Хохлов Анатолий: другие произведения.

Глава 2. Монстры севера

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:


Потому, что ты - монстр.

Повесть.

Глава 2.

Монстры севера.

Скачать текст.

  
  
  
   В руинах порта, похитителей и их добычу ждал корабль. Обычная трехмачтовая джонка, старая и покрытая множеством устрашающих шрамов. Дыры в парусах, порванный такелаж, пробоины по всему корпусу. На этом выйти в море?! Лучше пусть на месте убьют!
   Дрожа и плача, Каджими упала на колени, благо что той цепочке рабов, в которой была привязана она, внимания пока не уделяли ни серые чудовища, ни люди бандитской наружности, что встретили похитителей у корабля и начали помогать им загонять украденных рабов сначала на немилосердно болтающиеся скрипучие сходни, а затем в трюмы.
   -- Корабль маловат. -- шептались справа и слева. -- На тысячу человек. А нас больше двух тысяч! Может, лишних оставят?
   -- Или убьют...
   Над головами испуганно пригнувшихся людей скользнула бесформенная тень и уродливое чудовище с широкими перепончатыми крыльями грузно приземлилось на стену полуразбитого портового здания. Крылатая тварь с женским торсом, лапами рептилии и усеянной шишками безобразной головой, вперила налитые злобой глаза в толпу перепуганных людей. Челюсти твари заходили, словно что-то пережевывая и это выглядело особо пугающе от того, что ее морда, передние лапы по локоть, и рванье спереди до пояса были сплошь покрыты подсохшей кровью.
   -- Демон! Демон! -- запричитал кто-то, и тотчас был сердито одернут.
   -- Демоны там. -- угрюмый каторжник указал взглядом на серых. -- А эта - обычная химера. В пещерах под императорским замком в стране Облаков было полно таких. Генетики самых необычных уродов продавали самураям, а те устраивали бои чудовищ на аренах. Лет пятнадцать назад эти бои запретили как негуманные и всех мутантов пустили под нож. А крылатые у них там самые многочисленные были, даже сами размножались и жили своим сообществом, как настоящий народ. Видимо, одна как-то уцелела. Или была клонирована из краденного материала. Непонятно только, зачем. Арены под запретом, а против самураев эти уроды совершенно беспомощны. Детей и женщин разве что пугать...
   Каджими осторожно выглянула из-за спины сидящего рядом раба и тут же снова спряталась. Пугать? Да если такая жуть близко подойдет, любой ребенок заикаться до старости будет!
   -- Сумако-сан!!! -- разнесся в утреннем воздухе громкий девчоночий голосок и, взмыв над переломанными зданиями руин, что-то большое и тяжелое сбило крылатую с насиженного места на землю. -- Покатай меня!
   -- Бьякко, паршивка безмозглая! -- взревела упавшая на битые кирпичи химера, с трудом поднимаясь сначала на руках, а потом вставая на ноги. -- Вот погоди, одолжу у Мицуми плетку, поймаю тебя, и так высеку, глаза на лоб полезут!
   -- Потом высечешь! А сейчас - покатай! Покатай, покатай!
   Крепко обхватив крылатое чудовище руками и ногами, на спине химеры сидела здоровенная бабища самурайского телосложения, на вид не меньше трех центнеров литых мышц и молодой дури.
   -- Мелкая, отцепись от тети! -- одним прыжком перескочив полуразрушенное здание, рядом с крылатой и ее мучительницей приземлился старик в рабочей робе командира железнодорожного состава. -- Не хуже меня знаешь, что грузоподъемность Сумако - сто пятьдесят килограмм. Двести, если с надрывом. Помнишь, как я мешок с золотыми слитками через две страны и три границы на собственной спине волок? Чуть не устал, а она мне что сказала? "Сам награбил, сам тащи". Так что не приставай и не ломай ей хребет. Как похудеешь, так и покатает.
   -- Не-а, я худеть не буду! -- непоседливая самурайша соскочила со спины крылатой твари и гордо встала во весь рост. -- Смотри, какая я теперь большая! А еще, я сильная! -- она схватила лежащий рядом увесистый обломок стены, замахнулась и, придав снаряду нехилое ускорение импульсом Ци, запустила его в насквозь проржавевший портовый кран, одиноко торчащий из бетонной платформы у другого причала.
   Каменная глыба подрубила ржавую конструкцию и, прочертив длинную полосу по водной глади, исчезла в пучине, а кран, застонав и заскрежетав гнущимся металлом, с оглушительным грохотом рухнул на причал.
   -- И энергии у меня теперь море! -- молодая лиса, даже не глядя на причиненные разрушения, взялась самозабвенно крутить в руках вихрь напитанного энергией Ци воздуха. Она один за одним вплела в первый еще шесть вихрей, замахнулась и, вложив в центр вихрей искру Ци с элементом огня, швырнула созданную силовую конструкцию в одно из отдаленных портовых зданий.
   Старик проводил вихри взглядом и пустил из ступней в землю несколько волн своей Ци. Вихри пробили стену здания, при столкновении структуры боевого дзюцу потеряли баланс и начали распадаться, смешав элементы воздуха и огня. Рвануло так, что весь мертвый город встряхнуло. Портовое строение исчезло в дыму и огне, а ударная волна, с шрапнелью из камней и осколков стекла, стеганула в сторону суетящихся у причалов людей, но разбилась, налетев на несколько полукруглых земляных стен, поднятых старым лисом и его серыми солдатами.
   -- Брось дурить, сопля! -- ухватив одной рукой златовласую дылду за плечо, старик подпрыгнул и отвесил воспитаннице размашистый подзатыльник. -- Людей поранишь.
   -- У-у, что-то сильно получилось. Да ладно тебе, дед! Город-то давно мертвый. Чего его не рушить?
   -- Будешь себя хорошо вести, свожу в какие-нибудь руины, от души погромим. А пока не шуми. Солдаты там, у поезда, подумают что на нас их войска напали и бросятся помогать. Что тогда получится?
   -- Наши их всех поубивают!
   -- Точно. И тогда тебя, косвенную виновницу, я за это поставлю в угол. На весь день!
   -- У-у, пфу... -- дылда надула губы и тут же нашла себе новый интерес. -- Сумако-сан, а ты почему вся в крови? Все-таки съела еще одного пирата?
   -- У-ургх.
   -- Фу, как вы с Доганом можете их есть? Они же немытые, и по ним таракашки бегают!
   -- Так я его почистила. Как апельсин.
   -- Все равно. Пираты червивые и все с гнильцой. Гадость!
   -- Не порть мне аппетит! Я твою жратву не хаю, и ты мою не хай!
   -- Ладно, ладно. Сумако-сан... а с этой высоты вы похожи на вот такую большую летучую мышку! Можно я вас поглажу?
   -- Нет.
   -- Можно!
   -- Нет, не можно! Пусти меня! Корио, ради всех акума и ками, забери сестру!
   -- Бьякко, прекрати мять тетю, беги лучше проследи, чтобы кормовые каюты рабами не забивали. Серых от холода беречь надо, а в трюме будет ужас и паника, туда наших нельзя, не то акума взбесятся.
   -- Ясно! -- миг, и молодая лиса умчалась на корабль, наводить шорох там.
   -- Кошмар. -- старый лис, улыбаясь, проводил сестренку взглядом. -- Сумако, неужели и я таким был?
   -- Хуже! Я не видела, что ты там вытворял, но хозяин с тебя не плакал, только потому, что не умеет. Как по коридору от тебя идет, так по потолку полоса черной копоти!
   -- Хе-хе. Трижды проклял небось, то, что на воспитателе сэкономил. Тоже мне, наставник! Остальные-то лисята, -- старик помрачнел, глаза его наполнились горечью и злобой. -- Все погибли.
   -- И после того, как ты с ним на конфликт пошел, он новых не мутит. По крайней мере, насколько я знаю. Только рычит со злости и ругается, что вы, лисы, не феномен, а злая шутка природы. Все что мог сделал, а результата ноль.
   -- Да. -- кивнул старик. -- Хозяин уже и заново скрещивал гены моих родителей, и из материалов архива первый выводок восстанавливал, и скальпелем пытался мозги клонам править. Но ни новые, ни первые мои братья и сестры метаморфизма уровня Кицунэ не показали. Клоны воспитание хозяина яростно отвергают, а с подрезанными мозгами становятся бесполезными имбецилами. Сплошные провалы, пустая трата времени и крах надежд. Действительно, злая шутка и издевательство над ученым, никак бедняге не позавидуешь. Еще и Бьякко не хотел отдавать, мазохист. Как бы узнать, вдруг он все-таки затеял новую партию лисят себе на мучение?
   -- Понятия не имею. Кто у нас непревзойденный шпион, ты или я?
   -- Конечно я. Вот что, Сумако, поднимись и осмотри акваторию. Пока мы у побережья, любой чужой кораблик покалечу запросто. В море будут сложности.
   -- Понятно. -- химера расправила крылья. Воздух под ними напитался энергией Ци с элементом ветра, ураганы ударили в плосткости крыльев снизу и буквально швырнули тяжеловесного монстра в небеса. Меняя направление и силу ветра, химера выровняла свой полет. Еще пара секунд и она умчалась, обратившись сначала в крошечную черную точку, а затем и вовсе пропав из вида.
   Старый лис же поспешил к кораблю. Лисята намного крепче обычных человеческих детей, могут зарастить перелом и убрать без следа тяжелейший ожог, но оставлять сестренку без присмотра в окружении моральных уродов все равно было тревожно. Ученые у хозяина разные - психи, идейные и пленники под шантажом, а солдаты-люди все как один - клейменые бандиты, маньяки и подонки. Вдруг кто не удержится и вздумает обидеть ребенка? Серые стражи повсюду, в миг среагируют и сожрут гада, а ведь хочется успеть лично пнуть.
   -- Мое почтение, господин капитан. -- кланяясь с изрядной долей кривляния и гнусно улыбаясь, к проходящему мимо лису неожиданно обратился один из солдат-людей. -- Разрешите поинтересоваться?
   -- Только быстро. -- старик вопросительно поднял бровь. Наглости этому малому не занимать.
   -- Конечно, конечно! Сначала, хочу поздравить вас, две тысячи рабов - прекрасная добыча! Заполним все камеры в подземельях Хебимару-сама. Но есть вопросик... все вокруг шуршат что вы с серебром, а ваша сестра и вовсе золотистая. Со всем почтением, господин капитан, но нам знать надо. Такие дела серебристым не по слою. Вы по какой печати живете?
   -- По той, что вот здесь. -- лис ткнул пальцем себе в левое плечо. -- Она говорит мне - делай то, что должен и то, что выгодно, без лишнего и вредного. Если оставлять свидетеля в живых вредно - убью. Если убивать человека не нужно, - не трону. Пустой садизм не принимаю, но страшная судьба этих людей - неизбежное зло, поэтому я спокоен. Печать проясняется?
   -- Да, господин капитан.
   -- Замечательно. Тогда возвращайся к работе и для полной ясности, сообщи остальным, что убивать людей, вызывающих у меня раздражение, я считаю нужным и важным. Из-за этого пострадала команда номер четыре-шесть, погибшая в полном составе, и старшая надсмотрщица Мицуми, при проступке которой я, в виду ее полезности, ограничился тяжкими телесными повреждениями. Свободен!
   Заискивающе кланяясь, бандит отступил и убрался, а старый лис посмотрел на группу рабов, что сидели здесь же, у сходней, в ожидании своей очереди на погрузку. Рабы таращились на него ошалелыми глазами и встретившись взглядом с одной из рабынь, совсем еще девочкой, лис, не выдержав, отвернулся. Серебристый? Правильный и благородный самурай? Сколько еще зла придется совершить за оставшиеся четыре года, чтобы великое заражение обратилось не еще одной катастрофой для человечества, а спасительным встречным пожаром против смертоносной заразы? Нельзя доверять хозяину. Он наверняка в решающий момент попытается повернуть созданные силы против тех, кому лис пытается на помощь. Можно ли доверять акума? Ведь Творцы, устроившие "Затмение" в стране Камней и собравшие кровавую жатву в долинах могучих горцев, когда-то тоже преследовали вполне благородную цель - создать альтернативу силе зазнавшихся самураев и заставить их уважать простой народ. Итог их работы - сто пятьдесят миллионов жертв на южном, полностью вымершем континенте, и не меньше тридцати миллионов погибших на северном. А можно ли верить себе? Мысли о том, что человечество - ошибка природы, настойчиво лезут в голову и непонятно, навеяны они плохо усмиренной злобой Безликого, или же это его собственные убеждения, подавляемые только звериным упрямством и наивной верой в то, что что-то в этом проклятом мире еще можно попытаться изменить.
  
   Каджими с удивлением проводила странного старика взглядом. Кто это? Бандит называл его капитаном. Это капитан корабля? Наверное, он тоже пленник, как и матросы. Человек с таким взглядом, теплым и печальным, не может быть злодеем. Но какая разница? Ни этот старик, ни кто другой, не смогут вступиться за рабов. Они все погибнут. Мама говорила правду. Здесь, на севере, в цветущих зеленью землях, живут чудовища. Одни на вид не отличаются от людей, а другие - как та крылатая или черные гиганты, прячущиеся в телах ходячих мертвецов.
   -- Пошли! Пошли! -- кто-то рванул веревку, заставляя рабов подниматься. -- Шевелитесь!
   Девчонка покорно поплелась за остальными, но у сходней, окончательно разболтанных за время суетливой погрузки, замешкалась, в страхе глядя на качающиеся доски и серые морские волны, плещущиеся у причала.
   Надсмотрщики не зевали. Длинный и тонки бич, со свистом разрезав воздух, безжалостно ужалил девчонку в спину, заставил отчаянно взвизгнуть и подскочить. Мир подернулся багровой пеленой от жгучей боли и несчастная рабыня, которую тащили на веревках соседи по привязи спереди и сзади, сама не заметила, как оказалась сначала на сходнях, а затем на палубе безжалостно перегруженного, старого корабля.
   -- Куда их? -- спросил один бандит другого.
   -- В трюмах и носовых каютах их как сельдей в бочку натолкали. Вон, две группы уже к мачте примотаны! Гони туда, прикрутим этой же веревкой и пусть сидят. Может здесь, на свежем воздухе, даже лучше доедут.
   Так и поступили. Веревку, вместе с рабами, обмотали вокруг другой толпы рабов, сгрудившихся вокруг мачты.
   -- Добро пожаловать в наш круиз! Если будет болтать, крепче держитесь друг за друга. Гадить - где сидите. Кормежка по прибытию, развлечения - по фантазии. Приятного отдыха!
   Бандиты потешались над рабами, а запуганные матросы суетились вокруг, обрубая якорные канаты и разворачивая паруса. Из города, со стороны железнодорожной станции, прибежали серые монстры, один из которых нес на плечах остававшуюся с ними жрицу. Отталкиваясь ногами от причала, ходячие мертвецы взмывали высоко над землей и приземлялись на палубу начинающего движение корабля. На верхнюю рею центральной мачты приземлилась крылатая химера. Управляемые ею ветры наполнили паруса. Один из серых встал на носу и начал помогать химере, ударами ветра в борта поворачивая корабль. Грузное и неуклюжее, старое судно довольно ходко развернулось и начало удаляться от берега.
  
   Пока шли у берега, все было хорошо, но через полчаса бандиты резко повернули корабль и направили его в открытое море. Неужели прямиком к проклятым островам? Откуда еще могли прийти ходячие мертвецы и крылатая демоница?
   От восточного побережья простирался исполинский океан, в доисторические времена называвшийся Тихим. Назвать его сейчас так ни у кого не повернулся бы язык. Там, далеко на востоке, давным-давно располагались два материка, полностью уничтоженных в чудовищном катаклиме и ушедших под воду. Тихий океан объединился с Атлантическим. Ветра, рождающиеся над безбрежной водной гладью, не встречали препятствий на пути и набирали катастрофическую силу. Круглый год шторма терзали искусственные скалы-волноломы, опоясывающие переломанный, но уцелевший северный континент. Горе кораблю, что решился бы выйти в море без мастера ветров. И, желательно, мастера водной стихии. Но на этом корабле мастера воды или не было, или его не подключали к действию без крайней на то необходимости. Потрепанную джонку немилосердно болтало и качало, соленые брызги взлетали над бортами и обрушивались на головы людей, привыкших к суше и нещадно ругающих проклятое море. Моряки косились на бандитов с недовольством, но рабское положение не давало права разевать рты и запрещать костерить грозную, великую стихию.
   Так продолжалось около получаса, пока из кормовых кают не вышел угрюмый темноволосый подросток лет семнадцати на вид, в добротной белой рубахе и черных брюках.
   -- Рафу-доно, -- уверенно ступая босыми ногами по мокрой палубе, он направился к серому монстру, устроившемуся у передней мачты. -- При планировании операции, я просил вас избавить нас от некоторых проблем и неудобств.
   -- Прошу прощения, командир. -- серый, спокойно улыбнувшись, отвесил мальчишке неглубокий поклон. -- Но неприязнь и агрессия, исходящие от наших временных соседей, ужасно отвлекают меня. Я всего лишь хочу, чтобы они прочувствовали разницу и поняли, что мы делаем для них.
   -- Думаю, все уже прониклись проблемой и будут вам глубоко благодарны. Приступайте!
   -- Да, господин.
   Серый уселся поудобнее, сложил пальцами рук череду высвобождающих энергию печатей и, совместив ладони, замер. Тотчас, море вокруг корабля начало успокаиваться. Возник круг спокойной воды, за пределами которого волны продолжали бушевать, но вливаясь в радиус действия дзюцу серого, быстро теряли силу и обращались мельчайшим волнением.
   Жить сразу стало проще и веселее.
   -- Сумако! -- крикнул мальчишка, задирая голову вверх. -- Медленно ползем, больше ветра в паруса!
   -- Мачты сломаются, парусина порвется!
   -- Сейчас назначу кого-нибудь вместо крепчака, последим.
   -- А можно я? -- подбежала к мальчишке белобрысая самурайша. -- У меня столько энергии! -- она расставила руки в стороны. -- Вот столько!
   -- Действуй. Как надоест, скажи.
   Темнокожая жрица, снявшая шапку с прячущим лицо полотном, выбралась из трюма и кратко переговорила с мальчишкой. Доложила о том, что люди внутри угваздали все рвотой и испражнениями, а теперь задыхаются. Мальчишка кивнул и отдал приказ проделать в борту несколько пробоин, чтобы можно было направлять внутрь свежий ветер и отводить испорченный воздух. Следить за этими потоками был поставлен еще один серый.
   Дошла очередь и до рабов, кое-как примотанных к центральной мачте.
   Темная фигура заслонила солнце над Каджими. Мальчишка, командовавший на корабле, склонился над ней.
   -- Эй, ты! Что как ежик свернулась? Холодно?
   Каджими, промокшая до нитки и дрожащая от пронизывающего морского ветра, испуганно посмотрела на него, но ответить не осмелилась.
   -- Ясно. -- мальчишка и поднял руку, подзывая к себе пару серых. -- Несите сюда из кормовых кают тряпичное барахло. Занавески, капитанские одеяло и матрас, ковры с пола и скатерть со стола. Гобелен со стен тоже сдерите, не нужен он там. Отдайте все этим беднягам. Хозяин приказал доставить ему людей, а не окоченевшие трупы.
   Серые исполнили приказ, и полторы сотни человек, жмущиеся друг к дружке, смогли создать вокруг себя подобие стены из плотной теплой ткани. Так было гораздо лучше. Каджими, прижавшись спиной к боку другой рабыни и накрывшись куском гобелена с изображением какой-то, наверное очень важной битвы самураев, пригрелась и даже задремала. Страх перед ужасами научной лаборатории не позволил ей уснуть этой ночью, в тесном и грохочущем вагоне, под плач и причитания перепуганных женщин. Куда их везут сейчас? На съедение чудовищам вроде крылатой и этих странных ходячих мертвецов? Может быть... а может, сделают с ними что-нибудь еще страшнее. Север - земля ужасов. В этом путешествии она сама увидела, почему люди отсюда бегут и в южную пустыню и в ядовитые джунгли дальнего запада. Папа и мама спаслись, выбрав вместо смерти голод, бесконечную тяжелую работу, пыль и песок. У их дочери нет даже этого выбора. Все кончено. Ее убьют завтра? Но этот мир так страшен, что... может быть не надо так сильно бояться умереть?
  
