Гутман Илья: другие произведения.

Сталь и Пламя. Том третий. По следам Перворождённых

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

🔔 Читайте новости без рекламы здесь
📕 Книги и стихи Surgebook на Android
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Ларратос, получивший статус адепта, начинает свои странствия по свету. Сможет ли он исполнить пророчество об Избраннике, уничтожить Хаос и нанести удар в спину Масхона? Или же он станет новым падшим паладином и примкнёт к Хаммону? По пути сам Ларратос становится сильнее - и обзаводится новыми друзьями и врагами. Ему суждено найти древнюю цивилизацию - или же её руины. И раскрыть тайну своего происхождения.


   Илья Гутман
   Сталь и Пламя
   Том третий
   По следам Перворождённых
   Археологическое фэнтези
   Благодарю Алексея из Краснодара и Андрея из Москвы за помощь в написании книги.
  
  
   Пролог 1
   В Диаманте наконец-то воцарился порядок: вуаль Хаоса, окутывавшая город, полностью рассеялась, так же как и заклятье анархии, использованное боевыми магами для дезорганизации противника.
   Наиболее ярые монархисты пошли под суд, большая часть уличных банд, сильно расплодившихся в разгар бунта, была уничтожена, а многочисленные повреждения зданий, улиц и памятников устранялись в спешном порядке. Помимо прочего, строители заделали и тот провал в мостовой, который вёл в языческую гробницу, хотя сам подземный проход оставили в неприкосновенности. Никто не удосужился даже провести в бывшей гробнице обряд экзорцизма: ведь зал с саркофагами полностью засыпало, да и паладины там недавно побывали... Неужели же после проведённой ими "зачистки" могла уцелеть хоть какая-нибудь пакость?!
   Теперь в замурованном тоннеле царила непроглядная темнота. Пахло сыростью и подземельем, из щелей тянуло лёгким сквозняком. Полная тишина показалась бы неестественной любому, кто попал бы в этот проход. А паладин, воспользовавшись внутренним зрением, с лёгкостью различил бы небольшой клочок Вуали, отсвечивающий красноватой энергией Хаоса. Причём если бы внутреннее зрение позволяло видеть сквозь толщу камней, буквально пропитанных тёмными энергиями, паладин смог бы заметить небольшой тёмный сгусток, расположенный в самом центре завала.
   Больше всего этот клочок тьмы напоминал тень - неровную, колышущуюся, готовую исчезнуть буквально в любой момент. Маги и паладины хорошо осведомлены о таких тенях: в магических книгах они называются Гонцами Хаоса. Считается, что эти гонцы, широко используемые приспешниками Хаммона для шпионажа и обмена посланиями, образуются из духов погибших шеддитов - тех, кто преклонялся перед Хаосом, всей душой мечтая служить ему, демонам или даже просто более сильным шеддитам. И Хаос исполнял их мечту - разумеется, самым извращённым и ужасным способом, превращая бывших шеддитов в бездумных рабов, лишённых собственной воли и всяких чувств, кроме вечного безразличия.
   Адепты Хаоса, обладающие незаурядной волей, пытающиеся использовать противоположность Абсолюта в собственных интересах (например, ради власти или доминирования над слабыми), тоже могли воплотиться в виде теней - но ненадолго: у демонов не было никакого резона поддерживать столь строптивых слуг, и без подпитки из ада такие гонцы быстро разрушались.
   Однако эта тень торчала под завалом вот уже несколько дней: тёмная аура гробницы не только поддерживала её, но даже слегка увеличивала мощь Гонца.
   Тень медленно пожирала энергетические сгустки. Немного хаотических энергий задержалось на демонических останках - Гонцу потребовалось целых два дня, чтобы полностью ассимилировать их. Кое-что ему удалось почерпнуть из раздавленных скелетов языческих жрецов, а теперь Гонец пытался подступиться к останкам трейковского аватара. Тень сделала несколько безуспешных попыток, затем (видимо, окончательно убедившись, что энергии Абсолюта ей не по зубам) медленно просочилась прямо сквозь камни, выплыв посреди улицы; и, воспарив над крышами домов, понеслась в сторону Стейнгарда, постепенно набирая скорость.
  
   Пролог 2
   - Владыка, похоже, ваш план увенчался успехом! - сказал Альвин, полковник масхонской армии, своему спутнику, облачённому в одеяние владыки шеддитов. Однако при более пристальном взгляде обнаруживалось что Баал Шамдан, так звали шеддита, выглядел несколько иначе, чем обычный шеддит. Его кираса и наплечники были сделаны не из демониума, черного металла, созданного в Масхоне, а из какого-то другого, имеющего недобрый тёмно-багровый оттенок. Голову шеддита защищал шлем из того же металла, сделанный в форме жуткого скалящегося черепа. Глухое забрало шлема было опущено - дань кодексу шеддитов, который разрешал шеддиту показывать своё лицо только врагам в бою. Впрочем, Шамдан глубоко плевал на этот кодекс, но он понимал, что у него будут неприятности если он начнёт высказывать своё пренебрежение открыто.
   - Конечно, ведь я всё предусмотрел, - ответил Баал Шамдан. Его голос звучал несколько гулко - из-за опущенного забрала и того, что он и Альвин сейчас находились в узком подземном проходе. - Этот туннель маги и паладины не смогут обнаружить, даже если будут копать свой в метре от него. А всё потому, что я приказал пропитать стены и балки тоннеля веществом, которое я получил на основе особого минерала. Этот минерал раньше можно было добыть внутри горы Талагмия, что на крайнем севере Гиперборея, но я нашёл месторождение и у нас, в Масхоне.
   - В любом случае, этот проход уже выполнил своё предназначение - мы переправили в Ариаду отряд диверсантов.
   - О да, они организуют там культ Хаоса и приблизят тем самым падение этой жалкой страны в грядущей войне. Тогда, кстати, этот тоннель пригодится ещё раз - чтобы незаметно перебросить наших солдат в тыл врага.
   - Посмотрим, Владыка. Но у меня нехорошее предчувствие... Вчера часовые, сторожившие тоннель, слышали какие-то удары на поверхности.
   - Ерунда. Это был обычный камнепад, в этих горах они не ре... - шеддит вдруг оборвал себя на полуслове, вглядываясь в ту часть прохода, что вела в сторону Ариады. Полковник удивлённо уставился туда - похоже шеддит почувствовал или услышал что-то, недоступное обычному человеку.
   - Альвин, бегом в лагерь, труби тревогу, нас обнаружили! Сюда идёт паладин и притом очень сильный! Бегом! - с этими словами шеддит бросился навстречу приближающемуся врагу, на ходу доставая из-за спины своё оружие - глефу, меч с двумя лезвиями, сделанный из Небесной Стали.
   А тем временем паладин Эллинор понял, что шеддит ему навстречу движется шеддит, и, не простой, а в статусе владыки. Похоже, боя было не избежать.
   Два врага встретились на участке тоннеля, где он проходил через русло высохшей подземной реки и немного расширялся. Шамдан и Эллинор с минуту стояли, оценивая друг друга. Шеддит сразу понял, что ему достался достойный противник - рыцарь-осьминог, своеобразный антипод рыцаря-скорпиона, которым являлся Шамдан.
   - Что ж, раз судьба свела нас здесь, позвольте представиться - Баал Шамдан, владыка шеддитов, - сказал шеддит, поднимая забрало и отсалютовав глефой, загоревшейся красным пламенем Преисподней.
   - Эллинор, архимагистр ордена Стали и Пламени, - в свою очередь представился паладин, доставая из ножен свой меч, загоревшийся синим пламенем (шеддит отметил что у паладина есть и второй меч, но тот почему-то не стал его доставать). Спустя мгновение подземелье огласилось звоном клинков.
   - Позвольте спросить, почтенный Эллинор, как вы обнаружили этот тоннель? Я ведь вроде надёжно его замаскировал? - спросил Шамдан, отразив удары Эллинора, и попробовал контратаковать.
   - Старым способом гномов, "простукиванием", так можно найти под землёй любую пустоту и никакая маскировка не поможет, - ответил паладин, успешно блокируя глефу шеддита.
   - Да, я похоже, об этом не подумал... В части горного дела у этих гномов, право, можно многому научится - Шамдан теперь атаковал не столь стремительно, но вкладывал силу Хаоса в каждый удар.
   - Странно слышать такие слова от шеддита, которые ненавидят нелюдь, - Эллинор понял тактику противника и теперь тоже вкладывал силу Абсолюта в свои удары.
   - Поверьте, я люблю Баала Хаммона и его взгляды не больше вашего, - Шамдан не договорил, так как Эллинор нанёс сильный удар, целясь в грудь шеддита, усилив свой удар Абсолютом. Шеддит успел подставить свою глефу, вложив в удар столько силы Хаоса, сколько смог. Столкновение клинков отбросило противников в разные стороны и заставило сотрястись своды тоннеля - к счастью они выдержали.
   Не теряя ни секунды, Шамдан вскочил на ноги и, размахнувшись запустил в Эллинора молнией Хаоса. Эллинор при падении выронил свой меч и не смог бы рассеять им молнию. Однако паладин молниеносным движением выхватил из ножен второй меч, чей клинок был сделан из какого-то странного, с фиолетовым оттенком металла. Попутно паладин пробормотал какое-то заклинание, отчего клинок заиндевел - и выставил его перед собой. И тут произошло странное. Молния Хаоса изменила свою траекторию, угодив прямо в меч. А в следующий миг она, словно отскочив, ударила в обратную сторону - прямо в шеддита. Поражённый шеддит, однако, не зря носил титул Баала - он сумел отклонить собственную молнию, хотя и неудачно - она угодила прямо в одну из опорных балок тоннеля, разнеся её в щепки. Раздался треск, и своды тоннеля с грохотом рухнули. Обвал был небольшой, но он перекрыл проход и разделил двух соперников.
   - Мы ещё встретимся, Эллинор! Раздался голос шеддита из-за камней.
   - Жду с нетерпением! - ответил паладин, затушив свой необычный меч и убрав его в ножны. Затем Эллинор подобрал свой меч из небесной стали тоже вложил его в ножны.
   Уже собравшись уходить, паладин вдруг заметил какой-то блеск на полу. Присев, он подобрал этот наполовину засыпанный землёй предмет и рассмотрел его. Это был небольшой золотой медальон, с изображением весов, на одной чаше которых были несколько книг, на другой - алхимическая реторта.
   - Наверное, шеддит оборонил, - подумал Эллинор, кладя находку в карман и уходя к выходу из подземелья.
   Баал Шамдан нескоро обнаружил пропажу.
  
   Глава 1
   Подготовка экспедиции
   Почти во всей Ариаде царила ночь, а в городе Октавия уже час как встало солнце. Леонард ди Октавия Турарий или попросту Леон Турарий - самый известный техномаг и изобретатель во всей Ариаде, проснувшийся час назад именно от ярких солнечных лучей, бьющих прямо в окно, сидел за столом и рисовал чертёж. Иногда он переходил за соседний стол, где лежала заготовка зачарованного двигателя, и приделывал к ней новые детали. Рабочий комбинезон Леона вовсю пропах машинным маслом, а защитные очки, которые Леон не менял годами, были покрыты тёмными пятнышками - следами искор, попавших на них. Такие же пятнышки, только покрупнее, встречались и на титанопластмассовом нагруднике Леона. Взъерошенные длинные серые волосы Леона развевались под утренним ветром - изобретатель всегда сидел под открытым окном.
   На этот день у него имелось множество планов.
   Сперва, - подумал Леон, - нужно будет доработать модель геликоптера. Это будет посложнее так называемых "продвинутых" големов, но летательное устройство, способное полностью заменить танинов, того стоит.
   Продвинутые самообучающиеся големы, обладающие лингвистическими способностями, были последним его увлечением: некоторые из них настолько походили на людей, что многие не могли распознать оживлённые машины.
   Теперь же Леон занимался геликоптерами - летающими машинами. Пока что получалось не очень: дальность полёта была маловата, да и в воздухе они держались похуже тех же танинов.
   Но ничего, - размышлял изобретатель, - сейчас я опробую одну интересную идейку...
   Но едва Леон уселся за свои чертежи, как у него загорелся мадаббар. Дотронувшись до хрустального шара, маг-изобретатель увидел лицо паладина Маркуса Антония.
   - Приветствую вас, Леон!
   - Господин Антоний! Рад вас видеть!
   - Леон, прибыли представители паладинов из Гиперборея, - паладин сразу перешёл к делу. - Они сообщили, что намечается новая Всемирная Война. И Альянсу понадобятся ваши новые изобретения.
   - Что?! Война? - несмотря на то, что Леон активно сотрудничал с военными, в возможность мировой войны он не верил, подозревая ариадские власти в явной паранойе. - Не думаете же вы, что эта масхонская интервенция в Гиперборее может превратиться в настоящую войну Масхона со всеми?
   Однако Антоний не разделял весёлости Леона.
   - Разве вы не слыхали про коварство жителей Чёрной Страны? - вопросил он.
   - Конечно, слышал. Я вылетаю в Ривергард сегодня же - заодно геликоптер испытаю...
   - Подождите вылетать в Ривергард. Гиперборейские паладины уже тут, в Телисии. К тому же, здесь есть кое-что ещё, способное заинтересовать вас.

***

   А Ларратос Мельд решил провести день в архиве телисского ордена паладинов - точнее, той его секции, куда не пускали таламидов и куда он не попал в прошлый раз, заговорившись с Эллинором. Эта идея пришла ему в голову сразу же после того, как он получил статус адепта.
   Дело в том, что паладины весьма серьёзно отнеслись к подготовке экспедиции внутрь горы Нурия: сборы грозили растянуться на несколько дней. Совет ордена заседал чуть ли не круглосуточно - например, всю последнюю ночь паладины решали, кого именно отправлять в экспедицию. В ожидании их решения Ларри занимался медитациями: несмотря на полученный статус, он знал, что медитации ещё очень долго будут его совершенствовать - как в плане силы воли, так и в плане выносливости и ловкости.
   В итоге спать ему почти не пришлось: совет завершился лишь под утро, однако паладину медитации вполне могут заменить сон, еду, питьё, а мастеру - даже воздух.
   Наконец, состав экспедиции был утверждён. Конечно же, туда включили самого Ларратоса (ибо он был единственным, кто видел странный сон об этой горе), и Элиддина, как бывшего наставника Ларри. Руководителем экспедиции назначили одного из лидеров ордена - Маркуса Антония, а в качестве группы поддержки добавили ещё нескольких паладинов. Зарина, как ни странно, тоже умудрилась "пробиться" в собираемый отряд (хотя девушка-паладин вызывала у совета определённые подозрения - тем более, она явно что-то скрывала). А вот кандидатуру Апиона утвердили сразу, поскольку бывший вор сообщил, что его талант взламывать замки и обезвреживать ловушки просто обязан пригодиться в поисках следа Арастиора.
   С рассветом сборы продолжились с удвоенной энергией. Маркус отправил в центр города гонца от ордена с целью найти специалистов по языкам, в принципе способных расшифровать древние письмена внутри пещеры. К тому же Ларратосу сообщили, что вскоре прибудет крупный специалист в области техники.
   Ларри же отправился в библиотеку - подальше от всей этой суеты. Перед такой экспедицией было бы весьма полезно ознакомиться с различными историческими (и не только) материалами, имеющими отношения к горе Нурия. На библиотечной двери на мизрахийском языке красовалась надпись: девиз паладинства, своеобразный символ веры:
   Leit ihpat - yesh hababa
   Leit lifsekel - yesh Eliyon
   Leit garal - yesh bahira
   Leit amina - yesh sekel
   Leit ra'a - yesh yedi'a
   Yedi'a - hia kahat.
   Ларри открыл дверь и оказался в библиотеке. Но общедоступные паладинские книги сейчас его не интересовали - основные он уже читал, обучаясь у Элиддина. Теперь Ларратос искал знаний, доступных более высоким рангам, чем таламид. В конце общего зала виднелась фиолетовая дверь, на которой был изображён треугольник с глазом посередине - вполне стандартный символ магии и мистицизма.
   Ларри подошёл к двери закрытого фонда, и вздрогнул, внезапно услышав глухой металлический голос:
   - Кто ты, желающий пройти? - вопрошала дверь (или то, что за дверью).
   - Мельд. Ларратос Мельд, - произнёс донельзя удивлённый Ларри. Его никто не предупредил, что библиотечные двери обладают такой странной магией.
   - Тебя нет в моём списке, - мрачно констатировал голос. - Предупреждаю: вход возможен лишь паладинам в статусе не ниже адепта. Предъявите амулет для проверки статуса.
   При этом нарисованный на двери глаз в треугольнике будто бы ожил и засветился. Амулет Ларратоса с выгравированным тигром блеснул золотым огнём и через три секунды погас.
   - Статус адепта подтверждён, - произнёс тот же металлический голос, - Ларратос Мельд, вы добавлены в список лиц, имеющих доступ к архиву. Больше вам не обязательно предъявлять амулет для входа.
   Дверь, наконец, открылась, и Ларратос облегчённо вздохнул. Вообще, посетить закрытый зал Ларратосу порекомендовал его бывший наставник, Элиддин аль-Кахаби:
   - Настав... Элиддин, а что такого интересного можно найти в закрытом зале библиотеки?
   - Многое, Ларри. Подлинные версии разных пророчеств. Древние рукописи, которые слишком ценны, чтобы выдавать их простым таламидам. А также книги, которые могут развратить неокрепший ум юного ученика. Только взрослых мужчин, достигших восемнадцати лет, берут в паладины. Однако в закрытом зале находятся книги, которые слишком опасны для прочтения восемнадцатилетними учениками, и их можно читать, только имея статус адепта, который редко кто получает ранее двадцати двух-двадцати трёх лет.
   - Элиддин, а что же всё-таки это за книги?
   - Книги серых паладинов.
   - Каких? Серых?! Разве такие бывают? Они что, нейтралы вроде Зарины?
   - Не совсем, Ларри. Хотя... Да, её можно отнести к серым паладинам. Серыми паладинами называют носителей мечей из небесной стали, не являющимися ни членами нашего ордена, ни шеддитами. Серыми паладинами становятся, скажем так, еретики от паладинства.
   - Еретики? Элиддин, вы же сами мне рассказывали - и я читал в книгах, что наш орден свободен от предрассудков! Над нами властвует только Абсолютный Закон!
   - Да, но не все правильно толкуют Абсолютный Закон. К тому же, - Элиддин перешёл на шёпот, - наш орден не совсем лишён предрассудков - у нас есть свои. Хотя бы такие, как запрет женщинам и нечеловеческим существам быть паладинами. Лично мне эта система не кажется совершенной. Но я предпочитаю не распространяться об этом. А некоторые паладины излагали мои мысли открыто. Письменно.
   - И за это их разжаловали и они сделались серыми паладинами, да?
   - Да, Ларри. Часть серых паладинов - изгнанники и отрешённые, часть - паладины, добровольно покинувшие орден.
   - Будто шеддиты какие-то!
   - Да. Часть серых паладинов действительно становится шеддитами. Баал Хаддад - перед тем, как получить титул владыки шеддитов, был некоторое время серым паладином. Часть серых паладинов независимо странствует по свету - а некоторые начинают вести образ жизни обычных людей, при этом используя Абсолют в личных целях.
   - Интересно, Элиддин.
   - Я советую почитать книгу паладина Ариэля Даййена "женщины и нелюдь: перспективы равноправия в ордене Стали и Пламени" или его же книгу о Шаддае. Написал он эти книги, когда ещё был в ордене, а потом его оттуда выгнали...
   Ларратос подошёл к одной из полок, и его взгляд остановился на книге с интересной надписью на обложке: Абдель Рахман: "Правда и ложь о сущности Хаоса".
   - Ну, выбрал уже, с чего начать? - услышал Ларри голос Элиддина. - Извини, я тут немного задержался - совет собрали на внеочередное заседание...
   - Должно быть, неплохая книга, не так ли, Элиддин? - обернулся Ларратос, указав бывшему наставнику на труд Абделя.
   - Нет, Ларри, - встревожился Элиддин. - Эту книгу следует читать в последнюю очередь. Там - пропаганда зла! Именно из-за этой книги Абделя и изгнали из ордена, как рассказал мне Маркус. Я удивлён, что она до сих пор хранится в архиве - по идее, её давно следовало бы уничтожить.
   - Элиддин, я же адепт, - ответил Ларри, - неужели вы думаете, что простая пропаганда легко сможет на меня воздействовать?
   - Ладно. Поступай, как знаешь.
   Ларри открыл книгу. Во вступлении говорилось:
   "Некоторые дилетанты, даже из ордена Стали и Пламени, отождествляют Хаос со злом, что есть в корне неправильно. Хаос есть отсутствие порядка как такового, Хаос нередко несёт разрушение, но он сам по себе злом не является. У хаотических созданий красная аура, а у приспешников зла - чёрная. Конечно, темные владыки шеддитов обладают смешанной красно-чёрной аурой, но ни в коем случае нельзя ставить знак равенства между Хаосом и злом.
   Хаос не есть зло. И Хаос ни в коей мере не изменяет принявшего его человека - в плане ориентации на добро и зло. Тёмный лорд Баал Хаммон изначально был ксенофобом - даже будучи формально паладином. Хаммон был злым до принятия Хаоса. Хаос - понятие, лежащее по ту сторону добра и зла. Человек, принявший его, освобождает свою истинную личность от груза культурных установок.
   Если человек был злым, он станет истинно злым. А нравственный человек, даже приняв Хаос, останется нравственным. Хаос - лишь средство, а не цель. В одном паладины и шеддиты сходятся: они отрицают воспитание как главный формирующий личность фактор: паладины утверждают, что лишь в зрелом возрасте можно осознать нравственность, шеддиты - что хаос и есть свобода. И в этом отношении правы и те и другие.
   Диктатура Масхон не есть страна чистого Хаоса. Скорее это - страна чистого зла. Несмотря на то, что она приняла имя Хаоса, она - его полная противоположность, ибо никто не знал более организованного режима, чем режим Масхона. Шеддиты действительно черпают свои силы в Хаосе - но они направляют эти силы на дело строгого порядка.
   Принадлежность к добру или злу сидит в каждом человеке - причём она не предопределена, зависит не от склонности, а от самого человека. И никак не от принадлежности к светлому или тёмному ордену.
   Хаос - естественное состояние человека. Истинный Хаос есть свобода, не подразумевающая опасного поведения. Выбор человека ограничен логикой, в нем заложенном. Когда ребенку говорят ни в коем случае не делать что-то, он наоборот это сделает, и зачастую именно потому, что ему запретили. Ему указали на выбор - на то, что этот поступок возможен, и соблазнили его этим вариантом.
   Хаос - это высшее благо: освобождение от запретов и оков, благо к которому все должны стремиться. Высшее благо потому, что свободный человек спокоен, его не беспокоят мысли о том, что есть какие-то правила. Человек Истинного Хаоса безгрешен. Тут очень существенен такой момент как понятие греха - человек, который никогда не воровал и не слышал что это такое, никогда не начнет воровать - то есть он просто не будет понимать как это вообще возможно. То же самое и с убийствами. Как это вообще убить человека? - это же человек, такой же, как и ты".
   - Интересная книга? - скептически поинтересовался Элиддин.
   - Ну да. Из неё я почерпнул информацию, до которой уже додумался: принадлежность к добру и злу никак не зависит от принадлежности к ордену паладинов или шеддитов.
   - Как я понял, автор сей книги защищает Хаос?
   - Не совсем: он говорит, что Хаос - это свобода, снятие всех ограничений. Злодеями, приняв Хаос, согласно этой книге, становятся те, кто изначально был злодеем в своей истинной душе. Мне кажется, в этом утверждении есть доля истины: вы же сами говорили, что Эсквилл изначально был нетерпимым человеком, - произнёс Ларратос, вспомнив человека, о котором не хотел рассказывать Элиддину - Раниса Тиррена. Ранис и до перехода на сторону Хаоса был вспыльчивым и нескромным юношей, который, как видно сейчас, воспринимал других людей просто как средство для достижения своих целей.
   - Вы правы, Ларратос, - Эллинор, как и в прошлый раз, неожиданно появился из-за полок. - Я сам уже давно понял что шеддиты и паладины в сущности как два полюса магнита - одинаковы по силе, но разнее по знаку. Беда только в том, что среди и тех и других есть те, кто "впал в крайность", стал фанатиком. К таким можно отнести, например Баала Хаммона, или нашего архимагистра Харизи. Свободный паладин не должен впадать в крайности вроде абсолютного зла или абсолютного добра - поскольку абсолютное добро, насаждаемое силой, превращается во зло.
   Деятели вроде Харизи ещё умеют и других убеждать. Вот почему наш орден, к примеру, не избавился от предрассудков - таких как то, что в орден нельзя принимать женщин и нелюдей. Но к счастью, времена меняются и новые, лишенные предрассудков люди появляются в рядах паладинов. Как, впрочем, и среди шеддитов...

***

   Чуть позже Ларри прочёл ещё одну книгу из закрытого архива, книгу Омара Ханифа: в ней содержалась трактовка пророчества о Шаддае. Ханиф говорил о нём как о балансёре, избраннике, который будет колебаться между Светом и Тьмой: если Шаддай примет сторону паладинов, то будут повержены орды приспешников Хаоса. Или, точнее, приспешников зла. Если же Шаддай сам примет Хаос, то свет в мире Эрты погаснет. Мир превратится в темницу шеддитов.
   Шаддай, Избранник - это и есть Утренняя Звезда, Areas Astior на древневестландском, возможная инкарнация или аватара бога Ареса. Шаддай должен родиться в Вестланде - и совершить переворот во всём мире.

***

   Ларри Мельд снова спал. Ему снился Баал Хариб - точнее, нет, не Баал Хариб, а ещё Арастиор Скайрис. Вместе со своим братом Петером Арастиор шел вдоль какой-то пещеры. За их спинами стояло нечто, напоминающее металлического голема - только оно не обладало такой неуклюжей фигурой. Это существо походило на воина, созданного Трейком, его аватара... Даже нет, длина рук и форма туловища напоминали эльфийские - только мускулатура выглядела гораздо более рельефной, чем у эльфов. Что-то пролязгав металлическим голосом на непонятном языке, голем отключился.
   - Ара, как ты думаешь, мы тут найдём кристалл? Такой же, как и в Масхоне? И ты сможешь стать ещё сильнее?
   - В том, что кристалл здесь, я не сомневаюсь. Я чувствую его присутствие - так же как и наличие ещё одного кристалла где-то в Шемшии. Правда, Перворождённые не ограничились тремя кристаллами, так что в скором будущем мы получим указатели и на другие города Перворождённых.
   - Смотри, Ара! Ты был прав - кристалл! Здесь!
   Арастиор посмотрел в центр зала. Там действительно находился кристалл, подле которого уютно устроились какие-то твари, смахивающие на бесхвостых скорпионов.
   Когда братья Скайрисы приблизились, кристалл засиял всеми цветами радуги, хотя более всего в нём переливались фиолетовый и зелёный. Если бы не пещеры, он смог бы заменить солнце в радиусе двух-трёх десятков метров. А "скорпионы" (видимо, пробудившись от яркого света) внезапно встрепенулись и приподняли свои клешни. В глазах тварей зажглись зловещие жёлтые огоньки.
   Однако Арастиор остался абсолютно спокоен.
   - Хорошо хоть, что на этот раз нам не придётся сражаться с охранниками. Прошлая стычка едва не стоила мне жизни, а стражей было всего двое. Лежать! - выкрикнул Арастиор, обратив раскрытую ладонь в сторону приближающихся монстров. Твари мгновенно остановились, как будто наскочили на невидимую преграду, а затем медленно, словно нехотя, опустились на каменный пол, поджав под себя клешни.
   - Вот так. Теперь спать! Спать сейчас же!
   Глаза скорпионов начали угасать...

***

   - Ларри! Проснись! Экспедиция уже почти собралась! - разбудил Ларратоса Элиддин.
   - Что?! Уже утро? Так быстро?
   Ларратос тряхнул головой, чтобы поскорее вернуться к реальности.
   - Наставник, мне приснился новый сон. Про Арастиора, про руины Перворождённых и какие-то светящиеся кристаллы. Как это древние эльфы смогли подчинить себе такую мощную и эффективную магию?
   - Именно это мы и выясним там, Ларри.
   Когда паладины вышли из комнаты, к ним подошёл высокий шатен, которому на вид было около тридцати пяти лет:
   - Господа, как я понимаю, вы являетесь гиперборейскими паладинами?
   - Ну да, - ответил Элиддин, - хотя лично я и родился в Шемшии.
   - Я - Леонард ди Октавия Турарий. Техномаг. Изобретатель геликоптера и продвинутых големов. Вы можете звать меня просто Леон.
   - Да, Леон. Я слышал о вас, - ответил технику Элиддин, - чертежи многих ваших изобретений были пересланы в Гиперборей.
   - Элиддин, какая разница между големами и гомункулусами? - немедленно поинтересовался Ларри.
   - Големы, как и гомункулусы, искусственные существа. Но големы делаются из глины, металла, дерева или другого вещества, а гомункулусы - люди, которых выращивают в лаборатории. Гомункулусы, как и големы, не обладают душой, но у них есть разум, хотя и регулируемый. Голем же не обладает собственным разумом, а ведёт себя согласно заложенной в него магической программе.
   - Ясно, - кивнул Ларратос, переваривая услышанное.
   - Так вот, - Элиддин обратился к Леону, - геликоптеров я пока лично не видел, но ваши продвинутые големы стали одной из основ войск Великого Альянса. Один из големов, подпитываемый светлыми артефактами Абсолюта, какое-то время был даже воином гильдии боевых магов - до того, как стейнгардский архимаг создал себе аватар.
   - А что это за звери такие - геликоптеры? - вмешался Ларри.
   - Летательные аппараты, - пожал плечами Элиддин. - Работают на том же магическом двигателе, что и самоходные повозки. Двигатель приводит в движение спиралевидный винт - а он в свою очередь поднимает сам летательный аппарат.
   - Спиралевидный винт? Прямо как на нашем судне "Ужас Абсолюта"?
   - Собственно, ради этого я и здесь, - произнёс Леон, - я бы хотел исследовать ваше судно и разобраться в принципах его работы, - это ведь по моей части, как сказал Маркус Антоний.
   - Да, по вашей, - подошёл сам вышеупомянутый паладин. - Ларратос, мы уже готовы, - сказал он, - Выступаем немедленно.
   - А с чего вдруг такая спешка? - удивился Ларри. После длительных сборов и утомительных совещаний резкий переход к решительным действиям выглядел несколько странновато.
   - Спешка?! - в свою очередь поразился Антоний. - Мы готовим эту экспедицию уже четвёртый день, тогда как до Нурии всего полдня пути. И это, по-вашему, спешка? Ну, как бы то ни было, мы выступаем - идём прямо на север.
   - Леон, а не могли бы мы воспользоваться твоим геликоптером? - предложил Ларри.
   - Ну, знаешь ли, паладин, я был бы не против, но, после того как я исследую ваш корабль, мне бы хотелось съездить в Ривергард и пообщаться с нашим военным начальством по поводу обеспечения армии геликоптерами.
   - Жаль, - вздохнул Ларри. - А мы-то рассчитывали, что ты вместе с нами осмотришь древнюю пещеру... Там много таинственных высоких технологий, и без специалиста нам будет трудновато во всём этом разобраться.
   Ларратос увидел, что у Леона при словосочетании "таинственные высокие технологии" в глазах загорелся блеск, который появляется у охотничьей собаки, что не ела неделю и вдруг увидела в лесу сочного зайчишку.
   - Хотя, - кивнул Леон, - геликоптеры пока плоховато работают, так что ещё одно небольшое испытание (вроде нашей поездки) им не повредит.

***

   Геликоптер, стоявший на небольшой расчищенной площадке, выглядел довольно странно. Больше всего Ларратоса поразил его винт - вероятно, самая большая деталь конструкции. Похоже было также, что при создании летательного аппарата использовалось значительное количество деталей от самоходных повозок: если бы не винт и не короткий толстый хвост, геликоптер вполне можно было принять за такую повозку. И, конечно же, у этого устройства не имелось колёс: из-под корпуса выглядывали три заострённые опоры, которые и обеспечивали устойчивую посадку.
   От летучей машины пахло смазочным маслом, дымом и ещё какой-то гадостью.
   - Ну, - улыбнулся Леон, - прошу на борт. Хотя стоп, сейчас я уберу из кабины кое-какие вещи...
   С этими словами изобретатель открыл боковую дверцу и, подпрыгнув, по пояс залез в кабину. Ларратос, которому было очень интересно, встал позади Турария.
   Вся кабина оказалась завалена какими-то деталями, странными контейнерами, промасленными тряпками... Леон старательно запихивал всё это под сиденья, которых, кстати, наблюдалось всего две штуки. Да и кабинка казалась подозрительно маленькой.
   - Леон, - поинтересовался Ларри. - А хватит ли нам всем места? Этот геликоптер вообще поднимет десятерых?
   - Одиннадцатерых, - поправил Ларратоса Антоний. - Учти ещё самого Леона.
   - Поднимет, конечно, - махнул рукой изобретатель, усаживаясь на одно из кресел - прямо напротив какого-то рычага. - Я на нём и не такие грузы перевозил. Ну, чего ждёте? Залезайте!
   Возникла небольшая заминка. Возможно, грузоподъёмность геликоптера действительно была большой, но вот вместимости ему явно не хватало - тем более, что кабина аппарата была совмещена с двигательным отделением.
   - Тьфу, пропасть! - выругался Антоний. - Да в эту железку влезет от силы четверо, даже если нас сюда мощью Абсолюта запихивать!
   - Может, сократить экспедицию? - предложил Ларратос.
   - Ларри, это невозможно, - вздохнул Элиддин. - Состав экспедиции был утверждён советом...
   - Да, но этот же совет назначил меня руководителем экспедиции, - хмыкнул Маркус. - Поэтому каждый, кто сейчас не влезет в геликоптер, останется здесь.
   Это заявление послужило сигналом к штурму.
   - Наставник, лезьте сюда!
   - Потише, не напирайте!
   - Вы меня сейчас прямо сквозь стекло выдавите.
   - Прошу вас, не садитесь на пульт управления! Иначе мы не взлетим.
   - Но, Леон, куда здесь ещё садиться? Не на головы же друг другу!
   - Расступитесь! Расступитесь, говорю я вам! Обрадовались. Нет уж, без руководителя вам не улететь.
   - Ну всё, закрывайте двери.
   - Да как же мы их закроем, когда нас тут...
   Когда геликоптер забили, наконец, до отказа, и Апион запечатал двери при помощи своей отмычки, выяснилось, что места хватило шестерым. В кабине остались Ларри, Элиддин, Маркус, Зарина, Апион и, конечно, Леон.
   - Приготовились. Я стартую, - предостерёг последний и резко дёрнул трос, заехав при этом локтем в бок Антонию.
   - Леон, осторожнее!
   - Простите, здесь просто немного тесновато...
   В этот момент в двигателе что-то оглушительно бахнуло, весь геликоптер подпрыгнул, содрогнувшись до кончика хвоста. Зарина чуть не прикусила себе язык, а Ларри треснулся затылком о потолок.
   - Демонова машина, - проворчал Антоний.
   - Да, бросает сильно, - кивнул Леон. - Тут на сиденьях вообще-то ремни есть, но на всех их не хватит. Поэтому тем, кто устроился на креслах, можно сказать повезло... Так, это был всего лишь разогрев. Осторожно, сейчас ещё раз тряхнёт!
   На этот раз Леон рванул трос правой рукой, попав локтем по Апиону.
   Ещё один оглушительный хлопок, геликоптер вновь тряхнуло. Грохот плавно перешёл в оглушительный треск. Винт аппарата начал набирать обороты - соответственно, шум тоже усиливался. Вдобавок изо всех щелей двигательного отсека вдруг повалил густой едкий дым.
   - Кхе-хке, Леон, вы нас задушить кх.. отите?
   - Не волнуйтесь! - заорал изобретатель, стараясь перекричать шум двигателя. - Это просто небольшой выхлоп! Иногда бывает!..
   Он повернул какой-то рычаг, летательный аппарат мелко затрясся, в кабине нестерпимо завоняло палёным, дым стал ещё гуще, а геликоптер наконец-то отделился от посадочной площадки, начав набирать высоту.
   - Это геликоптер или коптилка?! - заорал Антоний.
   - Сейчас выветрится! - проорал в ответ Леон. - Вот поднимемся повыше!
   - Может, дверь открыть?!
   - Что?
   - Дверь, говорю, открыть!
   - Что?!
   - Дверь!!! - вопил паладин, но тут Леон переключил ещё какой-то рычажок, аппарат резко рвануло вверх, а возглас Антония потонул в надсадном рёве мотора.
   Мысленно плюнув, Маркус задержал дыхание - благо, способности паладина позволяли не дышать по нескольку дней.

***

   - По-моему, неплохо получилось, - отметил Трейк, глава Стейнгардской гильдии боевых магов, обозревая свое новое творение.
   Это странное существо сильно напоминало аватар, погибший в схватке с демоном: те же альмагтиновые доспехи (правда, сильно помятые и обшарпанные), те же тёмные штаны (на этот раз подбитые изнутри сталью) и даже та же самая изрезанная Карханом полумаска.
   Вот только на этот раз под ней не было лица. Да и вообще ничего не было: новый голем оказался полностью пустым - по сути, одна лишь оболочка. Вместо его головы использовался старый стальной шлем, к которому боевой маг и приплавил полумаску. В прорезях последней полыхало весёлое оранжевое пламя. Оранжевые отсветы ложились и на заднюю часть шлема - туда, где у обычных големов расположена нижняя часть лица. Возникало такое ощущение, что внутри шлема, как раз напротив "глаз", находится яркий трепещущий язычок оранжевого пламени.
   В этом творении, в отличие от того же аватара, не чувствовалось никаких Абсолютных энергий, зато угадывались чары огненной стихии.
   Голем тоже с интересом рассматривал себя. Его взгляд скользнул по альмагтиновым доспехам, затем по грубым орочьим латным перчаткам, которые заменяли этому существу кисти рук.
   - Просто великолепно, - голос голема оказался низким, гудящим, сильно напоминая речитатив Шакировского огненного элементаля. - Вы действительно гениальный маг, господин Трейк.
   - Ну уж! Правда, если учесть, что я собрал всё это наспех - можно сказать, из мусора...
   - Ничего себе мусор! - хмыкнул голем, проведя кончиками пальцев по альмагтиновому доспеху.
   - И тем не менее. Этот доспех уже не подлежал восстановлению - альмагтин чрезвычайно плохо обрабатывается. Боюсь, некоторые пластины держатся непрочно и могут с лёгкостью отвалиться.
   - Будем надеяться на лучшее, - голем пожал плечами, а его глаза чуть сверкнули. - Кстати, а что за артефакт вы в меня вложили?
   - Перо Феникс, огненного духа. Я конфисковал его, когда проводил обыск в министерстве колдовства. Не правда ли, поразительная вещь? Мощный артефакт Хаоса, который маскируется под порождение огненной стихии!
   - Позвольте спросить: а кто такой был этот Феникс? Кто-то из демонов?
   - Не "был", а "была". К сожалению, о ней почти ничего не известно. Феникс упоминается лишь в оркских хрониках. Орки ей поклонялись, но богиней не называли никогда: она считалась бессмертным огненным духом. Это существо якобы достигло абсолютного бессмертия - даже после полной гибели Феникс немедленно восставала из пепла.
   - Интересно. А что с ней случилось потом?
   - Понятия не имею, - маг пожал плечами. - Гирдашанские орки отнюдь не собираются посвящать меня в друиды или же делиться тайными знаниями. Возможно, что Феникс и поныне находится на одном из орковских островов - там ведь действительно полно всевозможных элементалей, включая огненных. Странно, правда, что перо этого "огненного духа" источает эманации Хаоса, ну да ладно...
  
   Глава 2
   Руины Перворождённых
   Геликоптер мчался на север, рассекая спиралевидным винтом телисские небеса. Перелёт проходил гораздо мягче старта: никто не пихался, аппарат не трясся и не дымил, а дымовой выхлоп, произошедший при включении двигателя, быстро рассеялся. Единственными неприятными моментами были крайняя теснота в кабине и шум винта геликоптера.
   Ларратос, которого прижали к лобовому стеклу, от души надеялся, что при посадке тоже не возникнет особых проблем, а заодно любовался вполне нордическим пейзажем горной местности.
   И всё-таки видно, что мы на юге, - размышлял паладин. - Как бы ни напоминали Гиперборей здешние горы. Южное Солнце очень яркое, к тому же в Гиперборее оно никогда не бывает красным.
   Тем временем внизу медленно проплывали горные кручи. И хотя телисские горы, в отличие от гирдашанских, не изобиловали лесами, зато здесь было множество речек и водопадов: последние располагались целыми каскадами.
   Геликоптер двигался вдоль горного хребта, направляясь к огромной горе, которая выделялась среди своих собратьев великолепной снежной шапкой.
   Вероятно, это и есть Нурия, - сообразил Ларри. - Похоже, что именно с её ледников стекают все местные речки, дающие жизнь водопадам и питающие реку Азур.
   Когда геликоптер подлетел чуть ближе, Ларратос разглядел небольшое озерцо, расположившееся у самого подножия горы. Его берега густо поросли какими-то деревьями - с такой высоты не разобрать, какими именно, но паладин предположил, что это скорее всего плакучие ивы. Присмотревшись повнимательнее, Ларри увидел, что из этого озера вытекает небольшая речка, почти сразу же переходящая в водопад.
   - Я что-то чувствую! - закричал Маркус.
   - Что вы сказали? - из-за шума двигателя Леон не расслышал реплику Антония.
   - Я говорю, здесь что-то есть!
   Сам Ларратос также почувствовал нечто необычное - какие-то пульсации Абсолютных энергий, идущих от горы. То же самое ощутила и Зарина - она вдруг закрыла глаза, повернув голову в сторону источника энергии. Аналогичным образом поступил Элиддин, и даже в ауре Апиона Ларри уловил какие-то странные импульсы.
   Поспешно закрыв глаза, Мельд заметил внутренним зрением яркий синий прямоугольник, расположенный у самого подножия горы.
   - Наставник, похоже на дверь!
   - Ларри, говори громче! Я ничего не слышу!
   Вздохнув, Ларратос продолжил обозревать окрестности. Чем бы ни был странный источник энергии, внешне он никак не проявлялся: гора в этом месте выглядела так же, как и везде: те же горные породы и россыпи камней. И если это действительно проход, то совершенно непонятно, как им воспользоваться. Зато примерно в полумиле от озера внутреннее зрение выявило небольшое ярко-красное пятно, нечто вроде уродливой кляксы.
   - Хаос! - заорал Антоний.
   - Не слышу! - в тон ему отозвался Леон.
   - Я говорю, здесь какой-то артефакт! Артефакт Хаоса! Надо разобраться! Снижаемся!
   - Что?! - обернулся Леон. - Я не слышу, винт очень шумит!
   - Снижаемся! Вон на ту площадку!
   Неизвестно, услышал Турарий паладина или нет, однако геликоптер действительно чуть изменил курс, направившись прямо к указанной Антонием каменистой осыпи.
   А вот здесь проход как раз есть, - отметил Ларри, разглядывая отверстие в скале, покрытое чем-то вроде лавовых потёков. - Вполне возможно, что Арастиор воспользовался именно этими воротами.
   Когда каменная площадка приблизилась, геликоптер плавно пошёл на посадку. Зависнув над самой землёй, летательный аппарат поднял своим винтом массу пыли и даже немного мелкого щебня. Наконец, Леон повернул какой-то рычаг, под опорами геликоптера затрещал грунт, а двигатель, коротко чихнув, остановился.
   Воцарилась звенящая тишина. После получасового гула винта она производила просто ошеломляющее впечатление.
   - Господин Антоний, мы прибыли! - весело воскликнул Леон. Выходим.
   - Сейчас... Тьфу, да что с этой дверью? Леон, как она открывается?
   - Просто: тянете ручку на себя...
   На некоторое время воцарилось молчание: Антоний и Элиддин пытались открыть боковые двери кабины - каждый свою.
   - Похоже, замок заклинило, - сдался, наконец, Элиддин.
   - Ну, тогда можно выбить двери. Но аккуратно!
   Впрочем, предупреждение Леона запоздало: едва получив разрешение на вышибание двери, Маркус так шарахнул по ней мощью Абсолюта, что её вынесло целиком, отбросив на пару десятков метров. Элиддин действовал аккуратнее, поэтому его дверь всего лишь повисла на одной петле. Участники экспедиции поспешили покинуть тесную кабинку.
   - Наконец-то свобода! - слегка улыбнулся Антоний. - А то в этом геликоптере даже не пошевелиться было. И коптил он жутко - от меня до сих пор гарью тянет.
   Освещённая солнцем площадка, на которой приземлился летательный аппарат, расположилась у самого подножия горы, но чуть в стороне от пятна Хаоса, так заинтересовавшего паладинов. Покрывавший её мелкий гравий сухо хрустел под ногами, в остальном же здесь было тихо и прохладно. Дул ровный ветер, обтекавший гору Нурия, а вдали виднелось то самое озеро, чьи берега поросли ивами. Здесь же никакой растительности не было - лишь голый камень.
   - Все готовы? - поинтересовался Антоний. - Тогда вперёд: мы должны выяснить, откуда в этой глуши взялся источник хаотических энергий и, конечно же, уничтожить его.
   До таинственного пятна отряд добрался за пару минут. Тут никакого гравия не было, а каменная поверхность напоминала застывшую лавовую реку.
   - Странно, - удивился Леон. - Нурия никогда не была вулканом, однако признаки вулканической деятельности налицо.
   - Признаки демонической деятельности, ты хочешь сказать, - нахмурился Антоний, доставая свой меч. - Взгляните: от этой "лавы" прямо тянет Хаосом, словно от демона!
   И действительно: внутреннее зрение подсвечивало лавовый потёк тёмно-багровым. Казалось, будто он вновь раскаляется, чтобы продолжить свое неспешное течение.
   - Странная штука, - хмыкнул Элиддин, откалывая кусочек камня Малькинуром. - Это прямо какая-то хаосоносная порода!
   - Похоже на спящего демона, - мрачно констатировал Маркус. - Надо будет обязательно сообщить об этом Совету: здесь собралась действительно мощная энергетика, так что без обряда экзорцизма не обойтись.
   - А мне это напоминает камень душ, - улыбнулся Ларратос, постучав эфесом меча по гладкой поверхности камня. - Только очень большой.
   - Мда, похоже на то, - задумчиво произнёс Элиддин. - Это действительно пленённый демон - но его дух буквально перемешан с камнем! Он не просто пойман, а вплавлен - его энергия стала неотъемлемой частью скалы. Ума не приложу, как можно было провернуть подобное.
   - Надо будет покопаться в архивах ордена, - пожал плечами Антоний. - Уверен, тут некогда постарался кто-то из паладинов.
   Тем временем Леон подошёл к горе и теперь внимательно рассматривал неровное отверстие в её склоне.
   - Посмотрите сюда! - крикнул он. - Такое ощущение, что лава вытекла прямо отсюда: здесь всё оплавлено!
   Когда паладины пролезли в дыру, их глазам предстала небольшая пещера явно искусственного происхождения: её стены, пол и потолок были слишком уж ровными и гладкими, чтобы они могли образоваться естественным путём.
   - Смахивает на крепость, - отметила Зарина.
   - Нет, скорее уж какие-то шахты, - Леон уже стоял возле небольшого колодца в полу. - Здесь очень много вот таких вот неглубоких скважин. Похоже, когда-то здесь добывали... Некий минерал, что ли...
   - А вот эти узоры напоминают мне следы от гигантских когтей, - указал на дальнюю стену Элиддин.
   И действительно, вся стена была как-то странно изрезана. Такие же полосы отпечатались и на полу, но не столь чёткие.
   - Эх, а пыли-то тут сколько! - удивился Ларри. - Словно веками копилась.
   - Может, и веками, - Леон, вытащив из своего чемоданчика небольшую щёточку, старательно расчищал участок пола в углу пещеры. - Здесь на полу, похоже, начерчены какие-то знаки...
   - Наверняка бывшее святилище Хаоса, - скривился Антоний.
   - Хм, руна всего одна, - отметил Леон. - Напоминает орочью "Пх".
   - Я же говорил, что это капище Хаоса.
   - Да нет, больше похоже на тайник. Господин Антоний, не могли бы вы поддеть вашим клинком вот этот камень, - маг постучал по полу костяшками пальцев.
   - Запросто.
   Паладин налёг на клинок - и небольшой булыжник поддался.
   - Ну-ка, что там? - Леон проворно наклонился и подхватил небольшую - примерно с книжную страничку - белую пластинку.
   - Так, это действительно был тайник, - удовлетворённо заметил маг, тщательно вытирая находку о штаны. - Хм, какой удивительный материал! Вроде кости, только очень ровный и гладкий.
   - Костяная пластинка? - удивился Ларратос.
   - Нет, это явно не кость, - покачал головой Леон. - Нужно будет показать алхимикам - столь лёгкий, гибкий и податливый материал наверняка их заинтересует.
   - А что это за странные значки? - кивнул Ларри: пластинка действительно была вся исписана. - Клинопись?
   - М-м-м... - задумался Леон, вертя в руках необычную находку. - По-моему, здесь тоже нанесены орочьи руны. Вот только почерк отвратительный. Да и мелко очень... Давайте выйдем наружу - а то здесь как-то темновато.
   Отряд покинул пещеру, и Леон, усевшись на подходящий камень, приступил к расшифровке надписей.
   - Как интересно! Этот материал горюч - письмена выжжены, а не начёртаны.
   - А что гласит надпись?
   - Наверное, молитва демонам, - предположил Маркус.
   - Нет, - покачал головой Леон. - Я ещё не всё понял, но тут что-то вроде письма...
   - Кому?
   - Не знаю.
   Маг вновь пробежал текст глазами, а затем чуть улыбнулся и удивлённо покачал головой.
   - Думаю, этот тайник создали ещё во времена войн с орками: именно тогда демоны приходили в наш мир.
   - Так тут что-то о демонах?! - подался вперёд Ларри.
   - Не совсем. Но надпись действительно весьма занятная. Вот послушайте.
   И Леон начал зачитывать, на ходу переводя с орочьего языка:
   "Извини, но я не могу больше ждать..."
   - Ничего себе начало, верно? - хмыкнул изобретатель. - Но дальше ещё интереснее...
   "Моя скромная персона почему-то удостоилась пристального внимания демонов. Сегодня ночью в окрестностях озера обнаружился шарду. Ты помнишь, наверное, этих отморозков - бывших прихвостней ныне покойного Карерона. От адского создания так несло злобой и холодом, что меня чуть не стошнило.
   Хотя мои планы всегда отличались большой гибкостью, но пикничок на двоих с демоном в них никак не вписывался. Я по-быстрому собрала вещички и поспешила укрыться в заброшенных шахтах Перворождённых..."
   - Ага, значит, я был прав: это всё-таки шахты! - удовлетворённо отметил Леон, после чего продолжил чтение:
   "...В твёрдой уверенности, что этот урод сюда не сунется. Наивная дурочка... Демон обнаружил мою стоянку, выследил меня, а потом приступил к штурму моего укрытия. Проход там узкий..."
   - Ну ничего себе - узкий! - Антоний, обернувшись, скептически посмотрел в сторону здоровенной дыры. - Сейчас эта фантазёрка ещё напишет, что демон не смог пролезть!
   "...И плоскомордый урод разрывал его больше часа", - продолжил чтение Леон, - "попутно посылая в пещеру волны холода".
   - Ледяной демон? - удивился Элиддин. - Они действительно очень опасны: такое создание может даже с десятком паладинов расправиться. Боюсь, что конец у письма будет не слишком весёлым...
   "Не знаю, что хуже - зверский мороз, от которого даже воздух оседал на стены струйками изморози, а потолок начинал трескаться, или же не менее зверская ругань шарду. Демон подробно расписывал всё, что он со мной сделает, когда сцапает, а заодно подыскивал весьма живописные сравнения меня со всякой дрянью".
   - Знакомо, - хмыкнул Элиддин.
   "...Наконец, он процарапался-таки в шахту. Если честно, я до последнего надеялась, что шарду не рискнёт сунуться в гору, искажающую высшие энергии..."
   - Искажающую? - нахмурился Маркус. - Что-то я не заметил там никаких искажений.
   - Так ведь с тех пор, наверное, века прошли, - объяснил Леон. - Видимо, многое изменилось.
   Маг перевернул табличку, мысленно прочёл первую строчку, после чего растерянно потёр переносицу:
   - Нет, стиль изложения меня просто убивает: оркские шаманы не употребляли таких простонародных слов и конструкций. А дальше ещё хуже:
   "...но он оказался совершенно безбашенным, начисто отвергая все мои попытки договориться".
   - Договариваться с демоном? - печально вздохнул Антоний. - Какая нелепая идея. Они признают лишь один вид переговоров - тот, который ведётся Небесной Сталью, эльфийскими металлами и мощью Абсолюта.
   "Ты знаешь, что я не воин. И знаешь, как я не люблю сражения. Но когда демон зажал меня в угол и начал рвать на части, моё терпение лопнуло: отморозок получил весьма горячий отпор. Заранее представляю вытянутые морды его дружков, выцарапывающих шарду из застывшего камня".
   - Так что же, этот демон был побеждён кем-то из орков?! - Антоний с трудом переваривал подобную идею.
   - А почему бы и нет? - улыбнулся Элиддин.
   - Да ведь орки сами продались порождениям ада! Они стали первыми демонопоклонниками!
   - Так ведь не все же. Были и такие, кто отказывался служить Тарадашу. Но их участь весьма незавидна...
   - Настав... то есть Элиддин, а как простой орк мог расправиться с ледяным демоном?! - поразился Ларратос.
   - Не знаю, Ларри. Вероятно, в ход пошла огненная магия - вроде той, что применил Дарагор в битве за Диамант. Похоже, камень не то что расплавился - он буквально испарился под ударом огненной стихии! Ледяной демон при этом вполне мог разрушиться.
   - Но ведь демон запросто рассеет любые чары! - всё ещё недоумевал Ларри.
   - Да, однако в записях упоминаются какие-то энергетические аномалии, наблюдавшиеся в этих шахтах, - предположил Леон. - Автор (жаль, что она не указала своего имени - наверняка была весьма известным шаманом) даже удивлялась, что демон всё же осмелился сунуться в пещеры. Ну, а вот чем оканчивается послание:
   "Теперь-то ты понимаешь, что я не могу здесь оставаться: ещё одного свидания с демонами мне не выдержать.
   Вот почему я решила отправиться на Северные острова - те, что восточнее Гиперборея. Они хоть и далековато отсюда, зато там тихо и спокойно. Места эти необитаемые и почти неисследованные, но какая там природа! По красоте своей горные леса Северных островов не уступают эльфийским.
   Там мы и встретимся. Буду ждать с большим нетерпением".
   - И это всё? - разочарованно спросил Маркус. - Ни имени, ни подписи?..
   - Ну да, - ответил Леон. - Вероятно, тот (или та), кому предназначалось письмо, и сам всё прекрасно знал. Вот только вряд ли ему довелось найти этот тайник.
   - А что это за Северные острова?
   - Предполагаю, что так она называла Гирдашан. Тогда он действительно был необитаем, но затем его заселили орки. Если бы мы знали Гирдашанские легенды, то наверняка обнаружили бы автора письма в числе легендарных первопроходцев...
   - Древние тайны - это, конечно, очень интересно, - вдруг подал голос молчавший доселе Апион, - но мы вроде бы прибыли сюда для того, чтобы проникнуть в недра горы?
   - Справедливое замечание, - кивнул Антоний. - В шахтах нам больше делать нечего, так что пошли к озеру.

