Холодная Елена Юрьевна: другие произведения.

Ночной принц и я. Глава 11

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
Оценка: 2.00*3  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Продолжение истории Алисы и Лекса. Максим погиб. Аня ушла вслед за ним. А Алиса поняла одно... но что? БЕТА: VETER


Глава 11. Радости и печали юной леди

  

Два часа на любовь.

Десять лет - на разлуку.

Сколько можешь ты вновь

Принимать эту муку?

Два часа на краю

Остальное не важно

Тихо шепчет: "Люблю",

Этот рыцарь отважный.

Твикс. "Два часа на любовь"

  
   Как я и думала, Максим не выжил. Из больницы дрожащую, всю в крови и постоянно всхлипывающую меня забрала мать. Слава Богу, что я ещё успела поговорить с охранниками - Артуром и Юрием. Самое интересное то, что когда погиб Макс, примерно в это же время Аня родила в больнице дочь. Но кто тогда сидел за рулем красного автомобиля? Я не знала, как буду смотреть в глаза девушке, по моей вине потерявшей мужа. Около приемного покоя я увидела блестящий на солнышке припаркованный Мерседес, а около него, облокотившись на крышу, стоял Роман. Меня передернуло. Не без мрачного удовольствия заметила, как расширились его глаза, когда он обозрел меня во всей красе. Однако не один мускул не дрогнул. Мужчина завернул меня в плед, пахнущей корицей, запихал на заднее сиденье вместе с мамой, и мы поехали домой. В течение всей поездки я смотрела в заднее окно и рукой размазывала слезы. Мне вспоминались те мгновения,  когда Макс был рядом: сначала каток, потом пьяные бомжи, дом после похорон, вечеринка и его рассказ о цыганке. Перед отъездом, когда Мерседес медленно тронулся с места, я увидела, как из прохода выбежал Николя, и неожиданно для себя крикнула:
   - Останови! Останови машину, черт бы тебя побрал!
   Дернула на себя ручку дверцы, распахивая её на ходу, и Мерседес взвизгнул тормозами. Заплетаясь в талом снегу, почти ничего не видя из-за застилающих глаза слез, я пыталась бежать. Николя, наконец, узрел меня и побежал навстречу, успев ухватить, когда я должна была шлепнуться носом об лед.
   - Алиса! Господи! С тобой все в порядке? Ты не ранена? Не ушиблась?
   - Николя. Я не хотела. Правда не хотела. Я побежала. А потом машина. Она его. А он лежит. Везде кровь. Я, правда, не виновата, я не хотела, - путаясь в словах попыталась объяснить ситуацию я.
   - Ничего все позади. Максим сделал свой выбор. Он прекрасно знал на что шел. И любой бы из нас поступил так же, - спокойным уверенным голосом сказал Николя. - Успокойся. Ты сейчас поедешь с мамой?
   - Да, - я утерла глаза кулаком, ещё больше развезя по лицу тушь и тени. Умыться я как-то не соблаговолила. - Но Николя, пожалуйста, забери меня к Лексу. Пожалуйста. Я не могу, не могу, не хочу тут жить... Пожалуйста.
   Я знала, что уже медленно съезжаю к банальной истерике, но ничего не могла с этим поделать. Мужчина видя, что еще несколько минут и наверняка зайдусь плачем, прижал меня к себе и начал гладить по макушке, успокаивая. Я хлюпала носом, ощущая, что с этой смертью в жизни что-то изменится.  Что-то такое, чего уже не в силах буду остановить. Судьба совершила свой поворот. И теперь я должна была выбирать - снова мне прятаться в раковину из отчужденности и несчастий или становиться сильной, преодолевая все препятствия.
    
   Лекс.
    
   Лекс  уже выкуривал третью сигару за последние полчаса. Макса было жалко, Алису тем более, но показаться на глаза он ей пока не мог. Николя позвонил две минуты назад и сказал, что его невеста в полуобморочном состоянии. Так же в их разговоре мужчина упомянул Мерседес Змея, а это было более чем странно. Откуда там мог взяться его братец? И ещё красные "Феррари". Машина дала последний ключик к разгадке, но Принц не спешил с выводами. По своему опыту он знал, что пока не соберет больше неопровержимых доказательств, обвинение не желательно предъявлять. За такое могли и убрать без суда и следствия. Но одно не давало покоя - как ко всему этому может быть причастен брат? Лекс знал, что Змей был просто без ума от той дамы, которую Принц подозревал в покушениях. И хотя Ромка волочился за каждой юбкой, за этой красоткой он ухаживал особенно старательно и, если бы она не выбрала Лекса, у них вполне могли бы завязаться серьезные отношения.
   Мужчина потер глаза, потушил сигару в пепельнице и невесело взглянул на предоставленные отчеты.  После того, как заболела бухгалтер Маринка, дочка Николя, всю документацию пришлось вести ему. Больше такое важное дело он никому не мог доверить. Поэтому мужчине приходилось перебирать отчётные бумаги и вздыхать. Неожиданно позвонил телефон. Лекс взял слайдер и нахмурился. На экране высветился номер Павла.
   - Да?
   - Алекс, привет. Это Павел? Врач, который спас Алису.
   - Да, Паш. Конечно, помню. Что-то случилось?
   -Случилось, - тяжело вздохнули в трубке. - Знаешь Епифанову Анну Сергеевну?
   Сердце Лекса зашлось в самбе. Предчувствие чего-то страшного нахлынуло, оставив на языке горький привкус.
   - Конечно, знаю. Она жена моего друга. Погибшего друга, - с грустью добавил Лекс.
   - Епифанова Анна Сергеевна скончалась два часа назад от легочной тромбоэмболии. Она ввела себе воздух в вену, - врач на секунду замолчал. - И оставила записку.
   - Что там написано?
   - Секунду, - в рубке зашелестела бумага и Павел зачитал. - Никого и ни в чём не виню. Без Максима жить не хочу. Позаботьтесь о дочке.
   - А как же ребенок?
   - Девочка пока в отделении. Надо будет оформлять свидетельство о рождении. Жалко-то как. С младенчества сирота.
   - Нет, - рявкнул неожиданно Лекс. - Я сейчас приеду. Ничего без меня не предпринимайте.
    

