Хлобустов Олег Максимович: другие произведения.

"Диссиденты" и идеологические диверсии империализма

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Создай свою аудиокнигу за 3 000 р и заработай на ней
📕 Книги и стихи Surgebook на Android
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Записки диссидента. Согласно Большой Советской Энциклопедии, "Диссиденты (от лат. dissideo - не соглашаюсь, расхожусь) - лица, отступающие от учения господствующей церкви (инакомыслящие)" -- Большая советская энциклопедия, 2-е издание. Том 14.М.,1952, с. 469.


  
  
  
  
  
   "Я лично правами человека накушалась
   досыта. Некогда и мы, и ЦРУ, и США
   использовали эту идею как таран для
   уничтожения коммунистического режима
   и развала СССР. Эта идея отслужила свое,
   и хватит врать про права человека и
   правозащитников. А то как бы не срубить
   сук, на котором мы все сидим".
  
   В.И. Новодворская, известная
   диссидентка, лидер "Демократического
   союза".
   Газета "Новый взгляд", июль 1994 г.
  
  
   Еще в 1955 г. авторы Большой Советской энциклопедии в статье "Агентурная разведка" подчеркивали: "Наряду со шпионажем А.р. капиталистических государств занимается также экономической, политической и идеологической диверсией"[1].
   Вопрос о назначении, сущности и содержании идеологических диверсий до сих пор вызывает немалую оживленную дискуссию в нашей стране. Что же скрывается за этим понятием?
   Некоторые, например, полагают, что за этим эвфемизмом скрывается банальная "борьба с инакомыслием", "диссидентами". Эта точка зрения представлена, например, в статье Н.В.Петрова "Специальные структуры КГБ по борьбе с инакомыслием в СССР. 1954 - 1989 гг."[2].
   Однако и она не только не рассматривает всех аспектов проблемы, но и имеет ряд методологических погрешностей, существенно искажающих реальную картину исторического процесса. В этой связи вряд ли без каких-либо оговорок можно согласиться с утверждением автора о том, что "на протяжении всего периода.... в структурах госбезопасности существовали подразделения, в чьи задачи входила борьба с "преступлениями мысли", т.е. борьба со всеми теми, кто в той или иной форме выступал против советской власти". Что касается деятельности 5 Управления КГБ СССР, то подобное утверждение представляется особенно сомнительным.
   Из предмета и контекста исторического анализа Н.В. Петровым, равно как и А.И. Пожаровым, исключаются концептуальные взгляды "главного противника" - стратегов США и других ведущих империалистических государств, на цели и задачи внешнеполитического противоборства с СССР, а также роль и назначение "психологической войны".
   Названые авторы также не учитывают эволюции, смены парадигм, концептуальных взглядов зарубежных теоретиков геополитического противоборства с СССР, которые во второй половине ХХ века также претерпели ряд существенных трансформаций: от внешнеполитической концепции "сдерживания коммунизма" Г. Трумена (1947 - 1953 гг.), "отбрасывания коммунизма" Д. Эйзенхауэра (1954 - 1963 гг.), до политики "наведения мостов" Л. Джонсона (1964 - 1980 гг.) и "сокрушения империи зла" Р.Рейгана (1981 - 1988 гг.). На наш взгляд, без учета реальных доктринальных, стратегических и тактических установок "главного противника" в области "тайной войны", воссоздать и провести объективный анализ деятельности КГБ СССР в целом и его 5-го управления невозможно.
   Напомним, что составной частью политики "наведения мостов" называлось "функциональное проникновение в советскую систему"[3], что говорит о стремлении к усилению разведывательного и пропагандистского влияния на социалистические государства Европы и Азии.
   Следует отметить, что зарубежными теоретиками скрытого противоборства и разведывательно-подрывного воздействия на Советский Союз идеологические диверсии рассматривалась не только как составная часть "психологической войны", но и как важнейший инструмент реализации политики "холодной войны", нацеленной на достижение победы над геополитическим соперником и конкурентом.
   В написанной для "обычных нормальных людей" книге "Мина замедленного действия: Политический портрет КГБ" (М., 1992), ее автор Е.М.Альбац писала: "парадоксальным образом, именно функции тайной полиции" (в действительности, в значительной мере гипертрофированные "разоблачениями" 1988 - 1991 гг., -- О.Х.), в наибольшей степени и составили "славу" этому ведомству в собственной стране".
   Чтобы разобраться с вопросом о сущности идеологических диверсий, обратимся к работам признанных авторитетов в деятельности спецслужб.
   Еще в первом отечественном научном труде, посвященном вопросам разведки, вышедшем в 1911 году, "Тайные силы (Военное шпионство)", его автор генерал-майор В.Н. Клембовский подчеркивал, что целью деятельности разведки является добывание сведений об армиях, вероятных Театрах военных действий, о населении и об экономике.
   При этом к группе "Сведений о населении" были отнесены: примерная густота населения, состав его по племенам и вероисповеданиям, настроения жителей, их нравы, обычаи, род занятий, степень зажиточности, административное устройство, количество и характер населенных пунктов".
   В числе общих выводов, Клембовский указывал, что потом неоднократно повторялась многими писавшими о проблемах обеспечения страны, "Пока идеи о всеобщем разоружении и всесветном мире не вышли из области мечтаний, каждое государство должно быть готово к войне со своими соседями". А готовность эта выражается, в том числе, и во внимательном изучении средств борьбы сопредельных государств, что звучит по-прежнему актуально и сегодня. Поэтому автор указывал и на "необходимость постоянного осведомления о намерениях и силах, как материальных, так и нравственных, своих соседей". В то же время подчеркивая необходимость скрывать собственный оборонительный потенциал.
   В записке, представленной в 1915 г. в комиссию по реорганизации российской контрразведки, В.А.Ерандаковым, в до этого в течение 5 лет возглавлявшего Петроградское контрразведывательное отделение (КРО), подчеркивалось, что германская разведка осуществляет не только сбор военных сведений о действующей армии, но и активно ведет дипломатическую, торгово-промышленную (экономическую) разведку, организует акты саботажа и диверсий, ведет подрывную пропаганду[4].
   В одной из первых советских работ, изданной Разведывательным управлением РККА в 1921 г., пособии заместителя начальника отдела агентурной разведки РУ РККА Александра Ивановича Кука "Канва агентурной разведки" подчеркивались 2 важнейших вывода.
   1. Агентурная разведка не разграничивает понятий мирного и военного времени.
   2. К числу важнейших политических задач разведки относится оказание целенаправленного воздействия на население враждебного государства посредством прессы, пропаганды, распространения слухов, распространения определенных идей и взглядов, подрывающих веру во власти собственной страны.
   История Первой мировой, особенно деятельность германской разведки, давали немало оснований для подобного умозаключения.
   В первом отечественном пособии по контрразведке С.С. Турло "Шпионаж", изданном в 1924 г. внимание читателей обращалось на то обстоятельство, что, "в современную эпоху война прежде всего ведется на экономическом, политическом, дипломатическом фронтах, а в последнюю очередь на фронте военном. Поэтому значение современной разведки выросло до громадных размеров, и наряду с значением расширилась и область разведки. Все перечисленные области жизни государств тесно переплелись между собой, одна другую дополняет и одна от другой зависит как в мирное, так и в военное время. В связи с этим разведывательная служба расширилась до грандиозных размеров и крайне осложнилась и нуждается в прочной организации, системе и порядке"[5].
