Харин Евгений Анатольевич: другие произведения.

Лекции по истории Вятки 1

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
Оценка: 8.00*3  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Сборник статей с комментариями читателей по отдельным вопросам истории Вятки ранних веков. Сказание о Вятчанех, Почему Хлынов, ушкуйники, Тайна Вятской истории, вятичи, Кошкаров, биармы, гелоны и будины, поход на Сарай.

 []
  
  
  
  
  1. Вятская "Библия"
  
  
  Данная рукопись накануне 1917 года была подарена в библиотеку Казанской духовной академии бывшим ректором академии епископом Анатолием, по имени которого она получила название 'Анатольевского сборника'. Там она была в общих чертах описана К.В.Харламповичем. В 1974 году рукопись поступила в Ташкент и ныне находится в Государственной библиотеке Республики Узбекистан, где в 1991 году была заново открыта и изучена американским профессором Д.К. Уо в его труде 'История одной книги: Вятка и 'несовременность' в культуре Петровского времени'. - СПб, 2003. - 394 С. Уо пришел к выводу, что она была составлена в первой четверти XVIII века и являлась личным архивом хлыновца С.Ф. Попова, автора 'Повести о стране Вятской', рукой которого сделаны пометки на полях рукописи.
  
  Сказание о вятчанех како и откуду приидоша на Вятку крещеныя люди и в той Вятцкой земли насельницы быша.
  
  'В лето 6682-е (1174) в Великом Новеграде бысть великий князь Ярослав сын Владимеров. И посла боляр своих и воевод со многими силами из Новаграда под град Корсунь. Они же быша тамо под градом и стояша семь лет. Жены ж их ждаша мужей своих в Новеграде многое время и недождя, чающе их побитых, и начаша жити за немощь естественную болярыни и княгини и служилых людей жены совокупишася с холопи своими, а простии також с чюжими мужи. И по окончании семи лет приидоша вестницы в Новъград, что идет все воинское во свояси. Жены же их и дщеры слышаша приход их и убояшася и с теми своими рачители из Новаграда бегуяшася и приидоша на реку великую глаголемую Каму и поставиша подле град и нарекоша имя ему...
  
  И остася в том граде половина людей, а другая тех новгородцев поидоша с Камы реки в гору и приидоша вверх Чепцы реки и ту жиша немного лет и по сем поплыша тою рекою вниз из Чепцы в Вятку и по той реке Вятке вниз, и над тою рекою Вяткою на горах стоит чюдской городок их языком зовом Болванской. И в лето 6689-е (1181) июля в 24 день на память святых мученик Бориса и Глеба заповедаша они всему войску своему ни пити ни ясти дондеже Господь Бог поручит тот чюдской городок, и приступиша к тому городку и взяша его и побиша ту множество чюди и отяков, а инии разбегошася, и поставиша в том граде храм во имя святых мученик Бориса и Глеба, а граду има нарекоша Микулицын.
  
  И паки вниде вслух другой половине новгородцев, которые осталися на Каме реке в городке, и абие поплыша они рекою Камою вниз и вниде в реку в Вятку и поидоша вверх по Вятке реке и приидоша под град рекомый Кокшаров и слыша яко товарыщи их преж сего взяли Болванской городок Божиею помощию заступлением и молитвами святых мученик Бориса и Глеба, також и они Господу Богу молебная сотвориша и призываху на помощь их страстотерпцев Бориса и Глеба и начаша ко граду приступати, и в другий день из града побегоша и сказываша им, яко нам гражданом показовашеся под градом несметное войско, инии же граду врата оттвориша и той град взяша Божию помощию и молитвами мученик Бориса и Глеба.
  
  И те новогородцы распространишася и начаша жити во всей Вятской земли, и совокупишася новогородцы обе половины вместе и начаша помышляти како б им един град крепкий поставити и совещаша град поставить близ речки Хлыновицы на горе рекомой Кикиморке и на ту гору навозиша бревен, как быти граду, и за утра восташа и обретоша те бревна на Баляскове поле, идеже ныне стоит град Хлынов. Они ж новогородцы всем войским моляся Господу Богу и его Богоматере Пречистей Богородице о показании места и о создании града, и в начале поставиша церковь во имя чюднаго Богоявления, и потом покопаша рвы великие и поставиша град и нарекоша имя граду тому Хлынов'.
  Текст Сказания взят http://www.vstrana.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=47&Itemid=79
  
  ***
  
  Даниэль Уо предположил,
  что источниками 'Сказания' могли послужить два произведения - 'Сказание о холопьей войне' и какой-то отдельный рассказ о поселении новгородцев на Вятке. Автор 'Сказания о вятчанех' заменил реку Мологу, на которую переселились холопы, на Вятку. Проблема в том, что 'Сказание о холопьей войне' существует, самое раннее, в вольном пересказе С. Герберштейна в его книге 'Записки о Московии' 1549г. Причем, местоположение Холопьева городка указано неясно. Вдобавок к этому существует два топонима 'Холопий городок'; один на Волхове ниже Новгорода, другой - на Мологе. Первый надежно известен с 1270г., а второй в летописях не встречается, но по косвенным признакам определяется, примерно, с 14в. (по крупному торгу). Занятно, что на Вятке есть важный в прошлом в транспортном отношении приток Молома. Не исключено, что эта аллюзия вызвала основание применить версию 'Сказания' к нашему региону.
  
  Свой пересказ 'Сказания о холопьей войне' Герберштейн, видимо, строит на русских легендах и на сообщении Геродота, записавшего подобную историю о скифах. Вообще, предания о расселении беглых новгородцев довольно распространены на русском севере и объяснимы не только колонизаторской активностью Новгорода, но и происходившим с 1476 по 1499г. гонениями и принудительным переселением новгородцев. О Вятке Герберштейн пишет как об убежище беглых рабов и злодеев.
  
  Но вернемся к 'Сказанию о вятчанех'. Далее там говорится, что в 1181 г. беглецами с семьями был основан город на нижней Каме. Имя его не сообщается, но вероятно, оно было в оригинале рукописи, но при переписывании отчего-то пропало. Дальше, половина тех новгородцев отправилась зачем-то вверх по Каме и поселилась в верховьях Чепцы на 'немного лет'. Это место можно связать с известными городищами-карами 9-13в. Автор 'Повести о Стране Вятской' приписал новгородцам разрушение данных городков, хотя, как видим, в оригинале ничего подобного нет. Города прекратили существование в 13 веке (какая-то жизнь прослеживается до сер. 14в.), есть древнерусские и болгарские находки, многие вещи неясного происхождения. Это замечание разрушает всю дальнейшую датировку: описанное взятие Болванского города никак не могло происходить в 1181г. В данном тексте под Болванским городом однозначно подразумевается Никульчинское городище, расположенное ниже по Вятке от устья Чепцы.
  
  В непризнанной официальной наукой булгарской хронике Джагфар Тарихы под 1181 годом есть сообщение о захвате некими галиджийцами (под которыми обычно понимаются новгородцы) крепости Елабуги на Каме, пребывании их тут некоторое время и уход на среднюю Каму.
  
  'В этот год обнаглевшие галиджийцы, притворившись балынскими рыбаками, проследовали мимо беспомощного Учеля (город был погромлен незадолго до того) и спящего Болгара в Нукрат-Идель (Кама ниже устья Вятки) и разграбили замок кана Ибрагима 'Аламир-Султан' (Елабужское городище). От замка уцелела лишь башня Алабуга. Сын Акбалыка - Масгут, поставленный тарханом Тамты, погнался за разбойниками и уничтожил их всех у города отца - Каргатун на Чулмане'.
  Каргатун - это Рождественское городище на средней Камы; комплекс памятников IX-ХIII вв. расположен на правом берегу р. Обва близь с. Рождественское Карагайского района Пермской области. Он включает собственно Рождественское городище с посадом, с юга от него небольшое Филипповское городище-крепость, мусульманский некрополь и языческий могильник в 500 м к северо-западу от городища. Заметим, что в 'Сказании о вятчанех' второй отряд, прежде чем попасть в Вятку-реку, спустился вниз по Каме. Это говорит, что неназванный городок был выше устья Вятки, что соответствует Елабужскому городищу.
    []
   Елабужское городище, от крепости сохранилась только одна башня.
  
  Это описание в ДТ очень напоминает маршрут новгородцев в нашем 'Сказании'. Кроме того, в 1172 и в 1183г. на Булгар были организованы крупные походы русских князей с участием новгородцев. Все эти совпадения могут быть объяснены вольным изложением в 'Сказании' реалий о Камско-Казанском периоде жизни предков вятчан (не обязательно новгородцев), а временное проживание их в верховьях Камы или Чепцы (в период с конца 12в. до середины 13-го) может указывать на переселение оттуда каких-то русских людей на среднюю Вятку. Другими словами, Вятка заселялась русским населением Камской Булгарии. На возможность этого указывает археолог Л. Макаров. Кроме того, проступает два центра заселения средней Вятки: восточный - в районе устья Чепцы и западный - в устье Моломы.
  
  Далее описано взятие другой частью войска второго города на Вятке - Кокшарова, которого можно надежно отождествить со Слободским. Во-первых, в Сказании в отличие от ПСВ этот город не отождествлен с Котельничем и не назван черемисским. Во-вторых, название в действительности было Кошкар, а не Кокшар; на это ясно указывает распространенная на Вятке фамилия Кошкарёв, впервые зафиксированная описями 17в. в Слободском уезде. В-третьих, на гербе Слободского города изображены плетеные корзины для ловли рыбы, одно из старых названий данного приспособления - Коши, что косвенно подтверждает высказанное предположение. Сравните с назывными гербами других древних Вятских городов: Котельнич - котел, Глазов - глаз, Орлов - орел. В таком случае, можно установить основной источник данной компиляции. В описании взятия двух Вятских городов (Кошкарова и Болванского) просматриваются черты сходства с событиями Вятского взятия 1489г., наиболее подробно описанного в Архангелогородском летописце, написанного на основе утраченного ныне северо-русского летописного свода конца 15в. Мы имеем два варианта, оба неполные и явно фальсифицированные, но взаимно дополняющие друг друга.
  
  Вот запись из Архангелогородского летописца за 1489 год.
  
  "В лето 6997. Князь великий Иван Васильевич послал рать на Вятку воевод своих Данила Васильевича Щеня да Григорья Поплеву а с ними силы москвичи и володимерцы и тверичи и иных городов. А у тверичей воевода Ондрей Коробов да князь Осип Дорогобужский, а у устюжан князь Иван Иванович Звенец, а у двинян князь Иван Лыко, а у важан и у каргопольцов Юрье Иванович Шестак. А царь Казанской Махмед Амин по приказу великого князя послал свою рать 700 татар. А воевода Урак князь Казанской.
  
  А москвичи иные шли коньми, а устюжане и двиняне и важане и каргопольцы и белозерцы и вологжане и вычегжане и вымичи и сысоличи шли в судех. Месяца июля в 24 день пришли на память Бориса и Глеба, а московская конная пришла под Котельнич того же месяца в 30 день, а тотарская - месяца августа во 2 день. А стояла вся сила под Котельничем до Преображеньева дни. А было на Вятке великого князя силы 60 тысяч и 4 тысячи.
  
  А в Преображеньев день (6 августа) пошли к Хлынову, а под Хлынов пришли августа в 16 день, в неделю, в 3 часа дни (около 8 утра). Вятчане же в городе затворишась, а к воеводам великого князя послаша с поминки (с дарами) Исупа Есипова сына Глазатого (фамилия из списка, см. ниже). И воеводы дали вятчанам опас (безопасность парламентёрам).
  А на завтра вятчаня сами (самые) люди болшие вышли своими головами бить челом воеводам чтоб рать земли Вяцкие не воевала: А мы великому князю челом бьем и покоряемся всеи воле великого князя, а дань даём и службу служим.
  И воеводы великого князя вятчанам отвечали: Целуете же вы (Библию) за великого князя от мала и до велика, а изменников и коромольников выдаите головами - Ивана Оникиива, да Пахомья Лазарева, да Палку Багадайщикова.
  
  А Вятчане тако рекли: Дайте нам господине сроку до завтрея, а мы то ваше слово скажем всей земли Вяцкой. И срока им дали и Вятчане думали 2 дни, да отказали что им тех 3 человек не выдати. И воеводы всеи силе велели приступ готовити и примёт к городу: всякому человеку по беремяни смол да берест, да на 50 человек по 2 сажени плетеня и к городу плетени приставляли. Вятчане же видячи свою погибель, сами вышли болшие люди своими головами и добили челом воеводам на всеи воле великого князя. А Ивана Оникиива, да Пахомья Лазарева, да Палку Багадайщикова вывели и воеводам великого князя выдали. И воеводы поковав дали их на руки устюжанам Федору Есипову, Левонтью Манушкину, да Федору Жугунову да Ивоилу Опалипсову, а велели их поставити великому князю на Москве, а подводы им всеи земли Устюжские.
  
  А на Семен день летопроводца 6998 (1 сентября 1489г.) воеводы великого князя Вятку всю розвели, и отпустили их к Москве мимо Устюг и з женами и з детми, а приставами у них были князь Иван Волк Ухтомской с товарыщи.
  И князь великий велел Ивана Аникиива и Пахомья и Палку Богодайщикова кнутом бить и повесити, а иных вятчан пожалова издавал поместья в Боровску, Олексине и в Кременце. И писалися вятчаня слугами великому князю".
  
  
  Отметим, прежде всего, совпадение дат в обоих документах: 'Месяца июля в 24 день на память Бориса и Глеба'. В обоих случаях нет рассказа о взятии Котельнича и Орлова, эта область уже была к тому времени за Москвой. Поэтому весь 10-дневный поход был совершен на восток от Котельнича вверх по Вятке на ее дальние города, - Микулицын и Кошкаров, а затем в соседнюю Арскую землю на Каринских князей. Микулин в Арх. летописи назван Хлыновым, но это и понятно, в 17в., когда создавали Устюжские хроники, о Микулине уже давно никто не помнил. Основное столкновение произошло при взятии Микулина, многие его защитники погибли, остальные попали в плен и были выведены с семьями. Сам городок после этого захирел и превратился в село. Сгорела его Никольская церковь (по которой и было имя городка), вместо нее построили другую - в честь великой победы в память св. князей Бориса и Глеба. (В день сбора северных русских сил под Котельничем были церковные службы этим святым, вероятно, для воодушевления войско шло с соответствующей иконой.)
  Кошкаровцы при подходе московского войска разделились, часть открыла ворота, часть - бежала, видимо, на судах вверх по реке. Они уже наверняка знали о Микулицыне, и не стали искушать судьбу. В результате этого, город сохранился, хотя большую часть его населения заменили прибывшие с московским войском устюжане.
    []
  
  
  Что касается Хлынова, то Сказание ничего не говорит о дате основания города, ясно только, что произошло это через некоторое время после взятия Микулина и Кошкарова. Исходя из нашей реконструкции, - после 1489г., скорее всего, в начале 16в. Вот, что писал А.С. Верещагин:
  'Кикиморской горы мы не встречаем в Хлынове ни в дозорной книге г.Хлынова кн. Звенигородского 1615г, ни в писцовой книге Толочанова 1628г, ни в переписной книге Отяева 1646г, а встречается гора Кикиморка в первый раз в переписной книге Воейкова 1678г'. ('Исторические сведения', с.188). По Сказанию Новгородцы сначала хотели поставить город Хлынов на Кикиморской горе, заготовили лес, но чудесным образом он был перенесен на другое место. Критики заметили, что это ходячая легенда: примерно такие же истории рассказывают про разные города'. - О происхождении такого странного названия было сделано предположение, что древнее поселение в районе Хлынова называлось по финноугорски Кукмор (горные мари).
  
  Итак, в целом, СВ - это смешение множества разных фактов и домыслов. Судить по ней о реальной истории Вятки невозможно, но при правильном толковании она дает некоторую полезную информацию. Откуда хлыновский книжник Попов получил текст "Сказания" - не известно, но, предположительно, из канцелярии Московского митрополита. Это была некая инструкция для трактовки нашей домосковской истории. Погром вятских городов в конце 15в., память о котором еще, видимо, была жива во время написания Сказания, приписали беглым новгородским холопам. Это также служило для оправдания перехода Вятки под власть Москвы. К чести Попова, надо заметить, что он опроверг байку о холопах в своей Повести о стране Вятской.
  
  
  
  
  
  2. "Почему Хлынов?"
  
    []
  
  Московия, Вятка и Сарайская Орда в конце 14 века
  
  
  В статье протоиерея А. Балыбердина Почему Хлынов? дается многословное опровержение мнения о том, что название города Хлынова связано с вятскими хлынами - разбойниками и бродягами, как расшифровывают это имя словари и ученые авторитеты. Вот концовка его статьи:
  
  "В поисках ответа на вопрос, вынесенный в заголовок нашей статьи, мы проделали большой путь, но не нашли оснований для обвинений вятчан в хлыновстве и слепородстве, и предлагаем считать эти рассуждения за гранью серьёзной научной дискуссии. Вятское предание, записанное автором "Повести о стране Вятской", сообщает, что город Хлынов получил название по имени реки Хлыновицы, а та, в свою очередь, от глагола хлынуть, в значении "натечь", "набежать". Возможно, она сохранила память об удивительном событии, произошедшем при основании города. Для Вештомова - это было разрушение плотины, для кого-то - крики пролетавших над рекой птиц, но не менее вероятно, что название Хлынов донесло до нас память о чуде, с которого началась история этого города, и о котором мы не вправе забывать. Слава Богу, что мы не хлыны!"
  
  Понятно желание автора откреститься от нехорошей исторической канвы и утвердить в противовес чудесную и правильную согласно писанной лет 300 назад "Повести о стране Вятской", - сочинения хлыновского дъячка Попова. В своих доказательствах Балыбердин обходит упоминаемую им работу Верещагина "Хлынов старше или Хлыново?" в одном важном для нас пункте.
  А именно, Верещагин сообщает, что слобода Хлыново в Москве существовала еще в начале 15в., то есть ранее первого появления слов "хлын" и "Хлынов" в каких-либо документах. Более того, в летописи начала 16в. она названа "Старое Хлыново". Исходя из этого, можно положить, что слово "хлын" стало употребляться в Московии в 15в. всвязи с появлением обитателей упомянутой слободы. Так как слово хлын имело явно негативный окрас, то появление его можно связать со знакомством москвичей с новыми неспокойными соседями. Откуда эти хлыновцы могли быть?
  
  Как известно, вывод заметной части вятчан произошел в 1489г. в результате крупного военного похода и взятия Вятских городов. При этом вятские купцы были поселены в Дмитрове вблизи Москвы, а остальные "лучшие люди" (вероятно, семейные казаки) на южной границе Московии. Но эти люди не могли иметь отношения к жившим уже задолго до того московским хлынам. Поэтому следует обратить внимание на более раннее событие. В 1391г. произошел схожий увод с Вятки людей с семьями. Летописи приписывают его делу рук Тохтамышева царевича Бектута.
  
  "Того же лета царь Тохтамыш послал царевича своего именем Бектута на Вятку ратью. Он же шел, Вятку взял, а люди посече, а иных в полон поведе, мужи и жены и дети".
  
  "В лето 6899 Тотарский царь Токтамыш послал царевича Бектута на Вятку ратию, он же шед Вятку взял и людей посече, а иных в полон поведе, а иных на окуп отдаде".
  
  Нигде не указывается причина этого побоища. Правда вслед за ним в Типографской летописи стоит такое сообщение:
  
  "В лето 6899(1391) царь Тахтамыш посла царевича, именем Бехтоута, на Вяткоу ратию. Он же, шед, взя Вяткоу, а люди посече, а иных в полон поведе. Того же лета Новогородци и Оустужане шли Вяткою на низ и взяша Жоукотин и Казань и на Волзе гостей всех пограбиша и възвратишася".
  
  В Воскресенской: "Новгородцы и Устюжане и прочие к тому совокупившеся выидоша в насадех и в ушкуех рекою Вяткою на низ и взяша Жукотин и Казан и вышедше на Волгу пограбивше гостей всех, и возвратишася".
  
  Поэтому считается, что вятчане вместе с соседями из бассейна Сев. Двины совершили ответный набег на земли Орды. Это была справедливая месть за необоснованное нападение на Вятку. Возможно, на Волге были взяты заложники из числа московских гостей-купцов и их товары для последующего обмена на пленных вятчан. Характерно, что ни татары, ни москвичи никак не ответили на это разбойное нападение. Обратим внимание на суда: насады и ушкуи. Под "прочими" можно понимать вятских ушкуйников. Так как перед этим стоит сообщение о взятии Вятки и выводе ее жителей, то летописец опустил вятчан из перечня участников похода. Тем более что это были вятчане из других неизвестных ему вятских городов.
  
  Причин для нападения на Вятку в 1391г. у ордынцев, вроде бы, не было. Тогда почему татары оказались на Вятке?
  
  В 1382г. Тохтамыш взял Москву и истребил всё её население, малолетний князь Василий Дмитрииевич на несколько лет попал в плен к новому Сарайскому хану и царю, воспитывался при его дворе, возможно даже был усыновлен.
  
  Присмотримся внимательней к ситуации 1391 года. Во-первых, Тохтамышу в этом, да и в следующем году было совершенно не до Вятки. С востока к Волге приближалась 200-тысячная армия Самаркандского правителя Тимура. В течение весны войско эмира прошло 2000 километров, тесня татарские кочевья к полноводной Волге, затруднительной для переправы в своём нижнем течении, особенно с семьями. Хан объединённой после 1380 года Синей (левобережной) и Белой (правобережной Мамайской) Орд срочно собирал войска для отпора. Единственной силой с западного берега Волги, на которую он мог рассчитывать, было войско Василия Дмитриевича Московского. Известно, что он был "позван царём", но придя на место, уклонился от сражения.
    []
  
  Василий Дмитриевич Московский
  
  Тохтамыш был разбит 18 июня в левобережье Волги у реки Кондурча, но часть его войска смогла прорваться через ряды воинов непобедимого Тамерлана и уйти в тыл. Опасаясь преследования войск Тимура в момент переправы через Волгу, татары совершили ловкий манёвр, воспользовавшись известным с древности северным путем с низовий Камы. Он шел через камскую переправу у Елабуги, затем вдоль реки Вятки, далее вдоль Моломы к Устюгу, а от него можно было пройти вдоль Сухоны через Кострому к Москве. При этом неудивительно, что бежавшие с поля боя побитые татары с досады разграбили Вятку и нашли приют в Москве. Тем более что московский князь Василий участвовал в этом сражении и, вероятно, был проводником (в нижневятских преданиях описано прохождение неизвестного царского воинства). Согласно софийско-новгородским летописям, Едигей (ставленник Тимура) в 1408г. в своем послании к Василию, упрекал его: "Тохтамышевы дети у тебя, и того ради пришли мы ратию".
  
