мыс резко спускался, почти обрывался к своим когтям-пальцам - разного размера отрогам, образующим прозрачные глубокие бухточки. Здесь в весёлых играх прошла часть беззаботного детства Неолани. В самой большой и глубокой бухте у подножья сияющего и днём и ночью тёплым приветливым светом Маяка, Неолани ныряла, пытаясь достать со дна разные диковинки. Там находили то черепки старинной посуды, то монеты давно забытых городов, то, не потерявшие своей яркости, разноцветные бусины из украшений давно ушедших красавиц . Там же иногда всплывали, глубина отвергала их - обломки мачт, доски обшивок, сгинувших в пучине кораблей. Но в последнее время аварии, крупные крушения у берегов Блэк Пау не случались. Те небольшие ялики, которые местные жители использовали для ловли рыбы, на сезон штормов вытаскивали на высокий берег собственно "лапы" и накрепко швартовали там. Чужие здесь уже "не ходили" - так по моряцки принято было называть в Блэк Пау плавание по морю - в этих водах. Да и башня - Маяк постоянно давала достаточно, видного даже через самый плотный туман, света. Маяк, так принято было называть это сооружение, был необычной, странной башней. Сложенное из светлых, неподвластных ни солнцу, ни бурям, ветрам, и дождям плит, это сооружение не имело ни окон, ни дверей. И снаружи к зубчатому, похожему на корону, верху не вело никакой лестницы. На буйно заросшем кустарнике "Большом пальце" единственное место без какой либо растительности было вокруг этой башни. Тэм запрещал малышке Неолани даже приближаться к этому загадочному месту. Но каждое лето, а затем и каждый год, когда она возвращалась из Города в Блэк Пау, Неолани приходила к Маяку. Это место, как и развалины, неудержимо тянуло её к себе. И, конечно, и в этот последний раз, она не покинет Блэк Пау не побывав у Маяка и в развалинах. К Маяку она решила идти, не таясь. И позвала с собой Эльвара. Вдруг обломки, или что там осталось от его шлюпки, не унесло в море, и он сможет найти важные для себя вещи. Хотя рассказ Эльвара о крушении показался Неолани несколько странным - никто никогда не упоминал, что Маяк потух. Но сомневаться в словах незнакомого человека - не в правилах жителей Блэк Пау. Как и предвидела Неолани, Эльвар сразу же согласился сопровождать хозяйку к Пальцам. Каждый каменистый отрог, подобно пальцам на руке имел своё название - Большой, Указательный, Средний, Безымянный и Мизинец. Рассказ Неолани о том, что детьми они учились плавать в узких бухточках между пальцами, привёл Эльвара в недоумение. - "Это же очень опасно! Я уже не говорю о спуске и подъёме! Как подобное разрешали родители!" "На когти меня отвёл дедушка". Как само собой разумеющееся, объяснила Неолани. Человеку гораздо важнее научиться плавать и лазать по горам, чем бояться их. - Так говорил Тэм. - В этом я согласен с вашим Тэмом. Но, всё же, девочка... - Неохотно согласился Эльвар. Так, болтая о том, о сём, переходя с улицы на улицу, спускаясь всё ниже и ниже, они дошли до места откуда море совершенно не было видно. Чтобы начать спускаться к Когтям, надо было обойти почти отвесный выступ высокой скалы, и по узкому карнизу дойти до места, откуда открывался вид на собственно когти, и откуда можно было начать спуск. Поражённый всеми этими препятствиями и приготовлениями, Эльвар наблюдал за тем, как Неолани на ощупь достала из почти неприметной для постороннего глаза ниши в скале верёвочную лестницу. С лёгким свистом раскручиваясь, лестница полетела в бездну.

- Спускаемся!

Неолани обернулась к Эльвару.

- Вы первая.

Привычно закинув за спину лёгкую котомку, Неолани начала спускаться. Это было удачное время - один точный удар ножа! И его "непредвиденная проблема" решена.

- Не бойтесь. Я придержу лестницу.

Позвала снизу Неолани. Не понимая, почему упустил такую возможность, Эльвар начал спускаться по удивительно тонкой и странно крепкой верёвочной лестнице. Как только его сапоги коснулись разноцветных голышей, веками волн отполированной гальки, Неолани закрепила нижний конец лестницы, зафиксировав хитрым узлом за выступ в скале.

- Идём. Я хочу подойти к Маяку. Кто знает, когда вновь попаду сюда.

Эльвар старался не отставать от ловко балансирующей на узких выступах, перепрыгивающей с валуна на валун, Неолани. К его удивлении, подобрав юбку, она ловко перескочила с одного берега - с одного когтя - на другой, первой, самой узкой бухточки.

- Здесь взрослые не ныряли - не помещались. Вот было нам раздолье.

