Холодная Елена Юрьевна: другие произведения.

Во имя князя

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Это произведение было написано еще в 2013 году, но выложить его я решилась только сейчас, когда великую Киевскую Русь словно звери раздирают на кусочки несколько групп людей, возомнивших себя выше Бога. Эта книга о нашем народе - о славянах. Эта книга об истории - о крещении Руси, об великом киевском князе Владимире Красном Солнышке, о былинных героях - трех богатырях, о том, что объединяет нас - о нашей крови. Эта книга о войне - о предназначении мужчины защищать, о том, как это ждать и надеяться. Эта книга о вере - о безграничной и несокрушимой - в свою страну, в своего лидера, в своего мужчину. Эта книга о выборе - неважно правильном или нет - той стороны, куда зовет тебя сердце. И конечно эта книга о любви, которой не страшны расстояния, преграды и условности. Любви, которая закаляет сердце и заставляет верить, что все будет хорошо.

  Мы все разные, как листочки на деревьях. Нас много, но Бог один. Но если мы
  будем жить в ненависти, в распрях, в ссорах и тело, и душу нашу бессмертную
  мы загубим сами. В единстве наша сила... и в любви.
  Ярослав. Тысячу лет назад.
  
  Много лет назад влюблены и любимы
  Зажигали свет и считали, что все
  Мы непобедимы, неповторимы....
  
  Серая ночь опускалась на Петербург. Вдали виднелись фонари Невского, а здесь же, в комнате единственным источником света был бра - висящий около рабочего стола. Его рассеянный свет выхватывал из темноты руку и половину лица парня, лежащего на огромной кровати. Он приподнялся, рассматривая меня, стоявшую около витражного окна в одном тонком полупрозрачном халатике.
  - Лена, ты замерзнешь, - мужчина похлопал рядом с собой второй рукой по простыне. - Иди в постель. Хватит переживать.
  Я передернула плечами, продолжая смотреть на завораживающие огни Невского. Спать не хотелось совсем. Рукой вытерла выступившие слезы, вдруг побежавшие по щекам. Ну, можно ведь что-то придумать, что-то найти. Я врач, в конце-то концов.
  - Я тоже врач и я смирился, - меня обняли любимые руки, надо же - сказала вслух давно грызшую душу фразу.
  - Ну почему ты отказываешься от лучевой терапии? Можно попробовать созвониться с Александром Максимовичем, можно попробовать химию. Егор, я не хочу тебя терять. Я люблю тебя, - слезы с новой силой брызнули из глаз. - Гор...
  Волос коснулся легкий поцелуй.
  - Моя Леночка, солнышко мое. Я не хочу остаток жизни провести растением, прикованным к кровати. Не хочу видеть обреченность или страх в твоих небесных глазах. Я хочу оставить тебе только приятные воспоминания. Например, такие - рука спустилась ниже и погладила мой живот. - Я хочу, чтобы здесь рос мой сын.
  - Но я не беременна, - в голосе было столько горечи, что я сама от себя такого не ожидала. Я знала, что он планирует ребенка, но пока попытки оканчивались неудачей.
  - При современном развитии техники - это не проблема - легкий холодок прошелся по шее от его поцелуев.
  - Муромцев Егор - прекрати. Я сейчас не хочу об этом говорить - ты выживешь, - я попыталась перевернуться в кольце рук, но мужчина не дал.- Я созвонилась с доктором Ким, в понедельник я улетаю в Москву, а потом в Киев. Она обещала познакомить меня с доктором Евгенией Знаменской - она изучает стволовые клетки, может быть мы вместе что-нибудь придумаем.
  - Что ты сказала? - любимый развернул теперь меня сам, и я встретилась взглядом с теплыми карими глазами на таком дорогом лице. - Почему я узнаю об этом последний? Это для этого ты брала у меня кровь? - от холода в его голосе, я опустила глаза в пол. - Посмотри на меня! Лена, отвечай мне. Что вы задумали с Мариной? Какой Киев? Ты вообще слышала, что там творится? Убийства, грабежи, мародерство. Ты с ума сошла ехать туда? Я тебя не отпущу.
  - Ничего мы не задумали, просто я не хочу терять время, может быть из стволовых клеток пуповины получится вырастить новую поджелудочную или обновить твою, - прокричала я, впадая уже в истерику. - Может быть, получится выделить раковые клетки и нарастить жизнеспособные новые. Мне наплевать, что там происходит, когда здесь я бесполезна. Если единственный способ встретиться со Знаменской - это полезть под пули, я готова.
  - Я НЕ ГОТОВ! - жених вдруг встряхнул меня за плечи, топнув ногой. - Моя Лена, это года исследований. У меня нет столько время, чтобы поддержать тебя. Мне надо жить сейчас. Ты сама видела результаты исследований. Полгода. И я хочу, чтобы эти полгода ты была со мной.
  Он тряхнул белоснежной гривой и хвостик рассыпался локонами. Светлые волосы отлично контрастировали с загорелой кожей.
  - Криогеника, кома, - все что угодно, чтобы продлить жизнь, - в ответ прокричала я, не сдерживая рыданий.
  - Милая, - Егор вдруг успокоился, провел рукой по моим волосам, пропуская пряди между пальцев, - ты хочешь превратить меня в спящую красавицу?
  - Ферменты в капельнице, ИК, ИВЛ. Можно попробовать отключить поджелудочную, кормить капельно, я не могу сдаться в начале пути, - я хотела обнять Егора, но тот отстранился и отпустил меня.
  - У меня есть кое-что для тебя, - он отошел к столу и открыл верхний ящик. Оттуда словно по волшебству выплыла черная коробочка. Дыхание моментально перехватило. - Извини, что сейчас, я поджидал удобного момента, но чувствуется его с такими настроениями не будет. Так что... - сказал он, становясь на одно колено. - Хватова Елена, ты будешь моей женой?
  Коробочка легкими щелчком открылась, и рассеянный от бра свет заиграл на гранях бриллианта.
  - Да, - закивала я, и теперь уже слезы счастья побежали ручейками по щекам, пока мой жених надевал мне на палец обручальное кольцо. И не надо было цветов, ужина или красивой одежды. Мне было приятней получить его сейчас, когда мы оба почти без одежды, за окном горят ночные огни, в гостиничном номере. Когда я могу коснуться его обнаженной груди щекой, а он провести рукой по моим почти ничем не прикрытым лопаткам.
  - Кажется, я повторяю судьбу своего предка, - прошептал он мне на ухо. - Я ведь тебе говорил, что некогда он женился тоже на непокорной женщине.
  - Я тебя люблю, - пробормотала я в его плечо, чувствуя, как жених подхватывает меня на руки. Кровать легко прогнулась, когда он положил меня на неё и все мысли вылетели из головы.
  ------------------------
  Мы познакомились три года назад - на одном из семинаров, где Егор Муромцев был приглашенным лектором. Он, известный хирург -трансплантолог изобрел новую методику пересадки печени с минимальными травмами и быстрым восстановлением после операции, а мы с Кариной, лучшие подруги, а так же коллеги, только что закончившие интернатуру по абдоминальной хирургии, пришли на лекцию узнать что-то новое, притом наш куратор через какие-то свои связи достал нам два билета. На мероприятии было много чего нового для юных докторов, но лекцию Гора я почти не слушала, в груди приятно заныло, сердце зашлось галопом, рука не могла даже поднять ручку, а вокруг словно выключили звуки. Остался лишь он - что-то рассказывавший по ходу презентации. Светлые, завязанные в короткий хвостик волосы, карие теплые глаза, добрая улыбка, волевой подбородок, спортивная фигура. Казалось, мужчина выплыл из давних забытых детских снов, где-то на грани сознания пришло узнавание, словно мы давно знаем друг друга. Он был старше меня почти на восемь лет, известной личностью, его имя не сходило со страниц светских хроник и медицинских журналов - наследник газовой корпорации, пожелавший стать врачом.
  - Ленка не пожирай его глазами, - ткнула меня в бок Карина, записывавшая особенно интересные моменты. - Тебя не так поймут.
  - Я не могу, Карин. Это выше моих сил, - прошептала я, ощущая себя полной дурой, но вспыхнувшее чувство туманило мозг не хуже наркотиков. Словно из другой жизни пришла картинка - доктор Муромцев, снимающий с меня странный красный наряд, деревянная комната, сундук с медной окантовкой в углу, уголок грубо сколоченного стола, свет, отбрасываемый свечой.
  - Ленка, не пугай меня. Ты словно под колесами, - встряхнула меня опять Каря. - Лекция закончилась.
  - Да, - и правда народ начал подниматься и уходить, лектор выключал проектор и собирал бумаги на столе. Я начала подниматься по лестнице наверх из зала, но каблук вдруг подвернулся и если бы не Гор, подхвативший меня в самый последний момент, я бы свернула себе шею.
  Так и завязался наш роман, сначала по переписке, а потом Гор два года назад нагрянувший в Москву, сказал , что не может жить без меня на другом конце света, а работал он тогда в Англии, и его родители дали разрешение открыть клинику здесь. Я была так счастлива, словно он мне тогда сделал предложение. И с тех пор мы не расставались больше чем на сутки. Он встречал меня с тортом, после успешной операции, или с бутылкой коньяка после провальной, он гладил меня по волосам, когда мне было плохо, и делил со мной радостные вести. Он всегда был рядом, даже если я хотела побыть одна. Но я была слишком жадная, и не замечала его бледности, потери аппетита, его улыбку сквозь слезы. Гор мне казался неприступной крепостью, пока совершенно случайно не обнаружилось страшное.
