Гуськова Татьяна: другие произведения.

Янтарный единорог

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние Истории на ПродаМане
Peклaмa
Оценка: 7.00*3  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Решила выложить. Это первая книга дилогии. Полностью дилогия выходила в одной книге в издательстве АСТ в мае 2006 г. Северянин, по имени Хог, остался совершенно один в мире. Родные его все погибли, с друзьями он никогда близко не сходился, ему нравилось быть самому по себе, но вот настал миг, когда одиночество в тягость. Заступившись в трактире за безвестную девушку, Хог понял, что кому-то может быть еще хуже, чем ему, кому-то он сам может стать опорой и защитой. С этого момента судьбы Рыжей и северянина тесно переплелись. Только захочет ли девушка, чтобы ей помогали? Нет. Но Хог не сдается и отправляется вслед за ней. А, тем временем, в мире происходит что-то странное. Зима уже началась, а осень уходить и не собирается, становится все теплее, начинают расцветать цветы. Как же это связано с Рыжей и висящим над ней проклятием — девушку преследуют страшные демоны в обличье воронов?

  Книга 1
  ЯНТАРНЫЙ ЕДИНОРОГ
  
  Посвящается всем тем, кто сможет себя узнать,
  Особенно Андерам Черному и Белому,
  Которые на самом деле близнецы,
  Незабвенной Ильд, Нетопырю
  И всем остальным моим друзьям и родственникам
  Часть 1
  ВСЛЕД ЗА ОСЕНЬЮ
  Глава 1
  ЧЕРНЫЕ ПТИЦЫ
  Хога мучила тоска. Наступала очередная зима, и его опять начинало одолевать чувство полного одиночества. Не ждал дома теплый очаг, никто не ждал, да и не было больше дома. Тоску свою северянин утолял, как умел - в кувшине с пивом, хотя с того быстро не опьянеешь, но вино он не любил и считал прокисшими помоями. Но сколько бы Хог не заливал в себя доброго напитка, тоска не проходила, а даже становилась вроде как сильнее, и вскоре ему хотелось выть на луну во всю мощь своей северной глотки. Впрочем, даже этой малости ему было не дано - в окно виднелись пухлые тучи, плотно затянувшие небо, того и гляди, посыплется первый снег.
  Постепенно белобрысая голова Хога стала клониться на грудь. Двое за соседним столиком переглянулись, один пощупал нож на поясе.
  Резко хлопнула входная дверь, разбудив северянина. По ногам потянуло сквозняком. Новый посетитель огляделся, стоя на пороге, потом подошел к очагу, протягивая к огню озябшие руки. Пересуды на миг прекратились, все разглядывали новенького.
  Пришелец был невысок. Его фигуру скрывал длинный плащ, а лицо - широкополая шляпа. На указательном пальце правой руки сверкнул какой-то камень, зеленый, словно трава.
  Хог пьяно удивился про себя глупости парня - сегодня же у того не будет перстня, а возможно и пальца, если кольцо не снимется.
  Хозяин устроил нового гостя за одним из столов и принес ему еду. Хог перестал ими интересоваться - к этому моменту северянин успел обнаружить, что пиво в его кувшине давно закончилось. Он взревел на всю корчму, требуя еще выпивки. Служанка проворно принесла новый кувшин и, взяв плату, убежала.
  Еда была простой, но хорошо приготовленной, к тому же горячей, незнакомец с удовольствием отдавал ей должное, но к кружке пива так и не притронулся, шляпа и плащ все еще оставались на нем, хотя в зале было вовсе не холодно, скорее наоборот. Но Эмульда не интересовали все эти странности, он слегка не допил, слегка проигрался, слегка поругался с приятелями, а незнакомец выглядел таким маленьким и безобидным.
  - Эй, коротышка! - Эмульд грохнул кулаком по столу. - Ты должен мне пять серебреников!
  - Я в этом не уверен, - спокойно ответил незнакомец.
  - Ах, ты меня хочешь обидеть, - безо всякой логики заорал Эмульд. Он скинул шляпу с головы незнакомца и тут же отпрянул в изумлении.
  - Девка!
  Девушка снизу вверх смотрела на него.
  - А я думал, что у меня сегодня невезучий день! - осклабился Эмульд и протянул к девушке руку.
  Непочатое пиво широкой струей плеснулось ему в лицо. Дружный хохот взбесил Эмульда еще больше, он широко размахнулся. Пока мужчина замахивался, чтобы дать девушке пощечину, тяжелая глиняная пивная кружка врезалась ему в лицо. Вниз посыпались черепки вперемешку с зубами Эмульда. На столешницу закапала кровь.
  Теперь забавная шутка превратилась в 'наших бьют'. Собутыльники незадачливого воителя забыли про ссору и всем скопом двинулись к наглой девке.
  Девушка распустила завязки плаща, движения ее были спокойны, будто и не на нее двигалась толпа разъяренных мужиков.
  Мгновение! И она на столе! Узкий длинный меч в руке появился словно из воздуха.
  Первый получил рукоятью в лицо. Сверкнул серебром дракон, обвивающий рукоять, и обидчик отступил, заливаясь кровью.
  Еще некоторые поплатились за горячность, награжденные синяками, - девушка била плашмя, не пуская в ход лезвие, - отступили.
  Раздавшийся грохот заставил всех вздрогнуть. Хог выдернул секиру из обломков стола и мрачно посмотрел на толпу.
  - Убирайтесь!
  Вооруженная девушка, доказавшая свое умение владеть клинком, да, вдобавок к ней, злющий северянин с секирой отбили у всех охоту подраться. Впрочем, к Эмульду это не относилось, он был свой и понятный, на нем и выместили все зло.
  - Спускайся, - предложил Хог девушке. Перед его глазами блестело голубоватыми бликами ясное лезвие меча. Северянин оценил оружие по достоинству. Странная ковка. Лучшие мечи на западе ковались в Марке, но им было далеко до этого клинка, тем не менее, меч был сделан на маркский манер, или же маркские клинки подражали ему...
  Словно не заметив протянутой руки, девушка легко спрыгнула вниз и только после этого убрала меч в ножны.
  Девушка оказалась на самом деле выше, чем он думал и доставала макушкой северянину почти до подбородка. Рыжая, как осенние листья. Глаза скрывала неровно обрезанная челка, остальные волосы были заплетены в косу.
  - Я Хог, - сказал северянин. - Хотя некоторые называют меня Бешеный Волк.
  Девушка улыбнулась.
  - Прозвище? - от ее голоса у Хога гулко стукнуло в груди, такого он никогда не слышал. - Меня тоже называют по-разному и Осенний Лист, и Лисий Хвост, но чаще всего просто Лисица, или Рыжая. Зови, как больше понравиться.
  Прозвищ действительно было много, все они ей подходили, но настоящего имени среди них не было, это Хог сразу почувствовал.
  Овальное лицо с нежной кожей, лет не больше 18-19, на левой щеке рядом с ухом белел шрам, будто чьи-то крепкие когти разодрали кожу, мочки уха не было вовсе. Почему она, вместо того, чтобы радовать отца с матерью и морочить парням головы, а то и уже нянчить детей, ходит с мечом по корчмам?
  - Пойдем, - сказал Хог, - нельзя тебе здесь оставаться. Здесь неподалеку живет одна знахарка, провожу тебя, там переночуешь.
  Окошки в доме Голты еще мерцали неверным янтарным светом, пробивающимся сквозь неплотно притворенные ставни. Хог зашел не стучась, девушка шла за ним. Знахарка встретила северянина хмуро, а, увидев его спутницу, и вовсе разворчалась. Бурча что-то про мужскую глупость, она увела девчонку за собой. Голта, не смотря на свое ворчание, была женщиной доброй, никогда не отказывала Хогу в помощи, когда тот приходил с ранами или какими хворями, даже если у непутевого не было денег.
  Уразумев, что женщины уединились надолго, Хог взял одеяло и улегся в сенях на лавке. Было довольно прохладно, но такой холод привычному ко всему северянину был нипочем. Уснул Хог быстро и спал крепко, но проснулся сразу. Кто-то шел к нему. Шума шагов он не слышал, лишь намек на шум шагов, но этого хватило, чтобы сон слетел окончательно. Хог лежал не шевелясь, ожидая дальнейших событий, ничем не выдавая своего пробуждения, даже посапывая, будто во сне.
  Легкие пальцы коснулись одеяла, которым он укрывался. Шелест слов на незнакомом языке. Сквознячок приласкал Хога по щеке. Наступила тишина. Северянин хотел встать и проверить все, но глаза помимо воли закрылись, и он уснул.
  Утром Хога разбудил заливистый петушиный крик. Он сел на лавке, пытаясь вспомнить, где находится. Такое с ним было впервые.
  - Пора бросать пить.
  - Причем давно, - сказала входящая в сени с улицы Голта, в руках знахарка несла ведро с водой.
  Хог встал и помог женщине занести его в дом.
  - Послушай, - северянин почесал в затылке, - мне приснилось, или девушка вчера все-таки была?
  Голта внимательно посмотрела на Хога.
  - Была, как же не быть, только ушла она ночью.
  Хог опешил:
  - Как ушла! Как ты могла ее отпустить ночью, одну!?
  Голта строго посмотрела на северянина.
  - Нельзя ей долго оставаться на одном месте, да и постоять она за себя сможет.
  - Ты что-то знаешь про нее? - озаренный внезапной догадкой, спросил Хог.
  - Не след тебе вмешиваться, - знахарка отвернулась, собираясь заняться своими делами.
  Хог схватил ее за руку.
  - Ответь мне, Голта! Что с ней, она в беде?
  Знахарка села на табурет.
  - Расскажу я тебе, пожалуй, одну историю, а ты сам решай, вмешиваться тебе или нет!
  Жил как-то на свете один король, владел он богатством и властью, а также тайными магическими силами. Но самой большой радостью в жизни короля была его единственная дочь - напоминание об умершей жене. Счастью есть много завистников. На дочь короля наслали проклятье. Где бы она ни появилась, стали ее преследовать демоны в обличье черных птиц. Пробовал король откупиться от них. Сначала предложил он им свои богатства, но демонам они были не нужны. Предложил тогда король свою власть, но отказались демоны. В последний раз предложил король свою жизнь, опять отказались они. Из замка пропала дочь короля, а значит, жизнь его они уже получили.
  - Интересная сказка, но к чему ты ее рассказала?
  - Дочь того короля была рыжей, как осенние листья, за что ее прозвали Лисицей.
  Хог сжал кулаки. Ему вспомнились шрамы на лице девушки.
  - Это те птицы?
  Голта кивнула.
  - Вороны.
  
  Хог немало времени провел в Шэанских лесах и хорошо знал их. Пиннар в свое время сделал из него неплохого следопыта, но следов Лисицы северянин найти не мог. Их попросту не было. Только большой черный ворон следил за ним с ветвей рябины. Хог кинул в него камнем, но черная птица переступила на ветке, и камень пролетел мимо. Янтарные глаза с насмешкой смотрели на глупого человека. Ворон хрипло каркнул, тяжело снялся с ветки и улетел.
  Северянин долго бродил по лесу, но так ничего и не нашел. Тогда он решил действовать по-другому.
  На шее под одеждой в маленьком кожаном мешочке, перевязанном шерстяной нитью, хранились двадцать четыре сливовые косточки, на каждой собственноручно Хогом была вырезана руна.
  Северянин достал из своего мешка кусок чистой белой ткани и, найдя подходящее место под деревом, расстелил его, после чего попытался отрешиться, как учил дед. Теперь Хог жалел, что мало слушал старика, а все стремился посмотреть на бойцов, послушать истории про подвиги.
  Воспоминания о старом эриле, мастере рун и рунических заклинаний, будто помогли ему. У Хога даже волосы на голове зашевелились, настолько он ощутил близость сил, к которым собрался обратиться.
  Хог высыпал руны на ткань, перевернул изображением вниз, а потом стал перемешивать, задавая про себя один и тот же вопрос, потом отобрал те три руны, что наиболее часто оказывались под рукой, а остальные убрал в мешочек, чтобы не мешались.
  Первой появилась руна 'Дорога'. Что ж, достаточно ясный ответ на вопрос.
  Хог перевернул вторую косточку. 'Дар'! К чему бы это? Руна означала не только подарок или дар, а еще верность или долг, но и это не все - могущественную, изначальную магию означала эта руна. Выходит, с ней тоже придется встретиться. Дед говорил, что у Хога чутье на магию, также он предсказал внуку, что дочь его будет могущественной ведьмой. Десятилетний мальчишка посмеялся над стариком, но теперь Хогу вспомнились эти слова.
  Последняя из косточек скатилась с ткани и затерялась в траве. Только Хог хотел потянуться за ней, как его оглушили мощные крылья, обрушившиеся на голову. Крепкий клюв выхватил руну из травы, и птица улетела. Другие вороны, сидящие на ветвях окрестных деревьев, подняли гвалт, будто смеялись.
  Хог торопливо убрал рунные косточки, свернул ткань и спрятал ее в мешок. Он мог перебрать руны и посмотреть, какой из них не хватает, но делать этого почему-то очень не хотелось.
  Итак, руны показали дорогу, значил Рыжая, скорее всего, направилась по Шэанскому тракту на запад.
  Когда Хог вышел на дорогу, солнце уже садилось.
  Ночью шел снег, первый снег в этом году. Хогу приснился осенний лес, пестрые листья ветер нес над землей.
  Проснувшись, северянин отряхнул снег с одеяла, наскоро перекусил запасами, взятыми в дорогу, и отправился дальше. Нужно будет заглянуть по дороге в какую-нибудь деревеньку, прикупить еще еды.
  Деревня называлась Заречье, как, впрочем, и две ее соседки. Были поблизости также и Поречье и Приречье.
  Хог зашел в крайний дом. Все домочадцы ковырялись в саду. Почти весь урожай был собран, но на ветках оставались еще осенние яблоки, их-то и добирали.
  Путника заметили, и навстречу северянину вышел невысокий чернявый мужичок, его густые черные брови срастались на переносице.
  - Чего надо? - угрюмо спросил он.
  - Мне бы еды купить, - Хог показал медную монетку, чтобы убедить недоверчивого крестьянина.
  Хозяин кликнул свою жену, и та скрылась в доме.
  - Хороший урожай? - спросил Хог, поднимая с земли маленькое румяное яблоко.
  - Да не то чтобы. Год не особо урожайный, а тут еще воронье налетело, тьма-тьмущая, ну мы и решили остатки добрать, пока они все не посклевали.
  Хозяйка принесла узелок, из которого выглядывала краюха хлеба, Хог прихватил еще пару яблок, расплатился и ушел. Теперь он знал, что идет правильно.
  К полудню северянин подошел к мосту.
  У входа на мост в будке сидел сторож. Хог заглянул к нему, чтобы порасспросить. Но сторож не видел проходившей по мосту девушки.
  - Здесь три дня уж в одиночку никто не проходил.
  Но это не сбило Хога со следа. Рыжая вполне могла присоединиться к какому-нибудь обозу. А то что сторож не помнил рыжую девчонку... Так он тоже сначала не признал в маленьком страннике женщину.
  На другой стороне моста Хога встретило еще одно Заречье. Эту деревню он миновал не останавливаясь.
  Ночь встретила северянина в лесу. Он расположился на ночлег на небольшой полянке, запалил костер, сходил за водой, потом повесил над огнем маленький котелок. Вода закипела и в нее полетели луковица, из тех, что продала хозяйка из Заречья, несколько кусочков копченого мяса и горсть крупы. Хог нагнулся помешать варево, а когда поднял взгляд...
  ...по другую сторону костра сидела Рыжая.
  Отблески костра плясали в ее глазах.
  - Зачем ты идешь за мной?
  - Я слышал твою историю, - Хог смутился и опустил глаза, а когда поднял взгляд, рядом никого не было. Ветер бросил в котелок желтый кленовый лист.
  - Мерещиться начинает, - Хог потер глаза, потом тщательно осмотрел то место, где сидела девушка. Конечно, никаких следов он не нашел. Где-то далеко злобно каркнул ворон.
  
  Повозка тихо покачивалась, убаюкивая Хога, всю ночь просидевшего у костра не смыкая глаз. А как только рассвело, северянин не замедлил выйти на дорогу, где его и подобрал Горош, ехавший в Мивор на осеннюю ярмарку. По мнению Хога, что-то она запоздала эта ярмарка, но крестьянин объяснил, что в Миворе такая традиция.
  Под копытами пары лошадок хрустели ледком подмерзшие лужи. По небу плыли серые клочковатые облака. Под скрип колес и невнятное бормотание Гороша Хог задремал.
  И тут же оказался в огромном сумрачном зале, он знал, что видит сон, что это не наяву, но в сердце бился страх. По пыльному ковру Хог двинулся туда, где виднелся трон. На высоком резном троне некогда очень богатом, а сейчас полуразвалившемся, сидел человек.
  Хог шел, чувствуя на себе взгляд странных белых, без зрачка и радужки, глаз.
  - Кто ты? - спросил старик.
  Северянин вздрогнул от звуков этого голоса. Человек на троне продолжал смотреть прямо, поверх его головы. Слепой - догадался Хог.
  На голове старика была то ли корона, то ли венок из кленовых листьев.
  - Я Хог Хогарсон, по прозванию Бешеный Волк.
  - Не видел ли ты моей дочери, Хог?
  На спинку трона сел большой черный ворон, он глянул на Хога желтым глазом, а потом кинулся вперед, целясь клювом в глаза.
  С криком Хог проснулся, но потом еще долго не мог успокоиться, правый глаз, куда во сне попал клюв черной птицы, дергался.
  К вечеру вдалеке показался город, а в голове у Хога роились всякие умные мысли.
  Он пытался понять, зачем идет за Рыжей. Девушка ему понравилась, рыжая воительница, с этим все понятно, но чем он сможет помочь ей, если догонит - ничем. Только привлечет к ней внимание черных птиц. Хог вспомнил меч Рыжей, бегающие по нему голубые всполохи. Наверняка она прикончила им не одного ворона, но, как он понял, сколько их не убивай, они все равно появляются. А что если...
  Расставшись в Миворе с Горошем, Хог нашел недорогую гостиницу, переночевал там, а с утра отправился в квартал оружейников.
  Мастера оружейного дела были в любом уважающем себя городе, хоть несколько лавок, но обязательно устраивались рядом с кузнецами. Мивор ничем не отстал, здесь оружейники занимали целую улицу. Это, конечно, не Марк, где почти все жители - оружейники, но нечто стоящее можно найти и здесь. Хватало и подделок, но Хога интересовало нечто определенное.
  Обойдя стороной несколько лавок, северянин остановился возле одной, где на вывеске красовался вставший на дыбы конь. Внутри было гораздо спокойнее, чем в других местах, а простые на вид мечи на прилавке показались бы стороннему человеку безумно дорогими. Все они были закляты от нечисти.
  За прилавком сидела миловидная молодая женщина с длинными темными волосами, заплетенными в две косы. Она полировала мягкой тряпочкой какой-то кинжал. На вошедшего женщина даже не подняла взгляда, все ее внимание было поглощено работой.
  Хог осмотрелся, выглядывая искомое, но нужного не нашел.
  - Мне нужна мерья♣, - наконец сказал он девушке. Та подняла на Хога свои желтоватые глаза.
  - Ты не похож на охотника.
  - Я не охотник, - Хога тревожила оружейница, было что-то... как тень за ее спиной... как тьма за золотом ее глаз...
  - С кем же ты тогда собрался драться? С мертвецами с соседнего кладбища?
  Хог сжал кулаки.
  - Не твое дело, мне нужна мерья!
  - Купи себе серебряный кинжал или вырежи осиновый кол...
  Хог стукнул кулаком по прилавку, прервав речь оружейницы.
  - Мне нужна мерья!
  Кинжал в руке женщины вытянулся, превращаясь в длинный туманный меч, глаза полыхнули как у дикой кошки.
  - Я не продам тебе ничего, самоубийца.
  Из лавки Хог ушел злой и ни с чем. Больше в городке ни одной лавочки, торгующей магическим оружием, не было.
  Немного поразмыслив, Хог решил наведаться на ярмарку, в надежде, что там окажется какой-нибудь заезжий колдун, у которого можно поразжиться мерьей или еще каким зельем.
  Чутье северянина не обмануло, чародеев было целых трое.
  Но один из них оказался простым шарлатаном-фокусником. Другой - маленький сморщенный старик, на плече которого сидел хорек, вообще отказался иметь с Хогом дело.
  Северянин почти отчаялся, но в третьей лавке его ждала удача.
  Маг оказался плотным темноволосым мужчиной с приятным мягким лицом. Он выслушал просьбу Хога, посетовал на жадность других, а после предложил смазать оружие Хога мерьей, отказавшись продать ее северянину, ссылаясь на то, что у него осталось совсем чуть-чуть, самому еще может понадобиться.
  Маг достал из шкатулки маленькую золотую баночку, отвинтил крышку и нанес на лезвие протянутой Хогом секиры вязкую массу красноватого цвета, потом тщательно растер ее. По лавке разнесся удушливый запах каких-то трав. Хог про себя удивился, но ничего не сказал, мерья, которую делал его дед, была прозрачной с нежным голубоватым блеском и пахла свежестью, как пахнет воздух после грозы.
  Возвращался в гостиницу Хог уже под вечер. Темнеть начинало все раньше и раньше. На улицах возле гостиницы, где остановился северянин, уже сгустилась ночная темнота. Ветра не было, но ночной морозец цеплялся за нос. Далекие звезды холодно пялились с чистого неба.
  Хлопанье крыльев заставило Хога замереть с секирой в руке. Какая-то крупная птица пролетела между домами, Хог заметил только смазанный силуэт.
  Ведь вороны не летают ночью! Если, конечно, они не демоны.
  Рукоять секиры стала скользкой в мокрых от пота руках. Но появление птицы он все же успел заметить. Лезвие, смазанное смертельной для нечисти мерьей, двинулось наперерез крылатому. Птица с клекотом увернулась и вцепилась Хогу когтями в руку. Полыхнули золотом глаза. Загнутый клюв сильно ущипнул его за плечо. Ястреб был зол.
  Хог никогда не видел ястреба с глазами как у совы. Но это был не ворон! Ястреб расправил серые крылья и сердито заклекотал, ругая Хога. Слышалось в его клекоте что-то знакомое. К лапе птицы был примотан какой-то сверток. Хог размотал шнурок и снял мешочек. Ястреб тут же снялся с его плеча и улетел прочь. Северянин раскрыл мешочек, там, в прозрачной бутылочке, мерцала голубыми всполохами прозрачная жидкость.
  Утром Хог покинул Мивор. Теперь нужно вновь найти след Рыжей, а вместе с ним и черных птиц.
  Два дня он шел на запад, но ничего не происходило. Похоже, он слишком сильно отстал или потерял направление. В последнее ему верить очень не хотелось.
  Следующий день снова был потерян. Хогу пришлось укрываться в копне, забытой на лесной поляне каким-то крестьянином, а вокруг бушевала пурга. Деревья трещали, грозя похоронить странника под собой, ветер выл как бешеный пес, снежинки иглами впивались в кожу. Ненадежное убежище вот-вот готов был разметать ветер, но другого не было.
  Ночью Хогу приснилось, что к стогу подошел большой белый конь, попытался рассмотреть, кто же там прячется. А потом заржал и умчался, только мелькнул в воздухе длиннющий белый хвост.
  Утро встретило Хога тишиной, все покрывал пушистый белый снежок.
  Северянин вылез из копны и с хрустом потянулся. Казалось, что сейчас из-за какого-нибудь заснеженного бугорка выглянет белый конь. Хог перекусил всухомятку остатками припасов, купленными еще в Миворе, и отправился дальше.
  Похоже, продолжать поиски было бесполезно, но Хог не отступал из чистого упрямства. Он решил помочь Рыжей, а значит, сделает это.
  К полудню выглянуло солнце, и снег растаял, казалось, в мир вновь вернулась осень. На старом дубе упрямо висело несколько коричневых листьев. Хог решил устроить привал под старым великаном, вытряхнул остатки еды из мешка и только приготовился вонзить зубы в зачерствевшую горбушку, как в палых листьях что-то ярко блеснуло. Хог подобрал маленькую блестящую стекляшку - осколок зеркала. Он случайно порезался об острый край, и красная капля потекла по ясной поверхности. Зеркало начало медленно таять, превращаясь в туманное облачко.
  Теперь Хог знал, что он не сбивался со следа. С новыми силами северянин отправился дальше.
  Облачко немного повисело над полянкой, потом мигнуло, будто чей-то призрачный глаз, и нехотя растаяло.
  Вечером этого дня Хог вышел к небольшой деревеньке, притаившейся среди двух холмов. Он не хотел задерживаться в ней больше, чем на одну ночь.
  Деревню окружал высокий частокол, в его пределах расположилось около семи домов, крытых соломой. Северянин свободно прошел в открытые ворота, перемигнувшись с мальчишкой, который сидел в башенке над воротами. Навстречу Хогу с лаем выскочило несколько разномастных псов. Немного побрехав для приличия, они разбежались по своим делам.
  Хог обратился к высокому старику, стоящему рядом с колодцем:
  - Здрав будь, почтенный. Не подскажешь, кто меня может приютить на ночь.
  - Ты тоже здравствуй, путник. А приютить тебя может любой. Хочешь, заходи в мой дом.
  Северянин кивнул.
  У деда жил невысокий рыжеволосый парень лет 17-18, которого северянин принял за его внука.
  Поужинав, они улеглись спать. Хога уложили рядом со входом на высокой широкой лавке, постелив для удобства несколько одеял.
  Вскоре по дому разнесся храп старика, посапывал во сне парень, но Хогу не спалось. Северянина одолевали думы. Необходимо было как-то узнать, куда Рыжая двинулась дальше. Он уже давно не видел черных птиц, то воронье, что попадалось по пути, было самым обыкновенным. Уже не один пернатый крикун пал жертвой его ножа, смазанного мерьей. Рунами Хогу пользоваться не хотелось, после того, как демон утащил одну из рун, северянину они казались словно бы оскверненными, не способными больше предсказывать. А вырезать новые у Хога не было ни времени, ни подходящего настроя. Вдруг одна мысль пришла ему в голову, и он удивился, как это не подумал об этом раньше.
  Хог встал, оделся и подошел к спящему парню.
  - Эй, - позвал он шепотом.
  Парень открыл ясные глаза, будто и не спал вовсе.
  - Чего?
  - Скажи, здесь есть где-нибудь поблизости Зеркало?
  Парень кивнул.
  Теплый, будто весенний ветерок шевелил кроны деревьев, звездное небо охватывали лапы темных мохнатых туч, сквозь них призраком светилась нарождающаяся луна.
  Хог шел по лесу, следуя путем, что пояснил ему внук старика. Признаки присутствия неподалеку того, что в его народе обычно называли Зеркалом, он почувствовал уже давно. Эти волшебные места часто встречались в лесах, где редко ступала нога человека. Они считались священными у народов эльфов и альвов , кели справляли у них свой весенний праздник. Человеку, пришедшему к Зеркалу, оно могло показать будущее, подсказать, что делать дальше.
  Услышав пение воды, Хог направился к гуще кустарника. Раздвинув ветви, северянин вышел на небольшую полянку. Шелковистая трава пружинила под ногами, серебрились в темноте венчики тильресов - эльфийских ирисов. Здесь время будто не существовало, по листве деревьев стекал свет полной луны. Тишина и безветрие - не шевелились ни одна веточка, ни один листочек.
  Хог приблизился к Зеркалу. Оно было темным и гладким, словно под слоем воды не бил ключ.
  Северянин достал нож, на лезвии слабо светилась полоска мерьи, он вытер его об одежду, а потом слегка провел по пальцу. Выступила кровь. Тяжелая черная капля с грохотом разбилась о воду, но Зеркало даже не шелохнулось, только ветер шевельнул ветви деревьев, и луч лунного света пронзил густую листву. Хог увидел свое отражение. Потом понял, что видит не себя.
  Они сидели в таверне, и юноша перед ним был эльфом, хотя нет, у эльфов не бывает таких могучих плеч и простоватого доброго лица. Юноша сказал что-то, и в поле зрения появилась чье-то плечо. Хог повернул голову. Охотницу из оружейной лавки он узнал сразу, она подняла правую бровь и лукаво улыбнулась. К столу подошла еще одна девушка и поставила на него кувшин и кружки, у нее были криво остриженная челка и коса цвета осенних листьев. Рыжая улыбнулась ему и потрепала эльфа по голове. Тот стал говорить, но ни звука не доносилось до Хога. Рыжая покачала головой и стала разливать пиво в кружки, их было десять. К кружкам потянулись руки, Хог взял свою, поднес к губам и хотел было оглядеться, но пиво из кружки плеснулось ему в лицо...
  Северянин, захлебываясь, поднялся на локтях и понял, что упал лицом в родник. Он встал, отряхнулся, как пес. Нужно было уходить, теперь Зеркало выглядело темным входом в другой мир, холодный и враждебный. Хог ушел прочь. Не помешало бы обдумать показанное. Самое главное, в будущем они с Рыжей встретятся, а значит он на правильном пути.
  Остальные загадки поддавались решению не так легко, и Хог размышлял над ними, пока внезапно не обнаружил, что вышел на высокий обрывистый берег. Похоже, он заблудился.
  Внизу петляла какая-то река. Здесь он не проходил. Хог развернулся, чтобы поискать правильный путь, но, внезапно, земля под ним поползла, и он упал вниз.
  
  Где-то рядом назойливо журчала вода, в журчании был какой-то странный ритм, словно кто-то то ли пел, то ли говорил. Хог попытался вслушаться и, действительно, разобрал слова.
  Ночь. Боль. Свист клинка.
  Я хочу отступить,
  Но над пропастью
  Зависает нога.
  Яростный шквал,
  Что ни миг,
  То удар.
  Острая сталь,
  Она горяча.
  И от крови моей
  Стала алой земля.
  А как я хотел,
  Посмотреть на тебя,
  Но могилой моей,
  Будет вечно река.
  Северянин с трудом приподнял голову и огляделся. Он лежал на мелких камешках у воды, река медленно наползала, стремясь скрыть его жесткое ложе. По-прежнему звучала зловещая песня. Хог чувствовал себя слабым, не было сил убежать от странного ритма, от надвигающейся воды. Голова бессильно упала. На глаза попалась засохшая ветка, на которой сидела какая-то крупная птица, из-за темноты Хог не мог ее разглядеть. Каркающий смех избавил его от сомнений. Вода, словно приободренная демоном, подобралась к телу северянина, пальцы уже оказались в ледяном плену. Завыл вдалеке волк. Вздрогнула и проснулась, девушка с волосами цвета осенних листьев. Просвистела в воздухе светящаяся стрела, и черная птица рухнула, охваченная пламенем.
  Хог собрал все силы и поднял голову. На склоне, держа в руках лук и настороженно оглядываясь, стоял рыжий парень. Только теперь это был не деревенский простачок, в повадке юноши появилось что-то хищное, он очень походил на зверя, вышедшего на охоту. Эта повадка была хорошо знакома Хогу, так вел себя его друг Пиннар - охотник на демонов, подобное проскальзывало в поведении девушки из оружейной лавки, тоже, несомненно, охотницы.
  - Жив? - поинтересовался парень, убирая лук, и спускаясь к Хогу.
  Вода медленно отступала перед пришельцем.
  - Не думал, что тебя занесет на Погибельный обрыв.
  - Что это за место? - спросил Хог, поднимаясь с помощью парня.
  - Однажды тут убили путника. Разбойники. Напали ватагой на одного. Он был умелым воином, но против него было слишком много противников. Он как раз спешил на собственную свадьбу и на несколько дней обогнал обоз, с которым шел. Когда обоз оказался здесь, то они нашли десяток мертвых разбойников и меч воина. Тела не нашли. Река унесла. Невеста погоревала, погоревала, да и вышла за другого. За вожака тех самых разбойников. А дух несчастного с тех пор заманивает и губит случайных прохожих.
  Рассказывая, юноша волок Хога вверх по склону, так как ноги того почти не держали. Дышал северянин с трудом, каждый вздох отдавался хлюпаньем и болью в груди, наверняка сломаны ребра.
  Когда они выбрались, парень усадил Хога и сам в изнеможении повалился на траву, все-таки он был раза в два меньше северянина и гораздо легче его. Хог потом долго удивлялся, как тому вообще удалось справиться.
  - Хорошо стреляешь, - сказал Хог.
  Парень кивнул, дыша как табун загнанных коней.
  - Не мог бы ты достать то, что осталось от ворона?
  - Ничего там не осталось, все река унесла. Но даже удивительно, что он подпустил меня так близко, видно был занят чем-то, - парень подозрительно покосился на Хога.
  Хог смотрел на рыжего. Тот явно знал о черных птицах, но откуда? Или ему раньше приходилось сталкиваться с ними?
  Взаимное молчание и рассматривание затягивалось. У Хога затекла спина и все сильнее болели сломанные ребра.
  Их отвлек заголосивший вдалеке петух. Юноша поднялся, отряхнул одежду от пыли, потом помог северянину. Глядя, как Хог держится за ребра, покачал головой.
  - В ближайший месяц тебе точно никуда не уйти.
  - Посмотрим, - ответил Хог, пытаясь справиться с дурнотой.
  