Похвасталась Неолани. До остальных когтей они добрались, обходя всё увеличивающиеся бухточки под скалистым навесом берега. Но всё время - он стал виден как только они начали спускаться - сопровождал их, растворяющийся в сиянии весеннего дня, свет Маяка. Чем ближе они подходили к Большому Когтю ( пальцу) с расположенным на нём Маяком, тем неприятнее, тревожнее становилось Эльвару. Вряд ли они найдут "обломки", хорошо спрятанной за выступом последнего когтя, его небольшой яхты. Но Неолани остановилась в некотором расстоянии от Маяка.

- Дальше идти не положено. Мы не имеем права подойти ближе.

- Опять ваши правила!

Обрадовался этой возможности скрыть от проницательной девушки правду, Эльвар.

- Да, так меня учили.

Неолани осмотрела извилистые берега достаточно большой бухты.

- Где же Ваша лодка? Неужели всё унесло в море!

- Наверное. Я, когда выбрался ... ума не приложу, как - больше не возвращался сюда. Сами понимаете.

- Да, это непросто.

Подтвердила, как будто отвечая на свои мысли, Неолани. Она смотрела на сливающееся в бескрайней дали с небом море, на жемчужно светящейся маяк. Он видел свет. Не мог не видеть. Значит - не мог разбиться. С отчётливой ясностью, как будто кто-то прожектором осветил эти слова, поняла Неолани. Но зачем он сказал неправду! Она до сих пор не понимает людей. Но спрашивать, получать очередную ложь, она не станет. Неолани повернулась к странно близко стоящему к ней Эльвару. Мужчина сжал её в объятьях.

- Неолани...

На миг, на долю мига у неё закружилась голова. Переход был так резок и "непонятен". Только что она сомневалась в его честности и ..." Что это? Для чего!!!" - Прочёл Эльвар в широко распахнувшихся, ставших почти вертикальными, изумлённых глазах Неолани.

- Что-то не так?

- Всё, всё не так, Неолани.

Нашёлся Эльвар, не выпуская из своих объятий девушку.

- Вы не верите моим чувствам.

- Не верю чувствам?

Неолани удалось выскользнуть из, оставивших на её теле огненные, тлеющие следы, рук Эльвара.

- Меня учили не доверять. Не доверять первому впечатлению. Вернёмся. Пока светло.

Даже весенний день имеет тенденцию кончаться - по не затуманенному яркому небу солнечный диск отправился в путешествие к морю.

- Поднимайтесь. Теперь - Вы первый. Я подниму и спрячу лестницу.

Неолани подождала пока Эльвар ступит на каменистую твердь. И, отвязав нижний конец лестницы, начала подниматься по всё сильнее раскачивающейся от вечернего бриза скользящей перекладинами под пальцами, лестнице. Эльвар наблюдал за поднимающейся шапкой серебристых локонов и не смог заставить себя вынуть заветный крис. Почти в полном молчании, в лёгких сумерках весеннего вечера, они вернулись в Блэк Пау.

- Вы довольны нашим путешествием?

Всё, что спросил её Эльвар, раскачивая огненную жидкость грога в толстостенной кружке.

- Да. Теперь я могу вернуться в Город.

Так же лаконично ответила тогда Неолани. И вот прошло несколько дней, а она всё ещё не знает, не решила, как оценить всё то...

- Мы обошли все дома Блэк Пау. Каковы Ваши приказания, командир? Что дальше?

Полушутливо спросил, отхлёбывая маленькими глоточками терпкий Белый чай, Эльвар.

Да, что же дальше! Где её хваленая рассудительность, ясность ума. Когда же, наконец, она примет решение. И каким оно будет!

- Я хочу пойти в одно место. Боюсь, что Вам со мной нельзя.

Предупредила Неолани вопрос - просьбу Эльвара.

- Это место... По нашим обычаям мужчины туда не ходят. Это место женское. Если Вы понимаете, о чём я.

Слукавила Неолани. Не объяснять же, что она собирается идти к руинам. В любом случае, перед своим возвращением в Город, она пошла бы туда. Но сейчас... Она вернулась в Блэк Пау, чтобы в тишине и одиночестве решить, что ей делать с этим неожиданным непонятным для неё наследством. Одно дело - быть хозяйкой Катти Сарк, но Блэк Пау!!! Не слишком ли это для неё!!! Целый мыс! Со всем, что на нём! Для чего? Как распорядиться? За этим пониманием, за этими решениями она вернулась домой. А приобрела ещё одну проблему - Эльвар. Проблему ни на что другое не похожую, совершенно ей чуждую... Мужчина, которому она с радостью отдала бы не только своё тело, но и душу. Сильный мужчина, который мог бы помочь ей. Он, как будто, делает и говорит всё, чтобы так и случилось... Нет в живых ни всё знающего, уверенного в своих принципах Тэма, нет мудрой рассудительной Крохи. С кем ей посоветоваться, кто наставит её, поможет выбрать правильный путь. Ни коротенький жизненный опыт Неолани, ни её врождённая, бессильная в этом случае, интуиция не давали чёткого ответа. Вернее, они предостерегали от ошибки. Но, какой? Возможно, там, в руинах она найдёт ответ... Что-то или кто-то подскажет.