   Проснулась девочка часа через полтора, по самой обыкновенной и естественной причине. Она завозилась, открыла глаза и начала растерянно озираться.
   Корабль шел сквозь самый настоящий шторм. Ураганный ветер бешено налетал на зону спокойного воздуха, созданного вокруг корабля неведомой и непонятной для Каджими силой. Волны, поднимающиеся до небес и обрушающиеся вниз, разбивались о зону спокойной воды. Только редкие брызги, похожие на мелкий моросящий дождик, долетали сюда. Скрипучая, полуразвалившаяся джонка ходко и почти ровно шла вперед, влекомая магией чудовищ. Людям при этом делать было почти нечего и большинство бандитов слонялись по кораблю, со скуки гоняя матросов, что были такими же пленниками здесь, как и украденные рабы. Позвать кого-нибудь из них?
   Страшно.
   Каджими продолжала сидеть на месте и терпеть, а живой организм отказывался слушать доводы разума и требовал свое. На ее счастье, из кормовых кают показался тот самый мальчишка, что навел на корабле порядок и приказал отдать рабам теплое тряпье. Он добрый, если к нему обратиться, может быть ничего страшного не будет?
   Но вопреки ее надеждам, мальчишка направился не к рабам, а прямиком на нос корабля, где сидел монстр, управляющий водой. На плече у мальчишки висела скрученная в рулон простыня, над которой плясали явно колдовские искорки красного пламени. Какое-нибудь волшебное огненное покрывало? Наверное, мастер воды тоже замерз.
   Обратно мальчишка пришел уже без покрывала. Увидев что он направляется к кормовым каютам, Каджими не удержалась и окликнула его:
   -- Мальчик! Мальчик, подожди!
   Мальчишка замер на мгновение, а затем медленно повернулся, с насмешкой глянув на Каджими. Улыбка в пол-лица, но глаза ехидно прищурены.
   -- Простите, юная леди, -- произнес он. -- Вы обращаетесь... ко мне?
   Минула секундная пауза и корабль затрясся от хохота бандитов, по случаю оказавшихся поблизости.
   -- Мальчик! -- счастливые, словно дети, веселились они. -- Эй, мальчик!
   -- Тихо! -- выкрикнул мальчишка, одновременно прерывая веселье бандитов и останавливая серого, что прыгнул с носовой палубы в центр беспорядка. Монстр-полудемон был готов нести беспощадное возмездие тем, кто вздумал смеяться над его господином и замешкался только в выборе первой цели. -- Рафу-доно, не беспокойтесь, этот смех не в мой адрес. Просто одна из наших дорогих гостий, -- он слегка поклонился в сторону сидящих у мачты рабынь. -- Решила, что оборотень-лис действительно тот, чей облик принял. Эй, все! Хватит веселиться! Нашли над чем ржать, люди довольно часто ошибаются так же как она.
   -- Да чтобы такое как она сказануть, надо быть глупее овцы! -- бандит, тот самый, что спрашивал у старого лиса о печати, вынул из пасти недожеванную вяленую рыбу, соскочил с бочки, на которой сидел, и направился к Каджими. -- Существо перед тобой, детка, не только не мальчик, а вообще не человек! Неужели ты правда думаешь, что всеми нами, прожженными бандитами и ужасными демонами, сможет командовать какой-то там очаровательный юный принц?!
   Бандиты снова заржали, но почти сразу осеклись, заметив как над телом мастера воды поднимается черная протоматерия, похожая на вставшую дыбом шерсть разозленного зверя.
   -- Харо-сан, вам совсем не дорога ваша жизнь? -- мальчишка преградил бандиту дорогу и тот побелел, явно увидев что-то на лице командира чудовищ. -- Вернись на место и закрой пасть! Ваш шум меня бесит! Следующий, кто хотя бы попытается улыбнуться, -- юный монстр поднял руку и та, на глазах изумленных людей, начала судорожно дергаться, превращаясь в уродливую когтистую лапу. -- Полетит за борт с разорванной глоткой! Вопросы есть?
   -- Н-нет, господин капитан...
   -- Вот и замечательно. Возможно вы и не заметили, что смеетесь над ребенком, который едва ли до этого путешествия выходил за пределы родного городка. -- монстр, на лице которого завершалось движение мышц, повернулся к перепуганным рабыням. -- В отдаленных пустынных поселениях нет телевидения. Она, быть может, даже "Золотую Чуму" не смотрела, а вы нашли что-то смешное в том, что дети могут принять ужасного старого лицедея за безобидного милого мальчика! Я ведь им даже не представился. Эй, девочка! Ты слышала о Златохвостой?
   Каджими, съежившаяся под взглядами чудовищ, не ответила, только едва заметно кивнула.
   -- Ну а где же о ней не слышали? Так вот я - ее генетическая копия. Такой же неистребимый ужас, кошмарная угроза цивилизации и машина смерти, не способная даже чихнуть так, чтобы не прибить миллион-другой жалких человечков. Я - демон-лис, а мальчиком выгляжу, потому что этот облик размерами хорошо подходит под одежду. Харизму и репутацию мне сейчас наращивать не надо, меня здесь все хорошо знают. Верно, Харо-сан?
   -- Да, господин капитан!
   -- Замечательно. Так о чем ты, девочка, хотела меня попросить?
   -- Желаете воды? Или рыбы? -- обозленный ходячий мертвец не спешил успокаиваться и с жаждой убийства смотрел на перепуганных рабынь. -- За бортом полно и того, и другого!
   Раздался топот босых ног по доскам и, совершив прыжок, златовласая самурайша приземлилась на спину теряющего самоконтроль чудовища. Она прильнула к слегка покачнувшемуся монстру, обвив руками его плечи, а ногами - талию. Монстр зарычал, но тон его рыка почти сразу начал смягчаться, как у сторожевого пса, которого обняли хозяйские руки.
   -- Рафу-сан... -- тихо позвала молодая оборотница. -- Я здесь.
   Зеленое свечение положительно заряженной Ци поднялось над телом лисы языками пламени. Удивительно плотными и насыщенными, щедро истекающими в окружающее пространство. Это сияние объяло фигуру проклятого, буквально растворяя черную протоматерию и алую Ци, начавшую истекать из глаз и пасти монстра.
   -- Кин-химе... -- вздыхая с неимоверным облегчением, мастер воды припал на колено. В глазах его засветилась жизнь, он даже улыбнулся. -- Я снова сорвался. Простите. Снова и снова... Пусть меня останавливает ваш брат. Заслуженное наказание. Приберегите вашу любовь для остальных.
   -- Нет, Рафу-сан. -- зеленый поток не ослабевал. -- Пейте, сколько хотите. У меня ее много!
   -- Но это не повод тратить силы на заряд вольных ветров. -- темнокожая жрица подошла к младшей лисе и проклятому. Она запустила руку в зеленый огонь, тот устремился к ее коже, впитываясь и тут же истекая из ладони, еще более плотным и четко направленным потоком. -- Собирай тепло у сердца, маленькая искра. Превращай собственные вены в ручьи и реки. Представь цель. Представь поток.
   В зеленой Ци юной лисы заблестели золотистые искорки, при виде которых глаза жрицы расширились в восхищении, а руки слегка задрожали, выдавая всплеск сильных эмоций.
   Все бы хорошо, но оставленные без присмотра, мачты затрещали. Начали лопаться канаты оснастки. Волны, вернувшие себе свободу, свирепо ударили в борт корабля.
   -- Зараза! -- восстанавливая утраченное равновесие, мальчишка сделал шаг и ударил босой ступней о палубу, испустив из ноги поток синей Ци, хлынувшей к готовым обрушиться мачтам. -- Сюда! -- он сделал взмах рукой и из кормовых кают выскочил еще один ходячий мертвец, что сходу взялся успокаивать буйство воды вокруг хлипкой деревянной посудины. -- Так-то лучше. Рафу-доно, отдайте плащ со схемой огня Садао-доно. Бьякко, отведи Рафу-доно в каюту. Ему надо отдохнуть. Команда пять-двенадцать! -- он глянул на вздрогнувших и вытянувшихся бандитов. -- Не забывайте, где вы, и кто рядом с вами! Ведите себя спокойнее и сдержаннее! Мы, зараженные, реагируем очень резко. Косой взгляд, резкий шум, и будет у нас полный корабль человеческого мяса! Причем вы - люди! Ваше мясо будет перемешано с остальным! Намек понятен?
   -- Да, господин капитан!
   -- Прекрасно. -- мальчишка отвернулся от бандитов и снова склонился к Каджими. -- Ну, так что вам угодно, юная леди?
   Каджими, напуганная суетой и вниманием, не осмелилась ответить. Вместо нее ситуацию разъяснила темнокожая жрица.
   -- Естественные потребности. На поезде тряслись половину суток, а при перегрузке времени на потребности не дали. В этой толпе уже больше двух десятков людей, что из последних сил терпят.
   -- Ого! -- златовласая самурайша, что поддерживала под руку сомлевшего монстра, с восхищением глянула на жрицу. -- А как вы узнали, Аканэ-сэнсей?
   -- По измененным токам биополя.
   -- А я так смогу?
   -- Конечно сможешь.
   Мальчишка, не слушая больше болтовню женщин, взмахом руки подозвал бандита.
   -- Нож. -- сказал он, протянув руку. Разбойник отдал ему требуемое, лицедей разрезал веревки на запястьях Каджими и вернул нож бандиту. -- Освободите остальных. Рабы! Сидеть возле мачты, веревки можете использовать как обвязку. Без серьезной необходимости за пределы внешнего круга не выходить! Кому что надо - поднять руку и сообщить стражу. Харо! Назначь кого-нибудь провожать рабов до туалета и обратно. Чтобы без шума, смеха и ругани! Рабы тоже живые, понимать надо. Как остальные справились?
   -- В трюме нашлось пяток ведер, -- ответила жрица. -- Отходы выбрасывают за борт через пролом. -- А в носовых каютах есть свой гальюн.
   -- Значит, здешним повезло меньше всех.
   Бандиты меж тем коротко переговорили и главный из их отряда обратился к лису.
   -- Господин капитан, -- заискивающе улыбаясь и потирая рука об руку, склонился он перед чудовищем. -- Есть одна проблема...
   -- Да?
   -- Мы... э-э-э... как бы сказать... нам такая работа не по цвету. Мы - вольные бойцы, и... солдату красной печати водить рабов до параши - ниже жизни по всем линиям.
   -- Аргх! -- мальчишка вскинул руку, крепко сжав кулак, на котором начала нарастать черная броня. -- Все, замолчи! Понял я тебя. Продолжайте следить, чтобы матросы работали. Большего требовать не буду, справимся своими силами. Девочка! Поднимайся. -- лис-лицедей схватил Каджими за шиворот, поднял и поставил ее на ноги. -- Пойдем. Покажу где здесь корабельное командование свои дела справляло.
   -- Вы... -- с изумлением пролепетал Харо. -- Вы сами, капитан?
   Удар обрушился на морду бандита и тот, теряя выбитые зубы, кувырком отлетел к фальшборту. Крепко приложившись всем телом о жесткое дерево, он рухнул на палубу, несколько раз дернулся и затих.
   -- Забрать. -- взмахом руки лис подозвал еще пару бандитов и указал на обмякшее тело. -- Если очнется, сообщите ему, что он лишен премии за май. Не очнется - выкинуть за борт! И уясните, что мне ваши "печати" и "цвета" - пустой звук! Люди бывают полезные и бесполезные, ни больше, ни меньше! Будете выполнять приказы, буду прощать вам ваши простые человеческие слабости. Не будете выполнять - убью. За неподчинение, вы все получаете первое предупреждение! Второе получите как последний шанс, а третьего не будет! На этом все. Девочка, за мной.
   Каджими, боязливо сжавшись, засеменила следом за мальчишкой, направившимся к кормовым каютам. Они вошли за дверь и оказались в узком коридоре с еще тремя дверьми.
   -- За первой - каюта капитана. -- сказал мальчишка. -- Туда соваться нельзя, там демоны. Вторая - кают-компания. Туда не тоже не суйтесь, там демонов в три раза больше, чем за первой. А вот за третьей - гальюн. Если не занято, то можете заходить, никто вас даже не съест. -- он открыл дверь и, с легким поклоном, сделал приглашающий жест рукой. -- Прошу, юная леди.
   Каджими, чувствующая что уже вот-вот и опозорится, шмыгнула за дверь.
   Туалет оказался тесной деревянной комнаткой с квадратным люком на полу и деревянными поручнями на стенах, за которые можно было ухватиться для сохранения равновесия при качке. Каджими поспешно подняла люк и увидела морские волны, бьющиеся в нескольких метрах ниже о борт корабля. Все скрипело и скрежетало, словно готовясь через мгновение развалиться на тысячу кусков. Страшно было представить, что тут творится при обычном плавании, но слава добрым духам, мастер Воды не позволял ни кораблю слишком сильно раскачиваться, ни волнам захлестывать борта. Все вполне удобно и прилично...
   Лис дождался возвращения девочки и с легкой насмешкой посмотрел на нее. Дело в том, что перед выходом, она, как сумела, поправила прическу и растрепанную рабскую рубаху. Девчонка, она девчонка и есть, тем более, когда рядом красивый мальчик. Каджими, краснея, ответила ему взглядом, полным робости и любопытства.
   -- Понравился? -- парень указал на себя пальцем. -- Ну еще бы! Такой красавчик! Вот только чтобы познакомиться с этим красавчиком, тебе надо отправиться в страну Рек и спросить Арату, младшего сына ростовщика из Миямы.
   Лицедей поднял руку и щелкнул пальцами.
   Мир вокруг Каджими распался серым туманом, облака которого взвихрились, прильнули к девочке и отпрянули. Вытаращив глаза, рабыня испуганно вскрикнула, увидев что висит в воздухе, довольно высоко над землей. Впрочем, падение не начиналось и через пару секунд девочка, опомнившаяся от первого шока, взглянула на себя. Ее тело, от пяток до макушки, состояло из легкого белого тумана. Она стала призраком?
   Налетел ветер, зашелестели листья на деревьях и Каджими снова оглянулась по сторонам. Она висела в десятке метров над землей, над одним из небольших двухэтажных особняков в благоустроенном жилом районе. Во внутреннем дворе занимались своими делами пара слуг и маялся от безделья охранник. У ворот стоял еще один вооруженный верзила, но ни он, ни его напарник не заметили как шедшая по улице модно одетая девчонка с хитрым видом глянула по сторонам и вдруг одним прыжком перемахнула через изгородь, а вторым, взлетев над землей словно птица, заскочила на крышу дома. В прыжке снявшая туфли, она мягко приземлилась на черепицу, притаилась на пару мгновений и, убедившись что все тихо, на цыпочках прокралась вдоль ската к большому окну, выполненному на манер чердачного.
   Каджими переместило в пространстве и девочка снова принялась озираться, оглядывая хорошо обставленную, просторную комнату, в которую ее перебросила неведомая магия.
   Кровать, книжные полки, шкаф. Подставка с моделью парусного корабля и десятком фигурок персонажей из каких-то мультфильмов или манги. Большой письменный стол, за которым, склонившись над учебником и тетрадью, к испугу Каджими, сидел хозяин комнаты.
   Впрочем, он не обращал на незримого призрака ни малейшего внимания и Каджими, осмелев, подалась вперед. Знакомая внешность и одежда. Мальчик, что командует на корабле? Или...
   Стук в окно, выходящее на скат крыши.
   Хозяин комнаты удивленно посмотрел в сторону окна, поднялся, подошел и глянул сквозь стекло на девочку, что помахала ему ладонью и виновато улыбнулась.
   -- Минори?! -- открыв окно, мальчик впустил гостью в комнату. -- Ты чего?
   -- Т-с-с! -- девочка приложила пальчик ему ко рту, прося замолчать. -- Арата-кун, я... я отказала тебе, когда ты признался, но... знаешь, я много думала и поняла, что ты мне очень нравишься! Ты очень красивый и очень добрый. Прости меня, Арата. -- она обняла мальчишку за талию и прильнула к нему. -- Ты... ты еще хочешь со мной встречаться?
   Остолбеневший мальчишка покраснел так, что казалось вот-вот и он закипит. Забывший обо всем на свете, он попытался что-то сказать в ответ, но слова потерялись и он лишь сипло выдохнул, не отводя шального взгляда от лица обнявшей его красавицы, от ее сияющих глаз и манящих мягких губ.
   Гостья улыбнулась, сладко вздохнула и потянулась к мальчишке губами, а он, обняв девочку, склонился и с детской неопытностью, неуклюже ее поцеловал. Секунда, вторая, третья... млеющие подростки тискались и ласкали губы друг друга. Мальчишка полностью выпал из реальности, но Каджими видела как его гостья осторожно поднимает руку, по ладони которой начинают скользить золотисто-зеленые искорки призрачного света. Рабыня-призрак попыталась крикнуть, предупредить мальчишку, но ничего не смогла сделать. Словно в процессе ласк, девочка-красавица коснулась виска забывшегося от наслаждения парня и теплое зеленое свечение тотчас охватило всю его голову. Мальчишка замер, пару раз сладко вздохнул и обмяк, повисая в объятиях коварной обманщицы.
   "Ах, мальчики"... -- услышала Каджими прозвучавшие в ее сознании мысли девочки-красотки. -- "Какие же вы доверчивые и беззащитные"!
   Приподняв мальчишку словно большую плюшевую игрушку, злодейка перенесла его к кровати, опрокинула на одеяло и уложила головой на подушку.
   -- Прости, Арата-кун, -- едва слышно сказала красотка. -- Но мне очень нужно напугать твоего папу, чтобы он понял, как опасно со мной шутить!
   Склонившись, она поцеловала мальчика еще раз и принялась аккуратно расстегивать на нем рубашку.
   Мир крутанулся вокруг Каджими и она увидела, что мальчишка уже уложен в постели и укрыт одеялом, а девочка-красотка, в мальчиковых трусах и майке, запихивает под то же одеяло свою одежду. Шустро справившись, вторженка уселась на край постели и, подобрав с пола, надела себе на ноги черные мужские носки.
   "С парнями так просто и быстро"... -- слышала Каджими мысли злодейки, пока та надевала штаны и рубашку мальчика. -- "На красоту ведутся как дети, и ни кринолинов, ни корсетов, ни сложных причесок не носят".
   Красотка открыла дверь шкафа, на внутренней стороне которого обнаружилось большое квадратное зеркало. Девочка повертелась перед ним, с любопытством рассматривая себя в одежде мальчишки, а затем, вдруг, начала меняться. Каджими рот раскрыла от удивления, глядя на то, как "красотка" втягивает грудь и меняет свою фигуру, как черты лица ее плавно меняются, становясь мужскими. Молодой монстр-метаморф собрал свои волосы в пучок и осторожно снял их с головы. На месте длинных и слегка вьющихся, светло-каштановых волос тут же проклюнулись и начали вытягиваться прямые темные. Всего несколько минут, и перед зеркалом уже стоял семнадцатилетний подросток, внешне ничем не отличимый от владельца этой комнаты. Причем изменилась не только внешность, но и поведение. От игривости и вертлявости девчонки не осталось ни следа, их тотчас заменила мужская собранность и лаконичность.
   Лицедей повернул голову вправо-влево, с ухмылкой осмотрев свое лицо, повел плечами, привыкая к новой фигуре, и закрыл шкаф. Поправив на себе одежду, он уселся за стол, принявшись осматривать учебники и тетради.
   В коридоре послышались шаги.
   -- Господин Арата! -- прозвучал из-за двери голос служанки. -- Ужин скоро будет готов. Как только вернется ваш отец, мы позовем вас к столу.
   -- Хорошо! -- отозвался вместо мальчишки лицедей. -- Ладно!
   Мир крутанулся еще раз и Каджими оказалась в просторном обеденном зале. За большим столом собралась вся семья. Хозяин дома, его жена и двое сыновей. Все, замерев и вытаращив глаза, уставились на младшего сына, которым, конечно же, был лазутчик-лицедей. Замерли и двое слуг, собиравших со стола посуду, и пара служанок, подающих чай. Что-то явно сказавший им лицедей довольно ухмылялся и ехидно сверкал глазами.
   -- Охрана!!! -- хозяин дома вскочил, отталкивая и роняя стул. Он потянулся к мечу, оставленному у стены на подставке, как вдруг, прорвав обои, выскочивший из стены каменный клинок замер перед его горлом. Еще десятка два каменных клинков, ударивших из стен по всему периметру комнаты, блокировали и заставили остановиться всех присутствующих людей.
   -- Охрана? -- рассмеявшись, сказал вторженец. -- Господин Хаширо, вы действительно думаете, что пятеро самураев, чей ранг опасности не превышает желто-зеленого, могут чем-то удивить меня, черно-багровую тень, убийцу монстров особого класса и палача целых армий? Вашего сына я не убил, а лишь одурманил лисьими чарами и погрузил в сон. Не пытайтесь напасть на меня, тогда никто не пострадает. Мне просто захотелось поговорить с вами и... выкупить долговые обязательства "клиентов" вашей коллекторской службы. Все и сразу. Уверен, вы не откажете. Нужно лишь перекинуться парой слов. -- каменные клинки ускользнули обратно в стены, оставив за собой прорехи в дорогих бумажных обоях. -- Желаете вести разговор при семье, или попросим их подождать в гостиной?
   -- Всем выйти! -- ростовщик взмахнул рукой. -- Не поднимать шума, стражам закона не звонить! Мы поговорим с этим господином...
   -- Корио. Черный Лис, полностью к вашим услугам.
   Все дружно покинули комнату, оставив хозяина дома и вторженца наедине.
   -- Хотите выкупить долги заемщиков моей фирмы? -- напряженно и недружелюбно спросил ростовщик, исподлобья глядя на гостя. -- Зачем они вам? Это долги алкоголиков, нищих и дурачья!
   -- Множества малообеспеченных граждан, из которых вы выжимаете последние гроши непомерными процентами. Да, многие из них не слишком приглядны и не слишком умны, но среди ваших жертв есть немало очень даже достойных людей, которым я хочу дать второй шанс. Вот ключ от сейфа на вокзале. -- вынув из кармана, лицедей положил на стол маленький сложный ключик, с номером на кольце. -- В нем вы найдете сумку с пятнадцатью миллионами. Это моя плата.
   -- Что?! Пятнадцать миллионов? За все долги?! Вы шутите?!
   -- Эти деньги позволят вам не умереть от голода сразу и попытаться начать более благопристойное дело. Забирайте их, но ваша коллекторская фирма и пункты микрозаймов должны прекратить существование буквально с завтрашнего утра. -- стол разлетелся в клочья и монстр, разметавший преграду, остановился нос к носу перед отпрянувшим человеком. Чудовище, глядя человеку в глаза, обнажило ряды острых клыков в растянувшейся до ушей пасти. -- Тебе очень повезло, Хаширо, что твои мордовороты не топили должников в цементе и не резали их на пилорамах. Только моральный террор, избиения, отжим имущества, бизнеса и жилья? Признаться, я с трудом удержался от желания зачистить вас так же, как прочую плесень, но все-таки вы знали хоть какие-то границы и потому я пожалею чувства ваших близких. Чтобы завтра же все свернул, понятно?! Если попытаешься хитрить, вздумаешь продать долговые расписки или отжать у должников еще что-нибудь напоследок, я навещу тебя снова. Приду в облике кого-нибудь из твоих родных, друзей, сотрудников или покровителей. Веришь мне, Хаширо? Я добрался до твоего сына и точно так же смогу запросто утащить, например, твою секретаршу, или жену. Я приду и сожру твою душу, Хаширо! Приму твой облик и заберу с любых счетов, из любых схронов, все деньги твоей семьи, до последней медной монеты! Но перед тем как ты умрешь, я окуну тебя в багровые кошмары, в которых демоны будут неделями снимать с тебя кожу заживо! Слышал, что моих жертв находят с разложившимися до костей головами, в лужах их же мочи и дерьма? Попытайся обмануть, и сам останешься лежать в такой же мерзостной луже! Понял меня, ублюдок?!
   Схватив большой обломок стола, лис замахнулся и шарахнул им об стену, с грохотом раздолбав на куски подвернувшуюся под удар картину и настенные часы.
   Монстр посмотрел на белого как мел ростовщика, ухмыльнулся, поднял руку и щелкнул пальцами.
   Та же комната. Семья за столом, слуги спокойно продолжают убирать посуду и подавать чай. Никаких разрушений, нет даже дыр от каменных клинков.
   -- А теперь, я пойду. -- лис поднялся из-за стола. -- Мне пора.
   -- Арата, куда ты?! -- встрепенулась женщина. -- Как же чай? -- она оглянулась на мужа. -- Дорогой! Что случилось?!
   Ростовщика, белого как мел, трясло словно в припадке, а из коридора, сметая в сторону двери, уже врывался громадный охранник, почувствовавший атаку иллюзиями на его господина. Каджими обомлела, увидев как щуплый мальчишка, преградивший гиганту путь, ловит самурая за руку, подхватывает, поднимает и, перевернув, опрокидывает на пол.
   -- Стоять!!! -- взвился, отрезвленный грохотом, хозяин дома. -- Никому не нападать! Не прикасаться к нему! Это не Арата, а Черный Лис! Пусть уходит.
   Рассмеявшийся лицедей отсалютовал ему взмахом руки и ускользнул в коридор.
   Мир распался серым туманом.
   -- Поняла теперь? -- прозвучал ехидный голос и Каджими, обернувшись, увидела среди расступившегося тумана черную призрачную фигуру, объятую языками багрового пламени, не дающего ни тепла, ни света. -- Ты умилилась, глядя не на меня, а на обманку, которую я использовал для нужного мне воздействия на людей. Я не мужчина, -- крутанувшись на месте, черный демон обратился в Арату. -- И не женщина. -- повторив движение, он обратился в красотку Минори. -- Я не зверь, -- демон обратился в большого треххвостого лиса. -- И не человек. -- новое обращение, и Каджими увидела перед собой свою собственную копию. -- Я - Безликий Лжец! -- демон рассмеялся и снова обратился в черную пылающую фигуру. -- Не мечтай, не умиляйся, и держись подальше от меня, человек. Просто потому, что я - монстр!
   Черная фигура подняла руку и щелкнула пальцами.
   Каджими вздрогнула, потеряла равновесие и едва не упала.
   -- Держись. -- лицедей схватил ее рукой за плечо и помог устоять на ногах. -- Качка невелика, но палубу мотает.
   Они снова стояли в маленьком коридоре перед каютами и гальюном.
   Реальный мир?
   Юная рабыня, растерянно посмотрела на девочку-красотку, Минори, что в одежде мальчика стояла перед ней. Рубашку приподнимала крепкая девчоночья грудь, штаны были тесны в бедрах и ягодицах.
   -- Ну что? -- спросила неугомонная злыдня, хвастаясь перед рабыней своей фигурой, лицом и длинными густыми волосами. -- Полегчало? Завяла романтика? Так-то лучше. Пойдем. -- красотка поманила рабыню за собой и вдруг, без всяких щелчков пальцами, превратилась в мальчишку. -- Нас ждут другие страдальцы, вот-вот готовые замарать под собой палубу. В мире иллюзий мы были секунды полторы, но теперь ощущением времени синхронизировались с реальностью. Не стой. Пошли. Эй, мышь пустынная! Не спать!
   Каджими, очнувшись, встрепенулась и поспешила к выходу следом за лицедеем.
   -- Мое имя - Кицунэ Корио. -- сказал творец иллюзий, оглянувшись на девочку через плечо. -- Если захочешь обратиться ко мне, поклонись, спроси дозволения и почтительно произнеси: "Корио-сама", или "господин Корио". Не то, чтобы это было для меня важно, но по крайней мере ты не будешь выглядеть так глупо и нелепо, окликая меня как обычного мальчишку.
   -- П-простите, господин...
   -- Замечательно.
   Вдвоем, они вернулись к центральной мачте и рабам, продолжающим смирно сидеть в кругу канатов.
   -- Я показал ауру этой девочки моим людям. -- сказал лицедей рабам. -- Тех, кто будет с ней, они не тронут. Можете ходить до туалета и обратно. Сразу предупрежу - пытаться бежать бесполезно. Мы, демоны, видим ваши души сквозь любые стены. Если попытаетесь прыгнуть за борт, мы не станем думать о том, хватит ли у вас сил преодолеть вплавь штормовое море. Мастер воды убьет вас на месте. Просто разорвет водяными потоками. Будущее туманно у всех в этом мире, и хоть шансы выжить у вас невелики, произойти может что угодно. Нападение на нашу базу, или полный успех в исследованиях, после чего ваши жертвы науке уже не потребуются. В любом случае, умереть вы успеете и позже, так что не надо торопиться и провоцировать нас на агрессию.
   Взмахом руки он приказал Каджими садиться на место и ушел, а к девочке тут же подобрались несколько женщин и девушек, мучающихся от естественных позывов. Пришлось вести их к туалету, а по их возвращении, в женском коллективе зашелестел шепоток:
   -- А этот мальчик ничего так, добрый и красивый!
   -- И сильный! Видели, как он того урода сшиб? Одним ударом, метров на десять отбросил!
   -- Он правда волшебный лис?
   -- Конечно правда! Вы не поняли? Это же он стариком с поезда притворялся, а как вернулся на корабль, принял свой настоящий облик!
   -- Это не его настоящий облик. -- пояснила Каджими. -- Он превратился в одного мальчика из страны Рек. А еще, он в девочку превращался и мне кажется, что быть девочкой ему даже больше нравится.
   -- Ерунда! -- тут же небрежно ответила одна из рабынь помоложе. -- Все знают, что любая лиса может стать и парнем, и девушкой! Ах, какой же он симпатичный, когда парень! Его зовут Кицунэ Корио, правда?
   -- Да.
   -- Легендарный Черный Лис! А вторую видели? Ту, то лечит демонов. Это его младшая сестра!
   -- Корио проклят и давно сошел бы с ума, если бы Златохвостая Бьякко не успокаивала его так же, как того страшного человека.
   -- Настоящие волшебные лисы! Вот только они теперь - злодеи и демоны.
   -- Беда, что Златохвостой Кицунэ больше нет. Она ведь сражалась с акума, и этих... и этим запретила бы злодействовать. Все лисы творили бы только добро!
   -- Все трое? А вдруг их на самом деле больше?
   -- Что если в "Золотой Чуме" говорили правду?
   -- Глупости. Дайме всех стран миллиарды спустили на генетическую проверку, но ни одного родственника Златохвостой так и не нашли. Если сотни тысяч оборотней среди нас живут, то где же они все?
   -- Теми, кто снял лживые фильмы, были Темные Инженеры. Творцы демонов прикрылись лицедеями и начали заражать людей черными печатями. Если бы Златохвостая и ее люди не рассказали всем правду, "Затмение" прошло бы по всему миру, и уничтожило бы всех, а не только страну Камней.
   -- А у нас в городе во время "Золотой Чумы" кровь со всех собрали на проверку, а потом... по этой базе нэкомату нашли! Молодая кошка напала на какую-то школьницу, убила ее и поселилась в ее семье, а через пять лет санитарная служба нашла скелет настоящей девочки в сточной канаве. Законники провели генетический анализ и нашли родственников. Для захвата чудовища вызвали шиноби, но кошка почувствовала опасность, убила двух стражей, попытавшихся ее остановить, и сбежала!
   -- Тупые стражи! Только и могут что маленьких лисят убивать, пока те добрые и не сопротивляются! Бесполезные слабаки! Теперь та гадина еще какую-нибудь девочку задушит, чтобы ее место занять!
   -- Вот если бы на месте тех стражей были Серые, или Черный Лис, проклятая кошка точно никуда бы не убежала!
   -- Оборотней развелось, деваться некуда. Пауки всякие, кошки и призраки людей по всему миру убивают, а самураи, шиноби, жрецы и Единство гоняются за лисами, которые из всей этой своры одни только добрые! Златохвостую убили, и лисят маленьких тоже...
   -- И правильно сделали, что убили! -- мужчина-раб, сидевший ближе к мачте, с яростью глянул на притихших при его окрике женщин. -- Что вы несете, дуры? Добрых чудовищ себе придумали? Сидят на захваченном монстрами корабле, плывут на верную смерть и жалеют своих конвоиров! Себя бы пожалели, идиотки! Кошки? Призраки? Лисы? Шиноби и самураи?! Эти твари... все эти твари... творят с нами, обычными людьми, все, что им вздумается! Убили Златохвостую, надо же, какая трагедия! А сколько гибнет нас, каждый день, в этом проклятом мире? Никто даже не замечает! Мы кто? Слабые люди! Жалкие, слабые люди. -- слезы текли по щекам раба-каторжника. -- Просто расходный биомусор, да? Провалитесь вы все, властители мира, в демоническую бездну!!!
   Резко вскочив, он сделал первый шаг и, сорвавшись на бег, бросился к борту. Второй шаг, третий, четвертый... один бандит выхватил из-за пояса метательный нож, другой вскинул арбалет, и вдруг c пальцев демона-стража ослепительно яркой дугой сорвалась молния. Человек, получив удар в грудь, взорвался так, словно внутри него сработала мощная бомба. Куски тела разлетелись во все стороны, кровь и кишки дождем обрушились на палубу и людей, которым не повезло оказаться поблизости.
   -- Уф, ну что за проблемный парень! -- принялась возмущаться выскочившая невесть откуда златовласая самурайша. -- Ясно же всем сказали - сидите смирно! Простых слов уже не понимают?
   -- Не захотел подчиняться чудовищам и помогать нам, что бы мы ни задумали. -- сказал мальчишка-лицедей, подошедший к сестре. -- Его право и выбор. -- он сложил ладони в молитвенном жесте. -- Покойся с миром, несчастный дурень.
   -- Жалко. -- вздохнула златовласая. -- В нем блеснула стальная жилка.
   -- Стальная, да не та. Кому он помог своим самоубийством? Отомстил кому-то? Кого-то впечатлил? Нет. Паршивая, бессмысленная смерть.
   -- Покойся с миром. -- златовласая тоже сложила ладони и поклонилась пятнам крови на палубе. -- Мы отомстим за тебя, серая тень.
  
   Пару часов все было спокойно, а затем крылатая тварь улетела на разведку и довольно быстро вернулась.
   -- Дирижабль. -- сказала она. -- Армейский, в маскировочной раскраске, знак империи Лесов на борту.
   -- Заметили тебя? -- хмурясь, спросил Корио.
   -- Не знаю. А вот корабль наш точно заметили. Идут, как привязанные, нос в нашу сторону.
   -- Маскирующие плетения жрицы мы на себе порушили, силой акума от корабля должно на километры разить. После того, как я наследил в городе, армейцы лучших сенсоров и жрецов на охоту вызвали, а охранники с поезда передали им координаты нашего отправления. Шустро добрались!
   -- Будем сбивать?
   -- Не подпустит. Чего вот он вообще прилетел? Мы уже в территориальных водах Облаков, это нарушение международных договоренностей и прямой акт агрессии.
   -- Видимо, слишком сильно хотят нашей смерти. Что же делать?
   -- Ползем дальше на север, а вздумают эти, на шарике, на нас напасть - плюну в их сторону, и ни одного винтика от гадов не найдут.
   -- "Словом Вечных"?
   -- Им самым. Потому пусть молотят воздух винтами где-нибудь подальше. Плохо только что эти сволочи наверняка пересилили древнюю вражду и настучали морзянкой куда надо. А я, как назло, всего полтора года назад наследную принцессу шиамов мягко пожурил за ее милые безобразия. Вой на всю империю стоял такой, как будто у них запасные наследники кончились. Их императоры по пять-семь жен себе набирают и плодятся как весенние кролики! Дурой больше, дурой меньше. Как вообще заметили, что где-то чего-то убыло? Это, наверное, верховный наставник на меня нажаловался. Я же у него центральный государственный храм развалил, десятка три серебряных стражей порвал, да и его самого когтями чуть-чуть зацепил.
   -- Ага, по заднице.
   -- В горло целился, честное слово! Он сам виноват, что так увернулся. Да и ранки явно не смертельные были. Жирный, в жопу раненый, а до дирижабля драпал как молодой и свежий. Помоют, пластырем заклеят и стой дальше свои ритуалы хоть до посинения! Чего ругаться? Ну не выдержал лисенок, ну психанул. Нечего было показывать одиннадцатилетнему доброму ребенку Великую Мать, почти Святую, прибитую штырями к столбу. Такие кровавые сцены даже в фильмах помечаются как шестнадцать плюс! А он мне еще и ножик тянет, с предложением добить.
   -- Повязать убийством хотел наследную принцессу.
   -- Ага. Сделать сообщницей, чтоб не сыграла когда-нибудь по-своему и не обвинила его. Сволочь! А мне так нравилось быть принцессой! Все низко кланялись, галантные и любезные вокруг ходили! Подозревать конечно начали уже, грозная Асакура перестала людей боевым коням скармливать и мастеров из пыточной отправил в отпуск. Интересно, если бы я объявление в газету дал о продаже шипастых клеток, зубастого стула, дыбы, давилки для черепа и колес для четвертования, они бы догадались тогда, что я никакая не кровавая маньячка, а добрый пушистый лисенок?
   Черный Лис и крылатое чудовище разразились хохотом, но лицедей быстро растерял веселость и нахмурился.
   -- Смех смехом, а нужно готовиться к появлению врагов. Если в погоню отправят два-три паровых катера, справимся легко, но если пошлют броненосцы, да еще штук пять, с сопровождением... сама понимаешь.
  