  Провалявшись в доме старика с неделю, Хог решил, что пора уходить. Его все больше снедало беспокойство о том, что время идет, а он застрял на одном месте. Неизвестно, как далеко Рыжая могла уже уйти.
  Своего спасителя Хог видел редко, рано утром тот уходил куда-то, взяв лук и тул со стрелами, наконечники, которых были смазаны мерьей, а возвращался поздно вечером, когда северянин уже спал.
  Утром седьмого дня Хог, встав, начал собираться. Дед ходил кругами и ахал, сетуя на непоседливость молодости. Еще и кости не срослись, а он уже уходить надумал.
  Когда Хог с сумкой на плече вышел за ворота, появился рыжий.
  - Провожу тебя немного, - сухо сказал парень.
  Они шли молча. Хога не тяготило молчание спутника. Дышалось легко. Воздух казался сладким. Дорога мягко ложилась под ноги.
  - Сейчас нам сюда, - парень свернул с дороги в лес. Хог молча последовал за ним. По лесу они шли довольно долго, пока не забрели в самую чащу к исполинскому старому орешнику. Хог никогда не видел такого дерева, с ним могли сравниться разве что некоторые трехсотлетние дубы.
  Среди переплетения корней что-то чернело. Хог наклонился, чтобы рассмотреть и отпрянул. Копошащиеся личинки мешали рассмотреть, но он догадался, что перед ним черные птицы, мертвые. Их здесь была свалена порядочная куча, полусотня не меньше.
  Хог ошеломленно оглянулся на парня, тот стоял, равнодушно глядя на тела.
  - Тебе зачем-то был нужен мертвый ворон...
  - Но откуда?
  - Их почему-то очень интересовала наша деревня, целыми стаями вились.
  Хог позвоночником ощутил ледяной холод, неужели хозяин демонов заинтересовался упрямым преследователем.
  Он снял сумку, покопался в ней, отбирая необходимое, потом посмотрел на парня.
  - Посторожишь?
  Юноша молча кивнул.
  Дед учил Хога многому. Жаль, что не многое задержалось в голове, только самое простое, что может сделать любой деревенский колдун. Хог собирался отыскать владельца воронов. Достав небольшой сосуд, выточенный из зуба морского дракона, северянин улегся на опавших листьях поудобнее и, открыв крохотную емкость, глубоко вдохнул горьковатый аромат, пока зелье не начало действовать, вставил пробку на место и закрыл глаза. Мысли приобрели небывалую четкость, он мог вспомнить все, что когда-либо слышал или видел. Слух, обоняние и осязание тоже небывало обострились. Но постепенно все отодвигалось куда-то, Хог уплывал в темноту, не чувствуя больше своего тела. Мир переставал существовать, только фигура охотника, сторожившего его, возвышалась столбом в этом иллюзорном мире, он был как несокрушимая крепость в мире теней. Но Хога сейчас интересовал не он, северянину было необходимо другое. Мертвые демоны выглядели здесь совершенно по-другому. Не обращать на это внимания...
  Хог всмотрелся. От кучи тел куда-то за край тьмы, отчетливо видимые, тянулись темные нити, еще более темные, чем сама тьма. Хог оборвал одну из них и обвязал вокруг левой руки, полагалось вокруг правой, но так делали друзья, чтобы знать, о судьбе друг друга, для мага сойдет и левая.
  Открыв глаза, Хог ожидал увидеть своего спутника стоящим, как он видел там, но парень сидел, положив руки на колени и устало опустив на них голову. Северянин решил, что ему померещилось, чего только не увидишь в том мире.
  Расставание было коротким. Хог сказал:
  - Бывай, Птицелов.
  Юноша ответил:
  - Удачи, Бешеный Волк.
  И они разошлись.
  Путь Хога лежал теперь не на запад вслед за Рыжей, а на юг, куда звала нить.
  Тянулись дни, но зима по-прежнему не давала о себе знать. Наоборот, становилось все теплее. Днем солнце припекало почти по-летнему. Как-то Хог увидел цветущую дикую вишню. И это в последний месяц осени!
  Шел Хог все так же на юг. Места здесь были безлюдные, сплошные леса. Изредка встречались деревеньки лесных жителей, но они не жаловали человеческий род, и северянин далеко обходил все места, где имелись признаки жилья. На девятый день Хог вышел на тракт. Порывшись в памяти, северянин пришел к выводу, что перед ним Хеалийский юго-восточный тракт. Чуть южнее на нем встречаются сторожевые башенки и заставы, охраняющие путников от лихих людей. Там же нужно будет платить за проход, проезд и провоз товаров.
  По дороге идти гораздо удобнее, чем по лесу, но можно было с большой вероятностью наткнуться на лихих людей, от которых строились заставы на юге. Хог подумал-подумал и пошел рядом с дорогой, в случае чего, надеясь присоединиться к какому-нибудь обозу.
  Расположившись как-то на привал и разведя крохотный костерок из сухих веток, чтобы испечь пойманную утром в попавшемся на пути ручье рыбу, Хог услышал скрип телег, стук копыт и человеческие голоса.
  Затоптав костер, северянин подхватил секиру и двинулся сквозь заросли к дороге, стараясь не шуметь. Ветер дул в лицо, значит кони и собаки, если таковые есть в обозе, его не почуют. По дороге, сопровождаемые двумя десятками вооруженных всадников, двигались крытые повозки.
  'К таким лучше не соваться', - подумал Хог, затаиваясь.
  Из-под ног лошадей выкатилась какая-то серая тень и метнулась впереди обоза.
  - Хей, Глэф, что ты там учуял? - послышался веселый голос.
  Хог застыл. Он знал этот голос и этого пса, имя которого переводилось как Серый Великан. Зверь остановился и, вильнув хвостом, обернулся к хозяину. Пиннар пришпорив коня, подъехал к псу.
  Хог тихонько посвистел, использовав сигнал охотников 'свой'. После чего покинул свое укрытие.
  Пиннар радостно рассмеялся.
  - Волчара, вот уж не думал, что встречу тебя здесь.
  - Я тоже как-то не ожидал.
  Охотник спешился, и друзья обнялись. Подъехавшие всадники обступили их тесным кругом.
  Пиннар разомкнул объятия, чтобы представить Хога своим соратникам.
  - Хог Хогарсон, Бешеный Волк, мой старый друг.
  Все рассмеялись. У Пиннара тоже было прозвище - Волчатник, потому что охотился он, в основном, на волкодлаков и прочих оборотней.
  Потом Пиннар начал представлять Хогу остальных. Часть их них была охотниками, остальные простыми стражниками.
  Начал Волчатник с высокого темноволосого мужчины с раскосыми глазами.
  - Это Ласти.
  Охотник улыбнулся.
  - Можешь звать меня просто Стрелок.
  Чередой прошли рукопожатия. Хог запомнил только несколько первых имен, но это было не страшно, он сумеет познакомиться со всеми получше. Пиннар, возглавлявший отряд стражи, уже уговаривал старшего из купцов-обозников взять еще одного стражника. Для Хога нашлась лошадь и, через некоторое время, он уже ехал во главе обоза, рядом с Пиннаром.
  Северянин молчал. Встреча с Пиннаром была неожиданной. В последний раз они с Волчатником виделись очень давно, тогда Пиннар все пытался сделать из Хога охотника. Но северянину в тот момент было не до этого, он собирался уходить в поход с дружиной Хагни Чернобородого. Они расстались в тот раз как-то незаметно - Хога поглотили приготовления к походу, Волчатника увлекли какие-то дела охотников. Северянин, вернувшись, пытался разыскивать друга, но так ничего и не добился.
  - Я искал тебя тогда, - внезапно сказал Пиннар.
  - Я тебя тоже.
  - Мне сказали, что дружина Хагни не вернулась из похода.
  - А мне, что ты пропал где-то под Догницей.
  Волчатник ухмыльнулся.
  - Было дело. Если бы не одна девчонка, не говорить бы мне сейчас с тобой.
  Разговор опять пресекся. Сзади о чем-то болтали парни, не забывая зорко оглядываться по сторонам.
  - А сейчас-то ты куда, - вновь прервал молчание Пиннар.
  - На юг, есть одно дело.
  - Что за дело? - поинтересовался охотник, усмиряя разыгравшегося жеребца.
  - Хочу помочь одному человеку.
  Расскажи Хог все Волчатнику, тот непременно бы отправился с ним, да еще пригласил на помощь целую ватагу охотников. А этого Хог не хотел. Это было его личное дело, его долг. К тому же, одного человека маг может не заметить, а отряд охотников наверняка его спугнет.
  Внезапно Глэф, бежавший рядом с конем Волчатника, глухо зарычал. Проявлял беспокойство и второй пес, принадлежавший одному из охотников.
  Пиннар дал отряду знак приготовиться. Охотники и воины окружили обоз и незаметно приготовили оружие. Купцы в повозках доставали самострелы.
  Хог проверил ножи и секиру.
  Нападение оказалось как всегда внезапным. Лошадь под Хогом зашаталась и упала со стрелой в глазнице. Северянин проворно соскочил, отозвались болью еще не сросшиеся ребра. Залп спешил еще двоих, несколько стрел попали в упряжную лошадь и теперь, чтобы ехать дальше, нужно было отвязать тело. Остальные кони храпели и выкатывали глаза, чуя кровь. Хог спрятался за телом лошади, но больше не стреляли. Лес замер тишиной. Потом внезапно послышались дикие вопли и на дорогу высыпали всадники. Их было примерно полсотни. Некоторые впрочем, даже не успели доехать. В руках Ласти появился лук. Охотник не зря носил свое прозвище. Другие тоже стреляли, но не так метко и быстро. Вступили в бой самострелы купцов. Но разбойников было слишком много. Потеряв почти десяток бойцов, они докатились до обоза.
  Хог ринулся в схватку. Срубил на ходу разбойника, что подкрадывался к Стрелку, потом с волчьим воем окунулся в самую гущу сражения...
  Вода была ледяная. Хог зафыркал, пытаясь отдышаться. Его держали три человека: высокий молодой северянин, мощный кряжистый коротышка и еще кто-то сзади, кого он не видел, но зато хорошо чувствовал его крепкие руки на своих больных ребрах. Перед ним стоял Пиннар с деревянным ведерком, из которого он и окатил Хога. Чуть дальше красовался огромным синяком Ласти.
  - Кто тебя так? - спросил у него Хог, отплевываясь.
  - Ты, кто же еще. После того, как секиру отняли...
  Волчатник кивнул тем, что держали Хога.
  - Все отпускайте, он уже пришел в себя.
  Охотники с опаской разжали руки. Хог пошатнулся и, если бы ему не помогли, упал. Накатывала усталость, тело в мокрой одежде тряс озноб. К тому же обнаружилось, что у него в крови весь правый бок. Кровь оказалась его и вытекала она из широкой, но неглубокой раны. Ласти занялся шитьем. Руки у Стрелка были чуткими и осторожными. Хог умудрился заснуть и проснулся только на следующее утро. Он спал в повозке. Одевшись, северянин выбрался наружу и обнаружил, что многое проспал. Они находились уже далеко от места стычки. Лагерь был разбит на берегу маленького лесного озера. На нескольких кострах в котлах готовился завтрак. Некоторые из охотников и купцов еще спали, остальные занимались утренними делами. У озера Волчатник дрался на деревянных мечах с каким-то парнем. За поединком лениво наблюдали Глэф и второй пес. Подойдя ближе, Хог узнал в противнике Пиннара северянина, что вчера его держал. Парень отличался поистине великанской статью, Волчатник казался рядом с ним хрупким подростком, это притом, что ростом они не уступали друг другу. Лицо же у него было совсем детским, северянин не дал бы ему больше 15-16 лет.
  С первого взгляда было понятно, кто побеждает. Пиннар провел очередной ловкий прием, и его противник рыбкой улетел в озеро. Когда на поверхности появилась белобрысая голова, облепленная ряской, Волчатник подобрал мечи.
  - На сегодня достаточно.
  Белый пес, сочувственно скуля, подошел к выбравшемуся хозяину. Глэф отправился с Пиннаром.
  - А, Хог, - Волчатник заметил северянина и направился к нему. - Как спалось?
  - Неплохо, но не помню ничего. Что было вчера?
  - Да ничего особенного. Когда эти кинулись на нас, ты повел себя в своей обычной манере. Взвыл и кинулся в драку. Один порубал с десяток разбойников. Ребята тоже не стояли, поэтому враги быстро кончились.
  - Я никого... это... из наших?
  - Нет, - Пиннар покачал головой. - Ты, после того, как закончил с разбойниками, стакнулся с Дарни. Поединок был тот еще. Дарни на помощь подоспели Ласти с Эльфом. Эльфу и Дарни удалось отнять у тебя секиру. Стрелок попытался было привести тебя в чувство, но ты сопротивлялся. Тут парни догадались позвать меня.
  - Я не очень хорошо помню. Запомнил, когда ты меня знакомил со всеми и, кроме Ласти, не знаю, кого благодарить.
  - Эльфа ты только что видел, мы с ним сражались.
  Видимо изумление настолько сильно отразилось на лице у Хога, что Пиннар заулыбался.
  - Он не эльф, это обычное прозвище.
  Северянин кивнул, гадая, за что его земляк мог заработать такую кличку.
  - Дарни ты тоже видел, он помогал тебя держать. Такой невысокий, широкоплечий.
  - Странный он какой-то, из каких земель?
  - Дарни - дварф.
  - Гном? - Хог удивился еще больше. Он считал подземный народ выдумкой стариков. Ему раньше никогда не приходилось сталкиваться ни с кем из этого племени.
  Синие глаза Пиннара на мгновение заледенели.
  - Он хороший охотник, а это главное.
  Хогу нечего было возразить Волчатнику, да он и не собирался. Северянин добросовестно поблагодарил всех, кто помогал ему.
  После завтрака обоз двинулся дальше. Хог ехал теперь на лошади какого-то разбойника, из тех что после боя прибилась к их коням. Как-то незаметно он оказался рядом с Ласти. От Стрелка он узнал, отчего простой обоз сопровождает целая дюжина охотников, помимо простых воинов. В повозках таился весьма ценный груз, который ценился как среди простых людей, так и среди магов, - драгоценные маркские клинки.
  Незаметно разговор перешел на оружие. Хог восхитился мастерством Ласти, потом добавил, что видел только одного человека, который стрелял из лука не хуже.
  - Кто же это? - ревниво поинтересовался лучник.
  - Так один парень, охотник. Не знаю его имени. Такой рыжий. Лук у него костяной, черный.
  Стрелок радостно заулыбался.
  - Котик! Давно ты его видел?
  - Совсем недавно.
  - Что он сейчас поделывает?
  - Охотится на птиц в Шэанских лесах.
  - Это вполне в его духе. Только это не он стреляет не хуже меня, а я пытаюсь достичь его мастерства.
  Хог посмотрел на улыбающегося лучника и кое-что для себя смекнул - не стоит так запросто относиться к случайным знакомым.
  - А вот на мечах у нас первый мастер Серебряный Клинок. Впрочем, ему не приходилось встречаться с Ястребком, та, правда дерется парными мечами, - продолжал рассуждать Ласти. - Да и Рыжая дерется не хуже. Свести бы эту троицу и посмотреть, что будет.
  Хог чуть не поперхнулся воздухом. Только не проболтаться!
  - А что, очень хорошие мастера?
  - Непревзойденные. Серебряный Клинок как-то сражался один с семью противниками и победил. С Ястребком мне самому приходилось бывать в походах, - Ласти, казалось, будет говорить бесконечно о достоинствах незнакомой Хогу девушки. - А о Рыжей тебе бы лучше спросить у Пиннара, ему приходилось с ней где-то вместе драться. Под Догницей что ли. Да и Эльф там был. Вот у них и спроси, если интересно.
  Северянин поблагодарил лучника за рассказ и догнал Пиннара.
  - Есть разговор.
  Волчатник серьезно взглянул на друга.
  - Что ж, начинай.
  Северянин собрался с мыслями.
  - Знакома ли тебе девушка по прозвищу Рыжая?
  - Да, я знаю охотницу с таким прозвищем.
  - Что ты можешь про нее рассказать?
  - Да ничего, в общем-то. Хорошая мечница, да и меч у нее отличный... Нечисть чует за милю. В Догнице, если бы не она, ни меня, ни еще десятка охотников сейчас не было бы на этом свете, охотились бы уже на нас.
  - А кто она такая, откуда?
  Пиннар пожал плечами.
  - Не знаю. Среди охотников не принято расспрашивать о прошлом, особенно, когда человек не открывает своего имени, а представляется прозвищем.
  Хог кивнул, зная об этом правиле охотников. Но от этого не становилось менее обидно, ведь, казалось, разгадка тайны была так близко.
  Ехавший неподалеку Эльф внимательно прислушивался к разговору.
  Вечером они добрались уже до более-менее обитаемых мест. По пути стали попадаться деревеньки и селения. Тем не менее, обозники расположились на ночлег в лесу. После быстрого ужина и недолгих пересудов, все улеглись спать, кроме тех счастливчиков, которым предстояло стоять на страже.
  Хог расположился на ночлег неподалеку от Пиннара. В темноте слабо светились неподалеку глаза Глэфа. Пес мрачно смотрел на полную луну. Северянин так и заснул, глядя на него.
  Разбудили Хога какие-то странные звуки. Северянин поднял голову, прислушиваясь. Вроде бы ничего не было слышно. Судя по луне, только перевалило за полночь. Хог положил голову обратно на сумку, которая заменяла ему подушку, и натянул плащ на голову. Но только он начал засыпать, как откуда-то со стороны леса опять донеслись звонкие переливы. Хог сел. Кто-то играл на свирели, причем достаточно далеко. Чарующие звуки едва долетали до лагеря. Часовые мирно дремали на своих местах, пофыркивали кони, казалось, никто не слышит полуночного музыканта.
  Хог встал, закутался в плащ и, прихватив оружие, направился к источнику звуков. Музыка привела северянина на крохотную полянку, здесь он замер, стараясь не шуметь.
  На огромном замшелом валуне сидел Эльф, он и играл. У подножия камня лежал его белый пес, а на полянке в лучах лунного света водили хоровод человечки в зеленой одежде. Ростом они были всего в локоть.
  Хог осторожно раздвинул ветки, чтобы лучше видеть, но с громким треском под его ногой переломилась сухая валежина. Полянка тут же опустела, только в разные стороны порскнули колючие ежи.
  Северянин протер глаза, гадая, не примерещилось ли ему со сна.
  Эльф отнял свирель от губ, потом посмотрел на Хога.
  - Ты их испугал, - печально сказал он.
  - А кто это были?
  - Пикси . Мне нужно было поговорить с ними, а ничем кроме музыки их не выманишь.
  Северянин покачал головой.
  - Что же они могли рассказать, такие крохи?
  - Ну, например то, куда делась зима. Ладно, они больше не вернуться, пойдем в лагерь.
  Хог направился следом за Эльфом. Ему хотелось расспросить о странных человечках, но, скорее всего, юный охотник ответил бы очень неохотно, если бы ответил. Охотники следили за сохранностью своих тайн.
  Внезапно зашелся в бешеном лае пес Эльфа. Хог оглянулся на него, но тут же споткнулся о какое-то препятствие и растянулся на земле. Что-то, подобно тискам держало его лодыжку. Эльф, ругаясь сразу на нескольких языках, неистово боролся с кем-то в темноте, причем противники явно брали числом.
  Хог освободился из неожиданного плена, вскочил и тут заметил, что тисками, его державшими, оказалась рука, торчащая из слоя опавших листьев. Пальцы хватали пустоту, потом она начала быстро расти из-под земли, как какой-нибудь колдовской гриб.
  - Чего ты стоишь! - заорал на северянина охотник. На него наседало не менее девяти мертвецов. Десятый, уже наполовину показавшись из земли, тянул корявые пальцы к Хогу.
  - Арх! - Эльф воззвал к своему псу, но тот и так делал все, что мог. Если удары Эльфа не причиняли мертвецам ни малейшего вреда, то укусы мохнатого охотника чрезвычайно их беспокоили, плоть в местах укусов разлагалась.
  Ошеломление Хога начало проходить, он замахнулся на мертвеца секирой, но тот легко ушел от удара и, оставив Хога без внимания, кинулся на помощь к своим товарищам. Эльф встретил его появление обреченным криком, мертвецы и так его одолевали.
  Хог тоже вступил в схватку, но противники просто уворачивались от него, обрушивая все свои силы на Эльфа.
  Видя, как соратника почти раздирают живьем на части, и, не имея возможности ничего сделать, Хог рассвирепел, хотя и не впал в обычное боевое безумие. Он вновь ринулся в схватку. Внезапно, один из мертвецов, напоровшись на метательный нож, который северянин держал в руке, вспыхнул прозрачным зеленым пламенем и, немного покорчившись, рассыпался в прах.
  Эльф уже еле шевелился, погребенный под кучей мертвечины. Хог, почти не целясь, метнул нож в эту кучу мала. Арх злобно рыкнул на него, когда клинок пролетел в волоске от его головы.
  Теперь мертвецы обратили внимание и на северянина, тот невольно попятился, когда на него двинулись с пустыми застывшими лицами пятеро мертвяков.
  Мелькнувшая в воздухе серая тень сбила с ног одного из нападавших, обернувшись разъяренным псом. Клыки Глэфа сомкнулись на шее мертвяка. Хрустнули позвонки, и тот расплылся по земле лужей зловонной жижи.
  Подоспевшие охотники добили оставшуюся нечисть.
  Пиннар поднес к губам лежащего без сознания Эльфа флягу с вином, на шее юноши четко виднелись следы пальцев. Эльф закашлялся и открыл глаза.
  - Что у вас тут случилось? - спросил Волчатник, глядя на Хога.
  - На нас напали мертвяки, - сказал Хог.
  - Причем среди них были только те, которых убил Хог, - добавил Эльф.
  Теперь уже все смотрели на северянина.
  Путного объяснения так никто и не сумел придумать. После этого часовые уже не дремали.
  На следующее утро обоз вновь двинулся в путь. На этот раз Хог ехал рядом с Эльфом. Наверное, только он один не считал Хога подозрительным. Даже старый друг Волчатник держал холодок в голосе при разговоре с северянином, он считал, что из-за Хога чуть не погиб его ученик. Эльфу, впрочем, тоже досталось за то, что он не взял оружие.
  Эльф вовсе не был угрюмым, как Хогу показалось сначала, просто юноша, не смотря на свои рост и силу, был очень застенчивым и трудно сходился с людьми. К тому же у них нашлась хорошая тема для разговора, называли эту тему - Рыжая. Хог нашел кого-то, кто мог рассказать ему хоть немного о таинственной девушке. Оказалось, что они были хорошими друзьями, даже участвовали вместе в одном деле в замке какого-то графа, замученного неупокоенными духами. Но того, кто такая Рыжая на самом деле, юноша не знал, а может, не захотел рассказать.
  Хог начинал тяготиться жизнью среди охотников. Теперь, когда схлынула радость встречи, он начал чувствовать отчуждение.
  - Кто твой отец, - внезапно спросил он у Эльфа. Ему захотелось услышать о чем-то знакомом, хотя и потерянном, - о родине.
  Юноша посмотрел на него, придерживая горячащегося коня.
  'Если он скажет, что у каждого охотника есть свои тайны, то я ухожу', - подумал северянин.
  - Моего отца зовут Андир, - Эльф улыбнулся. - Я знаю, что ты принял меня за своего земляка, но это не так. Моя родина далеко отсюда.
  - Расскажи что-нибудь, как у вас живут?
  -Почти так же как у вас, если тебе грустно я расскажу одну историю, мне всегда рассказывала ее мама, когда маленький я болел.
  У моего отца есть брат-близнец, его имя Аннор. И однажды, когда братья были совсем молодыми, Аннор увидел в лесу девушку. Она ему сразу понравилась, и он никак не мог забыть ее глаза и улыбку. Аннор всюду искал ее, но никак не мог найти, пока однажды воины не поймали колдунью. Аннор вместе с братом пошли посмотреть на пленницу, и тут один из братьев узнал свою возлюбленную. Ночью Аннор и мой отец, знавший о тайной любви брата, освободили девушку. От нее они узнали, что она из народа враждебного народу братьев. Но влюбленного Аннора это не смутило и, когда пришло время свадеб, он вместе с братом отправился к отцу девушки свататься.
  У Нидьяр, так звали девушку, было восемь братьев. Узнав, что братья пришли свататься к их сестре, они сговорились и решили побить чужаков. Однако Нидьяр узнала об этом, ночью она приняла облик своей фюльгьи и прилетела к своему возлюбленному, чтобы его предупредить. Аннор очень удивился, когда ему на руку опустилась маленькая сова, но тут птица превратилась в девушку. Нидьяр рассказала им об опасности и посоветовала, как лучше обойти засаду. Братья послушались совета девушки и наутро явились в дом отца Нидьяр. Отец девушки, старый колдун, давно враждовавший с народом братьев, принял их, но на самом деле задумал подлость.
  Выслушав просьбу о том, чтобы отдать Нидьяр в жены Аннору, колдун сказал, что согласен на это, только пусть сначала жених выдержит испытание.
  Аннор согласился. Испытание казалось легким. Он должен был бежать наперегонки с одним из братьев Нидьяр. Аннора отвели в отдельный покой, где он не мог ни с кем увидеться. Состязания должны были происходить ночью. Вечером Нидьяр удалось увидеться с моим отцом, и она рассказала ему, что ее брат, как только начнутся состязания, примет облик своего фюльгьи, а волк всегда обгонит человека. Аннор же превращаться не умел. Андир и Нидьяр подумали вместе и придумали одну вещь.
  Состязания начались. Брат Нидьяр тут же превратился в волка и далеко обогнал Аннора. Бежать они должны были по лесу. Аннор совсем отчаялся, ведь если он проиграет, то не только не получит Нидьяр, но и они с братом должны будут десять лет быть рабами старого колдуна и его сыновей. Внезапно перед ним появилась его возлюбленная. Она велела ему бежать скорее назад и ничему не удивляться.
  Волк бежал, не торопясь, зная, что человек безнадежно отстал, и каково же было его удивление, когда под деревом, среди слуг его отца сидел Аннор.
  - Что-то долго ты добирался, я уже вздремнуть успел, - рассмеялся наглый пришелец.
  Старый колдун разозлился, побил провинившегося сына, но делать было нечего, пришлось исполнить обещанное. Так никто и не узнал, что соперника встречал не Аннор, а Андир, заранее спрятавшийся в лесу.
  Хог рассмеялся. История была знакома, только в той сказке, что рассказывал ему дед, наперегонки бегали хвастливый заяц и две улитки. Но в рассказе Эльфа Хог не сомневался, мало ли что могла случиться в жизни.
  - Ты ведь альв, да.
  - А как ты догадался?
  - Только альвы имеют фюльгьи.
  - Сам проговорился, - Эльф рассмеялся.
  - А Нидьяр, насколько я понял, темный альв, как и ее отец с братьями.
  - Да, ты прав. Только я не совсем альв, моя мать человек.
  Так за разговорами с Эльфом дорога до Хеала пролетела совершенно незаметно, почти у самого конца пути на обоз вновь было совершено еще одно нападение, на этот раз более организованное и продуманное. Было убито восемь воинов из охраны обоза и два охотника. К счастью, вовремя подоспели стражи дороги, и нападение было отбито.
  В Хеале Хог не хотел задерживаться, ему было нужно дальше на юг. Он простился с охотниками. Пиннар, несмотря на отчуждение, безоговорочно выдал северянину его долю денег за охрану. Прежде чем уходить, Хог договорился с Эльфом встретиться утром следующего дня у Южных ворот на прощанье. Но, прождав до полудня, охотника он так и не дождался. Северянин уже уходил, когда прибежал Арх. К ошейнику белого пса была привязана записка.
  'Пиннар мой учитель и я не могу перечить ему, поэтому увидеться нам не удастся.
  Желаю тебе удачи, Хог Хогарсон.
  Мое истинное имя Андер.
  Если будешь весной в Марке, заходи в трактир 'Сумасшедший Охотник'. Тогда и повидаемся. К тому же там соберется весьма неплохая компания. Тебе понравятся эти ребята'.
  В конце записки был единым движением пера нарисован неуклюжий смешной медвежонок.
  Хог прочитал записку, и у него поднялось настроение, теперь он знал, что его где-то будут ждать. Теперь у него появилась уверенность, что все получится так, как он захочет.
  Северянин потрепал Арха по голове.
  - Иди обратно к хозяину.
  Пес ткнулся холодным носом ему в ладонь и потрусил обратно, то и дело оглядываясь через плечо.
  Дорога расстилалась перед ним, вновь он был один, но теперь не жалел об этом. Хог чувствовал, как нить тянет его. Это сглаживалось, когда рядом находились люди. Наверняка маг почувствовал, что с одним из его демонов что-то не так и хочет проверить, в чем дело. С каждым шагом притяжение становилось все сильнее.
  
  Шел первый день зимы. Только в этом году погода совсем свихнулась. Жара стояла почти летняя, зацветали сады. Старики говорили, что это сулит великие несчастья. В Северные ворота Арнаэлла, города стоящего на границе Шэаны и Коэлла вошел высокий человек, он был ужасен на вид, кожа на лице пожелтела и обвисла складками, глаза ввалились, их окружили темные круги, левая рука была покрыта отвратительными язвами. Стражники даже не хотели сперва его пускать, решили, что пришелец чем-то болен. Вызванный лекарь отмел эти подозрения, но, когда стражи отпустили путника, посоветовал навестить лечебницу.
  Но Хог знал, что его недугу поможет вовсе не лечебница. Маг был совсем близко, северянин чувствовал его. Хогу он виделся, как паук, распустивший по миру липкие паутинки, ловушку для...
  Осталось самое трудное - найти центр паутины.
  Солнце собиралось садиться, и Хог решил, что стоит остановиться где-нибудь на ночлег, заодно не помешало бы поесть. Как раз недалеко виднелась вывеска, на которой был изображен костер, с висевшим над ним котлом, и большая кружка, украшенная шапкой пивной пены. Под вывеской было написано 'Котел и Кружка'.
  Внутри Хог обнаружил сумрачный полупустой зал. Похоже, трактир не пользовался популярностью. Северянина это вполне устраивало.
  Заметив пренебрежительный взгляд слуги, Хог показал ему серебряную монетку и заказал ужин.
  В ожидании еды можно было пока рассмотреть окружающих.
  Музыкант, сидевший у одной из стен на небольшом возвышении, расчехлил свой инструмент. Хог лениво наблюдал за его действиями.
  Служанка поставила перед северянином поднос с едой и большую кружку пива. Хог, у которого два дня и крошки во рту не было, чуть не захлебнулся слюной. Первые несколько минут он не мог ни о чем думать, даже проклятая нить не так беспокоила.
  Нить! Надо что-нибудь придумать, чтобы ночью не оставаться одному, иначе тяга сведет его с ума.
  Хог, поперхнулся, услышав голос певца, запевшего одну из древнейших баллад Коэлла. Откашлявшись, северянин поднял глаза, мысленно стуча себя по голове.
  Широкополая шляпа с обвисшими полями скрывала лицо, мешковатая куртка и свободного покроя штаны обманули бы кого угодно. А он шел за ней на запад!
  Голос Рыжей звенел в воздухе, заставляя сердце северянина биться в ритме слов.
  После окончания песни Хог хотел сразу подойти к ней, но привлеченные чудесным голосом люди заполнили трактир, к певице было не пробиться. Весь вечер он слушал, не в силах заставить себя подойти.
  Народ схлынул, когда наступила глубокая ночь. В 'Котле и Кружке' остались только те, кто снимал здесь комнаты. Рыжая сидела на своем месте с кружкой в руке и о чем-то шепотом разговаривала с хозяином трактира. Хог подошел и остановился у него за спиной. Глаза девушки остановились на нем, взгляды встретились.
  - Это ты! - едва слышно прошептала она.
  Хозяин вознамерился что-то сказать.
  - Это мой старый друг, нам нужно поговорить наедине, - шепот Рыжей был едва слышен.
  Трактирщик проводил их в отдельную комнату.
  - Что с тобой случилось? - спросила Лисица, ее взгляд не отрывался от левой руки Хога. - Впрочем, можешь не отвечать, я и сама все вижу. Я могу остаться с тобой на ночь, ведь ты все равно стал бы искать кого-нибудь, чтобы не быть одному.
  - Почему ты шепчешь? - спросил Хог тоже отчего-то шепотом.
  - Не могу долго петь, голос пропадает.
  Они стояли посреди комнаты, глядя друг на друга.
  - Я искал тебя, - сказал Хог.
  - Я знаю. Тебе лучше лечь спать, ты едва на ногах стоишь.
  Северянин растянулся на узкой кровати. Рыжая сидела на стуле в изголовье. Хогу было легко и спокойно, он умиротворенно вздохнул, боясь спугнуть что-то светлое, и заснул.
  
  Рыжая виделась ему и во сне, она стояла, опустив руки, ветер пытался растрепать ее заплетенные в косу волосы и бросал под ноги осенние листья. На ветвях окружающих деревьев сидели бесчисленные полчища воронов, они зловеще каркали.
  Боль скрутила северянина, она начиналась от кисти левой руки и растекалась по всему телу.
  Хог поднял секиру с горящей на лезвии красной полоской мерьи и занес для удара. Он разом может избавить сейчас себя от муки.
  А рыжая стояла так неподвижно, в ее глазах была пустота. 'Защищайся же!!!' - мысленно крикнул он, нанося удар.
  - Проснись! - долетел издалека крик.
  - Защищайся же! - закричал Хог, не в силах остановить собственную руку.
  Тут лезвие секиры столкнулось с лезвием меча и отскочило, рассыпав багровые искры.
  Страшная тяжесть навалилась сверху, придавив его к земле. Хог едва смог освободить руку, чтобы достать нож. Ему пытались помешать, но нож все равно вылетел из руки северянина смертельной птицей...
  и вонзился в темную тень за спиной Рыжей.
  Мир наполнился грохотом и шумом вороньих крыльев, страшный крик отозвался в голове Хога как хороший удар и северянин потерял сознание.
  
