Хорошко Евгений Алексеевич: другие произведения.

Пределы Делфа. Прода.

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Пределы Делфа. Последнее обновление от 29.05.

Глава 5

Над Пределами Делфа сгустилась ночь. Последние лучи солнца скрылись за горизонтом, и темнота окончательно вступила в свою власть. Посвященный тьме сливался с ней так, как это мог делать лишь такой, как он сам. С некоторых пор мало чем отличавшийся для стороннего взора от ожившей частички тьмы, он струился сквозь мрак леса, как порыв ветра, в считанные мгновения преодолевая десятки метров.

Порою, человеческое тело казалось ему обузой - слишком чуждой для него оказалась тьма. Превращение в частицу вечной темноты всякий раз сопровождалось постоянной борьбой с самим собой. Человеческий облик, вписанный в его сущность не вымарываемыми чернилами, принуждал Дикусара постоянно прикладывать усилия, дабы поддерживать свое единение с тьмой, дарующей совершенную неуязвимость.

Ирония была такова, что тьма оказалась единственной из сил, даровавшей своим последователям самый простой и доступный из путей. Можно сказать, она протоптала дорогу и расставила указатели, будто приглашая своих адептов следовать этой дорогой.

Капля, сколь бы мала она ни была, может стать океаном, растворившись в нем. Последователь тьмы может усилием воли отсечь от своей сущности все, что делает её отличной от прародительницы: собственную волю и личность, собственную душу и тело. Чем полней самоотречение, тем больше власть. Ставший одним с тьмой вольется в океан, как ручей вливается в реку, а река - в море.

Пока что, нити, привязывающие Дикусара к телу, были слишком сильны. Он чувствовал, что при определенных условиях может погибнуть так же, как погибает простой смертный от отрубленной головы, потери крови или раны в сердце.

Способ шагнуть в высшую категорию существовал, и первым шагом должно было стать осознание иллюзорности своего тела. Оно должно было раствориться в пустоте, и тогда для посвященного стало бы естественным, как дыхание то, что он делал сейчас, прикладывая усилия.

Однако нечто внутри нашептывало ему, что пока он нужен в мире смертных - именно в роли простого смертного, а не скрытного духа. Быть может, на то была воля тьмы?

Размышления Дикусара не мешали ему четко отслеживать все, что происходило вокруг. Сейчас он видел окружающее иным зрением. Многие предметы казались ему полупрозрачными - такие как деревья, камни и стены. Зачем такому существу, как тень, видеть то, через что она может просочиться, как призрак?

Зато искры чужой жизни посвященный видел за километры, и сейчас увиденное ему не нравилось. Будь он один, его мало что заставило бы заволноваться. Однако сейчас он отвечал не только за себя.

Главное, что ему не нравилось - это то, что проклятые гоблины начали все чаще встречаться ему в разных частях долины. Даже сейчас довольно крупный их отряд расположился вдоль тропы, по которой завтра он должен был двинуться со спутницей. Если бы Дикусар не заметил их сейчас, то он бы столкнулся с ними днем, когда они представляли бы для него нешуточную опасность. Его положение усугублялось бы тем, что ему каким-то образом следовало бы сделать так, чтобы Ли не видела ничего из проявлений его магии.

Но мне сейчас повезло - подумал посвященный, - а вот им - нет. Дикусар истреблял этих тварей всегда, когда они оказывались у него на пути, и сейчас планировал сделать то же самое. Обычно они не могли противопоставить ему ничего.

И сейчас, когда маг настиг их, они быстро стали жертвами стремительной тени, которая металась в ночной тьме от одного дерева, за которым прятался враг, к другому. Клинки, чернее самой ночи возникали из пустоты, и вырезали карликов одного за другим. Смерть была бесшумной и быстрой. Росчерк черного клинка был быстрее, чем его мог воспринимать человеческий глаз. Дикусар успел истребить полтора десятка, и только тогда враги поняли, что их убивает нечто незримое.

Дикусар на миг остановился, прекратив кровавую жатву. Порождение тени живо ощущало испытываемый карликами страх, и любило балансировать на той границе, что отделяет простой страх от животного ужаса, когда разум отказывает, и тело берут под контроль инстинкты.

Выхватив одного из карликов из толпы, посвященный поднял его высоко в воздух, чтобы убить его медленно, у всех на глазах. Подогреваемый действиями мага ужас распространился вовне, и окончательно уничтожил какие-либо жалкие остатки боевого духа. Нестройная толпа, в которую обратился отряд, бросилась врассыпную, издавая панические крики.

Бегство врагов еще больше облегчило для посвященного работу. Он быстро догнал скопление врагов, и буквально ввинтился в него, пользуясь своей почти полной неуязвимостью. Превратившись в вихрь из лезвий тьмы, он пронесся насквозь, оставляя после себя лишь мертвые тела.

Дикусар обрел видимую глазу форму, став напротив одного, особенно крупного гоблина, который ростом был почти равен человеку. Черные глаза на уродливом, будто покореженном, коричневом лице уставились на посвященного. В них можно увидеть страх, и одновременно - решимость продать себя подороже. Кривой меч в короткой лапе карлика поднялся для защиты. Словно играясь с врагом, Дикусар обратился темным облаком, и облетел карлика кругом. Меч пролетел сквозь темный дым, не в силах причинить призраку вреда.

Посвященный принял облик, похожий на человеческий, и оказался прямо перед врагом. Их разделяло не больше десятка сантиметров, когда маг сделал долгий выдох. Из его рта вырвался темный дым, который, попав на тело врага, начал разъедать его, подобно кислоте. В уши посвященного ворвался панический крик. Облако дыма отказывалось рассеиваться, и у карлика уже начала отслаиваться кожа. На то, во что превратилось его лицо, было страшно смотреть. Дикусар уже собирался оставить врага умирать, когда нечто внесло чувствительные коррективы в его планы.