   В период мировой войны, подчеркивал С.С. Турло, "стороны уже не ограничивались только разведыванием..., а по раскрытии тайн стремились всячески тайным же образом подорвать осуществление, проведение в жизнь этих тайн - тайная разведка приобрела активный характер. Эта черта тайной разведки как носящая признаки терроризации, дезорганизации государственной жизни и военной системы противной стороны является чрезвычайно серьезной и ставит тайную разведку в совершенно иную плоскость, чем до мировой войны" (Там же, с. 417).
   Подытоживая ранее написанное об активной разведке А.И. Куком, Турло подчеркивал, что активная разведка выявляет "...признаки нового вида войны - тайной; она опаснее и изнурительнее открытых вооруженных столкновений".
   Автор предуведомлял читателей, что "область работы разведки весьма широкая и разносторонняя и охватывает почти все стороны государственной жизни.... Разведка, имеющая целью облегчить путем разоблачения явных и тайных обстоятельств, действий и намерений противника, борьбу своего государства или класса с другими государствами или классами, должна проникнуть во все области их жизни. И сообразно этому она распадается на виды: военную разведку, экономическую, политическую и дипломатическую".
   Намного опережая своих современников, Турло прозорливо отмечал, что "... существует еще разведка психологическая, упускаемая ныне из виду всеми теоретиками разведывательной службы"[6]. Как представляется, в данном разделе работы С.С. Турло намного предвосхитил развитие теории и практики тайного противоборства государств и их спецслужб.
   Эти положения целесообразно сопоставить с более поздними теоретическими положениями зарубежных авторов и теоретиков "психологической" или "информационно-психологической войны", на чем мы остановимся далее.
   Говоря о помощи населения контрразведке в борьбе с происками спецслужб иностранных государств, Турло подчеркивал: "Если бы все прониклись сознанием того, какую опасность представляет собой шпионство противника, какой вред причиняет его деятельность, то борьба с ним была бы легкой.... Те, которые сознают вред и опасность шпионства, не посвящены во все сложнейшие махинации его работы, почему и не могут оказать широкого содействия контрразведывательным органам в деле борьбы с ним".
   Уже в первой открытой отечественной работе, посвященной контрразведке и противодействию деятельности иностранных спецслужб, изданной в 1925 г. в серии "Библиотека командира" брошюре В.Латынина "Современный шпионаж и борьба с ним", отмечалось:
   "В настоящее время шпионаж во всех государствах развился необычайно. Опыт показал, что многие из нас не имеют более или менее ясного представления о том, что такое современный шпионаж, какие его задачи и стремления и в чем он выражается (здесь и далее выделено мной, - О.Х.). Не имея точного понятия о шпионаже, мы не в состоянии успешно бороться с ним, мало того, зачастую своими ошибками облегчаем деятельность неприятельских шпионов. Работа контрразведывательных органов может быть успешной в том случае, если сами граждане, отдавая себе ясный отчет в том, что такое шпионаж, умеют собственными средствами бороться с ним" [7].
   Отражая взгляды советского военного руководство на характер возможных военных конфликтов, Латынин справедливо писал: "особенность современных войн заключается в том, что войну ведет не одна армия, а весь народ. Все граждане "от мала до велика" так или иначе участвуют в борьбе против внешнего врага. И на этом основании будет истребляться одинаково как армия, так и весь народ".
   На основе анализа истории русско-японской, Первой мировой и советско-польской войн, Латынин отмечал, что многие стороны в ходе военных действий ставят задачи "... создания в тылу противника условий, ослабляющих оборонительную силу", то есть саботажа. Этот же вывод позже сделают и зарубежные специалисты в области разведывательной и контрразведывательной борьбы.
   В предисловии к изданной в Париже в 1938 г. книге о деятельности германской разведки в годы Первой мировой войны вице-председатель Высшего военного совета Франции генерал М. Вейган пророчески писал:
   "Вероятно, никогда еще столько не говорили о войне, как теперь. В разговорах все сходятся на том, что если бич войны снова поразит Европу, то на этот раз война будет "всеобъемлющей" ("тотальной"). Это значит, что в борьбе будут участвовать не только люди, способные носить оружие, но будут мобилизованы и все ресурсы нации, в то время как авиация поставит самые отдаленные районы под угрозу разрушения и смерти".
   Напомним, что писалось это еще за полтора года до начала реализации гитлеровских планов по "расширению германского жизненного пространства". "Наряду с открытым нападением на врага, продолжал Вейган, в широких масштабах развернется и так называемая "другая война" - война секретная и также "всеобъемлющая", в задачу которой войдут деморализация противника, восстановление против него широкого общественного мнения (пропаганда), стремление узнать его планы и намерения (шпионаж), препятствование снабжению (диверсии в тылу)....".
   Здесь следует отметить, что Максимилиан Вейган хорошо знал, предмет о котором он говорил, поскольку до этого в течение 5 лет возглавлял французский Генеральный штаб, которому подчинялось знаменитое "2-е бюро" - военная разведка Франции. А в описываемый период он лично вел переговоры с турецкими властями и представителями антисоветской кавказской послереволюционной эмиграции об организации разведывательно-подрывной работы на территории СССР.
   Давая общую оценку работе Вейган подчеркивал, что "подобные книги, разъясняя факты минувшего, дают читателю возможность до некоторой степени проникнуть в тайны будущего"[8].
   По мнению западных теоретиков разведки,
   Психологическая война - это координация и использование всех средств, включая моральные и физические (исключая военные операции регулярной армии, но используя их психологические результаты), при помощи которых уничтожается воля врага к победе, подрываются его политические и экономические возможности для этого; враг лишается поддержки, помощи и симпатий его союзников и нейтралов или предотвращается получение им такой поддержки, помощи или симпатий; создается, поддерживается или увеличивается воля к победе нашего собственного народа и его союзников; приобретается, поддерживается или увеличивается поддержка, помощь и симпатии нейтралов [9].
   Взгляды западных теоретиков на назначение идеологических и политических диверсий изложены во многих переводных источниках, в частности, в главе 15 книги Алена Даллеса "Искусство разведки"[10].
   Выделим для читателей следующий крайне важный для понимания философии действия американской разведки фрагмент сочинения Даллеса: "Мы сами должны определять, когда, где и каким образом мы должны действовать (надо полагать, при поддержке других ведущих стран свободного мира, которые смогут оказать помощь), учитывая при этом требования нашей собственной национальной безопасности... Важную роль должны сыграть разведывательные службы с их особыми методами и средствами. Это нечто новое для нынешнего поколения, тем не менее, весьма важное для успеха дела".
   Напомним, что писалось это всего лишь через год после Карибского кризиса и через два года после провала высадки кубинских "контрас" на Кубу в заливе Плайя Херон.
   Заметим при этом, что переход к активному осуществлению идеологических диверсий против СССР осуществлялся в рамках внешнеполитической доктрины США по "наведению мостов" с социалистическими государствами, в феврале 1964 г. пришедшей на смену предыдущей доктрине "отбрасывания коммунизма".