  Итак, город Вятка случайно оказался на пути войска Бектута и пострадал. Так как татары наверняка пограбили все поселения на своём пути, становится понятно участие устюжан и новгородцев в ответном нападении на Волжскую провинцию Орды. Есть и несколько иная подоплека их участия.
  
  К северу от Вятки в бассейне Вычегды (притока С. Двины) с 1379г. существовала Пермская епархия с центром в Усть-Выми. В житие ее основателя Стефана Пермского есть эпизод относимый к событиям 1391г. В этом году в епархию вторглись вятчане и стали грабить местное пермяцкое население. Стефан заступился за них и уговорил вятчан, притесняемых татарами, вернуться к себе и самим напасть на обидчиков. Те послушались будущего святого...
  
  В реальности могло произойти следующее. Вятчанам срочно требовалось собрать средства для выкупа пленных, вероятно, близких родственников. Поэтому они занялись отъёмом мехов у северных соседей-охотников. Неисключено также, что Стефан дал им помощь из числа своих людей и устюжан, среди которых он пользовался авторитетом. Вычегодская Пермь формально (по старине) принадлежала Великому Новгороду, отсюда упоминание "устюжан, новгородцев и прочих совокупившихся" в числе участников похода на Волгу и Каму.
  
  Учитывая все эти обстоятельства, татары царевича Бектута вполне могли привести пленных вятчан в Москву. Однако возвратились домой не все, за некоторых выкуп не дали и они остались жительствовать в столице, после погрома 1382г. нуждавшейся в населении.
  
  Итак, всё стаёт на свои места. Но почему вятчан звали хлынами?
  
  В "Сказании о вятчанах" и написанной на его основе "Повести" название города Хлынова выводят от протекающей возле него речки Хлыновки. Но специалисты по топонимике считают, что названия малых рек в большинстве случаев происходят от имени города, а не наоборот. Примеры.
  Кострома - от латинского каструм, крепость. В домонгольский период башню городовых укреплений русские звали похожим словом - "костер".
  Тверь - от западно-славянского слова твердыня (крепость по-польски twierdza). В летописях встречается слово "тверди" в значении "крепости". Понятно, что реку так никто бы не назвал.
  
  У нас был город-крепость Никулицын на Вятке (ныне село), речка Никулинка протекает в 4 км от него. Было бы довольно странно назвать город стоящий на берегу Вятки по речке протекающей на довольно значительном расстоянии от него. Хотя именно такое объяснение дано в "Повести". Кроме того, по сказанию и повести городок до взятия его русскими принадлежал некой чуди и звался "Болванской", а вокруг него жили язычники отяки. Речки с христианским именем Никулинка быть здесь просто не могло.
  
  Возвращаясь к Хлынову и Хлыновке. Происхождение слова "хлын" официальной науке неясно, отмечается только его связь с водой и вятчанами.
  Имена группам людей обычно давали от названия города, поэтому остается принять, что на Вятке был город с названием Хлынов или похожим на него. В сообщениях о нападении татар названа просто Вятка. Очевидно, она имела двойное название, с этим согласен даже наш оппонент Балыбердин. Хлынов по-татарски Колын, что близко по звучанию к Холун или Хлын (в одной летописи под 1459г. упомянут вятский город Хилин). Вятчан в Москву привели татары, от них и пошло название народа "Колыны", или в мягкой "монголо-татарской" форме Хлыны. Дело в том, что среди воинов Тохтамыша было много "диких половцев" - пришедших с зауралья монголов и их потомков. В монгольском языке любят звук "Х", даже столицу своей империи Каракорум они называли Хара-Хорин. Отсюда наше словечко "хорахориться" - вести себя вызывающе, заносчиво. Так выглядели чиновники присылаемые в русские земли из великоханского Каракорума.
  
  Само слово Колын можно соотнести с описанным еще Геродотом северо-скифским деревянным городом Гелон. Этот город вероятно был вблизи устья Вятки на месте Елабужского городища. Вероятно, и сама река имела в прошлом название Холун. Так что сообщение столь любимой Балыбердиным и его нижегородским коллегой Мусихиным "Повести", что, мол, имя города пошло от названия реки, имеет под собой основания. Но об этом в другой раз...
  
  
   Обсуждение:
   Сергей Ухов
   Город Хлынов, конечно, не от названия реки Хлыновица. Это очевидно из правил грамматики. Грамматически Хлынов производится от имени существительного 'хлын' с притяжательным суффиксом (суффиксом обладания) -ов совершенно также, как названия старинных вятских городов Шестаков и Орлов. И 'хлын' здесь не нарицательное имя разбойника и мошенника, его жителям стыдиться нечего. Это обычное прозвищное имя, также как и Орел и Шестак (шестой ребенок в семье). В древней Руси было обычным делом называть человека именем с негативной окраской, отсюда всякие Дурново, Свиньины и Пьянковы. Были еще и похуже имена и производные от них фамилии. Удмуртское или татарское Колын от Хлынов вполне естественно, так как в татарском и удмуртском языках невозможно наличие двух согласных подряд в начале слова, а звука 'х' в удмуртском языке нет. Не буду здесь вдаваться в лингвистические подробности, но адаптация удмуртами названия Хлынов как Колын полностью соответствует лингвистическим закономерностям удмуртского языка. Так что тут вопроса для дискуссий вообще нет. Есть только вопрос языковой образованности.
  
   Вениамин
   Д.Захаров в главе 'Хлынов, Орлов, Котельнич' книги 'Серебряная Вятка' (Киров. 1990. С.46) также указывает, что местность, на которой вырос древний город Хлынов, до прихода русских уже имела своё название на удмуртском языке. И действительно, бесермяне села Карино (бесермянский язык является диалектом удмуртского) называют Киров и Слободской так, как они именовали их в древности - Колло и Коллога...В удмуртском языке...коло и колан значат 'брод', а коло - ещё и 'переправа'.
  
   Сергей Ухов
   Русское слово Хлынов не может произойти от удмуртского 'коло' или 'колан' или 'Колын' по законам лингвистики. Говоря проще, русским не было никакого смысла переиначивать удмуртское Колын и подобное, так как это слово вполне вписывается в фонетическую структуру русского языка. А вот адаптация рус. Хлынов на удмуртский лад как Холын лингвистически закономерно. Так что понять, кто у кого заимствовал это название, логически несложно. А ссылаться на Захарова, мягко говоря, нужно с осторожностью.
  
   Е. Харин
   Вениамину. Карта не моя, я только поставил на ней место битвы. Разнобой в названии Хлынова есть на иностранных картах: Клинов, Климов, Кхлинова и т. д. Есть он и в русских документах: Хилин, Хылынов и т. п. Насчет Костромы и Твери - это из современных версий, в сов. период она, разумеется, не проходила. Важно выбирать из разных объяснений наиболее подходящее для имени города, а не созвучное какому-то слову. Должен сказать, что под обсуждаемым первым городом с именем Хлынов или близким к этому я имею в виду археологически изученные поселения в устье Моломы: Ковровское и шабалинское городища и селище. Именно этот крупный трехчастный город стоял в стратегическом центре Вятской земли на развилке речных путей.
   Е. Харин
   С. Ухову. В вопросе происхождения названия Хлынов я придерживаюсь древнейшего из возможных объяснений - от Геродотовского города Гелона (тут важно сочетание согласных г-к-х, л, н). Люди на Вятке живут беспрерывно не менее 3000 лет. Языки народов или народа населявшего наш край менялись, поэтому старое название также видоизменялось. Возможно, первоначально был заметный город на нижней Вятке, от него пошло имя реки - Холун. Оно существовало параллельно с местным финноугорским Ватка. Тут я с вами не вполне согласен, всё объяснять славинизмами вряд ли возможно. Хотя, именьковцы (балто-славяне?) на Вятку прибывали, но позже, мешались с местными азелинцами (вятские постананьевцы) и пришлыми тюрко-сарматскими племенами. История у нас богатейшая и никто ею не занимается. Вы более меня разбираетесь в вопросах топонимики. Но, возможно вы это не знаете, я как раз развиваю ваши идеи.
  
   Скептик
   Cтатья волшебная. Оказывается, Хлынов можно объяснить ссылками на Геродота :-) Кстати, на карте Пермь разместили на месте Коми.
   Е. Харин
   Скептику. Слово Хлын и производные от него современные историки-лингвисты НИКАК не объясняют (из какого языка и прочее). Поэтому моя гипотеза не хуже других. Напишу об этом статью, тогда увидите. Пермь Старая Вычегодская была именно там в ту пору. Это была вотчина епископа Стефана Пермского с центром на Усть-Выми. В 15-16в. по мере колонизации края этот термин стали применять к более восточным областям по Каме.
   В 14в. во времена епископа Стефана Пермского область Пермь фиксируется с центром на Вычегде, в нее входили и обширные окрестные земли, включая север Вятки. А статья точно волшебная, она дает возможность ознакомиться с альтернативной историей нашего славного региона. В своих работах я полагаюсь не столько на свои 'фантазии', а более на мнения авторитетных для меня лиц и прежде всего, археологов, таких как главный спец по русскому Прикамью доктор и. н. Л. Д. Макаров. О Геродотовском Гелоне напишу отдельно.
  
  
  
  
  
  3. Вятка и ушкуйники
  
  
  Впервые о Вятке мы узнаём из сообщений некоторых русских летописей за 1374 год о нападении на неё ушкуйников. С этой датой часто связывают переселение новгородцев на Вятскую землю и основание города Хлынова. Однако в летописях об этом нет и намека:
  
  "В лето 6882... Того же лета идоша на низ Вяткою оушкуиници разбоиници, совокупишася 90 оушкуев, и Вятку пограбиша и шедши взяша Болгары и хотеша зажещи и взяша откупа 300 рублев. И оттуду разделишася надвое: 50 оушкоев поидоша по Волзе на низ к Сараю, а 40 ушкоев поидоша вверх по Волзе и, дошедше Обухова, пограбиша все за-Сурие и Марквашь, и, переехавше за Волгу, лодьи, поромы и насады и павозкы, и стругы, и прочаа вся суды посекоша, а сами поидоша к Вятце по сухоу на конех и идучи много сел по Ветлузе идуще пограбиша."
  
  В этот раз они "шли Вяткою на низ" и пограбили Вятку, а затем булгар на Каме. При этом, часть ушкуйников где-то в устье Ветлуги изрубила суда, пограбила местное население, пересела на захваченных коней и "возвратишася к Вятце". Прежде всего, нужно пояснить, что под Вяткой в данном случае понимается, скорее, город, а не местность. Дело в том, что город Вятка четко засвидетельствован в "Списке городов русских ближних и дальних". Как ныне признано, он был составлен в начале 1375г. для раскладки ордынской дани между русскими землями и городами. Интересно, что в нем среди десятков других нет Тверских городов. Тверь тогда очередной раз встала во фронду к Москве и Орде. Для усмирения ее летом 1375г. Москвой был предпринят большой общерусский поход с осадой города и грабежами окрестностей (по исследованию историка Горского в нем участвововали те же полки, что в Мамаевом побоище пять лет спустя).
  
  Кто были эти ушкуйники-разбойники? Откуда они явились на Вятку и куда вернулись?
  
  Можно ли связать появление Вятки в списке городов и нападением на нее ушкуйников 1374г.? Чтобы ответить на эти вопросы нужно смотреть, что было дальше...
  
  Для начала замечу, что из анализа сообщений о походах ушкуйников 14в. следует, что они обычно действовали слаженно двумя флотами.
  Первый базировался в Заволочье, в бассейне С. Двины, и его обычно возглавляли знатные новгородские бояре. Эти новгородские "разбойники" проходили мимо Устюга по Сухоне и далее через Кострому на Волгу. Второй флот ушкуйников появлялся с верховий Камы и (или) Вятки и возвращался туда же. Археологически поселения ушкуйников до сих пор не выявлены, есть лишь предполагаемые районы их обитания: на р. Юг, Вычегде и верхней Каме - на окраине юго-восточных владений Новгорода, в области "Пермь Великая", примыкавшей к бассейну Вятки. (Двинское Заволочье в конце 14в. для проживания этих "разбойников" стало неудобно в виду наступательной политики Москвы). В таком раскладе ушкуйники были новгородцами по "гражданству" и то весьма условному, а по происхождению они могли быть кем угодно. Нужно признать, что эти люди были хорошо организованы и вооружены.
   В летописях ушкуйников часто называют новгородцами. Власти Новгорода вроде бы отчасти несут ответственность за нападения ушкуйников, хотя называют их действия самовольными. Под 1386 годом сообщается, что напавшие на Московские города ушкуйники укрывались в Заволочье (бассейн С. Двины), куда из Новгорода были направлены войска для сбора денежной компенсации за разбой (5000 рублей). Однако надо помнить, что Вятку в прошлом булгары, татары и черемисы звали Нукрат, Науград или Ноград, что по мнению историков означает Новгород. При этом к Новгороду Великому это имя, вряд ли, имеет отношение, хотя новгородцы на Вятке селились. Имя Нукрат может быть связано с названием племени угров - Нукарда, Наукерд, Нугра (что также переводят как "новый город"!). Угры были владетелями Прикамья в 7-9 веках (см. работу "Карино и Нукрат"). С поселением на Вятке новгородцев пошла путаница с применением данного названия. Поэтому нельзя исключить, что под "новгородцами" в сообщениях об ушкуйниках в некоторых случаях можно понимать вятчан.
  В Троицкой летописи есть запись 1379 года о походе вятчан в Арскую землю: "Вятчане (зимою) ходиша ратию в Арскую землю и избиша разбойников ушкуйников и воеводу их Рязана изымавше убиша". Это сообщение допускает разную трактовку.
  
  1. Поселившиеся на Вятке ушкуйники ходили в Арскую землю, но получили там отпор.
  
  2. Вятчане, жители города Вятки, напали на поселившихся в Арской земле ушкуйников, для того, чтобы пресечь их новые набеги.
    []
  Где была Арская земля? Считается, что где-то в низовьях Камы и Вятки, - территории проживания удмуртов-аров. Городок Арск есть на Казанке. Однако маловероятно, что ушкуйники могли бы спокойно жить вблизи от татарских городов и вотских селений, густо разбросанных по нижней Каме и Вятке, которые они же частенько разоряли. Кроме того, опрометчиво совершать поход зимой за сотни километров, да, ещё в чужую землю. Прежде всего, надо сказать, что татары называют удмуртов "ар". Поэтому "Арская" для них буквально означает "удмуртская". Топонимы с корнем "ар" и "арс" есть на юге Вятки и прилегающих районах Татарстана, в том числе древний (и современный) город Арск в верховьях речки Казанки. Однако это не говорит о том, что только здесь была Арская земля. Татары могли называть Арской землей всю территорию обитания удмуртов, начинавшуюся к северо-востоку от Казани и доходившую, вероятно, до устья Летки. Важно отметить также обстоятельство проживания Арских (татарских) князей к северу от низовий Чепцы в изолированном вотско-татарском анклаве Карино-Нукрат. Появление их на Вятке можно отнести к концу 14-го или к началу 15в.
  
    []
   На миниатюре из Московского летописного свода 16 века мы видим (вверху) вооруженных вятчан, выходящих из своего города, а ниже - избиение ими не успевших вооружиться ушкуйников где-то на берегу возле их жилищ. Здесь вятчане и ушкуйники разные люди.
  
   Исходя из сказанного, не удивительно, что какие-то ушкуйники поселились именно в этой Арской земле, где уже до них вдоль берега Вятки от Кирова до Шестаково существовали небольшие русские поселения. Археолог Макаров Л. Д. очерчивает несколько отдельных волостей проживания славяно-русов на Вятке в 12-15в.: Пижемскую, Усть-Моломскую и Никульчинскую. Последняя как раз и могла помещаться в соседстве с Арской землей или даже располагаться в ее западной части (правобережье Вятки). В этой связи можно отметить городище "Увал" в Шестаково. Оно плохо изучено, датировано 12-13в. Но нельзя исключить, что именно здесь поначалу жили ушкуйники, и сюда ходили вятчане в 1379г. чтобы пресечь их нападения на Вятку. В "Истории Вятчан" Вештомова приведено предание о существовании в верховьях Вятки временного городка, из которого в последствии новгородцы переселились вниз в Шестаков и Слободской. Чуть выше по реке от Шестаково в устье Летки была деревня Анфалово, которую можно связать с именем известного атамана ушкуйников Анфала Никитина, убитого где-то на Вятке в начале 15в.
  
  Отмечу также следующий интересный факт. На городище Никульчино первоначальные жилища были полуземлянки южного типа, а с середины 14в. (времени начала действия ушкуйников) их сменяют срубные жилища северного типа, а укрепления городка заметно перестраиваются, появляются жилые стены (казармы?), появляется укрепленный посад. Это свидетельствует о притоке сюда нового населения, в основном мужчин. Аналогичную структуру имеет и Слободское городище, первые укрепления которого датированы тем же 13в.
    []
  Городища в устье Моломы
  Город Вятка в 12 - нач. 16в. располагался в устье Моломы. Это Ковровское городище (крепость около 1 га площадью) и отдельное соседнее Шабалинское городище (около 3 га), а также финноугорское селище возле него. Это был крупнейший в 14в. город на Вятке, расположенный в ее стратегическом центре на перекрестке важнейших путей из Булгар на русский север (Устюг) с отводом пути в Арскую часть Вятки. (Котельнич как город появился в конце 15в.) Этот город часто переходил из рук в руки: булгары и новгородцы, татары, нижегородцы и москвичи, а также разные вольные люди - все желали завладеть этим городом.
  
  Археологически городища в устье Моломы заметно отличаются от остальных Вятских. Здесь более высокий % булгарской и ордынской керамики, а также иных южных находок. Очень высок здесь также % "славяноидной керамики", этническая принадлежность которой до сих пор остается спорной. Кроме того, Ковровское городище было изначально построено как крепость, здесь были обнаружены остатки дренажной канализации характерной более для городов Волжских булгар. Всё это говорит в пользу того, что Ковровское городище в какие-то периоды истории являлось форпостом булгар, а позже казанцев и Москвы. Шабалинское городище отстоит от него на довольно большом расстоянии (около 300м), в сущности это был отдельный и более крупный город со своим посадом. Поэтому можно предположить, что именно он назывался Вятка. Тогда как Ковровское городище - это резиденция местной власти, древний Хлынов, крепость Колын. Возвращаясь к событиям конца 14в., можно положить, что именно Колын в первую очередь подвергался нападению ушкуйников, а позже татар Тохтамыша.
  
  Итак, зимний поход вятчан на ушкуйников стал более реальным, - они ходили не за сотни километров южнее устья Моломы в Казанские пределы, а на восток, в землю своих соседей-вотинов, среди которых в 1360-70-х годах поселились ушкуйники. Эти вольные бродяги представляли угрозу для города Вятки, платившего Орде дани, скорее всего, уже в 1374 году. Здесь сидел представитель власти, вероятно, московского происхождения. От него и пошли первые сообщения о нашем регионе в русских летописях. Понятно, что ушкуйники (новгородцы или просто вольные люди) воспринимали город Вятку как центр враждебной им власти. Отсюда взаимные нападения в 1370-х годах.
   Так как внутренние столкновения на Вятке продолжались еще долго, то наверняка ушкуйникам удалось отвоевать себе место на Вятской земле. Скорее всего, со временем они смешались с остальным русским населением и к началу 15в. стали зваться вятчанами. Однако о делении Вятки косвенно свидетельствует выражение в грамоте 1428г. "Вятка со слободами". Вятка здесь - Усть-Моломская волость с главным городом Вятка, а слободы - пользующиеся некоторыми свободами городки бывших ушкуйников, Микулицын, Слободской и другие.
  
  Вопрос о характере взаимоотношений Слободских вятчан с жителями Арской земли остается открытым. Можно лишь заметить следующее. Ушкуйники, а до них иные русские люди, поселились в относительно ничейной пограничной полосе между Вятской и Арской провинциями. Учитывая, что естественная граница проходит по реке Вятке, и тот факт, что русские для передвижения использовали водные пути, поселение их вдоль правого берега Вятки становится единственно возможным. Разумеется, столкновения как с Вятчанами, так и с Арянами первые десятилетия были неизбежны. Но уже в середине 15в. существовало крепкое сотрудничество, по крайней мере, в военном плане.
  С другой стороны, попытки закрепиться на левом (Арском) берегу (об этом сообщает "Повесть о стране Вятской") не увенчались успехом, возводимые здесь городки подвергались нападениям "черемисов и отяков" и были заброшены до построения нового города-крепости Хлынова.
  
   Обсуждение:
  
   Швед
   Обретение чудотворного Великорецкого образа произошло в 1383 году 'при державе благоверного и благородного и христолюбивого великого князя Димитрия Иоанновича, нарицаемого Донского, при архипастырстве всесвятейшего Пимена, митрополита Московского и всея России' Это было время, когда православные люди, в основном новгородцы, только начинали заселять Вятскую землю. Желая уберечь святыню от поругания, жители Хлынова, главного города Вятской земли, испросили перенести чудотворный образ Святителя Николая в свой город под его защиту. При этом они пообещали великорецким жителям ежегодно возвращать икону святителя Николая на берега реки Великой - место его славного обретения. В какое место все-таки перенесли ИКОНУ, в устье Моломы или таки на нонешнее место Кирова?
   Евгений Харин
   Этот текст сочинен довольно поздно, в конце 16в. Кроме того подобные повести в некоторых важных деталях могут не соответствовать действительности. Поэтому как источник исторических сведений цена им невелика. Итог: упоминания Хлынова и событий вокруг иконы в 1384г. не надежны. По моим прикидкам, икона Миколы Вятского (так она названа во многих текстах) первоначально находилась в церкви Микулицына городка, в Хлынов была перенесена после запустения этого города где-то в сер. 16в.
  