Ослепительная вспышка света откуда-то сбоку была тем, что он меньше всего ожидал увидеть. Ему показалось, что в его сторону летит пылающее солнце. Оно напоминало стремительный огненный шар, окутанный языками пламени. Для видевшего все темным зрением мага, один вид его казался невыносимым. Однако самая сильная боль была только впереди, когда огненный шар долетел до темной фигуры посвященного, и взорвался.

Дикусару показалось, что на короткое мгновение его сознание погасло. Когда он пробудился от боли, то обнаружил себя объятым пламенем. Его фигура почти ничем не отличалась сейчас от человеческой, и вместе с человеческим обликом приняла и его уязвимости. Посвященный, осознав путь к спасению, все свои усилия обратил на то, чтобы вновь вернуть себе нематериальность и бесплотность тени. Огонь, пожиравший его тело, внезапно погас, оставшись без пищи. Только тогда Дикусар снова смог оглядеться вокруг темным зрением.

Враг стоял в нескольких десятках метрах от него. Видение Дикусара не могло что-либо сказать ему о чертах лица, или цвете волос незнакомца, потому что тот представлялся ему пылавшей белым огнем фигурой. У тени, однако, были и иные способы различать врагов между собой, и посвященный был уверен, что запомнит его навсегда.

Маг, а незнакомец однозначно был магом, воздел ладони вверх в странном жесте, и над его головой вновь расцвел лепестками пламени огненный шар. Если бы Дикусар в своем состоянии мог выругаться, то он бы это сделал. Однако из подобия рта огромной темной фигуры вырвался лишь тихий свист, и когда огненный шар отправился в полет, посвященный не нашел лучшего варианта, кроме как скользнуть невидимой тенью в щель под стоявшим неподалеку валуном.

Именно поэтому его не задел огненный шар, хотя и заставил на долгие несколько секунд ослепнуть. После взрыва наступили минуты тишины. Дикусар застыл, пытаясь стать максимально невидимым.

Ну же, - буквально молил он неведомого мага - подойди ближе, чтобы я до тебя дотянулся.

Однако маг не спешил подходить. Дикусар чувствовал всеми фибрами души, что тот был где-то неподалеку. Присутствие чужой магии то нарастало, то опадало. Скорее интуицией, чем разумом он понимал, что против него пытаются применять какую-то поисковую магию, и тогда стремился стать буквально несуществующим. Один поисковый ритуал следовал за другим, без особого успеха.

Дикусар понимал, что вражеский маг знает, что тот не исчез. Интуицией обладал не только посвященный, но и его противник. Именно этим объяснялись его упорные поиски, которые остановились лишь с первыми лучами рассветного солнца. Посвященный вздохнул свободно, когда присутствие врага перестало его тревожить. Он попытался было выскользнуть на свободное пространство, но внезапно понял, что оказался в ловушке.

Яркий солнечный свет причинял боль и лишал последних сил. Человеческий облик мог бы послужить некоторой защитой, но здесь Дикусар столкнулся с несколькими проблемами.

Он ранен. И, пусть характер ран тени имеет мало общего с ранами простых смертных, знаний Дикусара о собственной анатомии хватало, чтобы понять последствия необдуманных действий. Если он выползет на белый свет, чтобы принять человеческий облик, то развеется раньше, чем ему удастся что-либо сделать.

Вместе с тем, щель под валуном, куда он забился, подобно мыши, давала недостаточно места для того, чтобы принять человеческий облик, не вылезая из-под её защиты.

Западня - понял Дикусар. По крайней мере, до заката.

Магу не оставалось ничего другого, кроме как прятаться и ждать, смакуя мысли о неизбежной мести. Он понимал, что бой сложился не так плохо, как мог бы. Он первый раз за долгое время столкнулся с врагом, который действительно представлял для него угрозу, и выжил. В следующий раз он будет умнее. Дикусар был бы вполне доволен сложившимся положением, не существуй еще один фактор, который путал для него все карты. Ли.

Дочь пирата, вероятно, до сих пор была там, где он её оставил. И, если хоть кто-то из карликов побежал в её сторону, она могла оказаться в беде. Все это заставляло посвященного тревожиться, и превращало ожидание в пытку. Он одновременно хотел узнать, что с ней, и боялся этого. Именно поэтому тень под валуном тревожно ворочалась, но не решалась выйти на солнечный свет. Этот день показался для Дикусара самым долгим из всех, что он видел в своей жизни. Однако и он подошел в итоге к концу; из незаметной щели выскользнула стремительная тень, и понеслась по погруженному в сумрак лесу.

***

Когда Дикусар добрался до того места, где оставил девушку, там уже никого не было. Единственным напоминанием о повозке служил лишь её же сожженный, и перевернутый остов. Где бы ни проходил Дикусар, всюду он видел убегавшие в разные стороны следы карликов. Внимание его привлекли два тела, лежащие на некотором расстоянии от повозки. Подойдя сначала к одному, а потом к другому, Дикусар перевернул их на спину. Оба были убиты одним способом: броском метательного ножа, попавшего в горло. Ли родилась под счастливой звездой, раз сумела в полной темноте не только вовремя заметить врага, но и убить его. Знать бы еще, насколько этой счастливой звезды хватило...

Тела девушки посвященный не нашел. Спаслась бегством? Или, все же, пленена, или убита? Кстати, где лошадь?

Обойдя место схватки кругом, Дикусар заметил оборванный кусок веревки, один их концов которой был привязан к дереву. Другой был перерезан ножом. Так... лошадь все-таки увели, и это явно были не гоблины. Те любят лошадей исключительно в гастрономическом смысле, а те отвечают им взаимностью - в том плане, что если бы лошадь отвязывали гоблины, то где-то рядом валялся бы её обглоданный труп, или хотя бы расплывалась большая лужа крови.

