Хволкер: другие произведения.

Общий файл

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Peклaмa:


Оценка: 6.60*99  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Все главы в одной куче

  Начало
  
   Бечено by Тоя Акирадзиро
  
  
  
   23:12
  
   - Вот и пошел последний час.
   Человек в неброской, но искусно расшитой мантии грустно посмотрел на запястье. Мягко светящийся квадратный циферблат безжалостно отсчитывал последние минуты и секунды.
   - Интересно будет посмотреть, что получится в итоге.
   Скупым движением руки он вызвал голографическое меню, проверяя настройки. Таймеры, приоритеты и координаты точек, с которых будут идти съемка и делаться скриншоты. Полосы прогресса выполнения скриптов, диаграммы синхронизации, маршруты передвижения групп НИП.
   - С тем, сколько мороки мне это стоило, все должно быть феерично. Вот только где радость, а?!
   Человек досадливо топнул ногой.
   Вид с дворцового балкона, на котором он стоял, нельзя было не назвать захватывающим. Сам балкон, скорее даже, открытая терраса, выходил на городскую площадь. Город, тщательно спроектированный, а затем кропотливо прорисованный, расходился от нее концентрическими кругами, пронзенными прямыми, как стрела, улицами. Двух и трехэтажные дома, каждый - с оригинальной архитектурой, тем не менее, выдерживали один общий стиль. Стены, сложенные из тончайшего кирпича, идеально прямые углы, узкие витражные окна и высокие, острые черепичные крыши с башенками. Во внутренних двориках - ухоженные палисадники с пышными цветами.
   Кварталы, на первый взгляд застроенные в разнобой, манили взгляд странной гармоничностью, а после - намертво прилепляли к себе скрытой продуманностью. Рынки, маленькие храмы, забегаловки, парки, статуи, бани, акведуки, фонтаны, лестницы, мозаичные тротуары. Город казался настолько настоящим, насколько и сказочным.
   Хотя, конечно же, все это было пустышкой. Под текстурами не было ничего. Администрация Иггдрассиля позволила воплотить проект, с условием оплаты отдельного кластера под него. Но при этом заломила такой прайс за визуализацию, что проект едва не был заброшен. Потом, скрепя сердце, Талик - инициатор идеи - решился на полумеры. Внешне все было так, как он хотел. Но изнанки у этих декораций не было. Схема защиты 'этажа' тоже требовала ресурсов, и немаленьких...
   Однако, сейчас в центре внимания человека на балконе был не сам город, а движение на его улицах. Бесчисленные НИПы деловито и слаженно украшали город гирляндами и расставляли салютные боксы.
  
   23:39
  
   На улицах выстроились сверкающие доспехами и оружием ряды боевых НИПов, и, застыв, ожидали команды. 'Гражданские' НИПы располагались отдельными группами.
   Человек на балконе скосил взгляд на часы, сверяясь с расчетным временем и диаграммами из интерфейса. Он планировал этот эвент последние две недели, и ему хотелось, чтобы все прошло идеально.
   Пусть даже больше никто его своими глазами не увидит. Жаль, конечно...
   Талик приглашал бывших членов почтить память гильдии в ее последний день. Звонил, писал и уговаривал, но никто так и не собрался. Логично, в принципе. Из всего начального состава на тот момент в Иггдрассиль играло только четверо. Двое - уже в составе другой гильдии, дружественной, но другой. А Кацуба... Вряд ли у него получилось бы зайти в Иггдрассиль из реанимации. При всем желании.
   Что ж, по крайней мере, голозаписи останутся.
   Талик облокотился на оградку балкона.
  
   23:40
  
   Над городом прокатился тонкий звук серебряного рога, быстро подхваченный десятками таких же. Спустя секунды, это была целая симфония.
   Стройные ряды закованных в сталь НИПов, воздев над головой флаги, начали чеканить марш. По широким улицам начали шествие легионы разнообразной гильдейской неписи. Идеальное построение, идеальные развороты целых соединений в десятки и сотни юнитов. Все вовремя, все точно по графику. Счастливые 'мирные жители' сыплют конфетти, бросают цветы и выпускают голубей и синиц, приветствуя войска.
   Талик грустно улыбнулся. Пожалуй, планировать этот парад было интереснее, чем на него смотреть. Тогда он поставил себе по-настоящему масштабную задачу. Каждый НИП, участвующий в параде, имел свой маршрут и график передвижения. Ни один непись не должен быть в один момент времени и в одном месте с другим. При этом, парад должен быть зрелищным.
   Это была целая эпопея, и Талик даже подумывал забить, но почему-то решил довести дело до конца. И вот результат - военный парад и праздничные демонстрации очень трудно отличить от настоящих. Разве что, может быть, слишком безупречно все было, но это не недостаток.
   Тем не менее, душу глодала тоска. Он посвятил Иггдрассилю почти восемь лет. Познакомился с кучей интересных людей, поучаствовал в удивительных, и порой уникальных приключениях. Бесчисленные сражения, открытия, марафонный фарм в компании таких же увлеченных энтузиастов. Штурмы вражеских гильдий и защита союзных. Аукционные авантюры - прибыльные и разорительные.
   Почти во всех его друзьях утих огонь этого увлечения, и многие ушли в реал или другие проекты, более совершенные, нежели Иггдрассиль. Талик, чего греха таить, и сам пробовал поиграть в другие VRMMO, но все было как-то не так. Не было в этих играх души. Был прекрасный расчет баланса, был скомпонованный профессиональными писателями лор, даже был 18+ контент в премиум-доступе. Было все, чего не было в Иггдрассиле. Но не было души. Не было загадок и роковых случайностей, не было такой мощной драмы, не было возможности создать и реализовать идею, которая бы перевернула все с ног на голову.
   А ведь именно возможность реализовывать сумасбродные идеи и были корнем интереса Талика. Чего только стоит его тактика территориальной защиты или фарма расходных материалов.
   Большинство фармеров старались добывать высокоуровневые ресурсы, и это было логично. Звездные металлы, шкуры сверхчудовищ, алхимические реагенты божественного происхождения - все это стоило больших денег, и добывалось огромным трудом.
   Талик занял иную нишу. Он фармил ресурсы среднего и низкого уровней, вычищая инстансы и локации, значительно отстающие от него по уровню. Это считалось крайне неблагодарным делом, ведь при слишком большом разрыве в уровнях дроп нереально снижался. Когда ты 100-м уровнем приходишь выносить инстанс 30-50-х уровней, чаще всего ты уходишь с раздражением вместо добычи. И здесь Талик нащупал слабое место в игровой логике. Он начал использовать отряды НИПов в качестве ударной силы. Конечно, отряд в 20-30 НИПов 40-го уровня не сравнится по ударной мощи с игроком 100-го. Тем не менее, 'сотка' будет тратить ману, здоровье и дорогие расходники, а отряд НИПов достаточно поддерживать слабыми заклинаниями. В итоге, инстанс, вычищаемый соткой за 15 минут, отряд неписи вычищал за полчаса. Там, где сотка уходила несолоно хлебавши, отряд нипов выносил горы мелкого лута, разбираемого на универсальные кристаллические элементы. Которые пусть и недороги сами по себе, но жизненно необходимы в бесконечных количествах.
   Та же история с низкоуровневыми случайно генерируемыми квестами и эвентами. И, конечно же, платный 'кач-экспресс'.
   Тактика использования толпы низкоуровневых НИПов под высокоуровневыми баффами прекрасно показала себя даже в PvP. Конечно, слабый НИП не выдержит даже одного удара сотки-воина или мага, но ведь он возьмет на себя этот удар, заставив потерять время и ману. Для маневра противник должен был фактически прорубаться сквозь слабый, но постоянно пополняемый строй, тратя время и силы. Сами НИПы, пусть и слабые, но крепко оббафанные, нет-нет да и наносили урон. Даже с 3%-м шансом сбить заклинание полсотни НИПов-стрелков доводили магов и хилеров до истерики.
   В пвп-лиге арен эта тактика не допускалась, потому как была неспортивной. И неэффективной, к тому же, так или иначе требовались ключевые ДД. Класс Талика не предусматривал нанесение серьезного урона, а вспомогательных ДД уровнем выше 50 на арене использовать было нельзя, только призванных. А для призыва высокоуровневых существ существовали классовые требования, к которым Талик, опять же, не подходил.
   На улицах начали цепочкой срабатывать флешбоксы, запуская в небо разноцветные салюты. Рассыпчатое, игривое пламя мгновенно превратило небо в целое поле буйствующих красочных вспышек. На мгновения из феерической палитры складывались картины самых запоминающихся событий, в которых участвовал Талик. Эпизоды прошлого неуловимо сменялись, один за другим, как страницы альбома.
   Последние пару лет, после фактического распада гильдии, играть было уже не так интересно. Да, он по прежнему оставался одним из самых востребованных саппортов кластера. Не было такой минуты, когда у него не висело бы во френдлисте заманчивых предложений поучаствовать в какой-нибудь авантюре. Не было дня, когда его не приглашали бы в другую гильдию.
   Но Талик всей душой прикипел именно к ребятам из Рассветного Тумана, и после их ухода у него просто не осталось душевных сил начинать все с начала, или вливаться в уже устоявшуюся, сформированную компанию. Романтика новых знакомств ушла, оставив сладко-горькую память. Он даже увлекся углубленной ролевой кастомизацией, пожалев, что так поздно нашел для себя эту часть игры.
   Талик не мог найти в себе сил бросить Иггдрассиль, потому что слишком привык к нему, и не ощущал той радости от игры, которая его когда-то влекла. Поэтому новость о скором закрытии проекта он воспринял с двойственными чувствами. Конечно, ему было жаль, что все по-настоящему заканчивается. С другой стороны, это была, наверное, единственная возможность для него бросить Иггдрассиль. Игра давно создавала для него проблемы в реале, и не давала тех чувств, которые он так пытался от нее получить.
   И теперь, выведя в реал все, что успел, Талик отдавал последние почести этому миру. Великолепный парад с художественным салютом.
  
   23:55
  
   Тысячи голосов слились в единый клич, волной пронесшийся по городу.
   - Слава уходящему миру! Прощай, Иггдрассиль!
   Затрещали мелкие хлопушки и петарды, фейерверки уже не рисовали картин в небе, но сверкали нарастающим хаосом, предвещая кульминацию. НИПы вовсю радовались, кружа в танце на площади и улицах.
   Талик обернулся, окидывая взглядом зал за спиной.
   Тонкие колонны с белым и золотистым орнаментом. Гобелены с символикой союзных гильдий и ачивок Рассветного Тумана. Да, они никогда не не попадали в топ-лист, даже в тысячник, но у них было немало редких и уникальных достижений.
   Мозаичный пол, витражи, фрески на потолке. От всего веяло неподдельным, обманчиво хрупким изяществом.
   - Да, 4еJl, ты действительно профессионал... Всегда поражался твоему таланту. Почему ты даже не ответил, а? Мог хотя бы... Мда.
   Талик глубоко вздохнул и взял себя в руки. Шоу должно продолжаться.
   Он окинул взглядом четыре фигуры, застывшие, преклонив колено. Четыре из шести НИП-соток гильдии. Дрэга, Илладрия, Варбосс и Вильгельм. Мариуса и Титана Талик решил не задействовать. Все-таки нужна была страховка на случай, если какие-нибудь мудаки решат на последок пощекотать Рассветный Город. Мариус стерег первый 'этаж' от подобных вторжений. Конечно, он не удержит полноценный штурм, но займет любую группу минут на пятнадцать минимум. А Титан... Талик его не любил, пусть и по смешной причине. Да и не вписывался этот донатный автоматон в запланированное действо.
   - Вильгельм, - Талик сделал приглашающий жест. - Время твоих слов.
   Конечно же, не обязательно было так углубляться в роль. Но, черт побери, он не мог позволить себе не соответствовать роли в шоу, которое сам создал.
   Вильгельм плавно встал и с гордо поднятой головой прошествовал к балкону. Как и всех присутствующих НИПов, Талик его создавал лично, хоть и по идеям своих друзей.
   Мощная фигура, закованная в черно-синие пластинчатые латы, с неброской короной поверх кольчужного капюшона. У пояса - меч с простой рукоятью, в черных, инкрустированных серебром рожнах. Архетип - полководец, воин поддержки. Утанкованный 'в бетон', как выражались на их кластере, мог очень, очень долго жить даже под сильным фокусом. Но ценность его как боевой единицы заключалась не в хорошей выживаемости, точнее, не только в ней. Главной особенностью были его умения, направленные на бафф союзников, с ограничением только по площади, а не по количеству. Эти баффы могли суммироваться с баффами самого Талика. В зоне ответственности этого НИПа даже жалкий 25-тый уровень был по силе равен 40-му, если тщательно следить за таймерами. Более высокие уровни становились еще более опасными. Короткое время действия компенсировалось высокой скоростью перезарядки, что очень помогало, когда противник сыпал диспелами. А чего стоили его 'воззвания', снимающие отрицательные эффекты и дающие кратковременные сопротивления к ним... Относительно слабый собственный урон был практически незаметным недостатком.
   Согласно его легенде, он был сыном барона в королевстве, страдающим от тиранической династии королей-чернокнижников. Когда последний король его страны вплотную подвел народ к грани уничтожения, заключив сделку с демонами, отец Вильгельма поднял восстание. Восстание провалилось, и мятежников казнили. И перед казнью самого Вильгельма Талик пришел к нему в тюрьму под личиной призрака, и предложил спасение и силу все изменить, в обмен на вечную службу в последствии. Талик создал долгую и богатую на события историю, по итогам которой Вильгельм сверг тиранов и устроил более-менее хеппи-енд, после чего исполнил клятву и пошел на службу к Талику, в итоге став королем. Гордый, заносчивый, надежный, как скала и бесконечно преданный вассал.
  
   23:57
  
   Вильгельм, покровительственно воздев руки, провозгласил:
   - Слушайте своего короля!
   Шум праздника спустя мгновения утих, все 'жители' почтительно повернулись к фигурам на балконе.
   - Это было чудесное время, полное славных побед и великих свершений! Слово Пророка Таллария привело нас сквозь все невзгоды, от мрачного прошлого к ослепительному настоящему. И я, король Вильгельм, горжусь тем, что мне было суждено править таким народом. Конец Иггдрассиля был предрешен с его рождением, и мы были готовы к этому. Мы прошли до самого конца, и в последние минуты этого мира мы не будем горевать. Мы будем радоваться тому, что нам случилось застать этот момент в здравии и достатке. Проведем же Иггдрассиль в небытие без страха и скорби, и воздадим ему хвалу за прекрасные времена, что он дал нам!
   На балкон вышли остальные сотки, приветствуя толпу. Вильгельм продолжил:
   - Приветствуйте старших вассалов Рассветного Тумана!
   Толпа на площади залилась бурными овациями, скандируя рандомные хвалы Иггдрассилю. А Талик, сцепив зубы, следил за таймером.
   Все было не так, как он расчитывал. Точнее, церемония, до этого момента бывшая только лентой кода, оказалась намного более цепляющей, чем он думал. Он не представлял, что будет так больно прощаться с игрой по-настоящему. Он понял, почему так упорно цеплялся за устаревший, несбалансированный Иггдрассиль.
   Что есть реал? Серое небо, бетонный лес и синтетическая еда. Рабство у клавиатуры и мечты на картинках. Вчера, сегодня и навсегда. Некогда и не о чем мечтать. Нечего и незачем открывать. Серая, безвкусная пустота на 70 лет и незаметная смерть. А все хорошее, что давало силы жить, сейчас уходит. Уходит в красивом шоу, которое он срежиссировал как реквием для своей мечты. Таймер начал отсчет последних секунд, на площади воцарилась тишина, нарушаемая символическим тиканием механического хронометра.
  
   23:59:50
   23:59:51
   23:59:52
   23:59:53
   23:59:54
   23:59:55
  
   - Да, Иггдрассиль уходит... Придется продолжать уже без него.
   Тихие, горькие слова эхом разошлись по замершей площади.
  
   23:59:57
   23:59:58
  
   Мощный взрыв сотряс небо, расцветая в последнем, самом ярком взрыве феерверков.
  
   Талик крепко сжал перила балкона и зажмурился. Реальность придется принять, так или иначе. Глупо было закрывать глаза - пропустил последний салют. Но не было душевных сил видеть, как виртуальность поблекнет, рассыплется пикселями. Не хотелось портить последние мгновения. Сейчас будет легкое головокружение, затем пустота и анатомическая кушетка в бетонном муравейнике.
  
   Прощай, Иггдрассиль. Я правда любил тебя...
  
   Последняя секунда все тянулась и тянулась. Талик был даже рад этому, но в какой-то момент понял, что что-то не так.
   Было шумно. Шум воды в фонтанах, смех, гомон, обрывки песен. Лицо поглаживал прохладный ветер.
   Не открывая глаз, Талик с наслаждением вдохнул свежего воздуха.
   - Что за херня?
   Глаза открывать не хотелось. Галлюцинация была прекрасна. Он мерно и глубоко вдыхал и выдыхал воздух. Чистый, прохладный, чуть влажный. Без горьковатого, чуть удушливого привкуса, который должен был присутствовать. И без химически-медикаментозного, который тоже имел право быть. Свежий вечерний воздух. Очень, очень дорогое удовольствие.
   'Интересно, я в коме? Это было бы не очень хорошо...'
   Талик ощущал себя стоящим. Осязание работало на всю катушку, сообщая о прилегании одежды и обуви. О давлении на стопы. О прохладных перилах, на которых лежали руки. Подобного в Иггдрассиле не было предусмотрено по куче причин, не только технических. Была, конечно, тактильная и вестибулярная эмуляция, просто чтобы сохранять ориентацию в пространстве, но таких ощущений не было даже в проекте. Даже в более продвинутых играх.
   Было страшно разрушать столь прекрасные ощущения. Хотелось просто стоять, дышать и слушать.
   Снизу доносились поздравления, крики радости и легкий, непринужденный смех.
   'Вот, значит, как сходят с ума, да? Ну, я даже не против.'
   Талик долго не решался сменить позу. Вдруг все исчезнет? С другой стороны, было бы глупо застыть вот так навсегда. Он осторожно переместил вес с ноги на ногу, потом выпрямился, сцепив руки за спиной, еще раз вдохнул полной грудью и решился открыть глаза.
   Ночное небо, с облаками и звездами. Городские улицы, освещенные мерцающими гирляндами. Люди. Очень много людей. И не только людей, да. Трудно рассмотреть детали одежды, но по всему выходит, что универсальный покрой, разработанный Кадзучи. Хороший покрой, подходящий под любые пропорции. Достаточно изменить расцветку, чтобы одинаковые костюмы стали совершенно разными. Здорово экономил системный ресурс, кстати.
   Какая-то девчушка игриво танцует на бортике центрального фонтана, вокруг нее маленькая толпа хлопает в ладоши. Вот она наступила на подол платья и, не удержав равновесие, с веселым визгом полетела в воду. Раздаются одобрительные возгласы и хохот, несколько человек тянут руки, чтобы помочь выбраться. Она брызгается в них.
   На другом конце площади открыта дверь ресторана, и несколько человек под руководством какого-то упитанного коротышки выносят объемистые бутыли. Бутыли распечатываются и уходят 'в народ'. Тот факт, что ресторанная дверь не может быть открыта, потому что это текстурная оболочка, попросту игнорируется.
   По улице идет музыкант с лютней. Талик не был уверен, что этот предмет антуража именно лютня, но проверить при проектировании не было возможности. И вот идет человек, играет забавную мелодию и приятным баритоном горланит что-то с двойным смыслом. Женщины провожают смущенными взглядами, мужчины подпевают. Из переулка вынырнула компания, сграбастала музыканта, вручила ему бутыль и унесла куда-то прочь.
   У Талика не сразу нашлись слова, чтобы прокомментировать все это.
   - Ох-ре-неть.
   Он не сразу вспомнил, что на этом балконе, по идее, не один.
   Обернулся, и увидел четыре знакомые фигуры, преклонившие колено перед ним. Он рассматривал их несколько минут, но те даже не шелохнулись.
   - Вильгельм.
   - Да, Пророк? - Пророкотал здоровяк в латах, подняв голову. Талик с интересом изучал его лицо.
   Мимика. Вот что отделяет текущую ситуацию от здравого смысла. Ну, помимо всего прочего. Мимики не должно быть, движок Иггдрассиля не позволял делать реалистичную мимику. Разработчики хотели выкатить мимический патч, но на тест-серверах это привело к сильному приросту системных требований, и патч не взлетел. А здесь вполне видно изменение выражений лица.
   Талик оперся спиной о перила.
   - Вильгельм, что ты думаешь о происходящем?
   - Я восхищен вашим решением продлить наше существование.
   - Вот как. Почему ты думаешь, что это мое решение?
   - Это же очевидно. В последние мгновения мира вы провозгласили, что жизнь продолжится даже после гибели нашего мира. И вот мы здесь, и мы существуем.
   Талик когда-то слышал о тесте Тьюринга, но понятия не имел, как его проводить. Но пока что его галлюцинация вполне уверенно отвечала на вопросы, которых в игре просто не могло быть. Интересно, что сейчас с его телом? Оно пускает пузыри в шлеме, бьется в судорогах, или просто лежит бревном? Найдут его самое большее - к утру. Интересно, как быстро его откачают?
   Пожалуйста, ребята, не спешите с этим.
   - Дрэга.
   - Я вся внимание, Пророк.
   Какой глубокий голос. В настройках написано, что у нее глубокий и сильный голос, но, конечно же, на самом деле у нее была стандартная озвучка. Даже речь для Вильгельма пришлось отдельно монтировать.
   - Дрэга, что думаешь о происходящем ты?
   - Я солидарна с Королем. Лишь смею надеяться, что вы не оставите нас на последующем пути.
   - Почему?
   - Без вашей воли существование теряет смысл.
   - Уверена?
   - Абсолютно.
   Говоря, она смотрела на Талика. О, это лицо было прекрасным, завораживающим. Его автором был 4еJl, лучший художник из известных Талику. Стандартный кастомизатор Талика, ну, никак не устраивал, и он смог припахать старого приятеля, уже давно забившего на игру, нарисовать несколько лиц.
   Тонкие, черные брови, высокий лоб, большие, бездонные глаза. Изящная хрупкая переносица, чувственные губы... Пытаясь создать в своей голове словесный портрет, Талик понял, что не может подобрать нужных слов, чтобы описать хищную красоту Дрэги.
   А какой взгляд... Глядя в глаза, с едва заметным обожанием, снизу вверх, она выбивала Талика из колеи. Было трудно удержать ровное дыхание, а сердце буквально горело. Подобный взгляд можно было увидеть разве что в кино, и он обязательно адресовался бы первейшему из мачо.
  
   Подсознание, подсознание, что же ты со мной делаешь, а? Эй, ребята из скорой, я не хочу просыпаться, лучше сразу меня убейте. Я за это подарю вам все свои органы. Пожалуйста.
  
   - Пророк желает спросить у своей слуги еще что-нибудь?
   - Продолжал разрушать самообладание Талика волшебный голос Дрэги.
   - Возможно, позже.
   Та грациозно уткнулась взглядом в пол.
   - Варбосс.
   - Я жажду твоих слов, Пророк.
   - Что ты думаешь о происходящем?
   - Я не знаю, Пророк. Я не думаю. Мы есть - и это хорошо. Я жажду твоих приказов и надеюсь на новые славные битвы.
   Когда подбирался подходящий сетап под быструю зачистку временных локаций, Талик долгое время подбирал имидж для 'войск'. Прообразом выступили классические фэнтезийные орки западного образца. Темно-зеленые клыкастые бугаи с топорами и без тормозов. Интеллект на минимум, силу и скорость на максимум, здоровье среднее. Было не очень легко всунуть такой образ в кастомизацию Иггдрассиля. Все-таки у японцев 'орки' - это помесь человека и свиньи. Талик всегда считал, что это тупо, и было сломано множество копий в баталиях с Кацубой на эту тему. К общему мнению не пришли, и в итоге Талик все-таки использовал запрещенный прием. Статус главы гильдии. Кацуба потом обижался недели три, вопил, что это подло и возмущался, что Родас, уходя в реал, отдал статус такому беспринципному мудаку, но потом остыл, конечно.
  
   Кстати, как он там? Эй, узкоглазый извращенец, ты проворонил такой шанс умереть счастливым, лол.
  
   Зеленая, квадратная, клыкастая рожа с обратным прикусом обожающе сверлила Талика взглядом крохотных, глубоко посаженных глаз.
   - Вот как. Ты же понимаешь, что битва - это всегда чья-то смерть?
   - Смерть на поле боя - молитва тебе, Пророк. Честь для тех, кто умирает и убивает.
   - Что ты будешь делать, если я разочарую тебя?
   - Такого не может произойти. - уверенно прорычал орк.
   - А что, если не будет битв? Если я скажу вам просто ничего не делать? - Талик увлекся этой маленькой игрой.
   - Значит, так и должно быть.
   - И все орки примут это?
   - Все живущие примут твою волю, Пророк. Все.
   Хм, насчет живущих. Интересно, что сказал бы Мариус. Архилич, командир армии нежити. Может, и удастся спросить.
   Талик глянул на циферблат на запястье. 0:27.
  
   Ну, время еще есть. Эй, ребята с дефибриллятором, серьезно, не будите меня.
  
   - Илладрия.
   - Я внемлю вам, Пророк.
  
   О, даже пафоснее, чем остальные. Подсознание, что ты делаешь? Я же сейчас засмущаюсь!
  
   Талик оценивающе глянул на лицо Илладрии.
  
   Эх, 4eJl, я говорил уже, что ты величайший художник мира? Как ты ухитрился совместить тонкое благородство и вот такое чуть наивное озорство в одном образе? Дрэга прожигает темную сторону души, а Илладрия - бальзам для светлой.
  
   - Я всех спросил одно и то же. Ответь и ты. Что ты думаешь о происходящем?
   - Я разделяю мнение всех остальных ваших вассалов, Пророк. Я горда и счастлива тем, что мы все получили право служить вам и дальше. Я и мой народ сделаем все возможное, чтобы не разочаровать вас в вашем решении.
  
   Илладрия - эльфийка, куда же без них. Эльфийки - обязательный атрибут фэнтези. Обтягивающее платье, золотистые сандалии. Маленькая грудь. О да, Кацуба, я помню твои истерики на эту тему. Конечно же, у японской эльфийки уши должны быть в локоть длиной, а бюст размером с огнетушитель. Но ты и в этот раз проиграл, а победил старина Толкиен. И разок я слышал в говорилке, когда ты думал, что я афк, как ты ритмично шуршал одеждой. И я точно знаю, что в это время ты таскал Илладрию как юнит огневой поддержки. И в ее логах я потом нашел команды на танец. Ты проиграл дважды. Второй - когда попал в реанимацию за два дня до закрытия. Вот интересно, что увидел бы ты?
   Голос - как серебряные колокольчики, как лесной ручей, деликатный, звонкий, увлекающий. Полное соответствие описанному в чарлисте. Эх. Наверное, не буду общаться с Мариусом, все впечатление испортит.
  
   - Я вас услышал. Что ж, праздник, похоже, удался во всех отношениях. - Талик повернулся обратно к площади. - Иггдрассиль мертв, значит, мы где-то еще, и я хочу представлять, где именно. Илладрия, отправь разведчиков исследовать местность за пределами города. Пусть идет не элита, а мелочь, 20-30 уровней, с заточкой на скрытность. А элита пусть следит за ними издалека. Если найдутся признаки разумной жизни - не выдавать себя и сразу доложить. Избегать любых непосредственных контактов без прямого приказа. Зона разведки... километров десять от внешних стен.
   - Сделаю, Пророк. Смею ли спросить, почему сразу не послать лучших?
   - Очевидно же. Это больше провокация, чем полноценное исследование. Потеря мелочи не сыграет роли, в случае чего. Зато это сразу выдаст нам характер и минимум возможностей вероятного врага.
   - Я восхищена вашей мудростью. Разрешите приступать?
   - Иди.
   Талик сомневался, а стоило ли так заморачиваться? Может быть и не стоило. Но ведь интересно же! Он оглянулся - все, кроме исчезнувшей Илладрии были в тех же позах. Ну что ж, продолжим игру!
   - Вильгельм. Я хочу знать ситуацию с продовольствием. А именно, сколько у нас еды и сколько ртов, в ней нуждающихся. То же касается воды. Займись этим, отчета жду утром. Если будут ЧП или беспорядки, сообщи незамедлительно. Ступай.
   - Повинуюсь, Пророк! - Вильгельм прижал ладонь к груди и быстрым шагом удалился из зала.
   - Варбосс. Подготовь орков к быстрой мобилизации. Если разведчики столкнутся с врагом, мне нужно, чтобы ты смог максимально быстро связать его боем. И посчитай примерно, сколько у тебя воинов сейчас, достаточно ли оружия в наличии.
   - Есть! - Вдохновенно проревел здоровяк и быстро умчался.
   - Что же до тебя, Дрэга... - Талик нерешительно погладил подбородок.
   - Я вся внимание, Пророк.
  
   Нет спасения попавшему в бездну этих глаз. Ни единого шанса устоять. Эй, галлюцинация, будь такой же убедительной и дальше, ладно?
   - Обустрой в этом зале два удобных кресла, столик, вина и каких-нибудь закусок.
  
  Глава 1
  
   Бечено by Тоя Акирадзиро
  
   - Желает ли Пророк чего-нибудь еще?
  
   Глядя на склонившуюся в глубоком поклоне служанку, Талик снова ощущал растущее раздражение.
  
   - Нет. Я дам знать, если что-то понадобится. Иди.
  
   Миловидная девушка в сутане склонилась еще глубже и юркнула за высокую строгую дверь, прикрыв ее за собой. Талик откинулся в кресле, закинув руки за голову. Так и подмывало еще и взвалить ноги на стол, но он никак не мог решиться на такое. Слишком дорого выглядела мебель.
   Вообще, он сам рисовал этот кабинет. Как и весь Храмовый комплекс. Формально являясь частью Королевского дворца, Храм, тем не менее, являл собой отдельный 'этаж', самый маленький из всех. Войти в него можно было только из двух мест, и то, как сказать войти - перенестись. Тот, кто входил во врата, переносился в отдельную локацию. По крайней мере, так должно было быть.
   Вчера выяснилось, что внутри Рассветного Города все мини-локации стали единым целым. Храм перестал быть отдельным 'этажом' и стал просто крепостью внутри крепости. Из открытых окон можно было выбраться наружу самому, перебросить предмет, следить за передвижением во внутреннем дворе Дворца.
   Неизвестно - обстоят ли дела таким же образом с другими этажами. Было бы не очень хорошо, на самом деле, с точки зрения обороноспособности это был бы грандиозный минус. Почти вся система защиты была завязана на ограниченные возможности к пересечениям границ этажей.
   Требовались эксперименты и исследования. Не только в этой части, предстояло выяснить очень много деталей. И нельзя было сказать, что более важно, а что менее.
  
   - Мда. - Выдохнул Талик и всмотрелся в окружающую обстановку.
   Конечно, все здесь ему было знакомо. Но по-настоящему он рассматривал свой кабинет только второй раз. После запуска этажа он зашел сюда лишь единожды, больше в этом не было никакой нужды. Консольный функционал гильдии все равно запускался из тронного, балконного зала и комнаты совещаний, и это было намного удобнее, чем переться сюда и заниматься тем же самым в одиночестве. Решения, требующие использования административных функций, все равно принимались коллегиально, всей гильдией.
   Консоль, к слову, не работала. 'Обработка интерфейса...'. Ну, хотя бы включалось отображение. Игровое меню, например, не вызывалось вообще.
   И сейчас он сюда пришел, чтобы, по большому счету, уединиться. Попробовать, как в книгах и фильмах собраться с духом в одиночестве и соответствующей обстановке. Восьмиугольная комната, шагов двадцать в поперечнике, у стен - стеллажи, набитые уникальными книгами и свитками. Высоченный сводчатый потолок с абстрактными фресками. Изысканное витражное окно рассеивает лучи света снаружи, рисуя в воздухе едва уловимые сказочные картины. Багровый с золотыми пентаграммами ковер поверх лакированного паркета. Арчатые двери в зал проповедей, в спальню и в лабораторию.
   Казалось бы, лучшего места уединиться нельзя было и придумать.
   Ага. Как же.
   Храмовая прислуга - изначально просто среднеуровневая сапортная непись - тоже 'ожила'. И неописуемо возрадовалась тому факту, что сам Пророк снизошел посетить свои покои. Ну да, он вообще появлялся тут не особо часто. По большому счету, это просто последний рубеж обороны - место, предназначенное для финальной битвы. Теперь эти фанатично счастливые существа - люди, эльфы, дракониды, - навязчиво пытались быть полезными.
   Как это случилось? Что произошло, чем вызвано это овеществление и одушевление? Эти вопросы не давали Талику покоя.
   Вчера он искренне полагал, что сошел с ума, и решил оттянуться напоследок. Теперь он не был в этом уверен. Все было слишком настоящим, слишком осязаемым и слишком подробным, чтобы быть галлюцинацией. Память работала прекрасно и в сознании не ощущалось неточностей, характерных для сна. Вряд ли сумасшествие может быть таким ярким, последовательным и подробным.
   Все вокруг было живым. Настоящим. Здравый смысл протестовал, но факты были неумолимы.
   Дрэга. Интересно, что она чувствует сейчас? Вчера он буквально чувствовал ее душевную боль, и винил себя.
   Вчера они провели отличный вечер. Талик не разбирался в винах, но на вкус было очень даже, хотя и пьянило всего на несколько секунд. Ягоды и сыр ласкали язык ранее незнакомыми натуральными вкусами. Напористая, уверенная в своих желаниях красавица. Короткий разговор о незначительных вещах перетек во флирт, и чуть позже - неописуемо приятный поцелуй.
   И с этого момента он... Потерял интерес к происходящему. Нет, конечно же, он довел дело до конца. Точнее, дал ей довести дело до конца, все-таки как мужчина он был очень... неопытен в этом вопросе. Но он чувствовал секс просто как механический половой акт. Удовольствие чисто физиологическое. Эмоционально - вообще ничего не почувствовал. Как будто с куклой, неодушевленным предметом.
   О, конечно, Дрэга очень старалась. И конечно же, она чувствовала, что что-то не так. Когда все закончилось, она выглядела раздавленной и постоянно просила прощения. Вечер был безнадежно испорчен, а попытки Талика вернуть былое очарование - откровенно жалкими.
   Ужасная ситуация. Талик постоянно гнал эти мысли прочь, но они возвращались, держа в памяти мельчайшие подробности этого фиаско. Что-то надо было предпринять, но что?
  
   - Мда.
  
   Талик решил, наконец, заняться делом. Хотя бы ознакомиться с предоставленными отчетами.
   Аккуратно подшитые в папки, листы с цифрами были вполне легко читаемы. Приятный крупный почерк, с символическими вензелями на заглавиях абзацев. Интересно, Вильгельм сам его писал, или надиктовывал?
   Пробежав глазами первую папку, он избавился от ноющего беспокойства. Все утро, наравне с переживаниями о Дрэге, его грызли сомнения, как в этом ставшим-реальным-мире обстоят дела с обеспечением нужд.
   В Иггдрассиле можно было прописать такие подробности, как фермерство, скотоводство и прочее. Но на деле этим никто не заморачивался - слишком скучное и не фэнтезийное дело. Талик в этом вопросе недалеко ушел от общей массы игроков. Гильдейская система просто потребляла золото и кристаллический ресурс, выводя абстрактный баланс между расходом на общее содержание гильдии и отдельных ее анклавов, и доходом. Доход был пассивным, от 'хозяйственных участков' и 'рудников', и активным - собственно, вливаний в расходную часть казны.
   Предпочтительно было поддерживать положительный баланс, с профицитом. Не обязательно, но предпочтительно - кому будет приятно по какой-то причине забить на месяц, и вернувшись, застать отключенные сервисы, неработающие службы и отсутствие НИПов, которых стало не на что содержать. В запущенных случаях система удаляла еще и этажи, перешедшие определенную отметку убыточности. Вместе со всем, что на них было.
   Сейчас, судя по предоставленным документам, неведомое событие заполнило логические дыры в обеспечении. За пределами города располагались поля и скотные фермы, неподалеку - железные и серебряные рудники, и присутствовало даже несколько маленьких рыбных хозяйств. Продуктовые склады содержали достаточно припасов, чтобы даже в случае апокалипсиса город без проблем продержался пару месяцев.
   Талик взял на заметку - обязательно посмотреть на это все лично.
   Далее, была папка со сжатым отчетом от Илладрии. Чародейка докладывала, что текущее положение Рассветного Города - долина в глубине горного массива. Разведка местности показала три возможных пути за пределы этого массива. Глубокие каньоны и расщелины, труднопроходимые, но вполне пригодные к прокладке дорог.
   Дальше десяти километров от этой горной долины разведка не проводилась, согласно полученному приказу. Живых, разумных существ не обнаружено, но есть однозначные следы цивилизации. Разрушенные строения неизвестного назначения в прилегающих горах, и обвалившиеся тоннели, уходящие в их глубину. Заброшены, ориентировочно, четыре-пять веков назад. Характер повреждений указывает на признаки войны, с применением взрывчатых веществ и метательных машин.
   Животные - обычные, не магические, предположительный уровень с нулевого ('крипы', однохитовый антураж) по восьмой. Более высокий уровень имеют местные хищники.
   Ареалы обитания животных, места расположения руин и путей сквозь горы отмечены на прилагающейся карте.
  
   Какая же ты молодец, Илладрия. Все расписала как для идиота, невозможно не понять.
   Отчет от Варбосса. О да, такой почерк невозможно приписать кому-то еще. Чуть корявые буквы, неровные строки, дикий антураж так и прет.
   Сколько?! Одиннадцать тысяч готовых к немедленным боевым действиям, семнадцать могут быть развернуты в течение полусуток, двадцать пять - за сутки при полной мобилизации? Че, блядь? Откуда? И где сейчас чисто физически располагаются эти полчища? Что они жрут?
  
   Талик вернул взгляд на документы от Вильгельма.
  
   Да, крепыш учел орков в расходной статье. Интересно, а 'королевских' войск сколько? Латного 'костяка', с которого началась сама идея.
   Изначально низкоуровневые НИПы просто автоматически генерировались в количествах, в которых позволяла инфраструктура гильдии. Любые потери среди них восполнялись по умолчанию спустя несколько часов. Удобно и быстро. Ну, а как теперь все происходит? И как обстоят дела с неписью более высоких уровней, уже требующей 'ручной' генерации?
   Сколько всего предстоит выяснить. И непременно надо зайти к Мариусу, посмотреть, как у него дела.
   Поговорить с нежитью высшего игрового ранга, ага.
   Жутковато, блин. Давно его писал, уже забыл половину...
   Ладно, Есть прорва дел, некогда страдать.
  
   Талик решительно вышел из-за стола.
   Дрэга, надеюсь, ты найдешь в себе силы меня простить.
  
  Глава 2
  
   Бечено by Тоя Акирадзиро
  
   В Рассветном Городе, помимо обычных жилых домов для 'простых смертных', существует несколько отдельно возведенных строений, предназначенных для обитания наиболее ценных вассалов гильдии. Эти вассалы существенно разнятся по рангу, силе и роду деятельности, но всех их объединяет одно.
   Лорды Рассветного Тумана признали их достаточно ценными, чтобы назначить на ответственные посты. Большинство из этих вассалов были созданы или призваны Лордами из небытия. Они наделялись правами и полномочиями как есть, и изначально наилучшим образом подходили к исполнению порученных задач. Были и те, кто получил свое место в иерархии за заслуги, помогая Лордам в их путешествиях по временам и мирам.
   И те, и другие по праву гордились своей причастностью к величию лордов. В особенности - старшие вассалы, те, кто были наделены наибольшими силами и дарами из существующих. Шестеро наиболее могущественных - после лордов - существ, созданных и привлеченных к службе Пророком Талларием.
   На каждом из них лежала великая ответственность, с каждого был большой спрос. И каждому была высочайшая награда - право служить непостижимым замыслам Лордов.
   Мариус - архилич, вечный страж границ гильдии. Тот, кто принимал на себя первый удар любого вторжения. Повелитель полчищ нежити, властелин ужасающих проклятий, мастер игры с пространством и временем. Тот, кто хранил неусыпное бдение на своем вечном посту даже в последний час мира.
   Илладрия - хозяйка полей, ручьев и рощ, владычица бурь и глава лесного народа. Она сопровождала Лордов в их путешествиях бессчетное количество раз. Ее разведчики, охотники, убийцы и младшие чародеи несли неусыпный дозор за пределами территорий Рассветного тумана. Мало какой противник имел шанс проскользнуть мимо ее соглядатаев, и мало какое событие могло укрыться от ее вездесущих слуг.
   Варбосс - глава войск авангарда. Лорды не брали его в свои путешествия, но без него не обходилось ни одно стоящее сражение лордов Рассветного Тумана и их союзников против повелителей других гильдий. На любых новых землях его армии шли в бой первыми, покрывая себя неувядающей славой.
   Вильгельм - волею Лордов наделенный полной властью над внутренним городом. Ему подчинялись легионы, формирующие костяк могущества гильдии. В то время, как орки Варбосса брали неудержимым натиском, легионеры и рыцари Вильгельма славились умением выступать в бой как единый механизм, маневрируя и подстраиваясь под любое положение дел на поле боя. Вне войны, Вильгельм правил областями, избавив Лордов от необходимости вникать в мелкую мирскую суету.
   Титан - автоматон, которого по праву можно было назвать абсолютным оружием, хранил покой внутреннего храма и сокровищницы. Оружие, столь разрушительное, что даже Лорды не прибегали к его силе без критической необходимости. Лишь дважды, когда враждебные лорды смогли пробиться к сердцу гильдии, он выходил в бой. И оба раза бессмертные вторженцы проклинали этот день.
   Все высшие вассалы были важными, необходимыми слугами Лордов. И когда лорды ушли, и остался лишь Пророк с ближайшим соратником - Кацуба-самой - старшие вассалы стали еще более важны для воплощения их замыслов.
  
   КРОМЕ ТЕБЯ.
  
   Дрэга сжалась в комок, заходясь в беззвучном крике, царапая гранит колонн в подвале своей башни. Паутина тьмы, оплетавшая круглый зал подземелья, многоголосым шепотом глумилась над ней и ее страданиями.
  
   ТЫ НЕ НУЖНА.
  
   Дрэга не была равна остальным. Она была сильнее каждого из старших вассалов, Вестница Тьмы, экипированная лучшим воинским снаряжением в гильдии, после Кацубы-сама. В бою один на один, она разделала бы под орех любого из своих 'коллег'. Пусть у нее не было своих армий, в боях с драконами, чудовищами и враждебными лордами она стоила большего, чем любой из других старших вассалов со всеми их воинами. Но лорды Рассветного Тумана не брали ее в свои путешествия и войны. Ее творец - Пророк Талларий - вызвал ее лишь однажды. Это была поистине страшная резня, и победа осталась за ними. Слишком тяжелая победа. После того раза, ей больше не приказывали покидать пределы рассветного Города.
  
   ПОТОМУ ЧТО ТЫ БЕСПОЛЕЗНА.
  
   Ее уделом стало бесславное существование дорогой игрушки. Статус старшего вассала не был подкреплен ни чем. Но она надеялась, что ей выпадет шанс снова стать полезной. И этот шанс появился.
  
   И ТЫ НЕ СПРАВИЛАСЬ.
  
   В последний день мира, из всех Лордов, лишь Пророк остался с гильдией. Даже Кацуба-сама, вернейший из друзей Пророка, не снизошел к их общему детищу, чтобы достойно провести его в небытие. И когда Пророк решил, что Рассветному Туману имеет смысл продолжить существование, каждому из старших вассалов было поручено что-то важное для гильдии.
   И лишь ей одной было доверено что-то важное для Пророка лично. Ублажить его. Высочайшая честь из всего, что можно представить. Потаенная мечта каждой женщины из вассалов Рассветного Тумана.
   После предательства Маликрисс, Пророк потерял интерес к плотским отношениям, и теперь пожелал напомнить себе о них. И она разочаровала своего творца. Ему было скучно с ней.
  
