Гультрэ Икан Релавьевна : другие произведения.

Спящий красавец

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Школа кожевенного мастерства: сумки, ремни своими руками
  • Аннотация:
    Фэнтези, сказка, немножко юмора и совсем чуть-чуть эротики


СПЯЩИЙ КРАСАВЕЦ

(сказка для взрослых девочек)

   Я висела.
   Ну как висела? В паутине. И печально размышляла, как это меня угораздило так попасться.
   Потому что, если вы, отправившись на лесную прогулку, сходите с проторенной тропы и внезапно оказываетесь в чужом лесу чужого мира -- это сказка. Но если вы, не пройдя по чужому миру и сотни шагов, вляпываетесь со всей дури в паутину -- это суровая реальность. Ужасающе суровая.
   Поначалу я, конечно, дергалась и билась, но потом представила себе, каким должно быть существо, соткавшее эту чудовищную паутину, и затихла в испуге. И теперь висела вялой мухой, опутанная клейкими нитями, и с тоской вглядывалась в просветы между деревьями в надежде на спасение. Но ни один паршивец-комар не спешил мне на помощь!
   Или все-таки?.. Чья-то огненная макушка мелькнула среди ветвей, а через мгновение передо мной предстал ее обладатель -- лопоухий веснушчатый парень, голый по пояс, в мешковатых латаных штанах. Парень улыбнулся широко, от уха до уха, подмигнул... и прошел мимо, скрывшись из глаз. Что еще за "салют Кибальчишу"?!
   -- Эй! -- возмущенно крикнула я ему вслед.
   Парень появился снова, и уже не один -- к давешнему рыжику прибавился приятель с соломенно-желтыми волосами, местами выгоревшими до белизны.
   -- Девка! -- осклабился белобрысый.
   -- Неви-и-инная! -- пропел рыжий.
   -- Эй, может, все-таки поможете?
   -- А ты нам что?
   -- А вы что, плату за спасение берете?
   -- Да вас не наспасаешься, ходите тут табунами!
   -- Куда? -- опешила я.
   -- Ну это... -- напрягся блондин. -- Принца целовать.
   -- Какого еще принца?
   -- Да ты че, не знаешь, что ли?! -- изумился рыжий.
   Я помотала головой.
   -- Так это... принц у нас туточки... заколдованный... Спит в своем замке. Говорят, какая девица невинная поцелуем его разбудит, ту он в жены и возьмет. Вот и лезут все сюда. И вязнут в паутине.
   -- И всех спасаете?
   -- Ну а че?
   -- А потом?
   -- Потом отпускаем, вестимо. Тока выкуп сперва берем.
   -- А какой выкуп? -- заинтересовалась я.
   -- Дык... знамо дело... -- зарделся рыжий.
   -- Дык... -- смущенно подтвердил второй. -- Чего еще с девки возьмешь?
   -- Нет уж, -- возмутилась я, -- лучше уж тут повисю... повишу!
   -- Что, не спасать? -- уточнил белобрысый.
   Я помотала головой.
   -- Ну как знаешь, -- опечалился рыжий.
   -- Надоест висеть -- все равно обратно позовешь, -- предсказал блондин, покидая поляну вслед за товарищем.
   Позвала почти сразу.
   -- Что, передумала? -- радостно ухмыльнулся конопатый.
   -- Не. Спросить хочу.
   -- Ну давай, спрашивай, -- соломенный и не пытался скрыть разочарования в голосе.
   -- Мне вот интересно, все, что ли, в паутине застревают? Или кому-то удается и дальше пройти?
   -- Ну, бывают такие, что и проходят
   -- И что?
   -- Что-что... Возвращаются потом. Бегом. Глаза как плошки, волосы дыбом, чушь всякую бормочут. Жалко девок, -- резюмировал рыжик.
   -- Так че, висишь дальше? -- поинтересовался его товарищ.
   Я кивнула, и эти двое тут же растворились среди деревьев. Страшно мне почему-то больше не было. Даже наоборот, подумалось, что было бы неплохо попасть туда, в замок, и посмотреть, чего девицы пугаются. Только подумала -- и нити паутины вдруг ослабли, перестав удерживать мое тело, и я свалилась спиной вперед в черноту зачарованного леса -- того самого, в глубине которого и ждал невесту местный спящий красавец...
   ...В каменную кладку я уперлась к вечеру какого-то дня. Решила переночевать прямо у стены, под колючими кустами, а штурм заколдованного замка отложить на утро. Но штурмовать не понадобилось -- оказалось, что внутрь проникнуть совсем легко. Зато интерьеры полностью соответствовали моим ожиданиям -- кругом пыль, паутина, с карнизов истлевшие обрывки портьер свисают, обивка на мебели прогнила...
   Ну и спящий красавец под стать антуражу -- чисто мумия: высохшее тело, обтянутое желтоватой пергаментной кожей. Понятно, отчего девки драпали.
   Я загрустила: с одной стороны, было любопытно, да и принца жалко -- спит ведь, ждет свою суженую, а ведь так и сгниет здесь, если ни одна решится... Правда, целовать мумию и у меня никакого желания не было... но я все равно ее поцеловала. И каково же было мое потрясение, когда костлявые руки внезапно заключили меня в крепкие объятия. Дернулась сразу, отпрянула... Впрочем, сильно испугаться я не успела, потому что мужские губы, накрывшие в следующее мгновение мой рот, ничем на губы покойника не походили, а были, наоборот, живыми, теплыми и удивительно нежными и целовали так сладко, что я не могла не откликнуться.
   Когда меня наконец выпустили из объятий, мне удалось рассмотреть этого... принца. Ну что, всем хорош: чувственно изогнутый рот, высокий лоб, четко вылепленные скулы и нос, ровные, в меру густые брови и пронзительно-васильковые глаза. Словом, образец мужской привлекательности. И образец этот почему-то всем своим видом выражал огорчение.
   -- Не девица... -- с грустью высказался принц.
