Хмельницкая Татьяна Евгеньевна: другие произведения.

Перехлестье веков

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Из дела номер сто пять: Имя: Мина Рус. Место жительства: Галактика - Лепесток Розы, планета - Джакка, страна -Мирса. Место и вид службы: Мирса. Дворец суверена, фаворитка. Обязанности: Выполнение секретных заданий. Личное разъяснение Мины Рус, данное служителю "Секретной канцелярии": "Это политика, раз в неё влезешь, обратного пути нет. Я не выбирала такую судьбу, за меня это сделал мой Дар. Последнее поручение Суверена отменяло использование природной силы. В моем распоряжении бытовая магия и смекалка, а в напарники - семейка магов. Эх, где наша не пропадала! Разберемся".

  НЕ ЭТОТ МИР
  ПЕРЕХЛЕСТЬЕ ВЕКОВ
  
  
  Аннотация:
  Из дела номер сто пять:
  Имя: Мина Рус.
  Место жительства: Галактика - Лепесток Розы, планета - Джакка, страна -Мирса.
  Место и вид службы: Мирса. Дворец суверена, фаворитка.
  Обязанности: Выполнение секретных заданий.
  Личное разъяснение Мины Рус, данное служителю 'Секретной канцелярии': 'Это политика, раз в неё влезешь, обратного пути нет. Я не выбирала такую судьбу, за меня это сделал мой Дар. Последнее поручение Суверена отменяло использование природной силы. В моем распоряжении бытовая магия и смекалка, а в напарники - семейка магов. Эх, где наша не пропадала! Разберемся'.
  
  
  ПРОЛОГ
  Никогда не знаешь, кто тебе не годится в мужья, пока не выйдешь замуж.
  
  
  Пять лет назад.
  
  Я вышла на улицу. Чернота неба отступала под напором зарницы. Огонь утра вспышкой загорелся на востоке и понемногу занимал небосклон. Он прокладывал себе дорогу к чертогу будущих сумерек, будто властный муж шел уверенной походкой к будуару молодой жены. Он знал, что там его ждала страсть новой ночи и рождение призрачных звёзд.
  Сегодня мне предстояло закончить работу над заказом. Разлёживаться - время терять. Я слишком задержалась с исполнением глиняной таблички в стиле древних биритов для богатого дома в столице. Вирт Вольный, мой друг и сосед, получил подряд на реставрацию и отделку одного старого дома в городе. Хозяевам хотелось чего-то необычного, без подражательства современному дизайну, потому и обратились к Вирту. Он славился на всю страну увязкой репликационных форм скульптуры с нынешними течениями в искусстве.
  Вирт Вольный с трёх лет путешествовал по разным странам вместе с родителями. Они прививали ребенку любовь к искусству, ведь были магами в этой области. Кочевая жизнь помогла Вирту не только увидеть мир, но и создать собственное впечатление о нём. Именно то самое впечатление и отражалось в эскизах, работах, дизайне, которыми славился дружок.
  Хм, 'дружок'... Вот подумала и самой смешно стало. Каким же может мне быть дружком взрослый мужчина двадцати семи лет отроду? Вот именно - никаким. Ладно, заменю на наставника... Нет, тоже не подходит. Опекун! Самое оно для Вирта. М-дааа, опекал он меня по-черному. Буквально шагу не давал ступить, но я не в обиде. Вирт - талантище в отличие от меня.
  Я к своим семнадцати годам по-настоящему овладела только несколькими практиками, и все они относились к резке по глине. Вероятно, из дружеских чувств Вирт четыре года назад обратился ко мне, предложив создать небольшие глиняные таблички, отобразив на них житие Трудных времен. Я хорошо помню тот проект, ведь для меня он стал первым. По задумке Вирта внутреннее убранство помещений должно было отделываться камнем и лишь одна стена в кабинете хозяина, полностью выкладывалась глиняными табличками с рассказом о днях Сурового Противостояния и обретении суверенитета.
  К моему великому сожалению я не из тех, кто в состоянии увековечить свое имя, совершив прорыв в ремесле. Не говоря уже о революции в узком направлении искусства, которое выбрала и сделала профессией. Я - обычный середнячок. Жизнь представлялась мне, как непрерывное противостояние самой себе, в котором не было победителей и побеждённых, а царила только лень и романтика. Но сосед перевернул моё жизненно кредо, и противостоять вот уже несколько лет подряд приходилось желанию поспать и помечтать, глядя на занимающийся рассвет или угасающий день.
  Вирт знал о моем прохладном отношении к работе, но закидывал заказами, компонуя собственные наброски глиняными вставками, выполненными моими руками. В какой-то момент его эскизы стали востребованными настолько, что приобрели статус специфического направления, которое так и назвали: Виртурианским.
  И тут началось... Заказы сыпались как из рога изобилия, и я перестала успевать лепить таблички. М-да, приятно быть частью большого искусства, но забывать про сон, еду и романтику не собиралась. Долго думала, как мне быть, пока идея сама собой не посетила мою голову. Я изобрела резак, который назвала ширитом.
  Билась над инструментом длительное время, но результат превзошел все ожидания. Ни одна Магическая экспертиза, оценивая стартовую стоимость таблички, не могла определить, что рисунок нанесен ширитом, а не выполнен вручную.
  Однажды, зайдя ко мне вечерком по-соседски на бокальчик крепкой настойки от переутомления, Вирт заставил показать новые таблички для очередного заказа. Я, словно школьница, стояла рядом с креслом, в котором устроился Вирт, и подавала черепные прямоугольники. Вирт придирчиво вглядывался в рисунки на табличках, водил над каждой рукой, прислушиваясь к ощущениям и откладывал проверенную. Когда пересмотрел все, улыбнулся и сказал:
   - Ох, и жулик ты, Мина! Удивительно, что до сих пор каждая твоя работа признана индивидуальной и дорогостоящей.
  - Хочешь подать на меня иск в Харукку? - бурчала я в ответ.
  - Уж скорее подам прошение о скорейшем твоем замужестве.
  - Ага, хочешь от меня избавиться? И чем я тебе так насолила?
  - Послушай, у тебя способности, - начал Вирт, - и грех зарывать их в землю. К сожалению, пока не проявился твой основной талант, но мозги людям пудрить ты умеешь. По моим размышлениям очень талантливо. Придумать такое, что даже экспертиза не может отличить подделку от оригинального полотна. Я подозреваю, что твой дар очень силён, раз проявляется такими выплесками через инструменты. Есть возможность ускорить обряд снятия Наложения через замужество.
  - Сложность при такой работе лишь в создании своеобразного изначального плетения заклинаний для ширита. Сюжеты из времен Противостояния или Трудных не отличаются большим разнообразием. Я придумала наполнение общего, признаться, длинного заклинания для резака, которое стало основой для ряда табличек и участвуют во всех твоих работах. Остальное - дело техники, истории отдельной семьи или клана. К слову сказать, дела семейные тоже повторяются, и копировать их успешно удаётся слегка изменяя.
  Я прошла к плетёному любимому креслу, которое стояло напротив кресла Вирта, уселась в него, увязнув в горе подушек. Взяв в руки бокал с настойкой, отхлебнула. По гортани потекла приятная тягучая жидкость. Я чувствовала, как она медленно проникает в желудок и по жилам начинает течь жизненная сила.
  Да, Вирт прав, тот дар, что покоился внутри моего существа, давал возможность наполнять бытовые вещи особой силой. Вот как сейчас это происходило с настойкой, которую я приготовила месяц назад. Во время варки, я непрерывно читала заклинание, написанное мною. Оно простенькое по звучанию, но зато, какой эффект!
  - Ключевое слово в этом - 'длинного', - хмыкнул Вирт, наблюдая за мной. - Зато любимое - 'копировать'.
  - Ну, тебя Вирт! - отмахнулась я.
  Пухлые губы Вирта раздвинулись в улыбке, обнажив ряд белоснежных зубов. Вообще господин Вольный - красавец, в самом прямом смысле этого слова. Огромные глаза, прямой нос, скулы высокие и такие острые, что обрезаться можно. Преувеличение, конечно, меня занесло с остротой скул, но уж очень красиво они выглядели. Всегда одет с иголочки, по последнему крику столичной моды. Странно, что такой гений мужской красоты и стати ходил в холостяках, но по мне, так это придавало к его облику ореол определённой пикантности.
  - Ты очень талантлива... в будущем.
  - Скажешь тоже... Да хоть бы и так, дело в другом: кому это нужно? Никому. Я останусь здесь и буду вечно прозябать, рисуя для богатеев истории их семей.
  - Замужество на Маге могло бы исправить ситуацию.
  Вирт прав, для меня это лучший исход и возможность попасть в касту, для которой я рождена, а заодно и попрощаться с ненавистным ремеслом. Вирта жалко, но мне кажется, он быстро подберет себе кого-нибудь для работы по глине. Я своему приемнику готова подарить шририт.
  - До 'Фола' еще год, - напомнила я. - И не факт, что представители общин заинтересуются мной настолько, что дадут 'Лат' для переезда в один из городов. У меня за душой лишь приданое, которое я сколотила сама, щедрость папы и его жены. Допускаю, что это не мало... Ладно, ладно, не ухмыляйся. Это много и даже слишком, чтобы найти достойную партию. Но тут возникает вполне разумная неуверенность уже другого порядка. Представь, снимут Наложение и окажется, что я стану врагом всей семье будущего мужа. Вдруг заложенная внутри меня магия идёт в разрез с магией семьи избранника. К тому же через год мне будет только восемнадцать, а подавать заявку на 'Фол' можно с двадцати. Так что... я в пролёте.
  - Вот потому замужество и было бы для тебя возможностью получить 'Лат' в обход традиции. Ты ведь урождённая биритка тебе и карты в руки.