Вышла из дома Неолани спозаранку. Весна наступала стремительно. И это утро встретило её умытою свежестью ночной россы, травой да нежным ароматом первых, ещё клейких листьев. Неолани надеялась, что в этот раз Эльвар не пойдёт за ней. Хоть она и была уверена, что он пытался проследить за ней по дороге к Запаснику, обсуждать это тогда Неолани не сочла разумным. "Не пойман - не вор", говаривал Тэм. "Нельзя унижать человека недоказанным подозрением". В том, что Эльвар отметёт все подозрения Неолани и всё в личную обиду, она не сомневалась. Дорога к руинам гораздо длиннее, чем к Запаснику и Неолани сумеет уйти от чужих глаз. Пришлось ей пройти и через Свящённую Рощу. Другой дороги к руинам не было. Однажды из найденных Неолани, поднятых со дна бухточек между когтями разноцветных, кое-где потрескавшихся, неправильной формы, шариков Кроха нанизала бусы. Они стали любимым детскими украшением Неолани. В тот год, когда она переступила порог девичества, Кроха отвела девушку сюда, в Свящённую Рощу. И здесь Неолани передала Великой Покровительнице своё сокровище. Если постараться ... На одном из ветвей мудрого заслуженного годами айвового дерева можно отыскать то её детское сокровище. Но не сейчас. Не сегодня. Она торопится. Очень спешит. Всё здесь, среди покрытых мхом и вечно зелёными лианами, обломков величественных когда-то стен, было по-прежнему. По стёртым, почти ушедшим в землю камням можно было определить размеры помещений, представить, где были между ними проходы - двери, арки. Тихо. Сумрачно. Сыро. Даже в самые жаркие летние дни здесь было прохладно. Что же сейчас... Неолани невольно поёжилась. Вот, эти, уходящие в никуда остатки стен, молодая, пробивающаяся из каждой трещины поросль. Зачем, для чего пришла она сюда! Все в Блэк Пау были уверены, что именно здесь пропала её мать - Эльберет. Случилось это вскоре после того, как приехавшие из Города родители Кэлвина, её невенчанного мужа, увезли с собой тело сына. Нехорошая, плохая слава была у руин всегда. Детям в Блэк Пау строжайше запрещали ходить сюда. " Слишком далеко, опасно" - говорили родители. Хотя ватаги ребятни с утра до вечера в любую погоду "исследовали" полную разнообразной жизнью, Яйлу. Не возбранялись, хотя и не приветствовались, походы на Когти, к Маяку. А вот руины... Из поколения в поколение это место оставалось табу. Но Неолани, как только поняла, что может самостоятельно ориентироваться на поросших невысоким редким лесом, прорезанными замысловатыми вадями, просторах, как обычно в одиночестве, часто приходила, скорее, убегала сюда. Ей казалось, что в этом месте и дышится сладостно. Здесь - Неолани была уверена - рано или поздно она встретит свою мать. Или узнает, что произошло с Эльберет. Но, время шло, весны сменялись веснами... Каким-то образом узнавшая, что Неолани ходит к руинам, Кроха ужасно разругала её. А Тэм, на полном серьёзе, что делал чрезвычайно редко, запретил Неолани ходить к тому месту. И вот никого нет. Ни Крохи, ни Тэма. Некому ругать Неолани, запрещать ей что-то. А она, всё равно, пришла сюда украдкой. Из-за этого мужчины. Всё, всё в ней притягивает, зовёт поверить, разрешить себе, нырнуть в пучину желанных чувств. И, одновременно, всё, что он говорит, рассказывает, делает - вызывает недоверие и насторожённость. Там, у Маяка не нашлось ничего, даже самой маленькой щепочки от его, якобы разбившейся о Когти, лодки. Да и не иссякающий свет Маяка - невозможно не увидеть, не рассмотреть даже через самый чёрный шторм его жизненесущий свет! Что-то не так в рассказах Эльвара, нет искренности в его желании понравится ей, завладеть чувствами неопытной девушки. Кто же ты такой, Эльвар? И это имя - Эльвар - имя из старинных преданий и легенд. Не дают таких имён в современных Городах. Ты не должна бояться. Ничего не бойся. Мы всегда и везде защитим тебя. Крепли рядом, вокруг Неолани голоса. Один за другим на длинную, покрытую золото- тканной материей скамью, усаживались люди. Несколько взрослых мужчин и подростков, стройные женщины в сопровождении лукаво улыбающихся девочек. Все эти люди были красивы. Гордая осанка, прекрасные кожа и волосы, мягкая уверенность в каждом жесте, в интонациях речи. Неолани никогда не видела ни этих людей, ни подобных им. Но, удивительно, не чувствовала в их присутствии ни скованности, ни страха. Напротив, в эти мгновения она ощущала себя необыкновенно "лёгкой" и счастливой.

- Неолани -

Она почтительно поклонилась. Всегда соблюдай приличия - учила Кроха.

- Конечно, дорогая, мы знаем, кто ты.