  Смотря результаты исследований, я не могла поверить - быть такого не может. У Гора, у моего Егора. Откуда? Рак поджелудочной железы, метастазы в лимфатические узлы и желудок, локальное поражение печени. 4 стадия - неоперабельная. Максимальный срок выживания - от трех месяцев до полугода. В первый раз я закрылась в ординаторской и проревела целую ночь, а бедный Егор, время от времени то скребся в дверь, то ругал меня, то ластился словами, а я смотрела на фотографию, сделанную во время визита в Лондон с ним, и бережно хранимую мной в бумажнике и не могла сдержать слез. Я сердилась на себя, на науку, которая не могла его спасти, на свое чертово призвание. Это было две недели назад. И вот на грани смерти он решил сделать мне предложение, и я приняла его. Безумец.
  ------
  Понедельник.
  Аэропорт был полон, люд гомонил, возросло количество полицейских, несколько человек рассержено обсуждали, что Киев блокировал их бизнес на Украине, пока они навещали родственников в России, другие сетовали на то, что отдых в Турции придется отложить, а группа молодежи увлеченно рассуждала о поездке в Крым. НО для нас двоих, обнявшихся в центре зала не существовало никого.
  - Я не хочу, чтобы ты летела, - Егор прижимал меня к себе, не давая поднять голову. Его голос дрожал - кажется он плакал, отпуская меня. - Мне очень страшно. У меня плохое предчувствие.
  Мы стояли в аэропорту - я в белом шелковом платье, а он в синем костюме, светлые волосы четко выделялись на фоне одежды, а бледность лица начала отдавать в голубизну.
  - Егор, пообещай мне, что как только я улечу, ты опять пойдешь в палату и ляжешь под капельницу, - я подняла голову и хотела дотронуться до его лба, но он перехватил мою руку. - У тебя ведь температура? Щеки красные.
  - Небольшая инфекция, - мужчина пожал плечами. - Ничего страшного, просто простыл.
  - Может... - начала я.
  - Не может, - отрезал он, отцепляя мою ладонь от своего запястья. - Пульс учащенный от волнения. Приеду домой - выпью амоксициллин, если ты так настаиваешь.
  - Мы точно что-нибудь придумаем с Мариной, вот увидишь, ты главное держись тут. Не сдавайся, слышишь? - я прижалась к его груди, слыша, как сильно бьется его сердце.
  - Я буду скучать, - прошептал он мне в волосы. - Возвращайся скорей.
  Вскоре объявили регистрацию и я, напоследок поцеловав жениха, пошла на посадку.
  В Москве меня встретила доктор Ким Марина. Это была кареглазая девушка с копной рыжих волос, одетая в брючный костюм персикового цвета, приветственно помахала мне рукой, держа карточку с моим именем - как будто бы я подругу не смогла узнать. После родов она немного поправилась - но все равно фигура у неё была выше всяких похвал.
  - Привет, - мы обнялись, стоило мне только выйти за ограждение. Её муж и мой жених были лучшими друзьями, оба закончили Кембридж, оба обожали футбол и оба были хирургами. А еще - наследниками крупных корпораций. Единственное, что их различало - страна рождения. Ким Гын Сок - был корейцем, что вышедшую за него замуж Марину ничуть не смущало, наоборот она любила Сеул так же, как и родную Москву, а родители мужа были от неё в полном восторге.
  - Добрый день, как прошел полет? Как Егор? - она улыбнулась сочувственно, видя как сразу потемнели мои глаза.
  - Долетела нормально. Гор держится. Я не унываю, - я заправила выпавшую из хвоста прядь за ухо, а Марина ахнула.
  - Он сделал тебе предложение? - не сдержалась подруга, хватая мою ладонь и рассматривая бриллиант на свет. - И что ты ответила? Кстати, что это? - она изумленно посмотрела на большую черную сумку, висящую на плече.
  - Конечно, да. Что я могла еще ответить? Как Гын Сок? Я видела его статью про лечение мелкоклеточного рака легких, потрясающая методика. А это, - я перешла на шепот, - гуманитарная помощь. Кажется, Гор засунул туда всю аптеку в клинике, я даже видела морфин и набор инструментов. Он думает, что на первом же блокпосту в нас стрелять будут. Совсем не слышит доводов разума.
  - Мужья они такие, переживательные, привыкай, - улыбнулась она, - Гын Сок тоже хорошо. Тут на неделю закрывался в лаборатории. Мне кажется, он доиграется в фармацевта. Если честно, Гым Сок все-таки хирург, а не химик. Так, начало через шесть часов, как раз успеем доехать. Ты, кстати обедала в самолете?
  - Нет, не хотелось, как-то,- ушла от ответа я и тут же сменила тему. - За шесть часов? Всего лишь? Как такое может быть?
  - Ок, заскочим тогда в ресторанчик. Ждать фуршета нет смысла. Тебе бы переодеться, - Мариша осмотрела меня сверху донизу придирчивым взглядом. - Обещали дождь. Я рассказала о тебе Жене. Она согласилась помочь. Правда Женька пластический хирург, как и я, и выращивание органов... Сама понимаешь. Не в этой Украине. На конференцию мы попадем инкогнито, она кстати не в самом Киеве, а в 20 километрах от него. Сейчас чартером до Симферополя, а на границе у Гын Сока свои люди. Кстати, на конференции будет Джон Белл.
  - Сам Белл? Мариша, как ты это устроила? - удивилась я, вспоминая знаменитого онколога, пожилого врача в очках в роговой оправе.
  - Это не я, - фыркнула подруга, - это твоя будущая свекровь. Вы кстати так и не рассказали госпоже Муромцевой о состоянии Егора? Мне кажется, она поддержала бы тебя в поисках лекарства или методах лечения. Белл приглашен как лектор - он будет рассказывать о том, стоит ли делать косметические операции после химиотерапии или во время ремиссии. Является ли это прямым противопоказанием или всего лишь косвенным. Насколько я помню, вы познакомились с мистером Беллом еще в Сеуле?
  - Да, нас познакомила твоя свекровь, когда мы с Егором приезжали вас навестить прошлым летом.
  Мы еще разговаривали о Егоре, о делах семьи Ким, о том, что в Шанхае открылся филиал нашей клиники, о расширении бизнеса и о том, что если мы поженимся, то после смерти Егора я стану единственной наследницей корпорации. В Симферополе нас встретило два молодых человека и проводила до границы, там нас без особых проволочек пустили за кордон. Дорога серой лентой ложилась под колеса иномарки и если бы не новости, можно было бы подумать что страна спокойна и тиха. На дорожных кустах перелетали с ветки на ветку птицы, где-то стрекотали кузнечики, на горизонте высились зеленые холмы - следов боев в обозримом пространстве видно не было. Дорога была пуста и тиха. Маришка включила музыку и мы на весь автомобиль подпевали "Мельнице", лившейся из динамиков.
  - Погоди, - вдруг подруга выключила музыку, прислушавшись, - у тебя телефон.
  - Точно! - я всплеснула руками, услышав знакомую мелодию. - У меня эта песня на Егоре стоит. Может что-то случилось? - я пошарила по карманам пиджака, накинутого на легкий топ (пришлось переодеться перед границей в одном из кафе), но телефона не обнаружила. - Черт, да где я его оставила?
  Динамик продолжал надрываться, а меня, если честно охватила легкая паника.
  - Посмотри в сумке, может туда засунула? - посоветовала подруга, как раз входя в поворот.
  Я отстегнула ремень безопасности, и перегнулась на на заднее сиденье, однако, стоило мне только коснуться ручки , как Мариша дико завизжала и последнее, что я увидела, огненный столб, в который вдруг превратился капот "Ниссана". Меня что-то толкнуло в грудь и я потеряла сознание от боли.
  - Егор? - где-то на грани сознания я слышала голос любимого, что-то объясняющего кому-то. - Гор, ты здесь? Что ты здесь делаешь? Здесь опасно, в машину попала граната.
  Губы пересохли и я еле смогла их разомкнуть.
  - Княгиня, она жива! Ангелица жива.
  Я открыла глаза, обозревая небольшой отряд хорошо вооруженных людей в доспехах. Наступали сумерки, и несколько факелов отбрасывало зловещие тени, освещая воинов.
  - Вы кто? - дышать было больно, словно меня выкинуло из окна. Хотя, может быть так и было. Машина же взорвалась. - Вы из Правого сектора? Да? Я врач, - я попыталась сесть, но дыхание тут же перехватило. Черт, наверное ребра сломаны. Стоило перевести дыхание. - Там мой супруг, - я подняла руку, показывая, откуда слышался голос Егора. - Он тоже врач. Мы хирурги, мы едем на конференцию в Киев. Или вы не из Правого сектора, а повстанцы в востока? Да, ведь недалеко Крым. Отпустите нас.
  - Воевода, - крикнул кто-то, - мы не понимаем, о чем она говорит.
  - Вы и не должны понимать, - послышался баритон Егора. - Она же Ангелица и говорит на ангельском.
  - Это русский, мы с мужем русские. Но мы любим Украину как братский народ. Мы же того. Киевская Русь и так далее...