***

    
   Я не помню, как мы доехали до дома. Туман застилал глаза. Мозг отказывался работать. Меня трясло и, кажется, поднялась температура. Сквозь бред я слышала какие-то голоса, зовущие меня, но раз за разом ниточки обрывались, едва я ступла на непрочный мостик связи. Раз за разом просматривала сцену аварии и не могла найти выход. НЕ могла предотвратить смерть. Изредка слышался спокойный голос, который почему-то напоминал мне Лекса. Но его не было, поэтому мне оставалось лишь плакать.
   Я очнулась на исходе второго дня. Комната была погружена в полумрак. Где-то на кухне разговаривала с дедушкой мама. Мяукала кошка. В углу, куда почти не падал свет,  спал в кресле человек. Я, не веря глазам, прошептала:
   - Саша, любимый.
   Мужчина вздрогнул и проснулся, подняв голову, и я тихо ойкнула. На меня грустными глазами смотрел Роман. Актер встал и подошёл ко мне, присев на край кровати. В его глазах плескалась такая мука, что я испугалась. Рука сама потянулась и ощутила щетину на его щеке. Рома казался сильно изможденным. Под глазами залегли тени, лицо осунулось, но он улыбался мне. Потом мягко дотронулся губами до лба.
   - Ты очнулась.
   - Дай попить, - я проглотила комок в горле, - пожалуйста.
   Мужчина кивнул и встал, чтобы налить стакан воды из графина на столике.
   - Есть хочешь? - обернулся он.
   - Нет, - я отвернулась. - Тошнит. Что случилось после...
   - У тебя был нервный срыв, - Роман с легкостью приподнял меня одной рукой, а другой поправил подушки, чтобы я могла сесть, затем подал стакан. Я сделала несколько осторожных глотков и закашлялась. - Осторожнее.
   - Спасибо, - поблагодарила я. - Извини, обычно я не такая...слабая.
   - Да ладно, - отмахнулся актер. - С кем не бывает. Я бы хотел с тобой кое о чем поговорить, если ты не против.
   - Если это касается нашей с тобой свадьбы, то я очень против, - моментально надулась я.
   - Нет, свадьбы не будет, - рассмеялся Роман. - Мне, конечно, очень жаль, но я ещё не самоубийца, чтобы переходить дорогу брату.
   Воспоминание пятое
  
   Лекс ворвался в гримерку неожиданно и в пылу прижал брата к стене, ухватив его за грудки.
   - Ты на кого думал лапу наложить, подлец? - прорычал авторитет.
   - Алек, ты чего? Отпусти! - прохрипел актер.
   - Ты мне скажи, на кой (цензура), ты поперся к моей невесте с предложением руки и сердца?
   - Какой невесте, Алек? Ты вообще о чем? - Роман с трудом оторвал руки брата от лацканов пиджака и усадил того в кресло около столика. - Тебе коньяку или виски?
   Актер открыл бар и вытащил оттуда две стопки.
   - Виски, - хмуро ответил Лекс. - Я, кстати, жду объяснений. Чего тебе понадобилось от Алисы? И зачем вся эта катавасия со свадьбой? Решил меня позлить? Или до сих пор дуешься на то, что я Лидку у тебя из-под носа увел?
   - АЛИСУ??? - округлил глаза актер. - Алису?
   - Да, Алису.
   - Этого просто не может быть, - находясь в полнейшем шоке от новости, рассмеялся Роман. - Может ты просто спутал?
   - Спутал? - прорычал Лекс. - Как тебе вот такое спутал?
   Мужчина расстегнул пару пуговиц на пальто и достал из внутреннего кармана фото, протянув его брату и затем с садистским удовлетворением наблюдая за сменой цвета его лица от ярко красного, словно помидор, до белого, как снег. Роман поднял глаза от фотографии и серьезно сказал:
   - Извини, я не знал, что она уже помолвлена. Вернее знал, - спутался он. - Просто не думал, что с тобой. Она же... Она же не в твоем вкусе!
   - Вкусы меняются. Ты заметил, на кого она похожа?
   - Вылитая тетя Ира, - мгновение спустя ответил актер. - А я даже поначалу и не обратил внимания. А дядя Кеша о ней знает?
   - Ещё бы ему не знать. Батя от неё просто в восторге, - фыркнул Лекс. - Ты мне лучше скажи, как тебя угораздило с ней свести знакомство?
   - Да никак собственно. Мне Марго позвонила и сказала, что у её подруги на примете есть девушка, подходящая по всем моим требованиям. Правда с возрастом кое-какие неполадки, - мужчина налил в стопки алкоголь и залпом осушил свою, подав вторую брату. Лекс отставил виски в сторону, ожидая продолжения рассказа.
   - Часом позже я уже сидел в кафешке, в которой Марго назначила встречу матери невесты. Пришла обычная тетка, не особо нарядная. Объяснила ситуацию. Мол девочка тихая, домашняя, учится на отлично. Но попала в плохую компанию. Поэтому она срочно ищет хорошего мужа для пристройства дитенка. Собственно все. Потом я её подвез, по дороге зашли в супермаркет, сладостей купили. Думал, что наткнусь на какую-нибудь очкастую затюканную девчонку в лучшем случае, а вышло вон как. Мда, знал бы где упасть, соломки б подстелил.
   - Значит всё это дело рук моей будущей тещи? Откуда ж она прознала о моей тайне? Не думаю, что Алиска могла разболтать, она не такая. Ума не приложу, откуда?
   - Может по ТВ, тебя не так давно показывали, что-то с устранением политика что ли? - предположил Роман, наливая себе ещё одну стопку коньяка.
   - Я уже проверил этот вариант. В то время, когда шли передачи, она была на работе.
   - Газеты?
   - Может быть, но маловероятно, насколько я знаю Марину Валентиновну, по рассказам Алисы, она не тот человек, который читает газеты.
   - Стоп, - вдруг осенило актера. - Марго говорила, что подругу зовут Ася. Я помню только одну Асю, с которой она дружила. Тимрюкову Настьку помнишь?
   - Смутно, - Лекс задумался. - Погоди, а это случаем не Белая Ворона?
   - Она самая, - стукнул кулаком по столу Роман. - Она же в ментовке следаком работала, а потом как Серегу её грохнули на задании, ушла оттуда и устроилась в какую-то фирмочку. Сейчас вспомню. "Радуга", да "Радуга". Она самая. Дизайн-студия, если я не ошибаюсь.
   Лекс усмехнулся.
   - А знаешь, я вот иногда поражаюсь, в кого ты такой догадливый. Тебе бы сыщиком работать, а не на сцене кривляться.
   - А я и не кривляюсь, - фыркнул актер. - Я играю. Может просто с твоей будущей тещей поговорить и объяснить ситуацию. Отбирать половинку я у тебя не собираюсь. Это подло.
   - Сам знаю, - буркнул Лекс. - Извини, что так с Лидой произошло.
   - Отстань, - отмахнулся Роман. - Она сама выбрала. Ты здесь совершенно не причем.