Улыбнулась, показав жемчужные зубки, одна из женщин.

- Подойди поближе.

Голосом, созданным для управления молниями, попросил, сидевший рядом с этой женщиной, мужчина. Даже не обидевшись, сочтя подобную просьбу совершенно естественной, Неолани подошла.

- Она очень красива. Вы не находите?

Спросила вторая, не менее красивая и величественная женщина.

- Очень! Очень!

Радостно защебетали, подбежав совсем близко к Неолани, девочки.

- Не смущайте её, проказницы.

Мужчина лишь нахмурил брови, и девчушки порхнули обратно на свои места.

- А ты не обижайся, дитя моё. Сейчас почти и не встретишь подобную чистоту чёрт. Твоя мать была красавицей. Как жаль, что никто не смог вовремя прийти ей на помощь.

Добавила первая женщина.

- Но тебе- то мы обязаны, несомненно, обязаны помочь!

Вторая женщина, судя по всему, была более ... эмоциональна.

- Никто не подвергает сомнению наши обязательства. Именно для этого мы сейчас здесь.

Повинуясь успокаивающим интонациям и выразительному взгляду мужчины, вскочившая было со скамьи женщина, опустилась на своё место.

- Всё это прекрасно.

Низкий бархатный голос, молчавшего до сих пор мужчины, завораживал.

- Осталось только понять, нуждается ли Маленькая Леди в помощи. И, если -да, то в какой.

Неолани не смогла ответить сразу. Даже собраться с мыслями не смогла. В дополнение ко всему нереально происходящему, мужчина назвал её Маленькой Леди! Только Тэм называл её так!

- Я не Тэм!

Успокоил, поняв чувства Неолани, мужчина.

- Так случилось, что знаю. Не надо этого бояться.

- Хорошо. Я не боюсь. А помощь... В этом невозможно помочь.

- Постарайся рассказать, что тебя беспокоит, волнует. А мы подумаем, сможем ли что-то сделать, как-то помочь.

Удивительно, Неолани, будто каждый день изливала душу посторонним, просто и ясно рассказала этим ... людям ... всё! Никогда ни Крохе, ни Рами так не открывала она душу, не рассказывала так откровенно и свободно обо всём, что произошло, что наболело.

- Приводи этого мужчину сюда. Мы попытаемся. В хрустальной - боишься дышать - вдруг она с треском расколется, тишине пропел голос женщины.

- Попытаемся помочь тебе понять себя.

Добавила вторая женщина.

- Но, всё зависит, будет зависеть от тебя.

Предупредил мужчина.

- От того, как ты почувствуешь ситуацию, какое решение примешь именно ты.

Уточнил мужчина с бархатным голосом.

- До вечера

Защебетали, посылая Неолани воздушные поцелуи девчушки. Они ушли. Всё смолкло. Где-то недалеко мерно падающие капли воды отбивают монотонный удручающий ритм. Не было ни скамьи, ни мягкого света, ни ощущения защищённости. Всё те же руины. Провал в стене, выложенной, искусно отесанными и пригнанными без единой щёлочки блоками, заложен относительно новыми кирпичами. Но, только что через него прошли те люди! Что это было? Ей привиделось? Сон? Сколько времени она провела здесь? Пора возвращаться. Со странным ощущением понятно - непонятного, незнакомо - знакомого, не понимая верить - не верить, возвращалась Неолани в Блэк Пау. Она раздумывала о том, стоит ли привести Эльвара в руины, когда он сам, собственной персоной предстал перед ней из-за пышного куста цветущего барбариса.

- Вот. Решил пойти Вам навстречу, хозяйка.

Как уже стало привычным, полусерьёзно поклонился он, поздоровавшись.

- Здравствуйте. Не стоило беспокоиться. Здесь со мной ничего плохого случиться не может.

- Вы, всё ещё думаете - я слежу за Вами?

- Следите? Зачем?

- Возможно, я сам, моё присутствие чему-то мешает.

- Я не давала повода так думать. Мне кажется.

- Я плохо Вас знаю. Могу ошибиться. Простите.

- Я, тоже, Вас совсем не знаю. Так что взаимное недопонимание объяснимо.