  Перед глазами возникло лицо Егора, и я резко села, чуть не взвыв от боли, казалось, что тело лишь один сплошной синяк.
  - Гор, милый, ты звонил, потому что поехал за нами? Да? Машина взорвалась. Граната. Мариша была за рулем. Я не знаю, что с ней. Кажется, у меня сломаны ребра и я с трудом могу говорить. Где мы? Кто эти люди?
  - Ангелица, прости нас, что мы вызвали тебя с небес, не гневайся на нас и не проклинай нас. Нам нужна помощь.
  Гор вдруг склонился передо мной, встав на одно колено, вытащив меч и, опираясь на него, преклонил голову. Следом за ним так же поступили и остальные. Еще не совсем соображая, что к чему я обозревала коленопреклоненных мужчин.
  - Меня зовут Илья, сын Егора, из града Мурома по прозванию Муромец, - вдруг выдал Гор, не поднимая головы. - Я воевода дружины князя Владимира.
  - Меня зовут Алеша, Попов сын, из града Ясеня, по прозванию Попович, - раздался бас слева от Егора. В свете факелов было видно мало, но то, что парень гораздо моложе Егора было понятно. Голос еще ломался.
  - Меня зовут Добрыня, сын Никиты, по прозванию Никитич, - пробасили и справа. Лет сорока мужчина с темными волосами, вдруг приподнял голову и улыбнулся испуганной мне, по-доброму так, словно на мгновение показался лучик солнца посреди ночи. Я сначала сглотнула, а потом расхохоталась.
   В свете факелов не так много было видно, но то, что мы находимся на какой-то поляне, окруженной деревьями, было понятно. Я приподнялась еще, сморщившись от боли и мужчины тут же встревожились, заслышав мой стон сквозь зубы.
  - Егор, мне непонятен твой юмор... И эти люди, у них наверняка еще детство в одном месте гуляет.. - я привалилась к дереву, и опираясь руками на него начала подниматься. - Нам надо выйти на шоссе. Может Марина успела выпрыгнуть. Хотя вряд ли.
  Мужчины так и остались недвижимы, уставившись в траву, и тут я заметила еще одно лицо - маленькую женскую фигурку, сжавшуюся позади воинов в окружении факелов.
  - Мариша! - выдохнула я, не различив лица, но раз Егор был здесь, значит и Марина тоже должна быть, и похромала в сторону подруги. Воины не двигались, однако я спиной ощущала, как они следят взглядами за мной. Я склонилась над подругой и вдруг ясно различила лицо - передо мной стояла на коленях не Мариша Ким, а незнакомая девчушка, лет шестнадцати, с длинными распущенными русыми волосами, повязанными какой-то тряпкой и в длинной белой сорочке. Она испуганными глазами уставилась на меня. - Девочка, господи, да ты замерзла вся! Они тебя что, в заложниках держат? Сейчас я помогу.
  Я сняла с себя пиджак и набросила на дрожавшую незнакомку. В её глазах проскользнул ужас.
  - Ты хоть разговаривать умеешь? Как тебя зовут?
  - В-в-великая Княжна Ольга.
  - Оля, значит. А меня Лена, хотя Гор, мой парень, часто называет Аленкой. Жуткое имя, скажи? Ты-то здесь какими судьбами да еще в таком виде? Они тебя, что из постели вытащили? Как Кавказскую Пленницу? Ну же согревайся давай, а то околеешь, - я подула на её синие ладошки и начала потихоньку их растирать. - Ты долго здесь?
  - Я должна молиться три дня и три ночи, чтобы Отец Небесный услышал и спас моего мужа, Великого Князя, от погибели, ниспослав в этом священном месте своего Ангела, чтобы он залечил его раны.
  - То есть ты сидишь здесь трое суток на мокрой траве в одном положении и молишься? -происходящее с трудом укладывалось в моей голове. - Ты с дуба рухнула? Без детей остаться хочешь? Земля холодная, трава мокрая - воспаление только так подхватить можно, - я еще раз осмотрела её одеяние и огорченно вздохнула - и пневмонию. Вставай, давай, чудо княжеское.
  - Егор, помоги мне, - возопила я с третьей попытки поднять девочку, у той затекли ноги и никак не могли разогнуться и Ольга лишь тихо попискивала от боли. - Это кровоток нарушился. Он восстановится в течение нескольких минут. Ты говорила, у тебя муж заболел? - отвлекла я её вопросом, когда один из воинов рывком поставил её на ноги. Девушка охнула. - Потерпи, потерпи. Через несколько минут сможешь нормально ходить. Так что у тебя там с мужем произошло?
  - На нас напали разбойники, когда мы ехали в Киев. Князя ранили. Наш лекарь сказал, что не может ему помочь и посоветовал молиться. Воевода князя сказал, что люди говорят, что это священное место и в нем творятся чудеса, что леший не заморочит и Яга в лес не утащит, и что если молиться три дня и три ночи тут, то Небеса ответят и исполнят желание, - на глазах девушки выступили слезы.
  - Да, знаю я что здесь опасно. Правый сектор орудует. Фашисты, блин, недоделанные. А разбойники, эти что ли? - я кивнула на стоявших группой людей.
  - Нет, - замотала она головой, - это дружинники. Они защищали меня несколько часов, что я здесь провела.
  - А так значит ты здесь не трое суток, - с облегчением выдохнула я. - А чем ранили твоего мужа?
  - Отравленной стрелой.
  - Стрелой? - удивилась я. - А что США уже больше правому сектору оружие не предоставляет? Или у них деньги закончились? Или может быть Империя нанесла ответный удар?
  Я смотрела на её испуганные глаза и не видела ни капли понимания в них.
  - Ты что "Звездные войны" не смотрела? Да их по ТВ3 то и дело крутят, - Господи из какого такого села она вышла. - Ладно, сейчас тебе получше?
  - Да, - девушка кивнула, распрямляясь . Ух ты, да мы одного роста. - Так вы поможете нам?
  - А мою сумку случаем не спасли? - вдруг обернулась я, не видя в нескольких шагах оной. - И сколько я лежала без сознания?
  - Вы упали с небес в начале заката, - подошел к нам Егор, помогая девчушке опереться. Я аж закашлялась от ревности. - ЭЙ! Ты мой жених! Ты мне должен помогать, а не ей! Вообще не в какие ворота не лезет...
  Но Егор даже не обернулся, осторожно поддерживая девушку за локоть. Абзац просто, она еще и босиком - я смотрела на мелькающие пятки молоденькой красотки впереди меня, просто кипя от негодования и позабыв от боли.
  - Я вам помогу, вы наверняка устали с дороги - с неба и звезд путь долгий и падать больно, - меня осторожно подхватил на руки тот самый улыбающийся мужчина, и только сейчас я заметила висящую на его плече мою сумку. Я улыбнулась.
  Пускай эту красотку ведут под локоток, зато меня на руках таскают, как принцессу. Вот и пусть приревнует, мой рыцарь в сияющих доспехах.
  - Ой, а это у вас настоящая кольчуга? - я потрогала кольца холодного металла. - Так вы эти, реконструкторы, да? А вас, правда, зовут Добрыней? Какое красивое имя. И главное старинное. Наверняка ваши родители большие оригиналы, хотя, мою крестницу зовут Агафья, так что...
  - Эту кольчугу плел самый лучший кузнец Киев - града, - гордо ответил мужчина. - А мы, - он кивнул в сторону построившихся прямоугольником парней около нас, - дружинники Великого князя. Вы уже не впервые на это земле? Как мне вас величать, прекрасная Ангелица?
  - Около Киева? - я задумалась. - В первый раз. Ну раз вы говорите что я спустилась со звезд, тогда я - принцесса Лея с звезды Альдебаран.
  Что и этот не смотрел "Звездные Войны"? Из каких лесов они вышли? При упоминании моего имени человек сбился с шага и еще крепче прижал меня к себе.
  Я поерзала на руках, и он ослабил хватку. Нет, скорее ребра не сломаны - просто сильные ушибы. Не думала, что так легко отделаюсь. Прошло около двух минут, пока мы вышли на освещенную дорогу, по которой ехало несколько телег. Страх медленно накатил на меня.
  - Отпустите меня, - тихо попросила я.
  Луна вышла из-за туч, осветив петляющую тропинку, поросшую по краям травой и по ней лениво перебирая ногами двигалось несколько лошадей со всадниками, три телеги и несколько пеших людей, одетых во что-то наподобие мешковины с узелками за плечами.
  - Я попала в сказку, - с перепуга у меня вырвалось несколько смешков, похожих на рыдания. Воины, настоящие дружинники с мечами, одетые в кольчуги и кожаные доспехи. Они стояли полукругом около меня и девушки - княжны. - Богатыри, черт побери, БОГАТЫРИ! Иван Царевич и серый волк... Алеша Попович и Тугарин Змей... Да я только мультики видела! - невольно всплеснула руками я и обреченно застонала. - Не могла я попасть куда-нибудь в другое место, а?
  В отчаянии я затопала ногами, взлохматила распущенные волосы, запустив в них ладони и уставилась на виновника моего сюда прихода.
  - Это ты виноват! Ты посоветовал ей помолиться! Помолились? Отлично! Просто прекрасно! Я непонятно где, непонятно с кем, в какой-то чертовой сказке. А ведь сказки были самой нелюбимой моей темой, я даже в детстве ужастики больше любила. А тут богатыри. Васнецов бы подавился от зависти и перевернулся в гробу.
