Hitech Алекс: другие произведения.

Цена одного слова

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Создай свою аудиокнигу за 3 000 р и заработай на ней
Уровень Шума. Интервью
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Рассказ был написан для конкурса "Сундук чудес", на котором занял девятое место. По условиям конкурса, в рассказе должно произойти чудо с определённой характеристикой; мне досталось организовать матерящееся чудо при помощи ужина на двоих.

Конкурсная работа Алекса Hitech`а для конкурса «Сундук чудес»

В работе, по условиям конкурса, вследствие влияния некоего агента должно произойти чудо, отвечающее некоей характеристике.
Мне достались: агент — ужин на двоих, характеристика чуда — матерящееся.




Цена одного слова

Операционка с издёвкой сообщила о том, что программа попыталась прочитать недоступную ей память и была принудительно остановлена. Васёк запустил программу снова, из соседнего окошка терминала поднял дебаггер, подключился к бегущему процессу, остановил работу и принялся внимательно изучать содержимое регистров процессора. Затем он щёлкнул пальцами, перешёл в редактор кода и впечатал ещё пару строк. В следующий запуск программа отработала без проблем; Васёк вскинул руки и издал победный клич:

— Не, ну ты видел? Всего-то надо было положить адрес возврата в стек!

Вопль победы перешёл в поток ругательств, когда экран компьютера мигнул и показал логотип производителя.

— Не сохранился? – участливо спросил Антон, поднимая крышку с дымящейся кастрюли.

— Сохранился, – махнул рукой Вася, – но это ж BSDя, падение электричества при работающем компе может обрушить файловую систему[1]. За BSDёй без бесперебойника работать — это чистое издевательство, но не линукс же ставить, в самом деле. А кто виноват? Мерзляки, мать их! Понавключают обогревателей, а проводка старая, вот электричество и падает каждые пятнадцать минут. Можно подумать, так уж сложно надеть свитер!

Антон только вздохнул. Вася, как и полагается настоящему хардкорному тру-хакеру, был свитерат и бородат, — Антон так и не нашёл способа ненавязчиво намекнуть ему, насколько дико смотрится куцая бородёнка из трёх с половиной волосков на гладкой физиономии девятнадцатилетнего пацана.

Васёк запустил утилиту проверки целостности файловой системы, после чего развернулся на стуле, оказавшись спиной к компьютеру, а животом — к обеденному столу.

— Что у нас сегодня на ужин?

Антон как раз закончил разворачивать остро пахнущую маринованной рыбой банку:

— Варёная картошка с луком и селёдка в масле.

— Ништяк!!!

— Ещё бы не «ништяк», очередь-то сегодня моя. Это когда ты готовишь, мы можем лечь спать, получив на ужин лишь по пакету чипсов и по чашке кипятка!

Посмеиваясь, Антон выложил на стол вилки. Картошка пахла просто одуряюще. Вася нацелился вилкой на крупный, рассыпчатый клубень:

— Ну, приступим, благословясь?

Свет снова мигнул. Комп, почти закончивший проверку, запищал и вновь показал логотип производителя. Вася произнёс ёмкую, но непечатную тираду о том, что все, кто не обращает внимания на нагрузку на допотопную электрическую сеть общежития и включает электрообогреватели при лёгком снежке и температуре, лишь капельку спустившейся ниже минус двадцати, вместо того, чтобы всего-навсего накинуть на себя ещё один свитер, заслуживают жестокой и мучительной казни путём введения этих самых обогревателей — непременно во включённом состоянии — в непредназначенные для этого отверстия их тел.

Словно обидевшись на высказанное мнение, свет мигнул и пропал окончательно. Вася отреагировал ещё более обсценным монологом, развившем предыдущие выпады в сторону разбазаривателей электроэнергии.

Антон чиркнул спичкой:

— Похоже, нам сегодня предстоит романтический ужин на двоих. Подай свечи.