Мужчина шёл за Неолани, мысленно проклиная эту чёртову девку, да и себя за то, что решил, всё-таки, проследить за ней. В этот раз он пропустил тот момент, когда она вышла из дома. С начала, он, даже обрадовался её отсутствию. Сможет беспрепятственно осмотреть её комнату. Возможно, найдёт те самые документы. Как-то в один из вечеров у очага, когда, по странному настроению обоих, разговор зашёл об огромных, сказочных состояниях, о богатых людях, наследствах и запутанных семейных взаимоотношениях, Неолани обмолвилась, что она тоже, по воле случая, богатая наследница. Если эти документы существуют - он один раз уже тщательнейшим образом обследовал этот и другие дома пустынного Блэк Пау - то она принесла их с собой. В тот вечер, Неолани сразу же, ловко, сменила тему разговора, поддержав какое-то его шутливое замечание. Но он хорошо, прекрасно запомнил. Значит - это правда! В той бумаге, которая по совершеннейшей случайности попала к нему в руки - это была копия завещания - говорилось о том, что единственной наследницей и хозяйкой всего Блэк Пау является некая Неолани. Прихваченная разбойниками вместе с внушительной суммой денег, гербовая бумага через перекупщика краденого окольными путями оказалась у него. Именно существование этого документа и подстегнуло его в решении самому, на месте проверить некоторые факты. Потому-то он не стал собирать большую экспедицию. И решил сам, по-быстрому, выяснить всё на месте, в Блэк Пау. Мужчина тщательно и аккуратно - кто знает, может быть, он разрешит ей "вернуться" - обыскал комнату Неолани. Завещания не было. Но девушка точно знала о его существовании, и о том, что в нём написано. Он достаточно хорошо изучил эту, не от мира сего, хозяйку, чтобы понять - девушка не врёт. Значит, Неолани оставила завещание в городе. Где? У кого? И нужно ли в этом разбираться - можно кардинально решить всё прямо здесь. Вопрос только в том, сможет ли он это сделать. Одну совершенно убойную, во всех смыслах, возможность он упустил. Не смог ни столкнуть лёгкую, как пёрышко девушку с верёвочной лестницы, ни перерезать крепление лестницы к скале. Слишком много времени провёл он в этом чёртовом Блэк Пау один. Наскоро перекусив - Неолани успела приготовить для него завтрак - мужчина пошёл искать Неолани. Время поджимало. Со дня на день она могла решить вернуться в Город. Ему, тоже, необходимо возвращаться. Ни дела, ни партнёр не могут больше ждать. Вечно прикрывать его отсутствие партнёр не сможет. Да и не захочет. Что-то надо решать. И срочно. И где прикажете её искать? Мужчина пошёл в том же направлении, где в прошлый раз Неолани удалось скрыться от него. Девушка вышла из-за обсыпанного обильными цветами, куста барбариса совсем не в том месте, где Эльвар предполагал её встретить. Но уже то хорошо, что встретил, и Неолани, вопреки его насторожённого ожидания, никак не отреагировала на достаточно неожиданное появление своего гостья так далеко от дома. В полном молчании они вернулись в Катти Сарк. Неолани разожгла очаг. Оказалось, что провела она там, в руинах гораздо больше времени, чем ей показалось. Встреча с теми людьми, людьми искренне назвавшими её красавицей и отнёсшимися к ней с теплом и вниманием, была такой краткой. Да была ли она? Такая чудесная встреча? Может быть, всё это ей пригрезилось. Бывает всякое. Но день уже клонится к вечеру. Вечер... Что сказала женщина о вечере?

- Не могли бы Вы... Не хотели бы Вы...

Неолани не знала - у неё и опыта никакого не было - как пригласить мужчину на свидание.

- Хочу попросить Вас пойти со мной в одно место.

Собравшись с духом, наконец, выпалила она.

-Конечно. С радостью. Куда бы Вы и когда ни позвали.

- Хорошо. Спасибо. Встретимся через два часа. Здесь. Внизу.

Неолани поспешила подняться в свою комнату. Хоть все вещи и предметы были точно на своих местах, она твёрдо знала, почувствовала, как и в первый раз, что в её отсутствие здесь побывал Эльвар. Они общались достаточно и она "знала" его ауру. Как бы ты ни старался, энергии разоблачат, выдадут тебя. Да, он был здесь. Что-то искал? Пытался узнать? Сколько безответных вопросов! Ещё никогда в жизни не собиралась она совершить столь необдуманный, столь странный поступок. Она молода и неопытна. Ни в своё беззаботное детство в Блэк Пау, ни во время учёбы в гимназии у неё не было возможности набраться опыта, узнать настоящую взрослую жизнь. Слишком рано ушли родные, любящие, заинтересованные в её благополучии, люди. И, хоть она не может понять, разобраться, в том, что случилось с ней сегодня в руинах. Было ли это наваждение, сон... или... боязно думать... Но, если что-то не в порядке с её психикой! Она должна убедиться! С ней будет ещё один, она уверенна, не подверженный сентиментальности, человек. И - будь, что будет! Неолани достала из сандаловой шкатулки тяжёлую склянку. В Выдолбленной в аметистовой друзе полости, закупоренной притёртой пробкой, перламутрово сиял нероли -бигарейд. Драгоценное ароматное масло из листьев горького севильского померанца. Подарок Крохи на совершеннолетие малышки. Привезённый давным-давно из дальних - на краю Ойкумены - стран, волшебный аромат Кроха хранила для особенных случаев. В день своей свадьбы наша Эльберет пользовалась нероли-бигарейд. "Может быть, я не доживу до такого дня в твоей жизни, Малышка, но - помни - нероли- бигарейд поможет тебе в такой же важный день". Так говорила Кроха, передавая Неолани шкатулку из сандалового дерева и объясняя, как и где надо наносить необыкновенное масло. Неолани глубоко вздохнула - будет ли и у неё торжество свадьбы? Как когда и с кем свяжет она свою судьбу. Может быть, это будет именно в сегодняшний вечер... В заколдованных развалинах... Она попробует. Крохотную каплю бесцветной, чуть вязкой жидкости Неолани втёрла между грудей, тронула увлажнёнными пальцами мочки ушей, под коленями, браслетами обвила запястья. Всё, как учила Кроха. Аромат успокаивал и, в тоже время, придавал ей уверенности, значимости. Неолани чувствовала, как поднимается, растёт, набирает силу то, что доселе дремало в глубинах её невинного тела. В ней вырастала, распускалась, как прекрасный эротический цветок, женщина. Сейчас она была уверена, что справится со всем на свете. Она поступает правильно. Тем больше причин всё, наконец, выяснить. Волшебные руины самое подходящее для этого место.

