Уралов Александр: другие произведения.

Моя возня с ирландскими привидениями

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
Оценка: 8.32*31  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    История, случившаяся в девятнадцатом веке; запечатлена в дневнике главного очевидца.


  
   Моя возня с ирландскими привидениями
  
     
      Галине Рэмптон - удивительной
      русской англичанке, одинаково
      понимающей и любящей
      Великобританию и Россию -
      с пожеланиями здоровья, счастья
      и долгих-долгих лет жизни!
     
      Так уж получилось, что дядюшка завещал мне этот замок вместе со всем, что в нём находится. Нельзя сказать, что это было для меня неожиданностью. На Рождество он присылал мне открытки, отнюдь не отличавшиеся разнообразием. Поэтому раз в год я вспоминал о том, что у меня есть чудаковатый престарелый родственник и аккуратно вносил в календарь на будущий год все необходимые пометки: 'Не забыть!!! Поздравить дядю с Днём рождения, Рождеством...' - и т.д.
      Кузина моя отдала Богу душу несколько лет назад и вскоре после её похорон, я получил от дядюшки письмо, что явилось для меня неожиданностью - до Рождества было ещё далековато.
      В этой эпистоле дядюшка в кратких, но энергичных выражениях весьма неодобрительно отозвался об образе жизни своей покойной дочери и смутил меня тем, что я 'становлюсь единственным наследником замка Лунсух, знаменитого своей славной историей, тесно переплетающейся с историей нашей любимой Ирландии'. 'Некоторые авторитеты считают, - неожиданно словоохотливо писал дядюшка, - что именно у этого замка останавливался сам Кухулин (здесь он поставил четыре восклицательных знака) и кормил своего коня!'. Слава Богу, что дядюшка хотя бы не приписал Кухулину обыкновение ночевать в замке Лунсух и пить тот самый виски, что по сию пору хранится в подвале, - это был бы уже явный перебор.
      Положив письмо в ящик бюро, где желтели ежегодные дядюшкины рождественские излияния чувств, я тотчас забыл о нём. Дядюшка отличался завидным здоровьем, неуживчивым характером и постоянно подчёркивал то, что является гордым представителем уходящей во тьму веков династии ирландских долгожителей. При таком раскладе именно он, мой дядюшка, должен был получить приглашение на мои похороны, а уж никак не наоборот.
     
      Выждав положенные полгода ожидания и 'вступив в наследство', я тихо сидел в кресле у камина... и мне казалось, что я вскоре последую по стопам дядюшки.
     
      Похоже, старый пень при жизни затаил на меня какую-то древнюю злобу, - думал я, - причины которой мне столь же неведомы, как и подробные обстоятельства жизни любого из прапрадедов.
     
      Впрочем, речь дойдёт и до них.
     
      Будучи существом романтическим и нелюдимым, я всегда отдавал должное мистике, в том числе и как чудесному литературному явлению. Я прочитал тонны книг о встречах с жителями того света. Я вертел тарелки в спиритических обществах Лондона, Дублина, Нью-Йорка и Санкт-Петербурга. Я поглощал всё, что хоть как-то подходило под определение 'литература о потустороннем'. Я мечтал о встречах с неведомым...
     
      'Чёрт возьми, но не до такой же степени!' - воскликнул я на третий день пребывания в замке в качестве хозяина.
     