  Отдавать долг биритам, Трудным временам и Противостоянию - политическая доктрина нашего государства. Таким образом, воспитывали патриотизм в молодом поколении, чтили прах предков и напоминали о таком нужном нашей стране мире. Я считала такую политику правильной. Анализ ошибок прошлого отрезвлял и помогал не допускать погрешностей в будущем. Если бы бириты изначально вели свою политику иначе, то не пришлось бы им жертвовать всем, что они имели.
  Бириты - великий народ, наши пращуры. Им выпала честь стать первыми владельцами самого сильного артефакта на планете и они не правильно им распорядились. Объявили войну соседям и проиграли. Победителей не судят, но как быть побеждённым? Наступили Трудные времена, сменившиеся Суровым Противостоянием. Нет, это не была новая военная компания, скорее, соглашательство с навязанными страной-победителем условиями. Биритам пришлось отказаться от собственного языка, традиций, земли. Они стали арендаторами просторов, которые когда-то принадлежали им. Рента за пользование землёй переправлялась в державу-победительницу - Хиссу.
  Суровое Противостояние - испытание трудностями и унижением, рабским положением. Оно длилось без малого три века, пока однажды за биритов не вступилась Судьба. Был объявлен 'Фол' для наследника Хиссы, и девушки из всех колониальных стран могли принимать в нём участие. Вот тогда-то урождённой биритке из древнего рода удалось изменить ход истории, поднять свой народ с колен просто выйдя замуж. Дальше - больше. Она так очаровала наследника державы-победительницы, что тот разрешил нашей стране стать независимой, почти, но всё-таки независимой. В знак получения суверенитета, правителя страны стали называть Сувереном, а отобранные правителем Хиссы в давней войне артефакты вернулись на свои места в храмы.
  Да, идея с участием в 'Фоле', обретением мужа не плохая... Я не из тех девушек, что мечтают о любви до гроба, и вполне реально оцениваю свои возможности. Что с меня взять кроме душевного стриптиза и приданого? Нет, правда. Ничего ведь не имею кроме родословной. А характер? Как начну рассказывать что-то, пусть даже смешное, так превращу историю в трагедию со счастливым концом. Людей до слёз доведу и сама рыдать буду.
  Вот что-что, а слёзы у меня всегда, что называется, близко. Начнется потоп - не остановить. Всегда такой была и вряд ли найдется нормальный мужчина, который готов будет выслушивать постоянные стенания.
  Первый мужчина, кто не обращал на эту способность внимания - папа. Он трогательно выслушивал все мои истории. Ну, конечно, я - свет в окне.
  Отец рано овдовел, четыре года назад выгодно женился. Она - оборотень, но папе нравится. Зовут Мэр. Приглашали меня поехать с ними, я отказалась. Чего людям портить жизнь? Видя моё сопротивление переезду, папа отправился к соседу, Вирту и долго о чем-то с ним разговаривал. Я пыталась подслушать стоя у широких резных дверей дома Вирта, улизнув из-под пристального взора мачехи. Сослалась на что-то незначительное, но непременно необходимое, прошмыгнула к соседским дверям, но ничего не узнала. Пришлось возвращаться.
  Когда отец вошел в дом, между нами состоялся разговор. Его исход меня радовал: я оставалась под присмотром Вирта и на его попечении. Причём последнее соседушка предложил сам. Папа сказал, что и с его стороны тоже будет достойное обеспечение и так собственно всё и завершилось.
  На следующий день молодожены отбыли, а Вирт нагрузил меня первой работой. Кстати, он единственный, с кем спокойно могла разговаривать, не стесняясь. Мы обсуждали всё, в том числе и будущее... моё будущее, в котором я обязательно должна стать великим мастером. О замужестве Вирт заговорил впервые. Вероятно, стал колебаться в моём пристрастии к ремеслу.
  Так что... Замуж мне нужно и вся надежда на 'Фол'.
  Это древняя традиция, которая соблюдалась всеми знатными родами. Злые языки судачили, что нынче на 'Фол' попадают только безнадёжные девушки, у которых либо за душой ни гроша, либо - изъян. С первым у меня всё в порядке, деньги были. С изъяном... Да - это про меня. Хотя, внешне он не заметен. Если молчать на 'Фоле' так и выбрать найдется из кого. Внешне-то я вроде симпатичная, а Вирт вообще красавицей считает. Конечно, я ему верю, куда мне от этого?
  Ладно, что я всё о грустном и о грустном? Пора и за работу. Зря, что ли рано вставала?
  Я взяла очередную глиняную табличку, погладила её ровную поверхность и почувствовала тепло, исходящее от камня. Зафиксировала ощущения и схватилась за резак. Сделала первый надрез. Для меня, начало работы сродни таинству магии. Но, к сожалению, это первое и последнее родство с магией в создании сюжета. Дальше только работа. Я произнесла заклинание для эпизода, что наметила. Я без нажима водила по глиняному полотну остриём ширита. Он сам вгрызался в обожженную в печи поверхность. Получалось идеально точно, ведь заклинания верно передавали куски сюжета. Филигранность важна, она залог хорошего заработка.
  Пару раз я прерывалась на еду и получасовую прогулку, и снова садилась за работу. К вечеру, в дверь постучали.
  - Войдите! - крикнула я, укладывая последнюю табличку в коробку.
  - Привет, красавица! - улыбнулся, появившийся на пороге Вирт. - Я к тебе не один, с гостем. Это наш заказчик.
  За щуплой спиной Вирта, стоял довольно высокий молодой мужчина лет двадцати пяти. Одет он был в брюки из толстой ткани, кожаную куртку. Симпатичным его назвать трудно. Большой лоб, прямой нос, квадратный подбородок. По сравнению с утончённым Виртом, мужчина смотрелся едва ли не слегка обтёсанной глыбой.
  Дружок, как всегда, в элегантном костюме, с аккуратной причёской, подошел ко мне и, махнув рукой на Громадину, произнёс:
  - Знакомься, Мина, это маар Генрих Лесной из клана Лесных.
  Большие карие глаза Вирта, обрамлённые черными длинными ресницами, светились счастьем. На пухлых губах играла легкая улыбка.
  - Да, да, - закивала я, - мой папа женился на...
  Договорить я не успела, Громадина ринулся ко мне и, схватив за руку, гаркнул:
  - И тебе пора замуж. Я готов на тебе жениться, собирайся. Таблички упаковала?
  Я только и смогла, что кивнуть.
  - Чай, кофе не предлагай, - продолжил Генрих, - пошли к магу-законнику.
  Он дернул меня за руку и потащил к выходу.
  - Нет, нет, ну как же так? - упираясь каблуками в пол, произнесла я. - Что же обо мне подумают маги? Папа покинул нас, в самом расцвете сил и здоровья, подался на чужбину. А тут еще и я оставлю дом, добрых соседей и отправлюсь за вами. Как же дом без присмотра? Пол в пристройке прогрызут мыши, мебель съедят жуки, порог покосится, а...
  - Я наложу заклятие, и дом будет законсервирован, - бросил через плечо Генрих. - Все, включая дождевых червей будут обползать дом за километр.
  Генрих тянул меня за руку, и каблуки моих туфель скрипели по мраморному полу. И чего папа решил сделать ремонт в нашем домишке? Позвал Вирта и тот, обустроил всё по высшему классу! Мраморные полы, хрустальные люстры, гобелены, и еще всякая разная, но уже современная дребедень. Красиво получилось, тут не придерёшься, но зачем? А я теперь расхлёбывай, вон, как замуж тянут. А я скольжу и ухватиться не за что. Конечно, если разобраться, между ремонтом и замужеством связи никакой. Мне хотелось остановиться немного прийти в себя, осознать то, что в данный момент происходило.
  Вообще я как-то предложение руки и сердца представляла себе иначе. Ладно, ладно, я представляла это как-то условно. Некто позовёт замуж, наденет мне на руку кольцо Физора - бога семьи и брака, и с меня падёт Наложение. Но даже в самых необычных размышлениях о замужестве, а были и такие, меня не брали в жёны так стремительно.
  Я ухватилась за косяк входной двери, стараясь сопротивляться Громиле. Он дёрнул сильнее, а я едва устояла на ногах.
  - Я совсем не против выйти замуж, скорее наоборот, но и вы меня поймите, как же без плотного знакомства? Кто вы? Ваш титул? Как же мне без отцовского согласия, да сразу за первого встречного?
  Генрих перестал меня тянуть за руку, развернулся и сотворил руну терпения, возложил на свою голову.
  - Так-то лучше, - облегчённо вздохнул он. - Ты права, без титула никак и без отцовского благословения - тоже.
  Мужчина произнёс заклинание, в воздухе повисло плотное марево. Громила щелкнул пальцами, и мой отец радостно заулыбался из глубин дымки. За его спиной проступили стены и башни огромного замка. По правую руку была видна кромка соснового леса.
  - Здравствуй доченька. Как ты там?
  У папы на губах сияла благостная улыбка. Он походил сейчас на монаха, живущего в древнем храме Сириты, богини огня, и греющегося ежедневно даруемым ею очищающим огнём. Привычная с моего детства морщинка между густыми красивого ровного изгиба бровями исчезла, мендалевидные зелёные глаза были наполнены счастьем.
  - Ах, папочка, дела не плохи, справляюсь. Недавно жук-летун все Пиронтии красные, что под окнами цвели поел, и гнездо себе на их месте устроил. Теперь ждем выводок. Мать-и-мачеху тля сожрала, а потом пела мне под окнами на радостях. Песня о жизни среди пустыни в голодный год. Длился напев трое суток. А еще под полом родник стал бить, фундамент размывает...
  - Стоп! Стоп! - покачал головой папа. - Вижу всё нормально. Я буду краток. Тебя посватал предводитель клана Лесных. Я согласился. Сама понимаешь, они родня королю и нам.
  - Скоро увидимся?
  - На свадьбе. Ты в город поедешь, со своим мужем, - отрезал отец. - Я снабдил его заклинанием Отцовского согласия и подписал за тебя Брачный контракт. По нему всё твое имущество до свадьбы и приданое, которое мы с Мэр даруем, остаётся твоим, а вся его собственность - вашим общим добром. Брак этот по расчёту. Вынужденная необходимость, поверь. Политическая ситуация заставляет задействовать твой дар. Генрих хороший парень и для него семья и клан не пустые слова. Пойми, дочка, так будет лучше.