* * *

   Из-за непростой обстановки на просторах восточного океана, корабли береговой охраны всегда держались готовыми выйти в море, но даже при этом командам тяжелой эскадры экстренного реагирования пришлось положить немало труда на то, чтобы вывести громадные броненосцы из бухты и набрать крейсерскую скорость. За потраченные ими полтора часа, к эскадре успели прибыть дополнительные отряды противодействия демонической активности, а с ними гвардия наместника и сам наместник, великий лорд Мацушима Рентаро.
   -- Адмирал на мостике! -- офицеры вытянулись в струнку и отсалютовали командующему флота, когда тот вошел в центр управления огромным линейным кораблем.
   -- Вольно, господа офицеры. Продолжайте службу!
   Лорд Рентаро занял свое место и затребовал доклад.
   -- Эскадра в сборе. Пять линейных кораблей, двадцать два вспомогательных судна и шесть дирижаблей, успешно выведены с базы и формируют стандартное походное построение. Дирижабль Феникса занял указанное ему место в нашем походном строю. До указанных координат, два с половиной часа хода.
   -- Следите за деструктивной активностью на море. Если наша цель действительно Черный Лис, можно ожидать появление мощной Багровой Аномалии и даже начала полноценного Затмения. Малый дирижабль вперед. Пусть ищет эту проклятую джонку. Километров за двадцать до цели начинаем перестроение! Максимально широкий фронт, чтобы "Слово Вечных" разметало как можно меньше кораблей. Зарядить осколочные бомбы, приготовить спецбоезапас для ликвидации темного ментального эха. Всем кораблям приказ - в случае гибели командования, продолжать атаку. Любой ценой уничтожить цель. Шквальный огонь с максимальной дистанции, зажигательными бомбами и спецбоеприпасами с положительным зарядом.
   Следом за адмиралом, на мостик линейного броненосца поднялась стройная, эффектна девушка, в элегантном брючном костюме, с золотой вышивкой на плечах. Вышивкой были искусно изображены мифические птицы, из сказок нового мира, сочетающие в себе образы западного феникса и восточного хоодо. В эпоху великого обледенения планеты, люди боготворили огонь, а феникс-хоодо стал буквально символом человечества, жмущегося к пылающему тектоническому разлому, гибнущего в пламени вулканических извержений, но раз за разом поднимающего из руин свои города. Возвращающего жизнь погибшим от пирокластических потоков полям и садам. Великая весна пришла, земли освободились от плена чудовищных льдов, люди покинули свое пылающее убежище, но феникс по-прежнему оставался тем сказочным зверем, что вызывает у людей только самые светлые и добрые чувства.
   "Пламенный Феникс", стал в империи шиамов той организацией, что занимается созданием и сбережением предметов искусства, поиском талантливых людей, организацией празднеств и воспитанием в людях чувства прекрасного. Они участвовали в примирениях ссорящихся кланов, приходили на помощь правителям в трудную минуту сомнений и подсказывали выгодное для всех решение, при этом не претендуя на какую-либо власть и не прося благодарности. Потому молодые и не очень лидеры регионов со всем радушием принимали в своих домах очаровательнейших благовоспитанных дам, что хоть фактически и являлись агентами влияния или офицерами по связям с общественностью, для них старательно оставались просто гостьями, близкими подругами, любовницами и женами. Сопротивлялись немногие.
   Девушка, прибывшая на корабль вместе с лордом Рентаро, ненавидела слишком откровенные на ее взгляд брючные костюмы, ее тошнило от морской качки, а колени грозили предательски затрястись при упоминании демонов, но оставаться на земле она категорически отказалась. Сменившая неудачницу-предшественницу и получившая негласный приказ стать женой благородного лорда, молодой агент влияния старательно дружила с владыкой этих земель уже полтора года, но к ее глубочайшей досаде, так и не смогла подняться статусом выше обычной знакомой. Четыре элитные рабыни-наложницы полностью удовлетворяли мужские запросы своего господина, в наследники он себе прочил одного из детей, созданных в лабораториях из его генного материала, а беседы "для души" предпочитал в обществе финансовых воротил и собственных офицеров. В таких случаях могла помочь показная полезность в решении проблем, но лорд Рентаро со всем справлялся сам. Без советов и помощи он разобрался даже с теми неприятностями, что были искусственно созданы для него агентами Феникса.
   Лучшая подруга, муж которой крупно подставился в махинациях против наместника, попросила больше к ней не обращаться, начальство ведет себя подозрительно и явно задумалось о новой смене неэффективного агента, а благородный лорд, вместо того чтобы обратить наконец внимание на несчастную девушку, начинает избегать с нею встреч. Тут уж точно не до капризов. И штаны научишься носить, бесстыдно выставляя напоказ свои ножки, и против морской болезни таблеток наглотаешься, и стимуляторов себе вколешь, чтобы сознание от страха не потерять.
   -- Сецуми-сан, прошу сюда, встаньте здесь. -- лорд Рентаро указал девушке место рядом с собой. -- Вот поручни, держитесь крепче. Океан неспокоен, будет некоторая болтанка. Напрасно вы надели обувь с каблуками. Сложно будет, в случае надобности, передвигаться по трапам.
   -- Мне очень стыдно полагаться на вашу заботу, господин Рентаро, -- сказала обольстительница, наградив грозного великана виноватым взглядом. -- Но по-другому совершенно невозможно. Я же леди.
   -- Да, понимаю. Лейтенант Кадзунори! В случае чрезвычайной ситуации, поднимите нашу гостью на руки и помогите ей перемещаться по кораблю.
   Младший офицер подтвердил принятие приказа и, не удержавшись, смерил девушку жарким и жадным взглядом. Подобные взгляды Сецуми тянула к себе как магнитом, хоть и совершенно не желала этого. Ее интересовал только один человек, а этот бесчувственный чурбан...
   Адмирал Рентаро вынул из-под пульта свернутый в рулон прорезиненный офицерский плащ, развернул его и набросил на плечи леди Феникса.
   -- Рентаро-сама! Это...
   -- Ни слова, Сецуми-сан, иначе удалю вас с мостика. -- великан-самурай взялся за капюшон плаща и уверенно нахлобучил его девушке на голову. -- Офицеры должны смотреть на приборы и думать о службе! Я позволил вам присутствовать, ведь это вы сообщили о лисах и попросили участия в их уничтожении, но не создавайте проблем! Если нет важной информации, стойте и молчите. Мы выходим в зараженный демонами океан, в шторм, ночью. Возьмите повязку. -- он протянул Сецуми белую тряпичную ленту, разрисованную цепочками и узлами силовых схем. Точно такая же тряпичная лента была обернута вокруг головы каждого человека в экипажах каждого из кораблей, от офицеров до матросов.
   -- Это совершенно излишне. Пламенный Феникс заботится о своих сотрудниках, я более чем надежно защищена, Рентаро-сама.
   -- На что способны ваши схемы, мне неизвестно. Они не конфликтуют с повязками? Надевайте. Будете возмущаться, наденете еще и маску. Багровые Аномалии не статичны, а в шторм могут передвигаться так быстро, что корабль не успеет сманеврировать. Никому здесь не нужно следить за тем, чтобы кто-то у него за спиной, в самый неподходящий момент, не превратился в фурию.
   Корабли уверенно шли сквозь ночь, расшибая тяжелыми стальными носами высокие темные волны. Полчаса, час...
   -- Адмирал! Доклад от дирижабля! Аномалия, четвертого порядка, справа по курсу! Десять минут до опасного сближения с границей! Доклад от сенсоров! Они уловили отрицательный заряд! Аномалию четвертого порядка, подтверждают!
   -- Каково ядро?
   Дирижабль, поднявшись повыше, прошел над зараженной зоной и обнаружил источник. Не один или несколько мертвых китов. Не сросшиеся в единое существо косяки порченной рыбы. Корабль.
   -- Стандартный контейнеровоз, нашего производства. Пойман радиосигнал. С искажениями и помехами, свойственными для проклятых кораблей, сообщает что поврежден и просит помощи. Есть изображение.
   -- Выведите на экран.
   Большая видеопанель на стене озарилась белым светом, сменившимся видом на бушующий океан сверху. Штормовые волны, в белой пене и фонтанах брызг, швыряли и кружили суденышко, немалое по меркам людей, но сущую скорлупку по масштабам стихии. Неуправляемое судно, хоть на мачтах и корпусе горят габаритные огни.
   -- Максимальное приближение.
   Сенсорная схема сконцентрировала заряд на центре и изображение корабля заняло весь экран.
   -- Это не работорговец. -- сказал один из офицеров. -- Стандартный сухогруз. По конструкции из новых, значит на носовой палубе должен быть идентификационный номер. -- офицер подошел ближе к экрану. -- Вижу! Записывайте... архив, запрос по кораблю!
   -- Корабли с малым количеством людей на борту, попавшие в Багровую Аномалию, либо разрушаются на месте, либо превращаются в покинутых странников. -- пояснил дрожащей гостье адмирал Рентаро. -- После обработки, то что удается спасти, можно даже отремонтировать или разрезать на металлолом. Если же судно само стало аномалией, значит на ней было не меньше трех-четырех тысяч людей.
   -- Грузовой транспорт Ниссин-мару, -- пришел ответ из архива. -- Продан Свободному Альянсу, в пятьсот двадцать втором году. В сентябре пятьсот тридцатого с грузом беженцев покинул порт восточной Ишигаки и должен был прибыть в мертвый город на материке для попытки перезаселения, но исчез и был вычеркнут из состава флота.
   -- Значит, не наш. Хорошо. Не придется сообщать родным погибших печальные известия. Дирижабли! Готовьте спецбоезапас! Выходите на курс бомбометания! Погасить эту аномалию!
   -- Приказ принят.
  
   Четыре громадных винта рубили воздух лопастями, разворачивая летающий корабль навстречу бушующему урагану. Ветер яростно завывал, стремясь сбить корабль с курса, сломить его сопротивление, закружить и унести прочь, как пушинку, но сразу пятеро мастеров воздушной стихии следили, чтобы дикие потоки природных ветров плавно обтекали огромный баллон и тяжелую гондолу, ничем не мешая движению машины. Легший на боевой курс, дирижабль шел навстречу ветру несколько минут, а затем раскрыл бомболюки и сбросил в океан несколько больших металлических баллонов. В пяти метрах над бушующей водой, баллоны рванули, разметав над волнами густые облака меловой пыли, до предела накачанной положительным зарядом. Из храмов и накопительных центров Феникса спецбоезапас щедро поставлялся в области, пограничные с островами страны Морей, тяжело пострадавшей от действий Темных Инженеров. Священники и артисты, работавшие с толпами людей, хорошо постарались. Каждая песчинка в этом облаке сияла словно маленькая зелено-золотая звездочка. Подхваченное ветром, облако устремилось в зону Багровой Аномалии и отрицательный заряд, столкнувшись с положительным, начал стремительно сходить на нет.
   Три дирижабля отбомбились, накрывая периметр, а четвертый, произведя расчет, швырнул утяжеленные баллоны с высоты, так, чтобы они рванули около корабля.
   Пыль окутала зараженный сухогруз и он, на глазах наблюдающих за ним людей, вдруг начал разрушаться. Погасли огни, подломились и рухнули мачты. Контейнеры, переделанные под импровизированные бараки для беженцев-колонистов, лишились поддержки полопавшихся тросов и, при очередном крене корабля, посыпались за борт.
   -- Снижение демонической активности. Уровень отрицательного заряда падает. Йокай теряет способность к развитию.
   -- Добить. -- скомандовал адмирал.
   Если оставить этого плавучего мертвеца дрейфовать, его останки могут быть выброшены на берег, где их найдут люди. Какое-нибудь дурачье полезет за ценными вещами и металлоломом, близко подойдут любопытные дети или те, кого позовут сквозь сны, умоляя о помощи, сохранившиеся в темном ментальном эхе тени погибших пассажиров.
   Людям не привыкать оставлять вредоносные подарки рыбам. Природа перерабатывает и не такое.
   Быстроходный малый броненосец зашел с наветренной стороны, там, где отрицательный заряд был ослаблен пылью. Приблизившись на расстояние прямой видимости, он повернулся к ржавому сухогрузу бортом и дружный залп из двадцати тяжелых орудий отправил точно в цель двадцать разрывных зажигательных боезарядов.
   Прицел был точен, чугунные ядра разворотили борт мертвого корабля, взрыв-печати на них активировались и корабль буквально разорвало изнутри так, словно он был сделан из тонкой рисовой бумаги. Волны захлестнули разодранный в клочья корпус и останки несчастного судна, разломившись на несколько частей, в считанные секунды пошли на дно.
   -- Цель уничтожена. -- доложил капитан броненосца на флагман.
   -- Замечательно. -- адмирал Рентаро с довольным видом потер руку об руку. -- Благодарю всех за службу! И вас, Сецуми-сама, персонально. Не напрасно вышли в море.
   Все это время, главные силы эскадры, не снижая скорости, продолжали идти к указанным посланницей Феникса координатам.
   -- Докладывает дирижабль! Главная цель обнаружена! Двадцать два километра на северо-восток!
   -- Начинаем перестроение! Дирижаблю, приготовиться к бомбометанию! Осколочные и зажигательные боеприпасы!
   -- Попробуем уничтожить их воздушным флотом, не подставляя тяжелые корабли под "Слово". -- Рентаро внимательно осмотрел изображение деревянного кораблика. -- Надеюсь, ваша организация ни в чем не ошиблась. Сложно поверить, что на этой жалкой скорлупке действительно обосновалась Багровая Тень.
  

* * *

   Дирижабль страны Лесов действительно вскоре снизил скорость и отстал, но не прошло и часа, как на замученной дряхлой джонке поднялась суета.
   Каджими, успевшая снова задремать, удивленно подняла голову, когда команда начала, с громкими окриками, скрежетом и скрипом, убирать паруса. На корме корабля стояла, воздев руки к небу, темнокожая жрица, и между ладонями ее плясало призрачное зеленое пламя, то взмывающее выше мачт, то опадающее и сворачивающееся в ослепительно сияющий энергетический шарик.
   -- Охрана, сюда! Всем собраться в центре и сесть на палубу, спиной к спине! -- отдавал приказы высокий, болезненно-тощий молодой мужчина, с темно-серой кожей и короткими черными волосами. -- Оружия не касаться до самого последнего момента! Не говорить! Не шевелиться! В глаза шиамам не смотреть!
   Шиамы?
   Каджими вспомнила страшные сказки о темнокожих жителях пылающих гор. Их предками были люди с кожей черной, как уголь, в эпоху Металла населявшие огромный континент далеко на юго-западе. Когда рухнул старый мир и началось обледенение планеты, уцелеть удалось немногим из них, а те, что выжили, превратились в отверженных изгоев. Рассказы об черных чудовищах, уничтожающих города, и о поглощенных злом, почерневших людях, передавались среди выживших из поколения в поколение. Что мог подумать охотник или рыбак одичавшего человечества, увидев перед собой человека с черной кожей? Где бы ни появлялись темнокожие, всюду начиналась паника. Их преследовали и убивали, как демонов и чудовищ. Как воплощения истинного зла.
   Спасаясь от гораздо более многочисленных светлокожих, предки шиамов бежали в самый центр тектонического разлома, где горела сама земля и текли лавовые реки. Они задыхались в дыму и ядовитых газах, погибали под обвалами и сгорали в пожарах, но несколько пригодных для жизни долин стали их последним пристанищем и народ, назвавший себя детьми огня, дожил до великой весны. Светлокожие ушли на освобождающиеся от льдов земли, шиамы захватили всю зону разлома и создали собственную империю, которой приходилось из века в век выдерживать беспощадные нападения соседних государств, ведь детей огня по-прежнему считали чудовищами и жаждали истребить. Только в эпоху Единства, когда все человечество было собрано под руку Единого Императора, были произведены научные исследования, вернувшие шиамам статус людей. С ними даже попытались примириться. Но дети огня, в почтении склонившие головы перед мудростью великого правителя, не забыли кровавых долгов. Белокожим, холодным, нет дороги в огненные горы!
   И когда рухнула Единая Империя, когда война и безумие захлестнули все обитаемые земли, не было для жителей равнин страшнее зрелища, чем вид подступающей к стенам города армии под черно-алыми штандартами. Шиамы не берут ни рабов, ни заложников. Их сенсоры прочесывают каждый квартал и каждую улицу захваченного города, чтобы ни одна живая душа не смогла уцелеть, спрятавшись под завалами. Если когда-то они и не были демонами, то теперь даже демоны не страшны так, как шиамы.
   -- Вы! -- тощий мужчина повернулся к рабам. -- Сожмитесь в комки и сидите, как мертвые! Вы - материал для лабораторий, вас не тронут. Но если вздумаете просить спасения, шиамы вас убьют! Просто за то, что посмели издать звук в их присутствии!
   Каджими вздрогнула, поняв кто это. Серая, словно пепел, кожа. Черные волосы, ядовито-желтые зрачки глаз. Химарьяры, полукровки шиамов и белых рас, селились вдоль побережья великого океана, и были почти подчистую истреблены за то, что поддерживали разорительные рейды детей огня в глубины империи Лесов. Встретить Химарьяра сейчас - большая редкость, и этот мужчина - не химарьяр. Это - лицедей Корио, сменивший облик перед встречей с шиамами.
   Златовласая самурайша перевешивалась через фальшборт и содрогалась в рвотных конвульсиях.
   -- Столько питательных веществ пропало! -- с возмущением сказала она, закончив свои дела и спрыгивая обратно на палубу. -- Ну, хоть рыбки поедят.
   Уменьшилась она до размеров девочки лет десяти-двенадцати. Кожа ее, как и у ее брата, стала пепельно-серой, а глаза из синих перекрасились в ярко-желтые. Она подняла руку и, намотав волосы на кисть, сдернула их с со своей головы, как какую-нибудь тряпку. На полностью лишившемся волос черепе начали тотчас отрастать новые, черные и слегка вьющиеся.
   -- А может мне в урью или фарью превратиться? -- спросила она у брата, выбросив блондинистые волосы за борт. -- Буду чистокровной дочерью огня!
   -- Химарьяров шиамы больше любят. -- ответил мальчишка-лис. -- Мы - мученики, нас обижать нельзя.
   -- Ага, понятно.
   -- Бегом переодеваться! Гости уже на подходе.
   Придерживая руками спадающие штаны, девчонка умчалась в кормовые каюты, а о приближении гостей известили три громких, раскатистых взрыва и фонтаны воды, что взметнулись высоко вверх перед самым носом судна.
   -- Мы же убрали паруса и замедляем ход. -- серый лицедей рассмеялся и развел руками. -- Видимо предупредительные выстрелы стали святой традицией.
   -- Вы удивительно хладнокровны, господин. -- сказал один из йома, отряд которых, в полном составе, вышел на палубу. На плечах каждого висела тряпка, по силовым схемам на которой бегали всполохи пламени. -- Будет сложно отбиться, если они откроют огонь на поражение.
   -- Сложно? Как только начнется расстрел, я сбрасываю за борт лодку и остаюсь здесь, а вы берите под контроль водную стихию и ныряйте вместе с кораблем ближе ко дну. Уходите в подводном положении как можно дальше. Продержитесь хотя бы полчаса.
   -- А вы, господин?
   -- Я отвлеку гостей и выиграю вам немного времени. Не беспокойся, Сумако сумеет выхватить меня из-под вражеских мечей, как только я заверну в узел пару их броненосцев и устрою небольшое локальное затмение. Жаль, что мы на море. Мои дзюцу не настолько развиты, чтобы превращать Ци в материю. Здесь я могу использовать только огонь и ветер, но мы еще посмотрим, что черные носороги смогут сделать против двух третей моих лисьих уловок.
   -- Мы, все, у кого нет элемента Воды в нашей Ци, пойдем с вами, Корио-сама. Шиамы - страшный враг. Мы не можем позволить вам принимать такой риск без нашей помощи и поддержки.
   -- Хорошо. Готовьтесь к бою и... спасибо вам.
  
   Красавица Сецуми едва не задыхалась от возмущения.
   -- Рентаро-сама! Вы напрасно рискуете жизнями своих солдат! -- подавшись вперед, попыталась она убедить адмирала. -- Нельзя! Ни в коем случае нельзя приближаться к Багровой Тени! Нельзя вступать в диалог с Безликим Лжецом! Нужно расстрелять этот корабль! С максимальной дистанции!
   -- Вы не хуже меня слышали доклад, Сецуми-сама. На корабле зафиксированы ярчайшие всплески положительного заряда Ци. На порядок сильнее, чем можно ожидать от любого жреца или жрицы, что я видел в своей жизни. Если их только там не десяток.
   -- У Безликого Лжеца может быть на службе десяток-другой обманутых им служителей храма.
   -- Вот и нужно взглянуть, что это за корабль демонов, с отрядом храмовников на борту. У меня нет ни малейшего желания расстрелять по вашей ошибке какую-нибудь из наших специальных групп на секретной миссии.
   -- Нет никакой ошибки!
   -- Где гарантии? Если бы Феникс и Единство Культуры не ошибались, о Безликом Лжеце давно никто бы уже не слышал.
  
   Быстрый легкобронированный пароход, вооруженный десятком орудий среднего и малого калибра, обогнал эскадру и пошел на сближение с преследуемым парусником. Хлипкая деревянная посудина, до сих пор не разбитая волнами только благодаря заботе мастеров элементов воды и ветра, не делала попыток маневрировать или удрать, но корабль шиамов все равно жахнул из носовых орудий, ударив осколочными бомбами перед свернувшей паруса джонкой. Для острастки и доказательства, что шутить с подозрительным нарушителем границ никто не намерен.
   Пароход-рейдер нес на борту прошедшую спецподготовку и экипированную для противодействия негативным силам абордажную команду, а так же два десятка самураев-храмовников, под командованием из опытных и сильных жрецов. Приблизившись к захваченному демонами кораблю, защитники побережья метнули канаты с абордажными крючьями, подтянули скрипящее на волнах судно к себе и без страха устремились на жуткий корабль-призрак. Вооруженные до зубов, храмовники были готовы к бою, но их ждало разочарование. Ненавистные йома стояли, поднимая руки в жесте капитуляции, а та, что подавала сигналы с кормы, хоть и оказалась красавицей-жрицей, но в спасении не нуждалась.
  
   Рабы с ужасом вытаращились на великанов, что прыгали с палубы парохода, замедляли падение импульсами Ци из подошв латных сапог и с грохотом приземлялись на палубу болезненного содрогающегося от этих ударов корабля. Метра под два с половиной каждый, в черной броне с золотыми узорами и с громадными мечами, украшенным ярко светящимися силовыми схемами.
   -- Ни кому не двигаться! -- угрожающе проорал командир отряда, со знаками десятника на шлеме. -- Бросайте оружие, падшие твари! Все мордой в палубу, руки за голову, не шевелиться! Одно движение или звук, рубим без предупреждения!
   -- А мне позволите ли говорить, святой брат? -- с улыбкой спросила, спускаясь с кормовых надстроек, темнокожая жрица. -- Я была бы очень благодарна, ведь мне нужно попросить вас не причинять вреда этим людям и носителям демонов.
   Самураи уставились на нее, на миг забыв обо всем на свете. Яростные крики смолкли, клинки мечей, готовых нести смерть отродьям зла, медленно опустились.
   -- Быть не может! -- охнул один из солдат. -- Великая Мать? Киохо Аканэ-химе?
   -- Не верьте братья! -- гневно взревел другой великан. -- Это демонический морок! Аканэ-химе в верховном храме, а это - отродье зла, Безликий Лжец, который хочет одурачить нас! Убьем их всех!
   Аканэ вскинула руку и рядом с ней, словно из небытия, возник призрачный образ огромного волка, шкура которого сияла так, словно была отлита из чистого золота. Из зубастой пасти и глаз его текло пламя. Угрожающий рык монстра заставил самураев попятиться.
   -- Дух подземного огня! -- охнули самураи, отступив на пару шагов. -- Пробудившийся ками, во плоти! Божественный зверь!
   Волк растаял, оставив золотистые искры в зеленом сиянии, окутывающем фигуру жрицы. Самураи, один за другим, преклонили перед ней колени.
   -- Великая Мать, -- сказал десятник, что был к жрице ближе остальных. -- Можем ли мы просить у вас объяснить ваше присутствие на этом жалком корабле, в окружении порченных тварей и холодного зверья?
   -- Просить вы, конечно же, не можете, -- ответила ему жрица. -- Но по доброй воле я поделюсь с вами знанием, которое прошу сохранить в секрете от большой общественности. Позволяю вам доложить о нашей встрече храмовому командованию и великому адмиралу Рентаро, но никуда более. Исследования, что мы ведем, жизненно необходимы, но слишком похожи на дела Темных Инженеров и многие люди могут прийти в ужас при мыслях о демонических отродьях.
   -- Мы слушаем вас, Великая Мать.
   -- После Затмения в стране Камней, верховный совет принял решение вплотную заняться изучением акума и, зараженных злом, ходячих мертвецов. Мы сочли, что знаний о нашем древнем враге недостаточно, что акума эволюционируют и могут нанести новые коварные удары. Мало знать, как развоплотить демона. Причины их появления, мышление, цели и интересы - все должно быть изучено. Если акума появятся в большом количестве, мы должны знать как их усмирить, взять под контроль и обезвредить без катастрофических потерь. "Затмение", не должно повториться в стране Облаков! Вы согласны со мной?
   -- Значит, эти йома - подопытные? А холодные рабы - материал для исследований?
   -- Совершенно верно. Вероятно вы думаете, что связь с подобным делом марает меня? Я здесь не для того, чтобы кого-то пытать или творить безумные эксперименты. Я защищаю людей от последствий. Убираю темное ментальное эхо. Слежу, чтобы подопытные акума не освободились и не натворили в мире зла. Это задача особой важности, и поэтому миссия возложена лично на меня.
   Самураи зашептались, переговариваясь между собой, а к жрице, шлепая по палубе босыми ногами, подбежала Бьякко.
   -- Аканэ-сэнсей, -- быстро поклонившись и тут же выпрямившись, она протянула жрице папку с бумагами. -- А мы будем показывать им наши документы? Вот, тут про все написано!
   -- Вы с братом взяли их на секретную операцию?
   -- Ага, я взяла! А что, не надо было?
   -- Да, не следовало так рисковать. Это опасная улика. Что было бы, если бы мы провалили задание и эти бумаги попали в руки врага?
   -- Ну не знаю... наши представители просто заявили бы, что все заявления листогрызов - вранье. Правда в слабых руках - пустой звук.
   -- Это тебя твой брат научил? -- с возмущением спросила Аканэ. -- Пора ограничивать ваше общение.
   -- Фраза вырвана из контекста. -- сказал, приблизившись к жрице и сестре, Корио. -- Я учил ее не тому, что можно плевать на правду в руках слабых, а тому, что мы должны быть сильными, чтобы никто не смел плевать на правду в руках наших.
   -- Хорошо, если так. Вы, как лидер, Оками-сан (Волк), должны избегать фраз с двояким толкованием. Сузуме-чан (Воробей), не переворачивай слова до логики демонов, даже ради шутки.
   Следом за штурмовой группой, на палубу парусника соскочили несколько храмовников, мало отличающихся внешне от самураев абордажной команды. Тоже в броне, со щитами и оружием.
   Храмовники взяли и начали изучать предъявленные им бумаги, а тот, что был старше по званию и авторитетнее из них всех, внимательно присматривался к обоим лицедеям.
   -- Кто эти двое, Аканэ-сама? -- спросил он, переводя взгляд то на Корио, то на Бьякко. Несколько других храмовников, заинтересованные реакцией старшего, тоже присмотрелись и... начисто забыли о каких-то там документах.
   -- Оками и Сузуме. Поисковый отряд нашел этих детей в трущобах одного из городов страны Рисовых Полей. Мальчик зарабатывал на жизнь уличными боями, а девочка лечила головную боль и легкие раны за еду. Вижу, что вы понимаете, почему они со мной.
   -- Можно я покажу? Можно? -- сверкая глазами, взмолилась Бьякко. Аканэ улыбнулась ей и кивнула.
   Молодая лицедейка вытянула руки перед собой и зеленое призрачное пламя энергии Ци поднялось над ее кожей. Самураи напряглись, но Бьякко сомкнула ладони, разомкнула их и над ее руками взлетела... бабочка. Сотканная из зеленого света, с блестящим золотистым узором на крыльях.
   Шиамы охнули от изумления, а зеленое сияние скользнуло во все стороны от ног Бьякко и взлетело над палубой образами цветов, бабочек, птичек и мелких зверьков. Призрачная растительность в пару секунд охватила весь корабль. Зайцы, белки и мелкие птицы устроили веселую суету, прыгая по всему кораблю, от палубы до самых верхушек мачт. С кормы и носа даже вышли две группы оленей с золотыми рогами.
   Самураев обычной армии такие фокусы не особо впечатлили бы, им была важна практическая польза, но храмовники могли видеть немного дальше и прекрасно знали, что означает подобная феерия.
   -- О Великое Пламя! -- с восторгом охнул один из командиров. -- Никогда не видел столько форм одновременно! Все это держит она... одна?
   -- Проверьте биотоки и силовое плетение. -- ответила Аканэ. -- Эта девочка может поддерживать две сотни разнообразных форм, без малейшей посторонней помощи. Я поддерживаю пятьдесят, а обычные наши ученицы всего одну-две. Контроль за гранью возможного, я и не надеялась когда-либо увидеть подобное.
   -- Эта девочка... Святая?
   -- Уверена в этом. Моя ученица, -- Аканэ тепло улыбнулась. -- Настоящее сокровище для всех нас.
   Бьякко, подхватив на руки одного из призрачных зайцев, подняла его и протянула здоровенному, словно скала, лейтенанту храмовников, что стоял перед ней.
   -- Погладьте его, самурай-сан! Он теплый и пушистый! Совсем настоящий!
   И в этот момент пришел радиоответ на доклад эскадре.
  