  Пробуждение было долгим. Хог некоторое время лежал неподвижно, не в силах понять, что с ним. За окном завывала метель, напоминая северянину времена его детства, когда из-за мороза и вьюг нельзя было неделями выйти из дома, но это было так давно.
  Хог открыл глаза. Взгляд уперся в деревянный потолок, изукрашенный разводами сырости. Тусклый мерцающий свет усыплял. Хог заставил себя сесть. У окна за столом сидел Эльф. Молодой охотник что-то писал.
  Северянин огляделся. Рыжей в комнате не было. У дверей снежным сугробом белел Арх. Пес светящимися в темноте глазами смотрел на него. Было тепло и тихо.
  - Где она? - голос сорвался. На стуле лежала секира Хога с огромной зазубриной. Теперь он знал, с чьим мечом столкнулось ее лезвие во сне.
  - Ушла, - ответил Эльф. - Рыжей нельзя было больше здесь оставаться.
  - А ты как здесь оказался, ведь учитель же тебя не отпускал?
  - Помимо долга перед учителем, есть долг перед теми людьми, которых я поклялся защищать, став охотником, - Эльф ухмыльнулся. - Да сбежал я, вот и все. Помнишь я тебя приглашал в Марк, обещая познакомить с хорошими ребятами? Мы давали клятву дружбы, а значит, обязаны помогать друг другу.
  - Так ты с самого начала все знал?
  - Ну, все, не все. Узнав, что ты идешь за ней, Рыжая забеспокоилась, ей не хотелось, чтобы кто-то пострадал из-за ее проклятия. К тому же ты мог привести к ней черных птиц. Она пыталась сбить тебя со следа, но ты очень упорный. Тебе удалось то, что не могли сделать демоны - взять след. Рыжая, опередив тебя в Миворе, отправилась к Ильд, зная, что единственную лавку магического оружия ты не обойдешь. Ильд должна была отпугнуть тебя, но ей это не удалось. Ты все равно отправился искать себе оружие, там и попал в ловушку.
  - Когда она принесла мне мерью, то пыталась исправить ошибку?
  Андер кивнул.
  - А ты двинулся дальше по следу...
  - Котик тоже был подослан?
  - Рыжая попросила его присмотреть за тобой.
  - Потом она попросила тебя...
  - Нет. Ты случайно вышел на наш обоз. Я виделся с Рыжей позже, в Хеале. Она появилась после твоего ухода и все мне рассказала. Тогда мы двинулись за тобой. Ты шел по следу как охотничий пес. Мы поняли, куда ты идешь, только под стенами Арнаэлла. Мы вошли в Западные ворота и опередили тебя. После этого только оставалось выманить мага и сразиться с ним. Мы не учли одного, к тому времени нить завладела тобой настолько, что ты попал под власть проклятья, став одним из воронов. Твое оружие было зачаровано, и ты без труда бы справился с Рыжей.
  - Но почему она тогда осталась со мной?
  - Иного способа выманить мага не было. Мы с Архом едва успели, еще немного и Лисице бы конец. Когда ты достал нож, у меня чуть сердце не остановилось. Только это оружие не было зачаровано, на нем была мерья, а значит, оно могло причинить вред только темным силам. Маг не знал, что тебе удалось достать мерью, и потому не успел защититься.
  - Но почему она не защищалась?
  - Потому что боялась причинить тебе вред.
  Где-то во дворе трактира хрипло пропищал петух. Эльф выглянул в окно, где не было видно ничего, кроме темноты.
  - Похоже, и нам с Архом пора.
  - Куда ты?
  Андер печально улыбнулся.
  - Наступила зима, а значит, мне пора домой. Удачи тебе Хог. Весной увидимся.
  Эльф не стал выходить в окно или растворяться в воздухе, он ушел как все обычные люди, через дверь.
  - До встречи! - гавкнул Арх на прощанье.
  
  Глава 2.
  ОХОТА НА ВОЛКОВ
  
  Мне не остается ничего,
  Кроме как просто слушать.
  Сумерки разбавляет зелень луны.
  А мы танцует в пламени дождя
  Танец с осенними листьями
  И слушаем песню осеннего ветра,
  Что, пролетая мимо, треплет мне волосы...
  
  А дальше уже другой рукой было дописано:
  
  А дома всегда хорошо,
  Так откуда же берется эта тоска?
  Хочется сдуть пыль с глаз и с души
  И отправиться петь вместе с осенним ветром.
  
  Хог налил в кружку пива. Ну и к чему он пришел? К чему все эти походы? Как сидел он один в трактире, так и сидит. А Рыжая все так же далеко, даже еще дальше. Если раньше он знал, где искать, то теперь все следы замел снег.
  Зима наверстывала упущенное, за каких-то пять дней намело непроходимые сугробы. Замерзли цветы на ветвях и зеленеющая трава.
  Хог по-прежнему жил в трактире 'Котел и Кружка', он не знал, что с собой делать. Впереди не было ничего. Из прошлого остался только клочок бумаги со стихами. Пожалуй, только они что-то еще значили. Хог, привычный совсем к другим сказаниям и песням, долго не мог понять смысл, вникнуть в слова. Но стоило ему только начать читать, как перед ним вставало лицо Рыжей, осенние листья кружились вокруг нее, прозрачные капли дождя серебряным занавесом скрывали девушку, только пламенели ее янтарные волосы.
  - Танцуем в пламени дождя...
  Хог стукнул кулаком по столу, если бы он мог понять! Если бы он только понял, то тогда найти Рыжую было бы совсем просто. И никто не может ему помочь! Хотя почему, собственно, никто? Оружейница из Мивора, Ильд, наверняка что-то знает, да и Котик, таинственный лучник из маленькой деревеньки. Только вот найдет ли он их там, где встречал в прошлый раз, ведь профессия охотника на демонов - это сплошные разъезды. Хог, обретя цель, приободрился и стал осмысливать план действий.
  О том, где находятся Ильд или Котик он сможет узнать у любого знакомого охотника, если тот захочет рассказать ему что-нибудь. Надо сделать так, чтобы захотел!
  Северянин спрятал листок со стихами в карман и встал, собираясь идти к себе в комнату за вещами.
  Скрип входной двери и ворвавшийся в зал морозный воздух, были встречены ворчанием. Двое путников отряхнули плащи от налипших на них сугробов. Подошедшая служанка взяла их мокрые плащи, чтобы развесить для просушки.
  Один из вошедших был очень высок, черноволос, имел раскосые глаза и большой лук, тщательно упрятанный от непогоды в кожаный чехол. Второй был широкоплечим коротышкой с бычьей шеей, густой кудрявой шевелюрой и точно такой же бородой.
  - Хог!!! - они одновременно заметили удивленное лицо северянина.
  - Ласти! Дарни! Какими судьбами!
  Охотники подошли к северянину.
  - Вы случайно не меня выслеживаете?! - подозрительно спросил Хог, зная, что такое вполне возможно.
  Ласти покачал головой, разваливаясь на стуле.
  - Нет, цель нашего приезда вовсе не ты.
  Стрелок с надеждой заглянул в кувшин и, найдя его пустым, грустно вздохнул.
  Дарни тоже присел за стол, расположив на соседнем стуле свою секиру.
  - Эй, девица! - позвал гном служанку. - Ты ужинал? - спросил он у северянина. Хог кивнул. - Еды на троих и лучшего пива.
  - С нами еще Волчатник, - ответил Ласти на недоуменный взгляд северянина. - Он устроит лошадей и сейчас придет.
  - Так зачем вы все-таки приехали?
  - У нас договор с наместником Арнаэлла. В начале каждой зимы в окрестностях города могут появиться волкодлаки. Как ты понимаешь, это единственное, что могло привлечь Пиннара.
  - Сейчас меня может привлечь только кружка подогретого вина, - Волчатник, улыбаясь, устроился за столом. - Здравствуй, Хог.
  - Тебе того же.
  - Не хочешь присоединиться к нам?
  - Ты все еще не оставил мысли сделать из меня охотника?
  Пиннар рассмеялся, вокруг его глаз собрались лучики морщинок.
  - Один ученик сбежал, может ты не сбежишь?
  У Хога по спине пробежали мурашки, он натужно улыбнулся.
  Тут Пиннару принесли заказанное им вино, и охотник уткнулся в кружку. Волчатник, сделав несколько глотков, оторвался от напитка.
  - К тому же за подобные вещи дают неплохие деньги, я могу предложить тебе равную долю со всеми. Двадцать кэллов, если все будет спокойно, и еще по десять золотых за каждого волчару. У тебя ведь деньги почти закончились.
  Самое обидное, что Пиннар был прав, денег у Хога почти не осталось. Их никак не хватило бы на задуманное путешествие, а заработать сейчас, зимой, негде. То, что предлагал Волчатник, было выходом, деньги, конечно, немаленькие, но...
  - Я подумаю, - сказал северянин, поднимаясь из-за стола.
  Волчатник кивнул.
   -Ты давай не долго, не замуж ведь зову!
  Ночью Хог почти не спал, размышляя, забыться удалось только к утру. Утро принесло с собой солнечный свет, мерцающий драгоценными камнями на сугробах. Хог поднялся. Такой день требовал прогулки. Северянин собрался, вышел из трактира и направился к городской стене. Город был на удивление безлюден, не было на улицах ребятишек, радующихся окончанию пурги и опробующих залежавшиеся за лето санки. Никто из взрослых тоже, впрочем, не показывался. Хог взглянул наверх и удивился еще больше. Светилось само небо.
  Выйдя за ворота, северянин остановился. Среди снежных сугробов, будто являясь их продолжением, стоял белый конь. Хог уже однажды видел его, когда шел по следу Рыжей, тогда это было во сне. Шкурка зверя сверкала, как окружающий снег, а в глазах застыла тьма зимней ночи.
  Внезапно в полном безветрии дохнул ветерок. Конь поднял голову, раздувая ноздри, а потом рассыпался вихрем мерцающих снежинок. Хогу в последний миг показалось, что из белого лба зверя сверкнул луч света.
  Раздавшийся грохот обрушился на Хога со всех сторон. Он зажмурился на мгновенье, а когда открыл глаза, то увидел, что лежит на постели в своей комнате. У свернутой двери стоял Ласти, потирая плечо. На лице Стрелка было беспокойство. За плечами охотника маячило испуганное лицо служанки.
  - Что нельзя было постучать? - Хог с трудом сел, двигая головой из стороны в сторону, чтобы размять занемевшую шею.
  - Постучали! - Ласти нервно хмыкнул. - Мы уже полчаса колотимся, думали, что ты тут помер!
  Хог встал, недоумевая, как он оказался в трактире. За окном, не переставая, мела пурга.
  Северянин растерянно сел на кровать.
  - Что же, мне все это приснилось?
  - Да что приснилось-то? - Ласти сел на стул напротив него.
  - Так... кошмар, - Хог посмотрел на Стрелка. - А где Дарни с Волчатником?
  - Волчатник разбирается с казначеем Арнаэлла, а Дарни отправился навестить каких-то своих родственников, обитающих здесь. Вернутся они не скоро, так что мы можем пока позавтракать.
  Хог кивнул, одеваясь.
  Через несколько минут они уже сидели в общем зале, ожидая, пока принесут еду.
  Хог порылся в кошельке и заказал кувшин пива, чтобы скрасить ожидание, кроме этого он преследовал еще одну цель.
  - За удачную охоту! - провозгласил северянин, разлив пиво в кружки.
  Ласти поднял свою.
  - Да будет так!
  Они стукнулись кружками.
  - Неплохо! - Стрелок облизал пивные усы с губ, став при этом похож на кота, застуканного за кражей сметаны.
  Пиво было крепкое, как раз то, что надо. Хог наполнил кружки по второму кругу...
  Они выпили за здоровье друг друга, потом за жизнь, потом просто так, потом за женщин и за служанку, принесшую завтрак.
  У Хога мягко шумело в голове и начинало двоиться перед глазами, когда он решил приступить к расспросам.
  - Что это Пиннар на меня злится? - спросил северянин, откусывая кусок хлеба с мясом.
  - А, - Ласти махнул рукой, он в этот момент разбирался с соленой рыбой особой прочности. - Видишь ли, все мечтают надеть серую куртку охотника, но только немногие обладают для этого нужными способностями. Ты обладаешь, но охотником становиться не хочешь. Это заставляет Волчатника сомневаться в себе, как в учителе. Налей еще!
  Хог наполнил кружку охотника.
  - И Эльф не прибавил ему уверенности?
  - Нет, с Эльфом все понятно, на него Пиннар не в обиде. Он же льёсальв, светлый альв, а их магия перестает действовать зимой, вот он и смылся домой. Весной он, наверняка, опять напросится к Волчатнику в ученики.
  Хог потянулся за новым кувшином, умолчав о том, что Эльф только наполовину альв.
  - А вот помнишь, мы с тобой разговаривали про одного парня? Как его? Котик кажется?
  Ласти жизнерадостно хрюкнул, дрожащей рукой пытаясь налить пива в кружку.
  - А Дорн! Зачем тебе он? Ты же не собираешься податься в ученики к нему? - Ласти хихикнул. - Представляю себе это зрелищщще! - у охотника начал заплетаться язык. - Человек в обучении у алди!
  Северянин поперхнулся пивом. Про алди он слышал самые страшные истории. Прирожденные охотники, они были оборотнями и могли принимать любой облик. Алди считали противоположностью вампиров. Их укус был смертелен для любой нечисти, но в то же время мог вылечить укушенного вампиром или волколдаком. Фей, эльфов, фейри и подобных духов они тоже не щадили, правда, и не трогали, если те не становились у них на пути.
  - Впрочем, Дорн сумасшедший даже для алди. Он не знается с родней, дружит только с каким-то парнем из темных альвов, что само по себе чудо из чудес. Да еще все ищет какую-то свою таинственную госпожу.
  - А где его можно сейчас найти?
  - Да нигде! Он - пв-ш-ш - как ветер. Сегодня тут, а завтра на другом краю света. Но стреляем он хорошо. Хотел бы я стрелять так же...
  Ласти сделал попытку свалиться со скамьи, но это поползновение было жестоко пресечено Хогом, который еще не закончил с расспросами.
  - Я вот все думаю, ты рассказывал про охотницу, по прозвищу Ястребок, почему ее так прозвали?
  - О Ястребок! - Ласти уставился на кувшин с пивом. - Выпьем за ее прекрасные янтарные глаза!
  - Обязательно, но только потом! - Хог ловко подсунул Стрелку кружку с водой. Ласти поморщился, отхлебнув.
  - Что-то пиво поплохело! Хозяин! Мерзавец! Ты совсем совесть потерял! Если разбавлять, то хоть в меру!
  Хогу пришлось вновь поменять кружки.
  Подошедший хозяин проверил пиво и нашел его превосходным. Ласти решил удостовериться сам и застыл, удивленный.
  - Чудеса какие!
  - Так что же все-таки Ястребок? Ты говорил, что она хорошо дерется на мечах.
  Ласти кивнул, едва не ткнувшись лицом в миску с остатками завтрака.
  - И чего я так напился? - спросил он сам у себя.
  - Ты забыл про Ястребка. Где ее можно найти сейчас?
  - Зимой? - Ласти покачал головой. - Зимой не знаю, а вот весной она точно будет в Марке. Она там всегда...
  - Напиваться с утра, да еще так не вовремя! - над ними возвышался Пиннар. Вид у охотника был удивленно-презрительный.
  Хог, не выдержав, засмеялся, ни с того, ни с сего к нему присоединился Стрелок.
  - Как вы умудрились так быстро надраться? - спросил Волчатник. Впрочем, он мог и не спрашивать, ответом ему был новый взрыв хохота.
  Пиннар сделал знак служанке и попросил ее принести две кружки горячей воды. Получив желаемое, охотник достал маленькую баночку с каким-то порошком, подцепив частичку содержимого на кончик ножа, он ссыпал его в кружки.
  - Пейте!
  Ласти молча взял свою.
  - Почему я должен... - Хог посмотрел в глаза Пиннара и осекся.
  - Ты большой мальчик, Хог, но я могу заставить тебя выпить это, поскольку мне жизненно необходимо видеть вас трезвыми.
  Северянин сделал несколько глотков. Вода была противно теплой и имела гадостный солоновато-сладкий привкус. Через мгновение он был совершенно трезв. Напротив сидел Ласти с красными, но вполне осмысленными глазами.
  Пиннар уселся за стол вместе с ними.
  - Я был у наместника, - начал он по-деловому, будто ничего и не случилось. - Он хочет видеть наш отряд, потому что ему предложил свои услуги еще кое-кто из наших собратьев. Обычно мы не соперничаем со своими, но я подписывал этот договор и не собираюсь уступать кому-либо это место!
  Хог никогда не видел такого Пиннара. Тот человек, которого он когда-то считал своим лучшим и единственным другом был (Хог задумался) благ, что ли. В его помыслах главным было - защитить людей от зла, взамен ему не было нужно ничего. Герой-бродяга, настоящий охотник на демонов, которого не купишь за все золото и который не подчиняется никому. Это больше всего тогда привлекло Хога. А сейчас? Разговор о деньгах, Ласти. беспрекословно подчиняющийся, соперничество со своими. Что-то с тобой случилось брат-охотник?
  Наместник жил в настоящей крепости в центре Арнаэлла. Когда-то весь город вмещался в ее стенах, но постепенно город разрастался, и стены расширялись вместе с ним. От былых укреплений остался только замок на холме, который никак не желал растворяться среди подступавших к нему двух и трехэтажных домов богатых горожан. Рассмотреть его, правда, не было возможности, снег не давал и носа высунуть из-под капюшона, ноги утопали в сугробах, если бы не Волчатник, знавший дорогу, они давно бы потерялись в этой мешанине улиц, домов и снега.
  Стража пропустила их без слов, увидев серые куртки охотников.
  У входа ожидал благообразный пожилой мужчина, одетый в цвета наместника. Он провел их к наместнику.
  В комнате было жарко натоплено, но сквозь неплотно пригнанные ставни высоких стрельчатых окон проникал холодный воздух, и невысокий полный старик, оказавшийся наместником, кутался в пушистую женскую шаль. Он с прищуром рассматривал стоявших перед ним людей.
  Охотника по прозвищу Волчатник он знал очень давно, еще когда тот сопливым учеником вместе с учителем появлялся в Арнаэлле, с тех пор в его черных волосах появилась седина, а лоб изрезали глубокие морщины. Рядом стоял невысокий воин из тех, что в Коэлле именовали карлами. Высокого охотника с продолговатыми раскосыми глазами наместнику тоже приходилось видеть, хотя прозвища его он не знал. Чуть позади Волчатника стоял еще один охотник, или может ученик, потому что серой куртки на нем не было, хотя для ученика он был слишком велик, может просто не хотел носить традиционную одежду охотников. С виду настоящий северянин с могучей статью и светлыми, как солома, волосами, только глаза у него были серые, а наместник знал, что серых глаз у людей не бывает.
  Пиннар поздоровался и поклонился, толкнув Хога локтем в бок, чтобы тот последовал его примеру.
  Представляя своих спутников наместнику, он называл прозвища. Имена были только для своих.
  - Я вижу, Волчатник, твои воины доблестны, но человек, который явился вчера, говорит, что один стоит целого отряда, - голос наместника дребезжал, как старое корыто.
  - Кто же он? - спросил, улыбаясь Пиннар.
  - Пусть он представляется сам.
  Эти слова словно послужили сигналом, дверь отворилась, и в комнату вошел высокий, стройный светловолосый человек, одетый во все черное, за ним шла юная девушка со знаком ученика на рукаве. Холодные зеленые глаза пришельца уставились на Волчатника. Хогу почудилось что-то знакомое в его лице.
  - Нетопырь! - ахнул Ласти.
  Ледяной взгляд переполз на него.
  - Давненько тебя не было видно, - сказал Пиннар вместо приветствия. - Думали, что ты сгинул где-то на севере.
  - А тебе бы этого хотелось? - голос Нетопыря напоминал стук льдинок.
  Хогу показалось, что перед ним сказочный инеистый великан, если бы не любопытные живые глаза девчонки, выглядывавшей из-за плеча охотника, он бы так и решил.
  - Ты не находишь, Нетопырь, что нам надо очень серьезно побеседовать? - спросил Пиннар.
  - Я с большим удовольствием, но сначала нужно решить один вопрос, - и охотник повернулся к наместнику. - Так за кем же твой выбор, почтенный.
  - Я..., - наместник запнулся, ему не хотелось ругаться с Волчатником, который уже давно оберегал его город от такой напасти как волкодлаки, но светловолосый пришелец был так странен и страшен. - Пусть охотой занимается тот, кто принесет мне первым голову волкодлака.
  Пока они шли обратно в трактир, Хог все выпытывал у Ласти что-нибудь про Нетопыря.
  - Ты знаешь его?
  - Не так чтобы очень хорошо, но мне приходилось участвовать с ним в походах. Он хороший охотник, только немного странный, а некоторые считают его и страшным.
  - Похоже, что та девчонка, что с ним, так не считает.
  - Кстати, знаешь, зачем он таскает с собой молоденьких девушек?
  Северянин помотал головой.
  - Второе прозвище Нетопыря - Охотник на Единорогов.
  Хог замолчал, вспомнив свой сон, мгновенное озарение заставило его остановиться. Значит, ему не померещился тогда тонкий луч света, венчавший голову снежного коня. Единорог! Вот что привело сюда Нетопыря, а юная ученица будет приманкой.
  Тем временем они пришли к трактиру. Нетопырь со своей спутницей уже были внутри, хотя как они могли опередить их, Хог не представлял. Светловолосый охотник сидел за столом, потягивая что-то из кружки, а девчонка чесала за ухом довольно повизгивающего Глэфа, оставленного Пиннаром в трактире.
  Волчатник уселся за стол напротив Нетопыря. Воздух вокруг отяжелел, как перед грозой. Постояльцы трактира поспешили освободить соседние столы.
  Дарни непринужденно брякнулся на стул, рядом с Пиннаром и, положив секиру на стол, попросил служанку принести пива.
  Питье принес хозяин, который уже был и не рад исправно платившим постояльцам.
  Ласти уселся рядом с Дарни, Хог хотел последовать его примеру, но внезапно девчонка встала. Ее маленькая горячая ладошка опустилась на руку северянина.
  - Нет, нам нельзя вмешиваться.
  Они сели на скамью у стены, Глэф присоединился к ним.
  Попроси Хога уйти Волчатник или этот белобрысый, он ни за что бы не подчинился, а девчонка просто выполняла правила, запрещавшее ученикам вмешиваться в дела полноправных охотников. Хотя он-то учеником не был.
  Постояльцы сочли за лучшее удалиться в свои комнаты и вскоре в зале остались только четверо охотников за столом, Хог, девчонка-охотница и пес.
  За столом шел поединок взглядов, Пиннар ничем не уступал Нетопырю, но и не превосходил его.
  - Арнаэлл защищаю я, - сказал Пиннар. - Я подписал об этом договор с наместником!
  Нетопырь усмехнулся.
  - С каких это пор охотники заключают договоры, а не просто охотятся? Я не хочу с тобой ссориться, Волчатник, но никто, даже ты, не сможет помешать мне охотиться там, где я хочу.
  Нетопырь поднялся.
  - Идем, Яли! - кивнул он своей ученице и они вышли.
  Хог подошел к оставшимся охотникам.
  - И что теперь? - спросил он.
  - Конечно, охотиться, ведь нам надо первыми предъявить наместнику голову волкодлака.
  О тот, как охотиться на волка-оборотня, Хог знал очень мало, о чем он тут же и заявил.
  - Значит ты с нами! - торжествующе заметил Пиннар.
  - Да, но только на время этой охоты.
  - Конечно, - согласился Волчатник на подозрение быстро.
  - У меня из оружия всего два метательных ножа.
  - Ничего, этому делу мы поможем.
  Остатки вечера охотники посвятили приготовлениям. До полуночи им надлежало быть в лесу. Каждый вооружался как мог. Пиннар позвал Хога к себе в комнату. На кровати охотника среди вещей лежал какой-то длинный сверток.
  - Это тебе, - сказал Волчатник.
  - Что это? - спросил северянин.
  - Возьми и посмотри.
  Хог так и поступил, некоторое время он возился с тканью, наконец, в его руках оказались деревянные ножны, обшитые темной кожей, украшенные серебряными накладками. Ножны не были пусты.
  - Надеюсь, этот меч не из тех, которые, будучи вытащенными из ножен, не хотят возвращать обратно, покуда их не напоят кровью.
  - Нет, что ты. Меч самый обыкновенный.
  Хог вытащил клинок из ножен и залюбовался им. Лезвие было соразмерно рукояти, по сероватой стали шел темный изменчивый узор.
  - Это же настоящее сокровище! Тебе не жалко?
  - А я тебе его не дарю, а только одалживаю на время охоты.
  Хог взмахнул пару раз мечом на пробу. У него на родине не делали таких мечей, поэтому северяне и предпочитали пользоваться секирами и топорами. Северянину раньше не приходилось держать в руках меча, он с сожалением сказал об этом Волчатнику.
  - Ничего страшного, тебе же придется сражаться не с мечниками, а с волками, а против нечисти этот клинок заговорен.
  К тому моменту, когда приготовления закончились, метель как по волшебству прекратилась - было тихо и морозно. Они собрались во дворе. Ласти отправился за лошадьми. Глэф нетерпеливо скулил, ему не терпелось размяться.
  Стрелок вывел из конюшни трех лошадей.
  - Ты поедешь вместе с Ласти, - бросил северянину старший охотник, забирая у Ласти своего коня, это был аспидно-черный жеребец, мохнатый, гривастый, тонконогий и гибкий в кости, больше похожий на какого-то хищного зверя. Конь заржал и Хог заметил в его пасти острые белые зубы, вовсе не похожие на лошадиные. Лохматый низенький конек гнома, похожий на пони, внимания северянина не привлек. А вот прекрасный белоснежный жеребец Стрелка заставил его замереть от удивления.
  - У вас же не было этих лошадей там в обозе!
  - Для особых дел нужно не только волшебное оружие, но и кони соответствующие, - усмехнулся Пиннар.
  Северянин занял свое место за спиной Стрелка, причем красавец-конь будто и не почувствовал двойной нагрузки, и они тронулись в путь.
  Лошади пронеслись вдоль улицы, едва касаясь копытами снега, только воздух в ушах засвистел.
  Впереди замаячили городские ворота, запертые на ночь. Черный зверь Волчатника птицей взвился в воздух. Их с Ласти конь последовал за ним. К удивлению северянина, серый конек гнома не отставал, его ноздри светились в темноте алым, будто угли.
  Лес темнел на горизонте. Среди белых полей, он казался стеной колдовского замка. Светила полная луна, изредка пряча свое лицо за тряпками туч. Скулил пес, которого Волчатник вез поперек седла. Глэфу хотелось помчаться к этой черной лесной стене.
  Не доезжая до леса, Пиннар дал знак остановиться.
  - Хог, ты в свалку не лезь, если что. Ты пока не охотник и даже не ученик. Ласти, присмотришь за ним. Не забывайте, в лесу нас могут встретить не только волкодлаки, но и Нетопырь.
  Волчатник спустил пса на землю, и они поскакали дальше, теперь уже не так быстро.
  Как можно найти в ночном лесу неуловимых оборотней, Хог не знал, надеяться здесь следовало только на опыт Волчатника и на чутье Глэфа. Пес бежал чуть впереди, непрерывно нюхая воздух. Он иногда растворялся во мраке, только светились желтым глаза.
  Иногда Хогу начинало казаться, что он спит. Лошади неслись по лесу совершенно бесшумно, мелькали стволы деревьев, блестел от лунного света снег. Северянин оглянулся. За ними виднелась только цепочка собачьих следов.
  Внезапно Глэф залаял и закружился на месте, подзывая хозяина. Пиннар подъехал к псу, разглядывая его находку.
  - Молодец, мальчик! - похвалил он собаку.
  Волчатник спешился и сразу провалился в снег почти по колено.
  - Что там, - спросил Стрелок.
  - Волк. Судя по следам, еще почти волчонок. След совсем свежий.
  Глэф топтался на месте, ему не терпелось ринуться в погоню.
  - Волкодлак? - спросил Дарни.
  - Не знаю, след очень крупный. Но пока ничего сказать не могу. Это может оказаться и истинный зверь.
  Пиннар вскочил обратно в седло. Жеребец под ним захрипел, выгнул шею дугой и прижал уши.
  - Хог, ты что скажешь? - Волчатник смотрел на северянина.
  Хог прислушался к себе, пытаясь уловить враждебную магию, но напрасно.
  - Ничего не чувствую.
  - Ладно, тогда положимся на Глэфа, он утверждает, что здесь прошел именно оборотень.
  Пес гавкнул, будто согласился.
  Волчатник махнул рукой, пуская Глэфа по следу. Пес помчался вперед, он не лаял, как охотничьи собаки, от этого его отучили еще в детстве, это могло предупредить нечисть. Три всадника мчались прямо за псом. Хогу вспомнилась Дикая Охота, сейчас они очень походили на нее.
  Прошло не менее часа, как вдруг Волчатник с руганью остановил коня перед каким-то овражком.
  - Это истинный зверь! Мы гонялись за истинным зверем!
  - С чего ты взял? - спросил Ласти.
  - Здесь ручей, следы пересекают его и продолжаются на другой стороне.
  Вопросы сразу отпали. Все знали, что волкодлаки, как и любая нечисть не могут пересекать текущую воду.
  Глэф, между тем, отступать не хотел. Он бесновался, вырывая ошейник из рук хозяина. Было ощущение, что зверь где-то рядом.
  - Уймись, Глэф! Мы и так потеряли уйму времени.
  Кое-как успокоив пса, охотники отправились дальше по лесу, но так ничего больше этой ночью и не нашли.
  В город они вернулись ближе к утру, нужно было успеть до того, как люди проснутся и выйдут на улицу. В трактире Пиннар отправил Ласти и Хога спать, а сам с гномом остался в зале, послушать, о чем будут говорить.
  Хог наскоро перекусил тем, что принесла ему в комнату служанка, и завалился на кровать. До этого момента, он и не представлял, как устал на самом деле. Глаза закрылись сами собой, и Хог уснул.