      Впрочем, всё по порядку. Я приехал в замок ранним утром, что вопиюще противоречило всем рассказам о привидениях. В них усталый путник является в дом своих предков ближе к полуночи, где прислуга предоставляет ему нагретую ванну, попутно рассказывая всякие ужасы. Путник, естественно, в них не верит... и т.д.
      Итак, я приехал ранним утром. Добрейший О`Брайан, похоже, ещё не протрезвел после вчерашних размышлений о том, что 'времена меняются... вот и молодой вертопрах унаследовал старинное право владения Лунсухом'. Поэтому мы битый час проторчали у запертых ворот замка, что совершенно вывело из себя старосту местной деревни, окружённого дюжими зевающими молодцами, нанятыми им для переноса моего багажа. К слову сказать, на каждый чемодан приходилось по три полусонных носильщика... что не удивило меня, поскольку я прекрасно понимал желание всего поселения познакомиться лично со мной - потомком древнейшего дворянского рода, владевшего когда-то этой ничтожной деревушкой... как, впрочем, и многими другими на шесть миль вокруг.
      К чести его будь сказано, дядюшка, похоже, всё-таки вбил им в голову уважение к нашему родовому гнезду, поскольку, когда я предложил притащить бревно поувесистее и высадить к чёрту проклятые ворота, дружный ропот негодования прервал меня на полуслове. Староста в деликатных выражениях в какие-либо полчаса цветисто воспел род Лунсухов. Если вы никому не проговоритесь, то я честно признаюсь, что род этот был - разбойник на разбойнике и прославился изначально умением угонять скот у соседей, попутно грабя и сжигая их жалкие лачуги. В своей речи староста проговорился о том, что оплата этой небольшой толпы почасовая, а не сдельная. Это заставило меня удвоить усилия и с новой силой забарабанить в неприступные ворота.
     
      Опустим мои последующие мытарства: долгая возня с нотариусом, откровенная тупость 'носильщиков', норовящих убрести с чемоданом (по три человека на чемодан) куда угодно, только не в мои будущие апартаменты. Почему-то, неся сей непосильный груз, потомки моих бывших верноподданных стремились спуститься как можно ниже... топоча по лестнице, ведущей к винному погребу. К счастью, ревностный слуга О`Брайан носил на груди ключ от заветного подземелья, не доверяя его никому, а двери в ирландский рай были укреплены почище замковых ворот...
     
      Опустим суету, волнение, знакомства, приручение почтенного О`Брайена, мои угрозы старосте повесить его на крепостных стенах, - что, кстати, сработало на удивление быстро, - и прочие житейские мелочи, интересные только их непосредственным участникам... главное во всей этой бестолковой истории то, я стал непосредственным и полным владельцем замка Лунсух.
     
      Перейдём к самому главному - моей возне с привидениями.
      К тому времени, моя жизнь в замке стала более или менее сносной. Жители поселения были довольны тем, что, помимо титула и родословной, я имел ещё и деньги. В местном трактире для меня выделили отдельный стол, уверяя, что ещё мои пращуры сиживали именно за ним и именно на возвышении, специально означенном для хозяев. Сидя за этим столом, я ощущал себя каким-то театральным королём, чей зад поднят на целых два дюйма выше, чем у простых смертных...
      Прислуга навела относительный порядок в моих комнатах... и я начал жизнь вельможи.
     
      О привидениях Лунсуха я слышал немало. А уж тем более я заинтересовался ими тогда, когда моё увлечение мистикой и спиритизмом переросло в манию (если верить моим друзьям и знакомым). К сожалению, мои отчаянные попытки выудить хоть какие-то сведения об образе жизни, воззрениях и привычках фамильных фантомов, наталкивались на дядюшкино ослиное упрямство, вполне соответствующее общему представлению о старых вдовцах - владельцев 'замков с историей'. Резонно заметить, что, с другой стороны, было по меньшей бы мере странно, если бы дядюшка рассыпал направо и налево сведения о быте привидений, приходящихся нам, как-никак, предками по самой прямой линии. Подобная скромность украшает не только старинные семейства! Представьте себе, что вы повествуете каждому желающему вас послушать о том, как ваша бабушка заимела три любовника, а прадед прирезал одного из них ножом для разделки мяса на трапезах и засолил тело в бочке, а впоследствии тайно закопал сразу же за нужником для замковой стражи.
     