***

   Берега озера действительно заросли ивами. От воды тянуло какой-то живительной магией, влажный воздух бодрил. Чуть поодаль Ларратос заметил нескольких оленей, мирно пасшихся возле ближайшей речушки.
   - Тут - настоящий рай для охотников, - задумчиво произнёс Ларри.
   - Нет, я так не думаю, - покачал головой Элиддин. - Сама эта местность подавляет всякую агрессию и желание убийства - даже убийства животного. Эти места являются натуральным магическим заповедником.
   Антоний, в отличие от Ларри, любовавшегося природными пейзажами, не обратил на озеро никакого внимания. Старший паладин сразу же подошёл к подножию горы и начал внимательно его рассматривать.
   - Итак, тут в подножии имеется дверь, - наконец констатировал он, - невидимая простым глазом. Можно сделать вывод, что за прошедшие века она заросла каменными породами. Возможно также, что она не видна вследствие наложенных на неё чар.
   - Чары имеют место, это факт, - подтвердил Элиддин, - и похоже, в их основе лежит не магия, а силы Абсолюта.
   - Надо выбить дверь, - решительно произнёс Ларратос.
   - Осторожно, Ларри, - ответил Элиддин, - тут может быть ловушка.
   - Но, Элиддин, я не ощущаю никаких ловушек!
   - Я тоже, - сообщил Маркус, - можете попробовать выбить дверь, адепт Мельд.
   Ларри отошёл назад, разбежался, прыгнул и со всей своей сверхчеловеческой силы ударил ногой по прямоугольному участку скалы.
   - Не берётся, - промолвил он, - зачаровано крепко. Абсолютные энергии.
   - Клин клином вышибают, - сказал Маркус, - если эта дверь держится абсолютными энергиями, то именно они и помогут от неё избавиться: концентрируем на двери силовой удар.
   Ларратос, Элиддин, Зарина и Маркус вытянули руки и направили удары абсолютной энергии в невидимый проход. Обычную дверь давно бы разнесло в щепки, но тут силовой удар почему-то не сработал.
   - Что ж, похоже, придётся прорубаться, - Ларратос зажёг силой воли Зариндуил, от души рубанув им по каменной двери. Безрезультатно: меч попросту застрял в каменных породах. Ларри рванул его обратно - но не тут-то было. Лишь с пятой попытки клинок освободился и, вырвавшись из рук паладина, упал на землю.
   - Похоже, каменную дверь не берут ни силовой удар, ни даже меч из Небесной Стали, - печально подытожил Маркус, хотя это и так было очевидно.
   - Предоставьте дело профессионалу, - задорно произнёс Апион, подходя к двери.
   - Апион? - изумился Ларри, - а ты-то каким образом сможешь открыть дверь, перед которой спасовали четверо паладинов?
   Бывший вор ничего не ответил. Мастерским жестом он достал из кармана отмычку, блеснувшую под лучами утреннего солнца. И тут случилось нечто непонятное: отмычка сама повела руку Апиона. Она пошла вверх, и в скале появилась щель, совпавшая, как увидел Ларри внутренним зрением, с одной из сторон фиолетового прямоугольника. Затем отмычка нырнула в образовавшуюся щёлку и повернулась там. После чего, ко всеобщему удивлению, часть скалы действительно превратилась в каменную дверь. И открылась.
   - Прошу вас, господа, - произнёс Апион, пролезая в образовавшийся проём. Остальные последовали за ним.
   - Интересно, а как же Арастиор смог справиться с этой дверью? - думал вслух Ларри, - у него же не было артефактной отмычки как у тебя, не так ли, Апион? Или он был настолько могуч, что сумел силой выбить дверь?
   - Не знаю, - сказал Апион, - может быть, раньше этой двери не было, и Арастиор при выходе создал её сам?
   - Вполне возможно.
   Внутри пещеры царила непроглядная тьма. Горные породы блокировали эманации энергий живящей воды, а внутренности горы, в отличие от дверного проёма, не были напитаны Абсолютными энергиями.
   Ларратос включил внутреннее зрение, сразу же ощутив впереди присутствие нескольких магических шаров, сильно похожих на обычные волшебные светильники. А ещё дальше ощущалось нечто неодушевлённое, но в то же время способное к магии.
   Когда отряд поравнялся с этими шарами, они вдруг стали ярче, поменяв свой цвет на бледно-лиловый. Открыв глаза, Ларри увидел, что это и впрямь волшебные лампы: внутренность пещеры, сильно смахивающая на каменный коридор, залилась неярким фиолетовым светом.
   Наконец, проход закончился, упёршись в массивную металлическую дверь, по бокам которой стояли мраморные колонны. На потолке же виднелся барельеф, изображавший странных человекообразных существ - с длинными руками и ногами, как у эльфов, но в то же время с рельефной мускулатурой. Все эти существа были облачены в балахоны, напоминавшие балахон покойного владыки Кархана. Лица таинственных существ (если у них вообще были лица) целиком скрывались под глубокими капюшонами.
   На барельефе таких существ было трое - одно стояло в центре, подняв руку, подобно оратору, второе держало в руке меч, а третье - странную трубку, из которой вылетал огненный шар.
   - У вас есть идеи, кто это может быть? - спросил Ларри. Никто не ответил.
   Внезапно дверь распахнулась - с громким металлическим лязгом, от которого все вздрогнули. И навстречу паладинам шагнуло то самое способное к магии нечто, которое ощутил Ларратос. Оно походило на существ, изображенных на барельефе - и было также одето в балахон. Лицо таинственного создания совершенно не просматривалось - под капюшоном виднелись лишь горящие жёлтым огнём глаза. Это создание не содержало в себе искры жизни, однако оно двигалось. И в нём ощущалась магия.
   - Невероятно! - изумился Леон - видимо, опознав вошедшее существо. - Продвинутый гуманоидный голем! Я сам таких изобрёл, а оказывается, что задолго до моего рождения неведомая раса создала таких же.
   - Лущ мун фулущ? - с вопросительной интонацией басом произнесло магическое нечто.
   - Чего хочет это существо? - изумился Ларри.
   - Мун ту зущтуш фуеу туфыр нуфянул? - продолжило оно.
   - Существо, я тебя не понимаю, - сказал ему Ларратос.
   - Я говорю, телепатический контакт с вашим сознанием установлен. Позволите ли вы мне снять энергетический отпечаток, дабы я мог опознать вашу расу? - сказало существо на чистом вестландском языке.
   - Ничего себе, - пробормотал Леон, - голем, обладающий телепатическими способностями! Изобретатели этой древней расы настолько превзошли меня, насколько я превосхожу простого сельского кузнеца, жившего тысячу лет назад! К тому же эта раса научилась преодолевать языковой барьер!
   - Да, мы научились, - сказал голем. - Однако, ответа на свой вопрос я так и не получил. Молчание - знак согласия, так что энергетические слепки сняты и проанализированы. Но опознать вашу расу я не могу.
   - В смысле? - удивился Ларри.
   - Вы - не Перворождённые. Но вы не относитесь и к низшим примитивным расам - Удус, Шукул, Путуш, Туфунк и Удугв.
   - Никогда не слышал ни об одной из этих рас, - пробормотал Леон.
   - Стало быть, согласно моим инструкциям, вы считаетесь пришельцами. А поскольку ваши намерения не враждебны...
   - Он что, ещё и ауры читает? - удивился Ларри.
   - ... и к тому же двое представителей вашей расы уже побывали здесь, я рад вас видеть. Поэтому - добро пожаловать в колониальное правительство Перворождённых.
   - Вот уж не думал, что древние эльфы были такими мастерами магии и техники! - поражался Леон.
   - Эльфы? - изумился голем.
   - Перворождённые - это же эльфы, не так ли?
   - Перворождённые - это не эльфы, - произнёс голем, и, как показалось паладинам, немного задумался, - Перворождённые - это Перворождённые. Древнейшая раса здешнего мира, мира Укун. Эльфы... эльфы..., - на этот раз механическое существо действительно задумалось, словно копаясь в паутине своей памяти. - Вспомнил: Эльфы - самоназвание народа Удус. Удус - один из примитивных народов, рабов Перворождённых. Вы находитесь в колониальном правительстве Мировой Империи. Это - Тудшуф - столица колонии Удус. Удус - низменный смертный раболепный народ.
   Внезапно Ларри осенило:
   - Поведай мне, о голем, сколько лет городу Тудшуф?
   - Городу Тудшуф двадцать одна тысяча сто тридцать семь лет.
   - Так и думал, - улыбнулся Ларратос, - эти существа сотворены даже раньше эльфов. Они правили нашим миром до сотворения человека, а эльфы были их рабами! Поскольку людей тогда вообще не было, Перворождённые не могли о них знать - и не могли вложить это знание в своих големов.
   - Невероятно! - воскликнул Элиддин, - этот голем появился тут ещё задолго до Первого Вторжения демонов!
   - Ха! Это интересно! - вставил своё слово Апион. - Эльфы! Раса снобов и выскочек, представители которой всегда считали себя аристократами, пресмыкалась перед другой, более древней расой!
   - Народ Удус никогда не обладал аристократическим духом, - подтвердил голем, - им далеко до могущественных бессмертных Перворождённых.
   - Хм, - задумался Леон. - Значит, эльфы - это самоназвание расы Удус... А каковы самоназвания других рас рабов?
   - Не знаю. Я - сторожевой голем колонии Удус. В меня вложили базовые знания о культуре Удус. О культуре прочих рабских народов мне неизвестно.
   - А куда могли деться эти Перворождённые? - спросил Ларри, - я не понимаю, как столь могущественная раса, способная править миром, вдруг полностью исчезла?
   - Указом Архонта, что имел место тринадцать тысяч триста сорок два года назад, колониальные войска были отозваны с территории Удус. Осталось лишь несколько десятков надсмотрщиков.
   - А с чем был связан этот указ?
   - Имело место некое вторжение... К сожалению, подробностей я не знаю. Колониальные войска так и не вернулись. Через несколько лет состоялся бунт рабов племени Удус. Рабы одержали победу. В здании колониального правительства остались только големы.
   - Я подозреваю, что имело место вторжение демонов, - сказал Ларри, - даже не первое вторжение. Скажем так, нулевое. Древняя мировая история, известная людям, опирается на историю эльфов. Похоже, когда эльфы были рабским народом, они ещё не обладали письменностью и историей.
   - Всё равно - тяжело представить себе эльфов в роли варварского народа, - покачал головой Элиддин.
   - А жива ли сейчас империя Перворождённых? - поинтересовался Ларри.
   - Затрудняюсь ответить. Колония Удус оставлена. Что творится в других колониях, я не знаю. Но зато мне хорошо известно, что народ Перворождённых, победивший смерть и зло, не мог потерпеть поражение.
   - Ясно, - сказал Ларри, - Арастиор искал народ Перворождённых, победивший смерть и зло - он был уверен, что этот народ победил Хаос. И похоже, он странствовал по миру в поисках этого древнего могучего народа, чтобы приобрести его знания.
   - Если этот народ ещё жив, - мрачно промолвил Антоний.
   - Скажи мне, о голем, где находятся остальные колонии Перворождённых? И где их столица?
   - Две колонии находятся на материке Муфуд - Удус и Путуш. Колонии Туфунк и Удугв находятся на отдельных континентах. Колония Шукул расположена почти там же, где и столица, город Зумкшуй - на острове, прилегающем к континенту Фукшул.
   - Эти названия ничего не говорят мне, голем.
   - Все эти места обозначены на карте мира. Мир, если вам не ведомо, имеет шарообразную форму, и на верхнем этаже в зале заседаний колониального правительства имеется трёхмерная магическая карта с обозначением ключевых городов - таких как колониальные столицы и столица Всемирной Империи. Если она всё ещё действует, вы сможете легко найти все эти места.
   - А как нам попасть наверх?
   - В центре первого этажа существует подъёмник. Лифт. Он вас поднимет. В случае неисправности подъёмника воспользуйтесь лестницей.
   - Благодарю за информацию, голем, - сказал Ларри, - думаю, нам надо идти дальше.
   Участники экспедиции по очереди прошли через раскрытую дверь, оказавшись в просторной комнате, по бокам которой также горели магические лампы.
   - Ага, лестница на месте, - отметил Леон. - Тогда вон тот проход рядом с ней скорее всего и есть лифтовая шахта.
   Изобретатель решительно подошёл к лифту, нажав на кнопку вызова. Паладины затаили дыхание, но лифт никак не отреагировал на действия Леона.
   - Странно, - нахмурился маг. - Судя по этому указателю, лифт уже внизу, но вот почему он не работает...
   - Позвольте мне, - вмешался Апион и вставил в щель лифта свою магическую отмычку. Воровской артефакт сработал как всегда безукоризненно: двери немедленно открылись. Участники экспедиции зашли в лифт, а Леон нажал на кнопку самого верхнего этажа.
   Ничего не произошло.
   - Сломан, - вздохнул Ларри, - что и неудивительно, ибо прошло столько лет...
   - Значит, придётся идти пешком, - Элиддина, похоже, ничуть не смутила сорвавшаяся поездка на древнем лифте.
   Участники экспедиции пошли вверх по пыльной винтовой лестнице. Неугомонный Леон всё время забегал вперёд, останавливаясь на каждом этаже. Вероятно, он искал ещё какие-нибудь интересные предметы и вещи, связанные с Перворождёнными, но его ждало разочарование: в коридорах и тесных каменных комнатах не было ничего, кроме пыли. То ли Перворождённые вывезли всё имущество, когда покидали колонию, то ли эти катакомбы разграбили взбунтовавшиеся эльфы. И, конечно, за прошедшие тысячелетия все предметы интерьера могли попросту истлеть...
   Лестничная площадка пятого этажа оказалась сплошь покрытой барельефами: на одном из них Перворождённый вёл за собой на верёвке вереницу эльфийских рабов. На другом - тот же Перворождённый отстреливался от троих эльфов-лучников из какой-то металлической трубки, пускающей огненные шары.
   - Что-то не нравятся мне эти Перворождённые, - негромко произнесла Зарина, когда отряд добрался, наконец, до шестого, самого верхнего этажа: здесь подобных барельефов было великое множество, и, судя по этим изображениям, древняя раса не очень-то хорошо обращалась со своими рабами.
   - Смотрите - зал заседаний! - воскликнул Ларри, открыв дверь одной из комнат.
   - С чего ты взял, что это действительно он? - Леон немедленно проскочил следом.
   - Очень уж похоже на зал гиперборейского Сената, - улыбнулся Ларратос. - Смотрите, вон там - стол председателя, а вот что это за странное сооружение рядом с ним...
   И действительно: чуть позади массивного каменного стола располагался невысокий мраморный постамент, на вершине которого виднелся громадный энергетический шар. От шара исходило синеватое свечение, а внутри клубился белый клочковатый туман.
   - Как красиво! Правда, Элиддин? - улыбнулся Ларри, восторженно разглядывая это удивительное творение.
   - Да ведь это же и есть карта! - осенило вдруг Леона. - Взгляните - здесь изображён весь наш мир, вся Эрта! Она изображена такой, как будто мы смотрим на неё извне, из космоса. Синее сияние - это не утечка энергии, это воздух, наша атмосфера. Вот этот туман - облачные поля (неужели магия карты позволяет отслеживать облака всего мира сразу?!), вот эти синие равнины - океаны... А вот тут, смотрите! - Леон обошёл шар, оказавшись позади него. - Да это же наверняка Урукгаэш, родина орков! Легендарный континент. Вот он какой, оказывается. Такой огромный! И сколько там зелени!
   - Возможно, это действительно карта, осторожно предположил Антоний. - Но где тогда на ней другие города Перворождённых? И главное - где столица их империи?
   - М-м-м... Не знаю, - смутился изобретатель. - К сожалению, я не умею управлять этой картой. К тому же устройство явно повреждено.
   - Почему вы так думаете?
   - А вот, - Леон кивнул на постамент, - видите - здесь почти половина колонны отколота. Наверное, эльфы, взбунтовавшись, устроили погром.
   - Жаль, - вздохнул Ларри. - Интересно, удалось ли Арастиору найти столицу?
   - Если верить вашему же видению, адепт Мельд, - вмешался Антоний, - Арастиор знал о местоположении по крайней мере трёх городов Перворождённых. И здесь его интересовала не карта, а некий кристалл.
   - Точно! - обрадовался Ларри. - Думаю, нам нужно обыскать оставшиеся залы.
   - Ну, вы ищите, - Леон склонился над сколом мраморной колонны и принялся творить какое-то заклинание, - а я пока попробую выяснить, как пользоваться этой штукой.
   Искать долго не пришлось: коридор внезапно повернул, затем плавно перешёл в ещё один зал - он был хотя и чуть поменьше того, где размещалась карта, но тоже достаточно обширным. А в его центре...
   - Наставник, именно здесь я и видел Арастиора! - возбуждённо воскликнул Ларратос. - А вон там, в центре, тот самый кристалл!
   Словно в подтверждение его слов, крупный неровный камень, установленный на вершине центральной колонны, начал светиться, переливаясь всеми цветами радуги. А бурые глыбы, валявшиеся возле него, вдруг пошевелились.
   - Да тут какие-то чудовища! - ахнул Антоний, выхватывая меч и зажигая его пламенем Абсолюта.
   Тем временем "камни" поднялись на лапы и расправили свои чудовищных размеров клешни. В ярком сете кристалла было хорошо видно, что эти четыре создания напоминают бесхвостых скорпионов.
   - Удус! Йукун ур Удуса! - злобно прошипел один из них, встав в боевую стойку и угрожающе щёлкнув клешнями.
   - Апион, беги! - выкрикнул Элиддин. - Это - дело паладинов!
   Твари шустро выстроились в линию, проводив Апиона яростным взглядом жёлтых светящихся глаз.
   - Голем-смотритель был гораздо дружелюбнее, - сказала Зарина, достав из ножен свой короткий меч и зажигая его небесным пламенем.
   - Удус - это же эльфы на языке Перворождённых! - крикнул Ларри, в свою очередь зажигая клинок, - это наверняка охранники, они приняли нас за бунтующих эльфийских рабов - и поэтому напали.
   - Что же, не будем их разочаровывать, - ответила Зарина и прыгнула к одному из них, держа свой клинок наперевес.
   Ларри также бросился наперерез ближайшей твари. Та слегка раскрыла клешню - и с неё вдруг сорвался крупный огненный шар. Ларратос так удивился, что отбил его лишь в последний момент.
   - Они... Владеют магией! - поражённо выкрикнул он.
   - Уже в курсе, - резко ответил Антоний, в свою очередь отбивая магический заряд.
   Быстро оглядевшись, Ларри увидел, что каждый из паладинов занят своим противником. Стало быть, внезапной атаки в спину можно не ждать.
   Придя к такому выводу, Ларратос решил не лезть на рожон, а подождать следующего магического удара. Тварь раскрыла правую клешню, на этот раз ударив уже силовым шаром. Усмехнувшись, паладин отразил весь заряд обратно.
   - Получай!
   Паладин ожидал, что скорпион попытается увернуться, но тот никак не отреагировал на неожиданную угрозу. И вскоре стало ясно, почему: шар полностью впитался хитиновой бронёй твари, не причинив ей никакого вреда. Стало быть, этот охранник устойчив к магии, - понял Ларри. - Однако двигается он довольно-таки медленно: по крайней мере, до Баала Кархана ему далеко.
   Придя к такому выводу, Ларратос решил сам перейти в наступление.
   Вытянув руку, он прибегнул к силам Абсолюта, дабы поднять треклятого скорпиона с помощью мысленных усилий.
   Не получилось. Тварь не бралась телекинезом - так же, как не берётся в руку намазанная маслом круглая ручка двери.
   - Ладно, чудище, - сказал Ларри, принимая боевую стойку. - Нападай! Надеюсь, хоть небесная сталь возьмёт тебя.
   Ещё раз щёлкнув клешнями, охранник проворно ринулся в атаку.
   Ларратосу ещё никогда не приходилось сражаться с таким неудобным противником: плоский скорпион доставал ему лишь до пояса, так что все специальные боевые приёмы, рассчитанные на прямостоящего противника, в этой схватке оказывались бесполезны. Ларри с размаху отбил удар правой клешни, попутно пожалев, что оставил второй клинок в Телисии; затем, широко размахнувшись, попытался одним взмахом снести твари голову.
   Не получилось: клинок отчего-то быстро потерял скорость, словно бы тварь окружала незримая вязкая броня, так что Зариндуил лишь чуть скользнул по гладкому хитиновому панцирю, не причинив стражу ни малейшего вреда.
   Скорпион ответил сокрушительным ударом правой клешни - и Ларри, лихорадочно рванув меч, успел-таки отбить этот удар. Сила твари оказалась столь большой, что паладина опрокинуло на спину: обычному человеку ни за что не отразить такую атаку.
   Более того: зажав меч противника в клешне, скорпион даже не думал его отпускать: Ларратосу пришлось бросить оружие, откатываясь в сторону, дабы спастись от удара второй клешни. Затем он резко подпрыгнул, пропуская очередной силовой шар, а пол на том месте, где мгновенье назад стоял Ларратос, пошёл сетью трещин.
   Паладин укрылся от обстрела за ближайшей колонной, с невольным удивлением отметив, что все участники экспедиции уже лишились своих мечей, а битва как-то незаметно перешла в догонялки.
   Ларратос попытался притянуть Зариндуил силой мысли, но скорпион держал крепко. Тогда, вспомнив свой сон, Ларратос выскочил из укрытия и, обратив ладонь в сторону скорпионов, выкрикнул те же слова, что некогда произносил Арастиор:
   - Лежать! Спать! Спать сейчас же!
   К сожалению, Ларратосу было далеко до Арастиора: Ларри ожидал, что твари покорно улягутся на пол, но те, напрочь проигнорировав его приказ, бросились в атаку.
   Отпрыгнув в последний момент (клешня щёлкнула у самого пояса), Мельд совершенно упустил из виду колонну, крепко впечатавшись в неё спиной. Тварь сосредоточенно подалась следом - добить. Ларри с огромным трудом успел откатиться, и клешня твари клацнула о каменный столб. Мгновение спустя колонна, и без того уже утратившая прочность за прошедшие тысячелетия, рухнула, придавив скорпиона.
   - Элиддин, бейте их камнями! - осенило Ларратоса, когда он окинул взглядом раздавленного скорпиона, дёргающегося под придавившей его колонной.
   Антоний среагировал мгновенно: потолок над его преследователем треснул, и ещё одну тварь погребло под тяжеленными каменными плитами.
   Элиддина тем временем зажимали в угол сразу два оставшихся чудища.
   - Наставник! - Ларратос вскинул руку, обрушивая потолок, а Зарина, решившая обезопасить противников по-другому, направила силовой шар в пол.
   Оба удара оказались слабоватыми: пол лишь потрескался, а груда мелкого щебня, просыпавшаяся с потолка, хоть и придавила скорпионов, но почти не повредила их. Однако пока они расшвыривали завалившие их камни, Элиддин успел присоединиться к остальным паладинам.
   - Ну почему эти твари упорно держатся за наши мечи?! - не выдержал Антоний. - По идее, им полагалось бы давно бросить наше оружие. Ладно, отходим к лестнице!
   Паладины отступили в коридор, чудовища последовали за ними.
   - Цельтесь в арку! - скомандовал Маркус. - Здесь ещё пара тяжёлых колонн. - Сейчас эти уроды получат...
   Когда скорпионы выползли из зала, паладины одновременно ударили по дверному проёму абсолютными энергиями. Рухнули не только колонны, но даже часть потолка. Проход наполовину засыпало, зато раздавленные чудища не подавали больше признаков жизни.
   - Нда, - прокомментировал случившееся Антоний, - сражение было не из лёгких. Интересно, что у них за броня такая? Мой меч словно бы увяз в ней! И что это за клешни, если их даже Небесной сталью не взять.
   За спиной послышался чей-то топот, и из-за поворота выскочили Леон с Апионом.
   - Все целы? Апион сказал, что вы наткнулись на каких-то чудовищ, владеющих магией...
   - Всё в порядке, Леон, монстры уже уничтожены.
   - Можно взглянуть?
   - Конечно. Как только мы их откопаем.
   Леон сожалеющее осмотрел здоровенный завал:
   - Не стоит трудиться: их, наверное, совсем расплющило...
   - Плевать! Там наши мечи - эти скорпионы так и не выпустили их из своих поганых клешней.
   - Твари, чьи клешни не режутся Небесной сталью?! - вскричал Леон. - Мне определённо надо на них взглянуть.
   - Запросто, - улыбнулся Апион, успевший перелезть через завал. - Тут ещё двое валяются.
   Леон шустро вскарабкался на груду камня, спрыгнув уже в зале. Осторожно подойдя к одному из скорпионов, маг сперва сделал какой-то пасс, а потом слегка постучал кулаком по серо-жёлтому панцирю твари. Звук получился довольно-таки глухим.
   - Странная вещь, - хмыкнул Леон, раскрывая свой чемоданчик с инструментами. - Вон как его раздавило, а слизь (или что у них там вместо крови) отчего-то не течёт.
   Достав небольшие кусачки, маг аккуратно поддел краешек трещины, с лёгкостью отломив кусочек хитинового панциря.
   - Хм, он, оказывается, весьма непрочный. Похоже, этих существ защищала не броня (которой у них попросту нет), а какая-то магия.
   Отломив ещё несколько кусков панциря, Леон осветил образовавшуюся дырку свежесотворённым огненным шариком. За спиной изобретателя слышался шум осыпающихся камней и приглушённая ругань паладинов, разбирающих завал. Наконец, проход был расчищен, и паладины вошли в зал уже при мечах. Осталось извлечь только клинки Ларратоса и Антония, но за этим дело не стало.
   - Вы представляете, - в голосе Леона звучал восторг, - эти существа - големы! Примерно такие же, как и тот сторожевой голем, рассказавший нам о Перворождённых.
   - Големы? - удивился Элиддин.
   - Именно! Смотрите сами - их панцири абсолютно пусты. Этими существами двигала магия - скорее всего, основанная на силах Абсолюта. Она же прикрывала их от ваших клинков. Сам панцирь сделан из очень странного материала - наподобие того, который использовался в орочьем письме, найденном в шахтах. Он горюч, гибок и легко плавится. А вот режущие кромки клешней - из чистой Небесной стали. Я взял немного образцов - думаю показать их алхимикам.
   - Так, а что с кристаллом? - Маркус, как всегда, не желал отвлекаться от главной цели.
   - Точно! - воскликнул Ларратос. - Чуть было не забыл про него!
   Участники экспедиции столпились перед светящимся камнем. Его мерцание уже утихло: теперь он светился бледно-фиолетовым.
   - Интересно, зачем его здесь поставили? - призадумался Леон. - Это место сильно похоже на храм - возможно, что-то ритуальное?
   - Меня гораздо больше интересует, чем этот кристалл так понравился Арастиору? - хмыкнул Антоний. - Энергетический запас камня очень мал - внутренним зрением он почти не виден. Возможно, правда, что Скайрис попросту выкачал всю силу из кристалла - но тогда нам уже здесь ничего не светит.
   - В любом случае, камень явно расколот, - Леон, осмотрев кристалл со всех сторон, уже вовсю исследовал его постамент. - Причём примерно пополам. Могу предположить, что вторая половина досталась Арастиору.
   Ларратос тоже задействовал внутреннее зрение, немедленно подтвердившее правоту Антония: камень почти не выделялся из общего фона Абсолютной матрицы. На магическом плане он представлял собой узел бледно-лиловых нитей, противоположные концы которых исчезали где-то вдали - судя по всему, далеко за пределами горы. По этому еле заметному клубку время от времени пробегали неяркие искорки. Чуть подвинувшись, Ларри пересёк одну из магических нитей, мгновенно отозвавшуюся вспышкой фиолетового цвета.
   - Понятия не имею, для чего нужен этот кристалл, - сдался, наконец, Леон. - Но на всякий случай захватим его с собой - в лабораториях ордена наверняка разберутся, что к чему.
   Ларри ухватился за скол камня, намереваясь вытащить его из каменного гнезда, и кристалл немедленно отозвался лёгкой магической пульсацией, а сам Ларратос ощутил, как от ладони к плечу пробежала волна холода и поспешно отдёрнул руку.
   - Осторожнее, Ларри, - волновался Элиддин. - Я чувствую какие-то возмущения в матрице Абсолюта.
   Обернувшись, Ларри с некоторым изумлением отметил, что видит синеватое свечение аур Элиддина и Антония. Причём видит ОБЫЧНЫМ ЗРЕНИЕМ, даже не переходя на внутреннее! Он чуть тряхнул головой, и наваждение немедленно исчезло.
   - Всё в порядке, Элиддин. Сейчас я его...
   Камень держался на редкость прочно. Ларратос рванул раз, другой - но безрезультатно. Тогда он принялся расшатывать кристалл - и вдруг понял, что ощущает не только стоящих позади него паладинов, но и магическую карту Перворождённых, а заодно - голема, всё ещё стоящего на первом этаже.
   - Наставник! - восторженно выкрикнул Ларри, обернувшись, - похоже, этот кристалл не исчерпал свою силу - он наполняет меня Абсолютными энергиями! Теперь я могу совмещать внутреннее зрение с обычным!
   - Да, адепт Мельд, - кивнул Маркус. - Мы ощутили изменения вашей ауры. Отойдите от постамента - я сейчас проверю...
   Оттеснив Ларратоса, Антоний возложил ладони на таинственный кристалл и закрыл глаза. Паладины затаили дыхание.
   - Странная вещь, - буркнул Маркус полминуты спустя. - Ничего не чувствую: сила в кристалле есть, но очень небольшая. Однако на адепта Мельда почему-то подействовало.
   - Может, я ещё раз попробую зарядиться от этого камня? - предложил Ларри.
   - Только осторожнее, - нахмурился Элиддин. - Не исключено, что именно этот артефакт привёл Арастиора к падению.
   Получив разрешение, Ларри вновь ухватился за камень, а паладины настороженно замерли, наблюдая за аурой Мельда внутренним зрением.
   Едва коснувшись кристалла, Ларратос вновь ощутил, как увеличивается его чувствительность: он ощущал неспешную пульсацию Абсолютных энергий, чьи потоки пронизывали весь этот мир. Он ясно чувствовал все творения Перворождённых - от голема до испорченного лифта. А далеко на юго-востоке, где-то подле Шалема, Мельд ощутил целое скопление творений древней расы.
   - Элиддин, я нашёл ещё один город! - обернулся Ларри. - Он находится в Шемшии, неподалёку от Шалема.
   - Отлично, адепт Мельд! - кивнул Антоний. - Ваша аура пока чиста, запас силы не тратится... Если всё в порядке - продолжайте медитацию.
   Ларри опустился на одно колено и закрыл глаза, целиком сосредоточившись на кристалле. Он ощущал лёгкую беспорядочную пульсацию камня, которая с каждым мгновением становилась всё сильнее, подлаживаясь под биение его, Ларратоса, сердца. И вскоре паладин почувствовал ещё один город Перворождённых - на этот раз на севере, в Масхоне. А рядом с ним Ларри с невольным ужасом ощутил присутствие мощнейшего артефакта Хаоса - и его носителя, могущественного шеддита. Неужели это сам Хаммон?!
   - Есть ещё один древний город, но он в Масхоне, причём возле самой столицы, - проговорил Ларри, не открывая глаз.
   - Не нравится мне это, - нахмурился Антоний. - Уж в Масхон-то нам всяко не стоит соваться.
   - И ещё я чувствую шлем Тарадаша, - теперь Ларратос уже не сомневался, что это именно он - хотя и не мог объяснить, откуда пришла такая уверенность.
   Паладины как по команде вздрогнули.
   - Всё, Ларри, думаю, для первого раза достаточно, - встревожено произнёс Элиддин.
   - Не стоит прикасаться к Хаосу, пусть даже в трансе, - поддержал его Антоний.
   Сожалеющее вздохнув, Ларратос нехотя отошёл от кристалла, который теперь сиял чистым голубым светом.
   - А больше ничего и не выходит, - Ларри пожал плечами. - Похоже, я получил от камня всё, что он мог дать. И я стал намного сильнее, Элиддин!
   Паладины смерили Мельда пристальными взглядами.
   - Не думаю, что вы стали сильнее, адепт Мельд, - неуверенно произнёс Маркус. - Просто ваша чувствительность к энергиям Абсолюта сильно выросла. Не знаю, как это возможно - я никогда не слышал ни о чём подобном - но ваше сродство к Абсолюту стало таким, как у рыцаря-осьминога.
   - Интересно, есть ли такие же кристаллы в других городах?
   - Вполне возможно, - улыбнулся Элиддин.
   - Хотя не факт, что они способны ещё больше увеличить вашу силу или чувствительность, - скептически заметил Антоний. - Ну ладно, получается, что наша экспедиция увенчалась успехом. Теперь неплохо бы прихватить и сам кристалл.
   - Я смогу его достать, - сказал Апион, взмахнув своей отмычкой. Он подошёл к кристаллу и провёл кончиком отмычки по его основанию. После чего безо всяких усилий вытащил камень.
   - А вы, Леон, разобрались, как управлять картой?
   - Да, но, к сожалению, она действительно повреждена: при попытке изменения её вида энергетический шар попросту гаснет.
   - Жаль. Впрочем, нам эти руины уже ни к чему, - пожал плечами Маркус.

***

   Нурийские подземелья паладины покидали в приподнятом настроении. Хотя оно слегка упало, когда вдалеке замаячил геликоптер.
   - Неужели нам опять придётся лезть в эту демонову коптилку? - буркнул Антоний. Я уже жалею, что согласился на перелёт - добрались бы и пешим ходом.
   - Я, собственно, и не настаиваю, - пожал плечами Леон. - Вы можете отправляться в обратный путь, а я тем временем перегоню геликоптер в Телисию.
   - Ладно уж, дадим этому аппарату ещё один шанс. Надеюсь, на этот раз коптить будет поменьше - двери-то выбиты...
   - Не проблема - я их сейчас вставлю, - улыбнулся Турарий, раскрывая свой чемоданчик с инструментами.
   Антоний пробурчал нечто невразумительное, а Леон, наскоро приладив дверцы к кабине, попросил всех садиться.
   Паладины вновь упаковались в тесную кабинку геликоптера, а двери опять пришлось закрывать Апиону - при помощи всё той же универсальной отмычки. Пара рывков, мощный выхлоп дыма (значительная часть которого таинственным образом оказалась в кабине) - и летательный аппарат, глуша рёвом мотора все посторонние звуки, начал набирать высоту...

***

   А вот, наконец, посадочная площадка.
   - Смотрите - нас уже встречают! - радостно крикнул Ларратос, пытаясь перекричать треск винта.
   И действительно - внизу уже толпились паладины. Геликоптер плавно приземлился, Элиддин с Антонием привычным движением мысли вышибли двери - и вылезли на свежий воздух, сопровождаемые клубами синеватого дыма.
   - Тьфу, пакость! - скривился Маркус. - Сегодня эта коптилка превзошла сама себя - всю дорогу кочегарила...
   Зато Ларратос после прикосновения к кристаллу ощущал себя просто великолепно:
   - Мы нашли руины Перворождённых! - весело закричал он, глядя на встречающих. - И узнали, где расположены другие их города!
   Тут Ларри осёкся, заметив, что встречают их экспедицию весьма нерадостно: у половины орденских паладинов весьма мрачные лица, а другая половина как-то странно смотрит на него, Ларратоса: то ли с неприязнью, то ли и вовсе со страхом.
   - Эй, господа! - удивился он. - Что тут случилось?! Почему у вас такие кислые мины?
   - Посмотри наверх, - буркнул Бейл Харизи, тот самый паладин, что с удивлением уставился на Ларри, когда он только прибыл в Ариаду.
   Ларри поднял глаза. Одна из башен академии паладинов пылала. Возле неё на ковре-самолёте кружил отряд водных магов, гасящих пожар.
   - Кто, шеддит побери, поджёг башню?! - спросил Ларри. И с ужасом понял, что уже знает ответ на свой вопрос.
   - Она, - промолвил Бейл, показав рукой на связанного трёхглавого изумрудного дракона, валявшегося посреди двора.
   - А чего это она взбунтова?.. Ладно, у неё спрошу. Как это вы умудрились связать гидру?
   - Небесная сталь творит чудеса, юный адепт, - сказал Бейл.
   Присмотревшись, Ларратос увидел, что его питомица связана не простыми верёвками, а какими-то металлическими, светящимися голубым огнём.
   - Как ты наверное знаешь, Ларратос, из Небесной Стали можно изготовить не только мечи, но и другие оружия.
   - Топоры, булавы...
   - А также копья, стрелы. И хлысты. После того, как твоя... зверушка, - скривился Харизи, - вышла из себя, я собрал отряд паладинов, и мы, вооружившись хлыстами из Небесной Стали, окружили твою тварь, застегав её до потери сознания, после чего связали хлыстами.
   Ларри подбежал к своей пленённой гидре:
   - Мирида, что случилось?
   - Хозззяин, прошшу васс, раззвязшитсе меня!
   - Я развяжу тебя, Мирида, лишь при условии, что ты обещаешь мне, что оставишь всех паладинов в покое.
   - Но, хозззяин, этот подонок...
   - Успокойся, а то не развяжу!
   - Ладно. Обещщаю... - гидра судорожно дёрнулась, и Ларратос вдруг понял, что ещё никогда она не была так разозлена. И это обещание дала ОЧЕНЬ неохотно.
   Ларри силой воли погасил верёвки хлыстов из Небесной Стали, а затем развязал гидру.
   - Ну, Мирида, рассказывай, что же случилось?
   - Этот подонок, - левая голова гидры кивнула в сторону Бейла Харизи, в янтарных глазах полыхнуло яростное пламя, - оссскорбил вас. В его ссловах я дазже почувссствовала угроззу.
   - Попрошу не называть архимагистра Харизи подонком, - сказал Ларратос своей гидре, - что же конкретно он произнёс?
   - Он ссказал какому-то другому паладину: не нравитсся мне этот Ларратосс! Я чувсствую в его ауре включения Хаосса. Он ссам того не оссозная, скоро сступит во ззло.
   - Господин Харизи, это правда? - спросил Ларратос, строго глядя на несчастного старого паладина.
   - Да, это правда. Я почувствовал в тебе потенциальную угрозу нашему ордену.
   - Да как ты смеешь, Бейл?! - вмешался Элиддин, - если ты не доверяешь моему бывшему ученику, ты не доверяешь мне! Я верю, что он сможет победить Хаммона! Ларратос - Избранник, и он сможет уравновесить Тьму и Свет!
   - Хозссяин, - снова зашипела гидра, явно приготовившись к атаке. - Теперь ты позсссволишшшь его расстерзссать?!
   - Ни в коем случае! - испугался Ларратос. - Мирида, ты обещала...
   - С-с-с-ш-ш-ш! - гидра выпустила три струйки ядовитого пара, но всё-таки сдержалась, покорно улёгшись у ног Ларри.
   - Вот этого-то я и боюсь, - как ни в чём не бывало продолжил Бейл Харизи, - тьма окинула пока только диктатуру Масхон. А стань Хаос и Абсолют вровень, половина мира окажется под пятой Хаммона и тёмного лорда Ларратоса. Я почти уверен, что твой бывший ученик примкнёт к Хаммону.
   - Хозссяин! - жалобно взмолилась Мирида. - Почшшему ты его терпишшшь?! Это вышше моих ссил! Лучшшше убейте меня, но не зсасставляйте слушшшать этого слисссняка!
   Гидру буквально трясло от ярости и невозможности отомстить обидчику. Она не могла нарушить обещание, данное горячо любимому хозяину, но оскорбления Бейла доставляли ей почти физическую боль.
   - Спокойно, Мирида, ничего страшного, - Ларри положил ладонь на загривок левой головы. Изумрудный дракончик тяжело дышал, пытаясь успокоиться; из полураскрытых пастей капала ядовитая слюна.
   - Ты всё утрируешь, Бейл. Равновесие Тьмы и света означает одно - свет окажется наверху, а тьма внизу, в аду, и никогда больше не достигнет мира смертных.
   - Возможно, ты и прав, Элиддин, - сказал Бейл, - ладно, забудем этот инцидент. Что же за кристалл ты нашёл, Ларратос?
   - Кристалл, заряженный энергиями Абсолюта. Или же как-то связанный с ними. Он увеличил мою силу - и, кроме того, указал на Масхон и Шемшию. Согласно моему сну, Арастиор нашёл в Масхоне кристалл, который привёл его сюда и в таинственный город Тааневер.
   - Хм... Тааневер. Никогда не слышал о таком, - Бейл, включив внутреннее зрение, внимательно разглядывал ауру Ларратоса.
   - Я тоже, господин Харизи, но мне кажется, что в других городах Перворождённых я тоже разыщу кристаллы - и подсказки, где найти столицу древней империи, Зумкшуй.
   - Но для этого тебе, адепт Ларратос, придётся съездить в эти города, - недобро произнёс старый паладин.
   Уже совсем было успокоившаяся Мирида вновь подобралась.
   - Понял, господин Харизи. Я отправляюсь в ближайшие дни. Масхон - враждебная страна, поэтому я решил отправиться в Шемшию.
   - Заодно посетим и город паладинов в Шалеме, - натянуто улыбнулся Элиддин, разряжая обстановку. - А по пути, Ларратос, ты вместе со мной посетишь Ривергард - и мы пообщаемся с представителями Альянса по поводу наступающей войны с диктатурой Масхон.
  
   Глава 3
   Великий Альянс
   Два корабля - "Ужас Абсолюта" и "Белый Орёл" - плыли по реке Азур на восток, по направлению к столице Ариады, Ривергарду, в штаб Великого Альянса. Готовилось заседание, способное изменить судьбу всего мира. Гидру и Руханнура решили разместить на разных кораблях, дабы не произошло несчастного случая. Капитаном на корабле "Белый Орёл" был Элиддин, а "Ужасом Абсолюта" командовал Ларратос.
   На корабле Ларратоса помимо гидры плыли Эрана, Зарина, Апион и Беллердаш. С Элиддином плыл его верный танин Руханнур, а также представители совета паладинов Телисии - Маркус Антоний, Эллинор и Бейл Харизи. Ларратос прогуливался по палубе со своей гидрой, а поблизости сидел Апион, по уже сложившейся традиции покуривавший во время плавания трубку.
   В это время Эрана выясняла отношения с Зариной:
   - Эй, ты, почему ты всё время так косо смотришь на моего мужа? - строго спросила Эрана.
   - Потому, что он напоминает... напоминает мне одного хорошего человека, погибшего много лет назад.
   - Напоминает. Но ведь Ларратос - не он.
   - Не он. Но я могу довольствоваться и этим суррогатом.
   - Но он - мой муж! Я не позволю кому-либо делить его со мной!
   - А я - позволю. Он может быть как со мной, так и с тобой. У нас многожёнство - нормальное явление.
   - Но у вас в землях Мизраха женщины воспитаны в неправильном духе! Вас там и за людей не считают. Такими неправильными установками с детства забили твою голову, голову твоей матери и голову твоей бабушки.
   - Мою мать действительно можно не считать человеком, - сказала Зарина, - но я выросла не в землях Мизраха. Да, мой отец вышел из страны Шемшия, и именно он нарёк меня мизрахийским именем. Но в наших землях никто из мужчин презрительно к женщинам не относится: у нас матриархат.
   - Как же позволили мужчины вашего народа стать женщинам правящей группой? Только не говори, что ваши мужчины физически слабее вас!
   - Физически они, конечно сильнее, - согласно кивнула Зарина, - но женщины правят благодаря численному превосходству. Видишь ли, у нас на одного мальчика рождается три девочки. Вот почему у нашего народа война - дело женщин, мужчины же занимаются магией. И хотя у нас распространено многожёнство, мы, жёны, не воспринимаем себя как гарем одного мужа. Скорее, мы, наоборот, воспринимаем его как... как бы помягче сказать... Вещь общего пользования.
   - Вот как? А почему же ты называешь Ларратоса "мой господин"?
   - Он победил меня в бою и пощадил мою жизнь. Я теперь должна быть привязана к нему, пока один из нас не умрёт.
   - Вот как? По-моему, ты просто грязная потаскуха! - не выдержала Эрана.
   - Да как ты посмела меня оскорбить?! - гневно выкрикнула Зарина, и её глаза загорелись зелёным огнём. Зарина подняла правую руку, и неведомая сила подняла Эрану в воздух.
   - Живо отпусти меня, стерва! - выкрикнула волшебница, но Зарина, подняв левую руку, запустила в неё красную молнию. Эрана завизжала, а потом закашлялась.
   - Ну ушшш нет, - услышали дерущиеся девушки шипящий голос, донёсшийся со стороны двери каюты, и оттуда же полетели три молнии. Только теперь они были синими, и метили уже в Зарину.
   Та, отпустив Эрану, мгновенно выхватила из ножен меч, покрывшийся слоем фиолетового пламени. Через секунду клинок поглотил все три молнии.
   В дверном проёме стояла гидра.
   - Не сссметь трогать сссамку хоззяина, - сказала одна из голов гидры, в то время, как две другие смотрели по сторонам, - я уничшштошшу тебя!
   Через три секунды в каюту ворвался Ларратос:
   - Мирида! Ну что опять происходит?!
   - Хоззяин, эта оссобь напала на вашшу самку. Но я зссащшшищаю ваше имущшшество.
   - Запомни, Мирида, - рассеянно проговорил Ларри, осматривая погром, царящий в каюте. - Мы - люди, и у нас нет самок, самцов и вожаков. Эрана и Зарина - женщины. Это правда? - строго спросил он уже у Зарины.
   - Да. Эрана обзывается. Мне не осталось ничего другого, кроме как атаковать её.
   - О, Абсолют! - Ларратос со стоном схватился за голову. - Теперь мне придётся помимо гидры следить и за тобой, Зарина, а то вы без меня можете много чего натворить и разрушить к демонам весь корабль!
   - Просстите, хоззяин, - сокрушённо сказала средняя голова гидры. - Большше не буду нападать ни на кого из экипажша.
   Ларратос только вздохнул: он уже достаточно хорошо знал гидру, чтобы не придавать особого значения таким обещаниям.
   - Ты не будешь, - сказал Ларри, глядя в глаза средней голове, - а что же думают по этому поводу другие головы?
   Мирида удивлённо моргнула.
   - Вы сстранное сущщество, хоззяин, - наконец прошипела она, - ссмотрите на всё двумя глаззами, слушаете двумя ушшами, неудивительно, что вам не понять процессов, что происсходят у меня в головах. У меня три моззга, но вссе думают вмессте.
   - Что-то я не понимаю, - недоумённо произнёс Ларратос.
   - Я, кажется, поняла, - встряла в разговор Эрана, - вот у тебя, Ларри, сколько полушарий мозга - одно или два?
   - Два, конечно.
   - И в то же время у тебя одна личность. Также и у гидры одна личность, несмотря на наличие трёх голов. Что вполне удобно: две головы могут спать, дав своим мозгам отдых, в то время как третья находится на дежурстве.
   - Интересная система, - кивнул головой Ларратос.

***

   Два корабля остановились в речном порту Ривергарда. Когда Ларратос вышел, он увидел, что Элиддин и представители совета телисского ордена уже высадились из "Белого Орла". В отряд включили и Мириду с Руханнуром. К трём старшим паладинам подошёл долговязый мужчина и произнёс:
   - Делегация от ордена Стали и Пламени, как я полагаю?
   - Так точно, - ответил Маркус Антоний.
   - У меня для вас послание от Арктура Марцелла - паладина, осевшего в Ривергарде.
   - Арткура?! Арктура Марцелла?! - возбуждённо выкрикнул Элиддин, - мой старый друг, учившийся в масхонской академии! Что он велел передать?
   - Лишь то, что он ждёт вас на площади Лутара.
   - Хорошо, мы немедленно отправляемся на площадь Лутара, - кивнул Элиддин. - Как туда пройти?
   - Идите по улице Гартмана десять минут на восток, пока не увидите церковь Камриэля-искупителя. Поверните на север, и через пять минут дойдёте до площади Лутара.
   - Спасибо. Мы пошли, - поблагодарил Элиддин, и отряд двинулся на север.
   - Эли, фамилия Лутар мне знакома, - чуть задумался Ларратос, - вспомнил! - выкрикнул он, - Орсун Лутар! Тайный муж Зарины!
   Вышеупомянутая дама слегка покраснела.
   - Лутары - старый аристократический род Ариады, - сказал Маркус Антоний, - до революции был примерно так же влиятелен, как род Меггидо в Гиперборее. После революции Лутары превратились в купеческую династию. Один из них отдал свою дочь замуж за молодого мелкого аристократа из Лесного Края, который тоже был купцом.
   - Откуда? - спросила Эрана. - Что это за Лесной Край?
   - Да уж, не знаешь ты родную историю, - улыбнулся Ларри, - Лесным Краем называют юг Гиперборея и север Масхона. Туда входит и наш родной город Вильин. И Тайверия. Похоже, тайный муж Зарины - потомок аристократического рода Лутаров.
   Зарина ещё более покраснела. Ещё пять минут отряд шёл молча, затем Бейл и Эллинор поотстали от остальной группы.
   - Ну, архимагистр, и что ты думаешь по поводу этого Ларратоса? - поинтересовался старый паладин.
   - Он - парень что надо! - улыбнулся Эллинор. - Уже сейчас он мог бы потягаться с любым из нас, так что, найдя ещё несколько кристаллов, вполне сможет померяться силами и с самим Хаммоном.
   - А тебе не приходило в голову, что он может ПРИМКНУТЬ к Тёмному Лорду?
   Эллинор поперхнулся.
   - Ну у тебя и мысли, Бейл. Какая нелепая идея! Он полон решимости расправиться с Хаосом, его аура идеально светлая, а наставник - весьма опытен...
   - Канис Эсквилл был таким же, Эллинор, - мрачно произнёс Бейл. - Не кажется ли тебе странным, что наиболее сильные паладины, решительнее всего сражавшиеся с адскими тварями, почти всегда становились шеддитами?
   - Так что ж, по-твоему, нам следует обучать только слабаков? - удивлённо произнёс архимагистр. - Такое ощущение, будто ты рассматриваешь каждого паладина не как рыцаря Нуриэля, а как потенциального шеддита!
   Пока происходил весь этот разговор, Ларри, даже не подозревавший о том, что отставшие паладины обсуждают его скромную персону, решил кое о чём спросить своего наставника:
   - Элиддин, а раз наши отношения стали более дружескими - скажем так, фамильярными, не могли бы вы рассказать мне, почему же вас разжаловали из полковников?
   - Понимаешь ли, Ларри... Ладно, расскажу. Мне дали спецзадание - такого типа, как дали нам двоим потом - охрана и доставка важного и опасного артефакта. Ну, это был...
   - Не бойтесь, Элиддин. Мы же друзья.
   - Хорошо. Это был дезинтегратор. Новейшее магическое оружие, полностью уничтожающее на материальном уровне любое существо. Попросту говоря, отправляющее в небытие. Страшно представить себе, что было бы, окажись это оружие у любой армии мира.
   - И вы решили уничтожить его, ибо никакое абсолютное оружие нельзя использовать во благо, не так ли?
   - У меня возникла такая мысль. Но потом я решил, что, если начнётся война с Масхоном, то, благодаря использованию дезинтегратора, можно будет сохранить мир. Принцип меньшего зла, как говорит твоя знакомая Зарина.
   - И что же случилось с дезинтегратором?
   - Я должен был доставить его в город Диамант, однако... Ты не поверишь, но я ПОТЕРЯЛ его. Я подумал, что его могли украсть. Вспомнив, у кого я бывал в тот день, составил список подозреваемых. Их было всего четверо: одна благочестивая пожилая дама, начальник стражи Стейнгарда, Трейк Найгам и ректор магической академии Морис Ательмер. Я доверял всем четверым - и не смог никого обвинить. Возникла идея, что дезинтегратор потерялся, или же его украл кто-то неизвестный.
   Чары поиска почему-то не смогли найти это оружие - скорее всего, неизвестный вор прикрыл украденное какой-то магией. Когда стражники узнали, что артефакт пропал, разразился страшный скандал. Я понял, что подвергаю опасности весь город, а то и всю страну - и согласился уйти из гвардии, дабы, если преступник с дезинтегратором появится, начать с ним собственную борьбу.
   - А разве паладин может противостоять такому мощному оружию? - удивился Ларри.
   - Конечно! Оно стреляет магическими снарядами, которые уничтожают любую живую материю, но никак не горящий меч из Небесной Стали. Поверь мне, в битве с любым магическим снарядом он одержит победу. Но меня не изгнали из стражи. Скандал замяли, и меня просто разжаловали из полковников в майоры.
   - И что же случилось дальше?
   - А ничего, - Элиддин пожал плечами. - Абсолютно ничего. Никто ни на кого не нападал, люди бесследно не пропадали - чаще, чем обычно. И я решил, что либо вор - коллекционер артефактов, либо же он как-то вывез его из страны. А может, оружие украл или нашёл какой-то простой обыватель, а потом положил в сундук - или выбросил, и оно пылится глубоко под землёй или в чердаке. Дальше всё было вполне нормально. В последнее время у меня возникла идея, что артефакт украл Ательмер, но доказательств этому я не нашёл.

***

   Отряд подошёл к площади Лутара, где их уже ждал пожилой человек в оранжевой паладинской мантии:
   - Эли, дружище! Как я рад тебя видеть! - он подбежал к Элиддину, обнял его и похлопал по плечу.
   - Я тоже рад, дружище Арктур, - радостно ответил Элиддин.
   - Небось, тяжело было жить в суровой северной стране, отрезанной от твоей Шемшии Стальным Занавесом Масхона?
   - Поначалу было тяжело, Арктур. Но я привык. А ты всё время счастливо жил в родном солнечном Ривергарда?
   - Да, в Ривергарде. Но нельзя сказать, что счастливо. Я скучал по тебе, по погибшим ученикам масхонской академии, но больше всего я скучал по Канису Эсквиллу, который не погиб, а гораздо хуже - был поглощён Хаосом.
   - У тебя было сообщение для нас, не так ли?
   - Да, Эли. Я, как помощник мэра города, должен проводить вас на заседание Великого Альянса.
   - Тогда пошли, - ответил Элиддин.
   - А кто этот паладин? - спросил Арктур, вдруг обратив внимание на стоящего рядом Ларратоса. - Несмотря на юный возраст, в нём чувствуются опыт и сила.
   - Это Ларратос Мельд, мой бывший таламид, - сказал Элиддин, - представляешь, всю программу - ВСЮ ПРОГРАММУ четырёхлетнего паладинского курса он освоил за два месяца! У нас возникла версия, что он - Шаддай, избранник, приводящий в равновесие Хаос и Порядок.
   - Избранник? - паладин скептически прищурился. - Интересно. Помню, в одной из версий пророчества было сказано: "Он выберет Абсолют - и победят паладины. Он выберет Хаос - и победа будет за шеддитами". Что же ты выберешь, Ларратос? - негромко поинтересовался он, глядя прямо в глаза Ларри.
   Тот был ошарашен таким прямым и немного бестактным вопросом. И поэтому предпочёл не отвечать.
   - Думаю, я знаю, что же ты мне ответишь, Ларратос, - невозмутимо продолжал Арктур, - что ты выберешь Абсолют. Но то же самое вначале говорили и Раиль Хаддад, и Арастиор Скайрис, и Канис Эсквилл, все потом выбравшие Хаос и служение демонам.
   - Позвольте, - вставил своё слово подошедший Эллинор, - Арастиор Скайрис не был демонопоклонником!
   Все присутствующие уставились на него с изумлением. Спокойно это сообщение восприняла только Зарина, ибо она была нейтралкой, и её, похоже, не особо интересовали вопросы добра и зла, служения богам и демонам.
   - Как же так?! - рявкнул Бейл Харизи. - Арастиор Скайрис был шеддитом. Владыкой шеддитов! Как это владыка шеддитов может не быть демонопоклонником?! Шеддиты черпают свою силу в Хаосе - демонических энергиях!
   - Ты не совсем прав, друг, - ответил Эллинор, - да, шеддиты черпают силы в Хаосе. И демоны черпают силы в Хаосе. Но шеддиты не берут силу непосредственно у демонов. Я не считаю, что Хаос можно уравнять со злом, - произнеся эту фразу, Эллинор поймал на себе настороженные взгляды Элиддина, Бейла и Арктура, - боги, ставшие потом демонами, были злыми и до того, как их ввергли в Хаос. Хаос позволяет брать силы из своего гнева, но не всегда является его источником. И шеддит не обязан поклоняться демонам, дабы черпать энергии из гнева. Более того: шеддиты могут получать силу вообще из ЛЮБЫХ сильных эмоций - в том числе положительных.
   - Но ведь, - недоумевал Бейл, - Раиль Хаддад принял титул владыки шеддитов только после того, как стал демонопоклонником.
   - Да, это так. Но он заключил сделку с некромантом Мугдашом - принял демонопоклонничество в обмен на выращенную руку. Попросту говоря, он согласился в обмен на руку стать вассалом ордена тёмных магов "Чёрный Скорпион", представители которого поклонялись демонам.
   - А как же Хаммон? - спросил Бейл.
   - Хаммон принял демонопоклонничество по уже сложившейся традиции. А Арастиор стоял выше традиций. Он понимал, что поклонение демонам окончательно погубит его душу, и поэтому оставался вполне правоверным камриэльцем.
   - Откуда тебе всё это известно, Эллинор? - прищурился Бейл, подозрительно глядя на своего коллегу.
   - Я читал мемуары серых паладинов и шеддитов, бывших соратниками Арастиора. Конечно, Арастиор был человеком-загадкой, и многие факты из его жизни так и останутся тайной, - например, как он принял Хаос, а самое главное - зачем. Но известно, что он не был таким диктатором, как Хаммон. В отличие от Хаммона, который опирался только на грубую силу, Арастиор был хитростным манипулятором, способным вести двойную, а то и тройную игру. Арастиор - истинный политик и дипломат.
   В разговоре возникла пауза. Члены отряда переваривали сказанную информацию. Кто-то не поверил в сказанное, кто-то поверил, кто-то, что называется, намотал на ус. Ларри даже проникся к Арастиору каким-то уважением.
   - А это кто такая? - спросил Арктур, показав рукой на Зарину. - Я ощущаю в ней мощные потоки Абсолюта.
   - Это Зарина, - сказал Ларратос, - она инициирована в паладины своим тайным мужем, шеддитом Орсуном Лутаром.
   - Но она никогда официально не войдёт в наш орден, - отрезал Арктур, - ибо женщинам, как и нелюди, членство в ордене Стали и Пламени запрещено.
   - А знаете что, господин Марцелл, - сказал Ларратос, - паладины, подобные вам - утверждающие, что в нашем ордене нет места нелюди и женщинам - в моём представлении мало отличаются от тех же шеддитов. - Ларратос был доволен достойным ответом малознакомому паладину, который сказал про него самого, что он может впасть в Хаос. Смущённый Арктур Марцелл промолчал. Он не знал, что сказать, и тут его взгляд остановился на Апионе:
   - Мюрид, где твой меч? Ты полностью игнорируешь устав нашего ордена?!
   - Простите, как вы меня назвали? - вытаращив глаза, произнёс Апион. - И какой орден вы имеете в виду?
   - Не прикидывайся дураком, мюрид, - строго произнёс Марцелл, - орден паладинов - не место для шуток! Я вижу твою ауру!
   Апион в ответ на эту фразу вытаращил глаза ещё больше.
   - Прошу прощения, господин Марцелл, - покачал головой Ларри, - но Апион - не мюрид. Цвет его ауры объясняется совсем другими причинами.
   После чего обернулся уже к Апиону:
   - Апион, позволь мне рассказать тебе об иерархии ордена Стали и Пламени. Сначала в наш орден приходит кандидат, и кто-либо из паладинов передаёт ему часть своей силы, которая совсем не ощущается новым носителем. После чего кандидат проходит Испытание Силы - убиение трёх магических существ. Силы Абсолюта пробуждаются в нём. После этого он преодолевает другие испытания - паладины выясняют, что представляет из себя личность кандидата. Затем, если он удовлетворяет всем требованиям, то получает меч из Небесной Стали. А затем проходит последний тест - выявление паладинских наклонностей. После этого он получает одну из трёх специальностей: рыцарь-тигр, рыцарь-дракон и рыцарь осьминог, и по распределению попадает к кому-то из наставников.
   - И что? - спросил Апион.
   - Так вот, кандидат с момента завершения Испытания Силы, когда в нём пробуждаются паладинские способности, и до специализации (и попадания к конкретному наставнику), называется мюридом. Ученик, имеющий специализацию и наставника, называется таламидом. Паладин, закончивший обучение - адепт, а адепт, успешно себя зарекомендовавший за два года и более, становится магистром. А из двенадцати магистров набирают Совет Паладинов. Каждый из них называется архимагистром.
   - Понятно, - ответил Апион, - но причём тут я? Я не мюрид, я не побеждал трёх магических существ. И никто не вручал мне никакого меча из Небесной Стали...
   - И вообще никаких артефактов Абсолюта, не так ли? - улыбнулся Ларри.
   - Никаких. Кроме отмычки, которая открывает все замки. Все... Абсолютная отмычка - она, наверное, и есть артефакт Абсолюта...
   - Да, Апион, - сказал Элиддин, - эта отмычка - артефакт Абсолюта из коллекции Трейка. После того, как отмычка стала твоей, её энергии перешли в тебя.
   - Значит, я могу стать паладином?! - удивился Апион.
   - Нет, - покачал головой Элиддин. - Ты исправился, ты уже не преступник. Но твоя личность пока не соответствует требованиям, которые предъявляют к паладинам. Может, лет через пять, семь или десять ты и станешь паладином - но я пока не могу взять тебя в ученики...
   - Интересно, откуда этот Трейк набрал таких артефактов? - задумался подозрительный Харизи. - И почему он раздаёт их кому не попадя?
   - Что же касается Шаддая, Ларратос, - вновь заговорил Марцелл, - то я далеко не уверен, что это ты. Говорят, будто Шаддай - Утренняя Звезда. Как ты можешь интерпретировать это? Почему ты считаешь, что утренняя Звезда - это ты?
   - Утренняя Звезда - планета Арес, символ войны. Я был воином.
   - Всякий паладин - воин. Но ничего конкретного ты сказать не можешь, не так ли? Жаль. У предыдущих кандидатов имелись доводы покрепче. Давид бен Арье, к примеру, ещё до появления пророчества основал и возглавил легион под названием Утренняя Звезда. Что касается Арастиора, его имя так и переводилось: название "Арес" - сокращённая форма от "Areas Astior", Утренняя Звезда. В древневестландском языке эти два слова объединились в имя "Арастиор". Возьмём же таких кандидатов как Лордевит Фламос и Канис Эсквилл. Они родились в марте, месяце Утренней Звезды. А ты?
   - Я родился в феврале, месяце Белого Тигра. Точнее, эта дата записана в моих документах.
   - Вот видишь! Тебе тяжело попасть под это пророчество.
   - Однако там было сказано, что он будет "могучим как тигр" - парировал Эллинор.
   - И я никогда не сталкивался с человеком, способным справиться с четырёхлетним курсом за два месяца - поддержал его Элиддин. Я уверен, что он - Шаддай.
   Отряд подошёл к зданию Великого Альянса. Заседание должно было скоро начаться.
   - Прошу вас сдать оружие, - сказал охранник.
   - Хоззяин, вмешалась гидра Мирида, всю дорогу скромно молчавшая. - Разрешшите мне поджжарить этого теплокровного мышшака.
   - Кого-кого? - удивился Ларратос.
   - Мышшака. Ссамца мышши. Люди - жжалкие теплокровные тварьки вроде мышшей. Кроме хоззяина, раззумеется, - поспешно добавила гидра, поймав глазами левой головы строгий взгляд Ларратоса.
   - Мирида, ты не должна убивать людей, - внушительно произнёс Ларратос.
   - Поччему, хозссяин?
   - Потому что это плохо.
   - Поччему?
   - Потому что Абсолют против этого.
   - Поччему?
   - Потому что это грех.
   - Поччему?
   -Потому что так нельзя! - раздражённо выкрикнул Ларратос, - представь себе, что убьют тебя - тебе это понравится?
   - Тот, кто на меня нападёт, не усспеет ссам понять, отчего жже он умер.
   - Тяжело с тобой, Мирида! Поэтому вот тебе прямой приказ: оставайся здесь, ни на кого не нападай.
   Элиддин дал аналогичное указание Руханнуру, и отряд зашёл в здание Великого Альянса.

***

   Заседание началось. Апион, Эрана и Зарина остались за дверью -их не пустили в зал заседания, попросив подождать. Октавиан Сулла, председатель Великого Альянса произнёс:
   - Заседание объявляется открытым. Присутствуют: консул Ариады, - означенный консул поклонился, - представители телисского ордена Стали и Пламени, - поклонились Маркус, Эллинор, Бейл и Арктур, - представители королевства Альбион, мизрахийских королевств Бутейн, Шемшия, Харбийя, королевства эльфов Иссар, королевства гномов Хад-Арак, представители северной республики Гиперборей, - при этих словах поклонились Ларратос с Элиддином, - и представители королевств орков Гра-Шакан и Гирдашан, - при упоминании Гирдашана поклонился Беллердаш - он играл роль гирдашанского посла. Также приглашён на заседание великий изобретатель Леон Турарий.
   Мы собрались здесь по важному поводу, - продолжал Октавиан, - диктатура Масхон совершила нападение на республику Гиперборей, которая, хотя и отгорожена от нас Стальным Занавесом, входит в Великий Альянс. Тот, кто объявил войну одной из наших стран, объявляет войну и всему Великому Альянсу. Слово предоставляется представителям республики Гиперборей.
   - Благодарю вас, господин председатель, - сказал Элиддин, - на республику Гиперборей напало несколько передовых отрядов Масхона. Они заключили союз с пиратами, могущественным чернокнижником и гиперборейскими повстанцами-монархистами. Также Масхон использовал против Гиперборея гомункулусов, искусственных людей. А вели атаку масхонцев два владыки шеддитов. Великая угроза нависла над всем Вестландом! Страны Великого Альянса должны подвести к масхонским границам все войска, и в случае удара в любом направлении со стороны Масхона немедленно перейти в контрнаступление.
   - Мы сожалеем касательно нападения Масхона на вашу страну, - сказал консул Ариады, - однако, у нас слишком много внутренних проблем, дабы послать свои войска на помощь Гиперборею. У нас мало войск, и я боюсь их все потерять.
   Элиддин и Ларратос уже слышали похожую фразу, но в более грубой форме - со стороны гирдашанских орков.
   - Мы тоже помочь вам не можем, - сказал посол от эльфов, - начинается война людей между собой, а мы пока не хотим туда вмешиваться.
   - Я никогда испытывал особой симпатии к эльфам, - сказал, встав, посол от гномов, - однако, я полностью поддерживаю эльфийского посланника.
   - Пр-редатели! - встал высокий орк, посланец от королевства Гра-Шакан, - мы, представители так называемой "нелюди", прожили бок о бок с людьми - кто в своих странах, а кто в людских. Люди торговали с нами, делились своими знаниями и изобретениями, а вы хотите попросту спрятать голову в песок!
   - Ах ты зеленомордый ублюдок! - разъярился гном, - зря мы не добили ваших тысячу лет назад!
   - Похоже, в Ариаде распространяются хаотические энергии, Ларри, - шепнул Элиддин Ларратосу, - ничего тебе не напоминает?
   Ларри кивнул головой: он понял, какая ситуация вспомнилась его наставнику.
   - Господа! Господа! Успокойтесь! Минуточку внимания, - произнёс Октавиан Сулла, - именно благодаря бездействию Великого Альянса республики Перифия и Келония были завоёваны набирающей силы диктатурой Масхон. Хотя именно тогда Альянс мог без проблем справиться с этой страной. Но мы должны исправлять наши ошибки. С нашего молчаливого согласия Масхон становится всё сильнее и сильнее, и если мы не предпримем никаких мер, победить его будет невозможно.
   - Одумайтесь, господа, - произнёс Элиддин, - если вы сейчас откажетесь помогать стране Гиперборей, что же будет с вашей репутацией? Кто согласится защищать ваши страны от захватчиков из Масхона? Промедлим немного - и все окажемся под пятой лорда Хаммона. Особенно это касается вас, господа эльфы и гномы. Масхонцы не будут возиться с вами и насильственно обращать в демонопоклонничество. Они просто вырежут ваши страны.
   - Господа, - продолжил председатель, - я настоятельно рекомендую всем странам, входящим в Великий Альянс, провести голосование: стоит ли продвигать союзные войска к границам Чёрной Страны или же не стоит? Предупреждаю: голосование открытое. Кто за подвод войск ко границе?
   Подняли руки все, кроме, как и предполагал Элиддин, представителей Ариады, Иссара и Хад-Арака.
   - Отлично, - продолжил председатель, - кто против?
   Подняли руки представители эльфов и гномов. Консул Ариады воздержался от голосования.
   - Благодарю вас, господа! Голосование окончено. Каждая сторона обязуется выдвинуть свои войска к границам Масхона.
   - Нет, - встал посланник гномов, - мы отказываемся выдвигать свои войска. Нам всё равно, выдвинут ли свои войска представители других стран, и за что они проголосовали. Я выражаю позицию Горного Короля, который голосует против - и не будет выдвигать свои войска. Откровенно говорю: Горный Король не уверен, что войска Альянса одержат победу, поэтому лучше не рисковать конкретно нашими войсками.
   - Прошу не игнорировать решения коллектива, частью которого вы являетесь, - парировал консул, - если вы будете пребывать в упрямстве, я исключу вас из состава Великого Альянса. Подумайте над этим предложением.
   - Минуточку внимания, - вмешался Элиддин, - если кто-либо не уверен в победе, тут поможем мы, паладины. Ларратос Мельд - кандидат в Избранники, и сейчас он следует по следу одного из паладинов, что мог уничтожить Хаос. Если у Ларратоса всё получится, Хаммон и его шеддиты потеряют свою силу, и чёрная мгла покинет страну Масхон. Пока Великий Альянс будет биться с Масхоном, тот может получить крепкий удар в спину от рук Избранника. Тогда победа будет однозначно за нами.
   - Господа, если вам не хватает воинов, - вмешался Леон Турарий, - придётся организовать дополнительное производство боевых механических големов. Я обязуюсь поставить армии Ариады чертежи новых моделей.
   - А я тогда возьму на себя ответственность за их производство, - произнёс консул Ариады.
   - Так и быть, - скривился представитель гномов, - мы предоставим свои войска Великому Альянсу. Но я всё равно уверен, что из этого ничего путного не выйдет.

***

   Пока шло заседание, Руханнур с Миридой откровенно скучали.
   - Интересно, удастся ли паладинам добиться своего? - задумчиво произнёс бронзовый ящер.
   - Ш-шшш! - прошипела гидра. - Не сссмей ссомневатьссся в хозссяине!
   - Это ещё почему? Кроме того, Ларри - не мой хозяин.
   На это заявление гидра никак не прореагировала. Танин на какое-то время умолк, а затем поинтересовался:
   - Кстати, я давно уже хотел узнать: почему все гидры такие злюки?
   - Сс-сссшшш! - недобро сверкнула глазами Мирида.
   - Впервые вижу дракона, который шипит и плюётся в ответ, что бы ему ни сказали. Такое ощущение, что любое существо вызывает у тебя жажду убийства!
   - Не любое, - злобно произнесла гидра. - Но жшшёлтая ящшшш...
   Она вдруг осеклась и начала осматриваться.
   - В чём дело? - удивлённо прогудел Руханнур. - Языки проглотила? Все три?
   - Хаоссс! - прошипела Мирида. - Чшшшуссствую приссутсствие...
   В этот момент к драконам подошли Ларратос и Эрана с Зариной.
   - Мирида, опять шипишь? - улыбнулся он. Увидев хозяина, гидра немедленно успокоилась, и вся компания двинулась по направлению к кораблям.

***

   А Элиддин после окончания заседания задержался, дабы побеседовать с Маркусом и Бейлом:
   - Господа, я ощущаю хаотические энергии в Ариаде. Это означает одно: вскоре здесь повторится то, что было в Гиперборее. Тут явно не обошлось без хаотических храмов и культистов, чьи гуру происходят из Масхона. И народ может сам свергнуть режим, после чего последует вторжение из Диктатуры - и страна покроется чёрной мглой. Надо уничтожить храмы и разобраться с культистами. У нас с Ларратосом уже есть опыт в этом деле, однако мы отплываем на поиски кристаллов цивилизации Перворождённых. Поэтому уничтожить хаотические храмы придётся вам. А мы сейчас отплываем в Шемшию.
   - Понятно, Элиддин, - сказал Маркус.
   - Похоже, мои опасения подтвердились, - нахмурился Эллинор, который стоял рядом и слышал весь разговор.
   - Опасения? - переспросил Бейл.
   - Граница с Масхоном хорошо охраняется, но масхонцы оказались хитрее. Они прорыли туннель и тщательно замаскировали его от паладинов и магов. Но мне удалось его обнаружить и разрушить, хотя и пришлось сразится с владыкой шеддитов.
   - Ты победил его?
   - Нет, произошёл обвал который разделил нас. Мне удалось подслушать конец разговора этого шеддита с каким-то масхонским офицером - они говорили что-то о скором падении Ариады.
   - Это не внушает оптимизма.
   - Именно. Тогда я удивлялся - зачем им этот тоннель? Теперь понятно что они переправили в Ариаду своих шпионов, дабы основать здесь культ Хаоса. Но есть две странные вещи, которые не дают мне покоя.
   - Какие?
   - Во-первых, доспехи этого шеддита. Они были сделаны не из чёрного металла демониума, а из тёмно-багрового.
   - То есть, ты хочешь сказать...
   - Да, из адского железа. Из него демоны делают свои доспехи, этот металл усиливает их хаотические способности. Но его можно найти только в демонических мирах, и нам плохо придется, если масхонцы сумели его заполучить.
   - А вторая?
   - А вторая вещь - вот это, - Эллинор достал тот медальон с изображением весов, на чьих чашах были книги и реторта. - Это эмблема масхонской Королевской гильдии Алхимиков. Её оборонил тот шеддит.
   - Что это за гильдия?
   - Она была основана, когда Масхон был монархией, и после революции 1212 года сохранила своё название. Это было общество виднейших учёных, причём не только алхимиков. Они имели большоё влияние, но почти никогда им не пользовались - их главной целью были знания. Когда Хаммон захватил власть, он истребил большую часть гильдии. Оставшаяся часть ушла в подполье и продолжала борьбу с диктатурой. Точно не известно чем закончилась борьба, я думал, что Хаммон всё-таки одолел алхимиков.
   До того дня как мне в руки не попал этот медальон...

***

   Элиддин и Ларратос шли на свои корабли. Экипажи также собирались в долгий путь, на мизрахийский континент.
   - Господа паладины, не против ли вы, если и я присоединюсь к вам? - заинтересованно произнёс Леон, - я тоже хочу исследовать руины Перворождённых и их технологии.
   - Без проблем, Леон, если вы хотите, можете ехать с нами, - произнёс Элиддин.
   Экипажам "Белого Орла" и "Ужаса Абсолюта" предстоял очень долгий путь.
  