   Андрей N
   Евгений, извините, но какую же чушь, да ещё с умным видом Вы несёте!!! :-) Всех в одну кучу собрали: и пермян, и померян. Выдумали какую-то глупость, что дети от смешанных браков русских с угрофинским женщинами могли считать себя гипотетическим народом (!) - пермянами. :-) Откуда Вы это взяли???? Русские испокон веков ассимилировали местное население и дети от смешанных браков, как правило, считали себя русскими, перенимали традиции, обычаи русских, а не наоборот. И в наши дни, кстати, всё происходит точно так же. И для чего вы помянули поморян? Это западнославянские племена, жившие до XVI-XVII веков в низовьях Одры на побережье Балтийского моря, поэтому немудрено, что они 'имеют характерную гаплогруппу западных балтийских славян' Всё же не зря, Евгений, за Вами закрепилась 'слава' местечкового фальсификатора истории.
   Евгений Харин
   В тексте моего комм. опечатка: не поморян, а поморов. Это карелы, соседи вепсов. Поморяне же действительно жители южного берега балтики, западные славяне. Так вот, если не в курсе, у 10-15% современных русских характерная зап. слав. гаплогруппа R1a1a7 (в Польше и Чехии ее до 70%). Цитата из Клёсова: 'Высокая доля R1a1a7 (35 - 40% от всех R1a1) была найдена у карелов и вепсов - народов, сильно смешавшихся в течение последних веков с окружающими их русскими'. То есть, процессы ассимиляции всегда идут во встречных направлениях. Русификация, естественно, преобладала, но не всегда и везде. В доказательство приведу простой пример. У меня распространенная вятская фамилия Харин. Большиство Хариных считают себя русскими, но встречаются Харины удмурты и коми-пермяки. Это же можно сказать и о др. фамилиях, например, Калинины. Объяснить это можно только сделанным мною выше предположением.
   Фальсификатором меня пытался обозвать небезызвестный краевед А. Мусихин, но у него это не вышло. Я считаю себя народным историком. Патентованных историков на Вятке в настоящее время нет. Одни любители.
  
   Андрей N
   Объяснить это можно не Вашими наивными предположениями, а тем, что марийцам и удмуртам при крещении давали русские фамилии. И если у какого-то современного марийца или удмурта типичная русская фамилия, например, Иванов, Петров, Харин, Сидоров, это вовсе не свидетельствует, что кто-то из его далеких предков был русским.
  
   Евгений Харин
   Дело в том, что русские попадая в окружение финских народов часто женились на местных и их дети уже могли считать себя пермянами или кем-то еще. Переходы такого рода доказано известны. Например, по ген. иссл. до 40% мужчин поморян и вепсов имеют характерную гаплогруппу западных балтийских славян (жили в прошлом на терр. вост. Германии и сев Польши). Насчет Кая есть интересная версия. Слово ушкуйник может происходить от названия 'усть-Кай' - некое поселение в устье реки Кай, где они поначалу жили-зимовали.
   ДЕД
   Переход 'а'->'у' ('усть-Кай' - ушкуй) в границах русского языка, увы, но фонетически невероятен. Скорее тут все же прав Фасмер - от др.веспского 'лодка' - u(sh)koi, или даже небезызвестное предположение Д.М. Захарова - что 'от медвежьей шкуры'.
   Евгений Харин
   В границах русского языка может быть невозможен, но район действия ушкуйников был в те времена далеко не русский. Есть до сих пор пара Кай-Кой. В древнерусском звук ОУ мерцает. Само слово ушкуйники в летописях встречается как оушкуйницы: Того же лета идоша на низ Вяткою оушкуиници разбоиници, совокупишася 90 оушкуев, и Вятку пограбиша... Кроме того, слово ушкуй встречается в форме ушкой (как и лодка вепсов). Так что переход возможен, хотя я не спец в этом вопросе.
   Версия с усть-Каем появилась в ходе обсуждения на форуме Наша Вятка сообщения в Джагфар Тарихы. Там, если не знакомы, говорится, что ушкуйники поселились в верховьях Камы, где она поворачивает на юг. Их городок назывался Учкуй. Смысл слова обсуждается, но неясно. В конце там добавлено, что так этих разбойников прозвали вятчане, то есть, слово объяснимо из древневятского говора. На мой взгляд, похоже на вятское слово 'уской' - узкий. Узкое судно? Короче, два варианта происхождения: от вида судна и от города-местности.
   ДЕД
   Вот уж не знаю, стоит ли апеллировать в серьезном вопросе к Джагфар Тарихы, все же это современная фальшивка некоего Нурутдинова. А в соответствии с 'бритвой Оккама' нет смысла в новых этимологиях, когда есть удачная М.Фасмера. В ареал вепсов тех времен входил весь теперешний Русский Север. И не только фонетическое соответствие, но и по-смыслу куда уж прозрачнее и точнее всех остальных ' ушкуйник - лодочник'.
   Евгений Харин
   О подлинности ДТ можно спорить, но тот кто ее написал был семи пядей во лбу и основывался на множестве различных сведений. На мой взгляд, в основе там были какие-то древние источники и предания. Хотя интерпретация их может быть вольная и субъективная. Этимология слова ушкуй-ушкой остается неясной. У вепсов (народности далеко не архаической, а на треть пришлой славянской) название лодки могло появится как заимствование. Напомню, что на ушкуях плавали даже астраханские татары в 16в. Это был тип судна. Само же имя могло появиться от места начального производства таких судов. Усть Кой (Кай) в таком раскладе ничуть не хуже. Речки с таким именем есть вокруг бассейна Вятки . В частности, приток Камы Кай (в переводе Птица), приток Сысолы Кой, приток Вычегды Вымь (в переводе Птица) с городком Усть-Вымь - резиденцией Стефана Пермского. На роль усть Кая подходит Казанка, старое название которой могло быть Кай-су, в вольном переводе - Птица-река. В устье Казанки еще до построения самой Казани была древнерусская пристань с бугарским именем Биш-Балта (пять топоров), где строили речные суда Учаны, что очень похоже на то, что мы ищем.
   Пенсионер
   У Вас, Евгений, одни предположения, которые Вы тут же принимаете и выдаёте за истинную истину. Это не научный подход, а фальсификация.
  
   ДЕД
   И не стоит, Евгений, ссылаться на ДТ в темной истории Вятки, которая со времен еще Костомарова не высветлилась. Да, были попытки, бывали и историки, водились и ватажки археологов, высаживались и Гуссаковский и Макаров. А сейчас нет уж на Вятке ни историков, ни археологов: одни Бакулины с Бердинских. А что с них взять? А после ушедших легендарных старух А.Горевой и Л. Макаровой не стало и 'могущих' ономастиков, хотя вроде что-то филологическое сейчас и забрезжило. Да и ижевские 'ушкуйники с лопатами' после защиты докторской Макаровым нашли, видать, другой путь из варяг в греки, минуя Вятку. Глухое время, сон разума. А сон разума по Гойе что порождает? Правильно: необоснованные гипотезы :) .
   Евгений Харин
   Не стоит ждать кого-то кто придет со стороны и разрешит все наши историч. вопросы. У них своя история - у нас своя. В поисках истины я основываюсь на работах всех предшествующих поколений исследователей. Так что ничего не пропало. Знания накапливаются и переосмысливаются. Большой вклад в развенчании накопившихся историч. мифов и фальсификаций, а также постановке современного взгляда на проблемы, внес Сергей Ухов. Его работа 2007г. остается для меня основополагающей. Использую и наработки своего главного оппонента. Иногда он сеет разумное, хотя остается в плену многовековых стереотипов. Заметим, что по тексту предложенных вашему вниманию двух статей замечаний нет. Разумеется, не всё там абсолютно, многое предположительно. Но изложенные факты сами по себе упрямая вещь. Возникающие вопросы от краткости и недопонимания.
   Пенсионер
   Это какие Вы факты изложили? Это факты? - 'Так как внутренние столкновения на Вятке продолжались еще долго, то наверняка ушкуйникам удалось отвоевать себе место на Вятской земле. Скорее всего, со временем они смешались с остальным населением и к началу 15в. стали зваться вятчанами.' В Вашем понимании факты - это 'наверняка', 'скорее всего', 'можно положить', 'можно предположить', 'как раз и могла помещаться', 'нельзя исключить'? Ещё один болтун, типа Рашковского...
  
   Андрей N
   Так вот, Евгений Харин, Вы не профессиональный историк, не любитель истории и никакой не народный историк, как Вы тут себя возвеличиваете. Вы - шарлатан от истории! Как Вам не стыдно писать такую чушь, которая очевидна даже для студента первого курса исторического факультета? Неужели Вы настолько себя не уважаете или на самом деле не понимаете абсурдность своих 'гипотез'? :-)
   Евгений Харин
   Ну, что ответить на эти гневные выпады на уровне студентов первого курса? Никакой конкретики по сути высказанных проблем. Впрочем, кое-что можно возразить и напомнить. Столкновения (и притом крупные) на Вятке в конце 14 - нач. 15 веков были, есть сообщения в летописях. То, что они были связаны с ушкуйниками, тоже видно невооруженным глазом. Помимо этого во второй пол. 14в. на многих городищах Вятки отмечается кардинальная перестройка укреплений, которую исследователи связывают именно с ушкуйниками. Разумеется, трактовка может быть разная: вятчане укрепляли свои городки от набегов ушкуйников, или в этих городках появились новые поселенцы. Мне кажется более вероятным второй вариант. Осторожность в высказывании мнений - достаточно принятый даже у профессиональных историков прием, тем более у 'народного', не обремененного званиями и степенями. Это элемент этикета. Обращаю внимание, что слова типа 'болтун' и 'шарлатан' недопустимы в серьезной дискуссии.
   Пенсионер
   Какая с Вами может быть серьёзная дискуссия? С болтуном и шарлатаном? Лавры новой истории Фоменко покоя не дают?
   Евгений Харин
   Если вы будете продолжать грубить, то я буду выкладывать более 'убойные' материалы.
  
   Пенсионер
   Испугали ежа голой задницей.
  
   Любитель
   А можно мнение дилетанта? Согласен с утверждением автора о первичном нахождении Вятки в устье Моломы. Этому есть косвенные подтверждения. Во первых перекрёсток водных путей, во вторых топонимика: д.Болванская, д.Побоища Каринского, д.Побоище Казаринское, а чего стоит Рассохинский лес. Также непонятено происхождение волости Кагород в Писцовой книге 1629-1632. А подобные ПЕНСИОНЕРы очень смаховают на троллей. Только ругают, а своих даже мыслей нет!
   ДЕД
   Вопрос 'о первичном нахождении Вятки в устье Моломы' - очень сложный и, к сожалению, пока малоизученный. Здесь автору спасибо за его реанимацию и карту обоих городищ.
  
   Дюма
   Интересное мнение Е.Харина и чудные комментарии...
   Shatun
   Не возьмусь конечно судить кто там прав, а кто нет. Но, чисто по человечески, Харин выглядит куда достойней своих оппонентов. А те, в свою очередь, ведут себя в лучших традициях чинуш и бездельников от науки, т.е. всё обсирают, но ничего не могут предложить взамен. Раскритиковать то и школьник может, начитавшись обычных учебников, но вот что то не вижу я ни идей, ни открытий достойных у наших "профессионалов", только дерьмом всё вокруг поливать и способны!
   Дюма
   Н-да, нравы околонаучные те еще! Понравилось у Харина самоопределение - народный историк. По аналогии с почетными званиями артистов, можно и нам самоназваться Народными археологами)).
  
  
  
  4. На Ускоре
  
  Продолжим наши лекции по истории Вятки средних веков "для студентов первого курса". Так как тема ушкуйников вызывает повышенный интерес, могу предложить эксклюзивный материал.
  
  Термин "ушкуй" пытаются объяснить давно, но получается очень неубедительно. Наиболее часто связывают с названием белого медведя, якобы, на носу судна была медвежья голова. По другой версии - от древне-вепского слова "лодка". Есть еще речка Оскуя в районе Новгорода. Кировский краевед Д. Захаров решил, что ушкуй - это байдара, обтянутая по каркасу бычьей шкурой (öш - бык, и ку - шкура на коми языке). Есть и другие совсем уж анекдотические версии. В общем, известные объяснения происхождения слова ушкуй не выдерживают критики. Так как замечено, что словом ушкуй называли очень разные по конструкции суда (даже морские), то можно предположить, что это слово само по себе не обозначало какое-то определенное по конструкции судно, а выражало характерную особенность всех названных так судов.
  Мне пришлось долго ломать голову над этим вопросом, обсуждались две версии (от "узкий" или от Усть-Кай), но и они не были убедительны, хотя чувствовалось, что истина где-то рядом... Вот, что пишут этимологические словари:
  
  
  Ушкуй, ушкол, - м., стар. ладья, лодка; ушкуйник - речной разбойник; ушкуйничать - пускаться на грабеж шайками на ушкуях (Даль, 4, 529). Др.-рус. ушкуи (с 1320 г.) род судна; ушкуиникъ, ушкуиници (с 1371 г.) ходящие на ушкуях, вольные люди новгородские; ушкулъ (с 1553 г.) то же, что ушкуи род судна (Срезневский, 3, 1344). Ср. также ускуи (с 1418 г.) оскуи (в 1473 году), скуй (c 1463 г.).
  "Источником считается др.вепс. uskoi - небольшая лодка" (Фасмер, 4, 180, 181).
  
  В тюркских языках также имеются слова похожие на ушкуй. Прежде всего, это Учкуй - татарское село в Крыму, его название можно перевести как "Три колодца" или "Три овцы". Но такая этимология слова "учкуй" мало что дает. Поэтому поищем другие варианты. Именно здесь мы найдем подсказку для расшифровки:
  
  Напр., в кирг. учкул в знач. способный быстро летать, быстролетный, учкур то же, что учкул (Юдахин, 1965, 112); узб. учар - летающий, летучий; учар кайыц - летающая лодка (Узб.-рус. сл., 1959, 482). См. Радлов учур (тв.т.) = учкур - скоро летающий (1, 1727); учкур (тел., алт.; чзаг.) - быстро летающий (1, 1730). Ср. также чаг. учан (Радлов, 1, 1723) в знач. корабль, большое судно (с тем же элементом уч-).
  Библиотека http://lib.znate.ru/docs/index-223421.html?page=47
  
  Итак, "учкул-учкур" в тюркских языках означает "быстролетный корабль", что по смыслу подходит судну небольших размеров, применявшемуся речными пиратами. Это слово могло быть заимствовано тюрками у русских и за свойства корабля приобрело указанное значение. Поэтому в поисках родины слова ушкуй не стоит ходить далеко. Действительно, в русском языке такого слова, вроде бы, нет, но его отголоски до сих пор сохраняются.
  
  Начнём с того, что встречается форма "скуй". Поэтому, можно предположить, что начальное У - это приставка. Учитывая, что также есть форма "учкур", то возможно отождествление его прототипа со старорусским словом "ускорный" - скорый, быстрый, от общеславянского слова "скоро".
  Ускорный, ускорительный, ускоряющий что, усиливающий скорость бега, хода, прибавляющий скорость, или сокращающий срок.
  Ускорно, арх. шибко, быстро, скоро, спешно. Не ускорно беги, не могу за тобой держаться!
   Интересно, что Фасмер допускает переход Ускор-ушкуй: "оскорь - ближайшая этимология ж. "черный тополь", см. осокорь; оскуй "вид судна", др.-русск.; см. ушкуй".
  Поэтому начальное название судна было УСКОР (от ускорный). В разговорной речи трудный для произношения звук Р заменялся на более лёгкий Л. Так же часто происходила замена С на Ш. В результате "ускор" превратился в "ушкол", и далее в ушкуй. В таком случае, известное поныне вятское наречие "наускоре" в прошлом буквально означало "на ускоре", - на скоростном судне. У Даля:
  Наускоре - нареч. вят. спешно, скоро, торопом, второпях.
  наУскоре - быстро, спешно, второпях, на скорую руку. - Собираться наускоре. - Побежишь наускоре. Вятский словарь
  
  Слово "ускорный" общерусское, а вот "наускоре" известно только на Вятке. Вятка подвергалась атакам ушкуйников, часть их поселилась в наших краях. Поэтому не удивительно, что скоростные суда получили Вятское прозвание. От вятских слово "ускор" пошло во все концы, при этом его произношение несколько видоизменялось. Есть вятская фамилия Ускирин.
  
  Андрей Курбский в своей книге История о великом князе Московском в рассказе о взятии Казани в 1552г. приводит такой эпизод:
  "вскоре после начала осады крепости, как станет всходить солнце, на наших глазах выходят на стены, то пожилые мужчины, то старухи и начинают выкрикивать сатанинские слова, непристойно кружась и размахивая своими одеждами в сторону нашего войска. Тотчас тогда поднимается ветер и собираются облака, хотя бы и вполне ясно начинался день, и начинается такой дождь, что сухие места наполняются сыростью и обращаются в болота. И это было как раз над войском, а в стороне не было, - происходило это не только от естественных атмосферных явлений. И при виде этого посоветовали царю немедля послать в Москву за спасительным древом: он вделано в крест, который находится всегда при царском венце. И с Божьей помощью очень быстро съездили: водою до Нижнего Новгорода дня в три либо четыре на вятских, весьма быстроходных лодках, а от Новгорода до самой Москвы на скороходных подводах. Когда доставлен был честной крест, в который вделана частица спасительного древа, на коем Господь наш Иисус Христос пострадал плотию за людей, тогда иереи соборно с христианскими церемониями сотворили крестный ход и по церковному обычаю освятили им воду, так что силою животворящего креста эти языческие чары тотчас исчезли и с тех пор не объявлялись".
  Вот оригинальный кусок выделенного текста в старой орфографии:
  "...И збѣгано за Божиею помощию зѣло скоро: водою до Новаграда Нижняго аки в три, або четыре дни вяцкими, зѣло скоро плывающими кораблецы, а от Новаграда аже до Москвы прудкошественными (прыткоедущими) подводами...".
  Выражение "зѣло скоро плывающими кораблецы" следует перевести как "сверх скоростными корабликами". Понятно, что это были ушкуи (ускоры). Заметим, что из массы собранного со всех русских земель воинства (около 600 тысяч) только вятским было поручено это срочное задание.
  
    []
  Реконструкция речного ушкуя. Он имел длину 12 - 14 м, ширину около 2,5 м, осадку 0,4 - 0,6 м и высоту борта до 1 м. Грузоподъемность достигала 4 - 4,5 т. Укрытий ни в носу, ни в корме не было. Благодаря симметричным образованиям носа и кормы ушкуй мог, не разворачиваясь, моментально отойти от берега, что приходилось часто делать при набегах. При попутном ветре ставили мачту-однодревку с прямым парусом на рее. Ушкуйники
  
  Скоростные качества такого судна обеспечивались малой осадкой плоскодонного корпуса и, как следствие, низким сопротивлением воды, а также небольшими размерами и весом.
  
  Ушкуйников в летописях часто называют новгородскими. Действительно, среди их предводителей были новгородские бояре, чаще беглые. Однако непосредственно в Новгородских летописях ушкуйники почти не упоминаются. К северу от Новгорода в прошлом была Вотская пятина (земля). В
  описи 1500г. здесь встречается имя Ускал и фамилия Ускалов, которую исследователи связывают со словом ушкуй. Связи Вятки и Вотской Новгородской земли просматриваются хотя бы из названия. Так что нельзя исключить Вятские корни ушкуев и ушкуйников в Новгороде. С другой стороны,
  тюркское (булгарское, марийское и татарское) название Вятки - Нукрат, что напоминает слово "Новгород". Поэтому не исключено, что в правленых летописях слово "Новгородские" в отношении ушкуйников появилось как перевод слова "Нукратские", то есть, в действительности Вятские. Разумеется, это не означает Вятское происхождение самих ушкуйников. Нукратцами (как и вятчанами) их могли назвать по месту нового жительства.
  
  В булгарской хронике место начального обитания ушкуйников указано на верхней Каме, "где она поворачивает на юг". Там они построили несколько острогов, в которых зимовали. Булгары
  неоднократно совершали карательные походы на "Учкуй". В районе Чердыни, о котором идет речь, есть несколько подходящих городищ. Самое дальнее - возле села Искор. Город Искор по летописи наряду с другими Пермскими был взят московскими войсками в 1472г. Искорское городище расположено на высокой скалистой горе, путь на которую по единственному пологому склону прикрывали насыпные валы. Попасть в крепость можно было только по двум узким проходам в
  скале. Местные предания повествуют о крупном сражении. Ежегодно в Семик жители Искора приходили сюда крестным ходом и совершали панихиду по убиенным (как и у нас на Вятке).
  
  
    []
  Проход на городище "Узкая улочка".
  "Исследования Искорского городища (IX - XVI вв.) показали, что оно использовалось, в основном, как оборонительный, культовый и металлургический центр. По сложности оборонительной системы (3 вала) Искорское городище не имеет себе равных..., его можно считать центром небольшого микрорайона на севере Родановской культуры, в окрестностях которого расположено несколько памятников: могильники, селища, места случайных находок. Материальная культура Искорского городища принадлежит предкам коми-пермяков, коми-зырян и славянскому (русскому) населению. Но скудность и фрагментарность керамического материала подтверждает нежилой характер древнего Искора в эпоху средневековья. И до сих пор следов постоянного проживания населения не обнаружено". http://www.diaghilev.perm.ru/ruslit/bibl/18.htm
  
  Последнее замечание особенно интересно, оно означает, что обитатели Искора находились в нём только временами. Это как раз соответствует образу жизни ушкуйников, проводивших много времени в походах, и потому укрывавшихся в своей дальней крепости только при нападении опасного врага. Булгары приходили с юга и потому ушкуйники успевали уйти в своё дальнее убежище. Москвичи учли эту тактику и потому неожиданно напали с севера на полупустую крепость.
  