  Было далеко за полдень, когда Пиннар зашел к Хогу, собираясь его разбудить.
  Северянин спал и улыбался во сне. Его правая рука лежала на груди, пальцы слегка дергались, будто он пытался кого-то поймать. Потом светлые брови резко сошлись на переносице, придав лицу северянина грозное выражение. Но оно тут же сменилось испугом, переросшим в настоящий ужас. С криком Хог вскочил с кровати.
  Он был счастлив. Рыжая была с ним, ее не надо было искать, от нее исходило тепло, отчего Хогу хотелось петь и смеяться.
  - Поймай меня! - крикнула она, уворачиваясь от его рук.
  Ее светлая фигурка замелькала среди берез, высокие травы скрыли ее тень. Будто рыжий огонек мелькала она между лапами елей, будто рыжий лисий хвост.
  Но вдруг лес исчез!
  Во тьме возникла огромная фигура. Взметнулись полы черного плаща, освобождая руку с сияющим мечом.
  Хог застыл, не в силах сдвинуться с места. Меч опустился прямо на Рыжую.
  Она лежала у ног человека в черном, как застывший язык пламени.
  - Нет! - закричал Хог, кидаясь на охотника, и столкнулся нос к носу с ошарашенным Волчатником. Пиннар, сглотнув, уставился на руки Хога, которые были протянуты к его горлу.
  Северянин отступил от Волчатника.
  - Извини, мне приснился кошмар.
  - Бывает. Я вообще-то как раз шел тебя будить. Появились новости.
  - Да, я уже иду.
  Пиннар вышел, а Хог сел на кровать и задумался. Ему вспомнились подробности, на которые он во сне не обратил внимания. Что если это вещий сон, тогда получается что Рыжая...
  В комнату Хога влетел Ласти.
  - Ты что сидишь! Собирайся! Нам пора выезжать!
  Хог тряхнул головой, прогоняя наваждение. Чего только во сне не померещится. Надо только будет приглядеть потом за этим белобрысым охотником, ведь это он ходит в черных одеждах.
  - Что случилось? - спросил Хог у Ласти, на ходу дожевывая кусок хлеба с копченым мясом.
  Во дворе уже ждали оседланные кони. Теперь они выглядели как обычные лошади. Рядом с ними стоял понурый гнедой мерин.
  - Это твой, - кивнул на него северянину Пиннар. Старший охотник уже сидел в седле. - Трактирщик любезно согласился нам его одолжить.
  По дороге Хогу удалось все-таки узнать, что произошло. Ночью, пока они носились по лесу, в деревне, неподалеку от Арнаэлла, волк загрыз несколько овец, об этом Волчатник и гном узнали от крестьян, пришедших в 'Котел и Кружку' почесать языки и выпить.
  Снег во дворе дома, где случилась беда, походил на кровавую кашу. Было трудно поверить, что такое мог сотворить один волк, пусть даже и оборотень. Туши овец уже убрали и сожгли, что привело Волчатника в ярость.
  Бледный хозяин молча слушал бушующего охотника, потом указал ему на столбы, поддерживающие навес над стогом сена. На них были хорошо видны следы зубов. Волчатник внимательно их оглядел.
  - Что же вы не пытались защитить скотинку? - спросил он у хозяина.
  - Мы боялись, - ответил мужчина. - Лучше овцы, чем мои дети. Он пытался вломиться в дом.
  - А что же соседи?
  - Они были рады, что их дома стоят не с краю.
  - Но ведь завтра волк может придти и к ним?
  - Каждый надеется, что с ним такого никогда не случится.
  Пиннар внимательно изучил следы гигантских когтей на двери, после чего вернулся к остальным.
  - Это настоящий. Причем не по рожденью, не порченый, а по своей воле. Он вполне может быть из этого самого села. Только обратился недавно, не успел заматереть, вот и играет в нем темная сила.
  - Что будем делать? - спросил Хог.
  - Сейчас мы можем только поискать пень, через который он кувыркается.
  Но сначала они еще раз внимательно все осмотрели, стараясь ничего не упустить.
  - Пиннар, - Хог подошел к Волчатнику, - а как ты узнал про волка?
  - Ты про пень?
  Северянин кивнул.
  - Волкодлак по рождению никогда не стал бы действовать так грубо, его поведение мало отличимо от поведения истинного зверя. Эти доставляют нам меньше всего хлопот, они водят себе в лесу волчьи стаи, вспоминая о своей человеческой сущности только в полнолуние. Жертвы колдовства и волчьего укуса стремятся попасть к людям, вернуться к человеческой жизни. Такой волкодлак нападает, только если его натравит маг, или он очень сильно озлобится. Самые страшные те, что становятся волками по собственной воле. Они сначала живут среди людей, стараясь ничем не выдать себя, а волчья злоба требует выхода, да и потребность в человеческой крови приходит со временем.
  - А я слышал, что один маг превращался в волка, кувыркаясь через пень, и ничего.
  Пиннар грустно усмехнулся.
  - Так он не хотел становиться волком, он и в волчьем теле продолжал оставаться человеком.
  Потом они отправились по следу, который нашел Ласти за домом.
  Глэф бежал, уткнувшись носом в снег. Но найти ничего не удалось, ближе к вечеру начался сильный снегопад, и все следы засыпало крупными хлопьями снега.
  В 'Котел и Кружку' охотники возвращались усталые и злые. Они опять зря проносились по лесу, изматывая себя и лошадей. Мерин Хога, который не умел бегать по снегу, как по твердой земле, был весь в мыле и еле тащился.
  В трактире их поджидал Нетопырь. На этот раз белобрысый охотник явился один. Хог содрогнулся, вспомнив свой сон.
  - Как успехи? - поинтересовался он.
  Пиннар чуть не плюнул в его сторону, но сдержался и спросил в ответ:
  - А как у тебя?
  - Слышал, вы любите ночные прогулки? Удивляюсь, как наместник вообще додумался вас позвать.
  - Зачем ты приперся? - спросил Волчатник, усаживаясь за стол.
  - Навестить вас, проведать, так сказать.
  - Проведал? Убирайся! - Дарни не был расположен шутить.
  Хог не стал дослушивать, а отправился к себе в комнату. Несмотря на усталость, спать ему не хотелось. Сегодня ночью предстояло патрулировать местность вокруг той деревни. Северянину было немного не по себе.
  Зимой темнело рано, поэтому, хотя они выехали совсем ранним вечером, на улице стояла самая настоящая ночь. К тому же небо закрывали плотные тучи, и сыпал противный мелкий снежок. Хог опять сидел позади Ласти. Похоже, предстояла довольно неприятная ночка.
  До деревни они добрались довольно быстро, но в саму деревню въезжать не стали, остановились так, чтобы только видеть крайние дома. В некоторых окнах еще горел свет.
  - Ласти, - негромко сказал Волчатник, - ты сможешь, если взберешься на это дерево, попасть в цель?
  Стрелок кивнул.
  - Ты останешься здесь в засаде.
  Ласти спрыгнул с лошади и начал забираться на дерево. Это была старая разлапистая липа, так что охотник вполне удобно устроился на толстом суку на высоте шести человеческих ростов. Теперь Ласти напоминал большую нахохлившуюся птицу.
  - Хог, - обратился Пиннар к северянину, - тебе придется ехать одному, не отставай.
  Северянин потрепал белого коня по шее, гадая, будет ли он слушаться. Жеребец зафыркал и оглянулся, чувствуя чужую руку. От Ласти северянин знал, что коня зовут Снежок.
  - Мы сейчас попробуем осмотреться. Глядите в оба.
  Кони прянули вперед, перед ними тенью стелился Глэф. Пока пес, похоже, ничего не чувствовал.
  Они объехали деревню кругом, но не обнаружили ничего необычного.
  - Еще рановато, - заметил Дарни.
  - Ты прав, - кивнул Волчатник. - Нам нужно устроиться где-нибудь и подождать полуночи, а если будем без толку кататься, то волка или упустим, или спугнем.
  Они расположились так, чтобы окружить деревню кольцом. Теперь никто не мог проскользнуть или выскользнуть из деревни незаметно для охотников.
  Хог расположился на опушке леса, это место возвышалось над деревней небольшим холмом. Арнаэлл отсюда не было видно за холмами, зато деревня была как на ладони. Так же Хог хорошо видел дерево, на котором засел Ласти.
  Северянин постелил на снег плащ и плотнее закутался в куртку, похоже, ожидание обещало быть долгим.
  Снег и не думал прекращаться, постепенно маленькие снежинки превратились в огромные хлопья, и северянин обнаружил, что не различает ничего уже в десятке шагов. Деревни видно не было.
  Неожиданно забеспокоился невидимый в темноте Снежок. Хог ощупью нашел привязанного к дереву коня и прижался к его теплому боку, стараясь успокоить. Снег залеплял глаза и нос, мешая оглядеться. Конечно, Снежка мог испугать простой лесной зверь, но что-то в это не верилось.
  Шепча коню успокоительные слова, Хог достал меч.
  Конь замер.
  Северянин тщательно вслушивался в снежную темноту и слышал только шорох падающего снега.
  Внезапно Хога обдало звериным теплом. Снежок шарахнулся от метнувшегося к нему из снегопада темного тела, сбив Хога с ног. Северянин изо всех сил вцепился в поводья, и конь поволок его по снегу.
  Сзади чудилось тяжелое дыхание. Хог пытался дотянуться до стремени, чтобы подтянуться и сесть в седло, но в его руке был меч, который не хотелось терять. Снежок, взбрыкивая, припустил еще быстрее, собирая на одежду северянина сугробы липкого снега.
  Волкодлак, кажется, отстал. Конь стал замедлять бег и, наконец, остановился совсем. Хог попытался подняться. Рука, которой он цеплялся за поводья, занемела и не слушалась. Северянин кое-как сунул меч в ножны и стал разжимать пальцы.
  Отдаленный вой заставил Снежка волчком закрутиться на месте. Хог всем телом повис на поводьях, принуждая коня остановиться.
  Судя по направлению, вой доносился откуда-то из деревни. Северянин вскочил в седло и направил упирающегося жеребца туда.
  После нескольких минут скачки, Хог понял, что не может найти дорогу. Лес был одинаков с любой стороны, одно направление ничем не отличалось от другого. Немного поразмыслив, северянин пустил коня прямо и выехал на небольшую поляну, в центре которой горел маленький костер, упрятанный в сугробах.
  Сидевший у огня человек в черном был северянину знаком.
  - Ты! - удивился Нетопырь, потом приказал резко: - Лезь на дерево! Сейчас он будет здесь.
  - Но я могу сражаться! - возразил Хог.
  - Только покусанных мне тут и не хватает! Лезь быстро! Яли, помоги ему!
  Появившаяся из мрака темная тень отбила у северянина желание спорить. Прямо из седла он уцепился за древесный сук. Снежок тут же умчался прочь. Цепкие пальцы ухватились за ворот куртки, помогая Хогу взобраться, через некоторое время он уже утвердится на дереве. Ученица охотника устроилась чуть выше, в ее руках был лук. Хог подумал и, сняв с пояса моток веревки, привязал к нему за рукоять один из метательных ножей, второй остался свободным.
  Нетопырь стоял у костра, посреди поляны, в его руке светился меч. Волкодлак двигался где-то по кромке тьмы, не показываясь на свет, но и не уходя.
  Северянин удивился. Что могло привести волкодлака сюда, когда там, за лесом была деревня, полная беззащитных крестьян? Но нет, он отчего-то пришел к этому костерку, прямо к мечу охотника.
  Первой не выдержала девчонка и в волка полетела стрела. Она, конечно, промахнулась, волкодлак двигался быстрее молнии. Из темноты донесся злобный рык. С ужасом Хог разобрал слова.
  - Человеческое мясцо! На дереве сидит, на меня глядит!
  Вот оно что! Северянин и девчонка, под защитой всего одного охотника, показались волкодлаку более легкой добычей.
  - Своих позвать сможешь? - спросил Нетопырь.
  Хог не сразу понял, что он обращается к нему.
  - Нет.
  - Ясно!
  Тут волкодлак решил, наконец, устранить препятствие на своем пути и прыгнул на охотника.
  Нетопырь резко отстранился и на пути волка возник меч. Зверь извернулся в прыжке и приземлился на все четыре лапы, уйдя от смертельного клинка.
  Только тут северянин сумел как следует рассмотреть волкодлака. Зверь был гораздо больше настоящего волка, его голова была уродливой помесью волчьей морды и человеческого лица.
  Волкодлак вновь прыгнул, но тут же с визгом откатился в сторону - в его бок попал нож Хога. Северянин поплотнее обхватил сук, на котором сидел, ногами, чтобы зверь не скинул его с дерева.
  Волк бешено рванулся, ревя от дикой боли. Смертельная мерья разъедала ему рану, а веревка мешала убежать. К беснующемуся волку подскочил охотник, замахиваясь мечом.
  Страшно закричала Яли, когда волкодлак обрушился на ближайшую жертву.
  Хог соскочил в снег, спеша на выручку охотнику. Меч сам собой прыгнул ему в руку. Он остановился над катающими противниками, нельзя было убить волкодлака, не причинив при этом вреда Нетопырю. Северянин тогда руками вцепился в загривок волка, оттаскивая его от человека.
  От напряжения у Хога потемнело в глазах, ему казалось, что он тащит бешеного быка, такой силой обладал волкодлак. Мелькнуло бледное лицо девчонки. Она торопливо натягивала тетиву.
  С расстояния двух локтей стрела с коротким свистом вонзилась в голову волка. Брызнула во все стороны кровь. Волкодлак последний раз дернулся и затих. От неожиданности Хог сел в утоптанный снег.
  Яли быстро отвернулась, ее вырвало. Потом девушка склонилась над охотником.
  Нетопырь сел. Одежда его была залита кровью. Хог с ужасом увидел, что правое плечо Нетопыря разорвано клыками волкодлака.
  - Что делать? - спросил он, глядя охотнику в глаза.
  - Ничего, - охотник бледнел с каждой секундой. - Яли, найди мою сумку! - сказал он и потерял сознание.
  Девушка, размазывая по щекам слезы, подкинула немного хвороста в костер и стала рыться в вещах.
  - Ты знаешь, что нужно делать? - спросил Хог.
  Она покачала головой, и северянин присоединился к ней в исследованиях имущества охотника. Они обнаружили несколько флакончиков и бутылочек. Хог тщательно принюхался к их содержимому.
  - Скажи мне правду! - Хог сурово посмотрел девчонке в глаза. - Твой учитель - человек?
  Яли покачала головой.
  - Понятно, - северянин с сожалением отложил в сторону баночку с мерьей, для людей она была идеальным лекарством, и перешел к проверке собственных запасов. Из них мог пригодиться только флакон из кости морского дракона.
  Хог открыл крышку и дал понюхать его содержимое лежащему без сознания. Нетопырь чихнул и очнулся. Яли принесла ему сумку. Охотник отобрал нужное и посмотрел на северянина.
  - Ты только не пугайся, - сказал он ему и отпил из флакончика.
  Некоторое время ничего не происходило, потом у Хога замельтешило в глазах, когда он проморгался, перед ним лежала большая летучая мышь. Летуну было явно неудобно на холодном снегу. Яли накинула на нетопыря плащ и, завернув в него мыша, как младенца, прижала к груди.
  Хог догадался закрыть рот.
  - Что же это?!!
  Яли настороженно смотрела на него.
  - Пусть он сам тебе расскажет, если захочет.
  Северянин кивнул.
  - Неплохо было бы для начала выбраться из леса, а то, пожалуй, у волка найдутся друзья.
  Девушка стала испуганно озираться по сторонам. Мышь в плаще пригрелся и заснул.
  - У вас были лошади? - спросил Хог.
  Девочка кивнула, потом тихонько посвистела. Откуда-то сверху спорхнула пара лошадей. Видно не только Волчатник знал, где достать волшебных коней.
  Яли собрала вещи. Хог помог ей уложись все в седельные сумки, а потом взобраться в седло. У ученицы охотника была маленькая вороная кобылка, северянину же достался мощный, серый в яблоках, жеребец Нетопыря. Сначала он недоверчиво обнюхал голову Хога, потом раздул ноздри.
  - Но, но! - послышался строгий голосок Яли. - не вздумай баловать, Дождь! А то останешься без морковки!
  Конь что-то профыркал и склонил голову.
  Хог, сторожась, вскочил в седло, потом спохватился.
  - Мы забыли про волкодлака! Он же может ожить, чего доброго.
  Северянин спешился и отрубил волку голову.
  Конь долго не хотел подпускать его с такой добычей, опять потребовалось вмешательство девчонки. Наконец, Хог утвердился в седле и тогда...
  кони взмыли в воздух.
  Северянин испуганно вцепился в луку седла. Его конь издал короткое ржание и взвился еще выше. Хог сначала испугался, а потом ухватил в кулак шелковистую гриву.
  - Будешь баловать, морковки не получишь!
  Конь тяжело вздохнул и спустился пониже.
  Они за пределами городской стены.
  - Ты дальше сама доберешься?
  - А ты куда?
  - Надо предупредить наших, а то они будут там до утра сидеть.
  Яли кивнула. Лошади перемахнули через городскую стену, а Хог отправился к деревне. Голову волкодлака он закопал в снегу по дороге.
  Северянин шел довольно долго, но вот, наконец, показались темнеющие в лощине дома. Снегопад прекратился, и деревню было хорошо видно. Вдруг в придорожных кустах шевельнулась какая-то тень. Хог остановился, всматриваясь в темноту.
  Тень сверкнула зелеными глазами и заскользила прочь, прячась между сугробами. Это был большой черный волк!
  Северянин нащупал метательный нож, но зверь уже исчез. Хог тихо посвистел, подавая сигнал 'свой'.
  Совсем рядом прозвучал отклик, второй и третий донеслись издалека.
  - Хог, это ты? - послышался голос Ласти.
  - Да, я.
  Охотник спустился с дерева.
  - Откуда ты? Где Снежок?
  - Не знаю, он убежал.
  Прискакал Волчатник, он сразу заметил капли крови на куртке северянина и его несколько растрепанный вид.
  - Похоже, Хог нас всех сегодня обошел.
  Глэф обнюхал руки Хога.
  Пиннар подал Дарни сигнал сбора, и через несколько минут гном был рядом с ними.
  - Что с тобой случилось? - спросил старший охотник.
  - Я сидел там, где ты и сказал. Потом Снежок забеспокоился и появился волк. Он пришел за мной, конь испугался и поволок меня за собой. Зверь не смог угнаться за жеребцом и отстал, а я наскочил на лагерь Нетопыря.
  - Значит, первая голова досталась ему! - недовольно заметил Пиннар.
  - Первая голова не досталась никому.
  - Значит волкодлак ушел?
  - Нет, но голова этого волкодлака не достанется никому.
  - Почему же это?
  Хог встретился взглядом с горящими синими глазами Волчатника, но охотник первым отступил, не выдержав тяжелого взгляда серых глаз северянина.
  - Ладно, пока ничья. Что их мало, что ли волкодлаков.
  - Я видел одного, пока шел. Прямо здесь, рядом с деревней.
  Они тщательно обшарили все вокруг деревни и в самом деле нашли следы.
  - Все-таки Глэф был прав, - сказал Пиннар, склоняясь над следами, - это тот самый, из леса. Но вчера здесь был не он.
  Тут в каком-то из дворов хрипло прокричал петух. С конями охотников произошли чудесные перемены, теперь в них никто бы не заподозрил волшебных животных. Это были самые обычные лошадь и пони.
  - Все, пропал Снежок, - печально сказал Ласти.
  - Не расстраивайся, - хлопнул Стрелка по плечу Волчатник, - найдется твой скакун, вечером сам примчится.
  До города они шли пешком, ведя лошадей в поводу, , когда добрались до городской стены, ворота были уже открыты. Усталые охотники с трудом дотопали до 'Котла и Кружки'.
  - Все, сегодня до вечера все спим, - Пиннар с трудом жевал.
  - Мне нужно сходить, купить себе плащ, я свой вчера потерял, - сказал Хог.
  - Да и куртка новая не помешала бы, - Ласти кивнул на разорванные рукава.
  - Это еще можно заштопать, этой куртке еще и трех лет нету!
  Волчатник вздохнул, залез в карман и достал несколько крупных монет.
  - Хог, купи себе новую куртку, я не хочу, чтобы мой возможный ученик ходил как оборванец. Считай это платой за того волкодлака.
  - Трактирщик! Где здесь лучшая лавка?
  Над дверью висел вырезанный из жести кафтан. Хог толкнул створки и вошел в лавку. Там уже были посетители. Перед зеркалом примерял новую одежду какой-то человек. Он натянул поверх рубахи теплую стеганую куртку из черной ткани.
  - Нетопырь!
  - Здравствуй! Вот так встреча!
  - Как ты? - спросил Хог.
  - Нормально. Вернувшись в человеческое обличье, я и думать забыл об этой царапине . Спасибо тебе за вчерашнее, мне еще не попадался такой мощный зверь.
  - Да не за что. Я Хог Хогарсон, хотя иногда меня называют Бешеный Волк.
  - Мое имя - Лаэн, а прозвище ты знаешь.
  Хозяин лавки притих за прилавком. Он понял, что в его лавку занесло двух охотников, и старался не высовываться.
  - Решил обновить одежду? - спросил Лаэн, кивая на драные рукава Хога.
  - Да. Надо что-нибудь купить, хорошо, что напомнил.
  Хог подозвал хозяина лавки.
  Когда они выходили на улицу, Хог красовался в новом плаще, куртке и штанах.
  Охотники попрощались и разошлись.
  Хог, вернувшись, попросил к себе в комнату бочку горячей воды и как следует вымылся. Ему все казалось, что он чувствует прикосновение нечистой шерсти волкодлака.
  Лежа в кровати, перед тем как заснуть, северянин задумался. Сначала Нетопырь ему не понравился, но теперь Хог не мог ничего сказать против него. Обычный охотник. Только вот сон. Он закрыл глаза, надеясь увидеть во сне что-нибудь, что прояснило бы все.
  Приснился Хогу волчонок. Он бегал по его сну, сверкал глазами, забавно рычал, скаля маленькие белые зубы, топорщил черную шерстку на спинке. Северянин смеялся и играл с ним.
  Проснулся он сам. За окном сгущались сумерки, синеватые тени лежали на сугробах, солнце почти село. У Хога было чувство, что сегодня случится что-то необычное и неприятное. С тяжелым сердцем северянин оделся и спустился в зал. Здесь пока никто из охотников не появлялся. Хог заказал себе обед и, пока несли еду, слушал разговоры.
  Люди были недовольны, они ругали нерадивых охотников. Пока те отсыпались по девкам, ночью волкодлаки напали на еще одну деревню и загрызли там теперь человека.
  Хог, не дождавшись еды, встал и пошел будить Волчатника.
  Через несколько минут все сидели в комнате Пиннара, обсуждая, что делать дальше.
  - Нужно объединиться с Нетопырем, - сказал, наконец, Волчатник, - другого выхода нет!
  Послышался тихий стук в окно. Ласти открыл ставни. В комнату влетела большая летучая мышь. Нетопырь принял человеческое обличье и спросил:
  - Слышали новости?
  Хога и Яли решено было с собой не брать, из-за нехватки лошадей, но тут во дворе трактира послышалось ржание.
  - Снежок! - воскликнул Ласти, высовываясь в окно.
  Каждый получил маленький рожок, звук которого слышали владельцы других рожков, как далеко бы они не находились. Нетопырь и его ученица должны были разведывать все с воздуха, а остальные охотники - искать на земле.
  Они объехали все окрестности Арнаэлла, когда издалека послышался звук рожка.
  - Это Яли, - сказал Дарни, прислушавшись.
  - Вперед! - скомандовал Пиннар.
  Волкодлаки осаждали хижину лесника, их было не менее десятка. Хог сразу узнал уродливые головы.
  Некоторые из них, увидев охотников, трусливо поджали хвосты, но не убежал никто. Слишком сильна была в них жажда крови.
  - Хог, не забывай об осторожности! - крикнул Волчатник, обнажая меч. Охотника опередил пес, он кинулся в самую гущу волков с диким ревом.
  С неба спустилась пара лошадей. Серый жеребец ринулся в схватку, а вороная кобыла зависла в воздухе на высоте двух человеческих ростов, оберегая свою всадницу. Ласти тоже держался в стороне от общей драки, посылая в волкодлаков стрелу за стрелой. Очень редко его стрелы находили цель, звери были слишком быстры.
  Визжал и волчком крутился на месте вороной Волчатника, махал секирой Дарни, отбивался от волков Нетопырь. Никто не заметил, как один из волкодлаков вскарабкался на крышу дома, откуда он прыгнул на черную кобылу.
  - Яли! - в ужасе закричал Нетопырь, когда девушка упала с лошади прямо на спину волкодлаку.
  Мгновенно над ней сдвинулся ковер серых спин.
  Дарни поспешил на помощь, орудуя секирой. Гнома тут же свалили. Хог спрыгнул с коня и побежал туда, за ним несся Ласти.
  Прямо перед носом Хога Глэф одним рывком порвал волку глотку.
  Они смогли раскидать волкодлаков. Нетопырь склонился над девушкой. На удивление, на ней не было ни одного укуса, на губах девушки запеклась кровь, будто она сама кого-нибудь укусила. Яли была бледной, как смерть. Лаэн приподнял ее, и девушку вырвало прямо на мертвого волкодлака. Яли зажмурилась и уткнулась лицом Нетопырю в плечо.
  Гном отделался не так легко, его основательно покусали и, хотя сражаться он мог, необходимо было обработать раны как можно быстрее, чтобы в лесу не появился еще один волкодлак.
  Уцелели только три зверя, но в живых нельзя было оставлять ни одного. Охотники взяли волков в кольцо, чтобы помешать им скрыться. Один кинулся было в сторону, но наткнулся на клыки Глэфа. Два других переглянулись и резко рванули в разные стороны. Один стакнулся нос Волчатником и встретил свой бесславный конец, другому удалось сбить Ласти с ног, и удрать.
  Пиннар, Ласти и Хог вскочили на лошадей и отправились в погоню. Дарни и Нетопырь с Яли остались у дома лесника.
   Глэф несся по следу, не давая волку остановиться и найти укромное местечко, чтобы спрятаться.
  Они выскочили на большую поляну, осыпая снег с ветвей елей. Посреди поляны стоял черный волк, он склонялся над чем-то.
  -Это тот самый, что был у деревни! - воскликнул Хог, узнав черную тень.
  Пиннар пришпорил коня, вытаскивая меч.
  Волк попятился, отступая от того, над чем он склонялся. Стала видна кровь на снегу. Охотники поняли, почему волкодлак не мог убежать, он сильно хромал.
  Пиннар замахнулся...
  - Еще движение и ты покойник! - раздался холодный голос Лаэна.
  Волчатник замер и оглянулся. У крайних деревьев стоял Нетопырь, за его спиной Яли натягивала тетиву.
  - Ты что, взбесился! Это же волкодлак! Он сейчас убежит!
  - Волкодлак уже никуда не убежит, а ты сейчас хочешь убить моего брата!
  Тут все разглядели то, что лежало на земле.
  Лаэн прошел мимо ошарашенного Волчатника и склонился над волком, тот лизнул его в лицо. Нетопырь тщательно осмотрел раненную лапу.
  - Придется поменять обличье, а то рана будет заживать очень долго.
  Волк вздохнул, потом в глазах у всех замельтешило. Теперь охотник склонялся над парнем, на вид ровесником Эльфа. Рука у него была цела, но вид оборотень имел не геройский.
  Нетопырь закутал брата в плащ и взял на руки.
  - Спи, не бойся, теперь я за тобой присмотрю.
  - Этого-то я и боюсь, - слабо усмехнулся парень и, зевнув, закрыл глаза, положив голову брату на плечо.
  Они добрались до хижины лесника и кое-как упросили пустить их на ночь. Узнав, что перед ним охотники, а не оборотни, лесник испугался еще больше и чуть не сбежал в лес из собственного дома. Немного успокоив хозяина, они занялись ранами гнома.
  Нетопырь устроил брата на лавке и, укрыв потеплее, велел Яли тоже ложиться спать.
  Волчатник и Лаэн долго спорили, чьи снадобья лучше, пока Дарни не разогнал их, сказав, что с такими знахарями он долго не протянет, тогда эти двое, совместными усилиями, принялись за лечение.
  Ласти обрабатывал раны у лошадки Яли. Хог же, обнаружив, что заняться ему нечем, задумался. Когда он вспомнил на поляне Эльфа, ему что-то вдруг... Точно, он сразу понял, что где-то видел лицо Нетопыря. Лица охотника и молодого альва имели весьма ощутимое сходство. Да еще и история, в которой братья невесты превращались в волков. Наверняка Нетопырь и его брат - двоюродные братья Эльфа! Нужно будет проверить это завтра.
  Утром Хог проснулся первым. Все еще спали. Северянин тихо оделся и вышел из дома. Яркое солнце слепило глаза, играл в солнечном свете снег. О вчерашнем побоище напоминали только переворошенные сугробы. Тела волкодлаков растаяли от солнечных лучей. Мир был светел и радостен, сейчас в нем ничто не напоминало о ночи.
  - Красиво! - вздохнул кто-то за спиной Хога.
  Северянин оглянулся. На пороге стоял невысокий черноволосый юноша с бледной кожей и зелеными глазами.
  - Да день сегодня замечательный.
  - Ты ведь Хог?
  Северянин нахмурился.
  - А тебе какое дело?
  - У меня есть кое-что для тебя, - и парень протянул северянину сливовую косточку. На ней рукой Хога была вырезана руна 'Человек'. Северянин взял руну в руки.
  Руна 'Человек' служила символом не только всего мира людей, но и связи каждого отдельного человека с окружающими его людьми, а так же единением мужской и женской стихии.
  - Догадываешься, кто тебе передает потерянное?
  - Рыжая, - прошептал Хог.
  Волчонок кивнул.
  - Она не могла попрощаться с тобой, но послала меня передать тебе весточку.
  - Скажи мне, куда она исчезла!
  - Туда, куда уходит осень, когда ей на смену приходит зима, туда, где моя родина. Я могу отправить тебя туда, но сопроводить не смогу, потому что тогда уже не вернусь сюда, а я еще не закончил здесь свое поручение.
  - Да, я хочу туда попасть!
  