  - Ах, папочка, да как же так? Мне семнадцать, мать в могиле, ты - в чужих краях. Ткань на платье свадебное пауки-верхушники сплести не успеют, а соседка недавно отсюда съехала и помочь с выкройками не сможет. Платье мамино надеть не получится, тля когда песню допела на ее зов моль прилетела... Нет больше платья.
  - Свадьба будет в городе, - произнёс отец. - Сейчас вперед, к магу-законнику. Вирт согласился быть свидетелем.
  Марево исчезло, а Генрих хищно улыбнулся:
  - Пошли?
  Я кивнула и снова вцепилась в косяк. Вирт подхватил меня сзади под руки, подтолкнул вперед.
  - Поверь, моя милая, - защебетал он, подтаскивая меня к жениху. - Попрошу своих знакомых искусников тебе такое платье сотворить, что любая магичка в столице позавидует. Да, что там магичка! Дочь управляющего городом на слюну изойдёт.
  - Таблички! - вспомнила я, пытаясь отбиться от ухватившего меня за талию обеими руками Генриха Лесного. - Заказ! Мне нужно обратно в дом.
  - Не беспокойся, дорогая, - ухватив меня за ноги и держа их на весу, помогая тем самым Генриху нести меня к калитке, сказал Вирт, - таблички доставлю в портал, как только засвидетельствую твоё замужество.
  Я изо всех сил вырывалась, извивалась, стараясь освободить ноги. Махала руками пытаясь ударить жениха или хотя бы задеть. Укусила пару раз, Генриха за руку. Мужчины притихли. В молчании поджав губы несли меня к калитке. А там лес - вотчина моего жениха. Он ему силы прибавлял. Всегда считала родной дом особенным, ведь находился он у самой кромки леса, на границе нашего маленького городка с угодьями клана Лесных. Теперь я ненавидела его место расположения.
  Генрих, взвалив меня на плечо, сотворил портал.
  - Навигацию выстави, Вирт. Во Дворец бракосочетания короткой дорогой.
  - Да, понял, не сомневайся.
  Я посмотрела в дыру прохода и на другом конце увидела местного мага-законника. Сутулый старичок, приветливо улыбаясь нам, нарисовал в воздухе руну музыки. Генрих, перекинул меня через плечо, перенес через портал.
  - Так-так, - засуетился старичок законник, - вижу, минуя формальности, мы приступаем к делу?
  - Да, - снимая меня с плеча, кивнул Генрих. - Сейчас расписываемся, невеста принимает печать, и потом свадьба. И быстрее, пожалуйста, мы торопимся.
  - Я хочу еще подумать, дело ведь серьезное, - возразила я.
  - Сколько еще думать, милая, - ухмыльнулся Вирт, рисуя в воздухе руну закрытия портала.
  - Ну, не так я долго и думала, всего минуты три и то, половину из них - знакомилась с женихом.
  - Сколько тебе еще думать нужно, дорогая, - хищно улыбнулся Генрих и сделал шаг ко мне, а я отступила. - Три минуты для кого-то - вечность! Читайте пригов... Песнь любви и снимайте Наложение. Оно у нас двойное.
  'Оно у нас двойное', - слова крутились в голове во время обряда Песни любви и скрепления сердец нитью супружества. Я так много читала о Наложении, как о родовой магии, что знала природу этого сильного ритуала наизусть. Наложение накладывали еще в младенчестве, чтобы запечатать силы, которыми обладает родившийся волшебник. Но обряд двойного Наложения проводили не со всеми в нашем мире. Слова об особенном ритуале подтверждали однажды сказанные Виртом слова о моём таланте в будущем. Я либо урожденный волшебник, управляющий одной из стихий или боевой маг. Избави меня Богиня от последнего!
  Считается, что само по себе обладание такими силами - лучше всякого приданого. В купе с родовитостью супруга это давало возможность попасть в элиту при дворе короля и...
  Ох, Великая Фира! Так вот и ответ на фееричное супружество: папа и я - элита при дворе короля. Теперь стала понятна составляющая Брачного договора, и согласие на любые условия. Ради власти люди и не на такое идут. Лесные - род древний, прославленный и богатый, но влиять на политические решения не могли. А теперь всё изменится и при обсуждении их голос станет одним из основных, его нельзя будет проигнорировать.
  Пускай, я не против пожить при дворе. Надо будет узнать о льготах и возможностях и...
  - Вы, согласны стать женой маара Генриха второго, предводителя клана Лесных?
  Я не сразу сообразила, что спрашивал у меня маг-законник, будучи занята размышлениями и для поддержки посмотрела на Вирта. Он стоял у стены совсем рядом. Хотя в коморке законника всё рядом. Помещение настолько мало, что четверо людей покажутся толпой.
  Но законник сделал всё возможное, чтобы визуально расширить пространство. В углу стоял маленький узкий шкаф, стулья - тоже маленькие и узкие, небольшой стол, на котором лежали канцелярские бумаги. Да и сам законник незначительный, щупленький, юркий не смотря на преклонный возраст.
  Дружок кивнул головой, и я бодро сказала:
  - Да.
  - Да, я, миара Мина Рус, урожденная биритка, согласна стать женой Генриха Лесного, - назидательно произнёс законник, а я повторила и снова занялась размышлениями. Признаться, не утешительными.
  Это что же получалось: папа меня решил удачно выдать замуж. Но сам он до этого не догадался бы. Да и не любил он распространяться на тему моего дара. Они с мамой хотели тишины и уединения, потому переехали из столицы и поселились в такой глуши.
  Нет, папа точно сам не стал бы снимать двойное Наложение. Что-то должно было случиться, раз пришлось это сделать до 'Фола'. Отец знал, что я собиралась подать документы на этот обряд. Ха, вот бы кому-то счастье привалило! Раз - и в вельможи. Папу подговорили так поступить, и подозреваемый один - Мэр, жена отца. Но что за спешка такая? Можно было меня по-человечески пригласить в гости, познакомить с будущим мужем...
  Выходит я и впрямь хорошая партия, если хочешь одним ударом сокрушить все препятствия на пути к месту рядом с троном. Хотя, чего мне сокрушаться? Семья папы теперь и моя семья. Можно сказать без приданого, зато родовита. Только что мне делать с мужем?
  Я скосила глаза на Генриха и тяжело вздохнула. Конечно, хотелось бы иметь в спутниках жизни более привлекательного мужчину. Когда мысленно рисовала образ будущего избранника, представляла его похожим на Вирта. Нет, я не влюблена в друга, и никогда не собиралась увлекаться им, ведь это себе дороже. На ревность изойдешь, и злобой подавишься, когда очередная богатая магичка будет петь ему дифирамбы и плотоядно смотреть. Просто, видела рядом с собой человека более утончённого, элегантного, а не такого, как Генрих. Ну, да ладно...
  - Объявляю вас мужем и женой, - произнес законник и я зажмурилась.
  Теперь моя жизнь должна измениться кардинально, и даже не знаю, как к этому относиться, но то, что будет не скучно - уверена.
  
  
  ГЛАВА 1
   Давайте жить так, чтобы даже гробовщик оплакивал нашу кончину.
  Марк Твен.
  
  
  Я сидела в кресле и раскидывала карты игрокам. Обычное дело - главная фаворитка правителя обязана этим заниматься при королевской игре, тасуя колоду и слушая, что скажет тот или иной посол, суверену. Занимаюсь этим без малого шестой год и честно признаюсь, уже поднадоело. Работа на суверена - обуза, но таковы условия существования при дворе: либо ты никто, либо - всё. Выбрала последнее.
  Спина нещадно болела - корсет врезался в рёбра. Конечно, не более чем раньше, но сейчас мне казалось, что я в тисках и пытка еще не окончена, ведь карточная игра суверена на высшем уровне в самом разгаре. За столом сидели послы, а за карточными и словесными баталиями следили вельможи, приближенные к трону. Нельзя такое действо завалить, политика цинична и не терпит слабаков. Показать, что у меня проблемы со спиной - значит заранее проиграть. Впрочем, очень хотелось встать из-за стола, швырнуть карты, и во всё горло гаркнуть: 'Лекаря мне, лекаря!'. А вместо этого улыбалась и мысленно проклинала бал, послов, и политику, не забывая чинно раскладывать карты.
  Виной всему неудачный прыжок со спины дракона во время преследования вора. Поскользнулась и распласталась на земле. Пришлось превозмочь боль и продолжить погоню. Обращаться к целителю бесполезно: повреждение произошло во время трансформации в боевого мага. Если бы минутой позже или раньше, не мучилась бы теперь.
  Ну, и побегала я тогда за ним... Ох, вспоминать тошно. Верткий оказался парень, никак не желал ловиться.
  О предстоящем преступлении узнала случайно. Переодевшись в платье обычной горожанки, и прочитав заклинание наложения иллюзорной маски, прогуливалась по улицам города. Бродила около трёх часов, погода располагала к этому. Летнее солнце спряталось за тучи, но прохлада не спешила на смену палящему зною. Любила именно такую пору и наслаждалась моционом. К полудню изрядно утомилась. Зашла в трактир, выпить самодельного вина. Самое лучшее было в 'Трактире у Кора'.
  Евлампий Кор - пожилой улыбчивый мужчина с круглым животиком и добродушной улыбкой, всегда рад услужить, особенно знатным господам. Он единственный кто узнавал меня в любом обличие, хоть сто иллюзорных масок на себя натяни. Его природный дар - медиум. Призраки подсказывали Евлампию, кто есть кто из гостей. Это помогало хозяину потакать пристрастиям клиентов, и слыть одним из лучших трактирщиков в столице. А еще Евлампий знал очень много тайн, включая дворцовые. К большому сожалению Евлампия, его подопечными призраками были обычные горожане, которые при жизни посещали его заведение. По старой памяти призраки заглядывали к Евлампию, принося вести и сплетни из мира предков. Потому тайны узнавал пронырливый трактирщик другими способами. Самый верный - угодить придворным, захаживающим к нему на кружечку винца.