  
  Дополнение. Отрывок из Джагфар Тарихы об ушкуйниках
  
  А после смерти Узбека они стали объединяться для разбоев уже в большие ватаги, ибо очень стала цениться франками и альманцами их добыча - меха, и после ряда бедствий много стало разоренного и готового на все люда. Эти ватаги называли ушкуями. Одни говорили, что это слово образовалось от слов "уч каек" ("три лодки"), ибо они атаковали на кораблях, вмещающих людей трех булгарских лодок. Нукратские ульчийцы, которые называли себя также "будишлар" (вятчане), превратили "уч каек" в более удобное для себя "ушкуй", и все наши, в конце концов, стали называть разбойников по-нукратски. Другие же утверждали, что это слово происходит либо от названия первой добычи галиджийцев - трех овец, либо от названия округа "Уч Куй" на Верхнем Чулмане - недалеко от места его поворота на юг. Этот округ захватили галиджийцы в 1359 году, после чего укрепили его десятью острогами и превратили в главное разбойничье гнездо. Здесь они строили свои корабли, на которых потом пускались в свои разбойничьи набеги. Говорят, что жило там постоянно около 50 тысяч галиджийцев, и число это не уменьшалось, ибо туда бежали из Галиджа (Новгород) всё новые люди. У них были свои вожаки, которых они сообща избирали на своих сходах, и эти вожаки не подчинялись Галиджу и связывались с ним лишь в случае обмена добычи на хлеб, соль, одежду, железо, оружие и украшения... Выбить разбойников с этой округи не удавалось. В лучшем случае наши, с невероятным трудом добравшись туда, жгли оставленные ушкуйниками остроги и потом возвращались, ибо Державе невозможно было разместить и снабжать в столь отдаленной местности большие алаи. Небольшие же легко уничтожались разбойниками, выходившими из дремучих чащ после ухода большого войска...
  
  
  
   5. Тайна Вятской истории
  
   Вот что пишет Л.Д.Макаров, доктор исторических наук, доцент кафедры археологии УдГУ:
   "Острейшие споры продолжаются по вопросу о зарождении Вятки (Хлынова). "Повесть" сообщает о решении жителей Никулицына и Котельнича заложить город Хлынов на Кикиморской горе и последующем переносе срубленных сооружений на "Балясково поле", на котором и был построен кремль. В летописях название Вятка появляется с 1374г., а однозначно как город упоминается "Владимирским летописцем" под 1391 г. и "Списком русских городов дальних и ближних", составленным в 1394-1396 гг. (по Е.П.Наумову). Топоним Хлынов впервые упомянут летописцами под 1457 г. На основании археологических материалов Л.П.Гуссаковский убедительно отнес возникновение города к середине-концу XIII в. на месте более раннего древнерусского селища. Предположения вятских историков (А.В.Эммаусского и В.В.Низова) о постройке Вятки ушкуйниками в 1374 г. не подтверждается, таким образом, ни общеисторическими, ни археологическими данными.
   Кремлевская территория, известная по иконе Трифона Вятского, застроена основательно, хотя и здесь есть нетронутые участки. Надо добиться вскрытия территории, которую занимал посад Хлынова".
    []
   Реконструкция Хлыновского кремля 17в.
  
   Надо пояснить, что все раскопки проведенные Гуссаковским оформлены очень небрежно, фактически, строго научные отчеты о них отсутствуют, а потому выводы его часто сомнительны. Сам Макаров тоже копал, но ничего особо древнего не нашел. Приведу цитаты.
   https://m.vk.com/topic-3873593_5922741?offset=40
   "Коли к археологии все обращаются, но никто не знает, поясню. В кремле был раскоп Л. П. Гуссаковского 1956-1957 гг. площадью примерно 180 кв. м. Потом Макаров (который Л. Д.) копал в 1990 (площадь 81 кв. м., то есть 9x9), но попал на туалет. Дак вот, Макаров из своего раскопа толком ничего не смог выявить и в основном Гуссаковского объезжал, который, в свою очередь не смог нормально опубликовать свою работу. К счастью, коллекция, раскопанная Гуссаковским в кремле, сохранилась, и находится в нашем музее. Я работал над ней, в частности над кожаной обувью. К сожалению, не дописал, так сложились обстоятельства. Но могу сказать, что в раскопе Гуссаковского (на который так бешено ссылаются Макаров и Епархия) выявил:
   1. Обувка, находящаяся в самом нижнем, 1 из семи ярусов напластования мостовых, никак не может датироваться временем ранее конца XIV века (по аналогии с обувью Москвы, Новгорода, Твери, Смоленска, Рязани(новой) и др. городов).
   2. До этих мостовых культурный (то есть где люди жили) слой имеет совершенно незначительную мощность, находки русские единичны, до этого здесь обитало автохтонное, скорее всего древнеудмуртское население (но не факт).
   3. Фрагменты обуви, выявленные в самом нижнем ярусе, имели вполне стандартизированную форму, что говорит о наличии профессиональных сапожников (кожевенников). Вывод: до появления русских колонистов в городе русских не было, когда они появились, сразу стали строить именно город. Здесь есть совпадение с данными Повести. Стало быть, 1374 год вернее. ЗЫ: Но кремль весь не раскопан, а что касается Александровского сада, там Гуссаковским найдено несколько фрагментов керамики, которые очень сложно поддаются датировке."
   "...Не то, чтобы лгуны. Скорее всего, они просто боялись говорить правду. Жена, т.е. вдова Эммаусского признает, что на ученого было оказано давление "сверху", в связи с чем он несколько раз менял версии..."
  
   Примечание. Жилина М. В. Кожаная обувь Хлыновского Кремля (по раскопкам 1956-58)// XLIX Урало- Поволжская археологическая конференция студентов и молодых ученых. Материалы конференции. Киров. 2017. С. 165-168 https://vk.com/doc-1502820_441832911?dl=cd3480a480087b7e4c Ее выводы аналогичны: обувь такого типа распространена была в 15 веке; поэтому, возможно, требуется пересмотреть датировку нижних ярусов культурного слоя. Кстати, недавние раскопки в Устюге Великом развеяли миф о его основании в домонгольский период, - городские стены построены не ранее середины 15 века.
  
   Ухов С.В. История Вятки...http://древняя.рф/uhov-sv-istorija-vjatki
   "...На основании Списка и других документов того времени, в которых Вятка упоминается как город, главный историограф г. Кирова А.В. Эммаусский сделал вывод, что Хлынов первоначально назывался Вяткой. Но в этом умозаключении содержится нарушение логики: из того, что Хлынов был в 1781 г. переименован Екатериной II в Вятку, вовсе не следует, что древняя Вятка находилась именно на месте Хлынова. Это было бы логично, если б Екатерина или ее министры что-нибудь знали о местонахождении древней Вятки. Но в таком случае, безусловно, остались бы какие-то документальные свидетельства, но их нет. Это переименование стало злой шуткой для будущих историков, у которых и мысли не возникало, что древний город Вятка мог быть в каком-то другом месте, как не в Кирове, который назывался Вяткой. Логическая связь между двумя городами только одна: оба названы по реке и одноименному краю, именно это название было определяющим, и главный город должен был получить это имя, чтобы быть узнаваемым за пределами края. Что же касается местоположения древней Вятки, то оно могло быть и на месте Хлынова, и на месте Никульчинского городища, и в любом другом месте Вятской земли...".
   Конец цитат.
  
   Обратим внимание на датировку вещей под деревянной мостовой - "не ранее конца 14в." Такая натяжка явно сделана для привязки к сообщению о появлении на Вятке ушкуйников. На деле надежных археологических свидетельств существования города даже в 15в. до сих пор не обнаружено. Отсюда молчание официальных историков, не спешащих писать труды по истории средневековой Вятки.
   Так как археологическая датировка вызывает споры, в официальных изданиях основание Хлынова относят к первому попаданию в летописи.
   Однако упоминание Хлынова в летописях в 1457-59 годах также не надежны. Дело в том, с середины 15в. местное летописание практически прекращается, сообщения о второй половине 15в. присутствуют исключительно в Московских летописных сводах 16в., составленных на основе собранных со всех завоеванных земель летописей и других документов. Понятно, что доверять такому одностороннему источнику нельзя. Следы чисток и явных исторических подделок видны невооруженным глазом. О достоверности "вятской повести" говорить не приходится, правда, можно отметить, что дата основания Хлынова в ней не указана, вряд ли это случайно.
   Более надежен восстановленный историками независимый Северорусский летописный свод (1425-1472), в нем сохранилась оригинальная запись:
   "В лъто 6967 (1459)... Того же лъта князь велики, слышавъ, что Григоре Перхушковъ вятчаномъ норовил (взял откуп и ушел), и повелъ его изымати, и вести в Муромъ, и посадити в желъза, а на Вятку послалъ в свое мъсто (наместником) князя Ивана Юрьевичя, а с нимъ воеводы свои и дворъ с нимъ свой весь (великокняжеское войско). Он же, шед, городы поималъ Орловъ да Котельничь, а под Хилинымъ стоялъ долго, бьяся на всякъ день; вятчяне же, видяще себе побъждаемы всегда, и добиша челом князю Иоану на всей его воли, чего хотълъ государь князь велики".
  
   Упоминание городов Орлов и Котельнич свидетельствует о том, что поход затрагивал только Усть-Моломскую волость, на которую, прежде всего, претендовали московские князья. Поэтому Хилин нужно отождествить с главным городом этого региона - Колын-Вятка, который расположен как раз между Орловым и Котельничем. Последний как крепость возникает во второй пол. 15в., вероятно, для защиты Вятки на подступах со стороны Казани.
  
    []
   Хлынов начала 17 века.
   1 - Вятское городище 9-14в.; 2 - Хлыновский Кремль 16-17в. (Хлыновское селище 13-14в.);
   3 - Трифонов монастырь 1580г.; 4 - Женский монастырь 17в.;
   5 - Торговая площадь на посаде; 6 - подгорные кварталы бедноты, хозпостройки;
   7 - могильник 16-17 веков, Раздерихинская часовня (церкви не все).
  
   Хлыновский кремль (Малый город по описям 17в. площадью около 4га) стоял возле оврага Засора. Находки с территории города разнообразные, но практически отсутствуют оружие и предметы христианского культа. Всего этого в достатке на других Вятских городищах (Никульчино, Чуршина, Ковровское и Шабалинское).
    []
   Вот еще цитата из Макарова:
   "Как известно, было выявлено 7 городских строительных ярусов и один, 8-й, сельского поселения. Основой ярусов были деревянные уличные мостовые, к которым примыкали жилые и хозяйственные постройки. Мостовые, отслужив свой срок, заменялись либо перекрывались сверху новыми. Это происходило, судя по сохранившимся настилам, в среднем через 35-40 лет, часть построек при этом функционировала на протяжении двух-трех ярусов (50-100 лет). Датировка ярусов, предложенная Л.П.Гуссаковским, весьма приблизительна, поэтому свои выводы автор давал достаточно осторожно. Древнейший городской ярус (7-й) отнесен им к середине - концу ХШ в., а самый поздний (1-й) - к концу XVI - началу XVII в. А.В.Эммаусский же датировал верхний культурный горизонт концом XVII в. - временем постройки каменного Богоявленского собора (1698 г.), а затем путем формального подсчета, опираясь на пример Новгорода, где мосто- вые менялись в среднем через четверть века, отнес древнейший настил города к XV в. Исследователь не учел того факта, что верхний слой был нарушен могилами христианского кладбища, существовавшего по крайней мере с конца XVI в., что подтверждается и отдельными нательными крестиками, найденными в могилах. Городской культурный слой, нарушенный кладбищем, отложился еще раньше - во всяком случае никак не позднее XVI - начала XVII в. Что касается смены бревенчатых мостовых в городах Древней Руси, то их периодичность не могла быть повсюду одинаковой. В чем, безусловно, был прав А.В.Эммаусский, так это в том, что хронология Л.П.Гуссаковс- кого основана зачастую на находках, имеющих широкую дату, поэтому страдает известной схематичностью. И тем не менее, 5-й и 6-й ярусы содержали предметы, датирующиеся порой с точностью до полувека, а древнейший слой имел обломки глиняных сосудов домонгольского облика. В ходе раскопок 1990 г. нами обнаружена лепная керамика, бытовавшая на Руси не позднее XII в., а также бусы XI- XIII вв. И все же отметим, что абсолютно надежные даты может принести лишь дендрохронология, дающая датировки по годичным кольцам деревьев, а условия повышенной влажности на территории кремля такую возможность предоставляют".
  
   Итак, имеем 7 настилов бревен улицы древнего Хлынова. Как часто клали новые настилы? Новгород. Разрез настилов мостовой Великой улицы. Древнейший настил (28-й ярус) по дендрологии построен в 953г. Верхний датируют примерно 1650-70г. Делим 700 лет на 28 и получаем 25 лет. Почему у нас срок службы мостовых был иным?! Климат примерно одинаков. В таком случае получается, что первая деревянная мостовая в Хлынове была уложена: (7 на 25 = 175) 1698 - 175 = 1523году.
   Датировка верхнего слоя настила предложенная Макаровым вызывает сомнения. Он, вероятно, считает, что после основания Трифоном монастыря в 1580г., кладбище, существовавшее на его месте (по церковным документам), сразу перестало функционировать, и хоронить стали возле церквей на территории Хлыновского кремля. Однако это неубедительно, кроме того, известны захоронения 16-17в. в районе Раздерихинского оврага. Ссылка на обнаружение нательных крестов на умерших также не основательна. Обязательность надевания нательного креста при крещении появляется лишь после издания Требника патриарха Филарета 1621 г. Понятно, что это нововведение дошло до Вятки с опозданием, тем более, в отношении умерших, так как ранее (в 12в.) положение христианских символов в могилы было запрещено. Поэтому можно считать, что захоронения в Хлыновском кремле возле церквей начались не ранее конца 17в., до того функционировало кладбище за пределами ограждений города. И только когда Хлыновская крепость утратила свое оборонное значение, превратилась в культурно-духовный центр, ее территорию стали использовать для захоронений при церквах
   Вот обзор всех находок с территории Хлыновского поселения ранее 16в. (кроме керамики):
    []
  
   Большинство находок отнесено к 14 -нач. 15в. Практически нет предметов христианского культа. Маленькая каменная иконка-подвеска могла использоваться в качестве украшения. Пермская антропоморфная подвеска (18) - атрибут язычества. Костяное кольцо для стрелы (14) более свойственно кочевникам. Попадаются и булгарские вещи (бляха 13). Поэтому этническая принадлежность их не ясна. Обнаруженная Макаровым на месте Хлынова керамика и бусы домонгольской поры могли появится как результат нахождения поблизости более древнего поселения "Вятское городище" у Раздерихинского оврага (см. ниже). По Баляскову полю, на котором был построен город Хлынов, наверняка шла дорога от Вятского городка на юг вдоль берега реки. Привозные бусы (найдено семь бусинок в слоях 14в.) являлись ценными украшениями. Ожерелье могли передавать по наследству много поколений. Керамика, а особенно специфическая Вятская, имеет часто спорную датировку. Вообще говоря, создается впечатление, что Гуссаковский приписал часть находок с Вятского городища Хлыновскому кремлю. Не случайно он не оставил подробного отчета о своих археологических работах. Макаров в своих построениях использовал этот не вполне надежный материал. Любопытно, что Л. Сенникова (зам. дир. Кир. краев. музея) при встрече с ней на форуме "Наша Вятка" на вопрос о Хлыновской археологии отделалась туманными замечаниями, и никак не прореагировала на подобные сомнения.
   Малое число находок, проблематичность местной стратиграфии, а также ненадежность сравнений с аналогами из других регионов (Вятские вещи более архаичны, а потому на деле могут быть моложе аналогов), ставят под сомнения предложенные датировки. Но даже в таком раскладе, единственный найденный наконечник стрелы отнесен к концу 15 - началу 16в., то есть, времени прихода на Вятку московского войска в 1489г., появления здесь новых людей и вероятного основания ими города Хлынова. Кроме того, замечание "Повести" о строительстве Хлынова "на поле Балясковом" означает, что в этот период поселения здесь не существовало, было заброшено. По датировке находок можно выделить "пустой" период во второй пол. 15в.
   Л.Д. Макаровым в 1983 г. был сделан осмотр разреза кремлевского вала, образовавшегося в результате рытья водопроводной траншеи. Под земляной насыпью шириной 13 м он обнаружил нижние бревна срубов и дощатые настилы полов - остаток первоначальных ограждений города.
   Эти укрепления, сохранившиеся внутри земляного вала, сооруженного во второй половине 17в., никак не датированы, находок нет. Поэтому относить их к 14в., как часто делают, нет оснований. Скорее, это был Малый город известный по первым сохранившимся описям начала 17в.и беглому описанию в "Повести о стране Вятской", писаной в нач. 18в. по воспоминаниям автора хлыновца Попова и устным преданиям.
   'Во многа бо лета (много лет назад) во граде Хлынове, где ныне кремль-город, построены жития жителей тех кругом города храмины друг подле друга в близости задними стенами ко рву ставлены вместо городовой стены, понеже то место окружено от северной страны ископанным рвом, а от западу и полудни преглубоким рвом (оврагом), а с востоку от реки Вятки высокая гора (береговой склон)'.
  
   Итак, начальные ограждение города представляли собой поставленные вплотную друг к другу срубы жилищ.
   Макаров в отношении Хлынова пишет в целом уклончиво, но одно вполне определенно: в домонгольское время города не существовало, в лучшем случае, на его месте было неукрепленное поселение, что он и подтверждает в своей диссертации, относя это селище к Никульчинской волости.
   В 300м севернее Хлыновского поселения у Раздерихинского оврага (на месте Александровского сада) существовало древнее "Вятское городище" 9-13в. Л. Д. Макаров о нем:
   "Вятский могильник VIII - IX вв., уничтоженный в 1929 г. при строительных работах около мясокомбината в г. Вятке, где Н. А. Прокошеву удалось собрать только обломки бронзовой гривны, браслет, накладку и железное шило, а неподалеку от этого места позднее нашли железный наконечник копья. К этому же времени относится найденный в 1889 г. в городе при рытье котлована под фундамент дома близ Александровского сада клад из 6 арабских монет - дирхемов (707-835 гг.). В г. Кирове к этому времени относятся: тонкий культурный слой Вятского городища (в Александровском саду) с несколькими находками XI - X I I I вв. (Л. П. Гуссаковский); найденный близ него в 1935 г. на месте посадского рва клад из 14 византийских монет VI - XI вв., зарытый на рубеже X I - X I I вв.".
  
   Вятское городище отождествляют с поселением северных удмуртов. По их преданиям (ныне живут в Слободском районе), этот городок имел культовое место Бадзым куалу и был разрушен христианами до прихода на Вятку Белого (Московского) царя. Тут есть некоторые вопросы. Вятское городище по археологии было заброшено в 13в. Вряд ли народная память могла хранить воспоминания о таком давнем времени. Учитывая, что культурный слой плохо сохранился, а датировка находок очень приблизительна, предки Слободских удмуртов могли жить здесь гораздо дольше, до 15в. Тогда запустение городка и переселение его обитателей в район Карино можно связать с нападением ушкуйников, поселившихся в Арской земле. Существовали ли Вятское городище и Хлыновское селище одновременно - пока не ясно. Также, в связи с отсутствием культурного слоя, не ясен вопрос с Чижевским городищем.
   ***
  
   Можно несколько уточнить время основания города Хлынова на Вятке. Впервые "хылыновский наместник" упомянут в грамоте 1510г. Под 1515г. стоит сообщение в летописи о "Старом Хлыново" в Москве. С другой стороны, известны ранние грамоты 1505г. в Слободской, Орлов, Карино и Котельнич, но полное молчание о Хлынове. Кроме того, с 1505г. обострились войны Москвы с Казанью. Поэтому новый Хлынов был построен между 1505 и 1510 годами в более недоступном для казанцев месте, на другом берегу Вятки. Для его строительства и заселения были привлечены не только вятчане из старой Вятки и Микулина, но и переселенцы из Московии. Так что 500-летие города уже проехали.
   Аргументом в пользу существования города Вятки отдельного от города Хлынова может служить карта 1706г:
    []
   Путаницы на ней хватает, города не всегда на своих местах. Верно размещен только Шестаков, на месте Котельнича - Слобода, Хлынов - в районе Слободского и т. п. Но гидрография в целом точная. У реки Вятки указаны основные притоки: Речица-Чепца и Молома, на которой и стоит город Вятка. И ориентация по странам света тоже близкая к реальной. Только вместо Пижма подписано Шошма. Есть другие похожие карты, где Молома подписана. Карты в Российской империи во все времена были секретными, а потому иностранцам приходилось собирать материал по географии с особыми трудностями. Но дыма без огня не бывает...
   Древняя Вятка - это, скорее всего, Шабалинское городище площадью 3 гектара, а Колын - соседнее небольшое Ковровское, крепость при устье Моломы. Москва построила в этом стратегическом месте (южнее на 7 км) новую крепость Котельнич, а Вятку и Колын забросили. В 16в. в устье Моломы еще кто-то жил и память о городе сохранялась, от чего Вятка попала в мемуары Герберштейна и др. иностранцев, и потом на их же карты. В "Книге большому чертежу" конца 16в. тоже упомянута Вятка отдельно от Хлынова: 'Река Вятка пала в реку Каму, с правые стороны; а вытекла река Вятка от верху реки Камы и потекла под Вяцкие городы; на Вятке город Шестаков. А ниже Шестакова 20 верст город Слобода; от Слободы 30 верст город Хлынов. Ниже Хлынова 50 верст город Орловец; ниже Орловца 30 верст на Вятке город Котельничь' (3. Л. 151 об.-152).
   И чуть дальше: 'А от устья реки Вятки 120 верст, на Вятке город Малмыш, а выше города Малмыша пала в Вятку река Шошма. А по Вятке реке по Котельничь с верху город Вятка'.
  
   С Вятской историей не всё ладно, замешана "политика". Ныне есть ревнители старины выступающие за возвращение прежних исторических названий, в том числе и городу Кирову, носившему с 1780 по 1934г. имя Вятка. Понятно, что существование древней Вятки где-то в ином месте им не по нутру. На территории Кирова древностей ранее 16в. почти нет, тут было село. Зато есть группа городищ на Моломе, притоке Вятки, как раз там, где на карте обозначен город Вятка. Вероятно, этот город подвергавшийся частым нападениям в период войн Москвы с Казанью был перенесен в более безопасное место выше по реке. Он имел татарское имя Колын - Хилин в русской летописи конца 15в. Это название, видимо, появилось от второго древнего названия реки Вятки - Холун. Многие притоки Вятки имеют название Холуница - Белая, Черная, Большая, Малая, что косвенно свидетельствует о существовании крупной реки с таким названием. На арабской карте Идриси нач.12в. на месте Вятки и Чепцы есть река Шалуй (Холуй-Холун, см. карту ниже). Так что двоение названий началось давно.
  