      А как мне мечталось! Мечталось о том, что, просиживая штаны долгими вечерами в замке, приучив своенравных фантомов к мысли о том, что я теперь полноправный и единственный владетель фамильных тайн, - а это засвидетельствовано неподдельным и законным желанием моего покойного дядюшки, ясно и недвусмысленно обозначенном в его завещании, - я буду неторопливо и чинно расспрашивать достопочтенных моих предков о былом, о давно канувшем в Лету.
     Я узнаю подробности битвы при Гастингсе, я вызнаю привычки и особенности характера Ричарда Львиное Сердце, который когда-то прирезал своим повелением к нашим фамильным владениям не менее тысячи акров земли... которые, кстати, предкам пришлось отвоёвывать у их законных хозяев. Впрочем, те сами оттяпали эти территории у соседей лет этак за шесть до того, как мои родственники получили от Ричарда право на справедливый передел собственности..
     Я смогу доподлинно узнать из первоисточников, существовали ли попытки сторонников Иоанна Безземельного переломить ход событий, перебить на островке всех мятежных баронов, наплевать на Хартию Вольностей и повернуть историю Англии поперёк её теперешнего течения?
     Я могу...
     Впрочем, я могу теперь всё!
     
      Однако процесс привыкания привидений к моей персоне был долог и тернист. Первый месяц я только и делал, что бесперечь пил успокоительное, дополнительно накачиваясь на ночь спиртным. Ревнителям нравственности и трезвого образа жизни я от души желаю засыпать под подвывающие голоса, ноющие над самым ухом, слезать со старинного ложа по малой нужде, вытаскивая из-под него ночной горшок, из которого внезапно выскакивает чудовищно сквернословящая отрубленная голова. Я мог бы смириться со звяканьем цепей Старого Саксонца, изначально бывшего, как-никак, основателем боковой ветви нашего рода. Но его раздражающая манера внезапно выкрикивать что-то пронзительное и невнятное на давно забытом наречии, - прямо над ухом! - приводила меня в расстройство. Приводила до такой степени, что несколько раз я обнаруживал себя забившимся в чулан в самом конце коридора.
      Впрочем, Маленькое Привидение идиотским хохотом и леденящими прикосновениями выгоняло меня обратно... где разряженные прапрадеды кружились в ночном хороводе анатомического театра.
     
      Впрочем, лучше всего о моих мытарствах и обо всём, что связано с привидениями замка Лунсух, вам скажет мой дневник, отрывки из которого я предлагаю вашему вниманию:
     
     186... г., апреля 6-го числа:
     Сегодня, сидя в кресле у камина, внимательно наблюдал за Старой Дамой, безучастно висевшей в воздухе совсем рядом. По лицу её бродит раздражающая мечтательная улыбка. На мои попытки обратить на себя внимание она никак не реагировала. Даже, когда я, осмелившись, пустил струйку табачного дыма в её сторону, она лишь вздохнула в сотый раз и снова замерла. В руке она постоянно держит бутылку какого-то снадобья, первоначально принятого мною за флакон джина. Может, если бы это был джин, дама была бы повеселее.
     Видимо, это одна из моих романтических тётушек, прославившихся на всю округу своей меланхолией и хроническим нежеланием выйти замуж. Жизнь они вели праведную и размеренную, и будучи женщинами весьма строгих нравов, никогда не позволяли себе лишнего. 'Немудрено, - подумал я, - что тётя не желает разговаривать со мной. Ей и при жизни нечего было сказать. Однако какая жестокая ирония! Когда-то моя родственница не расставалась с молитвенником, но теперь она обречена вечно носить с собой нечто, весьма смахивающее на солидную порцию валерьянки!'
     Тётю постепенно втянуло в камин. Последний вздох она испустила уже в трубе. В коридоре загремели латы. Высовываться в коридор мне не хотелось. Пользуясь тем, что более меня никто не навестил, я заснул... и проснулся лишь тогда, когда О`Брайен доложил о готовом ужине. Надо заметить, что кого-кого, а О`Брайена в его вечном подпитии, мои фамильные призраки никак не пугают. Возможно, он их просто не замечает, с детства привыкнув к ним, как к деталям интерьера. В сущности, они достаточно безобидны и оказывают повышенное внимание только мне... видимо, чувствуя родственника.
     За ужином ничего сверхъестественного не произошло, не считая того, что кто-то, сопя, нет-нет, да и сыпал мне на голову вековую пыль, накопившуюся на закопчённых временем балках, скрытых в темноте. Газовое освещение было бы много ярче, но... увы!
     