  - Мы должны поспешить! - Представившийся Ильей Муромцем парень подошел ко мне и встряхнул.
  - Илья, - вдруг положил ему на плечо руку Добрыня, - с ней так нельзя. Она принцесса на звездах. Ты хочешь прогневить Небеса?
  - Вот видишь, я принцесса, - фыркнула я, поднимая голову. - Лицо неприкосновенное. Так-то!
  И наплевав на руку, предложенную Добрыней я начала подниматься на пригорок вслед за развернувшимся спиной главой богатырей, но под шпильку вдруг попался камень, я оступилась и начала заваливаться назад, но секундой раньше Илья развернулся, и в итоге я прижалась к его груди, не успев даже толком испугаться.
  - Осторожнее, принцесса, - он поставил меня твердо на ноги, убедившись, что я не шатаюсь. - Алешка, отвечаешь за княгиню. - Илья посмотрел назад, и как только рядом с монаршей персоной встал названый богатырь, обернулся ко мне. - Пошлите, - меня взяли за руку, и потянули по дороге. Шли мы недолго, минут десять, но за это время я успела качественно натереть ноги из-за мелкого песка и камней - встречавшихся то там, то тут и норовивших залезть под ноги. Раз в две минуты меня подхватывал богатырь и пытался хоть как-то облегчить мне подъем. То, что я прокляла свои шпильки, было и так понятно. Хотя туфельки от Гуччи тоже было жаль. Это был подарок Гора на нашу годовщину, как и медальон, болтавшийся на моей шее, с его фотографией.
  Мы остановились около постоялого двора и я уж думала, что куда-то свернем, однако группа рассредоточилась и внутрь прошли только четверо - я, трое богатырей и княгиня, остальные разбрелись, видимо по постам. Стоило нам только зайти, как разговор стих, таверна тоже была набита такими же воинами, - а люди встали, приветствуя лидера. Я как-то была на представлении реконструкторов, и их старинный бар глубоко отличался от этого нечто. Здесь пахло алкоголем, травами и едой, однако к этим ароматам примешивался еще один, какой-то мускусный, не особо для меня приятный. Он лез в нос, оседал на одежде, словно пепел, впитывался в волосы, и я чихнула не выдержав. Дружина была большой - по моим прикидкам человек двести не меньше. Прежде чем зайти в корчму, Илья снял с себя плащ и накинул на меня, надернув на голову капюшон. Тоже самое сделал и Алеша Попович с княгиней. Мы так и прошли с ней, в окружении трех богатырей. Поднялись по деревянной скрипящей лестнице наверх. Я видела заинтересованные взгляды дружинников, но стоило Илье только обернуться на подчиненных, как все занялись делом.
  Интересно, это они его так уважают или бояться?
  Передо мной и княгиней открыли дубовую дверь. Я увидела сидящего около больного мужчину в синих одеждах, он изредка промакивал лоб мечущегося в бреду человека. Доктор обернулся на нас, и я скинула капюшон - каштановые волосы волнами рассыпались по плечам.
  - Княгиня, вы вымолили помощь у Бога? - неверяще спросил он, осматривая меня. - Она Ангел?
  Значит сработало?
  - Я в первую очередь врач, - я развязала веревочки на шее, удерживавшие плащ и скинула на руки Илье, - а дальше все остальные титулы идут. Что у вас тут произошло?
  Я подошла к кровати и увидела, что на ней метался совсем молоденький парень - лет двадцати пяти, почти мой ровесник. Русые волосы спутались, веки закрыты, губы высохли и в бреду он постоянно просил пить. Он был невысокого роста, где-то около метра семидесяти, сухощавый. Стрелу не вытащили, лишь обломили оперение, оставив наконечник торчать из груди.
  - Мы вытащим стрелу, - подошел Илья, видя, что я осторожно качаю древко из стороны в сторону, плотно ли сидит.
  - Не надо, - тут же отодвинула я его от постели. Края раны были рваными, прилегающие ткани уже начали некротизировать, видимо в неё попала инфекция. Доктор помог мне перевернуть его на бок, и я смогла осмотреть спину. Ничего нового тут не было. - Мне нужна моя сумка, - я обернулась к Добрыне и тут же получила желаемое. - У него есть запасная одежда? Эту придется разрезать, чтобы не потревожить стрелу. Еще пострадавшие есть? И сколько?
  - Еще ранено пять воинов, их уже готовят к последнему пути, - коротко ответил Добрыня.
  - Рана тут не тяжелая, но ему нужна операция и антитоксин. Кажется это какой-то растительный яд, наподобие наперстянки. В принципе, у меня есть что-то наподобие противоядия, должно подействовать. Если его ранили несколько часов назад и он до сих пор не умер, значит убийцы налажали, доза не смертельная. А вот к тем ребятам отставить готовиться к похоронам. После князя я посмотрю их. Можно?
  На лице у богатырей проступило удивление, но Илья кивнул.
  - Это хорошо, - я открыла сумку и вытащила тонометр, упаковку ампициллина и баночку с нурофеном, следом на свет появилась закрытая пачка перчаток - ух ты, а Егор не поскупился дал мне самую большую на одну тысячу штук - такая же большая упаковка салфеток и одноразовых масок, бутылка физраствора, коробка широких бинтов и наконец хирургические инструменты. А Гор умничка - это ж надо столько капрона с кенгутом запихать - аж три пачки того и того. Тут хватит всю армию Киевской Руси не по одному разу заштопать. Жених умудрился по расширяшимся кармашкам еще и антисептика насовать, в том числе и который надо разводить. Следом на стол вылез тот самый серебристый стетоскоп, подаренной мной Егору на нашу годовщину и три градусника - два электронных и один ртутный. Все в упаковках. Наша аптека лишилась половины товара, видимо. Я увидела запакованную красную коробку - вот и антитоксины. Надеюсь, я не ошиблась с ядом.
  - Отлично, - я вновь обратила внимание на замершего поотдаль Илью, облокотившегося на стену и из подлобья наблюдавшего за моими действиями, подошла к нему, захватив с собой нурофен и ампициллин. - Протяни руку.
  - Зачем? - недоверчиво спросил он.
  - Протяни руку и не задавай глупых вопросов, - я поочередно выдавила по пять таблеток того и другого лекарства ему на ладонь. - Раздашь это раненым. По одной белой таблетке и по одной красной. Давайте им больше пить, а так же вскипятите воду и приготовьте побольше чистой ткани.
  - Для Князя? - вновь ступил он.
  - Я же сказала не задавать глупых вопросов. Просто сделайте так, как я сказала. Принесите сюда побольше свечей - мне нужно много света.
  Я поковырялась еще в сумке, попутно обнаружив брошенное туда платье, и достав ножницы. В бытность хирургом я видела много травм, иногда подменяла травматолога, иногда торакального - в клинике не хватало специализированных кадров, а еще мы взяли соцобеспечение и были обязаны принимать до семи тяжелых скорых в сутки. Ваня Багров, недавно пришедший к нам реаниматолог, тоже работал, как и мы с Егором, на износ. Иногда, приходя после тяжелой смены в квартиру, я успевала скинуть одежду и дойти до дивана, где и засыпала, даже не поужинав. Сквозь сон я чувствовала руки Егора, который в такие моменты сам раздевал меня и осторожно, боясь разбудить, переносил на постель, иногда мы менялись ролями. Правда Егор сразу падал на кровать - с дивана я со своей хрупкой комплекцией его бы не донесла. На первых порах он удивлялся - как я могла стать хирургом - тельце худенькое, ростик маленький, ладошки крошечные - в таких только букетики держать, а не скальпель, а потом перестал, сказал, что если бы я стала кем-то другим, он был бы разочарован.
  - Так давайте осторожно снимем одежду, - я разрезала ткань на несколько полос, и осталось только отделить те, которые присохли к ране. Обильно полив физраствором неподдающиеся участки, я стала аккуратно срезать прилипшие кусочки. - Нужно будет вскрыть грудную клетку, иссечь некротизированные участки тканей и определить, что повреждено, потом ушить повреждения, мелкие и крупные сосуды. Скорей всего, пока стрела сдерживает кровотечение, оно не такое обильное, но я могу предположить, что повреждено легкое, видите кровь пузырится в уголках губ. Как вас зовут?
  - Доктор Ким, - ответил коллега, я в удивлении подняла глаза. И правда, сейчас, когда принесли свечи и стало видно намного больше я смогла рассмотреть молодого высокого мужчину, чем-то похожего на Гын Сока, явно азиатской наружности.
  - А как вы здесь оказались? - невольно сорвался с губ вопрос, прежде чем я успела подумать, уместен ли он.
  - Я был странником, пока не встретил князя. Вас же тоже выбросило из двадцатого века? Я прав? А не с небес, - еще больше шокировал он меня. Я взяла со столика стетоскоп и так и осталась стоять, смотря на него. Значит, я не одна тут такая? Но. Может быть...
  - Из какого вы года? - вновь спросила я,
  - Из 1995. А Вы?
  - Из 2014, - я ахнула, быстро сложив два плюс два. - Вы случаем не реаниматолог?
  - Откуда вы знаете? - теперь уже пришла очередь удивляться доктору Киму.