***

  
   - Потом мы поговорили с твоей мамой и все выяснилось, - Роман улыбнулся. - Она просто очень испугалась... за твое будущее.
   - Она, - я на секунду замолкла, опустив глаза, а потом вновь посмотрела на Романа, - она испугалась Саши?
   - Ну, - замялся мужчина, - да. Ты же знаешь он ведь не такой страшный и ужасный, каким другим видится. Обычно есть предрассудки...
   - Я понимаю. Он - Ночной принц, я - обычная школьница. Как мы смотримся в глазах других? Штепсель и Тарапунька, не иначе, - вздохнуло моё Высочество. - А Саша, он тут?
   Сердце замерло, пропустив удар, в ожидании ответа.
   - А как же, - улыбнулся Роман, - примчался через несколько часов после моего звонка, когда ты грохнулась в обморок прямо в машине. Сейчас разговаривает с твоими мамой и дедушкой.
   - Извини, - я отвела глаза, - я не хотела причинять тебе беспокойство.
   - Ты вообще сейчас о чем? - поднял бровь актер. - Алек, мне брат и всегда им останется. А ты вроде как сестра. Младшая.
   Роман снова улыбнулся и потрепал меня по голове каким-то отеческим жестом, но через мгновение убрал руку, словно испугавшись такой ласки с его стороны. Я невольно ухмыльнулась. Через несколько секунд дверь скрипнула, и мы синхронно обернулись. В проходе маячила мужская невысокая фигура.
   - Алиса Яковлевна, слава Богу, Вы очнулись, - раздался голос Елисея.
   Мужчина прошел в комнату, став на границе света и тени так, что одна его часть была ярко освещена луной, а другая скрывалась в темноте. Я передернулась, на ум сразу же пришло сравнение о двух ипостасях человека - светлой и темной. Однако, видя моё замешательство, Елисей улыбнулся и полностью вышел на освещенное пространство.
   - Может быть, включить свет? - спросил он. - Только давайте мы задернем шторы, а то фигуры в освещенном окне - прекрасная мишень для снайпера.
   - Кто о чем, а гном об эле, - вздохнула я, видя, как Елисей задергивает тяжелые ночные портьеры.
   - На то я и телохранитель, - буркнул Лис, не поворачивая головы. - Вы же первая скажете мне спасибо, когда я заслоню Вас от пули.
   - Ага, чтобы потом твое дохленькое тельце реанимировать? Вот уж нет. Давай обойдемся без самопожертвования и других ЧП. За прошедшие месяцы мне приключений на всю жизнь хватило, - попыталась пошутить я.
   - Знаете, Алиса Яковлевна, береженого Бог бережет, - серьезно ответил охранник, включая освещение в нишах на двухуровневом потолке. Комнату сразу же залил синеватый свет, словно от ночника.
   - А не береженого он ещё и ...- я задумалась, чем бы таким ему ответить, - в другие миры отправляет. Вот.
   - А там оборотни, вампиры, некроманты и вообще всякая иномирная живность, которая с удовольствие полакомится этим идиотом, - буркнул Роман.
   - Ну почему сразу же идиотом, - насупилась я.
   - А потому, - Елисей взглянул на меня и оседлал ближайший стул, - что в другие миры попадают либо совсем придурки, либо шизофреники. Алиса Яковлевна, давайте все-таки вернемся к насущным вещам и не будем отвлекаться на посторонние вопросы. С завтрашнего дня везде, где бы Вы не находились, с Вами будет три человека из охраны.
   - В туалет тоже со мной пойдёте или культурно подглядывать будете в щелочку дверки? - ни с того, ни с сего вспылила я. - У меня друг погиб спасая меня, а тебя Елисей рядом не было, и тебя мой несостоявшийся женишок тоже! Где же Вы все были? В баре с девочками развлекались? Или ещё где-нибудь? А, наверное, мир спасали от курения и алкоголизма?
   Я в конец разошлась и понесла такую муть, что ребята повесили головы, избегая смотреть мне в глаза. Как-то сгорбились и словно стали меньше и незаметнее. Я даже не увидела, когда дверь в комнату открылась, и в спальню вошел Лекс.
   - Алиса, прекрати сейчас же! - повысил голос он.
   Но я не собиралась.
   - Сволочь! - подушка ядром полетела в ошалевшего мужчину, врезаясь ему в бедро. - Урод! Тиран! Сатрап! Изверг!
   Слово - предмет, слово - предмет. Когда закончились подушки я вскочила и кинула в него лампу, потом, кажется, была пепельница, какая-то шкатулка, стаканчик с карандашами, две книги, ваза... Эта сцена повторится ещё несколько раз в моей жизни, потому что нервы не железные и не могут выдержать всей нагрузки. А значит изредка приходится устраивать такие скандалы.
   Лекс.
  