   Среди дирижаблей, сопровождающих эскадру, был один посторонний. Малый и легкий воздушный корабль Феникса не нес разрушительного вооружения и команда его состояла из всего пары десятков человек, но и он мог нанести удар.
   От парохода, пришвартовавшегося к старому паруснику, пришел доклад и командование начало совещаться о том, как поступить, а нос чужого в эскадре дирижабля уже был направлен на пароход. Узконаправленный радиосигнал, неуловимый для других морских и воздушных кораблей, устремился к приемникам малого броненосца.
   "На корабле лисы-лицедеи. Эта женщина не может быть настоящей Киохо Аканэ, вас пытается одурачить оборотень. Захватите самозванку в плен для допроса. Остальных убить"!
   Свои люди у Феникса были везде, все опознавательные коды флота были им прекрасно известны. Был подделан даже голос адмирала и, при этом, фальшивого приказа не слышал никто, кроме исполнителя.
   Никаких улик.
   -- Что?! -- отвлекшись от совещания с офицерами, удивленно и гневно воскликнул лорд Рентаро, получив доклад о радиограмме с малого броненосца. -- Какой еще "Приказ принят"?! Что "Исполняю"?!
  
   Ни бандиты, ни матросы, ни рабы еще не ощутили беспокойства. Никто из людей не успел сделать ни одного движения, а демоны уже яростно атаковали, почувствовав, как души врагов начинают наполняться готовностью и стремлением к убийству.
   Корио, что был к самураям врага ближе всех, нанес удар первым. Вонзив отросшие на его ногах черные когти в палубу, он совершил молниеносный рывок и врезался в стоящего перед ним самурая плечом. Защитные схемы на доспехах храмовника, примитивные на взгляд акума, но проверенные и надежные, среагировали на приближение йома встречным импульсом положительно заряженной Ци. Ударив в покрывшую Корио черную броню, положительный заряд начал ее разрушать, но слишком быстрым было движение и слишком плотной была масса брони. Разорвало бы и черный меч, и когти, и метательный шип, но на таран энергии не хватило. Самурая сшибло и превратило в снаряд против еще троих стальных великанов, стоящих позади него. Но успеху радоваться было некогда. Шиам, стоящий слева от поверженного, рубанул сверху вниз, метя распластать йома надвое. Корио отшатнулся, пропуская клинок мимо себя и тот со страшной силой врезался в палубу, но этот удар должен был лишь отвлечь врага. Шиам, стоящий справа, уже наносил размашистый горизонтальный удар топором, направленным в туловище врага.
   Корио ухватился за руку шиама, клинок которого застрял в палубе, нырнул под нее и ударил ногами в кирасу второго атакующего. Едва черная броня на его пятках коснулась вражеского доспеха, лис выдал из ступней сильнейшие импульсы Ци, швырнув себя от обоих врагов, словно снаряд из орудия. Но сделал он это не ради того, чтобы сбежать от врагов. Осатаневший от безумного бешенства, лис перевернулся в полете и приземлился на ноги, с силой вонзив черные когти в палубу. Правая рука, до плеча обросшая черной броней, уже отведена для удара и кулак, ставший похожим на большой кусок скалы, крепко сжат.
   Дело в том, что самурай, которому Бьякко предлагала погладить фантомного зайку, схватил испуганно вытаращившуюся на него девочку за плечо и сжал закованные в броню пальцы так, что хрупкие детские кости полопались, словно тонкие палочки. Бьякко, уронив зайца, открыла рот для жалобного крика, а стальной великан высоко поднял над головой тяжеленную цельнометаллическую булаву, готовясь размазать ею перепуганного лисенка в кровавую кашу. Движение справа отвлекло его, и он, скосив взгляд, успел увидеть до предела взбешенного йома, уже наносящего сокрушительный удар ему в открытый бок.
   Защитные схемы храмовника ярко вспыхнули, зеленая и фиолетовая Ци столкнулись в сильнейших встречно направленных импульсах, а тяжеленный кулак стал той преградой, от которой отразились ударные волны. Оглушительный грохот раскатился над кораблем, доспехи с стального великана смялись и импульс прошел через все его тело, дробя кости и превращая внутренности в отбивную. Тяжеленного гиганта швырнуло метров на шесть, он с грохотом рухнул на палубу и покатился, словно большой куль лязгающего металлолома.
   Другие йома с не меньшей яростью набросились на врагов, но против храмовников шансов у них было не много. Один за другим слышались громкие хлопки, треск и надсадное гудение бешено вирирующего воздуха, когда разномастные защитные схемы самураев отшвыривали, пронзали или рвали демонов на куски.
   "Хватайте женщин и все в трюм"! -- передал через акума Корио. -- "НА ДНО! БЫСТРО!"
   Лис заплатил за победу над самураем разорванной по локоть рукой и тяжелой контузией всего тела, но контузия сошла на нет почти так же быстро, как и была получена. Новый враг, бросившийся к оглушенному лидеру йома с явным стремлением добить, замахнулся и рубанул, но получил встречный удар ногой точно по пальцам, сжимающим меч. Весящая не меньше десяти килограмм, здоровенная, остро отточенная железяка в бешенном вращении пролетела через весь корабль и, ударив в мачту над головами пригнувшихся в ужасе рабов, намертво застряла.
   -- Убить всех демонов и рабов! -- старший из храмовников легко, словно тряпичную куклу, скрутил, опрокинул на палубу и придавил коленом леди Аканэ. -- За императора! Смерть отродьям зла!
   То, что произошло через мгновение, стало сюрпризом для всех. Великая мать Аканэ, на две секунды оглушенная ударом о доски палубы, сосредоточилась, крепко стиснула зубы и на ее волевой приказ отозвалась вся положительно заряженная Ци, которую Бьякко, играя и хвастаясь, щедро разлила вокруг. Волна зеленого сияния накрыла оба корабля, от трюмов до самых верхушек мачт. Призрачный золотой зверь взметнулся из палубы и совершил круг, концентрируя заряд. И люди и демоны роняли оружие. Бессильные сопротивляться охватившему их блаженству, они падали, с остекленевшими глазами и нелепыми улыбками на лицах.
  
   С дирижаблей поступили доклады. Адмирал, бледнея и меняясь в лице от потрясения, вскочил с места и сделал два шага к монитору, транслирующему как зелено-золотое призрачное пламя охватывает два сцепившихся корабля. Крошечный золотой шарик, взвившийся из буйства положительного заряда, метнулся в нижний край экрана и...
   -- Адмирал!!! -- вопль офицера заставил лорда Рентаро обернутся. Командующий флота обомлел, увидев призрачного золотого волка, ворвавшегося на мостик сквозь передний обзорный иллюминатор. Наполовину ворвавшегося. Передними ногами чудовище стояло на приборной панели броненосца, а половина его туловища, перечеркнутая бронестеклом поперек груди, задние ноги и три пышных, ярко пылающих хвоста, оставались снаружи.
   Призрачный волк разинул пасть и языки пламени, совершенно не призрачные, вырвались из его глотки, опаляя на стоявших близко людях волосы и одежду.
   -- Оками! -- под взглядом божества, шиамы повалились на колени в ужасе и благоговении. -- Великий дух, Екиджу!
   -- Всем кораблям, назад! -- первым очнулся адмирал. -- Отозвать дирижабли! Никому не приближаться к паруснику!
   Волк дыхнул на людей жаром еще раз и, отвернувшись, ускользнул в ночь так же бесшумно, как появился. Остались только следы от его когтей на приборной панели и черная копоть от пламени из пасти.
   Могучий адмирал, в числе остальных упавший на колени, поднялся на ноги и, опираясь руками о приборную панель, сгорбился. Он узнал этого волка не только по описанию. Четыре года назад, на празднике Солнечного Пламени, он удостоился чести в числе других героев империи предстать перед живым сокровищем страны Облаков, Великой Матерью, Киохо Аканэ. Он плакал от счастья, принимая благословление женщины, любовь которой исцеляла людей и оживляла сожженные сады на склонах недавно извергавшихся вулканов. Рядом с ней, словно видение волшебного сна, всегда был золотой волк-призрак. Последний ками. Последний живой бог, хранящий и защищающий последнюю святую умирающего мира.
   И почему же теперь его солдаты подняли оружие на Великую Мать?! Как это произошло? Кто... отдал приказ?!
   Мертвенная бледность на лице лорда Рентаро растаяла, меняясь багрянцем неистового, неудержимого бешенства. Странность? Он повидал немало странностей на своем веку. Отец, предыдущий лорд-наместник, был убит, хоть и был любим как в народе, так и среди управленцев. Девушка, которую он любил и мечтал увидеть женой, вдруг дистанцировалась от него, покинула регион и вышла замуж за другого. Лучший друг, совсем недавно, предал и подставил, наотрез отказавшись сообщить причину. А вот теперь...
   Странность есть, но улик не будет. Ни единой! Улик не бывает никогда!
   Взревев так, что на капитанском мостике задрожали бронестекла, адмирал взвился, развернулся на месте и, замахнувшись, смел стоявшую позади него худощавую фигурку девушки свирепым ударом закованного в сталь кулака. На перчатке вспыхнула синим светом боевая силовая схема и импульс Ци вбил несчастную леди Сецуми в переборку, выполненную, конечно же, не из жести, а из двухсотмиллиметровой броневой стали, отделяющей боевую рубку от капитанского мостика. Агент влияния лопнула, как лягушка, попавшая под кузнечный молот.
   Адмирал ударил и, через мгновение, оцепенел от сознания того, что только что сделал.
   Да, улик не бывает, но в высшем свете, да и среди простого народа ходят леденящие слухи и сплетни о том, как исчезают люди, вступившие в конфликт с прекрасным Фениксом. С людьми, чем-то мешающими этой организации, позволившими себе лишнее или не пошедшими на сотрудничество, случаются несчастья. У них возникают внезапные серьезные проблемы с финансами, отношениями или здоровьем. В таких случаях всегда виноват кто-то другой, не Феникс, но у череды идеальных преступлений появилась одна, неожиданная сторона. Теперь любое странное, необычное или нераскрытое преступление с ходу записывалось на счет той страшной таинственной силы, прячущейся за красивой маской из культуры и развлечений.
   Он несколько лет старательно дистанцировался от теневых интриганов, плетущих вокруг него свои сети, а теперь убил их агента влияния. Не сложно представить, что теперь станет с бунтарем. Его отравят? Зарежут во сне? Отправят в бой без шанса на победу? Оболгут и подставят под преступление?
   Руки великого адмирала мелко задрожали. Он ощутил холод липкого ужаса, мелкой искоркой зародившийся в его душе много лет назад, когда мать попросила маленького сына быть осторожнее с этими опасными людьми. Разросшийся после смерти отца. Растущий все больше и больше, с каждым годом лавирования и интриг в высших кругах общества. Чувство, загнанное на грань сознания, ведь страх не существует для самураев.
   Нет, он существует. Вот только есть непредставимо огромная разница между страхом какого-нибудь беспомощного крестьянина и ужасом кровожадного хищника, великого адмирала Мацушимы Рентаро!
   -- Всем кораблям, слушайте вашего адмирала! -- словно бешенный зверь, проорал лорд-наместник в сдернутый с панели микрофон. -- Феникс пытался убить нашу Великую Мать, Киохо Аканэ! Они хотели запятнать всех нас в крови святой! Остаться невинными, а нас подставить под проклятие и самоубийство! Глушилки радиосигналов, в действие! Убить всех сотрудников и агентов Феникса! Воздушный флот! Огонь по дирижаблю крылатых крыс! На дно эту мразь! Смерть предателям! Исполняйте приказ!!!
   На стальных исполинах поднялась суета. Грохоча сапогами по сходням и палубам, забегали солдаты. На каждом корабле несли службу психологи, политические наставники, повара и мастера досуга, что были воспитанниками и верными служителями Пламенного Феникса. Игнорируя удивленные восклицания, не отвечая на вопросы и не слушая мольб о пощаде, их всех, не взирая на дружеские чувства или былые заслуги, вытащили на верхнюю палубу, зарубили и выбросили за борт.
   -- Предательство! Предательство! -- гремели гневные восклицания и кровавая ярость вычищала корабли шиамов от всех, кому не повезло носить золотую птицу, а c небеc, в огне взрывов и ярком пожаре, обрушалась в море прошитая снарядами летающая лодка.
   Флотилия шиамов начала разворот, взбунтовавшийся и озверевший наместник возвращался в свои владения, в которых, получив сигнал тревоги, уже повсеместно поднимались под копье гарнизоны городов и замков.
  

* * *

   Небесное блаженство сменилось вдруг мучительной дурнотой. Каджими вздрогнула, попыталась шевельнуться, приподнялась и села, с растерянностью глядя на остальных рабов, что тоже начинали медленно приходить в себя.
   Что произошло?
   Дурноту навевал покалеченный лис-йома, от руки и ног которого текло фиолетовое свечение, образуемое смешивающейся синей и алой Ци. Другие йома, среди которых было несколько легкораненых, ходили по кораблю и пинками поднимали стонущих матросов, ради пробуждения которых, судя по всему, и затеяно было это противодействие всеобщей эйфории.
   -- Поднимайте паруса! Плавание продолжается!
   Каджими встала на трясущиеся ноги. Плохо соображая, что делает, она вышла из круга канатов, подошла к борту и посмотрела на бронированный пароход, что все еще был озарен зеленым свечением и уплывал прочь, уносимый волнами и ветром. На бортах джонки болтались абордажные крючья с небрежно обрубленными кусками канатов. К малому броненосцу подходил еще один, готовящийся оказать помощь собрату. Внимания отворачивающей прочь джонке, этот стальной великан не уделял никакого.
   -- Куда тебя понесло? -- Корио сгреб девчонку за шиворот, оттащил обратно к мачте и швырнул на руки другим рабам. -- Сидите смирно, дурни! Следите сами за своими ошалевшими! Без вас паршиво.
   -- Корио-сама... -- дрожа, произнесла девчонка. -- Вы... вы их всех... убили?
   -- Надо было бы, но мы все живы благодаря Аканэ-сама, а эти железные болваны - ее народ. Поэтому мы просто покидали их тяжелые туши обратно на пароход и перерубили абордажные канаты. Даже того ублюдка, которого я от души приложил, Аканэ-сан подлечила. Добрая она. Я бы его вот такой штукой... -- пройдя между отползающими в стороны рабами, он ухватился за рукоять самурайского меча и с немалым усилием выдернул его из наполовину перерубленной мачты. -- ...По шее подлечил! Твари поганые. Ладно на нас, мертвецов ходячих, но на незараженного ребенка как бешеные псы бросаются!
   -- Лорд Корио... ваша рука...
   -- Отрастет.
   Волоча меч за собой по палубе, он подошел к борту и остановился.
   -- Эй, Харо! -- окликнул он предводителя бандитов. -- Смотри, какая добыча! Элитный самурайский меч, из лучшего металла, с силовыми схемами и золотой отделкой! Знаешь, сколько такая штука стоит?
   -- Миллион? -- осторожно ответил разбойник, морда которого представляла собой один сплошной синяк.
   -- Десять миллионов! На черном рынке, перекупщику за столько сдать можно. У кузнеца купить - раз в пять больше. А теперь смотри, как я умею разбрасываться деньгами!
   Напрягшись, лис-йома поднял тяжелое оружие и без колебаний швырнул его в морские волны.
   -- А-ах... -- с досадой хором выдохнули бандиты.
   -- На таких дорогих штуках всегда спрятана сигнальная схема. -- сказал Корио. -- На драгоценности схемы ставят редко, боятся повредить, но элитное оружие отслеживается почти всегда. Не вздумайте таскать такое барахло на базу! Верная смерть.
   -- Можно ведь проверить, на это-самое... на наличие.
   -- Можно. Но гораздо ценнее то, что железная морда организует экспедицию по спасению и лично нырнет за своим бесценным куском металлолома. Вернуть именное оружие для самурая - дело чести, а здесь всего-то метров двести до дна. Приятного ему, уроду, купания.
   Вздрагивая, подергиваясь и сплевывая на палубу отвратительные черные сгустки, он отошел от борта, стянул с себя разорванную рубаху и, обтершись ею, сердито швырнул в сторону.
   -- Опять полный комплект шмотья в хлам. Может мне голым в бой ходить? Зараза, ну что вот я не могу хотя бы мехом обрастать? На рубашках бы экономил.
   Кое-как овладев собой и погасив ломающие его тело судороги, он подошел к младшей лисе. Девочка сидела у стены кормовой настройки, дрожала всем телом и шмыгала носом, готовая расплакаться в любой момент. Брат сел рядом с ней и, приподняв, посадил себе на колени.
   -- Ты молодчинка, Бьякко. -- сказал он, крепко обняв сестру. -- Если бы не вы с Аканэ-сан, порубили бы злые железяки нас всех на много-много маленьких кусочков.
   -- У-у. -- девочка с усилием втянула сопли. -- Я... я тому гаду зайку хотела дать. А он... а он меня за плечо... и... и убить... хотел...
   Не удержав слезы, она уткнулась брату лицом в грудь и принялась реветь, как самый обычный маленький ребенок, с глубокой и искренней обидой.
   Корио дал ей проплакаться, обнимая и ласково поглаживая по голове, а потом отер ей лицо ладонью и улыбнулся:
   -- А ты видела, Бьякко, как мы этому идиоту его булаву в задницу затолкали?
   -- У-у. Только не затолкали. Вы ему доспехи над попой разомкнули, приставили булаву и снова сомкнули броню.
   -- Ага. Замуровали накрепко. Представляешь, как он очнется, начнет ворочаться и такой: "ой, а что это там такое мешает"? Руками пошарит пониже спины и на весь корабль как заорет: "А-а! Спасите! У меня булава в заднице!!!"
   Девочка заулыбалась сквозь слезы.
   -- Вскочит, -- продолжал старший лис. -- Начнет в панике по кораблю метаться, и о переборки рукоятью стучать: бамс! Бамс! "Хирурга! Хирурга, скорее! Спасите сразу две фамильные реликвии! Задницу и булаву!" А потом об этом напишут во всех газетах и памятках для воинов. Озаглавят: "Вот что бывает с теми, кто обижает маленьких добрых лисят"!
   -- Так ему и надо!
   -- Что ты, Бьякко? За такое надо намного больше! Пусть радуется сволочь железная, что здесь женщины и дети, а то бы я им всем показал, что такое рейтинг жестокости восемнадцать-плюс!
   Кто знает, сколько они продолжали бы так ворковать, но вдруг с небес на палубу низринулась крылатая тварь.
   -- Рано расслабились. -- заявила она, подойдя к лисам. -- Шиамы уходят, но против нас явно Единство, а у них всегда есть запасные варианты. От островов идут еще корабли.
   -- Вот настырные твари! -- Корио поднялся. -- Сколько и какие?
   -- Откуда я знаю? Что я тебе, сова какая-нибудь? Видела огни на мачтах. Четыре крупных корабля точно есть. Может больше.
   -- В какой стороне?
   Сумако подняла верхнюю лапу, указав направление острым кривым когтем.
   -- Ясно, разведаем. Единство - подлые крысы, они могут обманом направить на нас силы страны Морей. Давно мечтают, ублюдки, чтобы я без разбора плюнул и разнес флот союзников. Совершенно не хочется по чужой интриге убить великого дайме Садаясу, или его адмирала, с двумя-тремя тысячами людей. Аканэ-сан! Уведите Бьякко. Сейчас начнется работа, которую детям точно лучше не видеть. Буду делать монстра-разведчика.
   Жрица увела маленькую лису, а старший лис подозвал к себе одного из серых стражей. Вдвоем, они подняли люк и спустились в трюм, откуда, после нескольких минут отсутствия, выволокли молодого мужчину крепкого сложения, одетого в серую рубаху и оранжевый тюремный комбинезон. Мужчина был парализован страхом, но вдруг его взгляд метнулся к сгрудившимся у мачт женщинам и каторжник тотчас преобразился. Расправились плечи, поднялась голова, в оскале хищника обнажились зубы. Позабыв обо всем на свете и роняя обильно хлынувшую из его пасти слюну, он ринулся к добыче, но был тотчас скручен серым стражем.
   -- Спокойно, спокойно. -- Корио похлопал рычащего и вырывающегося маньяка по плечу. -- Ты уже наубивал себе на смертный приговор, а все мало. Понимаю, повреждение мозга мутациями и нарушениями в биохимии тела, но потерпи еще пару минут, сейчас все закончится.
   -- Убейте его, господин. -- сказал серый страж.
   -- Не здесь. -- лис мотнул головой в сторону рабов. -- У них и так психологическая травма, нечего лишний раз пугать. Тащим на корму, она выше центральной палубы, ничего бедолаги отсюда не увидят.
   И рабы не увидели. Услышали только мучительный вой сквозь зажатый чем-то рот, треск чего-то раздираемого, а затем с кормы корабля в штормовую ночь метнулось крылатое нечто, разглядеть которое никто не успел.
  

* * *

   Любой капитан шиамов сетовал бы на то, что в такую штормовую ночь у него нет поддержки дирижабля-разведчика, но лихим флотоводцам Свободного Альянса не привыкать было обходиться своими силами. Покупка и содержание летающих кораблей была не по кошельку разобщенным и враждующим кланам распавшейся страны. Наскрести бы средств для поддержки на плаву той рухляди, что удалось сохранить за все эти годы отчаянной борьбы за выживание.
   Как хорошо, что у клана есть верная союзница, старуха-пророчица, что время от времени подсказывает храбрым морским волкам, где нужно нанести удар, чтобы урвать хороший кусок сочной добычи! Разумеется, капитан знал что пророческий дар старухи называется "Радиостанция", по которой ей присылают инструкции таинственные союзники, но отказываться от дармовщинки он, конечно же, не желал. Подобные пророчицы были в каждом осколке развалившейся империи Морей, они координировали действия пиратов так, чтобы те не мешали друг другу и получали возможность хоть иногда безопасно хапнуть средств. Разгромить караван кораблей, устроить засаду железнодорожному составу, проходящему недалеко от побережья, разграбить слабо защищенный городок или армейские склады.
   Когда пророчица, теряя на бегу ботинки, примчалась к капитану, все сразу поняли, что будет богатая добыча. Беззащитный транспорт? Может сразу несколько? Деньги, товары и свежее мясо, на которое пустят экипажи захваченных кораблей! Наконец-то можно будет закупить продовольствие и уголь в стране Облаков, пригнать оба главных тяжеловеса флотилии на верфи шиамов для капитального ремонта!
   Что?
   Обычная паршивая джонка одичалых, за уничтожение которой дают двадцать миллиардов золотом?!
   Спеша урвать сказочный куш, пираты выжимали все возможное из изношенных корабельных двигателей. Кто там, на этой джонке? Кто-то из императорской семьи? Сверхсекретные материалы каких-нибудь военных разработок?
   Кому какое дело?!
   -- Капитан! -- встрепенулась позади предводителя пиратов пророчица. -- Цена! Цена выполнения заказа подскочила! Дают шестьдесят миллиардов!!!
   -- Не шутишь?!
   -- Нет! Шиамы вздумали посмотреть на то, что там плывет, и получили удар, по всей своей империи! Страшные потери, колоссальные убытки!
   -- Дерьмо морских демонов... -- капитан побледнел, было видно, что он заколебался, терзаемый жадностью и страхом.
   -- Не приближайтесь, не смотрите, просто расстреляйте эту проклятую посудину с максимальной дистанции!
   Пират кивнул. Захваченное демонами море может породить непредставимые ужасы. Плата, равная цене постройки трех современных линейных броненосцев может быть не только адекватной, но и заниженной. Против чудовища может помочь обычное оружие? Иначе бы таинственный союзник не направлял наемников на врага. Надо рискнуть! Сделать все по инструкции и тогда... тогда весь клан озолотится!
   Еще несколько минут пути сквозь ночь, и вдруг пришел доклад с сенсорной башни.
   -- Демоническая тварь! Мелкая! Кружит над кораблями!
   -- Так и знал, что здесь замешана нечисть. -- сквозь зубы прорычал капитан. -- Кто-нибудь, сбейте ее! Вода холодная! Холод губителен для демонов, этот летун и минуты не протянет!
   Холод ветра разрушил бы демоническое отродье буквально сразу, как то вырвалось бы в область леденящего шторма. Потому-то Черному Лису и понадобился каторжник, теплая кровь которого способна была ненадолго задержать чудовище в этом мире. Каторжник, с элементом Ветра в его Ци.
   Капитан и офицеры флагманского корабля пиратов с нецензурной бранью отшатнулись, когда в переднее бронестекло ходовой рубки со всего маху впечаталась тварь, словно воплотившаяся из ночного кошмара. Это был деформированный, изуродованный человек в остатках рваного тюремного комбинезона. Тело его было вытянуто и сплющено, усеянная язвами и прорехами кожа от боков и ног растянута перепонкой до удлинившихся рук. Мертвенно бледный, сине-зеленый от холода, покрытый пятнами крови и черной протоматерии, похожий на гибрид человека и древнего птерозавра, мертвец царапал конечностями бронестекло. Он жаждал добраться до обомлевших людей, пытался вгрызться в стекло зубами, но последние силы уже оставляли его. Йома-летун сорвался с остекления ходовой рубки и полетел вниз, бессильным трупом разбившись о палубу.
   -- Что это вот сейчас такое было?! -- указал в сторону бронестекла один из офицеров.
   -- Мало ли нечисти? -- гневно одернул его капитан. -- Работаем! Всем кораблям, боевое построение! Приготовиться к ведению огня! Артиллерийским расчетам, зажигательные и осколочные бомбы! Доложить о готовности!
  

* * *

   Черный Лис открыл глаза и сурово улыбнулся.
   -- Точно не наши. -- он повел плечами, словно разминая шею. -- Корабли - незнакомое мне старье, флаги Альянса, а на мостике флагмана какие-то бандитские рожи.
   Черная протоматерия проступила из-под его кожи Безликого Лжеца, образуя сплошной покров над всем телом и сегментируясь до подобия змеиной чешуи.
   -- Поворачивайте корабль! -- генерал чудовищ соскочил с кормы и направился к носу парусника. -- Направление на противника! Убрать паруса! Сумако! Спускайся и забирайся в укрытие! Всем, приготовиться к ударной волне ядерного взрыва!
   -- Взрыв, конечно, не ядерный, -- взял слово один из серых стражей. -- Но тряхнет на уровне пяти мегатонн, поэтому всем лечь на палубу, вжаться в доски, закрыть глаза и заткнуть уши!
   -- Людей с верхней палубы унесет или зажарит. -- сказал другой серый страж.
   -- Верно. Щит лишним не будет. Придется напрячься. -- генерал чудовищ остановился, замер, сосредоточился и в ночной тьме, возникая словно из небытия, начала сгущаться черная субстанция, в ближайшие несколько секунд уже облепившая корпус корабля словно грязь. Ее становилось все больше и больше, поднимаясь над бортами, она сомкнулась над шкафутом судна большим пузырем, состоящим из подвижной, текучей слизи.
   Пузырь был сплошным, только перед носовой палубой осталась круглая прореха, через которую мало понимающая происходящее, девочка-рабыня Каджими с детским любопытством смотрела на фигуру оборотня, окутавшуюся всполохами яркого фиолетового пламени. Носовая часть корабля была почти на одном уровне с центральной палубой и потому все хорошо могли видеть, как обретший звероподобную форму монстр встает на четвереньки, запрокидывает голову и заворачивает все три отросших у него хвоста кольцом так, чтобы они были направлены окончаниями точно ему в раззявленную пасть.
   Сначала фиолетовое, а затем ярко-алое, пламя текло в глотку лиса и воздух вокруг дрожал от напряжения титанических сил.
   -- Ты с ума сошла? -- женщина рядом схватила девочку за волосы и с силой заставила уткнуться в жесткие доски. -- Ослепнуть хочешь?! Закрой глаза и уши, глупая!
   Каджими крепко зажмурилась, а через пару секунд...
   Весь мир содрогнулся от импульса нечеловеческой мощи.
   -- Вниз, вниз! Всем лежать! -- прогрохотал над притихшим кораблем грозный голос черного монстра. Корио соскочил с носовой надстройки на шкафут и прореха в пузыре закрылась за ним. -- Закрыть глаза руками! Стражи! Больше Ци на нос!
   Затвердевшая в прочный панцирь, протоматерия действительно сохранила многим зрение и слух, спасла от тяжелейших ожогов, ведь в эпицентре взрыва полыхнуло так, словно второе солнце расцвело над океаном. Ураган смело, черные облака, застилающие небо, кольцом отпрянули от места удара.
   На корабле вспыхнули паруса, такелаж и мачты, оставшиеся вне черного пузыря. Пар и дым окутал обугливающиеся борта. Секунд двадцать дымящийся и пылающий корабль привычно боролся с волнами, а затем... Деревянную посудину тряхнуло так, что даже укрепленное потоками Ци дерево жалобно затрещало, покрываясь разломами и теряя куски. Если бы под ударную волну был подставлен борт, искалеченную джонку разбило бы и перевернуло, но рассеченная носом, могучая сила покатилась дальше, уже без вреда для кого-либо сшибая только океанские волны.
   Хохоча, харкая черной протоматерией и кровью, Черный Лис перевалился через бок и упал на спину. Пузырь протоматерии начал рассыпаться, серые стражи бросились к обваливающимся пластам, подхватили их на руки и плечи, выталкивая за борт.
   В небе, медленно угасая, сияло грибообразное облако из дыма, пыли, пара и пылающей энергии Ци.
   -- Все рассмотрели? Нет? Не просите, не умоляйте, второй раз не покажу! -- кое-как отплевавшись, Корио оперся на руки и сел. -- Кто-нибудь заснял? Если да, то пустите титры, что трюк выполнен профессионалами и что нельзя повторять такое дома!
   Его вдруг затрясло, он чуть не свалился обратно на палубу, но как на крыльях вылетевшие из трюма, жрицы подхватили его и окутали целебным зеленым свечением положительно заряженной Ци.
   Бандиты, матросы и серые стражи суетились вокруг, занимаясь спасением остатков корабля. Подрубленная самурайским мечом, дымящаяся мачта сломалась и, падая, непременно пришибла бы немало людей, но йома, бывший настороже, выпустил из спины несколько дюжин длинных тонких лап, подхватил падающую громаду и помог ей вывалиться за борт без серьезного урона кораблю.
   -- Доломали несчастную. -- прокомментировал это событие Корио. -- Не важно. Доберемся на контроле стихий. Всего часа полтора болтаться осталось. Сумако! Слетай, посмотри, что там с вражеским флотом.
   -- Сдурел?!
   -- Шучу. Если из тех уродов кто и уцелел, то сейчас им точно не до нас.
  

