# Глава19. Друзья, враги и реактивный истребитель

Аноним Fortysixtyfour

## Глава 19


Друзья, враги и реактивный истребитель


Табита лежала на аккуратно заправленной постели в своей крохотной комнатушке и безучастно смотрела в потолок; копна рыжих волос разметалась по подушке. Из-за пропущенного ужина слегка кружилась голова, рука глухо ныла, а от таблетки кодеина сознание затягивал туман. Однако ее беспокоило другое: она чувствовала себя совершенно потерянной, подавленной и утратившей цель.

Эшли Тейлор. Как она ни старалась, ей не удавалось воскресить в памяти лицо, которое относилось к этому имени - честно говоря, она его и не вспомнила бы, не напомни ей отец. Девочка была подругой раннего детства, и спустя сорок с лишним лет о ней осталось лишь смутное воспоминание. Наверное, она должна учиться в... пятом или шестом классе?

Несчастный случай с батутом приключился более сорока лет назад, но она сомневалась, что может списать провал в памяти исключительно на время.

Скорее всего, я просто не хотела о нем думать, решила Табита, подняв свежую гипсовую повязку, и выпрямила руку, стараясь найти положение, поддержка которого требовала бы минимума усилий. Повязка была неудобной и тяжелой, но, если держать ее в приподнятом состоянии, пульсация в руке становилась вроде меньше. Несколько последних часов у нее создавалось ощущение, что кисть и запястье так распухли, что распирают гипс.

Мне было стыдно, поэтому я старалась никогда об этом не думать, безучастно смотрела на гипс Табита. В конце концов, с годами я действительно начала забывать, терять мелкие детали. Но в глубине души я знала. Я молчала, когда подругу третировали, потому что боялась за себя - и как бы я ни выбрасывала это из головы, оно всегда было там, глубоко внутри. Определяя мою жизнь.

Как писательница, она не могла не знать недостатки характера - но применить это знание к себе как личности? Это работа консультанта, терапевта, может быть, психолога. К этому времени она знала, что на протяжении всей жизни люди будут делать все, чтобы не замечать собственные недостатки. Так легче оправдывать себя как жертву или проецировать свои недостатки на других, чтобы упрямо стоять на своем или придумывать себе множество оправданий.

- Табита? - негромко позвала из-за двери миссис Мур. - Тебе звонит одна из твоих подруг, Елена? Сможешь сейчас с ней говорить?

- Да, мама, - Табита бережно опустила руку и перевернулась, чтобы сесть, перебросив ноги через край кровати. - Спасибо, я сейчас с ней поговорю.

Дверь открылась, и внутрь зашла мать с телефоном. Грузная женщина с грустным, почти робким выражением протянула дочери беспроводную трубку. Казалось, она не могла не смотреть на бледно-голубой гипс Табиты, и девочке почувствовала необъяснимое желание его спрятать или как-то прикрыть.

- Ты... снова говоришь, как тогда, - сказала миссис Мур.

- Знаю, - Табита с досадой прикрыла глаза и глубоко вздохнула. - Прости. Просто это помогает отстраниться. Знаю, это глупо, но прямо сейчас я не хочу находиться в реальности. У меня нет сил, я-а просто... не в состоянии.

- Хорошо, - кивнула миссис Мур. - Это если тебе вдруг захочется поговорить. О чем угодно.

- Спасибо, мама. - Табита посмотрела, как мать осторожно закрыла дверь спальни, медленно наклонилась вперед, ставя локти на колени, и прижала телефон к уху. - Алло?

- Привет, Табита? Это Елена, - сказала ее подруга. - Прости, я нашла твой номер в телефонной книге. Только что узнала о том, что случилось, от Кэрри. Ты в порядке? Что произошло на самом деле?

Я в порядке, чуть не сказала Табита, но у нее снова перехватило горло, а глаза наполнились слезами. Она не совсем понимала, почему ее первым побуждением было солгать, или почему ей хотелось спрятать гипс от взглядов матери. В конце концов, уязвимость, которую она сейчас ощущала, не имела с травмой ничего общего.

- Я - Табита прерывисто вздохнула - не в порядке. Совсем. Хотя пытаюсь. Я... я собираюсь во всем разобраться.