Компьютерщик споро выставил на стол блюдце с укреплённой в нём толстой свечой. Сам факт того, что свечу не пришлось искать, многое говорил о состоянии электрической сети общаги.

— Тебе-то пофиг, при каком свете зубрить свои nervus ischiadicus, – сетовал Васёк, поджигая от зажжённой свечи ещё одну и прикрывая трепещущее пламя ладонью, – а как мне без электричества домашку делать? Ведь до утра же, небось, не починят…

На фитилях заплясали язычки жёлтого пламени, и студенты принялись за нехитрый ужин, обсуждая плачевное состояние энергетической инфраструктуры здания. Тема была избитая и заезженная, поэтому довольно быстро разговор затих; ребята сосредоточенно жевали при свете свечей, обдумывая планы на остаток вечера. И если планам Антона отсутствие электричества и правда не мешало, то Вася, собиравшийся закончить свою программу, а потом посидеть над драйвером USB-камеры, был донельзя огорчён.

Кусок варёного картофеля, соскользнув с вилки, шлёпнулся под стол. Вася, пыхтя, полез туда же, торопясь собрать раскрошившийся клубень. В царящем под столом полумраке рука наткнулась на пышущую жаром липкую массу, парень от неожиданности дёрнулся и въехал головой в ножку стола. Сырая ДСП, державшаяся на честном слове, сломалась с лёгким хрустом; стол краем столешницы прошёлся по рёбрам и позвоночнику горе-хакера, а затем Вася, холодея, услышал град падающих со стола предметов.

— Свечи, свечи лови! – взвился Антон, хватая стол со своей стороны и пытаясь придать ему хотя бы приблизительно горизонтальное положение. Свеча, покачнувшаяся на самом краю, с ленивой грацией ухнула вниз, покатилась по полу и остановилась, уткнувшись всё ещё горящим фитилём в обрез пыльной книги.

В отличие от ножки стола, книга была сухой и вспыхнула так, как будто её пропитывали бензином. Вася, увидев разгорающееся пламя, вскочил, сбросив с себя искалеченный стол, сорвал с кровати соседа тяжёлое одеяло и принялся шлёпать им весело потрескивавший том. Пламя удалось сбить, Антон тем временем подпёр стол спинкой стула, и вдвоём ребята затоптали начавшийся было пожар.

По комнате плыл сизый дым. Противно воняло палёной шерстью. При свете единственной уцелевшей свечи парни растерянно оглядывали картину разгрома: стол с подломившейся ножкой, усыпанный осколками и остатками еды пол, полусгоревшую книгу, залитую парафином из растаявшей свечки, опалённое одеяло, полупрозрачную девушку в откровенном платье…

Ребята синхронно протёрли глаза. Девушка никуда не исчезла; выпустив из лопаток пару тонких крыльев, она неторопливо облетала комнату, с любопытством разглядывая интерьер. Ростом полупрозрачная серебристая особа была не больше четверти метра, но пропорции точёной фигуры однозначно и безапелляционно свидетельствовали: она уже не ребёнок.

— Шерсть, – сдавленно произнёс Антон. – Химическая пропитка для устойчивости против моли. Огонь её испарил, а мы надышались. Надо открыть окно, иначе вдобавок к серебристым девчонкам появятся розовые собаки и фиолетовые крокодилы, а я с ними ещё в прошлый раз поссорился.

— Миленькое оформление, – произнесла девушка, облетая вокруг люстры. – Немного крикливо, но самобытно. Особенно вот эти осколки керамики на полу, они придают помещению нотку брутальности. Ваш дизайн?

— Дым, – хрипло ответил Вася. – Он закручивается вокруг её крыльев. Дыму абсолютно наплевать на крылья глюков, я точно знаю. Значит, она не глюк.

— Ты её тоже видишь?!

— Мальчики, вы бы хоть представились для начала.

— Вижу, конечно.

— Этого не может быть. Она полупрозрачная! Я отчётливо вижу сквозь неё свою кровать!..