   ТЫ НИЧТОЖЕСТВО.
  
   Тьма в зале уже не шептала, а орала тысячей проклинающих голосов и не было никакой возможности не слышать ее. Сердце Дрэги корчилось в судорогах, слезы иссякли и теперь вместо них текла кровь. Хотя только ли вместо слез? Пытаясь заглушить внутреннюю боль, она драла когтями свое бессмертное тело, принося осязаемую. Но это не помогало. Ей хотелось изуродовать, искалечить себя, но ее тело было творением Пророка, и она не могла иметь такого права.
   Он больше ничего не приказал, ничего не потребовал, и даже попытался утешить. Все чего она достойна от своей мечты - это жалость? Все, на что она способна - это страдание? Ради чего ей быть? О, как бы она хотела сойти с ума или умереть, чтобы заглушить эту чудовищную боль.
   Но ей не дали такого приказа.
  
  
  ***
  
   [сообщение]
   - Леди Илладрия, это разведчик с восточного каньона. На границе видимости наблюдаю движение, похоже на какой-то караван. Очевидных угроз нет.
  
   - Ожидай.
  
  
  ***
  
   [сообщение]
   - Пророк, молю простить за дерзость, и выслушать доклад. Разведчики с восточного каньона сообщают о признаках разумной жизни. Похоже на караван, признаков угрозы нет. Как нам поступить?
  
   Услышав мелодичный звон и следом мягкий голос Илладрии, Талик растерянно оглянулся и рефлекторно сложил пальцы для вызова меню. Это был первый раз, когда он получал [сообщение] после События, и в голове с трудом укладывалось, что им может воспользоваться НИП.
  
   Хотя тут много чего в голове не уложишь.
  
   Талик почувствовал себя дураком. [Сообщение], блин. Это удобнее, чем лично бегать за НИПами, хотя теперь-то какие они НИПы. Просто ему даже в голову не пришло, что эта простенькая магия может корректно работать без игрока-адресата.
  
   Вообще надо с магией разобраться. Очевидно, что она сейчас работает, но как ей пользоваться без игровой консоли и голосовых макросов? Он, конечно, планировал заняться изучением вопроса, но чуть позже. Теперь же, когда стало доподлинно известно, что здесь существуют другие разумные, вопрос стал критически важным.
  
   - Пророк?
  
   - А, прости, я задумался. Отправь за ними 'хвост', я хочу знать вид существ, их примерный уровень и предполагаемые цели. Также, отправь еще разведчиков в те края. Я хочу иметь о тех территориях такую же подробную картину, как ты предоставила утром.
  
   - Приказ ясен, Пророк. Выполняю.
  
   - И еще, Илладрия, я хочу устроить что-то вроде совещания. После заката жду тебя в зале молитв, остальных соток оповещу сам.
  
   - В самом зале молитв?.. - В голосе Илладрии слышался благоговейный шок.
  
   - Да. Все, до вечера.
  
   Прости, Мариус, но у меня появился отличный повод отложить визит к тебе. Ах, [сообщение], да... Будем считать, что я забыл-забыл. Прости.
  
   [сообщение]
   - Разведчик, преследуй караван, или что там. Разведай состав и попробуй выяснить уровни. Если обнаружишь себя, немедленно отступай и докладывай.
  
   Разведчик удивился странным ноткам в голосе своей госпожи - будто еле сдерживаемое счастье.
  
   - Принял, леди Илладрия. Буду держать в курсе.
  
   Талик остановился у дверей своего кабинета и задумался.
  
   Проверить работу скиллов - это не просто покричать название заклинаний и посмотреть что получится. Нет, конечно, так тоже можно. Но хороший, вдумчивый тест так не проводится.
   Нужно большое открытое пространство. Городская площадь вполне могла бы подойти, но здесь было два весомых аргумента против.
   Во-первых, там постоянно находится куча народу. Это фактически центр города, точка, на которой развязывается большинство улиц. Можно было бы попросить Вильгельма всех выдворить оттуда и перекрыть площадь, вряд ли он откажет. Пророк я или поросячий хвостик? В конце концов, могу и туфлей по столу стукнуть. Но не хотелось создавать такие неудобства куче людей. Это сотки видят в нем что-то великое и непостижимое. А обычные обитатели могут и усмотреть в нем мелкого служащего заштатной инженерной конторы.
   Во-вторых, если у него не получится, это будет конфуз века. Одна мысль о том, чтобы опозориться, как последний чунибьё (кажется, так называл свою проблему Кацуба) на всеобщем обозрении в центре густонаселенного города... Не. А если еще и сотки поймут, что кто-то тут сильно не подходит под стандарты для мудрых и всемогущих Пророков, даже страшно представить, что будет. Не-не-не. Мы на площадь не пойдем.
   Где еще нарыть до фига места, и так, чтобы было поменьше зрителей? Точно. Не можешь решить проблему - свали ее на кого-то другого.
  
   [сообщение]
   - Илладрия, это Тали... Талларий.
  
   - Нет большего счастья, чем слышать ваш голос, Пророк. Чем я могу услужить вам?
  
   Талик поморщился.
  
   Это выбивается из рамок приличия, у нее, что ли, совсем нет самоуважения?
  
   - Твои рощи находятся в пределах текущей территории гильдии, верно?
  
   - Да, они занимают часть внутренней территории. Мне убрать их?
  
   - Нет, что ты. Мне нужно... У тебя там найдется такая поляна, шагов ста в диаметре? И чтоб народу поменьше рядом крутилось. Хочу кое-что потестировать.
  
   - Да, Пророк, такое место есть. Поляна Древних вам подойдет?
  
   - Это та, что со стоунхенджем в центре? Да, пожалуй, вполне подойдет. О, кстати. Ты должна владеть магией порталов. Попробуй открыть портал к поляне на мои координаты.
  
   - Повинуюсь, Пророк.
  
   Талик скрестил руки на груди в ожидании. Несколько минут ничего не происходило.
  
   [сообщение]
   - Пророк, я молю о прощении, не получается! - Голос Илладрии исходил тревожными нотами.
  
   - Вот и хорошо. Прости, что не предупредил, но я нахожусь в храме, здесь заблокированы все возможности телепортации в любом виде. Хотел проверить, работает ли это ограничение сейчас. Все хорошо, расслабься. Попробуй открыть портал в общие палаты дворца.
  
   После некоторой секундной паузы послышался исполненный облегчения голос эльфийки:
  
   - Двусторонний портал между общими палатами и поляной Древник открыт, Пророк.
  
   - Вот и славно. Подержи его пока открытым, отследи, сколько сил на это будет уходить. Скоро им воспользуюсь. И да, удостоверься, что у поляны никого не будет, ладно?
  
   - Слушаюсь!
  
   Талик прервал [сообщение]. Ему было немного стыдно за такую невежливость, но от мысли, что сейчас снова придется слышать, как Илладрия поет ему незаслуженные дифирамбы, становилось слишком уж неловко.
   Он приоткрыл дверь и украдкой выглянул из своего кабинета. Надежда проскользнуть незамеченным тут же мелодично разлетелась вдребезги.
   Зал Молитв (проектное название 'Часовня' не прижилось - члены гильдии требовали пафоса) в текущем состоянии Талика впечатлял. Будучи частью игровой вселенной, он, конечно тоже был очень красив, но на игровую обстановку быстро перестаешь обращать внимание. Просто запоминаешь, что где находится и как передвигаться, и все.
   А сейчас... Сейчас он был реален, до мельчайшей детали, и разница между его прошлым обликом декораций сквозь интерфейс, и текущим, поражала. В чем-то он был похож на кабинет Талика, по крайней мере, формой и сводами потолка, но был во много раз больше. Мрамор бирюзово-голубых тонов пола перетекал в бледно-золотистый цвет витых колонн, украшенных хрустальными узорами, уходящих в головокружительную высь потолка. Сам потолок фактически полностью состоял из разноцветных кристаллических пластин, заполнявших весь зал чистыми, сочными сочетаниями цветов. Всегда разными, в зависимости от времени суток. Плавной, прихотливой мелодией лилось тихое хоровое пение, рассыпаясь едва слышным эхом.
   В самом центре, на небольшом возвышении, стоял резной алтарь. Конечно, в обычном религиозном сооружении алтари по центру никогда не ставят - ведь из-за этого части публики пришлось бы смотреть в спину проповеднику. Но здесь такая позиция была обусловлена сразу двумя рациональными факторами. Во-первых, с эстетической точки зрения, это было симметрично. Во вторых, из центра было одинаково легко доставать заклинаниями как до союзников, так и до врагов, и для наложения эффектов аур не нужно было двигаться по залу. И, собственно, сам алтарь служил защитой для Талика во время боя. Покуда не был разрушен алтарь, Талику невозможно было нанести урон, и под его защитой в течение короткого времени можно было выдавать предельную эффективность отхила, не заботясь о самозащите. Крайне ценно в условиях насыщенного пвп.
   Талик с трудом оторвался от созерцания и вздохнул. Конечно же, храмовая прислуга была здесь. По обе стороны двери стояли прекрасные девушки в сутанах. Подле каждой из колонн также застыли фигуры в ритуальных одеждах. И вся эта братия сейчас с обожанием и благоговением смотрела на него. Буквально, в рот заглядывали.
  
   Да что с вами такое, ребята. Ну серьезно, это уже ненормально.
  
   Талик сосредоточенно выдохнул и, пытаясь сохранять важный вид, молча покинул кабинет и направился к выходу. Ощущение, что его буквально пожирают глазами никак не давало расслабиться, каждый шаг требовал сосредоточенного внимания.
  
   Не хватало еще споткнуться у всех на виду, блин. С этим надо что-то делать.
  
   Талик с тоской вспомнил о кольцах телепортации. Вот чего по-настоящему не хватает. Однако, чтобы получить возможность создать такие для членов гильдии, требовался Символ Гильдии. Палка, прямо скажем, о двух концах. С одной стороны, такой Символ значительно усиливал всю гильдейскую непись на территории гильдии, расширял возможности казны, снижал расходы на содержание всех служб, ну и давал возможность пользоваться неограниченной телепортацией в пределах гильдейского бастиона посредством колец. С другой - делал гильдию уязвимой. Будь у них такой предмет, для уничтожения гильдии не было бы нужды распылять на атомы каждый 'этаж', тратя по нескольку суток на это. Чтобы гильдия прекратила существование, было бы достаточно уничтожить Символ. Конечно, такой предмет хранился бы как зеница ока, но это все равно большой риск. Все-таки их реально вынесли два раза, и будь у них Символ - гильдии не стало бы в первые же полгода.
   Это если не принимать во внимание то обстоятельство, что Символ это не та вещь, которую просто пошел и заказал. Чтобы только добыть необходимые для него материалы, всему составу надо было бы эпично задротить месяцами. А потом выполнять запредельно геморрный квест.
   В общем, Символ того не стоил, хотя, конечно, жаба насчет колец и душила. Особенно сейчас.
   По пути из храма к общим палатам (так называлась часть дворца, где могли собираться не только члены гильдии, но и союзники перед большими походами), Талик с трудом удерживался от соблазна потрогать и чуть ли не облизнуть все, что попадалось на глаза. С восприятием, более не ограниченным игровыми возможностями, он чувствовал себя буквально туристом в сказочной стране. Стоило больших усилий не отвлекаться на все подряд. Хранить лицо кирпичом и безразличный взгляд, проходя мимо раскланивающейся прислуги, было еще сложнее.
   В центре общих палат, выполненных в античном стиле (впечатлениями Талик уже был набит до отказа, и не стал залипать на обстановку еще и здесь), переливался фиолетовыми цветами овал телепорта, дымчато размытый по краям. Талик не очень часто пользовался не стационарными телепортами, даже своими (он владел этой магией на ее низшем ранге), и с интересом обошел его по кругу. Жерло портала будто поворачивалось вслед за ним. Все как в игре.
  
   [сообщение]
   - Илладрия, это Талларий. Я у телепорта, собираюсь проходить, зона выхода под контролем?
  
   - Конечно, Пророк. Я смиренно ожидаю вас с другой стороны.
  
   - Ты примерно оценила затратность по мане на его поддержку?
  
   - Как вы и велели, я следила за расходом маны. Ее регенерация в порученных мне владениях превышает потребление портала.
  
   - Хорошо. Тебе не трудно будет как-нибудь позже открыть их сразу несколько, и подержать пару часов? Хотелось бы представлять твои возможности.
  
   - Я сейчас же займусь этим.
  
   - Нет, давай чуть позже. Сейчас ты можешь мне понадобиться.
  
   Он опять прервал [сообщение].
  
   Черт, это может войти в привычку, было бы не очень хорошо.
  
   Войдя в портал, Талик по привычке ожидал трехмерную заставку загрузки. Прогрузка локаций в Иггдрассиле могла занимать целые секунды, и разработчики озаботились тем, чтобы игроки не очень скучали в процессе. Короткие сцены баталий или особо зрелищной магии, виды мрачных руин и величественных замков, было очень много случайных вариантов. Но переход был мгновенным, Талик вообще ничего не ощутил - шагнув в жерло портала, он сразу же оказался в другом месте.
   Он вышел из портала в центре овальной поляны, размером со стадион для бейсбола, покрытой мягкой изумрудной травой. По краю поляны стояли в причудливом порядке древние замшелые камни многометровой высоты. Поверх некоторых из них лежали поперечные каменные балки похожих масштабов. XxxDeFoexXx - автор этого места - назвал его Стоунхендж, это была вроде как копия совсем уж древнего сооружения из бывшей Великобритании. Проверить истинность этих утверждений, равно как и найти смысл такой постройки, не представлялось возможным - та часть Великобритании, на которой располагались эти руины, ушла на дно вместе с третью острова во время последней Великой Экономической Войны, задолго до рождения Талика. Разве что, вроде бы, в игре это место было значительно меньше.
   Границей поляны выступал изумрудно-зеленый лес - необъятные деревья, тонкая ласковая трава, все точь-в-точь, как было в фильмах и в древних энциклопедиях. Увидеть настоящий лес было роскошью, которую себе мог позволить далеко не каждый. Но даже если и так, ребята проделали грандиозную работу - лес выглядел настоящим, манящим и загадочным, даже лучше, чем у художников Иггдрассиля.
   Илладрия, сменившая платье на более привычную мантию, ожидала Талика, преклонив колено и глядя вниз. Если не учитывать нелепость такого отношения, она выглядела даже более мило, чем вчера.
  
   - Встань с колен, пожалуйста. Вот так, спасибо. Вокруг никого нет, я имею в виду даже неп... хм, служащих гильдии?
  
   - Да, пророк, я отослала отсюда всех. Сейчас здесь есть лишь Вы и я.
  
   И как она ухитряется даже простое 'вы' произносить с большой буквы?
  
   - Хорошо. Я хочу проверить работу кое-каких заклинаний, это может быть... Немного опасно. И ты тоже отойди к краю, ладно?
  
   Илладрия поклонилась и ушла к краю Стоунхенджа. Вообще, он хотел сначала прогнать и ее, но потом ему пришла в голову одна идея, требующая ее участия.
   Талик стоял и перебирал в памяти доступные заклинания. Вопреки его опасениям, с этим не возникло никаких проблем - каждое из заклинаний вспоминалось, стоило лишь подумать о нем. Вместе с описанием эффекта, стоимостью в мане и таймерами кулдаунов. Минус одна проблема.
   Талик напрягся и попытался усилием воли включить ауру [благое присутствие], одну из любимых способностей. Она на треть сокращала продолжительность негативных эффектов и их мощность для союзников в поле действия. Не получилось.
  
   Хреново.
   Талик закрыл глаза и попытался снова сосредоточиться, представить, будто нажимает иконку в вирт-интерфейсе. Снова неудача.
  
   Вообще хреново. Ладно, последнее средство...
  
   Он оглянулся, чтобы убедиться, что его не подслушивают, и шепотом произнес:
  
   - [благое присутствие] - стараясь удерживать в голове мысленный образ иконки с навыком.
  
   И да, в этот раз что-то получилось. Появилось размытое ощущение душевной легкости. Слабость ощущения не имела значения - сам факт положительного результата несказанно радовал.
  
   Что ж, прогоним для начала все пять ступеней. Ох, сколько всего надо протестировать.
  
  
  ***
  
   Илладрия была по-настоящему счастлива. Когда Пророк обратился к ней и попросил предоставить место для испытания своих великих идей, она была рада оказаться полезной, но это было вполне нормально. Но она и представить себе не могла, сколь величественное зрелище ей предстояло увидеть.
  
   Могучие потоки силы сотрясали сущее, формируясь по воле Пророка в неиссякаемые источники жизненных сил. Яркими письменами в небе и на земле пылали и сменяли друг друга знаки, повелевающие самим Мирозданием. Буйство чистых энергий по Его желанию обращалось в несокрушимые стены и упругие ветра. Чистый золотой свет оплетал все окружающее, становясь то ослепительными лучами, то ласковой вязью. Какие-то из заклинаний уже были ей знакомы, но то была лишь малая часть увиденного сегодня.
   Он не черпал силы извне. Сама Его суть была источником этой непредставимой мощи, и Он щедро делился ею с миром. Земля и небо благодарно принимали этот великий дар, впитывая в себя без остатка все, что Он считал более не необходимым для своего таинства.
   Илладрия не знала, сколько времени наблюдала за этим невероятным действом - ей было безразлично. Она была готова всю вечность провести, созерцая и лишь мечтая хоть на мгновение прикоснуться к этому чуду. Но Пророк, наконец, развеял созданное своей прихотью, и мироздание вернулось к своему привычному состоянию.
   Он обернулся к ней и со своей обычной легкой непосредственностью спросил:
  
   - Ну как тебе?
  
   Она не могла подобрать верных слов. Это было всегда очень трудно - достойно ответить Ему. Более сильному, чем любой бог, мудрому, как само время, и беззаботному, словно дитя. Абсолютному существу.
  
   - Это было невероятно, Пророк. Я не знаю слов, достойных описать показанное Вами.
  
   - Да встань же ты с колен, ну пожалуйста. Спасибо. А теперь, мы попробуем кое-что сделать вдвоем.
  
   Илладрия почувствовала, что сердце пропустило удар. Неужели Он счел ее достойной? Не смея надеяться, она уточнила:
  
   - Что от меня требуется?
  
   - Вот ты явно что-то свое сейчас подумала. Я хочу... наверное, это можно назвать игрой. Призови какое-нибудь слабое существо.
  
   Илладрия, лихорадочно приводя мысли в порядок, призвала [малого единорога].
  
   - О, а он намного милее чем я раньше думал, даже немного жалко его. А теперь мы разойдемся в разные края поляны, и ты попробуешь его убить магией, а я буду его защищать. Начни с заклинаний первого уровня, и иди до предела. Можешь использовать абсолютно любые сочетания своего арсенала.
  
   Илладрия опешила.
  
   - Но как я могу пытаться противостоять Вам?
  
   - Это же игра. Любая игра - это противостояние. Это весело, поверь, тебе понравится.
  
   Видя ее сомнения, Он добавил:
  
   - Илладрия, не заставляй себя уговаривать. Давай.
  
   Она смирилась со своей странной ролью и отошла к краю поляны. Малый единорог доверчиво смотрел на нее, будто напоминая, что ей нечего бояться - после смерти его душа просто вернется в круговорот стихий. Илладрия начала.
  
   [ледяная игла]
  
   Тонкая, острая ледышка вылетела между ее ладоней и направилась к сердцу животного, но остановилась и упала в траву в трех шагах от цели.
  
   [беспощадный ветер]
  
   Послушный ее заклинанию воздух взвился вокруг единорога, порываясь поднять и закружить его в воздухе - тщетно. Воронка маленького торнадо не могла приблизиться все на те же три шага. Илладрия почувствовала легкий интерес.
  
   - Давай для большего интереса я тебе немного помогу...
  
   Пророк зашептал что-то, и Илладрия почувствовала прилив сил. С ней такое уже бывало раньше, когда она сопровождала Его в путешествиях, но, как и всегда, ощущения были свежими, как в первый раз, когда ей довелось почувствовать Его поддержку. Но...
  
   [молния] истаяла, едва пройдя половину расстояния до цели, та же судьба постигла и [драконью молнию].
  
   Илладрию с головой захлестнул азарт. Дикая, но послушная сила, снизошедшая по Его воле в ее распоряжение, будоражила кровь. В голове воцарилась кристальная ясность, давая свежий взгляд на возможности заклинаний. Восприятие обострилось до недоступного раньше уровня, даря ощущение ВЛАСТИ над маной.
  
   И она погрузилась в эту игру без остатка. Быстро пройдя низкие и средние уровни магии, она начала использовать то, чем по праву гордилась. IX и X уровни.
  
   [двойное усиление магии]
  
   [тройное усиление магии]
  
   [кристаллический шторм]
  
   [ледяной ад]
  
   [буйство стихий]
  
   [феерия молний]
  
   [энергетическая перегрузка]
  
   [фазовые бомбы]
  
   [абсолютная мерзлота]
  
   [цунами]
  
   [падение неба]
  
   В каждое из своих избранных заклинаний она вкладывала всю дарованную Пророком силу, порой даже чувствуя, как прогибаются, отступают Его щиты. Она не сомневалась, что Он поддается ей, и испытывала двойственные чувства. С одной стороны, благодарность за то, что Он дал ей возможность хотя бы увидеть шанс успеха. С другой - некоторую злость на себя, за слабость, позволяющую играть с ней в поддавки, и все равно побеждать.
   Воздух трещал и выл, уже не вмещая в себя излишки сил заклинаний. Земля вокруг единорога обратились в безжизненную, изрытую глубокими кратерами ледяную пустыню. Но, когда Илладрия полностью исчерпала запас маны, как свой, так и дарованный Пророком, призванный зверь спокойно щипал траву на нетронутом стихиями пятачке в три шага.
   Глядя на то, во что превратилась поляна Древних, чародейка судорожно осмотрелась. Но, вопреки опасениям, роща и древние камни были абсолютно нетронуты. Перепаханная и изуродованная магией земля заканчивалась ровно за полшага до них, а дальше, как ни в чем не бывало, зеленела трава.
  
   - Вот это было тяжело, если честно. - С поддельной усталостью улыбнулся Пророк. - Держать под динамической защитой малый объект и под статической - такую область, одновременно, такого я раньше не делал.
  
   - Я вас не разочаровала? - Чародейка с надеждой смотрела на Него. - Моя магия ничто против Вашей...
  
   - Совсем нет. Наоборот, я же говорю, было очень сложно. Очень. У тебя были вполне неплохие шансы. Тебе только опыта не хватает, но, думаю, это только вопрос времени. Например, когда ты валила цепью молний и ледяными бомбами, тебе стоило пускать заклинания отложенными и вразнобой. В этом случае подстроить защиту под них потребовало бы намного больше сил, и была вероятность попросту не угадать - и мне пришлось бы заходить с ульты и тратить лишнее время. А развести противника на пустую ульту - половина победы. Была и пара других опасных моментов... Но ладно. Спасибо за хороший спарринг.
  
   Илладрия запомнила каждое слово. Не каждый день Абсолютное Существо делится своей мудростью вот так просто.
  
   - О, а мы прилично времени потратили. Открой портал в общие палаты, пожалуйста. Потом приведи... Вот это вот все в порядок, ладно? И вот сейчас никаких колен, я настаиваю.
  
   - Конечно, Пророк.
   Она открыла портал и благодарно поклонилась Ему вслед.
  
  Глава 3
  
   Бечено by Тоя Акирадзиро
  
   *интермедия, Даймон
  
   Закатное солнце золотило кроны деревьев, даря редкую в этих лесах безветренную погоду. Четко очерченные тени деревьев ложились на холмы и края оврагов. Перепады между все еще ярким освещением и глухой тенью были настолько резкими, что непривычные к местности путешественники всегда страдали от боли в глазах.
   Проклятые Чащи. Банальность этого названия вызывала оскому, и почти каждый, слышавший его впервые, невольно морщился.
   И каждый, кто имел сомнительное удовольствие хоть какое-то время пожить в этих краях, уже не скептически морщился, а мрачно хмурился. Название взялось отнюдь не от пейзажей - как раз наоборот, они совершенно не подходили под такое название. Густые заросли, могучие кроны, живописные мхи, и даже старый валежник смотрелись вполне жизнеутверждающе. Здесь можно было встретить растения настолько редкие, что считались выдуманными. В этих местах, по слухам, иногда встречались даже феи - существа, практически полностью вымершие в незапамятные времена.
   Нет, звание Проклятых эти чащи получили за иное.
   Эти леса были окутаны великим количеством жутких легенд, самой знаменитой из которых была легенда о предпоследнем Короле Жадности.
   Именно здесь он, согласно этим легендам, встретил свой конец. Когда, утонув в безумии алчности, Восемь не смогли поделить мир даже между собой, когда каждый из них предал всех остальных ради собственных амбиций. Когда в страхе за свою власть они уничтожили символ собственного могущества и их верные слуги наконец ополчились против них самих, разверзся истинный ад на земле. Ад, сравнительно с которым кошмар, в который они погрузили мир, завоевав его, показался детскими играми.
   И предпоследний Король Жадности, не сумев одолеть натиск ополчившегося союза бывших рабов Королей, отступил в пустыни, которыми тогда были эти леса. Его последний бой прошел в этих краях. Адская резня, растянувшаяся на много дней, в которой смешались время, пространство и смерть. Король в итоге пал, забрав с собой на тот свет бесчисленные легионы своих врагов. Лес вырос на этом чудовищном поле битвы, оставившем столь благодатные удобрения. Скрыв неприглядную картину войны богов против смертных, войны на взаимное уничтожение без компромиссов. И руины крепостей, и общие могилы павших нашли покой под его корнями. Обрушенные же на эту землю проклятия никуда не делись.
   По крайней мере, так говорилось в легендах.
   Но даже если не относиться к многовековым легендам всерьез, приспособиться к жизни в этих лесах было уделом отчаянных. Под кронами деревьев и живописными рельефами скрывались ужасы, о которых свидетели старались не упоминать вслух. Живущие здесь звери были настоящим бедствием, и даже травоядная дичь была смертельно опасна для любого охотника. Ее кровь была ядовита, а стремление убивать превышало инстинкт самосохранения - то, что в нормальных случаях было пугливой добычей, здесь не ведало страха. Хищники, охотясь на жертву, не загоняли ее, выбивая из сил - они вели с ней самое настоящее сражение. Ценой неудачной охоты был не голод, а жизнь.
   Хотя, разумные приспосабливаются ко всему. Помимо опасности, здесь была и большая выгода. Ингредиенты, добываемые из местных растений и органов зверей, очень ценились на всей территории континента. Руины, временами показывающиеся из-под оползней и сменивших русло рек, таили в себе невероятные находки. Тот, кто был готов рискнуть, всегда имел шанс.
   Как, например, группа Даймона - 'Бессмертная Надежда'. Это был их третий поход в Проклятые Чащи, в одно из скрытых от постороннего глаза подземелий, которое они нашли по большой случайности. Третий поход, грозивший, наконец, завершиться фатальной неудачей.
   В узком коридоре, выложенном тесаным гранитом, тяжело дышали четверо. Даймон - лидер группы - мерно вдыхал и выдыхал, упершись ладонями в колени. Его латный доспех был заметно измят и покрыт неглубокими рубцами у правого оплечья и на груди. Горячий, грязный пот падал с лица на пол крупными каплями.
  
   - Даймон, у нас неприятности. - глядя в темноту, сказал Брайс.
  
   - Да ладно? - выпучив глаза, обернулся тот.
  
   - Серьезно. Выход засыпало. Света было не видно не потому что ночь или что еще.
  
   Брайс, невысокий, очень костистый и жилистый парень, выглядел намного лучше. Из доспехов на нем была толстая кожаная куртка, усеянная плотно подогнанными стальными пластинками, и такие же наголенники с заправленными шароварами. Плечи были почти не защищены, разве что широкими рукавами черной рубахи, мешковато подхваченными у локтей. Он хоть и не выглядел отдохнувшим, но был явно посвежее Даймона.
  
   - Так себе новость, согласен. Но есть и хорошая.
  
   - Прямо бальзам на душу. Ты же не имеешь в виду приближающиеся шаги тех тварей?
  
   - Хах, как же без них. Хорошая новость в том, что коридор узкий, и если у них не сменился состав, я его перекрою. И тебе никто не будет мешать раскопать нам выход.
  
   - Ты издеваешься?
  
   - Нет, я танкую.
  
   Брайс выругался и с тоской посмотрел на засыпанный выход. Похоже, что потолок не выдержал и просел, поддавшись многометровой толще земли над ним. Выход из подземелья наружу перегораживала куча земли вперемешку с обломками камня. Потом перевел взгляд на Эру, их заклинательницу.
   Ее мантия давно превратилась в замызганную рвань, а дорогой посох остался там, в глубине подземелья. Она мрачно игнорировала последнего спутника.
   Собственно, вся ситуация была из-за их переоценки его навыков, но Эра во всем винила именно его. Сейчас заклинательницу совершенно не волновало, что парень не нес ответственности за их план. Им остро требовался целитель для похода в это подземелье. А поскольку 'бесхозных' толковых заклинателей или жрецов, попробуй найди, пришлось принимать первого же, какой появился в поле зрения. При разговоре и на тренировке Лиас был вполне хорош, конечно, не так хорош, как их предыдущий партнер, но в целом ничего. Они рискнули пойти с ним и теперь жалели об этом.
   Лиас оказался трусом и нытиком, не готовым к реальному делу. Только на месте выяснилось, что его запас сил значительно меньше, чем казался в начале. Скорость реакции в бою - вообще никудышная. По большому счету, он совершенно не годился для авантюр, разве что сидеть в лагере и лечить группу после того, как она вернется из вылазки. Как выяснилось, именно так он и представлял себе работу целителя в группе.
   В общем, это был безоговорочный провал. Лиас, похоже, и сам понимал это, и просто ждал, когда все закончится.
   Даймон не любил такие проблемы, но как лидеру ему приходилось разбираться и в этом. И сейчас, к сожалению, не было хорошего выхода из положения. О том, что его вообще могло не быть, ему думать не хотелось.
   Теперь он тоже слышал неторопливые шаги из темноты за коридором. Он прислушался. Судя по количеству ног и скрипу ржавого металла, все та же троица, которая гнала их сюда. Даймон со вздохом поднял свой тяжелый щит и набросил забрало.
  
   - Ребята, я понимаю, вы все очень устали, но я не вижу других вариантов. Вам придется копать, и лучше если вы управитесь раньше, чем меня тут порежут. Эра, свет, пожалуйста.
   Заклинательница сосредоточилась, отрешаясь от неудобств и эмоций. Даймон был прав, в полной мере высказать все, что она думает о ситуации и ее причинах, можно и потом. Сейчас надо выжить.
  
   [свет]
  
   За правым плечом Даймона возник мерцающий источник света, похожий на очень яркого светляка, и выхватил из темноты впереди два закованных в обманчиво ржавые латы скелета, и очертания еще одного чуть поодаль. Даймон поджал губы и стал в стойку, перегородив собой узкий проход. Он имел дела с нежитью раньше, и сначала не воспринял какие-то скелеты, пусть и в ржавой броне, всерьез. Это оказалось большой ошибкой, едва не стоившей им всем жизней.
   Один скелет-воин, до этого момента шагавший, будто пьяный грузчик, с едва уловимой глазом скоростью подпрыгнул к нему нему и резко взмахнул двуручной секирой. Даймон, уже зная их манеру боя, отскочил вглубь прохода. Принимать такой удар с полшага на щит - себе дороже, в прошлый раз ему едва не сломали руку. Лезвие секиры со звоном высекло искру из места, где он только что стоял. Второй скелет спустя мгновение, нанес мощный прямой тычок алебардой. Его Даймон слил в сторону щитом. Был большой соблазн навалиться всем весом и прижать оружие к стене, но идею портил скелет с топором. Прижав оружие одного противника, он лишится возможности уходить от атак другого. Даймон отлично понимал, что без возможности маневрировать - он труп.
   Отступив в глубь коридора, он выиграл себе преимущество - там не было где размахнуться секирщику, и его удары без хорошего замаха уже можно было блокировать. И главное - туда уже не пролазил третий скелет-воин. Пошла более-менее привычная свалка тяжеловесов. Скелеты, помогая друг другу (тоже, кто бы поверил), безостановочно сыпали простыми, но мощными и быстрыми атаками, а Даймон их блокировал и уводил в сторону щитом. После некоторых атак появлялась возможность сократить дистанцию и оттолкнуть наседающую нежить обратно, чем он тут же пользовался, возвращая начальную позицию. Атаковать сам он сейчас даже не пробовал, лишь парируя мечом то, что было возможно. Никакого видимого ущерба его атаки все равно не наносили. Конечно, если бы он пользовался топором или булавой, результат мог бы быть и другим. Только вот от топора и булавы рука буквально отваливается через несколько минут боя, сводя все преимущество на нет.
   Удар, скользящий блок, ответный пинок. Сильный, но легкий противник отброшен на шаг. Молниеносный выпад алебарды, Даймон не успел прикрыться щитом, и острие оставило на броне очередную вмятину, ребра заныли. Снова удар топором, снова скользящий блок, снова выпад алебарды. Все предсказуемо, но слишком уж быстро - войти в ритм никак не получается. Удар - выпад в корпус, удар - выпад в голову, удар - выпад в ноги. Принимая очередную атаку секирой, у него не хватило силы полностью отвести ее в сторону, и тяжелое лезвие зацепило шлем. Голову тряхнуло, и Даймон не успел среагировать на тычок алебардой. Острое навершие продырявило забрало, увязнув в нем, но оставив глубокий порез на скуле. В ушах зазвенело от боли.
   Кость зацепило, - мимоходом отметил Даймон. Все очень плохо.
  
   [удар щитом]
  
   Затрещали от внезапной запредельной нагрузки мышцы. Боевой навык, один из излюбленных особых приемов Даймона, с грохотом вышвырнул секирщика из прохода. Тот увлек с свой полет и остальных скелетов, дав передышку на несколько секунд. Обильный пот, перемешанный с грязью и кровью, ручьем лился за шиворот и неприятно щекотал. Измотанное тело начало переставать слушаться. Все. Козырей на сегодня не осталось.
   Сквозь искореженное забрало, в темноте, неровно разбиваемой мерцающим слабым светом, видно было ужасно, но и на слух было понятно. Враги встают и снова идут в атаку.
  
   - Даймон, отступай, отступай, назад, проход есть!
  
   Надежда наполнила новыми силами, и воин, почти полностью укрывшись за щитом, быстро засеменил спиной по проходу. Отступая таким образом, вражеские атаки переносились намного легче. Держать равновесие было нелегко, ноги вязли в свежей земле, а потом еще и плечи едва протискивались. Мощные удары противников даже немного помогали передвигаться таким образом. Было страшновато не знать, куда отступаешь, но Даймон верил в своих товарищей. И, как всегда, не напрасно.
   В какой-то момент опоры под ногами не оказалось, и Даймон кубарем покатился по заросшему колючей травой склону. Пара мгновений, и вот он шлепнулся спиной в мелкую воду, сминая редкий камыш. Вечернее солнце весело слепило сквозь дыру в шлеме.
  
   - Фффуууууууух.
  
   Кто-то быстро подбежал к нему и парой рывков поднял подклинившее забрало. Глаза слезились, рассмотреть, кто это, было невозможно, но голос и тон ни с кем другим не спутаешь.
  
   - Стремный у тебя вид, Дай. Тебя что, били?
  
   - Брился бухой. Остальные в порядке, нежить не гонится?
  
   - Да, все отлично. Похоже, эта нежить хоть в чем-то нормальна, под солнце не лезет. Ты идти сможешь?
  
   Даймон проанализировал ощущения.
  
   - Кости вроде целы, думаю, смогу. Но буду ныть.
  
   - После Лиаса ты меня ничем не впечатлишь.
  
   - Ладно, не буду. Добро-то не посеяли?
  
   Силуэт, уже почти превратившийся в грязного, мокрого Брайса, молча потряс объемистым кожаным мешком. Внутри что-то отчетливо и мелодично позвякивало, проглядывались также несколько продолговатых предметов.
   Даймон вытянул руку, и Брайс, ухватившись, помог встать. Голова кружилась, рана на лице горела пульсирующей болью, глаз стремительно заплывал. У края заболоченной лужи с безнадежным видом отряхивались Эра и целитель. Оба смешно щурились от яркого света.
  
   - Лиас, я знаю, что ты устал, но для тебя есть работа.
  
   **конец интермедии
  
   Талик покидал импровизированный полигон полностью истощенным и довольным собой. Все заклинания, которыми он привык пользоваться, и даже те, о которых он давно и не вспоминал за ненадобностью, работали. Придется привыкать к новым способам активации, но худшие опасения не подтвердились. Способы применения пока проверить в полной мере не получилось, но этим можно заняться чуть позже. Хотя все равно дело обязательное. Все-таки применение заклинаний в бою, в Иггдрассиле - это целая наука. Цели, приоритеты, просчет области действия, времени срабатывания, учет внешних факторов, позиционирование, планирование долгоиграющих кастов, своевременное использование сейвов, много-много взаимозависимых обстоятельств. Говно с тебя хилер, если ты только и умеешь, что прожимать тулбар.
   Илладрия очень помогла. Это была великолепная практика для проверки скилов. Он сначала думал просто размяться, но она задала ему такую трепку, что он всерьез опасался продуть. Особенно после его обкаста по ней. Даже пришлось сдавать козыри, без сверхуровневого заклинания, ограничивающего область и мощность АОЕ урона с расходником на моментальное срабатывание... не затащил бы. Был бы на ее месте реальный пвп игрок, у Талика бы не было ни единого шанса не то, что защитить несчастного рогатого пони, но даже хотя бы самому смыться из-под раздачи. Все-таки она крайне предсказуема, и это спасло его авторитет и веру в себя.
   Интересно, а это появившееся самосознание позволит им теперь независимо обучаться? Без необходимости вручную вбивать зависимости и алгоритмы.
   В целом, ему очень понравились ощущения от применения заклинаний. Он что-то прямо всем телом чувствовал, когда использовал свой арсенал, и это был не просто адреналин.
  
   Вот что чувствуют в своем воображении чунибье, да? Только я намного круче, лол. Потому что у меня это работает.
  
   Хотя, если сейчас он на самом деле блаженно хихикает и пускает слюни под веществами в смирительной рубашке, не особо и круче. Но точно интереснее.
   Он вернулся мыслями к Илладрии, и настроение чуть упало. Ее отношение к нему сначала казалось забавным, но теперь начало... настораживать, что ли? Он совершенно не против хороших отношений, но такое обожание - это перебор. Ведь воображать его кем-то великим - это огромное заблуждение. Неприятно чувствовать себя обманщиком, выдающим себя за кого-то другого. А что будет, если тайное станет явным, что он скажет разочарованным фанатикам? Втройне неприятным было гаденькое подозрение, что это все - на самом деле абсурдно масштабная постановка, где ради неизвестных целей его убеждают в обожании, презирая или даже ненавидя на самом деле. Обязательно нужно было внести ясность, и желательно - не теряя лица. Ну, насколько это вообще будет возможно.
   Дрэга, опять же. Если она хоть в чем-то похожа своим отношением на Илладрию, то это реальная проблема. Которую надо решать в самом скором времени.
   Он вспомнил вчерашний вечер.
  
   Мда. Если все это правда, то ее не стоило оставлять одну, не внося ясность, не подобрав нужные слова. Вот баран, надо было отнестись серьезнее. Хотя, кто же знал? Может быть, заняться этим прямо сейчас? Но кто знает, сколько времени это может занять, и очень желательно не отвлекаться больше ни на что.
   Уточнить пару моментов с Вильгельмом и с чистой душой идти мириться с Дрэгой. О, как же хочется, чтобы в этом нордическом здоровяке не было такого нездорового подобострастия. От женщины это еще хоть как-то воспринимается.
  
   [сообщение]
   - Вильгельм, это Талларий. Хочу поговорить с тобой, у тебя есть время?
  
   - Я польщен, Пророк. Конечно же... у меня 'есть время' как вы выразились.
  
   - Я зайду к тебе тогда, минут через 15. С тебя чай.
  
   - Лучший из существующих, Пророк.
  
   - Ловлю на слове. Жди.
   Талик прервал [сообщение]
  
  
  ***
   Вильгельм наслаждался. Он ценил комфорт, хорошую компанию и возможность расслабиться, и теперь все три этих понятия соединились воедино.
   Вчера, получив распоряжение Пророка, он проникся важностью поставленной задачи и подошел к ней со всей ответственностью. Были подняты на уши приказчики всех складов, ферм, мельниц и рынков. Архивариус полночи сверял цифры в городских записях. Орочьи вожди низкого ранга перетряхивали шатры, пересчитывая свои зеленокожие банды. Только Илладрия с ее изящной вежливостью ушла от попыток привлечь ее к неблагодарному делу инвентаризации. Сразу озвучила затребованные цифры и предложила не докучать ей бессмысленными уточнениями, ибо у нее есть свой Приказ. Вильгельм любил акцентировать внимание на своих статусных полномочиях, но тут крыть было нечем.
   К утру все данные были обобщены, подбиты в колонки и строки, и преподнесены Пророку. Документ Вильгельм писал лично - мысль доверить написание документа для Высшего писцу, показалась ему настоящим святотатством. Тот оценил труд своего преданного вассала, и почтил его своим визитом. И сейчас они непринужденно беседовали и пили чай. Вильгельм не мог припомнить подобного за все время служения своему личному божеству.
   Он слушал Пророка, ловя каждое слово и стремясь запомнить каждую деталь его образа. Он хотел научиться так же радоваться простым вещам, вроде удобного кресла, вкусной еды и напитков. На своем пути к вершине Вильгельм прошел многое - страшные войны, предательства, борьбу за лидерство, победы, более горькие чем поражения. До момента, когда, наконец, Пророк востребовал с него исполнение клятвы, Вильгельм просто не представлял себе, что такое полноценный отдых.
   И все равно, вся жизнь Вильгельма была лишь жалкой тенью лишений и трудностей, стоявших на Его пути и пути Лордов. Но Он со своими божественными соратниками не унывал ни единого дня, продолжая день за днем прилагать сверх усилия для достижения своих сверх целей. Каждая новая трудность, сломавшая бы Вильгельма, вызывала лишь азарт и желание ее преодолеть.
   Соблазны, с головой затянувшие Вильгельма с обретением власти, были бессильны поколебать Его дух. Он проходил сквозь то, что считал незначительным, и не оборачивался к тому, в чем не было реальной нужды. Держа в руках абсолютную власть, ценил малое. Обладая величайшей силой, не применял ее без надобности. И сейчас, сидя в удобном кресле, он просто радовался его удобству. Вкушая чай, он просто радовался его вкусу. Не больше, не меньше, а ровно так, чтобы это не мешало работе ума.
   Вильгельм страстно хотел перенять такое отношение к существованию. Даже будучи королем, он понимал, насколько отстает от истинного величия, сравнивая себя с Ним. Только манера речи... Сбивала с толку. Не подходила личности такого масштаба. Хотя не ему, урожденному жалким смертным, судить о прихотях божества.
   Они разговаривали уже довольно долго, обсудив текущее положение и состояние Рассветного Города и прилегающих территорий, работу служб, таких как: водоснабжение и канализация, экономику, армию. И, конечно же, магию. Сегодня Пророк изволил явить новому миру часть своих сил, и во всей гильдии только и было обсуждений на эту тему.
  
   - К слову о навыках. Вильгельм, ты, я так понимаю, еще не испытывал свои возможности, верно?
  
   - Нет. Мне, признаться, и в голову не приходило. Мне начать проверку немедленно?
  
   - Вот прямо сейчас все бросать и идти проверять не нужно. Но в ближайшее время обязательно займись этим. То, что до сих пор считалось естественным, может работать не так, как мы привыкли, я с этим уже столкнулся сегодня.
  
   - Я понял Вас, непременно этим займусь в самом скором времени. Не поделитесь соображениями о разнице, с которой Вы уже сталкивались?
  
   - Хм. В основном это попадающая под воздействие область, она теперь больше. Кроме того, намного сложнее точно оценить эффект. Мои навыки очень отличаются от твоих, так что у тебя все может быть иначе. В любом случае, я хочу представлять себе твои нынешние возможности.
  