  - Вы Ким Тан, основатель Ким Хелс Инкорпорэйтед? У вас два сына Гын Сок и Хён Джун? - выложила на духу я, немного даже боясь ответа.
  - Да, но откуда... Вы знаете мою семью? - он подался вперед. - Вы из Кореи? Но непохожи...
  - Нет, я не из Кореи, - открестилась я и подала ему сумку с тонометром. - Мой жених и Гын Сок лучшие друзья, а еще Гын Сок муж моей подруги. Кстати, у вас в прошлом году родилась очаровательная внучка. Её русское имя - Агафья. Я её крестная. А по корейски её зовут - Ким Мин А.
  - Внучка, - ошарашенно сел он на стул. - Невестка. Я так много пропустил. Я не смог попасть обратно через портал, сколько бы не пытался, тумана не было.
  - Доктор Ким, давайте сначала поможем князю, а потом я покажу вам фотографию вашей семьи и моей. Мы фотографировались на крещении Агаши все вместе. Кстати, это вы не дали вытащить стрелу?
  - Да, - он кивнул, - побоялся обильного кровотечения.
  - Правильно побоялись. Но почему сразу не разрезали грудную клетку? - недовольно спросила я. - Могли бы обойтись и без меня.
  - Как вы это представляете без инструментов? В этом мире я мало, что могу сделать, - он снял стетоскоп, - Давление 180 на 120. Тахикардия. Вы правы были - это какой-то растительный яд.
  - Нам по истории медицины что-то в академии рассказывали про яды на Киевской Руси. Кажется, стрелы смазывали наперстянкой, - я закрыла глаза, пытаясь вспомнить. - Черт, ничего другого в голову не приходит. У меня есть антитоксин при передозировке сердечных препаратов, попробуем его, если я не ошибаюсь, этот яд в первую очередь влияет на сердечную мышцу. Тут нет ни гемодиализа, ни мониторов. Жуткий мир. Пользуйтесь.
  Я протянула ему коробки с масками и перчатками.
  - Я смотрю, вы хорошо упаковались, прихватив с собой аптеку, - пошутил коллега, пока я вводила антитоксин в вену, ставила капельницу с Рингером и вводила наркоз.
  - Это не я, это мой жених. Он сейчас в Питере, наверняка беспокоится обо мне. Егор говорил, что у него плохое предчуствие. Не ошибся, как видите, - я повесила капельницу на столбик кровати и надела перчатки, полив их антисептиком. - Давайте начинать.
  Я сначала иссекла почерневшие ткани около стрелы, обнажив мышцу. Доктор Ким пока собирал кровь чистой тканью.
  - Я сделаю косой разрез, для лучшего доступа, похоже повреждена средняя треть легкого, пережмем где можем сосуды и наложим лигатуры, потом все ушьем, главное не допустить обширного кровотечения. Как Егор умудрился еще и межреберный расширитель вместе с крючками впихнуть? Потом извлечем стрелу и опять иссечем, где есть некроз.
  - Я согласен, - кивнул доктор Ким, - хороший план. Может у вас где-нибудь еще и ИВЛ завалялось?
  - Если будут проблемы с дыханием, сделаем трахеостомию.
  - Но можем и сейчас заинтубировать,
  - Не вижу смысла. Правая половина при дыхании отстает, но ушьем легкое, вынем стрелу и все придет в норму. Мне пока нужны руки, которые будут вместо отсоса.
  Мы закончили через три часа, совершенно вымотанная я, и еще улыбавшийся доктор Ким. Стрела, несколько кусочков мышц и легкого лежали на тарелке, как остатки после.
  - Хорошая работа, - похвалила я коллегу.
  - Вы тоже постарались, - кинул мне он, помогая мне перевязывать грудную клетку князя. Несколько дружинников, в том числе и Илья сидели в углу, наблюдая за нашими действиями. Богатырь хмуро смотрел, как мы переговариваемся с доктором Кимом, иногда смеясь. Впереди предстояло еще много работы.
  Единственный вопрос, который задал Илья, едва я отошла от кровати князя:
  - Он жив?
  - Да. Противоядие подействовало. Как только он очнется - я поставлю ему капельницу с диуретиком. Нужно помочь организму очиститься от остатков. Это, - я кивнула на тарелку с стрелой, - сожгите. А саму плошку окуните в кипяток - я не знаю, остался ли яд на стреле, но лучше не рисковать. Князь очнется в течение суток, как только отойдет от наркоза, - я сняла перчатки, бросив их тоже в тарелку, снова взлохматив волосы рукою, - можете посидеть около него. И приведите сюда ту девушку. Она ведь его жена?
  - Вы имеете в виду княжну?
  - Да. Когда он придет в себя, ему будет приятно увидеть родное лицо, - я обернулась к доктору Киму. - Давайте продолжать.
  - Вы очень хорошо обучены, - начал доктор, когда мы спускались по лестнице. - Я впервые в этом мире вижу, чтобы так быстро и искусно врачевали такие раны. Где вы учились?
  - В первом медицинском в Москве. А на счет ран - иногда и похуже лечить приходится, - отмахнулась я. - Видели бы вы меня при лапаротомии. Но как вы попали сюда? Ваш самолет вылетал из Сеула в Москву. Ни вас, ни команду так и не нашли - словно вы испарились. Гын Сок до сих пор не любит вспоминать об этом . А Хен Джун...
  - Он ведь почти не помнит меня, ему было около пяти. Как И Нок? Снова вышла замуж? - спросил с грустью он.
  - Нет. Она посвятила себя сыновьям. Гын Сок окончил Кембридж и стал хирургом. Я недавно читала его статью про лечение мелкоклеточного рака легких. Ремиссия в 87 процентах случаях, представляете? Хен Джун учится на актерском факультете, он очень популярен среди девушек, - рассмеялась я, видя расширившиеся глаза доктора Кима. - Нет, на самом деле. У него куча фанаток. Он снялся уже в двух дорамах. А Гын Сок женился на Марине Уфимченко, он встретился с ней в Красном Кресте и уже пять лет они не разлучны. А на самом деле, - я положила руку на плечо доктора, - вас все еще ждет ваша жена. Она так и не поверила в вашу смерть.
  - Так значит, она все еще ждет меня?
  - Да, - кивнула я. - И вырастила сыновей на вашем примере. И даже несколько клиник за эти годы купила.
  Этот день был удачен для лапаротомии, двум из пяти воинов она понадобилась, один умер до нашего прихода, а еще одному юнцу, на вскидку, я дала ему не больше пятнадцати, пришлось делать торакатомию, а потом переходить на лапаротомию - меч задел легкое, повредил селезенку и кишечник.
  - После таких ранений ревизия самое то, главное ничего не упустить - давала пояснения я, пока доктор, словно интерн держал крючки. - Зажим, - еще один дружинник, кажется, именно он назвался Алешей Поповичем, вызвался нам помогать, я показала ему какие инструменты мне нужны и как они называются. Благо соображал он быстро. - Селезенка почти напополам, черт. И кишки сантиметров сорок придется удалить.
  До критического меня вызвали к князю - раствор закончился, надо было менять банку. Княгиня сидела тут же, держа его вторую руку, закрыв глаза, и что-то умильно шептала ему. По щеке девушки катились одна за другой крупные слезы. Илья тоже был тут - развалившись на полу, он спал. Теперь понятно в кого пошел Егор, фамилия Муромцев давала о себе знать, - жених тоже говорил, что во время интернатуры мог спать где угодно и как угодно. Я переставила новый раствор и коснулась плеча Ольги:
  - Вам тоже нужно отдохнуть. Поспите хотя бы часа два - три. Критическое состояние пройдено. Теперь осталось ждать, когда он проснется, - но хрупкая княгиня лишь покачала головой, а я нахмурилась. - Если вы сами не уснете, я уколю вам снотворное. Вы измотаны дорогой и еле держитесь на ногах.
  - Вы тоже Ангел устали, - прошептала она. - Почему же вы не идете спать? Или дети Бога не спят?
  - У меня еще два пациента в критическом состоянии, а жизни князя ничего не угрожает. Так что спите, или я дам вам снотворное. Не хочу, чтобы в полку больных стало на одного больше, - я еще раз тронула её за плечо и улыбнулась.
  Когда я подняла глаза от печально улыбавшейся мне княгини, воевода уже сидел и внимательно наблюдал за нами.
  - Если она не уснет в течение часа, - прошептала я одними губами, - пошли за мной кого-нибудь.
  Он кивнул в знак того, что понял меня.
  После того, как мы закончили с критическим пациентом, сверху так гаркнули, что я аж подпрыгнула от неожиданности - пока шли операции люди в таверне переговаривались шепотом. Я вскинулась, положила инструменты на столик и укоризненно посмотрела на вмиг притихшего воина. Это он меня так позвал по приказу воеводы.
  Вновь зайдя в комнату, я не увидела изменений, княгиня так и не спала, держа в руках ладошку супруга. Капельница кончилась, и я удалила иглу из вены. Померила давление, прощупала пульс. Да даже по здоровому румянцу на щеках было видно, что он идет на поправку. Температура тоже была в норме - Её Высочество вздрогнула от писка градусника.
  - Обнажите плечо, я уколю вам снотворное, Ваше Высочество. Вы обещали мне уснуть, но так и сидите. Вы должны поспать, иначе завтра тоже потеряете сознание.