   - Все вон! - крикнул Лекс, медленно пробираясь к бушевавшей девушке. Когда все наконец-то вышли из комнаты, мужчина схватил беснующуюся невесту и повалил её на кровать.
   - Изверг, - замолотила Алиса кулачками у него по груди. - Чудовище. Ты во всем виноват. Во всем, что случилось! Он меня! Меня спасал! Понимаешь! Он! Спасал! Меня! Зачем ты послал его меня охранять? Уйди, видеть тебя не хочу!
   - Тшш, - успел перехватить кулачки девушки и прижать их к матрасу, держа одной рукой. - Алиса, запомни, Максим сам сделал свой выбор. Он погиб, защищая тебя. И если ты сейчас будешь тут биться в истерике, Макс пожалеет на том свете о своем решении. Его жертва будет напрасной.
   - У него ребенок, у него Аня, - вдруг разрыдалась девушка, сразу обмякнув в руках у Лекса. - Я им жизнь сломала.
   Мужчина смотрел на свою половинку, и ему хотелось выть от того, что он должен был сейчас сказать. Ну, нельзя же так, Алиса балансирует сейчас на такой тонкой грани, что новость может вызвать у неё сейчас ещё один шок и помутнение рассудка. Он знал это со слов Павла, который вчера приезжал осматривать её. Лекс был благодарен его жене Кэт, за то, что она смягчила гнев Марины Валентиновны и кое-как разрулила всю ситуацию, дав такое описание парня, что по её словам будущему мужу Алисы должен был завидовать сам принц Уэльский. Мужчина приподнялся и перевернулся на кровати, затем прижал Алису к себе. Девушка тихонечко скулила у него на плече. Сев с драгоценной ношей, он стал медленно гладить её волосы. Алиса что-то бормотала сквозь рыдания, но Лекс почти ничего не понимал, кроме имен. Из всего этого авторитет разобрал, что в случившемся Алиса видела только свою вину. Он прислушался к её словам и вдруг удивленно расширил глаза.
   - Золотце, какая именно машина сбила Максима?
   - Красная. Кажется Феррари. У неё лошадка на бампере была нарисована, - девушка подняла на любимого зеленые испуганные глаза. - Ты... ты знаешь чья это машина?
   - Нет, - покачал головой Лекс, нецензурно выругавшись про себя. Он прекрасно помнил, кому подарил сего четырехколесного коня.
   - Жаль, - Алиса вновь опустила голову ему на грудь и вздохнула. - Я бы все волосы повыдирала этой бабе и глаза выцарапала.
   - А с чего ты взяла, что это была женщина? - поперхнулся жених.
   - А машина такая, вроде женская, коняшка со стразиками, - девушка на секунду замолчала, - и ещё я уже садилась в неё.
   "Вот тебе бабушка и Юрьев день! - подумал Лекс. - Когда она уже успела?"
   - За рулем в прошлый раз сидела Аня или, по крайней мере, ее двойник. Я... я не знаю. Она меня тогда до автовокзала подвезла, когда я от тебя убегала. Ну, помнишь, после того как узнала, что ты применял ко мне гипноз.
   Лекс хмыкнул. Вся мозаика наконец-то собралась воедино. Теперь осталось пережить только похороны Епифановых, а потом он удушит эту стерву своими руками.
   -Ты нервничаешь? - вывел его из раздумий голос Алисы. - Что-то хочешь сказать?
   Девушка прищурилась, но мужчина всё-таки разглядел, что радужка стала темно-синей, почти как у него. Сейчас где-то там в глубине мелькали маленькие звездочки любви. Как же он не хотел её огорчать.
   - Дорогая, - Лекс запнулся, стараясь подобрать "правильные" слова, - понимаешь...
   - Не тяни кота за хвост, - надула губки невеста, - говори прямо. Я успокоилась.
   - Аня покончила собой, - выпалил Лекс. - Ну вот, сказал.
   Девушка отшатнулась от него. На глаза тут же навернулись слезы.
   -П...п...почему? - заикаясь, произнесла она.
   - Иногда любовь пересиливает все нити, привязывающие к жизни. Я вот, например, тоже не смогу без тебя, - на полном серьезе произнес Лекс.
   - Я тоже, - кивнула Алиса. - А как же их ребенок?
   - С их дочкой я всё устроил, - вздохнул мужчина, а потом с ослиным упрямством в глазах взглянул на замершую от такого невесту. - Алиса, поклянись мне, что если со мной что-то случится, ты никогда... слышишь, никогда не последуешь за мной за ту грань! Ты слышишь?
   Мужчина ухватился за плечи девушки и сильно встряхнул её. Голова девушки от такого обращения на мгновения запрокинулась назад, а потом вновь вернулась в исходное положение.
   - Хорошо, - проклацала она зубами. - Но ведь ты не уйдешь?
   В глазах Алисы отразилась боль и тут же радужку затопила яркая зелень, сменив синий цвет.
   -Куда ж я от тебя денусь, чудо ты мое ясноглазое, - Лекс улыбнулся и прижал хрупкое тело невесты к своей груди. Девушка немного поерзала, лучше устраиваясь у него на руках, и сладко засопела.
   Он подождал, пока дыхание Алисы выровняется, уложил её на постель, накрыв одеялом. Она сжалась в комочек и моментально сцапала его руку, подложив ладонь под щеку, вместо подушки. Мужчина вздохнул и обернулся, услышав шорох. В проходе стояла Марина Валентиновна и улыбалась уголками губ. В эту минуту Лекс понял, что их брак наконец-то благословили.