     186... г., апреля 7-го числа:
     Ночью кто-то взял меня за руку. Вопреки многочисленным свидетельствам, рука эта не была 'ледяной и костлявой', а вполне нормальной, тёплой. Спросонок я не сразу сообразил, где нахожусь, но когда окончательно проснулся, то похолодел. Наверное, в это мгновение, именно я показался бедному привидению ледяным и костлявым. Торопливо зажегши свечу, я увидел миловидную рыжую особу, стоявшую рядом с моим ложем.
     Подтянув одеяло до подбородка, я смотрел на улыбающуюся дамочку и пытался сообразить, что мне делать. Одного переднего зуба у девушки не хватало, но в целом она была вполне приятной мужскому глазу, - спасибо Вседержителю за малые радости! Несколько раз мне попадались совсем уж ветхие призраки, никак не украшавшие собой мою библиотеку, где призрачный полуразложившийся труп, неизменно устроившийся в кресле с книжкой в руках, являл собой пример завидного постоянства. Постоянства, должен сказать, достойного лучшего применения.
      Девушка поманила меня пальцем и поплыла к двери. Я помотал головой. Пусть она и призрак, но одеваться в её присутствии мне совсем не хотелось.
     К тому же я подумал, что прочитал огромное количество историй о подобных фокусах. Таинственные клады, не упокоенные кости, влюблённость в ту, чей прах истлел за столетия... такие вещи приятно действительно читать у камина, но сырой апрельской ночью бегать почти нагишом за девицами!.. К тому же, я не смог бы влюбиться в неё при всём моём желании. И вовсе не из-за зуба. Просто мне всегда нравился другой тип женщины... а в рыжей девице, навестившей меня с того света, не было ничего романтического и таинственного. Будь она живой, я принял бы её за весёлую горничную, вернувшуюся поздно вечером с деревенских танцев.
     Казалось, она нисколько не обиделась. Поманив меня ещё раз, она растворилась в воздухе. Я закутался в одеяло и не стал задувать свечу. В коридоре кто-то долго прокашливался, потом шумно пустил газы, хлопнул дальней дверью и утих. Возможно это был похмельный О`Брайен. Проверять я не стал.
     
     Поздний вечер.
     Видел в коридоре чёрного кота. Он смотрел на меня мрачным взглядом. Боком обойдя его, я попытался перекреститься. Кот зашипел.
     Впоследствии выяснилось, что это не кот, а кошка, которую прислуга держит на кухне. Кошка ловит мышей, а днём спит у печи. Видимо, я её напугал резким движением.
     За панелями одного из коридоров кто-то кряхтел и охал. Потом пробормотал: 'Не дождётесь, ваше высочество!' - и заплакал. Через некоторое время утих.
     Освятить замок, что ли? Надо спросить у дворецкого, предпринимались ли подобные попытки ранее. И что из этого - ха-ха! - вышло.
     Весь день провёл в библиотеке, разбирая дядюшкины бумаги. Вопреки расхожим представлениям, пока ничего таинственного не обнаружил. Надо будет потом порыться в семейных архивах.
     Труп в кресле сегодня был оживлён более обыкновенного. Он хихикал и что-то самодовольно бормотал.
     
