Гвоздьова Ольга: другие произведения.

Часть 3. Ветер перемен

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Продавай произведения на
Peклaмa
Оценка: 3.79*4  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    ЧАСТЬ 3. ВЕТЕР ПЕРЕМЕН. Вот и закончились приключения Анастасии. Надеюсь вам понравиться. Жду ваших предложений, пожеланий и критики. Приятного вам чтения.


ПО ТУ СТОРОНУ ОКЕАНА

  

ЧАСТЬ 3

ВЕТЕР ПЕРЕМЕН.

  

ЧАСТЬ 3. ГЛАВА 1.

  
   Автобус остановился у обочины, открылись двери и пассажиры медленно начали выходить. Вслед за несколькими пассажирами появилась худенькая, невзрачная, невысокого роста, девушка. По нелепому наитию Бренд догадался, что это она, та, которую он ожидал. Не в силах пошевелиться и кое-как отвечая на приветствия знакомых, он следил за ней взглядом. Они явно подсунули ему "серую мышь", обманув его надежды. Когда Бренд делал запрос в бюро, определённо точно указал, что ему необходима молодая женщина в возрасте до тридцати пяти лет для помощи на ферме. Увлечения и женитьба его не интересовали. И вот, пожалуйста - они прислали и кого? Эту замарашку, эту доходягу, которая едва держится на ногах. Эту тростинку, которую ветер гнёт в нужную ему сторону. Что, позвольте спросить она сможет делать? Чем она сможет ему или Бесси помочь? Бесси говорила, что он встретить не то, что ожидает и он верил ей, но чтоб такое? Это уж слишком. Если бы на него не навалилось так много дел, то он сам бы съездил в бюро и выбрал себе помощницу. А, так нечего кого-то винить. Сам виноват и сам покупал кота в мешке.
   Он опять скептически осмотрел её. Незнакомка достала сумки, поблагодарила водителя и осталась стоять всё там же - на краю платформы. " Тысяча чертей - выругался про себя Бренд." Делать нечего, придёться её забирать, а завтра, самое позднее послезавтра он её отправит обратно. И чем быстрее, тем лучше. В его представлении девушки из Росии должны были быть пухленькими, крепкинькими, беленькими и с косой до пояса. А эта ни дать, на взять - настоящая мымра. Невысокая, худая и с короткой стрижкой. Может и не русская совсем. Мало ли иностранок ищут работу? Наверное, нет. Видимо она заплатила, как и он, а потом хоть трава не расти - разбирайтесь сами. Размышления пролетали в его голове, как вихрь и он уже начал злиться на себя за это. Автобус уехал, пассажиры разошлись, а незнакомка так и продолжала стоять на краю платформы. Поэтому скрипя зубами и сердцем он пошёл ей навстречу.
   Анастасия никак не могла понять, где запропастился этот ненормальный фермер. Автобусы приходят по расписанию, не то, что на Украине. Обещал ведь Эстер, что встретит, что будет ждать, но что-то его нигде не видно. Она решила немного подождать, а затем позвонить еврейке. Дорога уморила её. Она была голодной и уставшей. Дорожная пыль, казалось напрочно вросла в кожу и теперь её ни за что не отмыть. Несмолкающая громкая музыка в дороге, разговоры, перебранки, бесконечные остановки и вовсе доконали её. Этот вечный шум, от которого никуда не укрыться, начал порядком надоедать ей. В который раз захотелось тишины и покоя. Видно не судьба.
   -- Халло. Это вы, Анастасия? - раздался голос позади неё.
   От испуга она немного отпрянула в строну и чуть не упала. Голос, словно снежная лавина навалился на неё. Собрав всё свою волю, она подняла глаза и встретилась взглядом со своим нанимателем.
   -- Да, это я, - услышала она свой собственный голос.
   Тёмно- голубые глаза буравили её насквозь и у неё хватило смелости и выдержки не отвести взгляд.
   -- Окей, - наконец промолвил он. -- Пойдём к машине. Это все ваши вещи, - спросил он, кивнув на сумки.
   -- Да, конечно, - закивала она головой.
   " Господи, видно и гардероб её такой же тощий, как и она, -подумал Бренд. Всего две сумки." Да, не шуточное дело. Девчёнка еле держиться на ногах. И о чём они думали, когда посылали её сюда? Бренд начал злиться не на шутку, виня самого себя за то, что ввязался в эту авантюру. Он уже даже не помнил, кто посоветовал ему так поступить. Но, делать нечего, ведь допущенна ошибка, а ошибки необходимо исправлять.
   Они молча подошли к тёмно-синиму джипу. Забросив сумки на заднее сидение, Бренд всё таки нашёл в себе силы показаться галлантным - открыл двери машины и жестом пригласил ее сесть. Анастасия облегчённо вздохнула. " Одно уже хорошо, что хоть не отправил обратно, - подумала она. Ведь по лицу было видно, что разочарован. Наверное представлял себе совсем другую девушку. Но совесть у него есть. И то хорошо." И нечего правду скрывать от самой себя - ведь она также в какой-то мере была разочарована. Она ожидала увидеть пожилого, или по-крайней мере среднего возраста мужчину, а вместо этого, её встречает молодой человек. " Может хозяин послал управляющего или это его сын? - мелькнула мысль." Кто знает. На месте все вопросы решаться сами по себе. Он сказал, что здесь недалёко, так что, ждать осталось недолго.
   Если бы Анастасия не была так утомлена, то она бы заметила неспокойные взгляды, которые на неё бросал сидящий за рулём мужчина. Но ей было не до этого. Она думала, что опять по своей глупости вляпалась в сомнительную историю, что порядком уже надоела Эстер и та решила сослать её куда подальше. В очередной раз видимо еврейка её "облагоденствовала". Она даже ей отдала свои деньги, лишь бы она убралась поскорее. В историю с больницей Настя явно не поверила. " Может она и глупая, но уж никак не последняя дура." Если бы она не была так занята своими горькими размышлениями, то заметила бы ту щемящую красоту вокруг, немного похожую на её родную и такую далёкую Украину. Заметила бы благоухающую зелень и незнакомые цветы, растущие вдоль дороги. А так, она ехала и предавалсь своим горьким размышлениям.
   Машина свернула с главной дороги в небольшую, тихую улочку. Проехав несколько сот метров, они остановились перед огромным двухэтажным домом.
   -- Вот мы и дома. Вылезайте, - пробасил сидящий за рулём мужчина.
   Анастасия только кивнула в ответ. Он взял сумки с заднего сидения и они молча тронулись к двери. Неуспели они ступить на крыльцо, как дверь с шумом открылась и перед ними во всей своей красе возникла негретянка. Настя успела заметить только улыбающееся лицо, крупные формы тела и белый передник. Вихорь закружился вокруг неё с неистовой силой и она начала быстро погружаться в чёрную мглу. Не успела она погрузиться в этот мрак, как её внезапно подхватили чьи-то руки, а затем наступило спасательное неведенье.
   Сознание медленно возвращалось к ней. Анастасия открыла глаза, обвела комнату взглядом, вспоминая зачем она здесь находиться и чуть не заплакала с досады. Она снова всё испортила. Теперь её ни за что не возьмут на работу. Она искала слова оправдания и не находила. Она не знала, как правильно подобрать слова, что бы им всё объяснить. " Наверное негретянка обиделась, - подумала девушка." Настя прислушалась. Откуда-то доносились голоса. Приятный, нежный по всей вероятности пренадлежал негретянке, а вот другой, рокочущий рёв она не спутает никогда и ни с чем в своей жизни.
   -- Да, Бесси, ты как всегда оказалась права. Такое я не ожидал увидить. Но, видит Бог,- ты её испугала, - в рёве слышался смех.
   -- Не глупи, Бренд. Цыплёнок еле держится на ногах. В глазах стоит голод и беда, да и дорога в придачу её доконала. И ты, наверное ещё додал. Ведь так. Признавайся, всё равно я узнаю всё, если захочу, Да, и сколько ты за неё заплатил, мой мальчик? - прищурив глаза, спросила Бесси.
   -- Ах, немного, три сотни. А, что? Ты начала считать мои деньги, Бесси? - съязвил он и не дождавшись ответа, продолжил:
   -- Если ты такая милосердная, - то накорми её, дай отлежаться, ну а после я её отправлю обратно.
   -- Заплатил бы больше - получил бы лучше. Будешь знать на будущее, -засмеялась она, но буквально через минуту уже говорила о другом.
   -- Оставь цыплёночка хоть на время. Пусть набираеться сил. Душу ей надо излечить. Смерь только недавно отступилась. Идти ей некуда.
   -- Ох, это твоё ясновиденье и твоя доброта в придачу с милосердием меня скоро доконают, а тебя до добра не доведут. Разоришь меня скоро, - буркнул он.
   -- Как же, тебя разоришь. Чтоб истратить твои деньги, мне нужно пол штата голодранцев приютить. Я же не прошу тебя об этом, - начала сердиться она. -- И много я у тебя, Бренд просила в жизни? И если уж на то пошло, то она останеться у меня, на моей половине - хочешь ты этого или нет. Ты можешь искать себе другую помощницу для фермы. Она нужна мне здесь. Тебе вернуть деньги, потраченные на неё?
   -- Бесси, не заводись. Ты можешь оставить её у себя, если это твоё желание. Меня удивляет другое - это первый человек на моей памяти, ради которого ты согласна меня оставить. Ты её не знаешь, даже толко не разглядела, а защищаешь, как тигрица.
   -- Кто видит душой, мой мальчик, - тому глаза не нужны.
   -- Мне известны твои планы и я тебя предупреждаю, что ничего не собираюсь менять . Поняла?
   -- А то.
   На этом спор был окончен и вскоре послышались тяжёлые шаги и вздох негретянки. Анастасия медленно поднялась с дивана. Притворяться бесполезно, даже если бы ей этого очень хотелось. Неслышными шагами она направилась в сторону комнаты, откуда доносились голоса. Пройдя немного, она очутилась в большой и светлой кухне. Негретянка колдовала над плитой.
   -- Извините меня, пожалуйста, - обратилась Настя к ней.
   Бесси, как ужаленная подскочила. Голос, пускай и тихий, испугал её.
   -- А, это ты, ангелочек, - быстро оправилась она. -- Проходи ближе. Сейчас мы тебя накормим. Не бойся, Бесси тебя не обидит. Моё настоящее имя Боатиссия, но все зовут Бесси. И ты так же называй. Хорошо? И не дав ответить девушке, продолжила:
   -- А , неотёсанного грубияна, нашего хозяина - Бренд. Он наверное даже не представился?
   -- Нет, - ответила Настя.
   -- Так я и знала. А как твоё имя? - снова спросила Бесси.
   -- Анастасия. Я иностранка, - быстро добавила она.
   -- Знаю, знаю. Ты, русская. Имя у тебя красивое, но очень длинное. Я буду звать тебя Ася, - решила негретянка.
   Насте было всё равно. Она улыбнулась и молча кивнула. С Бесси было так легко и просто, словно она встретила родного человека.
   -- Или сюда ближе, цыплёнок. Садись за стол. Обед уже почти готов. Поешь, примешь ванну и баиньки. Поняла? - тоном, недопускавшим возражений промолвила Бесси.
   -- Поняла, - ответила Настя, про себя подумав, что ей этого только и не хватает.
   Обед прошёл относительно спокойно и тихо. Никто не разговаривал. Не задавал лишних вопросов. Бесси старалась положить побольше еды в тарелку Насте, а Бренд, глядя на это, ехидно улыбался. Он был чем-то очень доволен. Настя при этом чувствовала себя разбитой и униженной. Чужие люди в далёкой стране проявили к ней больше доброты и милосердия, чем свои сограждане. И сейчас ей стыдно было принять эту доброту от незнакомых ей людей. Её жалели, а жалость была ей совсем не нужна. Ей нужно было понимание. Анастасия заставила себя поднять глаза на Бесси. Улыбнувшись она промолвила:
   -- Спасибо, мадам. Всё было очень вкусно. Прошу вас, покажите мне комнату, где я смогу умыться с дороги.
   Бренд при этих словах поперхнулся и разразился смехом.
   -- Не могу поверить, Бесси - мадам. Об этом необходимо дать объявление.
   Анастасия медленно повернула голову к нему и в упор посмотрела ему в галаза. В её зелёных с золотом глазах светился упрёк и он не мог понять причину этого упрёка. Он ведь пошутил, но эта "замарашка" видимо шуток не понимает. Бренд не выдержал взгляда и опустил глаза. Впервые в жизни ему было стыдно за свой поступок. " Так ему дураку и надо, - подумал он. Он совершенно забыл, что она иностранка, а у них очень обострённое чувство равноправия и гумманизма. Дурак. Такое и забыть." Бесси, засуетилась, уловив напряжение.
   -- Да, да цыплёночек, тебе надо отдохнуть. Бесси тебе всё покажет. Давай я возьму твои вещи, - предложила она.
   -- Что вы, Бесси, сумки тяжёлые. Я их возьму сама, - запротестовала Настя.
   -- Ничего, моя птичка. Я в своей жизни наносилась их много. Не прывыкать уже.
   Легко подхватив сумки, она двинулась к лестнице . Насте не оставалось ничего, как только последовать за ней.
  

ЧАСТЬ 3. ГЛАВА 2.

  
   -- И где ты её разместила ? - пренебрижительным голосом спросил Бренд у только-что появившейся негретянки.
   Бесси удивилась. Он соизволил дождаться её, чтобы спросить об иностранке. Это так непохоже на её мальчика. Не подав виду, она занялась своими делами.
   -- Бесси, жду ответа, - снова пробасил Бренд.
   -- А тебе какое дело? - съязвила она. -- Хочешь под покровом ночи её увезти? Ничего у тебя не получиться, мой дорогой. Она остаёться здесь.
   В словах негритянки звучало такое утверждение и настойчивость, что ему расхотелось с ней спорить, спрашивать и язвить. Он даже не успел открыть рот, чтобы сообщить ей, что уходит, как она внезапно обрушила на него весь свой гнев и обиду. Она яростно набросилась на него, произнося шумную тираду о том, что он бездушный, эгоистичный, не имещий ни капли сострадания негодник. Он, по её словам, являлся настоящим "тупицей" не видящем дальше своего носа, и к тому же лентяй. Она почти вытолкнула его из дома, неоднократно напомнив, что у него сегодня ещё куча дел. И если он хозяин, то это не даёт ему права бездействовать.
   -- И ничего у меня тут путаться под ногами, - закончила она свою гневну речь.
   Бренд уставился на неё, словно видел впервые. " Какя муха её укусила, - подумал он. Это всё эта иностранка, эта кикимора, эта серая мышь. Всего одним обмороком отняла у него Бесси. Его Бесси." Бесси, которая с такой холодностью приняла Синди и которая с таким удовольствием её выпровадила и которая сейчас так яростно защищала неизвестно откуда взявшуся иностранку. Впервые в жизни он не мог понять женщин, хотя врядь-ли он их когда-либо понимал. " Да и кто в силах их понять, -думал он." Говорят одно, думают совершенно другое, а делают третье." Один мудрый старичок посоветовал во всём с ними соглашаться, только так можно избежать конфликтов, - говорил он, но при этом делать своё дело. Видимо прав был старик. От этих женщин одни неприятности.
   Но теперь он не мог понять Бесси. Радости это не доставило. Спустя три года боль утраты затупилась, но не исчезла, а временами и вовсе о себе давала знать. Дороже Бесси у него никого не было и сейчас ему показалось, что он теряет и её. Она была с ним с рождения. Родители с братом погибли три года тому назад и с тех пор, огромное ранчо, дом и всё нажитое имущество принадлежало ему. Он готов был отказаться от всего, если бы это вернуло их к жизни. Главные выпасы и выгоны находились в пяднадцати километрах от дома. У него работало семдесят пять человек. Друзя шутили, что у него маленькая фабрика. Может и так, но она давала ощутимый доход, да и много семей имели работу. " А Бесси видно и не догадываеться, что девчонку он взял ей в помощницы, - с улыбкой подумал Бренд." Годы брали своё и временами усталось читалась на лице негретянки. Милая Бесси, которая разбиралась в душах, травах и стряпне, которая обладала огромной интуицией и ясновидиньем, которая проявляла неиссякаемую доброту и милосердие, которая умела расположить к себе людей - именно она являлась последним звеном, связыващим его с прежней жизнью. И он боялся её потерять. Поэтому, только ради неё, он оставит эту иностранку. Чего бы ему это не стоило, раз она ей так нужна. Видимо его Бесси необходимо о ком-то постоянно заботиться. Стряхнув с себя оцепенение, он направился к машине и уже буквально минут через пять, мчался в сторону ранчо.
   Пока Бренд придавался размышлениям, Анстасия обвела комнату взглядом и осталась довольна. Комната ей понравилась. " Если когда-нибудь у меня будет свой дом, то я обезательно устрою в нём таку же комнату, - подумала она". Большая, широкая кровать, занимавшая большу часть комнаты, была покрыта нежно-голубым покрывалом. На окнах висели такие же занавески с оборочками. Возле кровати, по обеим сторонам, примостились тумбочки, а напротив стоял комод. Над ним висело небольшое зеркало. В левой стороне от комода Настя увидела дверь. Пройдя по мягкому, ворсинистому ковру, она подошла к двери и нажала на ручку. К её великому изумлению, дверь оказалась незапертой, но то, что оказалось за дверью, ещё больше поразило её. Там находилась огромная, по её меркам, ванная комната. Только теперь Анастасия поняла слова негретянки о том, что она всё найдёт там. Девушка облегчённо вздохнула и начала раздеваться. Она всё ещё неверила своим глазам - ванна, о которой она мечтала последние сутки, была перед ней и ей осталось только окунуться в тёплую воду, что она и сделала. " Какое блаженство, - думала она. Боги иногда быват милостивы, к нам смертным."
   Спустя двадцать минут она уже крепко спала, но даже крепкий сон, в который от усталости она погрузилась, не мог вытравить из глубины её сознания одно и тоже видение. Люди ждут рассвета, чтобы распрощаться с ночными приключениями и при свете дня ощутить реальность мира. Она же, наоборот, ждала окончание дня, чтобы снова окунуться с головой в свои видения и мечты. Один и то же сон, которого она ждала, снова посетил её. Она не старалась его забыть, вытравить из памяти, казалось только и здесь она жила, - в этом сне. Это было всё тоже сновидение о прекрасном голубом озере, на дне которого искрился лунный песок. Она называла его озером фей. Вдалике всё так же виднелись горы, вершины которых были покрыты снегом, а вокруг всё утопало в зелени. Вокруг царило лето. И сколько раз бы она не возвращалась к этому озеру - здесь всегда было лето. Но, если бы она могла, то она бы осталась здесь навсегда. Здесь царили мир и покой. Здесь, присутствовал тот, которого она ждала целую вечность, тот, который ей был бесконечно дорог и любим и которого она не могла до сих пор разглядеть. Она не могла его видить, хотя и ощущала его совсем рядом. " Значит ещё не время, - подумала она." Туман, скрывающий облик незнакомца, начал блекнуть и постепенно рассеиваться, а вместе с ним начало изчезать и видение. Настя огорчилась и постаралась вернуть сон обратно, но только чёрная мгла растилалась вокруг.
   Поставив машину в гараж, Бренд тихими шагами вошёл на кухню. Негретянка встрепенулась и удивлённо взглянула на него.
   -- С чего это ты так рано явился ? И что так тихо крадёшься? - спросила она его.
   -- Я думаю иностранка ещё не проснулась. Ведь так ?
   -- Боюсь, птенчик проспит до завтра. Бедное дитё. Израненная душа , - запричитала Бесси.
   -- Ну, раз она попала к тебе, то ты ей поможешь. Ведь так, Бесси ? - спросил глухим голосом он.
   -- Да, конечно, я ей помогу, а тебе нечего язвить. Я её быстро поставлю на ноги. Птенчик со мной не пропадёт.
   -- Это тебе решать, но прежде, чем кем-то заняться , дай мне поесть. Я голоден.
   -- Голоден, -переспросила Бесси. - Время ужина ещё не наступило, с чего это вдруг?
   -- Старушка не выводи меня из себя. Я правда хочу есть. Или мне самому уже придёться накладывать?
   " Чёрт бы побдрал эту иностранку, - думал Бренд. Бесси никогда себя так раньше не говорила. Что случилось? Наверное ещё сердится на то, что он хотел её отправить".
   Взглянув на его хмурое лицо, Бесси смягчилась.
   -- Иди мой руки, лентяй. Сейчас будешь ужинать
   Даже не взглянув на неё он поплёлся к умывальнику. И действительно, через несколько минут он уже ел. Жаркое оказалось отменным, но есть ему почему-то расхотелось. Он удивлялся себе, удивлялся поведению Бесси. Он ощущал приток невиданных перемен и они пугали его. Эта незнакомка за каких-то пару часов сдвинула на дюйм его жизнь. Он знал, вернее он чувствовал, что перемены исходят от неё и он не хотел этих перемен. Его вполне устраивала его привычная жизнь и он не собирался ничего в ней менять.
   Поставив бокал с красным вином в сторону, Бренд медленно поднялся и зашагал в сторону лестницы. Ещё не осознавая, что делает, в душе он уже знал, что если не увидит сейчас эту незнакомку, то не успокоиться до утра. Бесси не проронив ни слова, пристально посмотрела ему в след. Затем улыбка медленно тронула её губы.
   Бренд осторожно поднялся по лестнице, стараясь не шуметь. На верхнем этаже было пять комнат и он неведомым ему доселе чувством узнал, которая из дверей ему была нужна. Мысленно сосчитав до трьёх, он открыл дверь. Так же тихо ступая, он подошёл к кровати. Увиденное поразило его : свернувшись калачиком и подогнув под себя колени чуть не до подбородка, девушка спала на левом боку. Волосы оказались не мышинного цвета, а тёмно-русявые. Длинные ресницы отбрасывали тень на на бледное лицо. Одеяло немного приспущенное на плечах, оттеняло бледно- золотисту кожу. Она светилась в сумерках. Ни белья, ни ночной рубахи на ней Бренд не заметил. " Матерь Божья. Да она спит голышом, - подумал Бренд." Ему неистово захотелось сорвать с неё это покрывало и увидить её целиком. Она должна быть прекрасной. Он затаил дыхание, боясь пошевелиться и разбудить незнакомку. Недалеко от кровати стояло кресло. Медленно, очень медленно, стараясь не шуметь, он направился к нему. Усевшись в него, он начал пристально смотреть на девушку. Он сам не понимал,ч то делает, но ему хотелось вот так просто сидеть и смотреть на неё.
   Незнакомка во сне улыбнулась, распрямилась и перевернулась на другой бок, обнажив при этом прелестную грудь. " Тысяча чертей, - выругался про себя Бренд. Только шоу мне и нехватало." Она не успела ещё толком приехать, он неуспел её как следует разглядеть и узнать, а она уже, как пиявка начала впиваться в его мысли. Она притягивала его, как магнит и это после того, как несколько часов тому назад он увидел её такую несчастную и одинокую на остановке. Этот образ вторгался в его мысли , вкрадывался в его душу и видимо не собирался оттуда выходить. Она вторгалась в его жизнь, без его же ведома. Он только недавно успокоился, только начал приходить в себя, только зализал душевные раны, нанесённые ему Синди, и вот пожалуйста, - сидит и смотрит, как дурак на золотые ворота. Неужели Синди его так нечему и не научила. Видимо, нет.
   Бренд встрепенулся. Пора уходить. Сколько времени он просидел здесь ? Он не помнил. Ему вовсе не хотелось здесь задерживаться, но так уж получилось и он не жалеет об этом. В этой комнате царил покой, чего он раньше и не замечал. А может с приходом незнакомки он здесь поселился. Всё может быть. Бесси всегда в детстве им говорила, что путнику необходимо открыть дверь, - им может оказаться Ангел. Бренд хмыкнул про себя. Незнакомка, аж никак не могла быть неземным существом. А, жаль. Он предпочёл бы Ангела. Нехотя поднявшись и ругая себя на чём свет стоит, он поплёлся к двери. Ещё раз оглянувшись на спящую девушку, он тихонько прикрыл дверь.
  