   ***
   Не секрет, что последнее время в Кирове развернулась настойчивая компания за переименование города. Сложилась определенная группа радетелей старины. Думаю, прежде всего, недовольство этих лиц вызвало обнародование малоизвестных для широкой публики фактов по истории Вятки и Хлынова. Это выбивает камень из под ног переименователей Кирова в Вятку и, что совершенно понятно, вызывает недовольство. Недавно появился новый повод - праздновать в 2024г. 650-летие города, под которое можно выпросить денег у Москвы (кстати, совершенно оправданных в широком смысле, город-то был изначально московский).
   ***
  
   Царская власть много поработала, чтобы извести народную память. Возникшую на основе ежегодных походов ушкуйников традицию крестных водных ходов по реке Великой Вятке, разбили на местные пешие ходы в разное время года, а то, что осталось покрупнее, - завели в глухомань одного из притоков Великой реки. Святые иконы припрятали в Москве, где-то там же сгноили подлинные вятские летописи, а самой реке и городу с 'нехорошим' названием 'по просьбе правоверных трудящихся' сначала 'вернули историческое наименование', а позже вообще присвоили партийную кличку большевика. В угоду этому искажался Вятский герб, отнимались сберегаемые людьми немногочисленные уцелевшие реликвии той эпохи (арбалетные стрелы), писались лукавые исторические повести, из Вятской истории изымались упоминания о городе Слободском, распространялись всяческие басни и прибаутки, в которых вятских людей выставляли недоумками. Вятку использовали в качестве ближней ссылки, коренных вятских людей гнали на войны и освоение Сибири, а саму Вятскую землю многократно кроили и перекраивали.
   Замалчивание и фальсификация нашей истории продолжается до сих пор. В угоду Хлыновской духовной и светской власти было утверждено 'первородство' этого города и полное игнорирование более древнего Слободского. Главной целью подмены было исключение любого намёка на связь происхождения крестных ходов с военной и миссионерской деятельностью ушкуйников, а также сокрытие роли Ковровского и Чуршинского городищ в истории того периода. Чуршинская крепость, несомненно, была в древности Сердцем Вятской земли. Выросшие вокруг неё Слободские города были в 15 веке последним прибежищем свободных русских людей. Деспотической и клерикальной Российской власти во все времена память об этом была, безусловно, не по душе. Поэтому в официальной истории для языческой Чурши и своевольной Слободы не нашлось места.
   Новгород и Вятка - зримый пример иного пути развития России. Пример отрицающий неизбежность российского самовластья. Это вечный укор Москве и угнездившейся в ней бесчеловечной царской власти, раздавившей на Русской земле свободу и демократию. Поколениями ангажированных историков было сделано всё, чтобы скрыть это, оправдать тиранию и всеобщее рабство. Были переписаны летописи, фальсифицированы документы, искажены до полной противоположности факты, написаны тысячи лживых псевдоисторических книг. Да и нынешние историки не спешат тревожить скелеты в родном шкафу, пристраиваются к привычному ещё при царе горохе заданному курсу. Но в 21 веке шило истины в Интернет-мешке не утаишь. Монополия официальных историков уходит в прошлое, у массы людей появилось новое средство получения и обмена информации, что способствует распространению идей и появлению новых исторических представлений.
  
  
   Обсуждение:
   Анахорет
   Ваши сомнения, Евгений, вторят сомнениям Александра Рашковского. Всё убедительно, но как-то не уживаются в моём разуме. И почему Вы считаете себя непрофессионалом при таком глубоком знании предмета обсуждения?
  
   Мимолетом
   пишите ещё! Очень интересно читать!
  
   Марс
   Вообще- то когда на города совершаются частые набеги, то их укрепляют, а не переносят с места на место. И потом, города возникают с развитием торговли в регионе. Если исходить из военно- стратегических задач, то Хлынов или Вятку выгодней строить было на месте г. Слободского, ведь там рядом с городком расположились оппозиционные к Казани Арские князья в с. Карино. А то, что город был заложен на этом берегу, так это потому, что другой берег затопляет во время разлива. Да и тогда русло реки было другое. Почему г. Вятка появился именно здесь? Я думаю, что это место было самым благоприятным для развития торговли, именно сюда по видимому хлынул приток работных и торговых людей, вытесняемых по какой- то причине из других регионов .
  
   Евгений Харин
   От Казани дорога шла к реке Вятке и далее воль нее до Котельнича. Этим было вызвано строительство крепости Котельнич в конце 15в. так как Ковровское городище было невелико и не имело особо крутых склонов. Чтобы подойти к Хлынову нужно было переправиться через Вятку, а это дополнительная преграда. Вдобавок, Хлынов был задуман как более крупная крепость с хорошей оборонительной линией. Для него были собраны все силы Вятской земли. Как удобное торговое место Хлынов совершенно не пригоден. Все известные торговые пути шли мимо него. Даже построенная много позже железная дорога. Хлынов был построен по указу в центре завоеванной Москвой Вятской земли, ранее состоявшей из нескольких отдельных волостей.
  
   Марс
   Всё таки дорога в Сибирь позднее шла именно Хлынов-Слободской-Ильинское-Кай и далее. Также Хлынов, Слободской есть развязка дорог с Архангельска на Урал и Сибирь. Ещё Захаров доказывал, что этот путь кишит селениями с финно-угорскими названиями, например, Ракалово (воронье гнездо), а это значит, что этот путь был известен давно и обжит людьми. В Доможировой книге упоминаются Прокопьевская и Ильинская деревянные церкви как давно существующие, а это где- то конец 15, начало 16 века. Значит этот торговый путь известен давно и играл весомую роль в развитии вятского общества. Потом до сих пор нет полной ясности, нужно ли было вятским народам защищаться от татар, ведь они часто сами ходили в поход вместе с татарами на Москву. Известны некоторые набеги на Вятку со стороны Казани, но ведь известны и набеги со стороны русских княжеств. Не думаю, что это можно назвать войК 1000 летию Казани вышел сборник документов, где достоверно указано что вятские народы оказывали сопротивление московскому войску наряду с Казанью. Кстати при колонизации вятских земель также нет прямых доказательств, что здесь велись войны с местным финно-угорским народом, напротив, ассимиляция тюрского, финнского и русского народов шла довольно мирно, и местные традиции и культура не ущемлялась, порой даже принималась пришельцами. Не случайно митрополит Иона говорил, что дела на Вятке 'мерзкие и окаяные'. Попы в средневековой Вятке имели по несколько жён, предавались пьянству и христианские традиции совершенно не соблюдались.
  
   Евгений Харин
   Когда появился Хлынов как центр Вятской области, то естественно, пути стали прокладывать через него. А со взятием Казани путь в Сибирь шел от нее на Хлынов через Слободской и Карино на восток в Пермь с отводом на Кай. Но, упомянутая вами важная Ношульская дорога с Архангельска на Вятку шла более через Слободской, на Хлынов была ветка с переправой. 'В Доможировой книге упоминаются Прокопьевская и Ильинская деревянные церкви как давно существующие, а это где-то конец 15, начало 16 века.' - Деревянные строения могли состарится ранее чем за сто лет. В описях нач. 17в. укрепления Слободского и Шестаковского городов характеризованы как ветхие, а ведь они были построены или обновлены примерно в 1552 и 1546г. соответственно. Думаю, примерно этим же временем можно датировать и названные вами церкви. То есть, они были построены уже при московской власти, известной своим православным натиском на осваиваемые края.
   После 1489г. ситуация кардинально изменилась. Вятчане уже не могли как ранее уклоняться от войн Казани и Москвы. В 1505г. началась длительная война. В булгарской хронике сказано, что в 1504г. Казань вернула себе город Колын (Хлынов-Вятка в устье Моломы). Вот этими обстоятельствами и могла быть вызвана спешная постройка нового Хлынова в глубине Вятской земли, вдали от стратегического, но опасного пути с Устюга на Казань. Здесь поставили небольшую крепость Котельнич. Что касается характера 'колонизации' Вятского края в домосковский период, то я придерживаюсь такого мнения. Собственно никакой колонизации не было. люди жили в бассейне Вятки постоянно и без перерывов в протяжении трех тысяч лет. Периодически сюда прибывали новые поселенцы, но они более-менее мирно ассимилировались мпестным населением. В 13-15в. это была довольно пестрая смесь народов и племен. Этнические различия просматриваются по регионам (Пижемский, Моломский, Никульчинский, Каринский и другие). Но и внутри этих волостей население также было неоднородно. Вместе с тем на средней Вятке к 15в. явно складывалась своя народность (вятичи-вятчане). Еще лет 200 назад даже крещеные вятские люди не считали себя русскими. Вообще, разделение на вятских русских и вятских удмуртов (вотяков) и даже вятских татар произошло более по вопросу отношения к вере нежели по этнических моментам.
  
   Марс
   Евгению Харину.
   Спасибо за развёрнутый ответ. Очень интересную тему вы подняли и очень значимую для истории Вятского края. Нужно проводить в устье Моломы раскопки и только так что- то доказать. У вас есть на этот счёт какие соображения? Ещё раз, спасибо !
  
   Евгений Харин
   Раскопки надо проводить повсеместно и прежде всего на уже частично изученных средневековых памятниках. Исследована лишь малая часть их площади. К сожалению, некоторые уже утрачены (Котельнич) или находятся под угрозой (Ковровское городище). Необходима также разведка и выявление возможных мест древних поселений на Моломе и на Вятке. Очень важно провести массовое генетическое обследование потомков древневятского населения (по характерным фамилиям нач. 17в.) для определения направлений древних миграции. Для всего этого нужны относительно небольшие средства.
  
   Дополнение. Летом 2013г. на территории Хлыновского кремля были проведены раскопки связанные с прокладкой здесь газопровода. Это в районе перекрестка улицы Московской и Динамовского проезда во дворе старого архиерейского дома. На глубине двух метров обнаружена одноярусная деревянная мостовая, сделанная по распространенной в то время технологии: вдоль улицы по линии будущей мостовой положены бревна - лаги, поверх которых укладывались стёсанные пластины - плахи. Рядом с мостовой была найдена двухкамерная изба, а в ней перстни, ножи, наконечники стрел (в том числе, для арбалетов) и рыболовные крючки. Предметы датируются 16-18 веками. Под самой мостовой есть немногочисленные вещи 15 в. Результаты предварительные. Место раскопок хотя и находится внутри ограждения Хлынова, но достаточно далеко от кромки берега, где располагалось Хлыновское селище 13-15в. Поэтому особых древностей ожидать не приходится.
  
  
  
  
   6. Вятичи = Вятчане
  
   Гипотеза о связи древних приокских вятичей с Вяткой и вятчанами была почти очевидной в прошлом, да и как иначе объяснить поразительное сходство имен? Но впоследствии, в виду отсутствия ясных археологических подтверждений, её отбросили. Возобладала другая версия заселения Вятки - Новгородская, по Повести о стране Вятской. Созвучность Вятичи-Вятчане посчитали случайностью. Но и с новгородской гипотезой не все просто. Археология дает достаточно много предметов аналогичным найденным при раскопках в Новгороде, но они общерусские, в ранних слоях городищ (12-13 в.) их мало, да, и жилища той поры - полуземлянки - на северные избы не похожи. Зато много финноугорского материала, и славянские вещи южного типа. Поэтому многие историки пришли к выводу о смешенном характере заселения Вятки славяно-русами: в 12-13 веках - беженцами из Владимирской руси, а в 14-15 веках сюда прибыли люди из Новгородской земли, в том числе, ушкуйники. При этом расселялись они на уже частью обжитых финноуграми городищах, отчасти смешиваясь с местным населением, отчасти враждуя с ним. Есть также обоснованная версия, что первые славяне на Вятку пришли в период монгольского нашествия с территории соседней Волжской Булгарии, точнее, северной ее части, примерно совпадающей с нынешним Татарстаном и Мари-Эл. Исходя из археологии региона, можно полагать, что это была особая Камская Булгария, отличная от собственно Волжской, заселенной в основном мусульманами.
   В таком раскладе выпадает из внимания вся история Вятки ранее 13в., времени, когда появляются первые славянские артефакты. Логика проста: если не было славян, то и не было русских, а жили на Вятке и вокруг нее только финноугры, предки марийцев, пермян и удмуртов. Однако археологические культуры Вятской земли 4-12 веков нельзя безоговорочно причислить к протомарийским и протоудмуртским. В них заметно влияние многих иных культур, от готов и гуннов до именьковцев и скандинавов. Всё это имеет самобытный синтетический тип, который можно смело считать собственным Вятским этнокультурным типом, отличным от соседних синхронных культур Перми и Вычегды, но схожим с ними.
   Начало древневятской общности надо искать в синтизе местной прапермской (постананьинской) и пришлой Именьковской культуры, относимой ныне отчасти к праславянской и являющейся продолжением Черняховской культуры Причерноморских остготов (сообщество славян, германцев и сармат 2-4в.).
  
    []
  
   Страну именьковцев на средней Волге вокруг устья Камы арабы называли Буртас. Учитывая явное присутствие здесь славян (сакалиба), первоначальное имя народа могло быть иное - Вартасы, - от древнеславянского слова 'варта', излучина или поворот реки. Дело в том, что первые поселения 3-4в. пришедших на Волгу остготов и праславян располагались в Самарской луке (довольно крупный обособленный речной полуостров, почти остров в районе Жигулевских гор). Вдоль правого берега нижней Камы проходил основной путь из Азии в Европу. Поэтому Прикамье в эпоху Великого переселения народов оказалось в сфере влияния различных степных народов, в частности, гуннов и затем угров. Но постепенно и сюда проникали именьковцы; они принесли в Прикамье развитую сельскохозяйственную культуру, в том числе, разведение крупного рогатого скота. На Вятке они жили среди местных прапермян-азелинцев (процесс смешения начался еще в 5-6в.). Так появилась народность Вису-биармы (Еманаевско-Кочергинская, Чепецкая и другие близкие к ним культуры). Вероятно, эти люди говорили на смеси прапермского и праславянского языков, имели свою письменность, сохранявшуюся в глухих местах до 14в. Именно на этот язык перевел для пермян епископ Стефан богослужебные тексты. На самой Вятке в виду притока нового населения к этому времени уже шел процесс перехода на общерусский язык, хотя отголоски древнего говора сохранялись долго.
  
  
   В 8в. под давлением булгар и других степняков именьковцы оставили прежнюю территорию и рассеялись. Часть перебралась на соседнюю Вятку, другие - на левобережье Днепра (северяне) и Оку (вятичи), а также на Дон (хазарские буртасы-бродники). Имя Булгар поначалу относилось только к городу на Волге. На территории именьковцев возникло новое государство - Волжская Булгария. Некотороя часть именьковцев-буртасов осталась на зап. берегу Волги, войдя в этнос булгар.
   В это же время в Ладоге и междуречье Клязьмы и Волги (округа Сарского городища) появляются русы балтийского происхождения, которые перехватили 'Меховой путь' с Балтики в Прикамье, пробитый еще готами в 4в. Вису не допустили их в свою страну (чисто скандинавских находок в Прикамье мало), возможно, враждовали, но и сотрудничали. Дело в том, что Прикамье в 1 тыс. н. э. славилось отличным по тем временам стрелковым оружием (луки и арбалеты). Об этом свидетельствуют, в частности, находки втульчатых наконечников стрел, считающихся более древними и сложными, чем черешковые. Их обычно применяли для бронебойных стрел. В конце 9в. Волжскими русами было начято вторжение на верхнюю Оку, где ими были основаны города будущей Вятичской земли, ставшей на много лет головной болью для Киевского княжества.
  
    []
   Активность викингов и русов в 9-10в. До объединения русов вокруг Киева было несколько враждующих между собой княжеств: Ладожские, Волжские (Сарское городище, Ростов), Гнездовские (Смоленск) и Киевские. В настоящее время идут жаркие споры о том, кем по происхождению были эти русы - скандинавами или западными славянами (Волин, Рюген и др.). На мой взгляд, - и те и другие и третьи. Последние - это Вятские русы.
   Из статьи Зорин и Шпилев 'Перед Русью':
   "Из 19 найденных (на Новотроицком городище, Сумская обл., Украина) экземпляров наконечников 10 относятся к типам, распространённым на севере Руси, в основном среди финно-угорских племён (Прикамье и Среднее Поволжье, Сарское городище, Вятка)... Таким образом, с большой долей уверенности можно утверждать, что Новотроицкое городище было уничтожено не кочевниками, а отрядом русов, часть которого, предположительно, составляли лучники из числа союзных или подчинённых русам финно-угорских племён. Взятое в плен население стало рабами, а непригодные к этому по возрасту или физическим данным жители - перебиты на месте. .. В целом, судьба городища представляет яркую иллюстрацию к свидетельству Ибн Русте о том, что 'когда они [русь] нападают на другой народ, то не отстают, пока не уничтожат его всего. Женщинами побеждённых сами пользуются, а мужчин обращают в рабство'...
   В связи с событиями рубежа IX - X вв. особый интерес представляют материалы разгромленного в то время городища Супруты (Щекинского р-на Тульской обл.) в землях вятичей на Упе (на переходе из Дона в Оку)... Совокупность материалов Супрутского городища отражает процесс 'установления викингами контроля над важнейшими речными путями Восточной Европы'. По мнению исследовательницы, городище являлось ключевым пунктом инфраструктуры этого участка пути' и было занято некоей варяжской дружиной, превратившей его в 'административный центр и в пункт сбора дани'. В таком случае не исключено, что поход в страну вятичей (Киевских русов) в 965г. был вызван ещё и необходимостью покончить с опасным для Рюриковичей соперником скандинавского происхождения, опиравшегося на полиэтничную по своему составу дружину (население Супрут, судя по всему, имело смешанный славяно-балто-финский состав, в быту и культуре которого прослеживалось значительное хазарское влияние)".
  
   Т. И. Алексеева: "Судя по археологическим данным, вятичи не имеют того комплекса признаков, который характерен для потомков пражско-корчакской и пеньковской (раннеславянских) культур. Для них характерна долихокрания (продолговатый череп) в сочетании с узким лицом и средневыступающим носом. Нет в облике вятичей и сходства с польскими (ляшскими) славянами, которые отличаются более крупными размерами черепа. Мы не можем также на основе антропологических данных оценить и контакты с донскими славянами, о физическом облике которых мы не имеем представления из-за отсутствия антропологических материалов. Зато вполне отчетливо обнаруживается в облике вятичей присутствие черт, типичных для финно-угорского населения Восточно-Европейской равнины...
   Археология не находит следов ляшского (польского) происхождения этих племен. Но есть интересный археологнический факт - прототипы лучевых украшений вятичей и схожих с ними у радимичей находятся в Подунавье. Зато топонимика дает некоторые указания на западные связи вятичей . Трубачев в очерке "В поисках единства" говорит о высокой плотности топонимических соответствий между территорией вятичей и Северо-Востоком Польши (Мазовией). Из примеров приводит Вщиж, Тулу и даже Москву. Последние два примера, конечно, вызовут большие споры, но я бы обратил внимание на название города Домагощ, отмеченного в середине 12-го века на этнографической территории вятичей, вырисовывающейся по археологическим данным. Название несомненно архаичное, происходит, по-видимому, от собственного имени Домагост, отмеченного только у зап. славян. Топонимы с формантом -гощ, в Польше также наличиствуют. В Черниговской земле вблизи ареала радимичей отмечены также Радощ (или Радогощ) и Оргощ (вероятно от Орогост).
  
   Итак, "вятичи в антропологическом отношении могут рассматриваться как ославяненное узколицее восточно-финское население", то есть, смешение вятских прапермян с какими-то славянами.
  
   А. В. Арциховский: "...Это позволяет сделать заключения о колорите вятических одежд. Красный и белый цвета должны были чередоваться в тканях и вышивках. Остатки окрашенных тканей, встреченные в погребениях, или белы или красны".
  
    []
  
    []
   Реконструкции женского костюма вятичей на основании археологических данных по версии М.А. Сабуровой: http://www.liveinternet.ru/tags/%E2%FF%F2%E8%F7%E8/
  
    []
   Костюм северных вятских (Слободских) удмуртов племени "Ватка" - как раз эти два цвета. В традиционных костюмах русских вятчан также доминировали эти цвета. Особенно в центральных районах от Котельнича до Слободского. См. статью http://www.vstrana.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=160&Itemid=173
   Чулки вятичей описаны Арциховским в работе 'Курганы вятичей': 'При раскопках А.И. Черепина найдены в женском погребении хорошо сохранившиеся остатки чулок. Чулки эти доходили выше колен и были вязаны из очень толстых и грубых шерстяных ниток, на одной спице, накидной петлей, окрашены в красный цвет'. Подобные чулки являются принадлежностью женского наряда удмуртов. Их надевают по несколько пар для придания ногам приятной для глаза полноты.
   Реконструкции внешнего облика вятичей весьма отличаются. В частности, встречается безупречный европеоидный славянский облик и явно финноугорский. Обратим внимание на схожесть головного убора. Характерные вятические височные украшения не в счет - они появились поздно, в 12в.
    []
  
    []
   К северо-западу от Великого Новгорода на Волхове в прошлом была особая область - Водская земля, одна из пяти составляющих Новгородскую республику областей (пятин). Одежда водских женщин совпадает с вятичской. Возможно, народ Водь (воть) были переселенцами с Оки или непосредственно с Вятки.
  
   На схожесть топонимов финно-угорского происхождения на Оке и Вятке обращали внимание еще дореволюционные исследователи.
  