     186... г., апреля 17-го числа:
      Проспал до завтрака. Ночью лежал на кровати одетым. Не очень располагающее ко сну занятие. Однако задремал и проснулся от уже знакомой рыжей девушки. На этот раз, поддавшись желанию откопать клад... или старые кости, - я послушно вышел в коридор. Девушки не было. За углом бормотал призрак Старого Саксонца, но для того, чтобы понять, о чём он говорит, нужен был хороший специалист, а мои познания в старо-саксонском, - увы, - желают оставлять лучшего. Поэтому, подождав для приличия, вернулся в комнату, где через четверть часа снова был поднят с постели приглашением выйти.
      Та же история!
      На четвёртый раз я прямиком сказал девушке: 'Я, конечно, откликнусь на ваше приглашение, но если вы, милочка, и в этот раз оставите меня с носом - я могу выйти за рамки общепринятых правил обращения с дамами!'
      На этот раз девица была в коридоре. Всё с той же задорной усмешкой она манила меня... обратно! Решив не сдаваться, я снова вернулся в свою комнату - а вдруг в стене моей спальни замурован клад? Девица исчезла.
      До утра, кроме обычных стонов, шорохов и хихиканья в коридоре, ничего не произошло. Но уснул я только под утро.
     'Что за чёрт? - размышлял я - Создаётся впечатление, что девушка действует, как механическая кукла, раз и навсегда повторяя одно и то же движение, заложенное в ней механиком!' Чуть позже я вспомнил, что и другие привидения тоже не баловали меня разнообразием программы. Отрубленная голова, например, всегда выпучивала глаза и открывала рот. Причём, самым таинственным образом, крик слышался из-за окна спальни.
     Призрак библиотеки всегда читал одну и ту же страницу. Впрочем, здесь я могу и ошибаться. Мутные, полупрозрачные страницы не позволяли толком видеть того, что на них изображено. Издалека мне не единожды казалось, что это не старинный манускрипт, а банальные канцелярские отчёты за полугодие...
     Завтракал без аппетита. Под потолком сопели и ворочались.
     
     Днём...
     
     Ура! Я нашёл несколько бумаг, позволивших мне идентифицировать рыжую девушку, как некую Джейн Б., чьи потомки, кстати, по сию пору живут в деревне. Более того, одна из старых приходящих служанок является ей внучатой племянницей... если только я правильно разобрался в деревенских генеалогических зарослях.
     Джейн умерла от воспаления лёгких здесь, в замке. Дядюшка, - тогда ещё молодой вертопрах, - похоже, был к ней весьма неравнодушен и достаточно тяжело воспринял её уход. Стало понятно, почему призрак Джейн так весело навещает меня по ночам. Думаю, призыв её был бы понятен и слепому.
     И почему бы ей не встречаться с призраком дядюшки? О`Брайен уверяет меня, что видел дядюшку в окно. Старый пень бродил вокруг крышки люка в угольный подвал и качал головой. При жизни он постоянно ворчал на дороговизну угля, вот и теперь дядя сокрушался о беспечной расточительности своего племянника.
     Во дворе - это хорошо. Надо будет попытаться сказать об этом Джейн. Заманивать дядюшку в спальню мне совсем не хочется. Вполне возможно, что им вдвоём здесь понравится... и они начнут нарушать некую целомудренность моего холостого существования. Нехорошо, конечно, так говорить о покойных, но за последний месяц я стал чувствовать себя среди них намного свободнее и могу позволить себе некоторые семейные фамильярности.
     Повар сказал, что кто-то ночью выложил на полу незамысловатый узор из ложек. Предполагаю, что это Маленькое Привидение. При жизни у парнишки явно присутствовал художественный талант. Он то и дело рисует пальчиком на запылённых полках совсем ещё детские рисунки. Кто он такой мне узнать пока не удалось. Похоже, родители его служили в замке, а он просто носился по коридорам, пользуясь благосклонностью тогдашних хозяев. Во всяком случае, шалун он изрядный. И часто, бросив свои художественные увлечения, бестолково носится по замку, что-то вопя и прыгая на манер бесноватого барашка.
     Не удивлюсь, если умер он оттого, что измученная капризами мать просто придушила его - хе-хе!
     В настоящий момент он увлечённо гремит развешенными на стене зала рапирами. О`Брайен привычно прикрикнул на него, но сорванцу всё как с гуся вода.
     