   Глава 4
   Дорога на восток
   - Так это и есть тот самый легендарный адамант? - скептически произнёс Бейл Харизи, разглядывая клинок Эллинора.
   Оба паладина, проводив корабли "Ужас Абсолюта" и "Белый Орёл", теперь возвращались обратно в здание ордена.
   - Ну да, - улыбнулся Эллинор. - Маленький подарок от Стейнгардских алхимиков. Как я понял, им удалось раскрыть секрет этого металла.
   - И что ж, адамантом действительно можно убить демона? С трудом верится...
   - Малого демона в принципе можно и обычным оружием прикончить, - улыбнулся Эллинор. - А тех, кто посильнее - Небесной Сталью.
   - Неужели, - удивился Харизи, - адамантовый клинок прочнее наших?
   - Увы! Этот металл довольно мягок: два-три удара Небесной Сталью - и адамантовый меч сломается.
   - Ну и зачем он тогда нужен? - мрачно произнёс старый паладин.
   - Он защищает своего владельца от хаотических энергий, - просто ответил Эллинор. - Да и от Абсолютных тоже. Применять магию либо энергетические воздействия вблизи такого клинка может лишь самоубийца.
   - Это всё пустые умствования, - скривился Бейл. - Может, продемонстрируешь эту железку в действии?
   - Запросто! - усмехнулся магистр. - Как насчёт небольшого поединка?
   - Защищайся! - Харизи выхватил свой клинок, зажигая его небесным огнём.
   Эллинор же вытащил адамантовый меч, в солнечных лучах тускло блеснувший фиолетовым. Короткое заклинание - и клинок покрылся слоем инея, над которым заклубился морозный пар.
   Бейл, широко размахнувшись, обрушил пылающий меч на своего противника. Улыбнувшись, Эллинор чуть посторонился и боковым ударом отвёл клинок в сторону, стараясь не подставлять драгоценный адамант под заточенное лезвие. Столкнувшиеся мечи коротко фыркнули, и небесное пламя вдруг сдуло с меча Харизи. Синий огненный факел ударил прямо в лицо Бейлу.
   - Проклятье! - паладин выронил меч и отступил на несколько шагов, пытаясь залечить ожоги мощью Абсолюта. Получалось отчего-то плохо. - Ты что, рехнулся?! Это тренировочный поединок, а не магическая дуэль!
   - Адамант искажает энергетические потоки, - пожал плечами Эллинор, вбрасывая меч обратно в ножны. - Не зажги ты свой меч - и ничего бы не случилось. Как я уже говорил, любые амулеты, артефакты, любая магия и любое энергетическое воздействие вблизи адаманта недопустимо.
   - Впечатляет, - буркнул Харизи. - Такое ощущение, что у меня вся аура перевернулась... И как только ты сам ходишь с таким?!
   - Ну, он действует лишь при охлаждении, - улыбнулся Эллинор. - Охлаждаешь его коротким магическим импульсом - и несколько минут полной защиты гарантировано...

***

   Два корабля - "Ужас Абсолюта" и "Белый Орёл" - плыли по Эденскому морю. За день они миновали невзрачный с первого взгляда остров Эден, вокруг которого уже многие века крутилась жизнь всей Эрты. Согласно проповедям Камриэля и предшествовавших ему мизрахийских пророков, люди были сотворены именно на этом острове. Вот почему за него всё время сражались - Войны Веры в этих местах были особенно яростными. Им владели то мизрахимы, то жители Ариады. Теперь же остров стал провинцией Ариады с административным центром Этрурия.
   Миновав с севера Эден, суда поплыли на северо-восток вдоль северо-западного побережья мизрахийского континента. Согласно картам, на севере находился таинственный остров Сельвин. Морякам не рекомендовалось заплывать далеко на север, поэтому корабли плыли вдоль северного берега мизрахийского континента - остров Сельвин был окружён аномальными зонами, преодолеть которые удавалось очень и очень немногим. Мало кто вообще знал, что за народ живёт на острове. Одни источники говорили, что это люди, только очень странные. Другие же утверждали, будто бы там обитают не менее странные эльфы. А третьи рассказывали, что столкнулись там с неведомой расой, не похожей ни на что виденное ранее.
   Ларратос тренировался с Элиддином в фехтовании на деревянных мечах. Бывший наставник использовал один меч, Ларратос - два. Ибо в настоящем бою он также использовал бы два меча - Зариндуил и Альмарильон (последний он отобрал у ныне покойного Кархана). У Ларратоса почти не было опыта двуручного боя, поэтому Элиддин успевал блокировать все удары одним мечом. Но вскоре Ларратос уже набил руку в бою с двумя мечами, и в битве с Элиддином выходил победителем. За их боем, словно зачарованная, наблюдала Зарина:
   - Не помню я, Ларратос, чтобы ты когда либо был двурушником...
   - А мы не так давно знакомы, - ответил Ларри, отбивая мечом, что в левой руке, выпад Элиддина.
   - Ты такой мощный и ловкий, - восхищённо произнесла девушка, - прямо альтанун.
   - Кто-кто? - изумлённо спросил Ларратос. Правда, изумление не помешало ему отбить правым мечом удар бывшего наставника.
   - Альтанун - "танцор молний". Так у нашего народа называются могучие воины, орудующие двумя мечами. Они сочетают огромную силу с невероятной ловкостью и быстротой. Несмотря на внушительный размер, альтануны молниеносно передвигаются в ночи - только клинки сверкают, за что эти воины и были названы танцорами молний.
   - Зарина... Кто ты? И откуда? - уже в который раз спросил Ларратос.
   - Я пока не могу сказать, - ответила Зарина, - но я вижу, ты стал значительно быстрее и ловчее с момента нашей последней битвы. Может сразимся? - томным голосом произнесла она, и её глаза блеснули зелёным огнём.
   Вообще, этот огонь немного пугал Ларратоса. За то короткое время, что он знал Зарину, Ларри уже успел понять, что эта вспышка в глазах его новой знакомой означает либо гнев, либо очень сильный интерес. И по ночам, едва завидев пару светящихся зелёных огоньков, он понимал, что рядом Зарина. Ларри никогда не видел, чтобы у человека в темноте светились глаза. Даже у шеддитов они (и без того красные) горели лишь в минуты очень сильного гнева. Вот почему паладин побаивался этих хищных зелёных глаз - особенно по ночам. Вдруг Зарина решит с ним... короче говоря, полезет к нему в постель и захочет с ним переспать. И самое страшное, что это может увидеть Эрана. Поэтому, увидев ночью пару зелёных огоньков, Ларри просто делал вид, что не замечает их, и шёл дальше.
   Теперь же Ларратос и сам чувствовал, что стал сильнее с момента последней битвы с Зариной, и сказал:
   - Наставник... То есть, Эли. Вы не против, если в бой вступит Зарина?
   - Нет, Ларри, я не против, - улыбнулся Элиддин, кинув Зарине деревянный меч. Та на лету поймала тренировочное оружие и прыгнула к Ларратосу. Он ожидал этого, отбив выпад девушки левым мечом, в то время как сзади к нему подкрался Элиддин. Ларратос почувствовал это и мгновенно переместил за спину правую руку.
   Зарина двигалась очень быстро, Элиддин - чуть медленнее, но Ларратос умудрялся не только уследить за обоими и блокировать их удары, но и нападать самому. Он встал в стойку скорпиона, крибат акраб, позволяющую манипулировать противниками в бою. Хм, вот они, Элиддин и Зарина, нападают на Ларратоса. Думают, что действуют сами по себе, а на самом деле, по его указке. Ибо кажется, что он применяет простейший атакующий стиль, стиль льва. И Элиддин с Зариной, естественно, приняли защитную стойку медведя. Ларратос применил ложные атаки. Элиддин и Зарина отбивались от выпадов Ларратоса, всякий раз делая шаг назад. Именно этого-то он и ждал. Ларри загнал как Элиддина, так и Зарину в угол. Элиддину он очертил восьмёрку на груди правым мечом, а Зарине провёл по шее левым. В реальном бою это означало бы убиение двух могучих противников.
   - О, Абсолют! - воскликнул Элиддин, - да с такими боевыми навыками ты мог бы и с Хаммоном справиться, - а потом добавил: до того момента, как он приобрёл шлем Тарадаша, резко увеличивающий его силы.

***

   В это же время в страну Шемшия плыл ещё один корабль, "Серебряный меч". С севера. Из республики Гиперборей. Ледники почти сошли с Северного моря, и судно легко выплыло в океан Спокойствия. Корабль обогнул остров Сельвин с севера, а потом и с востока. "Серебряный меч" шёл на магическом двигателе, чары также резко ускоряли его движение. С первого взгляда было понятно, что владелец корабля - могущественный маг. К тому же занимающий крупный пост в своём родном городе. Дабы отправиться в эту поездку, ему пришлось передать бразды правления своей организацией одному из заместителей.
   Сам владелец не спеша прохаживался по палубе, а в его кармане лежал древний камень душ. Естественно, владельцем корабля был Трейк Найгам - глава стейнгардской гильдии боевых магов. Он плыл в страну Шемшия, чтобы исследовать камень, в котором находились аж две души - демона и могучего мизрахийского чернокнижника по имени Азиз Шакир. Конечно, Трейк мог использовать камень душ для создания очень мощного оружия, однако, этот артефакт сильно отличался от остальных - хотя бы тем, что оказался очень древним. Элиддин утверждал, будто бы, по словам орков, этот камень создал лидер падших орков, Тарадаш. Однако Трейк с первого взгляда определил, что камню более двух тысяч лет, и его создали задолго до рождения Тарадаша. Более подробный анализ показал, что камень душ был создан на мизрахийском континенте, на территории страны Шемшия. Поэтому Трейк плыл туда, дабы связаться с магами Шемшии и вместе с ними исследовать, кто же и когда создал этот камень и какие у него особенности. Конечно же, он не может быть таким же мощным, как и современные камни душ, но в нём явно ощущалось нечто особенное, какие-то дополнительные возможности. Мизрахиец, создавший в древности этот камень, был явно хитёр и предусмотрителен, и исследование камня могло многое дать Трейку.
   - По-моему, вы сами себе создаёте проблему, - послышался сзади гудящий голос. Конечно же, это был тот самый давешний голем. Он выглядел почти так же, как и раньше, только теперь у него появилось лицо. Или то, что его заменяло - лицевая часть сильно напоминала оскал скелета и была сделана из костеобразного материала.
   - Разве?
   - Я думаю, что этот камень нужно уничтожить.
   - Это было бы здорово, но ведь тогда его пленники освободятся...
   - И что? - голем был непреклонен. - Мы можем заранее подготовиться к схватке: я возьму на себя демона, а вы - того чернокнижника. Сомневаюсь, что они сумеют победить - здесь, на вашем корабле, где куча охранных чар...
   - И всё равно есть риск, что кто-то из них сбежит, - вздохнул маг.
   - Мне кажется, этот риск оправдан.
   - Не буду спорить, - улыбнулся Трейк. - Но подумай: зачем рисковать, если можно сделать то же самое вообще безо всякого риска?
   На этот раз голем не нашёлся, что ответить. А вскоре "Серебряный меч" остановился в портовом городе Тель-Йаар, уже на протяжении нескольких веков бывшем столицей Шемшии. Именно в этом городе и ждала Трейка магическая академия этой солнечной страны.

***

   Два корабля приближались к городу Тель-Йаар - из исторических книг Элиддин знал, что этот город стал новой столицей страны Шемшия. Стояла чёрная южная ночь. Ларратос не знал, что происходит на корабле Элиддина, но на его собственном судне всё казалось спокойно: гидра спала. Эрана практиковала заклинания, Апион восхищался своей новой способностью - отпиранием любых замков и дверей без отмычки. Леон мастерил механического голема. Беллердаш варил какое-то зелье, которое, как он сообщил однажды Ларратосу, способно облегчить коммуникацию с духами. Что же, занятно.
   Сам Ларратос сидел на капитанском мостике в позе лотоса и окидывал судно внутренним оком. Зарина молча за ним наблюдала. Вообще, Ларратосу очень не нравилась её способность часами неподвижно стоять и наблюдать - к тому же сейчас, в темноте, её глаза опять светились.
   Уже долгое время Ларратоса мучила одна загадка: кто он таков на самом деле, человек с мощным магическим даром, выдающимися боевыми способностями и знанием двух языков, если не считать свеого. Кто его родители? Где его родина? Эти вещи так и не хотели вспоминаться, в отличие от колдовского дара.
   - О чём ты задумался, мой господин? - услышал он голос Зарины, - ты, кажется, глубоко ушёл в себя.
   - Я задумался о магии, - ответил Ларратос, открыв глаза и встав из позы лотоса.
   - О магии... Что же мы знаем о магии? - мягко произнесла Зарина. Ларри на всякий случай отодвинулся.
   - Что это дар, которым одним достаётся по праву рождения, а другим надо трудиться, дабы заполучить его...
   - Хочешь сказать, магия - это дар от богов?
   - От богов? Возможно! У меня есть идея!
   - Какая же?
   - Как маги, так и паладины - подобие богов. Неполноценные боги, скажем так. Способности паладинов соответствуют способностям низших богов и демонов. Они сильно ограниченны. Паладин обладает божественной сущностью, но не может повелевать энергиями холода, как бог зимы Карерон. И как воздушный или водный маг!
   - Что ты хочешь сказать?
   - Маги тоже подобны богам. Их способности так же многосторонни, как и способности богов высшего и среднего уровня. Только эти способности гораздо слабее...
   - И опираются не на силу Абсолюта, а на энергию, которую принято называть маной, - произнесла Зарина, - да уж, подобие.
   - Именно подобие! Паладины, в отличие от высших богов или магов (разумеется, те, что сами не являются в это же время магами), не могут вызывать дождь, ходить по воде и превращать сок в вино и наоборот, но у них есть божественный потенциал! - на этот раз загорелись уже глаза Ларратоса, - и на него, а не на ману, может опираться магия.
   - Думаю, это невозможно, - вздохнула Зарина.
   - Возможно, - уверенно сказал Ларратос, - я сам не раз такое наблюдал. Шакир создавал магических существ - элементалей, используя в качестве подпитки артефакты Хаоса. И Трейк Найгам, глава гильдии боевых магов, проделывал подобные вещи. Он даже создал себе аватара, на что способны только боги и паладины!
   - Что ты этим хочешь сказать?
   - Шакир и Трейк практически стёрли грань между магами и паладинами. Всякий, кто сотрёт её полностью, станет действительно существом божественного порядка.
   - Думаешь, что сможешь объединить в себе магию и Абсолют, стать божественным магом?
   - Я попробую, - сказал Ларратос, - он вновь закрыл глаза и встал в позу лотоса. Он сосредоточил свою сущность на Абсолюте и произнёс заклятие огненного шара, вскинув вверх руку:
   - Кадур ан-нур!
   - Ну как, получилось? - спросила Зарина.
   - Нет, - Ларратос покачал головой. Он вновь сосредоточился на энергии Абсолюта - и мысленно заставил её создать огненный шар, швырнув его вверх. Даже на заклинание не отвлёкся. И шар создался из воздуха, послушно взмыв в воздух.
   - Как это ты создал огненный шар без произнесения заклинания? - изумилась Зарина. - Я чувствую в нём энергии Абсолюта.
   Да, Ларратос и сам ощущал в своём огненном шаре абсолютные энергии. К тому же шар был не красным, а синим, как цвет пламени его меча. И он слушался Ларратоса.
   - Да! - восхищённо воскликнула Зарина, - ты Шаддай, всемогущий! Ты действительно - паладин из пророчества! - и Зарина прыгнула, на Ларратоса, завалив его на пол. Естественно, не из агрессивных побуждений, а наоборот. От любви.
   Как и опасался Ларратос, именно в этот момент открылась дверь и зашла Эрана.
   - Я слышала здесь шум, крики, - объяснила она своё появление, - о, Боги! - воскликнула она, увидев Ларратоса под Зариной, которая его активно целовала и пыталась снять с него одежду, - что это такое, Ларри?
   - Она сама на меня залезла, - оправдывался паладин.
   - А ты, вижу, не особо сопротивляешься?
   - Просто, если я буду сопротивляться, я применю к ней силу. А я привык, что девушек избивать нельзя...
   Но Зарина и сама застеснялась присутствия Эраны и слезла с Ларратоса.
   - Эрана, я это... - пробормотал Ларратос, - я бы хотел позаимствовать у тебя кое-какие книги...
   - Искусство любви у народов Востока? - прошипела Эрана, но Ларратос услышал, что в этой фразе была скорее не агрессия, а ирония.
   - Нет, - уже увереннее произнёс паладин, - книги по магии. По огненной магии, ты же у нас огненная волшебница, не так ли? Я обнаружил новый способ стать могущественным магом и хочу его использовать. А то что из меня за маг с ограниченными знаниями?

***

   Два корабля прибыли в город Тель-Йаар. По природе он очень походил на Ривергард, ибо располагался ненамного южнее. Те же пальмы, те же кипарисы, то же южное небо. Только дома другие - белокаменные дома, как и в Стейнгарде. Разве что немного более квадратные, с плоской крышей. Хотя часть домов, напротив, обладала круглой крышей. Возле некоторых зданий стояли башенки минаретов, а местность была холмистой.
   - Шемшия. Муладат, - оказавшись в родной стране, Элиддин произнёс фразу на родном мизрахийском языке.
   - Бакар туб, - произнёс портовый служащий Тель-Йаара, - буррак ата ле Тель-Йаар!
   - Бакар туб, - ответил Ларрратос.
   В течение двух часов таможенники опрашивали на мизрахийском языке Ларратоса и Элиддина о цели их визита в Шемшию, о содержимом их кораблей и о членах экипажа. После того, как капитаны были опрошены, служащие приступили к опросу членов экипажа. Оказалось, что все таможенники в той или иной мере владеют вестландским языком.
   Элиддин планировал также навестить и монархическую семью Шемшии, ибо столица переместилась из Шалема в Тель-Йаар. Но в настоящий момент времени не имелось. Была миссия от Великого Альянса - странствовать вместе с Ларратосом, ищущим средство уничтожить Хаос и наставлять его на путь истинный, дабы он не пал во тьму. Конечно, формально Ларратос уже адепт, но, как видел Элиддин с высоты прожитых лет, его опыта маловато для того, чтобы без присмотра старших исполнить такую важную миссию. К тому же, несмотря на то, что его силы и паладинские навыки полностью соответствуют требованиям адепта, а то и (Элиддин этого никому не рассказывал) магистра, знаний по истории ордена и паладинской этики у него всё же поменьше, чем у большинства адептов.
   Так что Элиддин пообещал себе, что навестит султана и его семью после того, как вместе с Ларратосом отыщет кристалл, который, если верить другому кристаллу, найденному в горах Ариады, должен находиться в районе старой столицы Шемшии, Шалема. А если верить новостям, нынешний султан - Юсуф аль-Кахаби, двоюродный пра-пра (и ещё шестнадцать раз пра) племянник Элиддина.
   Именно в Шалеме находится мизрахийский орден паладинов. Город Шалем имеет три уровня. У подножия горы - бывшая столица Шемшии. На несколько вёрст выше - священный город паладинов. А на самой заснеженной вершине - рудники, где паладины добывают Небесную Сталь для своих мечей.
   - Что же. Тель-Йаар, - сказал Элиддин, - тот самый город, из которого я почти четыреста лет назад выплыл в Масхон. Пора возвращаться в Шалем. Согласно картам, что мне показывал в Телисии мой земляк Бейл Харизи, в Шемшии построили железную дорогу, соединяющую старую столицу и новую.
   - Элиддин, а зачем было перемещать столицу? - спросил Ларратос.
   - Здесь, на севере страны, более мягкий климат, много воды. А там, где находится Шалем - горы, пустыни и немногочисленные оазисы. Тут более благоприятное место для столицы. Хотя, думаю, есть и другая причина. Тот из моих родственников, что перенёс столицу, мог быть политическим интриганом, попросту боявшимся целого города паладинов, находящегося сверху над его столицей.
   - Что же, вероятно.
   - Согласно тому, что сказал таможенник, - произнёс Элиддин, - железнодорожный вокзал находится в центре города, недалеко от памятника Кутиэлю бен Шалиму. Идём на юго-восток.
   Экипаж двух кораблей пошёл по направлению к вокзалу, ведя гидру и танина. Ларратос с любопытством смотрел по сторонам. Он никогда не видел вживую мизрахийских городов - квадратные дома, верблюды и ишаки, вполне гармонично сочетающиеся на улицах города с самоходными повозками, множество рынков, висящие на улице ковры.
   С любопытством смотрел на город не только Ларратос. Весь экипаж никогда ранее не видел мизрахийского города. Но больше всего, пожалуй, было любопытно Элиддину, который поначалу ожидал увидеть нечто совершенно другое.
   - Не может быть! - восхищённо произнёс Элиддин, - я не узнаю своей родины! Множество самоходных повозок, магазинов, банков! Город стал таким современным за моё отсутствие! И что самое удивительное, так то, что женщины ходят без паранджи! Похоже, наше общество избавляется от древних предрассудков!
   - Ну привет, Элиддин, - услышал старый паладин чей-то голос с чётким стейнгардским выговором. Уж чего он не ожидал услышать внезапно в Тель-Йааре - так это фразы на вестландском языке. Обернувшись, Элиддин увидел Трейка.
   - Трейк, дружище! Что же ты здесь делаешь?
   - Я прибыл сюда исследовать камень душ, в котором находится сущность нашего знакомого джинна Шакира. Этот камень создал могущественный маг из Шемшии, живший более двух тысяч лет назад, поэтому я решил, что волшебники из местной академии помогут мне поближе познакомиться с природой этого камня и узнать, кто же его создал. А что тебя занесло на родину? Сошедшие льды?
   - И они тоже. Я наконец-то смог вернуться. Я обязательно пообщаюсь с тобой и моими родственниками - семьёй султана, но меня привело в Шемшию ещё кое-что: миссия Ларратоса по исполнению пророчества об Избраннике. Кроме того, мы останавливались в Ариаде - дабы заручиться поддержкой Великого Альянса.
   - Интересно, - произнёс Трейк. - Я уже примерно представляю себе, как прошло это заседание. Нелюдские расы, к сожалению, страдают ксенофобией - как ни крути, а тут они с Хаммоном сходятся. Да и люди вряд ли проголосовали за объявление войны Масхону.
   - Ну, о войне речь и не шла, - улыбнулся Элиддин. - Нам удалось убедить Альянс всего лишь подвести войска к масхонским границам.
   - Однако и это немало, - произнёс Трейк. - Правда, за Гиперборей я как раз не беспокоюсь.
   - Почему же? - удивился Элиддин.
   - Во-первых, эта страна особо не интересует Тёмного Лорда. Он и напал-то на нас лишь потому, что не считал серьёзными противниками. Нет, если Хаммон начнёт массовую интервенцию, то его основными целями станут Ариада и Шемшия - ведь там ещё сохранились паладинские ордена.
   - А во-вторых? - первый аргумент, похоже, не убедил Элиддина.
   - А во-вторых, - улыбнулся Трейк, - после случая с монархистским восстанием консул всерьёз озаботился укреплением границы с Масхоном. Надо сказать, что Гиперборей сейчас в самом выгодном положении: власть консула сильна как никогда, а правитель он очень хороший (возможно, даже один из лучших за всю историю республики). Кроме того, наши маги, уж извини за нескромность, тоже лучшие.
   Так вот: недавно было принято решение укрепить границу при помощи магии. Сейчас там работают отряды магов-погодников, вся наша гильдия, множество оркских друидов (в том числе гирдашанских) и даже кое-кто из эльфийских магов.
   - Не думаю, что магическая защита поможет против шеддитов, - вздохнул Элиддин.
   - Поможет, ибо эта защита особого сорта. Мы не собираемся возводить какие-либо магические барьеры, стены либо ловушки (ибо их масхонцы живо бы сняли). Вместо этого мы проводим небольшое изменение климата - так сказать, зимнюю полосу. Эта зима и так, судя по всему, будет довольно суровой, а уж вдоль границы она станет поистине адской. Масхонская армия попросту не сумеет войти в Гиперборей.
   - Ну-ну, хотелось бы надеяться, - Элиддин, похоже, так и не поверил в эффективность подобных мер.
   - Да, кстати, - вдруг оживился Трейк, - А что же Избранник должен сделать в Шемшии? Мне бы хотелось поучаствовать и в этом деле.
   - В горах Ариады я нашёл пещеру, а в ней - кристалл, существенно увеличивший мои силы, - ответил Ларратос, - более того: я получил указания, где искать другие такие кристаллы. Один из них находится здесь, подле Шалема. А собрав их все, я рассчитываю найти столицу империи Перворождённых - расы, сумевшей победить Хаос.
   - Что ещё интересного было в пещере? И кто такие Перворождённые? - немедленно заинтересовался маг.
   - Там были боевые големы-скорпионы. И сторожевые големы, способные разговаривать на любом языке. Думаю, мы не достигнем таких технологий и через две тысячи лет. Пришлось изрядно повозиться, чтобы уничтожить этих тварей. А Перворождённые - раса, которая правила нашим миром двадцать одну тысячу лет назад, именно тогда и были поставлены эти големы. Сами эльфы были рабами у Перворождённых, в то время как люди ещё даже не были сотворены.
   - Боевые големы, с которыми тяжело справиться? Эта работа как раз по мне, - заинтересованно произнёс Трейк. - Когда, Ларратос, они были поставлены в пещеру?
   - Двадцать одну тысячу сто тридцать семь лет назад.
   - О Боги, - потрясённо произнёс Трейк, - да это же гораздо интереснее, чем какой-то двухтысячелетний камушек! Что же, академия Тель-Йаара может подождать! Господа, если вы не против, я поеду с вами, в Шалем!
   - Трейк, дружище, разве я могу быть против того, чтобы ты со мной поехал? - улыбнулся Элиддин.
   - Я буду рад, если вы поедете с нами, - сказал Ларратос.
   - И я, - вторила ему Зарина. А за ней и Эрана. И Беллердаш.
   - Учитывая, какой опасности мы себя подвергаем, лишний боевой маг в нашем отряде не помешает, - подтвердил Апион.
   - Думаю, вместе с вами нам легче будет исследовать технологии Перворождённых, - улыбнулся техник Леон Турарий.
   - Ну вот, боевой маг пожаловал, - вставил своё едкое словечко Руханнур, - ещё одна лишняя голова в нашем отряде!
   Мирида ничего не произнесла. Она только злобно зашипела. И не понятно, на что обиделась - то ли на прибавление к отряду боевого мага, который мог представлять опасность её горячо любимому хозяину, то ли на реплику Руханнура про лишнюю голову.
   В прочем, мнение драконов никого не интересовало.
   - А кстати, что вы сделали с тем первым кристаллом? - сразу же поинтересовался маг.
   - Ничего, - пожал плечами Элиддин. - Захватили с собой. Кстати, не хочешь ли взглянуть?
   - Хочу, конечно! Мне прямо не терпится узнать, что это за артефакт такой!
   - Не думаю, что ты сумеешь в нём разобраться: в Телисии этот камешек оказался не по зубам ни магам, ни паладинам.
   - Авось, мои зубы окажутся покрепче, - улыбнулся маг. - Пошли.

***

   - Ну что? - поинтересовался Элиддин пару часов спустя.
   - Да, интересная штуковина, - Трейк с неохотой отложил кристалл в сторону. - Никогда не сталкивался с такими необычными заклятьями.
   - Этот камень - артефакт Абсолюта? - поинтересовался Ларри.
   - Не уверен, - нахмурился маг. - Абсолютных энергий в нём нет и, видимо, никогда не было.
   - Но ведь, - недоумевал Ларри, - я стал сильнее от одного лишь прикосновения к кристаллу!
   - Нет, Ларратос, - покачал головой Трейк. - Кристалл вовсе не увеличил вашу силу, а всего лишь чуть подправил ауру. Я могу ошибаться, но ваши способности к улавливанию Абсолютных энергий сейчас примерно... ну, как у рыцаря осьминога.
   - Да, так оно и есть, - подтвердил Ларри.
   - Ну вот. Я только что разложил по элементам заклятье, наложенное на камень. Там есть что-то от маддаббара, что-то от портального камня, а кое-что - от Абсолютного артефакта. Думаю, Перворождённые использовали эти кристаллы для связи между колониями: через них можно было передавать не только сообщения, но и материальные предметы. Можно было открывать порталы, управлять всеми големами и прочими колониальными артефактами. Возможно, даже общаться с небесными существами - некоторые из линий связи ведут куда-то за пределы мира; до этих пор я даже не слышал о том, что такое возможно.
   - То есть, - удивился Ларри, - мы можем с помощью этого кристалла сразу же попасть в другую колонию? Мгновенно?
   - Увы, нет: камень - лишь часть общей конструкции. Вы отделили его от чего-то большего - теперь он абсолютно бесполезен. Но, если здесь мы найдём ещё один такой же - я попытаюсь его использовать для открытия портала.
   - Здорово, - оценил Элиддин. - Так мы сможем сэкономить кучу времени.
   - А почему камень связи влияет на мою ауру? - поинтересовался Ларри. - И почему только на мою? Другие паладины даже ничего не почувствовали.
   - Вероятно, дело в настройке, - предположил маг. - Образ твоих мыслей оказался близок к мышлению Перворождённых, что и позволило тебе вступить в контакт с камнем. Более того: кристалл замкнул на тебя все содержавшиеся в нём линии связи, что не могло не отразиться на ауре. Вот почему ты чувствуешь артефакты Перворождённых - и, вероятно, можешь даже управлять ими. Если нам опять встретятся големы - попробуй отдать им какой-нибудь приказ: я почти уверен, что они послушаются.
   А что касается чувствительности к Абсолюту - её обеспечивают те линии, которые ведут за грань мира: возможно, там пульсации абсолютных энергий сильнее.
   - А если я найду ещё один кристалл...
   - То замкнёшь на себя ещё и его линии. И твои способности опять увеличатся. Всё это должно быть очень интересно...
  
   Глава 5.
   Люди и змеи
   До города Шалема отряд добирался по железной дороге. Ларратос и Элиддин ехали в третьем вагоне; Трейк, Зарина, Апион, Эрана и Турарий - в четвёртом, а Мириду и Руханнура разместили в специальном загоне для драконов (хотя Ларри сильно боялся, что звери в итоге передерутся).
   Путешествие проходило довольно спокойно: за окнами проплывали безжизненные унылые степи, пассажиры откровенно скучали. От нечего делать Ларратос начал присматриваться к дорожным попутчикам. Вообще, большинство жителей Шемшии с подозрением смотрело на чужаков: как понял Ларратос, чужаки в землях Мизраха - относительная редкость. Элиддин, правда, для них был своим, да и Зарина не особо отличалась от местного населения, ибо унаследовала от своего отца-мизрахима смуглую кожу. К тому же она владела мизрахийским языком. Не особо отличался от мизрахимов и южанин Леон Турарий, зато светловолосые и голубоглазые Апион, Эрана и Трейк выделялись из толпы.
   Сам Ларратос за время, проведённое в Ариаде, успел сильно загореть, так что его вполне можно было принять за мизрахийца. А незадолго до этой поездки он, дабы ещё сильнее походить на коренного жителя Шемшии, решил не бриться. За три дня, проведённых в поезде, у него уже выросла небольшая борода. Зарина смотрела на бороду Ларратоса, как зачарованная: похоже, с ней Ларри ещё больше походил на её погибшего возлюбленного. Да и его волосы успели подрасти и придать ещё большее сходство.
   Некоторое время спустя Ларри вновь обратил свой взор к окну, обозревая страну, по которой ехал поезд. Леса и степи северной Шемшии сменялись пустынно-скалистой местностью центральной. И народ в центре страны был не такой жизнерадостный, как на севере. Раньше Ларратос думал, что только в Гиперборее, в стране почти что вечного холода, люди постоянно угрюмы. Ему казалось, будто бы все южане жизнерадостны. Жители южных приморских городов действительно были энергичными и оптимистичными, полностью оправдывая его ожидания. Но вот люди, живущие в районе раскалённых пустынь и скал, редко бывали счастливыми. Правда, если верить Элиддину, на горе Шемшия, где находится город Шалем, климат не такой удушливый, к тому же там есть леса и озёра.
   А пока - чем дальше на юг ехал поезд, тем невыносимей становилась жара. В очередной раз выглянув из окна, Ларратос увидел огромную долину, по бокам которой стояли огромные статуи - человекоподобные фигуры, по обе стороны которых стояли статуи змей. Что-то было странное и в этих монументах, и в этих диковинных змеях.
   - Элиддин, а что это за статуи? - поинтересовался Ларратос.
   - А это - статуи наших мизрахийских богов, - с улыбкой ответил Элиддин, - наш народ поклоняется небесным светилам. Каждый бог олицетворяет какое-либо небесное тело.
   Ларри с любопытством обозревал скульптурную группу, изображающую божественный пантеон.
   - А что это за статуя высокой женщины в центре?
   - Это - Вечерняя Звезда, богиня Зарина.
   Возникла небольшая пауза.
   - Какая богиня? - наконец выдавил из себя потрясённый Ларратос.
   - Зарина. Про эту богиню ходят легенды, что она спускалась в наш мир в облике людской женщины и инкогнито исследовала эти места. Рассказывают, что она путешествовала не только в землях Мизраха, но и в Ариаде - под именем Азура, и даже в Гиперборее - под именем Мара.
   Так вот кто ты такая, Вечерняя Звезда из пророчества об Избраннике, - подумал Ларратос, - я всегда ощущал, что в нашей Зарине что-то странное. Фиолетовая аура, огромная скорость... Наверное, ты и есть та самая богиня, принявшая облик людской женщины - и неудивительно, что у тебя такие способности к магии иллюзий.
   - Не думаешь же ты, что простой паладин способен победить богиню в поединке на мечах? - улыбнулся Элиддин, догадавшись, о чём задумался его бывший ученик. - Тем более, что имя "Зарина", хотя и не слишком распространено, всё-таки попадается у мизрахийских девушек.

***

   Тем временем в Телиссии завершилось очередное заседание ордена паладинов: поводом послужили последние сведения об экспедиции Ларратоса. Паладины разделились на три лагеря: одни, как Эллинор, верили, что Ларратос Мельд и есть Шаддай. Другая же часть, возглавляемая Бейлом Харизи, считала, что Ларри рано или поздно падёт в Хаос. Более того: многие из них трактовали пророчество об уравновешивании двух высших сущностей как раздел мира надвое - на территории Хаоса и Абсолюта, равные по площади. И, наконец, встречались такие, кто колебался между этими двумя крайними мнениями, призывая подождать дальнейшего развития событий. В итоге совет завершился ничем - никаких особенных решений на нём так и не приняли. Паладины расходились недовольные - особенно рыцари-осьминоги, остро ощущавшие какие-то неуловимые изменения в матрице Абсолюта.
   Квинт Вергилий, один из рыцарей-осьминогов, как раз поднимался к себе в комнату, когда к нему подбежал Клавдий Кальпурний - водный маг, работающий в ордене паладинов.
   Квинт и Клавдий познакомились ещё двести лет назад - когда вместе учились магии в Ривергардской академии. Однако потом Квинт пошёл в паладины (большинство рыцарей-осьминогов - бывшие маги). А честолюбивый Клавдий попытался устроиться боевым магом в элитные войска Ариады. Итог вышел вполне закономерным: отбора юный маг не прошёл. Может, в морские войска его бы и взяли, но кому нужен водный маг, пускай немного и владеющий искусством иллюзий, в сухопутных войсках? А во флот Клавдий почему-то не хотел.
   Именно тогда он, окончательно разочаровавшись в жизни, пошёл работать в Телисию - поближе к своему другу Квинту. Лет десять назад Клавдий уехал на север Ариады - наметилось какое-то денежное дело. Пару недель назад маг вернулся обратно в Телисию - теперь он выглядел не как чародей, а скорее как купец, очень довольный жизнью и своим заработком.
   - Чего ты хотел, дружище? - со вздохом спросил Квинт. На самом деле, Квинт не считал больше Клавдия своим другом. Дело в том, что он мог видеть людей насквозь - таков дар паладина - и в то же время его проклятие. Проклятие - потому что может разрушить дружеские узы. Раньше Клавдий был целеустремлённым и честолюбивым магом, что с лёгкостью читалось в его ауре. Теперь же, после того, как водный маг добился своего и заработал денег, он уже ни к чему не стремился. Его аура стала серой, как и у большинства жалких людишек, думающих только о своём благе. Поэтому Квинт пренебрежительно относился к Клавдию, но из приличия вида не показывал. К тому же он с сожалением вспоминал прежнего Клавдия - того, каким тот был в магической школе: живым, целеустремлённым и любопытным.
   - Ну как там поживает Элиддин, дружище Квинт? А как Избранник, Ларратос Мельд?
   - Вообще-то, Клавдий, это секретная информация, которую запрещено выносить на обсуждение вне Совета нашего ордена, - строго произнёс паладин.
   - Квинт, ведь мы же друзья! Я болею за Избранника, и верю, что он может уничтожить Хаос! Расскажи мне про него, пожалуйста! - водный маг умоляюще сложил руки.
   Ты не болеешь за него, ничтожный человечишка! Это видно по твоей ауре, - подумал Квинт, но вслух ответил:
   - Они уже почти въехали в город Шалем. Там они поговорят с членами ордена, дабы знать, что делать дальше.
   Клавдий довольно улыбнулся и посмотрел на серебряное кольцо с изображением скорпиона, находящееся на его правом безымянном пальце.
   - Дружище Квинт, - вздохнул он, - я скоро уеду ещё на несколько недель. Надеюсь, в ордене без меня всё будет нормально?
   Вот зануда, - с лёгким раздражением подумал Квинт, - ну что страшного случится без него в ордене? У нас ведь и так полно водных магов. Хороших водных магов. И чего он так выпендривается со своим дурацким кольцом? Наверное, это его "важное дело" - та самая денежная работа, где он хочет срубить ещё денег.
   Но вслух вежливый паладин, конечно, сказал совсем другое:
   - Разумеется, Клавдий. Уезжай. Уверен, что за несколько недель твоего отсутствия ничего не случится.
   Клавдий не спеша зашёл в свою комнату и закрылся на замок, где сразу же полез под кровать. Его рука нащупала там круглый предмет: им оказался чёрный шлем.
   Нет, не то, - мысленно произнёс Клавдий и вскоре нащупал другой круглый предмет - на этот раз мадаббар. Он-то и был нужен Клавдию. Положив шар на кровать перед собой, водный маг вызвал в памяти искомый образ. На экране возникло лицо бледного голубоглазого мужчины лет сорока:
   - Приветствую вас, мой господин, - произнесло лицо в мадаббаре. Если бы тут был Элиддин или хотя бы Ларратос, ЭТОГО человека они узнали бы тотчас же.
   - Приветствую, патриарх. Как продвигается распространение культа?
   - Хорошо, мой господин. Уже около трети жителей Ривергарда пали под нашу власть, хотя пока и не догадываются об этом. А как ваш объект наблюдения?
   - Приближается к городу Шалем. Патриарх, даю тебе задание - ужесточить контроль над культистами: в ближайшие дни я не смогу контролировать их лично.
   - Понял вас, господин.

***

   Поезд уже мчался по горному району. Дорога не только петляла, но и постоянно меняла уклон: то вверх, то вниз. Но пока было терпимо - ничего с полок не падало, да и с пассажирами ничего не случалось.
   По вагону шла девушка из обслуживающего персонала, исполняющая обязанности проводницы и официантки. Она была, как и все жительницы Шемшии, высокой, смуглой и с длинными чёрными волосами. На её руках блестели бронзовые браслеты, выполненные в виде змей.
   Она толкала тележку с напитками.
   - Не желаете ли напитков, господа? - спросила разносчица по-мизрахийски.
   - Нет, спасибо, - ответил Ларратос. Никто из отряда также не пожелал ничего выпить.
   И тут поезд пошёл резко в гору. С полок попадали вещи. С людьми, сидящими на полках, ничего не произошло, но официантка не удержалась на ногах и начала падать. Ларратос среагировал мгновенно: резко вскочив, паладин подхватил девушку, поймав её в падении. И вдруг осознал, что весь вагон смотрит на него с большим удивлением. Более того: сама официантка взирала на Ларратоса с явным ужасом - как кролик на удава.
   Немного удивившись такой странной реакции, Ларри отпустил девушку, которая, что-то невнятно пробормотав, тут же покинула вагон.
   - Ларри! Что ты наделал?! - выкрикнул Элиддин на вестландском языке - очевидно, для того, чтобы никто в вагоне не понял, что он говорит.
   - Я?!! - Ларри решительно не понимал, чему же удивлён народ, и в чём виноват он сам, Ларратос.
   - Ты! - строго ответил Элиддин, - ты до неё дотронулся!
   Ларратос начал понимать, в чём тут дело: он ранее читал, что у мизрахимов очень строго со взаимоотношением полов. Некогда в этой стране даже существовал обычай, согласно которому мужчина, дотронувшийся до девушки, был просто обязан на ней жениться. Но это правило уже исчезло из законов мизрахимов, - сказал сам себе Ларратос.
   Неужели оно исчезло не полностью? - с ужасом подумал он. - Но ведь я уже женат... Правда, у мизрахимов распространено многожёнство. Их не волнует, есть ли у меня жена или нет: будет и вторая. А будет вторая - Зарина попросит статус третьей официальной жены. Правда, одно дело - Зарина, с которой он, несмотря на короткое знакомство, уже через многое вместе прошёл, а другое - официантка, про которую он не знает даже как её зовут.
   - Элиддин, вы что, хотите сказать, что если я до неё дотронулся, то обязан на ней жениться? - со страхом поинтересовался Ларри.
   - Ну уж нет! Такая, как она, никогда не сможет стать твоей женой! Ты дотронулся до шухры!
   - До кого? - удивился Ларратос.
   - Видел, что у неё на запястьях?
   - Браслеты в виде змей. Бронзовые.
   - Вот именно! Она - шухра, нечистая! Происходит из низшей касты в нашем обществе - рабов, до которых свободный человек не может дотронуться. Коснувшись её, ты стал ритуально нечистым как минимум на неделю - и не можешь неделю дотрагиваться до других людей!
   - А что, я должен был позволить ей упасть? - Ларри никак не ожидал услышать подобного от своего наставника, всё время твердившего о религиозных предрассудках.
   - Да! - ответил Элиддин.
   - Это всё предрассудки, - сказал Ларратос, - придуманные людьми. В Гиперборее никто не становится нечистым, если дотронется до низшего человека. Наставник, ведь вы же паладин! Неужели паладины могут признать недостойным поступок, не противоречащий Абсолютному закону?!
   - Да, да, ты прав, Ларратос, - смущённо пробормотал Элиддин. - Я думал, что за годы паладинства и жизни в Вестланде мизрахийские предрассудки выветрились из моей головы. Однако стоило мне оказаться на своей родине, как они вновь пробудились...
   - Понятно. Думаю, лучше не кричать на каждом шагу, что я теперь стал ритуально нечистым на целую неделю.
   - Ну да. Остальным, в том числе и членам ордена паладинов, лучше не знать об этом.
   Народ в вагоне постепенно успокоился.
   - Элиддин, я читал, что рабство в Шемшии отменили несколько веков назад. Почему у этой девушки всё-таки были браслеты?
   - Рабство отменили незадолго до моего рождения, - кивнул паладин. - Но бывшие рабы так и остались в низшей касте. В нашем обществе поначалу было всего две касты - рабы и свободные люди - шухра и хафиш. А три тысячи лет назад началось расслоение в касте свободных - и образовалось две касты - эйкар (малоимущие свободные люди) и адун (господа). Во времена моей молодости каста эйкар составляла около половины населения, десять процентов занимала каста адун, а остальными были представители касты шухра. Но с отменой рабства шухры принялись уезжать из Шемшии - кто в земли Запада, а кто - в другие страны мизрахийского континента. И стали обычными людьми.
   - Разве в других мизрахийских странах нет деления на касты?
   - Нет. Есть только деление на классы. Так что можно переходить из класса в класс и сочетаться браком с представителем другого класса. У нас же - в какой касте родился, в такой и проведёшь всю жизнь. Браки между кастами строго запрещены.
   - Я не понимаю, Элиддин, почему такое строгое деление, свойственное Шемшии, отсутствует в других странах Мизраха?
   - Потому что именно в Шемшии пошло деление на раболепных людей, готовых на что угодно, лишь бы остаться в живых, и на людей действительно свободных, ни за что не согласившихся на рабство, предпочитающих рабству смерть. Затем из касты свободных выделилась каста господ. Почти все маги принадлежат именно к этой касте, и почти все представители касты адун знакомы с магией.
   - А почему именно в Шемшии? - допытывался Ларри. - Шемшия с кем-то воевала, после чего народ захватывали в рабство?
   - Знаешь ли, Ларри, я всегда интересовался этим вопросом, - признался Элиддин. - В культуре Шемшии присутствует ужасающий образ змеи, которого ни в каких других странах Востока нет. Один из мотивов наших колыбельных - "засыпай быстрее, а не то придёт змея и утащит в свою нору". "Хитрый змей" или "трусливый змей" - самое страшное оскорбление из всех, что есть в Шемшии. В шемшийских сказках главным злодеем всегда является змей...
   - Да и браслеты ваших шухра выполнены именно в виде змей!
   - В точку! Среди мифов Шемшии, возникших задолго до появления письменности, фигурирует мотив о змеях, поработивших людей, и о других людях, благородных воинах, что не отдались змеям и сражались с ними, после чего спасли рабов. Многие считают эти мифы не более, чем сказками, однако, в них сказано, что воины людей, победив змей и освободив рабов, не дали им свободы. Предводитель воинов сказал, что эти недостойные людишки, предпочитающие рабство смерти, не могут стать свободными.
   - Вы хотите сказать, что победа воинства людей над воинством змей означала не освобождение рабов, а лишь смену имён их хозяев?
   - Да, это так. И чтобы рабы и дети их помнили свою рабскую сущность, помнили, что прислуживали змеям, согласно нашей мифологии, их заставили носить бронзовые браслеты в виде змей.
   - По-моему, Элиддин, этот миф создан кастой господ, дабы оправдать рабовладение. Многие древние мифы оправдывают несправедливость существующего общественного строя, говоря, что так сложилось издревле, так и должно быть.
   - Ты не веришь, однако, я интуитивно чувствую, что это правда. Думаю, после того, как люди одержали победу над змеями, они просто их перебили. И возможно, эти змеи как-то связаны с Перворождёнными и победой над Хаосом...

***

   Поезд прибыл в город Шалем ранним вечером. На высоте версты над землёй и находился собственно город, бывший некоторое время назад столицей Шемшии. А ещё тремя верстами выше - город паладинов. Будь в отряде побольше драконов - и можно было бы добраться до орденских построек по воздуху. Но так как зверей имелось всего двое, пришлось идти кружным путём - сперва добираться пешком в нижний Шалем, а уже оттуда по подвесной дороге доехать до города паладинов. Несмотря на все эти сложности, добрались довольно быстро - за сорок минут.
   О прибытии экспедиции местных паладинов известили заблаговременно - поэтому отряд встречала небольшая делегация. Элиддин с грустью отметил, что не видит ни одного знакомого лица - в последний раз он бывал в этих местах почти четыреста лет назад. Конечно, паладин не может умереть от старости, но жизнь борца со злом полна всяких опасностей. И все знакомые Элиддина в верхнем Шалеме уже давно умерли. Да и не только в верхнем: Элиддин знал, что около двухсот лет назад умер его отец - хоть и не паладин, но тоже борец со злом, великий светлый волшебник Шамир аль-Кахаби. Да и потомков у Элиддина не было - так что он, можно сказать, был человеком без прошлого и без будущего. Единственной надеждой Элиддина оставался Ларратос, ставший ему за эти несколько месяцев почти что сыном.
   - Господин Кахаби! Господин Мельд! Рады вас видеть, - произнёс глава делегации в фиолетовом плаще, рыцарь-осьминог, - я - Кафр эд-Даввар, глава ордена. Со мной связался Маркус Антоний и сообщил, что нам следует ждать вас.
   - Благодарю вас, - кивнул Элиддин, - да, это и есть Ларратос Мельд, мой бывший таламид, ныне кандидат в Избранники. Мы прибыли к вам в поисках руин Перворождённых, где постараемся найти ответ на вопрос, можно ли победить Хаос.
   - Прошу вас, проходите, господа. Мы бы и рады помочь вам, однако, мы не располагаем никакими сведениями о руинах Перворождённых, никто не нашёл никакой информации о них в архиве. Я могу посоветовать вам посмотреть в архиве библиотеки, однако, я уверен, что вы там ничего не сможете отыскать.
   - Благодарю вас, - сказал Элиддин. Паладины прошли в архив и принялись разыскивать необходимые сведения.
   - Ты, Ларри, ищи книги о Перворождённых, - распорядился Элиддин, - а я посмотрю, есть ли что-нибудь о диктатуре змей.
   - Понял, Элиддин. Ну как же я мог так сглупить, - сокрушался Ларратос, просматривая бесконечные ряды книг, - прикоснувшись к кристаллу Перворождённых, я ощутил их руины где-то в районе города Шалем, но не догадался уточнить, где именно! Вот именно, что они где-то! И можно искать эти руины годами, если не десятками лет!
   - Но когда-то здесь побывал Арастиор. Он же сумел найти руины Перворождённых. Думаю, мы вместе взятые не глупее его.
   - Надеюсь, Элиддин. Надеюсь...

***

   Поиски сведений о руинах длились уже четвёртый час, но пока что абсолютно безрезультатно.
   - Думаю, между расами змей и Перворождённых можно поставить знак равенства, - наконец произнёс Элиддин.
   - Почему вы так думаете?
   - Мне кажется, это были не совсем змеи, а змеелюды. Ну не могли же существа без рук и ног поработить людей! А помнишь ли ты, как Перворождённые выглядят?
   - Никак нет, - Ларратос достал с полки очередную порцию книг. - Я не видел ни одного живого Перворождённого - только их изображения на рельефе: существа в балахонах, а лица полностью скрыты под капюшонами...
   - Но ты видел и голема, - заметил Элиддин. - Люди делают големов по своему образу и подобию, точно так же наверняка поступали и Перворождённые. Тот голем явно был имитацией Перворождённого - возьмём хотя бы его балахон и капюшон. И каковы были его особенности?
   - Длинные и мускулистые руки и ноги.
   - Именно! Тело змеи вытянуто, но почти полностью состоит из мускулатуры! А помнишь ли, каким ярким жёлтым огнём светились глаза големов? Абсолютно таким же, каким и глаза змеи, когда она смотрит на кролика, пытаясь его зачаровать.
   - Интересная версия. Возможно, Перворождённые и были змеелюдами. Только мне казалось, все войска Перворождённых покинули свои колонии тринадцать тысяч лет назад - когда люди не то не были сотворены, не то ютились на острове Эден.
   - Нет, Ларри! Не мысли индуктивно! Не делай общих выводов, когда ты знаком только с частью фактов. Да, Перворождённые из колонии Удус, то есть королевства эльфов Иссар, покинули город Тудшуф и устремились в свою столицу. Но протокольный голем не знал, что же произошло в других колониях. Может, часть Перворождённых осталась в колонии. И когда на Восток пришли люди, которым стало тесно на острове Эден, Перворождённые, они же змеелюды, считавшие свою расу высшей, склонные к порабощению, схватили в рабство и людей, часть которых смогла бежать и организовать сопротивление.
   - Возможно. Только от этого не становится понятно, где искать руины этих самых Перворождённых...

***

   Поиски продлились до поздней ночи, но так ни к чему и не привели: никаких сведений о руинах или таинственной расе змеелюдов обнаружить не удалось.
   Паладины возвращались из архива в самом унылом настроении, когда их догнал Трейк.
   - Ну как, нашли что-нибудь? - с ходу поинтересовался он. - Впрочем, можете не отвечать - результат легко читается на ваших лицах.
   - Увы, дружище, - развёл руками Элиддин, - найти нужные сведения в этом архиве не легче, чем эти самые руины в здешних горах и пустынях.
   - Но ведь удалось же Ларратосу установить ПРИМЕРНОЕ расположение руин - ещё когда он прикасался к кристаллу? Может, существует способ увеличить точность его восприятия?
   - Увы, господин Трейк, - вздохнул Ларри, - сейчас я уже ничего не чувствую. - Если бы тогда, в Зумкшуе, я догадался уточнить местоположение других колоний...
   - Я думаю, это не поздно сделать и сейчас, - задумчиво произнёс маг. - Мне известно несколько заклинаний поиска - возможно, если воспользоваться ими...
   - Так что ж ты раньше молчал?! - изумлённо воскликнул Элиддин. - Нам следовало бы воспользоваться этими чарами ДО похода в архив - при успехе мы могли бы сэкономить уйму времени.
   - Я думал, ты и сам знаешь, что у тебя под рукой - опытный маг...
   - Но я и не подозревал, что ты способен на такое! Разве могут поисковые чары найти нечто такое, о чём маг не имеет чёткого представления?
   - Магия не стоит на месте, не забывай, - улыбнулся Трейк. - Для ритуала поиска понадобится довольно много времени, да и место нужно выбрать подходящее.
   - Наша комната подойдёт? - поинтересовался Ларри.
   - Разумеется. Вы, я так полагаю, ещё не ужинали? Я почему-то так и подумал, - хмыкнул маг. - Поэтому попросил принести ужин прямо в комнату, а сам тем временем составил необходимое заклятье. Вот сейчас мы его и испытаем - если вы, Ларратос, не против.
   - Не против, - неуверенно произнёс Ларри, чувствуя себя подопытным кроликом.
   Маг и паладины зашли в комнату. Там уже горел небольшой магический ночничок, кровати были аккуратно расстелены, а на столике, помимо подноса со всякой снедью, валялись многочисленные листки с магическими формулами.
   - Присаживайтесь, - улыбнулся маг, ловко сгребая всю эту макулатуру в цельную стопку.
   - Может, сначала проведём поиск? - несмело поинтересовался Ларри.
   - Одно другому не мешает, - маг пожал плечами. - Я пока проведу начальную подготовку, а вы как раз не торопясь поужинаете.
   Поздний ужин в итоге прошёл под невнятное бормотание Трейка, вполголоса читающего какое-то сложное заклинание.
   - Ну вот, - наконец произнёс маг. - Чары завершены.
   - И... есть результат?
   - Не так быстро, - покачал головой Трейк. - Заклинание действует не сразу. Поэтому можете спокойно ложиться спать - а утром я сообщу о результатах.
   Ларратос долго не засыпал, гадая, что будет, если заклинание всё-таки не сработает.

***

   Ларри снилась его названная родина, Гиперборей, его летние равнины, поля и леса. Ларратос уже убедился, что там, где тепло, не всегда самый благоприятный климат. И тут он как будто провалился сквозь землю и оказался под жарким солнцем и небом центральной Шемшии. Он сидел на спине танина. Перед ним восседал человек в оранжевой мантии, а за ним - черноволосая девушка в синей одежде. Эти двое были видны нечётко, смазано, однако Ларратос чувствовал, что где-то уже видел этих людей. Ну конечно! Это же Арастиор! Увидев его, Ларратос сразу же осознал, что спит, и вспомнил свою миссию. Похоже, Арастиор всегда сильно следит в матрице Абсолюта, - отметил Ларратос, - и, похоже, я сейчас узнаю, куда надо идти.
   На самого Ларратоса Арастиор совершенно не обращал внимания - тот был лишь наблюдателем, чужим человеком в той эпохе.
   - Мы на верном пути, дорогая, - угрюмо произнёс Арастиор, - как я и вычислил, основываясь на древней мифологии мизрахимов, змеиный город находится на юго-востоке от Шалема.
   - Милый, ты какой-то мрачный и напряжённый в последнее время, - промолвила девушка.
   - Дорогая, я до сих пор не свыкся с тем, что потерял брата. Если бы не это путешествие, Петер остался бы в живых. Кто знал, что на острове на нас нападёт это ужасное чудовище?!
   - Зато ты познакомился со мной, Арастиор.
   - Да, дорогая, это - единственный положительный момент за всё время этой миссии. Боюсь, что потеря брата, так расстроившая меня, приведёт меня во тьму. Я отправился в путь, дабы уничтожить Хаос, но боюсь, что скорее Хаос уничтожит мою душу.
   - Не печалься, Арастиор, - девушка обняла его, - я знаю, ты сильный. Ты справишься со всеми искушениями.
   - Надеюсь, - бодро ответил Арастиор. - Вот, кажется, мы прибыли. Вот они, две горы, похожие на горбы верблюда. Тридцать две версты к юго-западу от Шалема. Здесь и должен быть вход!
   Танин спустился, и Арастиор закрыл глаза. Ларратос последовал его примеру. И внутренним оком он ощутил присутствие такой же двери, что была и в Телисских горах. Арастиор открыл глаза и спрыгнул с танина. Подойдя к двери, он достал из кармана отмычку - Ларратос был готов поклясться, что она выглядела один к одному, как абсолютная отмычка Апиона - и провёл ей вдоль двери. Дверь открылась, и Арастиор зашёл внутрь.
   - Подожди здесь, дорогая, - обернулся Арастиор. Девушка осталась у открытой двери, а Ларратос зашёл вслед за Арастиором. Там, внутри пещеры их встретил протокольный голем - такой же, как и в колонии Удус. Только в его руках лежала наготове металлическая трубка, из которой, как знал Ларратос из изображений на рельефе, можно выпускать огненные шары. Арастиор вскинул руку, а Ларратос тут же проснулся.
   - Элиддин! Элиддин! Проснитесь! - возбуждённо закричал он бывшему наставнику, тормоша его.
   - Что случилось? - нехотя приоткрыл глаза Элиддин. - Мы же только заснули!
   - Кажется, я увидел во сне местоположение руин Перворождённых. Их снова нашёл Арастиор. Тридцать две версты к юго-востоку от Шалема. Там есть две горы, похожие на горбы верблюда. Внизу - вход в пещеру, где находятся руины Перворождённых.
   - Хорошо, Ларратос. Подождём до утра, выспимся, позовём остальных и начинаем собирать экспедицию.

***

   Паладины Телисии этой ночью тоже не спали: совет собрался на внеочередное заседание, где предстояло обсудить судьбу Ларратоса. Маркус Антоний по мадаббару поздравил Ларри с тем, что он обнаружил местоположение пещеры, но сказал, что по-настоящему поздравит его лишь после нахождения очередного кристалла.
   После того, как паладины вышли из зала, к рыцарю-осьминогу Квинту Вергилию вновь подбежал Клавдий Кальпурний, водный маг:
   - Квинт, ну как там Ларратос? - сходу поинтересовался он. - Нашёл новые руины Перворождённых?
   - Это закрытая информация. Никто кроме паладинов не должен знать.
   - Я разве тебе не друг? Думаешь, я кому-либо сообщу?
   - Нет, не думаю, - покачал головой Квинт: он совершенно не чувствовал в Клавдии склонность к болтливости.
   - Ну так скажи, - умоляюще произнёс Клавдий.
   Как же достал меня этот придурок, это ничтожество, что считает меня своим другом, - подумал Квинт. - Когда-то он променял мою дружбу на деньги и стал патологическим жадиной, а теперь думает, что я на всё должен закрыть глаза. Ладно, скажу ему, чтобы наконец-то отвязался, - паладин очень устал за день, и препирательство с этим приставучим магом не входило в его планы.
   - Ларратос увидел во сне нахождение этих руин. Тридцать две версты к юго-востоку от города Шалем.
   - Спасибо, дружище Квинт! - и Клавдий, непонятно, над чем смеясь, побежал в свою комнату.
   - Странный ты человек, Клавдий, - удивлённо произнёс Квинт.
   В своей комнате маг достал из-под кровати чёрные доспехи и открыл окно. Да, давно его не называли именем Клавдий - уже около десяти лет. Достав из шкафа ковёр-самолёт, маг сложил на него доспехи, и, наложив заклинание ускорения, вылетел на ковре в окно. Летя с огромной скоростью на восток, он с отвращением посмотрел на своё кольцо с изображением скорпиона.
   Квинт ошибался: это колечко было сделано вовсе не из серебра, а из Небесной Стали. Выковал его ни кто иной, как тёмный лорд Баал Хаммон, и служило оно, разумеется, вовсе не для украшения.
   С великим наслаждением Квинт сдёрнул кольцо. В тот же самый миг его серая аура, характерная для ничтожных личностей, исчезла, сменившись мощной тёмно-багровой, бушующей аурой Хаоса. Её мощь буквально ослепляла - такой силой обладали даже немногие из шеддитских владык.
   Именно для сокрытия всей этой мощи и предназначалось кольцо - но его побочный эффект состоял в том, что оно, будучи надетым, вместе с аурой подавляло и все способности шеддита.
   Конечно, сильный паладин или шеддит смог бы развеять иллюзию, созданную кольцом, но только применив внутреннее зрение второго уровня. Идея же просвечивать Клавдия, заурядного водного мага, внутренним оком второго уровня, конечно же, никому не приходила в голову. Вероятно, Трейк мог бы о чём-то догадаться - диковинное артефактное кольцо наверняка не ускользнуло бы от его цепкого взгляда - но в Телисский орден боевой маг, разумеется, не заглядывал...
  
   Глава 6
   Колония Перворождённых
   Утром, через шесть часов после того, как Ларри проснулся, паладины начали собирать экспедицию в руины Перворождённых к юго-востоку от Шалема. В отряде исследователей присутствовали Элиддин, Ларратос, Трейк, Леон Турарий, Зарина и Апион Грант. Элиддина и Трейка должен был вести на своей спине Руханнур, Ларратоса и Леона - Мирида. Для Зарины и Апиона выделили ещё одного дракона - танина. Правда, Зарина предпочла бы лететь на одном драконе с Ларратосом, но тот сам решил, что лучше поедет не с ней.
   Ларратос взял с собой карманный мадаббар, Леон Турарий упаковал чемодан с магическими инструментами, который мог пригодиться ему в исследовании пещер. Трейк Найгам тоже захватил набор своих магических инструментов.
   - Господа, а вы уверены, что змеелюды и есть ваши Перворождённые? - спросил Кафр эд-Даввар.
   - Я вполне уверен, что это они, - сказал Элиддин, - вполне вероятно, змеелюды поработили в древности часть народа Шемшии. А Перворождённые, в чьих руинах мы уже побывали, поработили несколько народов, в том числе и эльфов. Это вполне могли быть те самые змеелюды.
   - Нет, я не уверен, что Перворождённые - это и есть змеелюды, - сказал Ларратос, - я предчувствую, что это могут оказаться два совершенно разных народа. Не знаю, принадлежит ли тот город змеелюдам, но я абсолютно уверен, что это - город Перворождённых. Я видел это во сне: в том городе находятся големы, сделанные Перворождёнными.
   - Что же, надеюсь, господа, у вас всё получится.

***

   Клавдий Кальпурний мчался на ковре-самолёте. Заклятие ускорения, впитавшее в себя вместо маны мощь Хаоса, настолько увеличило скорость полёта, что за десять часов Клавдий долетел до середины Эденского моря. Злобно усмехнувшись, маг принялся надевать свои чёрные доспехи: вскоре он предстанет перед этим отрядом паладинов-исследователей во всей своей красе.
   Покойный ученик Клавдия был его надеждой на дальнейшее продвижение. Правду гласит древняя пословица шеддитов: учитель учит ученика, который учит своего учителя. Кое-чему Клавдий научился и от своего ученика: хотя владыка шеддитов не должен показывать своё лицо, однако, если никто не знает, что ты - владыка шеддитов, то можешь показывать своё лицо кому угодно. Да, силён был его ученик. Но он пал от руки того самого паладина - Ларратоса Мельда, с которым Клавдию не терпелось сразиться лично. Ларратос Мельд для него - достойный противник, даже имеющий некие шансы на победу в бою один на один.
   К тому же, - мысленно усмехнулся Клавдий, - его настоящая фамилия - отнюдь не Мельд. Паладины могут сколько угодно считать его Избранником, но я-то знаю правду - тайну того, кого называют Ларратосом. И, пожалуй, даже расскажу ему после победы - когда он, умирающий, падёт к моим ногам. Эх, знали бы паладины, КОМУ они помогают!
   Правда была в том, что Ларратос являлся помехой как для шеддитов, так и для паладинов - вот только сами паладины об этом пока не подозревали. Иначе вместо помощи получил бы Мельд пару вершков Небесной Стали в брюхо...

