Хов Хельга: другие произведения.

Гнев гор (Книга вторая)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
Оценка: 8.29*32  Ваша оценка:
  • Аннотация:


    Время безжалостно: тысячелетия назад первородные правили миром Сараф. Теперь все изменилось: властители встали на колени. От двух гордых рас остались лишь жалкие горстки отчаявшихся. Эльфам и гномам придётся преодолеть древнюю ненависть и объединить усилия, чтобы выжить. Империи Сарратал уйдет в небытие под натиском нового врага. В мире Сараф настало время перемен, и никто в нем не спасется от грядущих событий.
        
      Завершено (Часть текста удалена. )

  Пролог
   Сегодня в мире Сараф вновь открывалось "окно" между измерениями. Однажды подобное происходило, и жители заплатили большую цену, чтобы убрать брешь. Ткань реальности в этот раз "треснула" в Зеленом море. Название оно свое получило из-за многочисленных колоний водорослей, что шлейфом покрывали водную гладь. В некоторых местах, растения сплелись настолько крепко, что могли выдержать вес взрослого человека. По этой причине все мореплаватели обходили стороной "поляну". Никто не хотел навечно застрять посреди Бескрайнего океана. Зеленое море называли "кладбищем кораблей" не только по этой причине. Течение выносило все обломки именно сюда. Кто впервые видел Зеленое море издалека, принимал его за сушу, где поломанные мачты и корпуса, покрытые морской растительностью выглядели равниной с редкими деревьями на ней.
   Сегодня мирный пейзаж был нарушен. Корабли из темного дерева, выходили из трещины между мирами. Они, как огромные хищники, скользили по "зеленой равнине". Вдруг ведущий корабль стал замедлять ход, пока не остановился полностью. Вслед за ним замерли и другие. Послышалась брань. В "окно" все шли и шли новые корабли. Одни пытались свернуть и врезались в корпуса и обломки, которые десятилетиями никто не трогал. Всего в брешь между мирами прошло сорок кораблей. Паруса черного цвета полностью выдавали пришельцев. Они символизировали смерть. В мир Сараф пришли орки, и их первой целью были Вольные острова.
  
   Глава 1
  
  Доброгнев Зертиш воспринял переселение в Туманные топи, как новое начало. Он был из тех людей, которые легко меняют свой быт. На самом деле, он уже давно хотел покинуть городскую стражу, но никак не решался. Все-таки служить в Морнэйлде было не так уж плохо. На новом месте могло оказаться грязи не меньше, чем на старом. В столице хотя бы пытались поддерживать видимость порядка, но чем дальше от нее, тем хуже. К тому же Алисия, наконец-то, забеременела. В семье Зертишей это было долгожданным событием. Когда он узнал о положении супруги, то решил не спешить и все обдумать. Но судьба решила иначе.
  Сейчас, размышляя об этом, Доброгнев понимал, что произошедшее было вполне закономерно. В городской страже люди редко задерживаются. Невольные свидетели не нужны никому. В один прекрасный день человек просто исчезал, или же погибал на дежурстве. Хоть Доброгнев и был осторожен, это произошло и с ним.
  Со стороны люди видят только то, что им показывают. Так для всех стража - это большая семья, которая всегда встанет на защиту любого, входящего в нее. Страх был той силой, что заставляла их действовать сообща. Все стражники жили с ним. Поэтому, когда беда пришла в его дом, Доброгнев не удивился. Он ожидал чего-то подобного, правда, не так скоро. Доброгнев был очень благодарен своей сестре. Если бы не вмешательство Яры, события могли пойти по совершенно другому пути. Сейчас он переживал, что не спросил, как дела у нее самой. Какой же он старший брат, если забыл об этом? В тот день она выглядела очень усталой. Обреченность была видна в каждом ее движении. Хоть Ярогнева и пыталась это скрыть, но он-то знал ее давно. К тому же сестра принесла ребенка. Он без вопросов согласился принять его в свою семью. Если Ярогнева приняла дитя, значит он тоже Зертиш, Алисия не возражала.
  Единственное, что выводило его из равновесия - это поведение Бьянки. В женщину после ухода Ярогневы будто вселилась сама Тьма. Она начала все делать наперекор, старалась уязвить словами и просто действовала на нервы. Похоже, для себя Бьянка решила, кто виноват в смерти отца. Ведь проще найти кого-то другого, чем мучить себя. Ее целью стал Доброгнев. Алисия лишь сочувствующе смотрела на мужа, но никак не могла помочь. Бьянка нашла еще одну причину ненавидеть Доброгнева, считая, что из-за него они покидали столицу. Ей не хотелось лезть в какую-то глухомань, где вместо людей одна нежить.
  В пути от Горислава было меньше проблем и волнений, чем от Бьянки. Ребенок вообще был на редкость тихий и спокойный. Все искренне полюбили этого молчуна. Естественно, что Бьянка подобного отношения одобрить не могла. К чужому отродью относились лучше, чем к ней. После того скандала девушка еще долго не могла сидеть. Если бы не Рихард, Доброгнев бы прибил ее. Но тот вмешался, и для Бьнки все закончилось поркой. Ее визг слышали все в округе. Широкий поясной ремень на неделю лишь девчонку наглости. Она была тиха и незаметна.
  Но маска покорности была ей чужда, и потому скандалы начались вновь. Доброгнев махнул рукой на ее постоянные истерики и стал обустраивать лагерь вместе с остальными мужчинами. Башню нужно было подготовить к зиме, а времени не оставалось. У женщин же кипели нешуточные страсти. Но уже никто из бывших стражников не обращал внимания на них. Забор нужно было поставить до первых морозов. Деревья, что росли близ башни, еще несильно пострадали от губительного воздействия Тумана, поэтому их решили использовать в качестве материала.
  За все время, что люди провели в башне у Туманных топей, у них не было ни минуты отдыха. К тому же их уединение не раз нарушали "существа". Зомби. Они приходили не из Тумана, а из графства Лоурсон. Но как справиться с поднявшимся мертвецом знал любой стражник. В Морнэйлде уничтожение неживых входило в подготовку воинов. Частенько в Серых кварталах кто-то баловался магией проклятий, потом там проходили чистки. Целые улицы приходилась выжигать, лишь бы остановить тварей.
  Вся остальная нежить к переселенцам не совалась. Туман самолично карал нарушителей. Однажды к ним в гости заглянули "псы", мертвые собаки размером с лошадь и аппетитом стаи волков. Переселенцев спас Туман. Он просто разорвал тварей своими "щупальцами". Тогда Доброгнева впервые вырвало. К счастью, для его гордости он был не одинок. Все стражники опустошили желудок в ту ночь, да и на утро тоже, когда отдирали ошметки тварей с забора и стен башни. Туман, уничтожив нежить, деликатно "лизнул" сапоги мужчин в знак приветствия и отступил за невидимую черту. Хозяин болот вел себя, как добрый сосед. Самое главное, чтобы он в будущем не напрашивался в гости. После этого случая все вздохнули свободней, но все равно не доверяли "доброму" соседу. Он был нежитью. Разум таких тварей не подвластен людям. Сегодня он их защищает, а завтра съест. Так они и жили в хрупком равновесии. Люди удивлялись, вроде место-то проклято, но здесь им было безопасней, чем в Императорском дворце.
  Беда пришла, откуда не ждали. Бьянка исчезла в Тумане. Она настолько сильно всех достала, что люди радовались минутам тишины и покоя. Но, когда удовольствие затянулось, они забеспокоились. На территории "поселения" ее не оказалось. Прикинув примерно, в какое время стало тихо, все поняли, что Бьянка ушла в Туман.
  - Туда ей и дорога! - зло процедила Дженис, жена Рихарда.
  - Не смей, - одернула ее Алисия.
  - Ты, Лисси, сама все прекрасно понимаешь. Твоя сестра редкостная дура. Мужчин из-за нее на болота не пущу, и твоего мужа тоже. Не стоит одна паршивая овца всего стада.
  Алисия не нашла, что ответить, Дженис была права. Но душа у женщины болела, хоть Бьянка и была дрянью, она была своей, родной. Поэтому Алисия поджала губы и, развернувшись, пошла в башню, видеть ей никого не хотелось. Она потеряла сестру. Алисия была благодарна Дженис, теперь можно было винить другого человека. Из-за нее не организовали поиски Бьянки. Совесть Алисии чиста. По крайней мере, она пыталась себя в этом убедить. Но в глубине души Алисия понимала, что все ложь и самообман: Дженис ни в чем не была виновата.
  Через несколько дней Бьянка вернулась, но уже собой она не была. Девушка была похожа на куклу, даже движения такие же неестественные. Она четко выполняла команды, но разум во взгляде отсутствовал. Глаза казались стеклянными, особенно, когда девушка забывала моргать. Если всех женщин волновал вопрос, как помочь бедняжке, то мужчин беспокоило другое. Кто-то или что-то, сотворившее это с Бьянкой было где-то неподалеку, а значит жертвой может стать любой из переселенцев. Существовала вероятность того, что Туман поиграл с разумом девушки. Если это так, то никто не знал, что от него ожидать. Вскоре люди узнали ответ на один из вопросов. Туман "ожил" и начал свою игру, правил которой они не знали. И если теней и мертвого эльфа еще можно было не замечать, то крики Бьянки действовали на нервы всем. Казалось, они проникали в самую душу, пронзая ее насквозь и оставляя после себя прорехи. До бесконечности это продолжаться не могло. Уже несколько дней переселенцы не спали. Да и днем это было сложно сделать. Во-первых, дела не собирались ждать, а во-вторых, Бьянка начинала разговаривать. Слова, сказанные ею, были из неизвестного языка. Дженис уже несколько раз порывалась отравить бедняжку, но взгляд Алисии ее останавливал. Женщина сама когда-то потеряла семью и сейчас искренне сочувствовала Зертиш.
  Разговор с Ярогневой ничего хорошего не принес. Она лишь подтвердила то, что люди поняли уже давно, но из сострадания к ее сестре молчали. Бьянку было не спасти. Да и уход Ярогневы не добавил никому спокойствия. В жизни переселенцев вновь наступили мрачные времена.
  Доброгнев понимал, что пора было действовать. Нужно было избавить Бьянку от страданий. Он бы давно это сделал, но... Он хотел услышать подтверждение из уст целителя. Ярогнева сказала, что разум девушки мертв. Теперь можно было избавить ее от мучений. К тому же, неизвестный, сотворивший это с Бьянкой, так и не добился цели, значит, нужно его найти раньше, чем он повторит попытку. Его новой жертвой мог стать любой, и Алисия в том числе. Поэтому мужчина решил "атаковать" первым. В очередной раз, когда к ним в гости пришел мальчик, Доброгнев отвязал Бьянку и поспешил за освобожденной девушкой. Алисию, чтобы не помешала ему, усыпила Дженис с помощью отвара из трав. Она и ребенок будут в безопасности.
  - Удачи, - пожелал ему Рихард вслед.
  - Объяснишь, - кому и что было понятно без уточнения. Доброгнев знал, что поступает безответственно, но никто из мужчин не желал идти в пасть к нежити. К тому же, он частично был виноват перед ними, все переехали в Туманные топи из-за него. Люди могли выбрать другое место, но он настоял. За все в этой жизни надо платить, время пришло.
  - И присмотрю, - кивнул Рихард. Этот человек не обманет. Он был из тех людей, которые всегда прикроют спину и сдержат обещание. Деревянная калитка за ними захлопнулась. Доброгнев услышал звук задвигаемых засовов и глубоко вздохнул. Бьянка тут же вырвала руку, за которую ее держал мужчина и побежала навстречу Туману. В какой-то момент она пропала из поля зрения Доброгнева, света факела было недостаточно, чтобы хоть что-то разглядеть вдали. Да и Туман увидев, кто появился на его территории, сдвинулся в сторону мужчины. Тени замелькали в белом мареве. Из Тумана появился мальчик, он держал руку Бьянки. Когда тени бросились на них, он сказал:
  - Не шалите! - звонкий голос ребенка быстро остановил их. - Здравствуй, я Рин. А тебя как зовут?
  Если у мертвой твари возможен невинный взгляд, то именно так на него смотрел мальчик.
  - Меня? - опешил Доброгнев. Он никак не ожидал от нежити подобного вопроса.
  - Почему ты молчишь?! - топнул ногой ребенок, и только после этого Доброгнев обратил внимание на внешний вид нежити. Если перерезанное горло он заметил раньше, то на ноги ребенка посмотрел сейчас. Плоть на них сгнила до костей, кое-где даже висели ошметки. Выглядело это отвратно.
  - Это из-за заклятия дедушки, - объяснил ребенок, заметив взгляд Доброгнева. - Расплата была жестокой, - совершенно другим тоном произнес Рин, и Доброгнев невольно отступил.
  - Не бойся! Я больше не убиваю людей, когда они живые с ними интересней, - что конкретно "интересней" с ними делать Доброгнев решил не уточнять, страшась ответа.
  - Я рад, - с трудом произнес Зертиш, после чего шумно сглотнул.
  - Правда? - Рин из мертвой твари превратился в любопытного ребенка.
  - Нет.
  - Я так и знал!
  - Послушай, Рин, а зачем ты звал нас с собой?! - Доброгнев решил не затягивать с самым главным.
  - Нас?! - возмутился ребенок. - Бьянка мне не нужна. Она злая! - сказал Рин. Девушку же отшвырнуло от него невидимой силой. Бьянка не произнесла ни звука, и поднялась на ноги, как ни в чем не бывало. Уже не человек, а кукла.
  - Ты знаешь, что с ней?
  - Конечно! Она пошла на зов! Нашему зову никто не может противиться.
  - Зачем ты звал ее? - осторожно спросил Доброгнев. Еще с начала беседы, его правая рука крепко сжимала эфес меча. Он чувствовал, что ладонь вспотела, но отпустить не мог. Зертишу и в страшном сне бы не приснилось, что он будет вести беседы с нежитью.
  - Я не звал, - усмехнулся Рин.
  - Если не ты, то кто? Или что?
  - Это Альмиер.
  - Твой...друг? - попытался правильно задать вопрос Доброгнев. Но ответ получил не тот, который ожидал.
  - Разве живой может дружить с мертвым? Разве убитый может простить предателя? - прошелестел Рин.
  - Он живой и каким-то образом предал тебя? - Доброгнев никак не мог решить эту головоломку. Он еще с детства их не любил, у Ярогневы всегда получалось в разы лучше.
  - Все эльфы предатели! - убежденно сказал мальчик. - Все, все, все...
  - Я понял, - остановил бормотание Рина Доброгнев. - Только...
  - Только?
  - Только я не понял зачем ты здесь, если с Бьянкой это сотворил кто-то другой.
  - Хозяин топей приказал, чтобы я к эльфу проводил кого-то из живых, - недовольно буркнул Рин. - Он говорит, что я должен оставить обиды, чтобы идти дальше. Душа должна простить! А я не могу! Не могу! - прокричал Рин.
  Дальше Доброгнев сделал то, что делал всегда, когда расстраивался Борислав. Он шагнул к мальчику и погладил его по голове. Грязные волосы путались в пальцах, но мужчина не обращал внимания на это.
  - Тише, все пройдет.
  Потом мужчина осознал, что перешагнул невидимую черту, и в ужасе отдернул руку.
  - Нет, продолжай, - попросил Рин и потянулся за рукой Доброгнева, как цветок за солнцем. Если бы эльфенок был живым то, Доброгнев бы подумал, что мальчику не хватает ласки.
  - Ну! Чего ты ждешь?! - потребовал он.
  Зертиш вновь протянул руку и повторил свои действия.
  - Не то, недовольно качнулся в сторону Рин. - Ты меня боишься! До этого ты делал это искренне! - обвинил его мальчик. Он был прав, тогда Доброгнев сделал это не осознанно. Теперь же видя, что перед ним нежить, рука не поднималась гладить по голове чудовище.
  - Извини, - искренне произнес Доброгнев. Ему действительно было жаль мальчика. Мальчика, которого убили, а не то чудовище, что стояло сейчас рядом с ним.
  - Идем, - Рин цепко ухватил за локоть Доброгнева и потянул в сторону. Это действие вызвало невольную дрожь у Зертиша. Он даже через теплую куртку ощущал мертвый холод, исходящий от пальцев ребенка.
  - Подожди, а Бьянка?
  - Она уже мертва. Душа томиться в пустом разуме, - тон ребенка вновь был совершенно другим. Так разговаривают те, кто прожил на этом свете много лет. Тут впервые Доброгнев осознал, что мальчику может быть уже несколько веков. Что все, происходящее здесь, игра!
  - Ты добьешь ее? - с интересом спросил Рин.
  - Лучше вы, - прохрипел Доброгнев. У него душевных сил на подобный "подвиг" не хватит. Пусть Бьянка стерва, но она и родная сестра Алисии.
  Рин улыбнулся и посмотрел на девушку:
  - Свободна, - повелительно махнул он рукой. Бьянка упала замертво.
  - Идем, - вновь потянул за собой Доброгнева Рин. Пришлось подчиниться. В Тумане идти было странно и страшно. Мир там был совершенно другой: никакой.
  - У тебя есть что-нибудь покушать?
  Доброгнев вздрогнул. Подобный вопрос из уст нежити звучал, по крайней мере, странно. Чем он питается? Кровь или плоть. Может быть, мальчишка желал отведать его эмоций.
  - Мне нужна обычная человеческая еда, - развеял его страхи Рин.
  - Яблоко будешь? - осторожно спросил мужчина.
  - Давай. Здесь в топях яблонь больше не осталось.
  Из поясной сумки было извлечен ярко-красный плод. Даже серая пелена Тумана не могла скрыть его расцветки. От него просто веяло жизнью. Мальчонка радостно выхватил плод и впился своими измененными зубами в него. В голове Доброгнева тут же промелькнула картинка, как Рин так же погружает свои клыки в человеческую плоть, вырывает кусок, проглатывает его и облизывает испачканные кровью губы.
  - Не то. Когда я был живым, яблоко таяло во рту. Сейчас, будто, жую глину: склизкую и противную.
  - Нам еще долго идти? - решил сменить тему Доброгнев. Пристрастия нежити он обсуждать не желал.
  - Мы уже давно на месте, Хозяин болот перенес нас мгновенно.
  - Тогда...
  - Молчи! Могу я хоть немного пообщаться с живым, - капризно произнес Рин. Туман же, услышав разговор, рассеялся, и Доброгнев огляделся: вокруг была топь.
  - И где? - раздраженно спросил он. Доброгнев понимал, что нежить играет с ним, и это ужасно злило мужчину.
  - Здесь, - усмехнулся Рин и пихнул его. Доброгнев не удержался на ногах и рухнул в болотную жижу. Факел улетел куда-то в сторону, и все на что ориентировался Зертиш - это светящиеся глаза ребенка. Мужчина попытался выбраться, но тварь знала, куда толкнула человека. В этом месте было очень глубоко. Доброгнев почувствовал, как его ноги оплетают корни и ветви, по крайней мере, он надеялся, что это были они. Все лучше, чем измененная тварь.