   Заместитель Даллеса на посту директора ЦРУ Рэй Клайн позднее писал, развивая мысли своего патрона: "ученым известно, что судьбы народов формируются комплексом трудно улавливаемых социальных, психологических и бюрократических сил. Обычные люди, чья жизнь - к худу ли, к добру ли, - зависит от игры этих сил, редко понимают это, разве что смутно и весьма поверхностно. Одной из таких сил - с начала 40-х годов стала разведка".
   При Трумэне - мы цитируем русскоязычное издание книги Р. Клайна "ЦРУ от Рузвельта до Рейгана", выпущенное в Нью-Йорке в 1988 г., - Совет национальной безопасности в декабре 1947 г. возложил на ЦРУ проведение тайных операций и акций психологической войны, хотя этой задачи ЦРУ и не было указано в законе о его образовании, принятом двумя месяцами ранее[11].
   А в мае 1948 г. для проведения тайных акций в ЦРУ создается Управление координации политики (УКП). Интересная деталь: если в 1949 г. в УКП были 302 сотрудника, то в 1952 г. уже 2 812 человек трудились только в его вашингтонской штаб-квартире, не считая 3 142 сотрудников, работавших за границей.
   Бюджет УКП увеличился с 5 млн. долларов в 1949 г. до 82 млн. долларов в 1952 г., поглощая львиную часть средств, ассигновывавшихся для работы ЦРУ.
   И уже к февралю 1953 г., подчеркивал Клайн, "ЦРУ располагало материальными ресурсами и прочими возможностями для реализации большей части планов, вынашивавшихся Даллесом задолго до этого".
   В связи с тем, что вопрос о назначении, сути, содержании и механизме идеологических диверсий до сих пор остается дискуссионным, позволим высказать по нему некоторые собственные соображения.
   Как известно, в военной науке диверсией именуется отвлекающая операция, призванная ввести противника в заблуждение, привлечь его внимание и силы к ложному объекту или месту, тем самым, ослабляя его и делая уязвимым.
   В этой связи и акции идеологических диверсий, осуществлявшиеся как спецслужбами иностранных государств и связанных с ними идеологическими центрами, так и поддерживавшиеся государственными пропагандистскими органами, и представляли собой попытку подобного отвлечения внимания на ложный объект, побуждение к совершению правонарушений, которые небезосновательно, как было показано ранее, оценивались как враждебные.
   Следует отметить, что зарубежными теоретиками скрытого противоборства и разведывательно-подрывного воздействия на Советский Союз идеологическая диверсия рассматривалась не только как составная часть "психологической войны", но и как важнейший инструмент реализации политики "холодной войны", нацеленной на достижение победы над геополитическим противником, о чем, как мы помним, в свое время писал Аллен Даллес.
   По нашему мнению, идеологические диверсии представляют собой подрывные акции в сфере политических отношений, осуществляемые методами и силами спецслужб иностранных государств. Это - система взаимосвязанных и взаимоподчиненных разведывательно-подрывных, политических, пропагандистских и иных действий одного государства - причем в их реализации принимают участие не только спецслужбы, но и различные иные государственные органы и неправительственные организации, - направленных против национальных интересов и целей другого государства, на дискредитацию его политики как внутри собственной страны, так и за рубежом.
   Тактическими целями идеологических диверсий является создание внутриполитических трудностей, сужение социальной базы поддержки политики правительства, а стратегическими - изменение "неугодного" политического курса государства-объекта воздействия.
   В этой связи идеологические диверсии - их даже правильнее было бы назвать политическими диверсиями, - являются прямым, а подчас и грубым вмешательством во внутренние дела другого суверенного государства. В том числе с использованием запрещенных международным правом методов - сотрудников и агентов спецслужб, наемников, материального стимулирования радикальных оппозиционных сил, прибегающих к насильственным методам, банального подкупа и тому подобных.
   Обратим внимание лишь на два немаловажных обстоятельства.
   Первое из них заключается в том, что описанный выше механизм воздействия на "неугодные" иностранные правительства и государства давно известен из всемирной истории и достаточно хорошо описан на конкретных примерах. Немало из которых, следует сказать, мы видим и сегодня.
   Второе. Приведенная схема исключает какую-либо "идеологическую" составляющую, вроде "крестового похода против коммунизма" или "классовой борьбы на международной арене". Выделяя лишь политические интересы и цели конкретной правящей элиты, что, свидетельствует о том, что данный феномен межгосударственных отношений продолжит свое существование и в обозримом будущем.
   Однако, сознательно не вдаваясь далее в углубленное рассмотрение вопросов о назначении и сущности, структуре и аппарате осуществления идеологических диверсий, что неизбежно увело бы нас далеко в сторону от рассматриваемого предмета[12], остановимся лишь на истории образования и деятельности пятых подразделений органов КГБ СССР, поскольку она справедливо вызывала, да и поныне вызывает значительный общественный интерес.
   Отметим также, что США в 1976 г. рассекретили подготовленный ЦРУ в апреле 1951 г. под названием "Психологическое наступление против СССР. Цели и задачи"[13].
   Создатель документального фильма производства Би-би-си "Шпионские страсти", показанного по российскому телевидению осенью 2000 г., Дэвид Роуз официально признавал, что спецслужбы западных государств в 60-е - 90-е годы вели тайную войну против СССР и стран Восточной Европы в различных формах. В том числе, и с использованием лозунгов и "знамен хельсинкского процесса"[14].
   Автор фильма - дословная цитата, - прямо заявляет, что "диссиденты" в странах Восточной Европы стали пятой колонной крестоносцев "холодной войны".
   В нарушение всех международных норм, британские дипломаты принимали активное участие в "воспитании" и руководстве деятельностью "диссидентов" в таких странах как Чехословакия, ГДР и Польша. Для "работы с "диссидентами" американскими и британскими спецслужбами специально создавались "независимые" организации, работавшие на ниве "расширения и углубления" международных контактов.
   Так в 1983 г. бывший офицер ЦРУ Уолтер Реймонд по личной просьбе Рейгана возглавил "Национальный демократический фонд" (НДФ, National Endowment for Democracy (NED), целью которого провозглашается "оказание помощи всем, кто борется за свободу и самоуправление" в социалистических странах. По сути же это означало политическую и материальную поддержку "диссидентов" в странах советского блока". Как признавался Реймонд авторам фильма, НДФ проводил специальные операции, подобные операциям спецслужб по поддержанию связи со своими агентами.
   При этом эта деятельность далеко выходила за пределы той самой "третьей корзины" - третьего раздела Заключительного акта совещания в Хельсинки, касавшегося "гуманитарных вопросов" сотрудничества в Европе, ссылками на которую она непременно оправдывалась, представляла собой нарушение норм международного права и грубое и циничное вмешательство во внутренние дела суверенных государств".
   Возвращаясь от вопросов стратегии и тактики осуществления идеологических диверсий против СССР к истории КГБ, подчеркнем следующее.
   Нельзя не согласиться с В.Е. Семичастным, что "Шелепин начал, а я продолжил проводить в жизнь профилактическую деятельность. Что касается явлений и событий, которые квалифицировались как антисоветские, антипартийные, наша задача была - предупредить. Причем не раз, выступая перед общественностью, я говорил: "Тюрьма - не лучшее место для перевоспитания даже нашего противника. Оттуда выходят еще более озлобленными и враждебно настроенными". Поэтому надежды на то, что все можно решить, кого-то засадив, увеличив количество осужденных и арестованных, ничем не оправданы"[15].