  А вино у Кора знатное... Но я уже об этом вспоминала. Впрочем, подумать о чём-то хорошем лишний раз не грех.
  Вино подавали в огромных кружках, с 'комплиментом' от хозяина заведения. Комплимент - явление постоянное при заказе вина. Это серебряное блюдо, на котором лежала гора порезанных яблок редкого сорта. Простенько, но так вкусно, что не оторваться. Уж не знаю, в яблоках дело или в самом вине, а может в сочетании того и другого, но на вкус оно лучше, чем напитки хранящееся в подвалах дворца в изящных бутылях. Впрочем, муж и папа иногда корили меня в отсутствии утонченности в выборе спиртного. Они оба хорошо разбирались не только в напитках, но и архитектуре, живописи, книгах и еще куче всяких не нужных, на мой взгляд, вещах. Я тоже в состоянии отличить работы одного художника от произведений другого, но упиваться этим знанием, одаривать им других, не по мне. Хватило воспоминаний о глиняных табличках.
  Я вошла в просторное помещение с дубовыми столами и стульями и поискала взором место для себя. Оно казалось возле окна в углу. Порадовалась везению, ведь собиралась провести тихий вечер, а не мозолить глаза обывателям. Неровен час, еще кто-то признает. Мало вероятно, но береженого и боги берегут.
  Расположившись на широком стуле, бросила перчатки на стол, и стащила лёгкий жакет с плеч, оставшись в достаточно скромном топе. Ко мне метнулась официантка. Её звали Маруся. Она всегда обслуживала только меня и еще нескольких гостей. Маруся оборотень по рождению, перевоплощающийся в тигра. Свирепое животное, но как выяснилось вполне приспособившееся к реалиям городской жизни. Если Маруся подошла ко мне, значит, призраки уже нашептали Евлампию кто его новый гость.
  Маруся смотрел на меня зелёными раскосыми глазами и улыбалась. Улыбка у неё, конечно, специфическая - острые желтые клыки. Впрочем, если она закроет рот, сойдёт за весьма привлекательную девушку. Я бы даже сказала - красотку. Высокие скулы, курносый нос, пухлые губки, огненно рыжие волосы.
  - Вам как обычно? - шире улыбнулась Маруся.
  Тщедушный парень за соседним столом с белёсыми волосами, собранными в короткий хвост, увидев улыбку Маруси, едва не подавился, глотая пищу. Напротив него обретался весьма грузный мужчина, с таким же цветом волос, как и у тщедушного. Я интуитивно определила между господами родственную связь, только запуталась насколько близко это самое родство. Уж слишком нелепой и смешной казалась физическая противоположность граждан.
  - Как обычно, - кивнула я, и Маруся растворилась в воздухе, будто её и вовсе не было.
  Сосредоточилась на обозрении собственных рук, ногтей. Это мне быстро надоело, я одернула топ, зачем-то придирчиво осмотрела себя и стала наблюдать за странной парочкой в ожидании заказа. Они вкушали пищу и вино, помалкивали. Но что-то меня беспокоило, и я не сводила с мужчин взора. Сама не могла понять, что именно. Казалось вот-вот и произойдёт нечто важное, что изменит мою жизнь раз и навсегда. Интуиция, проснулась, когда не ждали.
  - Не думаю, что всё еще в столице. Для этого нужен сильный маг.
  Профессионализм, наработанный годами службы на Суверена, моментально сделал внутри моего сознания стойку и я прислушалась. Слова о сильном маге принадлежали тщедушному парню. Я вроде как случайно развернула корпус и присмотрелась. На вид блондину около двадцати, может чуть больше. Голубые глаза, обрамлённые светлыми ресницами, узкое лицо, тонкие губы. Одет скромно, я бы даже сказала - провинциально. Короткий пиджак, голубая рубашка, широкие брюки. Но одежда не здешняя, видно по покрою. Иностранец, но проживающий возле границы с нашим государством. Это прослеживалось по мелким деталям костюма. Думаю, это граница с Хиссой. Родственник тоже не блистал изысками моды, но его наряд умело скрывал недостатки фигуры.
  - Сильных магов - раз, два и обчелся.
  - Здесь не просто сильный нужен, - не унимался парень, - а особый.
  - Особых тем более, мало. Разберемся, - впиваясь, словно бульдог в кусок жареного мяса, заверил мужчина постарше.
  - Она сможет помочь, как думаешь?
  - Уверен, что она поможет. Только она и сможет восстановить поток силы.
  После упоминания о некой даме, которую называли: 'она', и которая должна пмочь, я расслабилась. Речь, скорее всего, шла о сердечных делах. Горожанка дала парню отворот поворот, а он желал помощи сильного мага. Ему нужна ведьма, только практиковать привороты не каждая решиться.
  - Здравствуй, милая.
  Евлампий, ну конечно это он. Я улыбнулась мужчине, забыв о несчастном влюбленном провинциале. Евлампий кряхтя, уселся на стул напротив меня и широко улыбнувшись, подмигнул.
  - Заказ сейчас подадут, не беспокойся.
  - Спасибо, - зачем-то пожала плечами я.
  - Но ты ведь знаешь, в моём трактире не только вино заказывают. Много чего еще.
  - Хвастаешь популярностью, или...
  - Или...
  - Не тяни, Евлампий.
  - Я хочу послужить суверену. Ты ведь меня знаешь, по мелочам не тревожу. Артефакт есть важный, 'Мудрость гор' называется. Сегодня ночью ему предстоит дальняя дорога. Заказ на него пришел, мне скончавшийся недавно хранитель дворцовых кладовых сказал. А еще передал, чтобы ты осторожнее была. Скоро и тебе трудно придётся. Он любил тебя, как дочь при жизни, вот и сейчас беспокоится. Говорит, что не отстанет, пока не сообщу тебе о воровстве. Каялся, что другого преступления не сумел предотвратить, помер не вовремя. В ночь его смерти всё и произошло. Но говорит, еще, чтобы ты судьбу свою приняла, и сделал правильный выбор.
  - 'Мудрость гор', говоришь... Ночью... Передай спасибо Клаусу. Я этим займусь.
  Клаус, один из старших и старейших хранителей артефактов короны. Мы действительно были очень дружны при его жизни. Часто болтали, под нехитрое угощение принесенное мною или Карлосом. Когда знала о его смерти, рыдала. Вирт успокаивал меня, говорил, что он совсем старик был. Да, что там слова, когда такие хорошие люди с этого света уходят.
  Из переданного Евлампием послания с того света я решила сосредоточиться не на давнем воровстве, а на предстоящем. Заявлений об исчезновении чего-то из хранилища не было и следовало аккуратно проводить расследование, ведь слова призрака к делу не пришьёшь. Тут особый подход нужен. Сначала предстояло установить пропажу, а только потом докапываться, где она сейчас.
  - Он передаёт тебе поклон и говорит, чтобы берегла себя. Будущее твоё не ясно.
  - Спасибо.
  Маруся принесла заказ, а Евлампий ушел за стойку. Я медленно пила напиток и строила планы перехвата злоумышленника. Заказ серьёзный и требовал подготовки от преступника. Но и я не лыком шита.
  Позволив украсть дорогой артефакт из хранилища, лично гналась за вором во мраке ночи на своём верном драконе по имени Али. Он лучший во всём государстве, не считая дракона, принадлежащего суверену. Собственно, чего летала по ночам, а не мирно спала? Ведь могла обстряпать дело проще и не пускаться в погоню за резвым вором. Для подобных вещей существовала Секретная канцелярия. Её служители как раз и занимались следственными действиями, включая оперативную работу.
  Только проворонили они заказ на кражу древнего артефакта и пришлось мне, частному лицу, честно заявлять о готовящемся преступлении. Конечно, служители из Секретной канцелярии поверят не каждому сообщению. Некоторые из доносов будут многократно проверять, чтобы сделать единственно правильные выводы. Моему слову верховный канцлер Дон Мир поверил, когда я заявилась в бордель под названием 'Весёлая ведьма' и вытряхнула его из постели. Беседовали мы не долго, и в общих чертах продуктивно. Договорились, что оперативники перехватят злоумышленника за городом. У меня была фора, пусть и ограниченная по времени.
  Я устремилась следом за вором сама и цель у меня была вполне определена. Во-первых, подменила камень еще в хранилище на копию, наделив его изначально силой, чтобы воришка не распознал подделку. Мне это под силу почему не сотворить заклинание? Следовало догнать и совершить обмен, ведь оперативникам потом придётся предъявлять обвинения, а с репликой на артефакт это сделать затруднительно.
  А во-вторых, меня заинтересовала форма проникновения вора в хранилище. Парень воспользовался одним из запрещенных древних заклинаний боевой магии. Произнести заклинание может каждый, но не каждый получит результат, будучи даже крайне сильным магом. Но у парня всё получилось и заклинание сработало. Что-то помогло вору сгенерировать энергию силы. Вариантов не много. Скорее всего, артефакт, отданный заказчиком или посредником злоумышленнику. Конечно, может статься, что воришка сам великий урожденный боевой маг, но это вряд ли.
  Оставалось только догнать преступника и вытрясти из него всё, что тот знал. Ну, или если придётся, то вступить в бой с равным себе.
  Парень, как я и рассчитывала, решил, что оторвался от преследования, спланировал на драконе на поляну. Но Али потому и лучший дракон в государстве, что у него всё лучшее, включая обоняние. Мы быстро настигли вора. Я видела, как он бежал в сторону лесной опушки, а там в ста метрах находилась засада оперативников. Надо было торопиться, вот и спрыгнула с Али, трансформировавшись в боевого мага. Хлопнулась на землю, спиной.