  - Помоги! - отчаянно барахтаясь в месиве из воды и грязи, прокричал Доброгнев.
  - Странный ты. Я же сам тебя туда спихнул!
  - Ах ты... - Доброгнев не договорил, погрузившись в болотную муть с головой.
  В какой-то момент мужчина подумал, что довериться нежити, было не самой лучшей идеей в его жизни. Но поразмыслить о не сбывшемся будущем ему не дали. Доброгнев оказался в пещере. Он лежал на полу и отплевывался от грязи, жадно глотая воздух. Его протащило через "воду", и он оказался в "кармане".
  - Что, Тьма побери, здесь происходит?
  - Он привел человека, - раздраженно произнес кто-то. Вокруг было темно, и, кто говорит , Доброгнев не видел.
  - Кто здесь?
  - Люди... Ничтожны, хрупки и слепы в кромешной темноте. Вы испортили наш мир своим ничтожеством. Но самое необычное во всем этом то, что вы завоевали почти весь Центральный материк. Разве это не насмешка над создателями? - задумчиво спросил неизвестный.
  - Довольно, - прорычал Доброгнев и выхватил меч. Он не собирался им беспорядочно размахивать, но держа его в руке, мужчине на душе становилось легче.
  - Не вздумай им махать здесь, человек. Сейчас поговорим нормально.
  Под потолком вспыхнули зеленые искры и осветили "карман". Когда-то это был подвал дома. Даже сохранилась каменная лестница, ведущая наверх, но вот потолок вместо досок или камня представлял собой переплетение корней. Они шевелились, будто клубок змей. Внезапно, взгляд Доброгнева упал на нечто необычное.
  - Великий Свет! - потрясенно произнес Доброгнев. В коконе из корней и ветвей под потолком висел эльф. Живой эльф: тонкие черты лица, надменный взгляд и конечно же кончики его ушей были остроконечны. Все остальное тело было закрыто коконом. Судьба порой предносит людям странные сюрпризы.
  - Это ты убил Бьянку? - первое, что спросил Доброгнев.
  - Женщину? Она была слаба и не выдержала, - поморщился он.
  - Ты убил ее.
  - Неправда. Она умерла из-за своего ничтожества.
  - Выжечь разум - это не убить?! - зло уточнил Доброгнев.
  - Убийство - это лишение жизни, человек. Эта ммм... деталь осталась при ней.
  - Сам придумал, - едко бросил Доброгнев. - Мне тоже выжжешь разум?
  - Нет, - тяжело вздохнул эльф. - Оказалось, что полное подчинение не выход. Девчонка даже в виде куклы, выполняющей команды, оказалась слаба. Я надеялся, что не чувствуя боли и усталости, она станет полезней. Ошибся.
  - Что дальше?
  - Дальше, ты вытащишь меня из болот, человек.
  - Я не стану тебе помогать, эльф, - в тон ему сказал Доброгнев.
  - Как ты собрался выбраться отсюда? - любезно спросил эльф. - Так вот, человек, без моей помощи ты этого не сделаешь! Но и мне нужна помощь, чтобы выбраться.
  - Что ты предлагаешь? - уже зная ответ, спросил Доброгнев.
  - Сделку. Ты выносишь меня из болот, и мы расстаемся. Все просто.
  - Почему ты не можешь выбраться сам?
  - Мои ноги слишком слабы. Какая-то тварь просто откусила их, пришлось создать кокон и вырастить новые, но им, чтобы восстановиться полностью необходимо время. У меня же его нет.
  - Мне нужно подумать.
  - Думай, но не слишком долго. Воздуха здесь осталось на пару часов, - злорадно произнёс эльф.
  Глава 2
  Тишина и одиночество. В последнее время для меня это роскошь. Очень редко я остаюсь одна в спальне. У Айрдгала появился страх, что, будучи оставленная без присмотра, я что-нибудь сделаю или со мной что-то произойдет. Если его нет со мной, то приходит гара Фенд. Когда-то женщина была нянькой моего будущего мужа, но пока у того нет детей нашла на ком проявлять заботу. От ее общества я уставала больше всего. В гостях у меня часто бывала Эдара Тлан. Хотя нет, девчонка почти переселилась ко мне. Какая ирония: в башне терпела, потом в пути, надеясь, что в Вечных скалах все прекратится. Я ошиблась. С чего все началось, тем все и закончилось. Интересно, мне когда-нибудь позволят находиться только в своем обществе больше часа?
  Очнулась я неделю назад и до сих пор находилась в постели. По словам местных целителей, мне до полного выздоровления еще лежать и лежать. Организм оказался слишком ослаблен предыдущими испытаниями, и потому восстанавливался очень медленно. Конечно, переломы, разрывы и ушибы давно зажили, но вот общее состояние. Но я не унывала, еще чуть-чуть и вновь смогу бегать. Даже сейчас я могла бы пройтись, но мне никому ничего не нужно доказывать и бороться за жизнь, а глупость мне свойственна не была. Единственное, чего мне в данный момент хотелось, так это просто выйти на свежий воздух. Дверь на балкон меня манила не хуже вампирского зова. Хотелось осмотреть то место, которое станет мне домом.
  Вечный город, еще никто из людей не посещал его. Я же, находясь в самом его центре, видела лишь ничтожную часть, которую показывало мне окно. Обидно. Дворец предков располагался намного выше всех остальных зданий. Даже тот кусочек города, что я видела из его окна, заслуживал внимания. Он был необычен. Казалось, что сама природа создала это великолепие. Все здания были частью скал, гармонично сливаясь друг с другом. Между ними тонкими нитями были перекинуты мосты, сверху это смотрелось как необычный рисунок. Паутина. Но сама я ее видеть не могла, Эдара не поленилась и все в красках мне описала. Мне же оставалось недовольно скрипеть зубами. Когда я просила Айрдгала вынести меня на балкон, чтобы посмотреть на мир, он начинал разговаривать со мной, как с непослушным ребенком. Оказывается на такой высоте сильный ветер и меня может продуть. После лихорадки, которая свалила всех женщин, гномы стали трястись над нами, будто мы хрустальные. На мое законное возмущение, что над городом магический купол, он ответил, что подобный риск для меня может быть смертелен. Хотелось смеяться и плакать одновременно от этой ситуации.
  Благодаря магическому куполу в городе было вечное лето. Холодные пронизывающие ветра северных гор просто не проходили через него. Купол защищал город не только от непогоды, но и против враждебного магического воздействия.
  Мне же хотелось выйти на улицу и почувствоваться окружающий мир. Я смотрела, как легкий ветерок весело играет с занавесками в моей спальне, желание почувствовать его в своих волосах было нестерпимо. Вдохнуть полной грудью, почувствовать свободу.
  Не знаю почему, но свой "переезд" в Вечные скалы я воспринимала, как освобождение. Пусть мне неизвестно, что ожидает меня в будущем, но в Империю Сарратал я не вернусь. Жаль, что там осталась моя семья, да и ребенок, который стал ее частью. Я несу за него ответственность не брат. Если здесь у меня появится ощущение дома, то обязательно перевезу всех сюда. Зертиши своих не бросают. Никогда. В душе появилось какое-то странное чувство, будто я что-то забыла, что-то очень важное. Я попыталась вспомнить, но разум отозвался глухой болью. Застонав, я схватилась за голову. Происходило что-то непонятное, и разобраться с этим не получалось. Звук, открываемой двери отвлек меня от поисков причины неясного чувства. На пороге комнаты, стояла благородная.
  - Воспитанные люди обозначают своё присутствие стуком в дверь.
  - Я стучала! - возмутилась она. - Так я зайду, Ярогнева? - вежливо спросила она. Девчонка уже научилась игнорировать мое недовольство. В Вечных скалах она нашла то, что потеряла в Империи Сарратал, покой. Я физически ощущала волны умиротворения, исходящие от нее. Пусть Эдара и скрывала от себя правду, воротя нос от гномов, но мне было хорошо заметно ее состояние. Благородной здесь нравилось. Она нашла ту гавань, где нет штормов и бурь.
  - Ты уже зашла, - проворчала я, и перекатилась на другой край кровати, там, где подушка была холодная. У меня их здесь четыре штуки, такая роскошь мне и не снилась.
  - Как тебе? - обернулась вокруг своей оси девчонка. На ней было легкое платье нежно-голубого цвета, с вышивкой по подолу. Девчонка выглядела прелестно. Ей даже вновь вернули длину волос, и теперь белая волна была красиво убрана в косу.
  - Где скорбь? Вдове полагается быть печальной по недавно ушедшему мужу, - упрекнула я ее. Во мне говорила зависть. Мне еще неделю придется лежать в постели, она же отделалась лишь легким испугом. Где справедливость? Мне тоже хотелось надеть платье и почувствовать себя живой, здоровой, прекрасной и желанной. Боль в глазах Айрдгала мучила меня. Я видела, как он хотел не только сидеть рядом, но хотя бы обнять, но боялся сделать мне больно или повредить. В том, что произошло, Хейм винил себя, но ведь это глупость! Иногда ничего нельзя изменить. Это, как с камнепадом, либо спасешься, либо нет, никто не виноват - это стихия.
  - Не ворчи, Ярогнева! - усмехнулась Эдара и залезла ко мне на кровать. Она ни капли не боялась меня.
  - Туфли хоть скинь, - выразила я свое недовольство вслух.
  - Они чистые. Я сегодня на улицу еще не выходила.
  - Так иди проветрись, зачем отбираешь мой воздух? Здесь и так душно, как в клетке!
  - Брось, у тебя открыто окно и дверь на балкон... - она не договорила и посмотрела на меня. - Извини. Ты не об этом. Устала лежать, да? Целители говорят...
  - Благородная! Я тоже целитель. Уж на балкон-то мне выйти можно! Тот старый пенек, что приходил с утра, строго настрого запретил мне вставать.
  - Ну вот! - торжествующе сказала она.
  - Они боятся! Боятся, что с невестой Наследника что-то случится. Например, осложнения или еще чего, вариантов много. Насколько я поняла, здесь проблемы решают быстро!
  - Это точно, - задумчиво произнесла девчонка и как-то странно посмотрела на меня. Что-то здесь было не чисто.
  - Ты мне ничего не хочешь рассказать? - мягко спросила я.
  - С чего ты взяла? - вопросом на вопрос ответила она и нервно рассмеялась.
  - Хорошо, - покладисто произнесла я. - Скажи-ка мне, а что с остальными девушками?
  До этого момента я старалась вообще ничего не спрашивать. Мне было на все наплевать. Хотя, такое количество зелий сделает любого человека безразличным. Стоит заметить, что здесь сыграло немаловажную роль и то, что не в моем характере лезть в чужие дела и проблемы. Всегда стараюсь обходить неприятности по широкой дуге.
  - Они живут в одном из гостевых домов.
  - Странно, что не на улице.
  - Гномы не такие! - возмущенно воскликнула Эдара и даже села на кровати. Все-таки я погорячилась, она все такая же наивная дура.
  - О как! Тебе напомнить, моя дорогая, что сотворил гар Дар.
  Девчонка ничего не сказала, но я видела в ее глазах осознание. Интересно, сколько еще раз мне придется тыкать ее носом в безжалостную действительность?
  - Послушай, они ничем не отличаются от людей. Я могу поспорить, что произошло нечто, тревожащее тебя, но по какой-то причине, ты опасаешься мне все рассказывать. Скорей всего тебе запретил Айрдгал.
  - Да, - выдохнула она. - Слушай, если он начнет тебя спрашивать, то скажешь, что все приснилось.
  - Я-то скажу, вот только поверит ли мне он, - усмехнулась я.
  - Слушай, что хотела. Когда женщины оказались здесь, события понеслись в вскачь. Во-первых, Совет мастеров выдвинул ноту протеста Наместнику Предков. Нельзя мешать первородную кровь с незнамо чем, - недовольно произнесла Эдара. Ее воспитание давало о себе знать. Девчонку сравнили со скотиной, и вся ее благородная кровь кипела в праведном гневе. Я невольно улыбнулась. Хотелось бы увидеть ее лицо в тот момент. Жаль не удалось.
  - Это вполне ожидаемо.
  - Дальше хуже, - тяжело вздохнула она. - Мастеровые потребовали отдать всех бесплодных женщин в Шкатулки самоцветов, чтобы они приносили пользу! - последнее слово Эдара выкрикнула. Я внимательно посмотрела на нее. Благородная сильно побледнела и тяжело дышала. В глазах у девчонки было не только возмущение, но и страх. Я поняла ее реакцию.
  - Ай-да гномы! Значит, мастеровым захотелось познать волшебниц?
  - Да! Отдать девушек в бордели! Ты представляешь!
  - Успокойся! - прикрикнула я на нее. - Ты зелье не выпила, - равнодушно закончила я свою мысль.
  - Да, как ты мо...
  - Тихо! Когда один благородный лорд проигрывает в карты другому деревню или две, как думаешь, что происходит с женщинами в этих селениях?
  - Я... - весь пыл Эдары мигом угас.
  - Поверь, это обыденно. Они могли потребовать всех. Мы все в будущем осквернители их чистой крови. К тому же, я уверена, что женщин не отдали.
  - Да. Но это не заслуга Наместника. Биар устроила им незабываемое представление.
  - Хочу подробности.
  - Я не знаю, что она сделала, но от посла Совета мастеров осталась только память. Всех остальных просто разметало в разные стороны.
  - Биар погорячилась. Я так понимаю, что на этом представление не закончилось.
  - Ты права, - подтвердила Эдара. Это было ясно и так. Никто не оставит убийцу безнаказанным, своей несдержанностью Биар подставила не только себя под удар, но и всех остальных, включая Наместника Предков. - Кто-то из мастеров выкрикнул, что за имуществом нужно приглядывать. Как откупной за смерть посла, они потребовали половину женщин.
  - Все женщина присутствовали при этом?
  - Да. Я, как раз застала это представление. Официальную церемония откладывали до нашего прибытия.
  - Много погибло? - тихо спросила я.
  - Две женщины и пять гномов мастеров, что стояли рядом.
  Я промолчала. Мне было жаль девушек, но ничего поделать нельзя. Империя Сарратал клубок змей и то, что в Академии Начал выбрали девчонок, не обуздавших свою силу для этой "миссии", очередное доказательство того. Из-за потрясения их просто разорвало изнутри магической энергией. Гномов же убило взрывной волной. Очень жаль, что так мало тварей отправилось к предкам.
  - Что предпринял Наместник Предков?
  - Крайнего нашли быстро. Знаешь, вроде Наместник и говорил тихо, но пробирало до костей. Аларик оказался виноват в том, что ничего не сказал про подлог Академии Начал. Потом досталось мастерам, он просто послал их к предкам и сказал, что он по праву крови решает, что делать с наследием воинов. Желающих его право оспорить не нашлось. Нам же запретили обращаться к источникам, рабские браслеты полностью заблокировали эту возможность.
  Мы с Эдарой переглянулись. На мне не было подобного браслета, да и запрет Голоса Наместника уже не властен в Вечных скалах. У меня будет возможность постоять за нас обеих, если придется.
  - Что с Биар?
  - Ее заперли и заблокировали источник. Мастера потребовали суда.
  - Когда?
  - Через несколько дней.
  Мне не было жаль Биар. Она сама виновата в случившемся. Разве сдержанность не входит в обучение знати? Конечно, ее можно понять. Для нее это приключение стало откровением, еще ни разу она не была на месте "вещи". Что ж, Илоне еще многое предстоит попробовать на собственной шкуре. Единственное, что меня расстраивало в сложившейся ситуации - это обещание лорду Биару. Придется теперь что-то сделать, чтобы ее не убили. Попросить у Айрдгала помощи? Не думаю, что я ее получу. Скорей он меня запрет, чтобы не вмешивалась в политические игры Вечных скал. Оставалось устроить побег.
  - Еще какие-нибудь подробности?
  - Мастера потребовали, чтобы Наследник изгнал тебя, и не позорил предков. Они не примут Наместницу Жизни человека.
  - Наместницу Жизни? - удивленно переспросила я.
  - Оказывается, отец Айрдгала уже устал править и хочет уйти вслед за женой. Она зовет его уже несколько лет. Но он не может бросить свой народ, пока в Вечных скалах неспокойно. Ты же почти жена Наследника, будущая Наместница Жизни.
  - Вот радость, так радость, - недовольно произнесла я. Мне такого счастья отродясь не нужно было. Вот уж "удача".
  - Брось! Это же здорово! Ты станешь Наместницей! - Эдара даже руками всплеснула от избытка чувств.
  - Много тебе счастья происхождение и богатство принесли? - главное правильно задать вопрос. Тлан растерялась. С такой точки зрения девчонка ситуацию не рассматривала. Очень зря.
  - Я об этом не подумала, - извинилась она.
  - Вижу, ты так и не научилась думать, - упрекнула я ее. - Помоги подняться, хочу выйти на балкон.
  - Тебе...
  - Плевать!
  Настроение резко испортилось. Я хотела человеческого счастья, а получу политические интриги, зависть, подлость и многое другое, свойственное подобному миру. Я встала на ноги и мир покачнулся. Меня повело в сторону, а ноги противно заныли. Девчонка вовремя успела меня поддержать. Хоть какая-то от нее польза, так бы я не рискнула бы вставать одна. Все-таки у меня был не насморк.
  - Не смей, - не дала я ей сказать ни слова.
  - Хоть халат накинь, - попросила Тлан.
  - Думаешь, моя скромность в этом пострадает? - улыбнулась я. На мне была надета плотная белая сорочка до пят. Даже вырезом она похвастаться не могла.
  - Не думаю. Но вдруг, кто увидит, невесту Наследника! Тебе-то все равно, а Айрдгал расстроится.
  Здесь девчонка права. Зачем мне портить образ Айрдгала? К тому же, мой гном, оказался очень ревнивым. Он даже на целителей смотрел волком. В такие моменты его глаза становились звериными. Я все хотела спросить, прошел ли он превращение, но откладывала. Боялась ответа.
  - Давай.
  В отличие от сорочки он был глубокого синего цвета. Проведя руками по нему, я зажмурилась. Никогда прежде у меня не было одежды из такой дорогой ткани.
  - Ты чего? Плохо? - обеспокоенно спросила Эдара.
  - Все хорошо, - мягко улыбнулась я.
  Девчонка как-то странно посмотрела на меня и сказала:
  - Знаешь, никогда не видела тебя такой.
  - Какой?
  - Умиротворенной.
  Я рассмеялась. Она меня не знала. Все, что видела она и окружающие, были мои маски, доспехи против мира. Я сделала шаг к балкону и покачнулась, девчонка тут же вцепилась в меня, не давая упасть.