- Табита, я... думаю, это может быть моей виной, - выпалила Елена. - Что это ответная реакция. Вчера и сегодня я обсуждала это с несколькими людьми - все говорили о тебе плохо, и всё было совершенно надуманным бредом. Я ввязалась в несколько споров, защищала тебя, но... Не думала, что они когда-либо зайдут так далеко! Табита, мне так жаль! Все, что происходит, что они делают, это просто полностью, совершенно за гранью!

- Ты ни в чем не виновата, - Табита почувствовала, что улыбается. Елена за меня вступилась? Воспринимается... странно, нереально и даже удивительно. Не думаю, что когда-либо на моей стороне была такая девушка, как Елена.

- Ты вообще знаешь Криса Томпсона? - спросила Елена.

- До сегодняшнего дня я о нем даже не слышала, - ответила Табита. - Я его даже не видела. Всё было так неожиданно.

- Хорошо. Так вот, он, вроде как, звезда Спрингтона, полузащитник, - уточнила Елена. - Что ты знаешь о футболе?

- Э-э, - Табита поморщилась. - Я смотрю Суперкубок только ради рекламы.

- Думаю, тебе в любом случае не нужно ничего знать, - сказала Елена. - Полный отморозок. Мама говорит, если вы решите привлечь его к ответственности, то полностью лишите его шансов получать футбольную стипендию.

- Я... - Табита замерла, чтобы собраться с мыслями. - Сразу же возникло желание отомстить, но ей, чтобы действовать, нужно было успокоиться. - Я еще не знаю, чего хочу. И как поступят родители. Думаю, что... хочу просто с ним поговорить. Чтобы понять, разобраться - почему.

- По крайней мере, похоже, я наконец выяснила, кто стоит за всеми слухами в школе, - ответила Елена.

- Бритни и Эрика Тейлор? - поникнув, предположила Табита. Мне придется придумать, как с ними справиться.

- Ага, - удивленно согласилась Елена, - откуда ты узнала? Ты их знаешь?

- Помнишь, в Лорел, в самом конце учебного года? - вздохнула Табита. - У меня было сотрясение мозга. Это они - кто-то из них меня толкнул, не знаю точно, кто. Трещина в черепе и серьезное сотрясение мозга.

- Ни хрена себе! - присвистнула Елена, а затем ее голос зазвучал глуше, словно она отвернулась от телефонной трубки. - Нет, мама, я не буду следить за своим языком! Табита говорит, что те же самые девочки довели ее до больницы еще в средней школе! Да, девочки Тейлор.

- Извини, - произнесла Елена прежним голосом. - Табита, как ты? Насколько все плохо?

- Мне сказали, от трех до пяти месяцев, - ответила Табита, ссутулившись еще сильнее, почти что обняв колени. - М-м, это глупо, но я... вроде как боюсь есть. Не думаю, что какое-то время смогу нормально готовить, бегать, выполнять упражнения или... по сути любые серьезные занятия. Даже с анальгетиками. Я совсем не хочу становиться такой, какой была раньше.

- Мы во всем разберемся, - пообещала Елена. - Одну секунду.

- Мы? удивилась Табита. Мгновением позже она услышала, что Елена повторила ее слова от трех до пяти месяцев и начала пересказывать кое-что из услышанного, предположительно для миссис Зилбо. Было что-то невероятно трогательное в том, что подруга отнеслась к ее проблемам как к своим собственным, и что она, не задумываясь, немедленно взялась их решать.

***

- Как она? - потребовала миссис Уильямс, разгневанно пересекая гостиную.

Стоило полицейскому Уильямсу припарковать патрульный крайслер и войти через главный вход, как его незамедлительно осадила весьма злопамятная хозяйка, и он не мог не испустить глубокого вздоха. На службе за день и так умотаешься....

- С ней все будет в порядке, - Уильямс постарался ее успокоить. - Просто походит пару месяцев с гипсом.

Пока он шел через их со вкусом обставленный холл в уютную гостиную, она следовала за ним. Обстановка их пригородного дома была зоной ожесточенных конфликтов и вынужденных компромиссов, где дело касалось их вкусов - он предпочитал комфорт и роскошь, в то время как она категорически стояла за непременный деревенский винтажный стиль. Он нес ответственность за мягкое кресло и диван, как и за огромный проекционный телевизор. Она же полностью покрыла стены всевозможным декоративным антиквариатом и заменила остальную их мебель тем, что он в шутку считал музейными экспонатами, потому что на них полагалось только смотреть, но никак не трогать.