     186... г., апреля 23-го числа:
      Прервал записи, поскольку пришлось срочно уехать в город. Прекрасно выспался у Д., своего старого школьного приятеля. Он располнел, облысел и стал как две капли воды похож на своего отца. На второй день мы засиделись далеко за полночь, так что утром я наверняка показался дочери судьи, к которому заглянул с полуофициальным визитом, мрачным и бледным поклонником лорда Байрона. Боже, только в провинции обветшавший романтизм всё ещё жив и всё ещё волнует девичьи сердечки! Наверное, бедное дитя ждало от меня испепеляющих взглядов и гордых бунтарских поз. Но я менее всего подхожу для романтических бредней, - истинное дитя нашего бурного 19-го века.
      Ха-ха. И это говорит человек, изучающий мистицизм не только, как литературное течение, и к тому же постоянно окружённый потусторонними тайнами! Так сказать, не выходя из дома.
      Смешно.
     
     Однако пора вернуться, как и обещал, к моим фамильным привидениям.
     
      Я уже начал привыкать к жизни в замке. Не думаю, что мои дражайшие фантомы тоже попривыкли ко мне. Внешне на них это никак не отразилось. Каждый продолжает действовать по раз и навсегда заведённому порядку. Впрочем, возможно я и ошибаюсь. Старая Дама, например, почти перестала меня навещать. Видимо, разочаровалась в моих нравственных устоях, узнав, как я тщетно пытался втолковать Джейн мысль о том, что её давний возлюбленный бродит во дворе.
      Набравшись духу, я встретился и с дядюшкой. Старый ворчун меня не узнал и вообще, не проявил ко мне никакого интереса. Вот вам и узы крови! Это наводит на определённые размышления. Например, о том, что сами фантомы никогда не общаются друг с другом. Не видят? Не хотят? Возможно, и то, и это.
      Забавно, что они почти не реагируют ни на меня, ни на прожившего с рождения в замке О`Брайана. Всех остальных людей они чураются. Днём так и вовсе прячутся от посторонних. Редко-редко показываются им на глаза по вечерам. Да и то, в основном служанкам и повару, которые как-никак работают здесь уже не первый год.
     Переночевавший у меня нотариус вообще ничего не заметил, хотя и признался, что жить в столь старинном замке он бы не смог. Особенно его напугали блестящие латы, возникшие перед ним в тусклом свете свечи. Латы стоят в нише у дверей гостиной чёртову уйму лет, но нотариус-то об этом не знал и был потрясён до глубины души.
      Знал бы он, что из всего, что в замке есть таинственного, старые доспехи безобиднее половника повара...
      Однако мне пришлось отпаивать нотариуса виски, а потом выслушивать его сконфуженные извинения. Проведай он истинное положение дел, думаю, он выскочил бы в окно и никогда больше не появлялся бы в Лунсухе... если уцелел бы при падении в ров.
      Ночью, проснувшись от шороха, я обнаружил в дальнем углу (спать с горящей свечой уже вошло у меня в привычку) нелепую фигуру, колыхавшуюся в воздухе. Боюсь, я был неучтив, кинув в неё спросонок подушкой. Впрочем, призрак этого даже не заметил. Он тихо висел, высунув язык, мерно поворачиваясь из стороны в сторону. Язык он показывал не для веселья и не из-за дерзкой неучтивости. Похоже, этот джентльмен в костюме времён королевы Елизаветы повесился или был повешен - особой разницы я не вижу - где-то поблизости. Мне смутно припомнились уклончивое упоминание семейной хроники 'о безрассудном сквайре, окончившем столь печально свою беспутную жизнь' и я решил, что это - мой двоюродный прадедушка, имевший одно время определённый вес при дворе. Однако Лондон не пошёл родственнику на пользу, - он вернулся в родные края и... исчез из семейной летописи, оставив о себе только вышеупомянутую фразу.
      Вид покойника не способствовал нормальному сну, поэтому я, проворочавшись на кровати битый час, достал из шкафчика виски и хлопнул стаканчик, стараясь не поворачиваться к призраку спиной. У него была неприятная привычка иногда безмолвно изгибаться в судороге агонии, что каждый раз действовало мне на нервы. Я позавидовал нотариусу, мирно спящему в комнате для гостей, упрекнул себя в трусости, выпил ещё виски и погасил свечу. Уснул я под мерное поскрипывание качавшегося тела. Последней мыслью, сонно проплывшей у меня в голове, было оправдание 'непростительного пьянства брата твоего покойного отца', как однажды выразилась моя матушка. При такой жизни любовь дядюшки к виски и его несносный характер становились для меня понятными и где-то даже оправданными.
     'Лет через десять и я тоже...' - но здесь, наконец-то сон унёс меня туда, где не было ни повешенных, ни дядюшки, ни родового гнезда Лунсух, битком набитого выходцами с того света.
     