Итак, - подытожил посвященный, - Гоблины напали на Ли, но та убила двоих, после чего отвязала лошадь... и видимо ускакала на ней. Теперь, зная, что искать, Дикусар обнаружил среди следов гоблинов и другие - следы копыт, убегавшие в сторону Храма на Горе. Ли решила двинуться именно туда, куда предполагалось изначально. Если ей повезет, она даже доберется туда, и сможет получить помощь. Быть может, пойти за ней, приглядеть?

Посвященный рассматривал эту мысль под разными углами , когда внезапно почувствовал, как глаза застилает туман видения.

... песок неумолимо сбегает вниз в песочных часах, отсчитывая оставшееся время. В верхней половине его остается уже совсем мало. Вместе с исчезновением ресурса времени все больше дорог закрывается перед его взором. Они покрываются туманом, или обрываются в пустоте. Краткое видение исчезло, но это не помешало посвященному до конца понять вложенный в него смысл.

Отныне - он вынужден выбирать, потому что один путь закроет для него другой. Если я пойду вслед за Ли - какие-то из дорог за это время закроются, и это может оказаться для него фатальным.

-Будьте вы все прокляты, - повторил Дикусар, и огляделся вокруг. Он хорошо понимал, на что намекает ему тьма.

Мне все еще нужно найти Рестогара - вспомнил посвященный. Следовало выбирать что-то одно. Или искать его - или искать Ли. Тьма перед глазами посылала ему видения, от которых у кого другого застыла бы в жилах кровь. И пусть видение ликов смерти не было чем-то, способным напугать посвященного, в какой-то момент ему показалось, будто он узнал среди ликов смерти лицо дочери пирата и свое собственное, и тогда он решился.

Если тьма хочет, чтобы я нашел Рестогара, то так тому и быть - решил он. Бросив последний взгляд на брошенную повозку, он повернулся. Фигура его начала постепенно растворяться в темноте, пока не исчезла полностью. Взгляд наблюдателя в следующий миг смог бы заметить лишь стремительную тень, скользнувшую в сторону леса, и больше ничего. Дикусар шел туда, куда его повело чутье, всегда наводившее на цель.

***

Долина, хотя и была относительно небольшой по размерам, имела различный климат в низинах и в предгорьях. Там же, где Дикусар находился сейчас, и вовсе было свое царство.

Неизвестно, специально ли Рестогар подбирал для себя такое пристанище, чтобы до него никогда не мог добраться простой человек. Практически отвесные скалы, серпантин гор, когда Дикусару приходилось идти по узкому каменному карнизу, периодически обрывавшимся глубокой пропастью. Днем, когда посвященный был лишен львиной доли своих сверхъестественных способностей, путь был для него совершенно закрыт. Познакомившись еще в первую ночь со всеми сюрпризами этим мест, он принял решение даже не пытаться одолеть горные кручи при свете солнца. Ближе к рассвету Дикусар стремился найти какой-нибудь пятачок, чтобы переждать дневное время, и не покидал его до самых сумерек.

Как казалось Дикусару, ночью угрожать ему не могло ничего. Это оказалось не так, хотя с самого начала ничего не предвещало беды.

Остановившись перед провалом шириной в пять-шесть метров, Дикусар прыгнул. Облик тени давал ему практически полную невесомость, и поэтому он был уверен, что с легкостью доберется до другой стороны. В конце концов, это был не первый его прыжок. Случалось, он преодолевал пропасти и более широкие. Каково же было его удивление, когда внезапно пропасть стала расширяться еще в тот момент, когда он был в воздухе. Скала словно сдвинулась в сторону, и полет Дикусара в один миг превратился в падение в пропасть.

Способности Дикусара к левитации были весьма ограниченными. Он не обладал способностями к полету, хотя и мог становиться совершенно невесомым, и парить в воздухе. Если бы скала двигалась чуть быстрее , и он не успел бы в последний момент ухватиться за торчащий выступ, его полет действительно стал бы полетом в пропасть.

Крепко схватившись за выступ камня, Дикусар выругался. Он собрался было забраться обратно наверх, когда скала вновь начала свое движение. Теперь посвященный был не просто удивлен, но поражен: скала на его глазах повернулась не меньше, чем на 180 градусов. Один из утесов скалы начал двигаться. Медленно, он поднимался на десятки метров вверх, пока не стал напоминать исполинский кулак, занесенный для удара. Дикусар подумал, что такая ассоциация нравится ему все меньше и меньше.

Посвященного охватили дурные предчувствия. Будто, чтобы подкрепить их, каменный кулак действительно начал опускаться, и посвященный неожиданно понял, что тот падает именно в его направлении.

Всплеск адреналина заставил его сделать прыжок в сторону соседнего уступа. Под ногами мага пронеслась бездонная пропасть, а затем он ударился о скалу десятком метров ниже того места, с которого прыгал. Пытаясь ухватиться за все, за что только можно было, посвященный медленно сползал вниз, и в этот момент до его ушей докатился страшный грохот.

Занесенный кулак опустился, и поднял гору пыли и каменных осколков, что забарабанили по спине посвященного, как выброшенные из пращи камни. Он едва не сорвался вниз, потеряв сосредоточение, но внезапно обнаружил себя, ухватившимся за выступающий из скалы камень. Инерция развернула посвященного вбок, едва не вывернув ему из сустава запястье, и только поэтому Дикусар увидел, что скала вновь пришла в движение.

Я уязвим, как комар на ладони, - подумал посвященный. Казалось, гора хочет прихлопнуть его, как того же комара, чтобы и мокрого места после него не осталось. Каменный утес поднялся вверх подобно исполинскому кулаку, и Дикусар понял, что следующий удар сотрясет до основания уже ту скалу, на которой он висел. Сколько бы испытаний не было у посвященного раньше, все равно это не удержало его от чувства паники. Когда огромная каменная гора двинулась в его направлении, Дикусар резко оттолкнулся от поверхности скалы.