- Ну и? - Карен Уильямс все еще выглядела совершенно разъяренной.

Уильямс увидел сына Мэтью, неловко сидящего на краю дивана, но парень определенно не просто отдыхал после школы - судя по всему, он находился в затруднительном положении, словно жена с пристрастием допрашивала бедного мальчика с той самой секунды, как только он пришел из школы.

- Она крепкий орешек, - буркнул он. - Сломала косточку в кисти, повредила запястье, и после была совершенно спокойна и в состоянии объяснить, что, по ее мнению, произошло.

- Сломала руку, - повторила жена, стиснув зубы, когда услышала список травм девочки. - И повредила запястье?

Жене от природы было свойственно жизнерадостное настроение, которое всех вокруг успокаивало, но когда ее что-то выводило из себя, то она так свирепела, что хотелось оказаться от нее подальше.

- Кто кому сломал руку? - спросила Ханна, выглянув из-за угла коридора в своей пижаме с рисунками из "ох-уж-этих-деток".

- Ханна, милая, сейчас же ложись спать, - строго сказала ей миссис Уильямс. - Мама Уильямс сейчас сердится, и я не хочу, чтобы ты видела меня, когда я злюсь. Беги скорее, я через минутку пришлю Мэтью тебя укладывать.

- Ладно, - заморгала Ханна. - Простите.

- Ну, - продолжила миссис Уильямс, только убедившись, что их подопечная убежала по коридору назад в гостевую комнату. - Что говорит Табита?

- Она сказала, что ей было... что-то вроде того, что все это... заставило ее чувствовать себя некомфортно? Не по себе? - припомнил мистер Уильямс. Черт, наверное, следовало все записать.

- Не по себе? - миссис Уильямс сверкнула глазами. - Что это значит?

- Что-то подобное произошло в этом году раньше, так что она считает, что за всем могут стоять те же самые девочки, - признался Уильямс, помахав блокнотом. - Я записал все детали.

- Это случалось раньше? Дай мне его, - она выхватила блокнот из его рук и холодно взглянула на сына. - Девочки, что за девочки?

- Ну, дело в том... Табита сказала, что никогда даже не видела того парня, который ее толкнул, - объяснил мистер Уильямс.

- О каких девочках идет речь? - спросила Карен, окинув мрачным взглядом его каракули. - Что за история с недостойным поведением ученика и учителя?

- Она утверждает, что кто-то в школе распространял слухи о ее связи с одним из учителей.

- Это правда, - осмелился заговорить Мэтью. - Насчет распространения слухов, я имею в виду; на самом деле она ничего не делала. Все говорили, что у нее шашни с мистером Симмонсом и ее отметки завышены, деканам пришлось провести расследование.

- Что за жуткие вещи ты говоришь, - продолжая читать, хмурилась миссис Уильямс. - Ты не мог писать полными предложениями? Кто такие Эрика и Бритни Тейлор? Это они стоят за всей историей?

- Э-э, Эрика Тейлор - одна из моих приятельниц, - с виноватым видом произнес Мэтью. - Она придет на вечеринку в честь Хэллоуина..

- Это мы еще посмотрим, - холодно сказала Карен Уильямс, наставив палец на сына. - Парень, с этого момента ты заботишься, чтобы с Табитой больше ничего не случилось. Меня не волнует, кто что говорит и как ты в это влип - я хочу, чтобы в школе сплетни о Табите прекратились. Сейчас же. Я понятно объясняю? Я вечером звоню по этому вопросу миссис Крибб из школьного совета.

- Э-э, - Мэтью поморщился. - Не знаю, с чего это началось, но все они еще говорили... что Табита на самом деле никак не помогала спасти мистера Макинтайра. Что, когда подъехал фургон с журналистами, она просто все выдумала, чтобы приписать себе все заслуги.

- Что ты сейчас сказал? - Уильямс медленно повернулся к сыну.

***

- Доброе утро, милая, - сказал мистер Мур, глядя на обширный пустырь за их трейлером. - Что ты тут делаешь в такую рань?