— Ну маль-чи-ки…

— Давай, хотя бы предположим, что она реальна? А открыть окно и выстудить комнату мы всегда успеем. Девушка, здравствуйте. Меня зовут Вася, это Антон. А кто вы?..

— Наконец-то! Я Виолетта, ваша Крея Firstная.

Два непонимающих взгляда уставились на полупрозрачную фигурку.

— Ой, ну непонятливые… Помните, были такие — феи-крёстные? Появлялись из ниоткуда и помогали замухрышкам клеить мажоров при помощи взятых в кредит платьев, карет и хрустальных берцев? Вот и я из того же департамента.

— Мне на секунду послышалось…

— По-вашему, мы должны были пользоваться методами, которые были античными ещё во времена братьев Гримм?! Обсчёт заданий у нас, элиты отдела исполнения желаний, между прочим, выполняется на суперкомпьютере Cray XC-50! Поэтому «Крея». А Firstная — это уровень обслуживания. Знаете, нас уже очень давно не вызывали по первому разряду, как полагается, — со свечами, с жертвой, с благовониями, с формулой вызова на латыни… Это так мило с вашей стороны!..

Антон поднял частично сгоревшую книгу и открыл форзац, заляпанный брызгами разлетавшейся еды. На пятнистой, частично обугленной странице ещё можно было прочесть название: «Учебник латинского языка для студентов-медиков и врачей», С. А. Бельский, издание 1930 года. Видимо, сгорающие слова из старой книги случайно выстроились в формулу призыва, а сгоревшие в пламени брызги еды в самом деле можно было принять за маленькое всесожжение. Что касается благовоний, то воздух всё ещё не очистился от запаха палёной шерсти.

— Мне кажется, это недоразумение, – произнёс Антон, закрывая обгоревший томик. – У нас и в мыслях не было вызывать какую-либо потустороннюю сущность. Мы просто ели, у Васи упала картофелина, он сломал стол, свеча упала на книжку, и прибыли вы.

— Ну что ж, – Виолетта зависла перед лицами парней, – Если так, то вам придётся заплатить за ложный вызов.

— Кредитки принимаете? – Антон твёрдо решил ничему не удивляться.

— Наше же изобретение?! Нет, конечно, – Виолетта нахмурилась и покачала пальцем. – Мы берём оплату только душами.

— Душами?! – Вася потряс головой, пытаясь избавиться от возникшей мысли. – Но…

— Ты всё правильно понял, красавчик, – фея подлетела к нему, зависла прямо напротив лица и принялась играть ножкой с куцей бородкой компьютерщика. – Я сотворю для вас чудо, исполню одно ваше желание. А вы отдаёте мне души. Это единственная валюта, которая имеет для нас смысл, ведь отдел фей-крёстных — это элитные мерчандайзеры Ада.

У ребят синхронно отвисли челюсти.

— Я не верю в ад, – отмахнулся Антон. – Если верить в души и в ад, то придётся поверить и в рай, и в их создателя, который должен быть и нашим Создателем. Но я медик, я точно знаю, что человеческое тело устроено неэффективно. Всемогущий и Всеведущий Создатель мог бы сделать нас лучше. Вот взять хотя бы отсутствие бакулюма, — у большинства млекопитающих есть, а у нас нет!..

— Не верь, – пожала плечами Крея Firstная. – Тогда просто заплати мне за ложный вызов собственной душой, и разойдёмся миром. У тебя ведь не возникнет проблем отдать то, что ты считаешь несуществующим?

— Спокойно, – предостерёг соседа по комнате Вася. – А если мы решим воспользоваться вашим предложением? Что нам грозит в таком случае?

— Я исполняю одно ваше желание, – терпеливо повторила феечка, – сотворю одно чудо, а вы теряете души. Если только вы не потребуете что-нибудь невыполнимое или альтруистическое, с заботой о других, тогда ваши души остаются вам.