Мужчина не узнал сошедшую в зал паба женщину. Ничего не изменилось - ни одежда, ни причёска, ни нестандартное лицо. Даже осанка, походка были её - прежней Неолани. Но эта женщина! Он смотрел и не мог перевести дыхание, не мог вымолвить ни слова. Эта женщина, новая Неолани испугала его своей огненной сексуальностью.

- Мы пойдём к старинным руинам. Если Вы не возражаете.

- Конечно. Ни в коем случае. Я хотел сказать, что, да - пойдём.

- Прекрасно. Это недалеко. Но тропики давно заросли. Будьте осторожны. Не отставайте.

Об этом не было нужды предупреждать. Он не выпустит её из виду, не отпустит от себя дальше, чем на несколько шагов. В этот раз - он обязан узнать, куда и зачем ходит эта ... "странная девица" ... Определение не подходило плавно идущей впереди него, женщине. К руинам они подошли, когда вовсю сгустились сумерки. Ржаво красные блики далёкого закатного солнца, отражаясь от низких облаков, едва освещали спутанной массой преграждающие путь заросли и причудливые очертания, когда-то мощных стен. Даже тени - хотя, казалось бы откуда тень в непроглядной мгле - казались багрово пурпурными. В тяжёлой тишине слышны были только их шаги ... и ... дыхание. Считавшему себя не из пугливых, мужчине стало не по себе. Дёрнуло же связаться с ведьмой! Не зря он прочёл всё, что было в этом чёртовом доме. И знает, в честь кого назван паб! Как есть - Катти Сарк! Но вдруг налетевший ветерок, нежной ладошкой разогнал облака, взлохматил кроны деревьев, взметнул аромат из, раскрывших свои венчики-короны, ночных цветов. С высокого, усыпанного крупными алмазами - звёздами неба, полная луна огромным фонарём осветила невнятные окрестности. Мгновенно всё изменилось. Светлые плиты, лёгшей под ноги дороги, звонко откликались на каждый шаг. Переплетённые ветви растений поднялись, образовав высокую торжественную арку. Вслед за Неолани мужчина вошёл в высокий светлый зал. В то, что время оставило от когда-то величественного помещения. Но, даже то, что осталось, под безжалостным, ничего не маскирующим резком свете луны, выглядело внушительно. Мужчина огляделся. Впечатляет! Жестом хозяйки Неолани пригласила его подойти поближе.

- Это - руины старинного замка. Я прихожу сюда, когда... когда у меня проблемы.

- Понимаю. Вы подходите этому месту. А место подходит Вам.

- Это плохой комплимент. Здесь происходили трагические, болезненные для меня события. Но, надеюсь, Вы искренни.

- Трудно сохранить объективность и чувство действительности в подобной обстановке. Я не посвящён в Ваши тайны, и не представляю, что это и для чего мы здесь. Но, да - Вы и это место подходите друг другу.

- Мне кажется, я понимаю, что Вы чувствуете и о чём хотите сказать. Но - это моё желание. И моя просьба - останьтесь. Совсем ненадолго. Многое может проясниться и исправиться.

Неолани отступила в тёмно жемчужную тень чудом полностью уцелевшей стены.

- Впрочем, Вы свободны поступить так, как считаете возможным.

- Мне совсем не по душе всё это. Я человек дела и факта. Но, раз уж потащился за Вами в ... сюда, так и быть - останусь. Просьба хозяйки - закон!

Если бы мужчина мог, бежал бы отсюда сломя голову. Но, в том - то и дело, что не мог. Ни сбежать, ни соврать. Эта новая Неолани приковала, притянула его к себе невидимыми лёгкими, вязкими и крепчайшими нектарно сладкими узами - сексуальным желанием. Он не заметил, когда и как поднялись, выросли стены, стрельчатый хрустальный купол заменил глубокий бархат ночного неба. В украшающих светлые каменные стены серебряных канделябрах вспыхнул мягкий огонь. Разбросанные в беспорядке цветные камушки, сложились в ажурный орнамент мозаики пола. Сквозняком пронёсшийся, необычный, но в тоже время притягательный аромат, как будто распахнул невидимые двери. Разговаривая, что-то между собой обсуждая, вошли люди. Высокие, с прекрасной осанкой - мужчина никогда не встречался с подобными представителями человеческой расы. Родился он в большом Городе, жил, учился, работал в разных местах. Но эти люди, их странная, но удобная одежда ... он никогда не видел ничего подобного. И речь... На каком языке, на диалекте какого наречия они говорят? Мужчина обескуражено обернулся к Неолани. Вошедшие - двое мужчин и две женщины расположились на, покрытой шёлковым ковром, скамье.