***

  
    - Дайте мне слово, молодой человек, что будете беречь мою внучку как зеницу ока, - пожилой мужчина с ясными голубыми глазами уставился на авторитета.
   - Слово чести, - кивнул Лекс, прижимая одну руку к сердцу, и склоняя голову.
   - Отец, - секундой позже взвыла Марина Валентиновна. - Ты разве не видишь - этот человек... он преступник, бандит, мафиози. Он испортит Алису, не даст ей спокойно жить, сделает ей ребенка и кинет. Как пить дать кинет. Я права?
   Женщина уперлась руками о стол, сверля недружелюбным взглядом Лекса.
   - Такого не будет, - отрицательно покачал головой мужчина. - Я люблю Алису и хочу от неё детей. Наших детей. И что-что, но своя семья для меня дороже всего на свете.
   - И что же ты не был здесь, когда у моей дочери случился нервный срыв? Ещё скажи, что не ты виноват в этом. Моя девочка бредила о какой-то красной машине, сбившей одного из твоих дружков. ТЫ! ВТЯНУЛ! МОЮ ДОЧЬ! В ВАШИ РАЗБОРКИ!
   - Я ни во что её не втягивал! Эта ситуация скоро разрешится. Успокойтесь, пожалуйста, Марина Валентиновна, - холодом в голосе Лекса можно было заморозить всю Россию.
   На несколько мгновений на кухне воцарилась тишина, в результате чего все услышали какой-то шум, доносящийся из спальни и срывающийся голос Алисы. Мужчины переглянулись, и Лекс направился в комнату, дабы узнать, в чем собственно дело. Было понятно, что Алиса уже проснулась, но почему кричит?
   Он в два шага добрался до двери комнаты и распахнул её. Взору мужчины предстала следующая картина: его невеста, полусидящая на постели и два понурившихся мужчины. Брат и телохранитель. Видя, что накал страстей уже не шуточный, Лекс вышел из тени и сурово одернул Алису.
   - Сволочь! - девушка переключила внимание на жениха, и он еле увернулся от подушки. - Урод! Тиран! Сатрап! Изверг!
   - За что? - попытался было возопить мужчина, однако вопрос пролетел мимо ушей любимой, за то в него полетела ваза.
   - Вот тебе! Вот тебе! За все! За Макса! За Аню! За все! - приговаривала невеста, то и дело швыряясь вещами. Пол тут и там усеивали осколки.
   А на следующий день были похороны. Меня подняли не свет ни заря. Одели, расчесали, умыли, покормили, сделали макияж и прическу. Очнулась я только в машине, когда дверь хлопнула и в салон сел Лекс, сразу же обняв меня за плечи. Сейчас я была одета довольно-таки строго, без каких либо украшений. Впереди и позади нас стояли машины. Обе с охранниками. За рулем сидел хмурый Елисей. Лекс взглянул на часы и дал отмашку бодигарду. Картеж тронулся.
   За два с половиной часа дороги мы не сказали ни слова друг другу, да и не нужны тут были слова. В воздухе витало горе, оно пронизывало каждую частичку моего тела, сжимало легкие, вызывало слезы... За окном мелькали укрытые снегом сосенки, чередовавшиеся с разлапистыми елями и тонкими, покрытыми инеем березками. Словно сказочное королевство обступало меня со всех сторон, но в этой сказке не было для меня места. Для роли Снежной Королевы я не годилась, а для Герды - пора моей наивности прошла, и этой героиней уже быть никак не могла. Я потерла переносицу, пытаясь собраться с мыслями, но они все разбежались и махали мне ручками, где-то на задворках сознания. В голове было до того пусто, что казалось если я ей потрясу, то раздастся звон.
   Мы приехали в церковь в пригороде Нижнего. Небольшая каменная часовенка, покрашенная светло-зеленой краской со стрельчатыми окнами. Рядом с ней были припаркованы джипы различных марок. В воротах стояло два охранника, которым Елисей три раза посигналил. Они распахнули кованые створки и впустили машины во двор.
   - Может быть, ты лучше посидишь в машине? - тихо спросил меня Лекс, перед тем, как открыть дверь.
   - Нет. Все нормально. Просто голова немного мутная. Наверное, переспала.
   - Ты побледнела. Может, передумаешь? - в глазах любимого сквозила тревога.
   - Я справлюсь. Просто жить не смогу дальше, если не попрощаюсь, - я грустно улыбнулась. - Всё-таки, что не говори, а Максим был мне другом. Какое-то короткое время.
   - Ты приняла? Поняла, почему он тебя защитил? - удивленно спросил Лекс.
   - Да. Он не мог поступить по-другому. Ему не позволила бы совесть.
   - Хорошо, но если будет сложно, - любимый взглянул на меня, - помни я рядом.
   Я кивнула, осторожно ступая на обледенелую дорожку. Лекс тут же прижал меня к себе, обняв за талию. Мы зашли в церковь, и разговоры моментально стихли. Около иконостаса на возвышении стояли два гроба. Мне безумно захотелось ещё теснее прижаться к замершему любимому. Казалось, что он тоже не был готов к такомувиду. Из толпы к нам вышла пожилая женщина лет шестидесяти, закутанная во все черное.
   - Саша!- прошептала она. - Саша, скажи, что это неправда! Я потеряла все. Все. Максим погиб, Анечки больше нет, внучка умерла. Я не знаю, как жить.
   Я вздрогнула и уставилась на Лекса. Любимый побледнел. Значит, они все умерли, все, включая дочку, которую так ждал Максим. И в этом виновата я. И правда, рядом с большими гробами стоял маленький беленький, увитый лилиями.
   - Галина Николаевна, - встряхнул Лекс женщину, - ещё не все потеряно. У вас есть Митя. Вы не забывайте о нём и его двойняшках. Да, они в Штатах, но от этого не меняется то, что Вы их бабушка.
   - Да, - словно болванчик кивнула старушка. - Бабушка. Но Максимка!
   Она подняла заплаканные глаза на Лекса и вздохнула. Смотреть на неё было жалко. Не сдержав своих эмоций, я обняла её.
   - Спасибо, большое спасибо вашему сыну, - прошептала я в порыве. - Если бы не Максим, то я бы здесь не стояла.
   - Так значит ты та девушка, которую спас мой сын?
   Мать Бродяги подняла на меня глаза. Бледно - голубые, как кубики льда, они словно рентген посветили меня насквозь. Я заворожено рассматривала смуглое красивое лицо. Иссиня-черные вьющиеся волосы, такого же цвета брови, нос с чуть заметной горбинкой, "гусиные лапки" веером расположившиеся в уголках глаз, маленькие морщинки вокруг рта, словно женщина не привыкла много улыбаться. Только холодные глаза выделялись на фоне остального. Меня словно током ударила, когда я поняла, кто передо мной. Цыганка. Что-то в последнее время больно часто я вижу представителей этого кочевого народа...
   - Да, - ответил Лекс.
   - Саша, можно я немного поговорю с твоей девушкой. О Максиме, - слез словно и не было. Старушка подобралась и стала сразу моложе лет на пять - семь.
   - Конечно, - мужчина уставился на меня, и я нехотя улыбнулась. И почему каждая цыганка так и норовит со мной поговорить? - Галина Николаевна, только недолго. Скоро конец прощания. А я хотел бы дать Алисе шанс поблагодарить Максима. Хотя бы посмертно.