  - Вместе. У нас теперь общая дорога.
  Я отвела глаза. Конечно, Эдара мне не чужая, но... Общая дорога с ней меня пугала. Девчонка явно отмечена судьбой, так же как и я. Мне своих испытаний хватало с лихвой.
  - Ну как тебе? - ее вопрос вернул меня в действительность.
  Свобода. Это слово полностью характеризовало мои ощущения. Казалось, я стояла на вершине мира и была свободна от всего, что меня мучило и пугало. Вцепившись в перила, я посмотрела вниз. Голова закружилась, но отступать было не в моем характере. Я желала видеть свой новый дом во всем его великолепии. Он был прекрасен. Ярусами ниже располагались парки и несколько водопадов, а мосты, действительно, напоминали паутину.
  - Завораживает, - произнесла я и счастливо рассмеялась. Ветер будто услышав меня, подхватил мои волосы и взметнул их вверх. Свет, до чего же хорошо жить!
  - Яра! - окликнула меня Эдара. - Может, сядем?
  - Не хочу в комнату, - отказалась я и вновь стала пожирать глазами город внизу.
  - Там плетеные кресла, - махнула рукой она куда-то мне за спину. - С балкона не уйдем, не волнуйся!
  - Хорошо, - нехотя согласилась я. Честно говоря, стоять было тяжело. Ноги противно ныли, да и общее состояние оставляло желать лучшего. Еще нескоро я почувствую себя полностью здоровой.
  - Ну? - решила я больше не тянуть с вопросом.
  - Что, ну?
  - Послушай, уже несколько минут ты нервно комкаешь ткань платья в своих потных ладошках, благородная. Что ты хочешь мне поведать?
  - Я...
  - Ты, что? - раздражение в душе вновь встало у руля. Сколько можно? Мы уже через столько прошли, что можно и не мяться, а сказать как есть.
  - Ладно, - решилась Эдара. - Ты главное не злись.
  - Знаешь, подобное начало не способствует душевному равновесию, - хмыкнула я.
  - Он взял с меня клятву на крови, но я все равно скажу.
  - Вот как?
  - Ты помнишь, что произошло в Родовой часовне? - осторожно спросила она.
  - Нас спасли. Твой братец и твой садовник сбежали, меня придавило канделябром.
  - Всё? - переспросила она и требовательно посмотрела на меня. Вновь у меня промелькнуло ощущение потери. Будто я хочу что-то вспомнить, но не могу.
  - Живо говори! - приказ девчонке был ясен.
  - Алисия она...
  Девчонка не договорила, но барьер в моем разуме, скрывающий воспоминания рухнул. Голову прошило болью, и я вернулась в прошлое.
  
  '- Ярогнева! Сестра! Он ушел! Доброгнев ушел в Туман! Ушел вместе с Бьянкой! Они исчезли в ненасытной утробе этой твари! Ярогнева, прошу, помоги. Свет, за что ты нас караешь?! Мы запираемся в башне и будем ждать до последнего, потом воспользуемся портальным ключом. Ярогнева, если ты слышишь, то поспеши, а если нет, то... покойся с миром, сестра.'
  
  - Как он посмел! - крик шел из души. Я была зла. Опять Айрдгал решил все за меня. Рано я сняла свои 'доспехи'.
  - Ты была слишком слаба. Постоянно вспоминала Доброгнева. Потом целители нашли замкнутую магическую связь, которая тянула из тебя силы, и прочли воспоминания в часовне. Связь разорвали, а твои воспоминания решили запрятать. С меня же взяли клятву на крови, что ничего тебе не расскажу про Доброгнева и твою память. Теперь я себя корю. Если бы я не рассказала все Айрдгалу...
  - Ты понимаешь, что тебя ждет? Клятва на крови не шутка, - холодно произнесла я, не решив еще злиться на девчонку или нет.
  - Ее принесла Эдара Тлан и Гадриэлла фон Корнтлан. Айрдгал решил не рисковать. Но вот незадача, ни той, ни другой больше не существует. Я Гадриэлла фон Лондган, - торжествующе закончила она.
  Я же испытала прилив гордости. Все-таки она растет и учится. Может и будет толк из девчонки. Когда-нибудь!
  Глава 3
  - Что ты будешь делать?
  Хороший вопрос задала благородная, еще бы знать на него ответ. Я не хотела сгоряча разрушить наши хрупкие отношения с Айрдгалом. Конечно, он поступил, как считал нужным, но... Доверие вещь хрупкая и терпение мое уже трещало по швам. Но одно я знала точно, что просто так прощать ему это нельзя. До него нужно донести, что за меня решать нельзя. У меня есть голова на плечах, и я умею ей пользоваться.
  - Не знаю, - это все, что я могла ответить Эдаре.
  - Но...
  Я резко встала, голова предательски закружилась. Ничего бывало в моей жизни и хуже. Справлюсь.
  - Куда ты? - взволновано спросила Эдара и вскочила вслед за мной.
  - Мне нужно переодеться. Я ухожу, пора брать свою судьбу в самые надежные руки на свете.
  - Чьи? - не поняла девчонка. Я же раздраженно посмотрела на небо. Здесь оно казалось гораздо ближе, чем в Империи Сарратал: протяни руку и коснешься.
  - Мои, - рявкнула я. - Или ты можешь предложить чьи-то еще?
  - Нет, - она даже головой помотала, от избытка чувств.
  - Ты меня не удивила.
  Айрдгал слишком самоуверен, ругаться и выяснять с ним отношения бесполезно. Ему нужен урок, который он запомнит и усвоит. Я-то надеялась, что еще с браслетами он все понял и осознал. Игра в темную со мной не пройдет. Но, увы, мы живем с ним в разных мирах и та дверь, что соединяет их, начинает потихоньку закрываться. Либо он научится советоваться и считаться со мной, либо останется один! Пусть повелевает своими гномами, но не мной. Я не просила слишком много, только каплю уважения. Он мне категорически отказывает в нем. Я не бездушная кукла и жить без чувств и по приказу не смогу.
  - Послушай, Ярогнева, может, стоит с ним просто поговорить.
  - Разумно, но... Ничего не выйдет. Я пыталась. Сейчас же просто будет скандал. Я не люблю устраивать истерики, слезами горю не поможешь, - говоря это, я лазила по шкафам, ища свои вещи. Слабость во всем теле мешала, но мне было не до нее. Как ни странно вся мои вещи были в спальне.
  - Я иду с тобой! - решительно сказала Эдара и достала мои запасные штаны и рубашку. Я только хмыкнула, ей не признаюсь, но помощь мне пригодится. Нужно было, чтобы хоть кто-то поддержал меня, когда в очередной раз мир перед глазами "сместится".
  - Яра, а как мы выберемся из Дворца Предков. Там в каждом коридоре охрана, если меня пропустят, то тебя нет. Ты, ведь это понимаешь?
  - О, да! - предвкушающе воскликнула я, зашнуровывая сапог. - Скажи, благородная, ты мне доверяешь? - мой взгляд, буквально прожигал ее насквозь.
  - Да, - в этом простом ответе было столько эмоций, что я чуть не утонула в них. Кажется, девчонка нашла себе новую семью в моем лице.
  - Очень хорошо.
  Мой ответ был искренен. От добровольной помощи грех отказываться. Благородная же послужит мне отличным источником магической энергии. Конечно, это неправильно рассматривать ее так, но это жизнь. Все в мире пользуются другими людьми, просто кто-то меньше, а кто-то... Мысль продолжать не хотелось. Благо я грань дозволенного по отношению к окружающим вижу четко, и не переступлю ее. К тому же, девчонка сама не в состоянии пользоваться силой источника. Я же вполне способна из него зачерпнуть заемной энергии. Для меня каждая крупица силы сейчас, как живая вода. Мой источник отдает всю энергию на восстановление организма, а себя обкрадывать глупо. Зато у меня была девчонка, у которой силы более чем достаточно. Конечно, это неправильно, но тяжелые времена требуют трудных решений.
  В душе родилось чувство вины, будто я ворую у ребенка. Что делать? Свет, это же не смертельно! В конце концов, и ей польза будет. Существует вероятность того, что барьер в сознании, скрывающий от нее силу рухнет. Решено.
  - Готова? - спросила я и поправила капюшон у походной мантии. Привычная одежда дарила ощущение спокойствия. Сейчас я чувствовала себя улиткой, которая вернулась в свою раковину. Мне было хорошо и удобно. Все-таки белая сорочка до пят - не мое.
  - Конечно, - кивнула мне девчонка, а потом недовольно добавила: - Правда, в штанах неудобно. Маловаты чуть-чуть.
  Я сжала челюсти, чтобы не сказать грубость, досчитала до десяти и произнесла:
  - Под мантией все равно не видно.
  - Думаешь? - с сомнением спросила она.
  Думала я совершенно другое, но зачем девчонку расстраивать, и так ее обижают все, кому не лень.
  - Идем, - позвала я ее и махнула рукой в сторону балкона.
  - Но дверь из комнаты там...
  Я ничего не ответила. Сейчас все сама поймет, но до балкона мы не дошли. Голос гары Фенд остановил нас обеих:
  - Далеко ли собрались, юные лары? - таким тоном со мной разговаривала только жена старосты в деревне, где я родилась. Она поучала и воспитывала всех, кого встречала. Гара Фенд была ее воплощением здесь. Стоит заметить, что ни ту, ни другую я не любила. Гара Фенд была высокого роста, конечно, не как здешние мужчины, но над нами она нависала, как скала. В ее голубых глазах читался упрек. Быть может, на кого-то такой взгляд действовал, но меня он не задевал. В руках гара держала поднос с очередной порцией зелий, я невольно скривилась от отвращения.
  - Я спросила, куда вы собрались, - напомнила она нам. После чего подошла к столу, что стоял в центре комнаты, и поставила поднос. Тяжелая рыжая коса соскользнула на спину. Сумочка с рукоделием упала на предплечье. Гара Фенд очень любила вышивать.
  - Воздухом подышать, - смысла скрывать правду я не видела.
  - Потрудитесь лечь обратно, Ярогнева, - потребовала она, шагнув в мою сторону. Подол ее одеяния зашуршал по полу. Женщины в Вечных скалах не носили юбок, так таковых. Это были штаны, расширяющиеся к низу, а множество вставок создавали ощущения подола платья. Практично и красиво.
  - Не хочу, - скупо обронила я в ответ.
  - Значит, я применю силу, - отчеканила моя заботливая сиделка. Эдара отступила мне за спину.
  - По какому праву? - вежливо поинтересовалась я. Ее ответ мне был интересен. Он способен прояснить многое, в частности отношение ко мне.
  - Мне прика...
  - Я спросила про право гара Фенд и жду ответа!
  - Оно мне не нужно. Ты для меня ребенок, больной и непослушный, - тяжело вздохнула женщина.
  - Для меня, - копируя ее интонацию, ответила я, - вы бесцеремонная особа, влезающая в мою жизнь. Забота - это хорошо. Но любое благо не всегда является таковым для кого-то.
  - Не смеши меня, мы стараемся тебе помочь.
  - Стерев мне память? - уточнила я. - Это благо?
  - Подружка рассказала? - недовольно спросила "няня". - Неважно. Ляг в постель, Ярогнева, тебе нужно поправляться.
  - Для чего? - сухо спросила я, и женщина не выдержала.
  - Ты будущая мать наследников. Ты должна...
  - Молчать! - рявкнула я. Эдара за моей спиной вздрогнула. Гара Фенд же была непоколебима, как скала. - Раз я будущая мать наследников, уважаемая, то и Наместница Жизни... в будущем. Уже сейчас я стою намного ступеней выше, чем ты. Молчать! Мне ты приказывать не смеешь!
  - Человечка! - презрительно бросила она. - Ты просто не знаешь своего места, глупышка.
  - Сейчас ты похожа на курицу, дорогуша. Я просто сосудом не буду. У меня есть чувства и желания, а главное разум, который способен защитить первое и воплотить второе.
  Я зачерпнула силы из источника Эдары, и сонные чары мягко окутали гару Фенд. Ничего не случилось. Женщина скупо улыбнулась и сказала:
  - Все женщины из линии воинов умеют постоять за себя и за Твердыню. Из этой комнаты ты не выйдешь, - щиты вокруг женщины уплотнились. Я же мысленно выругалась, если бы правильно использовала первое заклятие, то не пришлось бы прибегать к насилию. Без крови я отсюда не выйду.
  - Печально, - невольно вырвалось у меня.
  - Вот и молодец. Будь хорошей девочкой и ложись в кроватку, - издевательски произнесла воительница.
  - Печально, что все закончится так. Хотелось мирного решения проблемы, но теперь вы часть моего показательного выступления, - вздохнула я и вновь зачерпнула силы у Эдары. Гара Фенд была опытным магом: её щиты представляли собой монолит без единого зазора или трещинки. Обычными заклятиями мне их просто не пробить. Я даже пытаться не стану, бессмысленная трата сил. Но у меня была одна лазейка - это "искореженные" заклятия из ветви целительства. Спасибо Туманным топям за такой подарок. Боюсь, что гаре Фенд не понравится мои чары, они все калечат или убивают.
  Воительница даже не поняла, что произошло. Она просто со стоном рухнула на пол. На белом ковре, возле ее ног растеклась кровавое пятно.
  - Яра, что ты...
  - Умолкни, - одернула я благородную, не время было что-то кому-то объяснять.
  Я подошла к гаре Фенд, стараясь не наступить на кровь. Зачем портить весь ковер следами? Женщину мне жалко не было. Судя по ее лицу, у нее произошла переоценка ценностей. Воительница потянулась к подолу "платья" и стал его рвать.
  - Ты сломала мне ноги! - потрясенно прохрипела она. На каждой ноге ниже колена из плоти вызывающе торчали белые кости. - Не боишься отката, целительница?
  - Гара Фенд, я уже говорила, что все это печально. Мое отношение к ситуации не изменилось. Чтобы у вас не возникло соблазна сделать все еще печальней...
  Я не договорила, но здесь слова были не нужны. Лёгкое касание ко лбу женщины, и она не сможет пользоваться магией несколько часов. "Колыбельная Миара" усыпляла источник, каждый целитель знал эти чары. Еще я запечатала комнату, дабы у женщины не возникло соблазна из нее выползти или позвать на помощь.
  - Гара Фенд, комнату вы не покинете.
  - Ты сломала мне ноги, - все еще не веря в происходящее, повторила она.
  - Я наложу чары, останавливающие кровь и заглушающие боль, и одно отсроченное заклятие. Через три часа ваши ноги начнут восстанавливаться. Вы сможете ходить, - мягко произнесла, а потом честно добавила, хромая. Мышечная активность восстановится не сразу.
  - Какая ты заботливая, - с иронией произнесла воительница. К ней уже вернулась самообладание.
  - Я же целитель, - после этой фразы горький смешок вырвался сам собой. В последнее время я только калечу людей и нелюдей.
  Гара Фенд устало облокотилась на ножку стола и произнесла:
  - Надеюсь, девочка, ты знаешь, что делаешь.
  - Знаю.
  Гара Фенд сняла все свои маски. Теперь передо мной была просто уставшая старая женщина. Я заметила морщины на ее лице, а в волосах седину, и не удержавшись спросила:
  - Сколько вам лет?
  - Я уже разменяла много веков, девочка. Порой мне самой хочется уйти к предкам, но меня все никак не зовут, - горько проговорила она. У меня же в глубине души родилось противное чувство вины. Не слишком ли сурово я обошлась с ней? С другой стороны, у меня не было выбора: она воительница. Если бы я ее не опередила, то концовка нашего представления была бы совершенно другой.
  - Ты ведь торопилась, - напомнила мне она. Я вздрогнула. Действительно, время не терпит. Гара Фенд же, не обращая на нас с Эдарой внимания, дотянулась до сумочки, которая упала рядом с ней и достала из нее рукоделие. Мне захотелось восхищенно присвистнуть. Сильна.
  - Минуточку, - отмерла Эдара и бросилась к кровати. Схватив подушку, девчонка подложила ее под спину гары Фенд.
  - Спасибо, малышка, - улыбнулась та, благодаря ее.
  Я с интересом наблюдала за этой сценой. Что гара Фенд, что благородная - обе открылись мне с новой стороны.
  - Идем, Эдара, - позвала я девчонку. Та виновато посмотрела на женщину и посмешила за мной. Совесть у девчонки проснулась не вовремя. Но мне было не до них. Нужно было спешить, через пару часов мне станет плохо от таких нагрузок. Сейчас я этого не ощущала. Все из-за того, что действовала, болячки отошли в сторону, уступая место необходимости. Все-таки, когда человек лежит и болеет, он прислушивается к себе, тем самым, ухудшая свое общее состояние. Так может и палец заболеть, если думать только о нем.
  - Мы ее так и оставим? - беспокойство сквозило в голосе Эдары. За меня она так не волновалась.
  - Уймись! - раздраженно одернула я ее.
  Девчонка недовольно пождала губы и обижено засопела. Она совсем еще ребенок. Подойдя к краю балкона, я посмотрела вниз. Высоко. Очень высоко.
  - Что мы будем делать? - недолго длилось ее молчание.
  Я развернулась к Эдаре и, усмехнувшись, произнесла:
  - Вот, что!
  Благородная ничего не успела сделать. Для нее мои действия стали сюрпризом. Схватив девчонку за руку и используя силу ее источника, я сбросила нас вниз. Пронзительный женский крик разнесся в Вечных скалах. Он отражался от камней и эхом уносился дальше в горы. В какой момент девчонка охрипла. Я же ни капли не боялась, наоборот, на душе было хорошо, как никогда. Свободное падение дарит невероятные ощущения. Благородная просто еще не познала вкуса опасности. Теперь я точно знала, чего мне не хватало в золотой клетке. Даже испытывая ни чем не прикрытый восторг, я крепко держала девчонку за руку и контролировала ситуацию. Смерть от падения не входила в мои планы. Все-таки я безумна. С другой стороны все выпускники Академии Начал такие. Помню, у старшекурсников была одна забава. Кровавая забава. У многих первогодок не сразу открывается способность управлять энергией. Они ее чувствуют, но, увы, зачерпнуть силы из источника не могут. Благородных этому обучают с детства, а большинство обычных людей неспособны даже зажечь свечу. Естественно, маги пошли по наименьшему пути сопротивления. Человек способен зачерпнуть силы, находясь на грани. Выпускники вели у нас "Основы взаимопомощи". На бумаге красиво, а в жизни лотерея: повезет, не повезет. Все зависело от первого заклятия, которому обучали группу. У меня это было искусство левитации. Нас скидывали с обрыва, кто успеет применить знания на практике, тот живет дальше. Все просто. Боевым магом приходилось в разы хуже, у них первое заклятие всегда - "Огненный шар". Там жертв было в разы больше, их списывали, как потери при обучении. Так, что искусством полета, да и всеми заклятиями левитации я владела очень хорошо. Естественно, что приземляться я тоже умела.