- Это тот, кто называет себя Эльваром.

Неолани взяла мужчину за руку и вместе с ним сделала шаг вперёд.

- Этот мужчина говорит, что любит меня. Я хочу верить этому и стать ему верной женой.

Мужчина чувствовал, как теряет способность "сопротивляться" под взглядами четырёх пар глаз. Не то, чтобы они угрожали, посягали на его независимость... С этим мужчина был знаком, умел противостоять и побеждать в подобной дуэли взглядов. Нет, здесь было что-то не то, не такое...Иное. Совершенно иного качества, иного смысла. Взаимодействие? Взаимопонимание? Не найти ответа, верного определения тому, что не можешь ни определить, ни осознать.

- Мы с радостью поможем тебе, дочь Эльберет. Мы не смогли, не успели защитить твою мать, Неолани. Наша вина привела нас сюда. Наш долг - мы обязаны, хоть ты и полукровка, защитить тебя.

Неолани выпустила холодную, как у мраморной статуи, руку Эльвара.

- Что значат ваши слова? Почему вы назвали меня так!

- Слова не значат ничего. Если за ними нет правильного значения - понимания. Ты узнаешь и об этом. Но, сейчас,

Отвечавшая Неолани женщина, кивнула одному из мужчин. Четверо разговаривали, перебрасываясь словами и фразами. Один из них начинал предложение или слово, продолжить мысль мог другой, затем третий, как эстафетную палочку, - подхватить, добавить что-то от себя и передать дальше. Как по команде все замолчали и

- Сегодня мы хотели бы познакомиться с тем, кого выбрала ты себе в мужья, Неолани.

Мягко, но достаточно категорично прозвучал внушительный, но, в тоже время, бархатный голос тог, к кому обратилась женщина.

Мужчине давно уже не нравилось всё, что происходило здесь. Если, быть точным - не нравилась вся эта затея. Если бы он мог... Почему, почему он пошёл с этой женщиной! Как привязанный, пошёл за ней! Почему согласился остаться здесь! Исходящий от неё аромат кружил голову, проникая в его глубинную мужскую сущность.

- Расскажи нам о себе.

Мужчину не удивило то, что он понял спрашивающего.

- Ничего особо интересного.

Он пожал плечами.

- Родился, рос, учился, работал. Как все.

- Но не все оказываются в Блэк Пау. Не все клянутся в любви Неолани. Что привело тебя сюда?

- Шторм разбил мою лодку...

Наскоро выдуманная история, которой он объяснил Неолани причины своего появления в Блэк Пау, буквально застряла у него в горле. Он не может дышать... Что за... Он вот-вот задохнётся!

- Успокойся.

Неолани положила лёгкую ароматную ладонь в выемку у основания его шеи.

- Они думают, что ты не искренен. Сейчас станет легче.

Да, спазм прошёл. Мужчина смог вздохнуть полной грудью.

- Постарайся придерживаться фактов. Какими бы они и не были.

Посоветовала одна из женщин. Будь, что будет! Им не удастся его переиграть! Не на такого напали. Он откашлялся.

- Лодка - я так называл то, на чём вышел в море. Я приплыл на небольшой яхте.

- У тебя яхта! Это так красиво. Я люблю парусники.

- Знаю. Тебе нравятся клиперы. Видел, как ты рассматриваешь гравюры. Но у меня совсем небольшая, одномачтовая яхта.

- И она разбилась? Как жаль...

- Нет, не разбилась. Я спрятал её между скалами, за Маяком.

- За Маяком. Спрятал. Но, почему? Зачем!

- Вот сейчас, Неолани, мы всё и узнаем. Отпусти его руку.

Низким, как горький мёд, голосом приказал моложавый, он выглядел как юноша, мужчина.

- Все должны сами отвечать за свои поступки и проступки.

Мужчина думал, что он привык, что он знает, что это такое быть одному - одиночество. Но вот Неолани вынула свою ладонь из его руки... И он остался один. Один во всей вселенной!