   Она кивнула, цапнула меня за руку и потащила подальше от всех людей в угол, почти не освещаемый свечами и падающим из окон светом. В маленьком закоулке царил полумрак.
   - Вижу не зря мой сын пожертвовал собой ради тебя. Ты очень умная, смелая и расчетливая для своего возраста. Но при этом преданная и влюбленная. В тебе прекрасно сочетается то, что в остальных не может ужиться вместе. Ты можешь казаться холодной, как айсберг, но твоя стихия огонь. И поэтому ты балансируешь на грани. Всегда. Между разумом и безумством, между любовью и ненавистью, между счастьем и отчаянием, между жизнью и смертью. Если ты не найдешь выход, если ты не сможешь преодолеть себя, то замужество обернется горем, счастье - бедой, муж - извергом.
   Меня словно молния поразила. Да что они все зациклили, то мама, то Елизавета Андреевна, то сейчас вот мать Максима.
   - Спасибо за предупреждение, - поблагодарила я женщину. - Но я сама выберу свой путь. Это МОЯ жизнь.
   - Не ошибись, девочка. От твоего выбора зависят жизни.
   - Алиса, - сзади раздался голос Лекса, избавив меня от щекотливой ситуации, - там скоро закончится прощание. Пойдем.
   Лежащие в гробах муж с женой казались просто спящими. Чуть бледноватыми и только. Подойдя поближе, я с ужасом поняла какой они были красивой парой. Брюнет и эффектная тоненькая блондинка. Макс, как и при жизни, сейчас лежал в дорогом черном кашемировом костюме, Аня была одета в бежевое платье с короткими рукавами. Единственное, что напоминало о похоронах это белые церковные покрывала и со специальной полосочкой на лбу из бумаги, туда, куда надо было поцеловать.
   - А зачем очки? - я обернулась к Лексу, кивая на черный аксессуар, надетый на Максиме.
   - Гримеры решили, что так будет лучше, там, на глазах, вата положена, поэтому пришлось надеть очки, - шепотом объяснил мне жених.
   - Понятно, - кивнула я.
   Очередь постепенно приближалась. Кто-то просто клал цветы в гроб, говоря несколько слов, кто-то стоял по две-три минуты в чем-то объясняясь или просто прося за что-то прощения. В основном это были взрослые мужчины, но я заметила и двух женщин с маленькими детьми на руках, которые пришли попрощаться с Аней. Они минут пять стояли у гроба, держа за руку покойницу, и что-то сквозь слезы говорили ей. Одна то и дело вытирала свободной рукой катящиеся по щекам соленые капли. Потом они поцеловали Анюту в лоб и быстро затерялись в толпе.
   - Алиса, твоя очередь, - подтолкнул меня к гробу Максима Лекс.
   Я отвела глаза от Анюты и уставилась на мертвеца.
   - Максим, - прошептали губы, - прости меня. Прости, если сможешь. Была бы моя воля, я бы никогда не втравила тебя в это. Я забрала у тебя всё, ничего не дав взамен. Я правда не хотела. Ведь под ту машину должна была попасть я, а не ты. Прости... пожалуйста... и спи спокойно. Пусть земля тебе будет пухом.
   - Молодец. Все правильно сказала. С Аней прощаться будешь? Хотя уже времени не осталось.
   Лекс отвел меня в сторонку, когда сам коротко простился с Бродягой, сказав ему что-то типа: "Прощай, Брат! Пусть земля тебе будет пухом". Через пять минут похоронный кортеж уже тронулся на кладбище. Я смотрела в окно, вспоминая как мы разговаривали с Максом на балконе тогда, в первый мой вечер, как он, по рассказам Павла, домчал нас до больницы за считанные минуты, тем самым спася мне жизнь... А я вот не смогла отплатить ему тем же. НЕ сумела.
   - Не думай, просто отпусти, - вывел меня из прострации голос любимого.
   - Не могу. Он спас меня, а я не смогла сохранить ему жизнь. Это нечестно.
   - В нашей жизни мало что честно, малыш. И добро не всегда побеждает зло. Жизнь не сказка, а люди не боги. И повторю снова, не ты причина его смерти, а та, которая вела эту чертову "Ферарри".
   - Я поняла... но ПРИНЯТЬ сейчас это не могу. Пока не найдена та девушка, виноватой останусь я.
   На кладбище всё получилось как-то скомкано, все друг за другом бросили пригоршню земли в каждую из трех могил, потом ямы достаточно быстро засыпали, водрузили деревянные кресты (памятники, как мне сообщил Лекс, должны были поставить только завтра) и "украсили" холмики венками.
   - Ты не попрощалась с Анютой. Если хочешь, можешь сделать это сейчас, - шепнул мне Лекс, когда уже все стали расходиться по машинам, чтобы ехать на поминальный обед. - Я подожду тебя в машине, а Елисей покараулит тебя в сторонке.
   - Хорошо, - кивнула я, присаживаясь около небольшого холмика .
   Лекс отошел, и скоро я услышала, как хлопнула дверь машины, стоящей на подъездной дорожке к кладбищу.
   - Аня, прости меня за то, что я отобрала у тебя мужа. Если сможешь, то прости. Я найду убийцу, и он заплатит сполна за ваши жизни. И ещё, если бы твоя дочка осталась жива, мы бы с Лексом позаботились о ней так же, как ты бы заботилась о ней сама, - вдруг вырвалось у меня само собой. Я поправила венки и на прощание прошептала. - Спи спокойно, дорогая.
   К машине я шла на ватных ногах. Вот и все. Я никогда не увижу Максима, не услышу смеха Ани, когда-то развеселившего грустившую меня. Вспомнилось, как они пришли вместе. Тогда я ещё подозревала их обоих в покушениях на меня, поэтому старалась вести себя естественно и не давать узнать о моих подозрениях.
   Воспоминание шестое.
   Все уселись в кресла, а Анютка расположилась на диване, предварительно спросив меня, можно ли ей полулечь. Сидеть было неудобно - живот был слишком большим. Она несколько раз ойкнула, прежде чем занять удобное ей положение.
   - Что случилось? - спросила я, видя как кривится её личико.
   - Пихается. Видимо футболисткой будет. Ой, - она вновь вздохнула, - вот неугомонная.
   - А у вас девочка будет?
   - Да, - счастливо улыбнулся Максим, разливая в кружки сок. - Настасьей решили назвать. Настенька, Настюшка. Настасья - принеси нам счастье! Правда, котенок?
   Максим обернулся к супруге и обласкал её взглядом.
   - Правда, дорогой. Алис, а ты хочешь потрогать мой живот? Многие в твоем возрасте очень хотят сделать это, ведь пройдет несколько лет, и ты наверняка сама станешь мамой.
   Я подошла и села на пол около дивана, осторожно положила руку на живот Ани. Вдруг ни с того ни с сего изнутри что-то врезалось в нее, при этом перед моими глазами кожа приподнялась, обрисовав маленькую ступню. Я заворожено проследила, как Аня пощекотала ножку, и малыш счел за благо спрятать конечность.
   - Ну, как? - спросила девушка, смотря в мои ошалевшие глаза.
   - Класс! - выдохнула я.