  Глава 3.
  СТАРЫЙ ДОМ
  
  Хог упал лицом в густую прохладную траву, потом перевернулся на спину и замер.
  Над ним возвышались темные кроны могучих дубов. Ночь. Луны на небе не было, только светились фонарики звезд.
  Хог улыбнулся. Случилось то, о чем рассказывал ему в детстве дед и чего хотел и боялся любой человек. Он оказался в Верхнем мире, мире альвов и прочих волшебных существ. По словам деда, здесь было очень опасно находиться простому человеку, он навсегда может попасть в рабство к малым народцам. Но сейчас северянина это нисколько не волновало, нужно было найти Рыжую. Хог подозревал, что здесь сделать это не проще, чем в мире людей. Помочь ему мог только Эльф. Северянину показалось, что найти молодого альва будет не в пример легче.
  Было тихо, не пела ни одна птичка. Пахло свежей травой. Потом налетевший ветерок шевельнул листья деревьев и тут же крепко уцепился за них. Могучие дубы застонали, а ветерок превратился в ураган, который ломал ветки и обрывал листья из крон. Вдалеке раздался звук рожка и послышался лай собак.
  Хог встал, вглядываясь в ночной лес. Тут же что-то ударило его в спину, едва не уронив. Северянин оглянулся и замер.
  Девушка, которая столкнулась с ним, отскочила.
  На миг Хогу показалось, что перед ним Рыжая. Но он сразу понял, что ошибся. У девушки было круглое пухлое личико с широко расставленными глазами и слегка курносым носом.
  - Ты что стоишь! - закричала она. - Там же Дикая Охота!
  Незнакомка схватила Хога за руку и потянула прочь. Северянин последовал за девушкой. На его родине часто проводились состязания бегунов, и Хог нередко выходил победителем, так что теперь он сдерживал шаг, думая, что девушка может отстать. Но она, несмотря на широкие юбки, неслась как лань.
  С неба донесся чудовищный рев, сзади слышался треск ломаемых деревьев.
  Хог оглянулся и увидел кавалькаду призраков, что в сопровождении своры псов неслись по небу. Впереди на белом, как молоко, коне, извергающем из ноздрей и рта пламя, скакал сам Черный Всадник.
  - Быстрее! Не оглядывайся! - крикнула девушка и побежала еще быстрее. Перед Хогом мелькнули только ее длинные волосы. Северянин поднажал и поравнялся со своей спутницей.
  - Куда мы бежим?
  - Прочь отсюда! Если мы успеем добежать до реки, то считай, Дикая Охота осталась с носом.
  Казалось, лесу не будет конца, лай собак становился все ближе.
  - Нам не убежать! - девушка резко остановилась и, пытаясь отдышаться, стала осматриваться.
  - Туда! - указала она на темное пятно у подножия одного из деревьев.
  Они проворно нырнули в какую-то нору. Хог еле-еле протиснулся, девушка подталкивала его сзади. Нора оказалась неглубокой, всего два шага в глубину. Хог сложился втрое, чтобы его спутница тоже вместилась.
  Девушка выглянула наружу и сказала что-то тихим гортанным голосом, потом нырнула обратно к Хогу.
  - Авось пронесет, только молчи и не шевелись.
  Тело девушки рядом было просто обжигающим, она дышала прямо в шею северянина. Хог закрыл глаза, стараясь ни о чем не думать. Внезапно дерево, под корнями которого они нашли приют, содрогнулось.
  Дикая Охота накрыла их.
  Людей оглушили завывания рожков, лай собак и стенания призраков.
  Но, покружившись немного, Охота не нашла ничего и помчалась дальше.
  Девушка пошевелилась.
  - Все, можно выходить.
  Они вылезли из норы. Незнакомка повернулась к Хогу и требовательно на него посмотрела.
  - Кто ты, так неосторожно ходящий в первую безлунную ночь лета?
  - Обычно меня называют Бешеным Волком, а в лесу я оказался случайно. А как я могу назвать свою спасительницу?
  Она была обитательницей Верхнего мира, и Хог мог только гадать, кто перед ним.
  - Мое имя Яррэ, хотя все предпочитают называть Крапивой. Скажи, Волк, ты что, забыл про сегодняшнюю ночь?
  - Запутался малость в днях.
  - Аааа, - потянула Яррэ. Но Хогу показалось, что она ему не поверила.
  - А как ты оказалась в лесу?
  - Отчим отправил меня в лес, надеясь, что я встречусь с Дикой Охотой. Может, ты проводишь меня домой, а то я боюсь одна в лесу.
  Никакого страха на ее лице не было, но Хог кивнул. Северянин не сам себе, что это он боялся остаться в лесу в одиночестве.
  Яррэ двинулась направо, выискивая дорогу по одним ей известным приметам.
  Хог взглянул на небо. Звезды были такими же, как в мире людей, но светили как-то ярче и казались ближе.
  Туда, где они шли, Дикая Охота не добралась, и лес остался цел. Тишина. Доносился только нежный шепот листьев, беседовавших с ветром. Девушка двигалась бесшумно, не теряясь даже в самой густой тьме под кронами деревьев, она будто видела в темноте. Внезапно она замерла, сделав Хогу знак остановиться. Совсем рядом с ними прошествовал кто-то большой, невидимый во мраке. Яррэ подождала, когда шаги затихнут вдали, и продолжила путь.
  - Кто это был?
  - Леший. Его разозлила Дикая Охота, которая немало напакостила сегодня в его лесу. Попадаться ему на пути не стоит.
  Наконец они вышли из леса, и перед ними заблестела в свете звезд река. Хог двинулся к бревенчатому мосту, связывавшему оба берега.
  На другом берегу возвышался какой-то маленький холм, на котором торчали неопрятные кусты бузины, вперемежку с зарослями крапивы. Первое, что бросилось в глаза северянину - заросли крапивы. Эта жгучая трава любила селиться с жильем человека, или там, где оно раньше находилось.
  - Здесь раньше была деревня? - спросил Хог.
  - Нет, здесь находится мой дом, - ответила Яррэ.
  И тут Хог его увидел. Дом был длинный, такой, как строились у него на родине. Наполовину он утопал в земле, виднелась только часть деревянных стен с крошечными окошками. Крыша была покрыта дерниной, почти полностью заросшей сорными кустами и травами. Из небрежно проконопаченных щелей свисали лоскуты белесого мха..
  - Ты здесь живешь! - удивлению северянина не было предела.
  - Да. Спасибо, что проводил, а теперь прощай.
  Хог открыл было рот, чтобы напомнить о законе гостеприимства, но тут где-то возле дома лениво гавкнула собака.
  Яррэ попыталась спровадить северянина.
  С медленным скрипом открылась дверь, и из дома вышел невысокий косматый бородатый мужчина.
  - Явилась!
  Яррэ застыла на месте, обречено глядя на вышедшего. А взгляд мужчины остановился на Хоге.
  - Ах ты, негодная! Что же ты путника усталого держишь на улице! Проходи скорее в дом, будь нам гостем, человек прохожий.
  Крапива дернула северянина за рукав и прошептала:
  - Не ходи!
  Но бородач видно обладал хорошим слухом.
  - А ты иди на кухню, нечего гостя смущать! Крапива она и есть, - добавил он уже для Хога, беря северянина за руку и вводя в дом.
  В доме Хогу с нос ударил резкий запах сырости, будто здесь и не жил никто. Они оказались в длинном узком зале, вдоль стен которого размещались скамьи и столы. В центре, друг напротив друга, стояли деревянные резные кресла, больше похожие на троны. Одно из них пустовало, сиденье покрывала пыль, а резные узоры присмотрели для жилища пауки. В другом кресле полуразвалившись восседал могучий человек, на его обнаженной груди в неверном свете факелов играла самоцветами драгоценная цепь. Рядом с хозяином полусонно сидело несколько человек. Стол перед ними был завален объедками, под столами шныряли тощие облезлые собаки в поисках куска. Люди, казалось, только что закончили пировать, но Хогу на миг показалось, что остатки еды перед ними давно загнили и покрылись плесенью.
  - Только ничего не ешь и не пей! - тихо предупредила его Яррэ и удалилась, провожаемая злобным взглядом бородатого.
  - Я привел нового гостя, братья! - мощным тычком в спину Хог был вытолкнут на середину зала и оказался прямо напротив человека на троне.
  Глаза хозяина были цвета моря в шторм, а взгляд подобен волне, опрокидывающей корабль, но она разбилась о зеркала серых глаз и плеснула мимо.
  - Кого ты привел, Херэг?
  - О, это усталый путник, которого нашла в лесу наша Крапива, - блеснув глазами, ответил бородатый Херэг.
  - Ну что ж, путник, садись за стол и пируй с нами!
  Хог устроился недалеко от выхода, но рядом сел Херэг, преграждая путь к двери.
  В зале появились черноволосые женщины и девушки, убравшие объедки и принесшие новые блюда. Крапивы среди них не было.
  - Кто ты гость и как попал в наши края? - спросил хозяин, поднимая большой рог с хмельным напитком.
  - Называют меня обычно Бешеным Волком, а оказался я здесь по воле случая.
  Перед Хогом стояли аппетитные блюда, но в ушах звучало предупреждение Яррэ. Северянин больше верил девушке, которая уже однажды спасла его, чем прочим обитателям этого странного дома.
  Видя это, хозяин нахмурился.
  - Что же ты ничего не ешь, Волк? Или ты хочешь оскорбить меня и мой дом?
  - Нет, что ты. Я не хочу тебе обиды. Вкусны твоя яства, хмельны твои напитки, прекрасны женщины, что подают их, но мне больше всех приглянулась та, с которой я пришел.
  Хозяин кивнул.
  - Пусть придет Крапива!
  Через несколько минут две женщины привели девушку, которая шла, опустив глаза. Она села рядом с Хогом, потеснив Херэга.
  Хозяин расхохотался.
  - Теперь и уксус покажется сладким! - проговорил он.
  Хог потянулся к блюдам, но Яррэ взяла его за руку, и северянин увидел, что лежало в них. То мимолетное прозрение, когда он вошел, оказалось истинным. Яства были испорчены, их покрывала плесень, в некоторых копались черви, а дымок, поднимавшийся над жареным поросенком, оказался стайкой мух. Вместо меда в кубках темнела болотная вода.
  Хог испытал одновременно два желания - выхватить меч и убежать. Но выбирать ему не пришлось, как впрочем, и отведать чудесной пищи.
  Дверь дома открылась, и в зал вошел высокий человек в черном плаще до пят и широкополой шляпе, полностью скрывавшей лицо, во тьме, его заменяющей, синим огоньком отсвечивал один глаз.
  Человек уселся в кресло напротив хозяина дома, и тут же в открытую дверь с улюлюканьем ворвались призраки. Некоторые взвились под потолок и летали там, подобно обрывкам прозрачной ткани, другие степенно уселись за стол, рядом со своим предводителем. Наконец все расселись, и хозяин поприветствовал того, в ком Хог признал самого Черного Всадника.
  - Кого сегодня затравили твои псы, Охотник? - спросил хозяин, при этом его взгляд остановился на Хоге.
  Черный Всадник сделал знак призракам. Тут же некоторые поднялись и исчезли за дверью. Впрочем, они тут же появились, волоча что-то. Призраки бросили свою ношу посреди зала и вернулись на свои места. А Хог мало-помалу начал догадываться, куда его занесли магия Волчонка и бегство от Дикой Охоты - он попал к темным альвам.
  Между тем, ноша призраков пошевелилась и поднялась на ноги. Посреди зала стоял тот, кого северянин ожидал увидеть в Верхнем мире меньше всего.
  - Ценная добыча, - потянул хозяин дома. - Как тебе удалось его поймать?
  - Он был очень беспечен, - сказал Черный Всадник и кивнул одному из призраков, тот преподнес хозяину дома черный костяной лук.
  - Это украсит твою оружейную, Хёрдиг.
  Хозяин кивнул, принимая подношение.
  - Мои темницы к твоим услугам, надеюсь, ты останешься до завтра, ведь почти наступило утро.
  Жители дома и призраки разбрелись по дому. Хога проводили в небольшую комнату, посреди которой стояла роскошная кровать, занавешенная пологом. Крапиву отправили куда-то, и северянин остался один.
  Теперь не помешало бы хорошенько подумать. Днем все будут спать, и он сможет беспрепятственно выбраться из дома. Но сможет ли он уйти один, оставив без помощи того, кто однажды спас ему жизнь, да и Крапиве здесь не место.
  Хог сел на кровать...
  - Проснись же! - донесся до него отчаянный голос, и Хог понял, что уже давно слышит его. Кто-то тряс его за плечо. Северянин открыл глаза - над ним склонялась Яррэ. Пряди светло-русых волос падали на лицо, заслоняя рыжие глаза.
  - Как это я умудрился заснуть? - Хог огляделся. - На полу?
  - Сонные чары, а на пол тебя я свалила, чтобы разбудить.
  - Где темница? - сразу приступил к делу северянин.
  - Я покажу.
  Они вышли из комнаты и пошли по коридору. Крохотные окошки были тщательно занавешены, чтобы солнечный свет не попал внутрь.
  Коридор привел к высокой резной двери.
  - Только тихо. Это спальня моего отчима, сейчас он спит, но сон у него чуткий.
  Крапива бесшумно приоткрыла створку, впуская северянина внутрь. Потом девушка откинула ковер с пола и показалась квадратная плита с вбитым в нее бронзовым кольцом. Хог подошел к плите и, упершись в пол ногами, ухватился за кольцо. Казалось, он поднимает за хвост мирового змея, по лицу северянина ручьями тек пот. Хог старался дышать бесшумно. Первой сдалась плита. Яррэ помогла отвернуть ее в сторону. Они склонились над открывшимся отверстием, вниз уходили земляные ступеньки. Первой начала спускаться Яррэ, она тут же выудила факел из тайника в стене и, когда Хог оказался внизу, так было уже вполне светло.
  - Это не простая темница, она специально для таких, как этот пленник, на которых не действует никакая магия.
  Они двинулись по ходу, прорытому в земле.
  Хог решил удовлетворить свое любопытство.
  - Скажи, Яррэ, а почему ты живешь здесь, ведь обитатели этого дома не друзья тебе.
  Девушка обернулась на ходу.
  - Приходилось ли тебе слышать о подкидышах, которыми докальвы заменяют детей?
  Северянин кивнул.
  - А человеческих младенцев они забирают и растят здесь, в Верхнем Мире, заставляя работать на себя.
  - Тебе не придется больше находиться здесь, я возьму тебя с собой.
  Крапива вновь обернулась, теперь на ее лице была улыбка.
  - Мне, пожалуй, будет жаль покидать это место, ведь тогда некому будет помогать случайным гостям дома уходить из него живыми. Не знаю, кто были мои родители, но темные альвы сильно просчитались, когда меня украли, их магия на меня не действует, а я могу разрушить любые их чары.
  Тут они вышли в небольшую пещеру, все ее дно занимало озеро. Вода в нем было дивно прозрачной, откуда-то со дна поднималось густое янтарное свечение. Посреди озера темнел маленький островок, на котором сидел пленник.
  - Здравствуй, Дорн, - поприветствовал Хог того, кого в нижнем Мире знали под прозвищем Котик.
  Рыжий алди поднял голову.
  - Ты все еще жив, Хог. Это радует. Но зря ты сюда пришел, это место - ловушка для таких, как я. Ты ничем не можешь мне помочь.
  Хог оглянулся на Яррэ, чтобы спросить у нее совета и удивленно отпрянул. Девушка стояла вытянувшись в струнку и все будто тянулась к островку.
  Котик заметил странное лицо Хога и тоже посмотрел на Яррэ.
  Их глаза встретились.
  Такое северянин видел впервые.
  Сначала юноша и девушка тянулись друг к другу только взглядами, потом они подошли каждый к своему краю и протянули руки. Но между их пальцами было не менее половины человеческого роста.
  - Так ты его не вытащишь, - сказал Хог, но тут заметил, что от рук Яррэ исходит будто невидимое сияние. Оно постепенно становилось все отчетливее, пока не превратилось в сероватую дымку, воздух вокруг которой отчетливо гудел. Сияние потянулось к Котику и, как только оно коснулось его пальцев, алди одним прыжком оказался рядом с Крапивой.
  Пальцы юноши и девушки сплелись.
  - Нужно уходить! - сказала Яррэ, вырвав свои пальцы из рук зачарованного Котика.
  Они отправились обратно по коридору. Хог только удивлялся про себя. Выбравшись наверх, Хог и Котик поставили плиту на место, Яррэ поправила ковер.
  - Мой лук! - шепотом воскликнул Дорн и двинулся к стене, на которой среди разнообразного оружия висел и его лук.
  Но как только пальцы юноши коснулись лука, в воздухе поплыл тихий звон.
  Кровать зашаталась, и Хёрдиг вскочил, разбрасывая одеяла.
  - Взять их!
  - Бежим! - завопила Крапива, бросаясь к двери. Хог схватил Котика, который так и не смог отцепить свой лук, в охапку и припустил за ней.
  Коридоры, двери, коридоры. Северянин давно отпустил Дорна, и тот бежал сам.
  Крапива ударилась всем телом о дверь, но та не открылось.
  Заперто!
  Хог отскочил назад и ринулся на дверь. Створки не выдержали мощного напора северянина, и Хог влетел в зал вместе с остатками двери. Тут же по нему кто-то пробежался. Северянин вскочил и присоединился к Дорну, отбивающемуся от десятка докальвов.
  Сражаться рядом с алди было просто. Котик, который был гораздо подвижнее любого человека, да и альва, играл с противниками как с котятами. Меч, невесть откуда появившийся в руках Дорна, с легкостью рассекал металл, ткань, кости, плоть. Хогу оставалось только держаться в сторонке и не подпускать докальвов к Крапиве.
  Между тем, в коридоре, из которого появились беглецы, послышались возгласы и звон оружия. Сражавшиеся в зале приветствовали криками подкрепление.
  Северянин и алди переглянулись, Котик выше поднял меч.
  - Сюда! - послышался возглас Яррэ. Хог успел заметить только мелькнувшие широкие юбки, и девушка исчезла за какой-то неприметной маленькой дверцей.
  Дальше они неслись по узким коридорам, заросшим пылью и паутиной. Старый дом больше напоминал какой-то заброшенный лабиринт. Несколько раз Хог спотыкался обо что-то. У его спутников таких проблем не возникало, Крапива легко бежала впереди, похоже, она знала каждую трещинку этих стен, а алди неплохо видел в полутьме. Стоило Хогу оглянуться, и он замечал два ярких зеленоватых огонька.
  Внезапно они выскочили в более просторное место, встретившее их конским фырканьем и нестройным перестуком копыт.
  Конюшня. Хог замер и огляделся. Докальвы предпочитали, диких видом, вороных коней, выделялись только молочно белый жеребец Дикого Охотника и мохнатый мощный соловый конь. К нему-то и подбежала Крапива. Наскоро приласкав солового, она принялась взнуздывать его, северянин поспешил на помощь девушке. Огромный зверь был кроток и ласков, он стоял не шевелясь, пока люди седлали его.
  - Какую еще лошадь можно взять? - Спросил Хог у Крапивы.
  - Больше никакую, кроме Гривастого, ни одна из них не вынесет солнечного света, это докальвские кони.
  - Но один конь не увезет нас троих!
  - Еще как увезет!
  Соловый мотнул челкой, будто подтверждая.
  Северянин вывел коня из стойла, помог Яррэ взобраться в седло, потом сел за ней, Котик устроился последним. На удивление, всем вполне хватило места, спина коня будто удлинилась.
  - Вперед! - Крапива сжала бока коня коленями.
  Гривастый с храпом рванулся, грудью распахнув ворота конюшни. В лицо им ударил яркий солнечный свет, сзади настигли яростный волчий вой, дикие хрипы коней и вой призраков. Но все они были бессильны добраться до беглецов, ибо солнечный день служил надежной защитой.
  
  Глава 4.
  
  ПРОКЛЯТЫЙ МЕЧ
  
  Хог нежно провел рукой по пушистой гриве коня. Гривастый скосил на него светло-желтый глаз и продолжил щипать траву.
  Они остановились отдохнуть у небольшого ручейка, и теперь наступающие сумерки отгонял небольшой костер, у которого сейчас притулились Яррэ и Дорн. За полдня Гривастый успел умчать их довольно далеко. Хог преисполнился уважения к неповоротливому на вид коню. Теперь, докальвам, чтобы найти их придется немало потрудиться, ведь соловый жеребец, помимо своей прыти, еще и не оставлял следов. Беглецам можно было спокойно отдохнуть и обсудить, куда они хотят отправиться дальше.
  Хог, впрочем, уже давно обдумал свое дальнейшее продвижение, Яррэ без сомнения должна отправиться с ним, ведь не может же девушка одна оставаться во враждебных лесах. Что же до алди, то он мог или присоединиться к ним, или идти своим путем. Северянину даже не пришло в голову, что Крапива, выросшая в Верхнем мире, знает о нем гораздо больше и является более опытной путешественницей по просторам волшебного мира, чем сам Хог, который и нуждался больше всех в помощи.
  - Куда ты собираешься дальше, ведь теперь тебе нельзя обратно к докальвам? - спросил Дорн у Яррэ.
  Девушка на мгновение опустила глаза, а потом задумчиво оглядела хрустящего травой коня.
  - Оправлюсь к предводителю льёсальвов, верну ему Гривастого, ведь это лучший конь из его конюшен и он давно ищет способ вернуть его. Думаю, что это смягчит повелителя, к тому же многие льёсальвы помнят о том, что я вывела их из владений Хёрдига.
  - А перед этим заманила туда, - ухмыльнулся Хог.
  - А что мне еще оставалось делать? - золотистые в свете костра глаза девушки с упреком посмотрели на северянина.
  Хог опустил взгляд, понимая, что не ему упрекать Крапиву, которая увела его от Дикой Охоты, пусть и в лапы предводителя темных альвов.
  - А куда собираешься ты, который не помнит, какой сейчас день и бестрепетно идет в сети Дикой Охоты?
  -Я пойду с тобой, - ответил Хог. - У меня тоже есть знакомые среди светлых альвов, которых мне хотелось бы найти, - это было удачным совпадением - он сможет отыскать Эльфа, а потом и Рыжую.
  - А куда отправишься ты, алди? - похоже, роль предводителя перешла к Крапиве.
  - Меня зовут Дорн или Котик, как тебе больше нравится, а отправлюсь я с вами, потому что мне тоже нужно увидеться кое с кем из льёсальвов, - Дорн многозначительно посмотрел на северянина.
  - Раз уж мы идем все вместе, надо немного отдохнуть, потому что есть все равно нечего, - Крапива развернула захваченный из старого дома плащ и завернулась в него.
  Только тут Хог почувствовал, насколько он устал. Короткий отдых в доме лесника, после боя с волкодлаками, почти совсем не освежил его, да и магическое забытье в старом доме с трудом можно было назвать сном. Северянин широко зевнул. Яррэ подхватила за ним.
  Котик усмехнулся и встал со своего места у костра.
  - Вы тогда отдыхайте, а я поброжу вокруг, осмотрюсь и посторожу заодно.
  - Тогда разбуди меня, после полуночи, - сказал Хог, укладываясь возле костра.
  Дорн с улыбкой кивнул и подкинул в костер несколько толстых веток.
  Уснул Хог почти мгновенно, ему не помешал даже вопящий живот.
  Когда он проснулся, было уже светло, мир окутывала прохладная пелена тумана. Крапива еще спала, завернувшись в плащ с головой, а над костром что-то булькало в маленьком котелке. Именно запах, исходивший от него, и разбудил северянина. У костра сидел Дорн и неторопливо помешивал в котелке большой деревянной ложкой. Хог не знал, чему удивляться больше: появлению котелка и прочей кухонной утвари или странно изможденному виду алди.
  Заметив, что северянин уже пробудился, Котик кивнул ему.
  - Иди умойся пока.
  Хог последовал его совету. Когда северянин вернулся, Котик вручил ему ложку, велел следить за похлебкой и покормить Крапиву, когда та проснется, а сам улегся спать, попросив разбудить его прямо перед тем, как они соберутся ехать дальше.
  Яррэ проснулась, когда туман немного рассеялся, и над лесом появились первые солнечные лучи. Девушка сонно потерла глаза, а потом, открыв рот, уставилась на котелок.
  - Откуда все это? - удивилась она.
  - Об этом тебе лучше спросить у Дорна.
  Поскольку похлебка была давно готова, и Хогу было очень трудно оставлять ее в сохранности, они решили позавтракать и стали будить Котика, но том только что-то пробурчал о том, что он уже съел свою долю, перевернулся на другой бок и натянул полу куртки на голову.
  Когда они отправились в путь, Дорн так как следует и не проснулся, он с сонным видом устроился позади Хога и вскоре северянин почувствовал, что алди навалился на него всем весом и засопел. Хог боялся, что при каком-нибудь особенно резком скачке коня Котик свалится.
  К полудню лес сменился округлыми холмами, которые украшали рощи стройных деревьев с серебристо-зеленой листвой. Гривастый радостно заржал и рванулся вперед еще быстрее, мощные копыта коня едва касались шелковистой травы, усеянной мелкими белыми и синими цветами.
  - Здесь находятся владения зеленых эльфов, так что нужно быть поосторожнее, - обернулась к Хогу Яррэ. - Они конечно не так враждебны, как их собратья в Серебряном лесу, но чужаков тоже не любят.
  Однако все прошло благополучно и, когда лучи заката окрасили облака в багрянец, владения эльфов закончились. Впереди расстилалась бесконечно-бескрайняя степь, ровная как стол.
  Хог почувствовал сзади шевеление, а потом хрипловатый со сна голос спросил:
  - И где это мы уже?
  Они остановились и стали располагаться на ночлег, сегодня костер развести было не из чего, но летняя ночь была теплой, а перекусить они могли и всухомятку теми запасами, что где-то раздобыл Котик. Пока Дорн и Крапива спорили, как лучше сократить дорогу, Хог отошел от места стоянки чуть дальше в степь.
  Высокая густая трава с жесткими колосьями поднималась ему выше колена, а кое-где доходила до груди. Хог видел такие бескрайние просторы только в море, впрочем, это травяное царство походило на море. Колыхались под ветром верхушки травы, будто волны...
  Гривастый бесшумно подошел сзади и положил голову на плечо задумавшемуся северянину. Хог погладил бархатные ноздри коня, тот фыркнул и пошевелил ушами.
  Сторожить всю ночь опять вызвался Дорн. Никто не был против. Хог с Крапивой улеглись спать.
  Разбудили их дикое ржание и топот копыт. Гривастый, которого Хог, перед тем как лечь спать, привязал на всякий случай, метался. Колышек, с таким трудом вбитый в твердую землю грозил не выдержать неравного боя.
  - Чего это он? - Хог и Яррэ переглянулись. Издалека, в ответ на призыв солового, раздалось серебристое ржание.
  Крапива выругалась сразу на нескольких языках, причем в одном из них Хог с удивлением узнал тролличий.
  - Эльфы! Это их лошадей почуял Гривастый!
  - Но почему...
  - Это остроухие все время выпускают ночью своих лошадей, чтобы сманивать животных у странников, проезжающий мимо их владений. Как я могла забыть об этом!
  Эльфийская лошадь двигалась бесшумно, она была похожа на лунный луч, белоснежная шерсть слабо мерцала в темноте. Гривастый замер, тараща глаза.
  - Держи его!
  Мужчина и девушка кинулись к коню, вцепившись в недоуздок солового. Обезумевший от любовной страсти жеребец встал на дыбы, с легкостью подняв их в воздух, потом мотнул головой. Крапива улетела в сторону и покатилась по траве. Хог зацепился рукой за шею коня, подтянулся и оказался у него на спине.
  Лучше бы он этого не делал. Веревка, удерживавшая Гривастого, не выдержала, и он прянул за кобылицей.
  Кобыла белой тенью летела перед ними, изредка издавая призывное ржание. Гривастый тяжело дышал, из его ноздрей стали вырываться отчетливо видимые в темноте язычки пламени. Хог, вцепившись изо всех сил в золотистую гриву, старался не улететь со спины коня.
  - Держись! - послышался откуда-то крик Дорна.
  В плечи Хога что-то вцепилось, сдернув со спины Гривастого. Освободившись от ноши, жеребец с удвоенной силой продолжил преследование.
  Северянина что-то несло по воздуху, хлопали большие крылья, впивались в кожу острые когти. Некоторое время ошеломленный человек висел неподвижно, а потом начал шевелиться, пытаясь освободиться от плена.
  Его пленитель издал возмущенный возглас. Хог упал в траву, довольно сильно ударившись при падении, сверху его накрыло широким крылом. Хог, преодолев боль, вскочил и скрутил обидчика, благо тот был измотал переноской такого большого груза, как северянин. Темный клубок, состоящий из крыльев, когтей и горящих в темноте зеленоватых глаз, яростно зашипел и завертелся, но потом обессилено затих. Северянин еще сильнее прижал противника к земле, навалившись всем телом.
  - Хог, отпусти! Это я - Дорн! - прошипела тварь каким-то нечеловеческим голосом. Северянин даже не сразу понял, что именно пытаются ему втолковать. Потом в ярком свете звезд верхнего мира попытался рассмотреть, кого же он поймал. Больше всего пленник напоминал вампира, только какого-то странного, у него были сразу и крылья и руки, ноги оканчивались чем-то похожим на птичьи лапы. Полуоткрытый рот обнажал острые клыки, но это не придавало ничего ужасного лицу, потому что в отличие от вампира, у пленника действительно было лицо, красивое какой-то дикой нечеловеческой красотой, в нем отчетливо виделось сходство с лицом Котика.
  Северянин немного ослабил хватку, и алди, а это был именно он, смог вздохнуть свободнее. Он потер помятое горло, потом встал с помощью Хога. Одно крыло у Дорна отчетливо перекосилось. Алди попробовал пошевелить крыльями и застонал от боли. Хог подставил ему плечо, и они молча поплелись в поисках лагеря.
  Утро было встречено унынием. Коня они лишились. Дорн, спасая Хога, так надорвался, что теперь не мог принять обратно человеческий облик, а так как алди ночные существа и солнечный свет для них мучителен, пришлось закутать его сразу во все вещи, чтобы хоть как-то защитить от света.
  В том, что случилось, виноваты были все понемногу, так что взаимных упреков не последовало, все старались хоть как-то загладить свою вину.
  Поскольку еды осталось совсем немного, только то, что удалось добыть Котику во время позавчерашней вылазки, в первую очередь стоило заняться этим. Беспомощного алди нельзя было оставлять одного, а Крапиве защита требовалась самой, поэтому Хог разрывался между тем, чтобы пойти на охоту, и защитой лагеря. Следовало чем-то пренебречь, и вскорости северянин начал понимать, что это второе. Достав из сумки кое-какие материалы, Хог принялся сооружать пращу.
  Внезапно его от этого занятия отвлек возглас Яррэ. Хог подобрался, вцепившись в рукоять меча, но, увидев удивленное лицо девушки с открытым ртом, проследил, куда указывала ее протянутая рука.
  Первым, что узрел Хог, был их конь. Гривастый с самодовольным видом легкой трусцой приближался к лагерю. За соловым робко следовала прекрасная бледно-серебристая лошадка.
  Крапива восторженно ахнула.
  - Ничего себе! Молодец, Гривастый! Сманил ее с собой!
  - А у меня возникает желание переделать пращу в хороший кнут, - пробурчал Хог.
  Гривастый в ответ презрительно фыркнул и направился к девушке. Крапива небрежно потрепала его по шее, ее внимание было приковано к эльфийской лошадке. Яррэ подкралась к робко отступавшей кобылице и, ухватив ее за прядку челки, начала гладить, расчесывать пальцами шелковистую гриву и тихонько дуть в ноздри. Кобылица вскоре перестала вырываться и сама напрашивалась на ласку.
  - А у нее будет малыш, - определила Яррэ, заглядывая в темные глаза.
  - Я думаю, - послышался шипящий смешок из-под кучи вещей.
  - Жаль только, что его наверняка убьют, ведь он будет полукровкой, - Яррэ, жалея, нежно погладила мягкую челку лошади.
  - А ты продай его какому-нибудь охотнику в Нижнем мире, там он будет на вес золота, - послышался совет алди.
  - Охотнику! - ужаснулась Яррэ. - Как же я буду говорить с охотником, ведь он тут же убьет меня!
  - Или вон Хогу подари, когда жеребенок подрастет.
  Крапива оценивающе посмотрела на будущего хозяина волшебного коня.
  Теперь, имея даже двух лошадей, вместо одной, они могли быстрее добраться до более гостеприимных мест.
  Хог и Дорн уселись на Гривастого, а Яррэ на Серебринку, так она назвала кобылицу.
  Солнце близилось ко второй половине дня, когда впереди показалось что-то напоминающее горы и лес, а Хогу удалось подбить из своей пращи какую-то длинноногую птицу. Они остановились на привал и приготовили роскошный суп.
  Северянина обеспокоило то, что алди отказался от еды. Котик все больше и больше впадал в какое-то сонное оцепенение, и Хог стал задумываться о его причине. То, что северянин знал об алди, больше напоминало сказки, которые рассказывают на ночь детям, чтобы их попугать. В человеческом виде Дорн питался, как человек, а в алдийском? Кто знает, что едят настоящие алди? Если то, о чем рассказывают сказки, то где ж Хог ему возьмет оживших покойников, кровь вампиров или человеческую? Хотя источник человеческой крови сидел здесь, рядом. Северянин вперил взгляд в собственные запястья, где под кожей вились голубоватые венки.
  Крапива знала об алди столько же, сколько и Хог, только ее сказки были докальвийскими, а значит приписывали алди еще более ужасные свойства.
  Сам Дорн уже не мог связно ответить на их вопросы, он только что-то тихо шипел на каком-то странном языке.
  - Что он говорит? - Хог попытался разобрать хоть слово.
  - Что-то про душу цветов. Что это может быть?
  Северянин покачал головой. Не цветочными же духами в конце же концов питаются алди.
  А их спутник буквально испарялся на глазах, даже сквозь плащи можно было видеть выпирающие кости.
  Хог разрывался от собственной беспомощности, желания помочь и осознания того, что он стоит здоровый и сильный и ничего не может сделать для умирающего товарища, никак не может отдать ему часть своей силы.
  - Душа цветов, душа цветов... Я уверена, что это просто название чего-то, но чего? Что может быть душой цветов? - Яррэ требовательно заглянула Хогу в глаза.
  - Не знаю.
  - А как, по-твоему, может выглядеть душа цветов?
  - Как пчела.
  - Мёд!!! - воскликнули они одновременно.
  - Остается только его найти.
  Впрочем, это оказалось совсем не трудно. Дикие пчелы жужжали повсюду вокруг них, собирая с цветов сладкий нектар. Яррэ, немного поколдовав, сумела проследить их дорогу и вывести к дуплу, где они обитали.
  Когда алди, приняв человеческий облик, сидел, облизывая пальцы. Хог улыбнулся, глядя на этого сладкоежку, но скривился от боли и потер распухшее лицо. Крапива тут же наложила ему на лицо новую примочку, а потом заодно и на все остальные пострадавшие части.
  - По-моему, Верхний мир ничем не отличается от Нижнего.
  Яррэ кивнула.
  - Почти не отличается, но это здесь, недалеко от границы. Здесь живут низшие существа, похожие на людей и живущие похожими законами - альвы, зеленые эльфы, гоблины, тролли и им подобные. Дальше от границы мир меняется, говорят, он становится похожим на радугу, в которой мелькают тени различных высших существ, кельдов, кельдирков, Туата де Даннан и других. А что находится совсем далеко, не знает никто, кроме, пожалуй, алди, которые пришли оттуда, и Стражей, что охраняют вторую границу.
  Яррэ улыбнулась:
  - Вот, кстати, ты и выдал, что пришел из Нижнего мира.
  Хог молча кивнул. Что-то он начал становиться беспечным, наверное, это Верхний мир так на него действовал, ведь и Дорн почти утратил свою всегдашнюю мрачность. Сегодня алди никуда не собирался, он уютно свернулся клубочком у костра и заснул. Хог и Яррэ решили не будить его, а сторожить всю ночь сами. Первым караулил Хог.
  Он перебрал все свои запасы, заново переделал пращу, тщательно осмотрел меч. Усмехнулся, подумав о том, как легко присвоил себе оружие Пиннара. Интересно, что охотники подумали, когда он исчез так внезапно из дома лесника, или Волчонок все им рассказал. Хотя это вряд ли.
  За кругом света тихо переступали копытами лошади, вздыхал Гривастый.
  Когда прошла примерно большая половина ночи, северянин разбудил Крапиву, а сам лег спать.
  Долгое время Хог не мог понять, что его разбудило. Слышалось только потрескивание костра. До утра было еще далеко. Резкое чувство опасности сжало сердце северянина.
  В поле зрения возник изящный сапог из белой замши и острый наконечник стрелы.
  - Встать!
  Хог молча подчинился, пытаясь незаметно нащупать меч, но оружия не было.
  Их лагерь окружал отряд эльфов. Натянутые луки и суровые лица утвердили Хога в его худших подозрениях. Двое эльфов держали Крапиву, заломив ей руки за спину. Один зажимал девушке рот, а другой приставил нож к ее горлу.
  Дорн, возле которого оказался какой-то эльф, вскочил, замахиваясь мечом.
  - Стой! Иначе вашей девчонке конец! Брось меч!
  Котик разжал руку. Меч выпал и растаял в воздухе, не долетев до земли. Тут же алди опутали множеством серебристых сетей. Хогу и Крапиве просто связали руки за спиной.
  Эльф, тот, что командовал отрядом, заметно отличался от прочих эльфов-воинов. Он был гораздо выше их ростом, имел царственную осанку, тонкие прекрасные черты лица, которое обрамляли изящные золотистые локоны. Эльф-предводитель подошел к пленникам и неторопливо оглядел их.
  - Во владениях моего отца сурово карают конокрадов, а вы посмели похитить лучшую кобылу из конюшен короля Галена.
  - Теперь вы хоть раз побываете на месте тех, у кого сами крадете лошадей, - усмехнулась Крапива.
  Эльф холодно усмехнулся в ответ.
  - Мы ничего никогда не крадем!
  Яррэ фыркнула.
  Девушку усадили позади одного из воинов. Алди, поскольку его опутали сетями до полной неподвижности, водрузили на спину Гривастого, эльфийские лошади отказывались везти его на себе. А Хогу пришлось бежать на веревке, позади коня предводителя. Благо эльфы ехали не очень быстро. Северянин постоянно ловил на себе взгляды девушки, которая говорила глазами: 'Прости меня!'
  К полудню эльфы решили сделать привал, они с удивлением смотрели на белоголового человека, который до сих пор не запросил пощады и выглядел так, будто мог пробежать еще столько же.
  К полуночи они были в Галене. Теперь все здесь выглядело по-другому, на холмах гуляли множество эльфов, светились праздничными огоньками фонарики, украшавшие рощи. Отряд же направился прямо к самому высокому холму, на вершине которого росло одинокое стройное дерево. Плоть земли разверзлась перед предводителем эльфов, и они въехали в холм.
  Внутри жилище эльфов походило на роскошный дворец. Подбежавшие прислужники увели лошадей, а эльфы-воины повели пленников куда-то в глубь дворца.
  Отовсюду слышалась музыка, изредка дорогу процессии перебегали нарядные придворные эльфы. Наконец они вышли в огромный зал. Он был весь заполнен веселящимися эльфами. У Хога глаза разбежались от обилия ярких глаз, пестрых нарядов, зеленых и серебристых локонов.
  Появление воинов привлекло внимание короля эльфов, восседавшего на прекрасном троне, целиком выточенном из чистейшего зеленого нефрита. Рядом с королем на соседнем троне, чуть менее высоком сидела королева. Пленники заворожено уставились на нее. Хог не назвал бы ее прекрасной, скорее какой-то необычной. Она была бледнокожа, со светло-голубыми яркими глазами, овальное лицо окружало облако невесомых бледно-серебристых волос, похожих на клубы тумана. Изящное платье из серого шелка, украшенное эльфийскими ирисами делало королеву еще более призрачной. Голову эльфийской повелительницы украшал бледно мерцающий венец из голубого жемчуга.
  Эльфийский король выслушал то, что шепнула ему королева, а потом обратился к предводителю эльфов-воинов:
  - Я вижу, Глорфин, ты выполнил мое поручение. Это радует меня.
  Глаза короля прошлись по пленникам и остановились на серых глазах северянина. Эльф нахмурился, он был встревожен, хотя по зеркальным фиолетовым глазам этого нельзя было сказать.
  - Кто вы, чужаки, и зачем похитили мою лучшую кобылицу?
  Пленники промолчали, помня о том, что предшествовало 'похищению'.
  - Что же вы не хотите мне ответить? Или мне самому говорить за вас? Я слышал, что Хёрдиг ищет свою приемную дочь, сбежавшую с двумя бродягами. Я прав или нет, госпожа Яррэ? А еще он ищет человека, обманом забравшегося в его владения и уговорившего его дочь сбежать, он говорил, что, кажется, он называл себя Бешеный Волк? А вас юноша трудно не узнать даже в человеческом обличье. Дорн Отступник, насколько я знаю. Королева Кеалха охотится за тобой по всем мирам. Так что мне, в качестве наказания, отдать вас тем, кто вас ищет?
  Тут предводитель эльфов-воинов отделился от отряда и подошел к трону, отдав королю что-то завернутое в ткань. Повелитель эльфов развернул сверток - это был меч Хога.
  На лице эльфа появилась еще большая тревога, он вытащил клинок из ножен, и узор на лезвии заиграл в свете волшебных фонариков. Глаза короля впились в лицо северянина. Королева вновь что-то прошептала ему на ухо, и взгляд эльфа немного смягчился.
  - Это оружие достойно великих воинов, оно, несомненно, принадлежит тебе, человек?
  - Да, - хрипло ответил Хог.
  - Откуда же ты взял его? - в голосе короля появились чарующие нотки.
  - Это подарок одного охотника, моего друга.
  Эльфы немного отпрянули от северянина, а король смягчился еще больше, он дал знак слугам, и они унесли меч куда-то.
  - Счастлив тот, кто имеет друзей, что могут подарить подобное.
  Эльф вновь вслушался в шепот своей дамы.
  - Думаю, что случившееся было досадной ошибкой, и я хочу загладить ее. Примите участие в нашем празднике. Правда, к алди это не относится. Ты понимаешь почему, Дорн. Тебе придется немного посидеть взаперти, а завтра я отпущу вас на все четыре стороны.
  С Хога и Крапивы сняли веревки, а Котика увели куда-то. Яррэ тут же окружила стайка девушек-эльфов и увлекла за собой. К Хогу подошел слуга и предложил последовать за ним, чтобы гость мог освежиться и переодеться.
  В скором времени, северянин в новой эльфийской одежде, чисто вымытый, расчесанный и благоухающий как цветочная поляна, сидел за одним из столов. Неподалеку от себя он заметил Крапиву. Девушку было не узнать. Янтарный венец подчеркивал тонкий оттенок волос и рыжие глаза, платье из тяжелого алого бархата превратило деревенскую простушку в царственную даму. Хог удивился, их спутница не уступала в красоте хрупким эльфийским девам, а, судя по взглядам тех эльфов, что окружали ее, и в чем-то превосходила.
  Яррэ держалась с небрежным изяществом и с улыбкой отвергала все попытки более близкого знакомства. Наконец ее напряженный взгляд столкнулся со взглядом Хога. Девушка отчаянно сделала ему глазами какой-то знак. Но северянину не дали его понять, рядом с ним возникла призрачная фигура королевы эльфов.
  Хог встал и обернулся к ней. Повелительница эльфов улыбнулась. Вблизи лицо королевы казалось еще более странным и не похожим ни на человеческие, ни на эльфийские лица. В руках дева держала кубок.
  - Выпей это вино, доблестный воин, в мою честь, - разнесся по залу бледный звенящий голос королевы, как эхо в темноте.
  Северянин вспомнил истории о том, как эльфы давали людям выпить магические зелья, и те становились навеки их рабами. Но королева положила руку ему на плечо, и он забыл обо всем.
  Вино было густого зеленого цвета и пахло свежестью, как лесная поляна утром. На вкус оно напоминало росу, но после первого глотка у Хога закружилась голова.
  - За тебя, повелительница! - сказал он и опустошил кубок.
  Неподалеку раздался веселый смех Яррэ, из руки которой выпал прозрачный бокал, преподнесенный ей королем эльфов.
  