— Давай попробуем, – предложил Вася Антону, – в души мы всё равно не верим, так что нам терять?

Студенты переглянулись; уголки рта феи поползли вверх. Опытная демонесса без труда прочла мысли ребят: алчность, один из семи смертных грехов. Конечно, отказ от душ в случае загадывания невыполнимого желания был всего лишь уловкой, — алчность, чревоугодие, похоть, проявляемые в полной мере в загаданном желании, лучше всяких договоров обеспечивали вечность адских мук даже в том случае, если желание действительно оказывалось невыполнимым; но чаще всего высказанное желание, сколь бы сложным оно ни казалось человеку, оказывалось плёвым делом для демонов. Крея Виолетта лениво подумала, что если бы она сама попала в подобную ситуацию, то потребовала бы выполнить какой-нибудь парадокс, типа «поднять неподъёмный камень», чтобы высказанное желание не было ни эгоистичным, ни выполнимым; только таким образом можно было избежать обвинения в сотрудничестве с силами Преисподней на Страшном суде.

Тем временем студенты лихорадочно совещались. Фея отвернулась от них и снова поплыла по комнате, с любопытством рассматривая плакаты над кроватью Васи:

— А почему у тебя Стив Джобс изображён красным?

— Это плакат в поддержку программ с открытым исходным кодом, – объяснил Вася, попутно лихорадочно чертя что-то прямо на форзаце обгоревшего учебника латыни. – Сюжет незатейливый: чертёнок, маскот FreeBSD, щеголяющий бородой Ричарда Столлмана, за разработку iPhone с закрытой операционной системой топит освежеванного Джобса в ванне с морской, солёной водой.

— Потрясающее портретное сходство, – прокомментировала Виолетта. – Надо будет инициировать внутреннее расследование по поводу разглашения секретной информации.

— Крея, мы тебя вдвоём вызывали, – вступил в диалог Антон. – Нам положено по одному желанию на каждого, или одно на двоих?

— Я была бы рада дать вам хоть по три чуда на каждого, – откликнулась демонесса, – но бюджет согласован всего на одно желание, одно чудо, не больше.

— Тогда мы хотим, – торопливо выкрикнул Вася, – чтобы электричество в этой общаге было всегда стабильным, не падало и не вырубалось, и чтоб не просаживалось, неважно, сколько обогревателей подключено к сети! Чтоб компьютер не отключался!

Крея Firstная слегка нахмурилась. Желание никак нельзя было счесть эгоистичным: электричество станет стабильным у всех жителей общаги и останется таким, даже если Васю и Антона выселят. С другой стороны… 

— Точно? – уточнила демонесса. – Вы оба уверены, что высказанное сейчас Васей — это и есть ваше первое желание?

— Точно, – кивнули студенты в унисон.

Демонесса щёлкнула пальцами. Из-за заклеенного окна послышался приближающийся рёв тяжёлого грузовика.

— Уточнение к желанию! – быстро поправился Антон. – Электричество исчезать насовсем не должно!

Демонесса с кислой миной снова щёлкнула пальцами. Рёв начал удаляться и затих.

— Знали бы вы, чего вы только что избежали. Панелевоз с лопнувшей покрышкой едва не впечатался в электроподстанцию, – объяснила Крея студентам. – Он бы снёс её и раскатал по деталям, да так, что короткое замыкание выжгло бы всю проводку. У горэнерго денег на восстановление подстанции нет, у министерства образования тоже, да и университет проблему замены проводки в общежитии не считает первоочередной, так что напряжение будет стабильным и не будет ни падать, ни проседать. Ровно ноль. Соответственно, и обогреватели, сколько их ни подключай, не повлияют, и компьютеры вырубаться не будут, потому что и не врубятся. Всё, как заказывали, дословно, с точностью до буквы. Поскольку ситуация не исправилась бы никогда, общежитие расформировали бы, а здание снесли; один застройщик давно точит зубы на эту территорию…

Антон пожевал губами, обозревая формулировки, и отвесил Васе полноценный подзатыльник:

— А ещё хакер. Сколько раз сам мне говорил: «Обнуляй переменные!»