   ВЯТИЧИ ОРЛОВСКОЙ ГУБЕРНИИ. Исследование Павла Ивановича Якобия (1842-1913)
   http://diderix.petergen.com/lub-vat11.htm
  
   Автор этой интересной работы на основании сравнения топонимов (в том числе вятичских городов Карачев, Одоев, Козельск, Тула и др.) и этнографического материала делает вывод о финно-угорском (вотском) происхождении населения Поочья, соотнося его с территорией расселения древних вятичей. Вот некоторые отрывки:
   'Мы знаем, что группа центральных уездов Орловской губ. (с продолжением в Брянском) с прилежащими уездами Калужской и Тульской, составляли область Вятичей . Из летописи мы знаем, что она в начале нашей истории стояла совершенно особняком, имела резко очерченную этническую и историческую индивидуальность...
   Между тем как славяне, киевские и новгородские, приняли христианство по приказу князя, Вятичи упорно отстаивали свою религию в течении трех столетий. Св. Владимир 'всея земли нашей крестил... и Вятичи "; а в 12 веке им проповедовал христианство св. Кукша, и был убит ими. Летописец, говоря о языческих обычаях и верованиях Вятичей, прибавляет 'еже творят Вятичи и ныне", а высокое духовное лицо, близко знавшее Калужскую епархию в середине 19 века, и скрывшее свое имя под буквами I. Л., замечает, что ' и нынешние Калужане могли бы показаться отставшими от других в христианских понятий", чему он и приводить красноречивые доказательства. Точно также и в национальном отношении Вятичи резко выделяются из комплекса русских племен; ниже мы будем говорить об упорстве, с которым они отстаивали свою политическую независимость...
   Что Вятичи были славяне, в этом согласны все авторы без исключения. Есть один, - это Вештомов, который "помещает родину Вотяков в нынешней Орловской губ., в стране Вятичей". Основанием служить созвучие между именем племени Вятичи с названием реки Вятки и живущих на ней людей - Вятичей. В пользу этой гипотезы можно было бы привести то обстоятельство, что рядом с мифическим прародителем Вятичей Вятко, о котором говорит первоначальная летопись, можно поставить название одного из племен, на которые распадаются Вотяки, - Ватко).
   Посмотрим географические имена, и начнем с имен рек и урочищ, притом таких, которые не объясняются непосредственно из русского языка. Прежде всего нас поражает большое число рек с окончанием ва и ма; как известно, это окончания финские, отличающие реки финских стран... Выбирал исключительно имена, не имеющие смысла или корня в русском или славянском языке, несомненно чуждые им, и находил идентичные с ними имена в финском севере и востоке Poccии, преимущественно в Вятской губ., и вообще в Вотяцко-Пермяцком крае.
   (Е. Х. Далее приводится неск. сотен примеров соответствий топонимов территории расселения приокских вятичей и финноугров, главным образом, Вятской губ.)
   Нет сомнения, что в говоре современных потомков Вятичей, именно в крестьянском населении западных и центральных уездов Opловской губ., и , вероятно, Калужской и части Тульской, сохранились особенности, поражающая своею своеобразностью, и живо напомнившие автору этой работы восточную часть Казанской и Вятскую губернии, в которых он провел детство, как ему их напомнили наружность и общий облик населения, женские костюмы Карачевского, Болховского и Трубчевского уездов, и многое другое...
   Но, как и у вотяков, пермяков, вогулов, остяков, мы и здесь встречаем - особенно бросилось мне это в глаза в Карачевском уезде - и черноволосых и черноглазых, часто с тюркским общим обликом. Рассматриваемое население Орловской губернии 'представляет нечто среднее между вотяками и пермяками, с одной стороны, мордвой и черемисами с другой'... Сопоставление географических имен Вятичской земли с географическими именами Вотяцко-Пермяцкого края едва ли оставляет место сомнению в ближайшем родстве Вятичей и Вотяков, потомков Вятко и племени Ватка, жителей страны, орошаемой реками имени Ветка или Вятка и его производными Вет-ма, Вети-виж и т. д., и жителями бассейна реки Вятки. Эта племенная родственность, чтобы не сказать идентичность...
   Что под именем Будинов надо понимать Вотяков, это можно считать более или менее установленным, и с этим согласуется и Геродотовское описание, и филологическое родство их имени у Геродота, у Страбона, у Плиния. Но были ли это Вотяки нынешней Вятской губернии, или Вятичи Орловской; Калужской и Тульской?
   Конец цитат.
  
   Итак, наблюдается соединение славянского и финноугорского компонентов населения Вятичской земли 9-12в. на Оке, последний преобладал. Связи данной этнической группы с предшествующим населением нет. На основании всего сказанного, можно видеть, что в 9 в. на Оку из Вятского Прикамья шел процесс переселения славянизированных финно-угров (смеси именьковцев и прапермян), что подтверждается археологией: к X в. юго-западная часть постазелинских (еманаевско-кочергинских) поселений прекращает существование [Голдина 1999, с. 325]. На освободившееся место постепенно приходили предки марийцев.
   На Оке вятские переселенцы испытали дальнейшее славяно-русское влияние и потому воспринимались соседями как особое племя славян-вятичей. Этому способствовало и то, что, судя по всему, русы составляли здесь правящее военно-дружинное сословие.
   С появлением своего князя с дружиной (Ходота), вятичи обособились, но продолжали поддерживать отношения с близкими им хазарскими буртасами. Империя Хазар в 9в. была в расцвете своего могущества, контролировала значительную часть торговых путей с севера на юг в низовьях Волги и Дона. Это заставляло Волжских русов до поры идти на сотрудничество с хазарами. Кто были вятичские русы - Сарские (Ростово-Тимиревские); или русы, жившие в районе устья Камы в стране Булгар (русы в описании Фадлана)? Те и другие наверняка бывали на Вятке и могли привлечь тамошних обитателей для совместных военных действий. Нельзя исключить, что существовали и непосредственно Вятские русы, артефакты их присутствия на Вятке и Каме имеются (клады арабских монет, скандинавские вещи). Притоки Оки Угра и Нугра свидетельствуют о переселении сюда угров-нуградцев. Ноград или Нухрат - тюркское имя Вятки, видимо, от имени жившего здесь в 5-9 веках племени угров, покинувших Прикамье под давлением булгар. С ними ушла часть пермско-вятского населения. От смешения с этими уграми пошел смуглый тип внешности части вятичей (финноугров). В период войны с Киевом вятичи могли принять к себе дружину некого западно-славянского князя-изгоя. Названия вятичских городов могут отражать это событие. Кроме того, пришедшие на Оку Вятские "финно-угры" могли говорить на архаичном славянском диалекте, усвоенном от именьковцев.
  
   После того, как Киевские князья породнились со скандинавской династией и получили военную помощь отрядами профессиональных воинов-варягов им удалось собрать вокруг себя огромную территорию. Многолетнее противоборство их с вятичами закончилось разгромом и разделом земли в сер. 12в. Учитывая древние связи регионов, неудивительно обратное переселение на Вятку части вятичей, в основном, вероятно, это были молодые мужчины-воины со своим предводителем. Эта версия может объяснить появление на Вятке редкого для Вост. Европы устройства древнейших укреплений Слободского города (об этом будет рассказано отдельно).
  
    []
  
   Характерный крест вятичей - аналогичен кресту с шарами на Вятском гербе. Подобная форма креста считается русо-скандинавской.
  
   Разумеется, по прошествии 1000 лет население Вятки и Оки заметно разошлось в этнокультурном плане, хотя некоторые черты сходства сохранялись. Еще лет 150 назад всех Вятских обитателей называли вятичами (иногда даже вотяками); да, и к русским они себя в ту пору не причисляли. Имя "вятчане" более книжное, было введено историками для различия населения Вятки от упоминаемого в летописях древнего населения Оки. В прошлом слово "вятчане" употреблялось лишь для обозначения "лучшего" (зажиточного, знатного) населения средневятских городов 14-18в. (от Слободского до Кукар).
  
  
   Приложение.
   Из справочника А. Ф. Медведева 'Лук и стрелы, самострелы':
   В древней Руси втульчатые наконечники стрел были распространены преимущественно вдоль за-падных границ, где, по всей вероятности, восточные славяне заимствовали их от западных соседей. В Германии, Чехословакии, Польше такие наконеч-ники в средневековый период применялись очень широко. Для Руси же они не очень характерны и численно составляют около 1% по отношению к черешковым наконечникам. Но и на нашей территории есть район (Прикамье), где втульчатые наконечники употреблялись сравнительно широко задолго до нашей эры. Здесь они не были результатом заимствования у западных соседей. Более того, прикамские втульчатые наконечники VIII-XIV вв. преиму-щественно ромбовидные и реже листовидные, тогда как у западных соседей Руси они в большинстве двушипные (тип2).
   Тип 3 Ромбовидные втульчатые
   Область распространения в основном охватывает Прикамье; особенно много их на городищах и в могильниках по р. Чепце, притоку Вятки. Изредка встречаются вдоль западных границ Руси, для Руси нехарактерны; употреблялись широко финно-угорскими народами. Наконечники этого типа появились в Прикамье в I тысячелетии до н. э., но имели меньшие размеры (длина 30-40 мм). В Прикамье и в других местах обитания финно-угорских племен употреблялись до XI в. включительно, а позднее - лишь в западных районах Руси и то редко. Они найдены в погребениях могильников: Малышевский, Селиксы, Каневский, Мадлынь-Шай, Крюково-Кужновский, Поломский, Кочергинский, Веселовский, Загарье, на Вятских городищах и в могильниках VII-XII вв. на Сарском (Ярославская), на Чудском костище (Кама), в Плиснеске (Львовская обл.), на Княжей горе (Киев), у дер. Горицы (Черниговская), в слое XIV в. Новгорода, в погребении 5 Плесинского могильника (Комипермяцкий).
   Тип 4 Остролистные втульчатые
   Длина 50-100 мм, длина пера 30-60 мм, ширина пера 11-20 мм, диаметр втулки 710 мм. Были распространены у финских племен Северо-Востока и вдоль западной границы Руси. В Прикамье наконечники этого типа появились в I тысячелетии до н. э. и употреблялись до XI в. включительно. Они найдены в погребениях (VII-XI вв.) Малышевского могильника, в Бродовском могильнике (Кама), в могильнике Весьякарский Бигершай (Чепца), в Ананьинском могильнике (Татарстан), на городище Хотомель (Брестская обл.), на городище Дуна (Вятичи), в кургане Х в. у с. Барды.
   Остролистные втульчатые наконечники приме-нялись также в Прибалтике и в Польше.
   Т и п 17 Килевидные длинные трехлопастные с шейкой
   Появляются они в середине I ты-сячелетия н. э. и распространяются на территории от Вятки до Оки до VIII в. включительно. Найдены в погребениях Суворовского могильника (Вятка), на Попадьинском селище, в погребении VIII в. у с. Арцибашево (Рязанская).
  
   Замечание Е. Х. Двушипные наконечники тип 2 (характерные для Зап. Европы) были найдены также на Вятке. Это можно рассматривать как раннее заимствование, тем более что артефакты позднеримского времени в Прикамье есть. Можно говорить о прибытии на Вятку в 4-5в. воинов с запада: остготов и-или гуннов. Регионы обнаружения Прикамских наконечников маркируют территории действия Вятских дружин: от Сарского городища (вероятное место сбора отрядов Волжских русов) до бассейна Оки и севера Украины, Беларусь, а также, Новгорода. При этом не исключены и более далекие продвижения на запад - Польша и Прибалтика. Последнее обстоятельство заставляет задуматься о раннем появлении на Вятке западных славян.
  
   Обсуждение:
   Джонатан
   Прочла всё. Честное слово. Интересно. Спасибо. Успехов в вашем очень важном деле.
   Евгений Харин
   Спасибо. Мною начикано довольно много. Здесь стараюсь размещать только проверенное, в чем более-менее уверен. В каждой статье пытаюсь развенчать устоявшиеся заблуждения и предложить что-то своё.
  
   Иннокентий
   Автор изобретает велосипед и копает там, где уже раскопано. Первым выказал гипотезу о родстве древнерусского племени вятичей с вятчанами был польский хронист XVI в. Матвей Стрыйковский. Позднее она была пооддержана крупными учёными-лингвистами М.А.Колосовым и Е.Ф.Будде. Однако диалектные данные, в частности то. что вятичи - предки современных русских , живущих в бассейне Оки - акали. Это южноруский говор, а путаница возникла из-за смешения этнонимов вятичи и вятчане, о чём был спор ещё в начале XX в. между Д.К.Зелениным и А.С.Верещагиным (см.'Вятские губернские ведомости')
   Евгений Харин
   Вы, видимо, невнимательно прочли мою статью. Имеются современные археологические подтверждения сходства окских вятичей с вятскими аборигенами. Кроме того, найдены артефакты присутствия вятчан в отрядах русов воевавших в бассейне Оки в 9в. Это установленные факты. Ну, а местные говоры в такой зоне как центральная Россия наверняка сильно менялись за последние сотни лет.
  
   Иннокентий
   Уважаемый Евгений! Всё, что Вы пишете, несомненно, представляет какой-то интерес. Пусть историки дискутируют с Вами по другим вопросам, но то, что современные вятчане не имеют ничего общего с древнерусскими вятичами можно считать общедоказанным. Говор наш - севернорусский, а древнерусские вятичи - предки современнымх рязанцев и пр - южноруссы. т.е. они АКАЛИ!!!' И никакие артефакты не могут оспорить этоголингвистического факти. Труды П.Н.Луппова, Д.К.Зеленина., академика с А.И.Соболевского - все они говоряит о северо-западном зселении Средней Вятки русскими!
   Евгений Харин
   Разумеется, за десяток веков население Вятки и других регионов заметно изменилось. Но археологами наблюдается непрерывность и преемственность культур в бассейне Вятки за последние, по крайней мере, 25 веков. То есть, хотя сюда время от времени прибывало новое население, но сохранялась и значительная часть прежнего. В этом уникальность нашего региона. Так далеко не везде. Лингвистика важное подспорье, но не она скажет окончательное слово, которое за современными генетическими исследованиями. К сожалению, у нас с этим пока неважно. Что касается древних окских вятичей, то по археологии они были 'ославяненные финноугры'. Так что их имя - не случайное совпадение.
  
  
  
  
   7. Кучков и Кошкаров
  
   Выше были рассмотрены свидетельства переселения на Оку в 9в. ославяненных финно-угров с Вятки. Также было высказано предположение о возвращении части вятичей в 12в. обратно на Вятку. Поищем подтверждения этого события. Нужно напомнить, что в последний период существования вольных вятичей территория их обитания сместилась на север в бассейн р.Москвы. Ими были построены здесь довольно значительные города и селения, в том числе Москва. Первоначальным названием ее было Кучков. Городок был взят Юрием Долгоруким и в дальнейшем поименован Москвой. По одной из легенд, князь Юрий Долгорукий утопил в Чистом пруду боярина Кучку, владевшего окружающими селами и землями. На месте боярских владений этого Кучки, как сообщает Тверская летопись, в 1156 году Юрий заложил в устье реки Неглинки крепость. В Ипатьевской летописи под 1176 г.: 'Идоша с ним до Кучкова рекше до Москвы'. Кучков город упомянут в Новгородской берестяной грамоте 1160-80г. "Поклон от Душилы Нясте. Я пошел в Кучков. Хотят ли ждать или не хотят, а я у Федки, отдав ей браслет, своё возьму". - Из неё просматриваются близкие связи населения Новгорода и начальной Москвы.
  
    []
   Вероятно Кучка был из вятических старейшин или князьков, отстаивавших свои земли от притязаний Киевских и Суздальских князей. Кучкова дочь Улита стала женой Андрея Боголюбского (болгарка, как ее зовут в летописи, участвовала в заговоре против мужа и была казнена), а уцелевшие сыновья жили в Булгарии и Руси. Непризнанная официальным научным сообществом Булгарская хроника Джагфар Тарихы связывает этот род с потомками предводителя вятичей Ходоты, бывшего в родстве с династией Киевских и Булгарских правителей.
   Возглавил вятичей "сын Мардана - Хадаш или Хаддад. Мардан был сыном Джилки (правителя булгар во 2 пол. 9в.) и мурдаски, а матерью Хаддада была буртасская бика Леклек, поэтому он пользовался любовью и доверием как наших буртасских булгар, так и ульчийских мурдасов, которых называли батышцами (вятичами)". Выражение "ульчийские мурдасы" соответствует "ославяненные беглые именьковцы".
  
   'Хаддад был очень гордым, и когда после смерти Мардана беллакские бии предложили ему возглавить их (буртаская удельная область Мардан-Беллак в правобережном Поволжье), то отказался и сказал: 'Если я и займу какой-либо трон - то только канский'. Осенью 930 года, когда возмущение народа правлением Газана достигло предела, он счел удобным моментом для захвата трона и двинулся из своей станции Кубар или Хорысдан на Болгар. Однако переправиться через Идель у Арбуги ему не удалось из-за действий флота Хума (Волжские русы-сканды), и он отступил в Буртас. Зимой уже Газан двинулся на него, но Хаддад со своими ближайшими джурами (рыцарями) ушел к батышцам. Те, пораженные великолепием одежд и оружия эмира и его воинов, избрали Хаддада своим беком' (воеводой).
   "В память о своем бегстве Хаддад назвал себя Качкыном, и его род стали называть Качкынами или Хаддад. Свою столицу (вятичский Кордень-Кордно), построенную по образцу буртасских городов, он назвал именем своего последнего булгарского пристанища - мензеля Хорысдан (Коростень к востоку от Киева). А сам Хаддад Качкым и его потомки были опасны для правителей Булгара и Руси, как принцы дома Дуло и, значит, претенденты на оба трона (Киевский и Булгарский), поэтому и те, и другие не жалели усилий для искоренения этой булгарской династии. Долгое время труднодоступность Батыша спасала дом Качкынов. Однако в 964 году Барыс отнял у них Кан (Муром), а в 1088 году капские батышцы отняли у Батыша и Кисаискую область (Рязань). Наконец, в 1112 году Булымер-Карак (Владимир Мономах) штурмом взял Хорысдан в отместку за приют, данный Качкынами куманам Шарыхана, и оставил последнему потомку Мардана Хаддад-Шамгуну лишь небольшую часть Кортджака (окрестности Москвы)".
  
    []
  
   В 964 году Киевский правитель Святослав (Барыс-Пардус) сговорился с булгарами и Волжскими русами о нападении на Хазарию.
   'На обратном пути Барыс (за сотрудничество с хазарскими буртасами) выбил сына Хаддада Алыпа из Кана (Муром). В ответ тот прислал ему письмо, в котором сообщил: Батышцев (вятичей) считают народом, образовавшимся вследствие смешения ульчийцев и мурдасов (славян и именьковцев). На самом деле батышцы являются потомками мурдасов и садумского (скандинавского) племени Худ, некогда владевшим Русью. Поэтому он, Алып, имеет больше прав быть улубием Руси (Киева), чем Барыс, и постарается при случае их осуществить'.
  
    []
   Родословная Кучковичей (Качкынов)
   http://skolo.ru/personality-dynasty/145-rodoslovnaya-kuchkovichey.html
  
   "А его сын Яхам, названный так в честь дяди Яхама, украшал храм в балынском городке Джурги и в... А сын его Абархам, бывший членом ордена 'Эль-Хум' и дававший на содержание этого братства большие средства, был убит уланами возле булярской церкви 'Нишан'... Опасаясь осквернения могилы отца, сын Абархама Ас разрешил перенести его останки в Булымер, откуда когда-то ушел в Булгар Аслан".
  
   Род Хаддада по мужской линии происходил от булгарского канна Габдуллы-Джилки (отец Киевского князя Игоря Старого). В его военно-рыцарском окружении, с которым он пришел на Оку, видимо, были потомки скандинавов-датчан из племени Худ (в 9в. служивших при Киевском хазарском наместнике Худе). Породнившись с мурдасами, их потомки стали военно-дружинным сословием вятичей-батышей. Вероятно, именно эти русы возглавляли описанные выше военные походы на границах вятичей с Киевским княжеством и хазарами. О потомках Алыпа сообщений нет. Однако другие потомки Хаддада (Московские Качкыны-Кучковичи) жили в Булгарии и занимались северной торговлей до Печоры и Оби. Гусман основал город на р. Юг (вероятно, Гледен). Кто-то из их рода вполне мог в конце 12в. построить на Вятке знаменитый город Кошкаров: Кач-кар - 'город Качкынов'. (Кар на пермских языках значит город, например, Иднакар - город Идны)
   Этому есть косвенные свидетельства. На Вятке в окрестностях Слободского встречаются фамилии Кушковы и Кучковы, а также соответствующие им названия деревень. Носители этой Вятской фамилии могут быть как-то причастны к роду Кучковичей или быть выходцами из древней Москвы. Слово Качкар в тюркских языках означает "племенной баран-вожак". Символ 'Кошкар-муйиз' ("бараньи рога") известен всем евразийским кочевникам и является древним знаком изобилия. Завитки напоминающие рога барана, совмещены с неким вертикальным элементом. Можно предположить, что такое название пошло от вида этого символа напоминающего витые рога барана. С другой стороны, Кучковичи (а также Киевские и Булгарские князья) были из гуннской династии Дуло, у которой родовой герб (тамга), по описанию в Джагфар Тарихы, выглядел так:
   Ψ, - где знаком I отмечается топор, а знаком W - лук. Самое интересное, что у провинции Бийсу (начиналась от Вятки-Нукрат и шла до устья Печоры) был (и остается ныне у вятчан) очень схожий по виду герб - натянутый лук. Похожая на него тамга была и у булгарской провинции Тубджак - Сев. Казахстан. Из всего этого следует, что название Вятского города Кошкаров может быть связано с князьями рода Дуло - Вятичскими Кучковичами. (Замечу, что булгары с принятием мусульманской веры отказались от своего древнего символа). В просторечии по внешнему сходству эмблема получила прозвище "бараньи рога".
    []
   Монета Киевского князя Владимира Святославича с трезубцем, герб Вятки, кошкар-муйиз.
  
   Кроме этого, есть еще одно важное обстоятельство. После ухода вятских людей на Оку в 9в. в междуречье Вятки и Ветлуги пришли предки марийцев. В 12 веке заселены были также и средняя Вятка и Чепца. Поэтому для устройства нового Кучкова города было выбрано свободное место выше по реке Вятке. Это соответствует сделанному предположению, что старое название Слободского города было Кошкаров.
  