     186... г., апреля 30-го числа:
      Вчера днём принесли почту. Я получил записку от милой Мэри, уже упомянутой мною дочери судьи, два письма из Дублина и одно, дотащившееся до меня из Парижа. Боже мой! Это было письмо от моего давнего друга N***., приславшего мне очередной отчёт нашего спиритического кружка!
      Наверное, слуги подумали, что я сошёл с ума. Я хохотал так, что слёзы полились из глаз. Позже я объяснил О`Брайану причину своего истерического смеха... и мы посмеялись вместе. 'Пусть они приезжают сюда, - сказал мой дворецкий, - и не обременяют себя досками и планшетками! Здесь они могут общаться с миром духов, сколько их душе угодно. Вот только немного же они выведают!'
     
      Написал ответ, но, по вполне понятной причине, ни словом не упомянул о моих призрачных сожителях. Пусть Париж, Санкт-Петербург и Лондон крутят блюдца и, взявшись за руки, заунывно взывают к духам умерших! Чёрт возьми, я могу дать сто очков вперёд самому Сведенборгу и запросто заткнул бы за пояс Калиостро. Такую мелочь, как люди калибра графа Сен-Жермен, я могу посадить на ладонь с десяток штук... и ещё останется место для доброй мерки трубочного табаку!
      Я начал понемногу разбираться в пружинах и механизмах потустороннего мира. И знаете, что я вам скажу? Всё совсем не так, как писали, пишут и будут писать многочисленные писатели и драматурги. Привидения не ведают о прошлом и не знают будущего. Это всего лишь часть души - один её маленький осколочек, зацепившийся за знакомую реальность... крохотная музыкальная шкатулка, проигрывающая одну и ту же мелодию... быть может - веками.
     Вот так-то. Ловлю себя на мысли, что во всём Старом Свете есть только один профессиональный знаток привидений - я.
      (раскланиваюсь под аплодисменты)
     
     186... г., мая 3-го числа:
      То, что мир никогда не узнает о привидениях замка Лунсух, я считаю правильным. Придёт время, и я передам этот замок своим детям. А они - детям своих детей. И они точно также будут держать язык за зубами, ибо куда идти несчастным призракам, если орды туристов, учёных, шарлатанов, фотографов и газетных репортёров разнесут эти старые стены по кусочкам? Как-никак, они являются нашими родственниками и друзьями покойных владельцев замка! Пусть уж мирно подвывают по ночам и хохочут в нишах. Покою замка Лунсух не будет угрожать ничто!
      Будто поняв мои мысли, Маленькое Привидение радостно завизжало и кувырком вылетело в камин. Покричав для разнообразия в гулкой трубе, оно, похоже, вылетело через дымоход и принялось скакать по крыше. По моему приказу слуги давно уже не вытирают пыль на его излюбленных местах для рисования. По утрам я рассматриваю смешных всадников на конях и драконов, пронзённых копьём могучего рыцаря, смахивающего на пивную бочку на кривых ножках. Наверное, привидение рисует себя, как любой мальчишка, мечтающий стать воином... если бы только он не умер в возрасте лет этак семи-восьми.
     
      Прыгай, прыгай, малыш! Пока я жив, здесь всё останется по-прежнему. А когда я умру, то, вполне возможно, нарушу один из законов призрачного мира. Наверное, мы будем смотреться дико - старый и малый, озорничающие по коридорам, выводя из себя невинными шутками очередного почтенного О`Брайана...
     