* * *

   В виду потери парусов и такелажа скорость движения корабля резко замедлилась, но Черный Лис говорил правду, слева по борту от корабля вскоре действительно показалась земля. Высокие, источенные волнами, древние скалы, похожие на бастионы исполинских крепостей.
   -- Чувствую печать. -- сказал Корио и указал направление рукой. -- Туда. На полной скорости!
   -- Но там же скалы, добрый господин! -- жалобно простонал старший из матросов, бывший до захвата одним из командиров этого корабля. -- Здесь нет бухт!
   -- Кому они нужны? Выполняйте приказ, не тряситесь за шкуры. Мы бандиты и террористы, а не самоубийцы.
   Матросы и рабы со страхом смотрели на приближающиеся скалы, ожидая, что корабль вот-вот повернет в сторону, но пиратское корыто, скрипя и треща по швам, все набирало скорость и неслось прямо на зубья торчащих из-под воды рифов.
   -- Разобьемся! -- завопил кто-то.
   -- Молчать! -- лис оскалился. -- Рафу-доно, Садао-доно, вместе, разом! И-и... полетели!
   Громадная волна, поднявшая корабль, не только плавно перенесла его через первые ряды каменных зубьев, но и начала подниматься перед скальной стеной за линией рифов. Выше... выше... Раздался зубодробительный грохот и скрежет ломаемого дерева, когда переброшенный волною корабль рухнул за линией прибрежных скал. Пробитые и переломанные борта начали разваливаться под собственным весом. Две малые мачты порвали остатки такелажа и повалились. Корабль рухнул бы набок и пассажиры получили бы массу травм, но скалы под ним пришли в движение, поднялись и подперли несчастное судно, завершившее свое последнее плавание.
   -- Прибыли. Дальше - пешком. -- лидер демонов принялся раздавать приказы. -- Разгрузить корабль! Построить всех в три шеренги! Матросов - к остальным рабам. Двигаемся, двигаемся! Час пути, и будем в лагере! Там вкусная пища, свежее питье и мягкие постели для каждого! Проголодались? Тогда соберитесь с силами и совершите последний рывок!
   -- Но господин... -- взмолился все тот же матрос. -- Вы же обещали нас отпустить, когда мы выполним свою работу! Корабль разбит, но... но мы...
   -- Я солгал. В общую кучу! Теперь вы такие же рабы, как и остальные! Кто недоволен, сможет написать на меня жалобу господину Хебимару, когда мы прибудем на базу. Если, конечно, добрая госпожа Мицуми согласится принести вам бумагу и письменные принадлежности. Вперед!
   Рабов выгнали из корабля, не забыв и не потеряв никого. За весь рейс, кроме того отчаянного парня, совершившего самоубийственную попытку побега и принесенного в жертву каторжника, все похищенные рабы остались живы и вполне здоровы. Некоторых укачало, другие пострадали при выбрасывании корабля на сушу, но вывихи, рваные раны, ушибы и даже переломы темнокожая жрица исцеляла прикосновением буквально за десяток секунд.
   -- А я так не могу. -- сказала молодая лиса, что следовала за жрицей, словно привязанная и щедро делилась с ней положительно заряженной Ци, но сама к раненным не прикасалась. -- Нужны врожденные способности. Я немного по-другому жрица! Такая, чтобы демонов успокаивать.
   Рабы, удивленные что кто-то вообще нисходит до объяснений, молча склоняли головы.
  
   Идти действительно пришлось недолго. По относительно пологому склону колонна обогнула часть горы и оказалась у входа в искусственную пещеру, созданную с помощью дзюцу элемента Земли. Гостей здесь ждали. Повсюду по стенам были установлены факелы, на длинных каменных тумбах красовались в беспорядке вываленные хлеб, мясо, овощи и даже фрукты. Здесь же стояли бочонки с водой и лежали большие металлические кружки.
   -- Никому не прикасаться к еде, пока не расставим всех по местам! -- выкрикнул Корио. -- Только по моему приказу! Кто ослушается, затеет свару или драку, -- он указал на уродливого мордоворота, здоровенного даже по меркам самураев. -- Сам станет ужином для наших людоедов!
   Верзила стоял у дальней стены и начальствовал над группой бандитов, что организовали здесь все это разнообразие продуктов вместе с помещением и мебелью. Крылатое чудовище, Сумако, приземлившись у входа в пещеру и плотно прижав крылья к телу, тотчас поспешила к нему. Монстры хрипло и басовито завели диалог. Легко было заметить, что по всему телу великана, даже по деформированному лицу и лысой голове, распространенны такие же гнойные шишки, как у крылатой. Общий признак пожирателей людей?
   Рабов, удивительно послушных и дисциплинированных, выстроили вдоль каменных тумб.
   -- Аккуратно, без свинского поведения! -- выкрикнул Корио. -- Начинайте! Ешьте, сколько влезет, и можете набрать с собой. Нам сегодня еще придется неплохо потоптать ноги!
   Сказал, и тут же показал пример, схватив с каменной тумбы большой ломоть мяса и вцепившись в него зубами. Ел он по-звериному. Отрывал куски клыками и заглатывал, словно крокодил, не жуя.
   Рабы, сначала осторожно, а потом со все большим энтузиазмом приступили к еде. Нельзя сказать, что та могла похвастаться вкусом, но была изобильной и разнообразной. Изрядно проголодавшиеся за день, люди жадно поедали и зачерствевший хлеб и повядшие овощи. Мучимые жаждой, они без протестов пили опресненную с помощью дзюцу морскую воду.
   -- Прекрасно сработано, Доган-сан. -- сказал насытившийся лис, приблизившись к людоедам. -- Конечно, не полноценный ужин, но поддержать силы рабам он поможет.
   -- У дирижабля хорошие, большие трюмы. -- ответил гигант. -- Только ходит медленно, техники никак не починят второй двигатель. А тот, что работает, дребезжит и скрежещет. Подшипники, говорят, в хлам. Может, саботаж?
   -- Запросто. Команда ведь из нелояльных пленников. Делать нечего, доломают этот, угоню новый. Надо будет предупредить их, что как сломают следующий - всех сдадим на опыты. А за хорошую работу пообещать зарплату золотом и свободу через три года. Должно помочь. Без дирижабля нам сейчас никуда. Выросла база катастрофически. На две с половиной тысячи человек одной жратвы тонны надо. На спине не переносишь.
   Доган басовито уркнул, соглашаясь со словами лиса и снова завел диалог с Сумако. То, как людоеды рады встрече после долгой разлуки, было видно невооруженным взглядом. Воркуют словно голуби. Что удивительного? Весна...
  
   Ужин закончился раньше, чем предполагали и рабы и их новые хозяева. Демоны встревожились и засуетились, крылатая химера по-птичьи поскакала к выходу, но даже раньше, чем она успела взлететь, генерал бандитов и чудовищ громко крикнул, привлекая всеобщее внимание.
   -- Враг близко! Хватайте, кто что сможет, и на выход! Бегом, бегом! Дирижабль страны Лесов не отстал! Если жахнет штурмовым дзюцу в центр нашей толпы, всех изжарит!
   Подгоняемые окриками бандитов и демонов, рабы поспешили к выходу. Одной большой толпой, они высыпали на склон. Кто-то крикнул, указал направление рукой, и далеко на востоке, среди светлеющего утреннего неба, все увидели крошечную точку. Дирижабль, тот самый, что навел шиамов на бандитский корабль, шел по ветру, быстро приближаясь к месту высадки.
   -- Будет бросать десант? -- угрюмо спросил Доган.
   -- Не сразу. -- ответил Корио. -- Их капитан знает, с кем имеет дело. Сейчас сенсоры засекут нас, летун повернется бортом и даст залп. Выжжет все, а потом сбросит группу для финальной зачистки. Сумако, на взлет! Будем сбивать.
   -- Сдурел?! Это - дирижабль! Армейский, с крепчаком и пушками! Набитый солдатами, как тыква семечками!
   -- Альтернатива - быстрая и легкая смерть. Ты, конечно, сможешь улететь, но Доган погибнет с нами.
   -- Акума своих брось сражаться! Из них пять или шесть тоже летать умеют! Я видела!
   -- Холодно! Крылья расправить не успеют, тут же насмерть замерзнут.
   -- Вот дерьмо...
   -- Дерьмо, или не дерьмо, -- Корио запрыгнул химере на спину. -- А полетели!
   -- Я с вами! -- подбежала Бьякко.
   -- Брысь! Доган, хватай мелкую за шиворот и уводи людей. Прячьтесь за склоном горы! Если нам удастся отвлечь врага на себя, уходите под землю! Как можно глубже, чтобы штурмовое дзюцу не пробило! Бегите! Быстро!
   -- Поворачивают. -- сказал один из йома. -- Ищут нас.
   -- Ну что же... встретим! -- Корио ударил химеру пятками по бокам, словно кавалерист лошадь, и крылатая тварь взмыла в небеса.
  
   Дирижабль, издали кажущийся мирной и безвредной точкой посреди бескрайнего неба, вблизи одним своим видом мог охладить пыл любого врага. Два огромных армированных баллона, окрашенных в серо-синие тона, казались монолитной стеной летающей крепости. Цельнометаллический каркас с паутиной лестниц, гнезда для стрелков по всему периметру. Большая и длинная гондола с орудийными портами и раздвижными панелями вдоль борта. Корзины с бомбами. Даже пара небольших складных планеров, закрепленных под баллонами. Не две, а сразу четыре мощные силовые установки с широколопастными винтами. Ци для вращения этих махин нужно море. Крепчак точно на борту и он ни за что не позволит продырявить исполинского небесного кита ни метко пущенным куском скалы, ни бомбой. Летающая крепость нового времени, смертоносный гигант, созданный людьми за время краткой передышки между бесконечными войнами.
   Корио, множество раз оказывавшийся в центре масштабных смертельных боев, сражавшийся с десятками ужаснейших противников как на суше, так и на море, почувствовал, как все его внутренности сжимаются в болезненно-холодный, трепещущий ком. Вся бравада с "приблизиться - собьем", дрожа, уползла в самые дальние уголки сознания. Он видел, как дирижабль поворачивается, нацеливая на него борт. Как карабкаются по лестницам специально обученные самураи воздушного флота. Не боящиеся чудовищных высот, мастера стихии ветра, они занимали позиции в гнездах или просто цепляли ремни с карабинами за скобы, ожидая приближение воздушного противника.
   -- Будем поджигать? -- крикнула сквозь ураганы встречного ветра Сумако.
   -- Он не водородный. -- ответил посредством гендзюцу Корио. -- Водородные теперь только в грузовом флоте остались, и то только самые дряхлые старики. Новые все гелиевые. Не горят.
   -- Тогда как будем бить?
   Корио активировал печать проклятых и глянул на летающий корабль зрением демонов. Больше двух сотен синих огней. Обычные самураи и команда. Сразу одиннадцать зеленых. Эти - храмовники, демоноборцы. Самый яркий синий огонь, буквально слепящий и затмевающий остальные - крепчак. Живое сердце любой крепости.
   -- Вот наша цель. -- сказал лис, проецируя зрение демонов на крылатую химеру посредством мастерства иллюзий, гендзюцу. -- Пока он жив - дирижабль неуязвим.
   -- Да, начни с него. -- с сарказмом ответила Сумако. -- Удачи пожелать?
   -- У меня ее вагон. -- Корио вдруг схватил Сумако за ворот и рванул в сторону. -- Берегись!
   Крылатая вильнула вправо и левее нее прожужжало сразу несколько "Разящих Вихрей". Самураи, расположившиеся по внешней оболочке дирижабля, все как один, держали в руках короткие копья с многоузловыми силовыми схемами на древках. Почти без вложения новой энергии Ци, по одной мысленной команде, до предела заряженные схемы завивали вокруг древка воздух, напитывали его Ци с элементом Ветра и бешенный вихрь, метнувшись вперед по древку, срывался с наконечника всераздирающим клубком из энергий и материи. Одного касания такого вихря хватало обычному человеку, чтобы вмиг лишиться конечности, головы, или куска туловища. При прямом ударе, на доспехах даже самых стойких самураев оставались рваные серповидные борозды.
   Вправо. Влево. Вниз, а затем резко вверх. Химера молниеносно меняла направление полета, кувыркалась, исполняла эффектные петли и бочки, а вокруг жужжали, вспарывая воздух, все новые вихри. Ближе и ближе. Самураи примеривались к скорости цели и вычисляли упреждение. Одно за другим, ухнуло каждое из шести орудий левого борта дирижабля. Осколочные бомбы рванули в воздухе, шрапнель со свистом рассекла воздух, на вылет пронзая крылья химеры и вышибая куски из щита черной протоматерии, который вскинул над собой и своей помощницей мальчишка-йома.
   -- Еще ближе! -- крикнул Корио, но Сумако в воздухе кувыркнулась и помчалась прочь от дирижабля. Она раньше напарника заметила резко раздавшиеся в стороны панели на борту гондолы. Еще миг и вращающийся волчком огненный шар вылетел из проема, по дугообразной линии устремляясь за крылатой целью.
   Сумако рванулась к земле и едва успела выровнять полет над склоном горы, как "Пожиратель", обладающий довольно большой инерцией, не вытянул резкий поворот и коснулся скалы позади нее. Взрыв сотряс склон, обрушив лавины камней по всей этой горе и нескольким соседним. Ударная волна смела все на своем пути, в том числе и каменный щит, который Корио, пустив поток Ци вниз, вскинул позади стремительно несущейся Сумако. Этот щит прикрыл их обоих и хоть немного смягчил, увел вверх ударную волну. Но только немного.
   Сбитая и контуженная, Сумако рухнула на склон и закувыркалась, с силой ударяясь о камни то верхней, то нижней частью тела. Она превратилась бы в месиво из разбитого мяса и переломанных костей, если бы Корио не окружил ее и себя многослойным каркасом из черной брони.
   -- Жива? -- спросил лис, едва большой кусок скалы остановил беспорядочные кувырки долетавшихся монстров.
   Сумако, в ответ, принялась последними словами костерить и его самого, и его наглое нападение на летающую крепость, и его живучесть.
   -- Взлететь сможешь? -- пропуская фоновый шум мимо сознания, задал второй по важности вопрос Корио.
   -- Смогу.
   -- Тогда поднимайся, пока нам еще один "Пожиратель" не прилетел!
   Подготовка штурмовых дзюцу занимает немало времени. Капитан дирижабля, явно не желая оставлять выжившим врагам передышку, развернул судно и с ювелирной точностью вывел его на цель как раз в тот момент, когда Корио и Сумако подняли головы над распадающейся черной броней.
   -- Дерьмо... -- выдохнул лис, увидев как на закрывшем небо летающем монстре раскрываются корзины с бомбами. -- Пригнись, Сумако!
   Каменные щиты взлетели, смыкаясь над чудовищами многослойными куполами. Бомбы, обрушившись на склон горы, в момент обратили его в хаос из огня, дыма, ударных волн и осколков камня. Дирижабль, подчиняясь приказам капитана, снова повернул и начал удаляться, но не для того, чтобы оставить жертвы в покое. А для того, чтобы влепить в склон еще одно штурмовое дзюцу, помощнее. Выжечь в земле и камне огромную дыру, в которой никто и никогда не найдет ни одной молекулы от обоих наглых мелких демонов. Он уже начал поворачиваться к цели правым бортом, как вдруг из облака дыма вверх взлетела крылатая тварь, на спине которой по-прежнему сидел еще один монстр, нахально бросающий вызов целой крепости.
   -- Подними меня повыше, и сбрось! -- передал Корио посредством гендзюцу. -- Подойду поближе и сожгу крепчака!
   -- Головой ударился?!
   -- Поднимай давай! Быстро!
   Крылатая начала набирать высоту и издала крик ярости, увидев, как от дирижабля отделяется и разворачивает крылья пара стремительных легких планеров.
  
   Когда позади полыхнуло и грохот заставил дрожать древние скалы, Каджими упала и закрыла голову руками, но один из серых схватил ее за шиворот и, подняв на ноги, толкнул в спину.
   -- Шевелись! Капитан Корио не для того летающего монстра отвлекает, чтобы мы бока пролеживали! За гору! Скорее! Бегом! Бегом!
   -- Почему не здесь? -- крикнул ему другой йома, подгоняющий рабов чуть в стороне. -- Просто создать тоннель и вниз...
   -- Большой всплеск Ци самураи сразу заметят. Не успеем глубоко уйти, долбанут бронебойным и внутренний взрыв нас со скалой в единое целое превратит. -- для наглядности, йома хлопнул ладонями. -- Станем базальтом, с точечными вкраплениями мяса!
   Рабы и охранники бежали, подобные крошечным муравьям на огромной стене, которых некто огромный и всесильный сможет размазать по этой стене одним движением ладони. Муравьи должны ускользнуть и спрятаться, пока великан увлеченно ловит назойливого комара...
   Позади загрохотало и Каджими обернулась. На миг, до очередного тычка в спину, взглянула на творящееся позади нее безумие разрушения. Мальчик-чудовище и крылатая химера сейчас там. В самом центре этого пылающего ужаса.
  
   Сумако ударила себе в крылья ураганами ветра, свечой взмыла в небеса и секунд двадцать набирала высоту, увлекая оба планера за собой. Пилоты планеров, вскидывая копья, пытались навести свое оружие на нее и им уже почти удалось прицелиться, как вдруг Корио оттолкнулся от спины крылатой химеры. Он перевернулся головой вниз, вытянул руки вдоль тела и полетел, камнем устремляясь на один из планеров.
   Запаниковав, пилот планера принялся палить в падающего врага и успел промазать дважды, прежде чем третий вихрь сорвался с наконечника копья и устремился точно в цель...
   Корио взмахнул руками, черная чешуя акума на которых мгновенно потекла и сформировала два длинных, слегка изогнутых клинка. Обратный взмах и навстречу вихрю, еще только рождающемуся и скользящему по древку копья, устремились два "Разящих Серпа". Слабых и нестабильных, но сияющих фиолетовым из-за изрядной примеси разрушительной Ци акума. Столкновение, грохот взрыва и белое облако рассеивающейся Ци на миг скрыло цель от стрелка, а еще через мгновение самурай обмер от предсмертного ужаса, увидев покрытое черной броней чудовище, что вынырнуло из облака Ци ему навстречу. Доля мгновения и легкого летуна сшибло прямым столкновением. Когти, шипы и пылающие алым глаза... громкий хруст и треск...
   Переломав лапами акума каркас планера и разорвав лавсановую ткань крыльев, Корио швырнул прочь пилота и забыл о нем. Без планера, для полета врагу доступно только направление - вниз. Если не совсем криворукий дурень, сумеет импульсами из рук и ног замедлить свое падение перед ударом о землю. Жив будет. Второй стрелок...
   Второму планеристу повезло куда меньше. Сумако, оставшись без седока, заложила резкий вираж и, исполнив в воздухе несколько фигур высшего пилотажа, зашла в слепую зону врага - со стороны крыльев. Опасаясь применять против самурая свое главное оружие - ультразвуковой вопль, она попросту схватила планер за крыло и принялась вертеть машину, ломая каркас и ошеломляя врага бешенным вращением. Настолько успешно ошеломила, что самурай даже не попытался спасти свою жизнь, когда лапы чудовища протянулись у него из-за спины и нанесли удар когтями, разорвав горло солдата до самого позвоночника.
   Сумако поджала ноги и с силой ударила планер, швырнув его и фонтанирующего кровью человека прочь от себя. Моментально перегруппировавшись, она метнулась вниз, подхватила падающего напарника и снова взмыла в небеса.
   -- К дирижаблю! -- Корио видел, что произошло со вторым планеристом, но лишь поморщился с досадой. Он мог переживать о лишних убийствах, и это были его личные проблемы. Сумако, мутант и урод, живший на кровавую потеху толпе и пережившую геноцид людьми ее сородичей, ни одно убийство человека не считала лишним. Бесполезно ругать и перевоспитывать. Она и ему помогала только с той надеждой, что однажды он окончательно свихнется и станет истинным монстром. Таким же как она, только в тысячи раз опаснее и смертоноснее.
   -- Смотри! -- крикнула Сумако сквозь шум рассекаемого воздуха. -- Разворачиваются!
   Дирижабль действительно заложил вираж и лопасти винтов на его моторах замолотили воздух с утроенной силой. Нос летающей крепости указал направление.
   -- Заметили наших! -- выкрикнул Корио. -- Скорее! Они сожгут их!
   -- Но наши же... должны быть вне радиуса их сенсоров! Как заметили?!
   -- В бинокль.
   -- Что?
   -- В самый обычный, чтоб его, бинокль. Или подзорную трубу. Ну все... игра по-крупному!
   Корио прыгнул. Перевернулся головой вниз и полетел, направляя свое падение к стремительно приближающейся туше дирижабля. Акума, для которого гибель носителя означала потерю влияния на материальный мир, моментально отметил каждый из роя "Разящих Вихрей", что устремились мальчишке навстречу. Корио перевернулся и, со взмахами рук, мысленным приказом метая навстречу рою "Вихрей" черные шлейфы протоматерии, что вмиг затвердели на лету и сплелись в щит из паутины острых черных лент, напитанных разрушительной алой Ци. Град вихрей обрушился на этот щит, но ни один не пробил его. Силовые структуры самурайских дзюцу принялись лопаться, расшвыривая во все стороны куски расколотых лент и облака белого призрачного тумана. Сверкнула молния, прилетел и взорвался огненный шар, но Корио продолжал полет сквозь треск и грохот, сначала делая вид что намерен приземлиться на баллоны, а потом резко меняя направление и скользя к плоскости баллонов так близко, что один из стрелков, пристегнутый ремнем к скобе, прыгнул к нему и попытался, в полете, пырнуть наглеца копьем. Корио крутанулся на месте, ударом одной ноги отбивая оружие самурая, а второй отшвыривая врага обратно к летающей крепости.
   Еще мгновение... еще одно... Сейчас!
   Алая Ци захватила мальчишку с ног до головы, обращая его в подобие ярко пылающего костра. Корио, чувствуя, как буквально каждая клеточка в его теле умирает, поспешно, один за другим, нанес четыре быстрых удара в сторону самого большого синего огня. Пронзая синюю завесу силовых потоков, он потянулся к врагу призрачными руками, целясь схватить его за голову и безнадежно покалечить. Запустить силы распада и разложения в мозг.
   Крайне некстати вспомнился забитый и замученный крепчак, недавно спасенный с пиратского корабля. Того, значит, с риском для жизни вытащил, а этого...
   Жрецы и жрицы на борту дирижабля не зевали. Чем они наносили удары, Корио не видел, но призрачные клинки из зеленого света рубанули со всех сторон по рукам акума, разрушив потоки отрицательных энергий. Заслон зеленого огня от сработавших сторожевых печатей закрыл цель и развеял без следа все остаточные всплески сил акума.
   Справились? Отлично! А теперь...
   Алая Ци, что переполняла тело йома, обралась в один единственный сгусток и ударила, всей своей силой, в сторону цели. Сила сгустка была такова, что во всем, что ее касалось, нарушались даже межмолекулярные связи. Материя распадалась прахом, синяя Ци таяла при малейшем касании, а защитные силовые схемы жрецов уже отработали, спасая цель от предыдущей атаки.
   Один из зеленых огней совершил отчаянный рывок и подставил под удар собственную спину. Корио яростно стиснул зубы, ясно представляя, как сгусток разрушительных сил налетает на человека, растекается по телу жертвы и начинает свое страшное дело, сначала убивая каждую живую клетку, а затем разлагая несчастного до костей. Убит?
   Нет.
   Храмовники, защищающие крепчака, были не из рядовых. Тот, что принял удар на себя, сконцентрировал и бросил против разрушительных сил всю свою Ци, и его напарники сразу же пришли на помощь, заключив сгусток сил акума в непроницаемый вихрь. Сжали и развеяли отрицательные энергии без следа, свели удар на нет, и тотчас перешли в контратаку. Ураган зеленой Ци от восьми храмовников, метнулся сквозь переборки и заслоны. Налетел на падающего йома и захватил его с ног до головы.
   Конечно же, ничего доброго врагу храмовники не желали. Удар положительно заряженной Ци должен был развеять то существо, что захватило тело человека и обратить йома в самый обычный безобидный труп. И это сработало бы, если бы йома был обычным. Мыслимо ли, чтобы человек, зараженный черной протоматерией не был полностью мертв и сохранял человеческое сознание? Акума исчез, лишился сил, но Корио оживал и наполнялся силой, жадно впитывая целебный зеленый свет. Больше! Больше!
   Все клетки тела реанимированы. Жаркая кровь струится по венам, а в зеленом пламени, окутывающем тело, заблестели золотые искры. Изумительно...
   Было бы изумительно, если бы было время об этом думать.
   Крылатая химера подхватила падающее тело Корио, промчалась под днищем дирижабля и устремилась вверх. По ней почти не стреляли - за редким исключением, все метатели "Разящих Вихрей" перебежали на другой борт и пока не успели вернуться.
   -- Еще раз! -- крикнул Корио. -- Сбрось меня на них!
   -- Ты не дотянешься до крепчака!
   -- Уже понял! Я... -- лис собрался с силами и крепче сжал кулаки. -- Буду... брать их на абордаж!
  
   Доган резко остановился, оглянулся и заорал:
   -- Все в укрытие! Йома! Дзюцу земли! Сделайте ямы и каменные щиты! Прячьтесь все, живо! Ложись!!!
   Орудие, установленное на носу дирижабля, изрыгнуло облако рассеивающейся Ци и большая осколочная бомба, с шелестом прочертив дугу по небу, ударила в скалу среди мечущихся людей, взрывом, кусками металла и каменным крошевом покалечив многих.
   -- Лежать сказал, бараны! -- с яростью выкрикнул Доган. -- Вы, двое! -- он указал на пару йома. -- Сверните каменную трубу побольше! Живо! -- он указал на еще одного йома. -- Ты! На плечи мне! Будешь наводчиком! Ты, ты и ты! Готовьте снаряды! Аканэ-сан! Призовите ками, пусть оплетет пушку стрелковыми печатями!
   -- А у меня энергии - вот сколько! -- пылая энтузиазмом, расставила руки в стороны Бьякко. -- Можно я снаряд и пушку накачаю? До предела!
   -- Можно.
   -- С закачкой или без, -- выкрикнул один из йома. -- Пока крепчак на борту, наши снаряды дирижаблю - как горох!
   -- Знаю. Приказы выданы! Выполнять!
  
   Как и в первый раз, рой "Разящих Вихрей" встретил Корио на подлете, но теперь у него не было поддержки йома, чтобы принять удары на черную броню. Неизбежная смерть?
   Сияющая зеленым и золотым, фигура призрачного волка возникла над телом Корио и обернулась вокруг него, словно большое, мягкое одеяло. Воздух загудел от нагнетаемой в нем энергии, а через миг кокон вокруг лиса взорвался, породив ударную волну такой силы, что дирижабль ощутимо тряхнуло. Рой "Вихрей" разметало, людей на внешнем корпусе летающего корабля оглушило и сбило с ног.
   -- Что это было?! -- рявкнул рослый самурай в легкой броне, что стоял в отсеке крепчака, вместе со жрецами, защищающими сердце корабля. -- Акума в этой твари не сдох?
   -- Это не акума! -- выкрикнул один из жрецов. -- Это - ками!
   -- С Черным Лисом работают две очень сильные жрицы. Это их духовный союзник!
   -- Чтобы пробудить ками, нужно быть равной... верховному наставнику.
   -- Поэтому шиамы и отвернули. В бою Черного Лиса с Бессмертным Кэндзо видели огненного волка. Вольно или невольно, но демонам помогает Великая Мать, Киохо Аканэ!
  