Его полет завершился тем, что он ударился об отвесные скалы, и начал скатываться вниз. Спустя несколько секунд ему повезло повиснуть на небольшом уступе, и вскоре противоположную скалу сотряс удар, вновь выбивший облако осколков каменной шрапнели.

К ужасу Дикусара, ту скалу, на которой он висел, сотрясли мощные внутренние толчки. Она тоже начала двигаться, но не так, как предыдущая. Вместо того, чтобы пытаться его прихлопнуть, она начала медленно наклоняться. Дикусар неожиданно оказался лежащим на скале, которая перешла в горизонтальное положение. От ошеломления посвященный не сразу стал на ноги. Ему показалось, будто сдвинулось небо, и он поднял голову, чтобы убедиться в том, что это не так.

-Тьма, - прошептал посвященный онемевшими губами. Его потрясение было понятно: теперь он видел, что противоположная скала своим видом напоминает гигантского, вставшего на две ноги каменного великана. Обе исполинские руки были опущены вниз. На многометрового размаха плечах стояла голова, похожая на гигантских размеров валун. Вот что пыталось меня убить - понял посвященный.

Получается - подумал он, - Я... стою сейчас на каменном великане?

Чувство потрясения охватило Дикусара. Следующие секунды он провел в ожидании того, что земля уйдет у него из под ног. Однако ничего не происходило, будто горы вновь решили уснуть. Не скоро посвященный смог вернуть себе достаточное спокойствие, и решился выдохнуть. Именно в этот момент он услышал звук чужого голоса, заставивший его резко развернуться.

-Ты очень юрок. Каменным великанам сложно за тобой угнаться, - громко произнес облаченный в коричневые лохмотья старик. Его гулкий, уверенный голос совсем не соответствовал его виду.

- Я даже залюбовался вашей игрой в кошки-мышки, - добавил он, сделав несколько шагов вперед.

Собеседник Дикусара опирался на витой деревянный посох. Он казался очень худым даже в своей просторной хламиде. Его коричневое от въевшегося в кожу загара лицо было покрыто морщинами. Изогнутый нос делал старика немного похожим на птицу. В его длинных, словно годами нестриженных волосах путался мусор и листва. Они, возможно, были бы белоснежно-белыми, не будь покрыты толстым слоем пыли. Крючковатые пальцы с желтыми ногтями крепче стиснули посох. Старик оперся на него, и оглядел собеседника сверху донизу своими выцветшими серыми глазами. Дикусар не мог избавиться от ощущения, что этого старика уже где-то видел.

Дикусар молчал, и старик первым решил нарушить установившееся молчание.

-В это место не захаживают простые путники, - заметил он.

-Я это уже понял, - хмуро ответил Дикусар.

-Но это не значит, что можно забыть об элементарной вежливости, - проворчал старик, - Это место - мой дом. Когда входишь в чужое жилище, тоже забываешь представляться? Неудивительно, что на тебя ополчились стражи, - заметил он, и добавил с усмешкой, - Наверно, чуют проходимца.

-И как я должен был представляться этим великанам? - огрызнулся Дикусар.

-Элементарно, - по слогам произнес старец, и повернулся лицом к великану. Стукнув посохом по земле, он прокричал, - Меня зовут Рестога-ар! Я пришел с ми-и-ром! - громкое эхо от его слов разнеслось по всей округе, отражаясь от скал. Каменные великаны зашевелились, будто в ответном приветствии, и вновь неподвижно замерли, погружаясь в сон.

Дикусар внимательно посмотрел на человека, которого ему приказала искать тьма. Следует быть с ним осторожным - подумалось ему. Он не зря намекнул, что в эти края простые люди не приходят. А каменные великаны наверняка могут выполнять его приказы.

-Что сложного? - повернувшись к посвященному лицом, громогласно спросил Рестогар, - В этих краях живу только я, а я на слух не жалуюсь.

-Меня зовут Дикусар, - представился посвященный.

-Наконец-то, и года не прошло, - всплеснул руками старик, но лицо его нисколько не подобрело. Следующие несколько секунд Дикусар ожидал чего-то неприятного, и дождался.

-Кому ты служишь? - неожиданно жестко спросил Рестогар. В его глазах мелькнула сталь, - Кого ты представляешь?

-Я... - замялся маг, но вдруг вскинул голову, и прямо посмотрел собеседнику в глаза, - Ты сам видел, кому я служу, - сказал он, намекая на то, что Рестогар видел Дикусара в облике тени.

-У неё тысячи лиц и славных имен, - ответил Рестогар хмуро, - Назову тебе несколько из них для примера: смерть, тайна, убийца, ужас, тень, гнев, - во время перечисления взгляд старика не отрывался от собеседника, - Какое тебе ближе всего?

-Тень,- произнес Дикусар, не замедлив с ответом. При этих словах на скулах друида выступили желваки. Посвященный лишь долю секунды не понимал причин такой реакции, а потом его сознание наполнила череда образов.

...упорное преследовании продолжается. Стремительная тень мелькает то в одном уголке леса, то в другом. Беглец не знает, куда бежать и где прятаться. Ему кажется, будто враг находится повсюду. Он прячется за деревом, чтобы перевести дыхание, и внезапно чувствует мгновенную боль в спине. Он так и не понял, отчего умер...

Рестогар опасается, что я захочу убить его, потому что каким-то образом знает об особенностях моей магии, - вдруг понял Дикусар. Но на Рестогара его обет почему-то не распространялся. Как и в случае того мага, который угостил посвященного огненным шаром, тьма словно временила с отдачей прямого приказа.

-Я видел и тебя, и твою магию, - спокойно заметил Рестогар, - Этого достаточно, чтобы ты захотел моей смерти, если не сейчас, то однажды, когда тьма внутри тебя ожесточится и окрепнет. Но... ты не сможешь меня убить никогда, не заблуждайся в этом вопросе. Скорее, ты сам умрешь при попытке это сделать, - глаза друида опасно блеснули с неприкрытой угрозой.