Васёк потёр саднящий затылок и обратился к демонессе:

— Виолетта, а почему ты просто не исправила ситуацию с электричеством магическим способом? Ты ведь можешь. Зачем такие сложности, — грузовик, подстанция?..

— Ты хотел, чтобы я починила электричество магией?! – состроила гримасу Крея. – Нет, дорогой, магия — не наш стиль. За волшебными превращениями воды в вино обращайтесь к конкурентам, а у нас все чудеса материальны и надёжны: воду продать, вино купить, на разницу бухнуть. Чудо — оно ведь необязательно волшебной природы, верно? Так что там с желанием, сменить не хотите? Не знаю, богатства себе попросить, привлекательности?.. Чернявенький, тебе бы не помешало!..

— Мы своё желание уже высказали, – ответил Вася и тут же добавил: – Только побыстрее, и чтоб всё было надёжно!

— Побыстрее? Надёжно? – Виолетта профессионально спрятала улыбку. В её полупрозрачной голове складывалась идея красивой и очень изящной операции, в результате которой Ад не останется внакладе. – Будет вам быстро, и будет вам надёжно. Мы, демоны, своё слово держим!..

*   *   *

Телефонный звонок разорвал ночную тишину, подобно выстрелу. Человек выпростал руку из узла подушек и скомканного одеяла, нашарил трубку и потянул её к уху. Звякнули об пол зацепленные торцом трубки дорогие часы. Примерно на полпути до уха рука устала и выронила трубку на кровать.

— "Лё? – выдохнул человек примерно в направлении трубки.

— Сергей Артёмович? – осведомилась трубка. Человек осознал, кто ему звонит:

— "Ля! – Человек щёлкнул выключателем ночника и героически разлепил глаза. На прикроватных часах мягко светилось «02:57». Звонок лично от губернатора в такое время никак не мог считаться счастливым предзнаменованием. – Ивн Ивныч, дбр"е утр"! Чем "бязан?

— Сергей Артёмович, наш республиканский госуниверситет — это ведь ваша епархия?

— "а, – человек успел проснуться, но его речевой аппарат ещё не перешёл на рабочую передачу. – Ну, как «мой»… Это всё от"ел высшего образования…

— А вы стрелки-то не переводите. Полчаса назад мой сын пришёл домой синий.

— А это не к" мне. Наркология у нас п"д здравоохр"нением…

— Он пришёл синий, потому что посещал свою подружку в общежитии университета. Так вот, у них там батареи еле тёплые! Внутри комнат температура может опуститься до плюс десяти! Бедные девочки вынуждены покупать электрообогреватели за свой счёт. Это пожароопасно, но главное — сеть не справляется с нагрузкой и постоянно отключается. Электроприборами пользоваться невозможно!

— Иван Иваныч, нам это известно! В прошлом году студенты тоже жаловались на десять градусов тепла в комнатах в феврале. Мы отправили комиссию, пока она дошла, как раз наступил август, и температура в тех самых комнатах оказалась плюс тридцать пять! Так что средняя за год — двадцать три градуса, а это самый центр температурной нормы…

— Сергей Артёмович, не заговаривайте мне зубы! – рыкнула трубка. – Если вы исправите ситуацию достаточно быстро, то выговор и предупреждение о неполном служебном соответствии в ваше дело не попадут.

Сергей Антонович задохнулся от неожиданности, а затем, сжимая потрескивающий пластик, высказал всхлипывающей короткими гудками трубке всё, что думал про мальчиков-мажоров, про нравственные принципы студенток универа, про электрические сети всех на свете общежитий, про батареи и про звонки в три часа утра.

Счётчик в большой, светлой и кондиционированной комнате щёлкнул, увеличивая свои показания.