  С тяжким вздохом, она приспустила ворот сорочки, той самой, в которой она была на поляне, и тихо ахнула, когда игла вошла в мышцу.
  - Кажется, вы очаровали всех, даже мою охрану, - улыбнулась она, зевнув, - раз даже неприступный воевода слушается вас как ребенок.
  - Меня слушается даже мой собственный жених, - пояснила я, с грустью кинув мимолетный взгляд на Илью, точившего в углу меч.
  - Так вы помол... - она не договорила, лишь зевнула и погрузилась в сон. Я осторожно подхватила ее и укрыла еще одним одеялом, принесенным Добрыней. Руку мужа она так и не отпустила.
  - Она проспит часа два-три, может четыре, - пояснила я хмурящемуся богатырю. - Я ввела небольшую дозу. Ей нужен хотя бы краткосрочный отдых.
  - Вы тоже устали, - сказал он вдруг грустно, осматривая меня, пока я вытирала пот со лба. - Спасибо вам за моих людей. Доктор Ким говорил, что они не выживут.
  - Для парня, которого почти пополам разрубили критические 12 часов, для остальных где-то 6-8. У меня еще один пациент из ваших людей и есть к вам просьба. Вы могли бы организовать мне комнату поближе к этой, или напротив?
  - Комната напротив уже готова. Вас будут охранять двое дружинников.
  - Хорошо, - коротко ответила я, уже закрывая за собой дверь.
  Последний пациент отделался лишь сотрясением, кучей ссадин и синяками. Единственную глубокую рану на лодыжке я зашила, сделала ему укол антибиотика и снотворное.
  - Отличная работа доктор Ким. И тебе большое спасибо, - я улыбнулась сияющему парнишке, и он тот час смутился, заалев, как мак.- Ты тут будешь дежурить? Разбудишь меня, если что-то пойдет не так.
  - Я тоже побуду здесь, - кивнул коллега, но я покачала головой.- Вы тоже должны отдохнуть. Усталый хирург хуже патологоанатома.
  - Что?
  - От вас мало толку, если вы без сил. Лучше поспать несколько часов.
  Я смутно помню, как дошла до комнаты, а вот грохнулась на кровать, даже не раздеваясь. Недосып, волнения за Юла и сегодняшний аврал сделали свое дело - спала я глубоко и без сновидений.
  -----------------------------------------------
  Я проснулась от запаха еды, доносившегося до меня. Опять готовит Егор - сквозь сон пришло понимание. Что же я за жена такая буду, не могу встать раньше мужа. И сон странный такой приснился - об Киевской Руси. Наверное, это все в результате его рассказов про предка, и просмотров исторических сериалов и дорам.
  - Ангел, - донесся знакомый голос.
  - Гор, еще минуту. Я знаю, что сегодня моя смена, - я зарылась лицом в подушку. - Милый, мне приснился такой странный сон, что я ездила в Киев и очутилась в Киевской Руси, - не открывая глаз прошептала я. - Надо завязывать с дорамами по вечерам.
  - Принцесса, - еще раз произнес Гор.
  Я открыла глаза, в сонной дымке увидев Гора в необычной для него серой рубашке. Он стоял на коленях около кровати и я, не удержавшись, провела рукой по его щеке.
  - С добрым утром, дорогой, - но мужчина странно отшатнулся, то ли от слов, то ли от прикосновения и туман в голове рассеялся, и вместо жениха передо мной был воин из Киевской Руси. - Этого не может быть.
  Я отскочила назад как дикая кошка и чуть не упала с дощатого настила. Реакция воина не подвела. За секунду до падения, он успел ухватить меня за запястье.
  - Принцесса, вы просили разбудить, если ребята придут в себя, - сказал он, придерживая меня за руку.
  - Черт, надо проснуться, - я выдернула руку из его ладони и взлохматила волосы. - Может мы вчера вместе с Мариной перепили? И я крепко сплю. А Егор в Питере. Черт, я ничего не помню кроме этого дурацкого сна. Надо проснуться. Но как? Боль, - умная мысля как говорится, всегда приходит опосля. Я стала развивать тему.- Во сне не бывает больно и не идет кровь! Вот, - вспомнила я прием, часто обыгрываемый в фильмах. - У тебя есть нож или кинжал?
  - Зачем вам? - насторожился воин.
  - Не задавай глупых вопросов, говорила же. Ничего такого я не собираюсь делать, - Илья вздохнул и вытащил из сапога стилет, протянув мне его рукояткой вперед. Недолго думая, я полоснула лезвием по левой ладони, приведя в глубокий шок не ожидавшего от меня такого богатыря. И тут же зашипела от боли. Кинжал выпал из правой руки и мужчина тут же убрал его обратно. От греха подальше, так сказать. На простынь закапала темная кровь. - Значит это не сон. И я на Руси. За тысячелетие до Егора.
  Но так легко представить, что он здесь. Стоит только закрыть глаза, услышать голос воеводы и перед глазами встает улыбающийся жених, выходящий из операционной или сидящий за ноутбуком или хозяйничающий на кухне в одних шортах и смешном желтом фартуке с губкой Бобом. Такой домашний и такой родной.
  Богатырь видно пристально наблюдал за мной, а ход моих мыслей, а так же вновь обретенный ужас заставили его вновь заговорить:
  - Я обещаю вернуть вас домой, даже ценой собственной жизни. Я понимаю, что на звездах вас ждет кто-то, кто вам очень дорог. Ваш мужчина?
  Я кивнула и стала рассматривать потолок, пытаясь сдержать слезы.
  - Не надо жертвовать собой, - шепотом попросила я.
  - Доктор, - отвлек нас скрип перегородки. В проеме появился доктор Ким. - Что случилось? - он быстрым подошел к импровизированной кровати, заметив кровь. - На неё напали?
  - Нет, - покачала головой я. - Я сама на себя напала. Доктор Ким, это просто царапина
  - Воевода как вы могли допустить такое?! - он вертел мою ладошку, рассматривая неглубокий порез. - Она вчера вытащила ваших людей из объятий смерти и только благодаря ей жив князь.
  - Не сердитесь на него, - я положила правую руку на предплечье врача. - Я сама виновата. Попросила кинжал вчера у Ильи для защиты и нечаянно порезалась, вставая, забыла, что он лежит под подушкой. Видите, кровь почти остановилась. Надо только обработать перекисью и заклеить пластырем. Как там князь и тот парнишка, которого мы вчера пять часов штопали?
  - Оба пока не пришли в себя, но вот остальные гораздо лучше. Вы вчера перед сном строго наказали не давать всем ничего - ни воды, ни еды. Но не объяснили почему, уснули, - ответил за врача воевода.
  - Надо, чтобы отошли газы, - объяснила я, вставая.
  На столе лежала вчерашняя походная сумка, моя розовая сумочка, инструменты на подносе и стояла чашка воды с медом. Я вытащила перекись и словно кошка зашипела от появившейся боли, стоило только жидкости коснуться раны.
  - Вам помочь, - сзади переминался с ноги на ногу доктор Ким, я лишь мотнула головой, встряхивая ладонью. Стиснув зубы, обработала рану и заклеила пластырем.
  - Солнышко моё вставай, глазки открывай, новый день встречай, - я подпрыгнула от родного голоса, чуть не уронив бутыль с перекисью, воевода с ужасом заозирался, а коллега лишь вздрогнул от резкого звука. Будильник сработал - конечно же, сегодня моя смена. Я специально записала этот отрывок, чтобы он напоминал мне о любимом, даже если он был в клинике.
  - Ничего страшного, это телефон, - я порылась в сумке, пытаясь найти смартфон, но получилось лишь после того, как вывалила все вещи на стол. Правду говорят - женская сумка хуже бермудского треугольника. Доктор Ким удивленно охнул, взглянув на заставку. Нас сфотографировала Марина на одном из приемов, когда мы с Егором целовались, вот уж папарацци - недоучка. И хотя видно было не очень, но не узнать воеводу в обнимавшем меня Егоре мог только слепой. Я смахнула выступившие слезы, а доктор Ким без слов положил мне руку на плечо, поддерживая.
  - Это ваш... - начал доктор, а я кивнула, не в силах сдержать слез.
  - Доктор, - я обернулась, выключая телефон и вновь складывая вещи в сумку, - в нашем мире он умирает. Мне нельзя здесь быть - меня выкинуло сюда с трассы Симферополь - Киев. Я ехала на форум - пыталась найти решение, чтобы спасти его. Мне надо обратно туда, вы понимаете меня? Сколько вы здесь? Почти десять лет? Вы привыкли... А я не могу сдаться! Не сейчас.
  - Но я ничего не могу сделать, только князь может отпустить вас. И еще одно - этот мир не притягивает просто так. Я пришел к выводу, что там наша линия жизни обрывается.
  Я прижала ладонь ко рту, даже не подумав о таком. Ведь скорее всего так и было. Машина взорвалась и... Значит, я заперта тут, как в клетке? В глазах доктора проскользнула боль - я оставила там жениха, а ему пришлось попрощаться с женой и двумя маленькими сыновьями. Кому из нас хуже? Но проститься с Егором, обнять маму, сказать до встречи подругам - этого шанса мне не дали.
  - Наверное, вам очень больно смотреть на воеводу, - прошептал он, заметив, как я кинула мимолетный, полный тоски взгляд на богатыря.