ЧАСТЬ 3. ГЛАВА 3.

  
   Солнечный свет проникал даже через закрытые глаза и Насте на долю секунды показалось, что она умерла и очутилась в раю - так хорошо ей ещё никогда небыло. Где-то совсем рядом громко щебетали птицы, разнося своим голосистым подругам последние новости. Она отчётливо услышала внизу скрипнувшуюся дверь. " В раю так двери не скрипят, - подумала она." Из глубины сознания вспыхнула догадка, как луч света, озаривший память и всё поставил на свои места. Она не дома. Она в чужом дому на правах прислуги и неизвестно сколько времени провела в постели. Если её уволять, то винить придёться только себя, мелькнула мысль Глаза Анастасии, как по волшебству распахнулись. Вскочив с кровати, она начала быстро одеваться. Наспех умывшись и причесавши свои непокорные волосы, девушка начала спускаться вниз по лестнице. Снизу доносились ароматные запахи еды, кофе и какой-то шум. Спустившись ещё на несколько ступенек она увидела кухню и Бесси.
   -- Здраствуйте, - тихо промолвила Настя. -- Извините, что опоздала.
   Бесси, как всегда от неожиданности, подскочила.
   -- Ах, птенчик. Разве можно так тихо ходить и пугать людей. Тебе надо потолстеть, чтоб Бесси тебя слышала. Ты меня поняла - потолстеть.
   Настя заулыбалась.
   -- Я постараюсь, Бесси.
   -- Вот и славно. Иди сюда ближе. Садись, я налью тебе кофе, - жестом негретянка пригласила её к столу.
   -- Спасибо, Бесси. Кофе я люблю. Мне хотелось бы узнать, что мне необходимо делать ? Какую работу выполнять?
   Настя окинула взглядом кухню. Вчера она не успела толком её осмотреть. Кухня оказалась большой, светлой и невероятно чистой. Она снова перевела взгляд на Бесси и спросила:
   -- А где хозяин? Мне нужно с ним переговорить.
   -- Бренд, - протяжно сказала негретянка. -- Его нету. Он ушёл на ранчо и велел тебя не будить. А работа у тебя одна - ты остаешься с Бесси. Я сказала ему, что ты мне нужна и пусть себе поищет кого-нибудь другого. Он не возражал. А, ранчо? Там и без тебя хватает рабочих.
   -- Хорошо Бесси, я не против, но почему вы меня не разбудили, чтобы я помогла вам на кухне, - спросила девушка.
   -- Во- первых, ты устала с дороги, а во-вторых - тебе необходим был сон, а в третьих - кухня только моя. И ты, птенчик должна спать столько, сколько тебе нужно. И не нужно стараться мне угодить, или отправлю обратно спать. Он сколько комнат в доме - найдёться и для тебя работа. Завтра будем шкафы перебирать.
   -- Хорошо, Бесси. А сегодня, что мне делать? - спросила она.
   -- Ты голодна, - словно не слыша вопроса спросила Бесси.
   -- Нет, - ответила Настя, покачав головой.
   -- Окей. Если ты не голодна, то мы пойдём к озеру собирать травы, а завтра займёмся домом. Для трав сегодня день подходящий. Лучше трав лекарства нету, а оно всем нужно - и людям и скоту. Ты мне поможешь?
   -- Конечно, - ответила Настя. - Только, я не знаю ваших трав. У нас они совсем другие.
   -- Ничего птенчик, я тебе покажу и научу. У тебя есть дар.
   Настя удивлённо взглянула на негретянку. " Какой дар. О чём она говорит? - подумала она." Она хотела бы расспросить поподробнее, но смутилась даже мысли своей об этом. Она решила, что и так много болтает с незнакомым ей человеком. Ей стоит держать язык за зубами. " Никому не открывай свою душу, - шептал её внутренний голос. Никому. Даже если думаешь, что перед тобой самый лучший друг. Никому." она старалась отогнать противный шепот прочь от себя, загнать его подальше в уголки сознания, но он упрямо вторгался в её размышления снова и снова.
   Негретянка заулыбалась, пристально посмотрев ей в глаза. Затем она кивнула и промолвила:
   -- Сейчас соберу свои сумки и мы пойдём.
   Она вышла в смежную комнату и буквально через несколько минут вернулась с полотнянной сумкой, накинутой через плечо.
   -- Нам пора, - промолвила она и двинулась к двери.
   Настя , кивнув в ответ пошла следом. Выйдя на крыльцо, девушка зажмурилась от яркого солнечного света. Такого количества света ей ещё никогда не приходилось видеть. Даже на Украине лето не было таким солнечным. Солнце, словно жило в воздухе своей жизнью, ткало там свои сети и опутывало ими землю. Девушка молча шла за Бесси и постоянно жмурилась. В Бруклине свет не казался таким ярким. Она пожалела, что не взяла очки. Постоянно оглядываясь, она заметила вдалике небольшие возвышенности, утопающие в зелени. Воздух вокруг был наполнен необычайными звуками, к которым она прислушивалась. Вдалике она услышала треск , который ей напомнил кузнечика, рядом пролетела светло-голубая бабочка, рядом на цветке расселся толстый шмель, перебирая лапками тичинки и что-то ища там. Посмотрев под ноги, она увидела муравьев, только они были намного крупнее и ярко - рыжые. Мимо пролетели какие-то птицы. Она их не знала. Цветы и растения, также удивляли её. Она молча продолжала идти за Бесси, незаметив, как они свернули с дороги и пошли по извилистой тропе. Пройдя несколько метров, Настя заметила, что от этого места тропинка плавно начала спускаться вниз. Её взору открылась удивительная картина.
   Внизу, в глубокой впадине, зажатой со всех сторон небольшими горами блестело, словно, небрежно кем-то брошенное блюдце, голубое озеро. Даже на этой возвышенности Настя ощутила его свежесть и прохладу. Золотое кольцо гор, вершины которых плавно покрывал белеющий снег, обрамляла изумрудная зелень. Она, эта зелень держала на ладоне бирюзовое озеро. Красота увиденного завораживала. Это было озеро из её снов, озеро её видений, её страсти и её мечтаний. Восхищаясь этой красотой, девушка спрашивала саму себя наверное сотый раз, как могла сохраниться эта первозданная красота. Сохраниться в совершеннстве нетронутой в век прогресса и разрушений. Она всматривалась во всё это незамечая быстрых и пытливых взглядов старой негретянки. Не в силах сдержать себя, она прошептала:
   -- Это прекрасно, это просто удивительно.
   -- Да, птичка моя. Это в самом деле удивительно, - окликнулась Бесси. -- Ты уже знаешь дорогу и скоро сможешь приходить сюда когда пожелаешь.
   -- Вы очень добры Бесси. Как только у меня будет время и выходной, я обезательно приду сюда.
   -- Птенчик мой, ты должна придти сюда тогда, когда ты почувствуешь, что тебе хочеться, - заметила Бесси.
   -- Ну, тогда мне Бесси придёться убегать очень часто сюда. И откуда вам стало известно, что мне нужно было придти и увидеть это.
   -- Я знаю многое, дитя моё и многое вижу. Чтож. От двух от пяти у нас перерыв из-за жары и если она тебе не мешает, то можешь убегать к озеру. Но, об одном я хочу тебя предупредить: никогда, слышишь, никогда не заходи в него.
   Когда Бесси говорила эти слова, на лицо её набежала тень печали и страха, но девушка необратила на него внимания. Ей захотелось узнать, почему нельзя войти в него и что такого страшного таит в себе это прекрасное озеро. Но вместо этого она только промолвила:
   -- Хорошо, мэм.
   Они всё ближе и ближе подходили к озеру. Прохлада и свежесть ощущалась всё сильнее. От шума шагов и их голоса в небо взметнулась стая каких-то птиц, очень похожих на диких уток. По дороге к озеру негретянка сорвала пучок каких-то трав и сейчас протягивая их Анастасии, сказала:
   -- Дорогая, мне нужны вот эти травы. Возьми, чтобы ты видела, что тебе собирать, а я пока соберу другие. Позже, я разъясню тебе от чего каждая. Дома поговорим.
   -- Хорошо, Бесси.
   Взяв траву, Анастасия внимательно её осмотрела, так и не найдя никакого сходства с теми о которых она знала ещё с детства, травы, которые собирать её учила бабушка и которой она так часто помогала, особенно во время летних каникул. Её бабушка очень ценила Русалчины дни и Ивана Купалу. Она говорила, что травы в этот период наливаются особой силой и если с умом их собрать, то прок от них необыкновенный. Им под силу тогда побороть любую болезнь. Молодая женщина старалась напрячь память, вспоминая, как ходила с бабушкой в лес и на луга, как собирала травы, как готовила настои, настойки и отвары. Вспомнила, как бабушка Елена разлаживала перед ней травку и объясняла ей её значение и целебные свойства. Как учила присматриваться и чувствовать какую сорвать, а какую оставить. Ей вспомнились простые слова бабушки о человеческих органах. "Каждая трава, каждый плод похожи на определённый орган. На какой орган подобна травка -тот орган она и лечит. Присматривайся и узнавай, - очень часто повторяла она." Ни в одном институте такого услышать было невозможно, а жаль. Природа мудра и знает, что людям необходимо, только люди разучились её слушать, а те, кто умеет и знает как, словно чужаки живут среди своих. " Сердце, - говорила бабушка, само легче поддаёться болезни. Все его болезни от страха, переживаний, нервов, тоски и горя. Если знать причину от чего заболело сердце, то его и легко можно вылечить. Надо знать какую травку дать от нервов, а какую от тоски, а чем напоить от страха. Бывает так, что пошепчешь и болезнь проходить, как небыло. Уметь надо по лицу читать, - там всё написано."
   Самым опасным и трудным органом бабушка считала поджелудочную. " Она, как женщина в доме, держит пять углов, - говорила она. Если начинает барахлить - ломаеться всё. Причину найти трудно. Ещё труднее лечить." У бабушки существовал свой, очень старый рецепт из девяти трав. Ещё она любила повторять, что такой состав лечит только две болезни. День ото дня она повторяла одно и тоже, что каждая травка имеет свою болезнь, а к составам нужно прибегать крайне редко. Ещё она любила повторять, что составы надо делать из непарного количества трав. Пара приносит вред и немочь, непарное число - здоровье и силу. Настя помнила, что состав из трёх трав лечит желудок, из пяти применяется при кишечннике из семи приемлем при нервном истощении и для печени неплохо, и только девять-помогают поджелудочной. Если добавлять больше девяти, то травки " бунтуют", в организме происходят изменения и можно больше вреда принести, чем пользы. Многие так лечили и залечивали и эти больные приходили к ним и её бабушка старалась их вернуть к жизни. Свойственое только ей смирение, терпение и доброта творили чудеса. И поэтому очень часто она повторяла:
   -- Не навреди своей добротой людям Пожалеешь человека, отсыпишь чуть больше травки и навредишь. Будь осторожна.
   -- Баб, ну какой вред может быть от травки? - спрашивала Настя.
   -- Трава, внученька, разная и сила у неё неизмеримая заключена. Она может как пользу приносить, так и вред.
   Анастасия рассматривала пучок трав, а мысли облаками кружились возле неё, навевая воспоминания такие родные и грустные. Она постаралась отогнать их от себя. Пора браться за работу, а то ещё уволять и покровительство старой негретянки не поможет. Что ей жаловаться и грустить - у других ещё хуже. Главное продержаться хотя бы пол года, а там будет видно. Да, шесть месяцев пролетят, как два дня. Мать писала, что на Украине обстановка всё хуже и хуже. Цены растут не по-дням, а по часам. Одни голодают, другие выкручиваются, как могут, третьи обогащаються за счёт других. Те, которые приехали из-за границы, побыв дома месяц-два, засобирались обратно. Визы получить всё труднее и труднее, а к паспортному воопще невозможно пробраться без знакомства, блата и взятки. Разговоры, сплетни, суета. Одно и тоже. " Зачем тогда возвращаться и к чему? - подумала Настя ."
   Она увидела мир, она узнала других людей, получила, как ей казалось несколько ценных жизненных уроков, научилась скрывать свои чувства и не раскрывать свою душу на распашку. По-крайней мере ей так казалось. Но так ли это было на самом деле? Она не знала, да и не хотела знать. Эта замкнутость и отрешённость временами пугали и её саму, но что она могла поделать? Броситься в омут с головой в "приключения", как другие? Не, она этого не желала, да и на приключения у неё нехватило бы душевных сил. Она старалась успокоиться, стать оптимисткой и жить, жить несмотря ни на что. Легко сказать, труднее сделать.
   Размышленния её снедали и теребили душу, но тем неменее она собрала увесистый букет из трав, перед тем, как её откликнула Бесси. Неговоря ни слова они снова вместе отправились в сторону дома. Уходя, Анастасия бросила прощальный взгляд на озеро и улыбнулась про себя.
  

ЧАСТЬ 3. ГЛАВА 4.