   В приказе КГБ при СМ СССР "Об усилении борьбы органов государственной безопасности с враждебными проявлениями антисоветских элементов" N 00175 от 28 июля 1962 г. подчеркивалось, что "...в советском обществе пока еще имеются антиобщественные элементы, которые под влиянием враждебной пропаганды извне становятся на антисоветский путь, возводят злобную клевету на политику партии и Советского государства, распространяют различного рода провокационные слухи с целью подрыва доверия народа к партии и правительству, а при определенных условиях пытаются использовать временные трудности, возникающие в ходе коммунистического строительства, в своих преступных целях, подстрекая при этом политически неустойчивых людей к массовым беспорядкам. Несмотря на это, органы госбезопасности не всегда принимают активные меры в отношении лиц, допускающих различные антисоветские проявления...".
   В этой связи всему руководящему и оперативному составу предписывалось "...не ослабляя борьбы с подрывной деятельностью разведок капиталистических стран и их агентуры, принять меры к решительному усилению агентурно-оперативной работы по выявлению и пресечению враждебных действий антисоветских элементов внутри страны".
   В то же время органы КГБ обязывались "... знать происходящие среди молодежи и интеллигенции процессы, вовремя и правильно определять их характер, с тем, чтобы совместно с партийными и общественными организациями предотвращать перерастание политических заблуждений и идеологически вредных ошибок в антисоветские проявления".
   Руководители подразделений КГБ обязывались четко информировать партийные органы - от ЦК компартий республик до райкома КПСС "... по всем наступающим сигналам о готовящихся и совершенных враждебных проявлениях, а также о фактах и явлениях, могущих привести к массовым беспорядкам, и принимать своевременные и конкретные меры к предупреждению подобных эксцессов"[16].
   Нередко ранее, да и сейчас еще, говорится о якобы преследовании "диссидентов" за инакомыслие, ущемлении "права" на собственное мнение, свободу его выражения и распространения информации.
   Однако следует заметить, что свобода слова и распространения информации, вопреки широко распространенному, но ошибочному, мнению, отнюдь не безграничны.
   Часть 3 статьи 19 Международного пакта о гражданских и политических правах, ратифицированного Президиумом Верховного Совета СССР 18 сентября 1973 г., устанавливает, что пользование правом на свободу слова "налагает особые обязанности и особую ответственность. Оно может быть, следовательно, сопряжено с такими ограничениями, которые, однако, должны быть установлены законом и являться необходимыми:
   а) для уважения и репутации других лиц;
   b) для охраны государственной безопасности, общественного порядка, здоровья или нравственности населения"[17].
   Еще более категорична на это счет часть 2 статьи 10 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, принятая еще 4 ноября 1950 г.
   Данная статья устанавливает, что право на свободу выражения своего мнения, получать и передавать информацию "поскольку это согласуется с обязанностями и ответственностью, может быть предметом таких формальностей, условий, ограничений или наказаний, предусмотренных в законе и необходимых в демократическом обществе в интересах национальной безопасности, территориальной целостности или публичного порядка в целях предотвращения беспорядков и преступлений, для защиты здоровья и морали, а также для защиты репутации или прав других лиц, для предотвращения утечки информации, полученной конфиденциально, или поддержания авторитета и беспристрастности правосудия"
   Представляется необходимым остановиться и на следующем принципиальном вопросе.
   Ныне, многие авторы, ставя в вину Андропову деятельность 5-го управления КГБ, которое они называют "идеологическим", указывают на появление при Андропове так называемых "диссидентов", которые также нередко именуются "правозащитниками".
   Однако "диссидентство" появилось, конечно же, раньше.
   О "нараставшем в стране после 1966 г. диссидентском движении" сегодня пишут авторы школьных учебников[18].
   Не вдаваясь в пространные филолого-терминологические изыскания, не слишком важные для предмета нашего исследования, отметим, однако, что сам по себе термин диссидент отнюдь не является новацией социально-политического лексикона ХХ века, а существовал уже не одно столетие.
   Согласно Большой Советской Энциклопедии, "Диссиденты (от лат. dissideo - не соглашаюсь, расхожусь) - лица, отступающие от учения господствующей церкви (инакомыслящие)"[19].
   Однако один из недавно вышедших энциклопедических словарей уже так трактует это понятие: "Диссиденты  (от лат. dissides несогласный) - название участников движения против тоталитарного режима в СССР  с конца 50-х годов (выделено мной, -- О.Х.). Д. в разных формах выступали за соблюдение прав и свобод человека и гражданина (правозащитники), против преследования инакомыслия, протестовали против ввода советских войск в Чехословакию (1968г.), Афганистан (1979г.). Подвергались репрессиям со стороны властей"[20]. За что конкретно - авторами естественно умалчивается.
   Фактически в данном определении осуществляется подмена понятия, не без умысла сокращающая его объем, говоря строго логико-философским языком, когда содержание термина сводится только к одному его значению.
   Теперь любой школьник может прочитать, что "движение инакомыслящих (диссидентов) вобрало в себя правозащитные, национально-освободительные и религиозные течения". Что деятельность национальных движений в СССР поддерживалась зарубежными эмигрантскими центрами, такими как Антибольшевистский блок народов, различные исследовательские центры, которые оказывали участникам движений на территории СССР материальную поддержку[21]. О чем забыли упомянуть Н.В.Петров и А.И.Пожаров.
   При этом мы оставляем за скобкой весьма важный и актуальный, но до сих пор открытый вопрос: а до какой степени такие поддержка и оказание материальной помощи соответствуют общепризнанным принципам и нормам международного права? - ведь рассмотрение его требует проведения специального  правового анализа.
   А в конце 60-х ситуация, естественно, выглядела и воспринималась по-другому.
   Исторической правды ради, отметим, что как отмечают очень многие писавшие о деятельности "диссидентов" в СССР, например, Л.М. Алексеева и О.А.Попов, очень узок был круг этих "революционеров", и крайне далеки были они от народа, от его повседневных нужд и забот. Хотя и поднимали столь "актуальные проблемы" как защита прав геев и лесбиянок в Советском Союзе!
   И действительно, лица, не соглашавшиеся с политикой советского правительства по тем или иным вопросам внутренней или внешней политики, в определенном смысле слова были "инакомыслящими".
   Однако мы категорически против распространения этого термина применительно к лицам, привлекавшимся к уголовной ответственности за конкретные уголовно наказуемые деяния.
   Поскольку в основе привлечения к уголовной ответственности лежали не убеждения, мнения, суждения и оценки, а именно совершение конкретных и определенных действий, признававшихся в то время законодательными органами общественно-опасными деяниями.
   Может возникнуть закономерный вопрос, а как следует оценивать существовавшую в Уголовном кодексе РСФСР тех лет статью 70, предусматривавшую уголовную ответственность за антисоветскую агитацию и пропаганду?