  Арнарэль, Туата де Даннан, король эльфов Галена разговаривал со своей королевой, прекрасной Хифлот.
  - Ну что, твои подозрения развеялись?
  Арнарэль покачал головой.
  - Девчонка совсем невосприимчива к чарам, а в этом человеке чувствуется что-то такое...
  - Но не то, что ты подумал вначале!
  - Но все-таки он очень странный, за ним будто следят глаза судьбы.
  - Вот и используй это в своих целях.
  - А ты почувствовала чего-нибудь?
  Голубые глаза повелительницы эльфов сузились, в них замелькали колдовские искры.
  - Да, почувствовала. Только не чего, а кого.
  
  Хог пошевелился и понял, что лежит лицом в траве. Рядом начинал шевелиться Котик. Северянин весьма смутно помнил события вчерашней ночи, а некоторые моменты совсем исчезли из его памяти. Хорошо помнился только танец с королевой эльфов - ее прекрасные глаза прямо напротив его глаз, легко порхающие невесомые руки... Она...
  Северянин встряхнул головой, отгоняя наваждение, и поднялся.
  Они находились на том самом месте, где их поймали эльфы. Дорн сидя тер кулаками глаза, а Яррэ еще мирно дремала, улыбаясь чему-то во сне. Чуть в стороне пасся Гривастый и, что удивительнее всего, Серебринка. Как будто нападение на лагерь и сказочный пир были просто сном. Хог подобрал свой меч, валявшийся в траве. Клинок стал как будто тяжелее. Северянин не придал этому значения и, надев пояс, стал затягивать перевязь.
  Крапива, проснувшись, потянулась и удивленно огляделась.
  - Где это мы? Последнее, что я помню, это дворец короля эльфов.
  Путники не стали долго мудрствовать над причудами зеленых эльфов и отправились дальше, пока Арнарэль не передумал и не отправил за ними погоню.
  Лес, по которому они ехали, был гораздо светлее и чище, чем лес во владениях докальвов, но и не напоминал ухоженные рощи эльфов. Лесную тропинку по краям окружали заросли зеленых папоротников, в резных листьях изредка мелькали неясные крохотные силуэты, не похожие ни на птиц, ни на насекомых. Это были малые лесные народцы. Но они не решались пакостить путникам, видя, что один из них алди. Иногда в переплетении веток показывались фигуры и покрупнее.
  - Крапива, а скоро мы доберемся до владений льесальвов?
  - Альвхейм находится чуть севернее Синих гор. Нам осталось миновать владения цвергов, и мы окажемся на месте. Завтра к полудню будем там.
  Северянин кивнул.
  Лошади неторопливой рысью двигались вперед, легко перескакивая через пересекавшие тропу резвые ручейки и поваленные деревья.
  Внезапно Гривастый всхрапнул и остановился, Серебринка тоже замерла, напряженно прислушиваясь. Потом лошади заметно заволновались, причем, если Гривастый рвался биться неизвестно с кем, то эльфийская кобылица больше всего стремилась убежать.
  Хог потянулся к мечу, Дорн тоже был наготове.
  Медленно они двинулись вперед. Тропинка вильнула, и перед ними оказался отряд всадников. Впереди на белом жеребце, который почти не уступал Гривастому ни статью ни размерами, ехал могучий светловолосый воин. Путники ошеломленно остановились друг напротив друга. Гривастый и конь предводителя отряда хрипели, гнули шеи и рыли копытами землю. Хог и всадник белого тоже мерили друг друга взглядами.
  Эльфами встреченные явно не были, произойди встреча где-нибудь в Нижнем мире, северянин решил бы, что это его земляки.
  - Льёсальвы, - прошептал ему на ухо Дорн, разрешив сомнения.
  Хог открыл было рот, но вперед, пришпорив кобылицу, выехала Крапива. Взгляды альвов тут же обратились на нее, на лице предводителя появилось удивление при виде эльфийской кобылы. Он озадаченно переглянулся с одним из своих людей.
  - Рада приветствовать светлых альвов. Хорошо, что наша встреча состоялась так скоро, ведь мы ехали в Альвхейм.
  - Что вам могло понадобиться в наших владениях? - голос предводителя был грубым и хриплым, но Хогу он отчего-то показался звучнее всех эльфийских песен.
  - У нас дело к ярлу Альвхейма.
  - Какое же интересно?
  - Я скажу об этом только самому ярлу! - Крапива изо всех сил старалась казаться сильной и бесстрашной.
  - Говори! Ярл Альвхейма - это я! - предводитель альвов снял шлем.
  Девушка, ошеломленная, смешалась, но потом взяла себя в руки и сверкнула глазами, ведь не даром они бежали от темных альвов, были в плену у эльфов...
  - Я искала тебя, чтобы вернуть коня, которого у тебя похитил Хёрдиг. Мы бежали от докальвов и решили, что возвращение коня будет достаточной платой за убежище.
  Гривастый, будто почувствовав, что говорят о нем, фыркнул и гордо выгнул шею.
  - Да, этот конь дорог мне, но я сначала должен услышать, кто вы такие, как попали к докальвам и почему решили искать убежища в Альвхейме. Но делать этого не следует на дороге.
  Они свернули с тропы. Тут же был разложен костер, над которым повис походный котелок. Ярл уселся у костра, путники заняли места рядом с ним, а альвы занялись устройством стоянки.
  Гривастый, ведущий себя на удивление кротко с Крапивой и ее спутниками, начал проявлять несказанную строптивость, когда один из льёсальвов попробовал его расседлать. Пришлось этим заняться Крапиве, конь сразу успокоился и, нежно обнюхав лицо девушки, умиротворенно вздохнул, когда она начала обтирать крутые бока пучком травы.
  Они подождали, пока девушка закончит, правда, потом ей пришлось заняться так же и Серебринкой. Предводитель альвов с удивлением наблюдал за ней.
  Закончив, девушка села у костра и поведала свою часть истории.
  Льёсальв слушал очень внимательно, когда Яррэ рассказывала про Дикую охоту и старый дом, его брови сходились на переносице, голубые глаза темнели. Выслушав все до конца, он обратился к Хогу.
  - А что интересует тебя в Альвхейме, человек из Нижнего мира?
  - Мне нужно найти юношу альва, его имя Андер.
  - Он говорит про Белого Андера. Черный находится в Нижнем мире, - внезапно вставил Котик.
  - Еще бы тебе, Дорн, не знать, где находится твой закадычный друг.
  Ярл и алди улыбнулись друг другу заговорщически. Потом альв повернулся к Хогу.
  - Моего сына ты увидишь завтра в Альвхейме.
  Хог медленно кивнул, он уже догадался, с кем свела его судьба, только гадал, который из братьев перед ним.
  На следующее утро путники и альвы расстались. Отряд льёсальвов отправился дальше по своим делам, кроме троих альвов, которых ярл назначил в сопровождающие Хогу и его спутникам.
  Они не торопились, наслаждаясь мирной беседой и нежным теплым ветерком. Ближе к полудню, когда горы остались по правую руку, ветерок посвежел и донес до путников запах моря. Хог оживился, слегка пришпоривая коня.
  Местность постепенно менялась, было такое ощущение, что они из теплых южных стран мгновенно перелетели на север. Копыта коней глухо ударяли в мрачный камень тропы в скале. Они обогнули скалистый выступ...
  Море было ласковым и блестящим в свете солнца, оно играло драгоценностями солнечных бликов на воде, маленькие волны хватали пенными когтями за ступни скал.
  Альвхейм прятался в небольшой долине, окруженной со всех сторон лесистыми горами. Скалы далеко уходили в море, надежно защищая фьорд.
  Хог протер глаза, ему померещился гордый черный корабль с драконьей головой и ярким полосатым парусом, но море было безмятежно и пусто.
  Они спустились в долину и двинулись к каменным стенам Альвхейма.
  Первыми путников приветствовала толпа светловолосых вопящих ребятишек, с ними прибежало несколько могучих пушистых псов с не по-звериному умным взглядом.
  Дети бесстрашно лезли под ноги лошадям, о чем-то спрашивали альвов, старались погладить Серебринку.
  Сопровождаемые ребятней путники въехали в ворота Альвхейма. За спиной Крапивы устроились двое шустрых мальчишек, на лошадях воинов тоже прибавилось всадников. Хог нагнулся и подхватил в седло маленькую девочку, которая все время отставала от старших ребятишек и плелась сзади, тихонько хныча. Устроившись в седле перед северянином, девочка удовлетворенно вздохнула и затихла. Хог поддерживал малышку, боясь причинить своими большими руками вред девочке, казалось, сожми он ладони крепче и задавит ее, как котенка. Северянин успел десять раз пожалеть о своем опрометчивом поступке, с детьми он не умел обращаться не то, что Крапива, во всю болтавшая со своими попутчиками.
  Наконец они приехали, всадники спешились, дети разбежались по домам.
  Привлеченный шумом из дома вышел высокий светловолосый юноша, мимо его ног протиснулся белый, как снег, крупный пес.
  - Хог Хогарсон! - воскликнул не кто иной, как Эльф.
  Северянин молча подошел и остановился перед юношей, он открыл рот, чтобы поприветствовать друга, но задохнулся, когда Эльф сжал его в объятьях.
  - Вот уж кого не ожидал увидеть, случайно выйдя из дома!
  - А со мной обняться не хочешь?
  - Котик!
  Невысокий алди утонул в медвежьих объятьях юного альва. Хог пошевелил плечами, разминая помятые мышцы.
  - Ладно, Андер, разбирайся сам со своими гостями, а мы отправимся догонять отряд ярла, - сказал один из альвов-проводников. Они вскочили на лошадей и умчались, только пыль поднялась столбом.
  - Пойдемте в дом, расскажете мне, как вас сюда занесло.
  Хог отправился отводить Гривастого в конюшню, на душе отчего-то было легко и радостно.
  Сначала Крапива пряталась за широкой спиной Хога, она старалась садиться в тени, отвечала односложно, но потом матери Эльфа, высокой полноватой женщине с мягкими зеленоватыми глазами и добрым округлым лицом, удалось выманить ее, и женщины уединились за занавесью.
  Когда рассказ был закончен, и Эльф успел задать все вопросы и выслушать все ответы, было уже темно, луна висела высоко в небе. Хог обнаружил перед собой миску с начисто обглоданными костями и понял, что ужин тоже был.
  - Ты все еще идешь за ней? - Эльф посмотрел на Хога.
  - Да. И я не могу свернуть с дороги. Но я хочу узнать, за кем я иду! Расскажет мне кто-нибудь, кто такая Рыжая на самом деле? Или нет!
  Дорн мягко и печально улыбнулся.
  - Никто не знает. Никто из нас. Просто однажды каждый попадал в какую-то ситуацию, и смерть была неизбежна, тогда появлялась эта девушка с рыжими волосами, она представлялась охотницей, только не похожа на охотницу.
  - Да. Все так, как говорит Дорн. Я встретился с ней, когда мне было двенадцать лет. Мы с Андером решили поймать эх-ушку, эх-ушка уже готовился нами пообедать, но появилась Рыжая. До сих пор эх-ушка не вернулся в наш фьорд. Да и тогда, в Догнице, - Эльф печально склонил голову, - когда неожиданно мы оказались среди разбуженных мертвецов, я пожелал только одного, чтобы явился кто-то вроде Рыжей и спас нас.
  - Меня Лисица вытащила из этого мира, когда повелительница Кеалха почти поймала меня. Год, отпущенный мне, кончился, а я так и не нашел себе новую госпожу. Я внезапно столкнулся, убегая, с девушкой, которая научила меня путешествовать по мирам. Все мы внезапно сталкивались с ней, она помогала и исчезала. А когда помощь нужна была ей, помочь смог только ты.
  - Таинственная и неуловимая, как осенний последний солнечный луч! - Хог зло рассмеялся, от ярости и бессилия.
  
  Крапива украсила голову венком из душистых синих цветов, Хог любовался девушкой, которая легко, будто перышко прыгала с камня на камень, стараясь не замочить башмачки.
  Она была теплая, живая и настоящая, она была рядом. За ней не надо было идти на край света.
  Яррэ улыбнулась северянину, заметив его рассеянный мечтательный взгляд.
  - О чем задумался?
  - Ни о чем. Смотрю.
  - И что же ты увидел? - девушка наконец-то перебралась через ручей и уселась рядом с Хогом на поваленное дерево.
  - Тебя.
  - Вот уж зрелище, - улыбка Яррэ стала шире.
  Хогу нравилось бродить по берегу моря. Он ходил один, вспоминая свое детство, родню, из которой никого не осталось. Иногда к северянину присоединялся Эльф, а чаще Крапива. Девушка безмолвно бродила рядом, молча любовалась морем, собирала цветы и первые ягоды земляники. Но сегодня день был какой-то особый. С утра на севере собирались тучи, и старики обещали дождь. Все ходили сами не свои в ожидании бури. Но пока было тепло и солнечно, как тепло и солнечно бывает только перед бурей. Сегодня Хогу стало казаться, что он нашел то, что искал.
  Они вышли на берег моря. Внизу плескались волны. Море стало какого-то особого цвета, тучи заняли почти полнеба.
  - Яррэ.
  - Да.
  - Тебе нравится здесь?
  - Да.
  - Ты хотела бы здесь жить?
  - Да. Я хотела бы жить в этих лесах, раствориться в этих скалах, играть как ветер с волнами... - налетевший ветер растрепал волосы девушки, бросил в лицо Хогу горсть пыли.
  Яррэ раскинула руки, словно хотела, чтобы ветер поднял ее, как птицу, и вознес в небеса.
  Надвигающиеся тучи закрыли солнце, мир посерел, будто надвигающаяся буря выпила все краски.
  Ветер усилился, он трепал одежду людей, неистово гнул ветви деревьев.
  - Пора возвращаться, не будет ничего хорошего, если буря застанет нас здесь!
  - Подожди, давай еще немного постоим! - янтарные глаза Крапивы разгорелись, как уголья.
  Ветер сотворял из пыли и листвы маленькие смерчики. Хог протер глаза, когда один из них превратился в неясный силуэт, он застыл на уступе, возвышавшемся чуть в стороне от того, на котором стояли люди.
  Северянин обернулся на свою спутницу и понял, что она тоже заметила. Рот Крапивы приоткрылся, краска сбежала с лица.
  Едва заметный силуэт напоминал очертаниями коня, с развевающимися гривой и хвостом.
  - Единорог! - прошептала Яррэ.
  Девушка, зачарованная, сделала шаг к прозрачной фигуре. Ветер взвихрил ее волосы и одежду. Хог положил руку ей на плечо, и Яррэ остановилась. Когда северянин вновь поднял взгляд - уступ был пуст.
  Они успели вернуться в крепость до грозы.
  Весь остаток дня дождь и ветер не давали выйти из дома. Ветер стучал в ставни, завывал в трубе, скребся в дверь, или налетал с такой неистовой силой, словно хотел унести весь дом.
  В доме Эльфа было тепло и спокойно. Котик спал в уголке, закутавшись в одеяло с головой, рядом с алди сидела большая серая кошка. Она казалась статуэткой, только мигали круглые глаза. Эльф пытался починить старые сапоги, его мать занималась домашними делами.
  Хог сидел в этой сонном спокойствии, потихоньку погружаясь в какую-то особенную дрему. Казалось, что в углу спит дед, на лавке сидит отец, и, тихо двигаясь по дому, ходит тетка.
  - Хог!
  Северянин вздрогнул и поднял голову.
  Было темно и холодно. Он и не заметил когда заснул по-настоящему.
  Лицо Крапивы казалось белым и безжизненным, она тихонько трясла его за плечо.
  - Что случилось?
  - Хог! Давай еще сходим туда!
  - Куда?
  - К морю.
  - Ночью, в дождь?
  - Дождь кончился, да и уже скоро рассветет.
  Хог встал, откинув одеяло, которым его кто-то заботливо укрыл. Яррэ была какой-то странной. Глаза бегали, лицо было потерянным, беспокойным.
  Северянин потянулся к ней, стремясь обнять, защитить. Но девушка легко увернулась от его рук.
   - Идем! - она скользнула к двери.
  Хогу ничего не оставалось, как последовать за ней.
  Рассвет еще только надвигался, а ночь уже отступила, оставив после себя лишь завесь сумерек.
  Идти по лесу было трудно, размокли все тропинки. Хог оскальзывался на камнях и валежнике, но Крапива беспрепятственно шла вперед, словно что-то тянуло ее.
  Ручеек, который днем девушка переходила по камешкам, превратился в бурный поток. Они остановились.
  - Дальше идти нельзя! - сказал Хог, беря Яррэ за руку. - Возвращаемся!
  - Нет! - Крапива вырвалась и отскочила в сторону. Хог двинулся за ней, но ветер обрушил на него целый водопад, встряхнув кроны деревьев. Северянин протер глаза.
  Это опять был он!
  Сумерки сделали призрачное тело более видимым.
  Он был воплощением ветра.
  Крапива сделала несколько робких шагов к нему, и тут они поняли, что единорог не один. Срывающиеся с веток капли дождя образовывали еще одну изящную фигуру.
  Ветер и Дождь двинулись с разных сторон приближаясь к людям.
  Темные глаза единорогов были бездонны.
  - Лови его! - крикнула Крапива.
  Хог рванулся к Ветру.
  Руки северянина вместо тела ощутили что-то странное. Под пальцами вроде бы ничего не было, но кожа ощущала какое-то давление, словно он поймал то, что нельзя было почувствовать.
  Резкий удар ветра отбросил человека от единорога. Хог, кувыркаясь, улетел куда-то в кусты. Помимо телесного удара, северянин почувствовал гнев существа, его ярость и, неожиданно, удивление и страх. Дыхание вышибло из легких, перед глазами потемнело, и Хог потерял сознание.
  - Очнись! - его кто-то бесцеремонно и довольно сильно лупил по щекам. Значит свои, чужой ни за что не стал бы так стараться.
  Северянин открыл глаза и перехватил занесенную для удара руку Эльфа.
  - Полегче!
  Хог сел с помощью парня и огляделся.
  - Где Крапива? - спросил он.
  - То же мы хотели спросить у тебя, - алди что-то сосредоточенно рассматривал на полянке. Арх тщательно обнюхивал мокрую траву, которую еще не успело просушить утреннее солнце.
  Хог встал, в голове гудело, хотя ею он вроде не ударялся.
  На траве не осталось никаких следов, кроме их с Яррэ. В одном месте следы девушки исчезали.
  - Кельдирки, - сказал алди, проводя руками над травой.
  - Они забрали ее с собой?!
  Дорн печально кивнул.
  - Но единороги...
  Хог не дал ему закончить.
  - Ты можешь выследить их? - во взгляде Хога отчетливо проскальзывало безумие.
  - Нет, они гораздо сильнее меня. Мне не справиться с кельдирком. Даже с одним.
  Эльф отшатнулся, когда северянин повернулся к нему.
  - Поймать единорога не может никто! - в отчаянии воскликнул юноша.
  - Кроме другого единорога, - внятно произнес Арх.
  - Или же охотника на единорогов!
  Хог помчался к крепости. Единороги раньше казались ему чем-то невероятно благородным и сказочным, а оказалось... До этого северянин видел единорогов только во сне, тогда зимой, когда тоже была буря, только снежная, и... когда в качестве единорога ему виделся человек.
  Дикий крик всполошил всех обитателей Альвхейма. Альвы выбежали навстречу человеку. Хог пронесся сквозь толпу. За ним едва успевали Андер и Арх.
  Хлопнувшая дверь заставила хозяйку дома вздрогнуть, а дикий взгляд человека напомнил то время, от которого ее избавил светловолосый незнакомец, постучавшийся однажды в дверь их рыбацкой хижины.
  Хог нашел свой меч, погребенный на дне на дне мешка, и выскочил из дома. Перед жилищем ярла собралась изрядная толпа. Запыхавшийся Эльф чуть не столкнулся с северянином.
  - Хог, что ты хочешь делать!
  - Я убью их и освобожу Крапиву!
  - Мечом! Против кельдирков!
  - Да! Уйди с дороги! - Хог одним движением стряхнул с меча ножны, и вместо спокойного изящества старинного клинка вспыхнул неистовый огонь эльфийского оружия. Эльф попятился.
  - Нуаду! - послышался чей-то испуганный возглас.
  С бледным и обреченным лицом Андер достал свой меч.
  У Хога потемнело в глазах, вместо лиц у окружающих его были какие-то звериные рыла. Меч тянул руку вниз, торопясь отведать крови.
  Эльфийский и альвский клинки столкнулись. Нуаду оставил на мече Эльфа глубокую зазубрину. Юный альв побледнел, но не отступил.
  Хог надвигался подобно урагану. Андер, заглянув ему в глаза, увидел свою смерть. Глаза северянина были налиты кровью и безумны.
  Толпа редела. Мужчины бежали вооружаться, женщины уводили детей.
  Будь на месте Эльфа более умелый боец, и он бы не устоял против магии Нуаду. Человек с эльфийским мечом занес руку для последнего удара. Над головой споткнувшегося парня засвистело сияющее лезвие, стремясь к беззащитной шее. И столкнулось, высекая искры, с бледной сталью чужого меча. Задумчиво грыз крошечный меч, свернувшийся на гарде, серебристый дракон.
  Это был новый враг. Необходимо устранить. Нуаду дернулся, двигая за собой человека. Эльфийский меч был неистов и яростен.
  Свист рассекаемого воздуха.
  Каскады искр.
  Дикий визг где-то вдали, когда Нуаду столкнувшись с серебристым клинком, сломался у рукояти.
  Ноги северянина подкосились, и он осел рядом с Эльфом.
  На голубоватом лезвии чужого меча проступили, на мгновение вспыхнув, ряды рун. Потом клинок скользнул в ножны, и северянин, оторвав взгляд от оружия, посмотрел на его хозяина.
  - Ты!
  Рыжая с печальной улыбкой коснулась его лица.
  Одурь, навеянная волшебным мечом, понемногу проходила.
  Эльф рассматривал осколки волшебного меча.
  - Но ведь это был Нуаду, неотразимый меч.
  - Для всех, кроме Глодающего, - ответил Дорн. Алди выглядел измотано, будто только что носился на край света.
  - Да, есть такое заклятие на моем мече. Там даже есть надпись: 'Своих собратьев не люблю, на сто кусков их разрублю'.
  Но все это было не важно, Хог не слушал ее, он просто смотрел.
  Лисица протянула северянину руку, помогая подняться.
  - Глупый.
  Хог хотел обидеться, но забыл. Потом он посмотрел на довольно усмехающиеся лица Дорна и Андера.
  - Чего скалитесь?
  Рыжая пригнула его голову и легонько поцеловала.
  - Попробуй только еще раз исчезнуть, - прошептал северянин ей на ухо.
  Девушка загадочно улыбнулась.
  
  Глава 5.
  КЕЛЬДИ
  
  Хог держал Рыжую за руку. Ему казалось, отпусти он ее, и она опять исчезнет, растворится, а потом медленно начнет исчезать и память о ней.
  Эльф поднялся с земли, отряхнул одежду и с сожалением осмотрел свой испорченный меч.
  - Ну что, так и будем стоять здесь?
  Они вошли в дом, прочь от любопытных взглядов. Дорн незаметно прихватил один из осколков Нуаду, те же, что остались лежать на земле, сначала стали прозрачными, как осколки стекла, а потом растаяли, превратившись в маленькие облачка, улетевшие в небо.
  Андер обнял мать, стремясь поскорее успокоить ее, Котик отошел к окну, а Хог сел на лавку у входа. Рыжая села рядом с ним. Он чувствовал тепло ее руки, видел ее перед собой, но казалось, что это только сон. И все вокруг было зыбким, нечетким.
  - Расскажите же мне, что у вас случилось? - попросила Рыжая. - Я вас всех давно не видела и не знаю, как к Хогу попал Нуаду, и что вы не поделили с кельдирками.
  Рассказывать начал Котик.
  - Я так понимаю, что Хог теперь с нами, и говорить можно не таясь. После того, как ты ушла в начале зимы в Верхний мир, я отправился к Ильд. Мне нужно было переговорить с Андером, я имею в виду Волчонка, - пояснил он специально для Хога. - А, поскольку, мне не хотелось путешествовать по мирам, я решил передать ему весточку с его сестрой. Когда я явился в ее лавку, то на её месте было пожарище и палатка торговца одеждой.
  Эльф обеспокоено вскинулся, но Дорн остановил его жестом.
  - Не волнуйся, с Ильд все в порядке. Торговец одеждой передал мне от нее письмо. Вот оно, - Котик протянул Рыжей лист бумаги.
  Девушка неторопливо его развернула.
  
  Если ты сейчас читаешь это письмо, значит ты мой собрат охотник, и я могу довериться тебе.
  Предупреди любого из перечисленных мною (Нетопырь, Котик, Серебряный Клинок, Эльф), что некоей рыжей особе грозит опасность.
  От меня никто ничего не узнал. Не волнуйся, моего пепла нет там, на пожарище, но показаться я сейчас не могу, меня запомнили слишком хорошо.
  Заранее благодарю за оказанную помощь.
  