  Превозмогая боль, перевернулась на живот и метнула в спину злоумышленника сгусток энергии. Магический шар ударился о волшебную защиту и она разлетелась, расцветив ночь красной вспышкой. Злоумышленник остановился и оглянулся. Не рассчитывал на такое, понимаю. Следующий сгусток энергии, который слетел с кончиков моих пальцев в направлении беглеца, был невидимым и обладал меньшей силой. Но ведь главное не размер, а последствия. Магия подделки зарядилась выпущенным сгустком и парализовала воришку.
  Тяжело поднявшись, я подошла к парню, смогла его рассмотреть. М-да, не парень это, девчонка. Короткая стрижка, зелёные глаза, пухлые губки, курносый нос. Ей около пятнадцати. Впрочем могла и ошибаться.
  - Лекцию читать не буду, - выдохнула я, превозмогая боль в спине, - бессмысленно. За воровство получишь около семи лет. Из-за возраста, если тебе не больше шестнадцати, срок скостят, но не на много. А теперь меня интересует: кто тебя послал?
  Я коснулась лба девушки большим пальцем, погрузила в транс и настроилась на волну её воспоминаний. Отмотать череду времени не трудно, умела входить в чертоги памяти, чтобы увидеть цепь предшествовавших событий. Но это было бы легко, если не боль в спине, отдающая в голову.
  Настроившись, я смогла, пусть и не без труда увидеть получение заказа. К сожалению, всё происходило через посредника, главу их разбойничьей шайки, потому заказчика определить не удалось. Да и не надо, пусть над этим поработают следователи.
  Не выводя девушку из транса, я заменила артефакт, достав его из кармана потрёпанной куртки воровки, и заставила её топать в сторону засады. Заказчик неизвестен, артефакт, который помог девушке проникнуть в хранилище выброшен во время полёта на драконе. Но я дело просто так не оставлю. Если завёлся сильный маг в нашей державе, хотелось знать его в лицо.
  - Вы так тщательно тасуете колоду, - ухмыльнулся посол Ниры, соседнего государства. - Даёте нам возможность почувствовать трепет от предстоящего кона?
  Я вынырнула из размышлений и улыбнулась послу:
  - Да, игра предстоит напряженная.
  Наше государство граничило с Нирой на севере, и оба государства имели границы с третьим, самым крупным в нашем регионе - Хиссой. Соседство с Хиссой, заставляло правительство Ниры и нашего суверена трепетно относиться к собственной независимости. Из-за этого правители наших стран предпочитали поддерживать дружеские отношения.
  На сегодня был объявлен бал в честь трёхсотлетия дипломатических и дружественных отношений с Нирой. Торжество оказалось ярким, но домашним. Приглашены все свои, включая послов Ниры. Лишними тут оказались только послы Куры, - державы, с которой у нас одна граница и куча хлопот из-за неадекватности поступков правителя этой страны. Но курианцы здесь, королевская игра в разгаре и в этом основная политическая интрига, как трубили повсюду средства массовой информации, вовлекая народ в ожидание каких-то перемен.
  По мне, интригой назвать ситуацию - слишком громко. Скорее уж, красивая партия нашего правителя, который решил погнаться за двумя зайцами: показать свою лояльность курианцам и продемонстрировать дружеские, союзнические связи с Нирой. Как любил говорить в своих речах суверен: 'Мы всегда готовы демонстрировать свою приверженность принципам доброго соседства и взаимопомощи'.
  Будучи главной фавориткой, я счастливо улыбалась, слыша подобные речи, и много шустрила, чтобы заявленные принципы демонстрировались. В общем - политика вещь неоднозначная, а в частности меня - утомительная. Но приходилось в этом существовать. Что поделать, такая работа - спасать государство.
  Именно сегодня и собиралась это сделать. Потому так тщательно тасовала карты, чтобы раздать их правильно и свести дипломатические усилия курианцев к минимуму. Торг - уместен и в политике он всегда присутствует. Ведь так просто: следует, сбить высокую цену, на услуги, которые курианцы готовы нам оказать и предложить свою стоимость. И что-то мне подсказывало, что погоня за двумя зайцами сегодня удастся.
  - Советую, идти напролом, - шепнул мне на ухо Вирт. - Сбросить все козыри.
  Он вместе с мужем и папой, стоял за моей спиной с тех пор, как меня избрали фавориткой его величества. Знала - мой тыл защищен. Ни один из ныне живущих магов не причинит мне зла, семья и Вирт рядом, помогут, подскажут. Именно их стараниями я стала не просто фавориткой из-за Дара, оказав однажды королю неоценимую услугу, правратилась в доверенное лицо суверена.
  Впрочем, зачем ворошить прошлое. От него остались только воспоминания и враги. Воспоминания - вещь незначительная. Ну, есть они, чего тут такого? Хлеба не просят. Другое дело поверженные враги. Один из них сейчас сидел напротив меня за карточным столом.
  Ев Жемчужный - хитрый, подлец! С большим удовольствием перевернула бы стол и набросилась на мага. Он попил у меня кровушки за эти пять лет! Я ненавидела его прищуренные глаза светло-зеленого цвета, волосы до плеч, узкое лицо, широкие плечи. У меня даже правая рука зачесалась от желания выдернуть из привязанных к голенищу сапожек ножен, острый клинок. Пришлось держаться, а мне, последнее время стало очень трудно это делать. Устала от постоянной политической гонки, наверное...
  Поначалу Ев показался мне очень приятным молодым мужчиной. Впрочем, той семнадцатилетней девушке из провинции любой придворный волшебник мог почудиться верхом совершенства и элегантности. Ев закружил меня на первом балу, который мы с мужем посетили, а я таяла в его объятьях. Эх, знать бы тогда, что со мной играли, точно с куклой, зная, что воспользуются моим Даром и выкинут.
  На том балу я была представлена суверену, и он признал во мне Дар урожденного боевого мага. С того самого мгновенья началась игра, в которой я должна была погибнуть во славу происков кучки моральных уродов. Маары хотели выдвинуть ультиматум суверену и рассчитывали получить одобрение остальных стран и военную помощь. Но моя дружная семейка и Вирт, перекроили игру. Уйти от ответа смог только Ев, хотя по мне, так он первый подстрекатель к перевороту.
  Я обвела взором огромный зал, в котором толпились маги, общаясь друг с другом. Признаться не самое изысканное помещение во дворце, но для приёма послов страны Кур вполне годилось, а нирианцы проглотят неудобства.
  Пурпурного цвета отделка, пронизана сеткой предохраняющего заклинания. Магия внутри комнаты не действовала, зато располагала к душевной беседе. Аристократическая резная мебель, изящная посуда, вальсирующие под лепным потолком с гербом государства лепестки пламени. Это намёк на природный Дар суверена - подчинение огненной стии. Тяжелые шторы в тон драпировки стен отвлекали от стражи, которой по мне так слишком много. Чудесное место... для меня, но не маара Жемчужного и послов.
  Я, наконец, раздала карты. Каждый получил по стопочке. Очень любила этот момент в игре, он говорил в пользу активной фазы переговоров.
  - Ваш ход, миара Мина, - улыбнулся правитель, а я выложила на стол две карты. - Прекрасный ход.
  - Спасибо, Ваше величество. Мне нравится начинать с козырей, ведь в этой игре - это пики. Как говорила моя покойная бабушка, она была некроманткой, пики в раскладе всегда к большому кровопролитию или удачному политическому договору. Я гостила у неё не часто, но каждый из её уроков запомнила.
  - Кровопролитию? - брови Ева изогнулись.
  - Да, - кивнула я, выложив на стол еще одну карту с изображением пики. - Вы разве не слышали об обозах, что пересекли границу Куры и нашего государства? Поговаривают внутри них - артефакты, весьма полезные во время боевых действий. Обозы пересекли границу и исчезли, словно их и не было.
  - Артефакты - это серьезно, - кивнул посол Ниры. - Я тоже об этом слышал.
  Суверен молчал, внимательно слушая беседу. Он знал, что просто так разбрасываться словами не стану. Конечно, обоз с артефактами и головорезы, сопровождающие его не редкость, но причина для скандала и ввода дополнительных военных сил на границу с Курой, не говоря уже об военно-тактических учениях магов. Для снижения суммы услуг, что суверен намеревался получить от правителя Куры вполне достаточно.
   - Я разберусь с этим делом, - кивнул Ев, продолжая улыбаться. - Виновные в прорыве магической границы будут наказаны.
  - Мне даже страшно подумать, - продолжила я с нежной улыбкой, покрывая, выложенную Евом карту очередным козырем, - какова должна быть брешь в охранной магической паутине между нашими странами, если в неё прошел обоз из четырёх колесниц и пятидесяти всадников.
  - Вы намекаете на то, что это была спровоцированная акция? - поджал губы Ев.
  Наконец-то, поговорим о деле. Мне легче станет, пропадёт желание врезать по этой самодовольной физиономии курианца, пока она на расстоянии одного удара кулака.
  Я вздохнула и улыбнулась:
  - Нет, что вы, я просто по-женски ужаснулась тому, насколько мы, граждане, обоих государств не защищены. Молодчики передвигаются совершенно свободно. Но, вы знаете, может так случиться, что в этом никто не виноват. В любом случае - пограничники. Такое может статься по независимым обстоятельствам. Слышала, что недавно на территории Куры была зафиксирована сильная магическая вспышка. Такая, бывает только при пользовании сильным артефактом. И что удивительно, этот артефакт имеет ярко выраженную специфику. Поговаривают, что есть такой волшебный предмет и принадлежит он семье графа Луньского. А ведь он, кажется, ваш близкий родственник и компаньон в торговых делах.
  В глазах Ева вспыхнула ярость. Жаль, только длилась она крайне мало и я не успела насладиться. Но ведь главное в том, что она была.
  Луньской - предводитель одного из элитарных кланов в Куре. Он курировал проливы, по которым плавали ладьи нашего государства и Ниры. Поставив его под удар, я тем самым принуждала Жемчужного и Луньского пойти на уступки в понижении сборов. В противном случае, делу будет дан ход. Пошлины, уверена, снизят очень скоро.