   - Мудро, как и всегда. Позвольте вопрос. - дождавшись кивка, Вильгельм продолжил: - У вас уже есть планы на этот мир?
  
   Пророк странно усмехнулся и покачал головой.
  
   - Это слишком сложный вопрос, Вильгельм. У меня... Нет простого ответа на него, прости.
  
   - Это мне стоит извиниться. Я спросил большее, чем могу понять.
  
   - Да расслабься. Дальше будет видно.
  
   Вильгельм почтительно кивнул. Вот оно, отношение Великих к мирским делам. Видеть сложные вещи простыми.
  
   - Еще, я хочу сегодня в восемь вечера устроить что-то вроде совещания, со всеми сотками. У тебя нет планов на это время?
  
   - Не представляю, какие планы могли бы сравниться с Вашим желанием.
  
   - Вот и хорошо. Тогда я пойду, спасибо за чай, было вкусно. Нет, не провожай меня, я хочу пройтись один.
  
   - Желаю Вам хорошего пути, куда бы Вы ни направлялись. - Поклонился Вильгельм, прижав к груди ладонь.
   Пророк покинул покои, оставив Вильгельма в лучшем настроении из всех возможных.
  
  Глава 4
  
   ** Дрэга
  
   Дрэга не знала, как долго продолжался этот кошмар. Любая боль, любые страдания для нее всегда имели начало, течение и конец, она могла приспособиться к ним. Она всегда чувствовала течение времени и могла оценивать свое состояние в каждый конкретный момент.
   Но не в этот раз. Отчаяние, вина за ошибку, страх перед вечностью, наполненной исключительно пустотой. Невыразимая боль от чувства лишения лучезарного внимания ее Творца. Тысячи голосов Тьмы, бывшей ее частью, проклинающие и напоминающие, будто пожирающие ее заживо и не дающие намека на покой. Тысячи голосов Тьмы, противиться которым она не чувствовала ни сил, ни права. Все это причиняло куда большую боль, чем она могла бы даже представить, оно лишало ориентиров. Ее сознание не могло осознать, КОГДА оно привязало себя к определенному мгновению, и только застывшая в чудовищном напряжении воля держала ее на той грани, за которой душа разорвалась бы на мельчайшие куски.
   Поэтому она не могла сказать, сколько времени прошло, когда эти голоса начали стихать, а сквозь бездонную черноту отчаяния пробился крохотный лучик надежды. Этот лучик неуловимо ширился, множился, рассеивая туман боли, чувства утраты и страха перед будущим. Она понемногу начала снова осознавать, что видит и где находится.
   Боясь спугнуть этот лучик, Дрэга замерла на полу в позе зародыша, радуясь даже холоду, исходящему от шершавого камня. Хор Тьмы вытеснил единственный шепот, до сих пор звучащий на грани слышимости. Шепот звал ее, просил вслушаться и обещал, что все будет хорошо. Дрэга осторожно поддалась ему.
   На мгновение закружилась голова, и возникло странное ощущение раздвоенности сознания. Чувство, будто ее на самом деле две, и та, которая была второй, умело, быстро перебирала память первой. Подделка знакомилась с памятью оригинала.
   Дрэга рывком вскочила на ноги, собирая волю в кулак, отторгая пришельца использованием навыков.
   [Омовение Тьмой] Мгновенно применяемый навык, с долгим временем восстановления, устраняющий все действующие на текущий момент негативные эффекты.
   [One Man Army] Мгновенно применяемый навык, с долгим временем восстановления, на короткое время придающий полную невосприимчивость к урону и отрицательным эффектам. По истечении времени действия, навык возвращал 100% полученного урона и эффектов.
   В то же самое мгновение Дрэга задействовала то, что Пророк называл 'гировый макрос'. Броня, бижутерия и оружие в одно мгновение исчезли в [инвентаре] и появились одетыми на ее теле.
  
   - Покажись! - Крикнула она, крутанув двуручным мечом вокруг себя и выискивая взглядом неведомого врага.
  
   - О, какая роскошная благодарность за облегчение боли. - Послышался низкий, бархатно-мягкий женский голос позади.
  
   Дрэга мгновенно развернулась и положила острие меча на плечо источнику голоса.
   Среднего роста женщина с серо-фиолетовой кожей, одетая в поношенное рубище, перевязанное на поясе грубой веревкой. Было странно это понимать, но гостье было вполне к лицу. Серебристо-белые волосы убраны в высокий хвост, какой-то тряпкой вместе с глазами завязано пол-лица. Демонстрируя беззащитность, гостья развела руки в стороны, наклонила голову в сторону меча и продолжила:
  
   - Это сейчас в моде, или твой личный стиль?
  
   Обретшая ледяное спокойствие Дрэга ответила:
  
   - Кто ты, как сюда попала и зачем здесь? Отвечай быстро и коротко.
  
   - Убери свой опасный меч, Дрэга. Я помогла тебе и рассчитываю на иную благодарность.
  
   Дрэга, услышав неправильный ответ, резко рванула меч вниз, через ключицу и грудь вторженки. Но лезвие не встретило сопротивления, проходя через ту, как сквозь дым.
  
   - Меня здесь нет. - Гостья плавно шагнула навстречу, пропуская сквозь себя дальнейшие взмахи меча. - То, что ты видишь, это лишь образ, который ты себе представляешь. С моей помощью. И я тебе нужна, не обижай меня. Или тебе больше по душе одиночество, из которого я тебя вырвала?
  
   - Я повторю еще раз - кто ты, как сюда попала и зачем здесь?
  
   - Какая упрямая, почти как Вильгельм. - Улыбнулась гостья. - Я та, кого клеймят предательницей. Я здесь, потому что решила облегчить твои страдания, и ты сама дала мне такую возможность. А взамен мне нужна от тебя маленькая услуга, в которой ты уже не сможешь мне отказать.
  
   Сознание Дрэги молнией пронзила догадка, и она процедила, с трудом удерживая гнев:
  
   - Маликрисс.
  
   Ей хотелось раскромсать предательницу, разрезать на тысячи маленьких кусочков, но она понимала, что это невозможно. Уничтожить то, что находится лишь в твоей голове, можно лишь убив себя. [Омовение Тьмой] было бесполезным, поскольку не было негативных эффектов от этой связи, а закрывать свой разум от речей подобных чудовищ... Это под силу лишь Лордам. И самой Маликрисс.
  
   - Чего бы ты ни хотела от меня, ты получишь лишь презрение и ненависть. - Дрэга, хоть и оставила попытки убить этот образ, но оставалась в боевой стойке.
  
   - О, поверь, меня будет трудно этим впечатлить. - на миг по прекрасной части лица, что была видна из-под повязки, пробежало холодное, напряженное выражение, и тут же вернулась ироничная улыбка. - Твои страдания пару минут назад - даже не тень того, как я жила все эти годы.
  
   - Просто оставь меня и возвращайся в свои казематы гнить остаток вечности, тварь.
  
   - Меня начинает утомлять твоя бравада, глупое дитя. Моя свобода - вопрос лишь очень короткого времени. Сейчас я хочу понять, мы будем друзьями или врагами на тот момент, когда я ее обрету.
  
   Тело Дрэги начало наливаться вернувшейся усталостью - эффект [One Man Army] закончился. Вместе с тем, на душе стало как-то по особенному легко. Похоже, что пережитые недавно чувства не собирались возвращаться. Осталась лишь жутковато-мутная память о них, но и она понемногу уходила в никуда. Отчаянная ненависть сменилась неприязнью.
  
   - Почему же ты решила, что твое заключение скоро подойдет к концу?
  
   - А ты не уловила этой странной перемены? Мир стал другим. Это лишь с виду малая волна, которая предвещает могучий шторм. Шторм судеб, который перевернет существующий порядок вещей. И этот шторм - ключ к моей свободе.
  
   - И чего же ты хочешь от меня?
  
   - Хмм... - Маликрисс подняла лицо к высоченному потолку. - расскажи Ему о нашей с тобой беседе. Помоги Ему вспомнить обо мне.
  
   Дрэга только вдохнула, чтобы гневно высказаться, но на нее снова снизошло неприятное озарение. 'Услуга, в которой ты уже не сможешь мне отказать'. Можно ли утаить от Него подобную встречу?
  
   - Ты, подлая, лживая тварь, думаешь, что этого будет достаточно?
  
   - Сама увидишь. И запомни вот что - меня можно называть подлой, меня можно называть предательницей, и это будет чистой правдой. Правдой для того, кто не умеет понять суть вещей. - Она с пронзительной грустью усмехнулась. - Но среди всех моих грехов нет лжи. Что ж, моя ставка сделана. Увидимся.
  
   Образ Маликрисс исчез с глаз Дрэги, и голос больше не звучал. Она снова осталась одна, и чувствовала алчную к ее страданиям Тьму позади, внимательную, но безучастную. Мерзко было это осознавать, но за это стоило благодарить Предательницу.
  
   - Чтоб тебя...
  
   Но не успела Дрэга собраться с мыслями, как услышала мелодичный звон [сообщения] и почувствовала новое присутствие - которое было невозможно спутать с кем-то еще. Пророк. Свет, причина и путь, тот, чьего внимания она жаждала всем своим существом и неодобрение которого было хуже всех пыток мира.
  
   - Дрэга, это Талларий. Ты не занята сейчас?
  
   - Я... - Дрэга бухнулась на колени от Его голоса. - Я...
  
   - Я могу связаться с тобой позже, если тебе неудобно.
  
   Дрэга проклинала свое неизвестно откуда взявшееся косноязычие. Мысли, еще недавно относительно стройные и предсказуемые, разлетелись, как мотыльки.
  
   - Да! То есть, нет! То есть, я вся в вашем распоряжении!
  
   - Рад слышать, что тебе лучше. - Теплый голос Пророка поющим, восторженным эхом отзывался у нее в сердце. - Сегодня в восемь вечера в зале Молитв будет совещание. Хочу видеть там всех соток, и тебя в том числе.
  
   Зал Молитв... Самое сердце Рассветного Города, святая святых. Прекраснейшее место во всех существующих мирах. Первое место, которое Дрэга увидела, появившись на свет. Переход между миром богов и смертных.
  
   - У меня нет слов, чтобы выразить мою благодарность за такую честь, Пророк...
  
   - Приму за согласие. Увидимся там.
  
   Пророк погасил заклинание связи, а Дрэга все стояла и с восхищением вспоминала слова и голос. Он порадовался, что она в порядке? Значит, Он знал, что ей тяжело, и беспокоился? Ему не все равно? Он лично позвал ее в святейшее место в мире, и будет делиться своей мудростью и планами! А как об этом догадалась Маликрисс, откуда она узнала, ведь не случайно подобрала именно этот момент?
  
   Маликрисс.
  
   В сердце будто червь шевельнулся. Имя, символизирующее предательство и подлость. В сговоре с одним из Лордов, замыслившем мятеж, она в решающий момент обернулась против гильдии. В том решающем бою за будущее гильдии, ее удар в спину послужил причиной гибели Пророка. Да, смерть для Лордов - это далеко не конец, и позже он смог воскреснуть. Но без его поддержки, другие Лорды также пали, не выдержав неистового натиска врагов. Город был разрушен, разграблен. Все достояние сокровищницы, артефакты невообразимой силы, все богатства, неизбежно попали в лапы чужаков. Все вассалы гильдии, в тот день встретили свой трагический конец.
   Лорды, воскреснув, смогли все восстановить. Вернуть к жизни тех, кого было возможно. Вновь наполнить сокровищницу богатствами и чудесами. Невозможно даже и представить, каких сил это стоило.
   Предателя уничтожили. Его дальнейшее существование свелось к бесконечным смертям, и в итоге он раскаялся и принял решение прекратить свое существование в Иггдрассиле. Насколько такая кара соответствует его поступку, не ей судить - вопросы такого масштаба задают Лорды.
   Но Маликрисс, корень зла, главное оружие, которым был нанесен роковой удар. Вместо вечного ада, вместо самых ужасных кар, получила лишь арест и забвение. Камеру в глубине подвалов дворца. Такого великодушия Дрэга просто не могла понять, хоть и приняла, как и все остальные. Если Пророк так решил, значит, так и должно быть.
   А теперь ЭТО желает свободы?..
   При мысли о том, чтобы оказывать помощь Маликрисс, Дрэге сделалось дурно. Но так или иначе получается, что у нее нет выбора.
   Что ж, в любом случае, Пророк во всем разберется. А она - сделает свое дело, как настоящий преданный вассал. Доложит во всех деталях, и будь как будет.
  
   **Мариус.
  
   Чтобы увидеть стены Рассветного Города, гостям, не имевшим приглашения от его Лордов, требовалось пройти через городское кладбище. Могущественной созидательной магией Лордов, оно было создано таким образом, что нельзя было увидеть городских стен просто так. От входа на него не было видно ничего, кроме бесконечных рядов могил и склепов. Усыпальницы попроще располагались ближе к краю, побогаче - ближе к центру. Крипты и склепы формировали самый настоящий некрополь, разбитый на улицы и аллеи. Здесь никогда не светило открытое солнце, а трава никогда не вырастала выше щиколоток.
   Вечный покой этого места стерегло множество существ. Легионы скелетов и рыцарей смерти, семьи вампиров, умертвия, личи, сокрытые от сторонних глаз, несли неусыпное бдение, ожидая своего часа в могилах и саркофагах. Гибельные печати были готовы открыть врата на изнанку жизни, где в вечной жажде томились монстры, столь сильные, что их постоянное присутствие в этом оплоте покоя было нежелательным.
   Придя без приглашения, нужно было разрушить некрополь, чтобы открылся путь к самому городу. Это было само по себе крайне нелегко, но главную проблему составлял архилич Мариус. Обитающий в склепе, торжественном, как иной храм, украшенном колоннами и невыразимо прекрасными статуями, повелитель нежити. Его проклятия были столь ужасны, что от них не могла избавить даже сама смерть. Манера боя, которую некоторые глупцы называли трусливой, включала использование портальной магии, в которой он был также безупречен. Неуловимый и смертоносный, он сеял боль и ужас на поле боя, в то время как полчища его менее опасных слуг не давали ступить и шагу, завязывая бои на узких, неудобных улицах некрополя.
   Но самый мерзкий сюрприз, о котором с ненавистью вспоминали участники трех походов, которые смогли его одолеть, заключался в другом.
   Мариус не стоял насмерть. Его задачей было лишь измотать и проклясть врагов, вынудив потратить расходные материалы. Получив урон, близкий к фатальному, он сбегал с поля боя - такой у него был приказ. Сбежав, он получал ограниченное восстановление, и в дальнейшем, по выражению местных Лордов, 'развлекал гостей мелкими пакостями'. Вне своей вотчины он лишался значительной доли своих сил, но кое-что еще мог. Отомстить за страдания ему можно было лишь в самом конце.
   Сейчас Мариус располагался в своих опочивальнях. В одном из подвалов своего склепа, неугасимые факелы бросали неровный свет на ряды изукрашенных мраморных саркофагов. Стены и пол были покрыты рунной вязью, черной, будто прорезанной в самом пространстве, с редко пробивающимися зелеными сполохами.
   Архилич ходил кругами и размышлял. И было над чем.
   Он знал, что имел привычку, размышляя, ходить кругами, но не знал, откуда она взялась, и никогда раньше так не делал. То есть, привычка, явление, казалось бы, обыденное, было реализовано впервые. Нелогично.
   Он знал, что всегда ощущал некоторую скуку, от которой надежным спасением было две вещи. Первая - чтение. Читать, создавая в своем разуме картину идеи, вложенной в текст. Абсолютная память позволяла детально моделировать все, что было вложено в текст, и после прочтения просчитывать варианты возможностей, как могла бы выглядеть полная картина, если изменить один из ее элементов. Заклинания, история, руководства, беллетристика - ему было неважно, к какой тематике относится книга. Мариус знал, что прочел тысячи книг, но - мог вспомнить только то, что относилось к его заклинаниям. Абсолютная память, обращаясь к образу прочтенной книги, выдавала лишь общий тезис, о чем она. Попытки вспомнить текст, структуру или хотя бы количество страниц, не давали совершенно ничего.
   Он забыл? Нелогично.
   Вторая вещь, служившая развлечением, это беседы с подчиненными вампирами. Наделенные разумом и личным мнением, в отличие от бессловесных умертвий всех мастей, они могли поддержать или даже направить разговор. Мариус знал, что таких бесед было много, и всякий раз они в итоге приводили к разочарованию в интеллектуальных способностях его миньонов. Но в деталях - все как с книгами. Пытаясь вспомнить диалоги, он получал только размытые образы. Ни единой подробности - слова, темы или хотя бы точной даты, когда именно был разговор.
   Тоже забыл? Это близко к абсурду. Мариус полностью отрицал возможность того, что его личность способна утратить память, оставив остроту разума и способность к анализу. Это взаимосвязанные понятия, одно не может существовать без другого. Без абсолютной памяти способность к анализу, не имея быстрого доступа к точным данным, деградирует. Затраты времени на попытки вспомнить, затраты мыслительного ресурса на построение параллельных логических конструкций, учитывающих возможные неизвестные факторы, затраты и времени и мыслительного ресурса на анализ и просчет природы неизвестных факторов и в итоге неоднозначный результат - все это расшатывало итоговую эффективность разума.
   И одно дело фактическое отсутствие данных. Оно статично и способно прогрессировать лишь в одном направлении - отсутствующие данные могут лишь переставать быть таковыми и накапливаться. Но если подводит память - рушится все. Бастион логики, бессистемно теряя кирпичи и колонны известных фактов, так или иначе превратится в руины.
   Но Мариус был абсолютно уверен в себе и своей способности мыслить. Его разум был предельно чист, прозрачен и способен к многослойному абстрактному анализу. То есть, либо он забывал все поэтапно, и не обратил внимания, что невозможно, либо забыл все разом, в один момент, и этому не предшествовали никакие сверхординарные события. Тоже крайне маловероятно. Значит, дело в чем-то другом. В чем именно, Мариус пока не мог придти к конечному выводу - не было данных.
   Единственное, в чем он был точно уверен - первое несоответствие между привычным и реальным положением вещей он заметил семнадцать часов назад. Согласно тому, что он знал, мир должен был прекратить свое существование в это мгновение, и этого не случилось. Мариус был совершенно уверен в этом и вполне обоснованно полагал себя существующим, и этот факт противоречил идее о прекращении его бытия как части мира.
   Значит, вместо прекращения существования случилось что-то другое. Что-то, повлиявшее, среди прочего, на его память и привычный порядок вещей. Что-то всеобъемлющее и вместе с тем неуловимое. Такие изменения происходили лишь по воле его Лордов. Существ, стоящих за гранью его представлений о возможном, вне узких и нелепых для них рамок бинарной логики.
   Оставалось только ждать. То, что он существует, свидетельствует о том, что ему нашлось место в планах Лордов. Одного, если быть справедливым. Пророк Талларий, возглавлявший последние годы конгломерат малопредсказуемых Лордов, был единственным, которому так и не наскучила эта игра в бытие. Именно игра в чистом ее понимании - Мариус никак иначе не мог оценить действия всесильных существ, создавших для себя определенные ограничения и правила взаимодействия.
   И как несомненному элементу этой игры, Мариусу должна была быть отведена какая-то роль. Он страстно желал узнать, какая именно, но не мог однозначно этого понять. И единственный, кто мог внести ясность в происходящее, художник всех судеб, всемогущий Пророк, еще не не сделал этого.
   Ждать... Это и раздражало, и приятно интриговало. Остатки эмоций забытыми ощущениями щекотали его мертвую душу, и Мариус смаковал каждый оттенок этих чувств.
  
   - Грядет что-то грандиозное.
  
   - Будет вам, Повелитель, что грандиозного может быть в обычной партии в шахматы?
  
   Мариус покосился на вампира, сидевшего на одном из саркофагов у шахматной доски. В попытках развеять скуку, разнообразить течение мыслей и проверить пару догадок, он призвал к себе одного из миньонов. Тот был вполне ожидаемо глуп, предсказуем и быстро наскучил личу, но до завершения начатой партии было еще далеко. Да и не мешал вампир, иногда своими нелепыми комментариями даже развлекая на короткое время.
   Архилич взглядом оценил положение дел на шахматной доске и усилием воли передвинул одну из фигур. Попытка понять изменившиеся обстоятельства точно займет вампира на довольно долгое время. Было бы здорово, если бы он придумал какой-нибудь неглупый и экстраординарный ход. Конечно, вероятность такого события стремилась к отрицательной величине, но все же была.
   И вот свершилось. Лич ощутил прикосновение магии связи к своему разуму. Он с готовностью подтвердил установление связи.
  
   [сообщение]
   - Мариус, это Талларий.
  
   - Я рад, что вы, наконец, уделили время своему слуге.
  
   - У тебя есть планы на вечер?
  
   - Если вы не найдете мне применения, я найду, чем себя занять, Пророк. Но надеюсь услышать и исполнить проявление Вашей воли.
  
   - Тогда вот проявление моей воли - будь в восемь вечера в зале Молитв. Я хочу устроить совещание между сотками.
  
   - Будет исполнено.
  
   Пророк прервал связь, а Мариус жалел, что неспособен улыбаться. Да. Скоро будет ясность, будут задачи и цели. Будет смысл.
   Он посмотрел на шахматную доску и сосредоточенно нахмурившегося вампира. Все внимание миньона было поглощено уже очевидно провальной для него партией. Мариус решил пока оставить все как есть, но на будущее расширить развлечение. Почему он должен ограничивать себя лишь одной партией? В склепе поместится довольно много существ...
  
   **
  
   Талик ожидал от контакта с личом худшего, можно даже сказать, побаивался его. Он не помнил дословно его предысторию, согласно внутреннему лору гильдии. Но очень хорошо помнил свое впечатление от прочитанного тогда. Мариус - бесстрастный, предельно рациональный интеллектуал, у которого не было четко обозначенных причин для службы гильдии. Если предположить, что такое существо обрело самосознание, то пытаться его прямо контролировать - все равно, что оседлать дьявола. Если и позволит, тебе же хуже.
   Его, скорее всего, невозможно обмануть, и нельзя игнорировать. Это не Вильгельм.
   С Вильгельмом все было достаточно понятно. 'Король' оказался личностью вполне понятной и очевидно мотивированной служить гильдии. Конечно, разговор он поддерживал так себе, больше поддакивая и очень мало спрашивая, но радовало отсутствие этого фанатичного обожания в глазах. Чувствовалось глубокое уважение и в целом отношение, которого Талик не заслуживал, но каких-то нездоровых по глубине чувств явно не было. Отвечал толково, по делу, введя в курс текущего состояния города и прилегающих окрестностей. Талику достаточно было задать общий наводящий вопрос.
   Талик почерпнул довольно много новых подробностей о месте, которым теперь 'владел'. Большая часть услышанного совпадала с тем, о чем он уже догадывался. То, что раньше было просто прописанными в конфигах службами, действительно стало вполне существующими хозяйствами, мастерскими и магазинами. Дома, которые являлись лишь декорациями, стали реальными и вполне жилыми. Боле того, Вильгельм был свято уверен, что так было всегда. Ох, а каким соловьем он разливался, когда речь зашла о войсках. Было очевидно, что он гордился ими, но все, о чем он рассказал, определенно стоило увидеть своими глазами.
   Варбосс тоже порадовал своим предельно простым отношением ко всему - есть команда, он ее выполняет. И у него была своя, вполне очевидная мотивация служить - слава, доблесть и честь.
   Дрэга вернулась в нормальное расположение духа, проблема рассосалась, и это было хорошо.
   В общем, все вроде как пока хорошо и никто не планирует создавать проблемы. Хотя, все будет видно после общего сбора.
   Талик, сидя на резной скамейке у фонтана во внутреннем парке дворца, тяжело вздохнул. Он бы и рад оставить все как есть, по большому счету, его ситуация вполне устраивала. Здоровье, сила и богатство, о которых вряд ли кто-либо мог вообще мечтать - вот они. Но он не был уверен, что все останется так навсегда. Бывшие НИПы, куклы, куски кода и фрагменты библиотек визуализации, стали живыми полноценными личностями. Со своими предпочтениями и точками зрения. И пусть большая часть их характеров исходила из описания, вложенного им и его друзьями, были некоторые моменты, в которых они вели себя по своему. Например, не было руководства к поведению в разговоре для Илладрии. И она каким-то образом определила свое отношения и линию поведения самостоятельно.
   К каким мыслям, решениям и поступкам они могут придти, развиваясь как личности? Как они в данный момент относятся к Талику, это более-менее понятно. Но какие причины есть для этого? Откуда взялось отношение, и не изменится ли оно в один прекрасный момент? Как они отреагируют на его слова и действия, если те не будут отвечать их ожиданиям?
   От всех этих мыслей уже побаливала голова. Требовалось выяснить отношения, выяснить свою реальную позицию. Все согласились придти на эту встречу, и теперь Талик напряженно думал - а что именно сказать?
  
   Надо было заранее об этом думать, дурила.
  
   Ему очень хотелось пустить все на самотек. Просто ничего не делать, и пусть будет как будет. И все же было понятно, что так не выйдет. Все ждут от него чего-то. Мудрых приказов, планов, великих дел и чудесных откровений. Того, чего он никак не мог дать. Было бы дело в игре - никаких проблем, Талик прекрасно разбирался в тонкостях игровой механики, политики и всего остального. Но ведь это уже совсем не игра. Это новый мир, и судя по всему, обитаемый.
   Этим днем он решил пройтись по городу. Он не думал, что на него вообще обратят внимание, хотел просто погулять и поглазеть. Но все, кого он встретил, люди, эльфы, дракониды и другие существа, которых он встречал, буквально расступались перед ним. Он шел по улицам, и всегда видел одно и то же - по краям выстраивались и сгибались в глубоком поклоне жители. Когда он попробовал поговорить с кем-то, получилось не лучше, чем с Илладрией. В нем не видели того, кем Талик себя чувствовал на самом деле. В нем видели сошедшее с небес Божество.
   Это грандиозное недоразумение было с какой-то стороны и приятно, но так не могло продолжаться. Это НЕНОРМАЛЬНО. Талик не бог. Талик - инженер-проектировщик наногидравлических систем третьего разряда. Его самое значительное личное профессиональное достижение - разработка автоматического зажима для фиксации ламп подсветки механической консоли на промышленном гидропонном оборудовании. Детали, которая так и не пошла в серию, потому что само оборудование уже при проведении тендера было запланировано снимать с производства как устаревшее.
   Он совершенно не тот человек, на которого можно смотреть как на бога. И чем раньше он внесет ясность, тем меньше будет отдача от столь долгого обмана.
   Талик глянул на призрачный прямоугольник над запястьем. Пора идти.
   Он встал с лавочки, окинул взглядом кусты с цветами вокруг, и пошел к Храму, было недалеко. Двести шагов по мощеной тропинке, и вот они, врата в Храм. Высокая золоченая арка, от которой веяло покоем и прохладой. Нырнув в нее, он прошел по длинному высоченному залу, ведущему в зал Молитв.
   Его уже ждали. Пять фигур полукругом преклонили колено, склонившись перед алтарем на расстоянии нескольких шагов. Талик невольно залюбовался симметрией, проходя мимо них. Поднявшись к алтарю, он коснулся его в знакомых местах. Теперь, что бы ни случилось, у него будет фора по времени.
   Талик неспроста назначил встречу именно здесь. У каждого бывшего непися была своя зона ответственности, в которой он был намного сильнее, чем обычно. Кладбища у Мариуса, рощи у Илладрии, орочий лагерь у Варбосса, дворец у Вильгельма и подвалы дворца у Дрэги. Здесь, в зале Молитв, никто из них не имел заведомого преимущества, а Талик имел. Это была его 'зона ответственности'. Его 'этаж' как игрока. Если бывшие неписи после его слов взбунтуются, в этом месте будет легче всего принять бой. Он медленно выдохнул, прогоняя предательскую дрожь, и начал говорить.
  
   - Вижу, все в сборе. Начнем. - Он поджал губы, собираясь с мыслями. - Мир вокруг нас - это не Иггдрассиль, что очевидно по многим признакам. И, вопреки услышанному от вас мнению, я утверждаю, что не имею к его существованию никакого отношения. Мы просто здесь, и это данность. Сейчас я хочу внести предельную ясность, кто есть 'Мы' в этой ситуации. Мой вопрос - кто я для вас, и почему вы... Служите мне? Мне не нужен расплывчатый ответ. Я хочу знать четкий мотив к вашей службе.
  
   Воцарилась тишина, разбавляемая только призрачным хором голосов, звучавшим здесь постоянно. Талик с трудом сохранял внешнее спокойствие, готовясь к худшему.
   Наконец, Вильгельм, не поднимаясь с колена, поднял руку.
  
   - Я тебя слушаю, Вильгельм.
  
   - Пророк, эта задача достойна быть задана Вами. Потребовать облечь в слова все то очевидное, что мы храним в наших сердцах. Я, как и всегда, восхищен вашей способностью сложное делать простым. В моих глазах вы - мерило бытия. Хоть мне и никогда не достичь высот, с которых вы взираете на мир, я всей душой стремлюсь к этому. По Вашей прихоти я, из приговоренного к плахе повстанца, стал королем. По Вашей воле я получил силу и власть, которые и не снились другим смертным. И имея эти силу и власть, я горд служить воле того, кто ими меня наделил. Горд служить, зная, что выполняю высшую волю. Лишите меня этих привилегий, если посчитаете нужным. Я верю в Ваше правосудие и в то, что моя судьба и мое высшее благо - следовать указанному Вами пути, куда бы он ни повел. Вот мой ответ, Пророк.
  
   - Я услышал тебя. Кто-нибудь еще имеет, что сказать?
  
   Руку поднял глава орков.
  
   - Говори, Варбосс.
  
   - Вильгельм все очень хорошо сказал. Я бы так не смог. Я знаю одну главную истину - орков не существовало, пока Ты не захотел чтобы они были. Своей рукой Ты вырвал нас из небытия, сделал нас теми, кто мы есть. Ни я, ни любой другой орк неспособен представить себе жизнь, не наполненную служением замыслам своего творца.
   Варбосс умолк, видимо, считая, что сказанного достаточно. Следующей подняла руку Илладрия.
  
   Они все так же ждут разрешения говорить, да? О, где, когда и в какой момент неплохая идея с выяснением отношений превратилась в пропитанный пафосом фарс? Ведь это всего лишь более подробное повторение того, что было вчера на балконе. Почему это не злит их?
  
   - Скажи и ты, Илладрия.
  
   - Отвечая на вопрос, кто Вы для меня, я скажу - Бог. Тот, кто способен создать разум. Тот, кто повелевает течением абсолютно непостижимых сил. Вам подвластна сама жизнь во всех ее проявлениях. Почему я служу Вам? Служа Вашей воле, я служу Мирозданию, частью которого являюсь. Для меня нет большей радости, чем воплощать ваши желания. Я горда быть Вашим инструментом и свидетелем Ваших деяний, и не хочу иной судьбы.
  
   Чародейка замолчала и почтительно уткнулась глазами в пол.
  
   - Дрэга, рад видеть, что ты вновь улыбаешься. Слушаю тебя.
  
   - Пророк, я... не могу сказать что-то, чего вы не слышали от Варбосса. - О, снова этот убийственно глубокий голос. Надо попытаться уговорить ее попробовать еще раз. - Для меня Вы - родитель и властелин, я вижу вас, как рука видит голову. Мои душа и тело - ваше творение. У меня нет иной мечты, иного мотива жить, чем быть полезной Вам. Я не в силах рассказать об этом так обстоятельно, как Вильгельм или Илладрия. Но от этого мои чувства не становятся слабее. Я смиренно молю принять их, и помнить о своей верной рабыне.
  
   - Я понял тебя.
  
   Талик с трудом удерживался от того, чтобы схватиться за голову. Этот театр абсурда не просто продолжался, он набирал обороты. Идя сюда, он набрался решимости быть жестким, пытаясь доказать, что не является тем, кем они его видят. Приводить неприглядные примеры, задавать провокационные вопросы, призывать к здравому смыслу. Но эта решимость под их серьезными взглядами таяла, как дым.
   Они были вполне серьезны, говоря все это, и их чувства были настоящими. Он это странным образом чувствовал. Это и в самом деле была их жизненная позиция, и то, как он сначала думал себя повести, казалось нелепым, глупым, неправильным. Он собирался убеждать, провоцировать, приводить примеры, наподобие 'ну, а если я... то что вы тогда скажете?'. Вариантов 'если' было много, самых разных, преимущественно неприглядных. Теперь понимал, что это будет буквально надругательством над их отношением, и его все равно простят. Или даже примут как награду, с них станется. Весь 'перевоспитательный' план, сейчас очевидно ребяческий, полетел к черту.
  
   Нет, я не смогу к этому привыкнуть, ребята. Все-таки, придется кое-что менять. Хотя бы внешне.
  
   Тут руку поднял лич. Талик, к своему стыду, понял, что почти забыл о нем.
  
   - Я тебя слушаю, Мариус.
  
   Мягкий, хрипловатый баритон, звучавший так, будто говорило несколько человек сразу, очень подходил ему. Именно такого голоса можно было ожидать от фигуры в доспехах поверх дорогой мантии. Голову накрывал капюшон, из-под которого мерцали два голубых огонька, и не сразу было понятно, что под капюшоном голый череп. Ткань одежды колыхалась в воздухе, медленно и плавно, как будто в воде на огромной глубине.
  
   - Все присутствующие здесь хорошо выразили свое мнение, но я не уверен, что вы ожидали именно этого. Я попробую озвучить понятую мною суть заданного вами вопроса, на свой лад. Почему мы все верны вам, и можете ли вы быть уверены, что ничего не изменится? Мой несомненый ответ - да, вы можете рассчитывать на меня, при любых обстоятельствах. Меня всегда восхищали игры Лордов, я всегда вам слегка завидовал... Создания, столь могущественные, что вынуждены загонять себя в тесные рамки реальности, чтобы не скучать. Те, кто ради развлечения создали даже себя самих - это немыслимое, восхитительное надругательство над примитивным мировосприятием, доступным нам, существам низшего происхождения. Мы все - лишь часть вашей игры с тем, что мы понимаем как существование. И неважно, какими вы сделаете обстоятельства, неважно, какой образ мышления и действия вы изберете, мы останемся тем, чем нас создали, и будем делать то, ради чего нас создали. Служить вам. Чтобы мы вас предали, вам понадобится самому изменить нас.
  
   Прямо жуть пробирала. Мариус очень тонко понял суть Иггдрассиля, пусть и по своему. И очень хорошо, что его, судя по всему, вполне устраивает это положение дел. Талик всмотрелся в 'лицо' лича. Странно, что внешний вид этого существа не пугает его. В мире, где Иггдрассиль был лишь игрой, встреть Талик такое чудище - и у него разорвалось бы сердце. А здесь как-то вполне спокойно все воспринимается. Если трезво оценить ситуацию, это не очень-то нормально.
  
   Может быть, это потому, что я все еще не до конца верю, что это все на самом деле?
  
   - Твоя мысль предельно понятна, Мариус. Ты все значительно упростил.
  
   На самом деле, ты все охренительно усложнил, дружище. Получается, что все эти существа, и сотки, и все остальные, видят мир так, как непись видела бы игру? С той только разницей, что они теперь думают и чувствуют, а не просто реагируют заложенным алгоритмом.
  
   Талик когда-то читал мангу о роботах, которые обрели сознание, и пытались сначала быть роботами, а потом разочаровались в хозяевах. Получается, здесь похожая ситуация, да?
   Талику очень хотелось оставить все как есть и сбежать из этого места. Но он понимал, что, помимо совести, его будут преследовать и эти ребята. Они найдут его и будут спрашивать - почему ты нас бросил, что мы сделали не так? Хорошего ответа на такой вопрос он придумать не мог. Остаться здесь и отвечать их, мягко говоря, завышенным ожиданиям? Они теперь разумны, и наверняка могут учиться. Это только вопрос времени, когда они осознают глубину своих заблуждений. И тогда инженер-наногидравлик третьего разряда, задрот и нищеброд, будет держать ответ перед королем, повелителем нежити, орочьим вождем, эльфийкой-волшебницей и демоном-из-тени.
   Талик чувствовал себя так, будто читает красивую сказку, зная о трагедии в конце. С другой стороны, как далеко этот финал, и что мешает хотя бы попытаться его предотвратить. И в то же время просто жить и получать от этого удовольствие. Ведь на самом деле, сравнивая 'реальный мир' и то, что вокруг него сейчас... Здесь у него есть МАГИЯ, свой, можно сказать, фанклуб, здесь не надо треть жизни работать, чтобы получить возможность заваривать лапшу по утрам. 'Реальность' намного хуже, и неважно, чем для него закончится это приключение.
  
   Что ж, вы хотите всемогущего, всеведущего пророка? Я попытаюсь им быть. Не обещаю многого, но постараюсь. Учтите это, когда будете меня судить.
  
   Сотки все также были подобны застывшим изваяниям, по-видимому ожидая, что он скажет дальше. Рассеянный витражами свет придавал всей картине некий мистический налет, и Талик невольно залюбовался. Но надо было все-таки что-то сказать, и он, собравшись с мыслями, продолжил.
  
   - Собирая вас здесь, я сначала планировал довольно долгое выяснение отношений. Теперь я понимаю, что это было бы пустой тратой времени, так что пропустим эту часть и перейдем к главному. Это другой мир. Новый мир, о котором мы мало что знаем, кроме того, что в нем можно жить и присутствуют другие разумные существа. Наши первоочередные задачи - понять, где именно мы находимся, и что окружает нас за пределами гор. Оценить силы и возможности местных обитателей, исследовать наши, и сравнить их. Понять, какие опасности и блага нас ожидают здесь, и чем мы сможем в итоге стать для этого мира. Я уверен, что для этого потребуется много усилий, и верю, что у нас все получится.
  
   Это была наспех переделанная цитата из речи моего директора фирмы, произнесенной на корпоративе в честь ее выхода на большой рынок. О, как хорошо, что вы меня не знаете, мои 'вассалы'.
  
   - Я хочу спросить у каждого из вас, сталкивался ли он с чем-нибудь необычным со вчерашнего дня? С чем-то, выходящим за рамки привычного положения вещей. Сейчас важна каждая новая деталь, так что, если вам есть, чем поделиться, я внимательно слушаю.
  
   Лич тут же поднял руку.
  
   - Да, Мариус?
  
   - Моя память непонятным мне образом изменилась, Пророк. Она по прежнему идеальна, но я не помню содержания ни одной прочитанной мною книги, мне доступны лишь размытые образы. Есть и другие мелкие проблемы, но их перечисление займет слишком много времени, и среди нет важных.
  
   - Я услышал тебя. В самом скором времени мы разберемся с этим. Весь список упомянутых 'мелких проблем' изложи, пожалуйста, в письменном виде, когда появится время.
  
   - Будет сделано.
  
   Следующей была Дрэга. Она очевидно не решалась, но наконец подняла руку.
  
   - Я слушаю тебя.
  
   - Я... Я говорила с Маликрисс. Она смогла пробраться ко мне в голову, когда я... Медитировала в своих покоях.
  
   Если к слову 'тишина' можно было применить выражение 'разразилась', то именно это и произошло. Из всех присутствующих буквально волнами расходились удивление и гнев.
   Талик тоже застыл.
  
   Ну да, а чего я ожидал? 'Пробудились' все, включая скелетов в забытых шкафах. Маликрисс может стать реальной проблемой. Большей проблемой, чем, например, вышедший из-под контроля архилич.
  
   С ней была связана довольно мутная и неприятная история. Это был экспериментальный персонаж, изначально предназначенный исключительно для пвп, как оружие против крепко заряженных соток. Маг разума, или менталист. Ее не поднимали до сотого уровня, слишком дорогой вышел бы эксперимент. 80-го с головой хватало, чтобы открыть все необходимые пассивки и заклинания. Порог 'пробития' уровневой неуязвимости - 40 уровней, так что хватило бы даже 60, но тут сыграл роль перфекционизм.
  
   ЛедиЛилим, занимавшаяся настройкой Маликрисс, оказалась 'инсайдером'.
   Проникновение и саботаж в Иггдрассиле не считались чем-то недостойным, скорее наоборот, это было целое искусство. Создать новый аккаунт, персонажа, и с нуля развиться, вливаясь в гильдию-цель. Такого персонажа можно было использовать по назначению лишь один раз, и удар должен был быть идеально выверенным. Он таким и оказался.
   Это был единственный раз, когда их гильдии достался предмет Мирового класса, 'Всевидящее Око'. Не боевой, но из плеяды самых ценных из всех, ведь во-первых, его использование было ограничено лишь суточным кулдауном, а во-вторых - благодаря своему свойству. При использовании он отображал для владеющей им группы системную информацию обо всем в поле своего действия. Уровни, экипировку, свойства экипировки, баффы, предметы, ловушки, схемы лабиринтов и положение всех существ. Любой невидимый объект становился на короткое время видимым для группы, если не был сокрыт воздействием другого Мирового предмета.
   Рассветный Туман прекрасно понимал, что эта вещь не их 'калибра', Всевидящее Око досталось им совершенно случайно, они никак не могли бы защитить такую ценную вещь. Око планировали продать. Но покупатель во время торгов, похоже, решил, что использовать 'консерву' и устроить штурм будет дешевле.
   ЛедиЛилим, имея полный доступ к настройкам и боевым алгоритмам Маликрисс, идеально саботировала защиту гильдии. В самый ответственный момент Маликрисс комбинацией заклинаний начала контролировать Талика и вывела его из игры, после чего захватчики уже без проблем проломили защиту гильдии и взяли Око из сокровищницы силой. И Око, и все, что нашли. Проще говоря, полностью разорили Рассветный Туман.
   О да, потом они пытались отомстить ЛедиЛилим, объявили на нее охоту, и немало друзей подключилось к этому делу. Но практической пользы от этого не было - ЛедиЛилим была лишь одноразовым персонажем. Мстить игроку в реале все равно никто не решился бы.
   Хуже всего было то, что Талик некоторое время встречался с ЛедиЛилим в реале, и они даже спали пару раз. Она надругалась над его чувствами, и в игре, и в жизни, оставив в душе глубокую рану.
   Ну, а НИП Маликрисс... Это всего лишь кукла, которая не могла нести ответственность за своего настройщика. В нее было вложено СЛИШКОМ до хрена реальных денег, чтобы просто так взять и удалить. После того, как все улеглось, во время восстановления гильдейской территории, настройки Маликрисс исправили, закрыли доступ до уровня гильдмастера и просто оставили в глубоком резерве - вдруг пригодится. Архив логов того боя тоже оставили, для анализа и сравнения на будущее. Талик в порыве чувств написал ей историю о великой любви, предательстве и раскаянии и в итоге просто забыл о ней.
   И по всему выходит, что Маликрисс тоже ожила. И если верить словам Дрэги, то 'менталист' теперь - это не просто пользователь ряда специфических заклинаний. А учитывая, что написано в ее чар-стори...
  
   - Бляя... - Талик все-таки не совладал с собой. - Хорошо, что ты рассказала об этом, Дрэга. Я очень ценю это.
  
   Он еще немного помолчал.
  
   - Что ж, задачи, которые я вам поставил раньше, остаются в силе. Когда у нас будет достаточно информации, я снова вас соберу, и мы выработаем план действий. Дрэга, насколько я помню, у тебя нет личных заданий сейчас?
  
   Вместо ответа красавица будто вжалась в пол.
  
   - Тогда... Мне нужен помощник, что-то вроде адъютанта и, возможно, гида. Ты согласна на эту роль?
  
   - ДА!
  
   - Тогда мы закончили. Все свободны.
   Талик аккуратным шагом сошел с возвышения и направился в свой кабинет. Дрэга бесшумно последовала за ним.
  