***

   Участники экспедиции летели на спинах драконов по направлению к двугорбой скале. Три дракона неторопливо летели на юго-восток.
   - Ларри, почему многие паладины боятся, что падёшь во Тьму? - удивлённо спросил Апион, - ты всегда был добрым паладином.
   - Потому, Апион, что этот путь погубил Арастиора, - ответил Ларратос, - и он, про которого, как и про меня, предсказывали, что он положит начало эпохе Гармонии, стал тёмным лордом шеддитов и обучил самого Баала Хаммона.
   - Но я надеюсь, с тобой ничего похожего не случится.
   - Я тоже надеюсь. Арастиор стал тёмным из-за горя: он потерял своего брата. Я пока никого не терял, и надеюсь, что ничего опасного со мной не случится.
   Через час троица драконов приземлилась у подножия двугорбой скалы. Закрыв глаза, Ларратос ощутил внутренним зрением, что в скале опять находится замаскированная дверь. Похоже, её можно было открыть универсальной отмычкой Апиона. Интересно, откуда Трейк взял эту отмычку? И откуда такая же оказалась у Арастиора?
   - Я займусь этой дверью, - сказал Апион. Он как будто сам почувствовал, что в подножии скалы находиться дверь. Но отмычку доставать не стал - просто начал водить пальцем вокруг двери.
   - Господин Найгам, - обратился Ларратос к Трейку, - откуда у вас та абсолютная отмычка?
   - Она досталась мне от моего друга, - ответил Трейк, - Мориса Ательмера, ректора академии. Откуда она у него - понятия не имею, но я знаю, что это - отмычка гномского происхождения. Я читал о них в книгах по древней истории гномов. Всего таких отмычек существует, по разным данным, от трёх до пяти. Согласно легенде, они созданы самой гномьей богиней удачи и воровства, Аргентой.
   - Понятно, - ответил Ларратос.
   Апион около минуты повозил пальцем вокруг двери, после чего та открылась:
   - Прошу вас, проходите.
   Участники экспедиции, растянувшись цепочкой, вошли в глубины пещеры. Зарина была отчего-то взволнована, а Трейк, едва пересёк порог, сразу же нахмурился:
   - Мда, местечко не из приятных. Здесь пульсируют какие-то странные энергии. Боюсь, значительная часть заклинаний в этих стенах не будет надёжно работать, а пополнить запасы маны и вовсе не удастся.
   - Странно, - удивился Леон. - В предыдущих руинах я вовсю пользовался простейшей магией - типа огненных шаров.
   - Да, - вздохнул маг, - ПРОСТЕЙШИЕ чары будут работать как надо. И сложные тоже (ибо последние всегда содержат в себе защиту от искажений и посторонних воздействий). А вот бСльшая часть чар среднего уровня... Ну ладно, будем надеяться, что серьёзная магия нам здесь не понадобится.
   После того, как члены отряда прошли с десяток метров, их взорам предстал повреждённый механический голем - такой же, каким был сторожевой голем в колонии Удус. В руках этого существа находилась металлическая трубка, у основания которой был курок, прямо как на автоматическом арбалете. Ларратос понял, что перед ним какое-то высокотехнологическое оружие Перворождённых - на барельефе в предыдущей пещере были изображены представители сей расы, стреляющие из этих трубок.
   - Лучше убрать это оружие из рук голема, дабы не случилось неприятности, - сказал Ларри, взяв металлическую трубку. Нацелившись на сталактит на потолке пещеры, он нажал на курок, но ничего не произошло.
   - Позволь-ка мне осмотреть его, - попросил Леон, принимая из рук Ларри металлическую трубку.
   - Интересное изобретение, - добавил изобретатель, вскрыв необычную вещицу, - оружие, стреляющее магическими снарядами. Да можно сказать, что оно девальвирует способности боевых магов!
   - Что делает? - удивлённо произнесла Зарина.
   - Упраздняет, - ответил Леон, - обесценивает. Зачем учить боевые заклинания, если можно достать эту трубку и бабахнуть этими же чарами по противнику? Вот тут, в центре устройства, есть накопитель маны - такой же, как в магических повозках. Там он используется в качестве движителя. Здесь же - как источник убийственной силы. Это дело как раз по мне, - Леон открыл свой чемоданчик и достал из него какой-то инструмент, - накопитель засорился и проржавел.
   Маг прочистил накопитель маны и смазал его маслом. После этого он достал из чемоданчика бутылочку с зельем маны и залил её содержимое внутрь накопителя.
   - Теперь должно работать, - гордо сказал Леон и нажал на курок, направив трубку на сталактит. Тут же из дула трубки вылетел огненный шарик, который, резко набрав в объёме, с шипением и свистом врезался в потолок.
   - Хм, а потолки-то тут с защитным покрытием, - отметил Трейк, видя, что огненный снаряд не оставил никаких видимых повреждений.
   - Это, похоже, далеко не все возможности, - произнёс Леон, осматривая ручку, притороченную наверху трубки, сразу над курком. На ручке изображалась стрелка - очевидно, показывающая текущий режим. Леон повернул указатель на рисунок с молнией, после чего нажал на курок, и из трубки в направлении сталактита вылетела шаровая молния.
   - Потрясающе, - изумился Ларратос.
   - Похоже, и это ещё не всё, - продолжил Леон. Он повернул указатель на картинку со снежинкой и вновь надавил курок. Из дула вылетел снежно-ледяной шар, который через полсекунды, как и его огненный предшественник, увеличился в размерах до кочана капусты. Долетев до сталактита, шар сломал его кончик, после чего упал вниз сам.
   - Так, с трубкой разобрались, - произнёс Леон, сняв с голема капюшон, - теперь займёмся големом. Похоже, в основе своего устройства эти ребята не особо отличаются от моих големов, - изобретатель засунул руку в рот механического создания, и его голова открылась.
   - Интересно. Похоже, механический мозг, как и у моих созданий. Только гораздо сложнее устроен. Да уж, устройство таких штук надо изучать годами - моих знаний не хватит на то, чтобы разобраться с ним. Так, а это что за коробочка? - Леон увидел внутри механического мозга небольшой кубик, похожий на магический усилитель голоса. Достав из чемоданчика какой-то прибор, изобретатель включил его и поднёс к коробочке диоды от этого прибора, - работает! Теперь надо понять как.
   - Еузук туфущ зутфе луфл, - раздался голос из коробочки.
   - Подождите, у меня есть идея, - вдруг догадался Ларратос, и произнёс из фразы, произнесённой коробочкой, два последних слова, которые он сумел расслышать и запомнить:
   - Зутфе луфл.
   - Понять как, - донеслось в ответ из коробочки.
   - Лущ мун фулущ, - сказал Ларратос первую фразу, услышанную им от сторожевого голема в руинах Телисии.
   - Кто вы такие? - донеслось из коробочки.
   - Это - устройство-переводчик, - заключил Ларратос.
   - Условно назовём его лингвофон, - ответил Леон, - Апион, можно ли воспользоваться твоей абсолютной отмычкой?
   - Можно, - ответил Апион, - вот только в моей отмычке больше нет ничего абсолютного - вся её сила перешла ко мне. Но я могу сам открыть всё что надо.
   - Надо открыть грудь этого голема.
   - Без проблем, - сказал Апион, проводя пальцем по груди механического создания.
   - Так, - Леон внимательно рассматривал внутренности механизма. - Также напоминает моих големов. Очень похожие механические "органы", только их больше, и они явно сложнее устроены. Вот механическое "сердце", которое, как и у моих големов, является магическим двигателем, черпающим энергию в накопителе маны. Правда, он сломан. Ну-ка, - изобретатель достал из своего чемоданчика инструменты, прочистил и смазал мотор, после чего поставил вместо накопителя маны свой, из чемоданчика - и мотор зажужжал. Леон резко отскочил. Грудь голема закрылась, как и голова. Механическое создание поднялось на ноги и произнесло:
   - Зукшмуе муф, вукшуф!
   - Привет вам, друзья! - вторил ему голос из коробочки.
   - Приветствую, сторожевой голем, - произнёс Ларратос.
   - Добро пожаловать в колониальное правительство Мировой империи Перворождённых, - дублировала коробочка следующую фразу голема, - вы находитесь в колонии Удугв.
   - Голем, меня интересует вопрос: кто такие Перворождённые?
   - Перворождённые - первая разумная раса, сотворённая в мире Укун. Перворождённые победили смерть. Победили болезни. Часть представителей народа Перворождённых покинула мир Укун дабы охранять другие миры.
   - От кого?
   - От различных злых сил.
   - Интересно, - произнёс Трейк, - эти Перворождённые, видимо, были похожи на странствующих паладинов.
   - А как выглядели Перворождённые? - спросил Ларратос.
   - Перворождённые - высокие двуногие существа. Я сотворён по их образу и подобию. Вы можете сделать вывод об облике Перворождённых, базируясь на моей внешности.
   - А не могут ли Перворождённые быть змеелюдами?
   - Термин "змеелюд" мне неизвестен. Недостаточно информации для разумного ответа.
   - Вот скажи мне, голем, Перворождённые - теплокровные или хладнокровные?
   - Конечно, теплокровные! Хладнокровные расы - самые примитивные из всех, когда-либо созданных богами.
   - Тогда можешь ли сказать, существует ли хоть одна разумная хладнокровная раса? - тема змей сильно интересовала Ларратоса.
   - Конечно существует, хотя её разум сильно ограничен. Это раса Удугв, порабощённая Перворождёнными. Вы находитесь в городе Луштфук, столице колонии Удугв. Удугв - двуногие чешуйчатые существа. Самоназвание расы Удугв - Ишшахар. Несмотря на примитивное строение мозга, раса Удугв доставила Перворождённым наибольшее количество проблем. В связи с наличием ядовитых зубов раса Удугв очень опасна, и немало представителей Президиума выступали за полное уничтожение этой расы, но решением большинства постановили сделать из расы Удугв рабочий скот, дабы возвеличить славу Перворождённых.
   - А где сами Перворождённые?
   - Тринадцать тысяч триста сорок два года назад колониальные войска были отозваны с территории Удугв указом Архонта.
   - И как я понимаю, - Ларратос говорил словами протокольного голема колонии Удус, - осталось лишь несколько десятков надсмотрщиков, которые вскоре были перебиты взбунтовавшимися рабами народа Удугв.
   - Конечно, так и было.
   - А в связи с чем были отозваны колониальные войска? Было вторжение, не так ли?
   - Я не располагаю полной информацией. Согласно сообщению Архонта, в столице, городе Зумкшуй, имела место гражданская война. Колониальные войска были отозваны, дабы присоединиться к имперской армии и подавить повстанцев. Колониальные войска не вернулись в колонию Удугв.
   - А что потом произошло с рабами расы Удугв?
   - Рабы захватили наше правительство и устроили в нём свой город. Почти все големы были отключены. Я также отключился, но четыреста лет назад мощное возмущение магических энергий вернуло меня к жизни, если так можно сказать про магический механизм. Источником магических возмущений был маг. Представитель вашего вида. Он прибыл сюда в поисках кристалла.
   - Мы тоже прибыли сюда в поисках кристалла, голем, - сказал Ларратос, - не можешь ли сказать, где мы можем его найти?
   - В зале переговоров. Он находится на самом верхнем этаже. Попасть туда можно двумя путями - на лифте и по лестнице.
   - А лифт работает?
   - Четыреста лет назад, когда сюда прибыл представитель вашей расы, лифт работал. Этот маг поднялся на лифте и спустился обратно, найдя нужный ему кристалл.
   - Спасибо за информацию, голем, - сказал Ларратос, - мы идём туда.
   - Я, кажется, сумел выстроить в ряд историю Шемшии, - довольно произнёс Ларратос, - с момента сотворения мира Шемшия была заселена змеелюдами, они же Удугв, они же Ишшахар. Двадцать одну тысячу лет назад пришли Перворождённые, и, используя техническое превосходство, поработили змеелюдов. Тринадцать тысяч лет назад Архонт Перворождённых отозвал колониальные войска, и змеелюды перебили надсмотрщиков. Через восемь тысяч лет рабства змеелюды наконец-то обрели свободу и вновь стали хозяевами Шемшии. Но вскоре с Запада пришли люди, сбежавшие с острова Эден, где им было тесно. И предъявили претензии на владение этой страной.
   Разозлённые змеелюды смогли захватить часть людей в рабство, другие же люди не сдались рептилиям и объявили войну. Потом воины людей победили змеелюдов и спасли от них людей-рабов и сделали их своими собственными рабами. Затем вставшая на ноги людская страна Шемшия перебила оставшихся змеелюдов как напоминание об ужасающем прошлом.
   - Мне нравится ход твоих мыслей, Ларратос, - ответил Элиддин, - скорее всего, так и было. О! А вот и лифт!
   Правда, лифт не работал. Очевидно, за эти четыре сотни лет он всё-таки сломался.
   - Сейчас посмотрим, - сказал Леон и вскрыл панель лифта, - дело поправимое. Но ремонт лифта займёт час, притом, что мы пешком доберёмся до верхнего этажа максимум за две минуты.
   И отряд пошёл вверх по лестнице. На стенах располагались такие же рельефы, как и в колонии Удус, только вместо эльфийских рабов на стене были изображены клыкастые чешуйчатые гуманоиды.
   Поднявшись на третий этаж, Ларратос обомлел:
   - А вот и они!!!
   И действительно: здесь находилось около пятидесяти ёмкостей, похожих на ванны, только наполнены они были не водой, а каким-то алхимическим веществом, над которым курился морозный пар. К ваннам были приделаны моторы, такие же, как в холодильниках. А в самих ваннах плавали тела тех самых змеелюдов, что были изображены на рельефе.
   Внезапно на полу загорелись какие-то огни. Очевидно, Ларратос наступил на неизвестное древнее устройство, активировав его. Жидкость в первой ванне закипела, и лежащий там змеелюд встал. И произнёс:
   - Хашшах! Хашшахас расаххат. Хашшахас шиххус! Саххшу аш Ишшахар!
   - Проклятье! - донеслось из лингвофона. - Проклятый эксперимент! Проклятые теплокровные! Заморозили народ Ишшахара!
   - Перворождённые ставили на вас эксперимент? - удивился Ларратос, - и вы дожили до сегодняшнего дня? Говорят, хладнокровные твари могут долго лежать замороженными.
   Тем временем другие змеелюды также поднимались из своих ванн. И вскоре встали все. Около пятидесяти.
   - Теплокровные, - пробормотал первый из вставших змеелюдов, - вы поплатитесь за то, что заморозили нас, - змеелюд открыл рот, обнажил зубы, и с них закапала какая-то тёмная жидкость, очевидно, яд.
   - Похоже, у нас проблемы, - пробормотал Трейк, доставая изогнутый эльфийский клинок.
   Ларратосу тоже не надо было объяснять, что делать. Он выхватил из ножен мечи и зажёг их синим пламенем. Примеру Ларратоса последовали и Элиддин с Зариной. Апион приготовил к бою кинжал.
   Змеелюды бросились все разом - их слаженность и быстрота поражали. Волна чешуйчатых тварей буквально вынесла паладинов из зала. Трейк что-то выкрикнул, устанавливая в дверях магический защитный барьер, а Элиддин с Ларратосом силой воли обрушили свод зала - но тварей всё это задержало ненадолго. Те, кого не задело рухнувшими глыбами (таковых набиралось примерно четыре десятка) начали яростно кусать невидимую стенку, установленную магом. Не прошло и пары мгновений, как барьер рухнул, выбросив напоследок сноп зеленоватых искорок - прямо в желтоглазые морды тварей. Трейк подался вперёд, резко взмахнул клинком - и пара самых шустрых тварей рухнула на пол, лишившись голов.
   - В стороны! - выкрикнул Леон, вскидывая древнее оружие Перворождённых.
   Паладины поспешно пригнулись - и пещера осветилась серией лиловых вспышек. Запахло жареным и ещё чем-то мерзким. К несчастью, твари, быстро сообразив, что лезть нахрапом не стоит, сменили тактику, прижимаясь к стенам и уворачиваясь от магических снярядов. Леон лихорадочно щёлкнул переключателем, врубая режим заморозки...
   Паладины воспользовались временным замешательством рептилий, обрушив пылающие клинки на своих противников. В зале заметно похолодало: на стенах начал оседать иней, несколько рептилий, сражённые Леоном, превратились в ледяные статуи, а пол оказался залит тошнотворной слизью.
   - Издохни, тварь! - выкрикнула Зарина, с ненавистью глядя в горящие жёлтым огнём глаза одному из змеелюдов, и тут же остолбенела.
   Ларратос еле успел выбросить её из-под самых челюстей твари, попутно отшвырнув рептилию силой воли.
   Странно, - удивился он. - Я спокойно дерусь с рептилиями, глядя им в глаза, и ничего такого со мной не происходит. И всё же змеелюды явно могут парализовывать врага взглядом.
   На Элиддина и Трейка парализующий взгляд змеелюдов тоже не действовал, но Апион с Леоном остолбенели, как и Зарина. Теперь положение паладинов стало отчаянным: змеелюдов оставалось ещё свыше трёх десятков, а паладинам теперь предстояло не только сражаться со всеми этими рептилиями, но ещё и не подпускать их к загипнотизированным. Ларратос к тому же сильно подозревал, что даже единственное прикосновение зубов змеелюдов заставило бы любого заснуть навсегда.
   Ларри увидел, как одна из рептилий метнулась к Апиону, понял, что не успевает его прикрыть, и...
   - Кадур ан-нур! - выкрикнул он, воззвав к энергиям Абсолюта.
   Заклинание сработало безукоризненно: с кончика клинка сорвался большой огненный шар, пылающий синим светом.
   Однако Трейк успел раньше: бросившись наперерез твари, маг повалился на спину, мощным пинком отшвырнув рептилию. Затем он увидел летящий в его сторону шар Ларратоса и выставил эльфийский меч. Клубок небесного пламени послушно нанизался на лезвие, скользнув вдоль него к самой рукояти. Трейк улыбнулся и, широко размахнувшись, стряхнул пламенеющий заряд. В воздухе с лёгким гудением мелькнула целая горсть маленьких - не больше горошины - синих огненных шариков, каждый из которых, описав замысловатую сияющую кривую, ударил по глазам змеелюдов. Воздух наполнился надсадным шипением ослеплённых тварей, а Ларратос уловил какие-то магические пульсации: боевой маг явно использовал некое сложное заклинание...

***

   Троица драконов тем временем дожидалась своих всадников, а попутно - сторожила поклажу. Мирида расположилась в центре, двое бронзовых танинов - по бокам. Лучи солнца играли на изумрудной чешуе гидры, а в её жёлтых глазах временами вспыхивали зловещие красноватые огоньки. Гидра заметно нервничала: она сильно беспокоилась за хозяина, к тому же совершенно не доверяла незнакомому танину, выделенному паладинами. Да и Руханнур, если честно, не вызывал у Мириды особого доверия. Сейчас она старалась не смотреть в его сторону: вид этой ехидной морды приводил её в бешенство.
   Центральная голова изумрудного дракончика пристально вглядывалась во тьму пещеры, а боковые головы неутомимо обозревали окрестности.
   Солнце поднималось всё выше, дул чуть заметный степной ветер, танины постепенно задрёмывали... и вдруг подскочили как ужаленные, разбуженные резким шипением Мириды.
   - Ну в чём дело? - недовольно протянул паладинский дракон.
   - Хххаоссс, - прошипела гидра, указывая на еле заметную чёрную точку в небе.
   - Где? На солнце, что ли? - удивился Руханнур, вскинув морду и небу.
   - Движшшетссся! - шипела гидра, видя, что странное чёрное пятнышко пошло на снижение, исчезая где-то за горной вершиной.
   - Вероятно, померещилось, - сонно произнёс орденский танин.
   Мирида с трудом подавила сильное желание прикончить этого болвана и начала пристально наблюдать за горой. Танины вновь устроились поудобнее и начали засыпать...
   - Просснитесссь! - с бешеным присвитом прошипела гидра. Теперь её глаза ярко светились. - Враг!
   - Что? Где?! - подскочили переполошившиеся ящеры.
   Гидра развернула крыло и широким жестом указала на склон - тот самый, где исчез загадочный летающий объект. Теперь оттуда поднимался громадный столб белого не то дыма, не то просто пара.
   - Слушай, хватит уже будить нас по пустякам, - недовольно скривился дракон паладинов. - Это же просто облако.
   - Нет! Я чшшую ххаоссс! - шипела Мирида, беспокойно топчась на месте и свивая кольцами хвост. - Нушшно посссмотреть!
   - Тебе нужно - ты и смотри, - дракон смерил Мириду неприязненным взглядом.
   Однако Руханнур был явно другого мнения. Конечно, он знал, что гидра - существо довольно нервное и агрессивное, но ему была уже хорошо известна её чувствительность к сверхъестественным энергиям.
   - Хм, возможно, гидра действительно права, - наконец произнёс он. - Но, быть может, стоит подождать возвращения хозяев?
   Гидра вдруг дёрнулась всем телом и, резко извернувшись, повернулась в сторону пещеры.
   - Ххоссяин! Он в опасссноссти! Я чччую это! - пара здоровенных прыжков, и зелёный дракон, ярко вспыхнув напоследок в солнечных лучах, исчез в темноте пещеры.
   Драконы молча проводили её взглядом. Руханнур колебался: то ли броситься следом за ней (ведь Элиддин тоже может быть в опасности!) то ли всё-таки остаться на охране вещей. Зато его сосед был только рад избавлению от столь непредсказуемой попутчицы.
   - Вот же тупое животное, - чуть слышно пробормотал он, аккуратно укладываясь на землю. - И почему эти гидры сильнее нас?

***

   Змеелюды теснили троицу воинов, и казалось, ничто не может им помочь. Трейк испробовал пару каких-то боевых заклятий - но ни одно из них не возымело эффекта: к удивлению мага, здесь почему-то отказывались работать даже простейшие молнии и огненные шары, лишь даром потребляя немеряное количество маны.
   Внезапно герои услышали металлический голос, продублированный лингвофоном:
   - Сейчас помогу. Ждите помощь, - и мимо отряда по лестнице пронёсся сторожевой голем.
   Наконец, Трейку удалось-таки справиться с вышедшими из-под контроля заклинаниями: прямо перед змеелюдами возник десяток призрачных существ неопределённой формы. Каждый призрак сжимал клинок, испускающий волны холода. Пахнуло могильной сыростью. Как только очередной змеелюд пытался пересечь строй призраков, какой-нибудь из последних молниеносным движением насаживал его на меч.
   Видя, что рептилии не могут пока преодолеть новый барьер Трейка, Элиддин с Ларратосом начали швырять в них свои мечи.
   - Боюсь, барьер скоро исчезнет! - выкрикнул маг. - У меня уже мана кончается - что-то сильно препятствует чарам, тут дело уже не только в пещерной энергетике.
   Тем временем, Ларри, благодаря кристаллу тонко чувствующий все творения Перворождённых, явственно ощущал, как наверху металлические руки чинят, а потом включают какие-то механизмы.
   Наконец, защита Трейка рухнула: призраки рассеялись облаками белого инея. Пока змеелюды не очухались, паладины успели прикончить ещё двоих, после чего, наконец, пришла обещанная подмога.
   Целых три боевых голема спустились по лестнице, вооружённые древними металлическими трубками, поставленными на режим метания молний.
   - Бунт рабов, - произнёс один из големов металлическим голосом, - готовимся к бою. Задача - защита высших существ. Цели определены - рептилии.
   И протокольные големы открыли огонь по змеелюдам. Точнее, не только огонь, но и молнии и ледяные удары. Тварей резко поубавилось, но и они не отставали: рептилии набросились на големов и начали драть их своими когтями. Через минуту против пятнадцати змеелюдов сражался отряд, в котором функционирующих бойцов было опять трое - големов попросту разодрали на части. Шансы, что выживут все члены отряда, были очень малы.
   - Уроды! Шушшара, - услышал Ларри приближающийся сзади знакомый голос, - вы, пародии на насстоящщих рептилий, лапы проччь от моего любимого хоззяина, иначе вам не позздоровитсся.
   - Мирида! - радостно выкрикнул Ларратос.
   Действительно, сзади летела гидра.
   - Я ощщутила, шшто вам гроззит опассность, - откомментировала своё появление гидра, - получчайте, змеёнышши, - и из трёх голов гидры вылетели молнии, каждая из которых попала в грудь кому-то из змеелюдов.
   Осталось двенадцать змеелюдов против гидры и троих человек. Один из ишшахаров добежал до Мириды и прокусил ей правую шею. И тут же следы от укуса на этой шее затянулись. Правая голова гидры злобно уставилась на обидчика-змеелюда:
   - Ты раззоззлил меня, ничтожжество! - и голова плюнула в морду ишшахара едкой кислотой, после тот замертво упал.
   Гидра ринулась в самый центр отряда рептилий. Три пары челюстей неприятно клацнули, отшвыривая сразу троих змеелюдов. Рептилии попытались наброситься на гидру с боков - но напоролись на режущие кромки расправленных крыльев, которые с лёгкостью располовинили нападавших. Того же змеелюда, который напал сзади, Мирида нанизала на острый наконечник хвоста.
   - Умрите! - средняя голова выдохнула зеленоватое облако яда, окутавшее центр лестничной площадки - и рептилии захрипели, хватаясь за глотки - похоже, этот яд действовал и на них.
   Через пару мгновений всё было кончено: гидра и трое воинов вырезали всех оставшихся змеелюдов. На полу лежали десятки трупов рептилий и три бездыханных тела - Апиона, Леона и Зарины.
   - Благодарю тебя, Мирида, - выдохнул Ларри.
   - Не ссса чшшто, ххосссяин! - довольно прошипела гидра.
   - Ларратос, иди наверх за кристаллом, - сказал Элиддин, - а я пока их подлечу.
   Ларри, спрятав клинок, начал торопливо подниматься по каменной лестнице. Трейк последовал за ним: магу тоже было интересно взглянуть на легендарный кристалл.
   - Не нравится мне эта пещера, - негромко пробормотал маг.
   - Господин Трейк, вы же говорили, что простейшая магия здесь работает. Так почему вы не ударили по змеелюдам чем-то вроде огненной стены или пучка молний?
   - В том-то и дело, что во время боя отказала ВСЯ магия. Никогда ещё со мной такого не случалось. Во-первых, я вообще не пойму, с чего вдруг ожили эти твари...
   - Боюсь, что я наступил на какое-то устройство, - признался Ларри.
   - Нет, ты здесь точно не при чём: эти ванны окутывало мощное морозильное заклинание, а устройства для разморозки давно сломаны. Такое ощущение, что, едва мы вошли в этот проклятый зал, как все чары вдруг разом утратили силу. Все мои попытки колдовать гасились в самом зародыше. К тому же некая сила выпила бСльшую часть моей маны и даже какую-то долю жизненной энергии.
   - Магическая охрана? - предположил Ларри.
   - Нет, не похоже. Насколько я успел понять в пылу боя, нам противостояла мощь Хаоса. Происходи это в Гиперборее - и я был бы уверен, что рептилий разбудил и прикрыл от магии могущественный шеддит, но здесь... Понятия не имею, что тут случилось. Скажу лишь, что у против мощи Хаоса у мага немного шансов - особенно когда мага застали врасплох, а сама пещера не даёт особо развернуться... Эх, сюда бы ещё парочку гильдийцев!
   Лестница кончилась. Теперь маг и паладин осторожно шли по тёмному коридору.
   - Господин Трейк, - вдруг вспомнил Ларри, - вы говорили, что кристалл не увеличивает мои силы...
   - Ну да, так оно и есть.
   - Но мне удалось использовать мощь Абсолюта для подпитки огненных заклятий! Да вы и сами видели, как я метнул огненный шар, созданный из Небесного пламени.
   - Боюсь тебя разочаровать, Ларратос, но это - всего лишь обычные способности рыцаря-осьминога. Паладины, обладающие тесной связью с Абсолютом, могут использовать его энергию для подпитки своих чар. И даже аватары создавать... Так, похоже, мы уже пришли.
   И действительно: коридор закончился, плавно перейдя в небольшую комнату, посреди которой была установлена колонна с кристаллом. Как и в прошлый раз, при приближении Ларратоса кристалл засветился всеми цветами радуги - только теперь камень был неповреждённым. И никаких охранных големов поблизости не наблюдалось.
   - Как интересно, - задумчиво произнёс маг. - Сейчас проверим...
   Он подошёл к постаменту и возложил на него ладонь. Камень приветственно мигнул, фигуру мага окутало мягкое фиолетовое свечение.
   - Так... значит, несколько колоний... портал... - Трейк сосредоточился, и в небольшой каменной пристенной арке на мгновение мелькнуло синее сияние портала.
   Ещё немного поколдовав над кристаллом, Трейк отошёл в сторону.
   - Да, Ларри, - улыбнулся маг. - Этот камень действительно использовался для управления колонией (в частности - всеми её големами), связи с другими колониями и открытия порталов. К сожалению, портальная арка за истёкшие века разрушилась - так что открыть портал уже невозможно. Кстати, меня этот кристалл почему-то тоже принял за хозяина. Возможно, будь я паладином - и мне так же удалось бы настраиваться на Абсолют, как и тебе.
   Настала очередь Ларри медитировать над камнем. Он, как и раньше, возложил на него ладони - и кристалл начал пульсировать в такт с биением его сердца. Одновременно Ларратос ощутил, как растёт его чувствительность: он ощущал уже не только целых, но и сломанных големов, а заодно - кое-что из охранных систем колонии. Он ясно чувствовал нити, уходящие вдаль - как к другим колониям, так и за пределы Эрты. Но, к сожалению, определить местоположение этих колоний не удавалось: он чуял лишь два скопления технологий Перворождённых: подле Телиссии и возле Баалгарда. Временами ему казалось, что он вот-вот нащупает третий город - но тщетно: какая-то сила скрывала его от взора паладина.
   Наконец, Ларратос сдался.
   - Ну ведь совсем немного не хватило! - вздохнул он. - Но не плыть же мне в Масхон за очередным кристаллом...
   - Если потребуется - сплаваем, - улыбнулся Трейк. - Ладно, пошли - наши там, должно быть, уже заждались.

***

   - Ларратос, - обрадовался Элиддин, когда Ларри и Трейк спустились на площадку, - бросай свой кристалл и помоги - яд очень сильный, я уже полностью выдохся.
   Ларри увидел, что Апион и Леон поднимаются на ноги. Неподвижной оставалась только Зарина.
   - Не страшно, - улыбнулся Трейк, взмахивая рукой. - Можешь сэкономить свои силы.
   На этот раз заклятье боевого мага подействовало безукоризненно: Зарина вскочила, как ошпаренная, и начала оглядываться. Остальные исцелённые выглядели какими-то вялыми: Апион всё время зевал, а взгляд Леона казался совершенно сонным и бессмысленным.
   - Яд плюс гипноз, - комментировал боевой маг. - Интересное сочетание. Пожалуй, я возьму образцы этой субстанции. Можете идти - я догоню вас.
- Ну, нам тут вроде бы больше нечего делать, - утвердительно кивнул паладин. Так что пошли.
   И отряд исследователей руин двинулся в обратный путь. Элиддин, Ларратос и Зарина шагали бодро, а вот Апиона ощутимо пошатывало. Леон же, похоже, вообще спал на ходу: он всё время спотыкался и умудрился не заметить поворота, вписавшись в стену.
   У самого выхода Мирида вдруг насторожилась:
   - Хоссяин, ссрашшение!
   И действительно, снаружи доносились звуки боя и ругань танинов.
   - Наши драконы! - Ларри, Элиддин и Мирида немедленно бросились на помощь ящерам.
   Но, когда паладины выскочили наружу, на ходу зажигая клинки Небесным пламенем, выяснилось, что никакого врага нет: танины попросту передрались. Руханнур прижал паладинского дракона к склону горы и теперь лупил его когтистыми лапами.
   - Руханнур! Что происходит?! - заорал Элиддин.
   - Этот урод, - пропыхтел танин, - вконец распоясался.
   - Это я-то распоясался? - злобно выкрикнул орденский ящер. - Да это в вашем отряде все психопаты - что люди, что звери! Уберите от меня этого психа!
   - Руханнур, оставь его! О Абсолют, ну за что мне всё это?! Твои постоянные насмешки и выпендрёж я ещё как-то могу вынести, но если ты вдобавок, подобно гидре, будешь кидаться на всех подряд... То, клянусь Абсолютом, я действительно заменю тебя летающим ковром!
   - А нечего было обзываться! - огрызнулся Руханнур. - Элиддин, серьёзно, если бы ты слышал, какими словами он обзывал Мириду, когда она отправилась вам на помощь, ты бы сам...
   - Обсссывал? Меня?! - гидра пригнулась, опустив головы, и в её глазах паладинский дракон прочёл свой смертный приговор.
   - Эй, эй, вы чего?! Да я же... это же просто...
   - Мирида, назад! - выкрикнул Ларри.
   - Ссс-шшш-шш! - дёрнулась гидра. - Хоссяин, поссволь проучшшить мерссского предателя! Он ссспокойно сссмотрел, как вас сссажшшимают!
   - Я сказал, назад, Мирида!
   - Руханнур, и ты отойди! Какой кошмар, нам только массовой драконьей драки не хватало!
   Наконец, зверей удалось-таки угомонить. Хотя все трое пребывали в самом скверном настроении: танины недовольно ворчали, Мирида всё время шипела... Обстановку не смогло разрядить даже появление Трейка (маг догнал отряд в тот момент, когда Ларри как раз успокаивал Мириду: Леон нечаянно наступил ей на хвост, и гидра не преминула использовать такую замечательную возможность вызвериться).
   Наконец, драконы взмыли в воздух. Изрядно потрёпанный орденский танин тащился в хвосте. Гидра - не слишком-то скоростной дракон - посередине, а Руханнур возглавлял процессию, переругиваясь с Элиддином, читавшим ящеру нотации. Мирида время от времени негромко шипела: похоже, сейчас она была целиком на стороне Руханнура.
   А Ларри размышлял о том, что ему теперь делать - ведь паладину не так-то просто будет проникнуть в Масхон. Задумавшись, он не заметил, что гидра вдруг резко прибавила скорость.
   - Хоззяин, бессс лишшшнего груссса мы легко их обгоним!
   - А? - вздрогнул Ларри. - Ты о чём это? Леон! - Только сейчас Ларри заметил, что изобретателя за его спиной уже не было: он, похоже, попросту свалился с дракона.
   - Мирида, назад! Снижаемся! Элиддин, Зарина, тревога!
   Драконы пошли на снижение, а Ларри, увидев падающую фигурку Леона, подхватил его силой своей воли, замедлив падение.
   Когда драконы приземлились, выяснилось, что изобретатель попросту заснул прямо в полёте. Спал он и теперь - и даже стремительное падение его не разбудило.
   - Леон! Очнись! - Ларри тряс его за плечо. - Что с тобой? Ты в порядке?
   - Что? - изобретатель открыл сонные глаза и, пробормотав что-то вроде "в полном, не мешайте мне спать", вновь крепко уснул.
   - Ничего не понимаю, - Ларратос недоумённо повернулся к Элиддину.
   - Похоже, последствия отравления, - вздохнул тот.
   - Меня, кстати, тоже в сон клонит, - зевнул Апион. - Я и сам чуть не свалился с танина.
   - А почему тогда Зарина не засыпает? - поинтересовался Ларри. - Зарина, ты как?
   - Не усну, не бойся, - девушка улыбнулась и провела ладонью по своим волосам.
   - Дело в том, что её исцелял Трейк. А вот те, кого лечил я... - паладин вздохнул. - Похоже, яд оказался крепче, чем я думал.
   - Вовсе нет, - боевой маг склонился над изобретателем. - Просто в руинах Перворождённых пульсируют некие энергии, блокирующие или по крайней мере ослабляющие мощь Абсолюта - я об этом уже говорил. Магия в этом плане вроде бы надёжнее, особенно если чары содержат защиту от посторонних воздействий.
   Трейк провёл рукой сперва перед лицом Апиона (тот сразу же перестал зевать), а затем перед лицом Леона. Изобретатель вздрогнул и проснулся.
- Где мы? Что случилось?
   - Ничего страшного. Всего лишь последствия яда этих змеелюдов...
   - А... а где же мой чемоданчик? Я же забыл в этих руинах свои инструменты! - изобретатель вскочил и бросился к дракону. - Мы должны вернуться за ними!
   - Нет, - Элиддин покачал головой. - Мало ли, какие ещё сюрпризы спрятаны в этом заброшенном городе. Будет лучше, если за ними слетает кто-либо из паладинов.
   - Разрешите мне, наставник... то есть Элиддин?
   - Конечно, Ларри. Мы подождём тебя здесь.
   Ларратос вскочил на Мириду и уже через пару минут приземлился возле поселения Перворождённых.
   Внутри всё было по-прежнему, если не считать того, что сторожевой голем валялся на полу - вероятно, исчерпалось заклятие. Ларри поднялся наверх - в тот самый зал, где произошла схватка со змеелюдами... но там его уже ждали:
   - Не это ли ищешь, красавчик? - навстречу Ларратосу шагнул человек, закованный в блестящие чёрные доспехи. Его круглый шлем, в прорезях которого полыхало яркое красное пламя, напоминал голову жука. На Ларри незнакомец смотрел с явной насмешкой, а в его руке висел чемоданчик Леона.
  
   Глава 7
   Пути расходятся
   Перед Ларратосом стоял человек в чёрных доспехах, прикрытых сверху темной мантией. Эти доспехи явно побывали не в одном бою - чёрный металл был сплошь испещрён бороздами от ударов мечей. Однако кое-где сквозь царапины проглядывали изображения скарабеев. Шлем тоже оказался выполнен в виде жучиной головы с загнутыми назад усами. На поясе незнакомца висел меч, очень похожий на клинок из Небесной Стали, а в руке был чемоданчик Леона. Мельд ощутил негативные флюиды, исходящие от этого человека. Включив внутреннее око, он увидел плотную чёрно-красную ауру, окружающую странного воина. Сомнений больше не было - это самый настоящий владыка шеддитов. И не начинающий зазнайка, каким был Кархан, а гораздо более опытный.
   - Кто ты? - спросил Ларратос.
   - Неверный вопрос, - довольно проговорил незнакомец. - Тому, кто даже себя самого не знает, надо было начинать с вопроса о собственной личности.
   - Ты что-то знаешь? - слова шеддита вызвали у Ларри замешательство: неужели этот шеддит всё знает! Если он не лжёт, то теперь ответ был уже так близок, всего в нескольких шагах...
   - Я всё знаю о тебе, Ларри Мельд... или же мне назвать другое имя, а...,- владыка на несколько секунд застыл. Прищурившись, он вкрадчиво всматривался в глаза Ларратоса, которые были широко открыты от удивления. - Вижу, удивления ты и не скрываешь? Я обещаю, что открою тебе эту тайну перед твоей смертью. Что же до меня, то... меня зовут Баал Хэрек, я - владыка шеддитов и губернатор северного Масхона. Надеюсь, ты готов узнать тайну, - Баал Хэрек достал из ножен свой меч и издевательски отсалютовал им Ларратосу.
- Откуда тебе известна эта тайна? - спросил Ларратос, доставая в ответ из ножен Зариндуил и Альмарильон.
   - Как ты нетерпелив! - почти пропел шеддит, искренне наслаждавшийся моментом. - Дождись своей смерти, и ты все узнаешь. Но сейчас, согласно кодексу шеддитов, я должен показать тебе, моему врагу, своё лицо.
   С этими словами Баал Хэрек снял свой шлем.
   - Где-то я это лицо уже видел, - задумчиво произнёс Ларри.
   - Я тебе намекну, - засмеялся шеддит, - ты видел его в городе Телисия. Я - Клавдий Кальпурний, водный маг, один из тех, что тушил пожар после твоей курицы. Точнее, делал вид, что тушил.
   - Делал вид?!
   - О, какое красноречие! - веселился Хэрек. - Неужели ты, столько времени возившийся с этим зелёным недоразумением, до сих пор не понял, что гидры НЕ УМЕЮТ выдыхать пламя?! Яд, кислота, молнии - но не огонь. Она при всём желании не могла устроить пожар в той проклятой башне! Нет, башню поджёг я - после чего вызвал пожарную команду.
   - Но зачем?!
   - А было очень забавно смотреть, как вся эта мелкота суетится, пытаясь и пожар погасить, и под удар гидры не попасть. Я там ещё слегка развлёкся, искажая их чары, - ехидно усмехнулся шеддит. - Было бы ещё забавнее, если бы вступившие в дело паладины всё же порубили твою зверюгу в капусту. Хаос, да они уже были готовы это сделать! И не вмешайся этот болван Эллинор, так...
   - Как же ты, Баал Хэрек, умудрился принять личину простого мага? - перебил его Ларратос, которому уже начинало надоедать позёрство владыки шеддитов.
   - Это не совсем личина. Это моя изначальная личность, - охотно поведал Хэрек. - Я и есть водный маг Клавдий Кальпурний. Десять лет назад я ушёл в Масхон и стал шеддитом, учеником самого лорда Хаммона. А пять лет назад убил губернатора Северного Масхона, приобретя его статус и имя Баал Хэрек. Ну, а на родину, в Ариаду, вернулся, дабы проследить за тобой. Это было так предсказуемо, что после войны, которую я развязал, ты пойдёшь в Ривергард на заседание Великого Альянса, дабы дать отпор угрозе из Масхона. Также было предсказуемо, что вы с Элиддином заглянете на огонёк и в Телисию. Тут-то я и подоспел.
   - Но почему же никто из паладинов не почувствовал опасности, что от тебя исходит?
   - Всё благодаря кольцу из Небесной Стали, которое выковал сам владыка Хаммон, - Хэрек извлёк из кармана серебристое колечко, изображающее скорпиона, и продемонстрировал его Ларратосу. - Оно полностью экранирует ауру паладина или шеддита - но резко подавляет и его сущность, то есть ограничивает способности. Поэтому никто и не ощущал, что я - шеддит. А что касается красных глаз, по которым можно вычислить шеддита, так я просто наложил на них заклятие иллюзии.
   - А разморозка змеелюдов - это...
   - Ага, - довольно кивнул Хэрек, - тоже моя работа. Приземлившись на склоне горы, я водяной магией аккуратно прорезал отверстие (а как звери-то ваши переполошились, когда увидели это заклятье!) и, забравшись в здешние пещеры, начал за вами наблюдать. Мне было интересно узнать, чего ты стоишь как паладин. Да и на способности твоих спутников полюбоваться. Конечно, если бы кого из вас прикончили - я бы не стал особо огорчаться, - рассмеялся шеддит.
   - Хм, а как же тогда Трейк сумел-таки воспользоваться магией? Ведь ты, я так понял, гасил его чары ещё в зародыше?
   - Ты у меня спрашиваешь? - прищурился Хэрек. - Спроси у этого самого Трейка... если выживешь после нашего поединка. Я славно позабавился, сбивая его с толку. А под конец даже высосал немного его жизненных сил.
   - Много говоришь, владыка Хэрек, - задумчиво произнёс Ларри, - может, всё-таки расскажешь мне, что же знаешь о моём происхождении?
   - Как и обещал - после того, как одержу над тобой победу, - произнёс Баал Хэрек и силой своей воли зажёг шеддитский меч.
   - Давненько мне хотелось сразиться с опытным шеддитом, - произнёс Ларратос, зажигая силой воли оба своих меча.
   Ларратос принял защитную стойку, ожидая нападения врага, и оно не заставило себя ждать. Баал Хэрек двигался не особенно быстро - по крайней мере, не быстрее, чем Зарина. Но, несмотря на кажущуюся медлительность, а также на то, что у него был всего один меч, шеддит с лёгкостью блокировал все удары Ларри и даже успевал наносить свои. Движения Хэрека были спокойными, размеренными и очень точными - словно он не дрался со смертельным противником, а участвовал в тренировочном поединке. Более того: шеддит по-прежнему продолжал ехидно улыбаться. Однако Ларратос заметил, что его враг не использует каких-то особых приёмов или движений, а применяет давно известные, почти хрестоматийные комбинации ударов и защитных позиций.
   Ну ладно, - подумал Ларри, - сейчас тебе станет не до смеха.
   Он применил один из своих излюбленных приёмов - и Альмарильон, пробив-таки защиту Хэрека, с мерзким скрежетом скользнул по чёрным доспехам шеддита.
   Хэрек сильно удивился: он не ожидал такого от новоиспечённого адепта. Улыбка моментально испарилась с его лица. Хэрек отпрыгнул назад, перехватил поудобнее пылающий клинок и, призвав силой Хаоса свой шлем, до тех пор мирно лежавший на полу, надел его на голову.
   Ещё один призыв к Хаосу - и скорость шеддита вдруг резко возросла. К тому же он отошёл от затасканных приёмов, начав импровизировать.
   Мечи противников сталкивались, подобно пылающим клубкам огненных росчерков. Хэрек уверенно теснил Ларратоса, который уже начинал уставать. Сам же адепт Хаоса казался неутомимым: бой для него был чуть ли не наслаждением.
   Ларри понял, что в этой битве ему не победить - и мысленно начал молить Абсолют о помощи. Теперь, после второго кристалла, его связь с высшими энергиями стала весьма великой: паладин надеялся, что её хватит для получения ответа на молитву.
   Однако помощь неожиданно пришла совсем с другой стороны - от Хаоса. Ларри вдруг ощутил пьянящую лёгкость во всём теле. У него вновь обнаружилась способность совмещать внутреннее зрение с обычным. А пару мгновений спустя паладин понял, что в его ауре образовалась ментальная дыра с рваными краями, которая поглощала силы противника: от шеддита к самому Ларратосу тянулась тоненькая струйка хаотических энергий, которые восполняли силы паладина.
   Неужели я приобщился к одной из способностей шеддитов - энергетическому вампиризму? - удивился Ларри. - Только как? Похоже, как писали некоторые авторы из паладинов, в минуты опасности скрытые способности проявляются...
   Баал Хэрек, не сразу ощутивший, что его выносливость развеивается, силой воли поставил вокруг себя какой-то щит, защищающий от атак энергиями Хаоса и Абсолюта. Но темпа владыка не сдавал.
   Теперь соперники казались равными по силе. Они не стояли на месте, а крутились в безудержном вихре битвы. И уже не было понятно: кто на стороне Абсолюта, а кто на стороне Хаоса. Баал Хэрек решил принять оборонительную позу. Ларратос же, напротив, все время атаковал, используя преимущества стиля Крибат Парпар - крутился, атаковал с заходом назад, описывал клинками "мельницы". Перейдя в агрессивное наступление, Ларри решил воспользоваться своим коронным приёмом. Подойдя к Хэреку, он ударил Зариндуилом справа, целясь в его сердце. Хэрек парировал этот удар своим мечом слева, после чего Ларратос ослабил правую руку. Заметив, что Ларратос ослабил нажим, Хэрек еще раз ударил своим мечем по Зариндуилу: шеддит знал, что этот прием часто используют паладины, дабы выбить меч противника.
   Нет! Медлить нельзя! - подумал Ларри. И решил снести голову своему врагу, пока тот открыт для удара слева. Ларратос занес Альмарильон, который, несясь со скоростью стрелы, выпущенной из автоматического арбалета, внезапно остановился в полуметре от врага: Хэрек остановил горящий меч голой рукой, которая в свою очередь тоже воспылала черно-красным огнем хаоса.
   - Невероятно! - потрясённо воскликнул Ларри.
   - Хм, - ехидно ухмыльнулся Хэрек.
   Сильнейший удар ногой в живот откинул Ларри метра на три. Мельд сразу поднялся и снова зажег свой меч: второй клинок отлетел далеко в сторону.
   - Что, не можешь победить? - с деланно-ласковой улыбкой произнёс шеддит. - Так утешься тем, что скоро узнаешь тайну!
   Потеря одного из мечей не подкосила Ларри: опыт фехтования одним мечом у него имелся намного более богатый, чем двумя. Ларратос бросился на своего врага, как голодный лев на добычу. Прыгнув вперед на несколько метров (ведь он же рыцарь-тигр), паладин описал сальто в полете и ударил мечом прямо по темечку Хэреку.
   Удар оказался столь сильным, что шлем Хэрека треснул, развалившись на две части. А сам Мельд вдруг ощутил ещё один прилив новых сил - на этот раз за счёт Небесных энергий: похоже, Абсолют всё-таки ответил на молитву, хоть и с некоторым запозданием. Теперь уже сам Ларри увеличил скорость и, как чуть раньше его противник, перешёл на хрестоматийные комбинации, которые его тело выполняло практически рефлекторно.
   Того, что с ним обращаются как с учеником, Хэрек не выдержал: от такого унижения шеддит с криком бросился на Ларри. Удар, еще удар, мерцания полыхающих клинков... Бой продолжался уже длительное время, и исход его был неясен. Ларратос вдруг осознал, что схватку сейчас ведут не бойцы, а высшие силы - Хаос и Абсолют, извлекая из подсознания своих носителей стандартные, многократно опробованные схемы и комбинации.
   А поскольку, - подумал Ларратос, - у нас с Хэреком энергетические способности примерно равные, схватка будет продолжаться до нашего полного истощения... если, конечно, не придумать чего-то оригинального.
   Хэрек, похоже, пришёл к аналогичному выводу: он, не прекращая рубки, вдруг вытянул левую руку вперед, готовясь к ментальному удару. Ларри тоже вскинул руку - для ответного удара. Заряды полетели почти одновременно, и оба воина разлетелись в разные стороны. По случайному стечению обстоятельств Ларри упал в двух метрах от Зариндуила, чем и воспользовался, призвав клинок силой Абсолюта.
   Ларратос с лёгкостью вскочил на ноги, недоумевая, почему же он до сих пор не чувствует усталости - ни от боя, ни от использования силы: если в бой действительно вступили внутренние сущности его и Хэрека, то запасы этих энергий должны рано или поздно истощиться...
   А вот Хэрек приподнялся с некоторым трудом: шеддит понял, что его силы начали иссякать.
   - Нужно срочно что-то предпринимать, - лихорадочно подумал владыка шеддитов. Он понятия не имел, почему Ларратос не выдыхается, но прекрасно осознавал, к чему может привести подобный расклад.
   Занеся меч над головой, Баал метнул его в Мельда: излюбленный трюк как паладинов, так и шеддитов.
   Ещё один шаблонный приём, - подумал Ларратос, предоставив Абсолюту самому ответить на этот ход противника.
   Ясность ума и невероятная ловкость Ларри работали сами собой, словно Мельд - механический голем. Он отправил Зариндуил по направлению Хэрека (попутно отметив похожесть высших сущностей и сходство их методов), а сам прыгнул навстречу мечу шеддита.
   Сейчас или никогда, - решил Ларри... и резким усилием воли взял тело полностью под свой контроль, использовав все нерастраченные запасы энергии разом.
   Внутренняя сущность, возникшая в ответ на молитву, послушно разрушилась, передав своему носителю всю содержащуюся в ней силу. Всё вокруг Ларри начало замедляться, звуки разрезающегося клинком воздуха казались протяжными, словно гудок полуденного поезда, а меч, летящий навстречу Ларратосу, двигался со скоростью черепахи. Наконец Мельд поравнялся с вражеским клинком, летевшим на уровне трёх метров от земли, и резко ударил его по эфесу, попутно отправив второй меч в Баала. Хэрек оказался не настолько быстр, как Мельд, да и силы уже покидали его. Он остановил силой мысли Зариндуил, а вот со своим мечом справиться уже не смог. Как огромное копье, меч пронзил горло своего хозяина. Хэрек унёс тайну Ларратоса с собой в могилу.
   Велика ирония судьбы - быть убитым своим же собственным мечом...
   Приземлившись после затяжного прыжка прямо в лужу крови, Ларри выдернул меч из горла шеддита и вытер о его мантию. Обыскав тело убитого шеддита, он нашёл кольцо, на котором красовалось изображение скорпиона - то самое кольцо, что подавляло ауру Хэрека.
   Надев его, Ларратос почувствовал усталость: его силы значительно притупились. Очень неприятное ощущение...
   Поморщившись, Ларри сдёрнул кольцо, отметив мгновенное восстановление паладинских способностей. Повесив меч Хэрека на пояс и захватив чемоданчик Леона, паладин направился к выходу, но почти сразу же замер, услышав шорох чьих-то когтей.
   - Хххозссяин! - по тёмному тоннелю навстречу Ларратосу мчалась встревоженная Мирида. - Ссс вами нчшшего не сслучшшилосссь?!
   - Всё в порядке, Мирида, - улыбнулся Ларри, вдруг сообразив, что бой с шеддитом, оказывается, продлился не так уж долго. - Тот, кто напал на меня, уже мёртв.
   - С-с-сшшш! - довольно прошипела гидра, возвращаясь вместе с Ларратосом.
   Выйдя из пещеры, Ларри увидел, как неподалёку от входа приземлился Руханнур, на спине которого восседали Элиддин и Трейк.
   - Ларри! - обрадованно закричал паладин. - Мы с Трейком обсудили произошедшее в пещере и пришли к выводу, что где-то поблизости затаился шеддит. Я боялся, как бы с тобой чего не случилось...
   - Случилось, - кивнул Ларратос, показав трофейный меч. - На меня напал владыка шеддитов Баал Хэрек - тот самый, что обучил Кархана.
   - Но я вижу, ты жив-здоров, - довольно произнёс Элиддин.
   Драконы полетели обратно, к месту стоянки отряда.
   - Да, - ответил Ларратос, - но мне не было особенно легко побеждать его. Зато шеддитский меч теперь стал моим.
   - Как же он узнал, что ты здесь? - недоумевал Элиддин. - Он прибыл сюда из северного Масхона? Не далековато ли?
   - Он следил за мной в Ариаде. Полагаю, именно Хэрек организовал в Ариаде некое подобие культа Тени, что был в Гиперборее. Клавдий Кальпурний, скромный водный маг - это и есть Баал Хэрек.
   - Но я не почувствовал в Кальпурнии энергий Хаоса, - удивился Элиддин.
   - Потому что он носил вот это кольцо - экранирующее ауру и гасящее все способности, связанные с абсолютом.
   - Странно всё это, - произнёс Элиддин.
   - Смотрите на меня, Элиддин, - Ларратос надел кольцо, - внутренним оком смотрите.
   - О, Абсолют! У тебя серая аура! Нет ни намёка на паладинство!
   - Но я и ощущаю себя слабее.
   - Какой замечательный артефакт! - восхитился Трейк. - Не могли бы вы, Ларратос, дать мне его на время - для изучения?
   - Ну разумеется, - улыбнулся Ларри.
   Два дракона прибыли к стоянке отряда.
   - Вот твой чемоданчик, Леон, - сказал Ларратос изобретателю. - Эх, знал бы ты, какой ценой он мне достался!
   - Какой же?
   - Ценой сражения с владыкой шеддитов!
   Изобретатель забрал чемоданчик, весь отряд уселся на драконов, и вскоре троица ящеров приземлилась в верхнем Шалеме. Отряд встречали Кафр эд-Даввар и другие представители ордена паладинов, а также Эрана и Беллердаш.
   - Ну, как прошли исследования? - поинтересовался председатель ордена.
   - Мы нашли новый кристалл. Но, хотя он и увеличил мою чувствительность, ничего нового нам узнать не удалось. Также мы сняли с одного из древних големов лингвофон - это универсальное устройство-переводчик.
   - Вы нашли ещё что-нибудь, адепт Ларратос? - Кафр эд-Даввар оказался явно разочарован столь скромными успехами экспедиции.
   - Я нашёл владыку шеддитов. Точнее, он нашёл меня. Это был Баал Хэрек. Я победил его и забрал меч.
   - Отличная новость! - обрадовался паладин. - Поймите меня правильно: Перворождённые - это пока нечто мифическое, а истребление шеддитов - очень важное и нужное занятие. Кстати, куда вы теперь направитесь?
   - Согласно обоим кристаллам, искать надо в Масхоне. В городе Баалгарде, в самой столице этой страны.
   - Давненько не было паладинов в Масхоне, - задумчиво произнёс Кафр эд-Даввар. - Масхонцы пускают в свою страну людей, разочаровавшихся в своей родине - но они никогда не пустят в свою страну паладина - если он, конечно, не стал шеддитом. Вам не удастся скрыть, что вы паладин, адепт Ларратос. Поэтому единственный выход - отправить в Масхон с миссией поиска кристалла кого-то, кто не является паладином. Под видом перебежчика из Ариады, Шемшии, Гиперборея или любой другой страны Великого Альянса.
   - Бесполезно, - покачал головой Трейк. - Насколько я понял, только Ларратос может настраиваться на кристаллы. Так что, хотим мы того или нет, но отправлять в Масхон нужно именно Ларратоса.
   - Но это же невозможно! - возмущался паладин. - Думаю, вы не сможете, адепт Ларратос, скрыть от масхонцев свою принадлежность к нашему ордену. А если шеддиты нападут на вас, в одиночку отбиться ото всех вы не сможете, будьте вы хоть трижды Избранником!
   - Вы правы, господин Даввар, - уныло произнёс Ларратос, - хотя нет, я могу скрыть своё паладинство! Кольцо! Кольцо владыки Хэрека, благодаря которому он скрыл, что является шеддитом. Смотрите, - Ларратос надел кольцо, - смотрите на мою ауру!
   - Впечатляет, - произнёс Кафр эд-Даввар, глядя внутренним оком на ауру Ларратоса.

***

   Несколько позже Элиддин, Ларратос, Трейк и Эрана с Зариной собрались в комнате, дабы обсудить предполагаемую поездку в Масхон.
   - Трейк, как ты думаешь, действительно ли это кольцо, - задумчиво проговорил Элиддин, - поможет скрыть ауру паладина? И насколько оно безопасно? Ведь, если верить Хэреку, его выковал сам Хаммон, и оно, безусловно, является артефактом Хаоса!
   - А вот это мы сейчас и проверим, - кивнул маг, освобождая столик и доставая из кармана небольшой мелок. - Вообще-то, - продолжил он, ловко чертя мелом какую-то замысловатую фигуру, - человек с достаточно сильной волей вполне может пользоваться артефактами Хаоса без угрозы для личности.
   Трейк завершил вычерчивание контура, напоминающего не то двойную петлю, не то перевёрнутую восьмёрку и, приняв у Ларри кольцо, аккуратно поместил его в точку пересечения линий.
   - Какая странная фигура, - удивился Элиддин, внимательно наблюдавший за ритуалом. - Мне казалось, что устойчивые заклятья можно накладывать либо на круг, либо на комбинации из прямых линий - вроде многолучевых звёзд.
   - Когда-то маги действительно так думали, - улыбнулась Эрана. - То, что начертил господин Трейк - это стандартный контур типа "лепесток", их уже на втором курсе проходят.
   - Верно, - довольно кивнул маг.
   - Мда, крепко же я отстал от магического прогресса, - вздохнул Элиддин.
   Трейк некоторое время пристально разглядывал кольцо, а затем презрительно скривился:
   - Ну Хаммон! Ну сапожник! Более бездарной работы мне ещё не приходилось видеть! Думаю, на вступительных экзаменах в магическую академию у него не было бы шансов.
   - Но ведь кольцо работает! - удивился Ларри.
   - Естественно, - хмыкнул Трейк, - учитывая, СКОЛЬКО хаотической энергии загнал туда Тёмный Лорд, оно просто обязано хоть как-то функционировать. Ладно, сейчас я немного доработаю его поделку...
   Трейк что-то прошептал, а затем точным движением поднял колечко и надел его себе на правую руку.
   - Ну, можете полюбоваться на мою ауру.
   Включив внутреннее зрение, паладины убедились, что аура мага стала мутно-серой.
   - Так, а теперь?... - маг одел кольцо уже на левую руку, и паладины, вскрикнув, отшатнулись: аура Трейка полыхнула тёмно-багровым - как у могучего шеддита!
   - Что это?! - поражённо воскликнула Зарина.
   - Тоже маскировка, - весело улыбнулся Трейк. - Надев кольцо на правую руку, Ларри сможет просто замаскировать свою ауру, а если оденет на левую - то сумеет сойти за шеддита и даже, возможно, воспользоваться силами Хаоса.
   - То есть теперь кольцо позволит паладину мгновенно стать шеддитом? - испуганно произнёс Элиддин.
   - Конечно нет, - досадливо поморщился маг, сдёргивая кольцо. - Это всего лишь иллюзия: Хаос лишь обволакивает истинную ауру, которая внутри по-прежнему остаётся синей.
   - Но безопасно ли подпускать Хаос так близко к истинной сущности? - продолжал тревожиться Элиддин.
   - Думаю, да: у Ларратоса достаточно сильная воля, чтобы противостоять Хаосу. Кроме того, эта возможность не для повседневного применения, а лишь на крайний случай. Боюсь, в Масхоне, под чёрным небом, связь с Абсолютом окажется сильно ослаблена - а вот Хаос, напротив, будет всегда под рукой.
   С этими словами Трейк передал кольцо Ларратосу. Элиддин хотел ещё что-то сказать, но тут откуда-то снаружи послышался подозрительный шум, а затем чей-то приглушённый крик:
   - Драконы! Драконы дерутся!
   - Мирида! - подскочил Ларри. - Неужели она и здесь устроит погром?!
   Ларри стремглав выскочил из комнаты, помчавшись к загону для драконов. Элиддин, секунду помедлив, бросился следом за своим подопечным.
   Возле загона уже собралась толпа. Одновременно с Ларратосом к строению подоспело ещё несколько паладинов.
   - Что происходит? - воскликнул один из них. Словно в ответ на его слова, из ворот загона вылетела яркая молния.
   - Мирида! - Ларратос ворвался в проход, откуда сочился лёгкий зеленоватый дымок, и увидел, что его гидра действительно гоняет местных зверей - точнее, уже загнала: все драконы сбились в кучу в одном из углов. - Мирида, в чём опять дело?!
   - Хххозссяин! - прошипела гидра. - На нассс напали!
   - Да, - послышался ещё один голос. - Тот давешний ящер всё никак не угомонится.
   - Руханнур! - удивлённо выдохнул подбежавший Элиддин. - Ты что же, теперь заодно с гидрой?! Вы вдвоём разнесли весь загон?
   - Я?! Заодно с этой ящерицей? - возмутился танин. - Я просто решил, что местные звери окончательно обленились, а что тут делала эта трёхголовая - мне неизвестно...
   - Сссаодно ссс этим плоссскомордым?! - одновременно с ним прошипела Мирида. - Насс оскорбили, и я проучшшшу всссех этих наглецсссов, включшшшая его!
   - О Абсолют! - простонал Ларри, хватаясь за голову. - В такие моменты я начинаю понимать самоубийц...
   - Ларри, не говори так даже в шутку! - встревожился Элиддин. - А с тобой, Руханнур, я разберусь позже - когда мы наведём здесь порядок и как-нибудь объясним случившееся местным паладинам...

***

   Отряд ехал на поезде из Шалема на север, в город Тель-Йаар. Уже стоял третий час ночи. Ларратосу не спалось, и он слышал, как Элиддин и Трейк разговаривают:
   - Я считаю, что Ларратос слишком неопытен, чтобы выполнять эту тяжкую задачу без нашей помощи и нашего надзора, - произнёс Элиддин.
   - А мне кажется, - ответил Трейк, - что парень блестяще сражается и сам.
   - Трейк, дружище, я не сомневаюсь в силе Ларратоса. И в его паладинских навыках. Но мне кажется, его нельзя отпускать в этот поход без наставника, коим я являюсь. Да, я прошу его называть меня по имени, но я всё равно его наставник. Пускай его больше нечему учить в плане боевых приёмов и владения энергиями Абсолюта, но он ещё не так проникся духом кодекса, у него слишком, скажем так, мирское сознание. И я боюсь, что у него нет всех качеств личности, свойственных сформировавшемуся паладину. Иногда у него проявляются тёмные наклонности. И я считаю, что хотя бы год-полтора его надо проконтролировать, иначе он падёт во Тьму.
   - Да, Элиддин, я тоже ощущаю, что в Ларратосе могут быть тёмные наклонности. Но он не ангел - он человек. Добрый человек, хочу заметить, и этих включений Тьмы в нём ЗНАЧИТЕЛЬНО меньше, чем добра, которое составляет основу его сущности.
   - Но всё равно, я считаю, что Ларратоса опасно отправлять в Масхон без надзора.
   - Элиддин, у нас нет другого выхода. У нас есть кольцо, маскирующее сущность, но оно одно. Что касается возраста Ларратоса, иногда он кажется мне значительно старше своих лет. Дело не в том, сколько лет прошло с твоего рождения, а в том, как ты живёшь. Твой таламид - вполне зрелый паладин, и я уверен, что он справится.
   - Да, думаю, ты прав, Трейк.
   - Кстати, - вдруг оживился маг, - я мог бы изготовить ещё один маскирующий артефакт - специально для тебя.
   - Боюсь, это не поможет: если даже мне и удастся скрыть свою паладинскую ауру, меня всё равно узнают. Сам владыка Хаммон знает, как я выгляжу. Думаю, мой портрет, как портрет одного из величайших врагов Масхона, висит в кабинете почти у каждого шеддита. Что касается Ларратоса - он не был в Масхоне. И не успел ещё обрасти там популярностью.
   - Насчёт популярности - за ним, твоим таламидом уже охотились двое владык-шеддитов, но он с ними справился. Так что в Масхоне про него знают.
   Правда я думаю, что ты слишком много возишься с Ларратосом. Пора бы нам тут в Шемшии заняться, наконец, своими делами. Ты же почти четыре века не был на родине и не видел своих родственников. Думаю, тебе надо погостить в столице хотя бы недельку-другую и поподробнее узнать, что к чему. Мне же хочется исследовать камень душ, в который уместились души аж двоих опасных врагов.
   - Да, ты прав. В дальнейший путь Ларратос отправится сам.