  Я заранее знала, куда мы упадем, специально приглядев это место. Магия может многое, и уж приблизить визуально какой-то объект тем более. Я сразу обратила внимание на этот парк, здесь не было местных жителей: вообще никого не было. Здесь гулял только ветер. В Вечном городе мало жителей и улицы всегда полупусты. Мне бы задуматься, почему здесь вообще никого нет, но, увы, умная мысль приходит слишком поздно, когда уже ничего нельзя изменить.
  - Мы могли разбиться! - первое, что я услышала от благородной, когда она пришла в себя. Ее аристократическая бледность сменилась лихорадочным румянцем, а по телу временами проходила волна дрожи. Она еще не отошла от потрясения, но я не испытывала ни капли сочувствия к ней. Пора бы Эдаре уже привыкнуть, что жизнь это не веселая прогулка.
  - Зачем ты это сделала?
  - Согласись, это самый короткий путь из дворца, - сухо заметила я.
  Эдара открыла рот, чтобы что-то ответить, а потом махнула рукой, понимая бесполезность спора.
  - Зачем ты сломала гаре Фенд ноги? Можно было обойтись без насилия! - упрекнула она меня. Я промолчала. Смысла ей объяснять очевидные вещи не было. Сама поймет, если пожелает. Я выбрала самое безболезненное заклятие, которое придумала в Туманных топях. О сохранности там тварей я думала меньше всего.
  - Яра, ответь.
  - Отстань, - рявкнула я, прислушиваясь. Что-то было не так. Я чувствовала угрозу.
  - Ты слышишь? - осторожно спросила я девчонку.
  - Что?
  - Ничего! Даже шума листьев в кроне деревьев нет, а ветер есть, - это неправильно. - Ты уже бывала в их парках?
  - Да, но там все было иначе. Здесь как-то ... дико, - подобрала она подходящее слово.
  Я огляделась. Действительно, все вокруг было неухоженным. Беседки, скамейки покрывали дикие вьющиеся растения. Кусты росли, где им вздумается, а не в строго определенных местах. Везде царил первозданный хаос.
  - Мне кажется, что надо убираться отсюда, как можно скорее, - нервно произнесла Эдара и схватила меня за руку. Я с ней согласилась. Все происходящее мне не нравилась, а главное, было не ясно, чего ждать дальше. В такой ситуации убежать - самое разумное решение.
  Но мы не успели. В одно мгновение "парк" изменился. Его наводнили люди. Много людей: женщины, мужчины, дети и старики. Они гуляли по аллеям "парка", который тоже изменился, будто живые.
  - Они...
  - Фантомы! Иллюзия! Успокойся. Все это миражи.
  Дети, игравшие в догонялки, на поляне весело смеялись. Один ребенок упал и разбил колени. Кровь, что сочилась из ран, была настолько настоящей, что я чувствовала металлический привкус во рту.
  - Уходим, живо! - крикнула я и потащила благородную прочь от "людей".
  - Что происходит?
  - Чувствуешь кровь? Я знаю это заклятие. Это приманка. Судя по количеству "людей"...
  Договорить я не успела. По "парку" разнесся человеческий крик полный боли и отчаяния. Он пробирал до костей. Хотелось кричать вместе с тем несчастным фантомом. Страх полноводной рекой хлынул в сознание. Среди "людей" началась паника. Кто бы ни был тот маг, но дело свое он знал. События в иллюзорном мире развивались с пугающей достоверностью.
  - Что происходит?
  - Бежим, - спокойно сказала я, и сорвалась с места, старательно вливаясь в толпу. В какой-то момент бежать стало некуда. Фантомы остановились. Что-то или кто-то взял их в кольцо. Крики боли были слышны со всех сторон.
  - Мы умрем? - не знаю как, но я услышала тихий вопрос Эдары. Хотела ответь, что все будет в порядке, но... Увидела тех, кто убивал "фантомов". Боевые медведи. Десятки боевых медведей рвали "людей" на части. Кажется, мы с Эдарой заглянули на боевую тренировку. Зверей целенаправленно натаскивали убивать людей. Только мне могло так "повезти".
  Огромная бурая махина двинулась на нас. Медведь шел не торопясь, зная, что бежать нам некуда.
  - Стой! Мы живые! - прокричала Эдара, в попытке достучаться до зверя. Медведи гномов были полуразумны. Но сейчас это бесполезно. Зверя поглотил охотничий азарт, он уже вкусил крови, пусть и иллюзорной, и он желал еще. Не знаю, как, но первую атаку медведя я отразила - щит выдержал. У меня подкосились ноги, пусть сила и заемная, но пропуская ее через себя, я давала нагрузку на весь организм. Зверь мое сопротивление оценил и радостно взревел, ведь гораздо интересней, когда добыча сопротивляется. Другие медведи обратили на нас внимание. Я поняла, что это конец. Первый медведь вновь приготовился к атаке и рванул к нам. Черная тень метнулась ему на перерез. Два опасных хищника сцепились, стараясь перегрызть друг другу горло.
  - Эсбен, - мой верный друг. Он узнал меня и встал на мою защиту. Эсбен вышел победителем из схватки, и хромая остановился передо мной. Потом зверь развернулся к остальным хищникам и угрожающе зарычал. Один против всех. В какой-то момент из общей массы зверей отделилось еще двое. Лейф - рыжий товарищ Лазара. Третьим был огромный медведь, цвет шкуры, которого напомнил мне о снеге. Они встали на нашу защиту.
  - Похоже, мы еще помучаемся на этом свете, благородная!
  Я не могла понять, чего было больше в моем возгласе радости или огорчения, но знала точно, что жизнь преподнесет мне еще немало сюрпризов. В ответ на эту мысль, в "парке" открылось окно портала. Первым, кого я увидела был Айрдгал. Он возглавлял процессию гномов, которые не торопясь шествовали к нам. Даже отсюда я видела, что мой воин был зол. Очень зол.
  - Сокровище мое, - тихо начал говорить Айрдгал, - что ты здесь делаешь? Или же гар Лорам решил поиграть с моим разумом и поместил в иллюзию образ моей невесты? - вкрадчиво спросил он.
  - Наследник, я бы никогда не осмелился, - испуганно прохрипел один из гномов.
  - Значит, не иллюзия. Очень жаль! - и его взгляд устремился на меня. Глаза у Айрдгала были звериные.
  - Ты прав, жаль. Жаль, что на моем пути попался тот, кто лишает меня самого дорого, что есть у каждого. Разума. Он, видимо, желает получить себе в жены, куклу. Что ж, я смогу хлопать бездумно глазами и говорить "мама", - едко бросила я в ответ. Лучшая защита нападение.
  - Значит, знаешь, - теперь гневного взгляда удостоилась Эдара. Девчонка нервно икнула и подползла ко мне, прижавшись всем телом.
  - Как с тобой сложно, сокровище мое, - устало произнес Айрдгал и запустил руку в волосы. Сегодня его прическа состояла из множества косичек, которые сплетались в одну большую косу за спиной. - Я не намерен выяснять отношения на глазах у стольких свидетелей, - тихо произнес он. В два шага преодолев разделяющее нас расстояние, он подхватил меня на руки и открыл портал.
  - Гарбхан, закончи тренировку! - приказал Наследник и шагнул в "окно". Лучше б мы выясняли отношения при свидетелях.
  Интерлюдия I
  В Морнэйлде, как и в любом большом городе Империи Сарратал было множество парков. В одних гуляли простые люди, в других высшие слои общества. Очень редко (в значимые даты) эта незримая грань стиралась, но не сегодня. Сегодня в парке на пересечении улиц Фонтанов и Северной можно было встретить только простых горожан. Обычно здесь гуляли дочери богатых торговцев и ремесленников, прохаживаясь по аллеям девушки, как яркие птички показывали себя и щебетали, пересказывая друг другу сплетни. Эти часы негласно называли Ярмаркой Невест.
  Осень в этом году выдалась на редкость солнечной, хоть и было прохладно, но снег еще не выпал, и потому в парке было очень много народу. Ребятня весело бегала, а "птички" собирали золотые листья. Одинокий художник ждал, когда очередная лара захочет увековечить этот день для себя, перенеся его на холст. Пока же мужчина просто наслаждался прекрасной погодой и наблюдал за молодым человеком, расположившимся на скамейке. Неожиданно художник встрепенулся, и на холсте появились первые линии. Он решил запечатлеть этот странный эпизод, повторяющийся почти каждый день. Студиоз Академии Начал приходил в парк, садился на скамейку и доставал из принесенной корзинки свежую выпечку. Художник мог поклясться, что сдоба была из знаменитого магазинчика толстяка Моккора. От одной этой мысли мужчина сглатывал быстро набежавшие слюни. Его возмущало, что студиоз скармливает эти шедевры птицам. Иногда ему самому хотелось примерить "шубу" из перьев и полакомится вкуснятиной из печей Моккора. Все птицы в парке уже давно ждали прихода студиоза. Он же в такие моменты был похож на огромного кота. Черты его лица заострялись, и сам он принимал расслабленную позу, лениво наблюдая за птахами. Но художник знал, что это обман. Он видел перед собой хищника: большого, сытого и забавляющегося.
  Оливер Хос вновь пришел в парк. Это стало своеобразной традицией, отказываться от которой он в ближайшее время не собирался. Охс ловил себя на том, что ему это нравится. Ему нравилось наблюдать за птицами. В их маленьких телах было столько жизни, что Оливер рядом с ними тоже ощущал себя живым. Вроде крохи, сожми в кулаке и останется кровавая смятка, но такие смелые и беззаботные. Они напоминали ему людей вокруг, даже также любили выпечку толстяка Моккора. Оливер усмехнулся и кинул очередную горсть мякоти, птицы жадно набросились на угощение. Охс же задумался о своих дальнейших планах.
  После того как Ярогнева оказалась в Вечных скалах прошло уже несколько недель. Империя Сарратал бурлила. Палата Лордов негодовала. Как гномы посмели вырезать все семейство фон Корнтланов? Император лично вмешался в ситуацию, чтобы не допустить начало новой войны. Велиар IV решил обвинить во всем погибших: мертвец ничего не скажет против. Лорда фон Кортлана обвинили в государственной измене. Все его земли были конфискованы без права возврата. Теперь ни один лорд не мог претендовать на них, даже имея родственную кровь в своих жилах. Жену покойного сослали в один из отдалённых монастырей, где она должна была замаливать грехи мужа. За голову наследника, Рупперта фон Корнтлана, объявлена награда. Велиар IV пообещал предоставить Наместнику Предков голову негодяя в сундучке со льдом. Оливер сначала хотел поучаствовать в этой охоте, но потом передумал. Конечно, возможность появиться перед светлыми очами Императора была заманчива, но с другой стороны подобная известность могла сыграть с ним злую шутку позднее. Когда он найдет отпрыска графа, то станет ему вторым "отцом". Лучше если все будут считать, что то была последняя воля покойного, и обучение в Академии Начал оплатил фон Марглант. Оливер позаботиться о своевременном распространение этого слуха. Иначе одиночку без покровительства могут посчитать пустышкой, либо нахальным выскочкой. В обоих случаях Хосу придется ждать беды. Ему же пока известность и лишнее внимание ни к чему. Нежити нужно было действовать тихо, но быстро: время уходило. Охс с отвращением посмотрел на свежий выпуск "Имперского Вестника": проблемы росли, как снежный ком.
  "Вольное братство преклонило колени.
  Вольные острова канули в небытие. Вчера все семнадцать капитанов Совета Братства присягнули на верность Империи Сарратал. К сожалению, это не заслуга нашего доблестного флота. Неизвестный враг появился в восточных водах Бескрайнего океана, неся за собой смерть. Вольные острова оказались первыми на их пути. Пираты, державшие все побережье Империи в страхе, не смогли оказать должное сопротивление. Выжившие после нашествия "демонов" до сих пор появляются в прибрежных городах Империи. Все они твердят одно, что нелюди вырезали всех и купались в крови своих жертв.
  Церкви Империи переполнены, люди стремятся замолить свои грехи, веря, что в мир пришли слуги Тьмы, чтобы истребить род человеческий..."
  Охс презрительно фыркнул. Нежить прекрасно понимала, что это не слуги Тьма, а что-то иное, чуждое этому миру. Да и отец сказал, что пока не стоит обращать на них внимание, а сосредоточится на более важных вопросах. Охс опять впился взглядом в газету.
  "... Ламер III призвал всех к спокойствию словами: "Если это происки Тьмы, то наш Свет остановит ее исчадия!"
  Охс вновь фыркнул, прекрасно зная, что это за свет. С таким "светом" и тьма не нужна. Империя сама погубит себя, а он подсуетится, чтобы на ее развалинах построить свой мир.
  "Верховный магистр Вериг фон Гаустер потребовал от ректора Академии Начал призвать всех выпускников в ее стены, также он обратился с просьбой к Императору, дабы государственная казна выделила средства на дополнительные места. Боевые маги - будущее Империи Сарратал в предстоящей схватке."
  Лич уже поделился своими соображениями по этому вопросу, сказав, что казна никогда не выделить дополнительных средств. Скорее всего, пострадают лорды, каждого обяжут оплатить обучение хоть одному боевому магу. Так что это было делом времени. Через пару недель выйдет новый указ Его Императорского Величества, и лорды безропотно подчинятся.
  "... один миллион золотых был выделен на укрепление восточных границ и строительства морских фортов. "
  "Многие граждане уже продают свое имущество и устремляются подальше от недружелюбного побережья. Волна переселенцем уже хлынула во владения лордов востока. Неважно демоны или кто-то другой согнал морских волков с их территории, важно другое - Империю Сарратал ожидают перемены."
  Оливер скривился. Кто бы не разорил Вольные острова его это не волновало. Нежить боялась другого. Если неизвестный враг сомнет оборону на востоке, то куда устремятся люди? Охс понимал, что они выберут врага опасного, но уже изученного. Церковь уже запустила свои щупальца света в Приграничье. Планы Оливера начинали рушиться, даже толком не воплотившись. Охсу был нужен ребенок графа, а от Ярогневы же не было вестей. Оливер наведался в Родовую часовню фон Корнтланов, когда все успокоилось. Запах крови там был особенно силен. Среди множеств ароматов он отличил такой знакомый, его ведьму ранили или убили. В тот момент он хотел уничтожить Аделарда. Безумная затея ректора привела к подобному результату. Охс прекрасно понимал, что ректор изо всех сил старается сделать его должником, всячески помогая. Вот только Оливер не знал, что Аделард потребует за свои услуги. Цену лич еще не назвал. Это обстоятельство невероятно злило охса, он не хотел попасть в такую ситуацию, из которой в будущем ему не выбраться. Поэтому Оливер старательно избегал ректора, но в Академии Начал спрятаться от ее главы очень сложно. Охса постоянно приглашали на "чай".
  Его убежищем стал этот парк, ему он нравился по многим причинам. Одной из которых, как ни странно, были птицы. Он даже подумывал поймать себе парочку и посадить в клетку, но останавливало его то, что он мог просто про них забыть позднее. Смысл их держать, если они сдохнуть от голода в его отсутствие. От подобных мыслей охс приходил в бешенство. Он нежить, его ничего не должно волновать и уж тем более судьба птиц. Проклятое семя делало свое "черное" дело, не обращая внимания на все попытки Оливера хоть как-то помешать ему.
  Охс менялся и ему это не нравилось. Чувства нежити не нужны, но вот все остальное. Оливер заметил, что стал ощущать вкус человеческой пищи. Правда в отличие от крови она не насыщала. Хос пристрастился к вину, предпочитая сорта красного. Глядя на фужер с ним, охс представлял себе кровь, что это она ласкала бокал изнутри. Теперь каждое утро на рассвете он открывал бутылку и наблюдал, как красная пьянящая жидкость играет на солнце, сквозь стекло кубка.
  Второй причиной, по которой охс наведывался в парк стали женщины. Здесь было много дивных цветов, которые он желал сорвать. Недавно помимо жажды человеческой крови и мяса, у него проснулся голод иного рода. Плоть. Теперь нежить понимала, почему люди не могут справиться с этим. Охс познал женщину. Правда бедняжка после этого не выжила, но нежити было плевать. Да и кто его осудит, глава приюта при монастыре святой Кары была редкостной стервой. Ему бы многие сказали спасибо за ее смерть. Да, охс решил проверить, вдруг Зертиш не солгала. Аделарду же на недоуменный вопрос: "Зачем?", он ответил полюбившейся людской фразой: "Чем Тьма не шутит?". Действительно, вдруг Ярогнева в приступе отчаяния сказала правду, но ведьма его не разочаровала: мальчика в приюте не оказалось.
  Охс поднялся со скамейки и мягкой поступью подошел к художнику. Его он заметил давно.
  - Сколько? - спросил лар Хос. Он прекрасно знал, кого рисовал художник.
  - Я хотел бы оставить себе эту картину, господин, - промямлил мужчина. Он в некоторой степени чувствовал себя виноватым перед магом, будто отобрал у того кусочек чего-то личного.
  - Сколько? - вновь повторил Оливер, и все его благодушие испарилось, как вода на солнце.
  - Бесплатно, господин, - побоялся назвать цену художник. Он прекрасно видел, что теперь перед ним хищник. - Держи, - Оливер протянул магу корзинку с оставшейся сдобой, после чего забрал холст. - Больше не смей наблюдать за мной, человек, - раздраженно проговорил Хос. Он вновь злился. Надо было забрать картину, ничего не давая взамен, но... Она ему понравилась. Картина будет чудесно смотреться у него над каминной полкой. Он, как человек, стал обрастать вещами.
  Глава 4
  Я сидела на одной из скамеек в дворцовом парке. На самом деле, назывался он Парк Предков, но у меня язык не поворачивался это повторить. Слово "предки" уже набило оскомину, и вызывало отторжение. Конечно, у гномов иная культура, но... В конце-концов мы не упоминаем Создателя, где душе угодно. Как-нибудь спрошу Айрдгала, почему так. Была еще одна странность, я знаю, как произносится на их языке слово "предки". Здесь же звучало что-то иное. Конечно, можно было поинтересоваться у гары Фенд, которая тенью следовала за мной везде, но мне было неловко к ней обращаться. Сейчас она сидела на соседней скамейке, в тени статуи какого воителя и вновь занималась рукоделием. Я с интересом наблюдала за ней, не забывая гладить Эсбена. Медведь стал одним из моих охранников на улицах Вечного города. Знать бы еще, что творилось в голове у этого зверя. Хотя мне было гораздо интересней услышать мысли гары Фенд. Вот уж стальная женщина. Даже когда мы с Айрдгалом появились в спальне, она спокойно произнесла:
  - Что-то вы быстро!
  Ни жалобы, ни стона, она просто констатировала факт, не упомянув о своем состоянии. Будто произошедшее с ней обычный бытовой эпизод в жизни. Следующая ее фраза окончательно сбила меня с толку.