   Лис перевернулся в полете, ударил из ступней чередой импульсов и, изрядно погасив скорость падения, приземлился на верхнюю площадку дирижабля. Адреналин в его крови зашкаливал, он даже не почувствовал боли от порванных связок, тотчас сросшихся заново. Присев от удара, лис тотчас совершил рывок и сшиб ударом плеча одного из самураев, что пытался подняться и направить оружие на врага. Человек кувырком полетел прочь, а Корио, подхватив оброненное самураем копье, резко обернулся и шарахнул им, словно обычным шестом, по ногам еще одного стрелка, что уже заносил над лисом оружие и готовился пригвоздить его к броне площадки. Человек заорал и повалился, хватаясь за сломанную конечность, а лис продолжил движение и, нацелив оружие на третьего самурая, которому через миг "Разящим Вихрем" оторвал правую руку.
   Самураи опомнились и бросились на врага со всех сторон, началась бешенная круговерть, в которой больше восьмидесяти вооруженных копьями стрелков любыми средствами пытались зацепить стремительную бестию, обратившуюся в стремительную тень, скользящую среди врагов и наносящую им одну тяжелую рану за другой. Там, где эта тень налетала на другие такие же тени, во все стороны разлетались фонтаны искр и обломки пострадавшего оружия.
   "Внутренние Врата Духа", естественные регуляторы биотоков, работают подобно предохранительным клапанам, мешающим человеку разорвать мышцы в сверхусилии или сжечь самого себя изнутри, устремляя по собственной биосети слишком мощный поток энергии. В экстремальной ситуации, реагируя на обычный всплеск адреналина, первые, а порой и вторые, "Внутренние Врата" открываются у любого, даже нетренированного человека и тот творит чудеса ловкости, силы и выносливости. Но предохранителей не два и не три. Мастера рукопашного боя, тайдзюцу, изучением, тренировками и химическими препаратами учились открывать их, обретая сверхчеловеческую силу, скорость и реакцию. Сжигая свои тела изнутри, превращая себя калек и даже убивая себя, они на краткий момент превращались в истинных монстров войны и разрушения.
   Корио сражался на пределе третьих врат. Тех, кто мог противостоять человеку в таком состоянии было много. Разными способами, самураи достигали такой же скорости и реакции, они могли сражаться, в то время как остальные казались им сонными мухами, едва-едва способными бестолково размахивать оружием.
   Первый, второй, третий... Вот их уже десяток, вот два десятка...
   Лиса окружили, его начали теснить, как вдруг... он ускорился в разы и все мастера "Врат" разом заорали, получив тяжелые раны. Корио, сломив барьеры четвертых и пятых "Врат", бил в руки и ноги, надежно и надолго выводя врагов из строя, но при этом не убивал их. Зачем лишать жизни этих честных служак, если достаточно, чтобы враг просто перестал мешать? Да, кто-то из них может умереть от потери крови или стать инвалидом, если его бросит родное государство, но он, Корио, сделал все, что мог, чтобы не ломать человеческие судьбы. Без ущерба для себя.
   Избавившись от самых опасных врагов, он резко замедлился и чудовищная регенерация клана Йомигаэри взялась за восстановление в клочья разорванных мышц и сухожилий. Было больно. Настолько больно, что на пару секунд лис замер в параличе, но когда уцелевшие самураи опомнились и бросились к нему со всех сторон, он снова изготовился открыть внутренние врата и отбросить их.
   Не потребовалось.
   Призрачный волк, страж жрицы народа урьяров, обернулся вокруг своего союзника и выдал во все стороны еще один сильнейший импульс Ци, расшвыряв врагов так, что особо неудачливые перелетели перила площадки, покатились по баллону и сорвались с дирижабля вниз.
   -- Недурно, лис. -- воин в легком доспехе из толстой воловьей кожи и панцирей черепах, что поднялся на площадку в момент окончания побоища мастеров "Врат", сделал несколько шагов прочь от уже закрытого и наглухо задраенного изнутри, люка. -- Я начинаю верить, что в том бою за страну Птиц, ты действительно в одиночку остановил атаку трех сотен бойцов тяжелой кавалерии.
   -- Не верь. Со мной было двенадцать тысяч солдат ополчения.
   Лис внимательно присмотрелся к наступающему на него самураю. На доспехах - знаки генерала, северного имперского округа, но вот клан... наверное, новый какой-то. Что от него ждать, как сражаться, непонятно.
   -- Двенадцать тысяч бесполезных кусков мяса?
   -- Да, с тремя батареями орудий, катапультами, скорпионами и готовностью вышибать мозги одуревшим от своих "суперсил" самураям! Три сотни конных и четыре тысячи пеших сверхлюдей были не очень-то рады граду ядер, камней и горшков с напалмом. Да и когда дело дошло до рукопашной, кувалде, прилетевшей по шлему, радовались немногие.
   Самурай без предупреждения ринулся в атаку, Корио прыгнул в сторону, кувыркнулся через плечо и хотел тут же вскочить на ноги, но резко прервал движение и припал к обшивке дирижабля, пропуская над головой прерывистую струю прозрачной жидкости, которую его враг метнул из руки так, как будто у него в рукаве была припрятана бутыль. Жидкость?
   Нет. Это Ци, сконцентрированная и уплотненная, текучая словно вода, из-за соответствующего элемента...
   Над головой вспухают белые облака, падают на приникшего человека и замедляются, когда "Внутренние Врата" лиса открываются, реагируя на всплеск адреналина в крови. Кое-как восстановившийся после предыдущего рывка, Корио снова калечил в сверхусилии собственные мышцы, ускользая от совершенно безобидного на вид белого тумана. Он выскочил... и тут же совершил новый кувырок, уворачиваясь от тяжеленного клинка, обрушившегося на него сверху вниз. При ударе о броню дирижабля, от клинка во все стороны полетели прозрачные брызги. Так, будто самурай молотом ударил в лужу воды. Несколько брызг коснулись куртки Корио и ткань сразу же начала расползаться, словно ее облили сильнейшей кислотой. Кувырок, еще кувырок...
   Лис отскакивал от врага все дальше, на ходу сдирая с себя куртку и отмахиваясь ею от все новых струй Ци с элементом воды, что по разным траекториям били по нему то справа, то слева по воле продолжающего атаку самурая. Самурая ли?
   Корио завил на древке копья "Разящий Вихрь" и запустил им во врага.
   -- Разрыв! -- один из раненных самураев-стрелков, успевший перетянуть рану бинтами и встать на колено непострадавшей ноги, вскинул руку к лицу и импульсом Ци сбил "Вихрь" лиса.
   Точно. Враг соединяет элементы воды и огня, чтобы получить то, что называется "кислотой". Но все самураи владеют элементом Ветра, для усиления режущих свойств оружия и сбивания потоков Ци в чужих дзюцу, а люди с тремя элементами Ци запредельно редки. Корио, кроме своих собратьев-клонов, встречал пока только одну такую феноменальную даму. Та дама тоже обожала "кислоту" и не была самураем.
   Рывок влево, прыжок через сгущающиеся на пути шлейфы кислоты и новый рывок, вплотную к врагу. Он не сможет отследить движение на четвертых "Вратах"!
   Но враг хоть и существенно замедлился, совершенно неподвижным не стал. Он слегка повернул голову, отслеживая перемещение Корио и на черепаховой броне озарились синим светом множество силовых схем. Струи кислоты ударили Корио навстречу, заставив его отшатнуться в... сгустившееся за его спиной облако белого тумана.
   Жгучая боль тут же полыхнула во всех открытых частях тела. Глаза зажгло так, словно их выжигали раскаленными прутами. Только бешенная буря адреналина спасла лиса от мгновенного падения в беспамятство. Благо, что дыхание пресеклось буквально на автоматизме.
   Кислотное облако начало сгущаться, и Корио сделал единственное, что могло его спасти. Ударил во все стороны Ци с элементом Огня и создал вокруг себя пламенный ураган, испаряющий и уносящий прочь любую влагу. Блокировал дзюцу врага? Шар огня прилетел извне и взорвался перед Корио, ударной волной вышвырнув изуродованного лиса из области жара.
   Глаза залила белковая субстанция, материал для регенерации, ускоряемой ударными дозами положительно заряженной Ци. Изъеденная кислотой и опаленная жаром до самого мяса, кожа облезала клочьями. Одежда превратилась в жалкие лохмотья.
   Корио моргнул и открыл восстановившиеся глаза. Он обрел зрение как раз в тот момент, когда его враг уже поднимал руку, глумливо направляя на него сложенные для щелчка пальцы. Метрах в десяти от лиса, справа и слева, стояли двое раненных в ноги самураев, из вытянутых вперед рук которых на него потоками обрушалась Ци с элементом воздуха. Сволочи...
   Мгновенно осознав, что сейчас произойдет, Корио начал движение, стремясь рвануться вперед и выскочить из зоны поражения, а мастер "Кислоты" щелкнул пальцами, посылая в сторону зоны, перенасыщенной элементом Ветра, сильнейший импульс Ци Огня.
   Ци Ветра детонировала вся разом, обращаясь в облако ослепительно сияющей плазмы. Мастер Огня расплылся в довольной улыбке, что моментально померкла, едва его глаза, с особым строением сетчатки и радужки, отметили движение перед плазменным шаром. Сверхреакция позволила ему заметить опасность и даже начать защитное движение. Силовые схемы на доспехах сработали, хлестнув врага кислотой, но тот шел напролом и через крошечную долю мгновения сильнейший удар в грудь снес шиноби с места, заставив закувыркаться через голову и пролететь через весь дирижабль. Воин Лесов вылетел бы за пределы площадки, если бы сразу двое самураев не подхватили его, остановив полет своего командира.
   Доспехи разбиты, ребра... в крошево. Все внутренности - одна сплошная отбивная. Шиноби заревел раненным медведем, давясь и сплевывая кровь. Он поднялся на ноги и побежал к лису, что кувыркался в центре площадки и обдирал с себя разлагающуюся от кислоты, плоть. Выглядел лицедей кошмарно, но один-единственный удар, полученный с его стороны, сделал свое дело. Дикая боль в раздробленной грудной клетке заставила шиноби припасть на одно колено и на время забыть о продолжении атаки. Мрак беспамятства подступал. Трясущимися руками, шиноби раскрыл напоясную сумку и выхватил оттуда инъектор с болеутоляющими и стимулятором. Доза, вторая, третья... хватит, иначе потом не очнешься...
   Тьма отступила от глаз и подняв голову, шиноби увидел поднявшегося на ноги лиса, рядом с которым корчились и выли, прижимая к себе переломанные конечности, двое самураев - стрелков, что явно попытались добить раненного. Лицедей выглядел кошмарно. Кожа сожжена. Оголенные кости, что держатся на безобразно сросшихся лоскутах мяса. КАК такое все еще может быть живо?!
   Живучая тварь устремила на обомлевшего человека полный решимости взгляд, но не атаковало.
   -- Хватит! -- выкрикнул Корио, вскидывая перед собой изъеденную кислотой руку и останавливая изготовившегося к новому бою шиноби раскрытой ладонью. -- Хино Кацухиро! Отзови своих людей!
   -- О-о? -- глава службы внутренней безопасности страны Лесов не спеша поднялся на ноги и рукой отдал самураям приказ "не двигаться". -- Узнал меня? Я-то думал, что не слишком знаменит, ведь после моих сражений свидетелей не остается. По-крайней мере враждебных и болтливых.
   Сверхчеловеческая реакция и сверхчувствительные глаза. Кислотные дзюцу, создаваемые в мастерском владении элементами Воды и Огня. Догадка верна. Перед лицедеем - один из несокрушимых столпов трона великого дайме, провозгласившего себя императором, наследником Единой Империи.
   -- Теперь понимаешь, какие силы взялись за тебя, черный лис? -- Кацухиро направил меч на оборотня. -- На колени, монстр! Руки за спину! У меня приказ доставить к трону великого дайме твою голову, но если будешь послушен и перестанешь трепыхаться, она не расстанется с плечами без особого приказа моего господина!
   -- Я сдамся тебе в плен, лорд Кацухиро! -- ответил Корио, припадая на одно колено и поглядывая на шлейфы кислоты и кислотного тумана, что снова начали окружать его со всех сторон, заключая во все более плотный кокон. -- С одним условием! Оставьте в покое моих людей!
   Дирижабль заканчивал поворот, готовясь жахнуть с правого борта по склону, на котором прятались в простеньких убежищах рабы и их похитители.
   -- Договорились. -- без колебаний ответил шиноби. -- Ты, и ты! Взять монстра! Мусор, что жмется к земле там внизу, не стоит ни взгляда, ни боеприпасов.
   Корио позволил самураям схватить его. На руках его защелкнулись тяжелые металлические колодки.
   -- Прекратить разворот дирижабля! -- не обращая внимания на это, проорал лис. -- Скомандуйте выход из боя! Поднимайтесь на транспортную высоту, все двигатели на реверс! Считаю до трех! Раз!
   -- Ты шутишь? -- шиноби делал шаг за шагом, приближаясь к лису и самураям, что крепко держали врага.
   -- Два! -- Корио напрягся до предела. -- Прекратить разворот! Сейчас же! Или я всех вас убью!
   -- Даже так? -- Кацухиро схватил лиса за череп и замахнулся, намереваясь одним ударом снести пленнику голову с плеч. -- Попробуй, падаль!
   Одно за другим, грохнули два орудия правого борта, а затем, с громогласным ревом пламени, из гондолы дирижабля вырвалось штурмовое дзюцу.
  
   Сразу пятеро серых стражей, покрывшихся черной броней, закрыли собой Бьякко и Аканэ. Осколочные снаряды рванули, рикошетирующим от камней стальным роем убив десяток рабов и двоих бандитов-охранников.
   -- Не спать! -- едва пригнувшийся за камнем, йома-сенсор вскочил даже раньше, чем стих свист осколков. -- Сейчас жахнут! Доган! Поднимай пушку!
   В центре левого борта гондолы дирижабля раскрылись панели большой стрелковой площадки.
   -- На счет три! -- выкрикнул сосредоточившийся до предела йома, примостившийся на каменной трубе, которую наводил на врага по его указаниям великан-людоед. -- Раз!
   Огромное, ослепительно-яркое колесо бешено вращающегося огня сорвалось с полотна штурм-печати и взмыло в небеса.
   Два!
   Шлейфы управляющего контура рванули штурмовое дзюцу на себя и смертоносный диск по дуге устремился к цели.
   -- Три!
   Импровизированная пушка, накачанная Ци как людей так и ками, оглушительно рявкнула, выбрасывая навстречу штурмовому дзюцу громадную каменную глыбу. Расчет был точен. Горы, тонущие во холодной ночной тьме, озарились ослепительно-алым заревом.
   Каменная глыба столкнулась со штурмовым дзюцу, едва то отлетело от дирижабля метров на двадцать. Обычный камень "Пожиратель" испарил бы даже не заметив, но снаряд, прилетевший ему навстречу, был сплошь оплетен силовыми печатями ками и сиял от переполняющих его энергий. Снаряд рванул и разрушил структуру штурмового дзюцу, заставив его детонировать. Огонь и сильнейшая ударная волна обрушились на горы, на попрятавшихся в убежища людей и на дирижабль, в котором солдаты едва успели захлопнуть орудийные порты.
   Доган укрывался от бушующего ада за куском скалы пару минут, а затем выглянул из своего убежища и сначала посмотрел на разлившееся ниже по склону море огня, а затем вверх, туда, где должен был быть дирижабль, наверняка успевший развернуться и выйти на цель другим бортом.
   Зрелище, что предстало ему, было таким, что у изумленного великана отвисла челюсть.
  
   Приняв на себя ударную волну близкого взрыва, дирижабль накренился и затрясся, но не это в первую очередь заботило главу внутренней безопасности, только за счет особого строения глаз способного различить то, что произошло в момент, когда за бортом полыхнула ярчайшая вспышка детонировавшего штурмового дзюцу.
   Дикие ураганы свободно излучаемой Ци ударили из тела Кицунэ. Каждое волокно его мышц, каждое сухожилие и кость пронизывали такие мощные силовые потоки, что все тело лиса обратилось в несокрушимое подобие цельнометаллической статуи. Руки монстра пришли в движение и колодки моментально разлетелись на куски так, словно были сделаны не из сплава титана, а из колкой древесины или пластика. Корио сгреб руками обоих самураев, что держали его, и в миг раздавил, с ног до головы покрывшись кровью людей, не успевших даже испугаться.
   Шестые "Внутренние Врата"!
   На долю мгновения, достаточную для убийства самураев, враг открыл их!
   Все шлейфы кислоты устремились к своему хозяину, пытаясь создать щит на пути врага и залить чудовище с ног до головы, но сокрушительный импульс Ци разметал кислоту и сшиб шиноби с ног. Упав на спину, Кацухиро попытался подняться. Он махнул мечом перед собой, надеясь нанести удар бросившемуся на него чудовищу, кислота сорвалась с уцелевших силовых схем на его доспехах, и в этот момент...
   Копье, которое подхватил и метнул Корио, ударило шиноби в горло, пробило нашейник и вышло точно из середины шеи. Перебило и горло, и обе артерии и шейные позвонки. Убит? С такими врагами, Корио не ограничивался одной или двумя смертельными ранами. Он схватил агонизирующего противника за ноги и сделал вращательное движение. Застрявшее копье, ударившись о баллон древком, начисто оторвало главе внутренней безопасности голову, а лис взмахнул обезглавленным телом и шарахнул им об землю так, что останки мастера "Кислоты" вмиг обратились кашей из перемолотых костей и размозженного мяса, прирастить голову к которой не взялся бы ни один, даже самый лучший медик скрытого селения Ветвей.
  
   -- Штурвал - право на борт! -- командовал капитан дирижабля. -- Левые - полный ход! Правые - реверс! Стрелки правого борта, расчет цели! Орудия к бою!
   Повернулись рули и двигатели. Летающий корабль продолжал разворот, готовясь обрушить на крошечных людишек мощь шести крупнокалиберных орудий правого борта. Осколочные снаряды причешут позиции врагов, а затем можно будет еще раз долбануть штурмовым дзюцу и выжечь всех, кому сказочно повезет уцелеть при обстреле.
   -- Капитан! -- проорал сенсор. -- На верхней площадке... монстр вырвался! Лорд Казухиро убит!
   -- Убит?!
   -- Там выброс энергий, как при шестых "Внутренних Вратах"! Враг... враг... собирает силы... выстрел сверху! Берегите крепчака!!!
  
   Корио вскинул руку к небу и алая Ци, что заплясала над ним в общем безумном урагане, сформировала фигуру лиса тремя длинными, извивающимися хвостами, ставшими для хаотично излучаемой Ци чем-то вроде удобных проводников. Образовались три шлейфа ураганов. Призрачный лис завернул хвосты, направил их себе в раскрытую пасть и все потоки Ци от выгорающего тела лицедея устремились в единую точку, свиваясь в клубок бешено вращающихся и невероятно концентрированных сил. В пасти призрачного лиса, над ладонью руки Корио, расцвело миниатюрное солнце.
   "Сжечь ублюдков"! -- мелькнула в голове мысль. Непонятно, собственная, или навеянная Безликим.
   Призрачный лис опустил голову, с силой и яростью плюнув безумствующим шаром сквозь броню и переборки дирижабля, в сторону камеры крепчака.
   Внявший предупреждению от сенсора, один из жрецов схватил крепчака за шиворот и рванул на себя, а через миг камеру залило ослепительное белое сияние и жар, от которого на головах людей затрещали волосы.
   Доля мгновения и шар, пронзивший летающий корабль насквозь, канул в землю. Секунда... вторая...
   Горы тряхнуло от глубинного подземного взрыва.
   -- Это что было?! -- внутрь камеры сунул голову генерал самураев и только его окрик заставил перепуганных людей открыть глаза. Сияние исчезло, оставив в потолке и полу камеры пробоину диаметром больше метра. Лишившийся обеих ног по колено, обгоревший крепчак выл и корчился от боли. Два жреца бросились ему на помощь.
   -- Выстрел... сверху... очень мощный. -- сказал тот, что выдернул крепчака из-под удара. -- "Слово Вечных"!
   -- Как он приготовился к новому выстрелу так быстро?! Он после первого должен неделю восстанавливаться!
   -- Плевок слабый. Но его хватило...
   -- Монстр у верхнего люка! -- раздался из динамиков вопль сенсора. -- Выламывает крышку!
   -- Восстановить "Кокон" на корабле! Живо! -- генерал выхватил из сумки на поясе упаковку со стимуляторами и вытряхнул сразу три капсулы себе на ладонь.
   -- Силовая схема разрушена, крепчак ранен!
   -- Без схемы! Защитите хотя бы ближайшие стены... а монстра... -- генерал крепче сжал зубы. -- ...Встречу я!
   Чувствуя, как начинает замедляться окружающий мир, он повернулся к коридору, ведущему к лестнице на верхнюю платформу. Препараты всасывались в кровь, искусственно создавая условия для открытия "Внутренних врат". Враг на шестых? Он, препаратами, мог открыть пятые. Вместе с боевым опытом и навыками, должно хватить, но при столкновении таких сил, от него тоже мало что останется. Наплевать! У них приказ - убить оборотня! Любыми способами и любой ценой!
   Третьи "Врата"... четвертые...
   Бесформенное из-за покрывающей его слизи, чудовище плюхнулось перед самураями, на дно вертикальной шахты. На удивление медленное. Лис явно потерял контроль над "Вратами" и двигался без сверхускорения.
   Значит, с ним все кончено!
   Ци крепчака заструилось по стенам коридора и шахты. Демон в ловушке!
   Пятые врата...
   Окутанный взбесившейся и исторгаемой из его тела Ци, генерал взмахнул мечом и сгруппировался, готовясь к стремительному рывку.
   Черный демон вскинул голову и разинул во всю ширь зубастую пасть. В глотке его вились бешенные вихри воздуха, напитанного алой Ци. Плевок! Плевок! Плевок!
   Кроме генерала, в коридоре перед шахтой держали оборону шесть элитных самураев из спецвойск империи. С презрительными ухмылками, они заслонились щитами, на которых расцвели ярко-зеленым светом мощные силовые схемы.
   -- Разрыв!!!
   Проходя сквозь схемы на щитах, дзюцу "Разрыва" напитывались положительным зарядом и, касаясь вихрей, тотчас разрушали их структуру. С громкими хлопками, вихри полопались, обращаясь в ядовитый, но мало опасный грязно-серый туман.
   Ринувшись вперед, генерал прыгнул, перевернулся в полете, коснулся ногами потолка и мощнейшим импульсом из стальных сапог Ци швырнул себя к чудовищу. Меньше секунды, и...
   Чиркнув наконечником по стальной маске летящего самурая, брошенное демоном стальное копье вошло в грудь генерала чуть ниже горла и вышло у него из спины, перебив позвоночник в районе поясницы. Защитник дирижабля врезался в черную слизь, усилием воли взял себя в руки и активировал родовое дзюцу, которым его предки, попав в окружение, выкашивали целые взводы вражеских солдат.
   Воздух затрепетал, запахло озоном и гарью, когда бесчисленные электрические разряды ярко сияющими дугами с гудением и треском заполонили шахту. Молнии били из тела генерала, плавили металл, рвали черную протоматерию и расшвыривали во все стороны клочья живой плоти, взрывающейся при касании электричества от закипевшей в клетках воды. Хохоча в предсмертном неистовстве, падающий генерал взмахнул мечом и снес демону голову, после ее падения с восторгом увидев среди черной протоматерии фонтанирующий кровью косой сруб шеи.
   Самураи спецвойск тоже не теряли времени. Все шестеро прекрасно могли видеть и в полнейшей темноте и сквозь завесу из дыма или пара. Четыре метательных копья вылетели из серо-белого облака развеивающейся Ци и безошибочно пронзили черную тушу демона там, где под слоем слизи скрывалось человеческое тело.
   Вот и все...
   Генерал обомлел, когда черная слизь, в явной издевке, расступилась перед ним, открыв пробитое копьями, обезглавленное тело... в униформе и легких латах стрелка. Одного из тех, что защищали корабль и самоотверженно атаковали чудовище снаружи. Проклятый лис облепил протоматерией и швырнул им, как приманку, их же раненного солдата!
   У родового дзюцу генерала бы один неприятный побочный эффект. Порождая шторм электрических разрядов, самурай был вынужден разрушать усиление потоками Ци на собственных доспехах.
   Брошенное сверху копье, с сокрушительной силой ударило в вершину шлема и, словно раскаленный нож сквозь кусок масла, прошло до самого живота.
   Мгновенно убитый, генерал рухнул на дно шахты, а черный ком слизи, отбросив труп стрелка, сформировал сразу три новые головы с пастями, в которых тут же завились мощные "Разящие Вихри".
  
   -- Демон пробил периметр!
   -- Задержать!!! -- проорал в микрофон внутренней связи капитан корабля. -- Дайте десять секунд! Пилот! Доворачивай! Доворачивай машину! Борт на наземные цели! Батарея, огонь по готовности! Огонь, из всех орудий! Штурмовое дзюцу! Газовые бомбы! Все к бою!!!
   -- В баллоне дыра, теряем газ! Сильный крен на левый борт!
   -- Открыть шлюзы переборки! Выровнять давление! Аварийный запас гелия в левый баллон! Сбросить балласт!
   Орудийные порты открылись. Раненный воздушный монстр выравнивал полет. Там, снизу, среди зараженных и биомусора, прячется юная златохвостая лиса. Любой лицедей - враг государства! И сейчас на одну тварь точно станет меньше!
   Разворот завершен. Стрелки и матросы чувствовали, как выравнивается крен палубы у них под ногами. Еще бы пять секунд... четыре... три...
  
   Самураи, заслонившие демону путь для атаки собой и щитами, дружно ринулись на врага. На их щитах и доспехах нарисованы Единством силовые схемы с положительно заряженной Ци. Этим зарядом можно разрушить черную протоматерию, а без демонических сил лис не так уж и опасен!
   Самураи сделали шаг, второй... и навстречу им ударил шквал сокрушительной мощи. Три головы черного демона исторгали вихри один за другим быстрее, чем человек успевал бы моргнуть.
   -- Держать!!! -- самураи встали стеной.
   В первую долю секунды, вихри рвались на подлете. Во вторую на щитах появились первые царапины. Отрицательный фон заполнял коридор и заряда схем уже не хватало, чтобы нейтрализовать его.
   -- Черная мра...
   Яростный вопль в эфире прервался и в камеру крепчака ураганом вынесло поток кровавого фарша, что брызгами усеял стены, пол и потолок, а вместе с ним, сквозь ураган и облако крови, в "сердце корабля" ворвался Черный Лис. Попавшаяся ему на пути первой, молодая, красивая жрица едва успела поднять на чудовище испуганный взгляд, как тут же отлетела к стене, чуть ли не надвое разорванная ударом когтистой лапы.
   Не сортируя врагов на мужчин и женщин, Корио потратил две секунды на то, чтобы убить здесь всех. Схватил крепчака, разбил ему голову о стену, врезался плечом в стальную дверь и, выбив ее, вырвался в коридор к орудийной палубе левого борта.
   Еще половина секунды на то, чтобы преодолеть расстояние и выбить вторую дверь.
   При виде того, как опускаются ладони стрелков на спусковые пластины артиллерийских систем, в мозгу и теле Корио сорвало все ограничители, что еще были не сорваны. Эти ублюдки направили орудия на его солдат! На его маленькую сестру!!!
   Минуя изготовившихся к бою самураев, лютый вихрь черной протоматерии и демонической Ци, взвившийся вокруг обезумевшего монстра, пронесся по палубе, в одно касание разрывая людей и круша лафеты орудий. Вопли умирающих заполнили эфир внутренней связи, а отсрочивший расправу над его людьми, монстр ударом когтистой лапы своротил металлическую дверь орудийного погреба, в котором хранились ящики с бомбами и снарядами.
   "Безликий"! -- мысленно позвал Корио своего союзника-акума. -- "Огненную печать"!
   "Давно готова"! -- ответил носителю демон, прячущийся в душе человека.
   Готова? Но на чем она? Оружия нет. Одежда сгорела под "кислотой", вместе с кожей.
   "Левая рука. Рви у локтя"!
   Не чувствующий боли в догорающем теле, Корио схватил себя за руку и рванул, выломав сустав. Кусок конечности, над которой замерцали едва заметные алые искорки, полетел в штабеля ящиков и пластиковых контейнеров.
   -- Дерьмо... -- капитан, увидев на панели предупреждающий сигнал о повреждениях входа в орудийный погреб, сорвал предохраняющую цепь с рычага аварийного сброса боезапаса, но дверь позади него уже слетела с петель. Бешенный ураган ало-фиолетовой Ци ворвался на командный мостик, промчался мимо остолбеневших людей и, впечатав попутно голову капитана в приборную панель, вышиб наружу передний панорамный иллюминатор.
   Коснувшись ногами края оконного проема, Корио импульсом Ци из ступней вышвырнув себя наружу.
   Он успел?
   Сожженный и иссушенный до предела, Черный Лис посмотрел на склон горы, обезображенный тремя воронками от снарядов.
   "Серые и Доган защитили наших. Мы справились. Все хорошо".
   Корио слабо улыбнулся и закрыл глаза. Он выгорел, как серная спичка, но враг больше... не может стрелять.
   Когтистые лапы Сумако сомкнулись на плечах падающего лицедея и крылатая тварь рванулась прочь от дирижабля. Она резко устремилась вверх, надеясь укрыться за баллонами, а позади нее гондола громадного корабля с чудовищным грохотом разлеталась на куски. С надсадным гулом бушующего пламени и скрежетом рвущегося металла, дирижабль разваливался. Из разорванных баллонов утекал газ, погибший корабль начал быстро терять высоту. Ударная волна от его столкновения со склоном горы, стон сминаемого металла и рокот обрушения тяжелых конструкций сотрясли древние скалы на десятки километров вокруг.
  