- Пытаюсь собрать F-22. - решительно ответила Табита, вытирая об юбку измазанные машинным маслом руки и осматривая свалку. Повсюду громоздились кучи списанных узлов авиационной военной техники, а перед ней на шлакоблоках стояло полусобранное шасси реактивного истребителя, которое требовалась еще дорабатывать и дорабатывать.

- Создан на основе Локхид Мартин F-22 Раптор. Двухмоторный всепогодный тактический истребитель-невидимка пятого поколения.

- F-22, да? - усмехнулся отец. - Еще одна из тех будущих штучек? Что мы будем с ней делать, когда она у нас появится?

- Нет, это не для нас, - нахмурилась Табита, на мгновение в замешательстве оглядывая двор. Что-то... не так? Что-то было не так, но что именно, она никак не могла понять. Как долго она собирала старые детали реактивных двигателей, что даже заполнила огромный пустырь рядом с их кустарной механической мастерской?

- Я надеюсь, что, если все пойдет хорошо... может, мы... сможем получить государственный контракт? - продолжила Табита, щурясь на царящий повсюду беспорядок. Видимо, показалось? - Тогда тебе больше не придется беспокоиться о деньгах.

- Хорошо, постарайся слишком громко не шуметь, - попросил мистер Мур, качая головой. - Ты же знаешь, что мы гордимся тобой, что бы ты ни делала, солнышко.

- Думаю, что позже мне, возможно, придется запустить плавильную печь, чтобы опробовать новую партию сплавов, если ты не против, - сообщила Табита, снова изучая на своем браслетном компьютере схемы F-22. Она точно не помнила, для чего в будущем сохранила документы, но они пришлись очень кстати.

- Крикни мне, когда соберешься, я выйду и помогу тебе, - кивнул папа. Ему все еще было не по себе от того, что она сама занимается литьем раскаленных металлов, хотя ей было уже почти четырнадцать. - О, пока не забыл, тебе письмо от Джулии. Держи, золотко.

- Джулия! - воскликнула Табита; получив сообщение и открыв его, она сразу ожила. С браслета в воздух спроецировался зеленовато-голубой текст-голограмма. Я скучала по ней! Как она вообще узнала, где я? И в каком времени?

Увидев письмо, она радостно улыбнулась - Джулия написала ей так много! Убористые абзацы всплывали в воздух, как вступительные строки в первом фильме "Звездных Войн", и простой факт, что она снова получила весточку от подруги, наполнил ее радостью. Почему они так долго не общались?

Хотя... я совсем не могу его читать? Улыбка Табиты дрогнула, когда она вгляделась в прямоугольники текста. Ей прямо сейчас хотелось узнать, что хотела сказать Джулия, но, как ни старалась, она не могла сосредоточиться на словах - все, что получалось, был общий смысл того, что хотела сказать Джулия. Что-то насчет того, чтобы навестить ее здесь, в 1998? Так... огорчительно! Там все хорошо! Я хочу прочитать каждую мелочь, о которой она говорит!

- Папа, я хочу прочитать, но не могу, - вздохнула в замешательстве Табита. - Папа?

Мистер Мур исчез.

- Папа? - Табита оставила свалку и взбежала по выбеленным солнцем деревянным ступенькам заднего крыльца, чтобы его найти. - Папа, я не могу его прочитать...

Пока она искала отца, в глубине сознания росло ощущение неправильности происходящего - но не настолько сильное, чтобы она вспомнила, что заднее крыльцо принадлежало дому, в котором она жила после тридцати лет. В гостиной трейлера она обнаружила тучную мать, сидящую на обычном месте на диване. Она была огромной и располневшей, слишком толстой, чтобы стоять на ногах, ее волосы выцвели, в них появилась седина.

- Мама? - Табита моргнула. - Где папа?

- Рак, - досадливо нахмурилась миссис Мур. - Рак, Табита. Его нет. Разве ты не должна была на этот раз это исправить? Зачем он вообще тебе понадобился?

- Верно, - Табита, вспомнив, медленно кивнула. - Рак, опухоль мозга. Прости. Хотя я не... я не думала, что он появится так рано... когда?

Миссис Мур фыркнула.

- Что ж, позаботься об этом в следующий раз, и меня не волнует, что тебе для этого придется просидеть за столом всю чертову ночь, если потребуется. Слышишь меня? Табита Энн Мур, еще раз повторять я не буду.