  - Не обижай, девочку. Мне она нравится.
  В общем, сцена вышла еще та. Мне до сих пор было не по себе. Айрдгал же молча положил меня на постель и сказал:
  - Ты себе не изменяешь, сокровище.
  Потом он поднял гару Фенд на руки и пообещал мне:
  - Сейчас вернусь, и мы все обсудим.
  Я же от бессилия и злобы на себя стукнула кулаком по постели. Не так мне хотелось начать этот разговор. Да и убегать я не собиралась. Хотела лишь показать, что любой план можно разрушить, если не считаться с мнением одного из участников. Мы строим наше будущее вместе. Ключевое слово здесь "мы" и никак иначе. Моя прогулка должна была стать демонстрацией. Глупой и безрассудной, но такой необходимой. К тому же, ну куда здесь бежать? Кругом же горы! Вечные скалы не зря считаются неприступными. Я здесь непросто потеряюсь одна, а погибну. Девчонка этого не поняла. Ей еще расти и расти. Да и мне похоже тоже. Почему я не догадалась, что в том парке опасно. Это же логично. Поддалась мимолетному желанию, и вот результат.
  Долго я со своими мыслями наедине не оставалась. Наследник. Да, сейчас передо мной был именно он. Я всегда четко видела его маски. От Айрдгала исходил холод. Нет, не буквально, хотя предательские мурашки у меня появились, нечто подобное источают люди, обличенные властью. Чем выше положение конкретного человека, тем сильнее аура силы вокруг него. Айрдгал молча подошел к креслу и сел в него. Через некоторое время он произнес:
  - Зачем?
  - Что зачем? - решила уточнить я, хотя прекрасно понимала, что он имеет в виду.
  - Хочешь поиграть, сокровище? Давай, - холодно ответил он и сдавил подлокотники кресла. Там, где его пальцы впились в дерево, появились трещины. Кажется, кто-то с трудом контролировал себя и зверя. - Зачем ты сломала гаре Фенд ноги?
  - Как бы иначе я прошла мимо воительницы. Нужно было действовать быстро и неожиданно, - пожала плечами я. Чтобы не видеть взгляда Айрдгала, пришлось прилечь. Создавалось ощущение, что воин очень близок к тому, чтобы бы свернуть мне шею, как глупой курице. В принципе я себя ей и ощущала. Очень неприятное чувство.
  - Хорошо. Тогда ответь мне, зачем ты устроила этот бессмысленный побег? - он все еще говорил с трудом. Я слышала его тяжелое дыхание. Воин пытался совладать со зверем внутри. Мне даже казалось, что в некоторые моменты он частично менялся, потому что я слышала, как протестующе скрипела по швам ткань его куртки. Сегодня он был одет в обычный походный костюм. Видимо и наследникам не чужды тренировки.
  Но вместо того, чтобы ответить на вопрос, я задала свой:
  - Зачем ты стер мне память?
  - Не стер, Ярогнева, просто спрятал.
  - Разница невелика. Или же для твоей совести этого достаточно, если так, то ты меня разочаровал, - глухо произнесла я. - Зачем?
  - Для твоего блага.
  - Уверен, что для моего? Может для своего? И чем твое благо важнее блага моей семьи?
  - Теперь твоя семья - это я, - рявкнул гном в ответ, по комнате разнесся звук ломающейся древесины. Кресло не выдержало ярости воина.
  - Моя семья это те люди, которые любят, уважают и ценят меня. Я живу для них, они для меня. Моя семья никогда бы не покусилась на самое главное, что есть лично у меня - свободу выбора, - все это я произнесла на одном дыхании.
  - Ты мне нужна, - проскрежетал гном. Эта фраза далась ему с трудом.
  - Как наркотик? - горько спросила я. - Твой источник поет рядом со мной, а Великая Мать уронила слезы, чтобы у тебя были наследники. Где здесь место для моих желаний?
  - Ты думаешь я этого хотел?! - взревел гном, в следующий момент кресло врезалось в стену над моей головой. Сила удара была такова, что оно разлетелось на части. Я еле успела откатиться в сторону, чтобы не быть придавленной спинкой. В следующую секунду гном оказался рядом со мной, схватил меня за плечи и приподнял. Вот теперь мне стало по-настоящему страшно: глаза Айрдгала отливали золотом, а вместе с заострившимися чертами лица и удлинившимися клыками - это было жутко.
  - Что же ты творишь, Ярогнева? - глухо спросил он, а потом уткнулся лицом мне в шею.
  - Я? Ты думаешь, я была счастлива, когда в мой тихий мирок ворвался ты и разрушил его.
  - Знаешь, сокровище, зверя никогда нельзя провоцировать, - хрипло произнес он. После чего я почувствовала его клыки на своей шее. Он будто примеривался, но в последней момент вместо укуса мне подарили поцелуй. После таких ласк остаются синяки.
  - Страх. Воин, я не боюсь тебя.
  - Вызов, - тихо промурлыкал он и его губы переместились к моему уху. Ласково обведя губами его контур, а после, нежно прикусив мочку, прошептал: - Все во мне требует призвать тебя к покорности, сокровище мое.
  Я попыталась вырваться, но куда там. Он только сильнее сжал руки.
  - Прекрати, Ярогнева! Я не контролирую себя, - а потом, чтобы не размениваться на слова, заткнул мой возглас протеста самым действенным образом. Меня не целовали, меня клеймили, показывая, кто здесь хозяин. В какой-то момент поцелуй стал с привкусом крови. Айрдгал бессовестно укусил меня за губу.
  Обманывать себя последнее дело. Я себе лгать не стану. Целоваться с гномом в жизни, а не во сне, было во стократ лучше и острее. В какой-то момент зверь в нем успокоился, и он оторвался от меня. Я же потянулась вслед, прося добавки.
  - Ведьма, что же ты со мной делаешь? - прохрипел он и вновь склонился, но я отвернулась. Слово "ведьма" отрезвило меня не хуже ледяной воды. Слишком многое оно принесло с собой из глубин памяти. Оливер Хос. Вот уж о ком я не хочу вспоминать.
  - Не надо, - тихо попросила я Айрдгала.
  Он с мукой в голосе произнес:
  - Ты даже не представляешь себе, Ярогнева, каково быть рядом с тобой и сдерживаться. Моя магия и мой зверь желают сделать тебя своей. Великая Мать увидела в тебе мою судьбу.
  - Чего желаешь ты сам? - спокойно спросила я. - Твоя душа?
  - Я...
  - Нет, Айрдгал, душа, не разум, - допытывалась я, заглядывая в его глаза, из которых уже ушло звериное безумие. Сейчас я видела перед собой растерянного мужчину. Он не знал, что ответить мне. Я решила помочь ему:
  - Что ты испытываешь ко мне кроме зова источника, звериной жажды обладания и покорности выбору богини? Что твоё? Настоящее?
  - Ты меня раздражаешь, - с потрясающей честностью ответил Айрдгал. У меня невольно вырвался смешок. - Твое вечное сопротивление выматывает меня не хуже, чем собрания Совета мастеров. С другой стороны мне нравится, что ты такая: мне с тобой интересно. Ты живая.
  - А... - мой взгляд метнулся к ногам. Меня волновал вопрос, который тревожит любую женщину независимо от возраста. Внешность.
  - Шрамы? Поверь, сокровище мое, когда ты у меня в руках, я меньше всего думаю о них. Хотя порой мне хочется сделать очень больно тому, кто так живописно украсил твои ножки, - его руки на моих плечах сжались чуть сильнее. - Хотя должен признать, ты не красавица.
  - Спасибо, - попыталась ровно произнести я это слово, но судя по лукавому блеску в глазах гнома, мне не удалось. Все-таки странные мы существа женщины: так стремимся узнать правду, а когда нам ее говорят, обижаемся.
  - Во снах все было проще, - тяжело вздохнула я.
  - Да, проще, - согласился Айрдгал и опустил меня обратно на постель. Потом гном пересел в ноги и стал расшнуровывать первый сапог.
  - Что ты делаешь?
  - Давай договоримся, сокровище, больше никаких глупостей. Я тебе еще на болотах сказал, что ты моя. Привыкай, - гном вернул себе хладнокровие.
  - Твоя... Ты... - я даже не смогла полностью выразить все то, что было на душе. Во рту появился привкус горечи.
  - Я сделал очень многое, чтобы приручить тебя...
  - Приручить, - я попыталась вырвать ногу из его рук.
  - Успокойся. Ты неправильно поняла, - поморщился гном. - Ярогнева, ты же, как дикий зверек, отвергаешь любую заботу, боясь, что рука ее дающая, из ласковой превратится в карающую.
  Я промолчала. Его правда. Я, действительно, не подпускаю к себе никого. Чем меньше окружение, тем меньше шансов, быть преданной.
  - Тактик, - хмуро подытожила я.
  - Стратег, - поправил меня Айрдгал, а сапог упавший на пол поставил звучную точку в этом утверждении.
  - Что дальше, стратег? - не смогла я отказать себе в маленьком удовольствии.
  - Не знаю, - проговорил Айрдгал, принимаясь за второй сапог. - Тебе нужно выздороветь - это, во-первых.
  - Во-вторых, ты меня никуда не отпустишь, и о топях я могу забыть, - закончила я его мысль.
  - Бесспорно, - подтвердил он. Второй сапог оказался на полу рядом с первым, а воин, стряхнув останки кресла на пол, улегся на постель.
  - Иди сюда, - сильные руки гнома легко положили меня поверх его тела так, что я уткнулась ему носом в грудь.
  - Что дальше? - мне пришлось повторить вопрос. Хотя в тот момент мне хотелось только лежать и наслаждаться минутами покоя. Да и гному такое положение тоже нравилось: его источник окутывал меня силой и нежил в своих "объятиях". Он был сильнее, чем мой во много раз. Хотелось, замурлыкать, настолько ласкова ко мне была магия Айрдгала. Все-таки укус переломанного был счастливым случаем для него. Энергетическая структура полностью восстановилась.
  - Случись нечто подобное в другое время, - начал говорить Айрдгал, все бы было иначе. Я как мог, старался оградить тебя от опасностей, и завоевать доверие.
  - Доверие умалчиванием не завоевать. Да и согласись, что если бы не стечение обстоятельств меня бы здесь не было. Женился бы ты на сестрице гара Дара.
  - На ней? Нет. Ты ее просто не знаешь, - проговорил Айрдгал. - Забудь о них, прошлое в прошлом.
  - А моя семья...
  - Чего ты хочешь, Ярогнева? По-моему, я сделал очень много...
  - Для кого? - невинно спросила я, а гном недовольно вздохнул.
  - Твоя правда.
  - Я прошу помочь семье моего брата. Они хорошие люди, - спокойно сказала я, при этом гладя гнома по плечу: хищника надо задобрить, пусть и такой малостью.
  - Они в Туманных топях.
  - Ты мог бы позволить им жить здесь в Вечных скалах.
  - Знаешь, сокровище мое, ты так наивна. С чего ты вообще решила, что здесь безопасней, чем в топях. Твердь не спокойна, земля стонет: наша раса больше не едина. Еще пару месяцев и все изменится. Только бы их продержаться. Приезд волшебниц стал началом конца нашего уже призрачного единства.
  - Что ты хочешь сказать? - взволнованно спросила я.
  - Ты просто не видела, но Совет мастеров пригласил сюда ваших церковников. Новая вера диктует забыть старую.
  - Ты хочешь сказать... - я не договорила.
  - Именно, мастера бы не решились действовать без поддержки из вне. Ваша же Церковь давно пытается обратить народ гномов в истинную веру. Вот только люди не понимают, что вера в силу предков не глупость, кровь водой не заменить. Скоро они это осознают, но станет слишком поздно. Мы уйдем.
  - Куда? Надеюсь не в небытие?
  - Нет, - усмехнулся гном. - К истокам.
  - А...
  - Не будем сейчас об этом. Все станет ясно на суде Биар.
  Я решила на него не давить. Насколько мне было известно, суд будет скоро, там все и узнаю.
  - Насчет моей семьи...
  - Я обещаю подумать, Ярогнева. Большего даже не проси. Давай просто помолчим.
  Я не стала его мучить. В тот день мне больше ничего не удалось узнать. Зато для себя я вынесла несколько истин. Во-первых, Айрдгал был сам не рад, что судьба его связала со мной, человечкой. Его можно было понять. Во-вторых, стало ясно, что история с "Актом крови" еще не закончилась. Совет мастеров так просто не отступится. К тому же Церковь запустила свои щупальца и в Вечные скалы. Кстати говоря, предлог-то вполне официальный. Здесь же была их паства. Три сотни женщин не могут обходиться без духовного наставника. Умный ход, Церковь себе не изменила. Последняя истина стала для меня открытием. Воители решили покинуть Вечные скалы. Нет, конечно, я могла неправильно понять Айрдгала, но... Из его слов выходило, что здесь им не место. И фраза про возвращение к истокам счастья в будущем не сулила. Надеюсь, все окажется не так, как я думаю, и туда мы не поедем. Честное слово, уж лучше Туманные топи, чем Мертвый материк.
  От одной этой мысли у меня на лбу появилась испарина. Создатель убереги нас всех от подобного исхода.
  - Что с тобой, золотце? - встревоженный голос гары Фенд вернул меня в действительность.
  - Все отлично, - кисло ответила я. В этот момент я смаковала в уме слово "золотце", женщина по-своему мне мстила, передразнивая Айрдгала с его "сокровищем". Но если от него мне подобное обращение было необычно, и даже в некоторой степени приятно слышать, то у гары Фенд была неприкрытая издевка в одном слове. Она даже больше потешалась над Айрдгалом, чем надо мной. Я же чувствуя вину за ее травму молча сносила ее "заботу".
  - Может, пойдем во дворец? По-моему ты уже нагулялась, да и медведя зачесала до беспамятства.
  Я посмотрела на Эсбена. Если у зверя может быть довольная морда, то она у него была. Медведь даже глаза прикрыл, его голова лежала на скамейке, а я, как когда-то, чесала его между ушами.
  - Гара Фенд, а что это было за место, в которое мы с благородной так удачно приземлились? - задала я давно интересующий меня вопрос.
  - Ты про парк. Неужели сама не догадалась?
  - Ясно, что зверей тренируют, но... Дети, женщины - мирное население.
  - Послушай, что я тебе скажу. Пещерные медведи изначально создавались эльфами, как оружие для их братьев первородных. Оружию безразлично, кого убивать, оно должно уметь это делать.
  - Они живые, - мягко напомнила я. Для меня, как целителя это было чуждо. С другой стороны, что можно ожидать от создателей Тумана.
  - И что? Они верные товарищи и защитники Вечных скал, никто не принижает их и не делает бездушными. Это жизнь.
  - Жизнь, - эхом повторила я.
  Неужели везде жизнь такая? Такая жестокая и беспощадная ко всем. Мне хотелось верить, что где-то не так. Люди не погибают бессмысленной смертью от дурмана, лорды не убивают низшие сословия ради развлечения, а власть не покрывает их, и маги не ставят эксперименты над обычным населением. Что где-то не живут в надежде найти кусок хлеба, чтобы протянуть до завтра. Ведь должно же существовать равновесие, пусть не в нашем мире, но в другом все гораздо лучше, и новый день не дарит людям очередные страдания.
  Если раньше я думала, что эльфы и гномы живут счастливо здесь, то я поняла, что ошибалась. Весь наш мир проклят на страдания. Эльфов пожирает Туман, а гномов убивает их глупость. Может так и задумано. Все когда-нибудь изживает себя и начинает гнить. Еще чуть-чуть и волной накроет людей. Кстати о волнах. Я выпросила у Айрдгала имперские газеты, и то, что в них прочитала, не вселило в меня надежды. Настало время перемен. Активность Церкви на западе теперь для меня не была столь непонятна. Похоже, они давно узнали о надвигающейся угрозе с востока. Да и гномам послали святых отцов не просто так. Империя Сарратал не выдержит натиска неизвестного противника. Это понимали все те, кто умел думать. Надеюсь, отец уже продал все, что можно, и устремился на восток. Запад скоро падет. Зная мою семью, можно с уверенностью сказать, что через несколько месяцев они окажутся в столице.
  Дальше хуже. Доброгнев, наверняка, оставил письмо или послание родителям, чтобы предупредить их, что с нами. Как бы вся моя семья не оказалась в ловушке Туманных топей. Я брата-то с невесткой и детьми спасти не могу! Конечно, Айрдгал пообещал мне подумать, но это не значит, что он примет решение в пользу Зертишей. Зачем ему рисковать воинами ради кучки людишек? Побаловать меня? Будь я на его месте, то тоже бы ответила так. Осуждать его бессмысленно, для него они никто.
  Ужасно понимать, что семья в опасности, и я ничего не могу сделать. Хотя одна мысль у меня появилась не так давно, осталось дождаться представления, на котором будут судить Биар. Я не упущу шанса.
  - Золотце, раз ты никуда идти не хочешь, то может, порадуешь старую женщину сказкой? - с насмешкой спросила гара Фенд. Ее голубые глаза вновь лукаво блестели.
  - Что вы хотите услышать?
  - Поведай-ка мне, как хрупкая болотая ведьма спасла грозного воителя из лап чудовища эльфийского?
  Формулировка вопроса заставила улыбнуться. Кажется, гаре Фенд никто не рассказал о приключениях воспитанника, ну что ж я рада помочь ей узнать о них.
  - Это случилось одним морозным днем, когда безголовая благородная девица бросилась, невзирая на опасность, спасти воителей из Вечных скал, - начала свой рассказ я.
  Главное правильно поведать факты, и тогда на многое можно взглянуть иначе.
  Глава 5
  Маленький костерок с трудом разгонял ночную тьму. Его тепла и света едва хватало, чтобы трое путников могли поужинать и хоть немного согреться. Зима в Туманных топях всегда приходит раньше времени. Только неделю назад Доброгнев и два его спутника выбрались из убежища Рина. Маг отказался куда-либо идти, пока его ноги хоть немного не восстановятся, но даже сейчас они выглядели ужасно: просто кости обтянутые кожей. Пройдет еще немало времени пока в них полностью вернется сила. Альмиер оказался неприятной личностью во всех отношениях. Его капризы и требования доводили Доброгнева до состояния ярости. Если бы не шантаж эльфа, он бы никогда добровольно не согласился на это путешествие.
  Выбрались из подвала они достаточно легко, но как, оказалось, идти Альмиер не мог совсем. Нести же через топи мужчину, даже первородного, было просто невозможно. У Доброгнева создавалось впечатление, что в кости ушастой твари налили расплавленной стали, после чего она там затвердела, настолько он был тяжелый, при весьма изящном сложении. В результате появился Рин и предложил помощь в своеобразной манере:
  - Хочешь я его съем?