***

   Утром третьего дня поезд приближался к городу Тель-Йаар. Элиддин подозвал Ларратоса:
   - Ларри, у нас с Трейком намечаются дела в столице - минимум на две недели. Как ты отнесёшься к тому, чтобы продолжить свои странствия без нас?
   - Думаю, я справлюсь, Элиддин.
   - К тому же, Ларратос, только один из нас сможет скрыть свою ауру, а ты для этой миссии важнее, чем я. После того, как мы с Трейком удалимся, отряд возглавишь ты.
   - Понял, Элиддин.
   - И ещё, Ларри. Ты поедешь в Масхон инкогнито. Используй кольцо. Никому не говори, что ты - паладин. Шеддиты уже начали за тобой охотиться, поэтому ты правильно сделал, что загорел и отрастил бороду. Так тебя в Масхоне могут не узнать даже те немногочисленные люди, которые видели твой портрет.
   - Но разве им неизвестно моё имя?
   - Известно. Поэтому путешествуй инкогнито, скрывай своё настоящее имя. Придумай себе какое-нибудь. За деньги мы оформим тебе в левой конторе документы на любое имя - и на гражданство любой страны. Когда прибудешь в Баалгард, даже не пытайся выдать себя за масхонца: элементарное незнание обычаев данной страны может выдать в тебе иностранца. Мы можем оформить тебе документы на гражданина Гиперборея, Альбиона, Ариады или любой из стран Мизраха.
   - Думаю, Элиддин, гиперборейцем мне лучше не быть: могут догадаться, кто я такой. Мизрахиец из меня - такой же, как и масхонец. К тому же, несмотря на то, что я загорел, моё лицо особо восточным назвать нельзя. Поэтому я решил, что лучше всего будет, если выдам себя за выходца из Ариады.

***

   Элиддин и Ларратос сидели в конторе, которая занималась выдачей справок о составе семьи и жилищных условиях. Но это было только прикрытие - на самом деле, контора занималась изготовлением поддельных документов. Стража смотрела на организацию сквозь пальцы - потому что, во-первых, стражники имели свою долю с прибыли владельцев, а во-вторых, владельцам были ведомы принципы чести - если к ним приходил разыскиваемый особо опасный преступник (вроде того, каким раньше был Апион), его сдавали властям.
   - Плачу пятьсот динаров, - сообщил Элиддин, - сделайте этому молодому человеку паспорт гражданина Ариады.
   - Хорошо, - "клерк" достал из ящика письменного стола готовый бланк паспорта гражданина Ариады. Под каким именем вас оформить, молодой человек?
   Поначалу Ларратос не знал, что ответить. И ему в голову пришла идея, почёрпнутая им в одном из приключенческих романов. Юная графиня из Ариады, Белла Райра, героиня романа, которой наскучила придворная жизнь, решила путешествовать по стране инкогнито. Не сумев придумать себе имени, она назвалась именем и девичьей фамилией своей матери - Елены Тэйлас. Совершенно другие имя и фамилия. Идея очень хорошая, вот только Ларратос не может её применить по одной простой причине - он мужчина. Мужчина не может зваться именем матери, как бы красиво оно не звучало. К тому же он не знает, кто его мать. Подошло бы имя деда по матери. Точно! Ларратос решил взять имя отца своей тёщи, Корнелия Эльдгарда.
   - Корнелий Эльдгард, - произнёс Ларратос.
   - А какие оформить место и дату рождения?
   - 1588 год... Пусть будет восемнадцатое апреля. Место рождения - город Октавия.
   - Фотографии с собой есть?
   - Да, - Ларри протянул фотокарточку со своим бородатым портретом, сделанную четыре дня назад в городе Шалем. "Клерк" вклеил карточку и заверил её магической печатью.
   - Не бойся, парень, - усмехнулся "клерк", - бланк паспорта и печать не поддельные. Они настоящие. Честно купленные у чиновников Ариады. Хе-хе. Только вот гиперборейские паспорта не смогли достать.
   - В связи со Стальным Занавесом, - полуутвердительно произнёс Ларри.
   - Да. Так что гиперборейские паспорта - поддельные. На, держи, - "клерк" протянул Ларратосу готовый паспорт.
   Ларратос и Элиддин вышли из конторы. На улице их ждал весь остальной отряд, включая драконов.
   - Ну, Ларри, имя и место рождения у тебя уже есть, - сказал Элиддин, - теперь тебе, выражаясь шпионским языком, надо придумать легенду. То есть, какова твоя биография, каковы твои занятия, и почему же ты решил бежать в Масхон.
   - Так, - произнёс Ларри, - я - маг. Маг-огневик - ибо я действительно подтянул знания по магии огня от Эраны. А по легенде... Если зададут детальную проверку, выяснится, что у меня нет высшего магического образования. Про высшее паладинское буду молчать...
   - Естественно!
   - Придумал! Скажу, что я - маг-недоучка! Я учился в ривергардской Академии Высокого Волшебства, закончил три курса, а на четвёртом курсе был отчислен из академии. По причине разжигания национального конфликта.
   - Я тоже учился в этой академии, - сказал Леон, - там среди преподавателей много нелюди. Например, заведующий кафедрой огненной магии - эльф.
   - Как раз скажу, - произнёс Ларратос, - что меня отчислили на национальной почве. Эльфийский заговор, пытаются избавиться от студентов-людей, и мол, я попал под горячую руку своего профессора-эльфа и был из-за этого отчислен, после чего решил уйти туда, где нет никакой нелюди - в Масхон. И устроиться куда-нибудь, где сойдёт неполное образование мага-огневика.
   - Ларри, - сказал Элиддин, - Объясни, почему ты в тридцать лет был на четвёртом курсе?
   - Эээ. Я в восемнадцать лет пошёл служить в армию, а уже после армии, в двадцать лет, пошёл в городскую стражу. Послужив семь лет там, я пошёл учиться в академию. Сейчас, в тридцать лет, я окончил третий курс, а с четвёртого меня выгнали.
   - Легенда хорошая. Вполне устраивает. Только на мага ты не похож, потому что у тебя нет посоха.
   - Я потерял свой посох в битве с Шакиром на Крайнем Севере.
   - Значит, придётся тебе покупать новый, - улыбнулся Элиддин.

***

   В ближайшем магическом магазине Элиддин купил Ларратосу новый посох мага за восемьдесят динаров. В отличие от первого посоха Ларри, сделанного из дуба, этот оказался выполнен из пальмы. И первый посох Ларратоса был оранжевым, а этот - красным. Как раз подходящий посох для мага, чья родная стихия - огонь.
   Элиддин и Трейк оседлали Руханнура, и тот взлетел, направившись к центру города, где находились дворец султана и магическая академия.
   - Ларратос, - сказал Элиддин, - отныне ты - лидер отряда, от действий которого зависит судьба мира. На тебе лежит большая ответственность по нахождению всех городов Перворождённых, а потом - и их столицы. А у нас с Трейком сейчас свои дела. Увидимся, когда твоя миссия будет завершена. Вместо того, чтобы выиграть в войне, мы можем просто не допустить её начала!
   - Я буду стараться, Элиддин! Передайте от меня привет семье султана!
   - Обязательно. Ларратос, попрошу тебя в порту не трогать корабль "Белый Орёл" - он может ещё понадобиться нам с паладинами. Но "Ужас Абсолюта" теперь твой корабль - и только твой. Отныне и навсегда - ты теперь его капитан.
   - Спасибо, Элиддин.
   - Ларратос, - произнёс Трейк, - кто бы что не говорил про вас - что, мол, в вас есть склонность к Хаосу и тьме, я верю, что вы - хороший человек! Я верю, что вы сможете покончить с диктатурой лорда Хаммона вместо того, чтобы примкнуть к ней.
   - По-моему, у всех людей, которые считают, что я могу стать шеддитом, просто поехала крыша, - произнёс Ларратос, - но я ценю то, что вы в меня верите.
   - Мы ещё увидимся! - радостно выкрикнул Руханнур.
   - Конечно, - ответил Ларратос. Гидра Мирида невольно пшикнула.
   - Я имел в виду не тебя, трёхглавая змея, - хихикнул Руханнур. Мирида в ответ недобро на него посмотрела, но ничего не сказала. Видимо, она уже запомнила, что без санкции хозяина нельзя не только первой нападать на других, но и говорить всякие гадости.
   - Шелам алейкум! - выкрикнул Элиддин и помахал рукой.
   - Ва алейкум аш-шелам, - произнёс Ларратос и в ответ помахал ему.
   Отряд Элиддина, Трейка и Ларратоса превратился в отряд Ларратоса. Отряд стал поменьше, но зато - более мобильным. Теперь там насчитывалось шесть членов: сам Ларри, Апион, Леон, Эрана, Зарина и Беллердаш. Не считая конечно, гидры Мириды.
   Отряд добрался до порта города Тель-Йаар. Пройдя таможенный контроль (естественно, Ларратос проходил контроль по своему настоящему паспорту, а не по новому), все члены отряда уселись в корабль "Ужас Абсолюта". И судно поплыло на запад - в планах Ларратоса было обойти Вестланд с юга, а затем с западного берега высадиться у Баалгарда - как раз в Хаммоновой бухте Моря Кракенов.
  
   Глава 8
   Прибытие в Баалгард
   Корабль "Ужас Абсолюта" переплыл Эденское море и огибал с юга Ариаду. Ларратос и Зарина практиковались в паладинских навыках - Ларри обучал Зарину новым. Также Ларри и сам учился - он брал уроки огненной магии у Эраны. Беллердаш учил Апиона боевым приёмам орков. Гидра Мирида непонятно почему шипела. А Леон что-то мастерил.
   - Что же это ты мастеришь, Леон? - спросил Ларратос.
   - Игольник. Арбалет, стреляющий небольшими иголками из Небесной Стали - всего сантиметров по десять в длину.
   - А откуда ты взял Небесную Сталь?
   - В Шалеме. Я попросил у Кафра эд-Даввара немного Небесной Стали - и он согласился выдать для моего нового изобретения. Так вот, эти иглы должны пробивать насквозь любой доспех, в том числе и из демониума. Также они, в отличие от стрел простого арбалета, незаметны. Можно снять из-за угла несколько врагов, прежде чем они догадаются, из какой стороны ты стрелял.
   - Интересное изобретение, - произнёс Ларратос.
   Тут на капитанском мостике загорелся мадаббар.
   - Ларратос, это Элиддин, - услышал капитан из хрустального шара голос бывшего наставника, - как успехи?
   - Учусь пиромантии, Элиддин. Когда кольцо надето, все объекты моей магии красно-оранжевые, как им и положено. Мы огибаем юг Ариады, в районе города Тиррен. А у вас как?
   - Всё хорошо, - ответил Элиддин. - я пообщался с семьёй султана. Все родственники меня признали, и я официально считаюсь членом семьи. Кстати говоря, за годы моего отсутствия политический строй в Шемшии изменился. Ранее это была абсолютная монархия, а теперь - парламентарная. Так что семья не имеет такой власти, какая была лет сто назад. Но богатства у неё немало, и мне сказали, что я могу взять из сокровищницы столько денег, сколько смогу.
   - Рад за вас, Элиддин!
   - Радуйся за себя, Ларри, ибо я перевёл на твой счёт в Ариаде пять тысяч ариадских денариев. Я уверен, что они пригодятся тебе в качестве расходов. Остановись в любом портовом городе Ариады и получи их.
   - Спасибо, Элиддин. А как у вас с Трейком? Разобрались с камнем душ?
   - Почти. Его создал могущественный маг, живший более двух тысяч лет назад - это всё, что про него известно. Разве что Трейк обнаружил в каком-то манускрипте, что такие камни ставились на защиту "ключом" - определённым паролем - и тот, кто знал пароль, мог освободить заключённый в камне дух. Вот только для нас это знание бесполезно: я не хотел бы, чтобы дух Шакира получил свободу.
   - Понял, Элиддин. Мне бы тоже хотелось поучаствовать в исследовании камня, но моя основная миссия важнее. Я остановлюсь в городе Лептис Магна на западном побережье.
   - И не забывай, Ларри: в Масхоне велик шанс, что наш разговор будут прослушивать. Поэтому надо использовать особую систему шифровки, разработанную персонально мной. Вот послушай...

***

   Трейк с неохотой оторвался от очередного манускрипта, вытащив из кармана вовсю гудящий мадаббар. Шар быстро посветлел, а в его недрах появилось изображение того самого голема, которого боевой маг оставил сторожить корабль.
   - Ну, в чём дело? - поинтересовался Трейк. - Что-то с кораблём?
   - Нет, судно в полном порядке, - холодно произнёс альмагтиновый голем. - всё дело в том артефакте, который вы в меня встроили.
   - А поточнее? - нахмурился маг.
   - Перо Феникс, как и положено артефакту Хаоса, иногда посылает своему владельцу различные видения... В том числе - о будущих событиях.
   - И?
   - Только что я увидел, как мы с вами разбиваем камень душ, попутно уничтожив его содержимое.
   - Опять ты за старое, - вздохнул маг. - Мы ведь уже обсудили этот вопрос!
   - Но видение...
   - ...Ещё ничего не значит, - Трейку не терпелось продолжить чтение манускриптов, а препирательство с големом начинало его раздражать. Ты разве не в курсе, что Хаос показывает лишь наиболее вероятный вариант будущего?
   - А вот тут вы ошибаетесь, - резко ответил голем, и прорези его шлема засветились оранжевым пламенем. - Это перо - очень необычный артефакт. Каждое видение оно посылает удивительно к месту и ко времени. В предпоследнем из них, к примеру, я банально ограбил ваш зачарованный сейф. А очнувшись, наведался туда и наяву - причём способ снятия защитных чар был мне уже известен, как и то, что лежит внутри, - голем довольно усмехнулся, продемонстрировав здоровенную шипованную булаву из Небесной стали, висевшую у него на поясе.
   - Вот как? - нахмурился маг. - Ну, оружие можешь забирать - я всё равно собирался его переплавить. А перо нужно будет изучить повнимательнее...
   - Я пришёл к выводу, господин Трейк, - гулко произнёс альмагтиновый монстр, - что этот артефакт показывает не наиболее вероятные, а наиболее благоприятные варианты будущего. Не те, которые сбудутся скорее всего, а те, которые больше всего устроят носителя пера, то есть меня. Выходит, немедленное уничтожение камня душ - самое лучшее, что мы можем сделать. Если верить перу Феникс, все остальные варианты развития событий чреваты неприятностями.
   - Вот именно, если верить... Пожалуй, не стоит слишком уж доверять артефактам Хаоса. Ну сам подумай: чем мы рискуем, просто изучая камень? А вот разрушение камня - это действительно риск.
   - Ну, было бы предложено, - мрачно произнёс голем и прервал связь.

***

   Ужас Абсолюта остановился в городе Лептис Магна. Ларратос снял в банке присланные Элиддином деньги. Он уже собирался идти обратно на корабль и продолжить путь в Масхон, как тут вмешался Апион. Он произнёс:
   - Ларри, я не уверен, что наше судно может безо всяких проблем войти в воды Масхона. "Ужас Абсолюта" был кораблём одного из шеддитов. Чертежи слайдера украдены из Гиперборея, и, согласно бумагам, найденным у Баала Ирвэна, Хаммон не знал, что слайдер был достроен. Но ему всяко известно название "Ужас Абсолюта". Поэтому надо выдать наш корабль за другой слайдер.
   - Я могу перебить табличку, - сказал Леон. Какое имя поставить кораблю?
   Ларратос немного задумался. Вспомнив сон про пиратов, что привиделся Ларри в самом начале обучения на паладина, он решил назвать корабль "Могучим Альбатросом". Да, тот корабль из сна был больше похож на "Белого Орла", что принадлежал Элиддину, но уж больно название "Могучий Альбатрос" понравилось Ларратосу.
   - "Могучий Альбатрос", - ответил Ларри.
   - Хорошо. Займусь такой табличкой, - сказал Леон.
   - Слайдер может быть гиперборейским кораблём, ибо гиперборейцы могли его достроить. Но будет странно, если он приплывёт из Ариады, - продолжал Апион.
   - Для этого судна ледники не проблема. Оно могло приплыть из Гиперборея в Ариаду, а мы могли согласно легенде угнать его.
   У Ларратоса возникла идея:
   - Эй, мужик, - обратился он к портовому работнику, - хочешь легко заработать двадцатку денариев?
   - А чё делать-то надо?
   - Да ничего особенного. Просто поставь на корабль пару меток, что он куплен у выходцев из Гиперборея и является собственностью порта Лептис Магны.
   - Всего то? - удивился работник.
   - Приступай, - сказал Ларри.
   Пока работник порта ставил на корабле метки и штампы, а Леон перебивал название, Апион продолжил:
   - Слушай, Ларри, мне кажется, что мы с тобой и Леоном - единственные, кто может нормально прибыть в Масхон. Беллердаша, как орка, зарежут моряки патрульных кораблей ещё на подступах к Масхону. На гидру шеддиты давно охотились, и обязательно её узнают. В Эране только слепой не признает полукровку, к тому же культисты Тени чуть не прирезали её. А у Зарины и вовсе паладинская аура, хоть и фиолетовая, а не зелёная.
   - А у тебя, Апион, тоже в ауре есть паладинские элементы - даже за мюрида приняли, - закончил Ларратос и крепко задумался.
   - Так... Что касается Зарины, она может сойти с нашего корабля заранее - и добраться до столицы своим ходом - надо будет купить тут в магазине несколько надувных лодок для этой цели. Хотя у Зарины и есть способности к использованию Абсолюта, но аура не синяя, да и гражданство Масхона у неё уже имеется.
   Беллердаш и Мирида могут посидеть в трюме, который можно закрыть изнутри - наш корабль снабжён двойным дном. Там достаточно запасов пищи и воды. Они смогут держать связь с нами и отразить внезапное нападение, если оно будет.
   - Но на таможне шеддиты могут просматривать корабль внутренним зрением.
   - Двойное дно сделано из альмагтина, Апион. Он блокирует ауру простых людей, да и нелюдей тоже. Яркую ауру паладинов - не особо: слой тонковат. Но паладинов там и не будет.
   - Всё равно я подумал, что будет странно, если я, ты Леон и Эрана - вместе на одном корабле прибудем в Баалгард.
   - Леон может также посидеть в трюме. А что касается тебя, то твоё участие просто необходимо в моём плане - без твоей способности открывать любые замки я не смогу попасть в руины Перворождённых. Поэтому тебя можно высадить на какой-нибудь островок в море Кракенов. Потом ты встретишь какой-либо попутный корабль и сядешь на него, сказав, что твой собственный был уничтожен кракенами, или пиратами, или потерпел крушение; а сам ты - беженец из Гиперборея, Альбиона или Ариады. После прибытия в Баалгард своим ходом доходишь до центра города и там половина отряда воссоединяется, при том как другая половина сидит на корабле.
   - А как контрабандой провести мечи и игольник?
   - Как только мы прибудем на место, я скрою свою паладинскую сущность. Я не смогу использовать способности паладина, не будучи замеченным. Поэтому я должен действовать и выглядеть как обычный маг. И думаю, мечи можно оставить в трюме. А доставку игольника доверим Зарине. Она - спец по магии иллюзий, как-нибудь провезёт арбалет.

***

   Доктор магических наук Юлиус Марр, неудавшийся паленгенезист, уже почти полностью оправился после того, как был ранен шеддитом Баалом Карханом. Он очнулся в тот же миг, когда Эллидин уничтожил поглощающую души альмагтиновую пластинку, прикреплённую к мечу Кархана. Считавшийся в госпитале безнадёжным больным, Юлиус быстро шёл на поправку, но передвигаться ему было ещё тяжело - его мышцы почти атрофировались. Поэтому главврач (который лично занялся столь необычным случаем) прописал ему пешие прогулки - сначала во внутреннем дворике, а потом, когда пациент окреп - уже по городу. Юлиус прогуливался по городу в сопровождении медсестры Альмины, но на этот день не взял трость - он уже три дня ходил без неё, хотя на первых порах не мог сделать без трости ни шагу.
   Альмина уже ждала Марра около его палаты. Медсестра была очень красива - даже несмотря на строгое чёрное одеяние. Кроме того, она обладала очень жизнерадостным, лёгким характером, и бывший паленгенезист, ранее практически не общавшийся с девушками на удивление легко сошёлся с ней. Что не редкость: медсёстры часто влюбляются в своих пациентов.
   Они шли по одной из улиц Масхонгарда, Юлиус рассказывал Альмине разные забавные истории, которые случались с ним, когда он был ещё алхимиком-лаборантом (о том, что он - паленгенезист, он, понятное дело, никому не говорил).
   - Ну так вот, я говорю Интропию - мол, не надо их смешивать! - рассказывал Марр.
   - А он? - спросила Альмина.
   - А он взял и смешал! Получившаяся кислота разъела колбу, вылилась на пол и прожгла перекрытия до самого подвала! - Марр уже не мог сдерживать смеха. - А Интропий, значит стоит и смо...
   Альмина ранее не встречала такого жизнерадостного и интеллигентного пациента. И она дала себе обещание - когда поедет в столицу к родителям, пригласит в Баалгард и Юлиуса - дабы познакомить с родителями. Альмина уже подумывала о том, чтобы выйти замуж за Юлиуса.

***

   Бывший "Ужас Абсолюта", а ныне "Могучий Альбатрос" плыл по морю Кракенов. Ларратос надел кольцо, выкованное Хаммоном. Он почувствовал, что паладинские силы покидают его. Но зато шеддиты не смогут его распознать. Он теперь маг, и не должен даже вспоминать о своих мечах из Небесной Стали. Масхон приветствовал отряд чёрным небом - ни Солнце, ни Луна, ни звёзды не светили. Без часов даже было непонятно, день сейчас или ночь. На улицах горело множество фонарей.
   Уже в начале Хаммоновой бухты скопилась очередь кораблей. И поначалу Ларратос подумал, что его судно простоит, ожидаясь таможенного контроля, около суток. Ан нет. Оказалось, для транспортных и частных судов - отдельные очереди. Ожидание продлилось около трёх часов. На палубе судна находились только Ларри и Эрана. Беллердаш, Леон и Мирида спрятались в трюме, который не так-то просто отыскать. Апион и Зарина были высажены - и каждый из них добирался до столицы своим путём.
   В общем, морской пограничный пункт Лисий Нос территориально не входил в Баалгард - он находился в расстоянии около семидесяти вёрст до столице по обычной или железной дороге. Не был Баалгард морским городом - он находился на горе Магора, самой высокой в Вестланде. Когда-то Паладингард - так назывался Баалгард - был городом-близнецом Шалема. Но всё равно: многие товары доходили до столицы по морю, из городка Лисий Нос. Там же прибывало в Масхон и немалое количество беженцев из других стран. И даже беглые преступники из стран "прогнившего Запада" (так называли весь Вестланд кроме самого Масхона), желающие стать гражданами Масхона, получали амнистию. Например, те же убийцы - народ, полезный деспотичному государству вроде Масхона. Особенно убийцы нелюди.
   Корабль доплыл до порта. Ларратос открыл люк и вылез вместе с Эраной, держа в правой руке красный посох. Среди таможенников прохаживались шеддиты - и один из них, как показалось Ларри, косо посмотрел на него. Но не более того. К чете Мельдов подошёл обычный таможенник:
   - Ваше имя, уважаемый? - таможенник казался неустойчивым к ментальному воздействию. К тому же, способности паладина, свойственные Ларратосу, временно атрофировались.
   - Корнелий Эльдгард, - Ларратос протянул паспорт жителя Ариады, что они с Элиддином купили в Тель-Йааре.
   - Так, место рождения - Октавия, 1588 год. Каково ваше образование?
   - Магическое. Неполное высшее. Я - пиромант, отчислен из академии в связи с конфликтом на расовой почве. На четвёртом курсе.
   - В армии были?
   - Так точно.
   - Хорошо. Нашей стране никогда не помешают люди, способные владеть мечом. А это кто? - таможенник показал на Эрану, - подруга? Жена?
   - Моя рабыня, - скаля зубы и глядя прямо в глаза таможеннику, произнёс Ларратос, после чего тот, не выдержав этого то ли дьявольского то ли вампирического взгляда, поспешил отвернуться, - вообще-то я ненавижу эльфов. И полуэльфов тоже. Но вот с полуэльфийками иногда можно позабавиться!
   Естественно, Эрана никак не отреагировала. Она понимала, что это всё - игра, спектакль.
   - Вы позволите мне осмотреть ваш корабль?
   - Конечно, - ответил Ларратос.
   - Как вы его достали, Корнелий? - удивился таможенник. - Мне не верится, что простому студенту хватило денег на такой.
   - Когда я бежал из Ариады, в городе Лептис Магна я отнял этот корабль у эльфийского семейства. Полуэльфийского. Я ненавижу эльфов за то, что они есть, но ещё больше - за то, что они вступают в половые связи с нашими женщинами. Я убил богатого эльфа-папашу, его сыночка-полукровку, а дочурку, - он схватил Эрану за талию, - оставил себе. Как и корабль. Что же, обе вещи мне пригодились, - и Ларратос опять хищно посмотрел на таможенника, оскалив зубы. Тот поскорее залез внутрь корабля, попутно сказав:
   - Знаете, Корнелий, мне всё меньше верится, что вы из Ариады, - сам Ларратос при этих словах слегка побледнел, - вы же наш человек! Свой в доску! Истинный масхонец по духу, - при этих словах Ларри облегчённо вздохнул.
   - Знаешь, Ларри, - сказала мужу Эрана, когда таможенник ушёл глубоко внутрь, - мне кажется, ты переигрываешь.
   - Возможно. Но посмотри, таможенник, ТАМОЖЕННИК боится меня, хотя обычно эти ребята не из робкого десятка. А в Масхоне боится - значит уважает. Если он не догадается, что корабль с двойным дном, он нас пропустит как можно быстрее.
   В это время Леон с Беллердашем и Мирида сидели в трюме. Мирида услышала шаги постороннего человека и зашипела:
   - Чужжак! Чужжак в нашшем ссудне! Чужжак грозит хоззяину.
   - Успокойся, Мирида, - крикнул Беллердаш, пытаясь схватить крылья гидры своими могучими ручищами. К нему присоединился Леон.
   - Не трогайте! - закричала гидра. - Не трогайте меня! А то зажжарю! Никто не может трогать меня, кроме хозяина.
   - Мирида, мы на твоей стороне, - сказал Леон, - в корабле человек, который грозит как нам, так и твоему любимому хозяину. Мы не должны шуметь.
   - Проччь! Пошшли проччь, - зашипела Мирида, вырвавшись из рук друида и изобретателя и взмахнув своими крыльями. Да, в трюме была звукоизоляция. Но не такая сильная, чтобы таможенник вообще не слышал, что там происходит.
   И Беллердаш придумал выход: дабы они выжили, надо наложить на гидру заклятие усыпления. Но поскольку эта рептилия отражает направленные на неё чары, заклятие усыпления придётся наложить на весь трюм. Побочный эффект - заснёт и сам Беллердаш на пару с Леоном. Встав и подняв к небу руки, Беллердаш провозгласил:
   - Итна'эм аль-лейл.
   И тут же весь трюм осветился прохладным голубым сиянием. Гидра успокоилась, упав без чувств, затем отключился Леон, но и могучий Беллердаш почувствовал, что вот-вот заснёт. Достав из кармана мадаббар, он вызвал в памяти образ Ларратоса и произнёс:
   - Ларри, мы тут слишком шумели. Помо... - и свалился.
   У Ларратоса загорелся мадаббар. После того, как паладин достал свой хрустальный шар, там показалось лицо Беллердаша:
   - Ларри, мы тут слишком шумели. Помо... - экран погас.
   - Наверное, он хотел сказать "помогите", - сказал Ларри.
   - Сейчас поможем, - ответила Эрана, взяв у Ларри посох, - итхашмэль, - она выкрикнула заклятие включения мадаббара, направив посох внутрь корабля. Включился мадаббар, и оттуда раздалось:
   - Итак, вы смотрите чемпионат Масхона по гонкам на драконах. Дракон Элдит вырывается вперёд, но похоже, он выходит из-под контроля! Дракон скинул своего седока и набросился на него. Дракон визжит, но приходят стражи и удаляют его с поля.
   - Камриэль меня побери! - выругался таможенник, - ну чего этот Корнелий забыл выключить мадаббар? Да и матч какой-то дурацкий - дракон озверел. Зачем включать так громко? Мне даже на минуту показалось, что этот чокнутый дракон где-то здесь на корабле! Да, пора завязывать с выпивкой.
   Таможенник вылез из корабля и сказал:
   - Проплывайте дальше, Корнелий. До столицы идут все поезда и маговозы с номерами десять и шестнадцать. Как прибудете в столицу, на улице Тьмы зайдите в министерство по работе с населением. Они занимаются в том числе и мигрантами. Там вам выдадут комнату в общежитии и в течение десяти дней подберут работу. Там же вы узнаете, что делать, чтобы стать полноправным гражданином.
   - Спасибо! - Ларратос вместе с Эраной пошёл по направлению к остановке маговоза. У него было много денег - благо Зарина перед отходом наложила на них иллюзию, и они казались простыми тряпками в вещмешке Ларратоса. Ларри захотел сразу остановиться в хорошей гостинице, проигнорировав предписания таможенника сходить в министерство, но куда следует вполне могли сообщить, что мигрант, должный пройти собеседование, прийти отказался. Тут-то и могли устроить розыск. А этого Ларратосу не хотелось.

***

   Апион сошёл с борта грузового корабля, перевозившего рыбу, пойманную в морях южного Масхона, в северный. Члены команды предъявили свои документы, а Апион сначала не знал, что же ему делать - ему не оформили паспорт жителя Ариады. Тогда он пошёл ва-банк: решил сказать правду - что он из Гиперборея, что его зовут Апион Грант, и что его многократно судили за воровство. Далее он хотел сказать про побег из Гиперборея в связи с преследованием, и про надежду найти новую жизнь в Масхоне.
   Апион надеялся только на одно - что никто в Масхоне не знает, что он амнистирован, а тем более - что он связался с паладинами.
   - А как вас зовут, молодой человек? - спросил Апиона таможенник, тот самый, что осматривал Ларратоса.
   - Апион Грант. Родился в Гиперборее, город Стейнгард, - Апион протянул свой паспорт.
   - Апион Грант. Где-то я о вас слышал. Не вас ли весь Гиперборей знает под именем Неуловимый?
   - Да, меня. Я - сбежавший заключённый. Мне говорили, что Масхон - та страна, где можно получить амнистию, не так ли?
   - Неуловимый. Я слышал, что вы - очень ценный наёмник. Нашей стране очень сильно нужны люди с вашими способностями. Что же, своего корабля у вас нет? Тогда проходите. Вас ждут в столице - в министерстве по работе с населением - на улице Тьмы. Удачи вам.
   - Спасибо.

***

   Зарина, вышедшая из корабля в районе Хавердора, уже добралась до столицы на поезде. Она шла по направлению к центральной площади - площади Хаммона. Как и раньше, не ней красовалось чёрное платье.
   И тут Зарина увидела - она не поверила своим глазам - Юлиуса Марра, алхимика и паленгенезиста. Того самого, которого она почти похоронила. И он шёл в обнимку с какой-то блондинкой в чёрном платье. Кто это такая? Как Юлиус ожил? Похоже, с уничтожением пластинки, превратившей меч Кархана в меч Поглощения, Юлиус пришёл в себя.
   - Зарина? - удивился Юлиус, - что ты делаешь здесь, в столице?
   - Пришла поведать одного знакомого. А что это за дама рядом с тобой?
   - Это моя подруга, Альмина. Она медсестра в госпитале в Тайверии. Я поправился не без её помощи. Надеюсь, тебя не беспокоит, что у меня есть близкая подруга?
   - Нет, - холодно ответила Зарина, - на самом деле я всю жизнь любила только одного человека.
   - Но мне казалось, его больше нет в этом мире, - промолвил Юлиус.
   - Не совсем. Я встретилась с этим человеком.
   - С ним?
   - Не совсем. Но это большей частью он. Хотя он этого ещё не осознал.
   - Я не понимаю тебя, - сказал Зарине Юлиус, - но я рад, что у тебя всё хорошо, и я желаю тебе счастья.

***

   Апион, своим ходом добравшийся до столицы, нашёл улицу Тьмы. На одном из домов виднелась надпись: "министерство по работе с населением". Зайдя внутрь, он увидел очередь к чиновнику. Опытным взглядом оценив очередь, Апион понял, что стоять ему придётся около двух часов. В самом начале очереди он увидел Ларратоса, разговаривающего с чиновником.
   - Так, Корнелий, - посмотрев в документы Ларратоса, произнёс тот, - вам предоставляется комната в общежитии на улице Баала Хаддада. В комнате вместе с вами будут проживать ещё пятеро человек. Каковы ваши образование и специальность?
   - Я - волшебник. Пиромант. Образование - неполное высшее. Выгнан с четвёртого курса. А могу ли я, покинувший Академию в Ариаде, доучиться здесь?
   - Да, конечно, Корнелий. У нас - много людей из других стран, решивших завершить здесь своё образование. Но предупреждаю: пособие, выдаваемое иммигрантам, очень мало. Вам будет тяжело прожить на него, поэтому я рекомендую вам устроиться на работу, а учиться заочно.
   - Понял. А какую работу вы мне можете найти?
   - Для начала - работу охранника. На таможенном контроле вы сообщили, что владеете холодным оружием. А учитывая и ваши способности в огненной магии, охранник из вас будет очень востребованным. И я обещаю, что найду работу в течение недели. Приходите через неделю, в четверг, двадцать пятого сентября, и я гарантирую, что без работы вы не останетесь. Если вы покажете себя верным слугой Масхона в течение полутора лет, получите гражданство, и ваш социальный статус резко возрастёт.
   - Спасибо, - сказал Ларратос.
   - Следующий, - произнёс чиновник.
   Пока продвигалась очередь, Апион подумал над тем, какую профессию выбрать ему. С его ловкостью и знанием воровской психологии здесь, в Масхоне из него получился бы отличный городской стражник.

***

   Отряд воссоединился через три часа, на центральной площади Баалгарда, недалеко от главного храма Хаоса. Зарина наконец-то принесла Ларратосу изобретённый Апионом игольник.
   - Всех приветствую, - сказал Апион.
   - Здесь, в центральном районе, мы снимем номера в престижном отеле "Владыка Хаммон", - сказал Ларратос, - в самом деле, не пойдём же мы в общежития с пятью посторонними людьми в одном номере с каждым из нас.
   - Думаешь, нас не хватятся? - спросил Апион.
   - Думаю, что нет, поскольку мигрант не обязан жить в общежитии. Если у него есть деньги, он может жить где угодно.
   В отеле Ларратос снял номер вместе с Эраной, сказав, что это - его рабыня. Апион и Зарина сняли соседние одноместные номера.
   - Итак, что мы теперь будем делать? - поинтересовался Апион.
   - Послушайте, - возбуждённо сказал Ларратос, и в его глазах блеснула красная искра, - а что, если мы оставим наше задание? Мы в Масхоне, в столице! А мне говорили, что моя сила вполне сравнима с хаммоновой. Что, если мы ворвёмся во дворец Тёмного Лорда и убьём его? Тогда наша миссия вообще потеряет актуальность: великий Альянс будет побеждён, а народ Масхона спасён.
   - Идея хороша, - ответила Зарина, - только беда в том, что Хаммон отсутствует в Баалгарде. Точнее, в нижнем Баалгарде. Как ты знаешь, Ларри, этот город по структуре очень похож на Шалем. Внизу живут люди, а наверху находится академия шеддитов. Всё дело в том, что Хаммон, дабы обезопасить себя, забрался в гору ещё выше - и постороннему человеку в его резиденцию не зайти. Туда не пробраться тайно. А если мы пойдём напролом, нас встретит парочка десятков шеддитов, против которых мы не имеем шансов.
   - Да, - успокоившись, произнёс Ларратос. - Идея хорошая, но план отменяется. Слишком рискованный. Пока мы чётко не знаем, что делать, ибо не знаем, где конкретно искать руины. Поэтому сейчас я ложусь спать. Я должен увидеть во сне, где конкретно Арастиор нашёл руины Перворождённых, а после того как мы узнаем, где их искать, можно будет подумать над дальнейшим планом.

***

   Ларратос спал. Ему снилась его названная родина - Гиперборей, снилась Ариада, Шемшия. Элиддин с Руханнуром. Битва с Шакиром и с десятком озлобленных шеддитов. И больше ничего. Никакого Арастиора, никаких руин, никаких кристаллов...
   - Ну, что тебе приснилось? - спросила его по пробуждении Зарина, - где нам искать руины?
   - Я не знаю, - признался Ларратос. - Арастиор обычно так сильно следил в матрице Абсолюта, что человеку с моей силой было видно, но теперь я почему-то не увидел ничего.
   - Я догадываюсь, почему, - произнесла Зарина, - кольцо. Кольцо маскирует твою ауру. Но оно же подавляет твою сущность! Ты можешь быть Шаддаем, но когда надето это кольцо, ты - не Шаддай. Ты вообще не паладин. И поэтому Абсолюту очень тяжело посылать тебе видения.
   - Интересная версия, - произнёс Ларратос, - поэтому кольцо надо было бы временно снять. Не сейчас, а перед сном - сейчас я всё равно не усну, и я не хочу весь день показывать свою ауру болтающимся тут шеддитам.

***

   На землю Масхона ступил вечер. Хотя это было понятно только по часам - в Масхоне и так вечная тьма.
   - Пора, - сказал Ларратос, снимая кольцо. И тут же со стоном свалился на пол:
   - На помощь! Умираю! - прохрипел он
   - Что случилось? - воскликнул встревоженный Апион.
   - Хаос! Тут много Хаоса! Он убивает меня! - снова надев кольцо, Ларратос отдышался, - я понял! Тут недалеко храм Хаоса! Его энергии подпитывают шеддитов, а на простых людей не действуют. Но светлых паладинов они могут погубить. Видимо, на тебя, - повернулся Ларратос к Зарине, - эти энергии не действуют подавляюще, потому что ты - нейтралка. А мне, дабы выжить, надо носить кольцо.
   - А иначе ты не справишься? - спросила Зарина
   - Нет, - ответил Ларратос. - Хотя... - тут он резким движением перебросил магический артефакт на левую руку, и его глаза осветились красным огнём. На этот раз он не падал, а стоял, вскинув вверх руки, как будто впитывал окружающую энергию.
   - Спасибо Трейку, - облегчённо выдохнул Ларри, убедившись, что теперь Хаос ему не опасен.
   - Что?! Ты решил воспользоваться силами Хаоса?! - удивлённо выкрикнула Эрана.
   - Да, я сменил ауру с синей на красную, хаотическую. Теперь я могу нормально существовать в потоках Хаоса и даже черпать из них силу, - тут Ларратос взмахнул рукой, пробормотав какое-то заклинание, и обратившись к силам Хаоса, - и его окружил круг огня. Огня, порождённого энергиями Абсолюта. И он был красным.
   - Но Трейк предупреждал, что этой способностью кольца можно пользоваться лишь в крайнем случае - и очень недолго! - продолжала волноваться Эрана.
   - Не бойся, я не собираюсь держать эту "маскировку" слишком долго. Всего лишь до утра...
   С этими словами Ларратос лёг спать.
   И тут во сне он действительно увидел Арастиора. Это было самое начало пути будущего лорда Хариба. Вместе со своим братом Петером Арастиор шёл в гору. Снизу располагался город, а сверху - академия. Академия паладинов. Это был Паладингард, будущая столица Масхона Баалгард. Пройдя через академию, Арастиор и его брат стали перед развилкой. Правая горная дорога вела к вершине, левая - в лабиринт ущелий. Братья Скайрисы пошли по левой. Ларратос следовал за ними и откладывал в памяти все зигзаги и петли, по которым они шли. Да, здесь невозможно было знать все места, даже если ты тут родился. Сам же Арастиор следовал по карте.
   Вскоре Арастиор дошёл до пещеры и сказал брату:
   - Петер, я чувствую внутри этой скалы пульсации абсолютных и магических энергий. Надо пробираться внутрь.
   Ларратос, включив внутреннее зрение, вновь ощутил в пещере фиолетовые энергии. И тут он проснулся.
   - Ну и как? - спросила Зарина.
   - Я увидел во сне то место, из которого начинается путь Арастиора. Идём туда.

***

   Уже несколько часов Ларратос, Апион и Зарина шли вверх по горе. Эрана на всякий случай осталась в гостинице. Вскоре отряд из троих человек дошёл до врат академии шеддитов, через которую лежал путь. Около входа стояло четверо охранников. Чёрных пехотинцев, солдат диктатуры Масхон.
   - Стой! Кто идёт? - спросил один из них.
   - Я - Корнелий Эльдгард, - произнёс Ларратос, - маг. А это - мои спутники, Зарина и Апион.
   - Что вам, собственно говоря, здесь надо?!
   - Мы исследуем гору Магора. И хотим пройти дальше.
   - Ха! Так я вам и поверил! Вы у врат академии шеддитов. Пройти может только шеддит, правительственный служащий или обладатель специального пропуска.
   - Мы не хотим проходить в академию, - сказал Ларратос, - мы хотим пройти за неё.
   - Тогда уже тем более не пропущу. За академией - дворец лорда Хаммона, отгородившегося от мира и правящего на расстоянии. Вот поэтому мы и не пропускаем на нашу территорию посторонних.
   Ларратос не знал, что делать дальше. Поначалу у него возникла мысль ментально воздействовать на охрану. Но тут же отпала - охранники академии шеддитов наверняка устойчивы к ментальному воздействию - дабы поднять тревогу, если его попытается применить опасный маг, шеддит-отступник, или, не приведи Хаос, паладин. Точно также отпала мысль первому напасть на охранника - тотчас же сбегутся все войска из академии, включая шеддитов. А с кучей шеддитов отряду не справится. Даже если и удастся напролом проскочить сквозь академию - всё равно будет не особо приятно идти исследовать руины, если десяток-другой шеддитов висит у тебя на хвосте.
   У Ларратоса возникла и другая идея - пробраться в академию сквозь Тень Абсолюта. Но тень, хотя и делала человека необнаружимым, не позволяла ему проходить сквозь предметы. Сквозь врата не пройти - если они закрыты. А охранники не дураки, дабы самим открывать врата. Можно, конечно, дождаться и того момента, когда Чёрные Пехотинцы откроют врата по другому поводу - но Ларратосу требовалось проникнуть не одному, а с Апионом, который прятаться в Тени не умел.
   Имелся ещё один вариант - облететь академию по воздуху и приземлиться возле руин. Ради этого можно связаться с Леоном и попросить его выпустить гидру. Хотя на неё и охотились шеддиты. Взглянув на небо, Ларратос понял, что этот вариант тоже отпадал: небо вокруг скалы патрулировали чёрные всадники на драконах. Они непременно будут гнать с неба чужака, а потом атакуют. И если Мирида вступит в бой, она погубит множество драконов - и тут же все на неё нападут. Этот план был равносилен атаке напролом.
   - А как мне получить пропуск? - спросил Ларратос у охранника.
   - Эй, парень, чё ты ко мне пристаёшь?! Если бы тебе был положен пропуск, ты знал бы, где его можно получить!
   И тут к Ларратосу и пришла идея - как вполне легко, а главное - законно проникнуть в академию шеддитов. Правда, идея показалось слишком простой. Как и всё гениальное...
  
   Глава 9
   Душа чёрного мага
   - Ну, Элиддин, как поживает Ларратос? - поинтересовался Трейк у своего друга-паладина.
   - Прибыл в Масхон. Часть команды остаётся на корабле, часть идёт до столицы своим ходом. Думаю, никто не заподозрит в нём шпиона. Надеюсь, он не натворит там глупостей. А как продвигается твоё исследование камня душ? Вычислил, когда конкретно его создали? И кто мог быть этим создателем?
   - Пока нет. Камень явно защищён ключевым заклинанием - своего рода паролем. Но думаю, знать его нам незачем - пароль освобождает заключённый в нём дух, а мне бы хотелось уничтожить его. Их.
   - Трейк, ты, конечно, разбираешься в камнях душ лучше меня. Но мне всю жизнь казалось, что камень душ может запечатлеть только одну душу. Или же я не прав?
   - Классическая теория камнестроения говорит то же самое. Но, как я убедился на практике, всё зависит от размера конкретного камня. Размера не физического - а мощности. Мощность этого камня поистине колоссальна. Похоже, создатель решил запечатлеть туда очень могущественный дух. Может, даже демона.
   - Но люди стали использовать чёрную магию только после войны с орками. Как могли существовать чародеи, призывающие демонов, две тысячи лет назад?
   - Тогда не было школ чёрной магии, не было некромантии, и знания по запретным искусствам были ограничены. Но некоторые мизрахийские мистики начали контакты с демонами ещё в древности. Создатель этого камня явно был одним из них. И я поражаюсь его силе.
   - И как там поживают два духа?
   - Ну, во-первых - один дух человека и один развоплотившийся демон.
   - А что во-вторых?
   - А теперь там, похоже, один дух, - произнёс Трейк.
   Он достал камень из кармана и швырнул на стол со словами "Райат Шехура". Заклинание просмотра магических предметов сработало мгновенно, и Элиддин увидел, что в камне происходит нечто странное: чёрная пелена окружила собой красное пятно и со страшной силой сжимала его. Похоже, она поглощала его, примерно как медуза поглощает схваченную добычу.
   - Видал когда-нибудь такое? - спросил Трейк. - Сильная сущность поглощает слабую. И сильная сущность - не могущественный демон, призванный из Ада, а мизрахийский колдун.
   - Не видал, - ответил Элиддин, - слыхал. Существует легенда, что Баал Хаммон, надев шлем Тарадаша, поглотил остатки сущности этого падшего вождя орков. Хотя официальные источники масхонской власти отрицают эту легенду.
   - Ещё бы, - усмехнулся Трейк, - тогда получилось бы, что в стране Масхон, где не терпят нелюдь, правитель сам - частично нелюдь. Это подорвало бы все устои их государства. А что касается Шакира - этот колдун научился как-то подчинять себе потоки Хаоса, что изначально казалось невозможно. Он едва не вызвал демона Карерона, бывшего ранее богом. Так что, подчинение этого демонёнка - довольно лёгкая задача для Азиза Шакира.

***

   Ларратос со своими спутниками стоял у входа в академию шеддитов, куда его упорно не хотели пускать. И он озвучил причину, по которой, согласно законам логики, перед ним должны были открыть врата:
   - Пустите меня в академию. Я хочу стать шеддитом.
   - Ну уж нет, парень, - ответил охранник, - мы пропускаем в академию только тех, кто уже является шеддитом, а кандидатов - нет.
   - А где же шеддиты берут учеников?
   - Если ты действительно хочешь стать шеддитом, иди в министерство по работе с населением. Надо пройти конкурс - вступительные испытания. В министерстве тебе скажут, что надо делать, чтобы ты мог стать шеддитом. А если пройдёшь эти испытания - двери нашей академии действительно откроются для тебя.

***

   После долгих часов, потраченных на исследование камня душ, маг и паладин прогуливались в парке при магической академии Тель-Йаара. И лишь сейчас Элиддин обратил внимание на новый меч, висевший на поясе Трейка:
   - Трейк, дружище, что это за странный меч? Напоминает эльфийские клинки. Древнейшие эльфийские клинки из тех, что дошли до современных людей. Только материал, вижу, странный. Это - и не железо, и не серебро, и не альмагтин...
   Трейк протянул Элиддину свой клинок.
   - Не может быть! Небесная Сталь! А меч по форме - эльфийский! Откуда он у тебя?
   - Из руин Перворождённых. Похоже, у Перворождённых тоже были свои паладины.
   - Невероятно! За двадцать тысяч лет до появления паладинов у людей, в нашем мире уже существовала раса, давшая миру своих паладинов! - Элиддин повнимательнее осмотрел клинок. На его эфесе блестела восьмиконечная звезда - древний мизрахийский символ солнца, - эта эмблема такая же, как и на моём Малькинуре! А первым владельцем Малькинура был Давид бен-Арье, которому вручил клинок архангел Нуриэль. Похоже, Перворождённые получили свои первые мечи от него же.
   - Интересная гипотеза, - ответил Трейк, - а что насчёт эльфийской формы клинков, то, я думаю, эльфы создали свои первые мечи по образу и подобию мечей Перворождённых, которые когда-то правили их расой.
   Элиддин протянул клинок из Небесной Стали обратно Трейку.
   - Этот меч действует как-то успокаивающе, - задумчиво произнёс Трейк, беря клинок в руку. - Примерно так же, как и кольцо защиты, которое мне в детстве подарил отец...
   С отцом у Трейка были связаны весьма противоречивые воспоминания. С одной стороны, Трейк чётко помнил, что отец был очень добрым, мудрым и справедливым человеком. Хотя человеком ли? В этом глава стейнгардских боевых магов начал уже сомневаться. Высокий, мускулистый, с мудрыми и добрыми глазами, повидавшими гораздо больше, чем глаза многих эльфов - а Трейк был лично знаком с большинством эльфов в Гиперборее. С другой же стороны, через некоторое время после того, как Трейку исполнилось шесть лет, отец бесследно исчез, не сказав ни слова.
   Точнее, не сказав ни слова самому Трейку. Мать же Трейка, волшебница Эйра, отчего-то начала горько плакать за неделю до ухода отца. Очевидно, он сказал ей, что уезжает, и она уговаривала мужа остаться. Что-то в отце Трейка было странное - восточные имя и фамилия, но чистая нордическая внешность - здоровяк со светлыми волосами и голубыми глазами.
   С тех пор прошло целое столетие, но маг отлично помнил тот день, когда ему исполнилось шесть лет. Его отец, архимаг Уриэль Найгам, сказал ему:
   - Запомни, сынок. Ты не такой как все - это твой дар и твоё проклятие. С одной стороны, тебе будет легко быть сильным среди простых людей, с другой же - у тебя будет много завистников. Учись быть человеком, сынок. Ты станешь магом - Истинным Магом, рядом с могуществом которого затмится сила ректора Академии Альфреда Бьоринга. Используй своё могущество с пользой людям. Твори добро. Не вздумай использовать свои силы, дабы стать диктатором - иначе ты обречёшь себя на бесконечную череду смертей и предательств.
   - Папа, я не верю, что я способен творить зло.
   - Мне бы тоже хотелось верить в это, Трейк. Но многие из нас с возрастом превращались в свою полную противоположность. Вот тебе подарок, Трейк, - маг протянул сыну кольцо, - это - кольцо защиты. Когда оно одето, то создаёт вокруг тебя непробиваемое поле. С ним тебе не будут страшны никакие атаки металлическим оружием.
   - Спасибо, папа!
   - А вот это, - маг протянул книгу в кожаной обложке, - книга с могущественными заклинаниями нашего народа. Советую тебе начать читать её, когда научишься. И ты станешь гораздо сильнее любого из магов Эрты.
   - Папа, но эту книгу написал другой народ? Она написана не на вестландском языке?
   - Не беспокойся, сынок. Внутренняя магия книги позволяет носителю любого языка читать её. Береги себя.
   И вскоре отец пропал. Как потом объяснила Трейку мать, он уехал на свою родину. Но где была эта Родина? Повзрослев, Трейк решил найти отца. Он искал по всему Гиперборею человека по имени Уриэль Найгам. Но не нашёл. Из-за Стального Занавеса оказалось невозможным вырваться из страны.
   Когда Трейк познакомился с Элиддином он спросил его, в какой из стран Мизраха может обитать человек с именем Уриэль Найгам. Элиддин ответил, что фамилии Найгам, как бы по-восточному она не звучала, нет в мизрахийском языке, и отец Трейка может происходить из любых мест, только не из Мизраха. Некоторые астрологи говорили, что жизнь могла зародиться и в иных мирах, не только в Эрте. Тогда у Трейка возникла версия, что его отец - как раз иномирянин.
   Трейк помнил момент первого надевания Кольца Защиты так чётко, будто это было вчера. Когда в шесть лет будущий маг впервые надел это кольцо, его поглотило чувство абсолютной спокойности и уверенности в себе. Несмотря на малый возраст, с кольцом, надетым на палец, Трейк ничего не боялся.
   И точно такое же чувство, только гораздо более сильное, поглотило Трейка после того, как он достал в руинах Перворождённых этот клинок из Небесной Стали.
   - И ты воспринимаешь этот меч не как оружие, а как часть тела, продолжение твоей правой руки, - Элиддин произнёс скорее утвердительно, нежели вопросительно. - То же самое испытывают и паладины по отношению к своим клинкам из Небесной Стали.
   - Именно так, - произнёс боевой маг, поднимая клинок над головой. И тут меч загорелся синим небесным пламенем.
   - Ого! - удивился Элиддин. - да у тебя, похоже, развиваются способности паладина! Да используя вместе паладинские способности и магические твоего уровня, ты можешь наломать в мире немало дров!
   - Посмотрим, Эли, что мы сможем сделать в этом ми... - Трейк внезапно осёкся и нахмурился. - Но похоже, кто-то уже ломает дрова. А начал он прямо здесь, - боевой маг показал рукой на башню академии, где они с паладином недавно исследовали камень душ. Башня пылала огнём, а Элиддин ощущал исходящие от неё пульсации хаотических энергий.
   - Скорее туда! - выкрикнул Трейк, на ходу пряча клинок Перворождённых обратно в ножны.
   Элиддин же, напротив, приготовился к серьёзному бою: его только что поразила жуткая догадка. И если дела обстоят именно так, как он подумал...
   - Иткаймим рухей майя! - выкрикнул маг, вырываясь вперёд. Перед ним прямо из воздуха сконденсировался здоровенный водяной элементаль высотой около четырёх метров. Опередив Трейка, водный гигант вынес дверь, ворвавшись в помещение.
   На грохот наложилось шипение гаснущего пламени, а мгновением позже маг и паладин нырнули в густые облака пара, окутавшего многострадальную башню.
   Элементаль могучим водяным смерчем пронёсся по горящей лестнице. Элиддин перешёл на внутреннее зрение - обычное было бесполезно из-за стоящего в башне дыма и пара. Пахло гарью, к горечи которой примешивался тошнотворный аромат чёрной магии. Под ногами хлюпала вода, лестница надсадно трещала, явно с трудом выдерживая двоих спешащих людей.
   А вот, наконец, и вершина. Выскочив на смотровую площадку, Элиддин издал горестный стон: его самые худшие предположения подтвердились.
   Камень душ был расколот - теперь он больше всего напоминал половинку грецкого ореха. Только от него шёл дым, а сам камень сильно раскалился.
   - Проклятье! Похоже, мы опоздали, - выругался Трейк. - Эх, почему я не уничтожил эту штуку раньше?!
   Маг склонился над остатками камня, и на его лице отразилось удивление.
   - Похоже, камень разрушен при помощи магического пароля! Причём импульс пришёл ИЗНУТРИ самого камня! Как такое возможно?! Шакира уже столько раз побеждали, а он снова жив и свободен. Но почему? Как он смог выбраться из камня душ и произнести пароль? Не понимаю...
   - Не понимаешь?! - воскликнул Элиддин, на которого снизошло горькое озарение. - Значит, ты так до сих пор и не догадался, кто именно создал этот треклятый камень душ!
   - Неужели сам Шакир? - вытаращил глаза Трейк.

***

   Ларратос вновь пошёл в министерство по работе с населением. Зарина, Эрана и Апион остались дожидаться его у входа.
   - Здравствуйте, - сказал Ларратос чиновнику, обходя очередь, - можно ли мне пройти без очереди, - я уже позавчера стоял к вам.
   - А, это вы, Корнелий, - ответил чиновник. - Помню вас. Вы - яркий юноша, забыть вас тяжело. Что же привело вас вновь в министерство?
   - Я пришёл, дабы сообщить истинную цель своего прибытия в Масхон: я хочу стать шеддитом. Я более не желаю изучать пиромантию.
   - И чего вы решили сменить своё поле деятельности? Почему вы не сказали во время первого визита, что хотите стать шеддитом?
   - Я стеснялся. Сначала я вообще не был уверен, что мне могут дать гражданство Масхона - боялся, что меня депортируют обратно, и я предстану перед судом Ариады. А теперь вижу, что не депортируют. И поэтому я пришёл смело заявить о своём решении.
   - Что же, Корнелий, стеснительность - нежелательная сторона характера для будущего шеддита, но я не имею права отказать вам в испытании. Если вы недостойны стать шеддитом, то просто не сможете пройти вступительный экзамен. А если пройдёте - сразу получите масхонское гражданство.
   - И где и когда я могу пройти экзамен?
   - В центральном храме Хаоса. По понедельникам в два часа дня. Если хотите приступить немедленно, приходите в этот понедельник, двадцать второго числа. Вот направление, позволяющее вам принять участие во вступительном испытании, - произнёс чиновник.
   - Спасибо, - ответил Ларратос и направился к выходу. На улице его ждали представители отряда.
   - Ну как, Ларри? - спросила Зарина, - ты можешь стать шеддитом?
   - Я должен пройти вступительные экзамены, - ответил Ларратос, - а они состоятся в понедельник, в два часа дня.
   - Значит, у меня есть ещё два дня, - ответила Зарина, - я решила съездить в родной город, Тайверию - взять кое-какие из своих вещей. Двух дней как раз хватит. Увидимся в понедельник, - Зарина направилась по направлению к железнодорожному вокзалу.

***

   Азиз Шакир бен Хананиэль, наконец-то обретший свободу, в виде демона летел над Тель-Йааром, новой столицей страны Шемшия. Он прекрасно помнил, что ещё несколько веков назад столицей был город Шалем. Что же, времена меняются.
   - Интересно, - размышлял джинн, - как же это Ларратос додумался запереть меня в мой собственный камень душ?! Ну просто поразительная наивность, не говоря уж о глупости.
   Шакир хмыкнул, вспоминая, как он многие века назад зачаровывал этот камень, как придумывал сложное и заковыристое заклинание-пароль... На всё чародейство тогда ушло свыше восьми месяцев.
   - И вот, - подумал Азиз, - именно в этот камень и заперли мой дух. Какая ирония судьбы! Интересно только, где юный паладин умудрился разжиться этим артефактом. Неужели у гирдашанских орков? Откуда же у орков взялся мой камень душ?
   Джинн наскоро прокрутил в голове историю орковского народа.
   Конечно же, гирдашанские орки - потомки тех из орков Гра-Шакана, что ушли на север. А гра-шаканские орки произошли от тех, что вторглись на территорию Вестланда тысячу лет. А с ними воевал весь Великий Альянс - страны Вестланда и Мизраха. Похоже, мизрахийские маги собирались использовать эти камни против демонов Второго Вторжения, что появились в Вестланде после того, как людские армии были ослаблены руками орков. Но камень каким-то образом оказался у самих орков...
   - Ладно, неважно, - подумал джинн, выбрасывая все эти давние дела из головы. - Главное, что я теперь свободен! Более того - я теперь демон! Уж на этот-то раз мне никто не помешает.
   Зная, что Хаммон планирует в ближайшее время начать масштабную войну, Шакир немедленно выстроил чёткий план, при успехе дающий ему невообразимое могущество.
   Прежде всего нужно было набраться сил - борьба с демоном и разрушение камня изрядно ослабили джинна.
   - А самый простой способ усилиться - впитать побольше эманаций страха, Хаоса и страдания, - подумал некромант, направляясь к центральной площади города и подготавливая серию разрушительных заклятий.
   Далее Шакир планировал сколотить огромную армию нежити, которая должна будет помочь масхонским войскам. Тогда в случае победы вполне можно рассчитывать на солидные награды и должности со стороны Тёмного Лорда.
   - А потом, - усмехнулся Азиз, - я поймаю Хаммона в магическую ловушку, созданную на основе Хаоса. И, завладев шлемом Тарадаша, стану повелителем всего мира. И это будет ещё только начало...