   Люди и монстры бросились к крылатой твари со всех сторон, едва Сумако пошла на снижение и, уронив свою ношу на камни, тяжело приземлилась рядом.
   -- Шестые "Врата"! -- не дожидаясь вопросов, пояснила людоедка жрице, златовласой девчонке и йома, что обступили Корио и засуетились вокруг него. -- Или даже седьмые. Весь выгорел.
   Аканэ уложила Корио на земле и коснулась его шеи пальцами.
   -- Пульс слабый. Биополе угасает, регенерации нет. -- руки жрицы окутало зеленое свечение, перетекшее на тело йома и охватившее его целиком. -- Все органы в кошмарном состоянии, ткани отмирают. Бьякко! Дай мою сумку и закатай рукава. Нужно срочное переливание крови!
   -- Он умирает? Умирает, да? -- трясущимися руками, златовласая девчонка вытянула из большой дорожной сумки упаковку с пластиковыми трубками и иглами. -- Возьмите мои органы, Аканэ-сама! Сердце, печень... что еще надо?
   -- Успокойся. Вы из клана Йомигаэри, класс "Боец", до ужаса живучие. Постараемся обойтись кровью. Поддержим питание мозга и начнем реанимировать отмершие ткани. Главное регенерацию запустить. Садись здесь. Направь на Корио больше положительно заряженной Ци! Просто отдавай ему энергию, пока я готовлю переливание. Не думай о плохом! Это сбивает заряд и концентрацию Ци.
   -- Да, да... -- перепуганная маленькая лиса давилась слезами, ее Ци едва-едва отсвечивала целебной зеленью.
   -- Послушай меня! -- Аканэ сжала ладонями виски Бьякко и встряхнула ее. -- Забудь о панике! Твоему брату, каждой клеточке его тела, сейчас очень нужен сильнейший стимул продолжать борьбу! Он должен знать, что ты рядом, чувствовать твою любовь и то, как он нужен тебе! Мы не позволим ему умереть! Ты исцелишь его, и он снова будет с нами! Ты - златовласая богиня! Тьма и смерть отступают там, где появляешься ты!
   Бьякко проглотила слезы, крепко стиснула зубы и кивнула. Зеленое пламя положительно заряженной Ци поднялось над ее телом.
  

* * *

   Когда Корио очнулся, вокруг было темно и тихо. Он лежал на мягком одеяле, одном из тех, что Доган и его люди заготовили для рабов. Вторым одеялом Корио был укрыт, что точно было не лишним, ведь воздух обжигал холодом, а из одежды на лисе не было ничего, кроме обернутой вокруг талии простой белой тряпки. Зачем она нужна? Для соблюдения элементарнейших приличий.
   Лис повернул голову и уткнулся лицом в волны вьющихся мягких волос, даже в царящей темноте поблескивающих теплыми золотистыми отсветами.
   Бьякко.
   Девочка спала и казалась безмятежной, но Корио сразу почувствовал нечто неестественное в ее состоянии. Наркоз?
   Глаза привыкли и приспособились к темноте. Лис приподнял одеяло и посмотрел на свою сестренку, что лежала на спине и была одета в короткую белую майку с шортами. Вдоль ее тела, от шеи к животу, тянулся неровный шрам, обвитый стежками шелковой хирургической нити. Корио посмотрел на себя и увидел точно такой же шрам со стежками. Пресекая дыхание, горло сжало болезненное, горькое чувство. На глаза навернулись слезы, а сердце в его груди затрепетало от нежности. Сердце сестренки.
   -- Прости. -- Корио приподнял спящую Бьякко и, с глубокой любовью обнимая, уложил ближе к себе. -- Это ужасно трудно и больно, да? Быть генетически идентичной такому сумасшедшему, как я.

* * *

   С рассветом, громадная толпа людей продолжила путь.
   Четыре долгих дня рабы и их похитители брели то в тумане низких облаков, то сквозь тьму, освещая себе путь электрическими фонарями и простенькими силовыми схемами, сплетенными на ткани с единственной целью - создавать свечение, хоть и тусклое, но вполне достаточное для передвижения. Сначала они шли по горам, затем тоннелем, который, сменяя друг друга, создавали перед ними йома. Сразу за прошедшими людьми второй йома этот тоннель плавно обрушивал и закрывал, пряча следы. Через пару километров, когда в каменном пузыре уже начал заканчиваться воздух, тоннель внезапно соединился с широкой галереей, по полу которой были протянуты линии насквозь проржавевшего железнодорожного полотна. Знаменитая транспортная сеть времен Единой Империи. Древние колонны, поддерживающие своды галереи, были покрыты трещинами, многие обвалились. В сейсмоопасном районе, каким всегда оставались огненные горы страны Облаков, без силовых схем и поддержки специалистов подземные ходы обычно долго не существовали, но лабиринты древней и заброшенной транспортной сети до сих пор оставались частично пригодными для передвижения. Причина? Она была простой. Все те бесчисленные средства, что в современном мире уходили на создание, совершенствование и содержание огромных армий, во времена Единства шли на науку, развитие и строительство.
   Разинув рты и забыв обо всем на свете, рабы любовались памятниками древней культуры. Узорчатыми колоннадами, мозаичными фресками и мраморными статуями была украшена каждая станция. Чувствуя приближение людей, на стенах тоннелей зажигались древние фонари, когда-то создававшие подсветку проходившим здесь поездам. Усталые призраки давно исчезнувшего мира, они из последних сил отстраняли заполнившую подземелья тьму и приветствовали незнакомцев тусклым белым светом, словно радуясь тому, что оказывается где-то все еще есть кто-то живой.
   Рабы шептались, что в древних подземельях водятся кошмарные монстры, но либо это были пустые фантазии, либо те монстры, что вели пленников, были гораздо страшнее и обитатели лабиринтов благоразумно убирались прочь при их приближении. Вокруг царила пыль, ржавчина и пустота.
   За все эти дни, новый мир напомнил о себе лишь дважды. И оба раза это были такие следы, что о них хотелось поскорее забыть. Первый был полем боя, с изрубленными стенами и посеченными колоннами, с сотнями истлевших скелетов, костяным ковром устлавших землю. Что за битва произошла здесь? Этого не знали уже, наверное, даже историки, но судя по виду, победители обобрали погибших врагов и бросили их гнить здесь, без погребения и поминальной службы. Обычная история для Эпохи Войн. Второе напоминание было еще страшнее. Очередная станция, расположенная так близко к поверхности, что в ее потолке была пробита дыра, стала могильником для жителей захваченного и вырезанного города. Сколько же трупов сбросили сюда? Холм человеческих костей скрывал под собой даже высокие строения и мачты освещения. Видимо, убитых швыряли вниз, пока дыра в земле не заполнилась, а потом останки оседали по мере разложения.
   -- Постарайтесь задержать дыхание. -- посоветовал людям Корио. -- Костям уже лет пятьсот, но проветриваемость в лабиринтах паршивая. Представить страшно, сколько в воздухе здесь заразы.
   У стен оставалось достаточно места для прохода и каждого из рабов ждало несколько ужасных минут приближения к холму истлевших мертвецов. Кости хрустели под ногами. Посеревшие от времени черепа таращили на нарушителей спокойствия черные провалы пустых глазниц. Станцию прошли с максимальной поспешностью и на следующей развилке свернули на разбитый эскалатор, уводящий глубже в недра. Туда, где меньше шансов встретить жуткие памятники Эпохи Войн.
   Конечно, многие коридоры лабиринта были разрушены и обвалились, другие были залиты водой или стали приютом для бандитов, но йома ориентировались в лабиринте с потрясающим умением и группа ни разу не уткнулась в тупик. На второй день пути серые стражи вывели всех к тайнику, в котором были спрятаны металлические ящики с припасами и изголодавшиеся люди смогли поддержать свои силы. В тайнике нашлась даже выпивка, при виде которой Корио недовольно нахмурился и Каджими вскоре поняла почему. Подвыпивших бандитов потянуло на развлечения, они гурьбой подвалили к йома, поставленному охранять женщин. Тот, не колеблясь долго, каким-то неведомым способом вызвал начальство и вскоре перед десятком хмельных уродов стоял капитан серых, собственной персоной. Уничтоженный армейский дирижабль ощутимо поднял авторитет "мальчишки" в глазах головорезов и холод в его глазах подействовал на них отрезвляюще.
   -- Мы будем осторожны и ни одну не попортим, господин капитан. -- Харо, заискивающе улыбаясь, потирал ладони. -- Может даже уговорим какую на добровольство, а? Их всех едино - демону в пасть, дайте хоть повеселить бедняжек напоследок?
   -- В прошении отказано, рядовой. Мне не интересует, что вы хотите с ними делать и насколько это будет безвредно. Выдача рабов для нужд личного состава должна быть согласована с господином Хебимару. Без подписанной им бумаги никто ничего не получит. Бумага есть? Не слышу!
   -- Нет, господин капитан...
   -- Тогда вопрос исчерпан. Через два дня будем на базе, мечтайте пока о шлюхах, на которых, как обычно, спустите всю свою награду за этот рейд. Там же сможете и рабынь забрать. Но, к сведению, чем измываться над обычными рабами, лучше попросите хозяина дать мне задание добыть красоток и я за пару рейдов один притащу вам три-четыре фигуристые принцессы, с некоторыми грешками за душой. Время от времени смогу даже обновлять. А материал оставьте в покое. Он для дела нужен.
   Бандиты еще немного потоптались на месте, пару раз голодно зыркнули в стороны рабынь и подались восвояси.
   Ничего действительно плохого не происходило так долго, что рабы начинали понемногу верить, что ожидающее их будущее не так ужасно, как представлялось. Кто-то даже попытался предложить новым хозяевам верную службу.
   Харо и его люди подошли к Корио перед третьей ночевкой, когда тот устраивался на ночлег поближе к женщинам, ведь здесь же расстилали свои постели его сестра и жрица шиамов, Аканэ, которых нужно было беречь от любой опасности.
   -- Господин капитан, -- Харо поклонился ему. -- Несколько человек из... наших с вами пленников... желают присоединиться к нам. Они, э-э... -- вежливые слова, без жаргона, бандит подбирал с большим трудом. -- Свои парни...
   -- Да, для меня не новость, что на утилизацию в лаборатории были списаны клейменые бандиты, убийцы и воры-рецидивисты. -- ответил Корио. -- Встретили кого-то из знакомых, или знаменитых? Не важно. Кадровыми вопросами в нашей организации занимается Мицуми-сан, а утверждает списки лично господин Хебимару. Если вы хотели узнать мое мнение, то я не возражаю, но посоветовал бы выбрать для рекомендации только тех, кто вам действительно, кхм... дорог.
   -- Э-э?.. -- вопросительно протянул бандит.
   -- На базе сто семьдесят пять охранников. Этого для нашей маленькой и тихой организации более чем достаточно. Вас может стать больше, но ненамного. Чем больше солдат, тем меньше ценность каждого отдельного из них. К вам начнут приглядываться, выбирать тех, кто менее полезен и исполнителен. Кары за провинности возрастут, поблажки исчезнут. Вам придется старательнее доказывать свою полезность, и вполне возможно, что ваши новые "друзья" совершенно не по-дружески подвинут вас на карьерной лестнице. От тех, кто вызовет недовольство начальства, начнут просто избавляться. Увольнять, без расчетного листа. Так, кажется, говорят про по-тихому казненных членов банды? Помните ту бойкую и хваткую красотку, что вздумала заигрывать с господином Хебимару, а потом совершенно неосторожно прижалась спиной к клетке с обезумевшими йома? Хотя нет... плохой пример. Это наши милые дамы между собой за лидера и власть поцапались, тут без трупов обойтись никак не могло. Кстати, Харо-сан, если бы я не порвал в клочья группу четыре-шесть, создав этим некоторый дефицит охранников, вашей группе не простили бы тот инцидент с пьяной болтовней в придорожном кабаке. Хотите набрать приятелей в свою армию? Отличная мысль! Я одобряю естественный отбор.
   Бандиты сникли, хмурясь и переглядываясь помешкали несколько секунд, а затем извинились за беспокойство и ушли, а Корио вернулся к своим делам и вдруг по его лицу промелькнула тень. Губы лиса растянулись в ухмылке злобного торжества, а в глазах блеснуло пламя демонического веселья. Он ликовал и упивался. Чем?
   Каджими, если была возможность, старалась подобраться поближе к тому месту, где устраивался на отдых этот мальчик, чтобы потихоньку любоваться им и делать вид, что она здесь совершенно случайно. Сейчас малолетняя рабыня была рядом и заметила эмоции лиса. Девочка удивилась, но неожиданно поняла, в чем дело.
   Он ненавидит этих людей. Насильников, грабителей и убийц, упивающихся причинением страданий. Они пришли к нему, словно нормальные люди, просить помощи для друзей, а он схватил их за волосы и ткнул мордами в то, кем они являются на самом деле. Не люди, нет. Ядовитые пауки, забравшиеся в одну банку и рвущие друг друга жвалами в попытках отравить и сожрать. Вздумали кому-то помочь? Размечтались о каком-то там "бандитском братстве"? Такие понятия как "взаимопомощь" и "друг" - не для пауков. Вокруг только яд и злоба. Наслаждайтесь тем, кем вы стали. Упивайтесь тем, какая вы гнусная грязь, если сможете. А вы не сможете. И это - ваша расплата.
   Девочка, на уровне подсознания понявшая причины веселья демона-лиса, почувствовала странный холодок в сердце, а Корио вдруг повернул голову и посмотрел на нее. Пугающие тени исчезли, улыбка стала мягкой, а в глазах засветилась тяжелая душевная боль. И это Каджими тоже поняла. Она хотела бы улыбнуться ему, но лишь печально сникла и спрятала лицо под одеялом. Что ему скажет ее улыбка? Что она прощает его? За себя, за всех остальных рабов? За всех тех, кто ради "великой цели" был убит до них и будет убит после? Кто она, чтобы прощать подобное? Прекрасному принцу, что на деле страшнее любого паука.
   Из глаз девочки побежали горькие слезы. Съежившись под одеялом, она плакала, пока тени снов не окружили ее, подарив мир и покой, доступный только чистым человеческим душам.
  
   А утром снова был долгий переход по подземному лабиринту, закончившийся только под вечер, когда один из йома вдруг остановился и поднял руку, направив ее на стену.
   -- Здесь. -- сказал он.
   Другой йома подошел к указанному месту, применил дзюцу элемента Земли и открыл перед уставшими путниками длинный, уводящий вниз тоннель. Рабы и охранники вошли в этот тоннель, чтобы буквально через пару минут выйти в широкий зал с высоким потолком и четверкой арочных выходов в коридоры, уводящие куда-то вглубь горы.
   Их уже ждали.
   Перед проходами и вдоль стен уже стояли охранники в серых униформах, с шокерами и дубинками на поясах, которыми командовала злобного вида молодая женщина в добротном мундире из черной и белой ткани, с вышитыми золотистыми знаками лейтенанта на плечах и клановым гербом на груди. Корио с язвительной ухмылкой полюбовался тем, как пригретая их общим хозяином безродная бродяжка Такако кичится незаслуженным офицерским званием и поддельным родством с благородным самурайским кланом.
  
   Шесть лет назад, когда начались организованные шиамами массовые беспорядки в странах Волн и Горячих Источников, Черный Лис впервые заявил о себе миру, помогая служащим, поселенцам и уцелевшим в разгроме солдатам империи Лесов добраться до границ метрополии. Корио помог нескольким многотысячным группам беженцев пройти через ущелья и затянутые паром долины, но не все из подчиненных Хебимару были так лояльно настроены к проигравшим. Творец чудовищ использовал малые группы отступающих солдат как цель для боевых испытаний своих йома. Он собирал генетический материал, ценности и подопытных. Тюремщики тайной базы охотно участвовали в грабежах и во время одного из таких налетов, при разорении маленького военного лагеря, толпой окружили пятнадцатилетнего мальчика, отчаянно защищающего тряпичный навес, под которым лежала раненная в живот и умирающая от заражения крови девушка. Мальчик пообещал отдать все ценное, прося только пощадить его и его сестру, которую он спас из штурмуемого юхами лагеря и теперь пытался донести до города, где надеялся найти врача. После едкой насмешки со стороны Такако, залившийся багрянцем мальчишка пояснил, что никакая его сестра не солдатская шлюха, а была в лагере потому что она - боевой офицер в ранге лейтенанта, четыре месяца назад закончившая женские офицерские курсы в имперской академии. Сестра была назначена в штаб генерала Масудзиро и вместе с армией отправилась на подавление мятежа, а он, пока еще только ученик военной академии, напросился с ней, в качестве личного помощника. Такако извинилась, мальчик получил обещание пощады, отдал бандитам оружие и тут же оба, он и его сестра, были безжалостно убиты.
   В вещах неудачливых аристократов обнаружились их личные документы, армейские книжки, позолоченные нагрудные знаки армейского звания и серебряные значки за успехи в военно-спортивной подготовке. Все это начальница тюремщиков потребовала отдать ей.
   Когда Корио вернулся на базу, Такако сразу же перехватила его с просьбой отнести документы штабной лейтенантши и ее помощника к мастеру-фальсификатору на замену фотографий, а так же, если получится, раздобыть для нее женскую офицерскую форму империи Лесов. Как и Хебимару, Корио с пониманием отнесся к желанию бандитки перевоплотиться в дочь благородной семьи. Все знали, что база готовится к расширению, а значит нужно будет набирать новых людей в охрану. Пока охранников на базе было десять-пятнадцать, начальствовать над ними могла и дочь простой крестьянки, за деньги и выпивку отдававшейся солдатам, но в ближайшее время численность солдат планировалось довести до двухсот. Справляться с ними без авторитетно звучащего имени любому стало бы тяжеловато. Хебимару, не испытывавший к своим охранникам никаких теплых чувств, предупредил Такако, что для сохранения тайны он убьет всех ее нынешних подчиненных и наймет новых. Бандитка сразу же согласилась, но попросила пощадить всюду ходившего с ней и защищавшего ее мордоворота, за четыре года не произнесшего ни единого слова. Этого увальня, грабителя из трущоб, все звали просто "Отшиб", то ли потому, что он явно был отшиблен на голову, то ли потому, что он по малейшему поводу мог впасть в ярость и одним ударом выбить сознание из не понравившегося ему человека.
   -- Не шутишь? -- недоверчиво спросил Корио, переводя взгляд то на документы, недавно принадлежавшие подростку, то на стоящего перед ним угрюмого низколобого амбала. -- Я бы сказал, что твой "младшей братик" больше похож на сорокалетнего вышибалу, чем на пятнадцатилетнего школьника.
   -- Это эффект измененного генома и мощнейших стимуляторов роста. -- рассмеявшись, ответила Такако. -- Он же самурай, такое сейчас сплошь и рядом! Не сомневайся, лис. Это - мой родной младший братик, пятнадцатилетний кадет офицерского училища, Накахара Джуничи. -- она похлопала верзилу по руке. -- В большой битве со злобными юхами, я осталась с небольшим отрядом прикрывать отход войск и храбро сражалась, но наши имперские трусливые мрази бросили меня раненной на поле боя и сбежали. Только мой родной брат, Джуничи, не струсил, отыскал и вынес с поля боя свою несчастную сестренку. Два дня мы пробирались к своим, прячась от вражеских отрядов, а когда я уже совсем чуть было не умерла от заражения крови, нас нашел господин Хебимару и спас. Поэтому я всей душой предана господину, а еще, сказочно благодарна моему братику. -- она поманила своего приятеля рукой и, когда тот склонился, поцеловала его в щеку. -- Спасибо что защищал меня, Джуничи. Ты - мой самый близкий и родной человек, на всем свете!
   Корио был слегка поражен, когда в этой истории не усомнился буквально никто из людей, новонанятых в охрану и персонал. Такако и Отшиб оба были темноволосыми сероглазыми гварами, и этого оказалось достаточно для того, чтобы вскоре все действительно начали считать их обожающими друг друга родными братом и сестрой. Дочь спившейся юдзе, попрошайка и воровка, доросшая до бандитизма, Такако стала армейским лейтенантом Мицуми, героической штабисткой погибшего генерала Масудзиро. Теперь всюду, не боясь претензий, она нахально разгуливала в офицерском мундире, а ее приятель во всех списках числился благородным господином Джуничи. Которого все продолжали звать Отшибом, ведь этому несомненно доблестному самураю в каком-то бою точно хорошо прилетело тяжелым по голове!
   -- Вот видишь, Корио-доно? -- насмешливо сказала Такако лису. -- Думал что ты - уникальный? А превратиться в другого человека не так уж и сложно! Вот увидишь, когда мы захватим какую-нибудь маленькую страну, я еще, на правах благородной дамы, земельный надел получу! С десятком деревень и приятным богатеньким городком!
  
   С невозмутимым видом, лис подошел к самозванке, что при его приближении слегка побледнела. Помнит, что пока лисенок был маленьким, не упускала случая стегнуть его кнутом. Не за провинности. Просто из желания помучить. Годы спустя, повзрослевший Корио не стал ворошить прошлое и обрадованная начальница стражи, по старой памяти, стегнула Бьякко. Очень необдуманно. Старший лис почувствовал, что с сестрой что-то не так, примчался и, мгновенно все поняв, сначала нейтрализовал грозного телохранителя Такако, а потом популярно объяснил садистке, почему маленьких обижать нельзя. Когда Хебимару вмешался, Корио уже начинал с "благородной леди" заживо сдирать кожу. Хозяин отобрал жертву у неудовлетворенного лиса и потащил ее в медлабораторию, вставлять выбитые зубы, сращивать переломанные руки и заращивать кровавые рубцы от ее же собственной плети. С того дня потихоньку наглеющей Бьякко прощали все, чего бы она ни учудила, а начальница стражи стала в разы вежливее. По крайней мере, с лисами.
   -- Принимайте гостей, Мицуми-доно. -- после краткого приветствия, сказал оборотень, уважительным именным суффиксом подчеркивая перед людьми, что видит начальницу охраны равной себе. Это было необходимо для нормального функционирования базы. -- Тысяча двести пятьдесят шесть новых постояльцев в ваш отель.
   -- Обещали две тысячи, Корио-доно.
   -- Взял по акции, со скидкой. Чуть-чуть поменьше плана и посуетиться пришлось, но сэкономил немного деньжат. На ближайшее время и этих хватит, а там увидим как жить дальше. Сортируй всех по клеткам, а я к хозяину, с докладом.
   Такако кивнула ему и лис ушел, забрав с собой свою сестру, серых стражей и жрицу, а самозваный лейтенант принялась командовать:
   -- Солдаты! Сгоняйте всех в центр зала! Рабы, разделение у нас здесь простое, по полу и возрасту! Мужчины от тридцати лет - первый коридор. Молодые мужчины и дети мужского пола - второй! Женщины от тридцати - третий, а девочки и молодые женщины - четвертый! Даже такие тупые бараны как вы должны понять! Начинайте сортироваться! Живо, живо!
   -- А если кто не знает своего возраста? -- растерянно пробубнил кто-то из матросов пиратского корабля.
   -- То я ему поменяю пол! -- Такако вынула из ножен короткий, остро отточенный меч. -- Кто сомневается - валите к старикам! Стариков привезли много, есть шанс прожить подольше.
   Началась суета, а к Такако подошел десятник из команды пять-двенадцать, Харо.
   -- Серебряк про шубуршу трепанул. -- сказала начальница стражи. -- Хорошо болтало?
   -- Цветно и ярко, госпожа лейтенант. -- глядя на начальницу щенячьими глазками, ответил бандюга. -- Весь рулон за чашку не расчесать.
   -- После тасовки ко мне на короб, с прокрутом. Обточим до белого.
  
   Коридоры уходили в глубину подземелий и выводили в один большой, сильно вытянутый зал, но на разные ярусы. Вдоль стен тянулись ряды простых каменных камер с металлическими решетками. Абсолютное большинство из этих клеток пустовало, только в некоторых сидели скорчившиеся и запуганные люди, но с прибытием новичков, пустота начала быстро заполняться.
   Девочек среди новоприбывших было всего восемь и их загнали всех в одну камеру, где уже сидели две малолетки, боязливо уставившиеся из дальнего угла на новоприбывших. Новоприбывшие же, едва выждав когда охранники уйдут, подсели к "бывалым" поближе и начали шепотом наводить знакомство.
   -- Что это за место? -- посыпались на "местных" вопросы, едва первый контакт был налажен. -- Нелегальная лаборатория? Вы давно здесь? Здесь делают демонов? Что с нами будет?
   -- Что-что... -- недовольным шепотом ответила одна из девочек. -- Нас всех убьют. Эта база и лаборатории принадлежат чудовищу, которого называют потрошителем. Слышали о Хебимару? Предатель из скрытого селения Ветвей. Он создает армию чудовищ, а волшебный лис должен стать его генералом. Один-два раза в день, а иногда и чаще, приходят охранники, которые забирают людей по списку. Те, кого забирают, уже не возвращаются.
   -- И что с ними делают? -- после долгого молчания, робко спросила одна рабыня.
   -- Их заражают демонической силой, пока на плечах не проступят черные печати. Демоны начинают пожирать разум пленников, а ученые рисуют разные защитные схемы, пытаются ограничивать и удерживать злую силу. Уже умерших людей утаскивают на самые нижние ярусы, в искусственные пещеры, где они поднимаются и ходят, пытаясь найти кого-нибудь живого и разорвать его!
   -- Съесть? Как зомби?
   -- Дура что ли? Это тебе не ужастик какой-нибудь в кино! Зачем йома есть? Они же мертвые! В их телах теперь сидят демоны, а эти демоны ничего не хотят, кроме того что бы убить все живое. Особенно людей ненавидят. Стражники говорили, что акума испытывают физическую боль из-за существования людей и нападают сразу на любого, до кого могут дотянуться. Им бы только убить, как можно мучительнее и страшнее! Один раз, на прогулке, два пленника устроили драку, так охранники еще даже шевельнуться не успели, а серый страж вдруг как налетит на тех, что подрались! Схватил их и как начал раздирать! Чуть-чуть на остальных не набросился! Хорошо, что Черный Лис был на базе. Он у акума - как генерал! Почувствовал, что йома убивает, и приказал остановиться, а золотая лиса прибежала и успокоила чудовище.
   Девчонки шептались, обсуждая местные порядки и реалии. Пленницы, что сидели в подземельях уже давно, обе были из Хивасы и, узнав что новоприбывшие - простые рабыни, сразу же приосанились и загордились. Объявили, что одна из них - дочь заместителя помощника городского главы, а вторая - дочь богатейшего торговца, которому принадлежали почти все склады в порту. То есть, обе они - самые настоящие аристократки, которых надо уважать и слушаться. Рабыни силой духа не отличались, осадить нахалок было некому, и от этого момента бывшие богачки вещали уже с высоты своей иерархии, но в их болтовне можно было уловить немало интересного.
   Каджими, что держалась позади остальных рабынь, слушала во все уши и узнала о том, что кормят здесь два раза в сутки, утром и вечером. В середине дня выводят на прогулку в большой каменный зал с колоннами, где пленники бегают по кольцевой дорожке и преодолевают разные препятствия вроде барьеров или канатных лестниц. После прогулки - чай с большим куском белого хлеба. Душ два раза в неделю и раз в неделю - медицинский осмотр.
   -- У охранников лучше ничего не просить. Они только посмеются, а если будут злые, то еще и ударят. Если что-то болит, или еще что-нибудь важное, лучше сразу подойти к серым стражам...
   -- К мертвецам?! -- охнули сразу несколько рабынь.
   -- Ага. Здесь, наверху, только те мертвецы, что не совсем умерли и могут сдерживать в себе демонов. Если их разозлить, то демоны вырываются и убивают всех, но если говорить с ними спокойно и по-доброму, то ничего страшного не случится. Один раз, когда у меня голова разболелась, йома сам подошел к клетке, забрал меня и отнес в медпункт. Знаете почему? Потому что все, кто были злыми и жестокими, под черной печатью погибают очень быстро, а выжить могут только добрые и сильные духом, у кого есть какая-нибудь важная цель! Например, отомстить злодею, или кого-нибудь защитить. Поняли? Все разумные йома были добрыми людьми...
   -- А г... господин Корио? -- не удержалась Каджими.
   -- Черный Лис? Если Златохвостая Кицунэ была настоящей доброй богиней, а Корио - ее брат, то он - молодой бог! Его заклеймили печатью Темные Инженеры во время Затмения в стране Камней, но он победил пожирающего его демона и подчинил его себе. Лорд Корио... он спас наш город... и если бы нас не затолкали в тот поезд... то мы сейчас были бы дома, живые и свободные, с мамой и папой...
   Не выдержав горестных мыслей, девчонки разревелись в два голоса и рабыням пришлось их довольно долго успокаивать.
   -- Говорят, что раньше у Хебимару пленники вообще долго не жили. -- утерев сопли куском ветхой тряпки, продолжила рассказ дочь торговца. -- Их не мыли и не выводили на прогулки, никого даже не кормили! Потрошитель делал как можно больше опытов, как можно быстрее, а если кто-то умирал от голода или побоев, несчастного просто выкидывали в могильную яму! База была совсем маленькой и Потрошитель постоянно охотился на людей, хватая путников на дорогах или нападая на маленькие деревни. Мы бы уже давно умерли, если бы не Корио. Он даже пытался поговорить со своим хозяином, чтобы нас освободили за выкуп... но наши родные погибли на поезде... и у нас больше ничего нет...
   Обе девочки снова разревелись, а Каджими подумала о том, что Корио украл обреченных рабов у военных, хотя мог без риска напасть на какую-нибудь беззащитную деревню. Почему? Для того же, для чего берег жизни и здоровье пленников. Чтобы его безумный хозяин не искал новый "материал" и причинял людям как можно меньше вреда.
   -- Если бы у Корио и его младшей сестры не было бы ядовитой железы вот здесь, вокруг сердца, -- дочь чиновника, проглотив рыдания, коснулась рукою груди. -- Они бы тогда точно не стали подчиняться злодеям и всех бы нас сразу спасли!
   Каджими вспомнила разговоры о средстве контроля, вживленном лицедеям их создателем. Специальная паразитическая железа, вырабатывающая яд, который сразу выпустит и убьет лис, если они ослушаются хозяина. И если раз в три недели Хебимару не подпитает своей Ци силовые схемы, сдерживающие железу, та тоже выпустит яд. Схему Потрошитель сплел, чтобы история с бегством Златохвостой больше никогда не повторилась. Если лисы убегут, железа убьет их. И если умрет их хозяин, Корио и Бьякко умрут тоже.
  