  - Вы уже прошли этот путь, а я только вступила на скользскую дорогу, - я покрутила кольцо на пальце и вздохнула. - Пойдемте, я осмотрю всех.
  Я взяла тонометр и градусник. Стетоскоп набросила на шею.
  - Вы точно уверены, что способны лечить? - тихо осведомился доктор, беря меня за локоть и разворачивая к себе. - У меня здесь не было того, кто точь в точь похож на мою И Нок...
  - Ничего страшного. Минутная слабость. Я вылечу их и спокойно уйду из этого мира к моему настоящему,- ответила спокойно я, взяв себя в руки.
  Первым делом мы зашли к князю. Я была рада видеть выспавшуюся княгиню, которая улыбнулась мне, стоило только войти в комнату.
  - Ангел, - я коротко поклонилась в ответ на приветствие. Здесь почти ничего не изменилось, все те же кровяные брызги на стенах, порушенная мебель, висящая на гвозде пустая капельница. Однако легкий румянец на щеках князя и чуть заметное подрагивание ресниц обрадовали меня. Тоны сердца были ясные и четкие, пульс ритмично бился о стенку сонной артерии, давление держалось на 110 на 70.
  - Он очнется в течение двенадцати часов, - обрадовала я Ее Высочество. - Его жизнь вне опасности, и то, что я вижу не потеря сознания, а глубокий крепкий сон. Держите наготове сладкую воду, как только проснется - он должен попить. Хотя бы немного.
  Затем мы спустились вниз, оставив счастливую княгиню радоваться в одиночестве.
  - Какого черта? - возопила я, увидев как два человека из тех, что я вчера вытащила буквально с того света, сидят на скамейке и через боль чистят мечи. Я скатилась по лестнице, напугав криком всех воинов, что сидели внизу. Стражники повскакивали со своих мест, склонившись в поклоне. - Вы оба, живо в постель! Совсем одурели, мне вас что, каждый день латать? Доктор Ким, мы же их с того света вытащили. Надеюсь, вы не ели?
  Оба дружинника покачали головой.
  - Но лекарь со звезд, мы не можем просто так лежать, - попытался оправдаться один из них.
  - Не хочу ничего слышать. ОБА! ЖИВО! В ПОСТЕЛЬ! - они посмотрели куда-то позади меня и я обернулась. На лестнице, пряча улыбку и оперевшись на перила, стоял воевода. Он кивнул им и оба дружинника поплелись в сторону наспех организованного лазарета.
  - Вы и на звездах так с больными разговариваете? - спросили громко с лестницы. Я подняла глаза и увидела на первых ступеньках княгиню. Она уже переоделась - легкое красное платье до пят и шаль, наброшенная на плечи. Девушка тоже, как и богатырь улыбалась, наблюдая за мини-представлением Доктор Зло и пациенты.
  - Если понадобится для их блага, я их еще и кровати могу привязать. Когда между ними и Смертью стою только я, то надо идти до конца, несмотря на встречающиеся препятствия, - сама не поняла, как процитировала фразу, так часто повторяемую Егором родственникам, переживающим за больного. Может быть, благодаря этой фразе, уже въевшейся в подкорку я и поехала в Киев, даже не смотря на протесты жениха.
   Дружинники нахмурились, как и их лидер, а княгиня вдруг на удивление мелодично расхохоталась.
  - Теперь я понимаю, почему из всех докторов со звезд, Бог послал именно вас.
  - Это она к чему? - прошептала я коллеге, затем коротко поклонилась и, сославшись на занятость, потащила доктора Кима в сторону лазарета, дернув его за рукав.
  - Вы только что повторили излюбленную фразу Капитана, - в растерянности объяснил врач. - Я не могу судить, но ваш Егор и воевода... Вы можете ничего не рассказывать, но даже стража заметила как вы смотрите на него и сколько боли в вашем взгляде. Вы должны усмирить это чувство, иначе вскоре возненавидите его - а он меньше всего заслуживает этого.
  Я опустила взгляд. Доктор Ким был прав. Я не понимала, как этот человек, убивающий других, может быть совершенно здоров, а мой Егор, посвятивший жизнь спасению людей, умирал от рака - медленно теряя свою жизнь каплю за каплей. Из-за этого где-то в глубине души поднимала голову черная змея ненависти.
  Я встряхнула волосами, прогоняя прочь позорные мысли и начала осмотр. Больше всех пострадавшего мальчишку лихорадило, он стонала в забытьи, пульс бусинами скатывался по запястью, где-то под ребрами глухо стучало сердце.
  - Он почти умер, когда мы начали операцию, - попытался утешить меня доктор Ким, видя, что я поджала губы, резко забрасывая стетоскоп на шею, словно пытаясь им удавиться
  - Врешь, не возьмёшь, - выругалась я. - Он еще не твой. Парень, - я наклонилась поближе к бледному лицу стражника, погладив того по волосам, - ты только не сдавайся, слышишь, не прекращай бороться.
  - Что вы ему сказали? - обратился ко мне врач, не расслышавший шепот.
  - Чтобы он не сдавался, - ответила я . - Я сейчас приду, только возьму лекарства.
  Я выбежала из госпиталя, но на лестнице меня остановил Илья, ухватив за руку, каблук соскользнул со ступеньки, и я покачнулась, но не сорвалась, вдруг опять прижавшись спиной к его груди. Дежавю просто захлебнулось в истерике.
  - Что-то случилось?
  - Не ваше дело, воевода! - выплывшие воспоминания о первом знакомстве с Егором резанули по незажившему сердцу, я вырвала ладонь из его руки, перемахнула через две оставшиеся ступеньки и захлопнула дверь перед его носом.
  - Принцесса! - тихо произнесли за дверью, и на мгновение можно было представить, что мы не в 14 веке, а в 21, и в коридоре не былинный богатырь, а мой Егор, заглаживающий вину после очередной размолвки. Я прижалась к двери, пытаясь сдержать всхлип.
  - Уйдите, пожалуйста, - сквозь боль произнесла я, отлипая от двери и пытаясь привести дыхание в норму. Подойдя к столу, услышала, как скрипнула перегородка.
  - Я поклялся жизнью, что отведу вас обратно, но для того, чтобы я мог исполнить клятву вы должны быть живы. Авы избегаете меня, отсылаете, пытаетесь быть как можно дальше. Объясните мне, почему?
  Я вытащила из сумки анальгин с димедролом, быстро набрала в шприц того и другого, и опять приготовила раствор рингера с ванкомицином.
  - Влажные руки, пустые карманы, ты молчишь, а я не слушаю, - завибрировала трубка в сумке. Точно сегодня же плановая должна быть по бондажу желудка. Напоминалки в мобильном так не отключились. Я нащупала смартфон в сумке и жестом приостановила сигнал.
  - Я начинаю привыкать к этим странным вещам со звезд, - богатырь привалился к косяку, наблюдая за моими манипуляциями. Я собрала все приготовленное и прошла мимо него, не удостоив мужчину и словом, но пока спускалась вниз, чувствовала спиной его недоумевающий взгляд.
  - Вы думаете, это ему поможет? - спросил меня доктор Ким, смотря, как я ставлю центральную линию. - Сепсис в этих условиях вылечить почти невозможно.
  - Это еще не сепсис. Ага, не дуется, отлично, - я спустила колесико на самую быструю скорость, а в другую руку ввела шприц с анальгетиком. - Это должно сбить температуру. Теперь осталось только ждать. Надо проверить остальных. Я боюсь, что у дружинников разойдутся швы.
  - Хорошо, - кивнул доктор Ким, обернувшись к следующим кроватям. Два парня, только что лежавшие на боку и наблюдавшие за моими манипуляциями тут же перевернулись на спину, стоило мне только поднять глаза. Он усмехнулся. - Я думал, здесь только воевода занимается муштрой, оказывается не только он.
  - Раздевайся по пояс, мне нужно осмотреть твой живот и прослушать сердце и легкие, - смотря на замешательство дружинника, пришлось рявкнуть. - ЖИВО! Доктор Ким помогите ему, раз он так меня боится.
  Но парнишка уже справился трясущимися руками с завязками куртки и начал приподниматься, однако я твердой рукой уложила его обратно, просто разведя полы в стороны. Шов немного кровоточил под повязкой, наверняка из-за того, что он встал.
  - Дышать не трудно? Боли есть? - задавала я вопросы, пальпируя живот. Он отрицательно мотал головой, но морщился. - Хорошо, уколю тебе седальгин. Боль утихнет, а когда отойдут газы ты сможешь немного попить и поесть.
  - Но у меня ничего не болит, - фыркнул мученик.
  - Можешь матери это рассказывать, а я врач. Доктор Ким, вы сможете принести мне бинты из комнаты, они в такой красно-синей большой коробке? Тут нужен бандаж, а то боюсь, наша с вами работа будет впустую, раз они такие быстрые на подъем. А я пока осмотрю второго. И захватите какой-нибудь алкоголь.
  - Вы хотите выпить? - удивился он.
  - Нет, он мне нужен для другого.
   У второго дружинника дела были лучше, шов был сухой и чистый, однако послеоперационные боли мучали и его. Я как раз измеряла давление, когда доктор Ким спустился со всем нужным. Сняв манжету и убрав тонометр на стол, я взяла кувшин с чем-то, напоминавшим по запаху водку, и честно предупредила:
  - Сейчас будет больно и придется потерпеть, - и алкоголь тонкой струйкой полился на шов. Стражник мучительно застонал сквозь зубы. - Все-все, я закончила. Ты должен немного приподняться, чтобы я могла наложить бандажную повязку.