  
   Со дня приезда прошло уже два месяца. Дни пробежали быстро и незаметно. Хозяина своего она практически не видела, - он уходил, когда она просыпалась и приходил, когда она уже спала. Но больше всего её настораживала и пугала её свобода. Она могла делать любую работу, которую хотела и никто не требовал дать за неё отчёт. Никто её не поверял, не указывал и никто ни к чему не придирался. Утром, как только она просыпалась, они пили кофе с Бесси, затем она помогала ей готовить обед. Хотя, если быть до конца честным перед собой, то Анастасия только чистила овощи и делала салаты - всем остальным заправляла негретянка. Своих кулинарных секретов она не скрывала и советовала Насте тщательно всё записывать.
   -- Может быть пригодиться, птенчик мой, - любила поговаривать она, при этом рот её "раздирала" довольная улыбка.
   Анастасия рассеянно кивала головой, соглашаясь и стойко записывала рецепты и советы, которые ей давала Бесси. После двух часов прибывания на кухне, Бесси отсылала её неизменными словами: иди, отдохни мой птенчик или советовала заняться другими делами. Девушка сокрушённо кивала головой и в сотый раз спрашивала себя, что она здесь делает и зачем им нужна была прислуга и почему этот чёртов хозяин не забирает её на ферму чистить навоз. Ответов она не находила, но и сложа руки не сидела. Каждый день она убирала дом, пылесосила, вытирала пыль, а также помогала Бесси прибратся на кухне. Она перестирала и перегладила всё постельное бельё, навела порядки в шкафах, немного переставила мебель и некоторые безделушки. Никто ничего ей об этом не сказал, казалось, они даже не обратили внимание. В планах у неё ещё остались уборка в кладовке и гараже, к тому же гараж требовал покраски. Настя решила посоветоваться с Бесси, тем более, что необходимо было купить краски.
   Возле ограды и вдоль центральной аллеи, подходящей к крыльцу, размещались клумбы. Ими давно никто не занимался. Сорняки дружно взялись завоевывать территорию, отведённую цветам, поэтому Анастасия каждый день по два часа возилась на клумбах. Равномерно, по небольшому кусочку она вырывала и выщипывала сорняки, разрыхляла землю около цветов, обрезала сухие стебли и листья. Вдоль аллеи, подходящей к дому, по обеим сторонам росли кусты роз всех цветов и оттенков. Днём они словно замирали под палящем зноем, зато вечером их чудный аромат наполнял воздух вокруг дома. Обильно полив цветы после жаркого дня, Анастасия любила вечером вместе с Беси сидеть на на крыльце дома и вдыхать их нежный аромат. В эти минуты они ни о чём не говорили, казалось они слушали сумерки. Со стороны странно было видеть эту необычную пару. Если бы кто-то в эти минуты пытался заглянуть им в глаза, то увидел бы там озарение и удивление. Им двоим была ведома какая-то тайна и истина. Но что могли они видить в этих сгущающих сумерках оставалось загадкой.
   Два месяца. Они прошли, вернее пролетели, так безметежно и незаметно, словно их и небыло, словно она жила не на чужбине, а дома. Дом. Для Анастасии это было невыносимо далеко. И несмотря на уют, который она чувствовала здесь, ей отчаянно захотелось домой, захотелось иметь свой дом, свою семью, мужа и детей. Ей вдруг невыносимо стало жаль себя, жаль тех прошедших и бессмысленно проведённых лет. Эта жалость к себе и невыносимая тоска по дому сжимала стальным обручем сердце, ему становилось больно и тесно в груди. Не в силах терпеть эту боль, Анастасия резко поднявшись с тупенек и проронив едва слышное " спокойной ночи", убежала в свою комнату. Она не бежала, она летела, словно раненая птица. Бежала она так быстро, что даже не заметила возле дверей "чёрного входа" со стороны кухни, Бренда. Он с удивлением посмотрел ей в след. Такую, после двухмесячного приезда, он видел её впервые. " Что-то случилось, пока меня небыло здесь, - промелькнуло в голове." Бренд прошёл вдоль кухни, вышел на террасу и увидел негретянку, сидящую на ступеньках. Она даже не повернула голову на шум его шагов. Также не поворачивая головы, она спросила:
   -- Тебе нравиться наш сад, Бренд?
   -- Да, - ответил он. - Очень. Он сильно изменился с тех пор, как приехала эта иностранка.
   -- Её зовут Ася, мой мальчик. И у птенчика большое горе. Её снедает тоска и не тебе над ней потешаться. Ты слишишь, она рыдает.
   В голосе Бесси он уловил нескончаемую грусть и жалость. Также по интонации этого голоса Бренд понял, что если иностранка уедет - это разобъёт старой женщине сердце. Поэтому, как можно спокойнее он ответил:
   -- Да, Бесси, слышу и не потешаюсь над ней. Но чем я могу её успокоить?
   -- Не отправляй её обратно. Мне нужна помощница, ведь я уже немолода. Она отлично справляеться со свем. Поговори с ней завтра и скажи, что я нуждаюсь в помощнице. Пусть делает то, что делала до сих пор. Я думаю твои слова её обрадуют. Да, и тебе звонили с бюро - просили чтобы ты перезвонил. Номер я записала, лежит на столе.
   И, словно не к кому необращаясь добавила:
   -- Из неё получится хорошая жена и мать.
   Словно не слыша последних слов, Бренд желая её успокоить, сказал:
   -- Хорошо Бесси, я поговорю завтра с ней. Обещаю тебе. Твой "птенчик" останется с тобой, можешь не переживать. А сейчас я устал и хочу спать. Было много работы.
   -- Ты не голоден, мой мальчик? - спросила негретянка.
   -- Нет, старушка моя. Я ужинал у Джорджа. Мы обсуждали дела. Всё хорошо, отдыхай.
   Бесси ничего не ответила, только молча кивнула головой. Перед тем, как уйти Бренд ещё раз окинул взглядом свой сад и дом. " Как много изменилось с приездом этой девушки, - подумал он." Всё, за что она не бралась - делала методично и совершенно, акуратно и с любовью, без подсказки Бесси, словно любила этот старый дом и делала для себя. Делала так, словно собиралась здесь жить вечно. Эта мысль поразила и испугала его. Он постарался прогнать её поочь. Ещё раз посмотрев вокруг, Бренд развернулся и зашагал в свою комнату.
   Проходя мимо дверей Анастасии, он услышал приглушенные рыдание и ему вдруг захотелось зайти и успокоить её, услышать её голос, увидеть её улыбку. Он думал о причине её страданий, думал о том, что могло причинить ей такую невыносимую боль и страданья и не находил ответа. "Наверное, её бросил любимый, - подумал он." Но, тогда из него плохой утешитель. " Амурные дела", это такие дебри, в которые лучше не заходить. И всё же что-то здесь не так. " Синди бы так не убивалась,- мелькнула мысль."
   Открывая дверь своей комнаты, Бренд с удивлением обнаружил, что думает об иностранке всё чаще и чаще. Он мысленно называл её так, боясь признаться самому себе, что она нравиться ему с каждым днём всё больше и больше хотя виделись они очень редко. Мысли о ней не давали ему уснуть. Вспоминания бурным потоком нахлынули на него : внезапная и страшная смерть родителей и брата, за которой последовали дни разочарований и одиночества, неудач и успехов. Всё это окружало его плотной стеной и заставляло с жестокостью ощущать боль прошлого. Но самым тяжёлым ударом оказалось предательство любимой. Ужас потери и одиночества затмил его в тот миг, когда он увидел Синди в объятиях другого. Доступная всем, со смазливым личиком, она искала "выгодную партию" и старалась жить ради своего удовольствия и нужд. Он не собирался её осуждать. По прошедствии столько времени он просто старался её забыть . И ещё он её жалел. Каждый живёт своими жизненными принципами и что уж точно, так это то, что ей, Синди нет никокого дела до его разбитого сердца. Первое время в нём бушевала ненависть, которая со временем сменилась на обиду. Сейчас осталась эта пугающая пустота, заполнить которую он был не в силах. Может поэтому его гложет одиночество и может поэтому он так часто думает об этой иностранке. Он с удивлением отметил, что ничего о ней не знает, ровным счётом ничего. Бренду захотелось узнать о ней побольше - кто она, откуда приехала, чем раньше занималась в своей жизни. Ему захотелось узнать живы- ли её родители, есть-ли у неё братья и сёстры, скучает-ли она по ним. Наверное, да. Но больше всего насвете ему хотелось узнать, почему у неё такой затравленный и отрешенный вид. Вопросы, вопросы вопросы. Казалось им не будет конца. Он долго ещё ворочался в кровати, стараясь уснуть. Под утро он забылся тяжёлым сном. Во сне он видел иностранку, которая протягивала к нему руки и улыбалась.
   Дз.... Дз.... Дз.... Где-то звонил будильник. Бренд неспеша открыл глаза и огляделся вокруг, словно видел свою комнату впервые. Не прошло и пару минут, как он уже спускался на кухню к Бесси. Он решил поговорить с иностранкой и тем самым успокоить свою Бесси. Но иностранки на кухне не оказалось, вернее её не оказалось нигде. Раздражение и гнев готовы были вырваться наружу. Бренд еле сдерживал себя.
   -- Чёрт побери, Бесси. Я не шучу. Где она? - в десятый раз спрашивал Бренд.
   Его громовой голос разносился по всему дому, но на Бесси он совершенно не дествовал. Она, как и раньше, занималась своим делом и в душе посмеивалась над ним.
   Она наслаждалась перебранкой. Наконец её мальчик рассердился, не выдержал и сорвался. Таким она его видела впервые, словно у него забрали дорогую ему игрушку. Он влюбился, хотя сам этого ещё не осознаёт. Так ему дурачку и надо. А она, Бесси счастлива, даже очень, несмотря на то, что её мальчик сердиться. Пусть сердиться.
   -- Ну, Бесси, мне что снова повторить свой вопрос или нет? Где она? Убежала, уехала ? Где? - прорычал он.
   -- Что ты так нервничаешь, мой мальчик? - спокойно спросила она, глядя ему в глаза. -- У птенчика обеденный перерыв и она оправилась к озеру.
   К своему удивлению она услышала вздох облегчения. Значит она не ошиблась, он действителтно влюбился.
   -- К озеру, - переспросил он -- Какого чёрта ? - и тут же добавил. -- Извини, я очень зол. Я думал она уехала. Мне необходимо с ней поговорить и кажеться ей нужны краски для гаража. Если она согласна, то мы поедем в город после обеда. Как ты думаешь, какие она выберет?
   -- Незнаю. Тебе надо спросить у неё, но думаю, что светлые. Ты знаешь где её искать, так иди и спроси сам.
   Скрестив руки на своей большой груди, она с улыбкой смотрела вслед уходящему Бренду. Она знала, что наконец её мальчик встретил свою судьбу, наконец -то её любимец нашёл своего Ангела души.
   А тем временем Анастасия растелила на песок небольшой плед, который ей с собой дала Бесси. Сняв халат, она уселась на плед и ощутила тепло исходящее от нагретого за день песка. Оглядевшись вокруг, Анастасия в которой раз поражалась увиденном, поражалась дивной красоте, царившей вокруг. Белый, лунного цвета песок переливался и блестел на солнце. Ощущалось дуновение ветерка, но на озере небыло даже ряби. Казалось, что водная гладь покрыта стеклом. Она плавно вскочила и подошла к озеру поближе. Настя посмотрела на своё отражение и улыбнулась ему, затем она коснулась ногами воды ии поразилась тому, настолько она была ледянной. Да, именно ледянной, а не холодной. Ещё одна загадка. Краем глаза Анастасия заметила симинивших к ней, важно раскачивающих уток. За прошедшую неделю они подружились. Девушка из дому приносила им хлеба и они так привыкли к ней, к её появлению, что казалось всегда с нетерпением её ждали. Некоторые, посмелее, научились есть у неё из рук. Они натянивали свои короткие шейки, стараясь дотянуться до хлеба, который держала в руках Настя и с жадностью поглощали его.
   Девушка ещё раз осмотрела идущих к ней птиц и улыбнулась. Впереди шли самые бойкие и смелые, которые научились есть с рук. Всё ещё улыбась, она подошла к сумке и достала хлеб. Присев на край пледа, Анастасия стала ждать приближение птиц. Первым, как всегда, подошёл Чики - так она про себя называла самого смелого самца. Он был крупнее других птиц, выглядел важным, напышенным и по-всей вероятности был вожаком стаи. Словно приветствуя её, он немного склонил набок голову.
   -- Здраствуй, Чики. Я ждала тебя, - обратилась она к птице. -- Правда, Бесси печёт вкусный хлеб, а я ворую его тебе. Мне кажеться, Бесси знает всё и знает зачем я его беру.
   Чики ещё сильнее наклонил свою синевато-чёрную головку и прислушывался к её словам. Чужая речь не пугала его. Настя протянула руку и он потянулся к кусочку хлеба. Захватив его, он начал жадно его заглатывать.
   -- Не спеши, Чики, а то подавишься, - смеясь проговорила Настя.
   Разломив на небольшие кусочки хлеб, она бросила их остальным птицам. Их, этих кусочков, было намного меньше, чем птиц и они стали драться за них.
   Неожиданно птицы всполошились и отпрянули от еды. Анастасия обернулась, желая увидить, что их так сильно испугало и обомлела - по дорожке неспеша спускался Бренд. Девушка молча закрыла глаза от испуга. " Ну, всё, теперь точно уволит. Мне надо успокоиться и взять себя в руки. Бесси меня отпустила, - мысленно успокаивала она саму себя." Немного успокоившись она открыла глаза и тут же отпрянула. Её обжигал тёмно-синий взгляд.
   -- Здраствуйте. Извините, что испугал вас, - обратился к ней Бренд.
   Анастасия смотрела на него, непонимая, что ему от неё нужно, но всё же кивнула головой.
   Бренд растерялся. Он незнал, как вести себя с ней, о чём говорить и про что спрашивать. Он пристально разглядывал её, понимая, что не дождёться от неё много слов и вопросов. Она, словно дикая лань пугаеться и замыкаеться в себе. Ему безумно захотелось увидеть её улыбку, ощутить вкус её губ, коснуться рукой плавного изгиба её бёдер. Ему захотелось обнять её, приласкать и успокоить. Но ещё больше нму захотелось завоевать её и защищать, лелеять и сделать счастливой.
   Настя всё также неотрывно смотрела на него, непонимая, что ему нужно и как он её нашёл. " Бесси наверное сказала, - промелькнуло в голове." скользнув взглядом по её лицу и так и не дождавшись ответа он опустил глаза вниз. Она была в купальнике и выглядела прекрасно. Заметив его взгляд, Анастасия потянулась к халату. Бренд краем глаза уловил этот жести поразился реакции девушки. Она стеснялась. Она не заигрывала с ним, как Синди, не старалась понравиться, не кокетничала, не соблазняла. Он этого понять не мог. Она, словно жила своей жизнью автоматичиски исполняя свои объязаности и работу, она жила, словно молюск в соей ракушке. Ему вдруг захотелось открыть эту "ракушку" и поискать там жемчуг. Он надеялся, что внутри створки неокажуться пустыми. Поборов свои желания он приглушенным голосом обратился к ней :
   -- Не волнуйтесь пожалуйста. Я сейчас уйду. У меня сегодня свободный день и через два часа я поеду в город за покупками. Бесси говорила, что вы хотите покрасить гараж. Я ничего не понимаю в красках, а у вас всё чертовски здоро получаеться. Вы не против поехать со мной?
   В голосе его слышалась надежда и ещё что-то затаённое, чего Анастасия не успела или не хотела уловить. Ей вдруг действительно захотелось увидить город, пройтись по магазинам и просто посмотреть на людей.
   -- Хорошо, я поеду с вами, - ответила она.
   -- Меня зовут Бренд, разве вы не знаете. Зовите меня, как все.
   Он хотел услышать своё имя из её уст. Он с нетерпением ждал, когда она его произнесёт, но она ответила ему не сразу. Помолчав несколько минут, она подняла на него свои удивительные, зелёно- золотистые глаза и посмотрела на него. Её взгляд смутил его, а тело прошиб озноб. Ощущение было жутким и непонятным. Ему казалось, что у него украли душу, вернее не украли, а взяли в руки и начали трясти. Внезапно всё изчезло, как и началось. По телу разлилось необычайное тепло. Стало уютно и хорошо и словно издалека он услышал её голос.
   -- Хорошо, я поеду с вами. Вы идите, а я приду следом.
   Бренд отряхнул с себя это наваждение, всеми силами стараясь отогнать его. " Она наверное ведьма, - подумал он." И несмотря на такие мысли, глухим голосом промолвил:
   -- Вы только не задерживайтесь долго, - при этих словах, он развернулся и зашагал прочь.
   Бренд шагал, периодически посматривая по сторонам и ничего не замечая вокруг. Эта незнакомка начинала сильно беспокоить его. Мысли о ней начали понемногу раздражать, а этот затравленный взгляд сводил его с ума. Он потерял покой. Ему захотелось чем-то помочь ей и больше никогда не видеть этого проклятого взгляда. А может и вовсе не взгляд виноват в его проявившихся чувствах к ней ? Ему не хотелось искать ответа на этот вопрос. Вместо этого он прикрыл глаза, стараясь вспомнить Синди. Какая же она была? Кажется, он начинает забывать о ней. Ему казалось, что этого не произойдёт никогда. Синди. Её образ туманно вырисовывался в голове.
   Невысокая, но стойная, с копной рыжих волос, она казалась ему самой прекрасной на свете. Он, как ему казалось, безумно любил её. Но, она оказалась холодной, бездушной и расчётливой сучкой. Он оказался одинок в своей любви. Бренд и не знал, что любовь может быть такой жестокой и коварной. Рассмотреть за хорошенькой внешностью губительный ад, он не смог. Бесси видела то, что было ему не дано, не раз предупреждала его, но ведь правду говорят - любовь слепа. И он действительно был слеп и глух. Он был околдован её, ослеплён, а разоблачить её помогла чистая случайность. А, может и нет. Может его лучшему другу Джорджу надоело смотреть на его " мытарства" и он решил немного помочь.
   Джорд мимоходом намекнул Синди, что её любимого ждёт банкротство, а он сам от этого только выиграет. И Синди незамедлила воспользоваться случаем. Она, дурочка, даже не потрудилась проверить эту ложь. Наивная простота. Джордж сделал всё для того, чтобы его друг Бренд оказался в нужное время, в нужном месте и всё увидел своими глазами. Сначала Бренд оторопел, затем внезапная ярость и злость заполнили всё его существо. Грудь разрывала ужасная боль - боль предательства и одиночества. У него не осталось сил ни удивиться, не выслушать объяснения друга. Синди в этот момент выглядела униженной и обиженной, но это длилось недолго. Вскинув голову, она горделиво промолвила, что надо уметь проигрывать. На следующий день она уехала. Бренду, казалось, что его душевные раны никогда не затянуться. Лучше бы он ничего об этом не знал. Он не мог простить Синди, не мог простить себя и не мог простить Джорджа. Много времени прошло с тех пор, пока он осмыслил, что для него сделал Джордж. Время лучший лекарь - он давно уже в этом убедился. Душевные раны затянулись, оставив глубокие рубцы, но и они временами его сильно беспокоили.
   И вот сейчас, он снова боялся ошибиться. Боялся открыть своё сердце новому чувству. Боялся снова остаться одиноким. Этот страх спутывал его, недавая принять решение, вторгался в его мысли, сдерживал чувства и страсть. После случая с Синди, он практически ни с кем не знакомился. Неловкость и скованность отпугивали от него девиц. Но он не жалел об этом. Где-то глубоко в душе у него жила надежда на встречу со своей мечтой. Он мечтал о женщине, которой нужен будет только он один, такой, какой он есть, но до сих пор это оставалось только мечтой. Он жил этой мечтой, холил её и лелеял. Именно она, эта мечта, и помогала ему в трудные минуты.
   Бренд так углубился в свои размышления, что даже не услышал вопроса Бесси. С непониманием он уставился на неё и ей пришлось ещё раз повторить его.
   -- Ты вернулся, а где же мой птенчик?
   Он поднял глаза, но взгляд его скользнул мимо Бесси, Приглушенным голосом, он ответил:
   -- Она не захотела со мной возвращаться. Сказала, что придёт через пол часа. Я ей пообещал купить краски.
   -- Фи, - фыркнула негретянка. - Нужны ей твои краски. Это тебе они нужны.
   -- Ладно, Бесси, не заводись. Они нужны мне. Я пойду переоденусь.
   -- Святые небеса. С каких пор тебя интересует твоя внешность, а мой мальчик ? С каких пор? - съязвила она, но Бренд не прислушивался к её шуточкам. Он поднимался к себе.
   Ступив на последнюю верхнюю ступеньку, он услышал истошный крик Бесси.
   -- О, Бренд, скорее. Прошу тебя, скорее возвращайся назад. Она решила войти в озеро. Ты должен успеть её остановить. Поспеши.
   На мгновение он оцепенел, а затем резко развернувшись, помчался вниз. Ещё долго к нему доносились крики Бесси.
  

ЧАСТЬ 3. ГЛАВА 5.