  Глава 5
  
   *интермедия группа Даймона
  
   Выход из Проклятых Чащ давался группе Даймона нелегко. Третий день практически без сна или даже нормального отдыха они продирались сквозь буреломы, овраги и густой подлесок. Трое из четверых членов группы прекрасно понимали, что выбраться из подземелья - это только половина дела. Даже не считая подземелий, смерть таилась здесь в каждой тени, и никто не хотел давать ей шанс.
   Кроме Лиаса.
   Эра за неполные две недели знакомства успела возненавидеть его. Сначала она сама не понимала, почему он вызывает в ней такую неприязнь, и подавляла в себе это чувство. Лиас был вполне неплохим парнем, разве что слегка наивным. Он так предвкушал приключения, славу и богатые находки, будто все свое видение профессии авантюриста почерпнул из песен бардов и россказней пьянчуг. Представлял себя защитником простых людей и стремился к подвигам и славе.
   Идиот.
   Эра шумно выдохнула, поддерживая ровный ритм марш-броска. Под ногами хрустели и путались стебли, тонкие ветки хлестали по остаткам капюшона. После Даймона, идущего во главе группы, оставалась вполне сносная тропа. Благодаря своим силе и выносливости он буквально проламывал проход через заросли. Кто знает, как медленно они могли бы передвигаться без него.
   Эра услышала сзади сдавленную ругань и обернулась. Картина была вполне ожидаема - Лиас споткнулся и упал. Эра окликнула Даймона, и когда тот обернулся, подняла руку, мол, стой.
   - В чем дело?
   Несгибаемый лидер и его старый приятель Брайс прекратили движение. Оба выглядели уставшими и изрядно потрепанными. Эра молча присела рядом с Лиасом и похлопала его по плечу. Тот попытался свернуться клубочком и дрожащим голосом пролепетал:
   - Я не могу. Все. Я больше не могу...
   Эра, едва сдерживая презрительную ярость, уже собралась дать ему подзатыльник, но подошедший Даймон перехватил ее руку.
   - Эра, не нужно. Пожалуйста.
   Они обменялись взглядами, и она первой отвела глаза. Тем временем, подошедший Брайс, осмотрев лежащего Лиаса, нахмурился и сел на колено у его ноги.
   - Даймон, придержи мальца.
   Лиас только тяжело дышал, когда лидер прижал его коленом к земле и иногда дергался, когда Брайс аккуратно ощупывал лодыжку.
   - Да не дергайся, балбес. Даймон, у нас тут, похоже, маленький перелом.
   - Насколько маленький?
   - Настолько, что дальше он поедет верхом. Малец, знаешь, ты такой невыгодный... Держись крепко.
   Брайс, крякнув, забросил целителя себе на спину. Лиас, шипя от боли, устроился поудобнее. Эра, глядя на происходящее, неестественно спокойным тоном начала:
   - Почему мы...
   Но Даймон ее перебил.
   - Эра, поверь, мне и самому совсем не нравится нянчиться с ним. Но это наше слово и наша ответственность.
   Она только досадливо подняла руки:
   - Молчу.
   - Спасибо. - Даймон погладил ее по плечу. - Все будет хорошо.
   Они снова двинулись в путь. Уже смеркалось, а им предстояло пройти еще несколько миль до границы чащ.
   Эра испытывала жгучий стыд. Очень хорошо, что ей не дали договорить жестокие слова. Глядя на болтающегося на спине Брайса паренька, она понимала, что не до конца справедлива с ним. Просто... Просто он не годился для приключений.
   Это стало ясно в первые же дни, пока они искали знакомый путь к руинам. В представлении Лиаса авантюристы занимались исключительно благородным уничтожением злодеев и монстров. Он совершенно не был готов к изматывающим маршброскам, жесткой экономии питьевой воды, недосыпу, грязи и прочим прелестям жизни авантюриста. Уже тогда глухая неприязнь Эры начала превращаться в гнев. Она привыкла к надежным и немногословным ребятам, а Лиас... Саркастично комментировал неудобства, жаловался на мошкару и усталость. Когда, уже на подходе к руинам, на их группу напала стая измененных магией волков, настоящих, голодных и отчаянных монстров, он забился в палатку и истерично визжал, пока остальные разбирались с проблемой. Потом - ультимативно потребовал немедленно отвести его обратно в город.
   Тогда парни с ним тихо и серьезно поговорили, и он заткнулся. Намного легче не стало - он все равно нагнетал обстановку, каждым жестом выражая недовольство и возмущение. Но само подземелье сломало его окончательно. Удушливая пыль, разъедающая кожу, вонь, от которой перехватывало дыхание, вечная темнота, смертоносные ловушки и крайне опасная нежить. Все то, чем живут и умирают авантюристы серебряного ранга. Все то, о чем так красиво говорят и пишут.
   Весь запас своих сил он высадил в первый же заход, и только тогда выяснилось, что, во-первых, сил у него очень мало, во-вторых - они восстанавливаются намного медленнее, чем они все рассчитывали. Разочарование и постоянный страх превратили слегка избалованного, но позитивного наивного парня в дерганного, измученного фаталиста. Но они взяли его с собой и несли ответственность за его жизнь - это нерушимые догмы авантюриста. Те, кто нарушал основные правила, быстро лишались жетона, и в лучшем случае уходили в 'рабочие'. В худшем - исчезали без следа, а их снаряжение иногда мелькало на черном рынке.
   После того, как Лиаса понес на закорках Брайс, их передвижение заметно ускорилось. За пределы Проклятых Чащ группа Даймона выбралась даже раньше, чем окончательно стемнело. Знакомый пологий спуск с холма и маленькая долина у реки радовали глаз. Но удача, присматривавшая за ними трое суток в чащобах, похоже, покинула их.
   У реки, ровно на том месте, где они неделю назад ставили лагерь, уже обосновался кто-то другой. В сгущающейся темноте было видно несколько палаток и мерцал костерок между ними. Даймон нахмурился.
   - Брайс, глянь, что это за ребята.
   Тот кивнул, аккуратно уложил Лиаса и бесшумно исчез в кустах.
   - Эра, я надеюсь избежать драки, но...
   - Я понимаю, Даймон. Я готова, даже без посоха. Ты меня знаешь.
   Магию можно было использовать вообще без вспомогательных средств, но образ могущественного чародея всегда был связан с посохами не просто так. Хороший, правильно сделанный посох заметно облегчал контроль маны, и позволял творить заклинания намного быстрее. Но специфика обучения, о которой Эра предпочитала вспоминать пореже, позволяла Эре произносить заклинания одинаково быстро и эфективно как с посохом, так и без. Ценой за это был очень высокий расход сил, но на короткую схватку хватит. Эра с хрустом размяла пальцы.
   Спустя пару минут из кустов возник Брайс.
   - Гоблины. Около десятка. Похоже, охотники, а не ловцы, и скорее всего не местные. Дозор что надо, но только в пределах их лагеря.
   Даймон вздохнул.
   - Может, и разойдемся. Эра, будь здесь, прикроешь если что.
   - Может, просто ударить огнем отсюда?
   - А ты гарантируешь, что ударишь достаточно сильно и точно, чтобы никто не сбежал? Два-три мстительных уродца в лесу могут устроить нам очень много проблем, сама знаешь.
   Эра молча кивнула. Гоблины не то, чтобы серьезные бойцы, берут в основном количеством и на открытой местности угрозы вообще не представляют. Но в лесу, мстительные, отлично маскирующиеся партизаны со своими ядовитыми стрелами и ловушками...
   Ей оставалось только ждать. Притаившись в кустах, она следила за происходящим издалека.
   Вот зеленокожие заметили Даймона в покореженных доспехах и Брайса с полным набором метательных ножей между пальцами и засуетились. После хриплого визга дозорного несколько маленьких, жилистых фигур выскочило из палаток, и, размахивая копьями и топориками, выстроились в линию перед лагерем. Четверо, вооруженных луками, рассыпались в разные стороны и засели в высокой траве. Эра отметила для себя, где именно.
   Даймон, угрожающе жестикулиркуя и рыча, выступил вперед. Один из гоблинов, с виду покрепче остальных, вышел ему навстречу, выставив копье. Завязалось что-то вроде диалога. Эра не могла расслышать ничего, кроме обрывков хриплого мата. В какой-то момент, похоже, переговоры зашли в тупик, но тут Брайс плавным, красивым и быстрым движением метнул нож в траву, где сидел один из стрелков, а Даймон выпадом меча пробил парламентарию горло и продолжил орать. Зеленокожие поколебались и отступили. За несколько минут они собрали палатки и, озираясь, гуськом удалились вдоль реки куда-то в дальше в лес. Убедившись, что конкуренты ушли, Брайс направился к Эре.
   - Всегда бы так. Хорошо, когда враги тоже жить хотят.
   Брайс подхватил полубессознательного Лиаса и они направились к отбитой стоянке.
   Раскладывая палатку, Брайс сокрушался:
   - Надо было у них и палатку отжать.
   - А потом всю долю с добытого потратить на лечение от язв и вшей, а? - Подколола его Эра.
   - Тебе надо позитивнее смотреть на мир. А вдруг одними вшами обошлось бы?
   - Зато они свое варево не доели, вон кучей вывернуто.
   - Знаешь, я не очень голоден. Но ты угощайся, если лень готовить.
   Эра не соблазнилось смрадной кучей чего-то склизкого и принялась за готовку. Когда-то, в начале их знакомства, она категорически отказывалась от этой работы. Ей хотелось, чтобы в ней видели авантюриста, в первую очередь, а не женщину. Но отдыхать на привалах ей все равно никто не давал - на стоянке для каждого найдется куча интересных занятий. Не хочешь готовить - без проблем, можешь сходить за дровами, принести воды, выкопать выгребную яму. А парни еще и готовили ужасно, и она сдалась.
   Пока Эра занималась готовкой, а Брайс пытался привести ногу Лиаса в хоть какой-то порядок, Даймон грузно сел, глядя в одну точку, и начал расстегивать ремни на доспехах. Эра не могла даже представить, как ему тяжело. Он тащил за всех. Принимал удары в бою, разрешал опасные ситуации, как сейчас, всегда был рядом и находил нужные слова, чтобы подбодрить, успокоить, затушить конфликты. И это не считая чисто физических нагрузок. Ей хотелось его обнять, но она не могла решиться. Для нее такие обьятия значили бы только моральную поддержку, но мужчины обычно понимают такие порывы совсем по другому. Не то, чтобы Даймон ей не нравился, но ее устраивало все как есть.
   - Надо будет передать информацию об этих гоблинах в гильдию, напомнишь мне, хорошо?
   - Да, Даймон. Хотя, они все равно тут врядли задержатся.
   - Гильдия должна иметь представление, что и где происходит. То, что ты не считаешь важным, может оказаться ценной частью общей статистики.
   Они помолчали, глядя, как закипает вода в котелке.
   - Эра, мне кажется, ты хочешь что-то мне сказать, но не знаешь, как начать. Я прав?
   Она пошевелила веточкой в углях.
   - Да. Ничего от тебя не скрыть. Я хотела... Поговорить о будущем группы. Не о завтра или послезавтра, а вообще о том, что нам делать.
   - Надо полагать, ты оцениваешь перспективы как крайне мрачные, и это связано с тем, что Лиас не справился, а у тебя паршивое настроение из-за усталости, да?
   - Когда ты... Так об этом говоришь, я кажусь себе капризной дурой.
   - Ох, конечно же нет. Просто нам всем надо добраться до цивилизации, выдохнуть, помыться и как следует нажраться. А после уже думать о таких вещах, как дальнейшие перспективы.
   - Здорово звучит. Но... А, ладно.
   - Да говори уже.
   - Знаешь, меня уже давно кое-что сильно беспокоит... - Эра задумалась, подбирая слова. - Мы берем слишком тяжелые задания для серебряного ранга. Да, награда от гильдии хороша, и добыча часто даже больше. Но мы... Слишком рискуем, понимаешь? Я не боюсь, не пойми неправильно. Но...
   - Понимаю. Но только так мы можем стать сильнее. Сильнее, богаче, выше рангом. Вспомни, как мы пробивались в железный ранг, а потом в серебро. Это был ад, и вот мы теперь такие, какие есть.
   - Тогда у нас был отличный целитель. Сейчас его нет.
   - Значит, мы найдем другого отличного целителя. Не перебивай, пожалуйста. - Он поднял руку, предупреждая возражения. - Да, нам последнее время не очень с этим везет. Но наша карьера, все, что мы делаем и к чему стремимся, не ограничивается лишь сегодняшним или завтрашним днем. Пока не удастся найти толкового человека в команду, мы будем брать задания попроще. И пусть понадобится год, или больше, чтобы найти подходящего целителя, мы его найдем. Это моя ошибка, что Лиаса потащили сразу в пекло. Больше мы так не поступим, и будем привыкать друг к другу на более легких заданиях.
   Они еще помолчали.
   - Похоже, я тебя еще не до конца убедил. Тогда попробуем с другой стороны. Чем ты будешь заниматься, если уйдешь из группы? Есть планы? Путешествуя с нами, ты круто выросла, как заклинатель. Уверен, что в Теократии будут рады возможности тебя вернуть, и уверен, что ты скорее себе глотку вскроешь, чем вернешься. Что ты получишь, оставив надежду?
   -...ничего.
   - Именно. Поэтому, перестань терзаться всякой ерундой. Доберемся до горячей ванны и вина, а тогда посмотрим, ладно?
   Эра улыбнулась и толкнула его в плечо.
   - Ты невозможен. - И после паузы добавила. - Спасибо.
   - Не за что. Мы команда.
   Подошел Брайс и вклинился в разговор, который тут же ушел в сторону. У Лиаса перелом, ничего серьезного, но сам он исцелить себя пока не в состоянии и времени терять на нормальный отдых нельзя. Гоблины ушли, признав авторитет, и врядли будут их вылавливать на лесных тропах. До поселка, в котором можно нормально отдохнуть, всего день пути. По предварительной оценке, наспех упертое в подземелье добро просто-таки улетит за сотню золота минимум. Комары бушуют...
   Укладываясь спать, Эра уже поостыла к Лиасу, и даже немного стыдилась своих чувств к нему. Хотя, конечно, поворчала, когда ее разбудили стеречь лагерь - парнишку просто оставили в покое.
   Следующий день словно устыдился своих напряженных предшественников и радовал тишиной, умеренно теплой погодой и хорошими тропами. До деревеньки группа Даймона добралась даже раньше, чем планировали. Брайс, заметно уставший тащить на себе недееспособное тело, повеселел, глядя на крепкий частокол.
   - О, какая прелесть, карта не врала. Хотя, похоже, мы промахнулись на несколько миль.
   - Почему ты так решил? - Поинтересовался Даймон.
   - Смотри, как дорога идет, с севера на запад. Если судить по карте, это... Да не буду даже пытаться вспомнить, что это за Мухосранск. Но в общем, такое направление дороги и поселок заметно севернее, чем мы должны были выйти.
   - Ох, да какая разница. Если дадут пожрать и помыться, значит, ошибка того стоила. Пойдемте к воротам.
   Они приблизились к воротам. Толстые, крепкие заостренные бревна частокола возвышались на полтора человеческих роста. Деревянные ворота, укрепленные железными полосами и скобами, были закрыты. Группу, очевидно, давно заметили, и над зубцами кольев были видны настороженыне взгляды с небритых лиц.
   Даймон постучал в ворота кулаком.
   - Эй, уважаемые жители, впустите нас, пожалуйста. Нам нужны ночлег и еда, и у нас есть чем оплатить их.
   Сверху послышался хриплый ворчливый голос.
   - Кто вы такие?
   - Мы авантюристы. Выполняли работу неподалеку и заплутали немного. Мы не угроза.
   Даймон полез за шиворот и выудил оттуда свой жетон на цепочке, выставив на обозрение. Брайс и Эра последовали его примеру.
   За воротами послышались какие-то переговоры, после чего громыхнул засов и одна из створок отошла в сторону. Из-за нее выглянул крепкий мужик с бородой и в потертой одежде. Осмотрев пришельцев, он нехотя буркнул:
   - Добро пожаловать. - И отошел в сторону, пропуская гостей.
  
   *господин Акуро
  
   Акуро последние пару дней чувствовал себя беспокойно. Этому не было объяснения, но ему казалось, что за их караваном кто-то наблюдает. Это странное беспокойство он держал в себе, но то, как он иногда оглядывается и прислушивается, не ускользнуло от глаз его солдат.
   - Эй, Шрам, долго нам еще до поселка? Товару нужен отдых.
   - К вечеру будем, командир. Я помню хорошо помню эти места.
   Акуро снова окинул взглядом свой караван.
   Четыре крепких телеги, одна за другой, с запряженными четверками лошадей. Первая и замыкающая везли на себе его парней, двадцать отборных головорезов, готовых по его приказу без раздумий прыгнуть в огонь. Большая часть из них была с ним еще в те времена, когда Акуро был никому не известным бандитом. Надежные ребята, одинаково хорошо владеющие как саблями, так и арбалетами.
   В середине колонны шли телеги, оборудованные широкими, низкими клетками, накрытыми парусиной. В них перевозили товар. По краям колонны двигались пятеро всадников, лучшие из лучших, самые доверенные люди.
   Акуро гордился своей идеей, которая помогла ему выбиться в люди. Да, он был не единственным, кто промышлял отловом и продажей рабов, но была некоторая существенная разница. Он со своими ребятами не разорял поселки в нейтральных землях. Когда-то давно, когда ему впервые удалось продать скупщику из Теократии двух пленников, его посетила светлая мысль. Почему бы и нет? За две головы он получил больше золота, чем за две недели рискованных грабежей. Тогда он толкнул зажигательную речь и повел своих парней в глубокие нейтральные земли, в поисках новых невольников на продажу.
   Первое время дела шли так себе, пришлось неплохо порубиться с конкурентами, а при штурме первой же деревни эльфов он потерял половину своих бойцов. Они забрали с собой дюжину ушастых девчонок, из которых путь до Теократии пережили только пять. Но деньги, полученные за них от перекупщика, затмили все потери. И это не считая добра, которое они забрали из разоренных домов. И дело пошло.
   Но спустя пару лет походов он понял, что разорять деревни неприбыльно. Вырезанная деревня приносила деньги только один раз, и в следующий приходилось забираться все дальше, сопротивление оказывалось все более отчаянное, и каждый раз он терял все больше людей. И тогда Акуро пришла в голову светлая мысль. Ведь на эльфых свет клином не сошелся. Конечно, в Теократии не держали рабов-людей, но во-первых, Теократия - не единственный рынок сбыта, а во-вторых, он не отлавливал женщин именно для рабского труда. Юноши и девушки - это универсальный товар, который одинаково охотно покупают как вельможи Бахарута и Ре-Эстиз, так и знатные теократы, и вовсе не для работ в поле. Продолжительность молодости, как у эльфов, не имела значения. Все равно такие живые игрушки живут от силы пару лет.
   Теперь, он 'покровительствовал' нескольким поселкам за формальными границами Теократии. Сюда не распространялась власть феодалов ни одной из стран, а местных заправил Акуро вырезал, как только пришел в эти земли. И теперь раз в полгода он проходил через эти поселки, собирая дань - по человеку с деревни. Это было взаимовыгодное дело. Ему добровольно отдавали товар, а взамен он не устраивал резню, все в выигрыше. Да, разовая прибыль с рейда в эльфийские земли была намного выше, но здесь не было риска, и приток товара был регулярным.
   Его деловую хватку и надежность как партнера признали сначала торговцы, а потом и знатные теократы. Под мог найти и доставить раба или рабыню на любой вкус и предпочтение, и это ценилось знатоками. И Акуро, наконец, стал уважаемым и весьма обеспеченным человеком с хорошими связями. Как всегда и мечтал.
   Неделю назад он освежил память осмелевшим жителям. В одной из деревень ему отказались отдавать местную красавицу, и теперь это поселение послужит прекрасным примером для остальных. Забрал он оттуда не одну, как было договорено, а больше десятка пленниц. Он забрал бы и больше, о пощаде умоляли многие - но к товару были определенные требования, и под них подходили не все. Место в клетках не бесконечное.
   Вот только это ноющее беспокойство, взявшееся неизвестно откуда, портило все настроение. Вчера на стоянке оно обострилось, и он отправил людей прочесать местность вокруг лагеря, но те никого не обнаружили. Тревога отступила, но не исчезла насовсем.
   За размышлениями время шло незаметно, и вот показался частокол у изгиба дороги.
  
   *** группа Даймона
  
   Команда авантюристов расположилась в неплохом, уютном домике на окраине деревни. Первый холодный прием местных, когда они поняли, что авантюристы - не из Теократии, разом превратился в теплейшее радушие. Им выделили пустующий дом, оставшийся, как сказал староста, от погибшего в схватке с медведем лесоруба, дали еды, браги, дров. Причем, Даймону даже пришлось настаивать, чтобы они взяли деньги. Местные сначала отводили взгляд, будто стеснялись их брать.
   Авантюристы сердечно поблагодарили их за заботу, и теперь в доме весело трещало пламя в печи, сохли развешенные, выстиранные вещи. Единственное, что омрачало вечер - Даймон категорически запретил пить брагу. Эра немного жалела об этом, но понимала, что требование лидера вполне справедливо. Брайс тоже для вида повозмущался и умолк, занявшись приведением в порядок своего снаряжения. Лиаса вообще никто не спрашивал, и он сейчас тихо себе сопел, завернувшись в одеяло на широкой лавке.
   Когда авантюристы уже собирались укладываться, Брайс насторожился. Прислушался к чему-то, потом молча похлопал по рукояти кинжала. Его поняли и без слов.
   Эра, проклиная про себя все на свете, выудила из своего рюкзака ненавистное зелье. Маленькая склянка, предпоследняя. Солнечный напиток. Приятный на вкус, он прогонял усталость, заглушал боль и давал успокоение истерзанным нервам. Но главное - быстро, очень быстро восстанавливал магические силы. Не сразу и не полностью, но около трети запаса сил Эры. Положительные качества нельзя было переоценить, но какой ценой давались полезные бонусы, Эра тоже помнила очень хорошо.
   Послышался тихий, торопливый стук в заднюю дверь дома. Даймон, уже натянувший многострадальные доспехи, дал знак, и Брайс с кинжалом наготове бесшумно подошел к двери. Стук повторился. Брайс откинул запирающий клюк и чуть приоткрыл дверь ногой. Рассмотрев гостя и воровато выглянув ему за спину, он пропустил суетливую фигуру в дом.
   Это оказалась пожилая женщина, в обычной повседневной одежде. Она явно нервничала. Подрагивали ссутулившиеся плечи, пальцы тревожно заплетались между собой.
   Даймон положил ей руку на плечо, и, доверительно глядя в глаза, спросил:
   - Что случилось, добрая женщина? Мы можем тебе чем-то помочь?
   - Вы... Я не могу так... - начала та, сбиваясь в всхлипывания. - Бегите. Пожалуйста, бегите отсюда, сейчас же, прошу вас...
   - Мы ценим твою заботу. - От голоса Даймона веяло спокойствием. - От кого нам бежать и куда?
   Он незаметно перевел глаза на Брайса, и Эра последовала его примеру. Бывший наемный убийца подавал предупреждающие знаки.
   - Скоро здесь будут люди из Теократии. Нельзя, чтобы они вас увидели. Прошу вас, покиньте это место, для вашего же блага! - Гостья смогла выровнять голос, хотя нервничать и не перестала.
   Эра помрачнела. Она неплохо представляла себе нравы покинутой родины.
   - Дамон, она права. Валим отсюда, быстро.
   - Думаешь, они посмеют что-то нам сделать?
   - Даймон, не будь ребенком, прошу тебя. Спасибо тебе, добрая женщина, мы сейчас же уйдем.
   Пока даймон благодарил и утешал несчастную женщину, Брайс метнулся к окошку, выходящему на поселковую стену, аккуратно поддел раму кинжалом и втянул ее в дом. Выглянул, осмотрелся и дал знак - чисто.
   Эра с грустью окинула взглядом развешенные постиранные вещи. Если уходить надо быстро, то все это придется так и бросить, собрать не успеют.
   Даймон обнял женщину.
   - Чем мы можем отблагодарить вас за доброту?
   - Я... У меня есть дочь. Возьмите ее с собой, умоляю вас. Она... Она не заслуживает этого, я прошу вас, молю, я отдам вам все, что у меня есть, только возьмите ее с собой, пожалуйста!
   - Тщщ, успокойтесь. Мы возьмем ее с собой. Где она?
   - Она спряталась там, за дверью. Вы обещаете? Обещайте, что возьмете ее!
   - Да, обещаем.
   У Эры было тяжело на сердце. У них уже был балласт, и теперь Даймон пообещал взять еще один, это плохая идея. Если сюда пришел рейд из Теократии, у них каждая минута на вес золота. Но...
   Эта женщина очень рисковала, придя сюда предупредить их. Это нейтральные земли, и тут нет закона, кроме силы и личной морали. Привыкшие к безнаказанности рейдеры не будут ограничивать себя ни в чем, независимо от своих целей.
   Человеческая раса - высшая форма жизни, и другие расы дожны почитать за честь право служить ей. Основная догма Теократии. Вне границ Теократии рейдеры понимали ее несколько иначе. С их точки зрения, государство Теократия Слейна стояла над миром, и ВСЕ остальные народы должны служить ей. Конечно, к сильным государствам, вроде Бахарута, теократы проявляли уважение. До поры до времени. Но где здесь сильное государство? Для теократов даже Гильдия не имела существенного авторитета. Что им тут понадобилось вообще?
   Эра принялась расталкивать до сих пор не проснувшегося Лиаса.
   - Вставай, мы уходим.
   - Куда? Зачем? - Тот недовольно открыл красные глаза, пытаясь от нее отмахнуться.
   - Нет времени объяснять. Поднимайся, нам надо валить отсюда.
   - Никуда я не пойду! - Лиас вжался в стену около своего спального места. - Мы наконец выбрались из этого ада, и ты мне говоришь, что нам опять надо куда-то идти? Да черта с два, вы меня достали уже! У меня сломана нога, я не спал больше недели, жрал дерьмо и выслушивал ваши нотации, хватит с меня! Оставьте меня в покое!
   - Ты, бесполезное ничтожество, - ледяным от ярости тоном начала Эра, дернув его за шиворот. - Балласт и пустое место. Позор Гильдии. Я буду рада избавиться от тебя и забыть твое нытье как страшный сон, когда мы вернемся в Гильдию. Но сейчас, ты поднимешься, залезешь на шею к Брайсу и мы продолжим путь, хочешь ты этого или нет.
   Лиас, вместо того, чтобы сдаться, схватил ее за руки и неожиданно громко закричал:
   - Кто-нибудь, помогите! Спасите!!!
   Эра, опешив, отпустила его. Даймон коротко рявкнул:
   - Черт с ним, пусть остается.
   Тут в дверь снова постучали. Брайс зло сплюнул:
   - Все.
   Снаружи послышался отчаянный детский писк, тут же прервавшийся. Женщина в руках Даймона побелела, попыталась вырваться и истошно закричала. Даймон, сжав губы, ударил ее ребром ладони по затылку, и та обмякла. Они с Брайсом переглянулись.
   - Тихо уже не уйдем, Даймон. - спокойно сказал Брайс.
   Лиас продолжал орать, пока Эра не двинула ему под дых. В дверь снова постучали, более требовательно. Даймон подешел к двери и громко спросил:
   - Кто там?
   - Добрые люди, которым беспокойно, все ли хорошо у соседей. - Послышался сильный, властный голос из-за двери.
   - Все замечательно, беспокоиться незачем.
   - Говорить через дверь - не очень-то вежливо, вы не находите? Откройте.
   - Тревожить людей среди ночи - тоже так себе этикет.
   После короткой паузы снаружи в дерь пришел удар такой силы, что та, жалобно заскрипев, слетела с петель. В проеме показался высокий, атлетично сложеный сероглазый блондин в кольчуге. Сапоги и перчатки из толстой кожи были украшены гравированными пластинами из необычного металла, на поясе висел очень дорогого вида прямой тонкий меч. На правильном лице с глубоким шрамом на подбородке была холодная вежливая улыбка.
   - Что ж, раз уж здесь никто не соблюдает правил хорошего тона, я войду без приглашения. Мое имя Акуро, и я покровитель и благодетель этой деревни.
   За спиной мужчины были видны несколько фигур в такой же экипировке, но в шлемах. Даймон подобрался в защитную стойку, закрывая собой компаньонов. От этого человека буквально разило опасностью. Эра чувствовала себя как мышь перед котом, и не важно, что меч у него не в руках, а на поясе.
   - Я Даймон, авантюрист, железный ранг, а это моя группа. Мы не рады вашему визиту и хотим избавить вас от нашего присутствия. - Ровно произнес Даймон, подняв щит. - Я бы хотел, если возможно, разойтись без ссоры.
   - О, - широко улыбнулся гость, внимательно оглядывая убранство домика. - Я с вами согласен, ссоры ни к чему. Но все-таки, я хотел бы кое-что узнать, перед тем, как мы расстанемся.
   - Буду рад просветить.
   Блондин улыбнулся какой-то своей мысли.
   - Авантюристы, значит. Зачем вы здесь?
   - Мы выполняли задание в Проклятых Чащах, и когда позвращались, сбились с пути, придя сюда.
   - То есть, вас не нанимал местный сброд? - Скептически поднял бровь блондин.
   - Нет, нас не нанимали местные жители. Мы пришли сюда не преднамеренно.
   Тут подал сбивающийся голос Лиас:
   - Господин, эти люди хотят меня силой отсюда увести. Защитите меня, пожалуйста.
   Акуро иронично поднял бровь.
   - Просто нет слов. Авантюристы, надежда и опора человечества в борьбе против чудовищ, удерживают несчастного юношу силой, надо же.
   Акуро неспешным, нарочито расслабленным шагом подошел к сжавшемуся в комок Лиасу. Даймон отступил, чтобы дать ему пройти. Эра была удивлена, это была первая ситуация на ее памяти, когда лидер поступал подобным образом. Неприятное удивление вместе с чувством опасности, источаемым блондином, заставляли все ее чувства бить тревогу.
   Акуро наклонился над Лиасом.
   - А ты, должно быть, полезен, раз тебя удерживают силой, верно? Кто ты?
   - Я Лиас, господин. Лиас Май, заклинатель-целитель.
   - Какая прелесть, Лиас Май. - Акуро лучился от удовольствия. - Не хочешь пойти со мной? Нашему рыцарскому отряду не помешал бы толковый целитель.
   - Я... Я с удовольствием, сэр! Спасибо!
   - Лиас. - Ровно обратился к нему Даймон. - Ты делаешь большую ошибку.
   - Ну-ну, уважаемый авантюрист, - с той же улыбкой обратился к Даймону Акуро. - Вот так выступать против чьего-то выбора, да это же просто неприлично. Иди, малыш, мы позаботимся о тебе.
   Лиас, прихрамывая, вышел из дома. Эра проводила его взглядом, чувствуя некоторое облегчение и вместе с тем ощущение, что они поступают неправильно. Краем сознания она отметила, что Брайс во время разговора исчез из виду. Это давало некоторую надежду выйти из ситуации, если дело примет совсем паршивый оборот. Нападая из тени, Брайс был смертоносен. Хотя этот блондинистый монстр не внушал ощущения беззащитной жертвы даже при внезапной атаке.
   - Что же, господа авантюристы, похоже, мы уладили все наши дела, верно?
   - Похоже на то. - Не меняя тона, ответил Даймон.
   - Что ж, тогда, с вашего позволения, я откланяюсь.
   Он направился к выходу, но, прежде чем прозвучал вздох облегчения, остановился, подняв руку, будто что-то забыл, и обернулся.
   - Ах да, где мои манеры. Ухожу, не оказав ответной любезности. Милая леди, - он обернулся к Эре. - Вы так очаровательны, что я не могу не пригласить вас скрасить вечер нашей милой компании.
   У Эры в груди похолодело.
   - Спасибо за предложение, но я откажусь.
   - О, я настаиваю. Пойдемте, вам будет весело. - Чуть наклонил голову Акуро, продолжая резать ее взглядом.
   - Мой компаньон выразила свое мнение, господин Акуро. - Напряжение в голосе Даймона все-таки пробилось наружу.
   - Я не с тобой говорю, пес! - сбросив маску вежливости, презрительно рявкнул Акуро.
   Даймон, не размениваясь на мелочи, сразу вышел с козырей.
   [железное тело]
   [малое усиление рефлексов]
   [сила]
   [малый рывок]
   [мощный удар щитом]
   Одновременно комбинировать боевые умения - это один из редчайших талантов, которым Даймона наделила судьба. Одновременное использование сразу нескольких умений делало его одним из сильнейших авантюристов в своем ранге, и именно благодаря этому таланту они много раз выходили из, казалось бы, проигрышных ситуаций.
   Рванув сквозь на мгновение ставший густым, как кисель, воздух, Даймон ударил снизу вверх, опрокидывая противника. Со стороны спины из теней мгновенно возник Брайс, растянувшись в длинном выпаде двумя кинжалами одновременно.
   Но удары прошли впустую. Акуро на том месте уже не было. Эра, собираясь разрядить молнию в единственную сторону, куда мог отступить блондин, с удивлением и ужасом обнаружила его рядом с собой. В следующее мгновение в глазах потемнело от боли и перехваченного тыхания - Акуро нанес жестокий удар ей под дых. Скрутившись от боли, она уже не видела, как Акуро, не глядя, двумя уколами пронзил живот Брайсу, играючи уходя от атак Даймона. Она слышала яростный рев Даймона, издевательский смех Акуро и звон металла. Непродолжительная схватка завершилась звуком падения тяжелого тела и хрипом.
   Акуро подошел к ней и грубо поднял за волосы, вглядывась в лицо.
   - Авантюристы, ха. Мда, после всей похвальбы от таких как вы, я ждал большего.
   - Ты недооцениваешь Гильдию, сволочь.
   Акуро с размаху влепил ей пощечину, не отпуская волосы.
   - Я не разрешал тебе говорить, шлюха. Поразительно. - Продолжил он, таща ее за волосы к выходу. - Кто вообще позволяет бабам бегать с мечами в компании какого-то быдла, а? Никогда этого не понимал. Женщина должна обслуживать мужчину, не больше и не меньше. Знаешь, как меня бесит, когда я вижу самодовольных сук вроде тебя, которые не знают своего места, которые считают, что в чем-то равны мужчинам? Очень, очень сильно бесит. Ничего, сейчас мы развеем твое маленькое заблуждение.
   Выйдя на улицу, он с размаху бросил ее под ноги своих солдат, стоявших снаружи в ожидании.
   - Эй, парни, эта шлюха не понимает бабскую роль в картине мира.
   Зазвучали шутки и смех, Эра, почувствовав, что с нее срывают одежду, попыталась брыкаться и отбиваться локтями. Но толку от этого не было - ей умело заломили руки и прижали к земле. Краем глаза она увидела поселенцев, стоящих в стороне, и попыталась позвать на помощь, но тщетно. Люди отводили глаза. Тут она почувствовала, как на нее навалился кто-то крупный, зажав рот ладонью. В нос буквально ударил запах застаревшего пота и гниющих зубов.
   Эра не думала, что это будет ТАК больно.
  
   Даймон не знал, как долго пролежал в таком состоянии. Держа тело в железных тисках воли, он ни на мгновение не позволял своему разуму ослабнуть. Контроль над телом, сознательное управление биением сердца, изрезанными мышцами рук и ног, требовали предельного сосредоточения. Плывя в тумане боли, он чувствовал свое бессилие, и мог лишь ждать, когда начнет запекаться кровь и схватываться края ран. Он не мог повлиять на ситуацию другим способом, кроме как удерживать кровь в теле, не давая ему умереть.
   Этот Акуро был настоящим мастером меча. Даймон понял это сразу, же, как увидел первый его шаг. У них не было ни единого шанса, и, в надежде избежать схватки, Даймон пошел против своих принципов и позволил ему забрать Лиаса. Наивный паренек, наверное, действительно полагал, что выбирает лучшую судьбу...
   Где-то год назад, Даймон попытал счастья на турнире в королевстве Ре-Эстиз. Он очень многому научился тогда, но самым ярким впечатлением был спарринг с Газефом Стронофом. Газеф не просто выбил из него все дерьмо, Газеф показал ему всю разницу между дилетантом и настоящим мастером меча. Сейчас Даймон снова увидел эту разницу. Только на турнире после схватки Газеф похлопал его по плечу и с улыбкой похвалил, выразил надежду на светлое будущее перспективного бойца. А этот ублюдок Акуро оставил его, парализованного, умирать от боли и ран.
   Даймон видел, как Эру утащили на улицу. Слышал, как она кричала, плакала, снова кричала и потом затихла. Слышал, как смеялись над ее истошными криками и слезами эти животные.
   О боги, как же он НЕНАВИДЕЛ их. Их и себя за свое бессилие что-то предпринять. В красивых историях, так любимых Лиасом, герой всегда находил в себе силы встать и одолеть злодеев. Даймон не был героем и не смог. Ему лишь оставалось надеяться, что Эра и Брайс доживут до момента, когда Даймон доберется до своей сумки.
   Ненависть придавала сил держаться. Она стала тем огоньком, на который он ориентировался в этой тьме между жизнью и смертью. Она заполняла все свободное место в душе, вытесняя оттуда самообладание и порядочность, которым Даймон себя учил долгие годы. Желание выжить и отомстить боролось с надеждой, что его друзья доживут до момента, когда он встанет. Боролось за место главного приоритета в жизни.
   Даймон не вел счет времени. Просто в какой-то момент ощутил прикосновение к шее и знакомый голос пожилой женщины.
   - Вы живы... Хвала Богам...
   Он вспомнил, как оглушил ее и отбросил в сторону кладовой, подальше от разборок. Она суетилась над ним, он не знал что она делает, но чувствовал ее касания к его ранам. Это было адски больно, но тело не слушалось, и он ничего не мог сделать с этим. Лежа в луже заскорузлой крови, он видел, как она вышла на улицу, и через какое-то время несколько человек занесли в дом завернутое в простынь тело и положили на скамью, на которой раньше спал Лиас. Рядом, на полу, положили Брайса, сняв с него пробитую броню.
   Лишь его никто не трогал. Печальный бородатый старичок пытался его перевернуть, но знакомая женщина не дала ему этого сделать.
   - Тронешь его, и он истечет кровью. Ты разве не видишь, он бережет силы?
   - Но, Грета, мы не можем оставить его как есть, он так и остынет в конце концов! Что мы потом скажем его друзьям?
   - Если ты его нечаянно убьешь, то ничего хорошего мы им не скажем. И они нам.
   После короткого пререкательства старичок с Гретой добрались до их сумок и начали перебирать содержимое.
   Даймон, который едва начал обретать веру в людей, рухнул в бездну отчаяния. Мародерство. Так ожидаемо...
   Но все-таки, оказалось, что их не грабят. В сумке Брайса нашелся неприкосновеный запас, два зелья здоровья. Хорошие, очень дорогие зелья Лиззи Баррелл. Предназначенные для самых крайних из случаев.
   Женщина подошла к нему, стала рядом на колени, испачкав юбку в крови, распечатала флакон и капнула ему на губы. Капля почти полностью втекла в рот, растворяясь, рассасываясь в нем. Почти остановившиеся процессы в теле снова, дрогнув, пришли в движение. Еще капля, еще и еще - аккуратно, предельно точно, чтобы ни одна драгоценная унция не ушла впустую.
   Получив таким образом почти половину флакона, Даймон попытался вздохнуть - и у него получилось.
   Услышав сиплый вздох и шевеление, остальные люди в доме шарахнулись в стороны, прижавшись к стенам и со страхом глядя на окровавленного Даймона.
   Он вздохнул еще раз и попытался пошевелить рукой - та, хоть и сквозь ватную боль, слушалась. Он протянул руку к флакону, и, когда Грета торопливо отдала зелье, выпил его маленькими глотками. Боль стремительно отступала, и через минуту он уже смог сесть, оглядывая себя. Жалкое зрелище.
   Он молча встал и направился к своим компаньонам, забрав у Греты второй флакон. Прохрипел:
   - Выйдите все.
   И, когда спустя пару мгновений, дом оказался пуст, пощупал пульс Брайса. Раны в животе делали свое дело, но Брайс еще не остывал. Даймон закрыл глаза, положив руки на тело товарища.
   [самопожертвование]
   Живот пронзила ослепительная, острая, всепоглощающая боль. Даймон едва не промахнулся заранее открытым флаконом мимо рта, но все обошлось. Он проверил живот друга - раны исчезли, и тот ровно дышал, просто оставаясь без сознания.
   Даймон, едва сдерживая страх и отчаяние, снял простынь во второго тела. Эра.
   Он старался не смотреть ниже пояса. Ему хватило того, что было сверху. Разбитое лицо, ссадины, синяки, следы зубов на груди, смятые ребра, вывернутое плечо, следы ногтей на шее. Даймон проверил пульс - жива. Это главное.
   [самопожертвование]
   Он был готов к этому. Но все равно, едва не проклял свой дар. Все чувства, эмоции, боль - все перетекло к нему, калеча его тело и душу. Ему в память навсегда врезалось каждое лицо, каждая характерная примета, каждый запах. Он знал, что Эра не забудет произошедшего - это было бы невозможно. Но у нее останется лишь блеклая память, без особых подробностей. Она справится с этим.
   Они живы, и это главное.
  