Наконец, запал и запас воздуха в груди иссякли. Сергей Антонович подумал, нашарил в тумбочке блокнот, нашёл в нём нужный номер и принялся тыкать пальцем в подсвеченные кнопки.

*   *   *

Если бы существовала карта телефонного пространства города, на которой разговоры отмечались бы лампочками, она показала бы занятную картину. Словно круги по воде, расходились по городу звонки: из обители сильных града сего, из Левобережья, — в чуть менее престижный Октябрьский район, оттуда — в ещё менее престижный Троицкий, параллельно целое созвездие возникло бы в Академгородке, где когда-то выдавали квартиры работникам университета… Средства удалось изыскать где-то около пяти. После уточнения бюджета очередная волна звонков подняла заправил строительного бизнеса, переместив огоньки обратно в Октябрьский. Те, проснувшись и осознав масштабы потенциального распила, принялись названивать своим подчинённым, которые, в свою очередь, подняли своих. А ближе к шести утра начали заходиться звоном телефоны в Заводском, в Хотьубеевке и в других рабочих пригородах: волна, поднятая лично губернатором, пройдя через десятки людей, в полном соответствии с законами физики набрала скорость и высоту, попала точнёхонько в вентилятор и обрушилась на непосредственных исполнителей.

Счётчик тихонько поскрипывал, увеличивая свои показания. Крайняя правая цифра менялась так часто, что казалась размытой.

Первые бригады начали собираться у ворот общежития к семи утра. На доске объявлений к этому моменту уже два часа как висел старый, обтрепавшийся листик, датированный предыдущим месяцем и сообщающий о проведении плановых профилактических работ с отключением электричества и воды. В семь сорок подвезли рулоны пластиковых труб и катушки провода, и в дверях общаги образовалась пробка: студенты стремились выйти из здания, чтобы попасть на лекции к восьми, тогда как наскипидаренные работяги рвались внутрь, дабы приступить к работе.

…Вторая справа цифра счётчика тоже перестала быть чётко различимой…

Заменить всю проводку в здании не так уж и сложно, если штрабы проложены разумно и с запасом. Всех делов — распутать старые провода, вытянуть их из каналов, попутно протягивая вместо них новые, и подключить обратно. С этим мог бы справиться даже школьник, главное — помнить, что самые толстые провода должны быть ближе всего к тому месту, где здание подключается к электросети. Но это в теории. Практика же, как это обычно и бывает, оказалась горькой. А также пыльной и грязной.

Штрабы были забиты так, что не удавалось не только протянуть новые провода, но и банально вытянуть старые. Провода локалки, кабели телефона и телевизора сплошь и рядом были проложены по тем же каналам, что не просто исключало всякую возможность использовать их, но и грозило возгоранием. Жилы электросети рвались при попытке потянуть за них, пересохшая изоляция рассыпалась в труху. Когда монтёр вытянул из стены провод с фарфоровыми клеммами и в тканевой изоляции, за давностью лет потерявшей всякий цвет, он от неожиданности высказал нечто такое, что заставило покраснеть даже всякое слышавшего прораба.

В девять взмыленный архивариус привёз траченные плесенью чертежи здания с разводкой электромонтажа и водопровода. Вдумчивое изучение пыльных листов показало, что ни одна распределительная коробка не оказалась на предписанном чертежами месте. Архивариус спросил, что ему делать с чертежами, и получил удивительный по своей ёмкости и находчивости ответ, к сожалению, совершенно невыполнимый технически в силу слишком большого диаметра тубуса.

К одиннадцати монтажники горэнерго уже подводили к электроподстанции свежие, толстые, рассчитанные на мощную нагрузку провода. Яркий оранжевый грузовичок привёз новый трансформатор для установки в трансформаторную будку; такой же яркий погрузчик вынул трансформатор из кузова — только для того, чтобы убедиться, что он ни по одному габариту не проходит в дверь подстанции.