  
  
   Её рука так и осталась протягнутой и застывшой над халатом пока он говорил и безвольно повисла, когда он ушёл. Она так и не успела его одеть. Звук удаляющих шагов звучал в голове и не давал покоя. Чего скрывать - ей нравился этот голос, нравился этот мужчина. В последнее время она так мало видела его, стараясь избегать с ним встречи, но выбросить из головы не смогла, тем более, что Бесси постоянно о нём говорила. Она постоянно, словно невзначай рассказывала разные эпизоды из его жизни: о его детстве, о его родителях и брате, о его жизни после их трагической гибели. Временами ей казалось, что она давно жила здесь и знает про этих людей буквально всё. А ещё она слишком за последнее время привязалась к Бесси и полюбила её за доброту, понимание и мудрость. Она не могла понять, почему люди приходившие к ней за помощью бояться её строгих и мудрых глаз. Бесси их не осуждала, она старалась им только помочь. А может они боялись того, что старались отчаянно скрыть от её цепкого взора.
   Насте никогда ещё так небыло спокойно и хорошо, как сейчас. Ей бы хотелось так жить вечно. Как и каждая нормальная девушка, она придавалась мечтам и ей впервые не хотелось никуда уезжать. Она окинула взором небо, скользнула взглядом по горам и опустила глаза на озеро. Озарение пришло внезапно, словно ниоткуда - она полюбила. Она снова, как дурочка влюбилась. " Ну почему мне так не везёт в жизни, - подумала она". Почему ей не встретиться нормальный мужчина? И, воопще, каким должен быть нормальный мужчина? Этого она не знала. У неё было слишком мало опыта на этот счёт. Все её знакомства заканчивались для неё только болью и разочарованиями. И эта новая любовь по сути тоже ей ничего не даст, кроме огорчений. Разве она к ним готова? Разве прежняя встреча её ничему не научила? Видимо нет.
   Эдуарда она не осуждала, наоборот, она старалась его понять и оправдать в своих глазах. Глупо. От этого легче не стало. Всё так красиво начиналось. Ей вспомнилась их случайная встреча, ихнии свидания и поцелуи украдкой, ихняя совместная жизнь, которая так же внезапно закончилась, как и началась. Странно, почему-то не вспоминался его голос, его глаза, а только его действия и поступки, а ещё свет множества свечей в их спальне. Их пути разошлись. Он оставил её, вернее променял на бумаги и документы в которых нуждался. Он искал свою нишу в жизни и его нельзя было за это винить. Не даром говорят: " рыба ищет где глубже, а человек - где лучше." Анастасия винила только себя. Винила за искренность, сочувствие и доброту. Винила за то, что оставалась и дальше такой нивной и глупой дурочкой и за то, что до сих пор не научилась разбираться в людях. Винила за то, что так и не перестала предаваться мечтам и фантазиям. Пора становиться взрослой, не раз повторяла она сама себе, но так видимо ею и не стала.
   Умом она понимала, что ей наверное нечего ждать от этой новой любви, но ей, как и всякой нормальной женщине хотелось любви, тепла и ласки. Она устала от бесконечного одиночества. Наверное она выбирает не тех мужчин. Хотя, кто знает где найдёт, где потеряет. Жизнь -загадочная штука и временами любит пошутить. Впрочем, найти ей не приходилось, а к потерям она уже начала привыкать.
   Оторвавшись от неприятных дум, Анастасия взглянула на озеро. Оно манило к себе и притягивало. По поверхности пробежала рябь, хотя ветра не было. Анастасии захотелось зайти в него, ощутить прохладу и коснуться глади воды. Она поднялась, оглянувшись ещё раз и смело шагнула к озеру. Подойдя к кромке, она коснулась воды пальцами ног. На ощурь вода оказалась почти ледянной. Было чему удивляться - стояла невыносимая жара. Настя решительно сделала шаг вперёд , зайдя по щиколотки и вода обожгла её своим холодом. И только тут она вспомнила, что Бесси ей строго настрого не разрешала заходить в него. Она захотела повернуть обратно и выйти из воды, но не смогла этого сделать. Её словно приковали невидимыми цепями. Она не могла сдвинуться с места. Ей стало страшно. Впервые в жизни она не знала, как ей поступить и чего ожидать. Вся её жизнь начала мелькать перед ней словно кадры из кинофильма и она зажмурила глаза не желая их видеть. Затем всё закончилось, как и началось и где-то глубоко внутри начал подниматься страх. Она испугалась, что погибнет в этих водах. Как было глупо сеё стороны не послушать совета Бесси. Ведь она прожила здесь всю свою жизнь и знала о чём говорила. Зря Бесси не советовала.
   Анастасию привлёк шум и она посмотрела вниз. Вода начала бурлить и пениться, постоянно поднимаясь вверх к коленкам. Девушка пошевелилась и вода забурлила сильнее. Она решила стоять спокойнее и "кипение" прекратилось. Отчаявшись и впав в панику, она не сразу расслышала, что её зовут. Сделав пол- оборота головой она заметила бежавшего к ней Бренда. Он что-то кричал. Из всего сказанного она поняла только то, что должна стоять спокойно, не шевелясь. " Господи, ну почему он так орёт, - пронеслось в голове." Она и так не шевелиться и воопще не двигаеться, ведь она даже не может подвинуться даже на дюйм. Она словно приросла к этому месту. Бред, какой-то сумашедший бред. Скажи кому-то - не поверят.
   Бренд подошёл к Анастасии и затаив дыхание, оглядел её. Он вспомнил, как Бесси говорила, что если вода дойдёт до пояса, тогда вытянуть её будет очень непросто, почти невозможно. Вода дошла только до колен. Он на минутку прикрыл глаза от облегчения, а затем нагнулся и неспеша обнял девушку ниже груди, плотно сцепив пальцы. Затем он силой рванул её на себя. Потеряв равновесие они очутились на песке. Это было уже не важно, не, имело никакого значения. Она была жива и невредима и только это сейчас для него имело значение. Он так и не расцепил пальцы, продолжая сжимать её в своих объятиях. Анастасия, словно замерла, окоченела. " Видимо здорово испугалась, - подумал он." Всё уже позади. Она с ним и он постараеться никому её не отдать, тем более этому проклятому озеру, которое погубило не один десяток людей. Где эти люди сейчас и что с ним сталось - никто ничего не знал. Это оставалось тайной. Ходили легенды о прекрасном подводном городе, из которого никто не хотел возвращаться. Бесси говорила, что когда-то здесь был город фей. Люди встречали в этих краях редко и лишь изредка набредали на чудесный город, стоявший посреди озера. Но со временем людей стало больше и они начали вторгаться во владения фей. Королева разсердилась и увела город под воду. С тех пор она мстит людям и всякому, кто зайдёт в воду. Пути назад уже нет. Странник навечно остаёться в городе фей. Если кому-то посчастливиться выйти из глубин вод, то через некоторое время этого человека находили мёртвым возле озера. Но только тех, кто познал тайну города. Никогда на его поверхности не гоняет ветер волн, никогда на него не сядяться птицы и никогда человек не может омыть своё тело в нём. Даже рыбачить оно не всех подпускает к себе. Ещё Бесси говорила, что королева раз в сто лет выходит на поверхность озера и тогда оно пениться и вздымаеться вверх. А на утро весь берег усыпан драгоценными камнями и мелкими кусками золота. Но только когда наступит час полнолунья. Только в полнолунье можно её увидить и услышать, но тот кто увидит королеву фей - будет ослеплён навсегда. За период жизни Бесси она ещё не появлялась и негретянка говорила, что срок её уже близок. Но люди научились быть осторожными и очень редко к нему приходят, а ещё реже смотрят на него. Ведь смотреть на него так же опасно, как и входить.
   " Чёрт, она ведь смотрела и входила, - подумал Бренд о Анастасии". Хоть бы ей это не повредило. Он не может её потерять. Только не сейчас. Бренд вдруг ощутил ощутил нежный трепет в груди и щемящую боль. Глаза защипало, но он сдержался. Ему было безлазлично, что у неё случилось в прошлом - он собирался с ней строить своё будущее. Главное то, что их ждёт впереди. Если будет необходимо, то он постараеться заслужить её любовь и доверие и никуда от себя не отпустит. Судьба играет странные шутки с ними и жизнь порой бывает непредсказуема.
   Анастасия пошевелилась и попыталась сесть, но из этого ничего не получилось. Его руки, словно тиски сжимали её, затрудняя дыхание. Она не могла понять зачем он её так сильно сжимает в своих объятиях, почему до сих пор не отпустит? Всё уже позади, всё обошлось, самое страшное уже позади. Но самое удивительным ей казалось то, что он вернулся за ней. Неужели она так долго задержалась? Она давно заметила, что возле этого озера время ведёт себя очень странно. Иногда оно замедляет ход, а иногда проноситься, словно ураган. Наверное сегодня "ураганный день".
   Бренд с неохотой рассжал свои руки. Быстро вскочив на ноги, лёгким рывком он поднял девушку с песка и прижал к своей груди.
   -- Сумашедшая, вы же могли погибнуть. Как вам пришло в голову так поступить? - хриплым голосом произнёс он. -- Ведь Бесси вас предупреждала. Почему вы её не послушали? Вы ведь знаете, что она просто так ничего никогда не говорит.
   -- Да, да, конечно. Но я не думала, что всё так серъёзно. Я ступила только два шага, - оправдывалась, словно маленькая девочка, она.
   -- Никогда, слышите, больше никогда не делайте этого. Пообещайте мне. Обещаете?
   -- Обещаю.
   -- Хорошо. Будет лучше если вы одна сюда больше приходить не будете. Это опасно. Теперь вы верите, что это так?
   -- Да.
   Она всё также смотрела в песок, не решаясь посмотреть на него. Видимо он испугался не меньше её, а ей было стыдно за свой необдуманный поступок.
   -- Пойдём домой. Бесси наверное уже заждалась нас, - произнёс он, разжимая объятия.
   Ему хотелось стоять так вечно, держа в своих объятиях и не выпускать из рук. Хотелось вот так целую вечность ощущать этот нежный трепет, исходивший от её тела. Ему хотелось пренадлежать её миру, быть любимым только ею одной и быть необходимым только ей. Наверное ему хочется слишком много. Поэтому, отбросив свои, как ему казалось безумные мечты, он схватил её за руку, наспех подняв плед и сумку, потащил её вверх по тропинке. Он шёл быстро не разу не оглянувшись назад и Анастасия едва успевала за ним. От быстрой ходьбы она запыхалась, но боялась обмолвиться словом со своим спутником, страшась и дивясь переменам проишедших с ним.
   Только-что он вёл себя с ней так, словно она дорога ему и он нуждается в ней. Но это неправда. Это просто не может быть правдой. Наверное он просто испугался за неё. Это всё и объясняет. Зачем ему лишнии неприятности, связанные с эммигрантской службой. Зачем ему допросы, розыски и полиция. Он этого не заслужил, как и Бесси. Но ей хотелось думать о другом. Ей хотелось стать ему ближе всего на свете, но разве она могла мечтать об этом. Наивно и глупо. Анастасия постаралась выбросить свои мысли из головы хотя бы на время. Ей надоело время от времени повторять себе прописные истины о мечтах. Им наверное не суждено сбыться. Ей не хотелось снова страдать из-за любви.
   Весь остаток пути они провели в молчании. Бренд так и не выпустил её руку , а она всё так же молча семенила за ним, еле поспевая. До дома они добрались на удивление быстро.
   Навстречу им выбежала Бесси. Вмиг добравшись до Насти, она налетела на неё, как торнадо. Крепко прижимая её к своей роскошной груди, она постоянно повторяла: -"мой птенчик, мой птенчик." Насте стало трудно дышать, но она боялась оттолкнуть Бесси, боялась её обидеть.
   Бренд всматриваясь в лицо негретянки, замечал малейшие изменения. Он увидел крупные слёзы, которые ручейком стекали из её закрытых глаз. Но когда Бесси открыла глаза, то он увидел там необъятную радость и любовь. Эта незнакомка, прожив несколько месяцев завладела ихними сердцами и обрела над ними невероятную влась, не подозревая об этом. Он мысленно задал себе вопрос о том, что будет, если эта иностранка собирёться от них уехать? Как он с Бесси будет жить без неё? И тут же согласился, что без неё жизнь будет другой. Она нужна им с Бесси. Без неё жизнь будет другой. Только сегодня, спасая её из Зеркального озера, он понял как она ему дорга. Стараясь не показать вида и прекратить жаркие объятия Бесси, он пробасил:
   -- Старушка, перестань её тискать. Она сейчас задохнётся. Ты хочешь закончить то, что не сделало озеро? Отпускай её живее. Мы едем в город.
   Бесси ослабила хватку и вытерла иыльной сторой руки свои глаза.
   -- Да, мой мальчик. Но я хочу чтобы вы всё мне рассказали.
   -- Потом Бесси, Потом. Вечером. За ужином, - пробасил он и начал подниматься по лестнице.
   -- Птенчику уж точно, а тебе - подумаю, - засмеялась она.
   -- Я так и знал, - откликнулся он.
   Настя кивнув Бесси, последовала за Брендом в свою комнату. Наспех приняв душ, она оделась в лёгкий летний сарафанчик, одела шлёпанцы и немного подкрасилась. Она успела загореть и светло-кремовый цвет платья прекрасно гармонировал с загоревшей кожей. Ей хотелось быть красивой и нарядной, наверное, как и любой нормальной женщине, несмотря на сегоднешние переживания. Осмотрев себя пристально в зеркало, она начала спускаться вниз.
   Бренд что-то увлечённо рассказывал Бесси, усердно жестикулируя при этом руками. Они заметили её только тогла, когда она вплотную подошла к ним.
   -- Ах, птенчик. Снова ты меня испугала, - вскрикнула она.
   -- Да, я уже говорил, что твой птенчик если не "летает", то ходит, как кошка. Спасу нет.
   Надо что-то с этим делать.
   -- Хватит нам одного слона,- засмеялась Бесси. -- Идите уже и не задерживайтесь. Вы меня слышите?
   -- Да, Бесси, - промолвила Настя.
   Они ушли, а Бесси ещё долго смотрела им вслед. Она размышляла о том, что эти двое ещё с рождения были предназначены друг другу и неведомыми дорогами судьба их веда друг другу навстречу. И что они должны были пережить всё, что им посылала судьба, чтобы научиться затем ценить своё счастье. Да, судьба свела их несмотря на расстояние, время и океан.
  

ЧАСТЬ 3. ГЛАВА 6.