***

  
   Мы уже сели в машину, когда я вновь обратила свое внимание на могилы. Около них, сгорбившись, стояла женщина в черном полушубке и шляпой с широкими полями на голове. Лекс что-то говорил мне, а я лишь заворожено наблюдала, как она, приподнимая вуаль, положила на могилу Ани белые розы, а потом выпрямилась. В полнейшем шоке я уставилась на копию жены Максима. Черточка к черточке. Я обернулась, чтобы позвать любимого. Когда мы оба взглянули на могилы, той женщины уже не было.
   - Наверное, призрак, - ошалело прошептали мои губы.
   - Призраков не бывает, - нахмурился жених.
    Через неделю после похорон.
    Прошла неделя после похорон. Я усердно училась, пытаясь забыть то, что произошло на кладбище, но в голову постоянно лезли дурные мысли. Что же я видела на погосте? Человек это был или дух?
   - Духи не положат на могилку белые розы, - сказала себе в субботу по окончании уроков, когда выходила во двор школы.
   Меня уже ждал привычный черный джип с Елисеем за рулем. Однако, на этот раз в салоне меня ждал что-то набиравший на ноутбуке Лекс. Он на мгновение оторвался от экрана, поцеловал меня в губы и опять углубился в печатание, изредка водя пальцем по тачпаду. Я заинтересованно поглядывала на него, но отвлекать не решалась. В конце концов, после получаса езды мне все это стало надоедать, и заглянула ему через плечо. Лекс тут же закрыл ноутбук, щелкнув меня по носу.
   - А вам не говорили, юная леди, что читать чужую переписку плохой тон? - голосом учителя проговорил мужчина.
   - А вам не говорили, молодой человек, что скрывать свою переписку от невесты ОЧЕНЬ плохой тон? - я расширила глаза и ехидно добавила. - А вдруг там у тебя интимная переписка с любовницей?
   - Мда, - рассмеялся Лекс, засовывая ноут в чехол, - с тобой мне никаких любовниц не надо. Мне одной тебя хватает по горло.
   Мужчина положил компьютер в специальный карман сзади водительского сиденья и потянулся ко мне:
   - Иди сюда, солнышко ты мое!
   - Угу, твое, - мурлыкнула , оказываясь у него в объятиях. - Мы не домой едем, я так поняла?
   И подняла глаза, встречаясь с его синей бездной. Он кивнул.
   - В "Чехарду".
   - А что мы забыли в детской кафешке? - я немного повернула голову набок, прищурив глаза. Эх, здесь было что-то нечисто.
   - Да просто. Захотелось вспомнить юность, - пожал плечами Лекс.
   "Чехарда" - кафе, которое пользовалось бешеной популярностью среди юных жителей НН. И там не подавали ничего крепче молочного коктейля, а покушать были только фруктовые салаты, различные пирожные и мороженое. Также в кафе находился бассейн с шариками и различные игрушки - в общем, самое то для малышей. Для мам на центральном столике лежали журналы по вязке, кройке и шитью, а также рецепты блюд и консервированию в домашних условиях. Это было одно из самых уютных кафе города, созданных для детей. Забыла ещё упомянуть про Тигру и Пятачка - двух актеров развлекающих на сцене посетителей. Да и цены были там вполне приемлемые.
   - Угу, скажи ещё детство, - фыркнула я.
   - Можно, если ты не против.
   - Я - то не против. Сколько нам ещё ехать? - я выглянула в окно, где за шоссе темнели талые сугробы с серыми кляксами грязи. На дворе стоял март.
   - Часа два, два с половиной. Поспи, наверное, ты устала? - жених погладил меня голове, что-то неразборчиво прошептав. Я улыбнулась.
   - Хорошо. Как скажешь.
   Лекс подвинулся, и я, умостившись на сиденье и использовав вместо подушки его колени, блаженно закрыла глаза.
   - Алиса, вставай, приехали, - разбудил меня голос любимого. Жених осторожно тряс меня за плечо.
   - Все-все. Я в норме. Встала. Секунду, - протерла глаза, рассматривая пейзаж за окном.
   Тихая улочка и кафе с вывеской "Чехарда" напротив. Я улыбнулась дизайнерскому решению: на каждой букве сидели, висели и даже лежали дети. Ну а что, очень подходит для детского кафе.
   Лекс уже открыл дверь и теперь подавал мне руку, чтобы помочь выйти из машины. Я положила ладошку в его протянутую конечность, и пальцы стальным обручем сомкнулись на моей лапке, вытягивая меня на улицу.