  Этот невинный вопрос до сих пор вызывал у Доброгнева невольную улыбку. Эльф же каждый раз кривился, глядя на нежить. Его даже не волновало, что своей жизнью он обязан мальчику. Нет, он брезгливо отворачивался всю неделю, пока они прятались в логове Рина. Домом для мальчика стала старая человеческая церковь, где по всему пространству были разбросаны детские игрушки. Глядя на них, мужчине становилось очень жаль мальчика, которого так жестоко вырвали из жизни. Пару раз Зертиш видел и других детей, но в отличие от Рина они не сохранили ни души, ни разума. Это были голодные твари, которые подчинялись Туману, и как не странно мальчику. После того как их группа покинула убежище маленького эльфа, его "друзья" охраняли их. Доброгнев еще поинтересовался:
  - Почему Туман не может нас переместить обратно, ведь именно он нас выкинул сюда?
  - А почему он должен тебе помогать?
  Доброгнев промолчал: правда в словах мальчика была. Действительно, зачем Туману помогать им. Но если смотреть глубже, то почему мальчик до сих пор путешествует с ними. Почему он не убил их еще в самом начале? То, что в этом хрупком тельце сила мертвых Доброгнев убедился уже давно. Рин без труда мог тащить волокушу, на который лежал Альмиер, в то время как мужчине приходилось тратить немало сил для этого. Да и для груза "страдалец" был слишком разговорчив. Особенно Зертиша раздражали разговоры о человечестве. Эльф настолько презирал людей, что мужчине делалось тошно. Уже не один раз в голове Доброгнева возникала мысль убить неблагодарного, но он подавлял в себе эти кровожадные позывы. Ко всему прочему болота накрыло первой волной снега, и если в обычных областях он бы растаял, то здесь, во владениях Тумана, он лег белым покрывалом, скрывая суть окружающей действительности. Доброгнев уже несколько раз проваливался в болотную жижу, а подобное на морозе вызывало очень специфические ощущения. Но здесь нужно было отдать должное эльфу, он прекрасно понимал, что без человека топи ему не покинуть, и потому тут же высушивал ему одежду.
  Еще одна проблема нарисовалась, когда Доброгнев пару дней назад спросил у Рина, почему он помогает им. Тот с детской непосредственностью ответил, что желает пожить с людьми, поэтому идет с ними. Это откровение нежити лишило Зертиша дара речи. Эльф же злорадно рассмеялся. Мужчина попытался намекнуть "ребенку", что среди живых ему не место, но тот ответил:
  - Если так, то мне нужно вас убить, вы ведь живы.
  Доброгнев же понял, что молчание золото, и гарант его будущего. Поэтому тему с переселение Зертиш пытался обходить. Альмиер все его маневры видел, но ничего не говорил. Ему соседство с нежитью тоже не нравилось, эльф прекрасно понимал, что они зависели от капризного мертвого ребенка, а его "друзья" защищали их от порождений Тумана.
  Вот и сейчас сидя у маленького костерка озябшие путники вслушивались в звуки боя, между "детишками" и очередной тварью из болот. Доброгнев уже перестал вздрагивать на каждый визг, за несколько дней он привык к этому. Они с эльфом даже делали ставки, за сколько управятся "дети" с очередной туманной гадостью. Альмиер постоянно выигрывал, он как маг чувствовал, когда тварь была готова "испустить дух".
  - Дядя Аль, а расскажи сказку? - попросил Рин у эльфа. Доброгнев громко закашлялся, пытаясь скрыть смех. Зертиш не знал, что больше коробило остроухого мага: подобное обращение или то, что нежить просит сказку. Но за лицом Альмиера Доброгнев наблюдал с удовольствием, считая, что хоть так, тот расплатится ему за все мучения в дороге. Была бы воля Зертиша, он бы всех детей посадил вокруг эльфа, и заставил ушастого рассказывать сказки.
  - Отвяжись, - привычно ответил маг и плотнее завернулся в дранное одеяло. Даже сейчас эльф пытался показать, что он выше всех и вся. Хотя выглядел он ужасно: белокурые волосы представляли собой грязные патлы, из глаз пропала жизнь, и в свете костра в них вспыхивали багровые искры, губы потрескались, а еще у мага тряслись руки. От первородного существа осталось жалкое создание.
  - Если дядя не хочет рассказывать сказку, то дядя будет со мной играть, - восторженно проговорил ребенок и захлопал в ладоши. - Мне нравится "Охота". Я буду страшным хищником, а ты дичью.
  Доброгнев вновь закашлялся, потому что в тот момент на лице эльфа отразился ужас. Воображение мага - это его главное оружие, что конкретно нарисовал у себе в разуме Альмиер Зертишу осталось неизвестно, зато ответ страдальца был вполне очевиден:
  - Что ты хочешь услышать дитя?
  - Он же сказал тебе сказку, - не удержался Доброгнев.
  - Не лезь, человек, и без тебя тошно, - простонал эльф. - Тебе рассказывали историю нашей расы, малыш? - наиграно ласково обратился маг к Рину.
  - Про две ветви: Свет и Тьму, - ответил он.
  - Значит, ты знаешь, что у нас как и гномов было две ветви, но мы по глупости своей загубили своих собратьев.
  - Темные - зло.
  Доброгнев на реплику Рина вздрогнул. Про зло говорил ребенок-нежить: мир явно сошел с ума.
  - Света без Тьмы не бывает, если бы они сейчас были с нами, то Тумана бы не существовало.
  - Я не хочу, слушать про Туман, - капризно произнес Рин. - Другую сказку!
  - Зато мне бы хотелось узнать, что Альмиер имеет в виду, - влез Доброгнев. - Пусть он мне расскажет сказку, а потом тебе.
  - Не лезь, человек, - рассерженной змеей зашипел маг. - Если я терплю нежить, это не значит, что и твоим капризам я должен потакать.
  На самом деле эльф злился только на себя. Если бы он тогда увернулся от той твари, то давно бы уже был на землях Империи Сарратал, оттуда бы и добрался до гномов. Ему оставалось совсем чуть-чуть времени, он должен был перешагнуть невидимую черту: вечная молодость скоро станет для него счастливым прошлым. Уже сейчас он чувствовал дыхание старости за своей спиной. Он быстро уставал, а от былой легкости в теле остались лишь жалкие крохи. Даже раны затягивались неохотно, предупреждая, что отменное здоровье станет для него роскошью. Он злился и боялся, даже завидовал человеку, у которого еще лет тридцать было в запасе. Ребенок же подливал масло в огонь, его существование очередной памятник глупости его собратьев. Самое горькое здесь то, что тот друид вернул себе молодость, но только себе. Расплата же за совершенное стала, воистину, справедлива, он превратился в младенца и потерял память. Личность друида полностью исчезла в небытие. Хотя один ребенок не заменит тех погибших детей. Да, и мальчонку Рина магу было жалко, хоть он и кривился, но все равно сочувствовал ему. Альмиер задавался вопросом, почему Создатели так жестоки к ним, первородным. Эльфа стали посещать кощунственные мысли, что Творцы оставили их мир, уступив место молодым богам. Например, Лучезарному Свету, что защищал людишек, лицемерно зовя все расы под свое крыло.
  - Расскажи сказку Доброгневу, - потребовал Рин. Обращение "нежить" всегда обижала ребенка. Сколько бы он из себя не строил опасное порождение, душа его повзрослеть не могла. Таковы правила мира Сараф. Душа взрослеет вместе с телом - это непреложный закон, иначе в теле ребенка может оказаться взрослый.
  - Конечно, - ломая себя проговорил Альмиер, Зертиша же он был готов испепелить взглядом. - Что, конкретно ты желаешь услышать, человек?
  - Туман? Зачем вы сотворили подобное? - спросил давно терзающий его вопрос Доброгнев.
  - Это была завеса...
  - Не смеши меня, какая завеса пожирает все, что попадает в нее! - перебил эльфа Зертиш.
  - Заткнись! Что ты знаешь, человек?! - заорал в ответ Альмиер.
  - Мне сказка нравится! - громко сказал Рин, и его мертвое лицо исказила радостная улыбка. Мужчины с ужасом посмотрели на нежить.
  - Человек, - спокойно произнес эльф, - ты знаешь, что творится в мире?
  - Не понял, - искренне сознался Доброгнев. Мужчина испугался, что находясь в глуши пропустил что-то, что может повлиять на дальшее будущее его семьи.
  - В мир пришли чужие!
  - Ах, ты про людей, - с облегчением вздохнул Доброгнев.
  - Ради всех Создателей помолчи! Люди уже стали частью мира Сараф, он принял вас, хоть и с неохотой. Я говорю про них. Орхус. Они называют себя орхус. Чужаки скоро поставят всю западную часть Империи Сарратал на колени.
  - Ты шутишь?
  - Какие шутки? Ты думаешь, я просто так иду к гномам! Первородные выживут только вместе!
  - Но причем здесь Туман?
  - Огородив нас от остального мира, мы пытались, как у вас людей говорят, убить двух зайцев, - горько усмехнулся Альмиер.
  - За двумя погонишься, ни одного не поймаешь, - Доброгнев сразу понял, что результат эльфы получили не тот, на который рассчитывали.
  - Именно. Мы хотели поставить заслон между Империей Сарратал и Небесной Рощей, а также закрыть трещину между мирами. Орхус пытались прорваться сюда еще тогда.
  - Но, как вам удалось создать подобное? - спросил Доброгнев.
  - Мы пустили несколько кланов зеленокожих тварей под нож, и об этом не жалеет ни один эльф.
  - Дети, женщины, старики, - чужим голосом произнес Рин. - То были кланы отщепенцы, пытающиеся найти новый дом. Они убили всех... Реки крови пролились по землям Сарафа, лишь только потому, что кто-то не захотел делиться маленьким клочком земли.
  Доброгнев понял, что сейчас с ними говорил не мальчик, а Хозяин Болот. Он лично решил проследить за правдивостью слов эльфа. Рука мужчины невольно потянулась к мечу, хотя он понимал, что это было бессмысленно. Если Туман пожелает, то убьет их, сейчас он решил поиграть с ними.
  - Вот и люди сначала пришли и заняли маленький кусочек земли, а потом расплодились, как крысы, - зло выплюнул слова Альмиер, - и им стало тесно.
  Эльф настолько не контролировал себя, что от него стали исходит волны магии.
  - Уймись, - приказал Туман. - Я не для того явился сюда.
  - Значит нас сирых и убогих, Его Величество трогать не собирается! Спасибо! Век не забуду! - эльф уже не мог сдержаться. Он понимал, что все произнесенное им чушь, но остановиться не мог.
  Доброгнев сориентировался быстро, подскочив к эльфу, он приложил его по затылку кулаком. В городской страже ему не раз приходилось испытывать этот прием, и он всегда работал безотказно. Если бы эльф не был измотан, то навряд ли бы лишился сознания, но им обоим сегодня повезло. Доброгнев придержал Альмиера, чтобы он не рухнул в костер, и аккуратно положил на землю, укутав одеялом.
  - Зачем вы пришли? - не стал тянуть время воин.
  - Не поверишь, Зертиш, - ухмыльнулся Рин и закинул ногу на ногу.
  - Удивите меня, - недовольно буркнул Доброгнев в ответ. Он терпеть не мог дешевые постановки. Хозяин Болот же сейчас играл, играл весьма скверно.
  - А ты похож на свою сестрицу, у нее тоже никакого почтения к сильным мира сего.
  - Вы про Ярогневу?
  - У тебя есть другая сестра? - одна бровь на лице Рина поднялась вверх, Туман надел маску крайнего удивления.
  - Чего вы желаете?
  - Сразу к делу, определенно похож. Ну что ж, у тебя в семье есть младенец, отдай мне его! Добровольно!
  - Не понимаю о чем вы, - спокойно солгал Доброгнев. Маленького Горислава он уже считал своим сыном, и отдавать его нежити не собирался.
  - Я про тот пищащий сверток, что твоя сестрица вынесла из земель Маргланта.
  - Не понимаю, о чем вы говорите.
  - Хорошо. Я предложил отдать ребенка по-хорошему ты отказался. Значит, Оливер заберет его сам, когда я сообщу ему, где дитя.
  - Оливер? - недоуменно спросил Доброгнев.
  - О! Это еще одна замечательная история, в которой поучаствовала Ярогнева, но, увы, рассказчик из меня никудышный, - развел руками Хозяин Болот. - Пожалуй, оставлю вас! Дела, - усмехнулся он и покинул тело Рина.
  Зато Доброгневу было не до шуток. Над его семьей нависла незримая опасность. Мужчина не знал, кто такой Оливер, или что такое Оливер. Ведь Туман нельзя назвать живым, значит и неизвестный может быть воплощением чего-либо. Доброгнев хорошо знал свою сестру, а на мелочи она не разменивалась.
  - Ой, а что с дядей Алем? - вопрос Рина выдернул Доброгнева из размышлений.
  - Умаялся, - отрывисто бросил мужчина. - Послушай, Рин, а ты знаешь Оливера.
  - Знаю, - недовольно протянул ребенок. - Он противный.
  - А не расскажешь о нем?
  - Крыса везде крыса, - странно ответил ребенок.
  Доброгнева подобный ответ не обрадовал. Это можно было трактовать, как угодно. Ответ Рина породил еще больше вопросов. В какой-то момент Зертиша настолько переполнила смесь чувств из страха и отчаяния, что он не удержался и от души заехал по ребрам эльфу, стараясь выместить все то, что накопилось. Он винил во всем Альмиера, если бы ему не взбрело в голову лезть через топи то все могло сложиться иначе.
  Опять же мужчина думал о новом враге, что подступил к Империи. Не верить смысла не было. Так он прекрасно понимал, что люди не готовы дать отпор. Тут же Доброгнев похвалили себя за прозорливость: он не стал продавать дом в Морнэйлде. Значит, отец сможет перевезти туда мать и брата. А вот что им все делать дальше Зертиш не знал. Отдать младенца за спокойствие здесь, под защитой Тумана? Но никто не скажет, когда нечисти вновь понадобится плата. Даже допуская такие предательские мысли, Доброгнев все же не смог бы убить дитя.
  - Моя голова, - простонал эльф. - Помоги подняться, человек!
  За одну эту фразу Доброгневу захотелось придушить Альмиера, а ведь Зертишу казалось, что уже привык к этому презрительному отношению к себе.
  - Ты чуть нас всех не погубил, - резко ответил Доброгнев, не спеша поднять эльфа с земли. - Еще раз нечто подобное повторится, и до земель людей будешь добираться в одиночку!
  - У нас уговор.
  - Мы договорились, что я помогу тебе, но, кто сказал, что я должен рисковать своей жизнью, если твоя кровля прохудилась, эльф.
  - На что ты намекаешь?
  - А я не намекаю! Если в твоем котелке что-то варится, будь добр не выплёскивай на остальных его содержимое. Сходи с ума в одиночку, и не подставляй меня.
  Эльф тяжело вздохнул и перевернулся на спину. Земля ужасно холодила тело, и кости начинали болеть. Альмиер с ужасом представил, что его ждало дальше. На самом деле он не злился на человека, в некотором роде он спас его. Но капитану Лесных Теней было обидно, что его так легко лишили сознания.
  - Скажи, человек, а куда мы хоть выйдем?
  - Только сейчас ты задал мне этот вопрос? - усмехнулся Доброгнев, и, наклонившись, подхватил эльфа подмышки, усаживая обратно на корягу.
  - Сам себе удивляюсь.
  - Мы должны выйти к Башне имперского мага.
  - В башне есть маг? - быстро спросил Альмиер, в душе надеясь на положительный ответ. Его можно было понять, ведь при наличии там волшебника, путь до гор стал бы в разы короче.
  - Нет.
  - Жаль, - маленький огонек надежды, что зародился в душе эльфа потух, даже не согрев его.
  - Еще бы! - Доброгнев уже научился читать по лицу эльфа все эмоции, хотя последний пытался их скрывать.
  - А... - Альмиер хотел задать вопрос, а потом передумал. Не нужно было знать человеку, что старые имперские башни бывают подключены к портальной сети. Эльф рассчитывал напитать плетения и переместиться поближе к Вечным скалам. Человеку это знать было не обязательно: вдруг он его начнет шантажировать. Альмиер даже подумал, что Зертиша лучше всего убить, чтобы он не помешал ему. Но на данный момент это решение было бы поспешно, поэтому эльф добродушно улыбнулся. Еще ему нужно было избавиться от нежити. В Империи с мальчишкой ему делать нечего. Эльф стал прикидывать, как стравить этих двоих, и при этом остаться в живых. Он прекрасно понимал, что это своего рода предательство, но если выбирать между благополучием его народа и человека, ответ становился очевиден.
  - Дядя Аль, вы забыли про мою сказку! - упрекнул ребенок эльфа.
  - О чем ты хочешь услышать рассказ? - спокойно спросил эльф, в голове уже выстроив свои будущие шаги.
  - О Благословенном Крае.
  - Такого больше не существует. Теперь это место называют Мертвым континентом. Вечный холод и пустота стали хозяевами там. Когда Создатели прогневались на первородных, они обрушили свою ярость на землю, уничтожая все. Мы спаслись, перебравшись сюда. Но существуют старое пророчество, что жизни там возродится, если два первых народа вновь ступят на эту землю, как союзники, а древние деревья оградят их от зла.
  - Древние деревья? - уточнил Доброгнев.
  - Мэллорны. Но подобное не произойдет.
  - Почему? - удивился Рин.
  - Мэллорны... У нас осталось только два живых Золотых Древа. По какой-то причине они не цветут уже давно, и нет семян способных подарить новую поросль.
  - Неужели эльфы не способны размножить пару деревьев, - удивлено произнёс Доброгнев.
  - Это Золотые Древа, человек. Подарок Создателей нам первородным. Их нельзя просто вырастить из веточки! - возмутился Альмиер.
  - Знаешь, эльф, все ваши проблемы, вами и созданы, - спокойно ответил Доброгнев на этот выпад, после чего завернулся в плащ и лег. На сегодня Зертишу впечатлений было довольно.
  
  Интерлюдия II
  У каждого в жизни должны быть увлечения. Без этого разумное существо чахнет и гибнет. Вот и Оливер Хос нашел себе занятие по душе. Охота больше не вызывала столько эмоций, как раньше, теперь он считал ее необходимостью и мирился с ней. Людям ведь нужно было дышать, а охсу необходимо убивать, чтобы существовать дальше. Разумно существовать, ведь Голод и Жажда могут свести с ума кого угодно. Опять же находясь в Академии Начал и имея собственный источник, он больше мог не питаться сырой силой. Оливер пил чужую энергию постоянно, увеличивая свой и так не малый резерв. Он мог бы обойтись и без этого, но смысла лишать себя "сладкого" он не видел.