- Да, мама, - Табита повесила голову. Просто произнеся эти слова, она снова почувствовала себя некрасивой, толстой и беззащитной, маленькой и беспомощной тринадцатилетней девочкой. - Просто... моя подруга Джулия собиралась меня навестить. Я, э-э, хотела ее встретить, когда она приедет.

- Хмм, - миссис Мур усмехнулась. - Ты никуда не пойдешь, пока не уберешь там этот богомерзкий беспорядок, или об этом узнает твой отец. Давай, приступай.

- Да, мама, - Табита повернулась, чтобы выбежать обратно из... обратно откуда?

В их трейлере был только главный вход, сбоку. У них не было ничего похожего на заднее крыльцо. Смущенная и растерянная, она сбежала по ступенькам и направилась к задней части трейлера. Там, на нескольких футах невзрачной территории между их крошечным сарайчиком и соседним трейлером на лоскутке в несколько футов были только трава и бурьян.

Полагаю, это сойдет за уборку? - решила Табита, окинув всё виноватым взглядом, не в силах понять, что вокруг не так. Нужно ехать в больницу и убедиться, что Джулия благополучно прошла МРТ!

До Луисвилля было далеко, и Табита знала, что что-то определенно не так. К счастью, ее старенькая потрепанная Хонда Пилот 2022 года стояла там, где она ее оставила после смерти родителей, и кто-то даже заправил ей бак. Улицы и перекрестки проносились мимо нее как в тумане, а она ехала все дальше и дальше, казалось, целую вечность, и это неотступное ощущение неправильности в глубине души заставляло ее с тревогой сжимать руль старыми обветренными руками.

По ее ощущениям становилось все более важно увидеть Джулию немедленно, несмотря ни на что, потому что что-то было не так. Появилось предчувствие, что, если она не поторопится, шанса увидеть подругу у нее больше не будет. Табита толком не помнила, как приехала и припарковалась, но в какой-то момент в конце концов оказалась в больничном комплексе университета Луисвилля, заблудившись в бесконечном нагромождении неверно обозначенных коридоров, зон ожидания и смотровых кабинетов. Не было времени у кого-то спросить дорогу!

Когда она наконец, наконец-то нашла знакомый кабинет с огромным аппаратом МРТ... было слишком поздно.

- Смотрите, гоблинша наконец-то здесь! - Бритни и Эрика Тейлор, Елена Зилбо и еще две другие недоброжелательницы из средней школы стояли рядом с кабинетом, дожидаясь ее, приветствуя ее появление ехидными улыбками и смехом. Когда из аппарата МРТ с жужжанием выполз выдвижной стол ... он был пуст.

- Г-г-где Джулия? - заикаясь, спросила Табита, чувствуя себя раздавленной.

- Сейчас нигде, - засмеялась Бритни Тейлор. - Похоже, вау! - она еще глупее тебя. Она в девяносто восьмом еще даже не родилась! О чем она думала, когда у нее здесь даже тела еще нет? Тупая. Это значит, что она сейчас просто исчезла, навсегда.

- Нет, она не могла исчезнуть навсегда, - всхлипнула Табита, яростно мотая головой, не соглашаясь, и вцепившись в ее платье. - О-она не могла, не могла!

- Э-э-э, ну, ее нет здесь, в прошлом, а теперь ее не станет и в будущем? - ухмыльнулась Елена. - А чего ты вообще ожидала? Ей все равно нигде нет места - ясен пень, почему она и покончила с собой. Тебе здесь тоже не место.

- Она не могла исчезнуть! - тупо повторила Табита, ощущая, что мир рушится и разлетается на куски.

- Ага, тебе не стоило возвращаться во времени, - рассмеялась Эрика. - Что, считаешь себя особенной? Ты даже не вспомнила, какие акции покупать! Мы вернулись во времени всего на несколько дней, а у нас уже есть акции на шестьсот пятьдесят тысяч долларов.

- Меня в четырнадцать лет назначили советником Белого Дома, - заважничала Елена. - Потому что на протяжении всего времени я отслеживала каждый случай коррупции, до самых мелких. Я для них как господь бог.

- А я только что потрахалась! - захихикала одна из оставшихся девушек, обхватив свои груди руками и тряся ими. - Типа, гляньте, я снова подросток, какого черта, чем еще мне заняться в первую очередь?