Что и почему привело его в Блэк Пау... Рассказывал ли он это словами, или просто вспоминал, думал, ничего не приукрашивая, не выдумывая, не добавляя. Но, всё же, не таким уж мудреным, и не таким уж исключительным, противозаконным был его план, не такой уж безнравственной - афёра, приведшие его в Блэк Пау! Возможно, с этической стороны... Но, кто в наше время думает об этом! Тем более, когда речь идёт о таких деньгах! О таких возможностях! Он подробно рассказал - подробно - приятное чувство гордиться своим умом и предпринимательскими способностями - как совершенно случайно узнал о необычной, восхительно уникальной особенности Блэк Пау. Как искал выходцев из этого захолустного селения. Как наводил справки, нанимал специалистов, как нанятый им помощник перелопатил ни одну библиотеку. Пока из разрозненных, на первый взгляд, не связанных между собой, не имеющих ничего общего фактов не сложилось твёрдое убеждение - мыс Блэк Пау - чистое природное серебро! Кто бы мог пройти мимо такого подарка судьбы! Никто! И никто не смог остановить его на пути к обладанию Блэк Пау! Даже документы о законном владельце не могли заставить его отказаться от этой навязчивой , ставшей для него всем, его жизнью - идеи. Он тайно отправился в Блэк Пау с целью самостоятельно провести необходимые, окончательные анализы, оценить скрытое под слоем почвы и камней, сокровище. К моменту появления Неолани все изыскания были удачно завершены, и он собирался покинуть Блэк Пау. Ему оставалось совсем немного - самую малость - подать документы с просьбой признания небольшого, не имеющего какой-либо ценности, мыса его собственностью, получить соответствующее решение и ... приступить к промышленной разработке. Блэк Пау - настоящее золотое, нет, ещё лучше - серебряное дно! Но тут появилась Неолани! Она смешала все планы. Стала угрозой всему, так хорошо продуманному и почти завершённому предприятию! Он понял, да Неолани и не скрывала этого, что она единственная законная хозяйка Блэк Пау. Но это не могла остановить его. С начала он хотел и старался обольстить уродину. К его недоумению и разочарованию, чары признанного Дон Жуана не подействовали. Он, сбившийся со счёта своих побед над женскими сердцами, с трудом помнивший, и то не все, имена своих партнёрш, не смог очаровать, мягко говоря, странную девушку. Оставалась ещё одна возможность - Неолани должна была исчезнуть.

- Исчезнуть! Как ты предполагал, как планировал моё исчезновение?

Изумилась, до этого ,молча слушавшая откровения мужчины, Неолани.

- Глупышка. На такой, как ты сейчас, я готов жениться. Немедленно!

Мужчина протянул к Неолани руку.

- Теперь ты всё знаешь, Неолани. Тебе решать.

Девушка не поняла какая именно из четырёх, поднявшихся со скамьи фигур, сказала это. Внезапно похолодало, стало заметно сумрачнее. Живой свет канделябров сменился тусклым желтоватым свечением. По низу "зала", переворачивая мелкие камушки мозаики и превращая изящные арабески в жуткие загогулины, пробежал, сквозняком укрепляясь, сырой чёрный ветер. Неолани почти что и не могла различить лиц, поднявшихся во весь рост людей. Они, как и очертания фигур, расплывались, теряя чёткость очертаний и форм. Да, она должна решить. Но... Этот мужчина, спрятавшийся за одним из прекраснейших имён, предатель и , возможный убийца. Но он говорит, что Неолани нравится ему. В такие минуты не врут. Или... даже сейчас он блефует? А она... Да, не смотря и вопреки всему, что подозревала, и укрепилась в подозрениях, и узнала - она любит его. Любит с первого мгновения, первого слова, первого взгляда. Да что там - ещё не видя, не зная, только ощущая его, его присутствие в доме, она уже была взволнована, счастлива. И... ничего не может, не сможет с собой поделать!

- Неолани! Время на исходе!

Это треск рассыпающихся, крошащихся древних стен.

- Ещё немного! Пожалуйста.

Неолани схватила протянутую к ней руку мужчины - она не может! Не сможет оставить его...

Медленно, неотвратимо медленно серебро поднималось по ногам мужчины всё выше и выше, захватывая бёдра, живот, грудь. Вот оно разлилось по рукам, влилось в сомкнутые ладони мужчины и женщины... И, будто получив дополнительный толчок, мгновенно овладело их головами, телом женщины. С треском погасли светильники. Где-то глухо ухнул филин, зашумели крылья растревоженных птиц. Завозились просыпаясь мелкие зверюшки, сквозь чуткий сон прислушались к чему-то косули и горные козы, захрюкали кабаны, поднимая молодняк с нагретой земли. Заволновались заросли. Все и всюду пришли в движение. Блэк Пау величественно, почти бесшумно, не поднимая брызг, начал сползать в море. Сначала под водой исчезли Когти. Вслед за ними, с достоинством - улица за улицей - ушло под воду селение... Потом уже, со всё нарастающей скоростью, увлекая за собой глыбы земли и камней, в щепки ломая прекрасные деревья, исчез в пучине весь мыс. На краю пропасти, балансируя над огромной воронкой, оказалась гряда Кара Шен. Казалось... Но... нет! Огромные чёрные зубы дракона устояли, разделив пространство суши и воды, закрыв собой даже воспоминания о чудном цветущем Блэк Пау.


Морис Равель. Игра воды.


Зима-весна 2019 Гуля