***

   Элиддин и Трейк выскочили на главную городскую площадь. Весь центр города пылал, часть зданий обрушилась. Отовсюду неслись вопли ужаса, народ в панике разбегался.
   - Лишь бы Шакир не добрался до семьи султана, - мрачно произнёс Элиддин.
   - Он пока не добрался, - ответил Трейк, - дворец стоит как ни в чём не бывало. А вот народ на площади сильно пострадал... Ну всё, хватит уже этой дурацкой беготни. Сейчас я пущу в ход мощное поисковое заклятье - и найду, наконец, этого Шакира.
   - Сэкономь лучше ману, - невесело ответил Элиддин. - Если оправдаются мои худшие предположения - и Шакир действительно воплотился в виде демона - то, думаю, он сам нас найдёт.
   - Ты прав, Элиддин, - услышали маг и паладин сзади шипящий демонический голос. Оглянувшись, они увидели огромного десятиметрового демона, внешне напоминающего ящера.
   - Сколько же эманаций он впитал, если ТАК увеличился? - поражённо выдохнул Трейк. Однако уже в следующий миг боевой маг чуть прищурился и вскинул руки, приготовившись к неизбежному магическому поединку.
   - Да, я сам вас нашёл, - торжествовал Шакир. - Элиддин! Я давно хотел с тобой увидеться! Последний раз, когда мы встретились, ты был гораздо сильнее меня, и мне пришлось с позором бежать! Но теперь ситуация изменилась. Как видишь, я могу раздавить тебя, как муху, - проревев эту фразу, демон-джинн дунул в паладина огнём. Элиддин отскочил в сторону, одновременно пытаясь погасить пламя мощью Абсолюта.
   - Не выйдет, - гадко усмехнулся Азиз. - Теперь моё пламя поддерживается мощью Хаоса!
   Набрав побольше воздуха, демон изверг ревущий поток багрового пламени, накрыв половину площади.
   - Маген майя! - Трейк резко развёл руки, и его с Элиддином окутала туманная сфера, состоящая из мириадов ледяных кристалликов. Рёв пламени смешался с ледяным шипением, друзей обдало нестерпимым жаром, а всю площадь затянуло облаками липкого пара. Элиддин, в свою очередь, установил сразу перед сферой щит Абсолюта - специально для защиты от атак Хаоса.
   - Ах, вот вы как? Да я вас сейчас просто раздавлю как мух! - ящер сжался, готовясь к прыжку. Элиддин метнул Малькинур, но демон легко отбил его силой воли.
   - Нумери кассо! - на этот раз Трейк вложил в заклятие скольжения не ману, а силу Абсолюта, и не ожидавший этого демон, неловко поскользнувшись, с шумом впечатался в мостовую. Мага и паладина накрыло мелкими каменными осколками...
   - Вы пока держитесь, - злобно прошипел демон, - но не забывайте, что имеете дело с истинным мастером магии!
   При упоминании "истинного мастера магии" Трейк вспомнил слова своего отца о том, что он, когда вырастет, станет истинным магом, гораздо сильнее, чем любой из магов Эрты. Он надеялся, что это касается и Шакира, пускай даже принявшего обличие демона.
   Элиддин притянул Малькинур к себе силой воли, ощущая странные пульсации хаотический энергий, исходящие от Шакира: похоже, маг-демон творил особенно изощрённое чародейство. Трейк тоже вытащил меч, немедленно покрывшийся слоем Небесного пламени. В тот же момент Трейк ощутил, что его магические силы резко возросли.
   - Кирей хазака ва ан-нур! - прошипел Шакир. Мостовая перед джинном вспыхнула. Площадь содрогнулась; один из окраинных домов, словно получив чудовищный удар в бок, обрушился на Трейка с Элиддином.
   Джинн прищурился, глядя на поднявшуюся пыль, но вскоре довольная усмешка исчезла с его морды: Элиддин сумел отклонить бСльшую часть обломков мощью Абсолюта, а сдвоенный щит Элиддина-Трейка отразил остальное.
   Выбравшись из-под завала, Трейк увидел, как гудящий огненный столб, испускающий волны жара, постепенно преобразуется в чудовищного огненного элементаля - и усилил ледяной щит.
   - Иткаймим рухей майя! - прогрохотал демон, и рядом с огненным чудищем выросло водное. Одновременно некромант продолжал творить всё то же сложное чародейство (направленное куда-то под землю) и поднял силой воли груду пыли и мелких обломков, которые, правда, отражались элиддиновым щитом.
   - Не так надо, - возбуждённо выкрикнул Трейк, видя, что Элиддин с Малькинуром наизготовку пытается прорваться к джинну сквозь плотные потоки летящего щебня и волны раскалённого удушливого пара. - Абадат маген! - и щебень сменил направление полёта, осыпав самого Шакира.
   - Дизармос! - рявкнул совершенно, впрочем, не пострадавший демон. Земля под Трейком с грохотом провалилась.
   - Итфацец! - края трещины схлопнулись, повинуясь взмаху меча боевого мага. - Адамантум растен! - и оба элементаля, столкнувшись, прекратили своё существование. Струи пара и снопы искр брызнули во все стороны. Элиддин бросился на землю, чуть не попав под одну из паровых волн.
   - Серп-ин дар! - рыкнул некромант, вновь вкладывая в чародейство заряд Хаоса.
   На этот раз Трейк даже не колдовал, попросту рубанув перед собой мечом. Воздух дико взвыл, из невидимого разреза вытекла жидкая струйка тёмного дыма.
   - Как такое возможно?! - изумился Шакир, - я - мастер магии. Я подчинил себе потоки Хаоса! А ты - жалкий колдунишко! Как ты смеешь сопротивляться мне?!!
   - Кареронум карах! - Трейк не собирался давать своему врагу передышку.
   Коротко хохотнув, джинн развеял заклятье простым усилием воли.
   - Рикиму!
   - Дисбандо, - ехидно усмехнулся демон.
   - Тарики!
   - Не выйдет Трейк, - рыкнул Шакир, с немалым трудом рассеивая заклятье.
   - Кир-ан нур! - с лезвия меча Трейка сорвался длинный поток синих шаров. Часть из них джинн отбил контрзаклинанием, часть принял на щит.
   - Хи!
   - Ты ещё скажи "ха", - злобно посоветовал джинн. Оказалось, однако, что этот возглас Трейка был каким-то незнакомым Шакиру заклятьем: сквозь облака пробился слепящий солнечный луч и, отразившись от клинка из Небесной стали, ударил в демона.
   - Ах ты... - щит Азиза мгновенно прожгло, но джинн блокировал солнечную нить раскрытой ладонью передней лапы, воспылавшей багровым огнём Хаоса.
   - Отправ... ляйся... в ад! - с трудом выдохнул Трейк, вкладывая в заклятье всё больше и больше жизненной энергии.
   - Не дождёшься! - прошипел джинн, буквально выдавливая солнечную нить в сторону. К тому же он по-прежнему не прекращал посылать часть мощи Хаоса куда-то под землю...
   Элиддин, который как раз выполз из-под очередной груды обломков, увидел, что противники полностью заняты друг другом - и метнул в Шакира клинок. Демон дёрнулся, резким ударом крыла отшвыривая Небесную Сталь в сторону, но тут же взвыл: стоило ему отвлечься, как солнечная нить пронзила его насквозь. Однако рана была далеко не смертельной, а Трейку уже не хватало сил удерживать заклятье.
   Разъярённый Шакир, содрогаясь всем телом, втоптал Малькинур в камень, чтобы Элиддин не смог его уже достать, и с шумом выдохнул мощный поток пламени - настолько сильный, что паладин не смог бы ни увернуться, ни отразить этот огонь.
   - Синро! - донеслось до ушей Элиддина, воздух вокруг паладина чуть дрогнул - и он с изумлением увидел, что стоит подле Трейка - внутри его сферических щитов, а пламя с шипением и треском накрыло уже пустое место.
   - Телепортация? - удивлённо произнёс паладин.
   Трейк лишь коротко кивнул, чертя замысловатый узор своим клинком. Оглядевшись, паладин понял, что площадь уже полностью разрушена. Воздух насквозь пропитался запахом гари и эманациями высших энергий. Повсюду валялись дымящиеся груды камня, перемежающиеся с многочисленными провалами, из которых поднимался пар.
   Глаза демона сверкнули: Шакир опять отбил заклятье Трейка, одновременно залечивая сквозную рану, нанесённую солнечной нитью.
   - Риттору! - уверенно выкрикнул Трейк.
   Демон даже не шевельнулся, однако заклятье явно не достигло цели. Мгновеньем позже воздух опять наполнился летящими обломками, поднятыми волей Шакира. Элиддин напряг все силы, удерживая абсолютный щит.
   - Икэру!
   Демон по-прежнему безмолвствовал.
   - Ла-саййак!
   - Сассар! - рыкнул демон, вновь переходя к более простому вербальному чародейству.
   Воздух уже звенел от магии и высших энергий, но никаких видимых эффектов так и не проявилось.
   - Помнишь основное правило магического поединка? - вдруг прошипел Шакир.
   - В битве мастеров чаще всего проигрывает тот, у кого быстрее исчерпается мана, ибо истинный мастер не даст ни одному заклятью коснуться себя, - устало произнёс Трейк, используя внезапную передышку для укрепления магических щитов.
   - Так почему же ты всё ещё сопротивляешься мне, мерзавец?! - взвыл демон. - За мной - мощь Хаоса! Ты уже выдыхаешься, тогда как я могу творить по два-три заклятья за раз. Ты едва справлялся с потоком моей магии, а я одновременно с битвой творил заклятье призыва.
   Только теперь Трейк понял, что означает лёгкое сотрясение почвы, тревожившее его с самого начала. Тель-Йаар, как и любой другой древний город, строился фактически на костях - и теперь Шакир оживил эти кости, превратив их в зомби. Остатки каменной кладки разваливались, а из проломов показались полуистлевшие костяки. Резко похолодало, запахло ветошью и лежалой землёй.
   Боевой маг выкрикнул заклинание упокоения нежити, а Элиддин вскинул руку, намереваясь разрушить ближайшую тварь силой Абсолюта - но как магия, так и абсолютный заряд лишь скользнули по шершавым костям зомби.
   Шакир торжествовал.
   - Теперь, когда мою нежить поддерживает не только некромантия, но и мощь Хаоса...
   - СТОЯТЬ! НЕ ДВИГАТЬСЯ! - раздался вдруг чей-то громогласный окрик. Этот гудящий голос, казалось, заполнил собой всю площадь.
   Шакир вздрогнул, осёкшись на полуслове.
   На краю площади что-то мягко фыркнуло - и в воздух с лёгким шипением взвился сноп весёлого оранжевого пламени, мгновенно обращая в пепел попавших в него скелетов.
   - Что тут... - начал было Шакир, но его опять перебили.
   - Я сказал, ни с места, демон! Твоей кровью и твоим истинным именем приказываю - не двигаться! Не колдовать! Не дышать! Не рассуждать! - каждое слово падало подобно удару молота. Громовой голос, казалось, заполнил собой весь город.
   Одновременно ровное пламя сменилось чадящим, извивающиеся клубы дыма с приятным треском выбрасывали снопы ярких мерцающих искорок. Ветер подхватывал их - и щедро разбрасывал, накрывая нежить.
   Вот ещё один скелет попал под кружащиеся искры - и вскоре упал, объятый чадящим пляшущим пламенем, легко пожирающим старые кости.
   Запахло палёной плесенью, а Трейк вдруг широко улыбнулся.
   - Джилгала караха! - в левой руке мага материализовался небольшой комочек льда, который он и метнул в остолбеневшего джинна.
   Лёд коротко свистнул, воздух наполнился ледяным звоном - и демон жутко заорал, пронзённый десятком острых ледяных сосулек. Кристаллы льда со звоном и треском прорастали прямо сквозь его тело. Адское пламя, окутывающее Шакира, опало, а сам демон покрылся коркой инея...
   Шакира охватил ужас: он только теперь понял, что на поглощённого им демона было наложено заклятье абсолютного подчинения. И в придачу к демонической мощи Азиз получил жуткие чары, призывающие подчиняться хозяину. Чужая воля с лёгкостью проникала в сознание джинна, гася все попытки сопротивления.
   Однако когда маг сотворил заклятье ледяных игл, джинн встряхнулся и, разрушив только что сотворённую им нежить (дабы получить дополнительные силы) попытался снять наложенные чары.
   - Я сказал, НЕ КОЛДОВАТЬ! - позыв к чародейству умер на корню: голосу Хозяина невозможно было сопротивляться...
   - Кареронум карах! - выкрикнул Трейк очередное заклинание. Элиддин ощутил лютый, поистине космический холод. Земля по всей площади покрылась изморозью, сам воздух начал оседать сотнями ледяных иголочек, а демон смёрзся в один большой кусок льда.
   - Отлично, - прокомментировал всё тот же голос, и на площадь не спеша вышел высокий воин в серебристом доспехе.
   В прорезях серебристой полумаски пылало оранжевое пламя. Такой же огонь просвечивал сквозь мощные скулы, напоминающие костяные челюсти скелета. И аура этого создания была подозрительно знакома Элиддину...
   - Победили, да не совсем, - покачал головой маг, и, подскочив к замороженному Шакиру, добавил:
   - Дисбандо магнум альмитат нэфеш! - после чего прокомментировал, повернув голову к Элиддину:
   - Я снял с него чары бессмертия духа. Теперь он не сможет задержаться в этом мире и обязательно попадёт в ад...
   Но тот его уже не слышал: глаза паладина были прикованы к здоровенной двухпудовой булаве из Небесной стали, висевшей на поясе у воина в альмагтиновых доспехах.
   - Не может быть! - поражённо выдохнул Элиддин. - ИРВЭН!
   И паладин бросил быстрый взгляд в сторону Малькинура, придавленного ледяной глыбой.
  
   Глава 10
   Шеддит-первокурсник
   В воскресенье утром Зарина вернулась в свой родной город, Тайверию. За время её отсутствия в городе ничего не изменилось. Вообще ничего. Зарина боялась, что её дом разрушен: она была уверена, что Баал Кархан доложил о ней Хэреку - это автоматически делало Зарину врагом Масхона. Но ничего подобного. Очевидно, Кархан не рискнул никому рассказать о том, как потерпел поражение от женщины. Поэтому против Зарины никаких санкций и не применялось. Зарина вошла в свой дом.
   Всё то же самое. В доме ничего не изменилось и ничего не пропало. Всё те же портреты её возлюбленного, та же старомодная мебель, та же обстановка, находящаяся здесь с тех пор, как в доме поселилась сама Зарина. Она выглядела значительно младше своего настоящего возраста. Зарина сказала Ларратосу и Элиддину, что ей сорок пять лет. На самом деле ей было значительно больше. И она боялась, что её истинный возраст попросту шокирует Ларратоса.
   Открыв верхний ящик стола, Зарина достала магический пояс - подарок отца, великого мизрахийского мага-иллюзиониста. Сей пояс создавал вокруг носителя некий аналог Тени Абсолюта, использованию которой её так долго и безуспешно учил Ларратос. Только тут не нужно было применять паладинских методик. Произносишь заклинание - и становишься полностью невидимым и неслышным. Этот пояс не только делает носителя незримым для глаз остальных, но и блокирует его ауру от внутреннего ока паладинов и шеддитов.
   Также Зарина, соскучившаяся по своему давно погибшему возлюбленному, достала из другого ящика коллекцию старых портретов - её возлюбленного и её самой - и комплект фотографий, где была изображена она сама. Когда её возлюбленный погиб, фотографии ещё не были изобретены.
   Упаковав все свои вещички в сумку, Зарина пошла по направлению к железнодорожному вокзалу. Она должна была помочь Ларратосу - и поэтому ей следовало через сутки быть в столице.

***

   - Трейк, дружище, неужели ты связался с шеддитами? - потрясённо воскликнул Элиддин, видя, что Ирвэн явно знаком с боевым магом. Более того - шеддит явно заодно с ним!
   - Это была всего лишь взаимовыгодная сделка, - хмыкнул Ирэвн, подходя к ледяной глыбе, содержащей демоническое тело. Элиддин попятился.
   - Какие могут быть сделки с шеддитами? Ты что же, поднял шеддита, сотворив из него нежить?
   - Полунежить, - поправил Ирвэн. - Я наполовину голем, а это, - шеддит провёл перчаткой по костяным челюстям, - на самом деле не кость, а алхимическое стекло. Великолепный состав, получаемый из нефти - гибкий, легкоплавкий...
   - Не волнуйся, Элиддин, - Трейк с улыбкой положил руку на плечо паладина. - Сейчас Ирвэн - наш союзник.
   - Не верю, - покачал головой Элиддин. - Что же он тебе такое предложил, что ты помогаешь ему? И как этому шеддиту вообще удалось с тобой договориться?
   - Вы повторили мою ошибку, - гулко произнёс Ирвэн. - Поверив в победу, не потрудились очистить подземное капище.
   - Но там же всё завалило!
   - И что? Разве вы не слышали, что могущественные шеддиты после смерти могут воплотиться в виде гонцов Хаоса?
   - Да, но эти тени не имеют собственной воли!
   - Не всегда, - покачал головой Ирвэн. - Близость к демону позволила мне достаточно напитаться мощью Хаоса, чтобы обрести свободу. А потом я, впитав остаточные эманации чёрной магии мёртвых жрецов и энергии, высвободившиеся при гибели демона, стал призраком. Ненадолго, конечно: через несколько часов мой дух должен был попасть в ад. Но за это время я успел разыскать Трейка.
   - Он предложил мне выгодную сделку: я даю ему новое тело, а он открывает секрет адаманта - ценнейшего металла, предназначенного для истребления магических сущностей.
   - Я полагаю, - неприязненно произнёс Элиддин, глядя в оранжевые глаза Ирвэна, - что в Масхоне этот секрет тоже известен?
   - Увы, - вздохнул шеддит. - Мой бывший наставник, Баал Шахрут, лишь посмеялся надо мной, когда я сообщил ему об открытии адаманта. Да если бы масхонцы и знали... всё равно месторождения монацитовых песков, без которых адамант не сделать, обнаружены лишь в Гиперборее.
   - Всё ещё интереснее, - фыркнул Трейк. - Адамант не выплавляют, а, так сказать, выращивают. Процесс несложный, но очень длительный и требует просто феноменального владения алхимическим тиглем. Я, как ты знаешь, на недостаток алхимических навыков никогда не жаловался, но адамант у меня получился лишь с третьего раза. Да и то лишь потому, что в этот раз Ирвэн мне помогал.
   - Даже адамант не может оправдать сделку с шеддитом, - строго произнёс Элиддин. - Тебе, должно быть неизвестно, но этот молодчик, - кивок в сторону серебристой фигуры, - протащил в Диамант демона. Именно этот шеддит возглавил атаку на город. Именно его адское зелье потравило всех диамантийских моряков - а кто избег этой участи, тот заживо растворился в морской воде, тоже превращённой в какую-то гадость.
   Этот Ирвэн, - продолжал паладин, - устроил в городе настоящую резню, натравив бесчувственных гомункулусов на мирных жителей. А затем, видя, что проигрывает, начал ритуальные пытки, собираясь прикончить всю орковскую армию. Да что там армия, он же вообще ненавидит орков! Этот лицемер, будучи сам орком, считает, что орковская раса должна исчезнуть! И с этой нечистью ты договариваешься?! Я отказываюсь в это верить, - покачал головой Элиддин.
   - Это была война, - пожал плечами Ирвэн. - Ваши... орки, - произнося это слово, Ирэвн скривился, - тоже далеко не ангелы. И наших воинов не в прохладной водичке топили, а в кипятке. Город вообще разрушило именно ваше колдовство.
   - Эли, успокойся, - вмешался Трейк. - С тех пор, как Ирвэн узнал про Шаддая...
   - ЧТО?! - вскричал паладин, безуспешно пытаясь силой Абсолюта извлечь Малькинур, похороненный под ледяной глыбой. - И ты РАССКАЗАЛ ему, шеддиту про Шаддая?! Что ты наделал! Теперь Хаммону наверняка всё известно!
   - К демонам Хаммона, - хмыкнул Ирвэн.
   - Ты ещё скажи, что не служишь ему.
   - Конечно, нет! Я служу Масхону. Масхон некогда спас меня. Эта страна - моя Родина, и я сделаю всё для блага Масхона, - торжественно произнёс Ирвэн. - Хаммон немало сделал для моей страны, но теперь Тёмный Лорд, похоже, исчерпался. И я обратил свой взор на Шаддая.
   Если верить пророчеству, он свергнет Хаммона. Он уравновесит Хаос и Абсолют. Он положит начало новой эры - и это будет эра Масхона. Наша страна станет центром мировой культуры и цивилизации. Весь мир сплотится под масхонскими знамёнами!
   - Какая чушь! - не выдержал Элиддин. - Ларратос не собирается ничем править!
   - А что он собирается делать, свергнув Хаммона? - рассмеялся Ирвэн. - Глазеть на пустой трон? Ну пусть не сам, пусть посадит наместника. Но это же будет ЕГО ставленник, и ЕМУ он будет подчиняться. И новая паладинская академия, где он станет наставником, будет именно в Масхоне.
   - Да почему в Масхоне-то? - выкрикнул паладин, уже с трудом сдерживаясь. - Ларратос не собирается основывать новую академию! Он вернётся в Гиперборей или в Ариаду!
   - Нет, Элиддин, - сочувствующе покачал головой шеддит. - Я планирую помочь Ларратосу в его нелёгкой миссии. И за то время, пока мы будем в одном отряде, я сумею его убедить.
   - Ты не будешь помогать Ларратосу! А мы не будем помогать тебе!
   - Да мне ваша помощь уже и не нужна, - холодно улыбнулся Ирвэн. - А уже полученное я честно отработал.
   С этими словами шеддит резко развернулся и пошёл прочь с площади.
   - Вот мерзавец, - пробормотал Элиддин.

***

   А сам Ларратос, даже не подозревая, что его собираются использовать на благо Масхона, направился к храму Хаоса. С ним пошёл Апион, а Зарина осталась в комнате - хотя её аура и не была особо паладинской, она не хотела демонстрировать её шеддитам, равно как и жрецам главного храма Хаоса.
   Эрана тоже шла с ним - под видом рабыни. Сперва Ларратос не хотел её брать, но потом передумал, испугавшись, что Зарина и Эрана в его отсутствие устроят очередной скандал на почве любви к Ларратосу. Ларратос зашёл в храм за пять минут до начала вступительного экзамена. Храм мало отличался по устройству помещений от кафедральных соборов Камриэля, только был сложен полностью из красного и чёрного камня. И в храм обладал подземным этажом, где и располагалась арена испытаний. К Ларратосу подошёл жрец Хаоса:
   - Вы, молодой человек, вероятно, пришли на испытания? Вы хотите стать шеддитом?
   - Да, - решительно кивнул Ларратос, протянув жрецу своё направление на экзамен, - я - Корнелий Эльдгард, маг.
   - А кто это такие? - жрец указал на Эрану и Апиона.
   - Мой друг Апион и моя рабыня Эрана.
   - Хорошо, - негромко произнёс жрец, сверля Ларратоса подозрительным взглядом. После того, как он отошёл, Ларри расслышал слова человека, который явно был шеддитом, обращённые к этому жрецу:
   - Артур, взгляни на этого парня, Корнелия. Слишком самоуверенный тип. Абсолютно уверен, что пройдёт конкурс. А по ауре чувствуется, что типчик-то ничтожный.
   - Не волнуйся, Эдгар, - ответил жрец, - если он пройдёт конкурс и станет шеддитом, его аура обязательно изменится.
   Ровно в два часа дня жрец произнёс:
   - Господа кандидаты! Сейчас дверь в наш храм закрылась. Если кто не успел сегодня явиться до начала испытания, то он не сможет его пройти до следующего понедельника. Если хочешь стать шеддитом - привыкай к дисциплине. Вижу, собралось одиннадцать кандидатов. Предупреждаю вас, что мест всего три. Вступительный экзамен вполне традиционный - испытание Силы. Кандидат должен убить трёх существ, вызванных с помощью магии. Всякий, кто не сумел победить хотя бы одно существо, выбывает из соревнования. И лишается права на поступление ещё на полгода. Вижу, молодой человек, вы хотите задать вопрос, - сказал он одному из кандидатов, протянувшему руку, - задавайте, пока не поздно.
   - Великий жрец Хаоса, - произнёс кандидат, - а что будет, если троих существ, призванных магией, победит большее количество претендентов, чем три?
   - В таком случае, - ответил жрец, - студентами академии шеддитов станут те три кандидата, что справились с магическими существами быстрее других. Вынужден вас предупредить, господа кандидаты: поступление в академию шеддитов не гарантирует того, что вы станете дипломированным рыцарем Тьмы. Около трети студентов отчисляются по результатам сессий или уходят из академии по собственному желанию, поняв, что эта ответственность слишком велика для них. Ещё треть погибает на экзаменах, в экспедициях или в боях с другими студентами. Я абсолютно серьёзён. И ещё. Шеддиты - не паладины. Если кто-либо из кандидатов, проваливших испытание, находится на пороге гибели, мы не будем его спасать.
   - А если он сбежит с поля боя? - спросил всё тот же кандидат.
   - Это значит, молодой человек, что он - трус и слабак. Мы позволим ему жить и бежать. Трус может исправиться, поэтому через полгода кандидат, не прошедший испытания, может вновь попытать счастья. Также официально вам сообщаю, что за испытаниями будут следить два учителя шеддитов - Эдгар Удгард и Рудольф Эгерт. Вижу, у вас есть вопрос, молодой человек? - спросил жрец у Ларратоса.
   - Да, великий жрец Хаоса. Разве шеддиты не имеют перед именем титул Баал?
   - Как понимаю, вы не местный, Корнелий? - спросил жрец, глядя сверлящим взглядом прямо в глаза Ларратосу.
   - Да, великий жрец Хаоса. Я из Ариады.
   - Для вас, Корнелий, и для прочих мигрантов сообщаю, что титул Баал могут носить одновременно только девять шеддитов. Есть простые шеддиты, а есть владыки, носящие титул Баал. Простые шеддиты - выпускники академии. А владыки - шеддиты, в чьих жилах протекают наиболее мощные потоки Хаоса. Они проходят индивидуальное обучение у других носителей титула Баал.
   - Значит, простой шеддит не может обрести статус владыки? - спросил Ларратос.
   - Может, Корнелий. Согласно кодексу, любой шеддит может вызвать на дуэль владыку, и в случае победы приобретает имущество и статус поверженного, титул Баал и новое шеддитское имя. Править должны сильнейшие - дабы могли выжить мы все.
   Жрец Хаоса осмотрел собравшихся в здании и произнёс:
   - Как вижу, вопросов больше ни у кого нет, так что можно приступать к испытаниям. Ну, кто хочет быть первым?
   Никто не вызвался добровольцем.
   - Тогда назначим по алфавиту. Антигас Эрик, ваш выход.
   Вызванный молодой человек, Эрик Антигас подошёл ко жрецу.
   - Выбирайте себе оружие, Эрик, - сказал жрец.
   - Полуторный меч.
   - Берите.
   Эрик Антигас взял полуторный меч, лежащий рядом с партером, а затем спустился в яму арены по винтовой лестнице. Жрец Хаоса забормотал некое заклинание. Двое шеддитов замерли подле арены неподвижными статуями, и Ларратос ощутил движение хаотических энергий: будущего кандидата накачивали мощью Хаоса, и без того пульсирующей в этом храме.
   Тут в яме появилось первое существо - нечто, похожее на летучую кобру, и Ларри наконец понял, в чём состоит суть шеддитского испытания. Кобра была быстрой - слишком быстрой, чтобы за ней можно было уследить. Победить её мог лишь человек с реакцией паладина. Или шеддита. И если Эрик сумеет использовать подаренную ему силу, то...
   Он сумел. Злобно шипя, тварь извергла целую серию ядовитых плевков - но кандидат, плавно уйдя в сторону, резко подпрыгнул, обрушившись на змеюку и придавив её своим весом.
   Ещё один перекат - и Эрик, вскочив на ноги, могучим взмахом меча перерубил тварь надвое.
   - Первая тварь побеждена, - произнёс жрец. - Посмотрим, как ты справишься со второй.
   Он прошептал заклинание, и в воздухе материализовался четверорукий медведь. Но Эрик не испугался. Мощь Хаоса вела его, наполняя всё тело лёгкостью и уверенностью в собственной победе.
   Ларри благодаря Кархану знал, каково это - быть носителем энергий Хаоса...
   Эрик побежал напролом. С громким хохотом он набросился на несчастного монстра, обрушив на него целый каскад быстрых, но очень сильных ударов. Медведь попытался было блокировать меч ударами лап - но последних вскоре поубавилось. Ещё несколько мгновений - и меч Эрика, сверкнув красным, снёс бестии голову.
   - Вторая тварь побеждена, - сказал жрец и прошептал новоё заклинание.
   Однако Ларратос чувствовал, что, несмотря на свои победы, Эрик - не шеддит и никогда им не будет. Аура Эрика не могла удержать Хаос, с каждым мгновением теряя всё больше и больше драгоценной субстанции. Ещё немного, и...
   Рядом с Эриком появился огненный элементаль, немедленно осыпавший кандидата в шеддиты каскадом гудящих огненных шаров. Весь зал осветился трепещущим пламенем, пахнуло жаром.
   Теперь Эрику было не до смеха: он с огромным трудом уворачивался от огненных снарядов, а затем, улучив момент, попытался было прорваться к элементалю. Но очередной шар, с треском взорвавшись у самой его руки, заставил неудавшегося шеддита выронить меч и с громким воплем рухнуть на колени. Запахло палёным.
   - Сдаюсь! Я сдаюсь! Я не готов быть шеддитом!
   - Мы не паладины, чтобы помогать тебе, - ответил жрец. - Если хочешь спастись - беги.
   Тяжело дыша, Эрик бросился вон с арены. Элементаль, к счастью, не пытался его преследовать.
   - Провал! Полный провал, - констатировал факт жрец, - следующий! Брукс Игорь!
   От группы кандидатов отделился совсем молодой парень - лет шестнадцати. Казалось, он ничего не боялся.
   - Выбирай оружие, - сказал жрец.
   - Лук, - ответил Игорь. Взяв лук, он ринулся вниз.
   К чему весь этот фарс? - недоумевал Ларратос. - Видно же, что Брукс ещё хуже Эрика: переданный ему Хаос изливался из него целыми потоками, зазря рассеиваясь в пространстве. Какая растрата высших энергий!
   Жрец окончил-таки бубнёжку, и в воздухе материализовался минотавр с огромным двуручным молотом. Улыбнувшись, Игорь спустил тетиву. Лёгкий щелчок, свист оперения - и стрела попала точно между глаз монстра. К сожалению, этого было слишком мало, чтобы убить чудовище. Яростно взревев, минотавр с налитыми кровью глазами ринулся на Брукса, размахивая здоровенным боевым молотом. Побелев от страха, кандидат присел и выстрелил ещё раз. Руки у него тряслись, поэтому стрела попала лишь в ногу монстра, который был уже в паре шагов от несчастного. Тот, рявкнув, споткнулся и с ужасным грохотом обрушился на каменный пол. Однако Брукс этого уже не видел: падая, минотавр нелепо взмахнул руками, и его ужасный молот снёс неудачнику полчерепа.
   Народ ахнул от ужаса. Трое из кандидатов в шеддиты, чья очередь ещё не пришла, рванули к выходу.
   - Аааа! Спасите! Я не готов быть шеддитом! - вопили они, всем телом колотясь о металлические двери.
   - Это же испытание на шеддитов, - равнодушно произнёс жрец, - шеддиты должны привыкать к ужасам битвы. А что касается вас, троица, то вы - трусы! Если вы хотите бежать, так и быть, - жрец щёлкнул пальцами, и дверь открылась. Троица кандидатов-дезертиров выскочила в открывшийся проём, топча друг друга и вопя от ужаса, после чего дверь окончательно закрылась. Вопли бежавших немедленно стихли.
   А в зале осталось, включая Ларратоса, только шестеро претендентов.
   - Следующий, - произнёс жрец, - Гратт Влад.
   Из толпы вышел тот самый кандидат, что задавал вопросы до Ларри. Молча он подошёл к хранилищу оружия и взял двуручный молот такого же типа, как и молот, каким минотавр смог пробить голову Игорю. И спустился на арену.
   Первой тварью, что напала на Влада, как раз и был минотавр. Юный кандидат прошептал заклинание, и чудовище застыло с блаженной улыбкой.
   - Ха! - довольно осклабился Влад, приложив молотом по башке монстра. Та отозвалась глухим протяжным гулом. Улыбка монстра стала ещё блаженней, а из пасти потекли слюни.
   - Получай! - молот с шипением рассёк воздух, сшибив минотавру рога. Тварь покачнулась, но устояла.
   - Ах так! Вот тебе! - выдохнул Влад, от души ударив по челюсти минотавра снизу вверх. Что-то хрустнуло, и монстр медленно завалился на спину.
   А вот этот, пожалуй, станет шеддитом, - подумал Ларри. - Он наслаждается мучениями живых существ, а энергии Хаоса держатся в нём на редкость прочно.
   Следующим существом был гигантский паук, и на него заклятие парализации почему-то не подействовало. На лице Влада мелькнуло удивление, быстро переходящее в ярость: как же так, какая-то тварь смеет сопротивляться будущему шеддиту!
   - Я! Тебя! Прибью! - шипел он сквозь зубы, сопровождая каждый возглас ударом молота. После первого десятка ударов паук оставил бесплодные попытки дотянуться до Влада и попытался спастись бегством. Не тут-то было: с мерзкой ухмылкой тот загнал тварь в угол и принялся методично избивать, стараясь попадать в основном по лапам - дабы паук не подох слишком уж быстро.
   А Ларри слегка поёжился, видя, во что превратили Влада, ещё недавно такого спокойного и рассудительного, хаотические энергии.
   Последней тварью стал земляной элементаль. Влад наложил на него заклятие обледенения, а затем ударил со всей силой своим молотом.
   - Влад Гратт сумел уничтожить троих магических существ! - выкрикнул жрец Хаоса. - Всего за пять минут! Но не спеши праздновать победу, Влад! Посмотрим, с какой скоростью справятся другие кандидаты.
   Далее вышел кандидат с фамилией на букву И - Ларратос не запомнил её. Он также справился со всеми тремя существами. Затратил на это двенадцать минут. После был кандидат с фамилией на букву М - он уничтожил первое существо, а потом сбежал с поля. Следующий кандидат, Маркус Пелагиус, оказался проворным - и без всякой магии сумел уничтожить троих магических существ. За четыре минуты.
   - Осталось двое кандидатов, - произнёс жрец. - на арену вызывается Эльдгард Корнелий.
   Ларратос подошёл к винтовой лестнице.
   - Какое оружие вы выбираете, Корнелий?
   - Довольствуюсь своим посохом.
   Ларри ощутил, что учителя шеддитов заряжают его хаотическими энергиями. Он незаметно переодел кольцо с правой руки на левую. Ларри спустился по лестнице на арену, и тут перед ним материализовался минотавр с двуручным молотом. Ларратос ловко перебросил кольцо на левую руку - и сжал посох поудобнее.
   Ну, держись, минотавр! - подумал Ларратос. - Я прибью тебя голыми руками, как и положено дипломированному паладину.
   Но, увернувшись от молота, Ларри вдруг понял, что стоит ему в открытую применить свои силы, гораздо большие, чем дают кандидатам - и все поймут, что он уже инициирован. Поэтому Ларратос наложил на минотавра заклятие сна, а после - ударил посохом в шею, убив существо.
   Следующим противником Ларратоса был деревянный голем. Ларри, по легенде являющийся пиромантом, наложил заклятие волн огня, воззвав при этом к силам Хаоса как к объекту подпитки. Гигантские столбы ревущего багрового пламени охватили голема, мгновенно превратив его в горсть пепла. В храме заметно потеплело, приятно запахло сосновой смолой...
   Следующим существом, что призвал жрец Хаоса, был огненный элементаль. Ну что, подумал Ларратос, ты, жрец, думал, что если я пиромант и всё гашу огнём, то против собственно огня я ничего не смогу предпринять? Как бы не так! Огонь часто гасится встречным огнём.
   - Кир ан-нур! - произнёс Ларратос, взмахнув посохом. На элементаля обрушилась огненная стена. Две огненные стихии слились в единоборстве, выбрасывая снопы искр и облака лёгкого горячего дыма. Наконец, элементаль, лишённый доступа к кислороду, сдался: пламя Ларратоса поглотило его.
   Ларри расслабился.
   - Неплохо, Корнелий, - произнёс жрец. - Вы справились за три минуты. Быстрее всех. Вы прошли испытания и гарантированно станете шеддитом, вне зависимости от того, как справится следующий кандидат. Ярис Альфред, ваш выход.
   Вышел последний кандидат в шеддиты. В качестве оружия он выбрал алебарду. Победив первого и второго монстров, кандидат сбежал, увидев третьего - элементаля воздуха. Он проиграл.
   - Итак, - произнёс жрец Хаоса. - Я посовещался с учителями шеддитов по поводу кандидатов, но и так очевидно, что испытание прошли Маркус Пелагиус, Влад Гратт и Корнелий Эльдгард. Поздравляю вас, кандидаты! Или мне следует сказать - поздравляю, первокурсники?! У вас есть ровно шесть часов на сборы. Собирайте ваши вещи и рабов, после чего встречаемся здесь, в храме. Вас будет ждать специальный маговоз, который довезёт вас до академии.

***

   Ларратос с Эраной и Апионом вернулся в гостиницу:
   - Похоже, из вас троих только ты, Эрана, можешь последовать за мной. Рабов в академию брать можно, а вот друзей нет. А рабом может быть только нечистокровный человек. Ты, Зарина, если хочешь, можешь пройти за мной в академию, надев свой пояс невидимости. А что сделать с тобой, Апион, я не знаю, хотя уверен, что ты бы мне пригодился.
   - У меня есть идея, - сказала Зарина, - надев пояс невидимости, в академию пройдёт Апион. А я пройду официально - под видом твоей рабыни.
   - Надо быть нечистокровным человеком, - повторил Ларратос.
   - А я и так нечистокровная, - усмехнулась Зарина.
   - По тебе не особо видно.
   Зарина пошевелила пальцами возле ушей и произнесла какое-то заклинание:
   - Что, и теперь не видно? - у Зарины вместо привычных Ларратосу человеческих ушей на голове красовались эльфийские, не менее заострённые, чем у Эраны.
   - Симпатично, - произнёс Ларри, схлопотав при этом строгий взгляд Эраны, - слушай, Зарина, а это - иллюзия или твои настоящие уши? А предыдущие? Как вообще выглядят твои настоящие уши?
   - Потом покажу, - ответила Зарина, - когда придёт время.

***

   Маговоз ехал вверх по горным дорогам Магоры. В нём, помимо водителя, сидели двое учителей шеддитов, присутствовавшие на испытании, Ларратос и две его "рабыни" - Эрана с Зариной и двое новоиспечённых шеддитов - Маркус Пелагиус и Влад Гратт. На крыше маговоза сидел Апион, замаскированный поясом невидимости.
   Маговоз подъехал ко входу в академию. Страж спросил у одного из учителей-шеддитов:
   - Ну что, Эдгар, вы привезли новичков?
   - Да, Лекс, хотя мне кажется, что один из них, как парень из предыдущего набора, не выдержит и недели - сбежит аккуратно за три дня до понедельника.
   - Так, а этого новичка я, кажется, знаю. Корнелий, да? - спросил охранник Лекс у Ларратоса. Тот кивнул головой. - Я уже начал бояться, что ты - какой-то шпион. А вижу - прошёл испытания. Судя по твоей настойчивости, ты рано или поздно станешь дипломированным шеддитом.
   Врата открылись. Маговоз въехал на территорию академии. Двери повозки открылись, и учителя вместе с новичками и "рабынями" Ларратоса вышли из неё. Апион незаметно слез с крыши. Перед вышедшими стоял человек в чёрных доспехах, чьё лицо закрывал шлем, выполненный в виде головы дракона.
   - Добро пожаловать в нашу академию, новички, - пробубнил он металлическим голосом, - я - Баал Хафдан, ректор академии. У меня есть для вас подарок - мечи из Небесной Стали. Но прежде чем они станут вашими, выслушайте меня. Паладины считают свои способности ответственностью и непосильной ношей. Мы, шеддиты, знаем, что это - дар, который надо использовать, чтобы ослаблять других. Вы поняли это? Шеддиты - это сила, с которой надо считаться, и с вами будут считаться, когда вы покинете академию. Но готов предупредить вас, что отношения с товарищами по учёбе не всегда будут гладкими. Драка или дуэль между шеддитами - обычное дело. Более опытные студенты всегда отыгрываются на новичках. Поэтому те из вас, кто служил в армии, уже знакомы с таким явлением, как дедовщина, и тут вам не будет сложно. Студенты последнего, третьего курса Гэдберт и Вильтран - самые сильные и жестокие из "дедов", которых побаиваются даже другие "деды". А теперь прошу вас - получите свои мечи и чёрные робы.
   Новички-шеддиты взяли оружие и робы - и теперь даже идиот догадался бы, что здесь собрались новоиспечённые Рыцари Тьмы.
   - А теперь, - произнёс Баал Хафдан, - распределение по комнатам. Обычно у нас в одной комнате размещают троих студентов. Поэтому думаю, вас троих я вместе и поселю.
   - Позвольте, владыка, - ответил Ларратос, - я хочу отдельную комнату, - видите ли, я - с двумя рабынями, и мне бы не хотелось, чтобы другие студенты смотрели, как я со своими рабынями буду... ну, вы поняли. К тому же, я не хочу оставлять своих рабынь в одной комнате с однокурсниками во избежание различных инцидентов.
   - Да будет так, студент, - ответил Баал Хафдан, - я выделю тебе с рабынями отдельную комнату.

***

   Ларратосу и двум девушкам ректор выделил комнату в одной из башен академии. Когда ректор ушёл, Апион снял пояс и стал видимым.
   - Итак, дамы и господа, - произнёс Ларратос, - мы - внутри одного из оплотов власти шеддитов. Я пойду, исследую местность академии, и попробую сначала в одиночку дойти до руин Перворождённых. Если дойду нормально, то свяжусь с вами по мадаббару.
   Вообще-то всем первокурсникам сейчас полагалось идти на занятия, но Ларри даже не заглянул в расписание лекций: его отнюдь не прельщала учёба в шеддитской академии. Он добился, чего хотел - проник в академию. И теперь собирался, не теряя даром драгоценного времени, добраться до остатков поселения Перворождённых. После чего смыться из Масхона, и чем скорее, тем лучше.
   Ларратос вышел из башни и пошёл через территорию академии по направлению ко вратам - но не тем, через которые попал в академию, а ко вратам, лежащим на противоположной стороне. У противоположного выхода также стояли четыре стража.
   - В чём дело, студент? - спросил один из них, - чего ты хочешь?
   - Я хочу выйти за врата, погулять там.
   - Студентам первого курса запрещено покидать академию, - ответил охранник, - таков закон.
   У Ларратоса чуть не подкосились ноги.
   - Что, совсем нельзя?
   - Можно только в трёх случаях. Во время каникул, по семейным обстоятельствам или личным указом ректора или одного из проректоров. А пока нечего дурью маяться - иди лучше на лекцию.
   - На какую лекцию?
   - По философии шеддизма. В главном здании, двадцать пятая аудитория. Этот предмет ввели только несколько лет назад - и это увеличило продолжительность обучения в нашей академии, так что многие студенты не любят этот предмет. Но преподаватель может сильно разозлиться на того, кто не ходит на его занятия. Так что - ноги в руки и вперёд!

***

   Ларратос зашёл в класс. Там сидело ещё два десятка шеддитов - студентов первого курса. Преподавателем оказался бородатый мизрахиец, которому на вид было чуть больше тридцати. Но, поскольку он являлся шеддитом, ему могло быть и более ста лет. Взгляд преподавателя выдавал в нём истинного аристократа. На его поясе висел меч из Небесной Стали.
   - А, опоздавший, - произнёс учитель, - проходите, присаживайтесь. Могу ли я узнать ваше имя?
   - Корнелий Эльдгард.
   - А я - Абдель Рахман, профессор философии шеддизма и проректор этой академии.
   Ларратос присел. Где-то он слышал это имя - Абдель Рахман. Но где конкретно? Абдель начал лекцию.
   - Сообщаю персонально новичкам: у нас вы научитесь знаниям, что паладины спрятали от вас. Паладины считают Хаос грубой и примитивной сущностью, однако у нас в академии вы убедитесь, что это - не так. Сразу скажу вам: Хаос ни в коей степени не изменяет человека.
   - Мне говорили, что человек изменяется, ступив на путь Хаоса, - произнёс Маркус Пелагиус. - он становится полной противоположностью того, кем был раньше.
   - Это лишь один из предрассудков, Маркус. Присоединившись к нам, вы не изменитесь, а напротив, обретёте свою истинную сущность. Каждый из вас, если доживёт до конца обучения, станет именно тем, кем он и должен был быть изначально, отбросив лживые установки, заданные традициями и воспитанием.
   Итак, господа студенты, что вы знаете о шеддитах?
   Первокурсники промолчали.
   - О шеддитах, - продолжал учитель, - ходит много предрассудков, будто это грубые импульсивные люди, не способные себя контролировать. Однако истинный шеддит знает: для того чтобы суметь управиться с другими, надо уметь управиться с собой.
   Шеддиты - избранники. Хаос - благо, которое освобождает от неверных установок, заложенных традициями и воспитанием. Хаос снимает неверные запреты и освобождает человека от комплексов. Хаос делает человека таким, каким он и должен быть. Некоторые сравнивают Хаос со злом, однако он лишь освобождает человека ото всех лишних установок, в том числе и от псевдо-добрых, которые вбиты с детства путём воспитания. А воспитание подавляет истинную сущность человека.
   Ларратос вспомнил, где он слышал это имя - Абдель Рахман! Точно! Серый паладин, автор книги "Правда и ложь о сущности Хаоса". А теперь он подался в шеддиты и читает лекции по философии!
   - Паладины запустили среди народов Запада и Востока идею, что Абсолют тождественен добру и божественности, а Хаос - злу и демонам, - продолжал Абдель. - Многие народы настрадались из-за закостенелых традиций паладинов. Паладин служит Абсолюту. Но шеддит не служит Хаосу - Хаос служит шеддиту.
   Мы, шеддиты - избранники.
   - А кто такие избранники? - спросил один из студентов, незнакомый Ларратосу.
   - Хороший вопрос, Канис, - ответил Абдель, - избранники - это те, кто находят в себе сил побороть воспитание. Зато избраннику позволено всё. Избранник не должен подчиняться закону. Избранник может игнорировать закон, а то и разрушать его, менять и созидать. Но свободы достоин лишь тот, кто сможет её отстоять.
   Хаммон считает, что понятие диктатуры означает, будто бы все должны подчиняться одному человеку - ему. Да с такими установками Хаммон - полный кретин.
   При этих словах на лице некоторых студентов отразилось полное изумление.
   - Бытие шеддитом означает только одно - свободу. Зная дух этой страны, думаю, что кто-то из вас сейчас же побежит стучать директору академии, дабы меня уволили за вольнодумство? Не выйдет, господа. Я вижу вас насквозь. Всех, - при этих словах холодок пробежал по спине Ларратоса. - Любой, кто захочет сообщить ректору, будет иметь дело со мной.
   Мы, шеддиты, избранники, в отличие от остальных - безумного человеческого стада, которое так и просится быть покорённым. Сила важна для шеддита. Сила - главное для шеддита. Но сила - далеко не всё. Поэтому истинным шеддитом не может быть тот, кто опирается лишь на силу - власть не может опираться лишь на неё. Нужен интеллект. Поэтому наш ректор, слишком тупой для того, чтобы быть избранником, не есть настоящий шеддит. И Хаммон не есть настоящий шеддит. Арастиор был настоящим шеддитом - именно он и сочинил наш кодекс.
   - Но разве не Хаммон является соавтором кодекса шеддитов? - удивлённо спросил Маркус.
   - Хаммон, которому приписывают соавторство кодекса шеддитов, придумал лишь пару абзацев. Кретин этот Хаммон. Да я уверен, что ни Хаммон, ни нынешний ректор академии сами не знакомы с большинством понятий философии шеддизма.
   Все студенты изумлённо переглянулись.
   - Хаммон - служитель зла, а не адепт Хаоса, он - истинный злодей, хотя истинный шеддит не обязан быть злодеем, как бы обыватели не связывали шеддизм и зло.
   Истинный шеддит - избранник от Хаоса. Избранник зарождается среди обычных людей, но стоит на голову выше их. Шеддиту не писаны законы, созданные для обычных смертных, и поэтому шеддиту, стоящему выше добра и зла, выше старой морали, которую людям вдалбливают с детства, может стать носителем новой морали, служащей созданию более продвинутого общества. Если потребуется ради создания продвинутого общества убить несколько ничтожных людишек, шеддит, ни моргнув глазом, сделает это.
   - Людишек? - изумился студент по имени Канис. - в Масхоне ничтожествами считаются представители нелюди, а люди воспринимаются как высшая раса.
   - Канис, вы поверхностно понимаете основы шеддизма, как и ваш тёзка, ставший правителем этой страны, - класс захихикал. - Да, в Масхоне считается, что нелюдь должна быть уничтожена, а люди - высшая раса, но это - массовая точка зрения. Далеко не все люди - высшие. Есть человеческое стадо, а есть избранники. Шеддиты.
   - А как ваш орден смотрит на паладинов? - этот вопрос задал Ларратос.
   - В отношении паладинов наш орден смотрит двояко. С одной стороны, высшие люди, такие же, как мы, с другой стороны, их головы забиты неправильными установками. И наш орден даже был бы готов временно объединиться с паладинами, если бы не некоторые разногласия. Вы считаете паладинов однозначными врагами, Корнелий? Ваши головы забиты с детства стереотипными понятиями. Есть истинные шеддиты, а есть и фанатики вроде Хаммона. Также и среди паладинов есть вполне здравомыслящие люди, даже готовые в случае опасности объединиться с нами, а есть твердолобы вроде Бейла Харизи, что ненавидят нас только за то, что мы - шеддиты. Именно из-за этого Бейла меня... В общем, не важно.
   Ларратос прекрасно помнил этого подозрительного старого паладина, Бейла Харизи, который видел во всех потенциальных шеддитов, и любое инакомыслие воспринимал как потуги на служение Хаосу. Похоже, этот Бейл приложил руку к тому, чтобы Абделя изгнали из ордена паладинов. Действительно, твердолобый фанатик. Именно из-за таких нередко вполне добрые и умные паладины действительно переходят в шеддиты - чего Бейл и добивается своей подозрительностью.
   - Камриэльство, - продолжал Абдель. - Оболванивающая людей религия, превращающая их в стадо баранов. Но абсолютно такой же является другая религия, демонопоклонничество, введённая этим кретином Хаммоном. Любая религия отрицает свободу действия и мышления. Избранник свободен, а смирение есть оковы, которые надевает на людей каста жрецов ради достижения собственной власти.
   Класс опять переглянулся. Было очевидно, что преподаватель академии не только был еретиком от паладинства, но и его восприятие шеддизма отличалось от официально принятого.
   - Шеддит же не обязан быть демонопоклонником. Избранникам, истинным шеддитам это противопоказано. Истинный шеддит не верит ни в каких богов - он сам себе бог. И Хаос, сущность из которой шеддит черпает силу, ни в коей мере не есть божественная или демоническая сущность. Мы же не поклоняемся воде, как разумному существу, хотя пьём её и используем в хозяйстве. Хаос - не бог, Хаос - инструмент, которым пользуется шеддит. И это - тот самый инструмент, использование которого всегда оправдывает цель. Истинный шеддит идёт к победе любой ценой. Избранники не отягощены ни бытовыми, ни социальными, ни религиозными ограничениями и предрассудками и потому абсолютно свободны.
   Люди всегда делились на слабых и избранников. Равенство всех людей - это фикция. Один от природы силён, другой от природы же слаб - и они не равны. Мораль у каждого людей типа своя. Избранники, истинные шеддиты, ценят личное достоинство, решительность, настойчивость, самоуверенность, несгибаемую волю и энергичность. Слабые ценят сострадательность, мягкосердечие, покорность и альтруизм. Некоторые ставят знак равенства между слабостью и добром. Они не правы.
   - Но разве шеддизм не проповедует агрессию? - спросил Канис.
   - Канис, ещё меньше правы те, кто ставит знак равенства между злом и истинными шеддитами. Злодеи ценят агрессию, хитрость, изворотливость и грубость. Многие из тех, кто носит наименование "шеддиты", очень далеки от истинных шеддитов. И я обещаю, что сделаю из вас истинных шеддитов. Если кто-либо из вас не захочет становиться истинным шеддитом, он может собирать вещи и отправляться домой.

***

   После окончания лекции Ларратос связался с Эраной и сообщил, что первокурсников не выпускают за территорию академии, и надо искать какой-то обходной путь. Ларратос пошёл в столовую академии. Рабов и рабынь запрещалось брать с собой в академию - поэтому Ларри решил после того, как пообедает, захватить еду для Эраны с Зариной - а заодно и для Апиона, который проживал в их комнате нелегально.
   Пока Ларратос сидел за столом и обедал, первокурсник Канис испуганно выкрикнул:
   - Атас, братва! "Деды" идут!
   В проёме входной двери показалась парочка небрежно одетых молодых людей. Даже очень молодых - им можно было дать максимум лет по восемнадцать. Один из них оказался довольно таки высоким, но пониже Ларратоса - зато в плечах был шире его почти в два раза - и шире большинства орков. Похоже, юный "дед" состоял из одних мускулов - и масса его тела тоже, похоже, была в два раза больше, чем у Ларратоса, и лицо здоровяка казалось не обременённым интеллектом. Второй "дед" оказался повыше первого, но при этом очень худым. Но его никак нельзя было назвать слабаком. Чувствовалось, что он отлично владеет боевыми искусствами - и если первый "дед" опирался в бою на одну грубую силу, то второй - явно на ловкость. И второй выглядел явно поинтеллектуальнее первого.
   Первокурсники преклонили головы, и деды, идя к буфетчице, небрежно шлёпали всех первокурсников по головам. Дойдя до Ларратоса, сильный "дед" сказал ловкому:
   - Смотри, Гэдберт, тут у нас, похоже, новичок. Голову перед дедами не преклоняет. Надо научить его хорошим манерам.
   - Позабавимся с ним, Вильтран. Эй, новичок, как звать тебя?
   - Корнелий.
   - А мы - Гэдберт и Вильтран. Мы здесь главные, и ни одна свинья не смеет нам возражать! Почему это ты не преклонил перед нами голову, парень?
   - А я должен? Я-то ведь не свинья. - Ларратос встал. - Сколько вам лет, парни?
   - Возраст не имеет значения. Мы в академии уже третий год - с шестнадцати лет мы учимся на шеддитов, и тут нас все уважают. Сядь и преклони перед нами голову, дух!
   Ларратос рассвирепел. Он прошёл через дедовщину в гиперборейской армии. Он никогда не выполнял просьбы "дедов" на первом году службы, и если было нужно, дрался с ними. Дослужившись до "деда", сам он никогда не приставал с дурацкими просьбами к солдатам первого года. После этого Ларратос победил могучего чернокнижника Шакира, за два месяца прошёл полный курс паладинства, сумел справиться с двумя шеддитами, носившими титул Баал - а тут какие-то студентики, младше его лет на двенадцать чего-то от него хотят. В гиперборейской армии их бы сразу забили всей казармой. Но Ларратос слегка успокоился: всё-таки, на самом деле он - не шеддит, а светлый паладин. И привык пытаться решать все конфликты мирным путём, а лишь потом драться. Некое чудовище в глубине души Ларратоса жаждало крови, но паладин загнал его внутрь.
   Ларратос строго посмотрел на дедов сверху вниз, стоя буквой Ф - поставил руки на пояс. Он всё-таки читал несколько книг по психологии. и знал, что эта поза и этот взгляд вызывают в подсознании образ строгого родителя, и лучше всего подходит для воспитательных целей:
   - Выпендриваешься, мальчик? Похоже, вы испытываете комплексы, из-за того, что вы тут младше многих, и пытаясь доказать обратное, строите из себя дедов.
   - Чего?!
   - Не испытывайте, дети, моё терпение - я старше вас на двенадцать лет. Вам надо поучиться уважать старших.
   - Ты чё, Корнелий, так и не понял? - спросил мускулистый "дед", - нам плевать, что ты нас старше!
   - А мне плевать на ваше наплевательство, - строго ответил Ларратос. - поворачивайте обратно, пока я добрый. В армии я строил ребят покруче вас, так что проваливайте.
   - Он не понял, Вильтран, что имеет дело не с простыми солдафонами, а с опытными шеддитами, - прошипел Гэдберт, худой "дед". И теперь получит сполна!
   Народ вокруг расступился - но не разошёлся далеко. Всем захотелось посмотреть на избиение новичка самыми злыми "дедами".
   Они напали одновременно. Вильтран ударил в направлении Ларратоса своим могучим кулачищем, а Гэдберт отбежал на пару шагов и подпрыгнул, занеся для удара ногу.
   У Ларратоса, кандидата в Шаддаи, закончившего полный курс паладинства, силы и ловкости было не менее, чем у этих двоих, вместе взятых. Схватив кулак Вильтрана, Ларри сломал его руку, и откинул зазнавшегося отрока на пол. Гэдберта он раскрутил за ногу и бросил в двух метрах от мускулистого "деда".
   Пора! Нужное время и место! Витающие в академии тёмные энергии подкармливали его - и зверь, живший в его душе, хаотическая энергия, находящаяся в его сущности - освободилась.
   - Вы захлебнётесь в волнах моего гнева, жалкие черви! - кровожадно выкрикнул Ларратос, испугавшийся своих слов не меньше, чем "деды" и наблюдающие студенты. Но времени на размышления не было: он навёл правую руку на Вильтрана, а левую - на Гэдберта. Тотчас же с правой руки слетела красная молния, а Гэдберта подняло на метр в воздух, и он, задыхаясь, схватился руками за горло.
   Вильтрану после молнии тоже не было сладко. Он начал корчиться от боли, из глаз пошли слёзы, и он проблевался прямо на пол. Ларратос отпустил Гэдберта. Еле отдышавшись, "деды" с удивлением и страхом уставились на Ларри.
   - Так. Что здесь происходит? - услышал Ларратос строгий голос Абделя Рахмана.
   - Господин учитель, тут произошла одна потасовка, - произнёс первокурсник Канис.
   - Вижу, Канис. Что же, господа студенты. Вы, трое, вели себя очень плохо. Я ожидал подобной пакости от вас, господа Вильтран и Гэдберт. Дуэль между шеддитами - дело благородное, но когда двое нападают на одного, это уже не дуэль, а, скажем так, триэль. И нормальный шеддит никогда не будет драться в столовой.
   Ларратос промолчал. "Деды", вместо того, чтобы что-то сказать, ответили кашлем.
   - Вы все поступили очень плохо. Такого я не ожидал. Особенно от вас, Корнелий. Ладно бы, эта парочка, так вы! Повторяю, я никогда не ожидал вот ТАКОГО от новичка-первокурсника! Гэдберт и Вильтран, можете быть свободными. А вас, Корнелий, я попрошу последовать в мой кабинет. У меня к вам будет личный разговор. Очень серьёзный.
   Ларратос пошёл за учителем. Ему было не по себе. А "деды", еле отдышавшись, захихикали.
  
   Глава 11
   Академический переворот
   Ларратос связался с Эраной около часа назад - сообщил, что первокурсников без особых поводов не выпускают за территорию академии, и что он принесёт в комнату обед - но так и не появился. Эрана, Зарина и Апион уже устали ждать его, однако выйти из комнаты так никто и не решился.
   От нечего делать Зарина решила продемонстрировать Эране и Апиону свои старые фотографии:
   - Вернувшись домой, - сказала она, достав альбом, - я помимо пояса невидимости достала свои фотографии. Можете посмотреть. Это - я у главного храма Хаоса города Тайверия. А это - я на улице лорда Хаддада - центральной улице нашего города.
   - Зарина... - удивлённо вымолвила Эрана. - Дата! Дата в углу фотографии.
   - Что дата? - вздрогнула Зарина, - двадцатое июля.
   - Год, - уточнила Эрана, - год! Тысяча пятьсот шестьдесят седьмой. Этой фотографии - пятьдесят один год, а ты на ней выглядишь так же молодо, как и сейчас.
   - Вероятно, ошибка фотографа, - смущённо пробормотала Зарина. - Наверное, имелся в виду тысяча шестьсот семнадцатый. Не знаю...
   - А другие фотографии? Тысяча пятьсот девятнадцатый год... Это не может быть совпадением. Сколько же тебе на самом деле лет, Зарина?
   - Много. Очень много. Гораздо больше, чем всем членам отряда Ларратоса вместе взятым. А сколько конкретно - не скажу. Всё-таки, я, женщина и не хочу раскрывать своего истинного возраста.

***

   Ларратос и Абдель Рахман шли по направлению к преподавательской башне академии шеддитов. Ларратос оказался в ужасном смятении: сейчас ему предстоит строгий выговор. Выговор, который может грозить чем угодно - вплоть до исключения из академии. Но это ещё не самое страшное - Абдель мог догадаться, что Ларратос - паладин. Абдель же напротив был очень возбуждён предстоящим разговором - Ларри понял, что он может устроить экзекуцию или допрос с применением пыток.
   Абдель, настолько взволнованный, что даже не здоровался с другими учителями шеддитов, открыл дверь в свою комнату в башне академии и пригласил туда Ларратоса. После того, как Ларри зашёл, Абдель возбуждённо закрыл дверь на ключ.
   - Присаживайтесь за стол, Корнелий, - сказал шеддит.
   Ларратос, приготовившийся к тому, что учитель будет его ругать на все корки, удивился, что тот так просто предложил ему присесть.
   - Хотите чаю или кофе? - спросил Абдель. - А может чего покрепче?
   - Я бы выпил чая.
   - Так вот, Корнелий, - произнёс Абдель, наливая Ларри чаю, - почти сто лет живу, а с таким сталкиваюсь впервые. Шеддиты, как и все люди, бывают способные и не очень. Некоторые справляются с учёбой за два года, некоторые за три, а особо талантливые - и за год.
   Мне же рассказывали, что сто пятьдесят лет назад в Масхоне был один парень, который всю Академию - можете себе представить - абсолютно всю - прошёл за полгода. Причём некоторые из способностей у него развивались самостоятельно - без участия наставников! Впервые увидев вас, Корнелий, я поразился энергиям, что в вас протекают. Сначала я подумал, что вы можете быть шпионом, подосланным орденом паладинов, - при этих словах холодок пробежался по спине Ларратоса. - Но увидев, как мастерски вы справляетесь с молнией Хаоса, понял, что мои предположения оказались неверными. Вы - истинный шеддит! Я никогда не ожидал такой мощи от новичка-первокурсника, Корнелий. Гэдберта и Вильтрана боялись все студенты, а вы поставили их на место!
   - Чего вы хотите от меня, господин учитель?
   - Во-первых, возьмите этот значок. Отныне вы - помощник проректора - то есть мой помощник по контролю над студентами. Теперь вы будете следить за остальными учениками шеддитов - и докладывать мне об их подозрительных поступках.
   - Вы хотите сказать, господин учитель, что желаете сделать из меня стукача?! - Ларри чуть не поперхнулся чаем.
   - Можете считать и так, - чуть улыбнулся Абдель, - но с этим значком остальные начнут вас бояться. А значит - и уважать. Впрочем, после того инцидента с Гэдбертом и Вильтраном вас и так уважает вся академия. Я хочу помочь вам кое в чём, Корнелий.
   - В чём же? - спросил Ларратос.
   - Я вижу, что человек с вашим потенциалом закончит академию за шесть месяцев. Я абсолютно в этом уверен. Обещаю, что сделаю для вас всё, чтобы через шесть месяцев вы получили диплом.
   - Благодарю вас за заботу, господин учитель.
   - Не за что. И ещё, - Абдель достал из ящика письменного стола кусок бумаги и ручку и начал что-то писать, - поскольку вам до выпуска осталось полгода, вас можно считать старшекурсником.
   - Не понял...
   - Вы полностью уравнены в правах со студентами старших курсов. Отныне распоряжением проректора - то есть моим распоряжением - вам позволено - в том числе и в сопровождении ваших рабов - покидать территорию Академии.
   - У меня нет слов, господин учитель...
   - Кстати, ректор велел мне передать вам вот это, - Абдель протянул Ларратосу чёрную книжечку, на которой была изображена баранья голова, вписанная в перевёрнутую пентаграмму, - ваш паспорт. Вы теперь - официально гражданин Масхона.
   - Я благодарен вам за всё, господин учитель. Но я не верю, что в этом мире можно получить что-то просто так. В особенности от шеддита. Полагаю, я должен для вас кое-что сделать в ответ, не так ли?
   - Вы очень догадливы, Корнелий, - ответил Абдель, - именно ради этого разговора я вас сюда и вызвал. Вы должны помочь мне.
   - В чём же?
   - Миром правят кретины, Корнелий. В том числе и нашей страной. Баал Хаммон - ещё ничего, но кретином является и Баал Хафдан, ректор Академии. Оба они выступают с позиции силы. Какой толк в силе, если ты толком не можешь её использовать? Хафдану не место в кресле ректора академии - он лишён не только интеллекта, но и аристократичности, какой должен обладать правитель.
   - И вы хотите, чтобы я помог вам сместить Баала Хафдана с поста ректора - а вам самому принять пост и титул Владыки.
   - Вы почти догадались, Корнелий! Я хочу, чтобы вы помогли мне убить этого кретина!
   Этого ещё не хватало! Ларратос прибыл в Масхон с паладинской миссией - найти кристаллы Перворождённых, а тут его втягивают во внутренние разборки шеддитов!
   - Что же я должен буду сделать для этого, учитель? - спросил Ларратос.
   - Скажите мне, Корнелий, слышали ли вы... о расе Перворождённых?
   - Не особо, - холодок вновь пробежался по спине Ларратоса.
   - А я слышал. Я находил древние эльфийские и гномские летописи, в которых упоминались жестокие диктаторы из расы Перворождённых и их ужасное оружие. Более того, я прочитал, что Масхон до прихода людей был страной гномов, а гномы ещё ранее находились в рабстве у Перворождённых.
   - Это всё интересно, учитель, только какое это имеет отношение к делу?
   - А такое, что одна из столиц Перворождённых была здесь, в Масхоне. Где-то на горе Магора. И в их руинах должно быть найдено одно из орудий, с помощью которого можно будет уничтожить владыку Хафдана.
   Неужели он знает о существовании магомёта, - подумал Ларратос и спросил шеддита:
   - А что это за оружие, учитель?
   - Я читал о нём в древних гномских манускриптах. Называется "поглотитель сущностей".
   Ларратосу тут же вспомнился меч Поглощения, которым владел Баал Кархан, но эта штука почему-то вызвала ассоциацию и с камнем душ. И поэтому он спросил:
   - А что такое "поглотитель сущностей"? Нечто вроде камня душ?
   - Не совсем, Корнелий. Это не камень, а металлическая трубка, к который приделан накопитель. Трубка высасывает сущность, и та оказывается в резервуаре. И не надо путать сущность с душой. Душа - составляющая сущности, но сущность несёт в себе и волновую структуру тела. И "поглотитель сущностей" поначалу создали не как оружие, а как панацею, средство к бессмертию.
   - Я не понимаю, учитель.
   - Вы слышали о паленгенезии, Корнелий?
   - Да. Новая наука, занимающаяся созданием и воссозданием жизни.
   - Так вот, паленгенезия занимается в том числе и созданием гомункулусов - искусственных людей, внешне не отличаемых от созданных традиционным путём. Интересно, что масхонцы помимо простых гомункулусов научились создавать репликантов, они же - дубли. Эти искусственные люди, при создании которых использовали волновые структуры других людей. Скажем так, оригиналов. Некоторые начали говорить, что это - шаг к бессмертию - умирает человек, и тут же на его основе создаётся дубль.
   - Я не согласен с вами, учитель, что создание дублей - путь к бессмертию. Допустим, я умру, после меня будет репликант - двойник с моей внешностью, считающий себя мной. Но в то время, как он будет действовать в этом мире от моего лица, моя душа будет на том свете, и я буду переворачиваться в гробу, смотря на этого самозванца.
   - Вы правильно рассуждаете, Корнелий. Поэтому Перворождённые и изобрели "поглотитель сущностей". Умирает старик, его сущность захватывают Поглотителем - и стреляют из него по беременной женщине. Сущность вселяется в эмбрион - и перестраивает его под себя, - это одновременно реинкарнация души и возрождение тела.
   - Удобно. Только я не уверен, что человек, возрождённый с помощью этой штуки, будет помнить свою прошлую жизнь.
   - Не будет. Но все воспоминания - знания и навыки - перейдут в подсознание. И если возрождённому напомнить, кто он такой, он быстро вспомнит это.
   - Занятно, - произнёс Ларратос, - у года четыре сезона, сменяющие друг друга - и, похоже, Перворождённые после старости возрождались и вновь становились детьми.
   - Именно так. А потом Перворождённые открыли истинное бессмертие - доступное не только магам, а всем. Очевидно, они смогли изменить генетическую структуру своего народа. И тогда Поглотитель Сущности стал опасным оружием - безвредным для тела, но захватывающим душу. Именно такой штукой я хочу уничтожить нынешнего ректора.
   - А его отсутствия не хватятся?
   - А мы и не будем прятать труп. Это будет и не совсем труп - это будет живое тело. Без сущности. Можем сказать, что он впал в длительный летаргический сон. На несколько веков. Не удивляйтесь, Корнелий! Шеддиты живут значительно дольше простых людей - но и могут очень долго лежать в летаргическом сне. Вы слыхали о Баале Нахшане?
   - Это был ученик владыки Хаддада, не так ли?
   - Именно он. Паладины рассказывают, что в восьмом веке владыка Нахшан пропал без вести. На самом деле его в бою оглушил какой-то паладин, после чего этот паладин был тут же убит шеддитом Харуфом Рейканом - который потом присвоил себе имя Баал Рейкан. Харуф увидел, что его учитель Баал Нахшан получил серьёзный ушиб мозга. Харуф применил к наставнику лечащие энергии, и тот не погиб - заснул летаргическим сном. Аж на четыре века! После того, как Баал Нахшан проснулся, он был убит в бою неизвестным паладином, а владыка Рейкан продолжил дело шеддитов. Рассказывают слухи, что именно Рейкан как-то повлиял на переход Арастиора на нашу сторону. Кстати говоря, Арастиор был гораздо сильнее Хаммона. Тому придал дополнительных сил шлем Тарадаша, что и позволило задушить Арастиора. Задушить - но ещё не факт, что убить. Тупица Хаммон даже не удосужился отрубить своему учителю голову. Труп Арастиора так и не был найден. Может, кто из последователей Арастиора сохранил в нём жизнь, и Арастиор спит до сих пор? Если так, я выберу сторону Арастиора, а не Хаммона! А вы, Корнелий?
   - Я не знаю, господин учитель, - ответил Ларратос.
   - Честный ответ. Ладно, засиделись мы тут с вами, Корнелий. А вам уже пора на тренировку по фехтованию.