-Пока от меня не требуется убивать тебя, - откликнулся Дикусар, - Я пришел сюда не для этого.

-Значит, тебе было от меня что-то нужно? - сделал вывод Рестогар, - Что именно?

-Тьма послала мне видения, - медленно произнес посвященный, - В них я видел лица тысяч погибших в муках жителей долины.

-Последователям тьмы часто снятся мертвецы, - хмуро заметил его собеседник, - Зачастую погибшие именно от их рук. Что в этом необычного?

-У меня возникло ощущение, что я видел не прошлое, а возможное будущее, - ответил Дикусар, - В нем все эти люди погибали от голода.

-Голод... хм, - нахмурился Рестогар, - В этом году в долине урожая не будет. По какой причине - будущее туманно, хотя ничего не предвещает плохую погоду. Однако тем и хорошо Делфу, что он всегда может закупить зерно у королевства, отдав взамен лунную руду.

-Я понял, спасибо, - поблагодарил Дикусар. Где-то внутри он почувствовал, что тьма удовлетворена. Против воли он даже почувствовал нечто похожее на разочарование: как же, столько усилий, и все, чтобы услышать лишь пару слов?

-И это все? - тоже подумал об этом Рестогар, - Парень, либо ты, хм... темнишь, - друид при этих словах сморщился так, будто съел лимон, - либо не понимаешь чего-то сам. Тьма ничего не делает просто так. Твой визит сюда может иметь долгосрочные последствия, о которых мы оба узнаем лишь через некоторое время. Пока что даже я не могу о них судить.

-Даже ты? - эхом откликнулся Дикусар, - А кто ты, раз пытаешься разглядывать намерения тьмы?

Старик посмотрел на посвященного долгим взглядом.

-Я представляю одну из сил этого мира, - сказал он, - Исконную силу, плоть от плоти этого бренного мира, на который точат зубы путешествующие в межмировой пустоте стервятники вроде твоей госпожи.

Дикусар сморгнул, пытаясь развеять наваждение, заставившее его слушать Рестогара, замерев в неподвижности.

-Чего желает тьма? - спросил посвященный, - Власти над миром?

-Нет, - потрескавшиеся губы старика изобразили саркастическую усмешку, - Она желает уничтожить его, и все вместе с ним. Она - сила, существующая с момента сотворения самой реальности, и служит её уничтожению.

-Зачем? - вновь спросил Дикусар.

-Есть гипотеза, - произнес Рестогар, - Что сила жизни проявляется лишь в движении, в борьбе. Существование тьмы - великий вызов, поскольку он брошен самой основе жизни, её краеугольному принципу - её существованию. Это мобилизующий фактор, который заставляет реальность изменяться и двигаться вперед. Без этой борьбы противоположностей жизнь бы застыла и обратилась в свою противоположность - смерть.

-В этом - величайший парадокс зла, - тихо продолжил собеседник Дикусара, - Чтобы оно победило добро, ему нужно всего лишь... уйти.

-Может ли оно уйти? - задал риторический вопрос посвященный.

-Нет, - покачал головой Рестогар, - За всеми возможными хитростями и коварством высших сил, проявляемыми на уровне мира смертных, стоит слепое следование простому принципу, определяющему их существование. Для тьмы это - уничтожение всего. Для жизни - это распространение. Создание новой жизни взамен уничтоженной. Новые миры возникают из пустоты, взамен уничтожаемых хаосом. И борьба между первосилами идет... идет уже вечность. Мы лишь пешки в этой игре, и даст Свет, ты это однажды поймешь.

-Но,- вдруг вспомнил старик, - Что-то я заговорился. А ведь у тьмы наверняка есть еще для тебя задачи. Ступай, и больше не показывайся мне на глаза. Я помню о том, что тени имеют дурную славу убивать тех, кому не повезло их заметить.

-Пока тьма этого не требует, - спокойно ответил Дикусар, прислушавшись к себе.

-Значит, потребует позже, - уверенно произнес Рестогар, - Ступай. В следующий раз я не буду столь дружелюбен.

Дикусар вздрогнул, ощутив под ногами подземные толчки. Они продолжались всего лишь долю мгновения, но этого хватило посвященному, чтобы вспомнить, что он до сих пор стоит на ожившей горе. Резко вскинув голову, он увидел, что собеседник бесследно исчез.

-Значит, вот ты какой, Рестогар... - прошептал Дикусар, - В этих местах действительно встречаются лишь непростые люди... или не люди вовсе.

Оглядевшись вокруг, посвященный стал искать путь в сторону предгорий. Следовало уходить, пока необычный старик не решил прогнать его силой. Вскоре Дикусар начал медленно спускаться с гор, чувствуя, что сможет облегченно вздохнуть, лишь когда окажется в густых лесах долины.

***

Глава 6.

Кабинет магистра. Храм на горе

-Я уже и не ждал вестей от твоего скрытного ученика, Левнат, - заметил Убокар, - Уж было думал, он погиб.

-У него возникли некоторые сложности, - ответил Левнат хмуро. Магистр спокойно кивнул.

-Так или иначе, задачу он выполнил раньше, чем стало слишком поздно, - признал он, - Если верить словам друида, то урожая не будет. Зато будет голод, вызванный эмбарго на поставку зерна из королевства.

-Да, - откликнулся Левнат. В его черных глазах мелькнуло странное выражение. Лишь магистр Убокар, да пожалуй, еще Феснер знали, что оно могло означать. Магистр почувствовал нервозность, и невольно поёжился, когда встретился с собеседником взглядом. Глаза Левната уподобились черным провалам, из которых на мир глянула тьма. Спустя секунду маг заговорил, и от его монотонного, безжизненного голоса, казалось, воздух в комнате замер и остыл.