     186... г., августа 11-го числа:
      Если Мэри ответит на зов моего сердца, то я никогда не уеду из Лунсуха. Пусть уж мои милые дети растут с пелёнок привыкнув к тому, что рядом с ними, едва замечая их, живут странные призрачные существа, когда-то облечённые в плоть и кровь, а ныне бессознательно цепляющиеся за остатки жизни...
     ...думаю, мои дети справятся с этим, а нам с Мэри удастся привить им уважение и любовь к несчастным...
     
      Сказал О`Брайану о своём решении сделать предложение Мэри. Он поворчал для виду, потом растрогался. С тех пор, как я позволил его сыну учиться многотрудному делу дворецкого, О`Брайан рассчитывает на спокойную старость в будущем. Он высказал опасение за состояние духа моей будущей жёнушки, получающей в наследство целую орду фамильных фантомов, но вместе мы скоро пришли к выводу, что твёрдый ирландский характер этой девушки позволит ей принять столь беспокойное 'семейство'.
      Возможно, на наши выводы повлияли стаканчик-другой виски... но не думаю, что только они.
      Я обязательно расскажу Мэри обо всём!
     
      Ремонт замковой часовни почти закончен. Преподобный Мартин освятит её заново на той неделе. Он говорит, что в деревне рассчитывают на то, что я смогу вдохнуть жизнь в захиревшее, было, родовое поместье. Я тоже на это надеюсь. Все предпосылки для этого есть. Придётся попотеть, но это стоит того.
     
     186... г., ноября 21-го числа:
      Сегодня Мэри позвала меня в свою комнату. Никак не могу привыкнуть к тому, что у меня появилась - и живёт со мной! и живёт уже целый год!! - такая красивая и любимая жёнушка.
      После свадьбы она попросила положить у окна своей спальни плоский планшет. Рядом, в отдельной чашке постоянно находится мел, растёртый до состояния пудры. Малыш приловчился обмакивать в мел палец и с увлечением разрисовывать гладкую доску.
     
      - Посмотри, милый! Это появилось ночью!
     
     Я с трудом оторвал взгляд от её счастливого улыбающегося лица. Наверное, малыш-привидение нарисовал сегодня особенно безобразного дракона. Мэри говорит, что его рисунки стали лучше, но, по-моему, её добрая душа выдаёт желаемое за действительное.
     В первый момент я не понял, что это было - в голову пришла только мысль о том, что рисунок этот не похож на привычные творения малыша. Потом я пригляделся...
     
     На угольно-чёрном фоне планшета были старательно нарисованы два человечка, мужчина и женщина, с любовью державшиеся за руки. В одном из них я узнал Мэри со смешно округлившимся животиком. Рядом с ней стоял забавный малый - и это, конечно же, был я - с трубкой в зубах.
     
     Дым от трубки штопором уходил круто вверх, прямо в небеса...
     ... где улыбалось множество разных, но, несомненно, очень счастливых, лиц.
     
     
     Замок Лунсух.
     186...г.
  

Оценка: 8.32*31  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  Кин "Новый мир. Цель - Выжить!" (Боевое фэнтези) | | Н.Любимка "Пятый факультет" (Боевое фэнтези) | | Д.Владимиров "Киллхантер 2: Цель - превосходство" (Постапокалипсис) | | Р.Прокофьев "Игра Кота-6" (ЛитРПГ) | | А.Мичи "Академия Трёх Сил. Книга вторая" (Любовное фэнтези) | | Кин "Новый мир 2. Испытание Башни!" (Боевое фэнтези) | | У.Михаил "Ездовой гном 4. Сила. Росланд Хай-Тэк" (ЛитРПГ) | | В.Старский ""Темный Мир" Трансформация 2" (Боевая фантастика) | | Б.Толорайя "Чума" (ЛитРПГ) | | П.Працкевич "Код мира - От вора до Бога (книга первая)" (Научная фантастика) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "То,что делает меня" И.Шевченко "Осторожно,женское фэнтези!" С.Лысак "Характерник" Д.Смекалин "Лишний на Земле лишних" С.Давыдов "Один из Рода" В.Неклюдов "Дорогами миров" С.Бакшеев "Формула убийства" Т.Сотер "Птица в клетке" Б.Кригер "В бездне"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"