   -- И что?! -- возмущенно вскинулась я. -- Плохо разбудила? Так ложись, спи дальше! Жди свою невинную.
   -- Не, разбудила как раз хорошо, -- принц довольно ухмыльнулся, -- но... жениться-то нельзя. Не положено.
   -- Эк у вас все строго, -- запечалилась я. -- Но я, честно говоря, и не планировала. И вообще случайно. Мне бы домой.
   -- И что, неужели никому до тебя не удавалось сюда пробраться?
   -- Отчего же, пробирались девицы.
   -- И?
   -- Ну и удирали с воплями ужаса -- пыль, паутина, по углам чуть ли не привидения, да и ты еще... Ты себя со стороны-то видел, когда здесь валялся?
   -- Эх, -- огорчился разбуженный красавец, -- перемудрил я. Думал так несерьезных претенденток отпугнуть. А та, которую настоящее сильное чувство вести будет, страху не поддастся.
   -- Знаешь, -- я хихикнула, -- единственное сильное чувство, которое меня сюда вело, это любопытство. И на данный момент оно вполне удовлетворено.
   -- Тебя как зовут-то? -- вдруг догадался спросить принц.
   -- Маша.
   -- А меня Арней, -- представился он в свою очередь.
   -- И что дальше? -- полюбопытствовала я.
   -- Гм... Ну, если жениться нельзя, то ведь всего остального никто не запрещал, а, Маша? -- и принц с надеждой заглянул мне в глаза.
   -- Ты что?! -- возмутилась я. -- Вот здесь, в этой грязище?! Да я и сама, не забудь, не один день к тебе лесами пробиралась, тоже не фиалками благоухаю, так что ничего остального, покуда ванну не приму.
   -- Ну, с этим-то как раз легко, -- принц взмахнул рукой, и спальня сразу приняла подобающий вид -- занавески на окнах засияли золотым шитьем, выгоревшие обои насытились цветом, постель, с которой мы успели подняться за время разговора, сама собой застелилась свежим бельем, и даже балдахин над ней больше не пыхтел пылевыми облаками, стоило его слегка коснуться.
   Как по волшебству. Впрочем... почему "как"? Волшебство и было. И ванна, прятавшаяся за неприметной дверцей, оказалась настоящим бассейном. Я скинула одежду у бортика, ничуть не смущаясь присутствием принца. Ну а что, меня мое тело всегда устраивало, чего стесняться-то?
   Принц тоже быстро обнажился, а потом замер, на меня глядючи, и тело его выдавало вполне недвусмысленную реакцию... Сразу видно, что у мужика сто лет никого не было.
   А потом он шагнул ко мне, подхватил за талию и буквально смахнул в бассейн -- и сам плюхнулся следом. И тут же принялся восторженно лапать, будто мальчишка-подросток.
   -- Э, нет! -- возразила я. -- мы сюда мыться пришли!
   -- Ну, мыться -- так мыться, -- покладисто согласился принц.
   И конечно, взялся вымыть меня собственноручно. Стоит ли упоминать, что это мытье то и дело переходило в откровенные ласки? Я млела. Отвечала -- терлась, прижималась, дышала часто-часто -- но от продолжения уклонялась.
   -- В постели хочу, -- шептала.
   В итоге я и оказалась в этой самой постели. Принц усадил меня на самый краешек, а сам пристроился сзади и принялся соблазнять меня уже не с наскока, а обстоятельно, со знанием дела. И для начала легонько коснулся губами шеи, а потом прошелся медленными поцелуями сверху вниз по спине, обводя языком каждый позвонок.
   -- Ох! -- выгнулась я со стоном. -- Неужели сказочные принцы такое умеют?
   -- Принцы умеют еще и не такое, -- шепнул красавец, -- и ты очень скоро в этом убедишься.
   И я убедилась. Потому что очень скоро я воском плавилась в его умелых руках, бесстыдно прогибалась, подставляя тело под его поцелуи, откликалась на каждое прикосновение и была готова проделать все то, на что никогда не решалась с другими мужчинами. И проделывала.
   Он был хозяином надо мной и во мне. Он лишал меня дыхания, разрушал, сжигал -- и заново создавал из пепла, я больше не принадлежала себе, в его власти было оставить мне жизнь или лишить ее, а мне оставалось только молить... нет, не о пощаде -- о продолжении.
   Я льнула к нему кошкой и обвивалась вокруг него змеей -- даже не подозревала прежде, что все это во мне есть. Он пробудил это...
   Три дня спустя... а может, позже или раньше... мы сидели все на той же кровати друг перед другом, сложив ноги по-турецки, утомленные, нагие, счастливые, а между нами стоял поднос с фруктами.
   Я взяла яблоко, поднесла его ко рту, вгрызлась с наслаждением в хрустящий бочок. Струйка сока задрожала на губе, грозясь сползти на подбородок. Я торопливо слизнула ее языком и почему-то именно в этот момент внезапно осознала, что сказка кончилась. Что мы никогда больше не будем сидеть тут вдвоем, и это последние мгновения общего счастья.
   -- Что -- всё? Пора? -- растерянно, неверяще спросила я, выпуская яблоко из ослабевших пальцев.
   Принц молча кивнул, и мы поднялись. Он снял со своей шеи цепочку с подвеской и надел ее на меня. Ярко-синий камень кулона цветом напоминал глаза моего сказочного красавца. Я посмотрела на камень, потом подняла взгляд на принца, снова вернулась к кулону... задумалась. Принц снова кивнул:
   -- Буду присматривать за тобой.
   -- Вот и кончилась сказка, -- с грустью подытожила я.
   -- Не печалься, сказка останется с тобой, -- с этими словами принц коснулся губами моего виска, а потом словно бы подтолкнул легонько в спину.
   И оказалось, что я стою -- как была, голышом -- на собственной кухне. Благо жила я одна и никого не могла смутить таким своим появлением.