   ГГ
  
   После памятного 'выяснения отношений' прошло уже два дня, но Талик до сих пор не мог сказать, что привык к происходящему. С кем бы он ни говорил, каждое его слово воспринималось как некое откровение свыше, и он иногда с трудом удерживался от того, чтобы проверить - а насколько они все послушны, до какой крайности можно их довести? Но, понимая, что сам себя потом не простит за такое, гнал эти мысли прочь.
   Вчера Вильгельм устроил ему экскурсию по военным частям. Вообще, сначала Талику было интереснее сходить в 'римскую баню', но следовало держать лицо - сам же попросил. И остался глубоко впечатлен.
   Все-таки, когда в ВР смотришь на игрушечных солдат, все воспринимается иначе. Огромные, стерильные смотровые площадки, на которых идеально вымуштрованные солдаты в красивых доспехах и плащах отрабатывали боевые приемы, поражали. Еще больше поражало, что, когда они с Вильгельмом вышли на помост, вроде подиума, сотни людей отдавали ему честь, став на колено.
   Парни, не обращайте на меня внимание, пожалуйста. Ах да, парни и девушки.
   Это было ожидаемо, но все равно странно - в его новоявленной армии на равных были и мужчины и женщины. Талик искренне надеялся, что ему не придется приказывать всем этим людям идти воевать. Он не мог себе представить, как сделать подобное.
   Талик вспомнил драконидов в броне. О, это вообще неописуемое зрелище. Двухметровые черные полуящеры с рогами, в перламутрово-белых узорчатых доспехах поверх собственной чешуи, с тяжелыми подвижными хвостами, создавали ощущение совершенной машины смерти. Хотя, неизвестно еще, стоят ли они чего-то в бою на самом деле. В Иггдрассиле это были рядовые алли-юниты 40 уровня, разве что с улучшенной защитой, а расовые различия для такого рода неписи были чисто эстетической фишкой. Человек, эльф и драконид из неписи такого калибра имели почти идентичные статы, с рандомным разбросом до 5%.
   И да, всех этих воинов тоже были тысячи. Много тысяч. Он не стал смотреть остальные тренировочные площадки и казармы, справедливо предположив, что они ничем не отличаются от других.
   Но Вильгельм, 'поймав волну', потащил его показывать дворцовую стражу. Это уже были бойцы с 60 по 75 уровни, с комбинированными классами, не только чисто атакующего или защитного архетипа. Когда-то давно он думал заморочиться, и тоже проименовать их и прописать истории, но забил, оставив общее для всех описание. Правда, экипировка уже подбиралась не стандартная, из системы, а из добытого лута, который было жалко продавать. Не ахти, но намного лучше, чем стандарт. На 75 уровни еще и легендарки налазили, так что...
   Талик хмыкнул. Да уж, это было не очень похоже на стандартизированную армию. На 'дворцовой страже' трудно было найти больше одной-двух одинаковых вещей. Хотя, надо отдать должное дизайнерам Иггдрассиля, никто не выглядел клоуном. Все было стильно и красиво.
   Там он особо не задерживался. В приемном зале, где Вильгельм собрал свою 'элиту', он постоял с поднятой рукой, чем вызвал бурю восторга, и быстренько смылся.
   Еще он обратил внимание, что отрабатывая приемы и спаррингуясь, все солдаты движутся как-то нарочито медленно. Не то, чтобы они именно замедлялись, но воспринимались все движения как неторопливые и плавные. 60 уровни были чуть быстрее, но все равно, общее представление о возможностях 'своей' армии слегка тревожило. Все-таки, это другой мир, в котором есть разумные существа. И что будет, если у них огнестрельное оружие? Уже не говоря о реактивном и энергетическом.
   При такой разнице в уровне развития все будет очень печально. Бравые ребята, красиво (действительно красиво), но медленно фехтующие, против ракет и пуль... А ведь столкновение будет неизбежно, если здесь есть развитая цивилизация. Никто не будет безучастно смотреть на пришельцев. Кто-то обязательно решит прибрать их к рукам.
   Хотелось побольше узнать об окружающем мире, но здесь все зависело не от него одного.
   Большие надежды он возлагал, в первую очередь, на магию. Она может быть существенным козырем даже в противостоянии с развитой цивилизацией.
   Сейчас Талик решился проинспектировать гильдейскую сокровищницу. Вообще, после экскурсии по казармам в городе, его буквально растягивали в разные стороны Илладрия, Варбосс и Мариус, чтобы он 'почтил вниманием' и их вотчины. Илладрия вообще извелась, она, похоже, полагала, что это было грубейшей ошибкой не протаскать его полдня по своим рощам в его прошлый визит. Талик и сам хотел погулять по природе, но впечатлений и так было слишком много. Поход в сокровищницу был вполне неплохим предлогом отмазаться от всех сразу на некоторое время.
   Талик оглянулся - Дрэга, как и все время, после ее назначение на роль 'адьютанта', была за правым плечом. 'Полный Доспех Командира Темного Вторжения', награда за победу в уникальном ивенте. Эбонитово-черные, они выгодно подчеркивали крепкую, подтянутую фигуру. Божественный класс, почти топ. Кацуба одно время носил их, пока не собрал более выгодный по эффектам сет, хотя жаловался, что стало остро не хватать читерного вампирика.
   Талик вздохнул, закрыв глаза, и активировал проход в нижнюю часть храма. Пользоваться телепортами он по прежнему не любил, хотя понимал, что стоит начать привыкать к этому.
   Конструкция сокровищницы была крайне простой. В гильдии не видели смысла вливать ресурс для усложнения этого места. Во-первых, похвастаться дизайнерской мыслью и убранством все равно не перед кем - 'чужие здесь не ходят'. А во-вторых, если сюда уже добрались враги, то это такие ребята, которые пробили защиту всей гильдии. Ничего уже не поможет.
   Круглый сводчатый холл с девятью проходами в разные стороны, каждый из которых заканчивался холлом поменьше. Неброский серый с перламутровыми прожилками мрамор, витые колонны, в проходах - изящные статуи в нишах. Над каждым проходом - бордовый бархатный флаг с указующей надписью.
   'золото', 'кристаллы' 'уникальное' 'легендарное' 'божественное' 'арты' 'на продажу' 'резервные комплекты' 'особое'.
   В главном холле стояли полукругом резные стеллажи для того, чему не было места в специализированных отделах. Зелья, дубликаты высокоуровневых заклинаний и производственных рецептов, кристаллические ингредиенты и редкие книги Иггдрассиля. У каждого стеллажа стояла высокая приставная лесенка, чтобы добираться до верхних полок. Позже, когда выяснилось, что даже при таких условиях на стеллажах не хватает места, их усовершенствовали, и они могли подниматься и опускаться, наподобие лифта. Но лесенки оставили, слишком уж антуражно смотрелось.
   Талик усмехнулся. Было время, когда он готовился к экзаменам, находясь в игре. Тогда он закачал в игру огромную прорву учебных материалов, забиндил в книги и поместил сюда. Идея не взлетела - учиться, играя, у него вполне ожидаемо не получилось. Но книги оставил тут, не стал перебрасывать в библиотеку.
   Дрэга после перемещения осматривалась, широко открыв глаза и запнув дыхание от восторга.
   - Тебе нравится? - Мягко спросил Талик.
   - Это просто невероятно. Я никогда и представить себе не могла подобного!
   - Да ладно тебе, тут не так и много ценного. Хочешь, покажу тебе самый дорогой экспонат?
   - Конечно, пророк!
   - Пойдем.
   Он направился в сторону 'особого' отделения. Маленькая гадость на прощание захватчиком - очевидно, что жадность поведет их в первую очередь туда. Прямо в изолированое помещение, заминированное так, что даже хорошего танка, скорее всего, отправит 'на нерест'*. И именно в том отделении находился последний плод неуемной гигантомании Талика.
   Заходя в просторный коридор, Талик инструктировал Дрэгу.
   - Есть несколько основных правил нахождения здесь. Их нарушение приведет к быстрой и крайне болезненной смерти. Во-первых, никакой активной магии, никаких активных навыков. Как только ты используешь что-либо подобное, сокровищница распознает тебя как врага. Мало не покажется, поверь. Во-вторых, можно смотреть на что угодно, но крайне нежелательно трогать что-либо руками без разрешения. Здесь много экспонатов с сюрпризом. Раньше это был просто ломовой урон с дебаффами, сейчас не могу сказать, чем чревато. Может оторвать руки или вообще убить. И в третьих, взяв что-либо... С моего разрешения, получается... Обязательно оставь в журнале на выходе запись об этом. Имя, дату и полное название взятого предмета. За нарушение этого пункта буду бить лично.
   Дрега очень серьезно кивала в ответ.
   Они прошли в зал, и Дрэга, разглядев, что стоит на постаменте в центре, шагнула вперед, закрыв Талика собой.
   - Пророк, ЧТО это? Оно опасно! - В ее голосе звенела неподдельная тревога.
   - А... - Поморщился Талик, удивившийся этому маневру. - Знакомься, самый дорогой экспонат сокровищницы. Титан. Если ты сейчас используешь умение или заклинание, он станет твоим врагом.
   - Я поняла вас. Простите мою выходку.
   - Да ничего страшного, просто держи себя в руках, ладно? Осмотри его, если интересно.
   Дрэга несколько мгновений поколебалась, потом с подчеркнутым достоинством направилась к Титану и стала на против него.
   Идея Титана была коллективной, всем понравилась мысль использовать автоматона для охраны сокровищницы. Дизайн, модели поведения, боевые алгоритмы - все это было плодом коллективного труда.
   Два с небольшим метра ростом, гуманоидный робот с обратным коленом**, имел обманчиво хрупкие формы. Обшитый белым, под пластик, доспехом, в сплошной маске и с собранными в пучок 'дредами' он категорически не вписывался в лор Иггдрассиля, но был чертовски красив. И эффективен - статы и вооружение ему делал Талик. В первом и единственном бою со своим участием, он удостоился нескольких десятков тикетов от нападающих. ГМы недели две разбирались, имели ли место быть читы или злоупотребления игровой механикой.
   В правой кисти была встроена 'энергетическая' пушка - выстрелы выглядели как сгустки ослепительно-голубой плазмы, срывающейся с кулака. При прямом попадании в пределах локации храма эти выстрелы наносили космические цифры урона, с одного удара не сыпался только разожранный, овербафнутый танк. Любой другой классовый архетип уезжал с одного удара, не помогало даже [тело лучезарного берилла].
   В левой - 'генератор' мобильного поля, которое сдерживало сравнимые картины урона и игромеханически было непреодолимым препятствием. Пока не снесешь этот щит - не просто урона автоматону не нанесешь, но и даже не подойдешь к нему. Милая особенность этого щита заключалась в том, что он полностью нейтрализовал любой удар, пришедший в него - даже при одной единице прочности, он полностью поглощал любую последнюю атаку, перед тем, как развеяться. Конечно, за пределами своей 'зоны' мощность атак и прочность щита падали примерно в два с половиной раза, но в любом случае, Титан был наиболее сильным в числовом выражении урона юнитом в Рассветном Тумане. Даже считая игроков - например, Кацуба критом [астрального рассечения] по робе выдавал процентов восемьдесят регулярного урона этой машины.
   Картину дополняла задранная в потолок ловкость и механика 'скрытности', которая так и не понадобилась.
   Но все-таки у Титана оказался один фатальный, критический недостаток. Он был ДОРОГИМ. По настоящему дорогим. На него донатила вся гильдия, а Талик по тихому добавил практически все свои запасы на черный день. В случае его смерти, его можно было разобрать на элементы, сделав воскрешение невозможным. Но проблема была не только в дороговизне самого Титана.
   Главной проблемой был боезапас. Три кассеты по семь зарядов, по одному заряду на каждый выстрел или использование щита. Два ремкомплекта. Запасная силовая батарея для выхода в режим ускорения.
   Стоимость потраченных расходников была равна 70% предельной вместимости казны, которой гильдия ни разу не достигла за все время существования. За полгода задротства едва наскребли, не оставив в казне даже пыли. За это время гильдия не получила никакого развития. Ну, а у разработчиков на все жалобы ответ был один - 'мы всегда готовы пойти на встречу игрокам, которые приносят пожертвования нашему общему проекту'. Оценив масштабы пожертвований, хотели Титан даже разобрать и продать, хватило бы отгрохать еще один Рассветный Город, но в итоге решили оставить на крайний случай. После появления инофрмации о грядущем закрытии Иггдрассиля Талик таки попытался его продать, но покупателей уже не нашлось.
   С того времени Титан больше ни разу не включили, а все проекты Талика коллегиально проверялись на допустимую норму идиотизма.
   Дрэга завороженно смотрела на автоматона.
   - Пророк, я... Я никогда не думала, что могу представить границу силы Лордов, но это... Этот Титан - один из нас? Он служит гильдии?
   - Должен. Но пока нет угрозы существования гильдии, я не хочу это проверять. Пойдем. Мы здесь по делу.
   Дрэга коротко кивнула и последовала за Таликом, так и не повернувшись к Титану спиной полностью.
   Отделы 'золото' и 'кристаллы' он осматривал с ноющим сердцем. Состояние денежной части казны было откровенно жалким. Помещение, оборудованное для хранения максимум двадцати пяти миллиардов золотых монет, хранило меньше миллиона. По меркам Иггдрассиля, как за хлебом сходить.
   С кристаллами, второй основной валютой, дела обстояли даже хуже. Меньше тысячи универсальных кристаллов данных. Не хватит, даже чтобы забиндить свойства в пустую легендарку. Едва хватит даже на пару хороших затяжных боев с применением расходных материалов. Примерно четверть того, что было в сокровищнице, Талик потратил во время своих испытаний магии, для ускорения срабатывания.
   Глядя на это разорение, Талик держался за голову. А ведь сам вывел в реал все, что было. Дрэге же все было нипочем. Радовалась, как дитя, всем этим 'богатствам' и нахваливала мудрость некоего мифического Пророка и богатства некоей мифической казны.
   Его размышления прервало [сообщение]
   - Пророк, это Илладрия, у меня есть новости об исследуемой местности за пределами Рассвет...
   - К делу. - У Талика не было никакого настроения. Даже прекрасный щебет Илладрии раздражал сейчас.
   - Поняла. - Судя по голосу, она подобралась и приобрела строго-ответственный вид. - Карта местности готова, и у меня есть информация, для которой [сообщение] не очень хорошо подходит. Вероятно, вы захотели бы узнать ее срочно и в подобающей обстановке.
   - Вот как. - Удивился Талик. Это был первый случай, когда бывший НИП настаивал на чем-то. - Хорошо, как скоро ты можешь зайти ко мне в кабинет?
   - Я смиренно жду у входа в него, Пророк.
   - Сейчас я буду.
   Талик прервал [сообщение]
   - Дрэга, идем, появились срочные дела.
  
   *примечение
   нерест, жаргон из ладвы, To the Nearest Village, кнопка воскрешения в ближайшем городе. **как у протоссов в старичке, хз как описать
  
  Глава 6
  
   ГГ
  
   Талик сидел за своим столом и рассматривал развернутую Илладрией карту. Сама эльфийка стояла за плечом, чуть наклонившись над его ухом. Талик чувствовал некоторую неловкость от того, что красивая женщина стоит рядом, когда он сидит сам, но приходилось бороться с собой. Его 'вассалы' находили такое положение дел вполне естественным и даже почетным - Илладрия сначала вообще порывалась стать на колени перед столом.
   Он не мог видеть почти осязаемых искр, проскакивающих между Илладрией и Дрэгой, стоявшей у другого плеча. Та убийственным взглядом сверлила профиль Илладрии, когда та как бы невзначай касалась плеча Пророка. Сама же эльфийка с великолепной снисходительностью игнорировала исчадие Тьмы, как умеют игнорировать только женщины.
   - Говоришь, в составе каравана только люди, и вооружены только холодным оружием? - С озадаченным сомнением протянул Талик.
   - Верно, Пророк. Мечи, сабли и арбалеты - все оружие, которое удалось заметить. Также, должна отметить, что экипировка на этих людях соответствует их вооружению. Кольчужные и наборные доспехи, магических предметов замечено всего пять, и все у одного человека. Применения магии не замечено. Больше половины каравана едет в тентованных повозках в середине, и не покидают укрытия.
   - Ну да, было бы тут реальное оружие, этим всем уже давно никто не пользовался бы. - задумчиво констатировал Талик. - Средневековье, значит. Можно считать, что крупно повезло.
   - Прошу простить вашу слугу, я не в полной мере поняла...
   - Не обращай внимание. Ты не можешь знать этих терминов. Что можешь сказать об их уровнях?
   - Уровень людей в караване колеблется от первого до десятого. Самый высокий, по всей видимости, лидер - двадцать седьмой. Он же является обладателем всех обнаруженных магических предметов. Также, этот человек начинает проявлять беспокойство, когда разведчик подбирается слишком близко.
   - Ты про самый низкий ранг?
   - Да, 30 уровень. Сталкеры 70 и выше держатся подальше, как вы и велели.
   - Хм... - Талик откинулся в кресле и задумался.
   Уровни не впечатляли, это мягко говоря. Если здесь есть хоть какое-то соответствие системе уровней Иггдрассиля, то эти ребята очень, очень слабые. Что они вообще делают вне стен больших городов? Надо было как-то удостовериться, но самый простой способ - вступить в конфронтацию. Это не очень порядочно, нападать на людей, просто чтобы выяснить, насколько они сильны. Кроме того, если местный двадцать седьмой не идентичен привычной системе уровней, то можно и в лужу сесть.
   Он снова посмотрел на карту.
   - Ладно, с этими пусть все останется как есть. Что насчет поселков? - Талик указал пальцем на цепочку условных обозначений на карте.
   - Поселки идут цепочкой вдоль границы леса, обступающего наши горы. Укреплены крайне слабо, обычные деревянные частоколы. Население между сотней и двумя. Уровень жителей не превышает шестой, очень похоже, что живут за счет охоты, собирательства и примитивных хозяйств. Инструменты, одежда и постройки... В общем, не похоже, что эти люди способны производить мечи и кольчуги, Пророк.
   - Все страньше и страньше, да? Шестой уровень, да они охренеть какие рисковые все. В лесу, ты говорила, звери и монстры до 20 попадаются?
   - Верно, Пророк. Есть основания полагать, что это не предел - вы не указывали состредотачиваться на таких поисках.
   - Как-то не очень вписывается этот караван с 27 во главе и с оружем, которого местные не могут производить. Торговцы?.. Кстати, что это за условное обозначение? - Талик постучал по крестику рядом с одной из деревень на карте.
   - Это... В этой деревне убиты все жители, Пророк. Она выглядит разрушенной, сравнительно недавно. Эта деревня - причина, по которой я предположила возможную срочность, с которой вы хотели бы узнать эти новости.
   - Ну, мне грустно слышать, что где-то убили кучу народу, но должно ли это значить, что мы обязаны броситься и всех спасать? Мы ничего не знаем о причинах произошедшего, хотя твоя инициатива меня радует. Кстати, движение этого каравана, оно направлено к этой деревне, или от нее?
   - Караван удаляется от нее.
   - О...
   Талик задумался. Гипотеза, что это торговый караван, и так не очень жизнеспособная, отпадала - здравомыслящие бизнесмены уже покинули бы опасный район, неважно, в какой эпохе. Оставалось два предположения - либо это что-то вроде спасателей, либо это плохие парни. Оба варианта легко объясняют не покидающих повозки пассажиров.
   - Как далеко караван от ближайшей из деревень?
   - Судя по всему, собирается покинуть ее. Они провели там ночь.
   - Ладно, пока оставим с ними все как есть, единственное что... Сколько в окрестностях твоих людей? Эльфов, прости. Сколько времени займет собрать их около той деревни, куда заходят эти ребята?
   - Семь, в течение десяти минут могут объединиться в группу в той точке.
   - Собери их там, и пусть... Просто наблюдают пока. Если там... Начнут убивать жителей, то пусть вмешаются, создадут видимость налета или что-то в таком роде. Пусть избегают риска для жизни, но по возможности отвлекут внимание на себя. Чтобы никаких лишних смертей.
   - Я поняла, Пророк. Будет сделано.
   Талик снова задумался. С одной стороны, ему не хотелось вмешиваться в чужие дела. Пока что неизвестно, у кого какие отношения в этом мире, и почему они именно такие. С другой - не сидеть же здесь, в этом кабинете всегда. И в некоторых вещах лучше все увидеть и сделать выводы самому, а не полагаться на свидетельства от существ, которых он даже никогда не видел. Ну, или видел, может быть, но никогда не разговаривал раньше. С НИПами в игре обычно не общались по душам.
   Илладрия, судя по закрытым глазам и отрешенному виду, общалась с подчиненными через [сообщение]. Талик дождался, пока она 'пришла в себя':
   - Илладрия, как долго добираться до погибшего поселения?
   - На грифонах - около получаса.
   - Грифоны...
   Талик пожевал губами. Обычный полетный транспорт, один из сервисов, предоставляемых системой гильдий. В игре был довольно удобен, потому что лететь можно было в нужную точку локции. Стационарные порталы были намного быстрее, но у них была фиксированная точка выхода, которую еще надо было открыть. Обязательно надо будет прокатиться попозже.
   - Нет, грифоны не подойдут, слишком заметно.
   - Тогда остаются ковры-самолеты Лорда Кадзучи-сама, или верховые маунты. В этом случае поездка займет не менее трех часов. Не разрешите ли установить там двусторонний портал?
   - Не люблю я порталы, если честно. Нет, нет, это касается вообще всех порталов, не только твоих. - Поспешил он успокоить побледневшую эльфийку. - Похоже, у нас плохой выбор... Ладно. Поставь портал из Общих палат к внешнему кладбищу, а оттуда - в эту разрушенную деревню. Подготовь несколько самых крутых наблюдателей, какие у тебя только есть, они тоже пойдут.
   - Поняла Пророк. Сейчас же займусь.
   Илладрия глубоко поклонилась и быстрым шагом выплыла из кабинета. Талик старался не пялиться на ее спину и пониже, но получалось плохо. Наконец, она вышла, и Талик смог перевести взгляд на Дрэгу. Конечно, Дрэга с точки зрения фигуры ничуть не уступала эльфийке, но Талик с ней уже спал и был вынужден признать, что тот раз отбил весь интерес. И когда это он начал перебирать женщин?
   Дрэга стояла навытяжку, мрачная, как туча.
   Чего это она, интересно?
   - Дрэга, я собираюсь отправиться в ту деревню лично. И... Мне понадобится кто-нибудь, кто защищал бы меня, в случае, если там засада. Ты не против?
   Исчадие Тьмы бухнулось на колени рядом с его ногами:
   - Пророк, я приму на себя все удары мира, чтобы вас защитить! Я оправдаю ваше доверие, клянусь!
   - Эмм... - Талику снова стало неловко. - Пойдем тогда.
   В Общих палатах уже клубился овал перехода. Талик сделал приглашающий жест, и Дрэга ступила в портал, и он ступил следом.
   Кладбище практически не отличалось от того, каким было в игре - мрачный, торжественный некрополис. Разве что, погода была куда более детальной и унылой, чем он привык. Пыльной поземки и свинцовых туч, идущих так низко, что казалось, можно достать рукой, здесь раньше точно не было.
   На площади некрополиса, рядом с выходом из портала во дворец уже был развернут более плотный пространственный разрыв. Рядом с ним навытяжку стояла очень сильно выделяющаяся на фоне некрополиса светлая эльфийка, и с другой стороны - Мариус.
   Ну да, еще б ты пропустил движение на своем этаже.
   - Счастлив видеть вас на моем скромном посту, Пророк. Поистине прекрасный сюрприз. - Низко поклонился лич. Вот он вписывался в обстановку идеально.
   - И я рад тебя видеть, Мариус. Мне может понадобиться твоя помощь, хорошо, что ты появился тут сам.
   - Как я мог бы проигнорировать ваше появление, Пророк, нет, это невозможно! Чем может быть полезен ваш скудоумный слуга? Повелевайте мной!
   Талик отметил, что у лича какое-то приподнятое настроение. На совещании он был таким взвешенным и рассудительным.
   - Э... Повелеваю. Собери отряд самой сильной нежити, которая есть у тебя в распоряжении и которую можно собрать вот прямо сейчас. И жди здесь, наготове. Я иду во внешний мир, и если придется рвать когти оттуда, ты меня прикроешь.
   - Будет сделано! - Торжественно провозгласил лич, вонзив в низкое небо указательный палец.
   Земля дрогнула и застонала, из окружающих площадь склепов повалил сизый, флюоресцирующий туман, мгновенно заполонивший всю площадь. Из этого тумана плавно выскользнуло несколько десятков полупрозрачных, призрачных всадников с копьями, состоящими из непроглядной черноты. В окружающем безветрии медленно развевались плащи, будто сотканные из потустороннего пламени.
   Всадники мгновенно окружили портал кольцом, и когда последний становился на свое место, над головой тяжело ухнул воздух, и на крышу мавзолея Мариуса массивно приземлился бронированный костяной дракон.
   - Мое войско готово, Пророк. Дайте знак, и оно сотрет ваших врагов в пыль! - Пафосно, под стать обстановке, возвестил лич, широко разведя руки.
   Восьмидесятки, отметил Талик. И дракон-девяностик. Жалко будет, если их посливают - автоматом такое не ресается. Он осмотрел не-мертвое воинство вокруг. Зрелище впечатляло. Такие меры казались слегка избыточными, но Мариус так сиял радостью и гордостью за своих подопечных, что Талик не решился сказать ему об этом.
   Интересно, как у него получается передавать эмоции, если у него голый череп вместо лица?
   - Хорошо. Илладрия, сталкеры уже там?
   - Да, пророк, они ждут ваших приказов.
   - Пусть рассредоточатся вокруг деревни, если обнаружится выход из незаметности чего-либо, что не заметили раньше - сразу бей тревогу. Дрэга, проходи в портал. Как только будешь на месте, сразу дави [ауру абсолютной ненависти] и защищайся.
   - ДА! - проревела та и исчезла в жерле портала.
   - Илладрия и Мариус, ждите здесь. Надеюсь, ваша помощь не понадобится.
   Он подождал несколько секунд. [Аура абсолютной ненависти] по умолчанию ставила использующего ее в фокус всех существ и игроков в радиусе своего действия. Кроме того, заставляла любого, кто попал под ее действие, начать атаку самым сильным умением. Чтобы прервать атаку до того, как выпадешь из инвиза, нужна была о-очень хорошая реакция и огромный опыт.
   Если бы там сидел кто-нибудь высокоуровневый в засаде, то с огромной вероятностью выдал бы себя. Тишину на площади нарушал только беспокойно покачивающий костяными крыльями дракон на крыше. Талик ждал с минуту, но Дрэга ничего не передавала из точки выхода. Он покосился на Илладрию - та была само спокойствие, значит, ничего опасного не происходило. Или, может, это подстава, закралась мысль. Почему Дрэга молчит?
   Потому что она не умеет в [сообщение]. Вот я дурак.
   Он активировал магию.
   - Дрэга, там все в порядке?
   - Здесь нет врагов, Пророк. - Бодро отрапортовала та. - Напали лишь несколько зверей, но они уже мертвы.
   - Тогда, я иду.
   Он вздохнул, сосредоточился и вошел в портал.
   Как только Талик перенесся через телепорт, ему стало так дурно, что едва не стошнило. Здесь стояла такая вонь, что слезились глаза. Упершись ладонями в колени, он попытался выровнять дыхание, но это не помогало.
   - Пророк, что с вами?! - Раздался встревоженный голос Дрэги над ухом.
   Талик, судорожно задержав дыхание, поднял руку, давая понять, что он в порядке.
   Вонь разложения и гари лезла, казалось, по все органы чувств, не только в нос, но даже в рот, глаза и уши, мерзко обдавала кожу по всему телу. Он чувствовал отголоски похожего запаха на кладбище Мариуса, но это были совершенно несравнимые вещи. Закрыв лицо ладонями, Талик не сразу и вспомнил, что может использовать заклинания. Порывшись в памяти, он вспомнил что-то, что могло бы подойти.
   [Очищение области]
   Когда он произнес название заклинания (именно так работало использование магии, как он выяснил), убийственная вонь отступила. Не исчезла совсем, но отступила за ту грань восприятия, когда становилась незначительным неудобством. Талик с облегчением выдохнул и оглянулся.
   И тут же едва не согнулся снова в рвотном спазме. Картина была ужасающей. Он стоял на чем-то вроде площади, без покрытия, просто утоптанная земля и обваленный колодец в центре. Окружали площадь обгоревшие развалины домов, но дело было не в них.
   Кругом были мертвые тела. Раздутые, потемневшие, изувеченные, они были везде. На частоколе, прибитые за руки и распоротые. Распятые на земле, с широко разведенными ногами, без одежды. Висящие на криво стоящих кольях, изодранные и обглоданные зверьми. Смерть во всем своем уродстве глумливо скалилась отовсюду, демонстрируя свои извращенные формы.
   Все было настолько настоящим, что кружилась голова. Талик никогда не видел мертвецов в реальной жизни, а то, что видел после переноса, вполне спокойно воспринимал, относясь скорее как к декорациям. Здесь все было иначе. Уровни, навыки и прочие понятия, к которым он начал привыкать как к чему-то естественному, все это разбивалось о картину реальной смерти реальных людей.
   С трудом унимая дрожь в руках, Талик жалел, что явился сюда. Пока он слышал отчеты со стороны, он как-то не придавал особого значения смертям других людей. А теперь увидел, о чем так спокойно и буднично говорила Илладрия. И это было по-настоящему страшно.
   Он понял, что Дрэга все еще придерживает его за плечо, с неподдельной тревогой глядя в глаза. Он положил ей руки на плечи и уткнулся лбом в бронированную грудь.
   - Я в порядке. Не переживай, я в порядке. Сейчас.
   Ощущения от прикосновения к прохладному металлу частично вернули способность мыслить трезво. Он снова порылся в памяти в поисках чего-нибудь подходящего.
   [Железная воля]
   Страх и отвращение разом растаяли, оставив только тяжелое принятие происходящего. Эффект этого простенького навыка позволял поддерживать его за счет расхода маны и в Иггдрассиле давал защиту от низкоуровневых ментальных дебаффов. Один из проходных скилов его первичного класса 'монах'
   Талик ощутил, что ладони в чем-то измазаны, посмотрел и с удивлением обнаружил на них кровь и грязь. Глянул на Дрэгу, и понял, в чем дело. Своим навыком она заагрила все живое в радиусе действия, включая собак и ворон. Их останки щедрой россыпью украшали площадь, просто в начале он не обратил на такие мелочи внимания. Мухи и другие насекомые просто передохли от волны источаемой навыком ненависти.
   - Пойдем осмотримся. Что тут случилось, и так понятно, я хочу представлять, кто устроил это все.
   Осмотр деревни дал немногое, но в целом картина была ясна. Здесь была самая настоящая бойня. Был ли это террористический акт или что-то другое, он так и не разобрался. Радовало одно - не было видно ни одного трупа ребенка. Талик попытался применить [воскрешение] к нескольким телам, но безрезультатно - они просто рассыпались в пыль.
   - Простое воскрешение - минус пять уровней, мое - минус четыре. Похоже, нулевого тут не предусмотрено, да? ...
   Можно было попытаться применить высокоуровневое заклинание, снижающее штраф за воскрешение, но оно требовало расхода либо кристаллов, либо опыта заклинателя. Ни то, ни другое он не был готов потратить сейчас. Можно было попытаться найти кого-нибудь, при жизни имевшего уровень выше пятого, однако сколько времени это займет, предугадать было нельзя. Да и о чем говорить с человеком, пережившим такой кошмар? Что ему ответить, если он попросит вернуть к жизни всех остальных, свою семью? Борясь с совестью, Талик решил оставить все как есть.
   Осматривая одно из тел, он обнаружил в нем две коротких, толстых стрелы. С тяжелым сердцем выдернув одну из тела, он покрутил ее в пальцах, рассматривая со всех сторон.
   В игре были арбалеты, и снаряды к ним выглядели очень похоже. Он отправил стрелу в [инвентарь](к которому мгновенно привык в первый же день появления здесь). У него появилось несколько серьезных вопросов к этому загадочному каравану, и вопросы этики его уже не беспокоили.
   [сообщение]
   - Илладрия, где сейчас этот... 'караван'?
   - Вышел из деревни и двигается дальше, к следующей. Нападения на жителей не было, хотя, похоже, имело место надругательство над женщиной из местных.
   - Надругательство... Не хочу знать деталей. Она жива?
   - Да, Пророк, но, похоже, без внешнего вмешательства это ненадолго.
   - Сталкеры имеют навыки лечения, я правильно помню?
   - Да, Пророк, все сталкеры имеют способность залечивать раны, кроме критических.
   - Направь туда кого-нибудь из них, пусть поддерживает жизнь, не выдавая себя. Никаких великих исцелений, и прочего. Просто пусть не дадут умереть.
   - Слушаюсь.
   Он не знал, зачем сказал Илладрии так поступить. Это было в целом не очень разумно, но после впечатлений сегодняшнего дня Талик был готов рискнуть и вмешаться.
   - И еще, Илладрия, ты сможешь открыть портал на несколько миль вперед по курсу движения?
   - Конечно, Пророк.
   - Очень хорошо. Я поговорю с Варбоссом, чтобы он отправил своих ребят, уточнишь с ним детали потом. И да, такой момент. Ты очень часто повторяешь 'Пророк'. Это смущает.
   - Я... - голос эльфийки звучал растерянно. - Но, как я могу, это же...
   - Я в тебя верю, ты сможешь.
   - Я приложу все усилия, чтобы выполнить вашу волю, Про... простите...
   Прервав [сообщение], Талик задумчиво протянул вслух, поглаживая пальцем подбородок:
   - Как бы это все провернуть...
   - Пророк, позвольте мне покарать ублюдков! Их деяния омрачили ваше святое спокойствие, я лично отправлю их за это в ад! - Склонилась перед ним до этого момента безмолвная Дрэга.
   - О, сначала я так и хотел поступить. Но это не очень хорошая идея. Отправить тебя туда - все равно что сжечь дом, чтобы избавиться от таракана. Я хочу от этих... людей... слишком многого, чтобы просто взять и перебить.
   Дрэга все равно выглядела расстроенной, и он попытался ее утешить.
   - Дрэга, я очень ценю твое желание мне помочь. Но ты для меня слишком ценна, чтобы вот так гонять тебя истреблять всех пидарасов подряд. Ты понадобишься, если появится действительно серьезная угроза, и тогда - я верю, что ты проявишь себя во всей красе. Хорошо?
   - Конечно, пророк. Простите мое недостойное поведение...
   - Все нормально. Пойдем.
   Направляясь к порталу обратно, Талик использовал новое [сообщение]
   - Варбосс, ты занят?
   - Внемлю тебе, Пророк.
   - Я хочу выяснить, на что способны твои парни в новом мире. Самый низкий уровень у тебя 30, если я правильно помню?
  
   Акуро
  
   Акуро с утра пребывал в самом хорошем настроении за последние несколько дней. Вчера вечером, прибыв в деревню, он, конечно, собирался развлечься самому и дать порезвиться своим парням. Но он и предполагать не мог, что все так удачно сложится. У этого сброда была с собой вполне симпатичная девчонка, да еще из того типа женщин, которых он терпеть не мог. Самоуверенная, наглая, не знающая своего места. С этим самым стержнем, которого у баб быть не должно. Было огромным удовольствием смотреть, как она ломается и сдается, принимая жизнь такой, как есть.
   Его воины оценили подарок и не слазили с этой сучки до поздней ночи, с перерывом на выпивку. Даже удивительно, что она не издохла под одним из них. Правда, после использования какому-то дураку пришла в голову идея бросить ее куда-то в скотный сарай, чтоб не мозолила глаза своим видом. Зрелище действительно было так себе, и лидер не стал устраивать репрессий. Акуро побрезговал идти добивать - он не любил навозную вонь, и не захотел допускать, чтобы одежда и волосы ей пропитались. Ей все равно было долго не протянуть.
   Крестьяне (он уже давно расценивал жителей Зеленого предела как своих крепостных) должны быть ему благодарны. Ведь именно благодаря тому, что Акуро нашел такую забаву для своих воинов, их женщинам не пришлось занять ее место.
   Авантюристы его откровенно разочаровали. Он был наслышан о доблести и изобретательности искателей приключений, о боевом опыте и прочих вещах. Сначала он даже слегка струхнул, узнав, кто они такие. Все-таки, местные жители могли вычудить что-то вроде найма головорезов, чтоб избавиться от него. Он давно дал им понять, что входит в сотню сильнейших мечников Теократии. Его не призывали в Писания только из-за неоднозначного прошлого, и даже тот факт, что он теперь уважаемый бизнесмен, не помогал против закостеневших в своих догмах глав Церкви. Он был бы только за - все-таки, как воин, он уже достиг некоторого предела, который можно преодолеть только в бою с сильным противником. Писания занимались, среди прочего, как раз уничтожением подобных целей. Ну и кроме того - уважение, почет, хорошая материальная база, доступ к сильным волшебным предметам и прочие бонусы.
   Мысль податься в авантюристы он когда-то с сожалением отверг. Возможность сталкиваться с сильнейшими чудовищами манила. Тяжелый походный быт, запрет на привычные вещи, такие, как насилие и грабеж, приводили в недоумение. Он не привык себе отказывать в простых удовольствиях и очевидной выгоде. Мысль о том, что он не будет иметь права забрать понравившуюся вещь, или молча принять отказ женщины, была неприемлемой. Уже не говоря о том, что нормальный бизнес не сделаешь.
   Мысли опять вернулись к авантюристам. Все-таки, что они там на самом деле забыли? Он ожидал от них многого, но, несмотря на разочарование, был рад разминке. И в деревне его хоть ненадолго отпустило дурное предчувствие, а сейчас опять вернулось.
   - Командир. - Выбил его из размышлений хриплый голос Шрама, старого ветерана и одного из людей, которым он реально доверял. - Гляньте.
   Акуро присмотрелся вперед, куда указывал Шрам. Вдалеке, у пологого спуска, посреди дороги стоял какой-то мужик со здоровенным топором. Было похоже, что он так стоит уже некоторое время, будто ждет чего-то.
   - Это еще что? - Вальяжно протянул Акуро. - Благородный мститель или тупой бандит? Ну-ну. Едем дальше, подъедем на расстояние выстрела - тормозите телеги. Всем быть готовыми к бою, зарядить арбалеты и смотреть по сторонам. Поднимите щиты по бокам клеток, товар беречь как свои яйца.
   По мере приближения Акуро смог рассмотреть мужика и насторожился. Это был явно не человек, а больше походил на помесь гоблина и огра. Темного, грязно-зеленого цвета, на полголовы выше Акуро, плечистый, увитый буграми мышц, с небольшим брюхом. Из нижней челюсти, занимавшей едва не пол-головы, торчали клыки размером с палец. Бычья шея, маленькие изодранные уши, сильно выдающиеся надбровные дуги и почти полное отсутствие лба. Из глубины глазниц процессию сверлили крохотные, близко посаженные поросячьи глазки.
   Странный монстр стоял в расслабленной позе, держа топор на плечах. Одет он был в какую-то кожаную рвань с ржавыми железными вставками, но топор приковал глаза Акуро. Это было произведение искусства, а не оружие. Простых форм, но идеального исполнения, из слоеной стали. Акуро понял, что получит это оружие любой ценой.
   Акуро поднял руку, и процессия остановилась. Сам он, взяв с собой двоих ближайших соратников, выдвинулся чуть вперед. Монстр, к его удивлению, оказался говорящим.
   - Эй, говноеды, кто тут самый крутой? - Голос был по стать, хриплый, низкий и слегка шамкающий. -Я буду с ним биться.
   Акуро едва не засмеялся от иронии ситуации. Да, монстр не выглядел слабым, но это всего-лишь получеловек. И оно посмело обращаться к теократам в таком тоне?
   - Хах, Шрам, убей убогого.
   Старый ветеран молча кивнул и рысью направился к расслабленно стоявшему монстру. Когда он пдъехал и замахнулся саблей, Акуро понял, что монстр не просто не выглядел слабым. Он им и не был.
   Зеленая тварь, не меняя расслабленной позы, с едва уловимой скоростью прямо с плеча махнула топором. Удар был такой силы, что Шрама буквально снесло с лошади, которая с истошным ржанием рванула в сторону. Всадник, разрубленный от плеча до груди, отлетел на несколько шагов, шлепнулся пустым мешком так и остался лежать, лишь подергивались конечности.
   - Слабак. - Разочарованно констатировала тварь, почесывая зад. - Нехорошо.
   Акуро охватило бешенство с примесью азарта. Удар выдавал в нем очень быстрого и сильного противника, а оружие без проблем пробило дорогой доспех. Он дал знак второму соратнику отступить и слез с лошади, вынимая меч. Боги любят иронию - только с утра он сожалел, что нет сильных противников. А сейчас стоит даже применять боевые навыки.
   [обостренные чувства]
   [ускорение рефлексов]
   [малая сила]
   В теле приятно разошлось ощущение могущества, а все чувства обострились, делая мир ярче и подробней, будто с глаз убрали пелену, а из ушей - затычки.
   - Что ж, чудовище, ты же должен понимать, что заработал очень, очень мучительную смерть. Кто ты, из какой пещеры вылез?
   - Я Джей-Гул, и тебя не @#$% откуда я вылез. Ты сильный? Давай биться.
   - Как пожелаешь. - Прорычал Акуро.
   Монстр больше не был расслаблен, но остался открыт.
   [двойной безжалостный укол], прием, открытый лично Акуро, его гордость и козырь, не пронзил наглого монстра, хотя и ранил. Тот успел дернуться в сторону, и меч Акуро просто нанес два глубоких пореза на боку.
   Акуро едва успел сам отдернуться в сторону, если бы не усиленные рефлексы, то удар кулаком пришелся бы ровно в лицо. В следующее мгновение пришлось буквально рвать жилы, уходя из-под удара топором.
   Акуро полностью ушел в защиту. Блокировать такие удары мечом было бы величайшим идиотизмом, оставалось только парировать, уходя из-под атак. Удары были бесхитростными и предсказуемыми, но шли с такой скоростью и силой, что контратаковать было некогда. Несколько раз он делал ответные выпады, сначала целясь в лицо, а потом хоть куда-нибудь, лишь бы задеть, нанести рану. Но противник вообще не обращал внимания на порезы и уколы от меча, продолжая неослабевающий натиск.
   Монстр уверенно теснил его в к краю дороги, чему Акуро был очень рад - между деревьев такое длинное оружие использовать гораздо сложнее. И это был явно не тот случай, когда можно было пренебречь хоть каким-то преимуществом. С трудом отбиваясь от урагана ударов, он, впервые за много лет, ощущал возможность поражения. Рука с мечом ныла от нагрузки, а дыхание постепенно начало сдавать. Если бы не кольчуга, он был бы уже мертв - несколько ударов вскользь задели его. В самом лучшем случае останутся просто синяки.
   Монстру же все было нипочем - ни малейших признаков усталости, скорее даже наоборот, в глазах горел азарт кота, загоняющего крысу. Крупную, опасную, но все же крысу.
   В сердце Акуро горела чистая ненависть. Подобного унижения он никогда не мог даже представить - чтобы недочеловек, живой мусор, смотрел на него так. И хуже всего было то, что невозможно что-то сделать, не было способа переломить бой в свою пользу. Приказать своим обстрелять чудовище из арбалетов - тратить драгоценные мгновения, сбиваться с дыхания и ритма. Совершенно непозволительный риск при таком противнике. Да и при таком ритме боя был огромный риск самому получить стрелу.
   Откуда взялось это чудовище? Он никогда не слышал о подобном виде существ. Гибрид, ублюдок какого-нибудь жуткого мезальянса? Откуда такая сила, как его победить? Идей не было, и Акуро мог только защищаться, отступлением уводя противника к деревьям.
   Но, похоже, тот понял маневр. Спасительные стволы были уже в паре шагов, и Акуро уже прикидывал, как двигаться среди них, чтобы окружение максимально мешало врагу. Отражая, отводя в сторону очередной удар, он облажался. Не увидел, что секира летела не в голову.
   Правая кисть резко онемела, а выше по руке хлестнула острая боль. Внезапно изменившийся баланс тела выбил его из равновесия, и Акуро упал. Посмотрев на свою кисть, он с ужасом увидел окровавленную культяпку чуть выше сустава. Меч упал в траву в нескольких шагах - не достать. Накатывала тяжелая слабость, действие навыков прошло, кровь толчками уходила через рану.
   Ненавистный монстр, поигрывая топором, стал над Акуро, наступив на грудь ногой. Казавшаяся снизу монументальной туша заслоняла солнце.
   - Чо, и всё? - Он шумно сплюнул. - А '?; % разговоров-то было.
   Он наклонился, свободной рукой ухватил Акуро за отворот кольчуги и поднял, легко, как бумажную куклу. Казавшийся окончательно поверженным Акуро воспользовался шансом. Незаметно вынув уцелевшей рукой из сапога нож, он коротко, без замаха, всадил его зазевавшемуся уроду под подбородок.
   Но проклятая тварь оказалась достаточно бдительной, и успела отдернуть голову, удар прошел вскользь, распоров щёку. Акуро удивился тому, насколько толстой и твердой оказалась кожа. Весело побежала кровь.
   - Хех, почти - осклабилась клыкастая рожа.
   Второй удар ему нанести уже не позволили. Последнее, что Акуро запомнил - мосластый, похожий на боек кувалды кулак, закрывший собой мир.
   Воины, свято верящие в непобедимость жестокого командира, в ужасе побледнели. За схваткой было трудно уследить, они могли видеть лишь смазанные сполохи ударов. Они видели, на что способен их командир, как он играючи буквально потрошил любого врага. А теперь его бесчувственное, окровавленное тело за волосы тащил этот жуткий гоблин. Тащил к ним. Никто не знал, что делать, и даже ближайшие соратники командира лишь нервно переглядывались, стоя на месте.
   Гоблин все подходил, люди и лошади пятились, пока не уперлись в телеги. Тогда гоблин поднял тело командира, наклонился чуть вперед и проорал:
   - Я, ДЖЕЙ-ГУЛ, ПОБЕДИЛ! КТО ЕЩЕ ХОЧЕТ БИТЬСЯ СО МНОЙ?!
   Ответом было молчание. Никто не хотел умирать. Гоблин обвел налитыми кровью глазами деморализованное воинство.
   - НА КОЛЕНИ!!!
   Все понимали, что это не то требование, которое можно проигнорировать. Но становиться на колени перед низшим существом... никто не решался быть первым. После непродолжительной паузы гоблин хмыкнул, швырнул тело командира вперед и, засунув два пальца в рот, оглушительно свистнул.
   В то же мгновение лес будто взорвался. С обеих сторон дороги из леса с воем и хохотом высыпали две дюжины таких же чудищ. Лишь один человек успел вскинуть арбалет, и его тут же снесло с топором в груди.
   Нестройные ряды воинов накрыла зеленая волна, и спустя несколько мгновений сражение, толком не начавшееся, затихло. Быстро осела кровавая пыль.
   Джей-Гул удовлетворенно смотрел, как его удивленная слишком легкой победой банда вяжет пленников. Босс приказал - брать живьем. Взяли почти всех, ну, а кто помрет по пути - что тут поделаешь, это битва. Ему было в диковинку заниматься такой бесполезной ерундой, как захват пленных. До гибели старого мира он участвовал в войнах Пророка, вот это было стоящее дело. Азарт, риск и смерть, то, ради чего живут орки - этого было с избытком. Враги всегда были сильные, сражаться с такими - всегда за радость. А не вот это вот разочарование. Только главарь чего-то стоил, но если бы не прямой приказ конкретно его взять живым не взирая на обстоятельства - быть бы ему дохлым намного раньше. Остальные - плюнуть и растереть. Слабы и телом и духом. Даже презирать западло. Варбосс сказал, что эти ничтожества чем-то крепко допекли Пророку, и Джей-Гул все никак не мог взять в толк, как они ухитрились разозлить творца? С другой стороны - это было не его собачье дело. Его собачье дело - приказ вождя, на подробности чхать. У вождя и Творца головы большие, пусть они и думают. Им сверху виднее.
   Направляясь к крытым телегам в середине каравана, Джей-Гул отвешивал бодрящие подзатыльники излишне ретивым бойцам.
   - Нежнее '?; %, они хлюпкие. Поломаете - босс яйца оторвет.
   Босс такой, он мог. Все орки жили в простой и понятной иерархии. Парни - те, кто способен держать топор. Бугаи - те, кто отличились в бою, Джей-Гул был из их числа. Бугаи возглавляли семьи или мелкие банды. Багатуры, вожди племен, подчинялись Боссу. Босс подчинялся Творцу. Каждый ранг смотрел на нижние ранги как на говно. Варбосс смотрел как на говно на всех орков. Творец смотрел как на говно на весь мир. В этом предельно простом мировосприятии обещание оторвать яйца было не пустой угрозой, а вполне конкретным прогнозом на будущее.
   Подойдя к накрытым повозкам, прикрытым со стороны дощатыми щитами, Джей-Гул печально вздохнул. Самый геморрой. Ну вот как это - 'дать сбежать'? Дать в рыло - это всегда пожалуйста, это легко и с удовольствием. А дать сбежать как? У него в кармане не было 'сбежать'. Но приказ есть приказ. Сказали - дать, значит, надо дать.
   Он оторвал хлипкий дощатый настил и стянул в сторону забрызганную кровью ткань. Обнажилась большая клеть, разбитая на множество мелких камер. Больше половины из них были заняты - там сидели девушки с кожаными кандалами на руках и ногах. Они зажмурились от яркого света, но потом разглядели Джей-Гула.
   Девушки панически вжались в прутья, всю местность накрыл истошный визг и крики ужаса. Джей-Гул поморщился и задернул клетку обратно.
   - '?; %.
   Крики не затихали. Он снова сдернул ткань и рявкнул:
   - ТИХО '?; %!!!
   От его вопля с ближайших деревьев полетели листья. Узницы замерли в шокированном молчании.
   - Так намного лучше.
   Он прикинул, откуда лучше будет начать, ухватился за квадратные прутья и с некоторым усилием развел их в стороны. Прутья сначала нехотя прогнулись, а потом вылетели из гнезд.
   - Идиоты и лодыри. Не могли нормальную клетку сделать. Позорище.
   Он прикинул - через получившийся зазор без проблем вылезет любая из узниц. В конкретно этой камере сидела одна, совсем юная девочка, с каменным выражением лица и широко раскрытыми глазами. Джей-Гул протянул руку, чтоб ее ухватить, но тут же отдернул:
   - Ай '?; %, ты чё? - Девочка, поняв, что не увернется, укусила его за палец. - Больно же '?; %
   - Не прикасайся ко мне, чудовище! Я живой не дамся!
   - Слыш курица, уймись, ?; %:? ты нужна, ни сисек ни жопы. Вылазь давай.
   Девочка проигнорировала приказ, продолжая вжиматься в противоположную стену.
   - Ну ладно, сиди там. Парни, вы там скоро? - Он осмотрелся. Парни уже связали всех, если можно так назвать, врагов. - Ты, перевяжи руку тому кретину, сдохнет еще. Ты, вон мечишко валяется, заверни отдельно. Остальные, разбирайте клетки. Девок выкиньте, вон ту пока не трогайте, она кусачая.
   Раздав указания, он вразвалочку направился ко второй крытой телеге, отодрал щиты и на всякий случай прорычал.
   - Эй там, в клетках, если ща кто хоть пискнет, рот портянками завяжу. Усекли?
   Ответа не было. Он сдернул покров и выяснил, что да, усекли. На него смотрела дюжина перепуганных глаз, но не было издано ни звука.
   - Вот так, да. О, парни, зацените, тут в клетке мужик, гыы - заржал Джей-Гул. - '*? : %; позорище. Мужик, в клетке с бабами. Я думал что самое дерьмо уже повидал, а поди ж ты, век живи, век учись.
   Вразнобой зазвучал хриплый смех. Для орков само представление, что мужчина окажется в кандалах и клетке, было диким - как это, почему не умер в бою? А тут еще и в компании женщин.
   - Эй, сопляк, ты портки потряси, яйца точно есть?
   - А может он тоже баба?
   - А, слыхал, слыхал. Мужики, которых ?; %: другие мужики. Ну то есть вроде бы мужик, но баба.
   - Люди, что с них взять.
   Парень в клетке густо покраснел от такого глумления со всех сторон, и сбивающимся голосом начал оправдываться:
   - Я пленник, мне не дали сражаться!
   - Чё? А ты еще и спрашивал?
   - Ой, а можно я подерусь? - Кто-то просипел тоненьким басом.
   - Парни это угарище, надо вождю рассказать.
   - Ладно '?; % - скомандовал Джей-Гул. - Поржали и хватит, время мало.
   Парни с сожалением оставили развлекуху и продолжили деловито разбирать клетки. Джей-Гул отошел в сторону упряжи, размышляя, как поступить с лошадьми. С одной стороны, это ценные животные. С другой - по лесу до места, назначенного эльфкой-чародейкой, их разве что на горбу переть. Можно, но хлопотно. Тащить тяжело, оставить нельзя. Приказ на этот счет был предельно ясен. Вождь велел - забрать все, что можно унести. Лошадь можно унести - значит нужно унести. Как бы еще сделать так, чтоб поменьше брыкались.
   Краем уха он услышал как кто-то крадется к нему сзади, и повернул голову.
   - Ты еще тут?
   Девочка, укусившая его за палец, застыла с вытянутой к нему рукой.
   - Че стала? Проваливай.
   - А... А вы меня правда отпускаете?.. - несмело уточнила та.
   - У тебя сердце орка, но ума как у гуся. Сказал же - проваливай. Чо те '?; % не ясно?
   - Я не орк! - Возмутилась та.
   - Это '?; % очевидно, орк бы с первого раза понял что к чему. Чо ты хочешь от меня? Я занят! - У него страшно чесались порезы на лице и на боку, а тут еще надоедливый ребенок...
   - А вы не будете гнаться потом?
   - Кому ?; %: ты нужна.
   - А... - настырный ребенок все никак не отставал. - А вы остальных отпустите? Тех, что в клетках?
   - Забирай.
   - А еще... А еще вон тот дядька - он один из них! Он их колдун! Я его в деревне видела...
   - Опа. - Он глянул в ту сторону. Клети уже были разобраны, от телег остались только днища с колесами, а молокосос сиротливо жался неподалеку. - Парни! Тому дрыщу дайте в жбан и тоже вяжите! И глаза завяжите, он вроде колдует! Да, можно и портянкой.
   Он снова посмотрел на девочку.
   - Еще сюрпризы есть?
   - А... нет... - та растеряла всю былую браваду. - А вы нас домой не проведете?
   - А за пивком не сбегать?
   - Ну пожалуйста... До деревни идти долго, а вдруг на нас звери нападут... Вы такой сильный, вы бы нас защитили... Вот...
   Джей-Гул уронил лицо в ладонь.
   - Слушай меня, нахальный ребенок. Или ты идешь домой, или ты идешь с нами. Но у нас тебе очень не понравится и обратно тебя уже никто не отпустит. Мама там и все дела - можешь забыть. Иди домой. Сегодня на этой дороге ничего опасней комара не появится. Так сказал Босс. Хватит надоедать мне тупыми вопросами.
   Девочка внезапно обняла его за пояс, ей едва хватало обхвата рук.
   - Спасибо, дядя Джей-Гул! А вы сюда еще придете? Если придете, приходите в гости, хорошо?
   - '?; %... Хорошо. Может, и буду мимо проходить. Зарубку вон там поставлю. Кыш!
   Девчонка, наконец, отлипла от него и побежала к группе сидельцев, пугливо жмущихся в кучу. Джей-Гул осмотрелся. Его парни не посрамили звания мародеров, всё, чем раньше был караван, было разобрано, упаковано и распределено по тюкам и мешкам. Лошади - оглушены и увязаны.
   - Ну чо, бездельники, пора домой!
   Орчий отряд расхватал тела, и мешки на плечи и растворился в лесу. О том, что здесь происходило, напоминали только несколько луж крови, уже почти впитавшихся в землю, и отрубленные пальцы Акуро, разлетевшиеся по траве.
  