* * *

   До утра пленники обвыкались и отдыхали, а утром для них началась новая жизнь. Камеры, по десять за один раз, начали открываться и голос из динамиков приказывал пленникам выходить. "Бывалые", которых в каждой камере с новичками было по два-три человека, поднимали своих сокамерников и выводили их в коридор, а голос надсмотрщика командовал куда и к какой двери идти.
   -- Ни в коем случае не сопротивляйтесь и не ссорьтесь! -- несся шепоток по толпе. -- Громко не разговаривайте и не делайте резких движений. Если кто-то чем-нибудь не понравится страже, его сразу утащат на опыты!
   Охранники наблюдали за действием, держа наготове знакомые рабыням шокеры. Йома, четверо в разных концах зала, готовы были среагировать на малейшую провокацию.
   Группами по сто человек, пленники шли в умывальню, а оттуда - в столовую, где получали сытный завтрак, с мясом и сладким кофе. После завтрака, всех повели в душ, после которого дали новые робы. Женщинам выдавались серые рубахи длинною до колен и легкие тонкие тапочки. Мужчинам рубахи длинной чуть ниже пояса и бесформенные мешковатые штаны. Нательное белье не полагалось ни тем, ни другим.
   -- Это робы генетических лабораторий, для "материала". -- зашептались пленницы-новички. -- А на поварах в столовой и на раздатке - медицинская форма.
   -- Корио и его люди разграбили склады научного центра в стране Волн. -- тихонько пояснила одна из "старожилов". -- Привезли целый дирижабль роб, медикаментов и оборудования. До того, говорят, одевали во что попало, а теперь так разбогатели, что начали соблюдать приличия.
   -- А, может, их все-таки кто-то поддерживает?
   -- Может быть. Видели огненную жрицу? Хозяин базы - химарьяр. Наверняка по-секрету сговорились с шиамами.
   После приведения пленников в надлежащий вид, их повели на медицинский осмотр. Никаких сложных процедур. Выстроившись в цепочку, рабы просто проходили через опутанную силовыми схемами комнату, за квадратным застекленным окном в стене которой можно было увидеть помещение с несколькими людьми в медицинской форме. После осмотра, всех вернули в камеры и оставили в покое.
   -- А что теперь делать? -- спросила одна из девочек.
   -- Вон, в углу, журналы и газеты сложены. Можно почитать. Но лучше начинать морально готовиться к прогулке. Там так загоняют, что руки и ноги потом страшно трясутся! Постоянно кто-нибудь сознание теряет, а тех, кто притворяется что дальше бежать не может, бьют шокерами!
   Каджими, боязливо притихшая, села у стены и затихла. Она думала о том, много ли сможет пробежать до того как упадет, как вдруг к камере, в которой сидела она, подошла группа из пяти человек.
   -- Ну? -- женщина в форме армейского офицера мотнула головой в сторону камеры и один из охранников в сером подошел к решетке. Каджими узнала его с первого взгляда. Десятник из команды пять-двенадцать, Харо.
   Бандит вгляделся в шарахнувшихся к дальней стене, разом замолчавших и затрясшихся от ужаса девчонок. Наслаждаясь чужим страхом, он помедлил пару секунд, переводя взгляд с одной пленницы на другую, а затем поднял руку и указал пальцем на Каджими.
   -- Вот ен-та, тряпошна. -- оскалившись от уха до уха, выговорил он. -- Ну-ка, на выход! Эй, остальные! На подскоках ее сюда! Живо, щерба чесоточная!
   Перепуганные девчонки подхватили Каджими под руки, подтащили к решетке и, не слушая жалобный скулеж подруги по несчастью, вытолкнули ее в открытую стражами дверь.
   -- Кончено тряпошна. -- заявила Такако, насмешливо оглядывая девчонку, которую Харо и еще один бандит поставили на ноги. -- Встряхнете сильно - хвост завернет.
   -- А мы ей кубиков накидаем. -- скалясь, Харо похлопал по сумке со стимуляторами, висящей у него на поясе. -- Попрыгает козочкой, а как скрючится - уволим!
   -- Пустите... -- Каджими безуспешно пыталась вывернуться из хватки крепких рук. -- Пожалуйста, пустите! Не надо! Пустите меня!
   -- Залепись, чучелка! Ща вздрогнешь! -- бандит показал ей шокер, меж стальными пластинами на котором заплясали трескучие искры электрических разрядов.
   Такако присела перед Каджими и, ухмыляясь, заглянула ей в глаза.
   -- "Мальчик", говоришь? -- язвительно произнесла бандитка. -- Х-хах!
   -- Я... я не хотела... -- нутром понимая происходящее и заливаясь слезами, пролепетала девочка. -- Пожалуйста, не надо! Тетя... пожалуйста...
   -- Тетя?! -- хохот бандитов грянул со всех сторон. -- Нет, вы слышали ее, а?!
   -- Открой глаза и посмотри на меня, дремучая деревенская дура! -- гордо выпячивая грудь с блестящими значками, склонилась над девочкой Такако. -- Перед тобой начальник службы безопасности этой базы, лейтенант Накахара Мицуми! Какая я тебе "тетя"?!
   -- А господин Хебимару ей кто? Добрый дедушка? Может она и к Черной Тени подплюхает, чесанет: дядя, дай конфетку?! Ах-ха-ха! Мохра бесцветная!
   -- Юморная мокрица! Мне нравится.
   -- Слышь, ты, сопля! -- Харо крепче сжал рукой плечо Каджими. -- У нас тут одна официантка, это... гы-гы... на больничный ушла. Широко валялась, застудилась вся. Нужна сменщица, хотя бы на денек. Вот мы тебя и забираем. Понятно?
   -- Все ей понятно! -- захохотали бандиты. -- Нужно дядям помочь, чесать-то на два чиха! Потащили!
   Перепуганная девочка попыталась сопротивляться и кричать, один из бандитов ткнул ее шокером, а когда несчастная обмякла после разряда, в рот ей затолкали тряпичный кляп.
   -- Шубуршить не надо, бабочка ты наша. -- Харо похлопал Каджими по плечу и, уступив место одному из своих подчиненных, взмахнул рукой. -- Потащили!
   Следящий за порядком йома, что нахохлившись подобно чудовищной птице, сидел под фонарем на перилах обзорной площадки. Не двигаясь с места, он проводил бандитов и их жертву взглядом внимательных и недобрых глаз.
  
   Тапочки соскользнули и ног Каджими и потерялись, пока ее, в полубессознательном состоянии после удара шокера, волокли по коридорам подземной базы. Холод твердого, грубо обработанного камня вцепился в ноги несчастной, когда ее встряхнули, возвращая в сознание и поставили перед большой двустворчатой дверью. Кляп изо рта вынули, лицо обтерли жесткой и грубой ладонью.
   -- Стучи костылями, птичка певчая. -- Харо открыл перед девочкой одну из створок. -- Что, не слышишь? Заходи, говорю! Вот твое новое место работы!
   Девочка не желала идти, но уговаривать ее никто не собирался. Сильный тычок кулака в спину буквально швырнул ее внутрь большого овального зала, служившего столовой для охранников подземного комплекса. Больно ударившись ладонями и коленями при падении, Каджими не сразу нашла в себе силы подняться и встать на трясущихся ногах.
   На нее уставилось больше двадцати пар жадных взглядов. Покрытые шрамами, пропитые морды. Все как одно, физиономии бандитов носили печать злобы, жестокости и скотской сущности их душ. Каджими, едва не теряя сознание от ужаса, обвела зал жалобным взглядом, умоляя не причинять ей вреда, но этот взгляд только сделал еще шире алчные улыбки гнусных уродов.
   -- Вот и наша новая официантка! -- довольно прицыкнул языком какой-то тощий хлыщ, сидящий на краю одного из столиков. -- Ничего так детка, костлявая, но взгляд ее мне нравится. Эй, Харо, как ее звать-то?
   -- Овцой! -- десятник, войдя в зал снова толкнул Каджими так, что она упала. -- Вот только я не помню, чтобы овцы ходили на двух ногах!
   Каджими, приподнявшись, встала на колени, съежилась и заплакала, но не вызвала этим ни тени жалости у бандитов.
   -- А она - дрессированная! -- продолжал насмехаться тощий. -- Эй, ягненочек! У меня кружка пустая! Принеси мне чего-нибудь выпить, будь добра?
   -- Поднимайся. -- сказала девочке Такако, наблюдавшая за происходящим с язвительным интересом. -- Не бойся, эти парни только кажутся страшными, на самом деле все мы здесь очень добрые и милые. Ты что, фильмы про вольных лесных братьев и пиратов не смотрела? Спой нам какой-нибудь высер дебила про мечту, улыбнись и пальчиком погрози, мы все сразу станем тебе лучшими друзьями!
   -- А мы и так лучшие друзья. -- какой-то мордоворот, покрытый рубцами от ожогов, поднялся из-за стола и, склонившись, дыхнул на Каджими желудочным зловоньем. -- Или, может, ты с нами дружить не хочешь? Мы ведь не умеем превращаться в молоденьких красавчиков, как тот серебристый ходячий мертвяк! С ним бы ты дружить согласилась, а? Костлявая мышь!
   -- Тихо, тихо, Паленый! -- тощий хлыщ подошел и отстранил рубцованного от девочки. -- Не пугай ребенка. Все девочки любят плохих парней, она пока просто стесняется выражать бушующие в ней нежные чувства! Бабье ведь страх какая утонченная и загадочная скотина! Понимать надо! К вам, госпожа лейтенант, -- тощий поклонился Такако. -- Это конечно, не относится, ведь вы не бабье, а прекрасная женщина! Настоящий человек, с мозгами, душой и сердцем!
   -- Залепи чесало, Крапива. -- ответила Такако, взяла стул и села к столику. -- Ну что, кодла, поехал юбилей? Пока шуршала не лажанет, чтоб ни одна гнида, ни пальцем ее, ясно? Кислоту с моего плеча!
   Бандиты дружно взревели, выражая свое одобрение, и уселись за столы, на которых уже была выставлена разнообразная закуска.
   -- Слышала госпожу лейтенанта? -- тощий склонился к Каджими. -- Никто здесь тебя не тронет, пока ты в чем-нибудь не провинишься. Ты - наша официантка. Тащи сюда вино, разливай по кружкам. Мимо прольешь, просить прощенья будешь! А разобьешь что-нибудь, платить придется! Поняла? Шурши быстрее, овечий выкидыш!
   Дрожа, глотая сопли и слезы, Каджими поднялась.
   -- Портвейн и плитку шоколада сюда. -- Такако ткнула пальцем в стол перед собой. -- Ах, вот такая у меня, благородной дамы, слабость к изысканным винам! А братику моему, -- она погладила по руке своего телохранителя, что как обычно держался с нею рядом. -- Бутылочку благородного коньяка! -- не поднимаясь со стула, надзирательница сорвала у себя с пояса плеть и с силой хлестнула ею по полу. -- Что встала? Бегом, тварь тупая! Бегом!
   Каджими, втянув голову в плечи, поспешила к стойке бара, за которой стоял еще один жуткого вида урод со шрамированной рожей и улыбкой людоеда. Он, криво ухмыляясь, поставил перед девочкой заказанные лейтенантшей напитки и выложил плитку дорогого шоколада. Каджими забрала их и вернулась к Такако, положила шоколад, наполнила стаканы и поставила бутылки на стол. Все в порядке. Может, обойдется? Она осторожно и старательно подаст этим монстрам вино, уберет посуду, и они вернут ее в клетку? Скорее бы этот кошмар закончился! Скорее бы.
   -- Хэй, а чего у нас официантка без подноса? Поднос нашей красотке! Пусть тащит сюда кислоту!
   Бармен поставил на стойку поднос, а на него сразу два больших кувшина с каким-то крепким алкогольным пойлом. Каджими забрала их и вернулась к столам, испуганно отшатнувшись от резко выставленного ей под ноги бандитского сапога. Не упала, увернулась.
   Все понятно. Эти гады специально будут делать ей подлянки, чтобы поиздеваться. Осторожнее, осторожнее...
   Девочка начала наполнять подставляемые ей стаканы. Первый, второй, третий...
   Бандит, протянувший девочке свой стакан, резко его отдернул и льющееся вино плеснулось на скатерть.
   -- О-о-о... -- дружно выдохнули бандиты. -- Жалость какая! Вот растяпа!
   -- О-хо-хо, -- мордоворот, поставив стакан на стол, покачал головой. -- Как же ты так, милая, а? Мы ведь тебя предупреждали. Ну, раз провинилась, -- он повернул свой стул и вальяжно расселся перед Каджими, разведя колени и красноречиво указав взглядом себе пониже пояса. -- Проси прощения!
   Каджими затряслась от ужаса и отвращения, на глаза ее навернулись слезы. Она жалобно посмотрела на своего мучителя и помотала головой.
   -- А ну, быстрей! -- удар ноги обрушился на девочку сзади, швырнув несчастную на пол. Поднос полетел в сторону, кувшины упали на камень и с жалобным звоном раскололись, расплескав вонючую жидкость по полу. Бандиты захохотали.
   -- Вот неуклюжая овца, сколько шикарной кислоты в грязь шарахнула! -- сразу несколько бандитов, рангом постарше, окружили Каджими со всех сторон. -- За такое, сопля тупая, тебе долго придется расплачиваться!
   -- Я не виновата! -- закричала девочка, которую схватили и рывком подняли на ноги сразу несколько мужских рук. -- Вы же это сами! Сами!!!
   -- Давай ее сюда, кодла! -- тощий хлыщ схватил за край скатерти одного из столов и резким рывком скинул вместе с ней все на пол. -- Поляна готова!
   -- Нет! Нет! -- Каджими пыталась вырываться, но это было похоже на беспомощные трепыхания зайчонка в пасти голодного льва. -- Пустите! Ма-амочка!!!
   Ее опрокинули на стол, один из бандитов, кисть руки которому заменяла металлическая клешня, ухватил этой клешней за ворот рубахи Каджими и резко рванул, раздирая на девочке одежду сверху донизу. Рыча и роняя слюну, словно стая настоящих бешенных волков, бандиты сорвали с Каджими разодранную рубаху, небрежно швырнув тряпье в сторону.
   -- Задрала орать! -- тощий хлыщ, которому принесли и подали кувшин, принялся лить вино девочке на лицо, заставляя ее давиться и захлебываться. -- Расслабься, овца! Махру подставлять - это же ваше природное бабье назначение!
   -- Ну что, лисья подстилка, -- расстегнув и приспустив штаны, Харо склонился над Каджими и оскалил гнилые зубы. -- Хорошего мальчика захотела, да? Блондинчика, в белой рубашечке? Нет, швабра тряпошная! Первым у тебя я буду!
   Каджими истошно завопила, бандиты жадно зарычали, как вдруг все заглушил грохот сильнейшего удара и обрушения входной двери, которую вынесло из стены вместе с косяком и приличным куском раздробленного камня. Ударная волна импульса Ци, прокатилась по залу, опрокидывая посуду на столах и заставляя людей спешно восстанавливать равновесие.
   -- У-у, -- промычала Такако, едва не подавившаяся шоколадом. -- Лишь бы поцветастее бликануть, показушник верченый...
   Сказала и чуть второй раз не подавилась, увидев образину в черной броне, ввалившуюся в зал через пролом.
   Отшиб, глаза которого мгновенно налились кровью, ринулся на вторгшееся чудовище и обменялся с ним ударами, после чего отлетел к стене и с бешенным ревом начал корчиться во взвившихся из пола и обхвативших его каменных щупальцах.
   -- Крысы помойные! -- ринувшись на остальных бандитов, Корио одного за другим, свирепыми ударами бронированных лап, повалил тех, кто не успел отбежать и спрятаться за столами. -- Вы на кого струю погнали, жертвы аборта?! Да я вас сейчас самих в баб переделаю и на нижний ярус брошу, с приказом, чтобы дохляки вас всех до смерти отмахрячили! Встать! Все к стене, шлюхи прокаженные! Быстро, #&@!
   -- Тихо, тихо! -- Такако поднялась и, вынув из кармана юбки аккуратно сложенную бумагу, подошла к разъяренному демону. -- Корио-доно, прошу, успокойтесь, все законно. Вот прошение к Хебимару-сама, о выдаче рабыни, для личных нужд. Заверенное личной подписью нашего господина. Или вам, господин капитан, его подпись уже не авторитет?
   Удар кулака своротил Такако морду и бандитка, падая, опрокинула сразу два стола. В шоке от неожиданности и боли, она попыталась подняться, но замерла, когда когтистая лапа сокрушила опрокинутый стол справа от нее и с силой ударила об пол.
   -- Дайте-ка я угадаю, Мицуми-доно... -- черная маска с пылающими алым глазами и пастью, приблизилась к разбитому в кровь и побелевшему от страха лицу бандитки. -- Вас моя милейшая мамочка подговорила провести эту самоубийственную аферу? Поставить меня перед выбором - проглотить оскорбление, или пойти на конфликт с хозяином? Я должен был отобрать у вас рабыню и создать прецедент, который вы, ядовитые змеи, извернете и в два голоса подадите хозяину так, словно я совершил дичайший акт неповиновения его приказам! Да, я отберу у вас рабыню, как вы и замышляли. Вот только конфликта не будет! Я уже встретился с господином Хебимару, объяснил ситуацию и предупредил о том, что сделаю. Он хоть и злодей, но человек более чем разумный. На мамашу срать, я ее как-нибудь потом удавлю, только время подгадаю. А тебе, змея болотная, я просто искренне посоветую - поменьше позволяй этой мрази полоскать тебе уши! Сама посмотри, она - в тени, а ты вот, передо мной. На расстоянии удара. А ведь ты не бессмертна! Мне пока просто лень искать на твое место нового человека, но я не из самых ленивых людей! Вникаешь? Осознаешь? УБЬЮ, ПАДЛА, %@$\*!
   Схватив Такако за ворот лапой, демон приподнял ее и с силой шарахнул об пол. Самозваная лейтенантша сочла за лучшее прикинуться тряпочкой.
   -- А вы... -- демон повернулся к рядовым бандитам, но вместо тысячи слов, применил более веский аргумент. Схватил и запустил в них тяжелым столом, что с грохотом врезался в стену между отпрянувшими и над пригнувшимся бандитами. -- СУЧЬИ ГОВНОЖОРЫ! Дно с небом попутали, мокрозадые шлюхи?! Все, здесь присутствующие, чтобы до завтрашнего утра вырвали себе правый верхний клык! Всех завтра построю, проверю челюсти, и если увижу что кто-то не извинился, порву глотку на месте! А теперь, ПОШЛИ ВОН! Быстро! БЫСТРО, #&@! Лейтенант! -- монстр отвесил лежащей бандитке пинка. -- Человеческого не понимаешь?! Стучи костылями, кирпич махрявый, догоняй горизонт!
   Выказывая невиданную для обычных людей прыть, бандиты в два счета очистили зал от своего присутствия. Каменные щупальца подволокли завывающего Отшиба к пролому и вышвырнули в коридор. Держась за разбитую морду и ушибленную спину, Такако с трудом поднялась и уковыляла за подчиненными.
   Чудовище, помедлив еще секунд пять, повело плечами и шумно перевело дух.
   -- У-уф... -- монстр глянул на девочку в полуобморочном состоянии, что сидела рядом с перевернутым столом и тряслась, в меру сил прикрывая руками оголенные срамные места. -- Вот видишь, как у нас тут погано? Сам сколько живу, не устаю дуреть с их мразотности.
   Черная броня растрескалась и начала рассыпаться, а из торса чудовища, разломив слои черной чешуи, на пол спрыгнул высокий светловолосый парень обычного телосложения, с зелеными глазами и доброй, немного печальной улыбкой.
   Подняв одну из валяющихся на полу скатертей, он набросил ее на Каджими и завернул несчастную рабыню в ткань, словно младенца.
   -- Ничего не бойся. -- склонившись к лицу девочки, шепнул он. -- Я рядом, и больше никто не посмеет тебя обижать.
   Каджими, в душе которой творился непередаваемый хаос сильнейших эмоций, затряслась так, что из ее горла зазвучали судорожные всхлипы. Руки девочки, тощие и слабые, покрытые багровеющими синяками от жестокой хватки бандитских рук, вцепились в рубашку мальчишки. Измученная рабыня потянулась к единственному пожалевшему ее человеку, уткнулась лицом в плечо своего спасителя и разрыдалась. Из души ее рвалась боль пережитого, отчаяние собственного бессилия, обида на ужасы этого мира и... глубокое, теплое счастье, от того, что кто-то за ней все-таки пришел.
  

* * *

   Руки залиты кровью по локоть, потеками расцвечен весь хирургический халат и даже маска с респиратором и прозрачными очками. Скальпель скользит, надрезая кожу над безобразным вздутием. Новая струя гноя и крови, аккуратно заблокированная марлевым тампоном.
   -- Еще один умер? -- в операционную вошла фигура в прорезиненном халате и маске. По размерам и голосу, в этой фигуре легко было узнать женщину. -- Сколько осталось подопытных?
   -- Четверо. -- ответил мужчина, работающий над трупом и умело извлекающий необходимые ему органы из изуродованного заражением трупа, брызжущего кровавой слизью из множества безобразных вздутий. -- Но перспективы интересные. Жаль, этого подвела печень, остальные ткани ассимилировались с грибком почти идеально. Смотри, какая красота! -- он показал женщине изуродованное, пронизанное желтыми нитями грибницы, сердце человека. До сих пор бьется! Гриб уже превратился из паразита в симбионта и борется за выживание организма хозяина. Пересажу жизнеспособные потроха в подопытного три-одиннадцать. С новым сердцем, кишечником и почками он обязан выжить.
   -- Три-одиннадцать? -- женина встала напротив мужчины и принялась ассистировать ему. -- Ваджиру?
   -- Да. Он почти разложился изнутри до того как успел ассимилироваться, но если его сейчас чуть-чуть поддержать, то буквально через неделю мальчик крепко встанет на ноги. Поэтому я не расстроен, что Три-тридцать-восемь частично выбыл из эксперимента. Все равно намерен был порезать его на запчасти. Ваджиру великолепен! Его нельзя потерять.
   -- Вас сильно впечатлило, что он едва не загрыз Корио насмерть?
   -- До "едва не загрыз" в том инциденте, конечно, было очень далеко, Хитоми-сан. Корио опытен и силен, но то, что ему пришлось сойтись с людоедом в рукопашной, крайне показательно! Ваджиру чувствует чужие биополя в радиусе трех сотен метров, даже через стены из металла и бетона. И, более того, он по своему желанию может наводить на биотоки людей совершенный хаос, мгновенно превращая мастеров ниндзюцу и гендзюцу в обычных, бессильных людей. Представь, что будет, если я подведу этого мальчика поближе к сильнейшим генералам великих стран, к дайме, или к любой Алой Тени! Они потеряют силы, в то время как я продолжу использовать и ниндзюцу, и гендзюцу! Потрясающе... -- руки ученого задрожали от восторга, скальпель затрепетал в его пальцах. -- Я столько лет пытался добыть генетический код легендарного Стального Слепца, убивающего врагов одним взглядом, но вместо кражи и копирования, сам, собственными руками, создал нового сверхмонстра, не менее могущественного и ужасного, чем Слепец! Если Ваджиру умрет, я клонирую его и заражу снова. Буду клонировать и заражать, пока он, живое оружие, не обретет свое идеальное воплощение!
   -- Да, он великолепен. Может быть... настала пора прекратить другой эксперимент? Опасный, ненадежный и принесший массу беспокойств?
   -- Нет. Корио и его армия демонов мне все еще нужны. Ваджиру станет оружием нападения. Йома же - гарантия безопасности нашей базы, защитники и служба обеспечения.
   -- Защитники? Лису нельзя доверять. Этот мальчишка... он всегда был мечтательным слабаком, а та старая дура из страны Водопадов навсегда испортила его своей добротой! Он винит нас в ее смерти, Хебимару-сама! Он ненавидит нас и предаст, как только мы станем ему не нужны!
   -- Но мы нужны ему, Хитоми-сан. Здесь он в гораздо большей безопасности, чем во дворце новоявленного императора Кано. Мы создаем ему армию и позволяем сражаться с теми, кого он ненавидит несравнимо больше, чем нас. Наши цели противоположны буквально во всем и мы оба это знаем, но ни он, ни я, не достигнем их без объединения наших сил. К сожалению, в моем первом шедевре остался неистребимый и досадный изъян, но это не значит, что его нельзя использовать.
   -- Вы даже смиритесь с тем, что Корио будет продолжать корчить из себя "хорошего парня"?
   -- Со многим приходится мириться, моя дорогая. Он достаточно умен, чтобы не подвергать рискам нашу базу, а если ему хочется жечь и калечить себя на этой идиотской вере в красоту людей, то это его личное, сугубо добровольное дело. Потому, Хитоми-сан, я попрошу, впредь, не устраивать ему такие глупейшие провокации, как сегодня. Нарваться на побои, чтобы потом нажаловаться старшим? Детский сад младшей ясельной группы! Поверьте мне, Хитоми-сан, ни вы, ни я, на самом деле Черному Лису особенно не интересны. Слишком мелкие и незначительные мы фигуры. Его цель - перекроить и изменить мир. Пусть кроит и меняет. А мы, со свойственной крошечным фигуркам мелочностью, соберем плоды его трудов и заметем пепел в совок, когда "великий свершитель" окончательно выгорит.
   Хебимару говорил, насмешливо улыбаясь. Он приказывал своей ближайшей соратнице прекратить гнобить проклятого лиса, но при этом, ненавидел свое неудачное создание куда больше, чем она. Проклятая тварь, Корио - живая память о его бессилии как создателя вылепить из любого создания верный и послушный инструмент. Провал как воспитателя, как кузнеца человеческих душ. Нет, лис радуется слишком рано. Создатель, кузнец, нанесет еще один удар молотом, которым разобьет непослушный клинок на множество кусочков и сплавит в оружие, пусть уродливое, но по-настоящему полезное и эффективное!
   А пока, пусть даже ближайшие соратники слышат, что он говорит о смирении и сотрудничестве. Тем неожиданнее и сокрушительнее выйдет удар, а в случае промаха... в случае промаха истинный виновник благополучно останется в тени.
  
  

41

  
  
  
  
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"