- Чем ты занималась, Бочка Табби? - ухмыльнулась Бритни. - Ты ни хрена не сделала. Эй, алло? Это гребаное путешествие во времени. Если ничего не можешь сделать, какого фига ты вообще здесь?

- Ты что, тупая? - вмешалась вторая девушка. - Самолеты Локхид Мартин F-22 появились где-то в девяносто четвертом - такие уже есть, вот. Разработка, которой еще нет - это F-35 Пантера серии 2.

- Я... я... - выкрикнула Табита сквозь слезы, глядя, не веря своим глазам, на пустой смотровой стол. - Окружившие ее девушки плотоядно ухмылялись, предвкушая ее ответ. Что она вообще могла сказать? Одна из девушек захихикала, и Бритни фыркнула и отпихнула ее, на миг переведя взгляд за плечо Табиты, будто...

Табита вздрогнула всем телом, будто ее с силой толкнул сзади какой-то незамеченный человек, и, резко вдохнув, проснулась в темноте своей спальни.

Она задрожала в постели, уткнувшись в подушку, чтобы подавить крик боли. Ее разбудило запястье, а не приснившийся кошмар - ночью в какой-то момент действие кодеина закончилось. Тело пронзила ослепительная боль. Когда она прижала к себе руку, пытаясь удержать ее на месте, чтобы ее не сдвинули судорожные рыдания, детали сна уже начали расплываться.

Я не могу. Я просто не могу. Не могу сразу со всем этим справиться. Джулия. Папа. Как я смогу убедить папу пойти на дорогущий рентген, если у него еще много лет не будет этих головных болей?

***

Крис Томпсон, следуя за отцом в административный офис Спрингтонской школы, слегка усмехнулся. Пятидневное отстранение от занятий должно было послужить наказанием, но он не мог отделаться от чувства удовлетворения. Было трудно не испытывать самодовольство - его "юношеская неосторожность", как выразился его отец, на деле означала, что сегодня ему не придется сидеть на занятиях. Теперь у него перед Хэллоуином была целая неделя отдыха и дуракаваляния, в то время как все остальные студенты, слоняюшиеся по двору, занимались обычными делами.

Даже не за что чувствовать себя виноватым, подумал Крис, запустив руку в коротко стриженые волосы. К черту эту Табиту.

Первое время он относился к Табите довольно двойственно - даже несмотря на все ходившие о ней грязные слухи. Ну и что, что ее называли немного шлюхой? Он не особенно возражал против легкомысленных девушек, а она была очень милой. По его мнению, из них вышла бы отличная пара - она привлекательная первокурсница, о которой все говорят, а он - лучший полузащитник. Высокий, симпатичный, длинноногий, которому, как по волшебству, покорялись ярды футбольного поля.

"Эй, ребята, вы ведь знаете эту Табби?" - спросил он вчера нескольких второкурсниц из своего класса.

"Ага, - нахмурилась одна из них. - Что с ней?"

"Спросите ее, как она ко мне относится? - с усмешкой предложил Крис. - Думаю, мы были бы неплохой парой."

"Пфф, ага-ага, - засмеялась Эрика Тейлор. - Ну, думаю, она определенно о тебе знает..."

"Да?" - встрепенулся Крис.

"Ага, - Эрика придвинулась, переходя на шепот, и ему было трудно не смотреть в вырез ее блузки. - Не хотела ничего говорить и делать из мухи слона, но... я слышала, как она сказала, что ты бегаешь как законченный педик."

"Неправда." - Изобразил недоверие Крис.

"Правда! - вмешалась другая девушка. - Я это тоже слышала. Сможешь доверять такой дряни?"

"Какого хрена?!" - взорвался он. - "Кто, черт возьми, она такая, что собирается так меня обсирать? Бегает как законченный педик? Черт, она меня даже не знает!"

Совершенно огорошенный Крис весь остаток дня пребывал в бешенстве. В самом деле, будь Табита парнем-первокурсником, он без всяких колебаний немедленно выбил бы из нее все дерьмо. Чем больше он об этом думал, тем сильнее его это бесило - я ею реально заинтересовался, а она взамен пыталась обгадить мою репутацию? Мы даже ни разу не разговаривали! Нафиг эту девчонку! Ну, и кто теперь эта маленькая пидорская дрянь, а?