***

   Ларратос вбежал в фехтовальный зал - туда он опоздал, так же, как и на предыдущее занятие.
   - А, опоздавший, - произнёс шеддитский учитель Рудольф Эгерт, тот самый, что присутствовал на инициации. - Что же, тебе и участвовать первому в бою. Выбирай себе соперника.
   Ларратос шёл по залу, выбирая себе противника для боя на деревянных мечах. Тут его взгляд остановился на Гэдберте, "дедушке", с которым он уже имел честь драться. Демонстративно подняв высоко грудь со значком, Ларри подошёл к третьекурснику:
   - Ну привет, красавчик!
   Гэдберт теперь по настоящему испугался. После той драки он начал бояться Ларратоса - но он был уверен, что Абдель Рахман накажет его. А тот дал бесцеремонному первокурснику значок "помощник проректора по контролю над студентами".
   - Принимаешь мой вызов? - спросил Ларратос, глядя прямо в глаза старшекурснику. Тот попятился, но одногруппники пинками вытолкали его на арену.
   Ларратос очертил перед собой петлю в воздухе. Гэдберт неохотно поднял деревянный меч. Дальнейшее происходило слишком быстро: Герберт двигался с нечеловеческой быстротой. Но Ларратос - ещё быстрее. Если бы происходил настоящий бой, со стальными мечами, Ларратос четыре раза убил бы противника.
   После этого поединка учитель вызвал на бой других шеддитов. Гэдберт и Вильтран смотрели на Ларратоса со страхом и восхищением. Похоже, они теперь станут его друзьями. Ларратос прекрасно знал психологию большинства агрессоров - пинают слабых, а перед сильными заискивают.

***

   После тренировки Ларратос подошёл к учителю Абделю Рахману:
   - Я готов идти исследовать руины Перворождённых, учитель. Я уже могу отправляться?
   - Конечно! Чем раньше, тем лучше.
   Ларратос заскочил обратно в свою комнату и сказал Зарине и Апиону, чтобы шли за ним. Апион, дабы его не заметили, надел пояс невидимости. Эрана осталась в башне.
   Подойдя к выходу из академии, Ларратос услышал знакомые слова охранника:
   - Ну чего вам не сидится в академии, первокурсник? Я же сказал вам, что выход для вас закрыт.
   - Ошибаетесь, - ответил Ларратос. - Выход открыт, ибо у меня есть разрешение проректора, - он небрежно протянул соответствующую бумагу прямо в нос охранника.
   - Ого! - удивился страж, - Что же, удачи вам, Корнелий, - чёрный пехотинец открыл врата. - Только удовлетворите моё любопытство: зачем вам идти в эти безжизненные скалы?
   - Я буду их исследовать. По приказу проректора Рахмана. Если вас интересует, зачем - спросите у него.
   Сначала во врата пролез незримый Апион. А после него - и Зарина с Ларратосом. И они пошли по горной тропе далее, наверх. Вскоре дорога раздвоилась - слева был проход в скалы, а справа уже виднелась Чёрная Цитадель - дворец лорда Хаммона. После того, как мини-отряд прошёл метров пятьдесят, Апион снял пояс невидимости.
   - Мне этот пояс понадобится больше, чем тебе, - сказала Зарина Апиону. - Ибо я иду в место, охраняемое гораздо сильнее, чем руины Перворождённых.
   - А куда же?! - хором выкрикнули Апион и Ларратос.
   - Так и не догадались? Во дворец Хаммона! У меня давние счёты с этим мерзавцем, и я не хочу упускать свой шанс!
   - Зарина, ты подвергаешь свою жизнь опасности! - сказал Ларратос.
   - Однако с отрядом почти ничего не станет, если я погибну. Если же погибнешь ты - миссия провалится.
   - Ладно, Зарина, - ответил Ларратос. - Это твоя жизнь. Хотя я к тебе в последнее время и слегка привязался.
   И отряд разделился. Зарина, надевшая пояс невидимости, пошла ко дворцу Хаммона, а Ларратос с Апионом - по горным тропам в поисках руин Перворождённых.

***

   Долго искать не пришлось. Через полчаса Ларратос с Апионом нашли ту самую пещеру, что Ларри видел во сне про Арастиора.
   - Похоже, Ларри, тебе не понадобится здесь моя помощь, - сказал Апион. - я чувствую, что дверь закрыта не Абсолютными энергиями, а простым замком. Я уверен, что ты и так можешь её выбить.
   Ларратос сосредоточил на двери энергию Абсолюта, и та просто слетела с петель. Паладин и бывший вор зашли внутрь. Пещера встретила их тем же, чем и остальные руины Перворождённых - рельефами с изображением представителей этой расы. Тут они снова были изображены с магомётами и мечами.
   - Смотри, Апион, - сказал Ларри. - Похоже, это не просто мечи. Это мечи из Небесной Стали! Ну не могут обычные мечи так светиться голубым пламенем.
   - Возможно, среди расы Перворождённых, так же как и среди людей, встречались паладины, - ответил Апион.
   Проходя дальше, Ларратос с Апионом не видели экзотических существ или сторожевых големов. Тишина. Ни одного живого существа, кроме непосредственно вторженцев. Только рельефы. На этих рельефах были изображены Перворождённые, ведущие на верёвке рабов-гномов.
   - Что же, пойдём на верхний этаж, - сказал Ларратос, и эхо гулко разнесло его слова по всему коридору.
   На верхнем этаже они обнаружили руины правительственного здания. А вот и комната связи! Кристалл располагался на месте, как и его охрана - големы-скорпионы. Вот только последние, отключённые ещё Арастиором, не подавали более признаков жизни. Ларри аккуратно сжал мерцающий камень, начиная очередную медитацию. Он ощущал сильные возмущения высших энергий: Масхон окутывала плотная пелена Хаоса, а рядом располагался дворец самого Тёмного Лорда. Однако на этот раз Ларри не ощущал шлема Тарадаша.
   "Такое ощущение, что его нет в Масхоне", - подумал паладин.
   Зато Ларри ясно чувствовал руины Перворождённых, расположенные в Телиссии и Шалеме. А вскоре он ощутил и ещё один кристалл - где-то в районе острова Сельвин. Всю эту местность окутывала какая-то странная аура, напоминающая клочья красного тумана. Возможно, этот загадочный остров некогда подвергался интенсивной атаке хаотическими энергиями, которые продолжали сказываться до сих пор. А некоторое время спустя Ларри удалось дотянуться мысленным взором до ещё одного кристалла. Он, правда, прощупывался с большим трудом: соответствующие руины располагались где-то далеко на западе - вероятно, на легендарной земле орков.
   - Похоже, Апион, город Тааневер, где Арастиор нашёл очередной кристалл, находится как раз на острове Сельвин, - довольно произнёс Ларратос, когда его медитация завершилась.
   - Отлично. Пора возвращаться на корабль.
   - Подожди. Для начала надо связаться с Элиддином, - Ларратос вызвал в памяти образ бывшего наставника.
   - Здравствуй, Корнелий, - произнёс Элиддин по мадаббару.
   - Здравствуй, дядюшка Эли, - Ларратос говорил на условном языке, что они разработали с Элиддином для связи - разговоры в Масхоне могут подслушивать, - у меня всё хорошо. Я нашёл новый костюм. На нём есть одна лишняя пуговица.
   На условном языке это означало, что Ларри нашёл новый кристалл - и засёк точку, которую не смог ощутить, используя предыдущие.
   - Рад за тебя, Корнелий, - ответил Элиддин.
   - Правда, дядюшка Эли, у меня небольшая неприятность. Чтобы заработать денег на этот костюм, мне пришлось устроиться на работу мясником. Но я сегодня же увольняюсь.
   Это означало следующее: "чтобы получить доступ к кристаллу, мне пришлось вступить в орден шеддитов".
   - Ты! Мясником?! - гневно крикнул Элиддин. - С твоим-то магическим образованием?! И с твоим профилем?! Грязная это работа и неприятная!
   - Я сказал тебе, что это было временно. Я сегодня же увольняюсь.
   - Поговорим ещё, когда увидимся, - проворчал Элиддин. Кстати, вынужден сообщить, что я возвращаюсь в Бейлгард, - Бейлгард, самый южный из крупных городов Масхона на условном языке означал Ариаду.
   - А что там происходит, дядюшка Эли?
   - Нечто ужасное, Корнелий! Приезжай - сам увидишь. Скажу лишь, что там началась эпидемия чумы. До свидания, Корнелий.
   - До свидания, дядюшка Эли, - Ларратос выключил мадаббар. А "эпидемия чумы" на условном языке означала войну. Очевидно, войну с Масхоном.
   И тут Ларратос с Апионом услышали шаги. Оглядевшись, они увидели, что это - всего лишь сторожевой голем.
   - Биологическая раса определена: человек. Добро пожаловать, - металлическим голосом произнёс он. - Добро пожаловать в колониальное правительство Всемирной Империи Перворождённых, в центр колонии Путуш.
   - Слушай, голем, а самоназвание расы Путуш - случайно не "гномы"?
   - Ответ утвердительный. Путуш - гномы. Изначальные владельцы колонии до прихода Перворождённых. Колония Путуш - самая большая по территории колония Перворождённых.
   - Скажи мне, голем, а откуда тебе известно о людях? - спросил Апион.
   - Четыреста лет назад приходил один представитель вашего вида, - произнёс голем. - Он был таким же, как и вы двое. Молодой, сильный, искушённый в магии.
   - А какова была территория колонии Путуш?
   - Большая. Колония Путуш простиралась от города Араксар на севере до города Унаксар на юге, что недалеко от нашей колонии Удус.
   - То есть от Унаксара до Стейнгарда, - задумчиво произнёс Ларратос. - Теперь понятно! В древности не было северного и южного царств гномов. Было единое царство, занимающее почти весь Вестланд! Потом, когда пришли люди с острова Эден и завоевали гору Магора, где была столица гномов, часть из них была потеснены на юг к Унаксару, а часть - на север к Араксару, где тоже была побеждена.
   - Возможно, - ответил Апион.
   - А правда ли, о голем, - спросил Ларратос, что тринадцать тысяч триста сорок два года назад ваши войска были отозваны? Ты не можешь указать причину?
   - У меня есть лишь отрывочные сведения. Народ Перворождённых, победивший Смерть, научился выходить за пределы этого мира. Колонисты Перворождённых заселяли другие миры. Вскоре колонии Перворождённых в других мирах потребовали независимости. Но в этих мирах были разные государства - как народные, так и деспотичные. Правители деспотичного государства Укбуфур, бывшей колонии Перворождённых, решили создать свою Межмировую Империю и вторглись в наш родной мир Укун.
   - Чем же закончилась война?
   - Неизвестно. Однако войска в нашу колонию так и не вернулись.
   - Поведай мне, о голем, нет ли в здании правительства мощных магических артефактов?
   - Имелась магическая отмычка Перворождённых. Рабы расы Путуш приписывали её создание своей богине Аргенте.
   - Вот такая отмычка? - спросил Апион, достав из кармана свою.
   - Именно такая. Четыреста лет назад здесь проходил один могущественный маг из вашей расы. Я вручил ему отмычку.
   - Всё понял - сказал Ларратос. - Когда сюда приходил Арастиор, эта дверь была открыта - он и не смог бы отпереть закрытую дверь. Но именно здесь Арастиор и получил отмычку - такую же, как и у тебя, Апион. А есть ли здесь артефакт, называемый Поглотителем Сущностей? - этот вопрос был уже обращён к голему.
   - Подождите, - голем ненадолго задумался. - Ответ утвердительный. Артефакт имеется. Ждите. Я его доставлю.
   Через минуту голем пришёл - в руках он держал нечто, напоминающее магомёт:
   - Держите. Да сохранит вас Высшая Магия.
   - Спасибо, - произнёс Ларратос, - Апион, пойдём.
   Выйдя из пещеры, Ларратос с Апионом дошли до развилки. Там они ждали возвращения Зарины: пояс невидимости должен был быть одетым на Апиона, иначе никак не пройти через академию. И тут до героев дошло, что если Зарина погибнет во дворце Хаммона, то это нанесёт отряду не только моральный ущерб: им будет тяжело вернуться в академию - и к кораблю.
   Но через час Зарина всё-таки вернулась. Живая и здоровая.
   - Ну как, Зарина? - спросил Ларратос. - Успешным был визит в цитадель Хаммона или не очень?
   - Не очень. Кое-какие нужные записи я нашла, но главная цель не могла быть выполнена.
   - Потом поговорим на эту тему, - сказал Ларратос. - Отдай Апиону пояс.
   После того, как Ларратос подошёл к воротам, охранник молча открыл их. И тут же на территории академии его поймал Абдель Рахман:
   - Быстро вы вернулись, Корнелий! Вы нашли то, что я приказал искать?
   - Да, господин учитель.
   - Отлично! Пойдёмте в приёмную ректора - и решим этот вопрос прямо сейчас!
   - Подождите пять минут, господин учитель. Я вернусь.
   - Хорошо.
   Ларратос отошёл и сказал Зарине: иди в башню и скажи Эране, что я велел вам троим убираться к кораблю. Я предчувствую, что мне угрожает опасность - а подставлять под эту опасность вас я не собираюсь.
   Подойдя к стражнику у главных ворот, Ларратос сказал:
   - Пропустите моих рабынь. Они должны съездить в город за необходимыми товарами.
   - Хорошо, - ответил охранник.
   Когда охранник открыл врата, Зарина с Эраной и невидимый Апион прошли сквозь них. Вот она, свобода. Надо бежать к кораблю!

***

   Ларратос и Абдель Рахман стояли в приёмной ректора. Сам ректор пока не пришёл. Ларри протянул проректору найденное оружие.
   - Один из нас будет драться с ректором в то время, как другой выстрелит в него из этой штуки, - сказал Абдель. - Что вы выбираете?
   - Я буду драться с ним.
   Тут дверь открылась и в приёмную вошёл ректор академии - Баал Хафдан собственной персоной. Абдель взмахнул рукой - и две колонны, что были у двери, с грохотом рухнули, загородив проход.
   - Попался, кретин! - торжествующе выкрикнул Абдель, и в его глазах блеснула красная искра.
   Щёлкнул курок древнего оружия - Абдель выстрелил в ректора из поглотителя. Но тот недаром был владыкой шеддитов - молниеносно выхватив меч из Небесной Стали, Баал Хафдан зажёг его силой воли и резким взмахом отбил заряд обратно на Абделя. Тот пригнулся, а Ларратос, зажегший свой новый шеддитский меч красным пламенем, набросился на ректора.
   Но ректор успел среагировать. На его поясе рядом с ножнами висел сложенный хлыст из Небесной Стали. Призвав хлыст силой Хаоса, Баал Хафдан взял его в левую руку и замахнулся им на Ларратоса. Паладин попытался парировать удар хлыста своим шеддитским мечом - но владыка Хафдан на это и рассчитывал. Хлыст окрутил меч, после чего ректор потянул оружие на себя - и клинок зазвенел по полу.
   - Попался! - выкрикнул ректор. Он замахнулся для следующего удара, однако Ларратос мысленно произнёс заклятие огненного щита, воззвав при этом ко всем тёмным и светлым силам Абсолюта.
   Высшие энергии послушно ответили на зов: вокруг Ларратоса с рёвом взметнулись языки багрового пламени. Не ожидавший этого Хафдан с криком отшатнулся, закрывая локтем лицо от нестерпимого жара и пытаясь разбить чары силой Хаоса.
   - Кир ан-Нур! - торжественно произнёс Ларратос, опять же потратив на заклинание мощь Хаоса. Комната ощутимо вздрогнула, и через неё протянулась слепящая огненная полоса гудящего адского пламени, которая, повинуясь взмаху руки Ларратоса, начала плавно смещаться, прижимая ректора к стенке.
   - Дисбандо, - хрипло произнёс Хафдан, видя, что мощь Хаоса почему-то не позволяет справиться с чарами Ларратоса. Ректору было невдомёк, что Хаос как раз и составляет основу этих заклинаний. Ему и в страшном сне не могло присниться, что простой первокурсник сумеет объединить магические энергии с Абсолютными.
   Когда и рассеивающие чары не возымели никакого эффекта, Баал Хафдан подскочил к огненной стенке и попытался пробить в ней проход с помощью хлыста. Не тут-то было: клубящееся пламя "плюнуло" в ректора. Тот заорал от боли, откатившись к стене и выронив хлыст. На лбу Ларратоса выступили капли пота: в комнате уже становилось жарковато, а меблировка пылала самым обычным, немагическим огнём.
   Ларратос, видя, что ректор растерян, силой воли подобрал сперва свой меч, затем хлыст - и спокойно шагнул прямо сквозь огненную стену. Весь окутанный огненными языками, сейчас он напоминал демона из адских глубин, и энергия Хаоса свободно текла сквозь него, приходя откуда-то из-за грани Эрты: очередной кристалл сильно увеличил сродство Ларри к высшим сущностям.
   Ректор с ужасом взирал на Ларратоса, а паладин, увидев, что вокруг шеддита нет никакого защитного щита, отшвырнул хлыст за спину и вскинул руку.
   - Так! - в комнате с оглушительным треском полыхнула мощнейшая молния Хаоса, порядочно шарахнув ректора. Того отшвырнуло в угол, а Ларри, подобрав меч Хафдана, скрестил на шее шеддита оба пылающих клинка.
   Ещё мгновение - и огонь Хаоса, коротко фыркнув, погас, повинуясь мысленному приказу Ларратоса. В комнате осталась висеть лёгкая дымка и отвратительный привкус остаточных хаотических энергий.
   - Я сдаюсь... - пробормотал ректор. - Не убивайте меня!
   Абдель только того и ждал - когда ректор успокоится. Он нацелил на владыку Хафдана Поглотитель Сущностей и нажал на курок. Ларратос и Абдель ощутили внутренним зрением, как бордовое облако вылетает из тела ректора и всасывается в Поглотитель. Тело упало на пол. Оно не потеряло признаков жизни - только ауры у него не было.
   Абдель, призвав силы Хаоса, поднял колонны. А через десять секунд дверь открылась. И вошли учителя шеддитов - Рудольф Эгерт и Эдгар Удгард.
   - Что здесь случилось, Абдель? - спросил Рудольф.
   - Ректор! Ему стало плохо, и похоже, он впал в кому или летаргический сон! Но перед этим он сказал, что до того момента, как выздоровеет, назначает ректором меня.
   - Ясно, - ухмыльнулся Рудольф, с ехидной усмешкой оглядывая царящий в комнате разгром. - Значит, после улаживания некоторых формальностей ты станешь настоящим ректором! А значит, и владыкой шеддитов. Ты уже придумал себе новое имя?
   Ларратос понял: хотя кодекс шеддитов и признаёт обретение статуса побеждённого, истинные шеддиты ведут себя согласно традиции - лицемерно - или тактично (кому какое слово больше нравится) и прямо в лоб не заявляют об убиении соперника - если не было свидетелей.
   - Да, - ответил Абдель. - Я буду зваться Баал Хакман - владыка Мудрости.
   - Поздравляю, владыка.
   - Благодарю, - ответил Абдель. - Корнелий, можно ли с вами поговорить наедине?
   - Конечно, - ответил Ларратос.
   Когда Ларри и Абдель дошли до комнаты проректора, Ларратос сказал:
   - Поздравляю вас с победой, владыка Хакман.
   - Спасибо. И спасибо за помощь - без вас я бы не справился. Можете оставить меч Хафдана себе, Корнелий. А может, не Корнелий?
   - Что вы имеете в виду? - Ларратос притворился, что не понял.
   - Я имею в виду, что может быть, вы - не тот, за кого себя выдаёте?
   Ларратос от изумления открыл рот.
   - Ладно, можете не отвечать, - сказал Абдель. - Я и так знаю ответ на этот вопрос. Насколько я понимаю, вы сейчас путешествуете по миру с одной важной миссией. Я не знаю, что это за миссия, но догадываюсь, какова её цель - покончить с лордом Хаммоном.
   Ларратос постарался сделать вид, что спокоен, но у него не получалось.
   - Думаю, в Академии вас больше ничего не держит, - продолжал Абдель. - Я не могу поехать с вами - всё-таки, получил более ответственный пост. Но мысленно я буду с вами. В добрый путь, мой господин! Удачи вам! Да помогут вам энергии Хаоса в вашей нелёгкой миссии! - и Абдель правой рукой отсалютовал Ларратосу - отдал ему честь, как новобранец офицеру.
   Ларратос вышел из башни академии, а затем двинулся ко вратам. Охранники молча открыли их. И наш герой пошёл по направлению к городу.
   Что же такое? - думал Ларратос, - как Абдель понял, что я - самозванец? И почему он отдал мне честь, как старшему офицеру? И почему он назвал меня "мой господин" - так же, как меня называет Зарина?

***

   Сама Зарина в это время в сопровождении Эраны и Апиона, снявшего пояс невидимости, бежала по Баалгарду. До остановки маговоза оставалось около пятисот метров, и уставшая группа перешла с бега на шаг.
   - А всё-таки, Зарина, что ты там нашла? - спросил Апион.
   - Будучи невидимой, я проникла в кабинет Хаммона. Там я нашла его бумаги. Их Хаммону послал Баал Хэрек. А ему их передал Баал Кархан, разгромивший стейнгардскую магическую академию. Среди них содержалась копия личных записей ректора академии, Мориса Ательмера. И после того, как я прочитала его записи, всё, что было для меня тайным, стало наконец-то раскрытым!
   - Что же именно? - полюбопытствовал Апион.
   - Не твоё дело, - огрызнулась Зарина.
   - Ну, все древние тайны для тебя открыты, - произнёс Апион. - Но почему ты сказала, что не очень преуспела в своей миссии?
   - Потому что я хотела убить Хаммона.
   - Ого! - одновременно выкрикнули Апион и Эрана.
   - У меня с ним личные счёты - этот мерзавец испортил всю мою жизнь. Я невидимкой прокралась в тронный зал, надеясь напасть на него со спины. Но не нашла его. Заметив одинокого охранника, я сняла пояс невидимости и подбежала к нему. Охранник, увидев меня, обнажил меч, но я строго посмотрела ему в глаза и сказала:
   - Стой, - и он застыл.
   - После того, как я уйду, ты забудешь, что я здесь была, - сказала я.
   - Я забуду, - повторил он.
   - Где Хаммон? - спросила я.
   - Хаммон на войне.
   - На какой ещё войне?
   - С Ариадой. Но это - лишь начало Мировой Войны.
  
   Глава 12
   Воители Тьмы
   Чёрная армия Масхона под руководством самого лорда Хаммона двигалась по направлению к северо-западной границе Ариады. Почти три дня воины Хаммона потратили на то, чтобы добраться по железной дороге из Баалгарда до Бейлгарда, а потом - до Адлергарда, городка Бейлгардской губернии, самого юго-западного поселения Масхона.
   Большую часть армии составляли гомункулы, скопированные с Генриха Дариуса, похищенного масхонцами - одного из лучших бойцов Ариады - но, естественно, их интеллект был сильно ограничен. Обычных же воинов (в основном командиров) насчитывалось не более тысячи. Командование отлично снабдило армию. Помимо пехоты в неё входили и маги, и драконьи войска, и даже самоходные повозки, вооружённые алхимическими снарядами. Руководили операцией шестеро простых шеддитов, лично владыка Хаммон и его молодой заместитель - Баал Шамдан.
   Именно последнему и принадлежал великолепный план Южной Кампании, предусматривающий полный разгром Иссара, Хад-Арака, Гра-Шакана и Ариады всего за пару недель.
   Вообще-то Тёмный Лорд был довольно прямолинеен, предпочитая действовать напролом, а все проблемы решать исключительно грубой силой. Однако шеддитским владыкам удалось-таки убедить его в том, что даже с учётом гомункулусов Масхон не в состоянии выиграть войну со всем Великим Альянсом одновременно. К тому же шеддитов, обладающих титулом Баал в Масхоне оставалось всего семеро, так что распределение армии на множество фронтов было равносильно самоубийству.
   Баал Шамдан, обдумав сложившуюся ситуацию, посоветовал Хаммону открыть всего два фронта - северный (на гиперборейской границе) и южный. Согласно плану Шамдана, почти все войска (в том числе и со всех границ Масхона) были отозваны - и собраны в единый кулак, который затем поделили на три примерно равные части: треть направлялась на северный фронт, и две трети - на южный. Оставшихся пограничных гарнизонов было недостаточно даже для того, чтобы сдержать войска нелюдей, если они откроют военные действия против Масхона. Зато та армия, которая сейчас двигалась к границам Альянса, оказывалась поистине всесокрушающей.
   Великую войну планировалось начать с нападения на Ариаду, хотя эта страна, в отличие от нелюдских королевств, почти не контактировала с Масхоном: общий участок границы тянулся не более чем на сотню вёрст, к тому же передвижение войск по этим местам осложнялось гористой местностью. Зато именно ариадцы меньше всего ожидают нападения, так что крошечный "язычок" Ариады позволял без особых проблем войти в эту страну.
   Помимо прочего, план Шамдана учитывал маниакальную ненависть Хаммона к нелюди. Задумай Тёмный Лорд прорываться, к примеру, через Гра-Шакан - и вместо обычной захватнической войны пришлось бы вести долгие и затяжные бои на уничтожение, вырезая всех местных жителей до последнего. Ариада же - самое обычное людское государство, так что её можно будет занять в кратчайшие сроки.
   Конечно, нападение на Ариаду неминуемо вызовет ответную реакцию - войска Гра-Шакана, Иссара и Хад-Арака, получив весть о вторжении, начнут немедленное наступление на Масхон. Тем более, что ослабленные пограничные гарнизоны не смогут оказать достойного сопротивления альянсерам. Но даже это обстоятельство Шамдан сумел обратить на пользу своему плану.
   Согласно замыслу шеддита, в то время, как основная ударная группировка без особых помех продвинется к Ривергарду по очевидному маршруту Эсквилл-Актиум-Телиссия, альянсеры должны будут не менее успешно оттеснить масхонцев на южной границе, углубившись на два-три перехода под чёрное небо.
   Где-то подле Телиссии Шамдан рассчитывал дать первое серьёзное сражение. Его можно было как выиграть, так и проиграть - на план это никак не влияло. Главное, чтобы воинство Ариады оказалось связано боем и отвлеклось от столицы. А тем временем вторая треть армии, уже погруженная на транспортные корабли, высадившись подле почти беззащитного Ривергарда, должна будет быстро занять столицу, после чего защитники Ариады окажутся зажатыми в своеобраные клещи между Ривергардом и Телиссией...
   Вот так Балл Шамдан рассчитывал расправиться с Ариадой - правда, ценой всего южного Масхона, который в это же самое время попадал под удар Альянса. Шеддит собирался пожертвовать городами Бейлгардом и Хавердором, как и прилегающими к ним территориями.
   Зато потом, после захвата Ариады, можно будет ударить по Гра-Шакану, Иссару и Хад-Араку с тыла, причём тогда, когда основные силы этих королевств оказывались глубоко на территории Масхона! Конечно, прослышав о том, что их родные страны оккупированы и вырезаются, эти армии повернут назад - но это будут уже бесполезные метания, напрасная потеря времени. Армии Альянса Шамдан планировал зажать в самом Масхоне, то есть на чужой для них земле, где и уничтожить. Здесь далеко не последнюю роль играл фланговый удар со стороны моря: имея в своём распоряжении Ариадские порты, можно быстро перебросить часть войск обратно в Масхон...

***

   Разведотряд масхонской армии, возглавляемый лично Шамданом, двигался к границе республики Ариада - к самой восточной из трёх крепостей этого участка, где, согласно сообщениям агентов, находилось меньше всего солдат.
   Внезапно Шамдан, внимательно вслушивающийся в Хаос, ощутил пульсации энергий Абсолюта: пограничный пост был где-то рядом!
   - Стоять! Прибыли, - произнёс он, оборачиваясь и вскидывая своё основное оружие - глефу из Небесной Стали, меч с двумя лезвиями.
   Шеддит, несмотря на молодость (ему было всего двадцать восемь), выглядел весьма внушительно: высокий рост, мощная фигура и огненно-красные глаза, светившиеся в прорезях маски.
   - Рядом крепость, не так ли, владыка? - спросил один из магов.
   - Да! До неё меньше версты, - произнёс Шамдан. - Занять позицию! Маги, приготовьте всё для состава номер семнадцать.
   Приказы шеддита были выполнены быстро и чётко. Вскоре у кромки рощицы, в которой остановился отряд Шамдана, была развёрнута небольшая алхимическая лаборатория. Маги деловито распаковывали рюкзаки, доставая оттуда различные ингредиенты и алхимические сосуды.
   Вообще говоря, вражеская крепость не представляла особой угрозы: обычный пограничный пост. Там и защитников-то от силы два десятка. Ну, может, ещё парочка заштатных магов. И, конечно же, священник - жрец Камриэля. В крепости находилось святилище этого бога - Баал Шамдан чувствовал исходящий из него поток абсолютных энергий. Цепь таких крепостей протянулась вдоль всей масхонской границы, и в каждой крепости было святилище кого-то из светлых богов. Исходящие из святилищ потоки Силы служили надёжным щитом от энергий Хаоса, не пуская его эманации в Ариаду. Стоит разрушить хоть одно святилище - и в энергетической стене появится брешь, в которую тут же ринется Хаос. В Масхоне воздух давно уже пропитался Тьмой, а после разрушения святилищ Хаос пожрёт и Ариаду - чёрное небо накроет и её.
   - Всё готово, Владыка.
   - Отлично. - Баал Шамдан холодно улыбнулся и приступил к изготовлению зелья.
   Процесс осуществлялся в сорокаведёрном бидоне, усиленном заклятьем прочности. Шамдан открыл скрепляющие скобы, откинул крышку - и в воздухе распространился запах ацетона: это вещество широко использовалось масхонскими алхимиками. В бочке плескалось целых двадцать вёдер сей пахучей дряни.
   - Манн-ан кареронум! - негромко произнёс шеддит, и бочка покрылась инеем: заклятье холода сработало безотказно. Затем Шамдан вскрыл один из ящиков и высыпал всё его содержимое - коричневые ноздреватые камни, напоминающие пемзу - в бидон. Это был "адский шлак" - сплав железа с серой.
   - Ну, а теперь - гвоздь программы! - провозгласил Шамдан, срывая крышку с последнего из приготовленных ящиков. Там обнаружилось двадцать плотно закупоренных стеклянных бутылей с лимонно-жёлтой жидкостью.
   Баал Шамдан достал одну из них и резким движением вывинтил пробку. Бутылка громко пшикнула, выбросив неплотный клуб дыма. Запахло чем-то едким. Шеддит бросил бутылку с кислотой (а это была именно она) прямо в бидон. Вскоре за первой бутылью последовали и остальные девятнадцать. Зелье в бидоне забурлило, и к кислотно-ацетоновому аромату добавился запах тухлятины. Шамдан ещё раз хмыкнул и закрыл бидон, защёлкнув обе скобы. А затем для большей надёжности произнёс заклятие герметичного закупоривания. Всё. Теперь нужно лишь подождать, пока зелье созреет - что-то около трёх часов. Кстати, в час ночи и штурмовать крепость будет сподручнее.
   Это зелье масхонские алхимики открыли совсем недавно. Оно обладало отвратительнейшим тошнотворным запахом, от которого вражеские солдаты теряли сознание; моментально разносилось ветром и очень быстро выветривалось. Группа первооткрывателей едва не удушила адской вонью всю столицу, а потом в порыве патриотизма окрестила новый состав в честь Владыки "запахом Хаммона". Причём название давали безо всякой задней мысли, и очень удивились, когда в их лабораторию ворвался отряд Патрульной Службы и заставил каждого алхимика выпить по целой бутыли "запаха". Трупы потом спустили в масхонские катакомбы...

***

   Баал Шамдан не терял времени даром и, пока зелье дозревало, превратил в воздушного элементаля весь надземный слой воздуха от рощи до крепости. Элементаль вышел весьма слабый - маны шеддит вложил самый минимум, чтобы чародейство не выделялось на природном магическом фоне. В итоге этот элементаль не мог ничего - ему даже создание лёгкого ветерка было не по силам. Но зато Шамдан смотрел глазами своего создания на всё, что происходило в крепости. Итак, почти все пограничники спят. Опасность представляют лишь десять часовых - причём не простых часовых - шестеро из них - мизрахийские магические лучники, про которых ходят слухи, что они гораздо ловчее эльфов. Также форт охраняли двое боевых магов и, разумеется, священник. Этих нужно будет убрать быстро и бесшумно, а остальные даже сообразить ничего не успеют.
   - "Хаммонова вонь"... - произнёс Баал Шамдан. - Тьфу, пропасть! "Запах Хаммона" уже готов. Пора начинать штурм.
   - Берегите себя, Владыка.
   - Можешь не волноваться, у меня всё под контролем.

***

   Отряд был построен и готов к атаке. Баал Шамдан встал рядом с бидоном "запаха Хаммона" и, вынув из кармана серебряную коробочку, точным движением вытряхнул себе на ладонь семь тонких игл. Эти иголки были скованы из Небесной Стали и смазаны сильнейшим снотворным. Один укол - и неделя беспробудного сна гарантирована.
   - Ваш жезл, Владыка, - маг Эреус поклонился своему повелителю и протянул ему короткий деревянный жезл. Баал Шамдан, широко размахнувшись, швырнул горсть игл в сторону невидимой отсюда крепости, выставил вперёд жезл и замер в полной неподвижности.
   Когда-то этот жезл омыли кровью умирающего древнего демона, так что теперь он стал артефактом Хаоса. Жезл Шамдана позволял собирать хаотические энергии в узкий пучок, увеличивая радиус воздействия способностей шеддита. Например, вооружившись этим артефактом, Баал Шамдан мог силой своей мысли двигать предметы, расположенные на расстоянии до полутора вёрст.
   Сонные иглы, направляемые шеддитом, стремительно пронеслись сквозь тьму - и каждая нашла свою цель. Шамдан увидел глазами элементаля, как часовые, маги и священник моментально погрузились в сон, не успев даже пикнуть. Собственно, маги и так уже спали, но перестраховка, конечно, не повредит.
   Баал Шамдан вышел из транса, не спеша подошёл к бидону, снял заклятие закупоривания и, откинув скобу, резко взмахнул жезлом. Из-под крышки вырвался клуб тумана, но запаха не чувствовалось: весь поток зелья сейчас направлялся волей шеддита и двигался прямиком к крепости. Дождавшись, когда облако "запаха Хаммона" полностью окутает гиперборейскую крепость, Шамдан мощным магическим ударом выжег всё, что ещё оставалось в бидоне, и отдал жезл Эреусу.
   - Приго-товиться! - и воинство замерло, готовое к атаке. Баал Шамдан мысленно досчитал до ста, а потом отдал команду к наступлению.
   - Идальг вит Хаммон! - грянул боевой клич Масхона. Радостно взревев, чёрные пехотинцы ринулись в атаку. Сам Шамдан, как и положено полководцу, бежал во главе отряда. А поскольку шеддиты прекрасно видят в темноте, то ничего удивительного, что первым разглядел крепость именно он.
   - Рассредоточиться! Крючья к бою!
   В воздух взмыло одновременно с полсотни крюков, и пару мгновений спустя через крепостную стену перемахнула первая волна воинов. К этому времени "запах Хаммона" успел полностью выветриться, но своё дело он сделал: почти все пограничники вырубились, даже не успев проснуться. Те, что покрепче, всё-таки сохранили ясность сознания и теперь лежали с разинутыми ртами и бледно-зелёными физиономиями, покрытыми испариной. Разумеется, никакого сопротивления захватчикам они оказать не смогли, так что вскоре над захваченной крепостью уже развевался масхонский флаг. Вряд ли кто из других гарнизонов пойдёт смотреть на эту крепость.
   - Владыка, крепость наша, - радостно отрапортовал один из лейтенантов. - Какие последуют распоряжения?
   - Занимайте оборону. Всех пленных - в подвал, чтобы не мешались. Надо сообщить Хаммону, что один из постов - наш, и можно использовать его в качестве базы для дислокации наших войск.

***

   Крепость была взята. Нужно было отрапортовать Хаммону, что проход теперь принадлежит масхонцам. Но для начала Шамдан решил вздремнуть.
   - Владыка! Владыка, проснитесь!
   Шамдан молниеносно вскочил.
   - Ну что там ещё?
   - Делегация, Владыка! Полтора десятка крестьян с вилами и топорами. Они хотят увидеть начальника гарнизона. Возьмём их в плен или просто перебьём?
   - А может, ради разнообразия поговорим с ними?
   Шеддит поднялся на стену крепости и теперь обозревал толпу насмерть перепуганных мужиков, вооружённых различным столярно-садовым инструментом - от лопат до молотков.
   - Вы хотели видеть командира?! - рявкнул Шамдан. - Я командир! Так что признавайтесь: чего ради припёрлись посреди ночи?
   - Беда у нас! Нежить бродит! Вот часа два назад полыхнуло что-то, осветилось всё красным - и мертвяки со всех щелей полезли. Мы еле сбежали. Разобрались бы вы, а?
   - За кого они нас принимают? - нахмурился лейтенант. - За ходячую благотворительность?
   - Я думаю, за пограничный пост, - так же негромко ответил Шамдан и вновь заорал, обращаясь уже к крестьянам:
   - Не бойтесь, поможем! Ещё до утра разберёмся с нежитью. А вы пока можете побыть в нашей крепости - тут-то уж вам никакие мертвяки не страшны.
   - Благодарим ваше превосходительство, - рассыпались в благодарностях крестьяне. - Воистину, милость Камриэля с нами!
   Баал Шамдан лишь досадливо поморщился.
   - Владыка, но зачем нам связываться со всем этим сбродом? - спросил лейтенант, - Да ещё и от нежити их защищать?
   - Ну, с нежитью нам так и так пришлось бы разбираться: её наличие помешало бы продвижению наших войск. А что касается крестьян - я просто хочу немного поднять авторитет масхонской армии. Мы дадим им переночевать, накормим, избавим от нежити и отпустим восвояси. А когда они будут уходить, обратим внимание этих людей на наши доспехи и масхонский флаг. Как только они поймут, что обратились за помощью к шеддиту... Согласись, их мнение о Масхоне существенно улучшится.

***

   Часть отряда владыки Шамдана после того, как разобрались с нежитью, осталась в форте. А сам Шамдан вместе с Хаммоном и его огромной армией шёл вглубь страны, на юг.
   Какое-то время всё было спокойно, а затем Шамдан, по-прежнему поддерживающий мыслесвязь со своим огромным воздушным элементалем, сообщил Хаммону:
   - Глазами элементаля я вижу аванпост в версте к югу от нас. Присутствуют - сто двадцать металлических големов, сорок мизрахийских магических лучников, шестьдесят воинов регулярной армии Ариады и пятерых драконников. Имеется также парочка паладинов - молодой и старый. И высокий орк.
   - Атакуем немедленно! - приказал Хаммон. - Застанем их врасплох.

***

   В стане защитников Ариады в городке Сципия было спокойно. Солдаты-призывники тренировались в битве на мечах и стрельбе. Мизрахийские магические лучники - в стрельбе и зачаровании стрел. Големы, которым не нужны были тренировки, занимались работами по лагерю - рубили дрова, готовили пищу. Драконники патрулировали небо. Двое паладинов - архимагистр Бейл Харизи и его таламид Пелагий тренировались в битве на мечах. Лишь высокий бледно-зелёный орк лет двадцати шести сидел на холме и, похоже, связывался с могучими духами.
   - Ну как успехи, Дарагор? - спросил юный паладин Пелагий.
   - Хреново, - буркнул бывший друид. - Тут мне живётся чуток получше, чем в Гирдашане, но зато в Ариаде я не могу достать ни друидических артефактов, ни книг природных заклинаний... Не говоря уже о чёрномагических книгах. Но, уверен, накануне войны мои некромантские способности сильно пригодятся.
   - Да ты - самый неумелый некромант, с кем я встречался, - рассмеявшись, произнёс таламид, - твоя нежить пока ни на что и не годится.
   - Считаешь меня неучем, да? - вопросительно произнёс Дарагор, - надеюсь, ты в курсе, что не существует официальных школ некромантии? Я - самоучка!
   - Да на что годится твоя нежить?! - ещё веселее произнёс Пелагий, - ты, послал её на разведку в пограничные посты Масхона, а она по пути свернула - и давай нападать на мирное население Ариады. Но не бойся - она не нанесла ему урона, поскольку и драться-то не умеет!
   - Да знаешь что, Пелагий, я тебя... - начал было Дарагор, но таламид внезапно осёкся:
   - Я ощущаю опасность! Хаотические энергии идут с севера!
   Одновременно тревогу подняли и патрули драконников:
   - С севера идёт огромный отряд неприятеля! - крикнул один из драконьих всадников.
   - Тревога! - рявкнул магистр Харизи, - вторжение! Приготовились к обороне! А я пока свяжусь по мадаббару с главным штабом!

***

   Весть о вторжении масхонцев мгновенно пронеслась по Ариаде, а затем - и по всем странам великого Альянса. И началось наступление Альянса на Масхон. Гиперборейские пограничники пошли в атаку на аванпосты Тайверийской губернии. Флот королевства Альбион вышел в Западное море и теперь рыскал в поисках кораблей Масхона. Войска орков, эльфов и гномов перешли границу и теперь теснили пограничные отряды масхонцев.
   Баал Шамдан, когда ему сообщили об этом, довольно улыбнулся: всё шло в точности по плану.

***

   А паладин Маркус Антоний продолжал обшаривать Ривергард в поисках культистов Хаоса. С каждым днём паладин ощущал всё более и более активные хаотические пульсации в городе - но так и не нашёл, где конкретно они могут быть.
   Власть Хаоса над Ривергардом всё росла и росла. На улицах то и дело появлялись демонстрации (пока мирные), выкрикивающие лозунги: "сдадимся на милость лорду Хаммону", "сместим антинародный режим Ариады" и другие. Маркус опрашивал участников демонстрации, в том числе и применяя ментальное воздействие - но безрезультатно. Одурманенные хаотическими энергиями горожане отказывались говорить, где же святилища. Даже под пытками. Они совершенно не боялись боли и смерти. Похоже, техники масхонцев по одурманиванию разума стали значительно действеннее.
   В кармане у Маркуса загорелся мадаббар. Достав его, паладин увидел лицо коллеги, Бейла Харизи.
   - Приветствую, Маркус. Мы заметили отряд масхонцев под руководством двух шеддитов. Война началась!
   - Я так и думал! В городе начала пропадать нелюдь! Похоже, культисты приносят её в жертву. Главное, я не знаю, где искать культистов!
   - А чего искать?! - услышал он грубый бас сзади, - нас и так половина города, паладин!
   Обернувшись, Маркус выключил мадаббар и спешно положил его в карман. Перед ним стоял отряд людей в чёрных мантиях, держащих мечи и арбалеты. Отряд возглавлял по-северному бледный высокий и широкоплечий мужчина с голубыми глазами. И в руках он сжимал полуторный мифрильный меч.
   - Кто ты? - выдавил Маркус.
   - Мелфис, патриарх культа Хаоса. Возможно, Элиддин рассказывал обо мне. Я был одним из предводителей гиперборейского культа Тени. А теперь перебрался сюда - продолжить своё дело.
   - Как это - перебрался из Гиперборея в Ариаду? Существует Стальной Занавес.
   - А я через него и пробрался. Из Гиперборея прибыл в Масхон, а из южного Масхона - уже в Ариаду.
   - Тогда тебе следует убираться обратно, - произнёс Маркус, достав свой меч из Небесной Стали.
   - Не советую драться со мной, паладин, - ответил Мелфис. - меня обучили сражаться шеддиты! А всем известно, что все навыки паладинов меркнут перед боевой яростью шеддитов.
   - Я не опущу свой меч, - произнёс Маркус, зажигая своё оружие силой воли. Одновременно паладин воспользовался силовым ударом, рассчитывая сокрушить всех культистов сразу мощью Абсолюта. Отряд Мелфиса действительно расшвыряло: культисты с шумом повалились на мостовую, мгновенно лишившись сознания. Однако сам Мелфис даже не пошатнулся.
   - Видишь ли, - издевательски произнёс он, чуть качнув лезвием мифрильного клинка, - на меня способности паладинов... НЕ ДЕЙСТВУЮТ!
   Последние слова сопровождались сокрушительным ударом клинка, который чуть было не вышиб оружие из рук Маркуса. Поняв, что ему достался весьма серьёзный противник, Антоний положился на честную сталь. Небесную сталь. Паладин не сомневался в своей победе: культисты - это всё же не шеддиты, да и мифрильный клинок долго против Небесной стали не продержится - минут двадцать, не больше.
   Маркус превосходил Мелфиса в скорости, но существенно проигрывал в силе. Культист с лёгкостью блокировал изящные выпады паладина, а каждый ответный удар заставлял Антония пятиться. Хуже того: патриарх культа сумел прижать паладина к стене дома, вынудив Маркуса принять стойку медведя. Теперь паладину пришлось по-настоящему туго. А если и другие культисты, которых в городе немало, подбегут на помощь...
   Ещё один замах - и Мелфис со зверской улыбкой вышиб пылающий клинок из рук паладина. Маркуса осыпало снопом искр, в ушах стоял яростный звон стали.
   Как же так, - подумал он, - меня, паладина, победил обычный человек, даже не шеддит?!
   Маркус подготовился к смерти - но тут патриарх застыл всё с той же зверской улыбкой на лице - и упал. Сзади стоял Элиддин, а в его руках пылал Малькинур:
   - Ну, привет, Мелфис, - произнёс Элиддин, - не ожидал меня тут увидеть, старый знакомый?
   - Элиддин! - обрадовался Маркус, - как ты тут оказался? Ты же должен быть в Шемшии.
   - Несколько дней назад мне приснился сон. Вещий сон, посланный Абсолютом. Из него я понял, что может начаться война. И что тебя убьют. Успел в последнюю минуту.
   - А как насчёт Ларратоса?
   - Я связался с ним по мадаббару. Он уже нашёл в Баалгарде кристалл - правда, очень высокой ценой, но с ним мы поговорим потом. Я вызвал его в Ариаду. Через день-другой Ларратос будет здесь.

***

   Ночью пустынный берег неподалёку от Тель-Йаара выглядел жутковато. Над песчаными холмами, нагревшимися за день, клубилось лёгкое марево, создавая иллюзию песчаных призраков. А тёплый ветер, огибая прибрежные скалы, издавал зловещее шипение.
   Именно в этих местах и бросил якорь корабль контрабандистов.
   - Пошевеливайтесь, креветки отмороженные! - в полголоса ругался капитан, наблюдая за разгрузкой: суетящаяся команда выкидывала водонепроницаемые ящики с ценным грузом за борт.
   Утром специальное "рыболовецкое" судно выудит их, дабы потом продать товары в столице...
   - Кто капитан этой посудины?! - раздался вдруг громкий гудящий голос. Капитан вздрогнул.
   - Накрыли-таки, портовые змеюки! - зло процедил он. - Эй, на палубе! Приготовиться к бою!
   Капитан вытащил автоматический арбалет, а матросы бросились к пушкам, выискивая таможенное судно.
   Однако никакого судна не было. Тот, кто задал вопрос о корабле, добрался до него вплавь и теперь вскарабкался на палубу. Увидев, как высокая фигура, окутанная странным серебристым свечением, перемахнула через борт, капитан нажал на курок.
   Трудно сказать, куда попали зачарованные на самонаведение стрелы - но только не в пришельца. Тот выпрямился во весь рост - и бывалый капитан ужаснулся: высокий воин в странных серебристых доспехах, был явно мёртвым. В прорезях полумаски пылало зловещее оранжевое пламя. Точно такой же свет пробивался из-под массивных (явно орочьих) костяных челюстей, напоминающих челюсти скелета.
   - Мать его! - потрясённо выругался капитан, выхватывая короткий массивный нож. Однако воспользоваться им так и не пришлось: неизвестная нежить вскинула руку - и капитан ощутил, как всё его тело охватила странная слабость. Сознание начало уплывать, перед глазами завертелись снопы красных искорок.
   А рядом на палубу мешками опадали матросы.
   - Я спрашиваю, кто капитан этой посудины?! - жуткий демонический голос проникал в уши, головная боль пульсировала в такт словам неизвестного.
   Отвечать капитан не собирался - к тому же ему казалось, что он и не сможет сейчас ответить... и потому с удивлением услышал хриплое "Я...", которое выдавили губы помимо воли своего владельца.
   - Прекрасно, - холодно усмехнулся мёртвый. - Значит, ты, - палец нежити указывал прямо в грудь капитану, и тот ощутил себя так, словно бы попал под прицел арбалета, - ты сейчас собираешь всё своё отребье и немедленно отплываешь к Сельвину!
   - Что?! - потрясённо выдохнул капитан.
   - Я сказал, отплываешь в Сельвин. Причём НЕМЕДЛЕННО! Ты! Меня! Понял?! - рявкнул ужасный воитель. Пламя в его глазах вспыхнуло ярче, а серебристое свечение доспехов испуганно пригасло.
   - Д... да...
   - Прекрасно.
   Довольно хмыкнув, воин отвернулся, и таинственная сила, сковывающая команду судна, резко исчезла.
   - Это, - не оборачиваясь, мертвяк швырнул на палубу увесистый мешочек, из которого просыпались сверкающие драгоценные камни, - покроет все ваши издержки. Думаю, мы с вами сработаемся...

***

   То, что творилось подле городка Сципия, походило скорее на резню, чем на битву: небольшой местный гарнизон не мог противостоять многотысячной армии Масхона. Масхонские драконы методично разорвали на части драконов, что охраняли небо Ариады. А масхонские гомункулусы - големов, что были созданы по чертежу ариадского изобретателя Леона Турария. Хотя гомункулусы, в общем, и не были полноценными людьми, по изобретательности и военной хитрости они во многом превосходили големов. Наибольшую проблему для масхонцев представляли мизрахийские магические лучники. Но их зачарованные стрелы - ничто перед могуществом шеддитов. Баал Хаммон и Баал Шамдан останавливали силой воли летящие зачарованные стрелы. А за это время гомункулусы-мечники перебили лучников Мизраха.
   Простые солдаты армии Ариады вообще не составили никаких проблем для воителей Тьмы. Единственной сложностью могли бы стать паладины - магистр Бейл Харизи и его таламид Пелагий. Но последних Хаммон решил взять на себя.
   - Я расправлюсь с магистром Харизи, - металлическим голосом произнёс Хаммон. - а тебе достанется его таламид.
   Шамдан пожал плечами: ему было всё равно. Он, в отличие от Тёмного Лорда, не наслаждался мучениями беспомощных противников и не видел в предстоящем поединке особого смысла. Спокойно подойдя к испуганному таламиду, Баал Шамдан не торопясь взмахнул глефой из Небесной Стали, мгновенно осветившейся пламенем Хаоса.
   Таламид встал в защитную стойку медведя, но шеддита это не интересовало. Подойдя на расстояние атаки, Шамдан провёл безукоризненную череду ударов - и несостоявшийся паладин упал, рассечённый надвое: в ходе этого "поединка" меч пересёкся с глефой всего трижды.
   А Хаммон в это время остановился перед Бейлом Харизи, учителем паладинов, с которым у него были давние счёты. Тёмный Лорд, наслаждаясь своей властью, достал и зажёг силой воли свой меч.
   - Так-так, Канис, - произнёс Бейл, зажигая меч. - Или же, как ты себя называешь, Баал Хаммон? Тогда, четыре сотни лет назад я не хотел, чтобы ты вошёл в орден! Равно как и Арастиор, который стал твоим наставником! Что же такое?! Ты, ранее призванный спасти мир, сам продался тьме! Шеддиты - полное извращение природы Абсолюта и Бытия! Орден паладинов был создан архангелом Нуриэлем для борьбы со злом, а не для того, чтобы его часть сама примкнула к этому злу.
   - Наоборот, Бейл! - произнёс Хаммон, - это - закон природы, закон Абсолюта, закон человечества. Существование Абсолюта само порождает Хаос. Любое общество всегда делится на светлых и тёмных. Часть богов стала тёмными, превратившись в демонов. То же стало и с паладинами! Часть паладинов должна быть тёмными!
   - Никогда! - фанатично выкрикнул Бейл и, взмахнув своим небесно-голубым - почти белым - клинком, встал в атакующую стойку льва.
   Хаммон усмехнулся. Что этому паладинишке тягаться с ним, тёмным лордом всех шеддитов, обладателем могучего артефакта Хаоса - шлема Тарадаша. Конечно, Бейл оказался значительно сильнее и ловчее своего таламида. Он отразил восемь ударов, девятый же снёс его голову.
   Так и погиб самый фанатичный из рыцарей ордена Стали и Пламени Бейл Харизи.
  
   Глава 13
   Побег
   Сидеть в трюме слайдера становилось невыносимо. Беллердаш и Леон безвылазно находились здесь уже несколько дней и от нечего делать старались убить время любыми способами. Гидра продолжала спать - её на всякий случай не стали будить. Орк сначала пытался медитировать, но в наглухо закрытом трюме это оказалось невозможно - потоки природных сил совершенно не ощущались из-за отделанных альмагтином стен. Поэтому боевой друид проводил время за перечитыванием книг своего ордена, которые захватил с собой в путешествие.
   А вот Леону, похоже, было не до скуки. Мастер сделал второй игольник, попутно снабдив его своим новым изобретением - небольшой насадкой, которая заставляла стрелы в полёте крутиться вокруг собственной оси. Такая стрела, по объяснению Леона гораздо меньше отклонялась от цели и реже отскакивала от доспехов. После этого мастер целые сутки занимался изучением оружия Перворожденных, которое стреляло магическими зарядами. Перебрав трофейное оружие по винтику, Леон уже два дня что-то мастерил на его основе, лишь ненадолго прерываясь на сон и еду.
   - Готово! - радостный возглас мастера оторвал Беллердаша от чтения.
   - Что готово? Ты, похоже, создал какое-то новое оружие Леон? - спросил орк.
   - Не совсем, но это без сомнения самое замечательное моё изобретение! - в восторге отозвался мастер.
   - Так что же это? - спросил Беллердаш, гладя на странное устройство в руках Леона. Приклад и спусковой механизм явно были взяты от обычного автоматического арбалета, но все остальные детали выглядели явно скопированными с оружия Перворожденных, за исключением метательной трубки, вместо которой имелись две параллельно закреплённые металлические пластины, а между ними - небольшое вогнутое зеркало, сделанное из детектиума.
   - Это левитатор - пояснил Леон, заправляя устройство зельем маны. - Оно создаёт поток заряженного воздуха, которым можно захватывать и перемещать небольшие предметы. Сказав это, мастер навел левитатор на одну из бочек, стоявших в трюме и нажал на спуск. Левитатор мгновенно выпустил поток немного светящегося воздуха, которые обволок бочку и подхватил её. Леон переместил левитатором бочку в другое место и отпустил спуск. Светящийся воздух рассеялся и бочка опустилась на пол.
   Но это ещё не всё! - заявил мастер поражённому Беллердашу. Леон отложил своё изобретение и принялся копаться на полках. Спустя несколько минут он нашёл, что искал - средних размеров кристалл, поглощающий огонь. Его использовала Эрана, когда учила Ларратоса магии Огня.
   - Беллердаш, ты ведь стихийный друид? - спросил Леон, вновь беря левитатор.
   - Да, а что?
   - Тогда не мог бы ты наколдовать в меня огненный шар?
   - Что!?
   - Не бойся, я не пострадаю!
   - Ну хорошо... Кадур ан-нур! - орк запустил небольшой (с кулак размером) огненный шар в Леона. Однако в цель он не попал: мастер ловко вскинул левитатор и нажал на спуск. Поток заряженного воздуха обхватил огненный шар и остановил его. Леон повернулся и, прицелившись в кристалл, нажал на спуск ещё сильнее. Огненный заряд полетел в кристалл, который поглотил его без остатка.
   - Потрясающе, Леон! Тебя явно не даром называют самым талантливым изобретателем нашего времени!
   - Ну что ты... Просто мне повезло - без технологии Перворожденных левитатор я бы никогда не сделал. Когда вернёмся в Ариаду, надо будет поставить их в серийное производство. В первую очередь надо будет снабдить левитаторами армию - с ними солдатам будет проще противостоять магам Масхона. Ну и нашим магам и алхимикам они тоже понадобятся - что бы легче было обращаться с опасными веществами и зельями.
   - Ты прав, Леон. Остаётся только ждать, когда Ларри и остальные вернутся из Баалгарда.

***

   Тем временем довольный Ларратос не спеша шёл по улицам нижнего уровня Баалгарда, масхонской столицы. Выбравшись из шеддитской академии, он первым делом связался со своим кораблём. В шаре мадаббара показалось лицо Леона.
   - Ну здравствуй, друг мой, - ответил Леон. - Зарина с Эраной и Апион уже добрались до корабля. Они сообщили, что твоя миссия выполнена, но ты при этом попал в одну интересную историю...
   - Расскажу в подробностях, когда прибуду. Хорошо, что "Могучий Альбатрос" снабжён телепортатором - благодаря ему мне не нужно будет светиться в порту и объясняться с портовой стражей. Ждите меня через несколько часов, - Ларратос отключил мадаббар и пошёл по направлению к вокзалу.

***

   Тем временем в главном штабе патрульной службы Масхона министр внутренних дел Эльдар, по совместительству шеддит, со злостью швырнул на стол личное дело иммигранта Корнелия:
   - Ты когда-нибудь видел ТАКОЕ?! - возмущённо спросил он у своего заместителя, полковника Ульверда. Тот отрицательно покачал головой.
   - Подозревается, что этот Корнелий Эльдгард - самый настоящий паладин, - продолжал Эльдар. - Он с самого начала показался мне подозрительным. И мы установили за ним наблюдение - как и над всеми подозрительными мигрантами. Поначалу в его поведении не было ничего особо странного. Мы даже подумали, что он станет патриотом Масхона - ибо он пошёл в шеддиты. Но потом он связался с неким дядюшкой Эли, и их разговор не имел никакого отношения к действительности. Отследив магический поток, я вычислил, что этот дядюшка Эли находится в Эденском море. А это означает...
   - Что Корнелий Эльдгард - шпион?
   - Именно. Более того, я проанализировал голос этого дядюшки Эли, и кажется догадался, кто это может быть!
   - И кто же?
   - Элиддин аль-Кахаби! Паладин, что когда-то обучался вместе с лордом Хаммоном. И это вполне может значить, что Корнелий сам является паладином, прошедшим обучение у этого Элиддина! Бывало, что паладины пытались проникнуть в нашу страну, но чтобы один из них успешно добрался до столицы - такого ещё не случалось никогда!
   - Что прикажете делать?
   - Вышли семерых шеддитов и вели доставить сюда Корнелия. По возможности живым.

***

   В городе всё казалось спокойным, но Ларри терзали дурные предчувствия. После обнаружения Баалгардского кристалла чувствительность паладина стала ещё больше, и теперь он явно ощущал, как силы Хаоса пытаются его окружить.
   Ларратос ускорил шаг, но было уже поздно: внутреннее око показало, что со стороны вокзала движутся четыре красные точки. Шеддиты? Похоже на то... Придётся отступить и добираться до порта кружным путём.
   Однако, обернувшись, Ларри понял, что путь к отступлению уже отрезан: сзади к нему приближались ещё три красные точки. Итак, семеро шеддитов. Ловушка.
   Остановившись посреди улицы, паладин выхватил мадаббар и, дождавшись ответа, выкрикнул:
   - Леон, меня раскусили! Я в беде! Высылай мне на помощь Мириду! Я в районе вокзала!
   Убедившись, что его поняли, Ларри лихорадочно спрятал переговорный камень, взяв наизготовку Леонов игольник. И вовремя: послышались шаги, и сразу семеро шеддитов с пылающими клинками вынырнуло из уличной темноты.
   - Корнелий Эльдгард! Вы аресто... - начал было их предводитель, но Ларратос нажал на курок игольника, и шеддит, не успев окончить фразы, повалился навзничь. Пламя его клинка с шипением погасло. Оставшиеся в живых шеддиты с яростными воплями и проклятьями набросились на Ларратоса.
   Конечно, с шеддитским владыкой такой трюк бы не прошёл, спокойно подумал Ларратос, ловя на прицел следующего шеддита.
   Воины Хаоса двигались столь быстро, что Ларри успел сделать всего два выстрела, после чего, отбросив игольник прямо в лицо одному из шеддитов и откатившись в сторону, выхватил меч, зловеще сверкнувший красным в вечной тьме Баалгарда.
   Прижавшись к стене и встав в стойку медведя, Ларратос с трудом отразил клинки сразу двоих шеддитов. Мерзкий скрежет металла слился с шипением адского пламени, а сам паладин скользнул вдоль стены, пытаясь выйти из окружения. Едва увернувшись от ещё одного клинка, он могучим усилием воли обрушил стену дома и одновременно, резко дёрнув пальцами левой руки, сбросил маскировочное кольцо. Теперь, когда его рассекретили, уже не было смысла скрывать свою ауру.
   Меч, освобождённый от энергий Хаоса, полыхнул слепящим синим огнём, земля содрогнулась от грохота падающих камней (двое шеддитов не удержались на ногах - их буквально смело потоком обломков), и Ларри, видя, что его враги замешкались, ринулся напролом.
   С силой оттолкнувшись, он рыбкой пролетел буквально в паре ладоней от кончика одного из шеддитских мечей, и, завершив приземление удачным перекатом, вскочил на ноги, рванув в сторону вокзала с такой скоростью, что воздух буквально взвыл, рассекаемый мчащимся паладином.

***

   Юлиус Марр прогуливался вместе с Альминой по Баалгарду, по вокзальному району. Внезапно откуда-то из темноты послышался чей-то громкий топот и свист рассекаемого воздуха, затем - приглушённые проклятья, а потом прямо через вокзал синей молнией пронёсся странный человек с пылающим мечом наизготовку. Фигуру беглеца окутывало лёгкое синеватое свечение, а сам он мчался с такой немыслимой скоростью, что Марр даже не успел разглядеть, как выглядел этот человек. В памяти Юлиуса отложилось лишь несколько разрозненных деталей: смуглое бородатое лицо, мантия шеддита, пылающий меч (второй клинок висел на поясе незнакомца) и очень странный взгляд, совершенно не похожий на взгляд обитателя Масхона.
   Несмотря на то, что у вокзала собралось немало народу, беглец с какой-то нечеловеческой ловкостью пересёк толпу. Он лавировал среди людей, почти не снижая скорости.
   - Стой! Стоять, мразь! - Марр вздрогнул, услышав этот яростный рёв, от которого, казалось, содрогнулся весь город. А мгновение спустя на вокзальную площадь выскочила пятёрка донельзя разъярённых шеддитов. Их мечи пылали адским пламенем, а тёмные фигуры вызывали ужас.
   - С дороги! Прочь с дороги, мерзкие смертные твари! - разнеслось над площадью. Шеддиты, не желая пробиваться сквозь толпу, попросту расшвыривали людей в разные стороны.
   - С дроги, черви! - последнее восклицание сопровождалось яркой вспышкой: шеддит отбросил сразу нескольких человек ударом красной молнии.
   Площадь взорвалась криками ужаса и боли, началась паника. Насмерть перепуганные баалгардцы бестолково метались из стороны в сторону, налетая друг на друга. Шеддиты, видя, что теперь толпа уже не может просто раздаться в сторону, с утробным рычанием принялись яростно рубить своими клинками всех, кто вставал у них на пути.
   Один из шеддитов пронёсся совсем рядом с Марром. Бывший паленгенезист чудом успел увернуться от пылающего меча, который снёс голову соседа Юлиуса - какого-то толстяка, по всей видимости парализованного от ужаса.
   - Надо убираться отсюда! - выкрикнул Марр, оборачиваясь... И увидел, как Альмина медленно падает на землю: вероятно, шеддит успел ударить своим клинком и её.
   - Альмина! - Юлиус бросился к девушке, проклиная свою медлительность, и склонившись над своей любимой, понял, что спасать её уже поздно.
   Альмина слабо улыбнулась, посмотрев на него, а потом её глаза закрылись навеки.
   Паленгенезист почувствовал, что время вокруг него остановилось. В глазах Марра потемнело от горя и ненависти. Он видел лишь удаляющуюся фигуру шеддита, почему-то похожую на мутный красноватый силуэт.
   Да будь ты хоть самим Хаммоном, гад, мерзавец, плесень! - подумал Юлиус.
   - ТЫ ЗАПЛАТИШЬ МНЕ ЗА ВСЁ! - заорал он. - За всех нас, за каждого в отдельности, за Альмину!
   Марр почувствовал, как холодеет от горя и ненависти его тело. Сердце дало сбой. Паленгенезист упал на колени, вытянул руку в сторону шеддита - и с трясущихся пальцев Марра сорвалось пять ярко-зелёных лучей, насквозь пронзивших убийцу.
   Юлиус сам не помнил, как оказался рядом с поверженной фигурой, и откуда в его руках вдруг очутился шеддитский клинок... С перекошенным от боли лицом Марр лихорадочно рубил на части тело уже мёртвого шеддита, а меч в руках паленгенезиста сиял искристым зелёным пламенем.

***

   Дверь кабинета начальника патрульной службы с грохотом распахнулась.
   - Господин Эльдар, Корнелий уходит! - прямо с порога выкрикнул полковник Ульверд. - Он действительно паладин, а трое шеддитов уже мертвы!
   Эльдар отреагировал мгновенно, и, подскочив к мадаббару, приступил к координации действий баалгардской патрульной службы:
   - Объявляется общая тревога! Усилить блокировку магии в привокзальном районе! Привести ящеров в полную боевую готовность. Сообщение всем постам...