  Я оторвала кусок бинта, вытерев лишнее и начала туго заматывать, морщась сквозь зубы - рука еще болела.
  - Я это сделаю, - доктор Ким остановил мои руки, коснувшись запястий.- Я еще не забыл практику.
  - Да, достаточно туго перебинтовать, чтобы не разошлись швы и все-таки чтобы он мог дышать. Сразу говорю, - заметила я быстрый взгляд парнишек на мечи, - сражаться в таком виде не выйдет. Но можете понемногу ходить. Понемногу это значить только в туалет и назад. Я понятно объясняю?
  Оба стражника кивнули. Доктор Ким как раз заканчивал с первым.
  - Не слышу ответа.
  - Да, Ангел, - тихо прошептали они, я удовлетворенно улыбнулась.
  Через пятнадцать минут, когда я ставила обезболивающее обоим, доктор Ким меня спросил, пока красный как рак один из стражников судорожно подтягивал штаны:
  - Значит он тоже доктор?
  - Кто? - притворилась идиоткой я, передавая второй шприц коллеге. - Ваша очередь, не все же вам стоять на крючках.
  - Ваш мужчина. Егор, кажется, - пояснил он, вводя лекарство.
  - Нога, моя нога. Я не чувствую её, - запричитал тут же стражник, стоило только вынуть иглу.
  - Ничего страшного. Значит, немного задели нерв, - успокоила я испугавшегося парня. - Как только лекарство всосется в кровь онемение пройдет.
  - Вы не ответили, - вновь поднял тему врач, пока я скидывала использованные шприцы в мусор.
  - Да, хирург-трансплантолог, - нехотя призналась я.
  - Значит, вам неприятно то, что воевода отбирает жизни, а его копия в нашем мире их спасает? - вник в суть проблемы доктор Ким, чем- то напомнив мне Марину - она тоже разбиралась в моих настроениях и мыслях быстрей, чем я сама.
  - Это неважно. Меня привели, чтобы я вылечила князя и этих людей, - я подошла к притихшему стражнику. - Кризис миновал. Он просто спит. Температура спала. И пульс... стал ровнее и четче. Сильный молодой организм - выкарабкается. Если вам не сложно - зайдите к князю, а я пойду отдохну, - последнее я адресовала доктору Киму, стоявшему словно ангел за моим правым плечом.
  - Вам принесли в комнату завтрак, - сказал он, разворачивая меня за плечо к себе, - но Алексей сказал, что вы так и не притронулись к нему. Я думал, вы перехватите несколько кусочков мяса, пока разбирались с лекарствами. Вы слишком заботитесь об остальных и совсем не жалеете себя.
  - Хорошо, доктор, я поем в своей комнате,- устало улыбнулась я.
  Поднявшись по лестнице и зайдя в комнату, я и на самом деле обнаружила блюдо с тушеным мясом, которое раньше и не заметила. Почему-то мне показалось, что накормлена я тут стараниями Алексея, а не сухаря, в которого превратился мой ласковый и заботливый жених. Гор, дорогой, как ты там?
  Странно, когда в детстве я представляла богатырей, то это всегда были мужчины за тридцать с гаком, облаченные с ног до головы железо и размахом плеч в косую сажень. Даже Васнецов писал на картине таких же, но увиденное здесь как-то совсем не соотносилось с моими представлениями. Илья Муромец, по былинам герой и сорви-голова оказался обычным парнем, высоким, спортивным, предпочитающим кожаный доспех кольчуге, если его можно было подстричь и одеть в костюм - он вполне бы сошел за какого-нибудь спортсмена. Плечи были широкие, но уж никак не в сажень, руки обычные, правда мозолистые от меча, а еще этот запах- он не давал мне покоя - выделанной кожи, пота и крови, последняя примешивалась едкой ноткой, оставляя на языке металлический привкус. Он завязывал волосы в хвост на голове кожаным шнурком или носил обруч. Его шагов почти не было слышно, но я ощущала его присутствие каким-то шестым чувством. Он называл меня Принцессой и Ангелом, но я не чувствовала ни капли уважения в его словах, словно была жуткой обузой на его плечах. Богатырь так сильно напоминал Егора мне, но стоило ему заговорить, как очарование рушилось, обнажая неприятную действительность.
  Алеша Попович напоминал мне помесь цыпленка и цапли, такой же длинный, как вторая, и любопытный, как первый. Вечно взъерошенный, улыбающийся. Он следовал за мной, как бездомный щенок, вдруг обнаруживший, что у него есть хозяин. Сходство с картиной скатывалось на отметку ниже нуля. И еще он пытался учиться - впитывал новые знания, как губка. Я видела, как перед осмотром богатырь снова повторял названия инструментов, и удивилась - ему было интересно. Если Илья напоминал мне меч, не такой на потеху, а тот который без надобности из ножен не вытаскивают, то Алешка вполне мог сравниться с луком - такой же гибкий и разящий цель.
  Добрыня пока был для меня загадкой, но все больше походил на отца - я видела как он несколько раз повысил голос на воеводу, тот взбрыкнул тоже, но в ссору влез Алексей и оба мужчины успокоились, правда я так и не поняла о чем шла речь - голоса у всех троих были приглушенными. От доктора Кима я узнала, что Добрыня не входил в охрану княжеских персон - он был воспитателем Князя и его советником, правда в последнее время влияние его на воспитанника ослабло - сказывались новые кадровые перестановки - к свите князя прибился один из варягов - Янор. Я пару раз видела его в лазарете - невысокий светлокожий голубоглазый блондин, не снимавший кольчугу даже в таверне. Вроде так ничего страшного, но его глаза - Чекатило бы удавился от страха. Лично я замирала кроликом, стоило этому удаву бросить на меня взгляд. Доктор Ким норманна тоже недолюбливал, впрочем, неприязнь была взаимной. Этот самый Янор ни с кем кроме Князя не общался, задирал нос выше небес и вел себя весьма и весьма... в общем, складывалось ощущение, что хозяин положения именно он, а не княжеская чета. А поэтому я больше симпатизировала Добрыне - все-таки я не пушинка, а он меня до таверны на руках тащил и даже не запыхался.
  По словам доктора Кима, дружина князя насчитывала 250 человек - это были умелые воины, которых лично натренировали Добрыня и Илья. Алексей к ним присоединился недавно и пока был на побегушках у воеводы - то ли писарь, то ли оруженосец. Они ехали из новгородского княжества, чтобы Владимир и Ольга заняли трон в Киеве, так как оба старших брата князя были мертвы. Несколько мостов размыло и им пришлось объезжать почти по границе крымского ханства и два дня назад на них напали печенеги. Если сказать честно, в истории я была полным профаном - и все представление об этой эпохе строилось только на современных мультиках и паре-тройке книжек, я могла бы многое рассказать об Чосоне или Коре, или реставрации Мейдзи, или о сегунате - сказывались романтические слезоразливные дорамы, которые мы вместе с Егором смотрели по вечерам (сказать честно - Гор засыпал после первой же серии), но вот что творилось одну тысячу лет назад я припоминала с трудом - к ролевикам я относилась как к буйнопомешанным личностям, а историю с её датами еще в лицее на дух не переносила. Как оказалось зря. Но должно же хоть что-то остаться в памяти, хотя бы на уровне подсознания?
  Я достала из сумочки плеер и, устроившись на импровизированной кровати вместе с тарелкой мяса, включила последнюю запись. На экране возник любимый. Зарисовке было где-то с месяц, когда мы отдыхали на Карибских островах. Мы сняли домик-шале у моря с кусочком пляжа на частной территории и две недели провели просто наслаждаясь друг другом.
  - Лена, выключи эту камеру, - Егор выходил на берег в кипах пены, и на нем не было ничего кроме узких черных плавок. Луна осветила его, играя в каплях воды на коже. - Это видео с рейтингом 18+, а мы хотели снимать семейный архив , а не эротический.
  - Ни за что! - протянул мой вредный голос за кадром. - Такое нужно сохранять потомкам. Мы покажем его нашим детям, когда им будет 18+. Назовем видео... эмм... явление Афродита.
  - Кого? - не въехал мужчина, встряхивая головой, я тут же взвизгнула - несколько капель попало и на меня.
  - Ну, в Греции была Афродита. Но ведь ты не в юбке, а в плавках, так что ты её мужское воплощение - Афродит. Бог любви и нежности, - рассуждала за кадром я. - И вообще Эдвард Каллен отдыхает.
  - Какой еще Эдвард Каллен? Моя девушка мне изменяет? УБЬЮ ОБОИХ! - притворился Отелло он.
  - Вампир из " Сумерек". Я же тебе показывала. Господин Муромцев, вы совсем не знаете свою девушку.
  - Сейчас я покажу тебе вампира, - он встал на четвереньки и пополз на меня, щелкая зубами.
  - Не выроните вставную челюсть, господин Муромцев, - пропищала за кадром я.
  Видео, которое раньше вызывало лишь улыбку и светлую грусть, теперь словно нож оставляло раны на измученном сердце, но я перематывала снова и снова. Мы веселились на том пляже, занимались любовью и ни один из нас даже не подозревал, что до разлуки всего шаг.
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"