  
   Дорога до города показалась Анастасии бесконечной. Возбуждение от пережитого страха сменилось аппатией, безразличием и головной болью. По мере приближения к городу, тысячи мелких молоточков начали звучать в её голове. Она знала, что пройдёт много времени и этот приглушенный звон превратится в барабанный звон, раздирающий мозг на две части. Так по-крайней мере она представляла себе эту боль. Казалось - ударься об стенку головой и боли совсем не почувствуешь. Раньше у неё случались такие же отчаянные боли, которые не могли излечить ни микстуры, ни таблетки ни шепот её бабки. Они только эту боль притупляли на некоторое время. От этой адской боли ей помогал только сон. Врачи эту болезнь именовали простым словом - мигрень. Истинную причину заболевания которой до сих пор было не выявлено. От этого легче не становилось.
   Как было указано в медецинской энциклопедии - в основном страдали ею молодые женщины и Анастасия не явилась исключением. Но насчёт этой болезни у неё имелось своё мнение. Она считала, что мигрень чаще всего бывает от сильного перенапряжения нервной системы, стрессов и напряжённой умственной деятельности. Нервы у человека находились, словно на пределе и развязкой этому пределу являлась мигрень. Но это было только её собственное мнение.
   Боль усилилась. Она зажмурила глаза и побледнела. Бренд, молча ехавший и из под тишка наблюдавший за ней, заметил перемены.
   -- Вам плохо, мисс? - спросил он её.
   -- Нет, нет, - поспешно ответила она. -- Немного болит голова. Ничего страшного.
   -- Мы уже подъезжаем. Если вам плохо, мы можем вернуться домой.
   -- Нет, - ответила она, хотя ей действительно хотелось вернуться.
   -- Я зайду в аптеку и куплю вам лекарство. Мы почти уже подъехали.
   -- Хорошо.
   Бренд мысленно выругал себя. "Она устала, рассуждал он гладя на неё. Перенесла сильное нервное потрясение, чуть не погибла, а он идиот повёз её покупать краски. Глупее не придумаешь. Нужны они ей, как рыбе зонтик." Впрочем ему они тоже не нужны. Ну стоял бы этот гараж и стоял себе хоть сто лет ещё не покращеным. Ничего бы от этого не изменилось. Так нет. Он решил ей угодить. Нашёл время. Ведь ему так не хотелось никуда уезжать. Он хотел сидеть возле неё, смотреть на неё, слушать её и держать в своих объятиях. Ему хотелось целовать её так, чтобы она не смогла оторваться от него, а вместо этого он везёт её по пыльной дороге в город.
   Они въехали в город, миновали бензоколонку и Бренд остановился возле апптеки. Спрыгивая с джипа, он на ходу бросил ей " я сейчас" и скрылся за дверью-вертушкой. Вернувшись через несколько минут он вручил ей две пачки таблеток.
   -- Вот эти, - сказал он, протягивая ей перву пачку, - сильные таблетки, а вот эти послабее. Выбирайте сами.
   -- Спасибо вам, но я не могу выпить их без воды, - промолвила она.
   -- Без проблем. Сейчас заедем к моему другу в ресторан.
   Настя слабо кивнула головой.
   Проехав два квартала, машина остановилась возле маленького уютного ресторанчика. Бренд заглушил мотор, обошёл машину с другой стороны и открыл дверцу.
   -- Прошу вас, мисс. Ресторан пренадлежит моему другу и он будет рад нас видеть. Идёмте.
   Анастасия была согласна на всё, что угодно, лишь бы поскорее закончилась эта "прогулка", котору она с нетерпением ждала и которая сейчас доставляла ей массу неудобств. Он протянул руку и ей не оставалось ничего, как только вложить в неё свою ладошку. Она ощутила шероховатость ладоней и тепло. Усилием воли она подняла голову и взглянула в лицо мужчине, бережно державшего её руку. Глаза их встретились и на миг она позабыла о боли. Ей захотелось утонуть в этих тёмно-голубых, бездонных озёрах, искрящихся миллиардами россыпей звёзд. Бренд не отрывая от неё своего взгляда, подумал, что окончательно погиб и от этой погибели спасти его в силах только она одна.
   -- Бренд, ты думаешь заходить или нет, - окликнули его с порога.
   Миг очарования изчез. Стряхнув с себя оцепенение, Бренд оглянулся на голос. На пороге стоял его друг.
   -- Да Ники, мы собираемся зайти.
   Подойдя по ближе он решил представить другу свою спутницу.
   -- Это мисс ... , - и запнулся, вопросительно гладя на Настю
   -- Анастасия, - сказала она и тут же добавила: -- Я работаю у мистера Бренда.
   -- Работаете? - глаза Ники чуть не вылезли из орбит. -- С каких пор ему нужны работники в доме? У него ведь есть старушка Бесси.
   -- Ник, - перебил его Бренд. -- Бесси болеет в последнее время и ей нужна помощница.
   Ник с удивлением посмотрел на Бренда, затем перевёл взгляд на стоявшу рядом с ним девушку и промолвил:
   -- Да, да. Конечно, Бесси уже не молода.
   Бренд снова перебил его, не давая возможности задать следущий вопрос, светившийся в глазах друга.
   -- Мы хотели бы поесть Ники. Но сначала, будь добр, принеси стакан воды и два кофе. У мисс сильно болит голова. И ещё - она впервые в городе.
   Бренд и сам не знал для чего добавил последнюю фразу. Незачем было Ники знать, что Анастасия впервые в городе. А ещё он сожалел, что она сказала ему о своей работе. Выходит он заявил на неё свои права и выходит, что он предупредил друга. Ревность? Да, по-видимому он поддался этому чувству. Но сказанного уже не воротишь.
   За минуту появился Ники со стаканом воды и двумя дымящими чашками кофе по-мексикански.
   -- Спасибо Ники, - вежливо поблагодарил Бренд. -- Ты можешь идти. Я думаю у тебя много работы.
   Но Ники словно не слышал или не хотел слышать его. Он продолжал стоять, пъялясь на Анастасию. С трудом отторвав от неё глаза, он промолвил:
   -- Не а, работа начнёться через два часа. Ты ведь знаешь, Бренд. Спустя несколько минут он добавил:
   -- Ей бы следовало работать у меня. Мне тоже нужны помощники на кухне.
   Настя , подняв на него свои удивительные тёмно-зелёные глаза, в упор на него посмотрела. Ник смутился. Такого откровенного, бестрашного взгляда он ещё никогда ни у кого не встречал.
   -- Спасибо, но я довольна своей работой, - всё так же неотрывая взгляда, ответила она.
   -- Конечно, конечно. Я не имею ничего против. Я только предложил, - смутился тот. - Вы хотели что-то заказать? Особенное?
   -- Нет, Ники, - ответил Бренд. -- На твоё усмотрение. Желательно вкусное и лучшее.
   -- Обижаешь. Для тебя всегда самое лучшее у меня. Я знаю твои вкусы. Что для мисс Анастасии? , - спросил он, глядя на неё.
   Насте было приятно, что он вот так с первого раза запомнил её имя, не то, что Бренд. В его устах оно прозвучало очень мило.
   -- Что-то лёгкое. Можно салат.
   -- Хорошо, мисс Анастасия, - улыбнулся он.
   Но уходя от столика, он уже не думал о заказах. Перед его взором мелькал взгляд зелёных глаз и мимолётная нежная улыбка. " Если Бренд её упустит, - думал он, то окажеться в дураках." Он пожалел, что она не встретилась ему раньше Бренда. Уж он бы её не упустил, это уж точно. За свои тридцать пять лет у него было немало связей с женщинами, но он ещё не встретил ту, которую хотел бы назвать своей. Может он слишком разборчив. Всё может быть.
   Настя выпила таблетку, надеясь на спасательное облегчение и сейчас сидела тихонько, потягивая кофе. Он оказался крепким и немного тёрпким. К такому она не привыкла, но он ей понравился. Боль немного улеглась, притаившись где-то в глубине. Уже легче давались повороты и кивки головы, резь и боль в глазах практически изчезли. Таблетка начала действовать - хоть одно облегчение.
   Вскоре принесли обед. Она растерялась от изобилия блюд: тушённая говядина с овощами, креветки и четыре разных салата, минеральная вода и стакан красного вина.
   -- Выпейте. Это вам не повредит, - предложил Бренд.
   -- Я не могу. Я быстро пьянею, - смутилась она.
   -- Не бойтесь, - улыбнулся он. -- Я доставлю вас домой, иначе Бесси с меня шкуру спустит. Поверте, - я родителей так не боялся, как её. Поешьте и выпейте.
   -- Вам может не понравиться, когда я выпью, - пошутила она. -- Обычно я сразу засыпаю, а нам ещё придёться краски покупать. Не хочу, что бы вы тащили и краски, и меня.
   -- Я буду тащить только вас мисс, а краски выброшу. Очень осторожно. Обещаю.
   -- Меня зовут Настя.
   Бренд смутился и уставился в свою тарелку. Через несколько минут до неё донёся его тихий голос:
   -- Я запомнил ваше имя, мисс.
   Этими словами он словно воздвигал некую стену и Настя не могла понять для чего. Что она снова не так сделала или сказала? Она понять не могла. Впрочем разбираться в их отношениях ей не хотелось и она принялась за обед. До окончания трапезы они больше так и не обмолвились ни одним словом.
   По окончании обеда к столу подошёл Ники и отозвал Бренда в сторону. О чём они там говорили- осталось для Анастасии загадкой, но к столу Бренд вернулся недовольным и молчаливым. Они порблагодарили вместе Ника за прекрасный обед и молча двинулись к двери. Уже на улицу он ей сказал:
   -- Мы пройдёмся пешком. Магазин, который нам нужен находитьс совсем рядом.
   -- Хорошо, - сказала Настя, кивнув при этом головой.
   Бренд повернулся и зашагал. Он шёл неспеша, постоянно оглядываясь, словно кого-то высматривая. Настя семенила за ним и думала о своём.
   Ей вспомниося старый Бруклин и район, где она жила. Вспомнилась улица с чудным названием "Зелённая". Вспомнилась булочная и маленький уютный столик с двумя пласмасовыми стульями, стоявший возле него. За этим столиком каждое утро сидел старый еврей Авраам. Он всегда приходил в одно и тоже время, покупал четыре французские булочки, брал чай и усаживаясь за этот столик, начинал размышлять о жизни. Одни считали его чудаком, другие - ненормальным, третьи - выжившим из ума стариком. Анастасия же считала его мудрым, старым человеком у которого стоит поучиться жизни и которого стоит послушать. Он часто говорил фразами и пословицами и может из-за этого речь его казалась странной для людей. А впрочем, они никогда к ней не прислушивались. Они вечно спешили по своим делам. Ей вспомнился один из разговоров с ним. " Счастья очень мало в жизни, - говорил он. Оно приходит ни откуда незаметно и так же уходит не спрося никого. Люди не умеют его ценить, оно быстротечно, как горная река, поэтому необходимо ценить и беречь каждое мгновение, подаренное жизнью. Беречь и дорожить им". Однажды он обратился к ней, приставльно всматриваясь в её глаза.
   -- Дочка, доброта твоя и наивность окупяться сторицей, а глупость, которую ты сотворила - пойдёт на пользу. Не переживай и не печалься. Твоё счастье уже в пути. Ты обезательно его встретишь. Уезжай отсюда поскорее. Это место не для тебя. И хотя иногда вспоминай старого Авраама.
   Она и не собиралась его забывать. Этот старик учил её жизненной мудрости. И когда пришло время уезжать, Анастасия не стеснялась своих слёз, струившихся из глаз, когда прощалась с ним.
   Она шла, оглядываясь по сторонам и этот новый город ей совсем не нравился. Серый и неуютный. " Как мало людя заботяться о месте, где живут, -думала она, идя за Брендом".
   -- Эй, Бренд. Какого чёрта ты здесь делаешь? - неожиданно прозвучал чей-то звонкий голос.
   Настя невольно вскинув глаза, посмотрела в ту сторону, откуда доносился этот голос. На крыльце магазина с причудливым названием " Тысяча мелочей для вас" стоял красивый светловолосый мужчина и держал за руку рыжеволосую красотку. " Опять рыжая, - мелькнуло в голове". Настя поймала на себе взгляд мужчина и её прошиб озноб. Он напомнил ей взгляд хищника, выискывающего свою добычу.
   Бренд также повернулся на голос и окинул стоящих, как показалось Насте, презрительным взглядом.
   -- Здраствуй Питер. Моё почтение мисс Синди. У меня дела в городе. Прошу вас извинить, но я тороплюсь.
   Он уже повернул голову и пытался пройти дальше, когда услышал ещё один вопрос:
   -- Извини Бренд, тебе придёться несколько задержаться. Ты не придставил нас своей спутнице. Кто она?
   -- Это моя невеста, мисс Анастасия. Надесь это всё?
   Произнося эти слова, Бренд схватил Анастасию за руку и так сильно сжал, что она чуть не охнула от боли. Слёзы невольно выступили на глаза и Бренд успел их заметить.
   -- Извините меня, мисс. Я не хотел вам сделать больно.
   -- Всё впорядке. Вы просто очень сильно сжали мне руку.
   При этих словах пальцы его невольно разжались и он увидел, как покраснела её рука.
   -- Тысяча чертей, - выругался он. Я правда не собирался вам делать больно. Простите меня.
   -- Ничего. Ничего страшного, - сказала она, стараясь его успокоить. Произнеся эти слова, ей только сейчас пришло на ум, что в разговоре с "парочкой" он впервые назвал её полным именем. Сердце радостно защемило. В этот миг она осознала, что он всегда знал и никогда не забывал её имя. Дурочка, а ей казалось, что ему трудно его запомнить. Он всегда называл её или мисс, или миссис, в зависимости от своего настроения.
   Настя шла и рассматривала город и убеждалась в том, что он слишком оригинален. Большой магазин, походивший скорее на большой супермаркет носил название "Радуга". Чего здесь только не было: - и гвозди всевозможных размеров, форм и диаметров, упакованные в красивые коробочки. Закрепители, задвижки, всевозможные ручки и приспособления, электротовары различных фирм. Обои, клеёнки, краски и плитка размещались длинными рядами. Изумительная гамма всевозможных красок, а к ним валики и кисточки. "Да, такого на Украине уж точно не увидишь, - подумала Настя". Девушка проходила между рядами этого огромного магазина и наслаждалась разнообразием товаров. Ей нравилось на всё это смотреть. Она наслаждалась зрелищем. " Если бы у меня был свой дом, - промелькнула мысль, - я бы многое могла здесь купить". Словно прочитав её мысли, Бренд сказал:
   -- Нам необходимо сделать ремонт в доме, но мы поговорим об этом позже.
   Настя по привычке кивнула головой, а про себя подумала, что у него сейчас наверное туго с деньгами. Откуда ей было знать, что он являлся самым богатым арендатором в здешних краях, что у него имелись счета не только в Америке, но даже в Европе.
   Настя всё ходила и ходила между рядами, а Бренд только молча наблюдал за ней. Наконец она подошла к краскам. Глаза разбегались от обилия различных оттенков и тонов. Незная на чём остановиться, она обратилась к хозяину:
   -- Мистер Бренд, какой цвет вы предпочитаете для своего гаража?
   -- А разве не вы будете его красить? - удивился он. Впрочем, я вам доверяю. Выбирайте сами какой хотите. Тот, что больше всего вам нравиться, - предложил он.
   -- Мне бы хотелось выбрать вместе, - промолвила Настя более настойчиво.
   -- Окей. Тогда я думаю лазурный или синий. Как вам эти цвета? Можно конечно и зелённый.
   -- Мне кажеться синий всё таки лучше, - согласилась она.
   -- Да, чтобы вы не делали - преобретает красоту, - в голосе его звучала нежность.
   Анастасия подняла свои удивительные глаза и уставилась на него в упор. Он смутился от этого пристального взгляда.
   -- Я имел ввиду наш сад, мисс.
   "Да, с этой иностранкой совсем непросто, - решил он". Ему постоянно приходилось следить за собой, сдерживать себя и свои эмоции. Даже комплементы ей и то приходилось делать с трудом. Раньше за ним такого не наблюдалось. Раньше он трещал без умоку, раздавая комплименты налево и направо всем женщинам в округе, покупал и дарил подарки. А сейчас - "да мэм", "хорошо, мэм" и выбор красок. И если он хочет, чтобы она осталась здесь, то ему необходимо изменить тактику и выработать стратегию. " Чёрт, - в который раз за сегодня произнёс он". Живу, как на войне,а в любви, как и на войне-все средства хороши, - вспомнил он стару пословицу. Только "войны" ему сейчас и не хватало.
   Они выбрали краски, кисточки и валики. Расплатившись, они вышли на улицу. При этом Анастасия успела заметить с каким уважение относятся к её хозяину люди, кроме той парочки на ступеньках. Ей не хотелось думать о них. Эти люди ей не понравились, а в последнее время она привыкла прислушиваться к своей интуиции. Боль снова начала давать о себе знать и казалось она готова была снова вырваться наружу.
   -- Вы хотите ещё что-то купить, - услышала она за спиной голос Бренда.
   -- Да, мне нужен крем для лица и рук, - ответила она. - Где находиться такой магазин?
   -- Здесь рядом, за углом, - ответил он. - Вы идите, а я отнесу покупки в машину и подъеду к вам.
   -- Хорошо, - согласилась она.
  
   Анастасия свернула за угол и уткнулась носом в двери нового магазина. Нет она определённо не ошиблась в оригинальности людей этого города. Вывеска "Женские прихоти" - говорила сама за себя. Она ступила на резиновый коврик магазина и двери бесшумно разошлись в стороны. "Ещё одно благо цивилизации,- подумала она." Где-то в глубине магазина зазвенел колокольчик, сообщая о новом покупателе. Взяв железную корзинку, стоявшую у дверей, она пошла вдоль полок. Как и в предыдущем магазине, разнообразие товара поражало. Большинство косметических фирм ей были известны, о некоторых она даже и не подозревала. В силу того, что она мало посещала магазины её не очень интересовали всякие там новинки. Находясь столько времени в чужой стране, она так и не привыкла к устройству магазинов и обилию в них товара. После стольких лет обзора скудных прилавков и неприветливых продавцов увиденное поражало.
   Она остановилась возле витража фирмы " Лореаль". Она успела привыкнуть к нежным, мягким кремам этой фирмы и в последнее время отдавала предпочтение ей. Рука невольно потянулась к баночке с дневным кремом и застыла на пол пути. Её кто-то окликнул. Неспеша она повернула голову и встретилась с рыжеволосой красавицей, той самой, к которой так непочтительно отнёсся Бренд. Анастасия молча уставилась на неё. Красотка растерялась, но всё же произнесла слегка срывающемся голосом.
   -- Извините меня. Мне бы хотелось с вами поговорить.
   -- Слушаю вас.
   -- Дело в том, что меня зовут Синди и до недавнего времени я была невестой Бренда.
   Промолвив , она уставилась своими бледно-голубыми глазами на девушку. " Такая яркая внешность и такие некрасивые глаза, - подумала Настя." Пауза затянулась и Анастасия не собиралась её нарушать. Вопросов не последовало и рыжеволосая продолжила дальше.
   -- Вы задаётесь вопросом, что мне от вас нужно и я отвечу - ничего. Мне хочеться только вас предупредить. Вы же чужая здесь и мало, что знаете. Он ужасный человек. Он разбил сердца уже многим женщинам, так и не женившись. Я бы могла многое вам рассказать, но у меня нет времени. Поэтому послушайте моего совета и уезжайте отсюда поскорее,- говорила она в спешке, постоянно оглядываясь по-сторонам.
   -- Это всё?, - спросила Настя. -- Спасибо. Извините, мне надо идти.
   -- Конечно. До свидания.
   -- Досвидания.
   Анастасия почти закончила выбирать нужные ей вещи, когда подощёл Бренд.
   -- Вы готовы?, - спросил он.
   -- Да, только надо уплатить.
   -- Пойдём.
   Настя плеласаь сзади за ним, словно древняя старуха. Разговор с "рыжей" её доконал. Он казался последней каплей неприятностей в сегоднишних событиях. Девушка еле держалась на ногах и если бы не сознание, что она должна быть сильной - давно бы уже грохнулась вниз. Ей безумно хотелось погрузиться в чёрную спасательную мглу, которая помогала забыться хотя бы на некоторое время. Но такой, на её взгляд роскоши она себе сейчас позволить не могла. Сейчас она, как та собачка следовала за своим хозяином, которому вздумалось ради прихоти назвать её своей невестой при всех.
   Бренд видел, как сильно измучена девушка, видел и то, что она еле держится на ногах и уже в который раз ругал себя за свою поспешность. Ругал себя за поездку в город, которая не принесла никакой радости, а только сплошные огорчения и горький осадок от ненужных встреч.
   Они подошли к кассе и Анастасия потянулась к сумочке висвшей у неё на плече.
   -- Не надо, - услышала она голос Бренда. - Я заплачу сам.
   Рука сама по себе опустилась, но уже в следующий миг Анастасия тихим и решительным голосом произнесла.
   -- Эти вещи для меня и заплачу сама за них.
   Он как-то странно посмотрел на неё и только кивнул головой. Настя расплатилась, улыбнулась молоденькой продавщицы и пошла вслед за Брендом.
   Всю обратную дорогу они ехали молча. Бренд снова из под тишка наблюдал за ней. Она казалась ему непредсказуемой непонятной и загадочной. Он не мог понять, чего это вдруг она вбеленилась на счёт оплаты. Город также на неё не произвёл никакого впечатления. Странно. Вроде бы девушкам нравиться ходить по магазинам, смотреть, делать покупки, флиртовать и тратить деньги. Видимо, он действительно не разбираеться в женщинах. " Ещё одна Бесси, -промелькнуло в голове."
   Бренд снова скосил взгяд на девушку - она хмурилась и потирала виски. "Неужели головная боль такая сильная? - подумал он. Стоило бы её свозить к врачу." Но он решил сначала посоветоваться с Бесси, или на худой конец вызвать доктора Сильвера домой.
   -- Уже не долго осталось, - нарушил молчание он. - Головная боль не прошла?
   -- Нет, - ответила она не поворачивая головы.
   Спустя десять минут они уже подезжали к гаражу. Бренд заглушил мотор и выскочил из машины. Настю удивила такая поспешность. Открыв дверцу, он предложил ей свою руку. В тихом молчании они вошли в дом. От звука их шагов встрепенулась Бесси.
   -- Вы уже вернулись. Долго же вас не было. Что нового? Как покупки? - засыпала она их вопросами.
   -- Всё хорошо, Бесси. Купили практически всё. Но у нашей миссис сильно болит голова,- пробасил он.
   Негретянка подошла и заглянула в глаза девушке.
   -- Да, у неё действительно болит голова. Я ей помочь не могу. Ей нужен отдых и сон. Это лучшее лекарство для неё. Иди птенчик наверх. Я сейчас принесу тебе чая.
   -- Спасибо, Бесси.
   -- Нечего меня благодарить. Живо поднимайся к себе.
   Настя молча кивнула головой и стала подниматься по лестнице. Она приняла душ, переоделась в пижаму и только собиралась лечь, как двери бесшумно оттворились и Бесси внесла чай. Она не ушла, пока Настя не выпила всё до последней капельки. Не прошло и пяти минут, как на неё навалилась непередаваемая усталость, которая начала растекаться по всему телу. С трудом добравшись до кровати и не успев как следует устроиться, она погрузилась в чёрную мглу сна.
   Сначала в этой чёрной непроглядной мгле ничего не было видно, кроме темноты. Затем тьма понемножку начала рассеиваться, клубиться клочьями, как туман и изчезать под лучами солнечного света. Да, это был настоящий солнечный свет, пробивающийся сквозь пелену тьмы и разгоняя её своими лучами. Она оглянулась вокруг. Сюжет повторялся - всё теже горы, сосны, берег и всё тоже озеро, раскинувшееся в долине гор, которое она так полюбила и которое её так сильно испугало в последний раз. Но в этот раз возле озера она увидела стоявшего мужчину. Он стоял спиной, лицом обращённый к озеру. Интуитивно она почувствовала, что это тот самый мужчина, который появлялся ей во в снах и лица которого до сих пор она не видела. Ей до боли захотелось увидить его лицо, узнать наконец кто он такой и почему постоянно появляеться в её снах. Она не знала сколько времени так простояла и уже собиралась нарушить молчание, когда незнакомец начал медленно поворачиваться к ней. Настя застыла, боясь даже пошевелиться, боясь пропустить миг ожидания. Но то, что она увидела в следующий миг подвергло её в шок. Мужчина, пристально расматривающий её и улыбающийся одними уголками губ очень походил на Бренда. Она ожидала увидеть кого угодно, но только не его. Это судьба , - стучало в висках. Это судьба,- отдавалось эхом в сердце.
   Мужчина неотводивший до этого от неё своего пристального взгляда, протянул руки и тут же яркий свет заструился и начал пропадать. И снова всё поглотила чёрная тьма. Настя ощутила холод и пустоту, словно потеряла что-то слишком дорогое для неё. Словно он являлся её жизнью, её душой и он так похож на Бренда. Но если это Бренд, то путь к нему оказался долгим и мучительным. Ничто в этой жизни не происходит просто так и не одна встреча не бывает случайной. Всё предраспределенно судьбой. Временами люди вмешиваються и тогда путь и время всего-навсего только отодвигаються на неопределённый срок. Эта мысль пронзила её с неистовой силой и она проснулась.
   Часы показывали час ночи. Настя тупо уставилась на них, припоминая детали сна. Она мысленно прокручивала его в своей голове, стараясь вспомнить и понять его значение. Сны, какими бы они не были всегда несут предзнаменования. Необходимо их только понимать. Существовали древние трактовки и расшифровки любого сна. Существовало множество литературы на эту тему. Настя считала, что сны всегда индивидуальны, как и человек, поэтому для каждого имелись свои обяснения.
   Спать расхотелось. Она поднялась с кровати, растегнула свою дорожную сумку и вынула из неё книгу. " Бульварный роман", единственная книга, которую она имела с собой. Она уже несколько раз её перечитала и казалось знала на изусть. Она вникала в прочитанное, жила героями этой книги, страдала, любила и ненавидела вместе с ними. Она знала, что сюжет вымешленный, как и у большинства художественных книг, что такой "большой и чистой любви" не существует в мире людей. Нет, она не была глупой и наивной дурочкой, чтобы этого не понимать, просто ей хотелось верить. Надежда умирает последней. Ради любви, описанной в книге стоило жить.
   Настя размечталась вовсю и книга, так и осталась лежать раскрытой на коленях. Предавшись своим мечтам и размышлениям, она не прочитала ни страницы, но это нисколько не беспокоило её. Она думала о Бренде, о том, что всё сильнее и сильнее привязываеться к нему и что временами ей так хочется ощутить его обятия и обрести в них покой и беспечность. Временами она сдерживала свои чувства, стараясь их подавить и спрятать за маской непонимания и замкнутости. Но ведь продолжаться так долго не может. Она слишком много думала о нём. Наверное, только по-этому он ей и приснился. Но так продолжаться больше не может. Она устала притворяться и скрывать свои чувства, ища оправдвния у самой себя. И если станет невмоготу, то ей придёться собраться и уехать. Причин по поводу отезда можно найти тысячи, было бы желание, но его не было, как и причин для отезда. Может она всё себе сама придумала, вымыслила и теперь упивается своими домыслами? Всё может быть. Но думать об этом почему-то не хотелось. Она подумала, что терзания и самобичиванием ничего нельзя добиться от жизни. Ей надо успокоиться и отдать себя в руки судьбы.
   За окном уже дребезжал рассвет и пели птицы. В эту ночь мечтам и рассуждениям о жиризни поддалась не только одна Настя - негретянка тоже не спала. Умудренная прожитой жизнью и опытом, она никак не могла понять, чего ждут эти двое. Они явно влюбленны друг в друга, их тянет друг дружке, а они ведут себя так странно. Чего ждать? Дни пролетают так быстро, как горная река, не оставляя следа. Они сменяються неделями, а те месяцами и так незаметно проходят и года. И тогда всё лучшее, светлое остаёться позади. Время неизбежно, невозвратимо. Его терять нельзя. Необходимо наслаждаться каждой минутой, каждым мнгновением жизни, какое бы хорошее или плохое оно не было. Но, как это обяснить молодым. Неумолимое течение времени они ещё не замечают.
   Бесси прожила достаточно долго в этом доме, видела горе и печали. Её муж погиб в тёмных водах Миссисипи и она так и не вышла больше замуж. Она осталась в этом доме и постаралась стать родной для их обитателей и никогда в жизни не пожалела, что осталась здесь. И теперь они с Брендом остались одни и она сделает всё для того, что бы её мальчик был счастлив. С этими мыслями она постаралась уснуть.
  