   От средневекового Слободского города ещё в конце 19 века сохранялся дугообразный вал длиной около 180 м, высотой до 4 метров и шириной в основании более десяти. Археологические находки, добытые д. и. н. Л. Д. Макаровым (Ижевск) в ходе разведочных исследований на остатках вала и вдоль кромки берега, дали ему основание говорить о возникновении здесь русского города в 13 веке на пустом месте. В настоящее время остатки вала Слободской крепости представляют собой небольшой продолговатый бугор между зданием полиции и Екатерининской церковью. Внутри него были обнаружены деревянные укрепления различных конструкций, отражающие этапы перестройки городовых стен. В восточной части вала сохранились ряды брёвен, скрепленных с помощью крюков (сучьев), что характерно для городов западных славян 8-10 веков. Внутривальные конструкции подобного типа изредка встречаются в стенах детинцев древнерусских городов: Минска, Витебска, Киева, Москвы (сер. 12в.), Твери, Смоленска и Новгорода (Рюриково городище, городки на Маяте и Луге 10в.). Все они относятся к домонгольскому времени. Как видим, такие деревоземляные стены применялись при строительстве ранних и притом важнейших крепостей Древней Руси. Это весьма интересный и неожиданный факт, ничего подобного на Вятке и на сотни километров вокруг нет. Исходя из него, укрепления Слободского детинца были сооружены не позднее середины 13в. Ближайший по времени и пространству тип данных древо-земляных укреплений - древнейшая Москва, город Кучковичей.
    []
   Рис. Г. В. Борисевич. Строительство Москвы в 12в. В качестве фундамента для деревянных срубных стен сделан древо-земляной вал с крюковыми конструкциями. Вероятно, аналогично было устроено и в Слободском городе.
  
   Крюковые сооружения применялись западными славянами в чешских и польских крепостях в VIII-XI веках. В их основе лежал разреженно уложенный перпендикулярно оси вала параллельный ряд бревен, порой закрепленных колышками. Поверх наката перпендикулярно размещали длинные лаги; бревна порой скрепляли крюками из обрубленных сучьев. Выше накаты вновь чередовались с лагами, а внутренние пустоты засыпались грунтом. На Руси крюковые устройства единично обнаружены в городских валах конца XI - середины XIII вв., а в массовом количестве изучены в Змиевых валах (территория Украины), где встречаются и двухрядные сооружения с внутренней грунтовой забутовкой.
  
    []
   На поперечных бревнах решетчатого каркаса укреплений оставлены мощные ветви в качестве крючьев, что позволяло существенно увеличить размеры деревянной основы земляного оборонительного вала. Первоначально такое укрепление имело вид вала с очень крутыми склонами высотой до 3,7 м. Зарубежные исследователи считают крюковые конструкции остатками вертикальных древо-земляных стен, а наши - основой валов, на которые ставили деревянные стены. Но одно другому не мешает: на старые древо-земляные стены как на фундамент ставили новые срубные стены.
  
   О судьбе Вятских Кучковичей сказать что-то определенное невозможно. Невдалеке от Слободского на другом берегу Вятки расположено крупное татарское селение Карино, известное с 15в. своими Вятскими Арскими князьями спорного происхождения. По Булгарской хронике потомки Хаддад-Шамгуна жившие в Булгарии были мусульманами.
  
  
  
  
   8. Вятские биармы
  
   В книге Ровинского 'Русские народные картинки' 1900г. есть лубочная картинка 'на которой представлена комическая баталия, которую имели некие Варты против выброшенного на берег чудища'. Картинка называется 'О баталии Вятцкой', она изображает людей, ополчившихся против лежащего на берегу чудовища, похожего на хамелеона. Над картинкой надпись:
   'У иноземцев в Вартах описуют, подобно как в Вятках повествуют - аки бы в старые годы во правду некогда бывало, что вятское гражданство противу Серпа воевало, сице ополчаюся против изверженной морем рыбы-скоты жители некого города Варты, люди видом тела быть малой породы и к тому ж еще знатно дураки и уроды'.
   В этом пояснении речь идет о сравнении вятчан с жителями иностранного города Варта, воевавших с морским чудовищем по имени Серпа (искажение от слова "нерпа" - северный тюлень). Вероятно, такой анекдот возник на основе существовавшего в 18в. Вятского предания с упоминанием далекого заморского города Варта. Это предание явно перекликается с рассказами арабов о промысле морских животных на крайнем севере.
  
    []
  
   Ибн Фадлан (был на Волге в 922г.) передает рассказ царя Волжских булгар о великане с севера: 'Я перевез его в свое местопребывание и написал к людям Вису, - а они от нас на (расстоянии) трех месяцев, - спрашивая их о нем. Они же написали ко мне, извещая меня, что этот человек (муж) из (числа) Яджудж и Маджудж, а они от нас на (расстоянии) трех месяцев, между нами и ими помещается море, на берегу которого действительно они (находятся), и они, подобно скотам, совокупляются друг с другом. Аллах могучий и великий выводит для них каждый день рыбу из моря, и вот, приходит каждый из них, и с ним (имеется) нож, и отрезывает себе от нее столько, сколько достаточно ему и достаточно для его семьи. Если же он возьмет сверх того (количества), которое их удовлетворяет, то заболит живот у него, и также у его семьи заболят животы, а иногда он умирает и умирают они все. Когда же они возьмут от нее (рыбы) то, что им нужно, она поворачивается и уходит в море. Итак, они каждый день этим живут. А между нами и ими море, (которое находится у них) с одной стороны, а горы, окружающие их, с других сторон, и преграда (стена) также поместилась между ними и воротами, из которых они обычно выходили'.
   Расстояние в три месяца пути (около 2000км) упоминается дважды: сначала - от Булгар до Вису, а затем - от Вису до страны Яджудж и Маджудж, под которой арабы понимали отдаленные северные местности, Скандинавию. От Булгара по Вятке и С.Двине до границы Норвегии как раз 2000 км. Столько же от Булгара до устья Печоры (Артан - Ортинское городище). От него до Варангера с учетом плавания вдоль берега примерно столько же. Поэтому реальные расстояния близки к упомянутым, если текст понимать так: три месяца пути в первом случае - это протяженность всего пути купцов от Булгара до пределов досягаемости людей Вису. Итак, народ великанов жил на крайнем северо-востоке Скандинавии и занимался промыслом крупных морских животных (что известно из саг). Описанное местоположение точно соответствует п-ову Варангер: с одной стороны море, с другой - горы, а приходят они (в С. Двину и далее в Биармию-Вису) через 'ворота' - узкую часть Белого моря. У арабов описан также случай выброса на берег крупной 'рыбы' и ее оприходование местным населением. В лубке необычная для обывателей срединной России 18в. ситуация превратилась в сатирическую насмешку, а великаны - в карликов-уродов. Обратим внимание на небольшую крепость в верхнем правом углу картинки: это и есть городок Варта с замком Вартахаус. Именно с его стороны подходят к морскому чудовищу воины вооруженные мечами, копьями и огнестрельным оружием. Остальные люди более похожи на селян с вилами, ухватами и мапригодными для "баталии" предметами быта. Впрочем, воевать с выброшенным на отмель животным не требовалось, поэтому шли с подручными орудиями.
    []
   Городок Вартхаус по рисунку 16в.
  
   Другой араб Гарнати (сер. 12в.) добавляет подробности: 'А эти мечи, которые привозят из стран ислама в Булгар, приносят большую прибыль. Затем булгарцы везут их в Вису, где водятся бобры, затем жители Вису везут их в Йуру, и [ее жители] покупают их за соболиные шкуры, и за невольниц, и невольников. А каждому человеку, живущему там, нужен каждый год меч, чтобы бросить его в море Мраков. И когда они бросят мечи (гарпуны), то Аллах выводит им из моря рыбу вроде огромной горы, которую преследует, желая ее съесть, другая рыба, больше ее во много раз. И спасается маленькая от большой, и приближается к суше, и попадает на место, откуда не может возвратиться в море, и остается там. А большая рыба не может достать меньшую и возвращается в море. Выходят жители Йура в море на судах и отрезают [мясо] от ее боков, а рыба не чувствует этого и не шевелится, и они наполняют свои дома ее мясом и поднимаются на ее спину, а она как огромная гора. И остается она у них какое-то время, пока они отрезают от нее: каждый, кто бросил в море меч, берет от рыбы долю'.
   Здесь говорится о покупке жителями страны Йура (на побережье океана) гарпунов для охоты на китов и других морских животных. Торговцы Вису поставляли им железные изделия, а получали взамен меха и рабов. Оплата пленными-рабами говорит об этническом (и социальном) отличии хозяев Югры от соседнего населения. Описана ситуация, когда животное, преследуемое хищником (касаткой), выбрасывается на берег и становится легкой добычей, что как раз соответствует сюжету лубка. Торговлю с Югрой осуществляли купцы страны Вису, 'где водятся бобры'. Это замечание подтверждает наше отождествление Вису с Вяткой, так как по финно-угорски (удмуртски) бобр зовется 'ват', а Вятка произносится как 'Ватка' - то есть, Бобровая река. От вятчан-вису и были записаны арабские сообщения о северных странах. Фадлан был издан на русском в 19в., а Гарнати - только в 20-ом. Поэтому заимствование из арабских текстов сюжета в лубочном издании 18в. невозможно.
   Гарнати также приводит такой факт: 'И привозят к ним купцы эти мечи и коровьи и бараньи кости, а в уплату за них берут шкуры соболя и получают от этого огромную прибыль'. Тут неправильный перевод или пересказ. Речь идет о костях животных (бивней мамонтов и китовом усе), продаваемых для поделок, вероятно, скандинавам, вывозившим с севера в Европу эти косные останки. Гарнати дает описание внешнего вида купцов Вису.
   'Жителям Вису и Йура запрещено летом вступать в страну Булгар, потому что когда в эти области вступает кто-нибудь из них, даже в самую сильную жару, то воздух и вода холодают, как зимой, и у людей гибнут посевы. Это у них проверено. Я видел группу их в Булгаре во время зимы: красного цвета (лица), с голубыми глазами, волосы их белы, как лен (светло-русые), и в такой холод они носят льняные одежды. А на некоторых из них бывают шубы из превосходных шкурок бобров, мех этих бобров повернут наружу. И пьют они ячменный напиток, кислый как уксус, он подходит им из-за горячести их темперамента, объясняющейся тем, что они едят бобровое и беличье мясо и мед".
   Летом (на судах) в Булгар купцам Вису было запрещено входить по двум причинам: из опасения неожиданного нападения и для пресечения прямой торговли с арабами. Внешность и привычки пить ячменный самогон (водку), ходить на лыжах и носить льняные одежды, еще более сближают вису с северными народами, и особенно с вятчанами. Обратим внимание на следующие моменты. У народа Вису была переписка с булгарами уже в нач. 10в. и, следовательно, доставка корреспонденции, вероятно, через торговые караваны. Фадлан повторяет одинаковый рефрен о 'грязных тварях Аллаха' и прочем в отношении и русов и великанов Яджудж и Маджудж, но не отождествляет их между собой, а также с Вису. Правда, только русов он видел лично и потому описал подробно. Их внешность довольно хорошо совпадает с описанием Гарнати купцов Вису (спустя 200 лет). Вообще, характер внешности и деятельности Вису близок к русам. Гарнати прямо указывает, что лучшие собольи меха вывозят с севера купцы Вису, а именно торговлей соболями отличались русы-артанцы. Поэтому можно еще раз уверенно отождествить торговых людей Вису с особыми Вятско-Камскими русами. Вису также привозили с севера рабов, что еще более сближает их с русами.
    []
   Ибн-Хаукаль и другие арабские географы упоминают три вида Руси, один из них - Арсания или Артания: 'Что же касается Арсы, то я не слышал, чтобы кто-либо упоминал о достижении её чужеземцами, ибо они убивают всех чужеземцев, приходящих к ним. Сами же они спускаются по воде для торговли и не сообщают ничего о делах своих и товарах своих и не позволяют никому следовать за собой и входить в страну свою. И вывозят из Арсы чёрных соболей, чёрных лисиц и олово и некоторое число рабов'. - Историк Н. Хан помещает Арсу в бассейн верхней Вятки и Вычегды, то есть отождествляет ее с Великой Пермью.
   Итак, народ Вису - это особые северные русы, артанцы у арабов и биармы у скандов. Имя Арта может происходить от Варта (тюрки не произносят звук В). У Гарнати есть Ару, но не Арта. Правда, он писал позже других арабов, к 12в. ситуация могла измениться: южная часть Артании к этому времени вошла в сферу влияния булгар, сохранив за собой отголосок прежнего имени.
   'Между ними (Вису) и Булгаром месяц пути. И есть другая область, которую называют Ару, в ней охотятся на бобров, и горностаев, и превосходных белок. А день там летом двадцать два часа. И идут от них чрезвычайно хорошие шкурки бобров'.
   Месяц пути - это около 600 км, что с учетом трассы (переправа через Каму была возле Елабуги) указывает как раз на Вятские городища в устье Моломы. В приведённом выше отрывке Гарнати сказано, что в стране Ару охотятся на белок и бобров, а чуть ниже упомянуто, что люди пьющие напиток из ячменя едят мясо белок и бобров. Исходя из этого сопоставления, становится ясно, Вису и Ару расположены в близком соседстве, точнее, в бассейне одной реки Вятки. С некоторыми основаниями можно конкретно отождествить Ару с Чепецкой арх. культурой. Множество костей бобров на ее городищах говорит об охоте на этих животных и использовании их в пищу. Вятская Кочергинская культура 9-12в. была близка к дочерней Чепецкой.
    []
   Макет городища Иднакар на Чепце.
  
    []
   Карта арабского географа Идриси 12в. Здесь юг вверху, запад справа. Обратим внимание на две страны "баджнак". Одна "страна Баджнак" в верховьях Камы, другая "тюркская" - в верховьях Чепцы с городом Табуни (Сабаны, городище Иднакар). Это точно соответствует Ломоватовской и Чепецкой арх. культурам, связываемым с южными удмуртами-арами и с северными удмуртами-вотяками. На Каме два городка Масра и Касра, вероятно, Родановские городища на Обве. Волго-Вятское междуречье обозначено как "горная страна", западнее ее стоит надпись "государство Русия". Вблизи устья Камы два города - Артан и Аклиба (белая башня), их можно соотнести с городищами Казани и Елабуги. Эти города расположены в пограничной зоне между булгарами и русскими и явно принадлежат "горной стране". Река Вятка обозначена как "река Шалуй" (Холун). Замечу, что реку Молому на этой карте нужно понимать как водный путь с Вятки на северо-запад по Сухоне в Русию, - Ростов и Суздаль, Белоозеро и Новгород. Таким образом "горную страну" можно отождествить с археологически просматриваемым ареалом проживания Булгарских русов в низовьях Камы и Вятки.
  
   Пару слов об этнической принадлежности биармов-Вису и Югры (под Югрой обычно понимают территорию между Печорой и Обью). По изучению названий и археологии городищ ученые не пришли к определенному мнению по этому вопросу. Недавно были открыты городища на нижней Оби 11-13в., которые оказались очень близки к пермским (коми-пермяцким и Прикамским) того периода. Можно полагать, что некий народ вел освоение края в направлении из Прикамья на восток через Печору к Оби. Судя по археологии, это были люди не только финноугорского и пермского происхождения, но также северо-европейского.
   В тексте Гарнати говорится, что булгарские купцы сами возят товары к Вису, очевидно, это происходило летом. Булгарские купцы доходили только до середины Вятки, это место можно считать южной границей Вису. Артефакты ограниченного проживания булгар на севере обнаружены на Ковровском городище в устье Моломы (город Колын-Вятка), на Солдырском городище на верхней Чепце (Иднакар) и на Вятском городище в Чердыни (верхняя Кама). Более основательное поселение с мусульманским могильником - Рождественское городище на р.Обве (Каргадан в Джагфар Тарихы). Таким образом, названные городки входили в страну Вису, точнее, располагались вдоль ее южной границы. При этом, между ними и булгарами существовала буферная зона - территория протоудмуртов и протомари.
  
   Интересно, что в фольклоре обских угров (ханты-манси) есть предание о людях приходивших к ним с запада: "Это были русые и рыжие, черноволосые люди с бородами, серыми, карими и черными глазами", занимавшиеся скотоводством и земледелием, а на севере - оленеводством. Они походили на Мось-нэ (своих), но отличались от них языком. Мис-махум (Коровьи люди) занимались торговлей: ходили торговать на Нижнюю Волгу, где были "царские города", и привозили на Обь шелк, шлемы, щиты и стрелы'.
   Джагфар Тарихы дает некоторые интересные подробности о провинции Вису-Бийсу. Скандинавской торговлей занимались потомки конунга Отара (Рерик, Олег Вещий, Хум), совершившего первое плавание в Биармию в конце 9в.:
   'Из этого дома (семьи) вышло немало славных салчибашей (моряков), хозяев перевозов и купцов, плававших на родину Утара - самый север Садума - Урман (Нурман)... На свои деньги Сып (внук Олега) возвел крепость Гусман на реке Джук (Юг), ставшей главной на Нукратском пути на север. Из Болгара плыли по Агидели (Каме) и Нукрат-су (Вятке), а затем проходили к крепости Гусман, где соединялись дороги из Джира (Ростов, Суздаль) и Болгара. А из Гусман-Катау по Джуку и Туну (С. Двине) выходили к реке Бишек (Вычегда), по ней добирались до притока Бий-су Ошмы и по Ошме проходили к Бийсу (Печора). Ответвление Нукратской дороги, шедшей из Болгара по Агидели и Чулману (нижней и верхней Каме) в Бийсу, называлось Чулманской дорогой'. (Е. Х. - Камский путь на север был более трудным ввиду сильного встречного течения, в 2-3 раза больше, чем у Вятки).
   В 12в. "галиджийцы (новгородцы) стали тревожить своими набегами области Бийсу: Нукрат и даже окрестности острога Туймас-Артан на реке Бий-су, куда заходили садумские (скандинавские) корабли и съезжались для торговли охотники, рыбаки и пастухи племен Туная (Севера). Артан основал болгарский купец Туймас, торговавший с Артаном (Балтикой), в то время, когда Угыр Башту (Киевский князь Игорь, ум. 945г.) закрыл Артанский путь через Галидж (Ладогу). Охрану острога нес шудский (чудской) род куян".
   В 1150г. булгары потеряли Гусман, поэтому для противодействия русским построили на средней Вятке крепость Колын (Ковровское городище в устье Моломы). Вероятно, с этого времени для прохода на север стал использоватся другой путь. Интересно, что булгарское наименование Слободского города - Колога - напоминает название северной области Норвегии - Холога-ленд.
  
  
  
  
   9. Вятские жидокопы
  
   В словаре Даля 1861г. есть такая поговорка:
   Слобожане (Вятская губерния) - жидокопы (слобожанин откопал труп жида, полагая, что жидов хоронят с деньгами).
  
   Однако, в начале 19в., а данная словесная формула появилась не позже этого времени, сколько-нибудь заметного еврейского населения в Слободском не было. Кроме того, на Вятке слобожан величали "грободерами" и "мертвокрадами". Вероятно, история происхождения столь нелестного прозвища уходит значительно глубже...
  
    []
  
   В 1471г. вятчане совершили рейд на Волжский Сарай и в то же лето вернулись домой. Об этом славном походе есть сообщения в летописях:
   'Того же лета, в тоу же пороу, идоша Вятчане Камою на низъ и въ Волгоу в соудехъ и шедше взяша градъ царевъ Сарай на Волзе и множество Татаръ изсекоша, жены ихъ и дети в полонъ поимаша и множество полоноу вземше, возвратишяся. Татарове же Казаньстии переняше ихъ на Волзе, Вятчане же бившеся с ними и проидоша здравии съ всемъ полономъ, и многие тоу отъ обоихъ падоша' (Типографская летопись. ПСРЛ. Т. 24, стр. 191);
   'А того же лета Вятчане шед суды Волгою на низ взяша Сараи, много товара взяша, и плен мног поимаша. Слышевше се Татарове Большие орды, понеже близ ту кочевали за один день, и тако многое их множество поидоша переимати их, и поимавше суды и всю Волгу заступиша суды своими, хотяще их перебити, они же единако пробишася сквозь их и уидоша со всемъ, а под Казанью тако же хотеша переняти их, и тамо проидоша мимо тех со всем в землю свою' (Московский свод. ПСРЛ. Т. 25, стр. 291);
   "Того же лета ходили Вятчане ратью на Волгу. Воивода был у них Костя Юрьев. Да взяли Сарай и полону бесчисленная множество и княгинь сарайских' (Устюжская летопись. ПСРЛ. Т. 37, стр. 93).
   'Тое же зимы (сообщение дошло зимой?) Вятчане съвокупльшеся, шедъ взяша Сарай Великий, Татаръ всехъ изсекоша, а сущее все разграбиша, а инии мертвыхъ раскопываючи грабяху". (Львовская летопись. ПСРЛ. Т. 20, стр. 296);
   По возвращении из Сарая вятчане отправились в поход против напавших на Устюг новгородцев под началом воевод Ивана III: 'Вятчане же пришедше изъ Сараю и поидоша с воеводами великого князя, с Васильемъ Образцемъ и Борисомъ Слепцемъ, и съ Оустюжаны противу Новогородцевъ'. (Типографская летопись. ПСРЛ. Т. 24, стр. 191). 27 июля под Устюгом вятчане разгромили 12-ти тысячную новгородскую судовую рать Шуйского и гнали её до устья Сев. Двины.
   Легенда о раскопках 'жидовских могил' могла возникнуть в память о разграблении каких-то Сарайских гробниц. Однако маловероятно, что это были свежие могилы ханов или иных ордынских вельмож. Все они уже давно были мусульманами, а, следовательно, имели безинвентарные захоронения (украшались резбой лишь каменные надгробия и мавзолеи). Однако в районе Сарая могли быть древние языческие курганы, часто сопровождавшиеся золотыми и серебрянными украшениями. 'Жидовскими' их могли посчитать по причине того, что когда-то низовья Волги-Итиля были территорией богатого иудейского государства - Хазарии (на монетах и вещах Сарая 14в. встречается звезда Давида).
  
    []
   Чаша глиняная с подглазурнои росписью. На дне чаши шестиконечная звезда. XIII-XIV в. Сарай Берке. Диам. 18.8 см. Эрмитаж.
  
   Вот таким образом могло появиться прозвище 'слободские жидокопы'. Разумеется, в походе принимали участие не только слобожане, но грабежом могил занимались именно они.
  