- В Пределы придет смерть, а хлад опустится на них покрывалом. Лишь для воронья это время станет праздником, потому что приблизит торжество последнего дня, - сказал Левнат, и опустил глаза, которые вновь приобретали обычный вид.

-Ты видишь что-нибудь про судьбу нашего ордена? - медленно спросил Убокар. На его лице промелькнула тревога. К предсказаниям мага он относился серьезно.

-Слишком многое в судьбе ордена теперь зависит от внешних факторов, - уже спокойно сказал Левнат, - Может произойти все, что угодно. Нужно быть во всеоружии после того, как на землю опустится первый снег.

-Первый снег, говоришь? - медленно и тихо произнес Убокар, - Тогда еще до первого снега в Храме не останется послушников. Я позабочусь об этом.

-Будь по сему, - откликнулся Левнат, опустив голову, - Я доведу до всех, чтобы остановили все работы, кроме самых необходимых. Приоритетом я поставлю обучение. После посвящения все послушники будут готовы нести ношу боевых магов.

-Хорошо, - согласился Убокар, - Если получится, усиль набор. И помни: порой бриллиант можно найти прямо в дорожной пыли.

-Ты про недавно появившуюся ученицу? - догадался Левнат, - Что же, я учту. Возможно... возможно в орден следует начать брать и женщин.

-Магическая власть портит их слишком сильно, - тихо ответил Убокар, - Кроме того, статус послушника открывает наставникам слишком много возможностей для злоупотребления своим положением. Ты понимаешь, о чем я. Именно поэтому я вывел ученицу из общей системы ордена, и взял обучение на себя.

-Ты правильно поступил, брат, - сказал его собеседник, - Ей повезло, что её наставником стал именно ты. Я, пожалуй, пойду. Нужно провести беседу с каждым из магов.

-Ступай, - согласился Убокар, и тяжело вздохнул. Взгляд его обратился на столешницу из дуба. Магистр боялся, что не успеет найти преемника до того, как старость потребует в дань его жизнь. С учетом близящихся испытаний, вопрос преемственности стал в полный рост. Убокар чувствовал, что без него, без его тайных знаний орден зачахнет, но так и не мог найти нужного человека.

Левнат был достоин, но Убокар не мог передавать орден в руки тьмы - сущность его первого помощника была ему известна, одному из немногих. Следовало найти кого-то, достаточно умного, честного, и отчаянного, чтобы взять на себя руководство в это непростое время и не сломаться от этой ноши. Пока что нужный человек не просматривался, но Убокар не терял надежды. Однажды факел подхватит другой.

***

"Это своеобразный обет, учитель. Сначала я думал, что убивать всех, попавшихся мне на глаза, меня заставляет моя испорченная натура, однако действительность оказалась немного иной. Поступать так требовала тьма. Почему вы не предупредили, учитель? Так бы моя совесть была чиста сразу.

Впрочем, я был бы не я, если бы не попытался переступить отведенные мне рамки. Не удивляйтесь, учитель, но я выколол себе глаза. Сообщите тем, кто пойдет моим путем, что это все равно не сработает. Тьма не обиделась на мою маленькую хитрость -вместо этого она даровала мне новые глаза, которые видели настолько далеко, что мне пришлось попотеть прежде, чем вокруг меня не осталось ничего живого.

Мне повезло - если бы я находился в тот момент где-нибудь в городе, мне пришлось бы вырезать все его население в одиночку, а на это даже меня бы не хватило. После этого я долго странствовал, следуя от одного несчастного, которому не повезло попасться мне на глаза, к другому.

Учитель, я знаю, что это страшное кощунство, но у меня несколько иные представления о смысле своей жизни, нежели уничтожение всего вокруг. Пожалуй, я найду себе уютную пещеру, и замурую себя в ней поглубже. Если когда-нибудь я вам потребуюсь, то вы узнаете о её местонахождении по карте, которая пришла к вам почтовым голубем вместе с этим письмом. Прощайте, и не поминайте лихом.

Ваш ученик, Сирииз"

Личная библиотека мага Левната. "Книга тьмы, приложение 31, список известных магов тьмы, "Сирииз по прозвищу Лихо Пределов".

***

Дикусара не оставляли навязчивые мысли. Воспоминания его возвращались раз за разом к образу того мага, который когда-то обрушил на него удар огненного шара. Он не мог понять, что именно вызывало у него беспокойный зуд. Тьма не требовала, чтобы Дикусар занялся вылеживанием - вообще он подозревал, что при охоте на магов тьма даёт ему больше гибкости. Дикусар впервые столкнулся с ситуацией, когда он мог самостоятельно, без понуканий, принять собственное решение: преследовать мага, или оставить его в покое. Казалось бы: брось этот ненужный риск, остановись! Смысла в погоне не просматривалось, однако что-то все же мешало Дикусару отказаться от преследования.

Дикусар не проходил формального обучения. Левнат почти ничего не рассказывал ему о таких, как он - последователях тьмы. Сведения посвященного о своей собственной сущности были обрывочны, и по большей части основывались на инстинктах. Пытаясь обуздать терзавшее его беспокойство, маг опустился на колени, и прислонился лбом к земле, покрытой влажной травой. Успокоение длилось всего лишь короткий миг, а затем перед глазами посвященного возникла череда смутных образов.

-Нет никакого обета... - вдруг прошептали губы Дикусара, когда он расшифровал пришедшее из глубины души послание, - Тьма ничего не приказывает. Она - лишь готовит к тому, чтобы поступать, как воплощенная тень.

Сам по себе обет не нужен тьме - он нужен самому посвященному - понял маг. Тень - очень хрупкая субстанция, и само её существование в реальности противоречит множеству фундаментальных духовных законов. Неизвестно почему, но появление ожившей тени в памяти человека каким-то образом соединяло эту тень с некоей разумной сферой мироздания, которая стремилась стереть тень, чтобы восстановить духовный порядок. Поддержка тьмы не позволяла вытолкнуть тень вон из реальности, благодаря чему тень могла нивелировать угрозу для себя за счет убийства свидетелей.