  
   ЧАСТЬ 3. ГЛАВА 7.
  
   Солнце уже вовсю светило в окно, птицы заливались, приветствую начавшийся день, а на улицы раздавались тысячи непонятных звуков. Анастасия потянулась, зевнула и открыла глаза. Всё показалось ей слишком необычным. Слишком ярко светило солнце и слишком громко раздавались различные голоса. В голове пронеслось одно: слишком поздно. Даже слишком поздно было вставать для прислуги. Всего сегодня было слишком . Она рывком поднялась с постели, кое-как умылась и причесалась Одевшись в старую одежду, она поспешила вниз. Первое, что она увидела - хлопочущую возле плиты Бесси.
   -- Бесси, чтож вы не разбудила меня, - обратилась она к ней. -- Я так долго спала. Извините меня.
   -- Тебе надо было поспать, мой птенчик. После всего, что с тобой произошло, ты мало провела в постели. Ты не чувствуешь усталости? Голова не кружиться? - участливо спросила она.
   -- Нет, Бесси не устала, только немного голодна.
   -- Наконец-то, мой птенчик хочет есть, - обрадовалась негретянка. -- Иди сюда поближе. Сейчас Бесси тебя накормит.
   -- Мне нравиться Бесси, как вы готовите. Я ничего не ела вкуснее. Только не накладывайте мне много.
   -- Тебе надо поесть хорошо, а то сил ещё слишком мало. Ты ведь собралась идти красить. Отдохнула бы лучше, и завтра будет день.
   -- Я чуть-чуть Бесси, только посмотрю с чего начать.
   -- Хорошо. Ешь, а там видно будет.
   Через несколько минут она поставила перед Анастасией стакан апельсонового сока и с румянной корочкой омлет. Девушка молча принялась за еду. Тишину снова нарушила Бесси.
   -- Тебе понравился наш город, птенчик?
   -- Нет, Бесси. Он такой грязный и угрюмый. Жаль, что здесь поблизости нет нужных магазинов. Тогда не нужно было бы ехать так далеко.
   -- Как нет? - встрепенулась Бесси. -- Есть. Но у них выбор не так огромен, как в городе. Я всегда отовариваюсь здесь. А разве Бренд ничего тебе не сказал?
   -- Нет. И я не видела вокруг никакого магазина.
   -- Так магазины в двух милях отсюда. Если тебе будет что-то нужно, то мы закажем или Бренд отвезет тебя туда.
   -- Хорошо Бесси.
   -- Ну и ладно. Допивай кофе и иди немножко ещё отдохни. Бледная совсем.
   -- Нет Бесси, я не устала и выспалась хорошо. Пойду осмотрю сад и подготовлю гараж к покраске. Спасибо, всё было очень вкусно. Может помочь вам на кухне? - спросила она.
   -- Я справлюсь сама, мой птенчик, - ответила Бесси.
   -- Тогда я пойду Бесси.
   -- Иди, иди, только не задерживайся долго, - окликнула её Бесси с порога.
   Анастасия оглядела клумбы, повырывала появившиеся кое-где сорняки, пообрезала усохшие ветки роз и направилась к гаражу. По дороге она окинула взглядом постройку, примеряясь с какой стороны лучше начать покраску. Но прежде чем его красить,девушка решила немного прибраться в гараже. К чести хазяина - в гараже не было свалки и бардака. Все вещи более или менее были разложены по местам на полках и стелажах. Мелкие пренадлежности лежали во всевозможных коробочках, Но всё же проветрить его и вымить окна не мешало. Прикрыв за собой дверь Анастасия направилась к окнам. Потянув на себя задвижку, она замерла - кто-то находился в гараже. Настя "застыла" от страха. Пересилив себя она медленно обернулась. Вздох облегчения сорвался из её губ. Облокотившись плечом об стелаж на неё смотрел Бренд.
   Неговоря ни слова, он молча подошёл к ней, взял за подбородок и пристально взглянул на неё. Глаза его потемнели от страсти, в них скользили вызов и нежность. Всё так же недавая Анастасии опомниться, он прильнул к её губам. Трепетный и несмелый вначале поцелуй с каждым мгновением становился всё неистовее. Ураган чувств поднял Анастасию на свои крылья и начал кружить в невесомости. Она застонала и разомкнула губы. Бренд ещё сильнее прижался к ней. Он целовал её безумно, пил её силу и не мог насытиться, не мог оторваться от этих пленительных губ.
   -- Бренд. Бренд. Где ты, мой мальчик, - словно из далека доносился голос Бесси. -- Бренд, приехал доктор Сильвер. Он ждёт тебя.
   Бренд с трудом оторвался от девушки, стряхнув с себя наваждение и несказав ни слова пошёл к выходу. Настя оцепенела, боясь пошевелиться и поверить в то, что только-что произошло. У неё не осталось сил даже двигаться. Сладострастная истома разливалась по всему телу и отдавалась болью внизу живота. Ей хотелось кричать и плакать одновременно. " Это безумие, - повторяла она себе. Полное безумие." Взяв себя в руки, она пошла открывать окна и занялась уборкой гаража.
   Меньше всего Бренду сейчас хотелось видеть доктора. Он и забыл, что недавно сам звонил ему и просил приехать. После случая на озере, Бренду хотелось, чтобы тот осмотрел девушку. Она была ему слишком дорога, хотя он и старался скрыть это ото всех. Впрочем, Бесси наверное уже всё знает, только виду не подаёт. " ну и пусть, - решил он. Шила в мешке не скроешь."
   Бесси, стоявшая на крыльце дома, внимательно окинула его взглядом.
   -- Он ждёт тебя на кухне, мой мальчик и тебе следует поторопиться, - пробурчала она.
   -- Ты же видишь, я спешу. Или мне надо было бежать? - спросил он, направляясь на кухню.
   Доктор Сильвер был довольно молодым человеком, тридцати четырёх лет отроду. В этих краях он осел сразу же после медецинского колледжа и занялся частной практикой. Работы было временами много, а временами случалось "затишье". У него, как и у других честолюбивых людей была своя мечта. Он страстно желал построить новую больницу, закупить для неё новейшую аппаратуру и лечить, спасая людей. Непредвиденные, тяжёлые случаи случались и здесь и в их маниципуальной больницы не было достаточно оборудывания, чтобы помочь в экстренных случаях и ему, как и любому врачу не хотелось терять человеческие жизни из-за таких обстоятельств. Бренд помогал чем мог в делах Сильвера и кроме этого их связывала настоящая мужская дружба. Из-за занятости в больнице, Сильвер редко посещал своего друга, но сегодня выдался выходной и он решил, что пора отведать стряпню Бесси. Тем более, что Бренд его пригласил и тем более ему хотелось увидеть иностранку, о которой так много судачили в городе. Слух, о том, что Бренд нанял помощницу Бесси, облетела город с силой тайфуна. Здесь редко что-то случалось и каждая новость была на слуху, каждая сплетня обретала историю. Он также слышал о встречи Синди с этой девушкой и о том, что его друг назвал её своей невестой. Всё это ему казалось слишком невероятным и интересным.
   Доктор Сильвер допивал уже вторую чашку кофе, приготовленной Бесси, когда на пороге появился Бренд.
   -- Уже примчался. Я и не чаял тебя увидить. Неужели всё таки вырвался? - вместо приветствия прговорил Бренд.
   -- Слухи мой друг, слухи. Меня привело к тебе чистое любопытство. И даже если бы ты не позвонил мне, я всё равно сегодня бы примчался без приглашения.
   -- Какие ещё слухи?, - спросил с удивлением Бренд.
   -- Как какие? Не прикидывайся дурачком, - возмутился док. - Ты появляешься в городе с заморской красавицей и объявляешь её во всеуслышанье своей невестой. У Ники удар и мне чуть не пришлось его откачивать. А мне, своему лучшему другу, ты даже не соизволил её показать. Или она действительно настолько хороша, что ты решил её запереть за семью замками? Боишься потерять? - съязвил друг. -- Я понимаю, - продолжил он, - здесь глуш, женщин мало и поэтому ценности надо беречь. Ну шепни мне на ушко насколько она дорога тебе?
   -- Ты не поверишь док, но дороже её для меня никого нету, - пробасил Бренд.
   -- Извини, друг. Я просто пошутил. А, кстати, где она?
   -- В гараже. Я потом позову её. Понимаешь, она была на озере и вошла в него. Ты сам понимаешь, что это значит. Я даже не понимаю, как озеро отпустило ее. Она очень измучена и бледна. Мне хочеться, чтобы ты осмотрел её.
   -- Хорошо. Мне самому интересно. Озеро, говоришь? Странно. Обычно оно никого не отпускает, насколько я успел узнать. Странно, - ещё раз повторил он. -- Зови своё чудо.
   Но Бренду не пришлось идти за девушкой. Она сама с Бесси уже входила на кухню. Сильвер застыл от неожиданности, когда девушка протянула ему свою руку и окинула его пристальным взглядом. " Какие красивые и необычные глаза, - первое, что промелькнуло в его голове." Он помнил, что глаза могут сказать многое и в них многое можно увидеть. Глаза, которые он видел перед собой, несли доброту, отзывчивость, искренность и сентиментальность. Но эти глаза казались слишком живыми на исхудавшем и бледном лице. Высокие скулы, умный лоб, слегка вьющиеся русявые волосы, хорошо сложена. Но ни это привлекало его внимание. Только глаза. Они имели необыкновенную силу, они завораживали, не давали отвести взгляда и притягивали к себе. Время затянулось и Сильвер постарался отвести взгляд. Теперь он понимал восторженные возгласы Ники и судачество городских кумушек.
   -- Здраствуйте, мисс. Меня зовут Сильвер. Я док и друг Бренда. Мне сказали, что вы перенесли потрясение и мне бы хотелось вас осмотреть. Если позволите, - поспешно добавил он.
   -- Спасибо, доктор. Но сейчас я чувствую себя превосходно.
   Видя, что он пытаеться возразить, она добавила:
   -- Если это необходимо, то я согласна.
   -- Пройдёмте в гостинную. Там и поговорим.
   Они все, кроме Бесси прошли в гостинную и уселись на диван.
   -- Извините за мою бестактность, но откуда вы родом? - спросил док.
   Анастасия улыбнулась. Это были совсем не те вопросы, которые она ожидала услышать.
   -- Я приехала из Украины. Моя страна находиться в Европе, между Польшей и Румынией, в соседстве с Молдавией, Россией, Чехией и Венгрией.
   -- О, Бренд, - воскликнул док. -- Это тот жирный кусок, который хотять загребсти все и за который из-под тишка воюют. Я читал о вашей стране, мисс. Все страються довести её до нищенства, а затем разорвать на кусочки. Но об этом мы с вами поспорим в другой раз. Вы замужем? - неожиданно спросил он.
   -- Нет. Я разведена.
   -- Дети у вас есть?
   -- К сожалению, нет.
   -- Но вам их хотелось?
   -- Конечно.
   -- Вы католичка?
   -- Нет, христианка.
   -- После развода вы жили с кем-то? У вас была связь?
   Бесцеремонность вопросов шокировала Настю. К врачебной практики они не имели никакого отношения. Ей нечего стыдиться и она не собираеться ничего скрывать от них. Жизнь надо воспринимать такой, какая она есть. И если кому-то что-то не нравиться, то не ей решать. Вздёрнув подбородок и посмотрев в глаза доктору Сильверу, она ответила:
   -- Да, у меня была связь с мужчиной в Бруклине, но это частный вопрос и к медецине не имеет никакого отношения.
   -- Извините меня мисс, - прокраснел тот. -- Но я хотел узнать жили ли вы полноценной жизнью.
   -- Да, доктор, жила. Я же живой человек и всё живое мне не чуждо. Это естественно.
   -- Извините. Я не хотел вас обидеть.
   -- Не извиняйтесь. Что-то ещё, - спросила она.
   -- Да, мне бы хотелось померять вам давление и проследить ваш пульс. Бренд, принеси мне мою сумку, - обратился он к другу.
   Настя улыбнулась и протянула ему левую руку. Быстрым, лёгким движением он измерил ей давление, посчитал пульс и остался недоволен.
   -- Низкое, слишком низкое, - пробурчал он и тут же обратился к Бренду:
   -- Мне необходимо её обследовать и сделать анализ крови. Я думаю у неё прогрессирует анемия. Жду вас завтра у себя. А сейчас надеюсь меня покормят здесь? Ради Бессиной стряпни я готов всё бросить.
   -- Что-то долго ты спешишь, - пошутил Бренд.
   -- А вы не так часто зовёте, - отшутился он.
   Обед не заставил себя долго ждать. Пока они разговаривали в гостинной, Бесси накрыла на стол. Шумно вздыхая и охая, Сильвер принялся за еду. Во время обеда он шутил и смеялся. Время пролетело незаметно. Пришла пора прощаться. Он вычурно поклонился Анастасии, пожал руку Бренду и расцеловал в обе щёки Бесси, незабыв поблагодарить за угощение. Прошло ещё несколько минут и его машина скрылась за поворотом. Все облегчённо вздохнули. Что и говорить - Сильвер был милым человеком, но вместе с ним в дом врывался вихрь чувств, суматохи и шума. Привычный ритм жизни нарушался и покой после его ухода давался с трудом.
   Бесси засеменила на кухню, в своё царство и убежище, а Настя направилась в гараж. Её остановил грубоватый голос Бренда.
   -- Вы куда собрались, мисс? - поинтересовался он.
   -- В гараж, - ответила она, остановившись. -- Мне необходимо закончить уборку.
   -- Это может подождать, - возразил он. -- Вы, что не слышали, что сказал док. Вам прописан отдых и хорошее питание.
   " Как эти американцы бояться заразиться, - подумала Настя." Как они усиленно заботяться о своем здоровье, глотают килограммами таблетки и витамины. Неудивительно, что доктора здесь процветают. Но ей переживать нечего. Перед приездом Эстер заставила её пройти ещё раз всех врачей и сделать все анализы. Она была совершенно здорова. У неё и сейчас хранились все результаты и она не собиралась их никому показывать. Да, она устала, чертовски устала от этой неопределённости. А давление - оно всегда было низким, она прожила с таким давлением всю жизнь, сколько себя помнила. И завтра она сообщит этому доктору всё. А с Брендом лучше не пререкаться и сделать так, как он хочеть, так, как велит хозяин. Кто платит, тот и заказывает музыку.
   Через два часа, проведённых в больнице, они получили результаты обследования. Бренд успокоился и вздохнул с облегчением. Никакой скрытой, серьёзной болезни у девушки не оказалось - так лёгкая анемия, немного пониженное давление и к этому нервное перенапряжение. Но на последок сама девушка удивила их, предоставив анализы Нью-Йорской больницы, заявив при этом, что с пониженным давлением живёт всю жизнь и чувствует себя прекрасно.
   Странная и странно себя ведёт. Могла бы и раньше их показать. И о чём она только думает. Ему нужно время свыкнуться с ней и её мировозрением, так не похожим на их. Но к сожалению этого времени у него нет. Она уже успела заинтересовать многих, на неё многие смотрели и мнгие мужчины оборачивались ей в след. Даже его друзья не остались к ней равнодушны. Ему неведомы её мысли и она всё ещё свободна в своем выборе. Его одолевала ревность, то неведомое чувство собственничества, которое он не испытывал даже с Синди. И к тому же у него практически не осталось терпения. Ещё одна такая встреча, как в гараже и он не выдержить. Один Бог знает чего ему стоило сдержать себя и если бы не приезд Сильвера, неизвестно чем бы всё закончилось. Он вспомнил вопросы дока о её связи в Бруклине и кровь горячей струей потекла по жилам. Ревность. Ревность и ещё раз ревность, которая отравляла сознание и мешала сосредоточиться. Он осознал, что не хочет ни с кем делить эту, в сущности совершенно незнакомую ему женщину. Она должна быть его и только его и он сделает всё для того, чтобы она забыла обо всех.
   Приехав домой, они пообедали, перекинулись ничего незначащими фразами с Бесси и разошлись каждый по своим делам.
   Следующий остаток дня пролетел незаметно. Анастасия закончила уборку в гараже и покрасила часть стены. Убрав за собой и вымыв кисточки, она вышла в сад и полила цветы. Покраска гаража заняла ещё два дня и сегодня жара, не смотря на сентябрь месяц, стояла невыносимая. Девушку слегка тошнило от запаха краски, к тому же ужасно разболелась голова. Осталось ещё совсем немного, но она решила остановиться. Побросав кисточки в ацетон, она решила, что докрасит вечером, к тому же ей безумн захотелось увидить своё озеро. Прошло много времени с тех пор, как она последний раз посещала его, да и по Чики она соскучилась. Вбежав на кухню, она обратилась к негретянке:
   -- Бесси, мне хочеться пойти к озеру. Я буду осторожна, обещаю вам.
   -- Иди, мой птенчик. Только будь осмотрительна. Озеро снова может позвать тебя. Подожди, я принесу тебе амулет.
   Через несколько минут она вернулась со странным маленьким камушком на шнурке.
   -- Надень его на шею и он защитит тебя от зова, - сказала Бесси, протягивая ей амулет. Ты понравилась ей и она хотела тебя забрать с собой, но я упросила оставить тебя здесь. Этот камушек от неё. Носи его не снимая, мой птенчик. Иди, птицы уже заждались тебя.
   Настя надела амулет, взяла плед и поцеловала негретянку.
   -- Я недолго, Бесси. Посижу чуть-чуть и вернусь.
   Она быстро шагала в сторону озера, словно кто-то невидимый её подгонял. Спустившись к озеру, Анастасия осмотрелась вокруг и уселась на песок. Вдали послышалось кряхтение и стайка уток торопливо направлялась к ней. Настя улыбнулась,- снова её Чики спешил. Она правда соскучилась по этому забияке. Открыв сумку и достав хлеб, она стала ждать приближение птиц.
   Пока Анастасия ждала своих питомцев в доме раздавался громовой голос Бренда.
   -- Я не шучу Бесси, где она? Её нигде нет. Я искал её повсюду.
   -- Успокойся, мой мальчик. Зачем так орать. Глухих тут нет. Чего это ты так нервничаешь? Разве она тебе стала дорога, эта " иностранка", как ты её привык называть. Даже имени её не знаешь. Подумаешь ушла.
   -- Как ушла? Куда ушла? Бесси не мути. Где она? - его громовой голос, казалось раздавался за тысячи миль.
   -- А я по чём знаю. Разве она тебе нужна? - прищурив глаза, спросила Бесси.
   -- Да, она мне нужна и она мне очень дорога. Я люблю её. Довольна? Ты добилась того, чего хотела, а теперь отвечай - где она?
   -- Ну, раз такое дело, - примирительно ответила она, улыбаясь, - то ты должен на ней жениться. Или я не права?
   -- Права, чёрт побери, но я хочу знать где она? - начал злиться Бренд.
   -- А. Она пошла к озеру.
   -- Что? - встрепенулся Бренд. - - И ты отпустила её? Одну?
   Он сорвался с места, бросая обвинения в адресс негретянки. Он бежал неразбирая дороги, страстно моля всех святых, чтобы те не допустили прошлой оплошности и она не зашла в озеро. Он молил духов озера оставить ему её, молил так, как когда-то учил его этому старый индеец Меткая рука. Он поспешно начал спускаться с пригорки и тут увидел её. Бренд остановился перевести дыхание и успокоиться. Она жива, и это главное. Духи услышали его мольбы и сейчас он должен последовать совету Бесси. Хитрая старушка и наверняка всё подстроила. Ну и пусть. Он не в обиде. Окинув девушку, сидящую на пледе он решительно направился вниз.
   Он смотрел на неё долго и внимательно, пристально вглядываясь в глаза, словно ищя там ответы на свои незаданные вопросы. Не проронив ни слова, он начал неистово целовать её, при этом стараясь раздеть её. Анастасия не сопротивлялась, у неё не было сил это сделать. Она хотела только одного - чтобы он вот так всё время целовал и обнимал её.
   Бренд спешно снял остатки одежды и небрежно бросил их на песок.. Дрожь пробежала по её обнажённому телу от прикосновения его рук. Запахи, кружившие вокруг этой долины и озера, пленили, окутывали и возбуждали её. Она несмело подняла на него свои замечательные глаза. Увиденное потрясло её. Его грудь вздымалась при каждом вздохе, глаза блестели, на лице блуждала страсть, восхищение и нежность.
   -- Тебе хорошо? - спросил он.
   Глупый вопрос. Глупее он ничего не мог спросить, н ничего не мог придумать в эту минуту. Она кивнула, несводя с него своего изумительного взгляда. Бренд осторожно опустил её на плед и начал поспешно раздеваться. Он буквально срывал её с себя, незаботясь где она упадёт и как будет выглядеть. Ему было всё равно. Он безумно хотел эту лежавшую перед ним женщину, хотел до боли. Он опустился возле неё на колени, страстно поцеловал в губы и одним мощным толчком проник неё. Он проникал всё глубже и глубже. У Насти перехватило дыхание, тело больше не пренадлежало ей. Она обезумела от острого наслаждения, пронизывающего всё её существо. Такого ещё она не испытывала. Такие ощущения она познавала впервые. Страсть, неумолимая страсть уносила её всё выше и выше.
   Солнце припекало всё сильнее, но из-за внутреннего жара, сжигающего их изнутри, они ничего не чувствовали. Вокруг стояла звенящая тишина, нарушаямая только криками птиц и их прерывистым дыханием. Вдруг она выгнулась и задрожала. Бренд сильнее прижал её к себе и не отпускал пока она не успокоилась. Через несколько минут они обессиленные лежали, обнявшись друг с другом. Анастасия лежала, уткнувшись ему в плечо, борясь с нахлынувшими чувствами, от которых захотелось вдруг плакать.
  