   **
   Семь фигур в дорогих черных мантиях застыли ниц у пентаграммы. Темноту этого места рассеивали лишь свечи по углам нарисованной звезды.
   - Владыка! Услышь своих рабов, есть важные новости!
   Темнота вокруг стала особенно густой, зашевелилась бесчисленными нитями. Холодный, властный голос ответил:
   - Говорите.
   - Владыка! Кристаллы, дарованные вами, дали трещину! Где-то применялась магия невиданной силы. Как вы и предрекали, Владыка! Но ваши верные слуги не смогли определить, где именно... - И не смогли бы. Магия Королей далеко за пределами того, что вы когда-либо постигнете. Время пришло. Вы знаете, что делать. Поднимайте агентов. Дайте знаний и сил мелким культам. Короли сильны, но глупы, они должны себя выдать, так или иначе. Найдите их. Не разочаруйте меня. Жду вестей.
  
  Глава 7
  
   *** группа Даймона
  
   Когда Эра пришла в себя, она осмотрелась и как-то отстраненно удивилась. Остаток вчерашнего вечера вспоминался как-то обрывками, смазанно. Она в общих чертах вспомнила, что с ней происходило. Почему-то боль не чувствовалась, и в душе не было таких ощущений, которых можно было ожидать. Будто бы это все было сном.
   На полу рядом сидел Даймон, прислонившись к стене. Глаза были закрыты, а губы болезненно сжаты, на бледном лице проступил пот. Эра осмотрела себя и все поняла. Она в крови, но на теле ни единой царапины.
   У него была способность, которую группа держала в тайне. Способность забрать любые болезни и травмы, телесные и душевные, на себя, при условии, что существо еще живо. Этой способностью старались не пользоваться без критической необходимости. Такой, как сейчас.
   Эра не удержала слез и все-таки обняла его. Она не представляла, каково ему сейчас. Благодарность за такой шаг, вина за то, что сейчас ему из-за нее приходится переживать такую боль, сострадание - все это нашло выход в слезах. И когда Даймон улыбнулся ей и погладил по голове, со своим обычным 'все будет хорошо, не переживай', этот ручей превратился в полноводную реку.
   Наконец она более-менее успокоилась и мягко отстранилась.
   - А где Брайс? - Ловкача не было в домике, хотя его рюкзак было видно в углу.
   - Пошел выяснять, на каком мы свете. - Устало сообщил Даймон. - Когда вернется, можно будет думать, что делать дальше. Я не уверен, что смогу нормально ходить ближайшие пару дней, у нас больше нет зелий.
   - Да плевать на зелья, их можно еще купить. А нового тебя мы уже нигде не найдем.
   - И искать не надо, я единственный и неповторимый.
   Эре было пронзительно грустно от того, что Даймон, в таком плачевном состоянии, пытался шутить. Она только собиралась сказать, что думает об этом, как он предупреждающе поднял руку.
   - Эра. Прежде чем ты сейчас начнешь меня жалеть и страдать от того, как с нами всеми поступили, я напомню тебе одну важную вещь. Да, это был очень неудачный день, но он не был последним. Мы профессиональные авантюристы. Наша жизнь - это постоянный риск и борьба за жизнь. Мне нужно твое плечо, чтобы опереться, а не жалость и чувство вины. Оставь их обывателям.
   Конечно же, он был прав, она это понимала. Чем выше ранг авантюриста, тем меньше в его жизни остается места бесполезным чувствам, вроде жалости или страха. Те, кто не могут понять этой простой истины, никогда не поднимались выше меди или железа, или гибли.
   Но даже зная это, она не могла смириться с тем, что им придется просто принять произошедшее и продолжать жить как ни в чем не бывало.
   - Даймон, ты... Ты прав. Спасибо за твой поступок. Но я не могу просто принять то, что случилось и твою жертву. Я отомщу этим ублюдкам, чего бы это ни стоило.
   Даймон хмыкнул.
   - Хороший настрой. И можешь поверить, ты не одна хочешь мести. Но есть проблема. Мы слишком слабы против такого врага, понимаешь? Пытаясь мстить сейчас, мы только позабавим его.
   - Значит, мы станем сильнее. Помнишь, я говорила, что мы слишком рискуем и что я сомневаюсь в том, что у нас есть будущее? Я беру свои слова назад. Я не сойду с этого пути и вам не позволю. Мы станем сильнее, найдем этого козла и он ответит за всё.
   - О, вот этот огонь в глазах, я по нему соскучился за последний год. Рад снова видеть тебя такой. - Он шевельнул ногой и поморщился. - Вернемся к будням. Весь дом в крови, и пока жара и мухи не добавили веселья, надо привести его в порядок. Я уже говорил, мы тут в лучшем случае на пару дней.
   Эра помогла ему добраться до постели и принялась отскабливать пол. Это было нелегко, кровь отмывалась от струганного дерева крайне неохотно, и пришлось несколько раз ходить на улицу к колодцу. Благо, тот был буквально в десяти шагах от дома. Встреченные люди ее избегали, старались исчезнуть при ее появлении, и это было хорошо. Не то, чтобы она винила их за то, что никто не вмешался, чтобы помочь им вчера. Но и видеть, говорить с ними совсем не хотелось.
   Ближе к обеду, когда о произошедшем в доме напоминали только несколько темных пятен на полу и сорванная с петель дверь, заявился Брайс. Эра как раз меняла Даймону повязки на ранах и протирала его влажным полотенцем.
   - Слыша эти стоны, я думал тут происхродит чего поинтереснее... - Он увернулся от окровавленной тряпки. - Виноват, плохая шутка.
   - Что ты узнал? - Сердито посмотрела на него Эра.
   - Довольно много всего. Во-первых, те ребята, которые доставили нам проблем. Оказывается, они уже не первый год здесь промышляют. Ловцы рабов. Раз в полгода проходят по деревням и забирают по одному-два понравившихся человека, в основном девушек, но иногда и парней помоложе. Больше о них никто никогда не слышит, полагаю, дела у них не очень. Местные не в восторге, и даже вроде попытались оказать сопротивление. В той деревеньке, куда мы сначала должны были выйти. Закончилось все печально, хорошо, что сначала детишек оттуда вывели.
   - То есть, нам еще повезло. - Мрачно констатировала Эра.
   - Вроде того. Хотя у меня язык не поворачивается такое самому сказать.
   - Это всё?
   - О нет, это предисловие. Самое интересное дальше. В общем, этот Акуро, или как его там, сегодня с утра поехал дальше. Забрал, кстати, ту девчонку, за которую переживала та женщина. А с час назад, эта девчонка вернулась в деревню, в компании с еще почти двумя дюжинами девушек из других деревень.
   - Чего? - Хором спросили Даймон и Эра.
   - Я же говорю, что тут начинается самое интересное. В общем, на Акуро и его людей напала банда существ, похожих на гоблинов, только ростом с человека, а то и крупнее. Пленницы не знают подробностей, из клеток они ничего не видели. Но запомнили, что сначала телеги остановились, а потом был бой и крики. Когда с их узилищ стянули тент, они увидели наших старых друзей, связанных. Эти гоблины вытащили их из клеток, согнали в кучу, и после этого просто оставили в покое. Бедняжки ожидали чего угодно, любых кошмаров, но те просто разобрали телеги по досточке, клетки по прутику, и ушли. Прихватив пленных солдат и лошадей.
   - Как-то немного сказочно звучит. - Скептически хмыкнула Эра. - Получается, что банда гоблинов-переростков одолела Акуро и его людей, освободила несчастных и ничего не взяв за спасение удалилась восвояси.
   - За что купил, за то продал. Этой версии придерживаются все девушки. Не слово в слово, но в целом все говорят одно и то же. А эта егоза, которую нас попросили увезти отсюда, еще и пообщалась с их главарем. Его зовут Джей-Гул, как-то так. Когда он ее пытался вытащить из клетки, которую, кстати, голыми руками разломал, покусала с его с перепугу. И вроде не обиделся. Вообще, с ее слов получается, что этот Джей-Гул отличный мужик и чуть ли не благородный рыцарь. И что у него есть какой-то свой босс.
   - Бред какой-то. - Задумчиво хмыкнул Даймон.
   Гоблины - мелкие, злобные существа. В целом их можно считать разумными, у них есть даже своя примитивная культура. Среди прочего, эта культура включает в себя ритуальные пытки и поедание других разумных существ. И если предположить, что эти существа собрали достаточно сил, чтобы одолеть Акуро с его солдатами, еще возможно то... Отпустили пленниц?
   - Это точно не гоблины, девочка, навероное, ошиблась. - Сказала Эра. - Может быть, какой-то другой вид монстров, не знаю. Имей гоблины достаточно сил, чтобы справиться с тем ублюдком, они давно перебили бы всех людей здесь.
   - Я тоже так подумал. - Сказал Брайс. - В любом случае, подобные монстры - это реальная угроза. Мы ничего не знаем о них, кроме того, что они достаточно сильны, чтобы одолеть мастера меча с его подручными. Кто их удержит, если они решат побыть плохими ребятами?
   - Мне бы хотелось самому поговорить с той девочкой. - Задумчиво протянул Даймон. - Нужно побольше информации. Если здесь и в правду завелись подобные монстры, то гильдия просто обязана послать отряд зачистки и перебить их раньше, чем они станут реальной угрозой.
   - Ну, мы все равно обещали ее взять с собой, так что не думаю, что с этим будут проблемы. Имей в виду, ребенок видит ситуацию не так, как мы. Если она поймет, что мы не собираемся дружить с сомнительными монстрами, она может не захотеть помогать.
   - А что местные, как восприняли новости?
   - По разному... Некоторые рады, что Акуро исчез, но побаиваются, что вернется и будет хуже. Есть такие, кому не нравится, что прибыло новых ртов, хотя никто не собирается гнать их. Один старикан ляпнул, что Акуро защищал эти земли, и без него всем настанет жопа, его чуть насмерть не забили. Могу сказать, что все встревожены появлением новой неизвестной силы.
   Все трое замолчали, размышляя.
   - Все ерунда, лидер. - прервал тишину Брайс. - Я позову девчонку и ты уже сам разберись, что к чему. Я думаю сходить глянуть на место событий, вдруг найду какие зацепки. Ты сам-то как?
   - Справлюсь. Пару дней только отлежаться нужно.
   - Эра, а ты?..
   - Я в порядке, Брайс. Это было плохое приключение, но уже все нормально. Сейчас надо подлатать Даймона, добраться до гильдии, сдать работу и взять новую.
   - Уже не собираешься на покой, а?
   - Не раньше, чем выпущу этому уроду кишки.
   - Ха, я буду держать его в тот момент. Ну, ребята, тогда я пойду позову Аннику и сбегаю гляну на 'поле битвы'. Оно не очень далеко, судя по всему.
   - Давай. - Махнул рукой Даймон.
  
   *** Талик
  
   Узнав о том, как прошла схватка, Талик испытал огромное облегчение. Система уровней, хотя и выглядела в реальности, мягко говоря, странной, была похожей на привычную из игры. Орки 30 уровня, которых послал Варбосс, без каких-либо проблем одолели бандитов (Талик уже не сомневался в их социальной принадлежности).
   Талик вспомнил, как глава орков порывался пойти 'на разборки' сам, или хотя бы послать сильнейших из своих подчиненных. Идею, почему Талик настаивает именно на самых слабых, он понял не сразу, если вообще понял. Еще Талику не очень понравилось отношение Варбосса к тому, что придется взаимодействовать с эльфийкой. Орк морщился и сопел, когда Талик обьяснял ему, каким образом будут добираться до места событий.
   Сначала Талик думал сделать вид, что ничего не заметил, но потом что-то в нем взыграло. Он прямо спросил орка:
   - Варбосс, я вижу, что ты не в восторге. В чем проблема?
   Тот довольно долго собирался с мыслями, но потом неожиданно емко ответил.
   - Пророк, я чувствую себя униженным. Орки всегда служили вам всей душой. Всегда выполняли ваш приказ своими силами. Я никогда не думал, что нам придется полагаться на эльфов и их магию. Ваше недоверие к нам горько для меня.
   Талик сначала даже растерялся. Однако оставлять такие настроения ему никак не хотелось. Он не сразу подобрал слова, которые показались ему подходящими.
   - Варбосс, ты все в корне неправильно понял. У меня нет недоверия к вам. - Это была откровенная ложь, он не просто не доверял, он откровенно побаивался своих 'слуг'. Но не говорить же об этом вслух. - Здесь дело в скорости. Я не хочу слишком затягивать знакомство с миром, а своим ходом твои ребята будут добираться туда очень долго. Я хочу, чтобы вы взаимодействовали не потому, что ты чего-то не можешь. Просто от совместной работы результат будет намного лучше, чем если каждый будет делать все сам по себе. Кроме того, самого сильного из тех людей обязательно надо взять живым. Это очень важно, я уже говорил. И если твои бойцы порежут его в хлам, то эльфы не дадут ему умереть раньше времени. Понимаешь?
   - Я постараюсь это понять, Пророк. Простите мою недалекость.
   Варбосс тогда не выглядел убежденным на все сто, но, по крайней мере, перестал так откровенно проявлять недовольство на лице. Талик не стал лезть ему в душу дальше.
   Вот и проблемы, подумал тогда Талик. Во всех фентези орки и эльфы ссорились. Очень бы хотелось избежать такого. Интересно, это вообще возможно?
   А сейчас Талику доложили о ходе боя, и он искренне радовался. Радовался и Варбосс, застывший в поклоне перед столом его кабинета. Талик запретил им коленопреклонение, оно слишком сильно смущало. Поклоны тоже, но не так сильно.
   - Вы отпустили тех, кто был в плену этих людей? Проблем не было?
   Талик уже знал, что те добрались до деревни без проблем - за этим проследили сталкеры Илладрии. Но хотелось узнать точку зрения орка.
   - Да, Пророк. Отряд освободил человеческих женщин. Глава отряда говорит, что одна из них просила довести их до деревни и приглашала в гости, но это не входило в приказ.
   - Надо же, я думал, что они испугаются.
   - Так и было, Пророк. Один ребенок быстро понял, что мы не угроза в данный момент, и приставал к бугаю с вопросами.
   - А что сам бугай об этом думает?
   - Он немного беспокоится о судьбе ребенка. Говорит, у нее храброе сердце.
   Талику было приятно слышать об этом. Если ребенок пытался поговорить, значит, контакт без применения силы вполне возможен. Надо будет развить этот успех.
   - Хорошо. Я хотел бы с ним поговорить при случае. Что с теми, кого вы захватили?
   - Девятнадцать человеков, один из них - слабый колдун, пытался спрятаться среди собственных пленных. Мы выкопали несколько ям для них. Там они ждут Вашего приговора.
   Слово 'приговор' царапнуло Талика за сердце. Его никто не назначал судьей, не вручал права на подобное. Он не чувствовал за собой права решать за кого-то его судьбу. Его до сих пор одолевали сомнения, как поступить. И свое распоряжение захватить пленных он понимал, как необоснованный произвол. С другой стороны, здесь не было полиции, на которую можно было бы сбросить эту ответственность. А имея хоть какую-то возможность что-то предпринять, он не хотел позволять банде убийц и насильников гулять на свободе. Это было против всего, во что он верил.
   - Я слышал, их было больше двадцати?
   - У меня нет оправданий, Пророк. - Орк сгибался под тяжестью груза вины. - Двое не пережили бой. Парни принесли их тела.
   - Не переживай так. - Талик уже научился не теряться в таких случаях. - Всё по плану. Отправляйся к себе, я через пару часов приду говорить с пленными. Мертвые будут нужны для экспериментов.
   - Я все подготовлю к Вашему визиту. - Пробасил орк и покинул кабинет.
   Дрэга, до сих пор хранившая молчание, спросила:
   - Позвольте выразить восхищение вашим планом. Я только сейчас понимаю глубину вашего замысла. Вы испытали силу врагов и союзников, захватили 'языков', материал для экспериментов, чародея из местных, и выяснили, способны ли аборигены видеть в ваших слугах не только врагов. Теперь я понимаю, почему вы не позволили мне лично уничтожить их всех.
   - Ну, в целом верно, да... - Нерешительно согласился Талик.
   На самом деле из перечисленного он думал лишь о проверке сил и не хотел отягощать свою совесть. Остальное само вышло. Он оглянулся на Дрэгу, застывшую в почтительном поклоне.
   Вчера он нашел способ избавить их от этого помешательства с поклонением. Точнее, выяснил одну из причин, по которым на него так реагировали все бывшие НИПы гильдии. Было стыдно понять это так поздно, но лучше так, чем никогда. Все дело в аурах с пассивными эффектами. Еще на 90 уровне они стали потреблять столь ничтожное количество маны, что он перестал отключать их эффекты вообще. Их расход даже частично не перекрывал регенерацию. [Аура чистоты], [рвение], [святое покровительство] - они давали постоянный положительный эффект, небольшой, но с очень широкой областью действия. В игре - ничего особенного, как для топ-17 сапорта кластера. А здесь его ауры буквально сводили окружающих с ума. Когда он отключил эффекты, 'вассалы' стали вести себя куда адекватнее. Пусть они все так же ловили каждое его слово, но уже не напоминали конченых фанатиков.
   [сообщение]
   - Пророк, позволите войти?
   - О, Илладрия, входи, конечно.
   Она использовала [сообщение] вместо стука в дверь. Это было так привычно для Талика, что даже казалось странным. В жизни в двери тоже давно никто не стучал - придя в гости или на ковер к начальству, оттуда всегда связывались через импланты.
   Эльфийка вошла и грациозно поклонилась.
   - Я пришла с докладом по вашему поручению относительно разведки в лесах.
   - Быстро ты. - Улыбнулся Талик.
   - Я польщена вашей оценкой. - Склонилась та.
  
   *** Орки
  
   Стойбище орков, состоящее из семи огромных скоплений шатров и свиных загонов. Оно располагалось на равнине между фермами людей, вынесенными за стены города, и горной грядой. Дым от мирных костров и очагов тянулся в небо, как всегда до этого.
   Но больше ничего не напоминало об обычном размеренном спокойствии стойбища. Оно гудело пчелиным ульем, а всерху могло показаться, что кто-то разворошил огромный муравейник палкой.
   Перетягивались 'по ровному' шатры, лихорадочно перекладывались распущенные бревна, образующие тропинки. Женщины спешно снимали с веревок стиранную ткань и выскабливали до зеркального сияния посуду. Обычно ленивые бугаи плечом к плечу с простыми парнями перекапывали выгребные ямы, подправляли ограды загонов и подновляли курятники. Латались вечные дыры протертостей на кожаных пологах. По всему лагерю носились возмущенные свиньи, куры и гуси, за которыми с матом гонялись зеленые здоровяки.
   Всюду ровным гулом стоял тысячегласный гомон, в котором трудно было отделить орочий мат от детского хохота и визга. Иногда выделялись отдельные вопли вождей.
   - И, взяли!
   - Пачему на дороге опять гавно?! Убрать!
   - Вай-гол какова хера твой шатер заляпаный! Разверни чистой стороной! Чо? ДА МНЕ ПОХУЙ Я СКАЗАЛ РАЗВЕРНИ!!!
   - Чей это кабан?!
   - Уйми дитё!
   Орочьи племена наводили порядок. Шумное, крайне травмоопасное и всегда откладываемое мероприятие. Босс сказал - придет Творец. Значит, все должно сиять.
   Джей-Гул, как и все, проникся важностью события. Еще бы - Творец был тут ровно один раз, когда наделял своих творений правом жить здесь. Надо было не ударить мордой в грязь. А ну как вступит в какаху или споткнется о пьяное тело. Или духан немытых ног с перегаром из чьего-то шатра оскорбят святое чело. Такого допустить никак нельзя, и дело даже не в оторванных яйцах впоследствии.
   Всем оркам хотелось похвалы своего всеотца. Хотелось, чтобы тот одобрил, дал понять, что всё правильно. Показать, что живут по его заветам и счастливы.
   А еще Джей-Гул узнал, что привлек его внимание к себе лично. Босс так и сказал - Творец за тебя спрашивал, хочет с тобой говорить.
   Хорошо это было или плохо, Джей-Гул пока не знал. Врядли само святейшее существо призывает его под светлы очи, чтоб похлопать по плечу, мол, все заебись сделал. Скорее наоборот - показательно вздрючит. Мол, лопух, рейд провален, в шатре курями насрано, жены страшные и вообще позорно умри в мучениях.
   Чтоб не маяться в неизвестности, Джей-Гул, как и все, принимал участие в устранении вероятных проблем. Шатер сиял, яма присыпана, одежда срочно подлатана, ноги вымыты и клыки начищены. Обе жены подвели раскраску на лицах и получили супружеское внимание для радости в глазах. Живность - надежно упакована в загоны.
   Вчера эльфка-чареодейка их так и перебросила прямо в лагерь. Не пришлось идти через это стремное кладбище. Сразу перед шатром вождя и оказались. Вождь посокрушался, что не все живые, оценил награбленное и похвалил. Принесли кучу полезного для хозяйства, такого, на что Творец даже не посмотрит. Заботу о пленных вождь перекинул на кого-то другого, и Джей-Гул с чистой совестью отправил парней бухать и хвастаться. Все-таки, первый рейд в новом мире именно за ними. И неважно, что враг слабенький.
   Он не думал, что Творец заявится сюда лично. И в самом деле, ну что ему тут делать? Высочайшее внимание, конечно, льстит, но где внимание начальства, там всегда проблемы. Начальство никогда не заморачивается там, где нет проблем. Значит, даже если их нет, то появятся.
   Наконец, прозвучал горн, который можно было услышать только по большим праздникам. Было пора идти. Вожди и боги не любят ждать.
  
   *** господин Акуро
  
   Акуро никогда в жизни так ужасно себя не чувствовал. Он не знал, где находится и как сюда попал, хотя, помня последний бой, был уверен, что в плену. Глубокая сырая яма, круглая, в полный рост диаметром и в полтора роста высотой. Сверху - грубая решетка.
   Он очнулся от жуткой, ноющей боли в руке, и обнаружил себя без какой-либо одежды. Все тело в синяках, искалеченная рука туго замотана. В глазах двоилось, его тошнило, кружилась голова. Он коснулся лица и тут же отдернул руку - лицо пронзила боль. В яме не было ничего, в чем могло бы посмотреть свое отражение, но зрела уверенность - прежним красавчиком ему уже не быть.
   Сверху доносился какой-то шум и крики, но не было похоже, что кто-то сражается. Ему страшно хотелось пить, и он слабым голосом попытался докричаться наверх, но, судя по всему, никто не слышал.
   Долго ему тут так мучиться? Зачем его притащили? Что это было за чудище? Как сбежать отсюда? Что случилось с его людьми? Вопросы, на которые не было ответов, роились в голове вперемешку со вспышками боли. Оставалось только ждать.
   Он сидел в яме несколько часов после того, как пришел в сознание. Время отмерял по освещению в своей яме. Долгое время не решался, но потом все же справил нужду у стенки ямы подальше. Наконец, послышался протяжный высокий вой, перешедший в хрип. Судя по громкости, это был какой-то духовой инструмент, а не голос живого существа. По крайней мере, он надеялся, что это не какой-нибудь зверь, которому его скормят.
   Решетка вверху отошла в сторону и вниз заглянули две зеленые клыкастые рожи.
   Две. Получается, что это чудовище там не одно такое? Акуро внутренне содрогнулся. Такие твари не должны существовать. Конечно, они не могут быть так же сильны, как та, что его отделала. Но сам факт того, что полулюди достаточно умны, чтобы говорить, и среди них могут быть талантливые воины... Они должны быть истреблены. Любой ценой, под корень. Человечеству и так хватало проблем с эльфами и безбожниками.
   Одна из тварей спустила длинную палку и чувствительно ткнула его. Акуро зашипел и попытался отмахнуться. Сверху послышалось удовлетворенное ворчание, и один из уродов спрыгнул вниз. Акуро, не задумываясь, попытался ткнуть кулаком в пах, но руку тут же перехватили и с хрустом заломали. Он зашипел от боли, но сдержал крик.
   Монстр другой рукой схватил его за ногу, и как куклу подбросил наверх. Перелетев через край и упав на землю, Акуро впал в отчаяние. Зеленых монстров вокруг были десятки. С оружием, таким же по качеству или даже лучше, чем у того Джей-Гула. Деталей обстановки он рассмотреть не успел. Ему на голову накинули пыльный кожаный мешок и куда-то потащили под руки. Когда он попытался упереться ногами, сопротивляясь, получил сильнейший удар по печени, и дальше его просто волокли.
   Путь был недолгим. Спустя минуту его с силой поставили на колени и сдернули мешок с головы. Акуро быстро осмотрелся. Судя по всему, он был внутри огромного шатра. Выделанная кожа поверх толстых, прочных опор, была раскрашена грубыми, но гармоничными рисунками. В центре стоял каменный очаг, а вокруг очага расположились несколько зеленокожих и два существа, которых Акуро никак не ожидал увидеть здесь.
   Молодой парень в невероятно дорогой мантии. Жалкое подобие этой ткани с печатной вышивкой одевали высшие жрецы Теократии на ежегодной большой молитве. Правильное, но совершенно незапоминающееся лицо - едва отведя взгляд в сторону, Акуро не мог вспомнить, как оно выглядит.
   Женщина совершенно поразительной красоты. Не той, какую приписывают принцессам, скорее, той, которая пошла бы дочери Дьявола. Порочная, жгучая красота, от мимолетного взгляда на которую зреет вожделение. Она была защищена полной броней, настолько черной, что слезились глаза - открытой была лишь голова. Акуро захотел ее. По-настоящему. Его обжигало желание обладать такой женщиной, быть ее хозяином.
   Парень пил что-то из грубой чашки и прервал какой-то разговор с одним из зеленокожих, мало чем отличавшимся от тех, что Акуро видел до этого.
   - А вот и наш гость. - Голос очень подходил к такому лицу. Хорошо поставленный, с совершенно не запоминающиися интонациями.
   - Я не гость, а пленник. - Прохрипел Акуро.
   - Да, это тоже верно. - согласился безликий. - Как к вам обращаться?
   - Акуро Боган. Кто вы?
   - Меня устроит обращение на 'вы', без имен.
   - Это не очень вежливо, господин 'вы'. - начал прощупывать отношения Акуро.
   - А это не важно. - Мягко припечатал безликий. - Вы здесь, потому что я хочу задать вам много вопросов.
   - Я постараюсь ответить на них, уважаемый господин.
   Акуро неплохо знал таких людей. Вежливые, иногда даже кажущиеся нерешительными. Никогда ничего не делают собственными руками. И как правило - за ними огромная сила. Деньги, войска, влиятельные друзья. Не приемлют невнятных ответов, легко раздражаются, если на них давить. С такими очень легко подружиться, если быть полезным, и очень легко поссориться, если разочаровать.
   Судя по тому, как он себя ведет, он здесь главный. Акуро отлегло от сердца - вероятнее всего, это какой-то могучий волшебник, создавший несколько десятков монстров себе в качестве слуг. Откуда волшебник, судя по всему, не очень уступающий легендарному Парадину, взялся здесь - вопрос вторичный. Чем его привлек Акуро - это уже вопрос первой важности. Нужно оправдать его ожидания, и тогда есть шанс остаться в живых.
   А то и хорошего знакомого завести. Сильные друзья - это всегда хорошо.
   Безликий задавал вопросы, очень общие, на которые трудно было ответить коротко. Возникало ощущение, что он не с этого континента. Решительно ничего не знал ни об истории стран, ни о церкви Героев, ни о Королях Жадности, ни даже о том, какие страны здесь существуют и какие в них порядки. На Королях и Героях он особенно заострил внимание, спрашивая очень странные вещи. Как выглядели, какие у них были слуги. На эти вопросы у Акуро не было ответа, ему было немного страшно говорить такие слова. Не его вина, что он не знал имен Королей, но кого же это волнует? Уж точно не этого странного волшебника.
   Допрос с пристрастием затянулся на целые часы. За это время Акуро выдал все, что знал, вспомнил даже то, о чем давно забыл. Наконец, безликий задумчиво пожевал губами и сказал:
   - Пожалуй, пока что всё. Отправьте его обратно. - Сердце Акуро радостно встрепенулось. - В яму, или где он там сидел.
   - Господин - взмолился Акуро. - Чем я прогневил Вас? Скажите, я это обязательно исправлю. Я удовлетворил ваш интерес, неужели я заслужил за это смерти в яме от гноящихся ран?!
   - О, - сухо заметил безликий. - Ты заслужил куда большего. Но кое-в чем ты все-таки прав.
   Безликий встал и подошел к Акуро. Его присутствие вообще не ощущалось, будто этого человека просто не существовало. Он что-то прошептал, и Акуро с удивлением отметил, что его разом покинула вся боль. Спустя мгновение тело приятно зазудело, особенно в лице и на месте искалеченной руки.
   - Снимите повязку - велел безликий.
   Зеленокожие, что держали его за руки, тотчас выполнили команду. Акуро с некоторым страхом поднес руку к глазам и поразился. Буквально на глазах отрастала кость, и по ней поднималась покрытая нежной, розовой кожей плоть. Спустя несколько мгновений рука была в буквальном смысле как новенькая. Без единой мозоли, бледно-розовая кожа, идеально гладкие, как у ухоженной женщины, ногти.
   Акуро был в шоке. Он слышал о подобном волшебстве, что на него, якобы, способны высшие жрецы церкви Героев, но всегда считал досужим вымыслом. Он потрогал лицо - оно было идеально целым. Даже шрам на подбородке, полученный зачарованным мечом много лет назад - и тот исчез.
   Безликий отвернулся и лениво махнул рукой. В тот же миг на голову Акуро снова накинули мешок, и спустя короткое время он снова очутился в яме. Но теперь Акуро верил, что с ним все будет в порядке. Потому что он умеет быть полезным, а человек, который его допрашивал - явно любит полезных людей. Очень, очень могущественный человек. Акура начал считать, что ему на самом деле повезло, что он попал в такой переплет. Такие покровители стоили и бОльшего, чем посидеть в яме.
  
   ** Талик
  
   Талик сидел в шатре Варбосса и переваривал информацию. Пленник оказался довольно знающим в том, что касалось местного мироустройства. Не стал создавать проблем, а сразу понял, что от него хотят. Талик ожидал, что все будет намного хуже, что придется прибегать к пыткам и другим негуманным методам.
   Ему сначала было мерзко слушать этого человека. Закостенелый расист, двинутый на почве религии и превосходства его нации над всеми остальными. Это касалось не только других рас, но и людей, не разделяющих его веру и происхождение. Люди с подобными взглядами на жизнь были и в 'реальной' жизни, но это несколько раз привело к огромным войнам. На Земле за такие взгляды можно было запросто сесть в тюрьму.
   Но кое-что его все-таки отличало от привычных нацистов. Этот во всех отношениях плохой человек следовал определенным правилам, и верил в то, что делает. Он, как бы это сказать, не был ханжой. Не был трусом, и был тверд в своих убеждениях, в своем намерении защищать свою правду. Не пытался обмануть или давить, уходить от ответов. Талик до разговора буквально горел жаждой 'правосудия', а сейчас, поговорив с ним, не знал, как поступить.
   Ну, пусть пока в яме посидит. Потом что-нибудь придумаю. Я плохо поступаю? Честно - да. Честно - да и пофиг.
   Этот Акуро рассказал довольно много об окружающем мире, но Талика больше всего заинтересовали несколько вещей. Во-первых - местные легендарные фигуры. Богоподобные и всесильные, которые перекраивали мир по своему желанию. Короли жадности.
   Талик их неплохо знал. Довольно заносчивые снобы, хорошо разбирающиеся в игре. Сильная гильдия, очень сильная, Талика несколько раз нанимали для их рейдов, и даже пытались сманить насовсем. Их неслабое ЧСВ в игре было целиком и полностью оправдано. И вот они, похоже, оказались здесь. По местному календарю довольно давно, лет восемьсот назад. Не все, а только верхушка, но этому миру хватило и восьмерых топ-задротов. Эти по большому счету неплохие ребята попросту уничтожили цивилизацию, попав сюда. Сорвало крышу от вседозволенности? Похоже на то. Судя по тому, что Талик узнал от пленного, 30 уровень здесь - это запредельная для абсолютного большинства сила. Что такое 30 по меркам Иггдрассиля? Ничто.
   Героев, основавших эту Теократию Слейн, Талик не знал, не мог вспомнить кого-то похожего. Наверняка были и другие, просто оставившие не такой сильный след в местной истории. А может быть, они есть и сейчас, просто не выделяются. Или появятся снова.
   И хорошо еще, если это будут ребята вроде Лестницы в Небо. А если психопаты вроде АОГ? Что они будут делать, придя сюда? Перекраивать мир под своё видение, как все должно быть? Реализовывать амбиции из своей жизни? Страшно даже подумать, на что способны такие люди. Которым просто так досталась вполне конкретная божественная сила.
   Чем может стать он сам?
   И ведь нельзя честно сказать, что он не хочет уничтожать мир. Пленник озвучил вещи, с которыми Талик не хотел бы мириться в принципе. Такие, как межрасовая война на уничтожение. Такие, как рабовладение. То, что в мире Талика ушло в далекое прошлое, став просто несовместимыми с логикой строками сухого текста.
   В мире, где нет полиции, нет огнестрельного оружия, нет единого закона, нет средств связи. В мире, где закон - это всего лишь условие для насилия. Имея силу, близкую к абсолютной, что он будет делать?
   Это было тяжело принять. Его все устраивало сейчас, но будет ли так продолжаться. Легкое напряжение в отношениях между Варбоссом и Илладрией вполне может стать причиной реального конфликта. И это может быть только первой ласточкой. Кто знает, какие тараканы бегают в голове у остальных.
   И нельзя не учитывать возможность того, что где-то здесь, в мире, присутствуют другие могущественные силы. Местные, или другие игроки. Ни Короли, ни Герои, ни другие упомянутые 'божества' не умерли своей смертью, так или иначе. Так что, неважно, насколько Талик силен по местным меркам. Он не будет вот так просто заставлять людей жить так, как ему хочется. Пусть тут нет закона в привычном понимании этого слова, но у него есть лично его взгляды на жизнь. И эти взгляды категорически не приемлют отношения, которые приняли Короли.
   Многое предстояло обдумать. Талик обратил внимание, что совсем не устал за время допроса, хотя за несколько часов должен был.
   - Варбосс, ты говорил, там есть колдун. Пусть его приведут сюда, только мешок с головы снимать не нужно. А лучше пусть ему завяжут глаза.
   Мало ли, вдруг умеет в [сообщение].
  