По его мнению, легким толчком - после того, как он заметил ее у автобусной остановки - она еще легко отделалась. После он, разумеется, свалил, надеясь, что удастся уйти безнаказанным... но пара ребят-первокурсников погналась за ним, похоже, из тех чуваков, с которыми, как он слышал, она регулярно перепихивалась. У дураков тоже не было бы ни малейшего шанса его поймать, если бы не его необдуманная попытка вернуться и сесть в свой автобус - когда декан мистер Шоу настиг Криса, того в окружении растущей толпы зрителей уже втянули в драку два засранца-первокурсника.

Потрясающая непруха...

- Доброе утро. Меня зовут Дональд Томпсон, я здесь по вопросу отстранения моего сына от занятий, - сказал отец, переводя суровый взгляд с секретаря на сына-подростка, которого крепко держал за плечо. - Извинение и отстранение на пять дней - это приемлемо. Крис был неправ, и я это с ним уже обсудил. Но вы же не собираетесь за это отстранять его от игр на весь сезон, это просто смешно. У него впереди большое будущее, и школа несет за него ответственность.

- Э-э, - женщина нахмурилась, повернувшись, чтобы взглянуть на Криса. - Мистер Томпсон...

- Я слышал от сына, а также от родителей других учеников, что эта девочка Табита - известный источник проблем, - перебил ее мистер Томпсон. - Думаю, что на деле, вероятно, из мухи раздули слона. Как мне сказали, он ее игриво подтолкнул, а падение было чистой случайностью. Я правильно понял?

- Простите, мистер Томпсон, ничего не могу вам об этом сказать. Этот...

- Вы ничего не можете мне об этом сказать? - раздраженно переспросил мистер Томпсон. Он перегнулся через стойку, пытаясь разглядеть в дальних помещениях кого-то более авторитетного. - Ну да, разумеется нет. Скажите, с кем мне нужно поговорить, чтобы решить этот вопрос?

- С окружным школьным советом, - ответила секретарь. - С отстранением никто ничего не может решить до их собрания в понедельник, сэр. Не сейчас, когда рассматривается гражданский или уголовный иск. Вероятно лучшее, на что вы можете надеяться, это слушание по делу об исключении.

- Уголовное?.. - повысил голос мистер Томпсон. - Слушание об исключении? Черт возьми, это несерьезно. Окружной школьный совет? Уголовный иск? Из-за потасовки на детской площадке - драки детей? Полнейший бред сивой кобылы. О, девочка же с того трейлерного паркинга, верно? Дайте угадать; по-моему, ее родители гонятся за огромной денежной компенсацией за ущерб?

- Нет, сэр, - покачала головой женщина. - Ее отец вчера, конечно, поднимал шум, но сегодня утром пришли два сотрудника спрингтонской полиции и заполнили исковое заявление - оно уже подано в округ.

- Просто смешно, - усмехнулся мистер Томпсон. - После того трюка, который она провернула с тем полицейским? Я бы не удивился, если бы они выдвинули обвинения против нее, независимо от того, малолетняя она или нет. Послушайте, если по какой-то причине мой сын причастен к какому-то судебному процессу или клевете, мне немедленно нужна копия иска.

- Одну минуту, - кивнула женщина, вышла из-за стойки администратора и исчезла в подсобном помещении.

- Я не буду извиняться перед Табитой, она назвала меня педиком, - возмутился Крис. - Боже, а где, черт возьми, ее отстранение?

- Хочешь продолжать играть в футбол - будешь делать, что скажут, - указал мистер Томпсон. В голосе слышался гнев, и он не переставал сжимать сыновье плечо. - Это было чертовской глупо с твоей стороны, Крис, и можешь быть по гланды уверен, что они, скандаля и ругаясь, постараются всё раздуть. Чертовски глупо.

- Вот, - секретарь вернулась, прихватив степлер, чтобы скрепить пару листов за уголок.

Когда женщина передавала распечатку мистеру Томпсону, Крис мельком взглянул на бланк, и написано там было много. К своему ужасу, он увидел, как темнело лицо отца, когда тот читал документ, и сердито переворачивал листок, чтобы прочитать следующую страницу. Смутное беспокойство начало расти, когда отец вернулся к началу и перечитал все с самого начала.

- Крис, - мистер Томпсон хлопнул копией иска по стойке приемной и сгреб сына за воротник. - В какое дерьмо ты вляпался?