  
   ЧАСТЬ 3. ГЛАВА 8.
  
   Утро, следующего дня началось как обычно, словно ничего не произошло вчера. Бесси всё также хлопотала на кухне, Бренд уехал по своим делам, А Настя решила закончить покраску гаража. Она трудилась почти три часа, пока Бесси не позвала её. Девушка поспешила узнать, что случилось. Негретянка очень редко отвлекала её от работы.
   -- У нас сегодня праздничный ужин, мой птенчик, - промолвила она, входящей Насте. -- Иди умойся и переоденься. Работа может подождать и до завтра.
   -- Хорошо Бесси. Я только приберу кисточки.
   Возвращаясь к гаражу, Анастасия недоумевала о каком празднике идёт речь. " Неужели у кого из них день рождения, - подумалаона." Нет, Бесси наверное бы сказала. Узнать обо всём можно только вечером и она решила терпеливо подождать.
   Умывшись и переодевшись, Анастасия спустилась на кухню и начала помогать Бесси накрывать на стол. Неуспели они всё приготовить, как в комнату вошёл Бренд с целой охапкой тёмно-красных роз и молча протянул их Насте. От неожиданности она опешила, широко открвы и без того огромные глаза.
   -- Это вам, - наконец произнёс он и нежный бархатный голос окутал её, словно утренний туман.
   -- Спасибо, - только и смогла вымолвить она.
   Бесси засуетилась, стараясь скрыть неловкость момента, напоминая, что ужин уже готов. Садясь за стол и стараясь скрыть неловкость и замешательство, Бренд промолвил:
   -- Мы должны нанять ещё прислугу.
   Настя застыла . "Неужели,- подумала она, - взяв желанное, он собираеться выбросить её из своей жизни. Но, тогда зачем дарить цветы?." Она недоумевала и огорчилась. Поборов в себе неловкость она произнесла:
   -- Извините меня сэр, но разве я не справляюсь с работой. Вы собрались меня уволить?
   Бренд повернулся к ней стараясь ответить и подобрать нужные слова. " Чёрт. Опять он что-то не то сказал, -промелькнула мысль."Но голос Бесси перебил все его благие начинания. Она говорила гулко и быстро, словно глотая слова, отчего Анастасия не могла ничего понять. Но по выражению лица негретянки она поняла, что она его ругает. Пока Настя силилась уловить знакомые слова, Бесси тем временем тараторила:
   -- Ты дурак, мой мальчик. Она только освоилась, только привыкла и вместо того, чтобы сделать ей предложение, ты говоришь о прислуге. Ты глупец и нечего мне возражать. Ведь это правда. Быстренько успокой её и откажись от этой идеи со служанкой.
   -- Ладно, ладно. Не кричи на меня. Ты права, как всегда.
   Повернувшись в Анастасии, он сказал:
   -- Прислуга нужна мне на ферме, чтобы готовить еду моим людям. Бесси убедила меня, что поищет сама. Ведь так тяжело найти хорошего повара., - он силился ещё что-то сказать, но его остановила Бесси.
   --- Всё, всё . Хватит о делах. Еда стынет, - сказала она.
   Ужин проходил в молчании. Анастасия чувствовала себя неуютно и украдкой посматривала на Бренда. Тот, словно чувствуя взгляд на себе, поднял глаза и пристально на неё посмотрел. Взяв боал с красным вином в руку, он сказал:
   -- То, что я скажу сейчас вам, очень важно для меня. Я хочу, чтобы вы стали частью моей жизни Анастасия и чтобы вы остались со мной навсегда. Я хочу, чтобы этот дом стал вашим домом. Я хочу, чтобы вы стали моей женой.
   Анастасия застыла от неожиданности, незная,как реагировать на такие слова. Никто никогда не говорил ей таких замечательных слов. Она была к ним не готова. Встряхнув с себя наваждение, она подняла голову и посмотрела на Бренда. Он нежно улыбался ей и протягивал тёмно красную бархатную коробочку.
   -- Это вам, - мягко произнёс он. - Это самое ценное, что у меня есть.
   Анастасия покачала головой. Сердце её билось гулко и часто.
   -- Я не могу, не имею права. Вы ничего обо мне не знаете и почему..... вы решили жениться на мне.
   Его тёмно-синие глаза неотрывно смотрели на неё, пока он говорил.
   -- Меня не интересует, как вы жили до меня и что делали до нашей встречи. Это была ваша жизнь в прошлом. Я знаю, что вы были замужем, знаю, что чуть не вышли во второй раз. Я разговаривал с Эстер. Всё чего я хочу - это прожить настоящую нашу с вами жизнь и хочу сделать вас счастливой. Мне кажеться давно надо перейти на ты. Без тебя мне жизни нет. Ты моя жизнь. Я предлагаю Анастасия тебе сделать шаг в неизвестность, с завязанными глазами и довериться мне.
   -- Вы любите меня?, - тихо спросила девушка.
   -- Да, Анастасия. И пытаюсь тебе это втолковать весь вечер. И на всякий случай - меня зовут Бренд, если ты забыла.
   -- Я знаю, - засмущалась Анастасия.
   Разговаривая между собой, они до сих пор не обратили внимание на притихшую за столом Бесси. Но она не позволила собой принебрегать.
   -- Коробочку. Возьми коробочку, мой птенчик, -возбуждённо воскликнула она. -- Мне не терпится увидить, что он купил тебе, моя радость.
   Анастасия протянула руку к коробочке и улыбнулась Бренду. ОН вложил эту небольшую вещицу, обтянутую красным бархатом ей в руку и хрипло сказал:
   -- Ты не ответила на мой вопрос. Собираешься-ли ты связать свою судьбу со мною? Станешь-ли ты моей женой?
   -- Да. Я согласна, - очень тихо произнесла она и открыла коробочку.
   Изумительной красоты кольцо с изумрудом, окружённое брильянтиками лежало на дне. Огоньки заплясали вокруг него, когда Анастасия начала поворачивать его в разные стороны, желая получше его рассмотреть. Такой красоты она ещё не видела.
   -- Спасибо, - только и смогла вымолвить она.
   -- Это кольцо моей матери. Она очень хотела, чтобы его носила моя жена и я исполняю её волю. Оно старинное и привезённое из Индии, которая славится исскуством обработки и огранки драгоценных камней.
   Анастасия повернулась к Бесси и увидела, что у той из глаз текут слёзы.
   -- Бесси, не плачь. Я не могу видеть, когда вы плачете. Что случилось?
   -- Это от радости, мой птенчик. От радости. А ещё я вспомнила Мирабель, мать Бренда. Она была бы счастлива, видя вас вдвоём. Ей так хотелось дождаться этого часа и правду говоря, я не думала, что он решиться тебе преподнести это кольцо. Он очень дорожит им. Это последнее, что осталось у Бренда от матери. Береги его.
   -- Я буду беречь его Бесси.
  