  Внизу был несколькими линиями нарисован расправивший крылья ястреб.
  Письмо запечатывала печать с изображением вставшего на дыбы коня, сейчас она была сломана.
  Рыжая передала письмо Эльфу, тот едва сдержался, чтобы его не выхватить.
  - Радует хотя бы то, что оно нашло адресата.
  - Особа, указанная Ястребком, это явно ты. Как только я получил это письмо, я попытался обратиться за помощью к Денгару, бывшему учителю Ильд, чтобы он помог найти свою ученицу, но... - Дорн покачал головой, - Если бы я был человеком, мне бы не удалось ускользнуть. Денгар на меня напал, полуоглушенный, я сделал единственное, что пришло мне в голову - переправился в другой мир. А здесь сразу угодил в Дикую Охоту, - дальше Дорн подробно поведал о совместных приключениях с Хогом и Яррэ.
  Рыжая кивнула, выслушав его рассказ.
  - А что привело в Верхний мир тебя? - спросила она у Хога.
  - Ты, - просто ответил северянин. Больше он ничего не стал объяснять, а Рыжая не спрашивала.
  - И, как я понимаю, кельдирки похитили вашу подружку.
  - Да!
  - Ну, - Рыжая улыбнулась и посмотрела на Хога так, что у него все внутри похолодело. - Думаю, этому помочь легче всего.
  - Как? - в один голос спросили Котик и Эльф.
  - Мы просто вызовем их и попросим вернуть девушку.
  - И кто же будет заниматься вызовом? - спросил Эльф.
  - Ты, - ответила Рыжая. - А я помогу.
  Лучшим временем, по мнению Рыжей, было следующее полнолуние, до которого осталось ровно две недели, и к этому времени они должны были все подготовить.
  Рыжая редко находилась вместе с ними, чаще она приходила вечером, на закате, когда сумерки окутывали землю, или утром, почти перед рассветом. Она учила Андера различным заклинаниям, часто Эльф уходил вместе с ней. Парень стал раздражительным и мог вспылить в ответ на любое неосторожно сказанное слово. Его мать, видя, что твориться с сыном, прониклась к Рыжей стойким неприятием. Дорн занимался какими-то своими алдийскими делами, он исчезал на всю ночь, а днем отсыпался. Так что Хог остался в полном одиночестве, наедине со своими мыслями и сомнениями, которые раздирали его не хуже своры собак.
  Он так долго гонялся за Рыжей, не зная, нужен ли он ей, а теперь, когда нашел, она казалась чужой и странной. Северянин уже не испытывал того радостного возбуждения, что охватило его при встрече. Когда Рыжая заговаривала с ним, Хога пробирал озноб, и он старался попадать ей на глаза как можно реже. А что было бы, встреть он Рыжую, когда рядом была Яррэ? Ничего, скоро они вызволят ее, тогда решать будет проще.
  Хог посмотрел вдаль и присел на камень. Здесь они с Яррэ в первый раз увидели единорога. Жаль, тогда у него не было Нуаду. Пожалел бы этот воздушный, что вообще на свет появился.
  Море мягко шумело, и Хог сперва принял этот звук за голос моря. Но стон повторился, заставив волосы на голове у северянина зашевелиться. Хог не был трусом, но в этом голосе были странная сила, тоска и ужас.
  Северянин среди белого дня заозирался, холодея от страха. Он поднялся и, стараясь не растерять остатки достоинства, стал спускаться со скалы.
  На тропе стояла какая-то женщина. Ветер трепал ее темную одежду, переходящую в серые крылья, длинные светлые волосы закрывали лицо.
  Над морем вновь пронесся тоскливый стон.
  Хог отступил.
  Тут послышались голоса Эльфа и Дорна, громкий лай Арха.
  Тело женщины заколыхалось и растаяло.
  Хог оперся рукой о скалу, переводя дыхание. Он уже догадался о том, кого встретил только что.
  Дорн. Нет, он алди, а к ним бенши не может придти.
  Значит, Эльф...
  Или же он сам.
  Арх подбежал к северянину и радостно ткнулся носом ему в ладонь. Северянин рассеянно потрепал пса по голове.
  - Что случилось? - спросил Арх. Говорил пес редко и делал это плохо.
  Странный у него должно быть вид, если даже пес это заметил.
  - Все нормально.
  Пес подозрительно посмотрел на человека, но больше ничего не сказал. Подошли Котик и Андер.
  - Мы тебя везде ищем.
  Хог молчал, ожидая разъяснений.
  - Вернулся отец, - ответил Андер. - С ним приехали мои дядя и тетя. Мы боимся, что они могут помешать. До полнолуния еще три дня. Если отец узнает, что я собираюсь заниматься вызовом кельдирков, он меня выпорет, - Эльф покраснел.
  - И что ты хочешь делать?
  - Нельзя ничего говорить при них, я уже уговорил маму молчать. Рыжая не появится теперь в крепости, будем встречаться с ней в лесу.
  - Скажи, Андер, а почему твой отец не разрешает тебе заниматься магией?
  Альв посмотрел на северянина.
  - Отец не запрещает мне заниматься магией, магией альвов. А то чему меня учит Рыжая - высшая магия, она может подчинить себе все, даже кельдирков, как, впрочем, и других стихийных существ. Я многого не понимаю и просто делаю то, что говорит Рыжая. Но иногда мне становится страшно.
  Хог сжал плечо юноши, стараясь поддержать его. Ему с ужасом вспомнилась бенши. Скорее всего, это будет он. Неизвестно, что за магию плетет Рыжая, и почему она сама не хочет вызвать единорогов.
  Они вместе вернулись в крепость.
  Перед домом Эльфа сидела большая черная волчица, она лениво оглядела подошедших, довольно дружелюбно обнюхалась с Архом. Из дома вышла женщина. Она остановилась рядом с волчицей и почесала ее за ухом, потом подняла взгляд. У нее были большие округлые глаза, желтого цвета, нос с горбинкой и длинные черные косы. Хог сразу понял, что перед ними Нидьяр, тетя Эльфа. Волчонок и Ястребок очень на нее походили.
  - Андер, тебя давно ищет отец, он хочет поговорить с тобой.
  Эльф молча прошел мимо нее в дом. Хог и Котик хотели последовать за ним, но Нидьяр их остановила.
  - Дорн, ты не хочешь познакомить меня с вашим новым другом?
  - Я и сам за себя могу сказать. Я Хог Хогарсон.
  Волчица разинула пасть, будто улыбнулась. Наружу вывалился розовый язык.
  Нидьяр кивнула и ушла куда-то по своим делам, волчица потащилась за ней.
  Арх азартно зачесался, будто у него завелись блохи. Дорн склонил к себе голову Хога и зашептал ему на ухо:
  - Нидьяр - ведьма. Она хотя и хорошая, но со своими причудами, будь с ней осторожен. Однажды ей пришло в голову превратить Пиннара, когда они остановились на одном постоялом дворе, в коня и кататься на нем всю ночь, после этого Волчатник и стал недолюбливать Нетопыря, а также его сестру.
  Они вошли в дом. За столом сидели двое мужчин. Если близнецы и походили друг на друга в юности как две капли воды, то теперь их различил бы всякий. Отец Эльфа, Андир, был мощным мужем, силачом и бойцом, его брат, Аннор, напротив, несмотря на мощный костяк, был сухощав и жилист, по его глазам можно было понять, что он маг.
  Братья сидели, глядя на Андера, который видимо перед приходом друзей в чем-то оправдывался. Мать стояла за его спиной и в любой момент была готова вступиться за сына.
  - Иди сюда, Дорн, - позвал алди Андир. - Скажи, каким это образом в Альвхейм мог попасть Нуаду?
  - Отец, я же уже рассказал тебе!
  - Я хочу услышать, что скажет Дорн. При встрече тогда в лесу, вы ничего не сказали о проклятом мече.
  - Мы не знали, - сказал Хог. - Я не доставал меч из ножен, с того времени, как эльфы нас отпустили, а рукоять ничем не отличалась от рукояти моего меча.
  Братья переглянулись.
  - Против кого же был послан Нуаду? Это очень мощное оружие, - Андир, похоже, не ждал ответа на свой вопрос.
  - А меня больше интересует, как вы сумели сломать меч? - взгляд Аннора был тяжелым и каким-то каменным.
  - А это сделали не они, - сказала Нидьяр, бесшумно появляясь из-за спин Хога и Котика. - Не знаю, кто был там, на поляне перед домом, но Гиал чует кого-то очень могущественного. Может даже кельдирка.
  У Хога вскипела кровь, они и рядом с домом побывали! Северянин сжал кулаки. Он развернулся и выскочил из дома.
  Не одно невинное дерево стало жертвой выхода Хоговой злости, но, наконец, он успокоился и решил вернуться. Было чуть меньше полуночи, когда он добрался до крепости, в дом заходить не стал, а отправился в конюшню. Там его приветствовали Гривастый и Серебринка, кобылица очень скучала по хозяйке, она обнюхала северянина и стала оглядываться на дверь, может Крапива пришла с ним... Хогу стало стыдно, он даже ни разу не навестил её.
  Северянин прошел вдоль стойл и улегся на охапку сена. Тихо пофыркивали лошади, где-то в соседнем углу верещал сверчок. Хог достал соломинку из своего ложа и, закусив ее, стал смотреть в маленькое окошко под самой крышей. Небо было бархатистым и черным. В окошко виднелось всего три звездочки, когда они закружились на месте и превратились в глаза и рот, он понял, что спит.
  В окошко залетела большая сова, покружилась над спинами спящих лошадей и уронила на голову Хогу какие-то веревки, мгновенно опутавшие его лицо. И как северянин ни старался, не мог от них избавиться, потом они почему-то перестали мешать. Хог поднялся, чувствуя себя большим и невесомым.
  Сова плюхнулась ему на спину и тут же заметно потяжелела, северянин скосил глаза и понял, что она превратилась в женщину. Матово блестело обнаженное тело, водопад волос рассыпался по плечам. Хищно блеснули желтые глаза. В руке женщины появился длинный прут, и она хлестнула им Хога по спине.
  Северянин дернулся от нестерпимой боли, а потом скакнул вперед, стремясь избавиться от неожиданной наездницы. Но женщина не слетала, она умело направляла Хога туда, куда ей было нужно, подбодряя прутом.
  Они выскочили из конюшни и Хог помчался не разбирая дороги, он никогда не бегал так легко, казалось он не бежит, а летит над землей, не чувствуя ни ног, ни тела. Но ведь во сне так и бывает.
  Лес встретил цветными огоньками и многоголосьем. Каких только существ здесь не было, у Хога разбегались глаза.
  - Хороший у тебя конь сегодня, Ночница! - крикнул с ветки какой-то карлик с короткими ножками и огромными ладонями, на длинных руках с вывернутыми локтями.
  - Да, неплохой, Вислорук.
  Он кричал вслед что-то еще, но они неслись дальше. Веселилась вся мелкая лесная нечисть, Хог видел даже несколько зеленых эльфов.
  Они выбрались из этого праздника и помчались дальше в лес.
  Поляна возникла неожиданно. Лесной мрак разбился на клочки от звездного света. Хог резко остановился, заметив знакомый силуэт. На этот раз кельдирк явился во плоти, он стоял посреди поляны, глядя на них мерцающими зелеными глазами, без зрачков. Левое ухо было порвано, но шрам давно зажил. Взгляд волшебной твари казался безучастным, но женщина у Хога на спине вздрогнула. Единорог сделал к ним шаг, изогнул шею, направив сияющий рог на ведьму.
  Ведьма поединка не приняла и, превратившись в сову, улетела с криком.
  У Хога внезапно подкосились ноги и он, ослабев, осел на землю. Добротные сапоги были все изодраны, а ноги превратились в кровавое месиво. Только сейчас северянин почувствовал, насколько устал. Это не могло быть сном.
  Единорог стоял и смотрел на него.
  Хог попробовал подняться, но тут же со стоном свалился обратно.
  Единорог подошел и, склонив голову, коснулся рогом ступней северянина. Когда кельдирк поднял голову, раны уже зажили.
  Хог мгновенно вскочил, одной рукой обхватил шею зверя, другой вцепился в рог. Кельдирк - пойман! Но единорог не старался вырываться, он стоял, доверившись рукам человека. Не зная, что делать с пленником, Хог разжал руки. Единорог дохнул ему теплым воздухом в лицо и умчался. А через мгновение послышался треск кустов и на полянку вышел Гривастый. Конь скептически оглядел потрепанного северянина и подошел к нему.
  Утром Хог, перво-наперво, решил узнать, с чего Нидьяр решила на нем прокатиться.
  После завтрака, застав ведьму одну, он обратился к ней с прямым вопросом.
  Но Нидьяр только холодно на него поглядела.
  - Если тебе пришло в голову носиться с кем-то по ночам, то я здесь ни при чем, - и она ушла, не сказав больше ни слова.
  Тогда Хог решил посоветоваться с Дорном и Эльфом. Он рассказал им о ночных событиях.
  При рассказе о единороге у Эльфа загорелись глаза, а вот Котик вовсе не удивился, или может просто взяла верх его невозмутимость.
  На вопрос же о Нидьяр, Эльф сказал, что это не может быть его тетя.
  - Без сомнения, она могла бы покататься на тебе, тем более что представился такой хороший случай, и ты был один в конюшне, но потом она не стала бы отрицать своего участия. Наоборот, посмеялась бы и выставила тебя дураком. Да и на праздники мелкой нечисти она не ходит. Такое могло придти в голову только совсем молоденькой ведьме.
  - Но она же превращалась в сову!
  Эльф усмехнулся.
  - Ты думаешь, мало альвских ведьм превращается в сову? Праздник лесной нечисти будет продолжаться еще одну ночь до полнолуния, я думаю, она еще вернется ночью, другого коня ей не найти. Так что сегодня мы ее и поймаем. Иначе она от тебя не отвяжется, а единорога, чтобы тебя спасти в другой раз может рядом и не оказаться.
  Днем Эльф опять ушел на встречу с Рыжей. Поскольку до обряда оставалось всего ничего, то они проводили вместе все больше времени. Дорн умчался за какими-то подручными средствами, а Хог остался дожидаться ночи.
  Он, в благодарность за ночную помощь, вычистил Гривастого, а потом отвел его и Серебринку к лесному озеру, где кони накупались в свое удовольствие. Северянин тоже окунулся.
  После купания, когда полуденная жара сменилась послеобеденным тяжким зноем, Хог решил что пора возвращаться и неторопливо направился к Альвхейму.
   Он брел по лесу, лошади следовали за ним, будто собаки. Внезапно послышалось мягкое журчание. Гривастый раздул ноздри. Под корнями могучей ивы затаился родник.
  Хог, обрадовавшийся возможности утолить жажду, двинулся вперед, но Гривастый ухватил его зубами за воротник.
  - Я понимаю, что тебе тоже не терпится напиться, но если я пущу вас первыми, то вы так замутите воду...
  Раздавшийся смех заставил северянина замереть.
  - Впервые вижу, чтобы кто-то разговаривал со своим конем.
  Тут Хог заметил то, что проглядел в первый раз.
  Зеленое платье женщины, расшитое золотыми нитями, походившими на солнечные блики сквозь листву, полностью скрывало фигуру. Незнакомка сделала шаг вперед, ее одежды заколыхались, каблуки стучали по корням ивы, как копытца.
  Солнечный свет упал на лицо. Она была прекраснее любой из женщин, что северянин видел до сих пор.
  - Иди ко мне путник. Мы вместе изопьем воды из ручья и станцуем под его серебристое журчание.
  Волосы женщины горели как золото, а голову украшал двузубый венец.
  Северянин протянул руку, чтобы помочь прекрасной незнакомке спуститься с корней дерева.
  Гривастый заржал и толкнул Хога в плечо.
  - Что же ты медлишь? Или я тебе не нравлюсь?
  Хог увернулся от зубов коня и запрыгнул на корни к незнакомке.
  Женщина холодной и жесткой, как древесный сучок рукой, обвила шею Хога и закружилась с ним на корнях дерева, постукивая каблуками.
  Лицо, глаза, губы.
  У Хога мир качался в глазах. Он вдруг обнаружил, что женщина прижимается к нему изо всех сил, и ее объятия становятся все сильнее. Внезапно глаза незнакомки подернулись поволокой, лицо стало еще прекраснее, бледные губы приподнялись, обнажая острые, как иглы зубы в несколько рядов.
  Северянин, на которого всегда слабо действовали чары, рывком высвободился из объятий нечисти и, спрыгнув с корней, вскочил на спину Гривастому. Конь будто только этого и ждал, он быстрее молнии помчался прочь.
  Сзади раздался пронзительный вой.
  Хог оглянулся - женщина расправила подол платья и, взмахнув им, как крыльями, взлетела. Северянин пришпорил коня, но расстояние между ними и тварью только сокращалось.
  Хог метнул нож, но женщина увернулась. Северянин скатился со спины жеребца, чудом увернувшись от цепких объятий. Гривастый резко остановился и, развернувшись, ударил тварь передними ногами. Женщина с воем отлетела и ударилась о ствол дерева, мелькнули вместо ног козлиные копыта. Она, впрочем, тут же вновь поднялась в воздух.
  Хог достал второй нож и приготовился к обороне. Женщина не уступала в скорости волкодлаку. Северянин с трудом увернулся от острых зубов.
  Внезапно послышалось радостное ржание Серебринки, всхрапнул Гривастый...
  Налетевший порыв теплого ветра закружил женщину, опрокинул ее наземь, проволок по кустам и зашвырнул куда-то вдаль.
  Опять единорог, едва заметный, больше похожий на обман зрения, рыжий в лучах солнца, совсем как тот, что спас его от ведьмы, только у этого были целы оба уха, а рог сиял серебром, а не лазурью.
  Домой Хог вернулся, когда солнце уже садилось, он отвел лошадей в конюшню и, задумчиво хмурясь, зашел в дом.
  Эльф и Дорн были там. Они переглянулись и отправились на конюшню.
  Оказалось, что друзья уже все приготовили, даже то, чем можно закусить в ожидании. Пока Хог ужинал, они обсуждали, где кто спрячется, а потом северянин рассказал о дневных похождениях. Эльф несколько минут задумчиво молчал.
  - Это был глейстиг, - сказал, наконец, он. - Не думал, что они еще тут остались. Но меня больше интересует внимание к тебе кельдирков. Сначала один спасает тебя от ведьмы, потом другой от глейстига. Что может быть причиной такого интереса?
  - Только одно, - Котик усмехнулся.
  - Что же? - спросил Хог.
  - Если это не кельдирки, а кельди.
  У Эльфа открылся рот, Хог заметил то же самое и за собой.
  Дорн усмехнулся, увидев удивление друзей.
  - Почему, если кельдирки могут утащить себе девчонку, кельди не интересоваться мужчиной?
  - Что-то мной уж больно многие интересуются: ведьмы, глейстиги, кельди...
  - Кстати о ведьмах, Эльф, скоро полночь, нам с тобой пора прятаться.
  Андера завалили в углу охапками сена, а Котик устроился на продольной балке, где на крюках висели сломанные колеса и пучки старой соломы.
  Хог устроился на старом месте. Он твердо решил не спать, но около полуночи его опять сморило. Глаза закрылись сами собой. И вновь завертелись звезды в окошке, и появилась ночная гостья. Птица бесшумно влетела в окно и закружилась по конюшне. Но тут сверху на нее упала большая темная тень. Сова, попавшая в ловушку, закричала и забилась в руках алди. Хог проснулся и только успел отмахнуться от сена, которое раскидал, выскочивший из своего укрытия, Эльф. Из лап совы на парня упал комок каких-то веревок. Юноша попытался выпутаться из них, но внезапно стал меняться и превратился в большого белого коня.
  Дорн от неожиданности упустил свою пленницу. Помятая сова с воплями вылетела в окно. Алди, опомнившись, последовал за ней.
  Хог подошел к Эльфу, ошеломленно мотавшему головой. Глаза коня, когда он посмотрел на Хога, наполнились слезами.
  - Не бойся, со мной же ничего вчера не случилось. Сейчас прилетит Дорн и притащит эту заразу, пусть она только попробует тебя не расколдовать! - Северянин обнял коня за шею.
  Ржание испуганных лошадей, крики совы и ловцов ведьмы, разбудили родителей Эльфа. Внезапно дверь конюшни открылась, и на пороге появились ярл и его брат.
  - Что здесь происходит! - Андир настороженно рассматривал Хога и незнакомого коня. - Откуда здесь чужая лошадь? - потом подошел ближе и, вглядевшись в глаза коня, побледнел, как полотно. - Это же ведь... Что здесь случилось!? - требовательно спросил он у Хога.
  - Ведьма.
  - Понятно!
  Между тем, Аннор подошел и стянул с Эльфа уздечку. К юному альву тут же вернулся его настоящий облик.
  Аннор помог племяннику подняться с четверенек.
  - Интересно, кто же здесь балует? - спросил он, разглядывая волшебную уздечку.
  Андера увели в дом, где Нидьяр дала ему сонного зелья, а потом ярл и чета колдунов принялись за расспросы.
  Хог отвечал, как мог, стараясь не выдать то, чем они собирались заняться следующей ночью.
  Особенно всех удивил рассказ о том, как северянину помог единорог.
  - Надеюсь, Дорну удастся поймать эту шутницу, - Андир ярл был очень зол. - Нид, ты не знаешь, кто из ведьм может носить прозвище Ночница?
  Ведьма покачала головой.
  - Среди тех альвских ведьм, что я знаю, нет ни одной с таким прозвищем. А в сову превращаюсь только я.
  Хог уже успел убедиться, что ночной гостьей была действительно не Нидьяр. Ведьма никуда не отлучалась ни в эту, ни в прошлую ночь.
  Дорн вернулся в человеческом обличье, но следы от когтей и клюва все еще были заметны на его лице. Он очень обрадовался, когда выяснилось, что Эльфа удалось расколдовать.
  Успокоилось все только под утро. Дорн и Хог вновь отправились в конюшню, где и устроились благополучно все на той же охапке сена.
  Проснулись они после полудня. Эльф все еще спал. Этим вечером им предстояло заниматься вызовом кельдирков, поэтому они оставили парня отсыпаться, а сами отправились на поиски Рыжей.
  Девушка ждала там же где всегда, возле поваленного бурей могучего дерева. Они рассказали ей обо всем. Рыжая выслушала, но не сказала ничего. Только быстро глянула Хогу в глаза и отвернулась.
  - Ладно, идите, будите Андера, собирайтесь. Встречается за час до заката на обрыве.
  В условленное время они были на месте. Эльф очень волновался, он боялся, что не справится. Хог волновался не меньше. Он не знал, что сказать Яррэ и Рыжей.
  Эльф начал рассыпать на гладкой скальной площадке цветной песок, рисуя какие-то знаки. Некоторые, вроде защитного круга, знаков воды, огня, земли и воздуха, Хог узнавал, но они делились еще на более мелкие, постепенно рисунок становился настолько сложным, что линии стало невозможно проследить. Теперь Рыжая тщательно следила за действиями альва. Они доставали из различных маленьких мешочков какие-то магические средства, и Андер раскладывал их в круге.
  Наконец, приготовления были закончены. Последний луч солнца как раз исчез за горизонтом. Сумерки окутали мир.
  Эльф стал на край круга и, воздев руки, начал тихо говорить слова вызова.
  Сначала ничего не происходило. Потом поднялся тихий ветерок и лизнул рассыпанный песок. Чем дальше говорил Эльф, тем сильнее становился ветер. Рыжая спряталась за спины Хога и Котика. Песок смешивался, вздымаемый вверх вихрем. Над друзьями нависла гигантская фигура, ветер с ревом мчался по кругу. Но до них не долетало ни малейшего дуновения.
  Эльф закончил говорить и резко опустил руки. Ветер тут же стих. Поднятый песок осыпался вниз и лег в том же порядке, в каком его расположил Андер.
  А то, что находилось в круге, никак не напоминало могучее существо, только что бушевавшее. Маленькая серая прозрачная тень.
  - Спрашивай! - подсказала Рыжая из-за спины Хога.
  Кельдирк вздрогнул от звука ее голоса.
  - Ответь мне, зачем вы похитили нашу подругу? - спросил Эльф.
  Единорог молчал, если бы не едва заметное колебание воздуха в месте его присутствия, Хог решил бы, что там ничего нет.
  - Отвечай! - приказала Рыжая, не показываясь единорогу.
  Кельдирк как-то сжался, а потом послышался его голос, сначала принятый Хогом за завывание ветра.
  - Мы никого не похищали!
  - А как же девушка?
  - Она сама захотела пойти с нами. Она наша.
  Рыжая потянула Хога за рукав, заставив наклониться к ней и зашептала на ухо.
  - Боюсь, ничего не удастся сделать.
  - Почему?
  - Сейчас узнаешь.
  - Мы хотим поговорить с ней, позови ее! - приказал Эльф кельдирку.
  Единорог исчез, но через миг вновь появился, впрочем, это был не он. Тело этого существа светилось в темноте мягким рыжеватым светом, кельдирк был меньше и изящнее своего предшественника. Потом силуэт единорога исказился, и перед ними предстала Яррэ.
  Лицо девушки очень изменилось, стало каким-то нечеловеческим, неземным. Янтарные глаза встретились с серыми глазами Хога.
  - Прости меня, - сказала она. - Но мое место здесь. Я не могу вернуться, потому что я одна из них.
  За спиной Яррэ возник полупрозрачный темный силуэт мужчины.
  Силуэты двух кельдирков растаяли, потому что Эльф забыл поддерживать связь.
  Хог повернулся к Рыжей.
  - Они совсем ее околдовали! Она не знает, что говорит!
  - Успокойся! - девушка потрясла его за плечо. - Человек не может просто так превратиться в единорога. Она кельди с рождения! Это случилось бы рано или поздно.
  - А существует способ вернуть такого получеловека-полуединорога обратно к людям? - спросил Эльф.
  - Да. Нужно дать ему выпить каплю человеческой крови, тогда ему будет трудно вернуться к кельдиркам, кровь будет тянуть на землю. Но жизнь после этого будет казаться ему очень тяжкой, и если нечему будет держать кельдирка на земле, он быстро зачахнет и умрет.
  - А что может удержать единорога на земле? - Хогу был важен ответ.
  - Мало что. Ребенок, человек, которого он очень любит, или который любит его. Но любовь должна быть очень сильной. Но сейчас это не подходит. Тот, второй, все равно утащит ее обратно.
  Обратно возвращались в молчании. Хог даже не заметил, как Рыжая от них отстала. Все надежды пошли прахом. На душе было холодно и пусто.
  Дорн положил руку ему на плечо.
  - Не печалься, так ей действительно лучше. Кельди счастливые существа, почти никто не может причинить им вреда, а их жизнь легка и беззаботна.
  - Это она помогла мне тогда с глейстигом, а я ее не узнал! Я должен был ее узнать.
  Вернувшись, Хог направился в конюшню, ему хотелось побыть одному. Северянин устроился на сене и погрузился в думы.
  Теперь его ничто не удерживало в верхнем мире. Рыжая оказалась чужой. А Яррэ... Пусть будет счастлива. Но как вернуться? Сюда его отправил Волчонок. Может стоит попросить Эльфа? Или лучше Дорна. Хог не заметил, как стемнело.
  Внезапно дверь конюшни скрипнула и приоткрылась. Кто-то заглянул внутрь, потом, стараясь двигаться бесшумно, вошел. Хог замер, не дыша.
  Лунный свет выхватил женскую фигуру. Хога пробрал холодный озноб при мысли о глейстиге, но лошади были спокойны.
  Пришелица прокралась к стене, на которой висела лошадиная сбруя, и принялась копаться среди уздечек. Северянин бесшумно поднялся и подошел к ней сзади. Волосы плащом закрывали спину, а смутный свет луны, больше скрадывающий, чем освещающий, не позволял разглядеть ее как следует. Незнакомка что-то суетливо искала.
  Хог схватил ее за плечо и резко развернул к себе. Девица вспикнула и рванулась, но северянин только крепче сжал руку.
  - Ты что здесь делаешь!?
  Вместо ответа женщина вдруг издала дикий вой, пронзивший человека с ног до головы, у Хога заныли все кости. Это был голос бенши, но северянин чувствовал теплое человеческое тело. Он собрал все силы и, подняв руку, зажал ей рот, потом, схватив в охапку, потащил прочь из конюшни.
  Белой тенью к нему метнулся Арх.
  - Что-то ты плоховато сторожишь, - пожурил Хог пса.
  Тот ничего не ответил.
  Хог свалил свою ношу на землю.
  - Не вздумай больше кричать или пытаться убежать, не то натравлю на тебя собаку.
  Арх укоризненно посмотрел на Хога, а потом оскалил клыки, показывая какой он страшный.
  Хог соорудил из пучка травы кляп, потом связал поясом женщине руки.
  Она не сопротивлялась, безропотно позволив северянину связать себя.
  Хог вывел из конюшни Гривастого, потрепал его по шее.
  - Найди Дорна и Рыжую, если сможешь.
  Конь фыркнул, тряхнул гривой и умчался.
  Ждать пришлось недолго, вскоре послышалось хлопанье крыльев, и на крышу конюшни приземлился алди.
  Женщина дернулась, стараясь освободиться, но была остановлена злобным рыком Арха.
  Дорн спикировал с крыши, превращаясь на ходу, приземлился он уже в человеческом обличье.
  Хог никогда раньше не видел превращений алди. Когти, шерсть и крылья втягивались, менялось лицо, тело и ноги, будто плавился воск, это было не похоже на мгновенные превращения альвов в свои фюльгьи. Северянина слегка замутило, что до женщины, то она была просто в ужасе.
  - Кто это?
  - Мне тоже интересно, она пришла в конюшню и искала что-то среди уздечек.
  - Ну, думаю, тебе удалось поймать ведьму.
  Тут послышался топот копыт и появился Гривастый, на нем восседала Рыжая. Она соскочила с коня и подошла к остальным.
  - Что случилось?
  - Хог поймал ведьму.
  - Да! - удивилась девушка и склонилась над пленницей. - Бенши! - удивлению Рыжей не было предела. Она вытащила кляп изо рта женщины. - Ты что тут делаешь?
  Дорн с Хогом удивленно переглянулись.
  Рыжая развязала пленнице руки и помогла подняться.
  - Привет, Лисица. Давно не виделись.
  - Ты что, знаешь ее? - спросил Дорн.
  - Да, это моя подружка.
  Хог потряс головой, он уже ничего не понимал.
  - Но зачем она превращала меня в коня?
  - Постой, - вдруг задумчиво сказал Дорн. - Бенши? Я помню, была такая охотница в команде Серебряного Клинка.
  - Да, это я, - кивнула она.
  - Но что ты делаешь здесь?
  - Это слишком долгая и интересная история, чтобы я могла рассказывать ее первым встречным.
  - Не волнуйся, это не первые встречные. Это Дорн, по прозвищу Котик. А это Хог Хогарсон, он хотя и не охотник, но мой хороший друг.
  - Лэстриль, можно просто Эсти, или Бенши.
  Котик предложил зайти в конюшню, так они и сделали. Хог зажег лампу, а Дорн порылся где-то в сене и достал небольшой сверток, в нем оказались хлеб, кусок печеного мяса и сыр, для себя алди припас медовый пряник.
  Они уселись рядом на сене, Дорн расстелил кусок ткани, Рыжая помогала ему раскладывать еду, а северянин рассматривал свою недавнюю обидчицу. Постарше Рыжей на вид, ей можно было дать двадцать-двадцать пять лет, светловолосая и рослая, ее лицо чем-то напоминало лица льесальвов, но было чуть погрубее, хотя некрасивым его было назвать трудно.
  Рыжая закончила резать хлеб и взяла себе кусок, предложив сделать всем остальным то же самое.
  Сначала все просто ели. Первым не выдержал Хог.
  - Зачем все-таки надо было превращать меня в коня?
  - Прежде чем я отвечу на этот вопрос, мне надо рассказать о том, что предшествовало этим событиям.
  Рыжая кивнула.
  - Мы будем рады выслушать тебя.
  - Надо позвать Эльфа, - заметил Хог.
  - Ничего, пусть спит, я ему потом все передам, - сказал Дорн.
  Лэстриль дожевала, стряхнула крошки с колен, обвела взглядом собеседников и приступила к рассказу:
  - Наша команда работала в Марке. Нас всего четверо, наш предводитель - Серебряный Клинок. В Марке достаточно спокойно, по сравнению с Северной Глушью и пограничными городами. Мы в основном занимались тем, что контролировали применение магии при изготовлении оружия, а так же следили за тем, чтобы люди не использовали магическое оружие друг против друга. Помимо меня в команде был цверг Флитрек и парень по имени Норг, то ли северянин, то ли альв, я не знаю.
  Так случилось, что Клинок уехал по делам, оставив город на нас. Флитрека он оставил за главного. В магии разбиралась только я, а мои соратники больше понимали в оружии, да и что другое нужно было в Марке.
  Предстояла осенняя ярмарка, все было тихо и мирно, осень была необыкновенно теплая, ни слякоти, ни снега. Потом на ярмарке появилась эта старуха, она гадала всем желающим, а денег не брала. Норг тоже поддался на ее уговоры. После он стал каким-то задумчивым, все удивлялся, почему Серебряный Клинок оставил предводителем не его, а потом внезапно напал на Флитрека, когда тот велел ему что-то сделать. Мне ничего не оставалось...
  Я попыталась послать весточку Серебряному Клинку, но ответа от него не получила. Между тем, в городе творилось что-то страшное, своими предсказаниями колдунья пробуждала в людях самые низменные чувства. Сыновья убивали отцов ради наследства, матери душили детей в колыбелях, каждый ведь думает когда-нибудь о чем-то таком страшном.
  Только я поздно спохватилось, - от того, что Бенши рассказывала это ровным голосом, не меняясь в лице, было еще страшнее. - Я подстерегла ее однажды и попыталась убить, но мне это оказалось не по силам.
   Она наложила на меня проклятье, теперь я перед каждым полнолунием, должна превращать какого-нибудь несчастного в коня и приезжать к ней, чтобы она дала мне новый приказ. Мне не удалось попасть к ней, но она до сих пор ждет. У меня есть время свободы только тогда, когда луна стареет, но как бы далеко я не забралась, проклятие тянет меня обратно к ведьме, я превращаю того, кого найду в коня и еду к ней.
  Эсти замолчала.
  - Сегодня тебе тоже надо быть у нее? - спросила Рыжая.
  Бенши кивнула.
  - Я думаю, что знаю, что делать. Дорн, принеси, пожалуйста, уздечку.
  Алди кивнул.
  - Что ты задумала? - спросил Хог.
  - Сейчас узнаешь.
  Вернулся Котик с уздечкой.
  - Дорн, ты не против побыть конем в эту ночь?
  - Нет, если магия подействует.
  - Подействует, не волнуйся. Бенши, ты отправишься на зов, а мы последуем за тобой.
  Бенши натянула на Котика уздечку. Сначала ничего не происходило, а потом алди стал меняться и превратился в коня, если так можно было назвать это существо. Конь имел большие кожистые крылья, когтистые лапы и клыкастая пасть.
  Рыжая махнула руками, что-то прошептала и Дорн превратился в обычного коня, рыжей масти.
  Хогу стало интересно, как выглядел он сам в лошадином облике.
  Рыжая и северянин оседлали Гривастого и Серебринку. Бенши вскочила на своего нового коня. Котик, встав на дыбы, заржал и скакнул вперед. Они тоже пришпорили лошадей.
  Конь ведьмы несся по воздуху, он почти исчез из виду, когда они выехали из конюшни.
  - Быстрее! - вскрикнула Рыжая, направляя Серебринку между домов.
  Лошади неслись изо всех сил, но догнать Бенши не удавалось. Ведьма вновь направлялась в лес. Хог сказал о единороге, который мог спутать их планы, но Рыжая ответила ему, чтобы он не волновался, кельдирк не появится.
  Лес сейчас был темен и враждебен, но, промчавшись сквозь него, Бенши направилась куда-то дальше в горы. Она спешилась у какой-то расселины, в которую не проникал ни один луч лунного света, оставила Дорна, а сама вошла во мрак.
  Хог и Рыжая бесшумно подъехали к расселине и оставив лошадей рядом со взмыленным Котиком, последовали за Эсти.
  Расщелина переходила в проход внутрь скалы. Некоторое время они шли в полной темноте, потом впереди забрезжил слабый зеленоватый свет, проход заканчивался довольно большой пещерой. Хог и Рыжая затаились у входа в густой темноте.
  Зеленоватый свет тек из стоявшего посреди пещеры каменного гроба. Крышка была слегка сдвинута в сторону, зеленоватое сияние, подобно туману, переливалось через край и мягко стелилось по полу, однако свет не проникал во все углы. У гроба замерло несколько темных фигур, одна отличалась огромным ростом. Бенши стояла чуть в стороне. Она что-то тихо сказала. Начало разговора они пропустили.
  Ответил девушке некто закутанный с ног до головы в плащ.
  - Ты не можешь противиться моей воле, девчонка.
  Из-под полы плаща высунулась рука, и костлявый палец уставился на Эсти. Девушка вскрикнула и, обхватив тело руками, рухнула на колени.
  Хог скрипнул зубами.
  - Я же пришла!
  - Слишком поздно.
  Тело несчастной ведьмы забилось на полу.
  Хог сквозь ярость почувствовал, что Рыжая изо всех сил сжимает его руку, это не была попытка удержать. Девушка сама едва сдерживалась, ее лицо как-то странно застыло, расширенные глаза смотрели в никуда, зрачки светились чистым голубоватым светом. Северянину стало не по себе.
  - ...твоего отца, - долетела до них новая часть разговора.
  Бенши с трудом села и подняла голову.
  - Если ты подчинишься и сделаешь, что мы велим, то мы вернем тебя отцу. Вспомни о своей крови! Ты ведь одна из нас!
  Бенши тряхнула головой, прочищая мысли, светлые волосы мотнулись, упав ни лицо.
  - А если я откажусь?
  - Тогда мы просто отпустим тебя в Нижнем мире, сначала пустив слух о том, что ты ведьма. Твои собратья охотнички живо сожгут тебя.
  - Но до сих пор же не сожгли, хотя знали!
  - Но они не знали, что ты убила одного из своих, а когда второй пытался помешать тебе, прикончила и его.
  Бенши потупилась.
  - Я мало что знаю о предводителях.
  - А тебе и не требуется много знать. Ты по-прежнему будешь среди охотников, но охотиться будешь для нас. И не вздумай обмануть нас.
  Бенши сжалась на полу. Она казалась поверженной и покорившейся.
  - Ты думаешь, тебе так легко удастся провести нас? - голос донесся откуда-то из мрака. Он был бархатист и приятен.
  У Хога волосы на затылке встали дыбом.
  Мрак по углам зашевелился, сгущаясь. Казалось, в темноте скрывается кто-то огромный.
  Ведьмочка округлившимися глазами с открытым ртом уставилась в темноту.
  В угольном мраке мигнули еще более темные глаза.
  Рыжая с диким лицом начала подталкивать Хога к выходу. Но северянин оцепенел.
  - О, а мы тут не одни! - мурлыкнул голос. Клок тьмы вырвался вперед, расцветившись костром огромной пасти. Сверкнули два длинных рога. Кривые черные когти выскребли искры из каменного пола.
  Дракон расправил могучее тело.
  Нужно было уходить, но северянин застыл, попав в ловушку драконьего взгляда.
  Рыжая умоляюще посмотрела на Хога снизу вверх и, увидев, тщетность всех своих усилий, вытащила меч.
  Голубое лезвие исходило короткими ветвистыми молниями. Дракончик на гарде грыз свой меч.
  Дракон отпрянул, когда Рыжая шагнула в пещеру. Из пасти чудовища вырвались клубы дыма, будто он поперхнулся.
  Бенши кое-как на четвереньках отползла за спину девушки.
  - Вот уж кого не ожидал встретить, - дракон растворился в сгустках тьмы, и перед ними предстал высокий приятной внешности темноволосый человек.
  Северянин с удивлением узнал мага с ярмарки, что намазал ему мерьей лезвие секиры.
  В руках мага было два изогнутых меча, белых и матовых, как мрамор, похожих на рога дракона. Колдуны толпились за его спиной.
  - Тебя не так просто убить, Поташ.
  - Так же как и тебя, Рыжая.
  - Может и решим дело сейчас, раз уж вместе нам тесно на белом свете?
  Черный маг-дракон засмеялся.
  - Так просто Ленхнен не решают свои дела. Мы же не ярмарочные драчуны, чтобы простым поединком выяснить отношения. Нет, моя госпожа, - кельд не сделал ни шага вперед, но внезапно оказался прямо перед Рыжей, глядя ей в глаза сверху вниз, - так просто мы дела не решаем. Для того, чтобы уничтожить друг друга, есть чужие руки, как и для того, чтобы вершить свои дела. Не находишь ли, что ты стала слишком часто вмешиваться в дела живых.
  - Как, впрочем, и ты! - Рыжая не отступила. Ветер принес невесть откуда горсть сухих листьев и бросил их в лицо магу. Пока он продирал глаза, Рыжая кивнула Хогу и Бенши. Северянин схватил ведьму за руку, и они помчались прочь из пещеры, вслед им донесся немыслимый жар.
  Они выбежали наружу, вслед за ними вылетел огненный шар. Он остановился, сжался, потускнел и на землю ступила Рыжая.
  - Прочь отсюда!
  Эсти перекинулась в сову и взлетела в небо. Хог вскочил на Гривастого, Рыжая на Серебринку. Дорн, принявший облик алди, подлетел к ним.
  - Уходим! - махнула ему рукой девушка.
  Тонкий надрывный вой, донесшийся из пещеры, подстегнул лошадей и они, не дожидаясь понуканий, помчались прочь. Над ними неслись две крылатые тени, большая и маленькая.
  Девушка натянула поводья Серебринки, когда они оказались на берегу моря. На юге тьма застлала все небо.
  Бенши приземлилась и приняла человеческий облик, рядом с ней плюхнулся Котик.
  Хог несколько минул молча сидел на коне и дышал запахом моря.
  - Кто это был? - спросил он, наконец.
  - Хозяин Тьмы, - ответила Рыжая, склонив голову, чтобы поправить что-то в упряжи кобылы, растрепавшиеся волосы закрыли ей лицо.
  - А кто ты такая? - Хог тщетно пытался заглянуть девушке в лицо.
  Он оглянулся на удивленный возглас Дорна.
  Их окружали молчаливые темные фигуры, в них было что-то схожее во всех.
  Бенши со вспиком оказалась в объятьях Котика. Алди и сам был испуган.
  Рыжая медленно откинула волосы с лица.
  У Хога сжалось сердце, он уже все понял.
  - А я - кельди. Такая же, как они, - они обвела рукой темные силуэты.
  От каждого слова у человека мертвело сердце.
  - И я вовсе не человек. Меня нельзя просто любить. И я не могу любить никого. Как никого не любит осень.
  Северянин соскочил с коня и кинулся к девушке, но его руки ухватили только дуновение ночного ветерка, в волосах запутались сухие листья.
  Кельдирки закружились вокруг с мягким смехом и шорохом.
  Хог рухнул на колени и сжал в руках песок и тонкую траву.
  - И одна и вторая!
  Так ведь не может быть, не может девушка, за которой он прошел столько, оказаться незнамо кем. Впрочем, вполне знамо. Только Рыжая теперь как бы не существовала для него. Осталось только то, что он сам придумал о ней. Теперь понятно, что за неведомая магическая сила, встретиться с которой ему предсказали руны.
  Мысли крутились, как разлетевшиеся кельдирки.
  Хог открыл глаза и встретился взглядом с Рыжей, она стояла рядом с ним на коленях.
  - Зачем ты так со мной? - голос звучал жалко, славные предки поперхнулись брагой в посмертии. - За что вы так не любите простых смертных, мы же не игрушки. И если вы все бесчувственны, то мы-то нет.
  Если бы не проклятая темнота, Хог готов был поклясться, что глаза кельди подозрительно блеснули. Рыжая встала, отряхнула песок с колен. Северянин поднялся гораздо тяжелее. В груди глухо ухала пустота.
  Гривастый подошел к человеку и положил голову ему на плечо. Северянин машинально потрепал жеребца по шее.
  - Пора мне домой, наверное. Что-то загостился я у вас тут.
  - Но не стоит уходить, не завершив всех дел? - сказала Рыжая.
  - И какие же у меня остались здесь дела?
  - Ну, во-первых, не стоит оставлять эльфам меч, а, во-вторых, не мешало бы помочь вернуть Дорну лук, наследие предков все-таки - Великий Черный Лук.
  