  Он вообще придерживался правила, что чем больше силы, тем лучше. Поэтому охс и нашел себе маленькое, но весьма полезное занятие. Оливер стал подбирать людей: всех тех, кто потом встанет на его сторону. Будущие маги, особенно из простых людей, в Академии Начал превращались в глину. Из них можно было лепить все, что угодно. Вот Оливер старательно выбирал людей среди мирных специализаций. Даже маг-целитель может быть очень опасен, если его загнать в угол, живым доказательством была Ярогнева. Охс невольно улыбнулся, вспомнив о Зертиш. Недавно он узнал, что ведьма спрятала ребенка на болотах. Только она могла защитить дитя, оставив его в самом опасном месте на материке. Оливер с нетерпением ждал конца полугодия, чтобы в те две недели, что дают учащимся успеть забрать ребенка.
  В своих мыслях он уже представлял себя лордом, и ему принадлежали территории около Туманных топей. Вот только нежить прекрасно понимала, что все так просто не будет. Он не сможет сам воспитать человеческое дитя, ведь в отличие от мертвых живым нужно расти. Не говоря уже о том, что маленький ребенок очень уязвим. Человеческое дитя вообще очень хрупкое, поэтому Оливер понимал, что эту проблему нужно было решать. Он даже не знал, чем того кормить, охс ухмыльнулся подумав о том, что ребенок точно не будет питаться кровью. Теперь Хос понимал, почему люди говорят, что жизнь сложная штука и был с ними согласен.
  С каждым днем для него она становилась все сложнее. С горем пополам нежить научилась подавлять в себе эмоции, но порой на него находило. Люди такое состояние называли "порыв души". Так вчера он помог какому-то мальчишке в подворотне, донеся его до ближайшего дома исцеления, хотя по-хорошему того нужно было добить. На прошлой недели он заступился за какую-то девчонку в Академии. Подобные выверты его "души" Оливеру не нравились.
  Помимо внутренних проблем были еще и другие. Империя Сарратал перешла на военное положение: к Восточному побережью стягивались силы, дабы упредить удар. То, что нападение произойдет, не сомневался никто. Все корабли разведчики, что были отправлены к Вольным островам исчезли. Никто из команды не вернулся, да и поток беженцев резко прекратился. Будто на Вольных островах уже некому было спасаться. Аделард поделился с охсом информацией о том, что там постоянная магическая аномалия. Если предположить, что враг пришел извне, то скорей всего на Вольных островах был открыт портал в их мир. Значит, очень скоро они отправятся захватывать новые земли.
  В связи с эти Император издал новый указ: теперь любой одаренный в возрасте от пятнадцати лет должен был поступить в Академию Начал, либо в другую магическую школу. Государству нужны были волшебники, пусть и недоученные. Охс смотрел на трепыхания людей с интересом. Сам он давно уже решил, что в войне участвовать не будет, и никто не сможет его заставить. Если волна захватчиков докатится до столицы, он просто уйдет в Туманные топи, прихватив с собой все самое необходимое. Никто не сможет его остановить.
  Охс посмотрел в окно и решил, что пора снова наведаться в парк, но, увы, его планам не суждено было сбыться. Именно сегодня ректор решил сам нанести визит студиозу Хосу. Аделарда забавляло то, как крыса пытается бегать и прятаться от него, он наслаждался игрой, но пора было сделать так, чтобы забава действительно принесла ему пользу. Лич решил, что уже дал достаточно времени Оливеру, чтобы освоиться, пора было собирать долги.
  - Чудесный день, студиоз Хос, не правда ли? - мягко спросил он охса, когда нос к носу столкнулся с ним на крыльце дома. - Я к вам в гости, а то что-то вы не балуете меня своим присутствием нынче.
  - Учеба отнимает все силы, милорд ректор, - тяжело произнес Оливер, в голове уже продумывая план побега. То, что он не сможет справиться с ректором, он знал точно.
  - Могу я войти.
  - Конечно, милорд ректор, - Хос отступил в сторону и даже открыл дверь перед гостем, и только после этого проследовал в дом.
  - Зачем пожаловал? - уже без прежней любезности спросил охс: играть на зрителя уже было не нужно.
  - Вдруг я соскучился, - развел руками Аделард.
  - Смешно.
  - Вот видишь тебе смешно, а мне нет, - изобразил тяжелый вздох лич. - Твои маленькие смертные игрушки здесь?
  Оливер скривился. Он, конечно, знал, что ректор не оставит без внимания его "тайный кружок", но зачем было так в открытую тыкать его носом в это.
  - Ушли.
  - Замечательно, - спокойно заключил ректор и скинул капюшон. Хос отвернулся. С некоторых пор Оливер стал любителем прекрасного, а Аделард никак не подходил под это определение. Хос же подумал, что зря Аделард снял капюшон красной мантии, дорогая ткань хотя бы скрывала, того, кто носил ее.
  - Зачем приперся?
  - Что же ты так не ласково. Воспитывать и воспитывать тебя еще.
  - Я спросил, зачем ты пришел, Аделард, - уже более вежливо произнес Оливер.
  - Так-то лучше. Чаю не предложишь?
  - Из меня аховый хозяин, поэтому переходи к делу.
  - Ну раз так, - спокойно произнес Аделард, - то не будем играть словами. Пора тебе охс заплатить по счетам.
  - Ничего другого я и не ожидал, - пожал плечами он.
  - Еще бы, ведь ты так старательно пытался отстрочить этот момент, прячась в парке.
  Внутри Оливера бушевала самая настоящая буря, хотя на лице не отразилось ничего - холодная маска.
  - Глаза, охс, тебя выдают глаза. В них я вижу ненависть и протест.
  - А чего ты ожидал? - скупо спросил Оливер в ответ, делая себе заметку посмотреть на досуге в зеркало.
  - Именно этого, - прошелестел ректор. - Но перейдем к делу. Ты готов слушать.
  - У меня есть выбор?
  Оба прекрасно понимали, что один выполнит все, что скажет другой. Нежить всегда хорошо ощущала, кто сильнее ее. Сейчас ректор был самой опасной тварью в Морнэйлде.
  - Мне нужна моя душа, - без перехода произнес Аделард.
  - Удивил.
  - Я не шучу, крыса. Мне нужна моя душа, - чуть ли не по слогам проговорил ректор. Аделард был недоволен, он никогда не любил посвящать в свои дела посторонних, но выбора не было.
  - Зачем тебе она? - первое, что спросил охс, когда осознал, что за услуга нужна личу.
  - А зачем она тебе?
  - Не понял.
  - Какая-то безродная нежить получила самое бесценное сокровище, а я не могу вернуть, что от рождения мое.
  - Но зачем? - все еще не мог понять Оливер, считая, что от души одни проблемы.
  - А зачем она тебе? - в ответ спросил Аделард, а потом продолжил говорить, так и не дождавшись ответа: - Мне надоело существовать! Я хочу вновь почувствовать себя живым! Как и ты на рассвете желаю смотреть на солнце и ощущать его тепло! Хочу вновь есть, дышать и любить! Ты ведь уже познал, что такое голод плоти, охс?
  Оливер не знал, что ответить. Он ожидал чего угодно, но только не этого.
  - Ты сам отказался от души, когда стал мертвым магом, а теперь желаешь ее обратно!
  - Я не отказывался, а спрятал сосуд с ней, но...
  - ...его выкрали.
  - Нет. Сглупил, - скупо обронил ректор.
  - Тогда зачем она тебе? Разве ты плохо существуешь?
  - Существуешь! - повторил ректор. - Я хочу жить! К тому же в человеческой душе столько силы, а я по глупости потерял ее.
  - Так может... - осторожно начал говорить охс.
  - Нет. Ты принесешь сосуд с моей душой, крыса. К тому же ответь хотя бы себе честно на один вопрос.
  - На какой?
  - Ты бы расстался с душой, которая сейчас зарождается в тебе?
  Оливер растерялся. Честным с собой всегда быть сложно. Но Хос хорошо умел думать и, сейчас взвесив все, понял, что когда в его теле появилась частица Золотого Древа, он изменился. Оливер приобрел больше, чем мог пожелать, поэтому он честно ответил:
  - Нет.
  - Чего и следовало ожидать, - поставил в их споре точку лич. - Думаю не надо объяснять, что мою душу ты должен успеть вернуть за две Вольных недели.
  - Разумеется, - процедил Оливер, ожидая дальнейших инструкций.
  - Она находится в Цитадели Лучезарного Света, что на берегу Мерейского моря.
  Оливер шумно сглотнул, хотя и не нуждался в этом. Лич подписал ему смертный приговор.
  - Ты все понял? - любезно поинтересовался ректор.
  - Да, - лаконично ответил охс. - Как я найду в Цитадели именно вашу душу.
  - Это самое простое, - изобразил усмешку лич, стянув с тонкой кисти перчатку. На правой иссохшей руке, красовалось простое золотое кольцо. Аделард снял его и передал охсу. - Не потеряй.
  - Если я это сделаю, мы будем в расчете? - тихо спросил Оливер.
  - Сначала сделай, а потом поговорим.
  - Нет, мы решим сейчас, - рявкнул Хос, чувствуя, что у него начинается неконтролируемое обращение.
  - Хорошо, сделаешь это и мы квиты, до новых долгов, - уступил лич.
  - Думаешь, я вновь так подставлюсь? - спросил Оливер, усмиряя свою суть и загоняя тварь, живущую в нем обратно.
  - Я в этом уверен, - прошелестел ректор и, накинув капюшон, вышел из дома охса. Оливер в ярости ударил кулаком в стену, кроша ее. Самое неприятное в этой ситуации было то, что он еще попросит помощи у лича. Аделард тоже знал, что охсу без его покровительства в Империи Сарратал не выжить.
  Глава 6
  - Да, вы оказались здесь! Да, не по своей воле, но каждый кузнец своего счастья! - уже не в силах себя сдерживать кричала я. Но меня просто не слышали, казалось, я разговариваю с куклами. Они кивали, улыбались, возмущались, но не слышали меня. С таким же успехом можно было молчать - результат был бы тот же.
  Разговор с волшебницами, попавшими в Вечные скалы по "Акту крови" не заладился с самого начала. Наша перепалка длилась уже час, и победитель в ней так и не определился. В такие моменты понимаешь, что у каждого своя правда, а на истину всем наплевать. Они винили во всем гномов и меня, я же доказывала, что виновата Империя Сарратал и их собственная глупость. Но по понятным причинам признавать это волшебницы не спешили, расшатывая и без того хрупкую опору их существования. Не знаю, как в Вечных скалах, но в других государствах мира Сараф с рабами не церемонились никогда. Здесь же с девчонками пытались договориться, а они сопротивлялись.
  Айрдгал попросил меня поговорить с девушками и вразумить их. Они после переселения в гостевой дом никого к себе не подпускали. Воины же не хотели применять силу, ведь любая из них могла стать кому-то женой. Вот и получался замкнутый круг. Боюсь, что скоро мужчины не выдержать: им привезли невест, а те даже не разговаривают с ними. Уж кого-кого, а гномов мне жаль не было: все, что сейчас происходили, лишь результат их собственной глупости. Не всегда обман оправдан, тем более в той ситуации он был лишним. Я криво улыбнулась: и к девчонкам сочувствия испытывать не могла. Если бы не слова Айрдгала, что время истекает, то моей бы ноги в гостевом доме не было. Волшебницы покинут Вечные скалы только обрученными или погибнут. В их же интересах попытаться наладить общение с воинами гор. Самое смешное в том, что это понимали все кроме "несчастных". Когда я попыталась объяснить Айрдгалу, что меня слушать не станут, он сказал:
  - Ты одна из них!
  В его глаза, я, действительно, одна из них, но так ли это на самом деле? Увы, частью жертвенного стада я себя не ощущала, да и волшебницы не считали так. В их глазах я читала приговор себе: "Предательница". Они злились на меня, так как другого объекта для своих чувств найти не могли. Я же оказалась рядом. Опять же на мне не было браслета: свобода отделила меня от них не хуже стены. Украшения на руки им никто насильно не одевал, сами виноваты: жадность и глупость погубили многих. Теперь благородные стали рабынями. Вот только до глупышек никак не могло дойти, что все решает хозяин. То, что Наместник еще не приказал им ничего, не значит, что он этого не сделает: у всего есть предел и у терпения гномов тоже.
  - Дуры! - окрик гары Фенд вернул меня в действительность. Таким тоном отдают приказы и карают провинившихся. Я посмотрела на женщину: та была в ярости. Но если заглянуть глубже: за маской гнева было хорошо скрытое презрение. Я поморщилась, ее отношение могло только усугубить ситуацию, все маги очень хорошо могут чувствовать эмоции, тем более в этой комнате целителей, как грязи. Зря она пошла со мной, ох, зря. - Вы думаете, ваш показательный протест хоть что-то сможет изменить?
  Хороший вопрос, но сейчас его задавать не стоило. Я даже не успела вмешаться, как одна из моих "противниц" сама одернула воительницу.
  - Не лезь, куда не просят! - огрызнулась Лиона. С ней я успела познакомиться еще в пути: вздорная избалованная девчонка, которую за высокий пост отдал гномам родной брат. Было ли мне ее жаль? Нет. Она из тех людей, которым сочувствие не нужно. Даже сейчас вместо того, чтобы принять случившееся она пытается доказать, что лучше всех. Поэтому я не удивилась, что Лиона возглавила это глупое "восстание". Если все остальные в комнате были стадом, то она являлась пастухом. Аристократка до мозга костей: холеная и уверенная в своем превосходстве. Вот только она не учла одну вещь: здесь Вечные скалы, а не Империя Сарратал.
  - Заткнись! - отрывистый приказ сорвался с губ гары Фенд, я же почувствовала себя здесь лишней. Пухлые губы аристократки обижено сжались, превратившись в тонкую полосу на лице, а ярко зеленые глаза полыхнули гневом. Гаре Фенд же было наплевать на чувства предводительницы:
  - Не сегодня, так завтра воины придут и возьмут то, что принадлежит им по праву!
  - Мы здесь проходим службу и ничего сверх этого, - влезла другая аристократка. Я же подумала о том, как бы не заразится наивностью. Ничего больше! Сама-то она верит в это. Я, кстати, была не одинока: Лиона тоже с сомнением посмотрела на волшебницу.
  - Ничего больше! - передразнила воительница, после чего рванула к волшебнице. Схватив девчонку за руку, она произнесла:
  - Тогда, что это? - с издевкой спросила она. Рабский браслет весело играл отблесками света в лучах солнца. Все девушке пристыжено опустили глаза.
  - Отпусти ее, - Лиона решила вмешаться. Но гара Фенд, будто не услышав ее, продолжила говорить:
  - Это ошейник, волшебница! И если ты будешь вести себя, как сука, то и обращаться с тобой будут соответственно!
  - Гара Фенд, - теперь уже я не выдержала. Воительница только что перешагнула через невидимую черту, ее нужно остановить. Хотя в глубине души я была согласна с ней. - Прошу вас не надо!
  - Помолчи, Ярогнева! Ты пыталась объяснить им, они не поняли! Теперь моя очередь, красавицы, учить вас жизни, - промурлыкала она, а в следующий момент приказала: - На колени! Все на колени!
  Ни одна девушка, надевшая браслет, не смогла не подчиниться. Магия, заложенная в украшения, поставила их на колени. Приказ хозяина оспорить нельзя: гара Фенд была госпожой для них.
  - Любой воин может лишь приказать... - многообещающе произнесла она. Все осознали, что не только Наместник мог ими повелевать, но и остальные. Интересно мастера тоже обладают этим правом? Ужасно находиться в мире, законы которого не знаешь.
  - Довольно! - мне пришлось повысить голос. Пусть они мне совершенно чужие люди, но вести себя с ними так неправильно!
  - Им нужен урок!
  - Может и так, но это не значит, что можно унижать их и показывать свою власть, - процедила я. Никогда не любила тех, кто наслаждался чье-то слабостью, а гаре Фенд, как воину, это нравилось.
  - Дурочкам нужно осознать, что их судьба сделала крутой поворот!
  - Поверь, ты ясно дала понять всем, кто здесь хозяин.
  - О, нет! Урок только начался! - она подошла к Лионе и ухватила ее за волосы. Густые, черные, как смоль, они были удачно уложены в высокую прическу. - Теперь обсудим ваше поведение!
  Выругавшись, я вцепилась в кисть гары Фенд. Моя рука по сравнению с ее, казалась детской.
  - Не смей! - отчеканила я приказ.
  - Или что? - усмехнулась моя нянька. В ее глазах я увидела вызов и что-то еще, но распознать второе чувство мне не удалось.
  - Ты, знаешь, как я умею решать проблемы, - тихие слова, но они прозвучали, как гром. Я не угрожала, она это поняла. Просто ставила воительницу перед фактом, либо она прекратит спектакль, либо сломанными ногами женщина не отделается. Гара Фенд уступила.
  - Встали! Живо! - властно произнесла я, и магия отозвалась и отпустила волшебниц. Девушки тяжело поднимались, мне же оставалось ошарашено смотреть на них. Я никак не ожидала, что магия браслетов подчинится мне. Мысль еще не успела полностью сформироваться в разуме, а гара Фенд уже зашептала мне на ухо:
  - Запомни это чувство, девочка. Теперь ты одно целое с Айрдгалом, даже без ритуала. Древний обручальный браслет давно сплел ваши судьбы. Твои слова - это его слова, твои решения - его решения. Ты будущая Наместница Жизни, и никто, слышишь никто, не смеет повышать на тебя голос, а уж тем более командовать! Никто: ни эти, - с презрением произнесла она и мотнула головой в сторону волшебниц, - ни даже гномы! Послезавтра, на суде, тебя попытаются убрать, сделать глупой человеческой куклой в глазах моего народа. Так докажи, что ты достойна Венца Жизни! - закончила говорить гара Фенд и, развернувшись, пошла в сторону выхода из гостевого дома.
  Забавно! Жизнь порой ставит нас в тупик. Оказывается, у меня здесь есть власть, вот только нужна ли она мне? Чем мне придется заплатить за такой "щедрый подарок"? Не нужно быть мудрецом, чтобы понять, что девушкам я стала врагом. Часть платы, полагаю. Неприятно, но не смертельно. Взгляды волшебниц прожигали меня насквозь. Я даже пожалела, что рядом со мной нет Эдары. Девчонка не захотела навестить вместе со мной "подруг" по несчастью. В последнее время она часто стала уходить на прогулки, естественно с кем-то, но, увы, кто ее таинственный друг Эдара, так и не сказала. Когда пожелает, тогда и поделится личным, главное, чтобы воин не оказался мерзавцем и не обидел ребенка.
  - Завтра, как миленькие, пойдете общаться с гномами! Будете внимательны и учтивы с ними. И запомните: никто вас насиловать не будет, - я попыталась говорить уверенно.
  - Как ты можешь! - отчаянно выкрикнула одна из волшебниц. - Ты одна из нас!