   Статья 70 Уголовного кодекса РСФСР 1960 г. устанавливала уголовную ответственность за агитацию или пропаганду, проводимую в целях подрыва или ослабления Советской власти либо совершения отдельных особо опасных государственных преступлений, распространение в тех же целях клеветнических измышлений, порочивших советский государственный строй, а также распространение, изготовление или хранение в тех же целях в письменной, печатной или иной форме произведений такого же содержания.
   А часть 2 данной статьи предусматривала ответственность за те же действия, совершенные с использованием денежных средств и иных материальных ценностей, полученных от иностранных организаций или лиц, действующих в интересах этих организаций. То есть, содержала указание на квалифицирующие признаки. (Данная статья была исключена из уголовного законодательства СССР только 11 сентября 1989 г.).
   Помимо этого статья 72 УК РСФСР предусматривала ответственность за организационную деятельность, направленную к подготовке или совершению особо опасных государственных преступлений, а равно также за создание организаций, имеющих целью совершать такие преступления, или участие в антисоветской организации.
   Также Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 16 сентября 1966 г. была введена уголовная ответственность за "систематическое распространение в устной форме заведомо ложных измышлений, порочащих советский государственный и общественный строй, а равно изготовление или распространение в письменной, печатной или иной форме произведений такого содержания..." (Статья 190-1 УК РСФСР. Исключена из Уголовного кодекса Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 11 сентября 1989 г.).
   По нашему личному убеждению, любой социальный субъект - гражданин, группа лиц по национальному, религиозному, расовому, профессиональному или любому другому признаку, равно как и общественное объединение, партия, общественный или политический институт, государство, в конце концов, должен обладать и обладает правом на защиту от диффамации, а также от клеветы и оскорбления.
   Отметим, однако важное обстоятельство. И Международный пакт о гражданских и политических правах, и Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод, признают допустимыми  предусмотренные законом ограничения на пользование свободой слова, получения и распространения информации.
   Так что, по сути своей, ничего антидемократичного в содержании статей 70-й и 190-1 УК РСФСР не присутствовало. Тем более, что в ее диспозиции прямо указаны  квалифицирующие, то есть необходимые для признания конкретного деяния уголовно наказуемым, его  признаки.
   Во-первых, -  клеветнический, то есть заведомо ложный, характер распространяемых сведений, информации. И его цель - опорочить, дискредитировать общественный и государственный строй, их институты, что и является содержанием диффамации.
   Другое дело, что проблемы могли возникнуть на стадии правоприменения данных правовых норм, то есть на стадии следствия и суда.
   И здесь, понятно, крайне важным было (и есть, поскольку дела о клевете, или, по современной терминологии, о диффамации, отнюдь не редкость), наличие качественных и добротных, добросовестных экспертных заключений и оценок. А последние уже не относились к компетенции и сфере деятельности органов госбезопасности.
   Остановившись подробно на специфическом вопросе юридической квалификации деяния, мы предприняли это исключительно потому, что опыт истории должен научать последующие поколения на ошибках, заблуждениях и преступлениях прошлого.
   При этом мы отнюдь не говорим о том, что все приговоры по указанным статьям были необоснованными, неправомерными или несправедливыми. Мы лишь указали на источники и предпосылки (недобросовестные экспертные заключения, в частности, предвзятость судьи, и т.д.), возможных юридических и судебных ошибок.
   Подчеркнем, однако, что "Инструкция о порядке применения принудительных мер психиатрического характера в отношении психических больных, совершивших преступления", действовавшая до конца 80-х годов, была принята в 1954 г. Процессуальный же порядок ее применения определялся статьей 58 УК РСФСР 1960 г.[22].
   Представляется, однако, необходимым привести и еще одну весьма компетентную точку зрения по данному вопросу, тем более, что высказывается она весьма известным в прошлом "диссидентом", покинувшим в СССР в 1979 г. и проживавшим в США О.А.Поповым.
   В конце 2003 г., в статье "Защитники прав человека или "агенты глобализма"?", бывший активный участник "правозащитного движения" в СССР задавался вопросом: "А может, действительно справедливы обвинения в адрес российских правозащитников, что главный смысл их деятельности - это создание в стране инфраструктуры и атмосферы, благоприятных для проведения успешной идеологической и психологической войны, которую вот уже более 50 лет ведут против нашей страны США?
   Что же касается защиты прав, жизненно важных для подавляющего числа советских граждан, таких как право на  безопасность (здесь и далее выделено у автора - О.Х.), на  труд, на  образование, на  жилье, то эти социальные права правозащитников, как можно судить по их заявлениям и выступлениям, не слишком заботили..."[23].
   На вэб-сайте Фонда Форда (www.fordfound.org) любой заинтересованный читатель может прочитать, что "с 1950 г. Фонд Форда начал поддерживать проекты, ориентированные на Советский Союз и страны Восточной Европы. В 1950-1988 гг. около 60 млн. долларов было выделено на анализ ключевых проблем взаимоотношений Востока и Запада, поддержку свободы слова, культурного плюрализма и соблюдения прав человека. В 1989 г. фонд принял решение о прямой поддержке "прогрессивных" организаций в Советском Союзе, Польше, Венгрии, чтобы ускорить процесс демократизации и экономического реформирования этих государств. На эти цели в 1989-1994 гг. было направлено приблизительно 30 млн. долларов США".
   Подчеркнем при этом, речь идет о деятельности и расходах лишь одной из организаций, оказывавших "помощь" социалистическим странам, при этом само содержание такой "помощи" в "поддержке свободы слова" и так далее не раскрывается.
   Вынужденно упоминая в своих мемуарах об известном процессе над Ю.Даниэлем и А.Синявским, получившим широкий резонанс как внутри страны, так и за рубежом, бывший председатель КГБ В.Е. Семичастный, у которого, казалось бы, не было причин для каких-либо личных выпадов и обвинений в адрес сменившего его Ю.В.Андропова, в то же время счел нужным подчеркнуть, что при его руководстве КГБ в 1962 - 1967 годы "арестов по политическим мотивам почти не было", что свидетельствует о том, что они  якобы были в последующие годы.
   Подробнее на вопросах о конкретной интерпретации тех или иных исторических фактов и событий мы остановимся далее, здесь же, исключительно исторической правды ради, отметим, что, согласно данным уголовной статистики, в годы, когда КГБ при СМ СССР возглавлял В.Е. Семичастный, к уголовной ответственности "за антисоветскую агитацию и пропаганду" было привлечено 600 человек[24].
   Только в 1961 и 1962 годы, подчеркивают А.И.Кокурин и Н.В.Петров, за антисовесткую агитацию и пропаганду были осуждены, соответственно, 207 и 323 человека. [25].
   Как отмечал в этой связи Ф.Д. Бобков, если до образования 5 управления, в 1956-1960 годах, за антисоветскую агитацию и пропаганду ( по статье 58-10 УК РСФСР 1928 г.) было осуждено 4 676 человек, в 1961-1965 гг. (по статье 70 УК РСФСР 1960 г.) - 1 072, то в 1966-1970 гг. годы - 295, а в 1981-1985 гг. - 150 человек[26].
   Но следует также отметить, что в их числе был и С. Затикян, осуществивший с единомышленниками известный террористический акт 8 января 1977 г. в Москве, и некий М. Никитенко, также осуществивший ряд подрывов в Московской области накануне игр XXII Олимпиады в Москве.