  Глава 6.
  ЭЛЬФИЙСКИЙ БАЛ
  
  
  Хог размышлял сидя на дереве, как какой-нибудь распоследний эльф. Разные зверюшки, а также мелкая нечисть шуршали в кроне, наблюдая за северянином, но, судя по спокойствию Гривастого, пасшегося под деревом, ничего опасного вокруг не было. Гораздо больше, чем окружающий мир, Хогу причиняли беспокойство собственные мысли. Уже не впервые за последние несколько месяцев северянин не знал, что ему делать. Он больше не обижался на Рыжую. Осталась только какая-то глухая, глупая обида на собственную судьбу. Вечно получалось так, что он выбирал не ту дорогу.
  Хог достал листок со стихами, который хранил с той самой ночи, когда он избавил Рыжую от проклятия.
  Мне не остается ничего,
  Кроме как просто слушать.
  Сумерки разбавляет зелень луны.
  А мы танцует в пламени дождя
  Танец с осенними листьями
  И слушаем песню осеннего ветра,
  Что, пролетая мимо, треплет мне волосы...
  Теперь эти слова стали вполне понятны. Их не мог написать никто, кроме кельдирка. И все: Эльф, Дорн, Волчонок - они знали, они всё знали...
  Хог спрыгнул с дерева. Соловый поприветствовал его коротким ржанием. Северянин потрепал коня по шее и только собрался вскочить в седло, как до его слуха донеслись треск кустов, рычание и грызня.
  Северянин приготовил ножи и осторожно двинулся по направлению к источнику звуков. Гривастый шел за ним.
  На соседней полянке не наживо, а насмерть грызлись двое псов. Одного, белого, как снег, Хог принял сперва за Арха, но этот зверь превосходил размерами друга Эльфа почти в два раза. Второй был слегка помельче с золотистой шерстью. Побеждал золотой, он был моложе своего соперника, и забивал нехватку опыта силой и ловкостью. Но все же победил старый пес. Он, изловчившись, добрался до горла противника. Изрядно подраненный соперник с визгом скрылся в кустах. А белый гордо подняв голову, презрительно посмотрел ему вслед, потом лапы старого зверя подломились, и он рухнул в траву.
  Хог осторожно выбрался на поляну. Белый скосил на него темный глаз.
  - Не бойся, я не причиню тебе вреда.
  - Я знаю, - отчетливо сказал пес, говорил он гораздо лучше, чем Арх. - Я слышал, как ты наблюдал за нами, но не вмешался. Молодец.
  - Что вы не поделили?
  - Конечно власть, что же еще могут делить два благородных слипа . Я чувствую, как смерть хватает меня за лапы. Слишком стар я, чтобы играть в игры молодых.
  - Может, я чем-то могу помочь тебе?
  - Пожалуй, можешь. Найди моего сына и расскажи ему, что случилось со старым Вармом.
  Хогу на миг показалось, что перед ним не собака, а умирающий старый воин.
  - Я сделаю, как ты хочешь, но где мне его искать?
  Слип не ответил. Розовый язык вывалился из пасти. Северянин склонился к нему, в надежде услышать что-нибудь еще. Их взгляды встретились. Зрачки зверя расширились, он захрипел, стремясь что-то сказать, дернулся несколько раз и умер. Мертвые глаза продолжали смотреть в глаза северянину.
  Могилу в лесной земле было тяжело копать ножом, но Хог справился. Он нагреб поверх могилы небольшой холм и посадил маленькую рябину, выдранную у соседнего ручья.
  В Альвхейм северянин возвращался еще задумчивей, чем был. Оказывается, даже имея собачий облик, можно быть человеком.
  Первым Хога встретил Арх, пес с радостным тявканьем выскочил за ворота и закрутился под ногами у коня.
  - Прекрати вести себя по-собачьи? - строго сказал Хог.
  - Чего? - Арх удивленно уставился на человека.
  - Я сегодня видел твоего отца, он просил рассказать тебе о его гибели.
  Арх отвернулся.
  - Что же случилось? - голос его был нарочито равнодушен.
  Хог спешился и, отводя Гривастого на конюшню, все рассказал. Некоторое время пес стоял неподвижно, потом умчался куда-то, только мелькнул пушистый белый хвост. Хог же принялся чистить жеребца. Гривастый благодарно пофыркивал и смотрел на северянина добрым взглядом.
  Хог вздохнул. Ярл и так стал косо смотреть на того, кто сманивал его лучшего коня. Ну, ничего, это не надолго. А жаль, северянин успел привязаться к благородному зверю. Он не отказался бы от такого соратника.
  - Хог, ты здесь? - в конюшню заглянул Эльф.
  - Да.
  - Пойдем, уже все собрались.
  Они должны были сегодня отправиться за мечом Хога к эльфам. Но для этого нужно было подготовиться. Эльф вывел его из Альвхейма, и они направились, куда-то в лес.
  У огромного дуба альв остановился и несколько раз стукнул по стволу. Кора дерева со скрежетом раздвинулась, и перед ними предстал темный вход. Эльф прошел первым, на пальцах юноши засветился теплый желтый огонек, осветивший крутые ступеньки, уходящие куда-то вниз.
  Они спускались молча некоторое время, потом Хог заметил свет, Эльф потушил свой огонек. Их взгляду в конце спуска открылась небольшая комнатка, она была завалена всевозможными тряпками, они лежали на скамьях и высовывались из сундуков, одну из стен занимало зеркало, такое чистое, что Хог изумился. В комнатке уже находились Рыжая, Дорн и Лэстриль.
  Девицы успели принарядиться. На Рыжей было зеленое платье из тяжелой бархатной ткани, вышитое золотом по подолу, там кружились в вихрях осенние листья. Волосы девушка оставила распущенными, а вместо драгоценных камней украсила венком из пестрых кленовых листьев. И где она их нашла посреди лета? Бенши, напротив, предпочла воздушные легкие шелка, они придали невесомость ее крупной фигуре, юбка всевозможных оттенков серого была сшита из лоскутков разной длины. Волосы она распустила, слегка скрепив сеточкой из серебряных цепочек.
  Дорн приоделся во все черное.
  Хог догадался, что ему тоже придется переодеться, ведь они собрались на эльфийский бал. Северянин принялся рыться в вещах, выискивая одежку по нраву. Эльф занимался тем же.
  Когда они в новой одежде стали перед зеркалом, то себя не узнали. Хог увидел вместо простого северянина какого-то строгого величественного воителя. Эльф из мальчишки превратился в настоящего сказочного принца.
  Поднявшись наверх, северянин с удивлением заметил, что уже наступили сумерки, самое время кельдирков.
  - Как же мы доберемся до Галена? - спросил Эльф.
  Рыжая в ответ улыбнулась и подняла руку, сжатую в кулак, она раскрыла пальцы и взгляду предстали - маленький уголек, горстка пыли, белый лепесток какого-то цветка, кусочек кремня и камешек янтаря. Кельди дунула на свою ладонь. В разноцветном сиянии под дубом возникло пять лошадей.
  Эльф, не задумываясь, двинулся к мощному соловому жеребцу, почти близнецу Гривастого. Хог выбрал угольно-черного коня, Дорн - серого, как пыль, Эсти - белоснежную кобылицу, а Рыжая - золотисто-огненную.
  Волшебные кони умели летать по воздуху, так что до владений зеленых эльфов они добрались как раз к началу бала.
  Они вошли в холм вместе с эльфами не встречая препятствий. Они задержались у лестницы, где перед тем, как спуститься в зал, эльф-глашатай представлял гостей, чтобы пройти последними. Когда вереница гостей закончилась, и глашатай вопросительно взглянул на них, соратники переглянулись.
  - Наверное, я первая, - решила Эсти.
  Рыжая кивнула.
  Девушка подошла к глашатаю и что-то шепнула ему на ухо, Хог гадал, что она сказала. Что-то страшное, судя по выпучившимся глазам эльфа.
  Глашатай вышел на лестницу и, пропустив Эсти, торжественно произнес:
  - Лэстриль, принцесса Серебряного леса, наследная принцесса орочьих владений в Пламенных горах, - закончил он среди ошеломленной тишины.
  Лэстриль с улыбкой спускалась по лестнице.
  Рыжая тоже улыбнулась.
  - Я рада, что она, наконец, перестала этого стыдиться. Наполовину эльф, наполовину орк, тут было что скрывать.
  Следующим был Дорн. Когда он объяснил эльфу, кого следует представлять, от побега того удержали только железные пальцы Котика, вцепившиеся в локоть глашатаю.
  - Дорн Отступник, алди!
  В зале едва не началась паника. Все с напряжением ждали, кто же явится еще.
  - Андер! Альв из Альвхейма, сын Белого Ярла!
  Теперь была очередь Хога.
  - Хог Хогарсон, по прозванию Бешеный Волк, смертный.
  Эльфы зашумели. Северянин чувствовал на себе прожигающие взгляды, когда спускался по лестнице.
  Последнего гостя глашатай вышел представлять в полуобморочном состоянии.
  - Хозяйка осени, дочь Осеннего короля.
  Северянин, наблюдавший за королем эльфов, видел, как тот побледнел и, нащупав руку королевы, сжал ее, ища поддержки.
  Рыжая спускалась так, будто была здесь хозяйкой, пройдя сквозь ряды ошеломленных эльфов, она приблизилась к трону.
  - Какая великая честь для Галена и для меня, - король встал и поклонился девушке. - Что привело Хозяйку осени на наш скромный бал.
  Рыжая, не отвечая, смотрела на королеву Хифлот. Эльфийская королева мягко улыбнулась.
  - Рада приветствовать тебя, госпожа.
  - Надеюсь, что это так. Арнарэль, у вас все-таки бал, а музыки нет, и никто почему-то не веселится? Может, у тебя нет хороших музыкантов?
  Эльф побледнел.
  - Так мы вам можем помочь и сыграем и споем, почему бы не уважить хозяев?
  Хог не знал, что они брали с собой какие-то музыкальные инструменты.
  - Держись поближе к нам и заткни уши! - шепнул северянину Котик. Хог последовал его совету.
  Эльф, Дорн и Бенши играли, а Рыжая пела.
  Испуг и паника на лицах эльфов сменились восторгом, они закружились в танце, разбившись на пары. Эльфийский король тоже танцевал, вместе с зеленой от злости королевой. Какая-то эльфийка, оставшаяся без пары, подскочила к Хогу и, оторвав его руки от ушей, увлекла в круг танцующих. Мелодия была веселая и завлекающая, но ничего особенного, ради чего стоило бы затыкать уши, Хог не услышал. Вскоре эльфийские музыканты подхватили мелодию, северянин увидел Лэстриль, танцующую с эльфийским принцем. Андер с Котиком тоже нашли себе партнерш. А рядом с Хогом и эльфийкой возникла Рыжая. Одного ее взгляда хватило, чтобы девушка исчезла куда-то. Вот тут уж Хога захватило по-настоящему. Они неслись по залу, между пар. Рыжая была рядом, будто он держал в руках огонек. Глаза, нечеловеческие, но в то же время такие теплые. Кельди улыбнулась и прижалась к нему всем телом. Дотянуться до ее губ было так легко...
  Что было дальше, Хог помнил смутно. Очнулся он, от того, что Дорн лупил его по щекам. Эльфы валялись кто где, все они мирно спали. Некоторые дамы и кавалеры были не совсем одеты.
  Северянин с трудом приподнял голову. Рядом с ним мирно посапывал Эльф, Бенши притулилась у него под боком. Тут Хог обнаружил, что голова Рыжей покоится у него на груди, а сам он обнимает ее.
  Дорн с усмешкой смотрел на них.
  - Нужно заканчивать то, за чем мы сюда пришли, а то наши хозяева проснутся и будут очень нам не благодарны за то, что мы их так нагло околдовали.
  Рыжая приподняла голову и, прищурившись, потянулась, как сонная кошка.
  Хог хотел спросить ее о своих воспоминаниях, но передумал.
  - Буди остальных, - северянин помог кельди подняться. - Ты знала, к чему приведет ваша музыка?
  - Да, - больше она не сказала ничего.
  - Где будем искать меч? - спросила Бенши.
  - А мы не будем его искать, пусть он сам найдет своего хозяина, - Рыжая повернулась к Хогу. - Позови его.
  Северянин рассмеялся было, но потом понял, что никто не шутит.
  - Как я могу его позвать?
  Рыжая подошла и обхватила руками его голову, от ее пальцев исходил страшный жар. Северянин хотел отдернуться, но кельди держала крепко, внезапно у него ослабели ноги и, если бы Эльф не поддержал, то Хог просто упал бы. Дорн тоже подставил плечо.
  Резко заломило виски и заслезились глаза. Он будто бы видел сквозь все, Рыжая казалась не человеком, а столбом огня. До него донеслись ее слова, но теперь они звучали нестерпимым визгом.
  Мучения прекратила прохладная рукоять, ткнувшаяся в ладонь.
  Все отступили от него, и Хог остался один, покачиваясь, в его руке синеватыми всполохами горел узорный меч.
  - Взять их! - закричал очнувшийся король, но его подданные только начали отходить от сна.
  Друзья подхватились и помчались к выходу. Лэстриль на ходу приняла обличье совы, Дорн тоже превратился и, увеличив крылья в несколько раз, подхватил Эльфа. А Хога тащила за руку Рыжая, будто теплый ветер подхватил их и понес прямо по коридорам к выходу. Они выскочили из холма, всех разобрал какой-то странный смех, будто в ушах еще звучали отзвуки той мелодии.
  Было еще темно, холмы шевелились, по ним пробегали разноцветные огни.
  - Осталось еще навестить докальвийского ярла. Я уже соскучился по своему луку.
  Они вскочили на лошадей.
  - Только там от меня будет мало толка, владения докальвов находятся в ведении Хозяина тьмы, - предупредила Рыжая. - Да и сам Хёрдиг, не говоря уж о Диком Охотнике, сильный маг.
  - Ты будто отговариваешь нас? - спросил Дорн.
  - Нет, просто говорю, что могу пойти с вами только как охотница по прозвищу Рыжая, а не как Хозяйка осени.
  - Ну не всю же жизнь прятаться за твою спину, - воскликнула Эсти, пришпоривая кобылу.
  Волшебные кони взлетели прямо из под носа набежавших эльфов. У опушки Черного леса, лошади опустились на землю и дальше продолжили бег по твердой поверхности.
  - Что будем делать? - поинтересовался Хог у соратников, когда их окружила целая стая матерых волкодлаков. Глаза чудовищ горели красными угольками. Лошади, хоть и были сотворены из пыли, цветов, угля и камней, сильно беспокоились.
  В воздухе зашелестело, над всадниками кружилось около полусотни огромных летучих мышей, их глаза горели подобно волчьим.
  Эльф, Хог, Рыжая и Эсти обнажили мечи, а Дорн зубы и когти.
  Алди метнулся в воздух, где был окружен целой стаей вампиров. Волкодлаки прыгнули на лошадей. Хог обнаружил, что конь под ним растаял, стоило только волчьим клыкам коснуться его. Остальных тоже спешили.
  Узоры на мече северянина полыхали синим пламенем, он разве что не сыпал искрами, как клинок Рыжей. Первый же волкодлак, напоровшийся на узорное лезвие, дико взвыл и рассыпался черным пеплом.
  - Темное серебро! - с рыком отступили от Хога остальные волки.
  От переглядок с волкодлаками северянина отвлек вскрик боли, кричал Эльф. Волкодлак вцепился альву в плечо. Бенши тут же отсекла голову чудовищу, но было уже поздно. Эльф бледнел с каждой секундой. Волкодлаки накинулись на друзей с удвоенной силой. Хог взвыл по-волчьи, рассекая мечом черные тела. Красная пелена боевой ярости затмила северянину глаза. Он рубил, крошил, кромсал, но врагов не отбавлялось. Осталось только два понятия: враг, не враг. Враги были все в шерсти с горящими глазами, а не враги стояли на двух ногах и держали в руках такие же железки, как у него. Нужно было не подпускать врагов к не врагам, только это трудно сделать, врагов ведь так много.
  Дикий рев несколько отрезвил Хога, он тряхнул головой, отгоняя красный туман и гадая, что еще за нетварь явилась за ними.
  Волкодлаки ощерились на пришельца. Зверь был крупнее лошади, огромный косматый белый пес, за ним виднелось еще несколько похожих силуэтов.
  - Арх, - ахнул, узнавая, Хог.
  Вместе со слипом пришли несколько его сородичей, волкодлаки немного посопротивлявшись для виду, проворно удрали.
  Арх склонился над хозяином, без сознания распростершимся на траве.
  Рядом плюхнулся на землю Котик, алди был изрядно подран, но его раны затягивались на глазах.
  А нам Эльфом склонились Бенши и Рыжая.
  - Что будем делать? Если мы не сможем вылечить его до утра, то Эльф превратится в волкодлака.
  Рыжая посмотрела на небо, где уже предугадывался рассвет.
  - Альву проще всего вылечиться, приняв обличие своей фюльгьи.
  - Но он же не умеет превращаться! - Хог не сводил с кельди напряженного вггляда.
  - У нас есть очень хорошее средство, чтобы помочь ему это сделать.
  - Какое же? - спросил Котик.
  Вместо ответа Рыжая подошла к северянину и, закатав рукав, провела рукой по лезвию его обнаженного меча, потом она склонилась над Эльфом и сжала ладонь в кулак. Сияющая, словно солнце, капля крови кельдирка упала на губы юноши.
  Эльф резко открыл глаза, потом в глазах у всех замельтешило, когда зрение прояснилось, перед ними сидел молодой белый медведь. Он обвел всех взглядом черных глаз, а потом свернулся клубочком и заснул.
  Слипы остались охранять спящего, а Хог, Рыжая, Котик и Эсти отправились дальше.
  Старый дом ничуть не изменился с момента их с Котиком и Крапивой побега. Хог тяжело вздохнул. Потом подошел и постучал в перекошенную дверь.
  - Кого там еще несет на утро глядя, - послышался за дверью ворчливый голос.
  Докальв распахнул дверь и в ужасе попятился от обнаженного клинка.
  Хог уверенно проследовал внутрь, за ним вошли остальные.
  - Тихо! - Хог прижал клинком подбородок, открывшего для крика рот, черного альва.
  - Веди нас в покои вашего ярла и не вздумай баловать! - Котик грозно сверкнул глазами.
  Испуганный альв кивнул.
  Они шли по каким-то темным коридорам, пока впереди не показались двери покоев Хёрдига.
  Как оказалось, владелец был на месте. Докальв-проводник злорадно захихикал.
  Колдун холодно оглядел вошедших, мельком остановив взгляд на каждом. На Бенши он посмотрел равнодушно, на Котика с пренебрежением, на Рыжую с интересом, а на Хога с плохо скрываемым страхом.
  В руках четверки появились обнаженные мечи.
  - Зачем пришли?
  - За моим луком!
  - Может тогда согласишься добыть свое оружие в поединке? А то ворвались, оружие достали...
  Дорн зловеще улыбнулся.
  - Но не в этом облике, я хочу, чтобы мой противник выглядел, как человек, а не летучая мышь-переросток.
  Котик сменил обличье. Только тут Хог заметил, что исчезающий и появляющийся в зависимости от необходимости меч алди очень похож на его собственный, только он был не узорным а темно-серым.
  Противники закружились по комнате. Докальв попытался потихоньку улизнуть, но Бенши преградила ему путь.
  Докальвийский колдун сделал пробный выпад, но алди легко его отбил. Некоторое время они примеривались, а потом начали по-настоящему. Похоже, противники были на равных, сражение грозило затянуться.
  Хог заметил, что Рыжая потихоньку скользнула к стене с оружием. Кельди сняла черный лук и колчан со стрелами. Заметив, что северянин на нее смотрит, она протянула оружие ему. Хог принял лук. Пальцы сомкнулись на черной кости...
  В тот же миг произошло что-то непонятное. Меч в другой руке северянина вспыхнул серо-синим солнцем, тетива лука загудела, а сам он затрясся, будто ожив. Черный цвет внезапно стал бледнеть и вскоре лук стал переливаться серебром.
  Поединок застыл, все с изумлением смотрели на Хога. А северянин чувствовал себя так, словно впервые он стал целым, словно соединились отобранные у него когда-то частички.
  Хёрдиг открыл рот, собираясь что-то сказать, но алди стукнул его в висок рукоятью меча.
  - Уходим!
  В лесу было прохладно и серо, как бывает только прямо перед рассветом. Хог остановился и оглядел своих спутников.
  - Твой лук, - протянул он Дорну изменившееся оружие.
  Котик покачал головой, не взяв оружие, протянул Хогу стрелы.
  - Это не простые стрелы, куда бы ты ни выстрелил, и куда бы ни унесли их раненые враги, они всегда возвращаются. Все наконечники сделаны из Темного серебра, так что никакая броня для них не преграда и ни одна нечисть не устоит перед ними.
  Хог мрачно покосился на Рыжую.
  - А теперь объясните, что все это значит!
  - Бери, Хог, не пожалеешь. А чтобы объяснить... Мы не можем, ты должен все узнать и понять сам, иначе это не будет иметь силы.
  - Опять дурацкие недомолвки!
  - А ты подумай, что было бы, если бы ты сразу узнал, что я кельди? Ты бы не последовал за мной. Меня бы уничтожил Хозяин тьмы, Нетопыря и Яли съели бы волкодлаки, Крапива навсегда бы осталась в рабстве у докальвов, а Бенши стала бы служить тьме.
  - Что же мне делать дальше?
  - То, чего ты хотел больше всего - возвращаться в Нижний мир, мне кажется, твое присутствие больше всего необходимо сейчас именно там.
  
  Часть 2
  МАГИЯ ЗИМЫ
  
  Глава 1.
  СЕРЕБРЯНЫЙ КЛИНОК
  
  
  Хог появился в Нижнем мире с усмешкой. На этот раз он сознания не потерял и четко помнил момент перехода. Когда северянин уходил из Верхнего мира, там была середина лета, здесь же царствовала зима, солнце дробилось искрами на белоснежных сугробах. Хог закутался в плащ, подбитый мехом, с благодарностью вспомнив предусмотрительность Эльфа. Альв и Рыжая остались в Верхнем мире, откуда им пока не было хода.
  Хог огляделся. Он находился в каком-то глухом лесу совсем один. Дорн предупреждал, что такое может быть. Впрочем, северянин был рад одиночеству. Ему нужно было обдумать все, как следует, разобраться в своих мыслях. Хог огляделся еще раз и отправился туда, где легче всего было встретить человеческое жилье, - на восток.
  Северянин вдохнул полной грудью. У него было странное предчувствие, что один он останется недолго, и от этого светлело на душе.
  Неожиданно для самого себя Хог накрепко оказался завязан в дела охотников и почти уже считал себя одним из них, несмотря на то, что совершенно к этому не стремился и даже учеником не был.
  Однако, та компания или команда охотников, с которой он имел дело в последнее время, северянину очень нравилась. Ему так же нравилось, что ему радуются при встрече, жалеют о расставании (ребра от объятий Эльфа до сих пор болели, а жаркий поцелуй Рыжей...), что ему всегда помогут. Да и сами охотники весьма к себе располагали. Добрый и застенчивый Эльф, сильный и в тоже время совсем еще мальчишка. Таинственный угрюмый Котик, оказавшийся верным соратником. Непредсказуемая ведьма Бенши, по воле которой он побывал конем. И, конечно, Рыжая...
  А где-то еще были Нетопырь со своей ученицей, Волчонок, Ястребок, с которой он так и не подружился, но которую неплохо знал по рассказам ее соратников. И это далеко не вся команда, как он узнал из рассказов Дорна. Ласти и Дарни тоже неплохо было бы повидать. Интересно, что Стрелок скажет, увидев у него лук Котика. Да и Пиннар казался в свете последних событий не таким уж странным. Меч, с таким трудом отобранный у эльфов (эту часть Хог не мог вспоминать без улыбки), не мешало бы вернуть, хотя очень не хотелось. За недолгое время владения, северянин успел привыкнуть к клинку.
  К вечеру Хог понял, что оказался вовсе и не в таком уж глухоманье - он вышел на дорогу. Снег здесь был расчищен, а повозки торговцев продолбили в мерзлой земле глубокие колеи. К полуночи дорога вывела усталого путника к городу.
  Ночью никто не стал бы открывать ворота для одного человека, исключение не сделали даже для припозднившегося купеческого обоза, которому пришлось расположиться лагерем перед городскими воротами в ожидании утра.
  Хог нашел себе ночлег у палаток купцов, от них он узнал, что город, в который они стремятся попасть, называется Нальфхор. Северянин мысленно присвистнул, так далеко на запад его еще не заносило. Между тем следовало подумать и о другом. Обещанных за волкодлаков денег Хог так и не получил, а того, что у него оставалось, хватит от силы на неделю житья в какой-нибудь захудалой гостинице. Можно было продать что-нибудь ценное, например лук или меч, но Хог Хогарсон никогда бы не опустился до такого.
  Оставалась еще одна возможность, и о ней северянин думал до самого утра.
  Ворота открылись еще затемно, и люди, ютившиеся всю ночь у костров, поспешили по обледеневшим улицам в город.
  Хог, справившись у стражников о недорогом трактире, где можно было бы снять комнату, отправился по главной улице, стараясь не пропустить указанный переулок.
  Он почти завернул за угол, когда что-то на вывеске трактира заставило его обернуться. Северянин недоуменно остановился и оглядел трактир. Судя по всему, здесь с его кошельком не место. У входа стояла пара мордастых вышибал и придирчиво оглядывала прохожих. Трактир, как трактир. Хог еще раз посмотрел на вывеску. Прямоугольный лист железа был расписан настоящим мастером. На вывеске стоял человек в плаще и шляпе, одной рукой он опирался на посох, а в другой держал большую кружку пива. Название гласило: 'Усталый Путник'. В каждом городе обычно встречается трактир с таким названием.
  Не это все заставило Хога замереть. На плече у 'усталого путника' сидел ворон. Не простая лесная птица, с которыми любят рисовать мудрецов, а настоящий демон. Тот, кто нарисовал это, должен был видеть черную птицу сам.
  Хог запомнил место. Права была Рыжая, когда говорила, что сейчас он нужен в Нижнем мире.
  Та гостиница, что указали северянину стражники, нашлась примерно через сотню шагов, называлась она 'Серый Рыцарь'. Хог изрядно удивился - обычно все 'серое' было связано с охотниками, так что, наверняка, этот трактир являлся местом их встреч. Северянин усмотрел в этом руку судьбы или одной рыжей девицы.
  В общем зале собралось уже немало народу, но тех, кого бы Хог определил как охотников, не было, впрочем, при желании, эта братия умела неплохо маскироваться.
  Хог нашел хозяина, заплатил за комнату и заказал себе то ли плотный завтрак, то ли скромный обед.
  Между тем, не мешало бы за едой послушать разговоры и подумать о том, как провернуть задуманное дельце.
  Нужный разговор северянин учуял сразу. Пожилой купец с размахом расписывал, как на его обоз в соседствующем с городом лесу напала парочка орков. Он с увлечением, нежась в лучах внимания собеседников, живописал оркские клыки и дубины.
  Хог, знакомый с этим племенем не понаслышке, сразу понял, что купец встретил вовсе не орков, мечи которых славились не меньше чем эльфийские, а в своем облике орки не имели ничего очень уж ужасного. Некоторые девицы человеческого племени предпочитали этих отважных бойцов и верных мужей людям, а, судя по Лэстриль, то и некоторые эльфийского племени тоже. А на обоз напали, скорее всего, снежные тролли, которые потянулись сюда с севера с наступлением зимы.
  - А что же охотники? - спросил один из слушателей, когда купец закончил описывать ущерб.
  В зале послышались смешки, судя по всему, спрашивавший был не местным.
  - Откуда в Нальфхоре взяться охотникам? - удивился хозяин гостиницы, вытирая руки о передник. Все в зале затихли, прислушиваясь.
  - Эта братия здесь не появляется. Да и места у нас спокойные, это же не Северная Глушь.
  - Что, здесь нельзя найти охотника? - осведомился пострадавший купец.
  Хозяин гостиницы покачал головой.
  - А как же быть с товаром, что у меня отняли эти нелюди? Я же разорен!!!
  Хог отставил кружку с пивом.
  - Может быть я сумею тебе помочь?
  Все в зале уставились на северянина.
  - И кто же ты такой, что можешь сразиться с орками?
  - Я - охотник!
Оценка: 7.00*3  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com В.Соколов "Обезбашенный спецназ. Мажор 2"(Боевик) А.Емельянов "Мир Карика 9. Скрытая сила"(ЛитРПГ) А.Черчень "Дом на двоих"(Любовное фэнтези) Б.лев "Призраки Эхо"(Антиутопия) Р.Цуканов "Серый кукловод. Часть 2"(Антиутопия) В.Василенко "Стальные псы 5: Янтарный единорог"(ЛитРПГ) А.Робский "Охотник: Новый мир"(Боевое фэнтези) П.Роман "Искатель ветра"(ЛитРПГ) В.Старский ""Темная Академия" Трансформация 4"(ЛитРПГ) Д.Маш "Строптивая и демон"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Д.Иванов "Волею богов" С.Бакшеев "В живых не оставлять" В.Алферов "Мгла над миром" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Вектор силы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"