***

   Ларратос петлял по городским улицам, пытаясь оторваться от преследователей. Благодаря небывалой чувствительности к высшим энергиям, он ощущал движения паутины Хаоса, опутывающей столицу, чувствовал и всех шеддитов Баалгарда. Вскоре после того, как беглый паладин пересёк вокзальную площадь, он ощутил мощный выброс Абсолютных энергий - словно бы где-то возле вокзала активизировался артефакт Абсолюта. Но времени на то, чтобы разобраться во всём этом подробнее, уже не было: шеддиты наступали. Они стягивались в район вокзала, перекрывая все улицы. Прорываться сквозь эти заслоны - чистое безумие, а телепортационная магия, скорее всего, уже не сработает: слишком уж возросла концентрация хаотических энергий в этом районе.
   - Внимание! - весь город вздрогнул от громоподобного голоса, лившегося из магических громкоговорителей. - Разыскивается особо опасный преступник Корнелий Эльдгард. Приметы: высокий рост, чёрные глаза и волосы, загорелый, с бородой. Носит одежду шеддита и два меча из Небесной Стали. Предположительно паладин. Очень опасен.
   - Час от часу не легче, - буркнул Ларратос. - Теперь вся надежда лишь на Мириду. Не уверен, правда, что животное чутьё гидры сумеет обнаружить меня в уличных лабиринтах...
   Он промчался по улице Хариба, затем свернул на Шеддитский проспект. Встречные жители косились на него с явным страхом, но нападать не рисковали. Остановившись на очередном перекрёстке, Ларратос замешкался: обе улицы оказались уже перекрыты шеддитскими патрулями.
   - Повторяю! - вновь завёлся невидимый отсюда громкоговоритель. - Объявляется общая тревога. Разыскивается особо опасный преступник Корнелий Эльдгард...
   Вскоре обострённый слух Мельда уловил топот сапог: похоже, к погоне подключили и обычных патрульных. Конечно, патрульные - не шеддиты, и Ларри без проблем одолел бы такой патруль. Но они не были и служителями Тьмы. Они исполняли свою работу - и Ларратос не хотел причинять им вреда.
   - Приветсствую васс, хоззяин, - послышалось громкое шипение, шедшее откуда-то сверху.
   - Мирида! Как я рад тебя видеть, - с улыбкой ответил Ларратос. - Спускайся! Нам надо лететь к судну! Да, а почему ты так быстро?
   - Ускоряющщее ззаклинание Эраны, - ответила гидра, неуклюже приземлившись рядом с Ларри.
   - Отлично, - паладин одним движением запрыгнул на спину Мириды. - Взлетаем, за нами погоня.
   - Погоня?! Где?! - во всех шестерых глазах гидры загорелся яростный жёлтый огонь. - Их-то я ссмогу зажжарить, спасая хозяина!
   - Нет, Мирида! - ответил Ларратос. - Справиться с преследователями я могу и сам. Надо бежать.
   - Как скажжите, хоззяин, - недовольно произнесла гидра, отталкиваясь от земли.

***

   Эльдар буквально прилип к мадаббару, принимая целые потоки сообщений о ходе облавы. К сожалению, несмотря на все принятые меры, преступник явно уходил: в районе вокзала видели какую-то драконоподобную тварь, а беглец словно заранее знал расположение патрулей, избегая встречи с ними.
   - Господин начальник, - ещё один патруль вышел на связь, - преследуемый оседлал ящера и движется в сторону порта.
   - Отставить патрулирование! - мгновенно сориентировался Эльдар, переключая мадаббар на связь сразу с несколькими участками патрульной службы.
   - Облава отменяется! Преступник в воздухе, объявляется операция "Перехват". Всем ящерам немедленно лететь на линию вокзал-порт!
   Выдав ещё несколько распоряжений, начальник патрульной службы погасил мадаббар и не спеша прошёлся по комнате, обдумывая сложившуюся ситуацию.
   - Похоже, Корнелий планирует улизнуть из столицы на корабле. Что ж! Значит, устроим засаду у самого судна. И возглавлю её... - Эльдар снял со стены цеп из Небесной Стали, - ... возглавлю её лично я.

***

   Как оказалось, радоваться было ещё рано: едва лишь Ларратос верхом на Мириде успел покинуть вокзальный район, как его чутьё указало на четверых приближающихся всадников. И все они были шеддитами.
   Ларри нахмурился: воздушный бой ему сейчас был совершенно не нужен. В воздухе способности паладина не сильно помогали, а если гидра сцепится с каким-нибудь танином, то можно и не удержаться на ней.
   - Мирида, вниз! - скомандовал Мельд, увидев, наконец, преследователей обычным зрением.
   Что-то прошипев, гидра послушно сложила крылья, камнем заскользив к земле. Свистящие потоки воздуха обдували Ларратоса, заставляя развеваться шеддитскую мантию.
   - Корнелий Эльдгард! - загремело откуда-то сверху. - Вы арестованы!
   - Это я уже слышал, - пробормотал Мельд, ускоряя падение гидры силой воли.
   А вот, наконец, и земля. Завидев крыши домов, Мирида бешено замолотила крыльями, гася скорость. На режущих кромках крыльев заиграли отсветы баалгардских фонарей. Выровнявшись, гидра стремительно заскользила вдоль улицы, пролетев под шеддитскими танинами.
   Сверху донеслась отборная ругань. Вскинув меч, Ларри отбил вражеский клинок, который метнул кто-то из шеддитов. Злобно зашипев, Мирида плюнула наискось-вверх и промахнулась: враги были слишком высоко. Ларратос надеялся, что трюк с резким падением позволит оторваться от преследователей, но не тут-то было: шеддиты умудрились довольно быстро развернуть своих танинов, и теперь гнались за гидрой с минимальным отрывом. Более того: внутреннее зрение Ларратоса обнаружило прямо по курсу ещё четверых всадников, а сбоку приближалась другая тройка.
   - Сссшшш! - гневно прошипела гидра. - Сссечшшшассс я их!
   - Нет, Мирида! - выкрикнул Ларри. - Танины летают быстрее тебя, в воздухе у них все преимущества. Спускайся ещё ниже - летим между домами! Здесь они нас не достанут, манёвренности не хватит.
   Кивнув, гидра ещё сбавила скорость и нырнула в уличный проход. Она петляла по городу, выбирая самые узкие улицы. Она мчалась так низко, что её лапы несколько раз задели мостовую. На особенно резком повороте Мирида стесала брюхом угол дома, а в другой раз рассадила себе крыло и чуть не опрокинулась. Её глаза пылали лихорадочным ярко-желтым пламенем, а зубы были крепко стиснуты: такие манёвры, да ещё и на приличной скорости, давались ей нелегко. Ларри пристально всматривался во тьму, задействовав как обычное, так и внутреннее зрение, и прилагал немалые усилия, чтобы не свалиться: чешуя у Мириды была довольно гладкой. Пару раз он, впрочем, помог гидре силой Абсолюта, резко разворачивая свой "транспорт" или отбрасывая её от очередной стенки.
   Шеддиты попытались было их преследовать, да только куда там! Первый танин с грохотом впечатался в крышу дома, второй опрокинулся. Затем два отряда танинов умудрились столкнуться, пытаясь зажать Мириду в тупике. Кроме того, тёмно-зелёная бликующая чешуя гидры делала её не слишком заметной целью.
   Ларри продолжал следить как за дорогой, так и за погоней. Вот внизу промелькнул шеддитский патруль (а про них-то я совсем забыл, - подумал Ларри), Мирида от души плюнула, вроде бы даже в кого-то попала... Ещё один перекрёсток, резкий поворот... И Мельд с некоторым удивлением увидел, что гидра, расправив крылья, вылетела на привокзальную площадь, на которой валялось несколько трупов.
   Похоже, мы слишком увлеклись высшим пилотажем, - подумал Мельд, - так что пролетели по кругу.
   - Мирида, летим сквозь вокзал! - крикнул он. - И выдерживай направление, хватит уже кататься!
   Коротко свистнули крылья, мелькнуло, со звоном рассыпавшись градом осколков, стекло вокзального витража, вынесенное вместе с рамой; и гидра стремительно пронеслась через всё здание, по счастью пустое. Вот только дальше, как оказалось, лететь некуда: на противоположной стене никаких окон не было, и Мирида, затормозив в последний момент, остановилась у самой стенки.
   - Тупик, - вздохнул Ларри, спрыгивая со спины гидры и сверяясь с внутренним зрением: если погоня не отстала, то вылететь через уже проделанную дыру не получится.
   Мирида тяжело дышала, утомлённая сумасшедшими гонками, её бока тяжело вздымались.
   - Я не знаю твоего имени, паладин, - вдруг раздалось за спиной Ларратоса, - но сейчас мы стоим на одной стороне баррикад. Нужно бежать из этого города.
   Резко обернувшись, Ларри увидел стоящего возле вокзальных путей молодого человека в одежде алхимика. В правой руке он сжимал меч из Небесной стали, горевший зелёным пламенем. Ещё два похожих меча (судя по всему, трофейных) висели у него на поясе. А ещё Ларри поразили глаза незнакомца: они были наполнены какой-то тоской и бессильным гневом.
   - Хосссяин! - дёрнулась гидра. - Посссвольте мне прикончшшить этого чшшеловека!
   - Нет, Мирида! Сейчас он, похоже, на нашей стороне.
   Ларри был в смятении. Его терзали вопросы. Кто этот алхимик? Откуда он взялся? Почему его меч горит зелёным пламенем? Однако, судя по ауре, этот неизвестный действительно ненавидит шеддитов.
   - Залезай! - Ларратос кивнул на гидру, окончательно убедившись, что погоня временно потеряла их след. - А ты, Мирида, позволишь нашему новому спутнику сесть тебе на спину.
   - Как скажшшешшшь... - недовольно прошипела гидра и, дождавшись, пока пассажиры усядутся, вылетела наружу, стремительно набирая скорость и высоту.
   Воздушные патрули обнаружили их далеко не сразу. Лишь когда беглецы покинули вокзальный район, Ларри ощутил сзади погоню, состоящую... всего из шести танинов! Похоже, остальные замешкались, потерявшись где-то в городских трущёбах.

***

   Несмотря на ускоряющее заклинание, наложенное на гидру, преследователи явно догоняли Мириду: вероятно, танины патрульных тоже были под действием сходных чар.
   Впрочем, - довольно размышлял Ларри, - порт уже рядом. Шеддиты опоздали. Вот только почему чувство опасности не только не утихает, но даже усиливается?
   Вскоре он понял, почему.
   Когда внизу уже мелькнули портовые строения, и показался слайдер, мирно покачивающийся на волнах, тьма внезапно взорвалась свистом крыльев, бешеным рёвом танинов и командными окриками всадников-шеддитов.
   Засада! - мелькнуло в голове Ларри. - Шеддиты о чём-то догадались и замаскировали свои ауры - может быть, даже ушли в Тень Абсолюта, или как там у шеддитов аналогичная способность называется?
   И теперь навстречу гидре мчался целый отряд, возглавляемый огромным чёрным ящером - Ларри никогда раньше таких не видел. На спине этого зверя восседал шеддит, вооружённый цепом из Небесной стали.
   - Я возьму тебя живьём, Эльдгард, хочешь ты того или нет! - рявкнул этот шеддит.
   Облава действовала вполне профессионально, рассредоточившись обширным конусом. Избежать их было нереально: ещё несколько мгновений - и один из ящеров сцепится с гидрой.
   - Целься в их главаря! - выкрикнул Ларри, зажигая меч и готовясь к неизбежной схватке.
   Мирида скорректировала курс и ударила слепящей лиловой молнией, целясь в главаря шеддитов. Тот, усмехнувшись, с лёгкостью отразил заряд цепом, а гидра с яростным шипением столкнулась с чёрным ящером, ударив его всем телом.
   Чёрное небо содрогнулось от жуткого рёва, шипения, треска молний и скрежета когтей, когда звери сцепились в воздушной драке. Всадники, не удержавшись на драконьих спинах, заскользили вниз, к земле. На лету Ларри выхватил второй меч, засветив и его тоже, после чего приостановил своё падение силой воли, попутно отметив, что его спутник делает то же самое. Неподалёку приземлился предводитель шеддитов, раскручивая цеп над головой. Ларри попятился было к своему судну, но путь ему преградил приземлившийся танин. Мерзко ухмыляясь, его всадник-шеддит спрыгнул на пристань. Затем вновь послышался скрежет когтей и рядом приземлился ещё один ящер. Потом откуда-то сверху свалился шеддит без ящера - вероятно, Мирида, схватившись с чёрным драконом, сшибла ещё кого-то из всадников. А Ларри внутренним зрением отметил появление своих преследователей - шестёрки танинов, которая гналась за Миридой от самого вокзала.
   - Видишь, паладин, - ухмыльнулся вожак шеддитов, - мы хорошо учимся в бою.
   Нахмурившись, Ларратос ринулся на своего противника, размахивая клинками. Сзади уже доносился лязг оружия, и Мельду оставалось лишь надеяться, что его компаньон способен продержаться какое-то время против двоих обычных шеддитов - это, разумеется, не считая драконов. Резко свистнул цеп, захлестнув один из мечей Ларри. Со зверской ухмылкой шеддит рванул оружие на себя - и меч вырвало из рук Ларри. Загрохотало, в спину пахнуло жаром, пристань осветилась трепещущими отблесками драконьего пламени - танины усиленно помогали своим хозяевам. Ларратос подался вперёд, ловя цеп левой рукой, немедленно воспылавшей Небесным пламенем. Правда, в этом пламени попадались отдельные красные язычки. Глаза шеддитского вожака изумлённо расширились...
   А откуда-то сзади послышался страшный грохот, сопровождаемый испуганными драконьими воплями.
   - Вот тебе! - выдохнул Ларри, пронзив растерявшегося шеддитского главаря.
   Обернувшись, Ларратос увидел поверженного чёрного дракона. Тварь рухнула прямо на шеддитских танинов, серьёзно их покалечив. Чёрный ящер был весь изранен, залит какой-то слизью и чёрной кровью, а края его ран источали зеленоватый пар.
   Даже удивительно, какой грохот может произвести упавший дракон, - отстранённо подумал Ларри. Двое спустившихся шеддитов были уже мертвы, третий продолжал рубиться с "зелёным паладином", как окрестил Ларри своего спутника. Последний сражался яростно, но крайне неумело. Однако смог не только сразить двоих шеддитов, но и, судя по закопчённой мостовой, отразить потоки драконьего пламени.
   Подобрав усилием воли второй клинок, Ларри увидел пикирующего прямо на него танина, скрестил клинки, поставил Абсолютный щит, надеясь, что он выдержит несущегося на полной скорости дракона, и...
   Со стороны воды метнулась тёмная тень. Два чешуйчатых тела столкнулись в воздухе, их извивающийся клубок, перекатившись через пристань, с треском впечатался в какое-то строение, и замер, после чего от него отделилась Мирида. Чешуя гидры казалась антрацитовой. Она ярко блестела, с неё капала вода: прикончив чёрного дракона, Мирида, не удержавшись в воздухе, рухнула в воду. А поскольку вода - родная стихия гидр, это падение только разозлило Мириду.
   Танин, пытавшийся напасть на её любимого хозяина, лежал мёртвым. От его тела тоже поднимался зеленоватый пар.
   Тем временем ещё несколько танинов пошло на посадку, а к шеддитам подоспело подкрепление в виде парочки наземных патрулей. Положение становилось критическим.
   - Ларри, держись! - ещё одна тень перемахнула через только что приземлившегося танина, сшибив его всадника.
   - Зарина! - воскликнул Ларратос.
   - Ты, как всегда, являешься с почётным эскортом, - расхохоталась девушка, снося дракону голову пылающим клинком. Затем её взгляд упал на "зелёного паладина"... - Юлиус?! А ты тут какими судьбами? Ты тоже паладин? А где твоя невеста?
   - Её больше нет. Какой-то шеддит, - с этими словами клинок Мара пылающей молнией пал на голову очередного противника, - убил её. И я отомщу всем им!
   - Зарина, вы знакомы?! - удивлённо произнёс Ларратос, уходя с траектории посадки очередного танина и переворачивая его усилием воли. Танин неловко завалился набок, смачно впечатавшись в мостовую, затем опрокинулся.
   - Да, - ответила девушка, парируя удар одного из шеддитов. - Хотя мы виделись только пару раз.
   - Ларри! Дорогой! Как я рада видеть, что ты сумел сбежать! - раздался чей-то радостный возглас со стороны судна.
   И ЭТОТ голос Ларри не мог перепутать ни с чем. Эрана, конечно же.
   - Любимая, прячься! Не хватало ещё, чтобы тебя затоптали в этой свалке! - крикнул Ларратос, стараясь перекричать общий шум битвы.
   А то, что творилось на пристани, иначе как свалкой назвать было нельзя. Здесь топтались танины и шеддиты, вся мостовая была залита драконьей кровью. Мирида, яростно шипя, зажала в угол сразу двух танинов вместе со всадниками, и теперь заплёвывала их ядом.
   Один из танинов дрался со здоровенным зверем, напоминающим медведя - Беллерадаш, соскучившийся уже по хорошей драке, тоже принял участие в схватке, стараясь держаться у самой воды, чтобы шеддиты не могли сразить его своими мечами, буде им захочется их метнуть. На корпусе судна неожиданно появился Леон с каким-то агрегатом наизготовку. Его новое оружие сбивало шеддитов с ног, опрокидывало танинов, к тому же умудрилось остановить пылающий меч, брошенный в изобретателя кем-то из шеддитов. И даже Апион, пробираясь за поверженными драконами, ждал своего часа: вдруг кто из врагов замешкается? Бывший вор уже держал наготове небольшой кинжал.
   - Апион! - вдруг закричал Ларри, увидев, что в воздухе появилась ещё порция танинов. - Лови меч!
   Клинок из Небесной стали, только что снятый Ларратосом с тела поверженного шеддита, звякнул о камни у самых ног Апиона.
   - В тебе тоже текут Абсолютные энергии! - продолжал кричать Ларри, тесня сразу троих шеддитов. - Зажги - и дерись!
   Апион, видя, что шеддитов всё прибывает, принял клинок. Меч показался ему удивительно лёгким. Более того: казалось, что клинок обостряет чувства.
   ...Подоспевшее подкрепление ждал неприятный сюрприз в лице четырёх паладинов с пылающими мечами и одной о-очень разозлённой гидры.
   Единственная, кто ничем не мог помочь сражающимся, была Эрана. Правда, девушка захватила посох и попыталась воспользоваться магией, но хаотические энергии гасили чары в зародыше.
   - Лови! - вдруг выкрикнул Юлиус. Брошенный клинок из Небесной стали загрохотал по обшивке судна.
   - Но... Но я же не паладин! - отчаянно закричала Эрана, видя, что Ларратоса зажимают четверо шеддитов и двое более-менее целых танинов.
   - А шеддитов это не волнует! - зло выкрикнул Юлиус, сам едва отбивающийся от двух шеддитов сразу.
   В этот момент особенно сильный удар выбил меч из рук Ларри, а сам паладин, покачнувшись, упал на одно колено...
   - ЛАРРИ! - взвыла Эрана. Клинок уже был в её руках и уже пылал, а сама девушка не замечала ничего, кроме своего любимого и приближающейся спины ненавистного врага с адским мечом...
   - Вот тебе! Получай! - отразив очередной выпад, Ларри с ужасом, переходящим в изумление, увидел Эрану, отчаянно размахивающую клинком буквально в паре шагов от него. Один из шеддитов уже лежал, убитый ударом в спину, да и танин как-то подозрительно дёргался - его, кажется, тоже задело. Но самым удивительным было то, что клинок в руках Эраны пылал зелёным пламенем - таким же, как и меч Юлиуса. И, похоже, девушка тоже обрела способности паладина...
   - Эрана, осторожнее! Дай я тебя прикрою!
   Его слова потонули в грохоте. Мостовая содрогнулась, принимая на себя тяжесть тела гидры. Мирида смела двоих шеддитов, судорожно дёрнувшись от боли: раны, причиняемые Небесной сталью, были крайне болезненными и не слишком быстро затягивались.
   - Отступаем к кораблю! Быстрее, пока не пришло подкрепление! - выкрикнул Ларри, пытаясь собрать свою команду воедино.

***

   Шеддиты оказались растеряны. Они не могли понять, каким это образом в Баалгарде, самой столице Масхона, мог вдруг очутиться целый отряд паладинов. Да ещё таких странных паладинов! Почти все они дрались как новички, но их сила не уступала мощи шеддитских владык и уж всяко превосходила способности обычных шеддитов. А их предводитель, преступник Корнелий Эльдгард, просто ужасал... пожалуй, его мощь не уступает даже возможностям демонов средней руки.
   А этот чудовищный трёхголовый зверь, судя по всему, совершенно неуязвимый? Не понять, то ли это ящер, то ли вовсе один из демонов.
   В общем, шеддиты уже поубавили свой пыл: погибать им не хотелось.

***

   Ларри нырнул в люк корабля последним - и моментально закрыл его. Снаружи послыжался яростный звон клинков: шеддиты прыгали на корпус судна и теперь пытались прорубить в нём отверстие. Не тут-то было: как известно, итильдин не очень хорошо рубится даже Небесной сталью.
   - Сматываем удочки, - хрипло произнёс Ларратос, зайдя на мостик. Паладин включил управление, судно принялось набирать ход - и шеддитов попросту сдувало с корпуса потоком воздуха.
   - Кажется, они забыли, на каком корабле ты прибыл, - усмехнулся Апион.
   Ларри усмехнулся в ответ и взял курс в сторону Ариады.
   - Похоже только, что там начинается война, - вздохнул паладин, прислушиваясь к своему шестому чувству.
   - Да, война, - спокойно ответила Зарина. - Я узнала во дворце Хаммона, что сам Тёмный Лорд ушёл на эту войну.
   - Что?! Уже ушёл на войну?! - рассвирепел Ларратос, - Хаммон, ты ублюдок! Если я тебя увижу, тебе конец. А вот вам прощальный подарочек, хаммоновы прихвостни!
   Из пушки корабля по направлению к преследователям вылетело несколько стальных ядер. Два танина утонуло. До остальных, похоже, дошло, что нечего связываться с этим мощным судном - и отстали от "Альбатроса".

***

   Корабль плыл по направлению к Ариаде. Угрозы пока не было. А Ларратос прокручивал в памяти недавнюю схватку и пытался разобраться в многочисленных странностях, которые её сопровождали. Шутка ли - несколько паладинов-самоучек, впервые взявших клинки в руки, побеждают такую прорву шеддитов, да ещё несмотря на танинов! А никого из паладинов даже не ранило...
   - Сам не знаю, откуда, - произнёс Юлиус, когда Ларри спросил его насчёт паладинских способностей. - Шеддит убил мою возлюбленную. Я был в гневе, а тут как раз подвернулся меч из Небесной Стали. Ну я и подобрал его. А затем почувствовал мощный прилив сил. А гнев позволил мне зажечь его.
   - Зелёное пламя, - задумчиво произнёс Ларратос. - Ты сильно влюблён, Юлиус. Фанатично влюблён: даже готов отдать жизнь за свою потерянную любовь. Но гнев приведёт тебя во Тьму. Паладин должен бороться с агрессией, иначе он станет своей полной противоположностью. Вот я и сам побывал в стане шеддитов. Чувствую, Масхон изменил меня. И не в лучшую сторону. В ближайшие месяцы я займусь медитациями - подчисткой ауры.
   - Похоже, - произнёс Юлиус, - любовь и гнев придали мне сил и наделили способностями паладина.
   - Странно всё это, - пожал плечами Ларратос. - Не думаю, что всё это - от гнева к шеддитам, в противном случае мир состоял бы сплошь из паладинов.
   - Но ты не знаешь, как я ненавижу шеддитов, - сказал Юлиус. - Мало того, что шеддиты убили мою возлюбленную, но один из них, Баал Кархан, чуть не убил меня! Он задел меня пылающим мечом, после чего я два месяца пролежал в полной коме, хотя и был полностью здоров! И не так давно я ожил.
   - Хм! Кархан, - произнёс Ларратос. - У него был меч Поглощения, пожирающий чужие души. И дающий Кархану силу и воспоминания других. А ты, Юлиус, должно быть вернулся к жизни, когда Элиддин уничтожил пластинку поглощения. Похоже, душа Кархана объединилась с душами жертв его меча, что после уничтожения меча отправились на тот свет. Но вот чего Кархан не учёл: ты уцелел физически. И после уничтожения пластинки твоя душа вернулась в тело. Объединённая с фрагментом сущности Кархана.
   - И от него я получил способности шеддита?
   - Или паладина. Главное - светлый ты или тёмный. Если ты, обретя эти способности, являешься добрым человеком, то сможешь развить из себя могучего паладина.
   - Понятно, - ответил Юлиус.

***

   - Любимая, но откуда в тебе способности паладина? - удивлялся Ларри. - Я чуть не рехнулся, когда увидел тебя в самой гуще боя.
   - Не знаю, - задумчиво произнесла девушка. - Просто когда тебя опрокинули, я побоялась, что... что тебя... И даже не заметила, как расправилась с этим шеддитом.
   - Тоже любовь? Говорят, что истинное чувство приводит к объединению душ. Может, ты сумела взять от меня какую-то часть энергий - достаточную для инициации.
   - Может быть, - тихо прошептала Эрана, прижавшись к Ларри.
   А Зарина мрачно смотрела на них. Её глаза светились завистью и гневом.

***

   Ларратос сидел на мостике в позе лотоса и медитировал. Он уже два часа пытался удалить из своей ауры красные включения, но не получалось. Изначально пятна не удалялись. А потом, вместо того, чтобы исчезнуть из ауры, пятна растворились. И Ларратос увидел, как сама его аура меняет цвет. Она вновь стала фиолетовой, подобно ауре Зарины. Впрочем, не совсем как у Зарины. Эта аура была гораздо сильнее, и Ларратос ощущал, как активно в ней пульсируют харизматические энергии.
   Проклятие, - подумал Ларратос, - я больше не являюсь светлым паладином. Я вроде как нейтрал по ауре. Стоп! А что, если это не проклятие! Что если это дар?
   Ларратос открыл глаза и встал. Сосредоточив силу на изображении дракона на потолке, Ларратос расслабился и представил себе молнию. Нет гнева, нет агрессии. Он просто представил молнию. И с его руки действительно слетела молния - не красная, а фиолетовая!
   На Ларри вдруг снизошло озарение.
   - Я понял! - воскликнул Ларратос. - Я - Избранник! Я - Шаддай, всемогущий! И теперь я могу использовать как светлые, так и тёмные способности. Причём тёмные - не рискуя самому впасть во Тьму. А маскировать ауру смогу под любую...

***

   "Ужас Абсолюта" мчался в Ривергард. Вот только теперь его экипаж, большей частью состоящий из паладинов, представлял серьёзную опасность для любого масхонского отряда.
  
   Глава 14
   Битва за Ривергард.
   Небольшой контрабандистский корабль на всех парусах шёл к Сельвину. Его единственный пассажир, владыка шеддитов Баал Ирвэн, расположился в трюме, задумчиво рассматривая висящий перед ним пушистый огненный шарик. Яркий жёлто-оранжевый огонёк слегка потрескивал, отбрасывая на дощатые стены трепещущие тени.
   Шеддит чувствовал, что времени у него почти не осталось: Хаос пришёл в движение, и скоро Абсолют нанесёт ответный удар стихии разрушения. Ирвэн нанял контрабандистский транспортник сразу после того, как получил очередное видение от пера Феникс. Из этого видения стало понятно, что Хаммон с Ларратосом встретятся не в Масхоне и не в Ариаде, а на загадочной Сельвинской земле. Именно там состоится схватка Тёмного Лорда с Избранником, и Баал Ирвэн тоже хотел в ней поучаствовать. Причём отнюдь не на стороне Хаммона. Шеддит ненавидел своего повелителя, так что даже клятва верности не могла удержать его от предательства.
   Впрочем, шеддиты никогда не придавали особого значения клятвам. А вот паладины, напротив, клятвопреступников презирали, считая их негодяями и мерзавцами. Сам же Ирвэн полагал тех, кто нарушает клятвы, полными идиотами. Потому что любой мало-мальски разумный человек (да и нечеловек тоже) сумеет добиться желаемого, не нарушив при этом данного им слова.
   Даже если он собирается убить своего собственного повелителя.

***

   Корабль "Могучий Альбатрос", бывший "Ужас Абсолюта" подошёл к берегам Ривергарда. Люк судна открылся, и из него вылез весь экипаж. К экипажу подошли Элиддин, Маркус Антоний Эллинор и, конечно же, Трейк.
   - Приветствую, Ларратос, - сказал Элиддин. - Война добралась и до Ривергарда. Мелфис, один из воинов, что служил культу Тени в Гиперборее, стал в Ариаде патриархом аналогичного культа. К счастью, он был побеждён. А истинным главой культа скорее всего и был убитый тобой Баал Хэрек. А у тебя как дела, Ларратос?
   - Всё хорошо, Элиддин. Мы нашли очередной кристалл. И я сумел сбежать от отряда шеддитов.
   - Но я слышал, ты и сам стал шеддитом...
   - Чисто формально, Элиддин!
   - Но маскировка ауры могла изменить тебя. О, Абсолют! Я чувствую сильные изменения в твоей ауре! Она темнее, чем была раньше!
   - Естественно, Элиддин! Я понял, что значит быть Избранником. Избранник, способный использовать тёмные энергии, не боясь упасть во Тьму, должен занимать метапозицию относительно принадлежности к светлым или тёмным силам. То есть стоять вне этой ситуации, выше её. Нельзя полностью отождествлять свет с добром, а тьму со злом! И теперь я, осознавший себя Избранником, абсолютно не боюсь Хаоса.
   - Интересная идея, - прищурился Трейк.
   - Я и сам чувствую, что ты стал сильнее, но не могу с тобой полностью согласиться! - Элиддин было успокоился, но тут его внутреннее око обнаружило, что ауры Апиона и Эраны стали гораздо плотнее, чем раньше. Более того, слабое течение высших энергий ощущалось также в аурах Леона и Беллерадаша.
   - А почему ауры твоих спутников, Ларратос, изменились?
   - Они стали паладинами. Я инициировал их. И готов обучить их всему, что знаю о путях Абсолюта.
   - Ларратос! Согласно кодексу паладинов, только магистр может набирать себе учеников! Кто же присвоил тебе звание магистра?
   - Никто, - вздохнул Ларри. - Вот только у меня не было выбора: справиться в одиночку с целым отрядом шеддитов, да ещё когда они верхом на танинах, попросту невозможно.
   - Постой, ты хочешь сказать, что проводил инициацию прямо во время боя? - поразился Маркус. Похоже, он не поверил Ларратосу.
   - Именно. И вооружил Апиона с Эраной трофейными клинками. А Юлиус, - при этих словах Ларратос кивнул на ещё одного участника экспедиции, - вообще инициировался самостоятельно.
   - С трудом верится, - покачал головой Маркус.
   - И тем не менее, я чувствую, что Ларратос говорит правду, - произнёс Эллинор. - Думаю, нам нужно потщательнее проверить всех участников экспедиции.
   - Вот именно, - улыбнулся Трейк. - Тем более, что много времени это не займёт.
   И действительно: выбрав площадку поровнее, маг быстро вычертил на ней странный контур, напоминающий стилизованное изображение кукиша, в который и загнал всех экспедиторов, включая Зарину.
   - Проверю всех скопом, - довольно пояснил он, - так будет быстрее.
   - Но, Трейк, - удивился Ларри, - а зачем Леона и Беллердаша-то проверять? Они же не инициированы!
   - Разве? - хмыкнул маг.
   - Да, инициация неполная, - подтвердил Маркус, - но посвящать кого-либо в мюриды вы тоже пока не имеется права, молодой человек, - строго добавил он.
   - Мюриды?! - ахнул Ларри. - Но как?...
   - Вот это мы и пытаемся выяснить, - объяснил Эллинор.
   Это самое "выяснение" прошло довольно спокойно: Трейк не торопясь прохаживался вокруг собранного в магическом контуре отряда и делал небольшие пометки в каком-то свитке. Ларри ощущал колебания магических энергий - причём разных стихий - но они были не столь уж и сильными. Часа через полтора боевой маг, закончив колдовать, отпустил "подопытных", занявшись анализом собранных данных.

***

   Масхонцы умели брать числом. Их отряд, возглавляемый Хаммоном и Шамданом, перебил всех воинов в пограничном городке Сципия. И мизрахийских магических лучников, и местных пехотинцев и всех всадников драконов.
   Собственно говоря, всадники драконов были убиты все. Но что касается трупов самих драконов, то одного не досчитались.
   - Владыка Хаммон, - произнёс Баал Шамдан, - один из драконов улетел в неизвестном направлении. И мне кажется, на его спине кто-то сидел.
   - Не волнуйтесь из-за таких пустяков, владыка Шамдан, - произнёс Хаммон металлическим голосом, - нам не страшен гонец Сципии, если он, конечно же, существует. После того, как наши силы атаковали, Альянсу уже сообщили об этом по мадаббару. А сам сбежавший не может причинить серьёзной опасности: паладинов было двое, и оба погибли. Сбежавший не может быть паладином.
   - Не будьте так уверены, владыка Хаммон, - задумчиво произнёс Баал Шамдан.
   В дальнейшем наступление развивалось почти в точности по его плану. На самом деле даже чуть-чуть лучше. Шамдан рассчитывал дать первое серьёзное сражение под Телиссией, но ариадцы сдали город практически без боя, отступив к Ривергарду. Именно там они намеревались собрать всю свою армию. И захватить столицу будет очень непросто.
   - Стало быть, - размышлял Шамдан, - это сражение нам желательно бы проиграть. Пусть наши враги перейдут в наступление. Пусть отойдут подальше от Ривергарда...
   А в это время друид и некромант, орк Дарагор, летел на спине дракона по направлению к городу Ривергард.

***

   - Ну и как? - поинтересовался Маркус. - Удалось понять, за счёт чего паладин Ларратос сумел инициировать сразу всю команду, несмотря на отсутствие у них сродства к Абсолюту, а также на то, что один из новых "паладинов" - девушка, а второй - и вовсе орк, то есть нелюдь?
   - В общем-то да, - задумчиво произнёс Трейк. - Вот только результаты... Не уверен, что их можно обнародовать.
   - Трейк, дружище, - улыбнулся Элиддин, - не бойся. Здесь, можно сказать, все свои.
   - Ну ладно. Во-первых, с чего вы взяли, Маркус, что у спутников Ларратоса не было сродства к Абсолюту? Совсем наоборот, у них у всех изначально была склонность к высшим энергиям. А пол и расовая принадлежность здесь вообще не при чём и никаких ограничений не накладывают.
   - Но устав... - начал было Маркус.
   - А что устав? - перебил его Трейк. - Устав ордена - это ещё не абсолютный закон. Женщин и нелюдь запрещено принимать в орден не потому, что они не способны к паладинству, а по каким-то другим причинам - скорее всего, тут замешаны древние обычаи и традиции. Что касается Зарины - то её аура, вероятно, не изменилась. Тут мне трудно судить, поскольку я не снимал её отпечаток до поездки в Масхон. Инициация Юлиуса, действительно, связана с очень сильными чувствами - а также с происками Кархана. Кстати, нужно будет проверить и другую выжившую жертву меча Поглощения: она тоже потенциальный паладин.
   - Меч Поглощения? Не понимаю, - нахмурился Маркус.
   - Потом расскажу, - отмахнулся Трейк. - Теперь о самой инициации. Воспользовавшись очередным кристаллом, Ларратос обрёл поистине невероятную связь с Абсолютом. Связь настолько большую, что она позволяет ему влиять на любые ауры, потенциально чувствительные к высшим энергиям.
   - То есть он инициировал весь отряд одной лишь силой воли?! - восхитился Эллинор.
   - Можно сказать и так. Однако перерождение - дело всегда добровольное. Подозреваю, что спутники Ларратоса преданы своему командиру и хотят следовать тем же путём, что и он. Вот почему он сумел так легко наложить на них отпечаток своей собственной ауры.
   - Так получается, что Ларратос может превращать любую ауру в подобие своей собственной? - с каждым словом Трейка Маркус хмурился всё больше.
   - Нет, не любую и не в полное подобие. Но если у кого-то есть предрасположенность к высшим энергиям и желание следовать путём Ларратоса, то инициация вполне возможна, причём даже вопреки воле самого Мельда. Особенно сильно влияние его ауры ощущается в бою, когда сильные эмоции всех членов команды практически совпадают, а контроль сознания над аурами ослаблен.
   - То есть он может инициировать - и даже не заметить этого?! - теперь Маркус смерил Ларри откровенно недобрым взглядом.
   - Более того, - неохотно продолжил Трейк, - поскольку в твоей, Ларратос, ауре присутствуют и Абсолют, и Хаос, то созданные тобой паладины в той или иной степени нейтралы - они могут взывать к обеим энергиям.
   - Но это же опасно! - вскричал Антоний. - Получается, паладин Ларратос мало того, что сам использует Хаос, так ещё и других туда толкает. Причём даже незаметно для самого себя!
   - Ну, всё не так страшно. Здесь есть как свои плюсы, так и минусы. Плюсом можно считать то, что такие нейтралы потенциально сильнее как шеддитов, так и "чистых" паладинов - ведь они же могут пользоваться сразу двумя видами энергии! Минус тут в том, что удержать такой нейтральный баланс довольно трудно, и чаще всего новички будут скатываться, к великому моему сожалению, именно в Хаос. Кстати, не исключено, что после длительного обучения нейтралы тоже смогут овладеть таким "мысленным" способом инициирования.
   - То есть я могу создать, по сути, новый паладинский орден?! - радостно вскричал Ларри. - Орден, все члены которого будут существенно сильнее простых паладинов?
   - Никакого ордена не будет, Ларратос! - гневно произнёс Маркус. - О вашем поведении и о ваших способностях будет доложено совету паладинов, который и решит, как обезопасить от них мир! Миссию со сбором кристаллов надо приостановить - нам не нужен человек, разбрасывающий инициации направо и налево, плодя потенциальных адептов Хаоса, которые, в свою очередь, способны заражать всех подряд тем же!
   - Но, Маркус, - вмешался Эллинор, - дополнительные воины нам не помешают. И если составить такой устав, чтобы новые паладины сохраняли нейтральный баланс...
   - Ты что, рехнулся?! Какой баланс, когда даже великие паладины падали в Хаос! Что уж говорить про недоучек, которым, к тому же, до Хаоса - всего полшага, ибо он в них будет изначально?
   - Вот этого-то я и боялся, - шёпотом произнёс Трейк. - Похоже, ссоры и разлада среди паладинов не миновать...
   - А я согласна обучаться в новом ордене! - вдруг выдала Зарина. - Я уже много лет нейтралка, и, как видите, в Хаос не падаю!
   - Я тоже согласна! - поддержала её Эрана.
   - А я хочу отомстить шеддитам, и сделаю это любой ценой - даже ценой падения! - фанатично выкрикнул Марр, а в его глазах мелькнуло зелёное пламя.
   - А я буду обучать их, потому что нашей экспедиции ещё несколько паладинов не помешают, - упрямо добавил Ларри.
   - Это не легитимно! - рявкнул Маркус. - К тому же, ваша экспедиция отменяется!
   - Вы не отмените её без решения Совета, - усмехнулся Ларри, - а учитывая, с КАКОЙ скоростью эти ваши советы проходят - думаю, мы уже успеем закончить сбор кристаллов, а вы всё ещё будете совещаться.
   - Ларратос, вы оскорбляете орден! И, соглашаясь обучать бывшего преступника, орка и женщин, прямо нарушаете устав. За это вас ожидает очень строгое наказание.
   - Маркус, Ларри, успокойтесь, - встревожено произнёс Элиддин, видя, к чему всё идет.
   Трудно предположить, чем закончился бы спор паладинов, если бы спорщиков не перебило шипение Мириды:
   - Хосссяин, сссмотрите!
   Проследив за взглядом гидры, Ларри увидел стремительно приближающегося дракона, от которого буквально тянуло смертью.
   - К бою! Это лазутчик! - выкрикнул Ларри, выхватывая клинок. Одновременно Мирида, подпрыгнув и резко взмахнув крыльями, сшиблась с уже садящимся драконом в воздухе.
   - Стойте! Я свой! - раздался чей-то отчаянный вопль, танин вместе с Миридой рухнул посреди пристани. Всадник тоже свалился, неуклюже шлёпнувшись у ног Ларратоса. Ларри вскинул клинок для завершающего удара - и замер в изумлении:
   - Дарагор! Вот уж кого не ожидал здесь увидеть! Как ты тут вообще оказался?!
   - Меня изгнали из Гирдашана, и я оборонял город Сципия. Туда вторглись масхонцы во главе с самим Хаммоном. Пришлось бежать на первом попавшемся драконе.
   - С-ш-ш-ш! - прошипела гидра, мягко приземляясь позади Дарагора. - Вы ссснаете, его хозссяин?
   - Да, Мирида, и... ты что, убила дракона?!
   - Не волнуйтесь, его убил Хаммон - ещё в Сципии. Но мне нужен был транспорт, и мои способности некроманта тут оказались как нельзя более кстати. К сожалению, этот демонов ящер с трудом держался в воздухе, а заклятье поднятия быстро исчерпывалось. В итоге я двигался со скоростью полудохлой черепахи, лишь чуть-чуть опережая армию Хаммона. До сих пор не могу поверить, что всё-таки оторвался от них.
   - Оторвался? - нахмурился Эллинор. - Я чувствую пульсации хаотических энергий. Похоже, через пару часов масхонцы будут здесь - и сразу же пойдут на штурм.

***

   Пока паладины готовились к битве, Ларратос решил вручить Леону и Беллердашу мечи из Небесной стали.
   - Ещё парочка паладинов нам сейчас не помешает, особенно если Тёмный лорд решит лично возглавить штурм. Вы уже и так практически инициированы - думаю, после этого боя станете полноценными паладинами.
   - Слушай, Ларри, - изумился Беллердаш. - Я же - орк! Нелюдь! По законам ордена нельзя обращать нелюдь в паладинов.
   - Белл, это всё предрассудки! А в девизе паладинов есть фраза: нет предрассудков - есть Абсолют. Эта глупая идея, что нелюдь нельзя брать в орден, была придумана в те времена, когда к вам относились как к животным. Но теперь, когда вы, орки, имеете статус граждан, идея полностью потеряла свою актуальность. Значит, её надо выкинуть на свалку истории.
   -Ты уверен? - изумился Беллердаш.
   - Абсолютно. И мне плевать, что по этому поводу скажут твердолобые фанатики вроде Бейла Харизи. Если академия откажется принимать вас, то я сам займусь вашим обучением.
   - Хорошшшо ссказсано! - прошипела довольная Мирида.
   - Послушай, Ларри, - неуверенно начал Апион. - Ты что, всерьёз решил сделать из меня паладина?
   - Ну разумеется! А ты разве не хочешь постигать пути Абсолюта?
   - Хочу, конечно. Но... Похоже, не моя судьба стать паладином. Я вырос не в том обществе. Мать-шлюха и алкоголичка, неизвестный отец. Детство в подворотне, многодетная семья. Я был вором с детства, Ларри. Пару лет назад, я хотел исправиться. Но меня ошибочно обвинили - и я, попав в тюрягу, вновь стал преступником. Похоже, такова моя судьба.
   - В кодексе паладинов сказано: нет судьбы, есть выбор. Человек сам полностью ответственен за свою жизнь. Не существуют предопределения, фатализма, наследуемых действий. Ты - тот, кем хочешь быть, а не тот, кем хотят видеть тебя другие. И поэтому я задаю тебе прямой вопрос, друг мой. Хочешь ли ты стать паладином?
   Апион медленно кивнул.
   - Так-так, что здесь такое творится? - услышал вдруг Ларри недовольный голос Маркуса. - Похоже, Хаос вскружил вам голову, Ларратос? Всё никак не можете успокоиться? Предупреждаю: следующее нарушение устава станет для вас последним!
   Обернувшись, Ларри увидел Маркуса Антония и встревоженного Эллинора.
   - Я беру на себя ответственность за это нарушение, - сказал Ларратос. - Мне много раз говорили, что я - Избранник. И сегодня я себя таковым ощутил. А кто такой Избранник? Если верить учителю шеддитов Абделю Рахману, Избранник - тот, кто может преступить закон.
   Эллинор изумлённо взглянул на Ларри, а Маркус поперхнулся от возмущения.
   - Вы еретик, Ларратос! - гневно выкрикнул Антоний. - И вы уже больше не паладин. Своей властью я исключаю вас из ордена и лишаю орденского амулета!
   Эллинор попытался было возразить, но Маркус так глянул на него, что все возражения застряли у паладина в горле. Ларри же спокойно снял амулет и, улыбнувшись, отдал его разъярённому орденцу.
   - Если мои действия противоречат законам ордена, то мне остаётся лишь создать НОВЫЙ орден. Я нарекаю его Орденом Утренней Звезды. И я стану первым магистром нового ордена! Отныне предрассудки старого ордена не властны над новым.
   Голос Ларри звенел, и паладины чувствовали пульсации высших энергий - как Абсолюта, так и Хаоса, сопровождающие каждое слово Ларратоса. "Похоже, это деяние Ларратоса крепко впечатается в матрицу Абсолюта", - подумал Эллинор. - "И ещё долго рыцари-осьминоги Ариады будут видеть в своих снах эту сцену".
   - Это нелегитимно! - воскликнул Антоний.
   - Мои ученики согласны с моим руководством - поэтому оно легитимно, - глаза Ларри на мгновение осветились внутренним фиолетовым пламенем.
   - Я не допущу!
   - Признайте своё поражение, Маркус. Таков закон прогресса: прогресс творят молодые люди с незакостенелым разумом. Но молодому человеку, что ещё не приобрёл имя, тяжело менять существующие порядки. Поэтому, вместо того, чтобы вносить изменения в законы старого ордена, я создаю новый. Старый орден всё равно не переделать. И новые таламиды потянутся в мой орден, а не в ваш, потому что учиться в нём проще, предрассудков меньше, принимаются все способные, а каждый выучившийся будет сильнее любого из вас!
   От такого заявления Маркус на время потерял дар речи.
   - Вы идёте по опасному пути, Ларратос, - вздохнул Эллинор. - По пути Баала Хаддада. Он создал свой орден паладинов, что потом превратились в шеддитов. Вас уже можно считать серым паладином.
   - Вам выносится анафема, Ларратос! - вышел, наконец, из ступора Антоний. - И вы объявляетесь серым паладином. Я немедленно сообщу об этом факте всему совету.
   - С-с-с-шшшш! Хосссяин, мошшно я его поучшшу уму-разуму?!
   - Давай, отступник, попробуй натравить на меня своё животное!
   - Это кто ссдесссь жшшивотное?! - недобро прищурилась гидра, готовясь к броску.
   - Стоять, Мирида, - недовольно оглянулся Ларри. - Понятно, что Маркус расстроен.
   - Расстроен?! - рявкнул Антоний. - Расстроен?! Да я... да тебя...
   - Успокойся, - Эллинор положил свою ладонь на плечо разгневанного паладина. - Гнев лишь ведёт в Хаос. Подумай - может, в чём-то Ларратос и прав. Да и вряд ли он расстроится из-за исключения из Ордена.
   - Я не расстроен, Эллинор. У меня есть собственный орден.

***

   Через полчаса после столь памятного разговора масхонцы пошли на приступ, почти молниеносно заняв весь северный Ривергард. Однако затем у них возникли проблемы: мосты через реку Азур были подорваны самими ариадцами - специально чтобы осложнить масхонцам переправу в южную часть столицы. Сами же воины альянса перешли в контратаку, используя заранее построенные плоты.
   Впереди пошла бронированная техника. Ариадцы погрузили на плоты тяжёлые самоходные повозки, бронированные мифрилом. Эти повозки оказались снабжены пушками, что стреляли ядрами, горящими так называемым "мизрахийским огнём", изобретённым в эпоху Войн Веры - смесью серы, негашёной извести и сырой нефти. А поставить пушки с "мизрахийским огнём" на сухопутную механическую повозку додумался Леон Турарий. За тяжёлыми повозками следовали более лёгкие, тоже изобретение Леона - на их крышах были прикреплены гигантские автоматические арбалеты, такие же, как и на кораблях. За ними следовали другие машины, также изобретённые Леоном - зеркальники, попросту ходячие зеркальные башни. Зеркальные башни изобретели тоже во время Войн Веры. Ариадцами. В четвёртом веке ариадский математик Гай Тиберий, поставив в сторожевую башню вращающиеся шестиугольные зеркала и линзы, сумел поджечь мизрахийский флот. Леон же поставил зеркальные башни на повозки, а солнечный свет заменил светом внутренних магических ламп - зеркальники Леона могли участвовать в бою в любую погоду. И даже под чёрным небом Масхона.
   Затем реку пересекли воины на драконах - не на танинах или драконах Альбиона, а на местных, на драконах Ариады, длина тела каждого из которых составляла от пяти до пятнадцати метров. За ариадскими драконами полетели и геликоптеры Леона.
   Пехоту полагалось отправить в конце, когда армия масхонцев будет подчищена боевыми машинами ариадцев. И теперь в бой готовились идти паладины - Элиддин с Маркусом и Ларратос во главе ордена Утренней Звезды. Антоний уже успел просветить наставника Мельда об исключении Ларри из ордена, и теперь Элиддин разыскивал свежеиспечённого "магистра".
   - Подожди меня, Элиддин! - раздалось вдруг откуда-то сзади. Обернувшись, паладин увидел Трейка с мечом из Небесной Стали. Помощь этого великого мага была бы незаменима в бою.
   - Садись, Трейк, покажем этим масхонским уродам, - сказал Элиддин.
   - Что?! - вновь завёлся Антоний. - Ещё один незаконно инициированный? Опять проделки проклятого Ларратоса?!
   - Нет, скорее, проделки Перворождённых, - усмехнулся маг.
   - Похоже, решение о начале поисков кристаллов - самая большая ошибка совета, - пробормотал Маркус.
   Паладины и Трейк переплыли на плотах реку Азур. На другом берегу самоходные повозки уже вовсю стреляли по укреплениям масхонцев, а ариадские драконы атаковали гомункулусов с воздуха. Ко всеобщему удивлению, атака масхонцев оказалась исключительно наземной - Элиддин не заметил ни одного вражеского летательного средства. Кроме того, все воины противника оказывались гомункулусами. Если где-то и попадались обычные люди, то в первые ряды они не лезли.
   Очень неплохо показали себя арбалеты, закреплённые на геликоптерах. Зеркальники Леона вовсю выжигали войско гомункулусов. Масхонцы же всей этой технике могли противопоставить только тяжёлые бронированные баллисты и катапульты. Также у масхонцев нашлось около десяти "ходоков" - машин, похожих на тяжёлые самоходные повозки, только они передвигались не на колёсах, а на четырёх металлических ногах, похожих на лапы животных. Часть пехотинцев неприятеля была вооружена алхимическим оружием, но ему было далеко до убойных изобретений Ирвэна.
   Паладины ордена Стали и Пламени уже всупили в бой. В первых рядах сражающихся можно было заметить Маркуса и Эллидина. Эллинор же, будучи рыцарем-осьминогом, поднял силой Абсолюта десяток мечей и вращал их вокруг себя. Свой же меч ему почти не потребовался - окружавший его стальной смерч рубил масхонцев как огромная мясорубка. Лишь один раз он поднял своё оружие - когда навстречу показался новый отряд гомункулусов, Эллинор с размаху вонзил меч в землю, вложив в него силу Абсолюта. Получившаяся ударная волна опрокинула весь отряд и ариадцы быстро добили ошеломлённых врагов. Эллинор тем самым повторил приём древнего короля гномов - Фолерга, который, сражаясь против орков, бил своим молотом по земле, опрокидывая врагов.
   Ларратос прыгнул с разбегу в самую гущу боя. С его реакцией не следовало опасаться выстрелов со стороны ариадцев, способных случайно задеть союзника. Раскидав вокруг себя гомункулусов, как котят, Ларратос сосредоточил энергию Абсолюта на создании чары сверхсильного огня. Вокруг паладина сформировалась гудящая сфера фиолетового пламени. Взмах клинка - и ревущая огненная волна, взрывая землю, пыхнула во все стороны, сметая с пути воителей тьмы.
   Ларратос мысленно прочитал заклинание, сделав пас руками - и возле него возник фиолетовый огненный элементаль в два человеческих роста, направившийся в центр одной из рот неприятеля. Элементаль поглотил несколько десятков воинов, пока маги Масхона не загасили его водными струями. Метнув Зариндуил, Ларратос убил сразу троих воинов.
   У него уже был большой опыт борьбы с шеддитами, а по сравнению с шеддитами простые воины - что пятилетние дети по сравнению с простыми воинами. Ларратос вырезал армию Масхона налево и направо, попутно ударяя врагов энергией Абсолюта и фиолетовыми молниями.
   Мирида тоже могла заменить целый воинский отряд. Скорость реакции этого создания почти не уступала паладинской. Её чешую с недавних пор невозможно было пробить как простым, так и зачарованным металлом. Её зубы, когти, наконечник хвоста и режущие кромки крыльев легко вспарывали любые доспехи. Её яд окутывал группы врагов, заставляя воинов захлёбываться в кашле. Всё это, помноженное на фантастическую регенерацию, плюс иммунитет к большинству чар, делало гидру поистине страшным противником.
   Отряд Ларратоса тоже не отставал. Юлиус, изначально сильный в овладении энергиями Абсолюта, толкал солдат Масхона с расстояния. Леон использовал свой левитатор, перемещая и кидая врагов не хуже, чем Ларратос энергиями Абсолюта. Если одинокий солдат доходил до Леона живым, тот пускал в дело свой пылающий меч. Простой гомункулус со стандартной подготовкой не имел не малейшего шанса против паладина, хоть и начинающего. Прикрывала действия Леона Зарина.
   Беллердаш, подобно Ларратосу, прыгнул в самую гущу воинства масхонцев. Основатель ордена Утренней Звезды убедился, что паладин и боевой друид - очень опасное сочетание. Оказавшись среди врагов, Беллердаш принял облик гигантского волка, и без того мощного и ловкого, а тут - усиленного энергиями Абсолюта. Одним ударом лапы он отправлял вражеских воинов в нокаут, а остальных разрывал могучей пастью.
   Но больше всего Ларратоса поразил Апион. Он, обретя ранг таламида, попросил наставника, чтобы тот первым делом обучил его уходить в тень Абсолюта. Апион обучался паладинству быстрее всех, если не считать, конечно же, самого Ларратоса. Апион сказал Ларри, что умение уходить в тень может хорошо сочетаться с его воровскими навыками, и тогда он станет безупречным шпионом.
   А теперь Апион исчез. Абсолютно бесследно. Ларратос сначала испугался, что бывший преступник так и не стал настоящим воином и паладином - и трусливо дезертировал. Но вскоре Ларри понял, что ошибался: Апион материализовался в центре одного из отрядов масхонцев. Похоже, он незаметно добрался до отряда врага, находясь в тени Абсолюта.
   И оказавшись в центре отряда, Апион, уворачиваясь от мечей и стрел, кинул свой пылающий меч. В полёте меч описал эллипс вокруг своего владельца, попутно срезая голову каждому встреченному пехотинцу Масхона.
   Подошла очередь магов. Вышли боевые маги Ариады. В составе их группы Ларратос заметил Эрану и Трейка. Эрана взмахнула посохом и призвала водного элементаля, который ринулся в бой.
   - Эй, друзья! Не забудьте меня! - Ларратос и его спутники услышали сзади какой-то знакомый голос. Обернувшись, Ларратос увидел высокого светло-зелёного орка. На нём был друидический наряд, но в руках он держал посох с навершием в виде черепа - похоже, оставшемся ещё от Шакира, когда тот вселился в его тело.
   - Присоединяйся, Дарагор. Тут найдётся много работы для стихийного друида.
   - Думаю, для некроманта тоже, - произнёс Дарагор. - Можно поднять нежить, благо расходного материала на войне всегда полно.
   - Что же, Дарагор, - произнёс Ларратос. - Я, конечно, не одобряю твоих путей, но на войне как на войне. Я - не Бейл Харизи чтобы отправлять тебя на костёр только из-за того, что ты - некромант. Действуй, друг.
   Дарагор забрался на холм, взмахнул посохом, и глазницы навершия-черепа засияли зелёным огнём.
   - Иткайем аль-мавет! - произнёс Дарагор, проводя посохом в направлении павших масхонских воинов. И те тотчас же восстали - в виде зомби. Зомби со страшным рёвом бросились в гущу масхонских войск... Но Дарагору было далеко до Шакира. Его зомби оказались слишком слабыми - и погибли под ударами оружия гомункулусов практически мгновенно.
   - Прав был Пелагий, - с грустью промолвил Дарагор, поднимая вторую порцию нежити. - Я - самый никудышный некромант на свете. Мои мертвяки ни на что не годятся.
   - Неужели, Дарагор, ты не можешь дать своим творениям какую-нибудь подпитку, вроде тех, что делал Шакир? - спросил Ларратос.
   - Какую, Ларратос? У меня нет шакировских инструментов вроде артефактов Хаоса.
   - Артефактов Хаоса, - Произнёс Ларратос. - Хм... Хаоса! Уж что-что, а энергию хаоса твоим зомби я обеспечу!
   - Как это?
   - Смотри! - Ларратос сел в позу лотоса и закрыл глаза. Он взывал к силам Хаоса - спокойно, без гнева - и сила пришла. Паладин послал заряд хаотических энергий в свежеподнятого мертвяка, и тот, ощутив прилив энергий, расправил плечи и агрессивно вытянул руки. Ларратос чувствовал, что зомби стал сильнее. Мертвяка окружил ореол крепкой фиолетовой энергии, и он рванулся в бой, сметая врагов на своём пути. Ларратос послал заряды хаотических энергий во всех мертвяков, и те, став сильнее, заревели и побежали на масхонцев.
   - Не ожидал от тебя такого, - произнёс Дарагор.
   Бой длился уже два часа, а воители масхонцев всё прибывали и прибывали. Ларратос почувствовал в стане врага присутствие человека с красной аурой. Вне всякого сомнения, это был шеддит.

***

   Эллинор тоже заметил вражеского шеддита и начал пробиваться в его сторону. Паладин явственно чувствовал, что именно на этом человеке и держится весь штурм: кроме него, вокруг были одни лишь гомункулусы.
   Очистив от врагов очередной проулок, Эллинор очутился на одной из городских площадей и увидел, наконец, своего противника. Им оказался не кто иной, как Баал Шамдан! Молодой шеддит спокойным скучающим голосом отдавал приказы всё новым и новым отрядам масхонцев. Любимая глефа спокойно висела за спиной Шамдана, и снимать её он, похоже, не собирался.
   - Вот мы и встретились! - обрадовано произнёс паладин.
   Заметив Эллинора, шеддит отрицательно покачал головой - мол, не буду я сейчас с тобой биться - и спокойно пошёл прочь с площади, а на Эллинора набросилось примерно с полсотни гомункулусов.
   - Врёшь, не уйдёшь, - произнёс Эллинор, усердно работая мечом. Он уже почти расправился с неожиданной помехой - и вдруг ощутил сильнейшую опасность, шедшую откуда-то из-под земли.
   - Что такое? - успел подумать Эллинор, прежде чем заложенный Шамданом посреди площади полутонный заряд селитры взорвался.

***

   Где-то в отдалении прогремел мощный взрыв, земля содрогнулась. Ларратос не обратил на это особого внимания - как и на одинокого драконьего всадника, с поразительной ловкостью обошедшего и орнитоптеры, и ариадских драконов. Однако Ларри заметил, что вражеский напор ослаб. Нет, гомункулусы не обратились в бегство - страх был им неведом. Но, похоже, они просто заканчивались. Ривергард медленно, но верно переходил в руки альянсеров.
   Вскоре битва была закончена. Маркус с Элиддином подошли к Ларратосу.
   - Простите, что сомневался в вас, Ларратос, - вздохнул Антоний. - Я вижу, что вы - не приспешник масхонцев. Но в орден я вас не верну.
   - А мне и не надо, - сказал Ларратос. - У меня и у ордена Утренней Звезды есть миссия - найти империю Перворождённых. И меня ждёт долгий опасный путь.
   - Элиддин с вами не поедет, - заявил Маркус. - Думаю, некоторые представители вашего ордена тоже образумятся.
   - Ларри, умоляю тебя, брось эту блажь! - взмолился пожилой паладин. - Я чувствую, что ты и есть Шаддай. Но Избранник нужен ордену Стали и Пламени. Не бросай нас.
   - Неужели наше членство в Старом Ордене важнее для вас, чем справедливость и равноправие? А что касается миссии, то я всё равно выполню её, Элиддин. Вне зависимости от отношений со Старым Орденом.
   - Не стоит задерживать новый орден, - сказал Трейк. - Тем более, что в Ривергард вскоре прибудут все паладины из Шалема. Все, без исключения. А эти ребята могут уйти. Кстати, у нас почти без потерь.
   - Да, атака была какой-то вяловатой - похоже, нас просто прощупывали, - согласился Леон. - Например, я что-то не видел сегодня вражеских драконов. Моим орнитоптерам и сражаться-то не с кем было.
   - Да и паладины, - заметил Маркус, - не встретили главных своих противников. - Шеддит, похоже, был один-единственный, да и тот сбежал. И куда, хотел бы я знать, подевался Хаммон?
   Ларратос чуть прищурился, с лёгкостью ощутив довольно близкую ауру Тёмного Лорда.
   - Он в Телиссии и, похоже, слегка раздосадован.
   - Хаммон проиграл, - довольно констатировал Маркус. - Из всех стран альянса нападению подверглась одна лишь Ариада. Государства орков, гномов и эльфов почему-то не затронуты. Гиперборей, видимо, тоже - мелкие стычки на границе, не более. Ривергард им взять не удалось. Словом, это полный провал всех планов Хаоса. Как только прибудут паладины - начнём контрнаступление, и погоним Хаммона хоть до крайнего севера, если потребуется. Так что, Ларратос, ваша миссия теряет смысл.
   - Нет, Маркус, я всё равно доведу её до конца.
   - Как хочешь, - Антоний иронически усмехнулся.

***

   - Итак, Новый Орден, - Ларратос прохаживался среди своих подопечных. - Не хочет ли кто-нибудь отказаться от дальнейшей миссии и путешествия со мной? Если кто желает вернуться домой или остаться в Ривергарде - то я не буду возражать!
   - Ларри, да как ты можешь такое говорить?! - вымолвила Эрана. - Ты - мой муж, а теперь - и мой наставник! И я никуда тебя не отпущу, не поехав с тобой!
   - Моя жизнь принадлежит тебе, Ларратос, - кивнула Зарина. - И за тобой я поеду и в джунгли и в край вечных ледников!
   - Я - бывший преступник, - вставил своё слово Апион. - Я отказался от старого пути, но больше мне податься было некуда. Лишь став таламидом ордена Утренней Звезды, я осознал, что наконец-то нашёл своё место в жизни.
   - А я никогда не брошу своего друга и наставника, - сказал Леон Турарий. - К тому же, изучив цивилизацию Перворождённых, я смогу познакомить мир с достижениями их техники.
   - Ларри, мы - друзья уже несколько лет, - произнёс Беллердаш. - И я никогда не брошу своего друга в критический момент!
   - Я буду с тобой, - взял слово Юлиус. - Когда я впервые увидел тебя, Ларратос, то понял, что мы - по одну сторону баррикад - и мы окажемся по одну сторону баррикад на всю жизнь, кто бы не стоял на другой стороне. И поэтому я еду с тобой.
   - Хоззяин, я вссегда буду сс вами, - произнесла гидра Мирида, хотя это было и так понятно.
   - Итак, все участники нового ордена со мной, - подытожил Ларратос. - И мы направляемся к кораблю. Прощайте, Элиддин! Прощайте, Маркус. Прощайте, Трейк. Удачи вам в будущей войне!
   - Нет! - вдруг выкрикнул Элиддин. - Маркус! Думайте обо мне что хотите. Исключайте меня из ордена! Но я сделал свой выбор: я уплываю с Ларратосом и орденом Утренней Звезды!
  
   КОНЕЦ ТРЕТЕЙ ЧАСТИ
   Октябрь-ноябрь 2006
  
   Нет равнодушия - есть любовь, нет предрассудков - есть Абсолют, нет судьбы - есть выбор, нет веры - есть разум, нет зла - есть знание, знание - сила.
   Шемшия. Родина (Мизрахийск).
   Доброе утро. Добро пожаловать в Тель-Йаар.
   Мизрахийский огонь - смесь серы, негашёной извести и нефти. Впервые применялся третьем веке во время Войн Веры - мизрахийцами против флота Ариады. Но вскоре ариадцы разгадали секрет мизрахийского огня.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com К.Юраш "Процент человечности"(Антиутопия) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ) А.Светлый "Сфера 5: Башня Видящих"(Уся (Wuxia)) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) В.Коломеец "Колонизация"(Боевик) Т.Ильясов "Знамение. Начало"(Постапокалипсис) А.Субботина "Проклятие для Обреченного"(Любовное фэнтези) О.Миронова "Межгалактическая любовь"(Постапокалипсис) Л.Джонсон "Колдунья"(Боевое фэнтези) В.Кей "У Безумия тоже есть цвет "(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"