   Сошлемся также на данные известного правозащитника С.А. Ковалева, отмечавшего по этому поводу, что всего с 1966 по 1986 год по статьям 70 ("Антисоветская агитация и пропаганда") и 190-1 ("Распространение заведомо ложных сведений, порочащих советский государственный и общественный строй") Уголовного кодекса РСФСР были осуждены 2 468 человек. В то же время 18 декабря 1987 г. КГБ СССР обратился с предложением в ЦК КПСС освободить от уголовной ответственности 401 осужденного и 23 подследственных по этим же статьям[27].
   Подчеркнем также, что за 35 с половиной лет существования КГБ СССР к уголовной ответственности было привлечено 25 095 человек. При этом в 1954 - 1959 гг. по статье 58 УК РСФСР за "контрреволюционные преступления были осуждены 9 406 человек. В 1960 - 1990 гг. по более чем 18 составам преступлений, отнесенных к подследственности КГБ, были осуждены 14 689 человек, 5 483 из них - за особо опасные государственные преступления, в том числе 2 781 человек якобы "за инакомыслие", по статьям 70 и 190-1 УК РСФСР[28].
   Немало говорилось и говорится поныне о якобы "возросших масштабах "репрессий" в те годы, что КГБ возглавлялось Андроповым. Но подоб­ные высказывания не имеют под собой реальных оснований. Так, Питер Рэддэвей, известный советолог, выступая в Москве на V международной конфе­ренции "КГБ: вчера, сегодня, завтра", указывал, что с 1958 по 1966 год за антисоветскую агитацию были осуждены около 6000 человек, а ежегодно в среднем по ст. 70 УК осуждалось 254 человека. В тоже время в 1967-1975 годах этот показатель составил 176 приговоров в год, а в 1977-1988 годах - 89 приговоров [29].
   Исторической правды ради подчеркнем и следующее чрезвычайно важное обстоятельство. За годы, когда КГБ возглавлял И.А. Серов (с 1956 - 1958 гг.) за "антисоветскую пропаганду по статье 58-10 УК 1928 г., или, как ныне говорят, за "инакомыслие", были осуждены 3 764 гражданина, при А.Н. Шелепине, уже по статье 70 УК 1960 г., -- 1 442, и при В.Е. Семичастном - 600.
   То за те 15 лет, с 1967 по 1982 г., что КГБ СССР возглавлял Ю.В. Андропов, по статье 70 были осуждены 552 человека, и по статье 190-1 были осуждены еще 1 353 гражданина, то есть почти в три раза меньше, чем за предыдущие 10 лет - 1 905 против 5 806 осужденных[30].
   Особо подчеркнем, что в это же число входят и лица, направлявшиеся на принудительное психиатрическое лечение в соответствии со статьями 58 - 61 УК РСФСР или соответствующих им статьям уголовных кодексов союзных республик СССР.
   Отсутствие в указанных работах Н.В. Петрова и А.И. Пожарова анализа уголовной статистики, а также существовавших правовых норм, мы считаем их серьезным недостатком.
   Бурные ветры политических перемен, ворвавшиеся в нашу жизнь в начале 90-х годов, изменили до неузнаваемости многие представления о должном и невозможном, о предательстве, морали, долге и иных непреходящих человеческих и нравственных ценностях.
   Возвеличили предательство, предали забвению подлинных, пусть и неизвестных героев истории России. Подобные мысли возникают при знакомстве с некоторой учебной и иной литературой, адресованной подрастающему поколению граждан нашей страны. Чтобы не быть голословным приведу 2 примера весьма своеобразного "восстановления исторической правды".
   Первым из них являются события 7-8 ноября 1975 г. в порту Риги и на акватории Балтийского моря, связанные с захватом и попыткой угона военного судна ВМФ СССР в Швецию.
   В "Энциклопедии для детей" читаем о том, что 8 ноября 1975 г. "...на большом противолодочном корабле "Сторожевой" вспыхнуло восстание под руководством замполита капитана 3-го ранга В. Саблина... Офицеры и мичманы его не поддержали и были арестованы восставшими". Причем Саблин представлен эдаким героем-тираноборцем. [31].
   И - ни слова о намерении угнать военный корабль в Швецию! Что доказывается маршрутом и обстоятельствами движения корабля (в скобках также отметим, что Саблин, в отличие от других замполитов, обладал навыками кораблевождения, что позволяло ему единолично пролагать курс и вести корабль).
   Несколько слов "герою" посвящены и в школьном учебнике истории. Так, девятиклассники читают: " ...Саблин сумел вывести корабль из Риги в Ленинград, с тем чтобы обратиться к руководству страны с воззванием против "казнокрадства и демагогии, показухи и лжи", царящих в обществе". Поднятые в воздух бомбардировщики остановили корабль. Саблин был расстрелян за "измену Родине"[32].
   И - ни слова о том, что в апреле 1994 г. Военная коллегия Верховного Суда России, рассмотрев уголовное дело в отношении В.М. Саблина и помогавшего ему матроса Шеина, признала указанных лиц виновными в совершении воинских преступлений: Саблина в превышении власти, неповиновении и сопротивлении начальнику, а Шеина - в соучастии в указанных преступных деяниях, правда, смягчила приговоры (Шеину - до 5 лет лишения свободы, отбытых им). В определении Военной коллегии от 12 апреля 1994 г. указано, что ни Саблин, ни Шеин не подлежат реабилитации.
   В уже упоминавшейся энциклопедии для детей также читаем, конечно, с оценкой "плюс", что "одним из самых необычных участников диссидентского движения оказался капитан КГБ Виктор Орехов"[33].
   Конечно, повествуя о том, как в 1977-1978 гг. Орехов передавал служебную информацию, что, понятно, является воинским преступлением - такие у нас сегодня "герои" и "образцы для подражания" молодежи!, - авторы статьи не упоминали - да и не могли знать!, - что сей "герой" предлагал себя на роль исполнителя или организатора террористических актов в Москве!
   Да и зачем писать о том, что благодаря его предательству - будем называть вещи своими именами!, - десятки человек (в том числе и автор этих строк), оказались под подозрением? Да что душой кривить? - были взяты в оперативную разработку своими коллегами!
   И авторам подобных слащавых сентенций о "чекисте-диссиденте", конечно, невдомек, что 25 августа 1978 г. Орехов был арестован только после того, как контрразведке стало известно, что уже запланирована его встреча с сотрудником спецслужб "одной иностранной державы", специально приехавшим в нашу страну на сей раз по паспорту гражданина США.
   O tempora, o morale! - "О, времена, о нравы!" - восклицали в подобных случаях римляне. Но подобный вывод кажется нам очень актуальным и сегодня.
   Особенно, если задуматься о том,  чему  и  на каких примерах  учим мы сегодня нашу молодежь. Надо ли только, после этого, удивляться полученным результатам?
   Подчеркнем и то немаловажное обстоятельство, что В.Е. Семичастный подчеркивал, что еще "во времена хрущевской "оттепели" американские стратеги начали предпринимать попытки перенести игру на территорию СССР, приступив к созданию "организованного движения сопротивления" (выделено мной, - О.Х.) [34].