  - Не приятное обстоятельство, - кивнул суверен.
  - Вы удивительно... осведомленная миара, - ухмыльнулся Ев. - Я потрясен вашими способностями.
  - Вы еще больше будете изумлены, когда я вам скажу, что у меня есть иллюзорный слепок тех самых событий, о которых я сейчас говорила, включая копию излучения артефакта.
  - О, вы еще и запасливая, - закивал головой Ев. - Придётся разбираться с этим делом. Нарушение границы - преступление.
  - Предлагаю перенести обсуждение наших с вами дел на завтра, - произнес суверен тем самым давая понять Еву, что ждет его уже с перечнем уступок. - Игру считаю оконченной.
  Суверен поднялся из кресла и направился к выходу. Мне ничего не оставалось, как последовать за ним. Около самой двери я оглянулась и посмотрела на Вирта. Он стоял с отсутствующим видом. Не часто он впадал в такое состояние, что само по себе удивительно. Придется позже наведаться к нему и узнать, что его ввело в размышления, дело ведь выиграно. К тому же у дружка были причины помогать мне, чтобы снизить пошлину и дать по носу Жемчужному. Вирт совсем недавно дёшево приобрел бизнес по добыче особой, розовой глины. Сырье - на вес золота, но таможенный ввоз его в другие государства Вирт считал грабительским. Потому вдвойне не понятно, почему друг так напряжен и задумчив.
  Пройдя по роскошно-драпированному коридору, мы свернули к покоям правителя. Стража ухватилась за ручки дверей и распахнула створки, сделав шаг в стороны. Мы беспрепятственно вошли внутрь. Правитель не глядя на меня, махнул рукой на диван возле стены. Я беспрекословно уселась на указанное место, наблюдая за правителем. Он, подойдя к бару, откупорил бутылку, плеснул вина в бокал и залпом выпил.
  О-о-о, всё в нашем государстве плохо, раз дело до такого дошло...
  Обычно правитель, сидя в любимом кресле, элегантно смахнув с пальцев сгусток волшебной энергии пускал его в сторону бара. Вино наливалось в посудину само, и отправлялось по воздуху в руки суверена. Сегодня, похоже, не до изящества.
  Я разгладила на подоле несуществующую складку, дожидаясь объяснений, а суверен стоял ко мне спиной, держа бокал в руке. Ладно, подождем...
  Осмотрелась. Обстановка привычная, всё на своих местах. Значит, не военное вторжение, и это уже хорошо. На передовую меня не пошлют, а поручат скорее всего, какое-то дело, полное интриг и пакостей. Обычно все дворцовые дела полны интриг и пакостей. Разгребу и это. У самой не получится, привлеку семью.
  При всей любви правителя к пышности, элегантности и утонченности, покои больше напоминали комнату в казарме какого-нибудь офицера. Аскетизм чувствовался во всем: мебели, занавесках, коврах. Кресло и диван не вписывались в общую картину, казались лишними. Возможно, тонкая натура суверена не выдерживала простоты или он пытался подчеркнуть таким образом, собственное отношение к жизни - не знаю. Но диван и любимое, а точнее, единственное кресло, обретались в этой комнате с тех пор, как я впервые вошла в покои правителя
   - Это было насыщенно, Мина, - не поворачиваясь, произнёс суверен. - Я бы даже сказал феерично. Теперь пошлины будут снижены. Вы получите компенсацию за труды. Что вы хотите? Деньги? Услугу?
  - Услугу, Ваше величество.
  - Говорите, - опершись одной рукой о стол, не поворачиваясь ко мне лицом, налив себе вина, спросил суверен.
  - Прошу, Вас разрешить моему отцу взять лицензию на выполнение мелких художественных работ.
  - Это всё?
  - Не совсем так, - улыбнулась я, хоть мужчина не мог видеть моей улыбки. - Хотелось бы получить патент на оказание этих услуг в любом из государств и возможность оказывать посреднические услуги в этой мелкой области в нашей державе.
  - М-даа, вы всегда знаете, что хотите получить. Хорошо, такой патент будет подписан. Теперь все художники страны - ваши, точнее вашего отца. На этом всё?
  Я кивнула. Суверен продолжал стоять ко мне спиной, и это заставляло мою кровь от страха стыть в жилах. Тут уже не до предчувствий. Ощущение, что колокол на главном храме столицы бил набат. Такое случалось всего дважды за всю историю государства. Первый раз, когда проиграли войну и утратили главный артефакт, а вместе с ним и свой суверинитет. Второй - когда всё это было возвращено на родину, после 'Фола' и свадьбы наследника правителя Хиссы на девушке из нашей страны.
  - У меня к вам очень важное, безотлагательное дело, - помолчав, продолжил суверен.
  Мужчина сделал взмах рукой и произнёс заклинание. Мелкие искры слетели с его длинных пальцев, умножились, увеличились в размерах, превратившись в отчётливые символы. Из них сам собой сплёлся диковинный узор, напоминающий сеть. Символы двигались, перестраиваясь, смещаясь, но не нарушая общей картины рыхлой вязки. Вскоре сотканное полотно, впиталось в стены, потолок, пол, окна и двери.
  - Нас теперь никто не услышит, - заметил суверен.
  Он продолжал ко мне спиной. Я судорожно перебирала в голове, возможные вопросы, что могли заинтересовать суверена.
  На северных границах не всё гладко, об этом мне докладывала надежная агентесса из мелкопоместных некромантов. Я завербовала её совсем недавно, и она уже начала качественно работать. За эти услуги из государственной казны ей выплачивалась симпатичная сумма ориков. Я собиралась слетать туда этой ночью, чтобы иметь возможность лично присутствовать на обряде воскрешения, недавно умершего солдата. Агентесса говорила, что прелюбопытные байки травил боец, обретший недавно покой. Буквально уверяла меня, что заслушаюсь.
  Мне стало интересно, ведь по наведенным справкам, сей боец, в недавнем времени еще был офицером пограничных войск и крутил любовь с девушкой из местной знати. Но смерть настигла его на следующий же день, как его разжаловали в рядовые, за какой-то промах. Мертвец желал отомстить, а я ничего не имела против того, чтобы помочь ему в этом.
  В лесах Пормона, что на границе с Хиссой, сало происходить нечто странное и требовало моего вмешательства. Об этом докладывал мой муж. Генрих намекал, что его давняя возлюбленная, ведьма, что-то узнала кое-что занимательное. Сам явиться во дворец он не мог, и я это знала доподлинно. Сейчас его присутствие требовалось именно там, в наших отдаленных владениях, пожертвованным мне сувереном два года назад. Там затевался интересный расклад внутри мелкопоместной элиты. Такое пропускать нельзя, ведь недовольство, как и сносная политическая ситуация ковалась именно в отдалённых уголках страны. Муж торопил, а я увлеклась делом Луньского, ведь обещала Вирту сделать всё как можно быстрее.
  Возможно, Генрих торопил не зря и нужно переговорить с мужем о ситуации в Пормонных лесах.
  - Мина, - начал суверен, а у меня вдоль позвоночника побежали мурашки от страха, - ценность вашей добычи натуры в том, что вы не только обладаете редким Даром, но и в том, что используете его крайне редко. Наложение сделало вас неуязвимой, из-за поиска выхода из сложившихся обстоятельств не прибегая к силе Дара.
  Я с трудом сглотнула, предчувствуя, что последует за мягкими словами. Это даже хорошо, что суверен стоял ко мне спиной, у меня было время внутренне собраться, чтобы скрыть страх. Глупость, конечно, но в голову полезли ужасные мысли. Точно - глупость! Нужно собраться, сконцентрироваться.
  Суверен развернулся и подошел. Постоял немного, глядя в пол, и о чем-то размышляя, рукой облокотившись на валик спинки кресла. Потом глотнул из бокала и уселся. Наши взгляды встретились, и я поняла, что предстоящее задание будет не в пример сложнее тех, что были до этого.
  'Смерть или честь' - кажется, так говорят храбрецы. Разберемся...
  Его величество и молчал, давая мне возможность осознать важность и опасность того, что он поручит мне. Ладно... я готова... возможно... и только сейчас. Но раз приговор неизбежен, а я так понимаю, это приговор, то проще его услышать сразу, а уж потом рвать на себе волосы и взывать к небесам, прося ответить на единственный вопрос: за что?
  - Вся собранная и доставленная добыча - ваша суверен, как и мои руки, голова и желание служить вам.
  Ух! Аж саму пробрало от таких слов. Оказывается, я еще способна произносить кручёные фразы, пусть не такие элегантные, как принято во дворце, но вполне подобающе для текущего момента и моего состояния. А что, имею ведь право на последнее слово перед оглашением приговора, так почему ему не быть красивым... Ну, или так себе красивым, но бесспорно благородным.
  О великая Фира! Меня, похоже, заносит. Даже в мыслях следует быть скромнее и усерднее, хотя бы напоследок.
  - Спасибо, Мина.
  Да куда там! Суверен должен знать, что это правда. Все богатства и земли, которыми приросла моя семья, даровал он. Даже возможность делать что-то, извлекать мелкую выгоду для себя - лояльность правителя. Мне можно сказать повезло, у меня имелось столько прав в этом государстве, сколько нет ни у кого, даже жены суверена. Уж и не знаю, как она к этому относилась, не спрашивала, но при встрече со мной правительница всегда улыбалась и позволяла не кланяться ей, словно я равная.
  - Я слушаю вас, суверен.
  - Мина, похищен из хранилища древний артефакт - 'Перехлестье веков'. По моим предположениям его уже нет в Мирсе. Или его должны переправить в Хиссу со дня на день.
   О, Великие Боги!
  'Перехлестье веков' - величайший боевой артефакт, группа камней, помогающих восстанавливать защиту границ. Они были дарованы нашему миру и могли влиять на него. По количеству этих магических каменьев исчислялась мощь государства и возможность влиять на внешнюю политику, подчинять себе другие государства, делать их своими колониями. Пропажа его - серьёзная перестановка сил на внешнем рынке.