…Щёлканье меняющихся на счётчике цифр превратилось в постоянный гул…

Плюнув на старые штрабы, электромонтёры принялись устанавливать новые короба электропроводки. Дрели и перфораторы заполнили коридоры общежития мелкой пылью. Комендант общежития принялся вскрывать комнаты одну за другой мастер-ключом, штепсели подключённых к розеткам приборов варварски выдёргивались, и вслед за заменой проводки электрики споро монтировали новенькие, заземлённые розетки европейского образца, десятками доставая их из коробок с заграничными наклейками. Студенты носились по комнатам, еле успевая выдёргивать свои вещи из-под дрелей и ног монтёров.

Рядом водопроводчики сумели, наконец, вырезать кусок батарейного стояка и очень удивились толщине просвета внутри забитой чешуйками ржавчины трубы. Неподалёку усталые, потные работяги с ломами, кирками и матюками доламывали стену трансформаторной будки.

В начале первого на узкой подъездной дорожке общежития выстроился караван из бетономешалок и грузовиков со стройматериалами. Целая строительная рота инженерных войск, поднятая по тревоге, прибыла со своим оборудованием участвовать в отделке. С точки зрения порядком припугнутого начальства, привлечение армии было подарком небес. Солдаты-срочники, отправленные на работу в общежитии, где хватало студенток, разделяли это мнение. Единственным способом убедиться, что отделочные работы не застревают на месте, было привлечение командиров того или иного уровня; командиры поначалу пытались вести себя вежливо, особенно в присутствии дам, но их запаса вежливости хватило минут на пятнадцать.

Примерно в то же время внезапно выяснилось, что для разведения сухой затирки, для разбавления краски, для приготовления бетонной смеси и для прочих отделочных работ нужна вода, а водопроводчики, занятые оперативной проброской пластиковых труб вместо ржавых, отключили всё водоснабжение на участке. В разгар эмоционального выяснения вопросов, кто куда должен пойти и что там сделать, чтобы вода снова появилась, электрики подключили новый трансформатор. Пробки вышибло во всём районе.

…Специально приставленный работник нанёс каплю машинного масла на разогревшуюся ось счётчика…

Поздним вечером здание общежития впервые с момента своего возведения сияло. Свежая электрическая сеть позволяла подключать хоть сварочные аппараты, напор воды в душевых сбивал с ног, батареи в кои-то веки действительно начали обогревать. В коридорах скрипела серая бетонная пыль, одуряюще пахло свежей краской, и тихо матерились студенты, обнаружившие, сколько добра под шумок увели у них рабочие.

Васёк ткнул в розетку щупы. Вольтметр показал 230.0 вольт; напряжение не просаживалось, даже когда Антон подключил к соседней розетке четырёхспиральный обогреватель. Правда, обогреватель пришлось сразу выключить; на подоконнике над раскалённой батареей одиноко плавилась забытая и больше ненужная свеча.

Перед ребятами вновь явилась Виолетта:

— Ну что, принимайте работу!

— Электричество не пропадёт? Точно?

— Точно. Будет стабильным, как бетонная плита.

— Ну, спасибо, Крея Firstная, уважила! – Вася включил компьютер и, в предвкушении потирая ладони, плюхнулся на свой стул.

— Всегда пожалуйста. Пользуйтесь, наслаждайтесь, ещё увидимся!

Фея счастливо улыбнулась, вспыхнула и рассыпалась ворохом ярких искр.

*   *   *

Время для демонов — вещь в лучшем случае условная, поэтому празднование началось ещё до того, как осела строительная пыль. Виолетта замерла перед стройными рядами демонов, красуясь и купаясь в лучах славы. Тщеславие — смертный грех класса «гордыня», то есть демонам тщеславие вполне простительно, а иногда даже необходимо. Работники и работницы первого отдела выстроились, чествуя новую чемпионку, сумевшую повернуть альтруистическое желание заказчика таким образом, чтобы максимальное число людей стало грешниками, совершив самый страшный из смертных грехов, а сами заказчики, хоть и не попросили ничего лично для себя, обеспечили себе вечность адских мук.