   *** группа Даймона
  
   - В общем, вот все, что я нашел.
   Брайс аккуратно разложил на грубом деревянном столе тряпичный сверток. Внутри оказалась окровавленная плоть. Нельзя было даже сразу сказать, что это.
   - Надо полагать, оно того стоило, раз ты притащил это сюда? Что это? - С сомнением уточнила Эра.
   В ней давно не было того новичкового страха перед кровью и расчлененкой. Но любить это все или даже равнодушно относиться она так и не научилась.
   - Это кусок кисти. Видишь, пальцы, а вот половина кисти. Есть основания полагать, что это наш любезный господин Акуро. Точнее, его рука.
   Глаза Эры будто покрылись льдом при упоминании этого имени.
   - Я это предполагаю по ногтям. Рука мужская, но очень ухоженная, особенно ногти.
   - Я рад слышать, что у этого мудака теперь серьезное увечье. - Мрачно сообщил Даймон со своего лежака. - Но я так думаю, что ты не просто так притащил сюда его ошметок?
   - Верно. В основном, чтобы поделиться наблюдением, и, возможно, его подтвердить.
   - Что за наблюдение? - напряженно спросила Эра.
   - Эта травма нанесена с двумя исключительными факторами. Первый - оружие. Я кое-что понимаю в остроте клинков. Поверьте мне, так идеально разрезать кость на весу - на такое способен далеко не каждый клинок. Одним махом, не раскрошив и не смяв, просто чик - и все.
   - А второй?
   - А второй - не менее исключительное умение. Срез идеален не только в плане остроты оружия. Оно шло полностью прямо... Как бы сказать. Когда наносится рубящий удар, рука так или иначе подворачивает лезвие, и оно идет немного под углом. Но не в этом случае. Короче говоря, наш общий знакомый встрял в переплет с куда более умелым бойцом.
   - Итого, что у нас тут есть. - Подытожил Даймон. - Могучие гоблины выше человека ростом. Вооружены сказочно острым оружием. Как минимум один из них достаточно крут, чтобы уделать мастера меча в рукопашной.
   - Ага. А еще за милю кругом нет ни одного хищника и падальщика. Рука там считай почти весь день валялась. Вы как, поговорили с девочкой?
   - Да. - нехотя протянула Эра. - Она рассказала все то же, что и ты, только чуть подробнее. Она и в самом деле искренне верит, что те монстры - друзья. Наотрез отказалась уезжать, несмотря на все уговоры матери. Говорит, что обещала этому 'дяде Джей-Гулу', что будет ждать его в гости. Непохоже на помешательство, она искренне верит в доброту монстров, в остальном ее здравомыслие не подлежит сомнению. Но забрать ее отсюда можно только силой, думаю, это плохая идея. Могу сказать одно - мне уже хватило приключений в этом проклятом лесу, и совершенно не тянет встрявать в еще одну историю. Пусть разбирается гильдия.
   - Отлично тебя понимаю - согласился Брайс. - Я поговорил с местными, они готовы продать нам повозку и лошадь. Если вы согласны потратить пять монет на транспорт, мы сможем убраться отсюда сегодня же.
   - А не много ли, пять монет? - Подняла бровь Эра.
   - Ну, они не сразу пришли к такой цифре. Сначала вообще не соглашались, потому что лошадей на деревню три, а деньги можно потратить только очень далеко отсюда.
   - Справедливо. Хорошо, я за. Даймон, что скажешь?
   - Скажу, что не очень хочу сидеть тут и ждать нашествия неизвестных монстров. Нам не платили за это, тем более, если там кто-то одолел Акуро, то нам точно ловить нечего. Оставь монету сверху старосте, за доброту.
   - Как скажешь, лидер.
   Брайс ушел договариваться. Эра хлопотала над Даймоном и в ее душу закрадывались сомнения. Против всех доводов здравого смысла ей хотелось хотя бы увидеть тех, кто невольно отомстил за них. Пусть даже это и монстры. И еще, в этом желании было что-то от бунта. Против догм Теократии о превосходстве людей, и против догм Империи Бахарут и Королевства Ре-Эстиз. Может быть, монстры, с которыми можно найти общий язык, существуют? Они доберутся до гильдии и подадут свидетельства, и сюда вполне может направиться по-настоящему сильная команда для зачистки. Убить всех 'гоблинов', не разбираясь, в чем правда, просто потому, что те могут быть опасны. Разумно ли это, достойно ли - нападать на тех, кто всего лишь может стать угрозой?
   Она не была уверена.
  
   *** Талик
  
   Допрос второго человека, назвавшегося магом-целителем, поставил Талика в тупик. В отличие от предыдущего, этот совершенно не имел чувства достоинства, и бОльшую часть времени ныл, прося его пощадить. Только прямая угроза расправы заставила его относиться к происходящему более ответственно.
   Гильдия искателей приключений. Танки, маги, целители, ловкачи. Задания и награды.
   Господи, что за идиотизм? Талик был в некотором шоке. Это атрибуты игры, они не могут существовать вне игры. Гильдия авантюристов - это инструмент гейм-дизайнеров для простоты управления игрой. Способ объединить интересы игроков в более-менее прогнозируемое русло. Способ быстро доносить до новых игроков информацию об ивентах. Способ сократить и упростить наименее интересные элементы квестов.
   Это не то, что могло бы существовать в реальности. Пусть даже тут вполне существовали уровни и боевые навыки, но все же.
   Гильдия авантюристов - это независимая организация, в состав которой входят люди без обязательств перед государством. Сильные люди с оружием, не являющиеся вассалами. Какой идиот позволит существовать такой организации у себя под боком? Получается, что такие идиоты были, и их было много.
   Из всех стран, о существовании которых он сегодня узнал, ему показалась здравой только политика Империи Бахарут. Император, недавно пришедший к власти, не то, чтобы упразднил традиционную гильдию. Просто перепоручил профессиональным военным задачи, которые гильдия обычно выполняла. Начал переманивать видные кадры.
   На редкость здравомыслящий человек, отметил для себя Талик. Надо бы как-нибудь пообщаться.
   Но в целом существование подобной гильдии заметно упрощало всё, от пасивного сбора информации до конкретного шпионажа и не только. Еще бы, достаточно иметь жетон авантюриста, чтобы тебя пускали без проблем в любой город. Никому не отчитываешься, делаешь, что хочешь. Идеально. Можно развернуть агентуру любой направленности.
   Вильгельм наверняка будет счастлив предоставить кандидатов в 'приключенцы'. Да и самому Талику не помешало бы познакомиться с местными элитами - высокоранговые авантюристы считались одними из самых могущественных людей в мире.
   Интересно, что удерживает их от того, чтобы войти во власть? Явно все было не так просто.
   В душе у Талика стало светло и приятно. Вот он, способ посмотреть на мир, не создавая проблем себе и окружающим. Пусть глупо и наивно, но если здесь это нормально, то почему нет?
   Допрашиваемый парень вызывал даже некоторое сочувствие. Чуть моложе Талика, ведомый сказочными историями, попал в сложное положение и получил очень дерьмовый выбор, как поступить. По хорошему, его можно было бы и отпустить восвояси, но теперь он, как говорится, 'слишком много знал'. Талик подумал и заговорил.
   - Ты мне помог, и не сделал в целом ничего дурного. Я не хочу создавать тебе проблем. Но не могу и отпустить. Скажи, чего бы ты хотел, помимо свободы?
   Парень с завязанными глазами поник.
   - Господин, я... Я хотел стать сильным, важным и полезным, но не получилось ничего из этого... Пощадите меня, пожалуйста, я сделаю все что вы скажете...
   - Ты не понял вопрос. Я спрашиваю, чего ты хочешь, при условии, что в ближайшее время не вернешься домой?
   - Я... Господин, я могу учиться у вас? Вы очень сильны, я это понимаю, и вам служат такие могучие чудовища, вы бы никогда не оказались в моей ситуации. Я хочу учиться у вас.
   Вопрос поставил Талика в тупик. Ну и чему он, пользователь заклинаний, может научить кого-то? А хотя, есть идея.
   - Я не буду учить тебя сам. Но знаю сильного чародея, который, возможно, согласится на это. Имей в виду, если ты согласишься, то тебе придется переступить через некоторые свои принципы... Если они есть.
   - Я готов, господин! Все что скажете!
   - Хорошо. Нытья потом слышать не хочу. Дрэга, я хочу, чтобы ты доставила остальных пленых и этого парня к Мариусу.
   - Я все сделаю, Пророк. - Почтительно склонилась та.
   [сообщение]
   - Мариус, ты занят сейчас?
   - Я пытаюсь научить этих тупых вампиров не так предсказуемо играть в шахматы.
   - И как успехи?
   - Ничтожно и унизительно, Пророк.
   - К тебе скоро явится Дрэга, и приведет людей из местных жителей. Тебе задача - одного из них обучить хоть чему-нибудь. Я понимаю, это расплывчатая формулировка, но попробуй найти в нем талант хоть к чему-то из того, что ты знаешь.
   - Почту за честь, Пророк. А что делать с остальными? - Хищно поинтересовался лич.
   - Все что в голову взбредет. Все, для чего могут понадобиться живые или не очень подопытные.
   Эти люди были вне закона, и за многих из них была назначена государственная награда. Формально, убив их (точнее, поручив это кому-то другому), Талик не нарушал закон. Фактически же, несмотря на тот факт, что это были откровенные преступники, Талику было тяжело принимать решение о том, чтобы они умерли. Ну что ж, Талик, вот и твоя первая сделка с совестью...
  
  Глава 8
  
   ** Джей-Гул
  
   - А вообще хорошо тут у вас. Мне нравится, как-нибудь еще зайду.
   Самое могущественное существо в мире смотрело Джей-Гулу прямо в душу и тепло улыбалось. Скромной такой улыбкой, будто робкий приятель в гости зашел.
   Визит творца подходил к концу. Джей-Гул был рад, что ему тут понравилось, но чувствовал огромное облегчение. Последние пару часов ему мучительно хотелось отлить. Это был, можно сказать, вопрос жизни и смерти. Но терять лицо было никак нельзя. Тоже вопрос жизни и смерти.
   От встречи с творцом ощущения были непередаваемые. Он был в том же облике, который помнил Джей-Гул по старому миру. Человеческий юноша, почти подросток, белобрысый и улыбчивый. На голову ниже орка и раза в два уже в плечах. Зачем ему быть таким хлипким с виду, Джей-Гул не знал и знать не очень хотел. У богов свои причуды.
   Врядли творец и в самом деле пытался кого-то обмануть этим обликом. Его существование каждый орк чувствовал всегда, а личное присутствие становилось физически осязаемым за милю или даже больше. Присутствие, от которого Джей-Гул казался себе травинкой на склоне вулкана. Величественное и захватывающе.
   Джей-Гул был вдохновлен и счастлив от того, что его вызвали и в самом деле не для показательного разноса. Настолько вдохновлен и счастлив, что под наплывом чувств во время допроса убогого мечника выдул с бочку этого проклятого пива. Варбосс, верховный вождь, даже поглядывал на него с завистью и уважением.
   И когда дела с пленными закончились, и творец изволил говорить с Джей-гулом, пиво напомнило о себе. В ультимативной форме. Орк теперь прекрасно понимал, что значит выражение 'между молотом и наковальней'.
   Творец спрашивал его о походе, вдумчиво, увлекаясь деталями. Джей-Гул степенно и взвешенно отвечал, согнувшись в три погибели. Краем глаза отмечая ненавязчиво хрустящий кулак верховного вождя, понявшего, в чем дело. В кулаке крошилсь хлебной корокой два гранитных камушка.
   Разговор с творцом был не таким уж долгим, хотя показался вечностью. В целом, тот поинтересовался, что Джей-гул думает о противнике (жиденькие они), как прошло освобождение 'гражданских лиц'(как вода утекла) и о чем говорли с тем человеческим ребенком (журчала ручьем, не упомнить). Улыбнулся чему-то своему, когда узнал, что та приглашала Джей-Гула в гости.
   - Это будет еще один великий день, Пророк. - степенно отвечал Варбосс.
   - Варбосс, я всё думаю, может ли от этого Акуро быть какая-то польза. Причина оставить его пока в живых. По местным меркам он сильный воин.
   - У него сильный дух, но слабое тело. Не знаю, какая польза от него может быть.
   - А ты, Джей-Гул, как думаешь?
   - Мое мнение ничто перед вашей волей.
   - И все-таки?
   У Джей-Гула была идея на этот счет, хотя он и не решался ее озвучивать. Рисковать испортить настроение творцу бредовой идеей никто не хотел бы. Но раз спросили, надо отвечать.
   - По сравнению с любым из парней он воин никудышный. Зато более умелый, чем детишки постарше. Хороший противник для них был бы. Подвижный и хочет жить.
   - Хорошая мысль. Варбосс, у тебя нет возражений?
   - Не смею и думать. - виновато поклонился верховный вождь. - Если на то ваша воля, дети будут тренироваться с ним.
   - Надеюсь на тебя, только без смертей, а то толку с такой учебы. Меня ждут дела, я пойду. Дрэга, доставь остальных к Мариусу и потом жди меня в храме.
   - Я все сделаю, Пророк. - поклонилась та.
   - Варбосс, проведи меня до городских врат. Нам надо кое-что обсудить...
   Охрана шатра сначала с подозрением, а потом с интересом следила за Джей-гулом, буквально выползающим из шатра на четвереньках. Он таки успел добраться до ямы.
   Его, же почти сдавшегося, гнал вид мелкой крошки, ранее бывшей двумя грантными камушками. Которая лежала двумя кучками у пустого бочонка.
  
   ** Мариус
  
   - Какая восхитительная ирония. Меньшего от верховного Лорда и ждать не стоило.
   Мариус, скрестив руки на груди, изучал снюшно-бледного, судорожно стучащего зубами юношу.
   Дрэга, нависающая над несчастным с другой стороны, в той же позе, ответила:
   - Это прямой приказ Пророка. Где ты увидел иронию, Мариус?
   - А ты не обратила внимания? Я - чудовище с другой стороны смерти, должен найти талант в живом заклинателе светлых сил. Понимаешь? Похоже, что нет. Какое прискорбное отсутствие чувства юмора. Хотя, зная тебя, неудивительно.
   К прибытию личной слуги Пророка Мариус подготовился со всем возможным тщанием. Он успел перебрать в голове тысячи идей, для реализации которых требовались живые тела и души. Множество теорий нуждались в подтверждении или опровержении, множество заклинаний требовали испытаний. Мариус отобрал самые важные, и все равно, их было больше, чем жертв.
   Один из склепов, рядом с личным мавзолеем Мариуса, был срочно переоборудован под лабораторию. Не то, чтобы вампиры, выселенные оттуда в усыпальницы подальше, были рады такому повороту событий. Но настолько глупых, чтобы возразить своему повелителю, не нашлось. Теперь вместо уютных саркофагов склеп занимали мраморные и гранитные плиты. Из таких получались отличные мемориальные надгробия, но теперь они выполняли роль столов. Рядом со столами располагались пюпитры для журналов, а у стен стояли готичные стеллажи с инструментами, реагентами и свитками. Книг не было - для Мариуса они были бесполезны, все равно он помнил их все наизусть.
   Испытуемые, погруженные в глубокий гипноз, уже лежали на столах, без одежды. Для каждого уже был прописан план экспериментов, и Мариусу не терпелось приступить.
   Он с некоторым неудовольствием отметил тот факт, что Дрэга не привела с собой никого, кроме пленных. Он всерьез подумывал пустить в расход и конвой. Конечно, такой шаг вызвал бы недовольство, но постфактум это было не так уж и важно. По крайней мере, Пророк точно не стал бы придираться из-за такой мелочи.
   - Мне кажется, или ты провоцируешь меня на ссору? - изогнула бровь Дрэга.
   - Конечно же, нет, - отмахнулся лич. - Хотя идея интересна, я бы очень хотел когда-нибудь заполучить твой труп.
   -Ты всегда можешь попробовать, лич. - ледяным тоном произнесла Дрэга, положив ладонь на рукоять меча.
   - Ты принимаешь все слишком близко к сердцу. - хмыкнул Мариус. - Нет большей глупости, чем вмешиваться в планы Пророка, а твоя смерть в них пока определенно не входит.
   Дрэга немного расслабилась.
   - Вообще меня удивляет, каким образом кто-то вроде тебя, вообще может уважительно относиться к мнению живых.
   - Я уважаю в первую очередь желания верховного Лорда, его нельзя называть 'живым' в полном смысле этого слова. Наличие плоти и крови для него не более чем каприз.
   - То есть, к жизни ты относишься как и любая другая нежить? Что удерживает тебя от того, чтобы сеять гибель везде и всюду? - Дрэга очень серьезно смотрела на синие огоньки в глазницах лича. - Только приказ, или что-то еще?
   - Хм. Не только. - Мариус погладил подбородок. - Не буду отрицать, живые существа вызывают во мне некоторое омерзение. Хрупкая, ненадежная плоть, такая зависимая от множества факторов. Разум, зависящий от мимолетных эмоций и переменчивой морали. Неспособность в полной мере контролировать даже функции собственного тела. Это ужасно. Однако всё имеет свою цену. Чем больше опыта, впечатлений, знаний получено в течении жизни, тем совершеннее, прекраснее, полноценнее будет смерть. Не все живые способны развиваться, это правда. - Лич назидательно поднял указательный палец. - Но все умрут. Никто не живет вечно.
   - Ты об эльфах когда-нибудь слышал?.
   - Количество известных мне долгожителей не превышает статистическую погрешность, и для них вопрос все равно еще открыт. Однако, вернемся к нашим насущным делам. Ты. - Мариус поманил пальцем забившегося в угол паренька. - Поди сюда.
   Заклинатель еще глубже вжался в угол. Мариус чуть наклонил голову на бок.
   - Слушай меня внимательно, ничтожество. Владыка велел мне найти и развить в тебе какой-нибудь талант, и я это сделаю. Поэтому ты не умрешь - пока что. Но думать, что это отнимает у меня рычаги влияния на тебя - большое заблуждение. Подойди сюда.
   Заклинатель хриплым шепотом молился, но игнорировал лича.
   - Мда. Я надеялся, что в скором времени мы придем к шахматам. - удрученно отметил Мариус. - Но похоже, что начинать придется с азов дрессировки.
   [Агония]
   Тонкий надрывный крик разорвал покой склепа. Дрэга поморщилась.
   - Что ж, веселись со своим новым питомцем, а я пойду.
   - Заходи иногда.
   - Я подумаю об этом.
   Лич провел ее взглядом. Он и правда надеялся, что она зайдет как-нибудь еще. Собеседник, не согласный с ним хоть в чём-то, был большой редкостью, и Мариус очень ценил это.
   [cancel]
   Тело заклинателя отпустили судороги и оно обмякло. Мариус подождал, пока у парня выровняется дыхание.
   - Итак, вернемся к началу. Подойди ко мне, Лиас.
   - Я. Не надо... - всхлипнул несчастный.
   - Не надо? - поинтересовался лич. - Ты не хочешь испытывать боль? Тогда не испытывай мое терпение. Эти явления взаимосвязаны.
   Лиас неуверенно встал, и, крупно дрожа, подошел к Мариусу. Тот глядел на полумертвого от ужаса мальчишку и удивлялся.
   7 уровень.
   Что имел в виду Пророк, когда поручил ему обучить это убожество? Такое вообще возможно в принципе? Сомнения прервала яркая догадка.
   Лорды никогда не делали что-либо просто так. Всегда и во всем был смысл, пусть не всегда очевидный. Любое решение, любой поступок приводили к ожидаемым Лордами последствиям.
   Могло ли что-то измениться сейчас? Определенно нет, просто его точка зрения непростительно близорука. Если Пророк поручил ему задачу, значит, предусмотрел возможность ее выполнить. И эта задача - всего лишь часть некоего грандиозного ребуса, состоящего из якобы случайностей и целенаправленных действий. А значит, он, Мариус, наконец-то сможет прикоснуться к чему-то поистине великому. Стать чем-то большим, чем привратник. Стать частью выстраиваемой божеством судьбы.
   Мариус грозно навис над сгорбленным и дрожащим человеком.
   - Ты отдаешь себе отчет в том, где и почему находишься?
   - Я... не знаю... Безликий господин сказал... что позволит мне учиться у великого чародея...
   - ХА! А как по-твоему, кто перед тобой?
   Глядя в плывущие от шока глаза будущего ученика, Мариус ощущал давно забытое желание расхохотаться. Чувство юмора Пророка определенно не уступало глубиной его могуществу.
  
   ** Талик
  
   Талик собирался выходить в мир. Уже не первый час. Идея на момент принятия выглядела увлекательно и просто, но когда дошло до дела, начались проблемы.
   К примеру, экипировка. Судя по тому, что удалось выяснить, привычное ему снаряжение не в ходу. Даже убогие уники и легендарки здесь были чем-то запредельно крутым, что говорить о божественном классе. С такой экипировкой о том, чтобы тихо влиться в общество и изучить его, не могло идти и речи. Найти же что-то более-менее подходящее по уровню, хотя бы 'редкое' - было целой проблемой. Такого хлама просто не было - его пускали на кристаллы даже не читая описание, едва такой попадал в инвентарь.
   Когда он обратился за консультацией к Илладрии, начался кромешный ад. Эльфийка поняла выражение 'найти что-нибудь неброское' по своему. Общие палаты в мгновение ока превратились в элитную барахолку, с единственным манекеном. Он уже несколько раз едва сдержался, чтобы не послать ее ко всем чертям. Ее спасли лишь тот самый восторженно-щенячий взгляд и пленительная фигура в обтягивающем платье. Не хотелось видеть ее расстроенной.
   Перцу добавил и Вильгельм. Привел добровольцев на роль 'авантюристов' прямо к этому импровизированному показу мод. Талик смотрел на ровные шеренги упакованных в уники семидесяток. Люди, эльфы и дракониды обоих полов лучились счастьем и жаждой служить, преклонив колено и пожирая его глазами.
   - Вильгельм, я просил подыскать добровольцев из рядового состава. Зачем ты привлек к этому 'королевскую стражу'? - вздохнул Талик.
   - Добровольцами вызвались абсолютно все, Пророк. Я выбрал наиболее достойных из тех, кто не имеет особого звания. - Вильгельм явно был горд собой.
   Талик некоторое время подбирал слова.
   - Ты совершенно не понял идею, Вильгельм.
   Нордический крепыш поник всем телом.
   - Моей недалекости нет прощения. Вы полагаете их недостаточно надежными для чести сопровождать вас в странствиях. Я... Сожалею. Позвольте исправить эту ошибку. Я подберу более достойных.
   Талик закрыл глаза и глубоко вздохнул.
   - Похоже, у нас есть недопонимание. - Он снова окинул взглядом это воинство, вполне годное для хорошего замеса, даже по меркам Иггдрассиля. - Отправь их обратно на свои посты.
   Вильгельм взмахнул пальцами, и семидесятки быстро покинули зал.
   - Во-первых, я не собираюсь ходить под конвоем целой армии. - Он поднял руку, перебивая вдохнувшего короля. - И мы не будем это обсуждать. Я буду под присмотром сталкеров. Если начнутся реальные неприятности, Илладрия вытащит меня через портал.
   - Пророк, мы не можем рисковать вами! - в голосе Вильгельма зазвенел металл. - Вам нужна достойная охрана!
   Талик начал понемногу закипать.
   - Вильгельм, меня убить намного сложнее, чем ты думаешь.
   - Это новый мир, и мы не можем знать всех опасностей, которые он в себе таит!
   - Мы НЕ будем обсуждать это.
   - Я верю, что вы знаете, что делаете. Но, я прошу вас, позвольте вам в этом помочь!
   - Позволю, и даже потребую, когда это понадобится. - Талик начал успокаиваться. - Прости за резкость, но я намного лучше тебя понимаю, что будет просходить. От твоих подчиненных пока нужна готовность в любой момент явиться ко мне через портал.
   Талик лукавил. Он понятия не имел, с чем на самом деле столкнется. Но путешествовать по новому миру в постоянном окружении толпы фанатиков ему совершенно не хотелось. Это неудобно и неразумно. Согласно его плану, несколько человек из бывших НИПов вступят в гильдию авантюристов, в разных городах. Выполняя работу, они обзаведутся знакомыми и будут узнавать о мире, передавая собранные сведения ежедневно в Рассветный Город [сообщением].
   И, чего греха таить, будут наживкой. Излюбленная тактика хардкорщиков - на виду маленькая рыбка, в тени акула. Сталкеры будут пристально следить за 'авантюристами'. Если с ними что-то случится, они предоставят полную информацию. А сам Талик просто постарается привлекать внимания меньше, чем его агенты.
   Как все получится на самом деле, он не был уверен, но риск казался вполне допустимым. В конце-концов, если его таки прижмут, то он как минимум успеет сделать ноги. А если будет такой противник, которого не заметит даже сталкер... От такого все равно ничто уже не спасет.
   - Я подчиняюсь вашей воле. - после долгих душевных терзаний сказал Вильгельм. - Но пожалуйста, помните о важности вашей жизни. Если бы...
   - Нет. - отрезал Талик. Он не был уверен, что стоит перебивать, но выслушивать новые доводы о том же, что и раньше, совершенно не хотел.
   Он с тоской посмотрел на заботливо подобранный Илладрией гардероб. Вдоль стен зала, минуя разве что высокие окна, стояли ряды манекенов с экипировкой. Илладрия в почтительном поклоне ожидала рядом, явно собираясь продолжить эту экзекуцию с примеркой. При этом Талик был вполне уверен, что ничего из предложенного он не будет использовать в своем 'выходе в свет'.
   - Илладрия, спасибо за старания, я увидел даже больше чем ожидал. Я дам знать, когда понадобится что-то. Посмотрю еще в сокровищнице, а пока что верни все это на свои места. Дрэга, пойдем.
   После того, как Талик удалился, Вильгельм встал с колена и, сцепив руки за спиной, задумчиво подошел к окну. Илладрия с грустью смотрела на дверь, через которую удалился Пророк.
   - Никогда не думал, что увижу, как Он сердится на кого-то из нас. - тихо произнесла эльфийка. - Это больно.
   - Мне жаль. Это моя вина. - мрачно ответил Вильгельм, глядя в окно.
   - Возможно. - задумчиво сказала Илладрия. - Знаешь, ведь раньше Он вообще не интересовался нашим мнением. Мне кажется, это не та ошибка, за которую тебя будут винить всерьез.
   - Верно. Что-то изменилось после гибели старого мира. Иногда мне начинает казаться, что это не мир изменился, а мы сами. Я теряю уверенность в том, к чему железно привык, мне это не нравится. Как думаешь, имеет смысл поговорить об этом с Мариусом?
   - Не знаю, Вильгельм. Не то, чтобы я ему не доверяю или недооцениваю его интеллект. Уверена, он понимает намного больше, чем мы все. Просто... Он сотни лет мертв, это накладывает отпечаток на здравомыслие. Вообще, я удивлена, что ты спрашиваешь моего совета. Это мило.
   - Почему нет. Ты превосходишь меня умом, и твое мнение может оказаться полезным. Кстати, я заметил, как ты себя ведешь в Его присутствии. Решила подвинуть Дрэгу на ложе?
   Эльфийка грустно улыбнулась.
   - Это прозвучало довольно грязно, подбирай выражения.
   - Прости. И все-таки?
   - Я думаю об этом. Похоже, Дрэга облажалась, нехорошо будет упускать такой шанс. Пока я больше провоцирую ее, но если так и будет продолжаться, то подвину. Зачем ты спросил?
   Вильгельм задумчиво всмотрелся в окно.
   - Скажем так, я в этом вопросе на твоей стороне. Полуэльф в роли наследника меня устроит куда больше, чем полудемон.
   Илладрия звонко засмеялась.
   - Ты очарователен. Даже не знаю, попенять тебе на то, что твоего мнения на этот счет никто не спрашивал, или на то, что Пророк не изъявлял намерения покинуть пост Верховного Лорда?
   Вильгельм снова взял паузу.
   - Я знаю, как это звучит. Мои предпочтения не будут иметь смысла, если они пойдут против воли Пророка. Но сейчас... - Он обернулся и тяжело смерил Илладрию взглядом. - Сейчас нельзя сказать, что Ему вообще важны такие мелочи, как раса будущего дитя. Зато можно совершенно точно сказать, что Его некем заменить, если в погоне за своими идеями Он покинет нас. Понимаешь?
   Илладрия подошла к нему и положила ладони на щеки, разглаживая тревожные морщины. После чего с озорной улыбкой ответила:
   - Понимаю. Ты очень хорошо сказал то, о чем я опасаюсь думать. Понимай и ты - сказанное тобой граничит с ересью. Будь с этим осторожнее, хорошо? Не хотелось бы терять того, кто 'на моей стороне'.
   Вильгельм тронул ее за точеный подбородок.
   - Договорились.
  
   **
  
   Талик после проведения инструктажа для 'авантюристов' чувствовал себя как выжатый лимон.
   Подобрать подходящие кадры было несложно. Вильгельм упоминал, что добровольцами вызвались абсолютно все? Прекрасно. Он вышел из дворца на площадь. Жизнь здесь била ключом, почти как в первый день.
  
   Хорошо, что я додумался отключать ауры без надобности.
  
   Конечно, его по прежнему узнавали, но теперь это была обычная человеческая радость, а не имбецильное счастье. При его появлении на улицах не прекращалась любая деятельность, и можно было почувствовать себя живым человеком в живом городе, а не... даже трудно было подобрать подходящее 'не'
   У фонтана художник писал портрет милой пожилой женщины. Та сидела на бортике, сложив руки у живота, осторожно держа в правой ладони маленький цветок. Художник, худощавый и белобрысый парень с увязанными в хвост волосами, был обнажен по пояс, руки по локоть в мазках краски.
   У входа в давнешний ресторан растянули чопорный тент, под которым теперь стояли столики для посетителей, предпочитающих свежий воздух. Таких было немало, в основном молодые пары. Прихотливая мелодия какого-то струнного инструмента доносилась изнутри.
   На другой стороне площади, в открытой часовне, под уютной тенью огромного дерева с изумрудным листом, негромко толкал речь высокий драконид в белой рясе. Недостаток мимики восполнялся взвешенной жестикуляцией. Группа людей, человек двадцать, внимательно слушали, изредка что-то уточняя.
   На ажурном балкончике третьего этажа одного из жилых зданий девушка читала книгу, рядом стояла чашка с чем-то горячим. Первый этаж здания вмещал чайную и цветочную лавки. На углу того же здания располагалась маленькая кофейня, аромат от которой, казалось, щекотал ноздри и у самого дворца.
   Можно было весь день так стоять и просто смотреть. Талику пришлось совершить вполне сознательное усилие, чтобы отвлечься от этого занятия. Направляясь к краю площади, он внутренне сжался, вспоминая, как реагировали на его появление в первый день. Но обошлось. С ним здоровались, уважительно кланялись и уступали дорогу. Потом - возвращались к своим занятиям.
   На каждой улице, вливавшейся в площадь, была стража. Строгие воины в высоких шлемах, белых с синими узорами доспехах, со щитами и копьями. Больше дань традиционному дизайну, чем необходимость - реальной нужды в страже здесь не было. Талик подошел к одному из них и рассмотрел повнимательнее. Мужчина вытянулся в струнку, глядя ровно вперед.
   - Назовись. - обратился к нему Талик.
   - Краус Моргери, ваше святейшество.
   - Ты что-нибудь слышал о поиске добровольцев для опасного дела во внешнем мире?
   - Да, ваше святейшество. Я вызывался, но получил отказ.
   - Нет, ты получил одобрение, Краус. Знаешь, где Общие Палаты?
   - Так точно, ваше святейшество! - засиял стражник.
   - Жду тебя там через час. Реши вопрос со своим командиром, ссылайся на меня.
   Стражник со словом 'есть' поклонился и быстро зашагал прочь. Коллеги провожали 'счастливчика' взглядами, полными тоскливой зависти. Талик таким же образом пообщался с еще несколькими стражниками на разных улицах и направился во дворец.
  
   Всего делов.
  
   Все оказалось в итоге не так просто. Отобранные претенденты готовы были хоть сейчас отправиться к дракону в пасть (во славу Рассвета конечно же), но решительно не понимали идею 'работы под прикрытием'. Объясняя им важность личных легенд, Талик не раз уронил лицо в ладонь, но наконец достиг результата.
   Порывшись в сокровищнице, он подобрал хороший комплект колец божественного класса, уникальное ожерелье и легендарный веревочный пояс. Больше ничего относительно скромного на вид там не нашлось.
  
   Ну, хорошо хоть это нашлось. Мог ведь и расколотить на кристаллы, если бы покупатель был. Мда.
  
   Легендарные вещи по статам и количеству свойств заметно уступали божественным, но, как и всё в Иггдрассиле, имели свою фишку. Они имели всего одно-два свойства, но эти свойства были сильнее, чем у божественных вещей. Частая бесполезность свойств (например, сокращение времени восстановления заклинаний без кулдауна на 300%) компенсировалась возможностью сменить свойство на другое, случайное. Каждая попытка стоила определенного количества кристаллов. Отдельные маньяки ухитрялись даже вылавливать конкретные свойства целенаправленно. Например, Злоберман из союзных 'ЗОЖ' выловил на два кольца бонус +30% резиста к тьме. Неплохой бонус практически нахаляву - ценой статов с всего двух колец закрыл единственную дыру в резистах. Кацуба-сан поймал в ожерелье ДВА слота под камни Судьбы. Это при том, что и один подобный слот встречался ненамного чаще мамонта.
   Поясок, который взял с собой Талик, имел свойство всего одно. При получении потенциально смертельного удара делал носителя неуязвимым на 5 секунд. Не чаще раза в день, но для такого дела лучше просто не придумаешь. И пофиг, что статов нет вообще как таковых. Пять секунд для бывалого пвпшника это реально прорва времени.
   Поиски подходящей верхней одежды тоже не затянулись надолго. Возвращаясь из храма во дворец, Талик встретил в одном из коридоров мелкоуровневого послушника. В 'редкой' мантии с капюшоном.
  
   А почему нет?
  
   - Как думаешь, Дрэга, этого хватит для путешествий по нубятне?
   - Под моей защитой вам это может даже не пригодиться. - почтительно поклонилась та.
   Это был сюрприз.
   - Дрэга, я упоминал, что пойду без явного сопровождения.
   - Я... Больше не нужна вам?..
   Дрэгат поникла, голос предательски дрогнул.
  
   Это уже похоже на шантаж. Наверное, сменим план.
  
   - Конечно нужна. Я бы даже сказал, что жизненно необходима. Есть важная задача, которую я могу поручить только тебе.
   Дрэга воспряла духом.
   - Что мне надо сделать?
  
   **
  
   В Общих Палатах его уже дожидались. Дюжина воинов 40 уровня, переодетых в самую простую броню. С доспехами таких проблем как с мантиями не было. Простенькие 'редкие' латы и оружие в изобилии имелись у Мариуса. 'Раздеть' дюжину трешовых скелетов и вычистить снаряжение до более-менее приличной степени было делом получаса.
   Присутствовали также Вильгельм и Илладрия. Вильгельм что-то строго начитывал бойцам, а эльфийка подготовила порталы. Талик обвел их нетерпеливым взглядом.
   - Все помнят инструкции, все готовы?
   - Так точно, ваше святейшество! - Дюжина бойцов, как по команде, припали к полу.
   Сотки просто глубоко поклонились.
   - Приступайте.
   Один за другим воины исчезли в порталах, ведущих к краю лесов. Каждому предстоял путь к одному из назначенных городов.
   - Дрэга, ты помнишь, о чем мы договорились?
   Демон-из-Тени, сменившая только оружие на более простое (главное осталось при ней в инвентаре), решительно кивнула.
   - Да!
   - Действуй. Она нырнула в портал. Талик последовал ее примеру.
  
  Глава 9
  
   **Талик
  
   Вынырнув по другую сторону портала, Талик рефлекторно замер, прислушиваясь.
   Вокруг шумела природа. В прошлый раз, когда он выходил в мир, к разрушенной деревне, все было немного иначе - тогда было очень тихо, разве что ветер шумел. А здесь слышно пение птиц, скрип деревьев, шелест кустов, звон насекомых, где-то недалеко скрежетали жабы. Солнце, пробивающееся через кроны деревьев, забавно щекотало лицо. Он постоял несколько минут, привыкая к этому фону.
   Выход из портала открылся на небольшой поляне в лесу, примерно за полкилометра от дороги. По крайней мере, так сказала Илладрия. Вот только хоть чего-то похожего на дорожку, или хотя бы тропинку, с поляны видно не было. Было неясно даже, в какую сторону вообще двигаться.
   - Ну и? - Талик развел руки в непонимающем жесте.
   Около куста в двух шагах от Талика неуловимо материализовалась фигура в зеленом плаще с грязно-бурыми разводами. Фигура торопливо стянула с себя капюшон и припала к земле в почтительном жесте. Мягкие шнурованные сапоги, кожаные перчатки до локтей, у пояса колчан с со стрелами, в руке резной лук в половину роста. Из-под длинных светлых волос выглядывали заостренные кончики ушей.
   - Приношу свои извинения, ваше святейшество. Мне доверена честь тайно сопровождать вас.
   - А ты неплох. - улыбнулся Талик. - Я бы тебя не заметил.
   - Я польщен. Приказывайте.
   - Здесь неподалеку должна быть дорога, проведи меня туда, для начала.
   - Как пожелаете.
   Сталкер поднялся на ноги и с приглашающим жестом просочился через непролазную чащу на краю поляны.
   - Мда.
   Талик попытался последовать его примеру, но получалось так себе. Кусты и ветви хлестали по лицу, а ноги путались в зарослях. К его удивлению, это создавало больше неудобство, чем проблемы. Ветви и корни легко ломались, если он прикладывал хоть какое-то усилие. Хотя, когда он вылез из чащи к дороге, все равно выглядел изрядно потрепанным - в волосах и складках одежды застряли ошметки древесного мусора, в изящные мокасины набилась грязь с песком.
   - Вот же блин.
   Вытряхнуть все это из одежды оказалось сложнее, чем он думал. Сталкер присутствовал рядом все в той же позе, но не порывался помочь. Это слегка раздражало, но попенять на бездействие показалось Талику глупым. Он не ребенок, в конце концов. Закончив приводить себя в относительный порядок, Талик посмотрел по сторонам.
   Дорогу было сложно назвать именно дорогой с точки зрения жителя мегаполиса. Талик никогда не видел проселочных дорог вживую, только на картинках и в игре. Но и там они выглядели более... Ухоженными, что ли. Здесь дорогой называлась просто ухабистая, заросшая колея в земле, идущая сквозь лес.
   - И где здесь юг? - спросил он сталкера.
   - Южное направление дороги - в ту сторону, ваше святейшество. - указал эльф. - Сам путь идет не ровно по компасу.
   - Не страшно. Кстати, я заметил, что только сотки обращаются ко мне 'пророк', остальные говорят 'ваше святейшество'. С чем это связано? - ему и правда было любопытно.
   - Только старшие вассалы достойны обращаться к вам по истинному титулу, ваше святейшество.
   Честно говоря, Талик надеялся на какую-нибудь другую причину. 'Ваше святейшество' ему нравилось больше, но если обязать соток тоже так к нему обращаться, взамен набившего оскому 'пророка', еще подумают, что их понижают в полномочиях.
   Идя по дороге, Талик первое время любовался окружением. Все-таки природа сама по себе, без чуткой руки дизайнера, способна создавать куда более детальные, насыщенные пейзажи. Это не была идеально проработанная красота эльфийских рощ, конечно. Но местность выглядела куда более настоящей, живой и достоверной. Трава, растущая из грязи, прутья орешника, толстая вспученная кора старых деревьев, по которой лениво ползали крупные жуки. Бабочки, мелкие и крупные, какие-то насекомые, похожие на пчел, комары... Кстати, комары к нему вообще не подлетали. Подлетев на пару шагов, просто теряли к нему интерес и меняли направление. Это выглядело немного странно. Талик на всякий случай проверил, точно ли заблокировал все возможные эффекты от навыков, но все было в порядке.
   Спустя два часа путешествия разглядывать лес стало скучно. Ну лес, ну листья, ну птички всякие. Пейзаж не менялся - все те же заросли вдоль дороги. Талик попытался разговорить попутчика.
   - Как тебя зовут?
   - Меня не наделили именем, ваше святейшество. Я всего лишь тень, один из многих.
   - О, и как к тебе обращаются, когда что-то хотят спросить?
   - Сталкер, ваше святейшество. Как и ко всем остальным.
   - Тебя это не напрягает?
   - Я горд своим правом служить вам, ваше святейшество. Я никогда не задумывался о том, что это может... 'напрягать'.
   - Да я об имени спрашиваю. Тебе удобно, что у тебя его нет?
   - Так было всегда, ваше святейшество. Мне вполне удобно.
   - А мне нет. Я буду называть тебя... Спай. - талику показалось, что английское слово вполне неплохо звучит.
   Получивший имя эльф, казалось, собирался бухнуться на землю, но Талик демонстративно добавил ходу. Спаю ничего не оставалось, как поддержать темп.
   - У меня нет слов, чтобы выразить вам благодарность, ваше святейшество. Это большая честь для меня...
   - Давай без пафоса.
   - Как пожелаете, ваше святейшество.
   В целом, собеседник из Спая оказался, так или иначе, довольно скучный. Не знал никаких интересных историй, имел крайне предсказуемую точку зрения решительно на все и во всем соглашался с 'его святейшеством'. Талик достаточно быстро разочаровался в попытках разнообразить путешествие и вернулся к созерцанию природных видов.
   Спустя еще несколько часов путешествия местность пошла на едва заметное снижение, а лес стал чуть реже. Солнце близилось к закату, хотя было еще светло. Талик, уже готовый отдать все свои легендарки за самый завалящий плеер, решил устроить привал. Чуть в стороне от дороги просматривалась приличная лужайка, и он свернул туда.
   - Спай, мы остановимся пока здесь.
   Эльф кивнул и быстро принялся обустраиваться. Очистил полянку от излишне высоких растений, выкопал небольшую ямку для костра и постелил свой плащ около нее. Талик с запозданием понял, что к реальному походу он не готов совершенно. У него нет ни палатки, ни постели, ни даже зажигательных приборов. Было немного стыдно.
   - Ваше святейшество, я осознаю, что для вас может быть унизительным мое представление о комфорте. - Спай с поклоном указал ладонью на расстеленный плащ. - Прикажите, и вам немедленно доставят надлежащие спальные принадлежности.
   - Да забей, все нормально... - растерялся Талик.
   Было неловко вот так оккупировать чужую вещь, но было понятно, что эльф по хорошему не отстанет. Талик водрузил пятую точку на плащ(довольно мягкий, кстати), пристраиваясь поудобнее. Он отметил, что есть совершенно не хотелось, и усталость была разве что от скуки. Спай тем временем разжег костер, используя какие-то камешки, при ударе о которые разлетались искры.
   Сидеть в надвигающихся сумерках и просто смотреть на костер, ощущать его тепло, было тоже новым интересным опытом.
  
   Интересно, в какую сумму мне обошелся бы такой отдых в реальном мире? Живой лес и открытый огонь это же охренеть как недешево. Час обычного эко-тура это две моих зарплаты, и об открытом огне речи даже нет.
  
   Когда совсем стемнело, Спай, сидевший напротив прямо на траве, повернул голову и прислушался.
   - Ваше святейшество, по дороге сюда двигается группа людей.
   - Как далеко? - поднял бровь Талик. - Сколько?
   - Одна лошадь, небольшой колесный транспорт и двое пеших гуманоидов. Уровень не могу пока определить, но точно не выше 30, о таких мы бы уже знали. Какие будут указания? - Спай недвусмысленно подобрался с луком наизготовку.
   - Будь пока незаметен, никак себя не проявляй, если не будет прямой угрозы, или пока я не скажу. - ответил Талик после коротких раздумий.
   Идти на крайности без реальной нужны ему совсем не хотелось. Тем более, это первые аборигены, которых он здесь увидит. Хотелось установить позитивный контакт.
   Коротко кивнув, Спай растворился в тенях.
   Спустя некоторое время, когда Талик уже заподозрил, что это была вообще ложная тревога, он и сам услышал характерный мерный стук копыт. Вместе с тем, он услышал, как кто-то крадется через редкие заросли. Это было странновато, понимать, что слышишь такие вещи - этот 'кто-то' крался и в самом деле тихо. Талик решил никак не выдавать себя и спокойно сидел у костерка.
   Еще через пару минут он увидел движущуюся по дороге лошадь с маленькой повозкой, рядом шли два человека в плащах и капюшонах. У того места, где на поляну был наилучший обзор, они остановились, и один из силуэтов направился к нему.
   - Йоу, - Талик поднял руку в приветственном жесте.
   Фигура чуть помедлила и повторила жест.
   - Приветствую, путешественник, - человек стянул капюшон и показалось симпатичное лицо молодого парня. При свете костра было трудно разглядеть подробности, кроме короткой стрижки и чуть раскосых глаз. - Мы заметили огонь. Вы тут стоите лагерем?
   - Если можно назвать лагерем костер без ничего, то да, - открыто улыбнулся Талик. - Буду рад хорошим соседям. Я тут совсем один.
   Парень неуловимо стрельнул глазами по сторонам.
   - Спасибо за гостеприимство, путник. Надеюсь, мы поладим.
   - Я Талер, - представился Талик первым же пришедшим в голову именем.
   - Я Брайс, а это мои компаньоны, Эра и там, в телеге, Даймон.
   Он махнул приглашающе махнул рукой в сторону дороги. Вторая фигура повела лошадь с повозкой на поляну.
  