Смешно, но самой большой угрозой для тени была она сама... точнее, человек, служивший Тьме в роли ожившей тени. Чем полнее отождествление посвященного себя с человеком, тем менее стабильным является его воплощение в виде тени. Это Дикусар уже знал. Тьма и раньше нашептала ему, что его возможности зависят от того, насколько полнее он откажется от собственной сущности Итогом этого процесса должно было стать полное отождествление себя с тьмой, и окончательное объединение с прародительницей. Как капля становится океаном, попав в море, так и он мог бы обрести всемогущество ценой полного самоотречения.

Однако преграды для этого существовали не только внутри, но и вовне.

Тот маг... его знание о существовании Дикусара каким-то образом повреждало скрепы, соединявшие посвященного со своей силой, ежесекундно, пока был жив тот, кто видел сущность Дикусара. Пока что, это даже неощутимо, но по мере его продвижения по дороге ко всемогуществу, существование того мага будет становиться для тени веригами, не позволяющими шагнуть дальше.

Тень - великий облик - понял посвященный. Он открывал дорогу к всемогуществу, и одно из условий Дикусар мог назвать уже сейчас: чтобы слиться с тьмой, он должен быть стерт из книги судеб. Все, кто хоть когда-либо знал тень, должны умереть.

Это было слишком много для посвященного. Он не был уверен в том, что готов заплатить такую цену. Однако там, где убийство было возможно и допустимо, Дикусар уже все решил.

-Маг... - прошептал он, - Ты умрешь.

Сознание тени обострилось. Дикусару показалось, будто он взлетел в воздух, и разлетелся во все стороны тысячей частиц. Сознание его наполнили сотни образов, которые он никогда в жизни не смог бы в таком количестве хотя бы вспомнить. Так же быстро, как появилось, видение оборвалось. Посвященный остался с четким ощущением, будто он знает, где искать свою жертву. Он видел направление, которое указывало в другой конец долины, и сделал шаг в ту сторону. Погоня началась.

***

Бывший замок коменданта. Зал совета.

-Корбан, у тебя есть, что доложить, - утвердительно произнес Дейл.

Весь совет старшин Делфа собрался здесь, в этом здании, призванный его главой для того, чтобы решить вопросы, связанные с самим существованием долины.

-Да, у меня действительно есть новости, и не слишком хорошие, - произнес Корбан, - Я считаю, что об этом уже доводилось всем, но на всякий случай повторю: теперь в долину через всевозможные лазейки проникают не только люди, но и представители племен, которые наводнили королевство. Гонцы сообщают о карликах-гоблинах, но это не значит, что среди них нет орков или еще кого.

-Огры или тролли прошли бы только через перевалы, - заметил Ферген, - Где по-прежнему стоит королевский гарнизон. Если кто-то и проник в долину, то он сделал это через какую-то щель, в которую столь здоровые твари не пролезут.

-Допустим, - кивнул Корбан, - Но, скажу я тебе, численность карликов растет достаточно быстро, чтобы вызывать опасения. Если так будет продолжаться дальше, они заполонят всю долину.

-Чем они будут питаться? - спросил Лекуф, - Прокормить такую армию непросто.

-Питаться они будут человечиной, - жестко произнес Дейл. В установившейся после этих слов тишине он продолжил, - Как раз вопрос питания гоблинов на повестке дня не стоит. Нужно решать, что с ними делать.

-Они проникают к нам через какой-то заброшенный перевал, горными тропами - заметил Корбан, - Численность гоблинов, а также то, что впервые их заметили в предгорьях, говорит именно об этом.

-Предлагаешь найти эти перевалы, и завалить? - спросил Ферген, - Что же... умная затея. Знать бы еще, где их найти.

-Все гоблины прут с северных границ долины, - сказал Корбан, - Предлагаю отрядить поисковую партию.

-Поисковая партия подождет, - вмешался Лекуф, - Корбан, ты представляешь, сколько времени придется ждать от этой поисковой партии вестей? Пока мы их дождемся - если вообще дождемся; пока отправим саперов - за это время гоблины уже станут у ворот.

-Хорошо, - опустил руки на стол Корбан, - Твои предложения?

-Элементарно, - ответил Лекуф, - У нас есть карты долины, от примитивных, до очень подробных. Почему бы не поискать среди них карту перевалов?

-Согласен, это проще, - согласился Корбан, - Только... почему я не видел эти карты раньше?

-Потому что в замке коменданта карты перевалов вообще нет ни одной, - вмешался Дейл, - зато они есть на Высотах Зейна - когда-то там располагалась Королевская Геологоразведывательная Служба, которая вела поиск руды.

-В Зейне, - помрачнел Корбан, - Мда...

Неудовольствие сподвижника Дейла было понятно: Зейн был крупным независимым поселением в центральной части долины, и был враждебен Совету. В данный момент им руководила очень крупная банда, которую соблазняли перспективы торговли с королевством. Периодически они совершали налеты на контролируемые советом территории, с целью захватить один из перевалов. Разведчики сообщали, что хозяева Зейна даже имели доступ к нескольким шахтам, и могли бы начать добычу руды в любой момент, сумей они выбить силы Совета из пограничных с королевством перевалов. Все члены совета понимали, что переговоры с таким партнером оказались бы сложными. Зейн обладал теми же амбициями и претензиями, что и сам совет Дейла - его лидеры спали и видели себя владыками Пределов, и лишь невыгодное положение в центре долины мешало им все карты.

-И... что же делать? - спросил Лекуф.

-Я могу по своим каналам попробовать что-нибудь сделать, - неуверенно произнес Ферген, - Может быть, карты получится просто купить?!