   После того памятного вечера прошло две недели. Они пробежали быстро и незаметно. Анастасия на другой день отдала Бренду все необходимые бумаги и теперь они ждали разрешения на брак. Обещали, что в течении двух недель должно всё быть готово и после получения необходимых документов они назначать дату свадьбы.
   Но прошел ещё один месяц, а документы так и не пришли. Анастасия начала переживать, Бренд нервничать, только Бесси была совершенно спокойна. Она уверяла их, что необходимо подождать ещё несколько дней.
   В один их таких дней им принесли в дом извещение из консульства. Было там и разрешение на брак. Свадьбу назначили через месяц. Анастасия позвонила Эстер и сообщила ей радостное известие, приглашая приехать сюда и та с радостью согласилась.
   На следующий день Бренд с утра уехал на ферму, а Бесси ушла навестить свою больную подругу. Положив бумаги на журнальный столик, Анастасия вышла во двор. Несмотря на позднюю осень, в саду буйно цвели розы. Их пленительный, нежный аромат разносился вокруг лёгким ветерком. Настя огляделась вокруг, восхищаясь красотою увиденного. " Скоро этот дом станет моим домом, - подумала она." Она наконец-то нашла своё счастье, а также она ждала ребёнка. В этом она не сомневалась. Он был зачат возле того чудесного, волшебного озера, где она так отчаянно предавалась любви. Она любила и была любима. Счастье улыбалось ей и казалось ничто не сможет омрачить будущую жизнь. От приятных мыслей её отвлёк чей-то голос.
   -- Хелло. Вы Анастасия? - спросил, подошедший мужчина.
Анастасия кивнула головой.
   -- Тогда вы должны поехать со мной. Бренд вас ждёт. Он послал меня за вами. Меня зовут Пит.
   " Странно, - мелькнула мысль в голове. Странно, что Бренд послал его. Там, возле магазина, он представился Питером. А впрочем какая разница, - успокоила она себя." Бренд ждёт её и ей надо ехать. Бояться ей нечего, ведь не на краю света они живут. Попросив его подождать несколько минут, Анастасия прошла в дом, написала записку Бесси и закрыла все двери на ключ.
   Они молча ехали всю дорогу, так и не проронив ни слова. Вдали замаячила ферма. Здания были огромными, светлым, из бетона и стекла. Вокруг было чисто и опрятно. Машина остановилась и попутчик махнув в сторону одного из зданий, пробасил:
   -- Вы найдёте его там, мисс.
   -- Спасибо. А вы не идёте? - спросила Анастасия его.
   -- Нет. Я подожду здесь.
   Девушка вышла из машины и молча направилась в сторону указанного здания. Она тихо открыла дверь и вошла внутрь. Здание оказалось конюшней. Каждое стойло стояло отдельно друг от друга и было огражденно высокой стеной. Лошади были разной масти и породы. Ей показались они слишком стройными, слишком жилистыми и слишком высокими. Кожа их была начищена до блеска. Они нервно пряли ушами и оглядывались, когда Анастасия проходила рядами.
   Вдалике замаячили фигуры каких-то людей. Присмотревшись повнимательнее, Нпастя узнала в них Бренда и ту рыжеволосую, которую они повстречали в городе. Кажется её звали Синди. Женщина с некрасивыми, блеклыми глазами. Но то, что Анастасия увидела через минуту, лишило её последних сил и надежды.
   Красотка приблизилась к Бренду, обняла его и слилась с ним в страстном поцелуе. Анастасия неотрывно смотрела несколько секунд, затем развернулась и ушла. Слёзы начали жечь ей глаза и она всеми силами старалась их сдержать. Она не собиралась выдавать свои чувства, тем более человеку, ждавшему её на улице. Он наверняка знал, иначе бы её сюда не привёз. Синди её предупреждала, но кто и когда слушал советов . Никто. И она не являлась исключением. Советы хорошо давать, но не исполнять. Они наверняка знали и сейчас решили немного развлечься за счёт других, но она им такой радости не предоставит. Правда оказалась горькой, как полынь. Ну до каких пор она, как безмозглая курица, будет доверять людям. Пора бы это прекратить и чему-то научиться в жизни.
   Анастасия остановилась, неслышно переводя дух и обратилась к стоящему мужчине:
   -- Извините, не могли бы вы отвезти меня обратно домой?
   -- Неа, - смачно сплюнул он, при этом эхидно улыбаясь. -- Я жду Синди. Она уедет со мной, а вы, как я полагаю -должны дождаться своего жениха.
   -- Хорошо, - только и смогла вымолвить она.
   Ещё одно унижение. Чтож - ей не привыкать. Одним меньше, одним больше, Какая уже разница. Ни какой. Опустив глаза, Анастасия отошла в сторону от машины и стала ждать Бренда. Ожидание казалось невыносимым. Лучше бы она отказалась от этой поездки и ничего не видела. В неведенье более счастлив человек. Но сделанного не вернуть и сейчас оставалось только стоять и ждать развязки, сгорая от стыда и жалости к себе, при этом горя праведным гневом и обидой на Бренда.
   " Ну почему ей так не везёт в жизни? - в сотый раз спрашивала она себя. Когда она наконец научиться действовать осторожнее и быть практичной. Когда она наконец повзрослеет и перестанет быть такой доверчивой дурой? И почему, скажите на милость, она постоянно попадает в такие отчаянные, безнадёжные ситуации? И сколько ещё должно быть этих почему? Она устала. Очень устала." Мысли проносились в голове, как выхрь, не давая ей расслабиться. Она долго бы ещё размышляла над своей судьбой, если бы двери не открылись и в проёме она не увидела Бренда вместе с Синди. На лице женщины сияла улюбка. Она была наверное очень довольна собой. Бренд, напротив - кипел от злости, чего Анастасия понять не могла.
   Внезапно Бренд поднял глаза и увидел её. Он оторопел от неожиданности. Уж кого он не ожидал увидеть здесь, - так это свою невесту. Оглянувшись по сторонам, Бренд заметил прислонившегося к машине Питера и всё сразу стало на свои места. Они специально подстроили встречу здесь на ферме. Эта рыжая сучка всё предусмотрела, придумала предлог, как нельзя кстати - извинилась на всю катушку. А на самом деле всё хорошо продумала до мелочей, как в театре. Наглая тварь. Каким же он был слепым. И видимо прозрел он слишком поздно.
   Ни один мускул не дрогнул на его лице, только невероятная ярость полыхала в глазах. Стараясь не обращать ни на кого внимания, Бренд подошёл к Анастасии. Не говоря ни слова, он взял её за руку и повёл к машине. Девушка не сопротивлялась, она просто молча шла за ним. За их спинами раздавался довольный смех.
   -- Анастасия, послушай, прошу тебя, - с горечью произнёс Бренд, как только они сели в машину. -- Я тебе сейчас всё обьясню.
   -- Не стоит. Я всё видела сама и ничего не желаю слушать. Прошу тебя, Бренд, не надо никаких объяснений.
   -- Ты должна выслушать меня.
   -- Нет.
   Анастасия отвернулась от него и начала смотреть вдаль убегающей дороги. Весь оставшийся путь они проехали молча. Он не решался заговорить, а она не желала слушать его оправдания.
   Бесси давно уже была дома и готовила ужин. Что их не было дома, она даже не удивилась. Теперь она была спокойна. Её беспокоило только состояние её подруги. Та выглядела неважно и была действительно серьёзно больна. Только наверное из-за этих переживаний, она не заметила вошедших . Завидев их, она обрадовалась.
   -- Наконец-то вернулись. Заходите быстренько в дом. Ужин скоро будет готов. Идите умойтесь.
   Бесси отвернулась снова к плите.. Погружённая в свои раздумия, она так и не заметила их угрюмых лиц и ничего не почувствовала.
   Ужин подходил к концу, Анастасия встав, поблагодарили негретянку.
   -- Спасибо, Бесси. Всё было очень вкусно. Если тебе, Бесси не нужна моя помощь, то я бы хотела подняться к себе.
   -- Тебе плохо, мой птенчик? Ты часом не заболела? - в голосе негретянки зазвучали тревожные нотки.
   -- Нет. Я просто устала.
   Она улыбнулась Бесси и найдя в себе силы, кивнула Бренду. Не успела девушка подняться по лестнице, как он с шумом сорвался с места и чуть не ринулся за ней в след.
   -- Бренд, что случилось? Погоди, вернись..... - так и не успев договорить, Бесси осталась стоять посреди кухни в недоумении, гадая, что произошло на самом деле между этими двумя. Проблески картин вырисовывались в её голове, но она была слишком уставшей, чтобы понять их смысл.
   Не обращая внимание на окрики и удивлённые причитания негретянки, Бренд резко встал и вышел из кухни. Бурный порыв, с которым Бренд стремился Объясниться с Анастасией прошёл, уступив место логике. " Ей нужно время успокоиться,- решил он. Я поговорю с ней завтра. Она должна меня понять. Это может подождать."
   Но оказалось, что не может. Пока Бесси возилась со своей больной подругой, а он со своей фермой, его невеста, на которой он должен был жениться через две недели изчезла, оставив записку только для Бесси. Ушла по-английски, не попрощавшись. Он не мог смотреть на плачущую Бесси, которая просила вернуть ей "её птенчика", обвиняя во всём его. Она уже всё знала, прозрение пришло слишком поздно, но она считала, что всё ещё можна исправить. А ещё у неё поднималась в душе невероятная злость на Синди. Если бы это было не наказуемо, то она собственноручно уничтожила бы эту тварь. Ведь по её милости рушились судьбы дорогих ей людей, впрочем не одну судьбу уже успела погубить эта поганка. Но она, Бесси предпримет меры, чтобы той не довелось больше поганить жизни других людей.
   Бренд был разочарован и зол. Он был в отчаяньи. Больше всего его раздражало её стремление уехать, скрыться от него, так и не получив объяснений. Она не доверяла ему, ни о чём не спросила, не ждала объяснений - взяла и покинула его, уехав в неизвестность. Слёзы Беси разрывали ему душу и он был готов обещать ей, что угодно, только бы не видить её страданий.
   Поднявшись к себе , Бренд сделал несколько важных телефонных звонков и начал укладывать вещи. Путь предстоял неблизкий. Успокаивало то, что он знал где её приблизительно можно искать. Последнее время она часто беседовала с Эстер, хозяйкой бюро по трудоустройству. Он не знал, какие отношения связывали их, но евреям не очень доверял, считая, что деньги для них важнее человеческих судьб. Так уж сложилось мнение у людей об этой нации - нации расстовщиков, банкиров и врачей. Адресс бюро у Бренда имелся и он решил направиться туда. Он был уверен, что Еврейка Эстер знает где находиться его невеста. Оставалась только молить проведение, чтобы он успел и Анастасия не уехала к себе на Родину. Эти слова, он поворял, как молитву пока собирался. Закинув сумки в джип о пообещав Бесси сделать невозможное он отправился в путь.
   А на следующий день в доме Бренда появилась Синди. Бесси неотрывно смотрела на неё. Во взгляде скользили призрение и жалость. Чёрные глаза негретянки прожигали насквозь, отчего рыжеволосой женщине захотелось изчезнуть, укрыться от этих невыносимо жгучих глаз. Она почувствовала страх, начала нервничать и довольная улыбка изчесла из её лица. Ожидание казалось нестерпимым.
   -- Если она не вернёться Синди, то я уничтожу тебя одним только взглядом и одним только словом, - нарушил тишину тихий голос Бесси.
   Для Синди он показался громовым расскатом. Она испугалась и подняла глаза. Заикаясь, молодая женщина промолвила:
   -- Я не виновата, что всё так получилось.
   -- Не лги мне. Мне ведомо всё. Твоя зависть и злоба не знают границ, а от капризов и прихотей ты вряд-ли избавилась. Но повторять я не намеренна. Если Бренд её не вернёт, то я подвергну в бездну и хаос твою паршивую жизнь.
   Не сказав больше слова и не удостоив даже взгляда собеседницу, Бесси повернулась и с гордо поднятой головой ушла.
   Синди обуял страх и сомнения. Всем в округе было известно, что старая негретянка обладала даром лечить и предсказывать события. Женщина также убедилась, что она разбираеться в психологии людей, читает их характеры по лицу, умеет заглянуть в душу и узнать потаённые мысли. Но Синди подозревала, что старой негретянке ведомо и Вуду. Глупой она не была. Кое-что Синди прочитала, интересуясь в основном приворотами и другими любовными "штучками". Конечно, ей было известно, что Вуду считаеться самым сильным из всех известных видов колдовства. Поэтому опасаться угроз стоило. " Ну чтож, - решила она. Здесь ей больше делать нечего." Пит не собираеться на ней жениться, а значит пришло время поменять штат. В который раз? Ах, разве это важно.
   Она очнулась от раздумий, стряхнув с себя оцепенение и с быстротой лани изчезла со двора.
   Бесси, наблюдавшая за ней из окна, вздохнула с облегчением. Наконец эта стерва изчезнет из их жизни навсегда. Давно надо было поставить её на место. Синди давно скрылась из глаз, а Бесси ещё долго стояла возле окна и смотрела на сгущающиеся сумерки.
  
  
  
  
   ЧАСТЬ 3. ГЛАВА 9.
  
   Бренд ехал , как сумашедший, несмотря на то, что два раза его остановил дорожный патруль, одному из которых он уплатил штраф. Он боялся опоздать, как никогда в жизни. Молодой человек проклинал себя и Синди, проклинал тот миг, когда не смог и не успел оттолкнуть её от себя и когда она сообщила ему, что его невеста здесь. В тот миг Он готов был разтерзать эту стерву голыми руками на мелкие кусочки. Мстительным он не был никогда, но именно тогда он хотел причинить ей боль, чтобы она почувствовала её, чтобы испытала ту невыносимую боль, которая впивалась в душу и рвала её на куски. Боль, которую он ощущал сам и куски которой не мог собрать воединно. Эта внутренняя борьба между желаниями и чувствами сводила его с ума.
   С Синди всё было по-другому. Там не было такого страха потери, как сейчас. Не было такой неопределённости и зависимости. Сейчас всё обстояло иначе. Впервые в жизни он любил душой и телом, но эта любовь приносила невероятные страдания. Ему необходимо было вернуть её во чтобы- то нестало, иначе он будет всю жизнь ощущать эту потерю. Бренд должен успеть до того, как она улетит на Родину. В том, что девушка собралась уехать, он не сомневался. Множество вопросов роилось у него в голове, но он старался отогнать их прочь. Бренд старался не думать худшем. Он устал. Он хотел есть и пить, но его желания могут подождать. Он должен успеть, он объязан её вернуть обратно, даже если для этого ему придёться лететь в далёкую Украину и искать её там.
   Петляя бесконечными переулками Бренд наконец нашёл нужную ему улицу и это треклятое бюро. Он ворвался в него, как ураган, напугав до смерти маленькую подвижную хозяйку. Эстер смотрела на него с ужасом не понимая, что хочет от неё этот незнакомый "ковбой". В потоке громового голоса и бессвязных вопросов она наконец поняла, что перед стоит бывший хозяин Анастасии. Он что-то говорил о свадьбе. "Неужели решил жениться, а она убежала? - мелькнуло в голове у Эстер." Склонив голову на бок, словно птичка, она начала с интересом наблюдать за ним. Красив, ничего не скажешь. И как Анастасии удалось обуздать этого грубияна? Ведь он явно потерял из-за неё голову и примчался сюда. Наверное в том регионе нехватка женщин. Её практический ум начал работать со скоростью звука, подсчитывая выгоду от брачных знакомств. "Стоило бы этим заняться, - подумала она."
   Бренд заметил выражение лица еврейки и неожиданно для неё замолчал. Он ещё раз внимательно осмотрел её, словно желая в чём-то убедиться, а затем произнёс:
   -- Я не шучу, мэм и в последний раз спрашиваю - где она?
   В тихом голосе послышалась угроза, но видимо сидящуу перед ним женщину это ничуть не испугало. Прищурив свои и без того маленькие глазки, она спросила:
   -- Что вы так нервничаете, молодой человек? Мне неизвестно ничего о ней. Она здесь не появлялась.
   -- Она улетела? - озабоченно спросил Бренд, словно не слыша, что ему говорила еврейка.
   -- Нет ещё. Билет забронирован на следующую пятницу и ... - начала Эстер и запнулась, поняв, что невольно выдала себя.
   -- Вы знаете. Где она, чёрт возьми, я хочу знать?
   Эстер не ответила, только с улыбкой и интересом наблюдала за ним. Он также не отводил от неё взгляда. Эта борьба взглядов ничего не дала и ему пришлось смириться. Циничная улыбка скользила по его губам, пока он тихим, зловещим голосом говорил.
   -- Что вы желаете получить за свои услуги? Я заплачу и хорошо заплачу, обещаю вам. Заплачу за то, что вы укажете место, где она скрываеться. Сколько? - спросил он и тут же продолжил:
   -- Ведь для вас в жизни всё измеряеться деньгами. Вы ничего никогда в своей жизни не сделали просто так, от души, - не то утверждал, не то спрашивал он. - Наверное, нет, но это неважно. Я заплачу, сколько скажите.
   Эстер опустила глаза. Эти тихие, зловещие слова хлестали её сознание, словно кнут. Впервые в жизни услышав не сплетни, а прямое обвинение, она смутилась и растерялась. В один миг перед её глазами пробежала вся её жизнь. Чего она добилась? Ничего. Всю жизнь её кредом были деньги, деньги, деньги - эти шурщящие, зелённые бумажки, которые сводили её с ума. Ей хотелось иметь их больше и больше. Это была её болезнь, её страсть и её беда. Но так продолжалось до появления Насти. С появлением этой девушки она поняла, насколько убогой и ничтожной была её жизнь с туго набитым кошыльком. Она поняла, как впустую прожила свою жизнь, как оказалась никому не нужной и одинокой. Даже сестра и то не всегда понимала её. Теперь деньги для неё -игра, метод зарабатывания и хобби. С появлением Анастасии она излечилась от этой болезни, но ему не следует об этом знать. Пусть думает, что хочет. Оторвав взгляд от бумаг, она промолвила:
   -- Да, молодой человек, вы правы - я ничего не делаю даром. Такова жизнь. Я покажу вам, где сейчас находиться Анастасия, но с одним условием. Это вам дорого обойдёться. Решать вам.
   -- Сколько? - только и смог выдохнуть он.
   -- Я сказала с условием, а оно таково: я стану крёсной матерью вашему первенцу. Решайте. Если вы не согласны -ищите сами.
   Лицо Бренда расплылось в улыбке.
   -- Вы приняли мудрое решение, Эстер. Я согласен. Анастасия вас любит. Вы будете самой лучшей крестной матерью. И только тут он заметил слёзы на глазах еврейки.
   Она засмущалась и постаралась незаметно смахнуть их рукой. Велев её подождать, Эстер направилась за сумочкой.
   Идти оказалось не так уж долго. Эстер наотрез отказалась ехать в машине, сообщив, что здесь ссовсем рядом. Трьёхэтажное, утопающее в зелени небольшое здание, находилось всего в двух кварталах от бюро. Поднявшись на второй этаж, еврейка подошла к двери, на которой висела табличка 3В и открыла своим ключом.
   С тех пор, как они вышли из офиса, Бренд больше ни о чём не спрашивал её. Но сейчас бесцеремонно оттолкнув Эстер, он первым вошёл внутрь. Еврейка не обиделась и засеменила за ним. Несмотря на солнечный день в комнате стоял полумрак. Окна были зашторены, а в углу на диване спала Анастасия. Он тихо подошёл и склонился над ней, всматривась в любимые черты. Его переполняла радость и счастье. Он успел и это сейчас было главное. Теперь он должен убедит её поверить ему и остаться с ним навсегда. Ему нет жизни без неё. Она нужна ему, как воздух, только она одна.
   Словно ощутив чьё-то присутствие, Анастасия открыла глаза. "Мираж это или сон? - спросила она себя." Этого не может быть. Эстер и Бренд. Они стоят у дивана и разглядывают её. Она закрыла глаза, затем ещё раз открыла их - видение не изчезло.
   -- Бренд, что ты здесь делаешь? - сонным голосом спросила она. -- Вернее, что вы здесь делаете с Эстер?
   -- Настя, прошу тебя не уезжай,- проговорил Бренд. В его голосе звучала мольба и он так и не ответил на её вопрос. - Они всё это подстроили специально, чтобы разлучить нас. Неужели ты ничего не поняла, дорогая. Бесси тебя ждёт. Она совсем извелась.
   " Да, - мысленно согласилась с ним девушка. Они всё подстроили." Но в этом она смогла разобраться только находясь здесь, логически поразмыслив. Вернуться обратно нре решалась из-за стыда и боязни быть отвергнутой, боялась, что он её не поймёт.
   -- Анастасия, - обратился снова к ней Бренд. -- Не уезжай. Я не могу без тебя жить, ты мне нужна. Как ты не понимаешь родная, что я ждал тебя всё жизнь и что я безумно люблю тебя. Ты не можешь уехать - ты нужна мне, нужна Бесси, нужна Эстер. А ещё Эстер пообещала стать крёсной матерью нашему ребёнку. Это, как говорит она, будет её первый и единственный крестник. Разве мы можем ей отказать. Она так много сделала для нашей встречи.
   -- Так ты знаешь о ребёнке? - удивлённо спросила Настя.
   -- Да, Бесси мне сказала.
   -- Ты рад?
   -- Я счастлив, как никогда в жизни.
   Он наклонился и обнял её, бережно прижимая к себе.
   -- Я останусь с тобой навсегда и я люблю тебя очень сильно, - прошептала Анастасия, обнимая его в ответ.
   -- Мы можем остаться хоть на один день здесь? - спросила она Бренда. -- Мне надо кое-что купить.
   -- Ты хорошо себя чувствуешь?, - словно не слыша вопроса, спросил Бренд.
   Анастасия только кивнула.
   -- Тогда мы всё купим по дороге домой. Нам надо готовиться к свадьбе и обрадовать Бесси. Собирайся, у нас мало времени. Кстати, - обратился он к еврейке. -- Через десять дней наша свадьба и вы с сестрой приглашены.
   Эстер молча наблюдавшая за всей этой сценой, только и смогла, как Настя кивнуть головой.
   -- Может ты устал Бренд, - спросила Анастасия: увидев его изнеможённое лицо. -- Давай поедем завтра.
   -- Отдохнём по дороге, в мотеле. Не переживай. Со мной всё впорядке.
   " Уже всё впорядке, - мысленно добавил он."
   Тепло попрощавшись с Эстер через час они уже ехали домой.
  
   А через два дня смеясь и плача от радости, Бесси нежно прижимала к своей широкой груди "своего птенчика", не забывая при этом благодарить всех всятых, которым возносила молитвы все эти дни.
   Все последующие дни вокруг царила предпраздничная суматоха. Анастасия старалась помагать повсюду, но её постоянно отсылали, ссылаясь на то, что невесте не положенно перед свадьбой ничего делать. Бесси сделала ей укрепляющий отвар, чтобы хоть немного снять сонливость, которая была вызвана её беременностью. Но Настя нашла чем себя занять - она разбирала шкафы и распаковывала подарки.
   Бренд по нескольку раз в день отлучался, приводя в порядок дела, занимался бумагами и счетами. Они готовились к свадебному путишествию. Анастасии хотелось побывать в Бразилии и Перу и Бренд готов был на всё ради неё, но Бесси их отговорила, сославшись на то, что путь не близкий, а в её положении это опасно. Но это всё происходило днём, а вечером, держа её в своих объятьях, он шептал ей слова любви.
   И вот наступил день свадьбы. Коробки, которые они с Брендом открыли, заставили замереть её от восторга.
   Тихо играл орган и перешептывались гости. Эстер, Альберт и Мария сидели в первом ряду. Они всё - таки приехали на свадьбу. Анастасия медленно продвигалась по центральному проходу под руку с седовласым мужчиной, другом отца Бренда. Он любезно согласился заменить родителя девушки и посчитал за честь сопровождать невесту к алтарю.
   Они стояли посреди ярко освещённой церкви и вслушивались в слова священника, и при этом каждый думал о своём. Она вспоминала, с чего начинались её отношения и как она здесь оказалась волею случая и судьбы и что наконец она обрела своё счастье, свой дом. Он вспомнил, как впервые встретил её на остановке и что наконец обрёл своего Ангела души. Судьба неслышно вмешалась в жизнь доведённой до отчаинья молодой женщины, за что та несказанно была ей благодарна.
   Они не знали, какие испытания готовит им будущее, но точно знали, что одиночеству и печали там больше места нет.
  
   Конец.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

Оценка: 3.79*4  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Джейн "Чертоги разума. Книга 1. Изгнанник "(Антиутопия) Д.Маш "Золушка и демон"(Любовное фэнтези) Д.Дэвлин, "Особенности содержания небожителей"(Уся (Wuxia)) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) А.Чарская "В плену его демонов"(Боевое фэнтези) М.Атаманов "Искажающие Реальность-7"(ЛитРПГ) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Н.Любимка "Черный феникс. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) В.Свободина "Эра андроидов"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"