   В этой связи В.Е. Семичастный в своих мемуарах небезосновательно приводил записку председателя КГБ и генерального прокурора СССР Р.А.Руденко в ЦК КПСС о том, что с декабря 1965 г. в Москве участились случаи выступлений с требованием пересмотра законодательства, отмены статьи 70 УК РСФСР, освобождения задержанных за распространение антисоветских листовок. При этом по его свидетельству "эти действия не имели случайного характера, а были инспирированы извне", упоминает о группе из 35 - 40 человек, связанной с НТС[35].
   Процитируем в этой связи один из официальных документов середины 80-х годов, раскрывающий сущность, назначение и содержание деятельности иностранных спецслужб по инспирированию так называемого "демократического движения" в СССР.
   "Демократическое движение" (историческое) - выражение, использовавшееся специальными службами противника и зарубежными антисоветскими центрами в акциях идеологической диверсии в 1965-1977гг. для создания видимости наличия в нашей стране оппозиционного течения и склонения отдельных лиц к активным враждебным действиям.
   В целях стимулирования "Д.д" ЦРУ совместно с НТС подготовило для распространения в СССР "Программу демократического движения Советского Союза", в которой ставилась задача ликвидации советской власти в СССР и создания так называемого "союза демократических республик", основанного на принципах буржуазного государства.
   В порядке осуществления практического руководства "Д.д." в 1969 г. противником были разработаны "Тактические основы демократического движения", содержавшие развернутые рекомендации по организации подрывной работы. Одной из главных была рекомендация блокирования враждебных элементов с националистами, в том числе сионистами, а также реакционными церковниками и сектантами"[36 ].
   Отметим, что имеющиеся в настоящее время работы по "диссидентскому движению" в нашей стране, несколько по иному трактуют историю его возникновения[37].
   Опять-таки, исторической правды ради, отметим, что возникновение "инакомыслия" и "диссидентства" в СССР было связано в равной мере как с пропагандой зарубежных радиостанций, деятельностью центров идеологических диверсий, так и некоторыми решениями ХХ съезда КПСС, вскрывшего многочисленные преступления сталинизма.
   Как отмечал по этому поводу Ф.Д. Бобков, "справедливо критикуя культ личности Сталина, никто из лидеров не заботился задуматься о причинах, к нему приведших(здесь и далее выделено мной, - О.Х.). А критика привела к дестабилизации в обществе, породила недоверие к власти. И это предопределило появление в стране сил, на которые смогли опереться центры "холодной войны", осуществлявшие планы подрыва конституционного строя в СССР, разложения социалистического общественного строя. Эта проблема требует дальнейшей работы над ее раскрытием.
   Способствовало недоверию к власти и то, что, свергая культ Сталина, его преемники немало заботились о себе, поощряя рост своих культов"[38].
   В то же время нельзя не сказать и о том, что частью населения с тревогой и озабоченностью воспринимался тот факт, что из переиздававшихся учебников истории исчезали или сокращались разделы, посвященные ХХ съезду КПСС, критике культа личности И.В.Сталина и его последствий, что воспринималось как попытка "реабилитации сталинизма".
   Следует однако заметить, что подобные текстовые изменения могут быть объяснены не только "ползучей ресталинизацией", но и объективным ходом исторического времени, когда кажется, что уже единожды пережитая тяжелая "болезнь" миновала и стала безвозвратным достоянием прошлого. Хотя, безусловно, правдивая и объективная информация по столь трагическому для истории нашей страны вопросу была необходима как тогда, так и теперь.
   Другое дело, что эта проблема выгодно обыгрывалась зарубежными пропагандистами, в то время как советский партийно-пропагандистский аппарат явно не мог соперничать с ними по этому вопросу.
   Добавим также, что вопреки широко распространенному, но, как это нередко бывает, ошибочному мнению, многие недостаточно осведомленные авторы продолжают утверждать, что именно А.И.Солженицын с его книгой "Архипелаг ГУЛАГ" стал якобы "первооткрывателем" темы репрессий в годы сталинизма. Опровергая это утверждение, сошлемся на ныне забытую книгу Б.А.Дъякова "Повесть о пережитом", вышедшую в издательстве "Советский писатель" в 1966 г. И сегодня книга эта способна произвести не менее сильное эмоциональное впечатление на читателя, чем небезупречное творение А.И. Солженицына. Другое дело, что эти авторы находятся на разных идейно-нравственных позициях.
   В то же время, партийная номенклатура ставила определенные препоны развитию критики и самокритики, расширению гласности, принципов самоуправления, демократизации общественной жизни, что не могло не вызывать тревогу и озабоченность у части социально и политически активного населения страны. Эта обеспокоенность не могла не найти каких-либо форм своего внешнего проявления.
   Незадолго до XXIII съезда в 1966 г. уже упоминавшийся нами ранее журналист Э.Генри предупредил академика А.Д.Сахарова о якобы готовившемся решении о "политической реабилитации" Сталина.
   Об этом ЦК КПСС так информировался КГБ при СМ СССР 15 марта 1966 г.: "... в Москве распространяется письмо, адресованное первому секретарю ЦК КПСС, подписанное 25 известными представителями советской интеллигенции (в том числе П.Л.Капицей, И.М.Майским, К.Г.Паустовским, В.П.Катаевым, К.И.Чуковским, М.М.Плисецкой, М.И.Роммом, Г.А.Товстоноговым и др.), в котором выражалось опасение в связи с обозначившейся - по мнению подписантов, тенденцией на частичную или полную реабилитацию Сталина, на пересмотр в этой части решений XX и XXII съездов КПСС.
   Авторы письма выражали мнение, что "реабилитация" Сталина приведет к расколу между КПСС и компартиями Запада, к серьезным расхождениям внутри советского общества, вызовет волнение интеллигенции, осложнит обстановку среди молодежи, а также в области международного сотрудничества.
   Инициатором письма и автором является член Союза писателей С.Н. Ростовский (Эрнест Генри)...".
   Далее В.Е. Семичастным по данному письму, получившему в дальнейшем название "Письма 13-ти", подчеркивалось, что фактом его появления "усугубляются слухи о намечающемся якобы повороте к "сталинизму" и усиливается неверное понимание отдельных выступлений и статей, направленных на восстановление объективного, научного подхода к истории советского общества и государства, создается напряженное, нервозное настроение у населения перед съездом"[39].
   Подчеркнем и тот факт, что рассмотрение и принятие мер по данному "письму интеллигенции" входило в компетенцию Отдела пропаганды ЦК КПСС, возглавлявшегося в то время А.Н. Яковлевым.
   Вот на фоне каких событий и имевшихся в КГБ при СМ СССР материалов родилась инициатива создания нового подразделения в структуре Комитета.
  
   Источники и примечания:
  
      -- Большая Советская энциклопедия. Том 1. М., 1955, с. 291 - 292.
   2. Петров Н.В. Специальные структуры КГБ по борьбе с инакомыслием в СССР. 1954 - 1989 гг. // Труды Общества изучения истории Отечественных спецслужб. Том 3. М., 2007, сс. 306 - 317. Также см.: Пожаров А.И. КГБ и инакомыслие // Обозреватель/Observer. М., 1997, N 5-6. Сс. 95 - 100.