Крея Firstная грациозно поднесла к губам микрофон, чтобы поделиться своим опытом:

*   *   *

Вася уставился в экран, подпрыгивая на стуле от нетерпения. Загрузка FreeBSD шла своим чередом до тех самых пор, пока бегущие по экрану сообщения не прервались двумя поистине страшными: «ZFS: i/o error - all block copies unavailable» и «Warning: error reading file /boot/loader.conf», – хороня саму возможность загрузить операционную систему или добыть с повреждённого диска важные файлы.

Вася поднял голову к потолку и, сжав кулаки, заорал нечто нечленораздельное, но очень сильно нецензурное.

…Где-то очень далеко от Васи, Антона, от общежития, от университета и от самого этого города — но, в каком-то смысле, на расстоянии всего одного вздоха от них — счётчик увеличил показатель ещё на единицу, остановившись на внушительной цифре.

В толстом гроссбухе рядом со счётчиком появилась пояснительная строка для отчётности: «Василий Пупкин. Проступок: проклятие. Класс: гнев. Уровень: смертный грех».

*   *   *

— Операция «Матерящееся чудо», которая проводилась под моим руководством на протяжении последних суток, показала прекрасные результаты. Из семи смертных грехов гнев считается едва ли не самым страшным: он единственный ведёт к убийству. Сквернословие — путь гнева, и мы все знаем, насколько негативно христианство относится к сквернословию. Об этом особенно ярко говорит Послание к Ефесянам: «Никакое слово гнилое да не исходит из уст ваших» (глава 4, стих 29), «также сквернословие и пустословие […] не приличны вам» (глава 5, стих 3). По мнению деятелей Русской Православной Церкви, сквернословя, человек служит нам, инфернальным сущностям[2]. И неважно, что изначально вызвавшие меня ребята не хотели ничего плохого и даже не попросили ничего для себя; авральная работа для выполнения их желания заставила сквернословить, сиречь грешить, других людей. А ведь сказано также: «Лучше не есть мяса, не пить вина и не делать ничего такого, отчего брат твой претыкается, или соблазняется» (Послание к Римлянам, глава 14, стих 21), — так что любое действие, подталкивающее другого человека к совершению греха, само по себе тоже является грехом.

Виолетта помолчала.

— Формально чудо восстановления бесперебойной подачи электричества вне зависимости от нагрузки было совершено, и это действительно чудо, потому что работа была совершена экспромтом, без всяких реальных объяснений, вне плана, так что небесные адвокаты не подкопаются. А вот триггером, развязавшим мне руки и позволившим склонить множество народа к греху сквернословия, было слово «побыстрее», сказанное Васей, и молчаливое согласие с этим требованием Антона. Их души — цена их торопливости.




[1] Это действительно так; файловая система ZFS чувствительна к внезапным падениям питания. Вопрос «почему знающий это Вася не поставил FreeBSD на другую файловую систему» позволяет понять, насколько Вася действительно хороший компьютерщик.

[2] Цитируется мнение протоиерея Павла Гумерова по статье «Почему сквернословие — огромное зло?»


 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Тополян "Механист"(Боевик) О.Мансурова "Идеальный проводник"(Антиутопия) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ) А.Зимовец "Чернолесье"(ЛитРПГ) А.Ра "Седьмое Солнце: игры с вниманием"(Научная фантастика) А.Субботина "Проклятие для Обреченного"(Любовное фэнтези) Д.Сугралинов "Дисгардиум 4. Призыв Нергала"(ЛитРПГ) Д.Сугралинов "Дисгардиум 5. Священная война"(Боевое фэнтези) А.Найт "Наперегонки со смертью"(Боевик) Т.Ильясов "Знамение. Вертиго"(Постапокалипсис)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"