-Это вариант, - кивнул Дейл, - Пока что, на нем и остановимся, но помните, товарищи: мы в любом случае не можем иметь неподалеку это змеиное гнездо, с которого нам при первом же удобном моменте ударят в спину.

Переглянувшись между собой, члены совета согласно кивнули.

-Зейн - идеально подходит для обороны, - заметил Корбан, - Можно облиться кровью, пытаясь взять его с наскока. С другой стороны, если карлики его возьмут, то у них будет открытая дорога в нашем направлении.

-У нас есть замок, - вмешался Лекуф.

-Который был построен больше для красоты, - фырнул Ферген, - Строивший его не знал фортификационную науку, либо просто не рассчитывал обороняться от кого-то в долине. От простого частокола в Зейне нам было бы больше толку, чем он каменных стен здесь. Зейн - действительно крепость, и если он попадет в руки гоблинам, то нас ждут проблемы. Как бы не пришлось брать его в любом случае.

-Да, - задумчиво кивнул Дейл, - У меня даже есть мысли о том, как можно было бы сделать это без лишних потерь.

-Предлагаешь привлечь Храм? - нахмурился Корбан.

-Не исключено, что нам придется это сделать, - сказал Дейл, - Маги, мне кажется, удержатся в Пределах Делфа, даже после того, как последнего человека за пределами стен их Храма съедят гоблины. Нужно пытаться склонить их на свою сторону.

-Да, - сказал Корбан, - С парой магов можно было бы попробовать взять Зейн малой кровью.

-В общем, - кивнул Дейл, - Все знают свои задачи. Ферген - свяжись с кем-нибудь из Зейна... с кем-нибудь жадным до денег. Корбан - придумай, как можно применить магов при взятии Зейна, и на всякий случай - придумай, как взять крепость без их помощи. Лекуф - занимайся текущими делами, - Все присутствующие кивали в такт словам главы совета, и в итоге тот закончил, - Я же попробую вновь договориться о встрече с посланниками Храма. Нужно обрисовать им ситуацию. Она не может их не взволновать.

***

Храм

Оранжевые лепестки жаркого пламени раскрылись на тонкой загорелой ладони, как причудливый цветок. Огненный шар не обжигал кожу, хотя парил всего в нескольких миллиметрах от неё. Сполохи пламени отражались в серых глазах Ли, то поднимаясь вверх, по опадая в такт пульсациям огненного шара.

-Огонь мага имеет лишь отдаленное сходство с тем огнем, что ты видишь в камине, или в пламени костра, - медленно и тихо произнес Убокар, - Он - суть твоя магическая сила. Именно поэтому он не обжигает тебя. Ключом к полному раскрытию его возможностей является понимание того, чем он является на самом деле, - ярко-голубые глаза престарелого мага задумчиво посмотрели на трепетавший на ладошке ученицы огненный вихрь.

-Твой гнев способен его питать, - сказал маг, - Поэтому он не погаснет, пока враг не будет испепелен. Его не сбить, и не погасить водой. Одно из самых страшных орудий в нашем арсенале.

-Это оружие для убийства, - заметила Ли, взглянув на учителя, - Я знаю уже множество таких заклинаний, но до сих пор ты не показал ни одного способа повлиять на кого-то магией, не убивая его.

-Эти приёмы не нужны тебе ни для одной из мыслимых целей, - нахмурил кустистые брови Убокар, -Уже имеющегося мне было бы достаточно для того, чтобы иметь непререкаемый авторитет. Не понимаю, с чем связаны твои проблемы.

-Выходит, я могу лишь грозить убийством, и возможности действовать иным способом просто нет? - мрачно произнесла Ли, - Убокар... мне надоело, что меня никто ни во что не ставит только потому, что я женского пола, и потому что никогда не была послушницей. Но что мне за это - убивать, что ли?

-Хм... - вздохнул Убокар, - Я уже сказал, что уже имеющихся у тебя навыков достаточно для всего. Ты должна научиться использовать то, что есть в твоем распоряжении более мудро, иначе, что ты будешь делать, когда не сможешь брать у меня готовые решения?

-Я же прошу совсем немного, - взмолилась Ли.

-Ты просишь меня лишить тебя шанса научиться самостоятельно решать достаточно простые проблемы, - вздохнул Убокар. Разгладив седую бороду, он продолжил, - Важен сам принцип. И, кстати, ты неправа, считая что за мелкие обиды не убивают. Еще как убивают, - и сухие губы старого мага растянулись в насмешливой усмешке, - убийства для того, чтобы определить собственный статус происходят едва ли не чаще, чем убийства ради денег.

-Ты предлагаешь убивать? - выдохнула девушка, - Ты шутишь?

-Нисколько, - серьезно сказал учитель, - Мелкая наглость - проявление более глубокой неприязни и враждебности, а также неуважения, а за это убивать можно, и даже нужно. Все, что нужно - это уверенность остальных в твоём праве на это. Для этого тебе нужно развернуть конфликт так, чтобы у тебя был в руках аргументированный повод угрожать применением смертельного оружия, и даже применить его. Дуэли в Храме... разрешены.

-Я, кажется, понимаю, - тихо произнесла Ли.

-Это хорошо, - кивнул старый маг, - Попробуй. И помни: моя задача - не только учить тебя, но и воспитывать. Ты должна стать чем-то большим, чем сейчас, и не только как маг, но и как личность. У тебя есть для этого нужные задатки, но они дремлют. Я хочу их разбудить прежде, чем лягу в постель и не проснусь наутро.

-Убокар, - возмущенно откликнулась дочь пирата, - Ты еще выглядишь живее всех живых!

-Ха, - усмехнулся старый маг, - Это только кажется - на самом деле, жуки уже прогрызли это дерево изнутри. Так что...будь готова однажды остаться одна.

-Я постараюсь не ударить в грязь лицом, - побледнела Ли.

-Надеюсь на это, - кивнул Убокар.


 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"