    []
  
   В булгарской хронике Джагфар Тарихы есть подробности этого похода: на судах было 3000 вятчан-нукратцев (речников и стрельцов), а посуху с ними шли на конях камские казаки. Джагфар Тарихы трактует этот эпизод со своей пробулгарской точки зрения:
   "В 1470 году кан решил разгромом Сарая рассчитаться с Ахмад-ханом за его набеги на Булгар. Пользуясь тем, что ногайцы были обозлены на узбеков (Сарайских ордынцев) по причине усиления их господства над ними, Габдель-Мумин направил на столицу Кыпчака Аули и Алиша с 3 тысячами ярчаллынских казаков (нижнекамских) прямо через ногайские кочевья. Быть их проводником вызвался Сундык-бий, который за этот труд получил в Симбире освобождение и небольшой надел. Кроме этого, кан велел своему Нукратскому (Вятскому) улугбеку (наместнику, представителю, послу) Тахте направить на Сарай по воде колынский флот с хорошими нукратскими стрелками (Колын - главный и единственный город на Вятке, упоминаемый в ДТ, по археологии это Ковровское городище в устье Моломы, ближайшее к Казани из числа средневятских, первоначальный Хлынов-Вятка).
   Флот, в котором была тысяча колынцев и две тысячи стрелков, возглавили потомок Садыка Битька (Е. Х. - потомок новгородского купца Садко, жившего в Колыне на Вятке в 12в. - Витька) и потомок Анбала Ганикей (Е. Х. - потомок известного ватамана ушкуйников Анфала Никитина, вероятно, это и были слобожане), а стрелков - потомок Мер-Чуры Бака-Даиш (Е. Х. - Мер-Чура в ДТ - первый правитель Нукрата, возможно, среди стрелков были каринские татары). Они двигались к Сараю рядом, причем до Бел-Имэна (г.Белджамен на Волге) конница скакала по правому берегу Идели, а потом переправилась на левый. Салчии (речники) первыми ворвались в Сарай, отвлекли на себя главные силы татар и позволили коннице войти в город с другой стороны и занять его. Не ожидавших ничего подобного татар, обуяла страшная паника, и они бежали в степь. При этом наши потеряли 200 салчиев, 500 стрелков и 300 всадников, но зато положили 5 тысяч врагов и захватили невиданное количество товара. Все это было погружено в корабли, и так как их не хватало, то людей с них пересадили на захваченных татарских лошадей (вятчане умели ходить и на конях). На обратном пути узбеки и ногайцы сообща попытались у Камыша (город Камышин) преградить булгарам путь, но наши пробились. При этом погибло еще 500 наших всадников, 100 салчиев и 400 стрелков, но зато ни один корабль с захваченными товарами не достался татарам. Когда кану сообщили величину добычи, он не поверил и сам вышел к кораблям в Биш-Балте (порт Казани). Сарай же после этого не возрождался. Его ярмарку пытались возродить в новой столице Ахмад-хана, но безуспешно, и все купцы должны были теперь ездить в Казань".
  
    []
  
   В 14-15в. узбековцы (сторонники-мусульмане хана Узбека и его потомков) были основой военно-государственной мощи Орды. Именно на их столицу совершили поход вятчане. Правда, во второй пол. 15в. Сарайская орда была уже ослаблена, но продолжала грозить соседям, впомним поход на Москву 1480г. О подоплеке самого похода 1471г. на Сарай можно сказать следующее. В этот год Московское войско воевало Новгородскую землю и разбило новгородцев под Шелонью. Для предупреждения возможного нападения на Москву сарайских татар и была предпринята отвлекающая акция вятчан. Костя Юрьев известен из дальнейшего как промосковско ориентированный воевода. Не исключено, что он был наместником Вятки. После принудительного подписания в 1459г. договора вятчане были обязаны воевать на стороне Москвы. Участие в организации похода Казанского хана сомнительно, хотя какие-то его подданные (конные казаки по пути следования вдоль нижней Камы) наверняка примкнули добровольно. Очень вероятно участие в походе близких вятчанам горных мари. Казанцы пропустили вятчан вниз по Каме, а на обратном пути, узнав о величине награбленного, захотели отнять. Возможно, вятчане откупились частью добычи за проход домой.
   В результате разграбления столицы в 1471г. экономическая основа Сарайской орды оказалась окончательно подорвана. Купцы перестали возить туда свои товары, а Московский правитель перестал платить дань. Войско не получающее вовремя хорошую оплату постепенно расходилось в поисках нового хозяина. В 1480г. Ахмад-хан собрав последние силы попытался приструнить Москву, но был отбит в противостоянии на пограничной р. Угре. Спустя 20 лет остатки узбековцев откочевали на восток и основали небольшое ханство (ныне Узбекистан).
   Фактом привоза на Вятку нескольких сотен Сарайских женщин можно объяснить появление среди части вятчан характерного южного типа внешности. Это так называемые вятские гагары или кукары, по описаниям 19в. особо склонные к торговле и разному доходному промыслу. Внешне они выделялись чернотой и особым говором, но при этом признавались коренными вятчанами. Не исключено, что гагары являлись потомками пленных хазарок. В прошлом кукары проживали в районе городка Кукарка (ныне Советск). Это как раз на южной границе Вятской земли 15 века.
   Причиной, побудившей вятчан раскапывать чужие могилы, могло быть следующее обстоятельство. В 15 веке уже достаточно широко применялось огнестрельное оружие. Для производства пороха требовалась селитра. Казаки добывали её из полуразложившихся трупов. Сир де БОПЛАН об украинских казаках 17 в. писал так: "Они очень искусны в приготовлении селитры, которая в изобилии имеется в этих краях, и делают превосходный пушечный порох". Разорение татарских могил произошло, в частности, при разгроме Сарайчика в 1581 г. Из жалобы татар: 'Приходили... государевы козаки сего лета и Сарачик воевали и сожгли. Не токмо что людеи живых секли - и мертвых из земли выимали и гробы их розоряли'. Иван IV указывал астраханскому воеводе В.Ф. Бахтеярову-Ростовскому отвечать на вопросы бия Уруса следующим образом: 'Наши козаки на Сараичик не хаживали, а воровали будет на Сараичик приходили беглые козаки, которые, бегая от нас, живут на Терке, на море, на Еике'.
  
  
  
   10. Гелоны и Будины
  
   Поговорим о древнейшей истории бассейна Вятки. Вот цитаты из Геродота о событиях середины 1 тысячалетия до н. э.:
   Будины - большое и многочисленное племя; у всех их светло голубые глаза и рыжие волосы. В их земле находится деревянный город под названием Гелон. Каждая сторона городской стены длиной в 30 стадий. Городская стена высокая и вся деревянная. Из дерева построены также дома и святилища. Ибо там есть святилища эллинских богов со статуями, алтарями и храмовыми зданиями из дерева, сооруженными по эллинскому образцу. Каждые три года будины справляют празднество в честь Диониса и приходят в вакхическое исступление. Жители Гелона издревле были эллинами. После изгнания из торговых поселений они осели среди будинов. Говорят они частью на скифском языке, а частично на эллинском. Однако у будинов другой язык, чем у гелонов, образ жизни их также иной.
   Будины - коренные жители страны - кочевники. Это - единственная народность в этой стране, которая питается сосновыми шишками*. Гелоны же, напротив, занимаются земледелием, садоводством и едят хлеб. По внешнему виду и цвету кожи они вовсе не похожи на будинов. Впрочем, эллины и будинов зовут гелонами, хотя и неправильно. Вся земля их покрыта густыми лесами разной породы. Среди лесной чащи находится огромное озеро, окруженное болотами и зарослями тростника. В этом озере ловят выдру, бобров и других зверей с четырехугольной мордой (лосей). Мехом этих зверей будины оторачивают свои шубы, а яички бобров применяют как лечебное средство против болезней матки (точнее, применяется 'бобровая струя').
    []
   Карта рыжеволосых. В Восточной Европе яркое пятно с центром в Удмуртии.
  
   Комментарий*. Вероятно, такое сопоставление возникло оттого, что в названии племени содержалось слово 'белка', которая называлась на языке племени будинов 'поедатель сосновых шишек'. Векшеедами (поедателями белок) звали аборигенов Вятки - вотяков. На их языке река Ватка имеет перевод 'Бобровая'. Что касается "большого озера окруженного болотами", то за него можно было принять среднюю часть русла Вятки, со множеством многокилометровых стариц. Да, и болот на Вятке хватает. Эллины - Hellenes, самоназвание греков, отсюда имя племени Гелоны.
  
   Цитата из Медведев А.П. ГЕЛОН ГЕРОДОТА:
   Учитывая, что Геродот не менее чем в 8-10 раз преувеличил реальные размеры Вавилона, город Гелон был также намного меньше...
   По смыслу сообщения Геродота, Гелон находился в Левобережье Танаиса, к северу или к северо-востоку от 'земли савроматов'. Гелоны явно отличаются от скифов: 'У них (у скифов) не принято воздвигать ни изображений, ни алтарей, ни храмов никому из богов, кроме Ареса'. Еще более разительно различались эти этносы по отношению к культу Диониса: если гелоны ему поклонялись, то скифы убили своего царя-отступника Скила, совершившего обряд посвящения этому божеству. В другом месте историк замечает, что и у персов не в обычае воздвигать храмы, статуи, алтари. На этом фоне наличие эллинской культовой триады в Гелоне, не говоря уж о регулярных вакхических обрядах, может быть понято однозначно - с точки зрения Геродота, в этом сакральном центре проживали потомки эллинов. Имя Гелон было распространено у греков, поэтому велика вероятность, что настоящее название города звучало несколько иначе. Да и приверженность гелонцев греческой обрядности также может быть придумана автором из указанного сходства...
   'Сопоставление геродотова 'образа Гелона' и современных археологических данных о Бельском городище скорее заставляет усомниться в их тождестве, чем признать последнее'.
  
   Из Геродота:
   123. Проникнув в землю будинов, персы нашли там город, окруженный деревянной стеной. Будины бежали, город опустел и персы предали его огню. После этого персы продолжали следовать все дальше за отступающим противником, пока, пройдя через эту страну, не достигли пустыни. Пустыня эта совершенно необитаема, расположена она севернее страны будинов и тянется в длину на семь дней пути. Севернее этой пустыни живут фиссагеты. Из их земли текут четыре большие реки через область меотов и впадают в так называемое озеро Меотиду. Названия этих рек: Лик, Оар, Танаис и Сиргис.
   124. Дойдя до пустыни, Дарий с войском остановился станом на реке Оаре. Затем царь приказал построить восемь больших укреплений на равном расстоянии - около 60 стадий друг от друга. Остатки этих укреплений сохранились еще до нашего времени. Пока царь занимался этим сооружением, преследуемые им скифы обошли его с севера и возвратились в Скифию... (далее описана партизанская война и отступление персов).
  
   Комментарий. Дарий наступая с запада, сначала форсировал Босфор, затем переправился через Дунай, Днепр и Дон. То есть, масштабы похода позволяют полагать значительное продвижение его войска вглубь страны скифов вплоть до Волги. Из описания можно видеть, что будины жили довольно далеко от Причерноморских степей, в северо-восточных лесных краях. Их иногда отождествляют с Городецкой культурой (верхннее Волго-Донье), а соседних с ней фиссагетов - с Ананьинской (Волго-Камской).
    []
   Но есть и другое мнение, будины - это ананьинцы, представители крупной культурно-исторической общности 1 тыс. до н. э., включавшей в себя несколько близких между собой народов-племен. Именно у них были известны города с древо-земляными стенами.
    []
   Карта находок киммерийских (скифских) мечей и кинжалов. Под цифрой III Волго-Камье: 1 - Ананьино; 2 -Билярск; 3 - Новомордово; 4 - Полянское; 5 - Старое Ахмылово; 6 - Татарский Вурнашев.
   "В этих кинжалах никак нельзя видеть импорт с Кавказа, как считают некоторые исследователи, а исключительно продукцию местных ремесленников, подвергших киммерийские образцы значительной переработке. Эти широкие кинжалы с широкими плоскими рукоятями не находят себе точных аналогий не только в степи, но и на Северном Кавказе. В Волго-Камье в результате эволюции, некоторые звенья которой нам еще не известны, создается своя, ананьинская локальная группа кинжалов".
  http://historylib.org/historybooks/Terenozhkin-A-I_Kimmeriytsy/9
    []
   Ананьинская культура 2: 1 - каменная псевдоантропоморфная намогильная плита с изображением боевого топора и кинжала; 2 - бронзовый пояс с бляхами-подвесками и каменным оселком (реконструкция); 3, 4 - железный и бронзовый наконечники копий; 5, 6, 8 - бронзовые наконечники стрел; 7 - железный наконечник стрелы; 9 - костяной наконечник стрелы; 10 - бронзовый топор-'кельт'; 11 - биметаллический кинжал; 12 - бронзовый клевец с зооморфным обушком; 13 - железный кинжал; 14 - керамический сосуд; 15 - бронзовый браслет; 16 - бронзовая секира с зооморфными втулкой и обушком (парадная, для сопровождения вождя, Вятка); 17 - бронзовая уздечная бляха в виде свернувшегося хищника.
   На сегодняшний день на территории Прикамья известно более 100 ананьинских городищ. Для вятского локального варианта основным будет тип IА1D (мысовое треугольное с курганообразным валом и дугообразным рвом с напольной стороны). Городища и селища Ананьинской культуры располагаются в основном вдоль берегов крупных рек (Волга, Кама, Белая и Вятка) и их притоков. Городища часто группировались и окружались селищами, что внешне могло выглядеть как один большой город. Курганообразный вал - остаток большой сторожевой башни, нечто вроде донжона, защищавшего городок со стороны поля. Вероятно, башня стояла на искусственной насыпи, при этом нижний этаж ее мог быть заполнен землей. С этой башни при нападении вели огонь, а в случае прорыва ограждения, в ней собирались обитатели данного поселения. Типичные размеры таких городищ: вытянутая мысовидная площадка длиной около 100м и шириной со стороны поля 30-40м, вал размером 30х30 м высотой до 4 м, дуговидный ров (в полукруг вала) глубиной до 1,5 м., на оконечности мыса культурный слой до 70 см.
    []
   Городок Вятских анаьинцев.
  
   А теперь самое удивительное. Подобные городки встречаются в других местностях Европы. И прежде всего, в качестве семейных замков рыцарей Нормандии, выходцев из знати викингов.
    []
   Замок Motte представлял собой насыпной холм из земли. Высота насыпи в большинстве случаев не превышала 5 метров. Холм был круглый или приближенный к квадрату. На вершине возводилась деревянная, а позднее каменная, оборонительная башня, окруженная палисадом (Е. Х. - интересно, что слово палисад употребляется на Вятке для обозначения изгороди). Вокруг холма шёл заполненный водой или сухой ров, из земли которого и формировали насыпь.
   Итак, на Вятке за 1000 лет до эпохи викингов-норманов уже существовали аналогичные во многом поселения замкового типа. Можно предположить, что в них в центре ареала Ананьинской культуры (между Волгой и Камой) в родовых замках жила военная верхушка ананьинцев - племя гелонов. Можно уточнить конструкцию Вятского варианта замка. Учитывая, что здесь городки устраивались на продолговатом береговом мысу окруженном с двух сторон крутыми склонами широких и глубоких оврагов, перекидной мост через которые сделать затруднительно, вход в замок мог быть со стороны пристани на берегу реки (подобное встречалось у норманов), или через относительно неширокий копанный ров со стороны поля. Башня-донжон в ту пору могла выполнять роль наблюдательной вышки, здесь постоянно находился небольшой караул. С неё также удобно было вести обстрел из луков прилегающей местности. Она также могла быть убежищем в случае штурма.
    []
   Известные города греков в Причерноморье Пантикапей и Илурат расположены на береговых холмах с крутыми склонами и площадью крепости Акрополя не менее 3 га. Поэтому и на севере в стране Будинов нужно искать похожее место. Город Гелон - столица ананьинцев - мог располагаться на Елабужском городище, здесь есть свидетельства города той поры. После нападения Дария он был заброшен, а население из разоренных областей перебралось на среднюю Вятку (всё сказанное подтверждается археологией). Само имя Ела-буга в первой части напоминает Гелон, от самоназвания греков - эллины. Невдалеке от Елабуги знаменитый Ананьинский могильник.
   Погребальный обряд ананьинцев характеризуется, как кремацией (трупосожжение), так ингумацией (трупоположение). "Особой чертой ананьинских могильников становятся захоронения в 'домиках мёртвых' - деревянных срубных конструкциях, имитирующих дом, который возводился над могилой или несколькими могилами. Захоронения совершались близко к воде и ногами к реке, что указывает на тесную связь воды и представлений о стране мёртвых.
   "Оригинальны могилы VI-V вв. до н.э. под "курганами". В насыпи под самым богатым мужским погребением ("могила вождя") находилась выложенная плитами яма, имевшая вид лодки (около 5,2x2,7x0,9 м). "Ладья" состояла из двойного, а на дне - из тройного ряда плит, нижний из к-рых прилегал к сгнившим доскам. В заполнении ямы и между плитами найдено много угольков, пепла и обожженных косточек - следы заупокойной тризны. Под каменной лодкой находилась прямоугольная могила с отвесными стенками и плоским дном (около 2,6x0,3 м), в к-рой был захоронен мужчина с богатым сопровождающим инвентарем (серебряные и бронз. украшения, бронз. секира-клевец, жел. наконечник копья, нож, каменный оселок, кремневые наконечники стрел, берестяные "футляры" и т.д. и заупокойной пищей (глиняный сосуд, кость быка). Здесь же лежали обломки каменных плит, в т.ч. одна с орнаментом. Дно могилы было покрыто тонким слоем пепла и угля..."
   http://www.ihist.uran.ru/_ency-show-59
   Данное описание очень напоминает захоронения знатных русов эпохи викингов, но совершены они на 1000 с лишним лет раньше. Нужно особо подчеркнуть, что наблюдается полная историко-культурная преемственность населения Вятского региона на протяжении не менее 3 тысяч лет. Видимых археологических разрывов между разными вятскими культурами нет. Можно говорить о непрерывном проживании людей на данной территории. Смена материальных культур происходила за счет внешнего влияния, так как обитатели Вятки никогда не замыкались, поддерживали торговые и человеческие связи с соседними и отдаленными регионами. Приток новых лиц и идей приводили к видоизменениям, но сохранялся и древний пласт культур и их носители. Будины (вотины) - это предки вятских поселенцев северо-азиатского происхождения (удмуртов), а гелоны - хлыны, европейского греческого происхождения, предки вятских русов. Жили они в соседстве на берегах реки Вятки, которая издревле имела двойное название: Холун и Ватка.
  
   О происхождении гелонов можно сказать следующее. Геродот приводит такой рассказ о скифах:
   "Следуя за киммерийцами, они проникли в Азию и сокрушили державу мидян. Когда затем после 28 летнего отсутствия спустя столько времени скифы возвратились в свою страну, их ждало бедствие, не меньшее, чем война с мидянами: они встретили там сильное вражеское войско. Ведь жены скифов вследствие долгого отсутствия мужей вступили в связь с рабами... От этих то рабов и жен скифов выросло молодое поколение. Узнав свое происхождение, юноши стали противиться скифам, когда те возвратились из Мидии. Прежде всего, они оградили свою землю, выкопав широкий ров от Таврийских гор до самой широкой части Меотийского озера. Когда затем скифы пытались переправиться через озеро, молодые рабы, выступив им навстречу, начали с ними борьбу. Произошло много сражений, но скифы никак не могли одолеть противников; тогда один из них сказал так: 'Что это мы делаем, скифские воины? Мы боремся с нашими собственными рабами! Ведь когда они убивают нас, мы слабеем; если же мы перебьем их, то впредь у нас будет меньше рабов. По-этому, как мне думается, нужно оставить копья и луки, пусть каждый со своим кнутом пойдет на них. Ведь пока они видели нас вооруженными, они считали себя равными нам, т.е. свободнорожденными. Если же они увидят нас с кнутом вместо оружия, то поймут, что они наши рабы, и, признав это, уже не дерзнут противиться'... Услышав эти слова, скифы тотчас последовали его совету. Рабы же, устрашенные этим, забыли о битвах и бежали".
   Это сообщение перекликается со "Сказанием о вятчанах":
   "В лето 6682-е (1174) в Великом Новеграде бысть великий князь Ярослав сын Владимеров. И посла боляр своих и воевод со многими силами из Новаграда под град Корсунь. Они же быша тамо под градом и стояша семь лет. Жены ж их ждаша мужей своих в Новеграде многое время и недождя, чающе их побитых, и начаша жити за немощь естественную болярыни и княгини и служилых людей жены совокупишася с холопи своими, а простии також с чюжими мужи. И по окончании семи лет приидоша вестницы в Новъград, что идет все воинское во свояси. Жены же их и дщеры слышаша приход их и убояшася и с теми своими рачители из Новаграда бегуяшася и приидоша на реку великую глаголемую Каму и поставиша подле град и нарекоша имя ему...".
   По некоторым признакам, речь идет о Елабужском городище. Дальше беглые рабы перебираются на Вятку (отождествление их с новгородцами вызвано политическими соображениями времён написания сказания). То есть, косвенно подтверждается переселение с Причерноморья на Вятку скифских восставших рабов, которые могли быть греческого (европейского) происхождения (Геродот называет таковыми гелонов). На территорию ананьинской культуры найдены: зеркала 'ольвийского типа', гемма древнегреческой работы (Пижемское городище), статуэтка древнеегипетского бога Амона (около Перми).
  
   Продолжение см. на этом же сайте.
  
  
  
Оценка: 8.00*3  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  Эль`Рау "И точка" (Киберпанк) | | Б.Толорайя "Чума" (ЛитРПГ) | | М.Иван "Пивной Барон 2: Староста" (ЛитРПГ) | | А.Каменистый "S - T - I - K - S. Цвет ее глаз" (Постапокалипсис) | | А.Каменистый "S-T-I-K-S Шесть дней свободы" (Постапокалипсис) | | A.Opsokopolos "В ярости (в шоке-2)" (ЛитРПГ) | | В.Соколов "Мажор 3: Милосердие спецназа" (Боевик) | | Ю.Королёва "Эйдос непокорённый" (Научная фантастика) | | Е.Флат "Невеста на одну ночь" (Любовное фэнтези) | | Е.Боровикова "Подобие жизни" (Киберпанк) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "То,что делает меня" И.Шевченко "Осторожно,женское фэнтези!" С.Лысак "Характерник" Д.Смекалин "Лишний на Земле лишних" С.Давыдов "Один из Рода" В.Неклюдов "Дорогами миров" С.Бакшеев "Формула убийства" Т.Сотер "Птица в клетке" Б.Кригер "В бездне"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"