  Я поджала губы. Вспомнились слова Евлампия, когда он передавал мне послание умершего хранителя. Потому я не слышала о пропаже еще одного артефакта, что о таких кражах века не трубят на всех перекрёстках. Интуитивно, предотвращенное воровство и кражу 'Перехлестья веков' я связала в единую цепочку. Зря, это не правильно, ведь ничего не доказано. С другой стороны, почему нет? Много общего в обоих преступлениях. Сильному магу удалось подбить главаря преступников на похищение единожды. Кстати, хранитель болел перед смертью и его подменяли. Мог, тот кто в ту ночь был на посту вступить в сговор с заказчиком или злоумышленником? Запросто. Надо начинать расследовать оттуда.
  - Расследованием здесь, в нашей стране, поручено заниматься Дону Миру. Он будет контактировать с вами, и сообщать о ходе расследования. Вы отправитесь в Хиссу ко двору короля Эрна Зимнего в сопровождении одно моего давнего друга. Он представит вас своей дальней родственницей из провинции. Есть подозрения, что если где-то и будет обнародован этот артефакт, то именно в Хиссе.
  - Почему, суверен?
  - Это логично. Там исток его силы - месторождение. Чем дальше от границ месторождения, тем незначительнее становится его мощь. Только там он может иметь ту энергию, на которую способен в руках урожденного боевого мага. Пока при дворе Хиссы только один боевой маг, но я знаю, что он в этом не замешан. Значит, идет подготовка к обнародованию неизвестного мага, живущего сейчас под печатью Наложения.
  Мне стало понятно, почему выбор пал на меня. Только волшебнику, обладающему природной боевой магией, другими словами - Эгоцентрику, под силу вернуть артефакт в хранилище. Подзарядившись близостью месторождения, 'Перехлестье веков' способно само по себе активироваться и призвать волшебника. Тогда даже Наложение не поможет. Ой, что будет! Что будет...
  - Это хорошее прикрытие для тебя, Мина. Проверить слова моего знакомого о вашем родстве, будет сложно, у него родственников - как грязи. Первое время он будет помогать тебе, освоиться при дворе, а дальше... дело за тобой. Послушай, о чем говорят придворные, сделай выводы, заведи связи... Мне ли учить тебя! Короче - сделай всё возможное, чтобы раздобыть информацию
  Суверен перешел на 'ты', значит, с трудом сдерживал волнение. Я с трудом сглотнула, прежде чем задать вопрос. Надо же, язык словно прилип к нёбу и не хотел шевелиться.
  - Ваше величество, это единственное поручение в Хиссе? Не последует других вводных?
  Молчать неприлично, да и догадываться я могу о чем угодно. А вдруг правителю захочется, чтобы я воспользовалась 'Перехлестьем веков' на территории вражеского государства. Конечно, такое даже вообразить страшно, а о последствиях сего шага думать не хочется, но кто знает...
  Моя фантазия быстро нарисовала картину красной пустыни размером с Хиссу, с бьющими из-под земли песчаными вулканами, лавой из обжигающего песка. Бррр... Пятьсот лет никто не сможет жить на этой территории.
  - О чем вы, Мина? - неожиданно легко рассмеялся правитель. - Хисса - наш главный партнёр по многим вопросам. Родственные связи тоже не последнее дело в политике. Мы с королём Хиссы братья, пусть и не родные. Не собираюсь делать из Хиссы безжизненный пейзаж. Ваша задача вычислить истинного вора и не допустить сделку. А потом... Я выполню всё, что вы попросите.
  'Не допустить сделку', - ничего себе заявление! Анализируя нашу беседу, с уверенностью могу сделать вывод: может так случиться, что суверену выполнять обещания не придётся. Меня уничтожат и фамилию с титулом не спросят. Если провернули дельце с кражей, то на той стороне баррикад, или в окопе, кому что нравится, не простые маги, а высшие. Единственное, что он сможет для меня сделать, после недопущения сделки - превратить в ночное Эхо. Буду бродить по ночам с остальными девушками, которых таким образом вознаградили, веселиться, а под утро, словно тень уползать в нору под коренья. Да, скорее всего так и случиться.
  Отыскать иголку в стоге сена - это по мне, а быть мишенью для бандитов - увольте.
  - Я готова служить вам, Ваше величество.
  Язык мой, враг мой. Надо думать, прежде чем говорить. Впрочем, чтобы я не произнесла, выполнять задание придётся.
  - Когда мне приступать? - улыбнулась я.
  Совсем с ума сошла! Надо хватать ноги в руки и бежать, куда глаза глядят. Хотя ведь они могут посмотреть и в сторону всё той же Хиссы. А что, главное добраться до границы, пересечь её и попросить политического убежища.
  - Я кое-что для вас сделаю... Чтобы вас не узнали, я наложу на вас заклинание, изменю внешность. Сейчас отправляйтесь к себе, соберите вещи, артефакты, и за десять минут до рассвета, приходите ко мне.
  - До утра, Ваше величество.
  - До утра, Мина.
  
  
  
  ГЛАВА 2
  
  Если у вас кривые ноги - носите глубокое декольте.
  Кристиан Диор.
  
  Я сидела за столом, смотрела на горку из украшений-артефактов, разложенных на нём. Осознавала, что ни один из них не поможет мне, если случиться что-то страшное. Рассчитывать могла только на Дар. Я умела трансформироваться в считанные мгновенья, а большего и не нужно для отражения атаки.
  Расшевелив рукой кучку драгоценностей, отыскала брошь, подаренную недавно Виртом на мой день рождения. Я положила её на ладонь. Сама по себе брошь выглядела простой: из глаза, выполненного из желтого металла, свисала пунцовая слеза. Я погладила пальцем гладкий бок кроваво-красного камня и мысленно перенеслась в тот день.
  Вручая подарок, Вирт поцеловал меня в лоб и пожелал:
  - Чтобы все твои завистники провалились в царство Теней. Этому и служит камень в виде слезинки. Он утраивает внутренние силы владельца и дарует чистоту обладанием силы.
  Я рассмеялась и сказала:
  - У меня нет завистников.
  Мэр, подойдя к нам, улыбнулась, рассмотрев брошку, добавила:
  - Злопыхателей нет потому, что они все интуитивно боятся тебя, милая, и твоего Дара. Тебе на роду написано испытывать вежливость со стороны придворных и народа.
  - Конечно, ведь в большинстве своём простой люд не обладает никакими магическими дарами, - обнял меня за талию отец, подойдя к нашему кружку. - Те, у кого есть пусть даже малейший Дар, обязан с сущими помыслами служить народу, защищать его. Тут без чистоты силы и помыслов не обойтись. Спасибо за подарок, Вирт.
  - Прекрасные слова, дорогой, - улыбнулась Мэр.
  - Да, отличные слова, - улыбнулся Вирт, - согласен с тобой Мэр. Только от нашей политики и в целом всей внешней политики, мало толку. Простые граждане не защищены, пока сильные и слабые маги мира сего плетут интриги, подставляют друг друга и обогащаются.
  - Маги - люди, которым от рождения дано чувствовать силу, пользоваться ей, - пожал плечами папа. - Но я верю, что всё человеческое ниже истинного предназначения, для которого Великий Дар наделил нас большими возможностями. Если бы я не верил в это, то моя дочь не вышла бы за Генриха в столь юном возрасте и не служила суверену. Я верю, что суверен ведет правильную политику и заботится о гражданах. Я помогаю ему в этом и готов продолжать в том же духе
  - О, дорогой! - встряла Мэр. - Давай веселиться. Мине сегодня двадцать два года. О, где мои двадцать два года...
  - Ты снова права, Мэр, - улыбнулся Вирт, - об этом возрасте приятно вспоминать.
  Все рассмеялись и я тоже. Впрочем, я рада, что сегодняшняя папина дискуссия не вышла за рамки и не превратилась в политические дебаты на несколько чесов. Я приколола безделушку к платью и занялась другими гостями. Вирт отошел с папой в сторонку. Они долго о чём-то беседовали. Через некоторое время к ним присоединился Генрих.
  Наблюдая за этой троицей, болтала с Мэр и другими приглашенными людьми. Глядя в сторону троицы мужчин, невольно ухмылялась. Это не была улыбка радости или теплоты, которая обычно появлялась у всех, кто любит своих близких и рад их присутствию. Я подозревала, что уединение и отрешение от общего веселья и торжества связано с очередными политическими планами. Своеобразная не шахматная игра, в которой группа поддержки чемпиона заранее просчитывалась возможные ходы противника и риски.
  После моего триумфального восшествия в должность фаворитки и доверенного лица суверена, моя семья и Вирт стали на свой лад раскручивать карусель внутренней и внешней политики. Я и не знала, что они втроём объединившись, могли совершить так много.
  Стратегия, тактика, ожидание, нанесение точного удара по той или иной персоне. Это удивительным образом не увязывалось с моими представлениями о людях искусства. Всегда считала своих близких романтиками, а не жесткими, изворотливыми дипломатами. Не знаю, почему, но две реальности никак не желали умещаться в голове. Я продолжала смотреть на родню и Вирта через призму детского восприятия и каждый раз разочаровывалась, сталкиваясь с действительностью.
  Генрих, папа, Вирт собрались чтобы обсудить очередное дело. Хороший повод - день рожденья. Впрочем, они могли найти и другой или встретиться вовсе без повода. Поглядывая в сторону мужчин, я понимала, что скоро папа позовет меня и объяснит детали очередного дела. Я чувствовала неприятие к ситуации и желание получить хоть немного веселья, перед тем, как со мной оговорят нечто государственное и важное. Подскажут, как вести себя и что просить за услугу.
  И я танцевала, пела, хохотала, чтобы заглушить вой неприятия и наконец, услышать голос разума, который увещевал: всё для семьи, всё для народа. Конечно, это был папин голос. Только он умел отрешенно, не считаясь с разумными доводами остальных членов семьи рассуждать об общем положении дел в народе и достижении блага для всех.