   3. См.: Sttеl R. Pax Amеricano. New-York, 1967, рр.6-7. Цитируется по: Яковлев А.Н. От Трумэна до Рейгана: Доктрины и реальность ядерного века. М., 1985, сс.225-226. Мы специально ссылаемся на данный источник, чтобы заинтересованный читатель смог узнать, что конкретно А.Н Яковлев, с 1986 г. Секретарь ЦК, а с 1987 и по июль 1990 г. - член Политбюро ЦК КПСС, знал о целях, намерениях и планах американской политики в отношении СССР.
   4. См.: Галвазин С.Н. Охранные структуры Российской империи. М., 2001, сс.80-88; Мерзляков В.М. Об организации контрразведывательных органов России // Российские спецслужбы: История и современность: Материалы Исторических чтений на Лубянке 1997-2000 годов. М., 2002, сс.72 -- 74.
   5. Турло С.С., Залдат И.П. Шпионаж // Антология истории спецслужб. Россия. 1905 - 1924. М., 2007, с. 432.
   6. Турло С.С., Залдат И.П. Шпионаж // Антология истории спецслужб. Россия. 1905 - 1924. М., 2007, с. 428 -- 431.
   7. Латынин В. Современный шпионаж и борьба с ним. М., Воениздат, 1925, с. 5-6.
   8. Цитируется по: Шпионаж во время войны., М., 2007, с. 283.
   9. Ковтун Г.К. Философия разведки. Киiв, 2001, с. 358.
   10. Мы рекомендуем пользоваться изданием: Даллес А. ЦРУ против КГБ: Искусство шпионажа. (М., 2000). Поскольку издатели первого перевода 1992 г. оговаривались, что сделали купюры текста, преследующие цель "по возможности устранить идеологические наслоения периода "холодной войны" и "явные анахронизмы", что значительно снижает ценность этого варианта книги как информационного источника.
   11. См. Клайн Р. ЦРУ от Рузвельта до Рейгана. New-York, 1988, сс. 15, 166--168.
   12. Об аппарате и методах осуществления идеологических и политических диверсий существовало и существует немалое число работ.
   Отметим лишь, в частности, что им было посвящено два издания книги Д.А.Волкогонова "Психологическая война: Подрывные действия империализма в области общественного сознания". (М., 1983,1984).
   Подробнее с зарубежным аппаратом организации и проведения идеологических диверсий читатель может познакомиться в книге Прозоров Б.Л. Неизвестный Андропов: взгляд извне и изнутри. М., 2004.
   13. См.: Макаревич Э.Ф. Секретная агентура: Штатным и нештатным сотрудникам посвящается. М., 2007, сс. 226 - 229.
   14. Подробнее см.: Хлобустов О.М. Госбезопасность от Александра I до Путина: 200 лет тайной войны. М., 2005, сс. 295 - 299.
   15. См.: Ковтун Г.К Философия разведки. Киiв, 2001, с. 383.
   16. См.: Лубянка: Органы ВЧК-ОГПУ-НКВД-МГБ-МВД-КГБ. 1917-1991. Справочник. Документы. М., 2003, сс. 703-708.
   17. См.: СССР и международное сотрудничество в области прав человека. М., 1989; также подробнее см.: Хлобустов О.М. и др. Права человека и интересы национальной безопасности. М., 1999, сс. 15, 36-47.
   18. См., например, Данилов А.А., Косулина Л.Г. История России: ХХ век. М., 1996, с. 306.
   19. Большая советская энциклопедия, 2-е издание. Том 14.М.,1952, с. 469.
   20. Отечество: История, люди, регионы России. Энциклопедический словарь. М., 1999, с. 182.
   21. См.: Данилова А.А., Косулина Л.Г. История государства и народов России. ХХ век. Учебник для 9-х классов. М., 2001, сс. 368, 377.
   22. Подробнее см.: Прокопенко А.С. Безумная психиатрия. М., 2002, вэб-сайт www.agentura.ru.
   23. Подробнее см.: Попов О.А. Защитники прав человека или "агенты глобализма"? // Москва -М. - 2004 - N1 - с. 162-191.
   24. Подсчитано по: Вестник Архива Президента Российской Федерации // Источник, М.,1995, N 6, с. 153.
   25. См.: Лубянка: Органы ВЧК-ОГПУ-НКВД-МГБ-МВД-КГБ. 1917-1991. Справочник. Документы. М., 2003, с. 160.
   26. См.: Родина. М., 1989, N 11.
   27. См. : Московские новости, М., 1992, N 32, 9 августа.
   28. См.: Лунев В.В. Преступность ХХ века: Мировой криминологический анализ. М., 1997, сс. 180, 185.
   29. См.: V международная конференция "КГБ: вчера, сегодня, завтра". М., 1996, сс.74-76.
   30. Подсчитано по: Вестник Архива Президента Российской Федерации // Источник, М.,1995, N 6, с. 153.
   31. См.: Энциклопедия для детей. Т.5. Часть 3. История России. ХХ век. М., 1996, с. 615.
   32. Данилов А.А., Косулина Л.Г. История государства и народов России. ХХ век. М., 2001, с. 369.
   33. См.: Энциклопедия для детей. Т.5. Часть 3. История России. ХХ век, с. 618.
   34. См.: Семичастный В.Е. Беспокойное сердце. М., 2002, сс. 244, 252, 254 -274.
   35. См.: Семичастный В.Е. указ. соч., с. 244, 252, 254 -274. Так же см.: Козлов В.А. Неизвестный СССР: Противостояние народа и власти 1953 - 1985 гг. М., 2006. Подробнее об НТС см.: Макаревич Э.Ф. Секретная агентура. Штатным и нештатным сотрудникам посвящается. М., 2007, сс. 234 - 270.
   36. Хлобустов О.М. Госбезопасность от Александра I до Путина. М., 2007, сс. 294.
   37. Алексеева Л.М. История инакомыслия в СССР: Новейший период. М., 2001; Алексеева Л.М. История правозащитного движения. М., 1996. Об истории "диссидентского движения" также см.: Богораз Л.И., Голицын В.Г., Ковалев С.А. Политическая борьба или защита прав человека? 20-летний опыт независимого общественного движения в СССР. Хроника диссидентского движения (1968 - 1983 гг.). // Погружение в трясину: Анатомия застоя. М., 1991, сс. 501 - 544 и 545 - 554.
   38. Бобков Ф.Д. Последние 20 лет. Записки начальника политической контрразведки. М., 2006, с. 292.
   39. См.: Реабилитация: Как это было. Документы... Т. 2, сс. 485 - 487. "Письмо 13-ти" см. там же сс. 491 - 492.
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Т.Мух "Падальщик 2. Сотрясая Основы"(Боевая фантастика) А.Куст "Поварёшка"(Боевик) А.Завгородняя "Невеста Напрокат"(Любовное фэнтези) А.Гришин "Вторая дорога. Путь офицера."(Боевое фэнтези) А.Гришин "Вторая дорога. Решение офицера."(Боевое фэнтези) А.Ефремов "История Бессмертного-4. Конец эпохи"(ЛитРПГ) В.Лесневская "Жена Командира. Непокорная"(Постапокалипсис) А.Вильде "Джеральдина"(Киберпанк) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) А.Найт "Наперегонки со смертью"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"