  - Смотри-ка, я уже одна из вас, Рьяна, - горько произнесла я. Было обидно и больно. Как только они поняли, что я могу принести пользу, то сразу сделали частью стада. - Пять минут назад я была подстилкой у гномов, что изменилось?
  - Послушай... - Лиона тоже не осталась в стороне, но я ее перебила.
  - Не стоит. Я прекрасно знаю твою натуру. Сейчас ты увидела, что у меня есть призрачная власть, и решила подсуетиться. Так кто из нас после этого подстилка?
  - Как ты смеешь, чернь?! - зло выплюнула Лиона, сняв свою маску благодушия. Вот и всё.
  - Здесь не там, милейшая, так что попридержи свой яд. Я устала слушать оскорбления, которых не заслужила. Моё терпение весьма хрупкая вещь, еще хоть слово и дальше будете общаться только с гарой Фенд.
  - Когда мы вернемся...
  - Никогда! - перебила я ее, - и дело даже не в том, что вас не отпустят, хотя и это тоже, дела обстоят совершенно иначе. Очень скоро Империи Сарратал не станет: ее сотрут. Вы желаете возвращаться на пепелище?
  - Что за вздор ты несешь?
  - Послушай человека, который знает чуть больше тебя. Сейчас у вас всех есть шанс заложить первый камень в дорогу, которая ведет в будущее. Так не разбрасывайтесь столь ценным материалом! Сделайте так, чтобы в конце пути вас ждало счастье!
  Я осмотрела притихших девушек и пошла прочь. На душе было муторно: теперь я для них враг. Ведь проще злиться на такую же несчастную, у которой судьба сложилась хоть на капельку, но лучше. Хотя это спорный вопрос, по мне так лучше жить вдали от политики и интриг. Сейчас же я попала в самый центр игры, правил которой мне никто не объяснил. Придется действовать наугад. Я искренне не понимала, почему они завидуют мне. Из этого чувства могут родиться только ненависть и злоба. Если бы девчонкам не запретили пользоваться магией, то из дома бы я не вышла, осталась бы лежать кучкой никому ненужного пепла.
  Гара Фенд стояла на крыльце, ожидая меня, недалеко от нее крутились мои телохранители. Три гнома воина сопровождали нас в походах в город. Я старалась не обращать на них внимания, но получалось плохо. Тяжело привыкнуть к тому, что за тобой следят, как за очень важной персоной, или же, как за неразумным ребенком. Я склонялось к тому, что все-таки охрана у меня была из-за второй причины.
  - Что решили? - спокойно спросила меня гара Фенд. Но тон ее не соответствовал тому, что говорили мне глаза: женщина была взволнована. Она переживала и пыталась это скрыть. Получалось плохо.
  - Завтра они начнут общаться с воинами, - я услышала, как мои телохранители выдохнули. Значит, мужчины ждали, чем закончится моя беседа с волшебницами.
  - Вот видишь, это было несложно, - усмехнулась воительница.
  - Я испытываю нестерпимое желание сделать вам больно, гара Фенд. И только Лучезарный ведает, как мне удается сдерживать себя.
  - Брось, золотце! Я ничего не сделала, - пренебрежительно бросила она в ответ.
  - О! Вы мастерски подставили меня.
  - Разве? Запомни, девочка, теперь вы одни из нас. Осознайте и примите это, или погибните, других вариантов нет.
  Где-то в глубине души я была согласна с ней, но вот только одно дело понимать, а совсем другое смириться и принять. Пройдет еще немало времени прежде, чем каждая из "жертв" перестанет ощущать себя таковой. Хоть я и не стала рабыней, но судьбу, навязанную мне, все равно принять было тяжело.
  - Гара Фенд, у меня к вам просьба, - мягко начала говорить я, и подхватив женщину под локоток, утянула в сторону от охраны. Мне нужно было кое-что сделать до суда над Биар, и помощь воительницы могла пригодиться. - Давайте прогуляемся по городу: только вы и я.
  - Зачем? - подозрительно спросила она, не веря в мою честность.
  - Я устала вечно ходить вместе с охраной. Опять же скоро свадьба, а невеста похожа на беглянку, - тяжелый вздох легко подтвердил мои слова.
  - Золотце, - снисходительно начала она, - мы можем вызвать портных во дворец.
  Я на ее предложение улыбнулась еще шире, скрывая истинные чувства. Мне тряпки были совершенно ни к чему.
  - Гара Фенд, это же совсем не то, - всплеснула я руками. После чего доверительно зашептала: - Вы же должны меня понять, что иногда хочется прогуляться по лавкам самостоятельно. Женщина всегда должна оставаться женщиной.
  - Золотце, ты сейчас врешь мне прямо в глаза. Скажи прямо, чего ты хочешь!
  - Хочу поговорить с гаром Коремом. Естественно, что охрана в этом случае мне не нужна, - не стала я препираться. Гара Фенд была крепким орешком, но и на нее со времен найдутся рычаги воздействия: нужно лишь подождать.
  - А я? Мое общество лишним не будет?
  - Вы неизбежное зло, - откровенно ответила я.
  У воительницы вырвался невольный смешок, видимо ей еще никто не говорил правды открытым текстом.
  - Здесь я тебе не помощник, - серьёзно произнесла она. - Если Айрдгал узнает, то будет в ярости. В Вечном городе полно доброжелателей, которые ему расскажут.
  - Он не будет, - что именно он не будет, я затруднялась ответить.
  - Послушай, Ярогнева, сейчас у вас установились отношения: они хрупки, как первый лед. Не рушь их.
  - Рушить нечего пока.
  - Ты ошибаешься, - мягко заметила женщина. - Да, вы пока чужие друг другу: вы привыкаете и изучаете.
  Это я все знала и без нее, вот только легче от знания не становится. Пока Айрдгал был в топях, он не ощущал того, что чувствует здесь. На него не давила ответственность: мы просто были мужчина и женщина. Тогда он не мог поверить, что ему суждена истинная любовь. Сейчас же взглянув на все это под другим углом: он осознал, что богиня сделала шаг не вовремя. Когда я спросила, хотел бы он все изменить, он ответил, что не знает. Сомнения понятны, но неприятны. Неприятно, когда в тебе разочаровываются за то, что ты другой расы, за то, что я родилась человеком. Этот разговор состоялся у нас вчера и осадок после него на душе еще не успел исчезнуть.
  Гара Фенд, видя мое состояние, произнесла:
  - Он вызвал Лазара на поединок.
  - Какой поединок? - от волнения у меня перехватило дыхание.
  - Обычный, золотце. Когда один мужик пытается доказать другому, что свое не отдаст.
  - Свое?
  - Конечно. Я знаю Айрдгала с детства: он уже давно принял тебя. Его беда в том, что он слишком много думает, подожди, и все образуется.
  К сожалению, время утекало сквозь пальцы. Я же не могла разорваться: целей было слишком много. Промедление сейчас могло стоить жизни моим близким людям.
  - Гара Фенд, скажу честно, я устала всех понимать.
  - Такова женская доля, золотце. Мы всегда должны всех понимать. У нас сердце всегда руководит поступками.
  - О сердце... - мягко напомнила я.
  - Нет, и не проси. К Лазару не поведу. Мальчику и так не сладко. К тому же Айрдгал здорово потрепал его.
  - Очень сильно? - обеспокоенно спросила я. Хоть гар Корем и не был моим другом, но что-то в душе он задел. Или же мой шкурный интерес заставил меня поинтересоваться о его здоровье? Неприятно признаваться, но скорей всего второе.
  - Жить будет. Мальчишке повезло, что Наместник Предков решил вмешаться.
  Наместник Предков. Отца Айрдгала я видела всего пару раз. Впечатления остались тягостные, хотя мы даже не перемолвились ни словом. В те моменты, когда наши взгляды встречались, на меня обрушивалась такая боль и тоска, что хотелось сдохнуть. Что же так мучило мужчину, что даже меня пробирало? Любой целитель умеет отсекать окружающие эмоции, а с отцом Айрдгала у меня ничего не получилось. Я почти утонула в его безысходности. Сейчас же Наместник просто избегает меня. Король гномов при встрече в коридорах дворца с человеческой девчонкой старается свернуть в сторону. Честно говоря, я уже устала от сюрпризов в Вечных скалах.
  - Золотце, скажи, что ты хотела сделать?
  - Попросить отправится в Туманные топи и вывести мою семью из-под удара.
  - Просто попросить?
  - Да, - солгала я.
  Но гара Фенд видела меня насквозь.
  - На гномов воинов чары приворота не действуют. Ты не смогла бы затуманить ему разум даже при большом желании. Эту особенность Создатели дали нам, чтобы разум воина всегда был ясен. С Айрдгалом тоже не пытайся применять магию, бесполезно. Только честность.
  - Я и не собиралась.
  Если с Лазаром я была готова поступить не честно, то с Айрдгалом нет. Конечно, относиться так к гару Корему нельзя, но... На одной чаше весов семья, а на другой моя совесть. Я лучше буду мучиться за то, что затуманила разум Лазару, чем тем, что не спасла родных.
  - Лгунья! - упрекнула меня гара Фенд. Я промолчала. Видя то, что с ней не собираются разговаривать на эту тему, воительница сказала:
  - Знаешь, в чем твоя проблема Ярогнева?
  - Нет.
  - Ты никогда не просишь помощи.
  - Если захотят помогут.
  - Нет. Иногда надо попросить.
  - Кого мне попросить помочь моей семье? - тихо спросила я.
  - Хотя бы меня.
  - Вы отправитесь в Туманные топи спасать мою семью? - в лоб спросила я, перестав верить в чудеса еще в детстве.
  - Нет. Но я могу попросить Лазара. Всем будет лучше, если его не будет в Вечных скалах на твоей свадьбе.
  
  Интерлюдия III
  
  Библиотека - хранилище знаний, у каждого студиоза в Академии Начал посещение этого места вызывало разные чувства: от священного трепета до глухого раздражения. У Оливера Хоса частые визиты в "пыточную" будили отвращение и брезгливость. Запах книг раздражал его не хуже молитв церковников, а духота и затхлость заставляли его крысиное начало прятаться по углам. Наверное, та часть, что когда-то принадлежала серым братьям, жила в библиотеке, и воспоминания об этих днях вызывали беспричинный страх. Еще Оливер старался не попадаться на глаза хранителю "сокровищницы" - магистру Роккару. От старикашки шел стойкий запах смерти и боли, он следовал путем Тьмы.
  В Империи Сарратал было не так много культов Тьмы. Самым известным и самым кровавым был пут Зер"грата. Эта сущность давно опутала мир Сараф, стремясь захватить его, но благодаря самоотверженным служителям Лучезарного культ так и не стал, чем-то большим для людей. Когда только появился Туман последователи Зер"грата пытались подчинить его, но безуспешно. Оливер с наслаждением вспоминал те дни, оказалось, что магия культистов ничуть не хуже на вкус, чем силы церковников. Теперь же охсу приходилось прятаться по углам, чтобы магистр не смог распознать в нем нежить. Да, и запах Смерти, что шлейфом стелился за стариком, будил в Хосе потребность убивать. Боясь не сдержаться, студиоз старался находиться, как можно дальше от Роккара: вновь быть должным ректору не хотелось.
  В библиотеке Оливер оказался по вине Аделарда. Лич не пожелал рассказать подробности утери души, а охс не мог сунуться в "осиное гнездо" без подготовки.
  - Верни мне душу, - передразнил Хос ректора, а потом с раздражением захлопнул очередной фолиант. Охсу "задание" Лича напоминало детскую игру: "Принеси то, не зная что". Вот только на кону были не сладости, а гораздо более ценный приз - будущее. Поэтому Оливер не имел права рисковать, второй попытки ему никто не даст.
  Задача оказалась не из простых: раздел магии, который практиковал милорд ректор относился к запрещенным. Оливер же выяснив это, вновь испытал чувство восхищения: столько лет скрывать свою истинную суть и выдавать себя за боевого мага. Аделард был изворотлив и хитер, как змей. Оливер же являлся крысой, умной крысой, поэтому имитируя тяжелый вздох, он открыл очередную старинную книгу.
  Информации про магов Тьмы одновременно было много и мало: общие фразы красиво переплетались в замысловатые предложения, скрывая бесполезность текста в целом. В океане словесной чепухи Оливеру удалось найти пару жемчужин, хотя и здесь не обошлось без помощи Аделарда. Его секретарь принес распоряжение, и магистр выдал книги из закрытого хранилища. В тот момент Хосу показалось, что над ним тонко издеваются. Почему нельзя было сразу поделиться нужной информацией? Или же это была очередная проверка лича?
  Оливера злило отношение Аделарда, а еще больше охса злила его злоба. В моменты "помутнения" рассудка ему хотелось вырвать семя мэллорна из груди и отдать личу. Свои ощущения он не мог передать словами, но ему казалось, что сознание балансировало на тонкой нити, протянутой над пропастью: в какую сторону не упади конец известен.
  Охс в раздражении сдавил чернильницу, олово будто глина, смялась в руке нежити. Чернила весело брызнули в стороны.
  - Проклятие! - выругался Оливер и, достав белоснежный платок, стал вытирать следы чернил с кожи. За этим занятием его и застал магистр Роккар.
  - Пошел вон! Твой куратор узнает о произошедшем немедленно, бестолочь!
  - Как вам будет угодно, - спокойно произнес Оливер и бросил грязный платок на страницы открытого фолианта. У магистра Роккара от такой наглости студиоза пропал дар речи. Он, как рыба, выброшенная из воды, беззвучно открывал и закрывал рот. "Молчание" спасло ему жизнь. Еще хоть слово со стороны человека, и обстановка вокруг раскрасилась бы росчерками крови.
  - Хорошего дня, - небрежно бросил студиоз Хос и, обогнув, старика, устремился прочь. Для себя Оливер уже решил, что нашел все, что ему могло пригодиться в походе к "свету", дальнейшее прозябание ему уже ничем не поможет.
  Одно он выяснил точно: Аделард отказался от души осознанно, ради власти и силы. Темный маг может ступить на путь смерти, если "заточит суть вне тела". Куда спрятал свою душу милорд ректор, Оливер не знал, зато стало ясно, как он ее потерял. Видимо кто-то расторопный подсуетился и выкрал сосуд и, судя по тому, куда охса отправили - это церковники. Вставал закономерный вопрос: зачем служителям Лучезарного Света человеческие души. Оливер скривился, в данный момент его больше волновало то, как он проберется в Цитадель, на безгрешную девственницу нежить не тянула при всем своем желании. Значит, студиозу Хосу предстояло проработать план, который вытащит его из грядущих неприятностей, а что они у него будут, он не сомневался.
  Оливер задумчиво посмотрел на небо: оно было серым и роняло на землю снежинки. Зима в столицу пришла не так давно, люди кругом радовались ее приходу. Хос же не понимал их. Что может быть прекрасного в белом покрывале, что скрыло землю. Как хищник он не любил это время года: снег выдавал шаги и прятал "дичь". Был еще один момент, который раздражал крысу, в отличие от обычных людей он не дышал, а только делал вид. Соответственно находясь на улице в холодное время года, он мог выдать свою природу: нежити приходилось нагнетать температуру тела, изображая из себя человека. Так снег, касаясь его кожи не таял, если охс не следил за свои внутренним состоянием, не говоря уже о паре, который появлялся при дыхании.
  С приходом зимы Оливер ощутил то, что люди называют хандрой. Ему не нравилась ощущение безжизненности кругом, к тому же любимый парк опустел. Теперь он не ходил туда так часто: птиц стало значительно меньше, а те, что остались, не улетев, напоминали жирных куриц, охс никогда не скупился на угощение пернатым.
  Громкие крики отвлеки Оливера от созерцания "безжизненного" двора Академии. Все учебные корпуса выходили на эту маленькую площадь, поэтому ничего удивительного не произошло, когда Хос застал очередную безобразную сцену. Благодаря новому указу Его Императорского Величества, в Академию Начал заставляли идти всех, у кого была хоть капля магического дара. Естественно, что на убой людям не хотелось и те сопротивлялись. Сегодня это был мальчишка с матерью. Оба пытались привести доводы доказать, что-то. Недалеко от них на земле лежал мужчина телосложением, напоминающим воина, его держали магические путы. "Наверное, муж", - равнодушно подумал Оливер. Он уже хотел уйти, не дожидаясь развязки, как порыв ветра донес тонкий аромат, который был ему хорошо знаком. Он ни с чем бы не перепутал его: кровь. У женщины было разбито лицо, да и мужчина на земле был ранен. Но остановило нежить не это: кровь всегда несет множество сведений о хозяине. Сейчас она поведала Оливеру, что перед ним родственники его ведьмы, Зертиши.
  Хос пытливо всмотрелся в лицо женщины, и понял, что не ошибся: тот же разлет бровей, изящный нос и глаза цвета зелени. Перед ним была мать Ярогневы. Оливер стремительно приблизился к месту действия, теперь он видел, что и парень похож на нее. Такую удачу охс не ожидал!
  - Послушайте, я не практикую, а мой сын поступит в Училище Порядка, - пыталась убедить их женщина, старательно задвигая сына за спину, хотя это и было сложно: парень пошел телосложением в отца.
  - Нам плевать, - равнодушно бросил чиновник, он должен был сдать "приемной комиссии" в Академии тридцать одаренных, а остальное его мало волновало. То, что ему повезло наткнуться на двоих среди очередных беженцев, он считал чудом. Дальше была рутина: вызвав магический патруль, он зачитал указ избранным. Чиновник болезненно вздохнул, глава семейства смог раскидать не только стражу, но и волшебников, перед тем, как его скрутили. Сейчас же исполнитель воли Императора мучительно думал, что делать с воином: отправить на рудники или же к смертникам. Чиновник склонялся к последнему, так как считал, что за все надо платить. Теперь "преступник" искупит свою вину, служа Империи в отряде смертников.
  - Послушайте! - вновь обратилась к нему женщина. - Валамир напал на вас, защищая меня и свое дитя.
  - Женщина, ты видела свое "дитя" - обвинительно взвизгнул пострадавший.
  - Мама, прошу, - Борислав, до этого тихо стоявший за ее спиной, решил вмешаться. - Это бесполезно! Нас не слышат.
  - Они убьют его! Потом нас!
  - Мама, - в одном этом слове было столько чувств, что даже Оливера проняло.
  В голове нежити стал рождаться план: теперь он знал на кого обменяет ребенка графа. Правда, его долг ректору вновь вырастит, но он был готов заплатить.
  Оливером двигала не только корысть, когда он спешил к кабинету Аделарда, хотя себе признаваться в этом он не желал. Охс почувствовал, что должен изменить судьбу Зертишей так же, как Ярогнева его путь. Пусть он делал это ради выгоды, но порой очень хорошие поступки люди и нелюди совершают не только из-за светлых чувств.

Оценка: 8.29*32  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"