  Если бы не Мэр, Генрих и Вирт, папа ничего не просил бы за услуги. Патриотизм и вера в истину - папино всё. У меня выработалось стойкое неприятие ко всему такому кардинальному и жесткому, как эти два чувства разъедавшие отца. Я, правда, считала, что они разъедали его изнутри, и потому позиция остальных членов нашего кружка по политическим интересам нравилась мне больше.
  Да-аа, вопреки моим ожиданиям хороший был день рожденья, особенно заключительная часть. Вирт позвал меня прогуляться в сад. Часть гостей осталась играть в шарады, другие разбрелись кто куда.
  Мы с другом шли по дорожке между деревьев. Нас окружали запахи ночных цветов, а Салана, сменившая Красную звезду на небе, благостно одаривала своим серебристым светом. Её сияние поддерживали мелкие светлячки и блуждающие огоньки. Создавалась причудливая атмосфера. Я мысленно молила Вирта, чтобы он не вздумал говорить в такой миг о предстоящих делах. А он и не стал болтать, а просто сделал кое-что, и оно изменила мою жизнь, разделив на 'до' и 'после'.
  Вирт неожиданно остановился, и мне пришлось замереть напротив. Глубоко вздохнув, друг произнёс:
  - Ты будешь смеяться, но я люблю тебя.
  - Я тебя тоже люблю, - улыбнулась я. - Над чем смеяться?
  - Моя любовь иного свойства... Я люблю тебя как... женщину. Старый болван...
  Меня неожиданно пробила дрожь, сердце сжалось, дышать стало трудно. В горле пересохло, а язык словно прирос к нёбу. Я молчала и тряслась.
  - Прости, напугал тебя своими откровениями. Если захочешь, между нами останется всё по-прежнему.
  Вирт обнял меня, как делал часто, когда я чего-то боялась или переживала. Погладил по голове, поцеловал в лоб. Всё как раньше, ничего не изменилось, и я могла решить, что мне всё привиделось. Но мне не показалось, Вирт признался в любви, а я не ведала, что с этим признанием делать.
  Я любила Вирта, но... Никаких 'но', я любила Вирта и считала самым красивым мужчиной во всем мире. Только не понятно, почему внутри моего существа, словно всё оборвалось, перемешалось? В душе царил хаос, страх, непонимание. Я люблю и любима, чего же большего желать? Почему, мой мир словно перевернулся после слов Вирта?
  Не знаю...
  Отстранившись, я посмотрел Вирту в глаза и улыбнулась. Свет Саланы серебрил карие глаза Вирта и от этого мужчина, которого так давно любила, и чьё признание стало для меня сокрушительным, казался мне загадочным и лукавым. Таким же, как и блуждающие огоньки, освещающие дорожки в саду.
  - Я люблю тебя, Вирт, - вымолвила я и, обвив руками шею мужчины, уткнулась лбом в плечо.
  Так мы простояли довольно долго. Всё это время я прокручивала в голове признание Вирта, пыталась пусть и не принять, привыкнуть к нему.
  Когда мы возвращались обратно в дом, я попросила друга поцеловать меня, и он это сделал, настойчиво и страстно.
  Брошь в моей ладони напоминала о нашем поцелуе. Пурпурный камень, казалось, горел неистовством и горячностью. Я уверена, что Вирт подарил его не зря. Он вообще очень продуманный парень и всегда знал, что хотел сделать достичь. Вирт предвкушал признание и будущий поцелуй, и чтобы я не забыла об этом, подарил брошь. Я не забыла...
  Сжала кулак, занялась другими драгоценностями. Среди них куча подарков от папы, Мэр, Генриха и Вирта. Все заряжены магической энергией, могли помочь в трудный момент.
  А не взять ли все сразу? В любом случае камнями, брошами, бусами и остальной дребеденью на чужбине можно воспользоваться по прямому назначению - украсить себя.
  Примерив колье из зелёных сорторитов, добытых в горах Хиссы и купленного лично мной за огромную сумму ориков, вспомнила, как долго трудилась над магическим заклинанием. Для восхитительного украшения, хотелось придумать что-то особенное, сочетающееся с красотой камней и свойствами драгоценного металла. В итоге получилось нечто удивительное, бодрящее и очаровывающее. И как его оставить в Мирсе?
  Решено - беру всё!
  Я быстро убрала вещички в шкатулку, уменьшила её для удобства ношения и ринулась к шкафу. Раскрыв его и перебрав наряды, остановилась на удобном брючном костюме с удлинённым пиджаком и неяркой отделкой по вороту. Надев его на голое тело, выглянула в окно. До рассвета совсем немного осталось. Сунула шкатулку в карман, устремилась в покои суверена.
  Возле комнаты хозяина дворца стояли маги-гвардейцы, которые завидев меня, раскрыли дверь. Я быстро переступила порог. Оставшись у дверей, отвесила поклон пустоте, как того требовал дворцовый протокол, и осталась стоять на месте в ожидании, когда повелитель позовёт меня.
  Ночью стены покоев суверена окрашивались в червонный тон и сияли искрами, даря свет, не меньше чем занимающаяся за окном зарница. Это бодрствовала магия, которая была под контролем правителя в буднее время, а с погружением правителя в сон вырывалась из-под контроля. Такая агрессия силы случалась только с урожденными магами - стихийниками.
  Вдруг сияние исчезло и комната погрузилась в сумерки. Искры на стенах потухли. Я немного склонила голову, не отрывая взгляда от иллюзорных тканей, что перегораживали комнату, деля её на спальню и кабинет. Приложив правую руку к левому плечу - знак приветствия, я чувствовала удары трусливого сердца, которое решило меня подвести и молотило по рёбрам, словно пойманная в клетку птица.
  Из спальни вышел суверен. Его глаза еще светились огнём укрощенной магии, а с ладоней капали и развеивались в воздухе рунические символы.
  - Мина, рад снова видеть вас, - подошел ко мне суверен и, стряхнув остатки капель силы, протянул руку.
  Я медленно вложила свои пальцы в ладонь правителя, и спрятала под улыбкой, искренний страх. Знала, что магия не причинит мне вреда, не обуглит и не убьёт, но каждый раз я боялась волны, таящейся за дверьми комнаты суверена, его горящих глаз и силы, невысохшей на ладонях.
  - Ваше величество, простите меня, я нарушила ваш сон. Пришла слишком рано.
  - Перестаньте, Мина. Вы пришли вовремя.
  Суверен, не выпуская моей руки, подвёл меня к дивану. Ничего не оставалось, только усесться и дождаться пока повелитель расскажет подробности задания. Я тяжело вздохнула и потупилась. Поправила лежавшую на коленях шкатулку размером с ладонь, непроизвольно вздохнула.
  - Мина, - отпустив мою руку, начал повелитель, - я хочу сразу предупредить вас о неразглашении поручения к вам. Всё должно происходить сугубо между нами. Третьих лиц в этой истории быть не должно.
  Я кивнула и слегка поджала губы с досады. Быстро опомнилась, но моё движение не укрылось от взора суверена. Он улыбнулся и сказал:
  - Мина, вы можете пользоваться любыми средствами и связями во время выполнения задания. Обращайтесь к своим родственникам, друзьям, если этого потребуют обстоятельства. Но те, кого вы сочтёте годным вам в помощники, не должны даже по разумному размышлению или наугад догадаться о вашей миссии.
  - Вы говорили о друге, кто поможет мне в Хиссе. Он тоже не должны догадываться о деле?
  - Напротив. С ним прошу вас согласовывать любой план, включая разработку малейших деталей.
  Никогда бы не подумала, что придется доверять человеку, которого никогда не видела. Самое время поинтересоваться кто он такой, но что-то удерживало мне от вопроса. Возможно, появившийся красный огонёк в зрачках суверена, красноречиво говорящий о приливе магической энергии. Повелитель заблокировал возможность подслушать наш разговор, но это не значит, что никто не пытался. Мало того, этот кто-то весьма силён, раз даже суверену трудно приходилось.
  - У нас мало времени, Мина, - совершенно легко произнёс правитель. - Кратко я уже посвятил вас в причины командировки. Детали обсуждать бесполезно, на месте вы сами определитесь, как поведёте расследование. Прошу поддерживать плотный контакт с верховным канцлером Миром. Дон получит от меня все соответствующие распоряжения на этот счёт. Расследовать дело нужно в местах кражи и возможного сбыта. Вычислите вора, Мина. Вы очень обяжите меня.
  - Средства на ...
  Я не успела договорить, суверен прервал меня:
  - Об ориках не беспокойтесь. На ваше имя выписан выписано поручение. Вы сможете по нему получить любую нужную сумму. Не экономьте, дело того стоит. Всё остальное на месте и через моих друзей.
  - Так их несколько?
  - Да, это мой друг и его семья.
  Красная точка в зрачке правителя стала расти, закрывая радужку. Кому-то очень хотелось услышать наши переговоры. Я могла бы направить пучок магии в сторону воздействующего, переплести его магию со своей и нанести вред. Пусть и не значительный, но отыскать врага будет можно. Стихийники, особенно огневики, к клану которых принадлежал суверен, этого делать не могли. Их энергетическая сила росла пропорционально, словно мыльный пузырь вокруг мага. Чем сильнее маг, больше раздувалась сфера, покрывая какое-то пространство. Моя магия могла трансформироваться в любые виды и действовать в разных направлениях.
  Но суверен предпочитал блокировать воздействие чужака самостоятельно. Значит, дело действительно важнее сиюминутного наказания. К тому же тот, кто хотел подслушать и заказчик - могут оказаться совсем разные люди.
  - Мина, закройте глаза.
  Голос суверена стал тихим, натужным. Ему тяжело давалось чуждое воздействие. Я поспешила зажмуриться и расслабилась. Так проще будет внести изменения в мою внешность, когда нет сопротивления со стороны изменяемого.
  
   перейти на другой сайт ПРОДАМАН(СИ)
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"