***

   Я кое-как составила тяжелые сумки на коврик перед дверью и повернула ключ в замке.
   -- Мама! Мама! -- бросилась мне навстречу Василинка.
   Вот она, моя сказка -- румяные щечки, тугие русые косички, бровки соболиные -- и пронзительно-васильковый взор обрамленных пушистыми ресницами глазок.
   -- Пойдем, -- дочь потянула меня за руку, -- я тебе кое-что показать хочу.
   Линка привела меня на кухню и, улыбаясь, плюхнулась на табуретку.
   -- Вот, смотри, -- она гордо показала мне скромный натюрморт -- яблоко на блюдце.
   -- Это ты рисовать собираешься? -- осторожно спросила я.
   -- Это я так с папой разговариваю! -- заявила дочка.
   Про папу я ей ничего никогда не говорила. Да и что можно было ребенку рассказать? "Твой папа сказочный принц из другого мира". Ха! Сейчас еще, может, и прокатит. А через пару лет? Нет уж!
   -- Как это? -- все-таки решилась спросить я.
   -- Ну как же, мама, яблочко-то наливное!
   А блюдечко не серебряное, машинально отметила я. Зато старинное, еще из прабабкиного сервиза -- беленькое с причудливым голубым (а когда-то насыщенно синим) рисунком по краям.
   -- И часто ты с папой общаешься? -- яблочко с блюдечком окончательно выбили меня из колеи.
   -- Почти каждый день, -- сообщила Василинка.
   -- И что говорит? -- осведомилась растерянная мама в моем лице.
   Да, вот что может говорить ребенку выдуманный папа, использующий сказочные средства связи?
   -- Говорит, чтобы ты не расстраивалась, -- серьезно ответила дочь, -- что он нас к себе заберет. Вот дождется, пока вторая жена кончится -- и заберет.
   -- Как это -- кончится? -- не поняла я.
   -- Ну как-как, просто, как это обычно бывает! Вот была-была одна жена -- и кончилась. Потом вторая. А когда она тоже кончится -- папе разрешат жениться на той, которая семь лет ждала, -- с этими словами Линка соскочила с табуретки и унеслась в комнату.
   Мысль о том, как могут кончаться жены, мне не понравилась, и я ее думать не стала. Подумала другую: о том, что ведь и правда уже почти семь лет прошло. И за все эти годы ни разу я ни на одного мужчину заинтересованного взгляда не бросила. И сердце ни разочка не екнуло. Не потому что претендентов не было -- были, да еще какие -- все как на подбор красавцы, умные и при деньгах. Некоторые даже настойчивость проявляли. Особо настойчивые, которые не гнушались и руки распускать, после такого с моего горизонта исчезали мгновенно. Будто и не было. А если попадались потом навстречу, спешили на другую сторону улицы перейти.
   В задумчивости я поднесла ко рту яблочко -- то самое, наливное -- и впилась в него зубами. Яблоко оказалось сочным и ароматным. "Потому что наливное", -- подумала, а потом бросила взгляд на блюдце и застыла, не поверив своим... вообще ничему не поверив. Потому что из посудины мне нахально подмигивал лукавый васильково-синий глаз. И красивые губы, которые умеют дарить такие сладкие поцелуи, расплылись в улыбке, а потом шевельнулись, произнося одно-единственное неслышное слово.
   -- Верь! -- разобрала я.
   Капелька яблочного сока качнулась на губе и, не встретив никаких препятствий, сползла вниз по подбородку, оставляя за собой влажную кисленькую дорожку...
  
   5 января 2016 г.


Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"