   В кафе у нас, оказывается, был заказан столик. Уже. И теперь мой жених целенаправленно вел меня к нему, находящемуся прямо напротив детской площадки. Он заказал у мигом подлетевшей официантки два виноградных сока и протянул мне меню, чтобы выбрать себе обед.
   - Будьте добры чизбургер и фруктовый салат с яблоками и бананами. А на десерт можно суфле "Экзотика", - продиктовала я.
   Лекс выбрал себе лишь салат и молча уставился на меня. Я занервничала.
   - Что-то не так? Тушь во время сна осыпалась или я карандаш нафиг стерла?
   - Нет, - покачал он головой. - Просто любуюсь.
   - Ааа, - глубокомысленно протянула я.
   - Алис, а как ты относишься к детям? - вдруг задал вопрос.
   - К детям? - я пожевала губу. - Вроде положительно, когда они не мешают учебе. Но вообще малышей люблю. Ты это к чему?
   - Да так, ни к чему, - пожал плечами Лекс, пряча глаза за стаканом с соком.
   - Понятно, - ответила я, а про себя добавила - Что ничего не понятно.
   Через час, когда я наевшаяся до отвала, сонно похлопывая глазками, отвалилась от стола, любимый предложил мне голосом змея-искусителя съездить к нам домой. Не придав значения этой интонации, удовлетворенно кивнула. Собственно в таком расслабленном состоянии меня можно было брать тепленькой... и делать со мной все что захочешь.
   - Поедем домой, - я даже не заметила, как Лекс оказался рядом, и теперь сидела у него на коленях.
   Нежное дыхание обожгло кожу, и это заставило меня безвольной куклой откинуться ему на грудь.
   - Поедем, - кивнула в ответ. После вкусного обеда хотелось только свернуться на нашей кровати под боком у Лекса и уснуть...а и не забыть позвонить маме.
   Любимый бросил несколько зеленых купюр на столик, явно превышающую сумму заказа, усадил вновь меня на стул, сам же оделся, набросил на меня куртку и подхватил на руки. Таким образом мы и вышли из кафе, а через полчаса езды уже были дома.
   Увидев ставшие родными стены, я потащила было Лекса на третий этаж, однако он остановил меня за две двери до нашей.
   - Ну, пойдем, я хочу в люлю!!! - заныла на такую несправедливость. - Видишь, я устала, меня вымотали уроки, потом ты меня накормил и теперь хочу СПАТЬ!
   - Тшш! - Лекс прижал палец к моим губам. - Не так громко! Разбудишь!
   - Кого? - нахмурилась я.
   - Пойдем, покажу.
   Жених открыл дверь, и я оказалась в абсолютно розовой комнате с морем мягких игрушек. Посередине стояла детская колыбелька с воздушным белым пологом и вертящейся каруселькой. Сон мигом слетел. Я осторожно ступая, чтобы не встать на очередную игрушку, добралась до кроватки. В ней спал младенец, одетый в белое платьишко. Светлые локоны разметались по простынке. В полнейшем восторге я замерла около колыбели.
   - Кто это? - шепотом спросила у подошедшего жениха.
   - Ребенок. Девочка.
   - Я понимаю, что ребенок, - малышка зашевелила ручками, и мне пришлось говорить тише. - Но что он делает в нашем доме?
   - Живет, - пожал плечами Лекс. - Уже дня четыре как.
   - А где его мама? Папа?
   - Здесь.
   - У тебя кто-то из охранников привел жену?
   - Нет. Алиса, дорогая, это НАШ ребенок.
   - НАШ??? - подавилась я криком. - Как наш?
   - Твой и мой. Помнишь, перед похоронами ты мне сказала, что если бы ребенок Максима был жив, ты бы позаботилась о нем.
   - Помню, - кивнула я.
   - Заботься.
   - Девочка Максима сейчас лежит в могиле, - прошипела в ответ. - Ты разве сам не помнишь?
   - Нет. Там лежит мертворожденный ребенок, а Настенька сейчас спит в этой колыбели. Теперь Настя твоя законная дочь.
   - Дочь, но почему?
   - За этим ребенком пошла бы охота, если бы я не предпринял кое-какие меры. И скорей всего сейчас она была бы уже мертва.
   - Но как, Лекс?
   - А вот как.
   Он вытащил из кармана пиджака свидетельство о рождении. В графе мать была написана я, а в графе отце стояла фамилия Лекса.
   - Алиса, познакомься, это - Воронцова Анастасия Александровна. Наша дочка.
   В шоке я уставилась на ребенка, а потом на лице расплылась блаженная улыбка.
  
  

Оценка: 2.00*3  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"