   Это о них говорил тот парнишка Лиас, да?
  
   Даймон присел на корточки у костерка и протянул руки к огню. Вид экипировки вызывал некоторую ностальгию по далекому нубству - клепаная кожаная броня, крепко протертая и латаная несколько раз, беспалые перчатки с металлическими вставками.
   - Мы авантюристы, проездом здесь. По пути попали в переделку, направляемся в Э-Рантел. А вы какими судьбами здесь, если не секрет?
   - Не то, чтобы секрет... - Талик лихорадочно вспоминал свою легенду. - Я из экспедиции в Азерлисианские горы. У нас дела тоже не очень пошли, напали монстры, еле ноги унес.
   - Никогда не слышал, чтобы туда направлялись экспедиции, - осторожно заметил Брайс.
   - Ну, здесь есть тонкости, которые я не очень хочу разглашать. Надеюсь на понимание, - извинился Талик.
   - А, простите меня за такое вторжение. - замахал руками Брайс.
   - Ничего страшного.
   Тем временем, повозка оказалась недалеко от костра, и лошадь была привязана рядом. Вторая фигура откинула капюшон, и Талик с восхищением уставился на нее.
   Это была девушка, лет, может быть, двадцати самое большее. Ярко-рыжые волосы, собранные в пышный, высокий хвост, обрамляли правильное лицо с пронзительно зелеными глазами. Чуть поджатые губы, тонкая переносица, немного веснушек, высокая точеная шея. Она была не столько красива, хотя и это тоже, сколько мила. Талик раньше никогда не видел никого подобного, даже в кино. От нее исходило какое-то едва уловимое чувство, которое он не мог распознать. Будто отблеск искр, который не успеваешь увидеть прежде, чем они погаснут.
   Когда Талик встал, она напряженно отступила чуть назад. Он поднял руки и нерешительно улыбнулся.
   - Вы Эра? Рад знакомству.
   - И я рада, господин Талер. Простите за неудобства.
   Она говорила вежливо, с явным нежеланием углублять знакомство. Это слегка обижало Талика, уже привыкшего к совсем другому отношению. Он взял себя в руки.
   - Располагайтесь. Мне нечего предложить, кроме этого плаща, но чем богат...
   - В этом нет нужды, но спасибо, - ответила рыжая, натянув вежливую улыбку и чуть кивнув. - Брайс, помоги мне.
   Тот быстро подошел к повозке и эти двое, вытащив пару обьемистых сумок, начали сооружать лагерь. Спустя несколько минут была установлена небольшая палатка, а на костерке уютно потрескивал котелок с водой. После чего они с повышенной осторожностью вытащили из повозки довольно крупного и тяжелого парня примерно того же возраста и уложили около костра. На его лице были отчетливо видны два длинных шрама, через лоб наискось и от левой щеки к подбородку.
   - Я Даймон. - поднял руку он. - рад знакомству, господин Талер.
   У него был приятный голос. Низкий, твердый и вместе с тем какой-то добрый, очень располагающий. Парень, скорее даже мужчина, был одет в плачевно выглядящие штаны и толстую рубаху. На ногах - видавшие виды сапоги.
   Талик каким-то незнакомым ранее ощущением понял, что с ним что-то не так. Прислушавшись к нему, он необьяснимо понял, что у Даймона есть ряд серьезных травм.
   - Не очень хорошо выглядите, Даймон.
   - Да ерунда, через пару-тройку дней буду как новенький.
   - Возможно, это не мое дело, но вы заблуждаетесь., - серьезно ответил Талик. - Если оставить все как есть хотя бы на неделю, у вас будут большие проблемы.
   Брайс и Эра напряглись и покосились на него. Даймон, став на удивление серьезным, спросил:
   - С чего такой вывод?
   - Я кое-что понимаю в медицине, - он почти не врал. - У вас куча связок и мышц в клочья порвана, ниже живота.
   Рыжая прижала ладонь ко рту, в глазах скользнул испуг.
   - Это так заметно? - серьезно уточнил Даймон.
   - Вообще-то нет, но... я чувствую такие вещи. Я могу попробовать что-то с этим сделать, но не буду настаивать.
   - У вас есть исцеляющие зелья? - с надеждой спросил Даймон. - Мы с удовольствием купим.
   - А... нет, зелий нет, но у меня... - Талик мучительно боролся с собой. Он до сих пор чувствовал себя чунибьем. - Есть пара навыков, которые могли бы помочь в этом.
   - Вы целитель, господин Талер? - со странным удивлением посмотрел на него Даймон. - Это редкая удача. Вы владеете [малым исцелением]?
   - Чем-то похожим, да.
   - Пожалуйста, попробуйте, мы вам хорошо заплатим, если у вас получится! - торопливо вмешалась в разговор Эра.
   Талик прикинул, какую пользу может получить с этого и как получше устроить шоу. Он встал и размял пальцы.
   - Лягте на спину, пожалуйста. Вот так, да.
   Он сел на корточки перед Даймоном и положил ему руки на грудь и живот, между делом удивляясь твердости его тела.
   'как дерево прям'
   Талик сосредоточился, подбирая что-нибудь наиболее подходящее из арсенала.
   [регенерация]
   Как он выяснил, заклинания и навыки не обязательно было произносить вслух. При нескольких повторениях заклинания подряд, оно в дальнейшем отзывалось на простое мысленное обращение. Много заклинаний таким способом 'заучить' не удавалось, всего около двадцати, но в целом это было намного удобнее, чем проговаривать зачастую зубодробительные названия*
   От плеч к пальцам протекло ощущение приятной щекочущей волны. Даймон вздрогнул, но не шевельнулся. Спустя несколько секунд он сквозь напряжение улыбнулся.
   - Щекотно. Что вы сделали?
   - Маленький секретный навык, - лукаво ответил Талик. - Через пару минут попробуйте встать.
   Эра и Брайс напряженно пялились то на Даймона, то на Талика ровно две минуты. Потом Даймон шевельнул одной ногой, потом второй.
   - Хо, не знаю, что это было, но вы просто мой спаситель, - он грациозным движением вскочил на ноги, попрыгав на мысочках. - Никогда в жизни себя лучше не чувствовал. Что мы вам должны, господин Талер?
   Талика так и подмывало ляпнуть 'полцарства и коня', но он удержался - слишком хороший был момент.
   - Вы можете оказать мне услугу, если хотите. Я направляюсь в город Э-Рантел. Позволите составить вам компанию, пока вам по пути?
   - А мы как раз туда идем. Будем счастливы видеть вас нашим спутником.
   - И еще разрешите мне поспать у вас в палатке. Я свою немножко того. Пролюбил по пути.
   - Я бы на этом настаивал, если бы вы не спросили, - улыбнулся Даймон.
   Тем временем Эра уже варила какую-то похлебку.
  
   **группа Даймона
  
   Во время ужина Даймон насколько умел тактично пытался выпытать у Талера хоть какие-то подробности о том, откуда тот взялся здесь. Но неожиданный благодетель вежливо уходил от ответа, дав только общие сведения. По его словам, какой-то богатей собрал экспедицию в Азерлисианские горы для поисков каких-то древних знаний. После пары месяцев шатаний по горам, на их лагерь напали мутировавшие звери, и Талер оказался отрезан от основной группы. После чего заблудился и только сейчас вышел на эту дорогу.
   Когда новый попутчик с некоторым сожалением забрал свой плащ и отправился в палатку, сославшись на усталость, и уснул, авантюристы у костра стали делиться впечатлениями. Очень тихо, чтобы не тревожить его сон.
   - Странная история, - сказал Даймон. - У меня нет причин не верить, но как-то...
   - Я не доверяю ему, - серьезно произнесла Эра. - Он не ведет себя, как человек, с которым могло такое случиться. Больше похоже, что на прогулку в сад вышел. Брайс, что скажешь?
   Тот задумался и покачал головой.
   - Этот парень очень-очень непрост. Ну вот совсем. Я не чувствую его присутствия, вообще. Будто его нет. Если бы не видел и не слышал, не знал бы, что он тут вообще есть. Кроме того... Вы можете вспомнить его лицо?
   Эра и Даймон застыли с удивленными лицами.
   - Вот и я не могу. Так что получается, что нам случайно в лесу повстречался человек в охренительно дорогой мантии, который использует неизвестный навык без активации, с совершенно незапоминающимся лицом, и которого я не могу почувствовать. Вообще не напрягается в присутствии вооруженного незнакомца рядом и к нему за весь вечер не подлетел ни один сраный комар. Короче, странно тут всё.
   - Ладно, не важно, - покачала головой Эра. - Как бы там ни было, он оказал нам огромную услугу, и мы должны отплатить за нее. Пусть я ему ни на грош не верю, но это наш долг.
   - Твоя правда. - хитро улыбнулся Брайс. - Кстати, он весь вечер на тебя заглядывался, заметила?
   Она покосилась в сторону палатки и вздохнула.
   - Еще бы. Я буду спать в повозке пока.
  
   ** Талик
  
   Уснуть было трудно. Помимо того, что спать не очень хотелось, вокруг была совершенно непривычная обстановка. Спать на земле, одетым и в обуви, ему раньше никогда не приходилось. К тому же в палатке был своеобразный запах лежалой одежды, дыма и каких-то специй. Так что первое время он просто лежал неподвижно закрыв глаза. Авантюристы снаружи о чем-то тихо переговаривались, он ничего не мог расслышать.
  
   Да какая разница. Спай потом передаст дословно.
  
   Талику никак не давала покоя эта рыжая Эра. Как он ни пытался думать о чем-то постороннем, мысли все равно постоянно возвращались к ней. К ее голосу, пластике движений. Было неожиданно обидно то, как она сторонилась его. Вежливо, но непреклонно. И спала, конечно же, не в палатке.
   Когда он почувствовал, что наконец проваливается в сон, его бесцеремонно растормошили за ногу, торчащую из палатки. Талик собирался как следует возмутиться, но когда вылез наружу, по глазам ударило солнце. Было уже далеко не раннее утро. Все, кроме палатки, было собрано и упаковано, а костерок присыпан. Тормошивший его за ногу Брайс извиняющимся тоном сказал:
   - Простите, Талер-сан, но до Э-Рантела довольно далеко, нам стоит торопиться.
   Талик помотал головой?
   - А, простите, вам стоило разбудить меня раньше, я не хочу никого задерживать.
   И они отправились в путь.
  
  
   Дорога заняла еще шесть дней, и была не более интересной, чем начало путешествия в одиночку. На следующей стоянке Талик отошел от лагеря 'по ветру', и Спай пересказал ему содержание вчерашнего разговора. Было чертовски обидно, но он решил ничего не предпринимать. В конце концов, они полностью правы, и вся его история шита белыми нитками. Было только остро жаль, что Эра явно не собиралась оттаивать к нему. Талику очень хотелось найти способ, как растопить этот лёд, но идей решительно не было.
  
   Может, пригласить ее на свидание в Э-Рантеле? В кино всегда прокатывает.
  
   Здравый смысл подсказывал, что в реальности врядли что-то выйдет. Тем не менее, такая мысль давала какую-то надежду. Видеть такое отчуждение от этой девушки было почти физически больно.
   Разговоры с остальными тоже не особо клеились. Со второго дня путешествие проходило почти в полном молчании. Талик решил не навязываться и просто принял все как есть, иногда заглядываясь на рыжую, когда она смотрела в другую сторону. Под мешковатой походной одеждой угадывалась отличная фигура.
   Каждый вечер и каждое утро он 'медитировал'. Его неподвижное сидение в позе лотоса в течение получаса приняли как вполне нормальное чудачество и не беспокоили. В это время он выходил на связь через [сообщение]. Судя по всему, Рассветный Город от его отсутствия ни в чем не проигрывал. Илладрия, похоже, смогла найти общий язык с Варбоссом, это было очень хорошо. Мариус с головой ушел в свои опыты над несчастными бандитами. Касательно Лиаса обнадежил - 'здесь определенно есть потенциал'. Дрэга добралась до И-Песпеля(и когда только успела?) и уже вступила в гильдию. Судя по ее словам, всё шло более-менее по плану. По крайней мере, обошлось без жутких смертоубийств и разрушений с самого начала. Пока что в медном ранге подвергала геноциду местных монстров и жаловалась, что тех не хватает даже на разминку. Остальные 'приключенцы' были пока в пути.
   По пути их повозка пару раз проезжала мимо деревень, но авантюристы не задерживались там. В принципе, Талик об этом не особенно жалел - смотреть в деревнях было особо не на что и дел там никаких не было. На пятый день повозка с проселка вышла на более-менее приличную(по местным меркам) мощеную дорогу.
   Наконец, к исходу шестого дня путешествия, за поворотом показались городские стены. Талик до этого никогда не видел подобного вблизи, и с удовольствием рассматривал все вокруг.
   По тому, что он слышал, раньше Э-Рантел был пограничной крепостью, и это наложило отпечаток на всю дальнейшую архитектуру. Но одно дело слышать, а другое видеть, как три ряда величественной каменной стены опоясывает город. Около въездных ворот располагались мощные башни с гарнизоном. Снаружи ворот, за пределами городских стен, тянулись ряды аккуратных деревянных построек - конюшни, склады и гостиницы для тех, кто по какой-либо причине не попал в город. Это не было и близко похоже на тщательно отрисованный Рассветный город. Но в Э-Рантеле, при всей относительной неказистости, чувствовалась веками устоявшаяся сила и основательность.
   Попутчики явно повеселели, начали вспоминать приколы и делиться планами на ближайшие пару дней.
   - Продадим добро и я в 'мачту' на пару дней - мечтательно сообщил Брайс.
   Даймон одобрительно хмыкнул.
   - Ну, я бы составил компанию, если бы, хм, сам понимаешь. Но, пожалуй, просто напьюсь как следует. С хорошей дракой.
   - Ну если передумаешь, я тебя уверяю, ты будешь иметь сокрушительный успех, - Заржал Брайс.
   - Да иди в трещину, балбес. Уж точно не после этого сраного квеста.
   - Прости, прости. Эра, а где тебя не искать?
   Рыжая задумалась.
   - Да как обычно. Отосплюсь по-человечески.
   - Талер-сан, а у вас уже есть планы? - Поинтересовался Брайс, оглянувшись к Талику.
   Тот не сразу понял, что у него спрашивают.
   - А, планы. Не знаю. Хочется погулять по городу, посмотреть на него, сувениров накупить.
   Тут он вспомнил кое-что важное.
   - Кстати, у меня есть маленькая проблема. Вы не знаете, где здесь можно продать золото?
   Даймон и Брайс удивленно на него уставились.
   - Золото? Зачем?
   - Ну... - смутился Талик. - У меня нет денег, но есть немного золота в слитках. Только сейчас подумал, что это может быть проблемой.
   - Хм, - задумался Брайс. - У меня есть пара идей, как это можно провернуть, но это займет некоторое время. Я могу заняться этим, если хотите. Давайте доберемся до гильдии, и я все устрою.
   - Положусь на вас.
   Перед городскими воротами им пришлось подождать в очереди. Перед их повозкой было несколько других, груженых бочками, корзинами, мешками и черт знает чем еще. Когда наконец настала их очередь, со стен послышался горн.
   - Едва успели, - отметил Даймон.
   - А в чем проблема? - поинтересовался Талик.
   - Слышишь горн? Это конец пропускного дня. Все, кто за нами, будут дожидаться либо утра, либо особого разрешения.
   Разговор прервал хмурый стражник - бородатый мужик в латах и с алебардой.
   - Кто такие, че везем?
   Брайс показал серебряный жетон на цепочке.
   - Авантюристы, по заданию. Груза нет, декларировать нечего.
   Стражник понимающе хмыкнул и махнул рукой, пропуская их дальше, и направился к следующей телеге. Талик посмотрел ему вслед. Стражник подошел к вознице и недвусмысленным жестом указал разворачиваться. Возница попытался возмутиться, но страж многозначительно перехватил древко, и скандала не состоялось.
   Повозка Даймона проехала через ворота, мимо рядовой стражи, и тут из караулки сбоку выбежал взмыленный толстяк в неопрятной робе.
   - Стоять!
   Стража вокруг среагировала незамедлительно. Повозку обступили со всех сторон. Даймон удивленно уставился на толстяка, пытающегося отдышаться.
   - В чем дело?
   - У вас... амулет засек у вас сильные магические предметы... Хааа... Кто вы такие и что везете в город?
   Талик очень неприятно удивился. Если тут есть детекторы или что-то в таком духе, это создаст огромную кучу проблем. Тем временем Даймон с усталым лицом спрыгнул на брусчатку, заставив стражу нервно перехватить оружие.
   - Эй, ребята, что за нервы? Мы авантюристы, серебряный ранг, конечно же, у нас есть магические предметы. Вот наши жетоны.
   Толстяк тем временем выровнял дыхание.
   - Не знаю что вы там за авантюристы, но амулет-определитель лопнул, пришел в негодность. Это беспрецедентно и свидетельствует об артефактах совершенно неизвестной силы. Я требую, чтобы вы предоставили для досмотра свои вещи.
   Даймон явно начал сердиться.
   - Я не знаю, что там у вас треснуло, но вы даже не представились. С любыми вопросами и претензиями вы можете обратиться в Гильдию. А если вы все-таки настаиваете на досмотре, то прошу предоставить ваши полные служебные данные, чтобы мне было на кого жаловаться о самоуправстве.
   - Вы многовато о себе воображаете, авантюрист.
   - Это вы многовато о себе воображаете, непредставившийся чиновник. Вы дадите нам спокойно пройти, или будем выяснять, кто кому больше проблем создаст?
   Толстяк злобно посмотрел на Даймона. Тот спокойно взирал на него сверху вниз, он был на полторы головы выше. Наконец чиновник прошипел:
   - Дайте я перепишу ваш жетон. Свидетелей у меня хватит.
   - Да сколько угодно.
   Даймон позволил переписать все данные с жетона. Руки толстяка нервно подрагивали от злости.
   - Можете идти.
   - Адью.
   Когда они удалялись от ворот, Талик спросил:
   - А в чем там дело-то было? Что за амулет у него сломался?
   Все трое посмотрели на него с удивлением. Талик смутился.
   - Я сказал какую-то глупость?
   - Нет, просто вы, похоже, из совсем дальних мест, Талер-сан, - ответил Брайс. - В крупных городах у ворот есть специальные службы, отслеживающие проникновение артефактов большой силы или сильных магических существ. Для безопасности. Похоже, в этот раз что-то пошло не так, раз у них раскололся амулет, который для этого используют. У нас есть магические предметы, но не настолько сильные.
   - А... - Талик замялся. - У меня ничего особенного тоже нет.
   - Значит, это какая-то ошибка. - констатировал Даймон. - Ну, или кое-что, что мы добыли в походе, может оказаться намного ценнее, чем мы думали.
   Брайс довольно ухмыльнулся.
   - Значит, мы будем чуть богаче, чем ожидалось.
   В течение остального пути талик во все глаза рассматривал город. Это было удивительное зрелище. Рассветный город создавался с устоявшимся имиджем 'средневековья', как его понимали дизайнеры и художники 23 века. Он имел мало общего с реальным фентезийным городом.
   Здесь не было тщательно выверенных линий улиц, но были узкие, петляющие улочки, отходящие от главной. Главная тоже была прямой лишь условно, изгибаясь, подобно змее. Дома здесь строились не по одному гармоничному проекту, а стихийно, по мере расширения города. Часто к дому пристраивалась комната, к той еще одна, потом еще и еще. Часто второй и третий этаж выступали над первым, поддерживаемые деревянными брусьями. Почти на всех домах были черепичные крыши, хотя формой они очень разнились. Высокие и низкие, стрельчатые и пирамидальные - одинаковых крыш практически не было видно.
   Город Э-рантел располагался на холмах, и улицы часто имели разные уровни, переходя от брусчатки к ступеням. Сама брусчатка была в основном на главной, малые улицы были часто покрыты распущенными бревнами, а то и вообще просто утоптанной землей. Частенько между окнами противоположных домов виднелись натянутые веревки с бельем. С шумом носились дети, на которых презрительно поглядывали с безопасных карнизов ободранные коты. На главной улице у домов почти не было свободного места - где не было витрин магазинчиков, там были натянуты тенты торговцев фруктами, посудой, тканями, огородным инструментом и кучей всякой необходимой ерунды.
   И всюду был запах. Надо заметить, довольно неприятный. Смесь застарелого амбре нечистот с примесью хлебной выпечки, стираного белья, печной гари и бог знает чего еще. Когда они проезжали мимо рынка, он даже усилился, и добавились гнилостные нотки подпорченного мяса и фруктов, жареной еды всех видов. Хотя вид настоящего средневекового рынка отвлек внимание от уже приевшейся вони.
   Ничего подобного Талик раньше себе даже представить не мог.
   Тем временем повозка добралась до средней части города. Здесь застройка, видимо, шла более-менее по проекту, дома были более-менее одного типа. Авантюристы выехали на небольшую малолюдную площадь и остановились возде большого, красивого здания с широкими окнами. Над открытой дверью висела вывеска с какими-то каракулями.
   - Вот мы и на месте, Талер-сан. - Брайс спрыгнул с повозки. - Даймон, я пойду выясню, что же мы такое с собой привезли и попробую продать наш транспорт.
   - Иди, мы пока сдадим задание и посмотрим, что здесь нового.
   - Только не берись за работу пока я не вернусь. А то я тебя знаю, не успеем помыться как в новый квест.
   - Ой только не ной, ладно?
   - Ладно-ладно. Талер-сан, что насчет вашего золота?
   Талик сделал вид, что порылся за отворотом мантии и достал из инвентаря два золотых слитка грамм по двести каждый. Брайс недоверчиво выпучил глаза.
   - Я не буду ни о чем спрашивать, Талер-сан.
   Талик молча вложил ему в руку оба слитка.
   - Надеюсь на вас, Брайс-сан.
   Тем временем Эра уже вошла в здание, а Даймон ожидал на входе, придерживая дверь. Талик поторопился зайти внутрь.
   Зал, в которй он попал, вполне отвечал внешнему виду здания. Сначала можно было бы даже подумать, что здесь какой-то ресторан. Громадное помещение имело еще и второй этаж, к которому вела широкая лестница. На обоих этажах стояли крепкие широкие столы, и, пожалуй, на этом сходство с рестораном заканчивалось.
   Здесь было много вооруженных людей, человек сорок. Практически у каждого из присутствующих был меч или что-то на него похожее, часто не в единственном экземпляре. Большая часть народу носила доспехи, от кожаных до пластинчатых. У многих были разнообразные щиты. Каждый из присутствующих также носил на видном месте прямоугольный жетон наподобие тех, что Талик видел у Даймона и остальных.
  
   'Прямо косплей-вечеринка'
  
   Даймон тем временем повел Талика в отдаленную часть зала, где обнаружились вполне симпатичные окошки, за которыми стояли симпатичные дамы в одинаковых рубашках. Рядом на стене висела здоровенная доска с кучей исписанных нечитаемыми каракулями листиков.
   Даймон подошел к одному из окошек и протянул девушке измятый листок, вроде тех, что висели на доске, и какую-то тетрадь.
   - Работа выполнена, здесь отчет.
   - Прекрасно, Даймон-сан, - ответила барышня. - К завтрашнему дню, я думаю, отчет проверят и вы сможете расчитывать на награду. Могу еще чем-нибудь помочь?
   - Нет, Дария-сан, больше пока ничего не нужно. Если надо будет что-то уточнить, то Эра будет где обычно.
   Они вежливо поклонились друг другу и Даймон уступил следующему человеку. Талик тем временем пытался освоиться с доской обьявлений - это явно была именно она. Прочесть что-либо не представлялось возможным, и это было странно - ведь на слух он прекрасно понимал местную речь.
  
   'хм, а если так'
  
   Он коснулся одного листка рукой и как можно незаметнее использовал [малое распознание предмета]. Конечно, можно было бы попробовать и [великое распознание], но это была бы крайность. Многовато маны жрет и долго кастуется, а без привычного эквипа вопрос стоимости и скорости произнесения заклинаний становился ребром.
  
   'ранг мифрил
   Поиск и уничтожение
   С запада равнин Каз (брошенный аванпост)
   поступили сведения о появлении гулей.
   Требуется опровергнуть, либо подтвердить
   сведения и уничтожить опасную
   нежить. 15 золотых монет за
   одного уничтоженного. Требуется
   подтверждение.'
  
   'Вот как это выглядит. Не настолько безумно, как я думал. А ну, что там еще'
  
   'ранг железо
   Сопровождение и охрана.
   Клиент желает нанять охрану на время
   сбора ценных трав. Окрестности
   Э-Рантела. Расчетное время 5-8 дней.
   3 золотых монеты'
  
   - Интересуетесь работой авантюриста, Талер-сан? - спросил подошедший Даймон.
   - Да. Я не знаю, как надолго здесь застрял, на что-то надо жить. Больше золота у меня нет, так что...
   - Судя по всему, вы не зарегистрированы? Если так, то вам нужно восполнить этот пробел, иначе работу вам не дадут.
   - Логично. А как здесь зарегистрироваться?
   - Пойдемте, я покажу.
   Он повел Талика к одному из окошек, по пути уточняя:
   - У вас есть специальность, Талер-сан? Воинская или еще какая.
   - Трудно сказать. Я... Ученый, вроде того.
   - И при этом так молоды, достойно уважения. Мы с вами не особо разговаривали по пути, я довольно мало о вас знаю. Но ваше умение лечить такие опасные раны делает вас вполне неплохим целителем. Да и в дороге вы ведете себя молодцом, вы будете отличным компаньоном.
   - Польщен вашей оценкой. Возможно, эта роль действительно как раз по мне.
  
   'Ну а кто я еще блин. Лезть что ли махать холодным оружием? Спасибо, нет'
  
   Даймон подвел Талика к окну с другой симпатичной девушкой.
   - Мори, я привел новичка, зарегистрируешь его?
   - Новички - это всегда хорошо. Как вас зовут? - обратилась она к Талику.
   - Талер. Без второго имени.
   - Очень хорошо, какая у вас специальность?
   - Э... Целитель.
   - Отличная специальность, очень востребованная. Вам нужно будет пройти аттестацию перед тем, как я смогу это подтвердить в вашей анкете.
   - О, не нужно, Мори, я за него ручаюсь, - встрял Даймон.
   - Простите, Даймон-сан, но правила есть правила. Талер-сан, когда вам будет удобно пройти тесты?
  
   'Тесты. Вот жопень... Хотя это признак компетентности'
  
   - Да в любое время, собственно...
   - Чудесно. Даймон-сан, вы согласитесь участвовать в аттестации вашего товарища? Это здорово ускорит процедуру.
   - Конечно, Мори.
   Барышня вышла из-за окошка и жестом попросила следовать за ней. Пройдя через несколько невзрачных дверей, они оказались в относительно небольшой комнате. По углам ровно светили фонари с бумажным куполом, на ровном деревянном полу лежали несколько татами. Мори подошла к шкафчику в дальнем углу и извлекла оттуда два небольших кристалла, после чего подошла к ребятам.
   Даймон закатал рукав и извлек из сапога опасного вида нож. Талик понял, что примерно будет происходить сейчас.
   - Даймон-сан, я признателен за ваше доверие, но разве нет других способов?
   - Талер-сан, в другом случае это может занять прорву времени. А в итоге вас могут отправить бесконечно аттестоваться в больницу или что-то в этом роде. Вы готовы? Мори, вы?
   Оба кивнули. Даймон плавным движением, зашипев от боли, распорол себе руку едва ли не до кости. Весело побежала кровь. Талик коснулся его плеча и сдал [регенерацию]. Ручей крови спустя мгновение стал гораздо меньше, а после и вовсе затих.
   - Ох и чешется же.
   С этими словами Даймон начал оттирать от руки кровь. На месте пореза была чистая кожа без малейшего следа травм.
   - Ого... - Мори непонимающе смотрела на кристалл. - Я не слышала о подобном заклинании. Третий уровень? Крайне неплохо.
   'Вообще-то седьмой' - подумал Талик, но вслух сказал:
   - Даймон-сан, если ваш дух экспериментатора еще не угас, попробуйте порезаться еще раз.
   Даймон хмыкнул и пропорол себе уже другую руку. Против ожиданий, крови почти не было - рана затягивалась практически следом за лезвием. Брови Мори взлетели до середины лба.
   - Это заклинание действует по времени, эффекта хватает на несколько минут. Оно довольно дорого мне обходится, так что обычно я использую [малое исцеление] и пару других, - уточнил Талик. - Я прошел аттестацию, или требуется что-нибудь еще? - Н-нет, пожалуй, всё в порядке, - задумчиво ответила девушка, глядя на кристаллы в руке. - Идемте, закончим с анкетой и я выдам вам жетон.
  
  Глава 10
  
   ** Эра
   Обстановка в комнате Эры всегда отличалась аскетичностью и чистотой. Жесткая кровать, сундук, пюпитр для чтения, стол и две лавки. На столе исходил паром волшебный чайничек (самая дорогая вещь в комнате). Эра даже свечами пользовалась, в противовес другим заклинателям. Вообще, для заклинателя она была немного странной. Любила читать стоя, избегала использования магии без реальной необходимости, никогда не хвасталась своими достижениями.
   Сама она во время прихода Даймона перечитывала любимую старую книгу - 'незримое в очевидном'. Конечно, это был не оригинал, написанный в древние времена. Пересказ пересказа и так десять раз, многажды переведенный. Тем не менее, содержащиеся там идеи по прежнему были свежи и актуальны.
   Узнав о решении лидера, Эра была удивлена и раздражена.
  
   - Даймон, ты же сам видишь, что этот человек что-то скрывает. Я не понимаю, как ты решился доверить ему наши жизни?
  
   - Эра, ты приувеличиваешь. Я тоже много почерпнул из похода с Лиасом. Помнишь, мы говорили в гоблинском лагере? Когда найдем нового целителя, то сработаемся на заданиях попроще. И если с ним хоть что-то будет не так, то просто попрощаемся на теплой ноте.
  
   Они уже полчаса говорили на эту тему. Даймон предложил тому странному парню, Талеру, поработать вместе. Эре ужасно не нравилась эта мысль, о чем она сразу же высказалась. Не то, чтобы она не была благодарна за лечение, просто сомневалась, что Талером двигало чистое благородство. Манера речи, поведение, внешний вид - все в нем выдавало человека, чуждого суровым походам. И, что не менее важно - Эра видела, как он на нее заглядывается, и не испытывала ни малейшей ответной симпатии. Не нужно быть гением, чтобы понять, какими проблемами это может обернуться в походе, где важна каждая рука.
  
   - Ну предположим, он справится. Он все равно какой-то мутный тип, с ним что-то нечисто. Как я могу полагаться на того, кому не доверяю? Как ты можешь полагаться?
  
   - Я пока и не полагаюсь. Я хочу посмотреть на него в деле. Знаешь, я уверен, что после двух-трех походов все станет на свои места. И если ты окажешься права, мы ничего не потеряем. А если прав окажусь я, мы очень многое приобретем. Вспомни, как мы срабатывались с Брайсом. Ты его тогда вообще ненавидела, - Даймон обезоруживающе улыбнулся.
  
   Это была чистая правда. Брайс сначала вызывал откровенную неприязнь, по многим причинам. Крайне сомнительные сексуальные интересы, двуличность, полное отсутствие такта, жестокость и бессердечие. Тем не менее, по прошествии некоторого времени оказался одним из самых надежных друзей в мире.
  
   - С тобой невозможно спорить. Просто имей в виду, что мне эта идея не нравится.
  
   - Я буду помнить об этом, а ты постарайся держать себя в руках. Договорились?
  
   - Договорились. Ты уже присмотрел работу?
  
   - Да, выходим через пару дней. Равнины Каз, есть пара мест, где намечаются проблемы.
  
   - Какого рода проблемы?
  
   - Похоже, что очередному непризнанному гению некромантии снесло крышу. Заказ мелкого
   лендлорда с окраин Каз.
  
   - О, а ты говорил - что-нибудь полегче для начала. Зачем ты взялся? Сам знаешь, как платят лендлорды.
  
   - Понимаю. Но думается мне, с оплатой проблем не будет, не спрашивай почему.
  
   - Хорошо, не буду. Тебе Брайс все выскажет.
  
   - Все будет нормально, не переживай. Просто будь готова к выходу послезавтра.
  
   Даймон шутливо отсалютовал ей рукой и вышел. Эра попыталась вернуться к книге, но буквы разбегались перед глазами - голову занимали совершенно другие мысли.
   Пусть ей десять раз не нравится этот Талер, но он уже в команде, как минимум на ближайшее задание. Она не хочет проблем, а значит, ей тоже надо работать над этим. Не создавать условий для ссоры, не обижать его. И если этот парень на нее запал, то надо внести полную ясность до того, как он вообразит себе бог весть что. Конечно, где-то внутри было приятно от того, что у нее есть поклонник. И конечно, это совершенно не значило, что можно себе позволить поддерживать в нем пустые надежды.
   Работа на лендлорда совершенно не вдохновляла, и если бы она не знала Даймона, ни за что не согласилась бы. Мелкие дворяне с крошечными наделами небогаты. Две-три деревни, иногда охотничьи угодья, очень редко - что-то вроде рудников или лесопилок. И при этом относятся к не-дворянам, простолюдинам, как к мусору. Им не важно, насколько ты сильнее, умнее или богаче - они всегда считают себя выше и значительнее, просто по происхождению. И поэтому иногда позволяют себе глупости, такие, как неуплата по счетам.
   Мелкие дворяне не видели ничего дурного в том, чтобы заплатить за работу лишь частично, или вообще не заплатить. И понимание, почему так не стоит поступать, к ним приходит не сразу. Иногда, прежде чем понять, чем чреват 'черный список' гильдии, проходило до полугода. Монстрам плевать, насколько ты знатен, им важно, можешь ты дать отпор, или нет. Авантюристы, профессионалы по уничтожению монстров, обходились дешевле содержания регулярной армии. Намного дешевле. И были надежнее. Намного-намного надежнее.
   Монстры всегда очень хорошо чувствуют слабину. Один раз не дал отпор - пиши пропало. И глупый дворянин снова вынужден просить гильдию решить его проблемы. И наставал момент истины - гильдия очень хорошо помнит своих должников. Хочешь решить проблему с монстрами? Легко. Заплати долг, неустойку и полную предоплату. У гильдейских бонз нет сердца, им плевать на мольбы. Не получив свою плату, они будут равнодушно смотреть, как тебя разрывают на части, или как твой городок вымирает от чумы.
   Но для авантюриста, которого 'кинули' с оплатой, не было радости в возмездии. Деньги есть деньги, и гильдия компенсировала лишь часть, покуда не получит полный расчет. Это не считая случаев, когда авантюристов пытались тихо убрать, чтобы не платить. В общем, работа на мелких дворян была крайне неблагодарным и рискованным делом.
   Все эти мысли мешали сосредоточиться на книге. Вообще, она именно поэтому избегала всякого беспокойства во время отдыха после заданий. Практика в медитации, поиски новых знаний между строк старых книг, личные записи, упорядочивание впечатлений требовали полного покоя и тишины. Только близким друзьям могло сойти с рук вмешательство в ее личное пространство. И тем не менее, весь вечер и ночь насмарку.
   Эра тяжело вздохнула, запахнула плащ и вышла прогуляться, заодно купить чаю. Может быть, свежий вечерний воздух вернет спокойствие разума.
  
   **Талик
  
   После 'теста на профпригодность' оформление статуса авантюриста не заняло у Талика много времени. Типовая анкета в несколько листов, в основном, указания, где искать в случае чего, и уточнение, находится ли он в розыске, и если да - то где и по какой причине. Бумага была довольно интересной, странной наощупь, как бархат. Вежливая барышня из регистратуры, Мори, говорила, что эта бумага меняет цвет, если записать ложные сведения. Талик не был уверен, что так и есть, но на всякий случай (магия же) изложил все пункты честно, хотя и обтекаемо.
   После выдачи ему медного жетона (прикольная пластинка, такая же наощупь, как и бумага) с личными данными, Даймон пригласил на пару слов. Этот парень Талику очень нравился в целом - весьма неглупый, хорошо чувствовал настроение, имел достоинство и проявлял уважение к чужому мнению. Но самое главное - очень хорошо понимал, чего хочет и как этого добиться к взаимной выгоде. Такие люди Талику в игре встречались довольно редко, а в жизни - вообще никогда.
   Даймон предложил ему войти в команду. Вообще, это шло немного вразрез с планами Талика - он хотел познакомиться с действительно сильными ребятами. Однако Даймон изящно убедил его в том, что попробовать точно стоит. Целителя медного ранга врядли будут сразу звать в сильные команды. Начинать с 'нуля', работая с другими медными и железными рангами было бы очень долго, да и не со всеми можно легко сработаться. И в целом, было бы полезно посмотреть, на что похожа 'работа' авантюриста, заранее, в оптимальных условиях.
   Не последним моментом, убедившим Талика, была Эра. Ее образ крепко засел у него в душе, и мучительно хотелось как минимум установить нормальные отношения. В этом он чувствовал какую-то грустную иронию - в Рассветном городе ему было бы достаточно просто показать пальцем, и любая красавица почла бы за честь быть с ним. А поди ж ты - запал на девушку, едва сдерживающую к нему неприязнь.
   Даймон каким-то мистическим образом понял, о чем думаел Талик, и честно сказал ему, что с Эрой абсолютно ничего не выйдет. Намекнул на личную неприязнь Эры к мужчинам в интимном плане, и Талик неплохо понимал, что он имеет в виду. Именно над ней надругались два десятка солдат Акуро.
   Но все-таки... Все-таки. Хотелось хотя бы дружбы. Для начала.
   Брайс всё не появлялся, но Талика это пока не очень беспокоило. Он крупно сомневался, что этот парень решит его кинуть и пропасть с деньгами. А даже если и случится что-нибудь в таком духе, потеря двух слитков золота была не такой и высокой ценой за проверку на вшивость. По меркам сокровищницы гильдии, разумеется. На слитки ушло всего сорок монет Иггдрассиля. А на всякий случай у Талика всё равно в заначке были деньги, взятые у банды Акуро. Довольно много серебра и несколько золотых.
   С поиском гостинцы проблем вообще никаких не было - в здании гильдии сдавались в наем комнаты. Цены, по местным меркам, кусались, но Даймон с готовностью оплатил ему комнату на сутки, и Талик, отложив экскурсию по городу на утро, отправился в 'свои' апартаменты.
   Комната совершенно не впечатляла после дворца и храма, но здесь был какой-то непередаваемый уют. Небольшое помещение, с минимумом мебели, пахло деревом, соломой и чистой тканью. Окно пропускало свет, но рассмотреть через него было ничего нельзя.
   Подойдя к нему, Талик понял, в чем дело. Вместо стекла в фасетчатой раме использовалась какая-то полупрозрачная кожа.
  
   Наверное, это и есть тот самый бычий пузырь. Прикольно, запаха нет вообще.
  
   Он открыл окно. В комнату мягкой волной вошли звуки ночного города. Шум ветра, иногда доносящий хлопание птичьих крыльев, далекую ругань, гомон из ближайшего переулка, пьяное пение, звук шагов, стук копыт. На фоне стремительно темнеющего неба в силуэтах домов кое-где был свет в окнах, а на улицах загорались огоньки фонарей. Вид был загадочный и очень красивый.
  
   - Спай, ты здесь?
  
   - Да, ваше святейшество, - в углу комнаты, около деревянной двери, возник эльф в поклоне.
  
   - Проследи, куда ушел Даймон. Если к Эре, то послушай, о чем будет разговор, потом вернешься, передай в точности.
  
   - Будет сделано, ваше святейшество.
  
   Спай исчез, а Талик не мог понять, испытывает ли угрызения совести. По идее должен был - все-таки это вторжение в частную жизнь. Фактически - было только очень слабое ощущение, что так лучше не делать, просто потому, что неприлично. Командовать эльфом тоже как-то легко вошло в привычку.
  
   Ну, он сам в этом не видит ничего противоестественного. Чего мне-то страдать?
   Наблюдая вид из окна, он говорил через [сообщение] с обитателями дворца. Заметных новостей не было.
   Вильгельм, нещадно эксплуатируя нежить Мариуса в качестве грубой рабсилы, строил дорогу через расщелины в горах. Талик недавно предложил ему придумать что-нибудь с постоянными дорогами, все-таки они здесь очень надолго, и передвигаться одними порталами - тупо. 'Король' воспылал энтузиазмом, высчитал ресурсную смету и выжал разрешение использовать нежить. Талик оценил идею - мало ли, обвал или еще какая хрень, мертвяков не жалко. Идеальная дисциплина и отсутствие усталости - считай роботы. Работа шла по плану, и через пару недель можно было ожидать завершения первой 'магистрали'.
   Талик сомневался, как сам Мариус отнесется к тому, что у него отжимают подчиненных, но личу оказалось вообще пофиг. Его в данный момент увлекало совершенно другое. А именно - опыты над пленными. С его слов, в скором времени Талика ждал подробный отчет о проделанной работе. Лиас, с его точки зрения, звезд с неба пока не хватал, но перспективы были. Талик решил, что пока лич увлечен чем-то неопасным, пусть все так и будет. Бандитов чисто по человечески жаль, но совесть молчала.
   Илладрия поделилась результатами распаровки грифонов - три пары уже сложились и можно было ожидать кладки, еще одна под вопросом.
   Идея попробовать разводить оживших грифонов пришла Талику в голову недавно, к его стыду. Надо было сразу об этом подумать, но лучше поздно, чем никогда. Если грифонов удастся разводить и приручать, это очень неплохая замена привычной авиации. Пересылка небольших грузов, переброска агентов, разведка - ценность воздушного транспора непереоценима.
   Дрэга бодро отчиталась о том, что завоевала определенный авторитет в 'своем' филиале гильдии, и ее ранг повысили уже до серебра. Это считалось очень быстрой карьерой, учитывая, что она в гильдии появилась меньше недели назад. Сейчас как раз была на очередном задании - найти и уничтожить обнаглевшего тролля-людоеда на границе с лесом Тоб. Попыток наладить контакт от сильных мира сего пока не было, но Талик был уверен - это только вопрос времени.
   Новости от Варбосса слегка удручали. Оркам было скучно без войны. Не то, чтобы назревали волнения, нет. Но в целом неопределенность будущего создавала для них напряжение. Небольшую отдушину они получили скорее случайно, благодаря идее с Акуро.
   Бывший главарь банды целыми днями дрался на импровизированном 'ринге' с орочьей молодежью. Со слов Варбосса, был чуть продвинутее 'ребятишек', но не более. Зато на его примере у вождя родилась светлая мысль. И теперь у орков была новая развлекуха - некоторое подобие турниров. Все по-орочьи, без нежностей, с единственным условием - не насмерть. Все остальное легко решалось через заклинания и зелья регенерации. Зелья варили по месту, из возобновляемых ресурсов (кабанья кровь и еще какая-то хрень). Слабенькие, но для их уровня - самое то.
   Тем не менее, их энергию надо было направить в какое-нибудь определенное русло. И явно не в строительство...
   Талик разлегся на кровати и выдохнул. Роль 'удаленного директора' ему нравилась больше, чем быть в центре внимания. В комнате почтительно появился Спай и передал разговор Даймона с Эрой.
  
   - Меня глубоко оскорбляет их непочтительность, ваше святейшество, - резюмировал эльф. - Я полагаю необходимым поставить их на место.
  
   - Пусть все пока будет как есть, - ответил Талик.
   Его коробило такое отношение, но, по совести говоря, оно было вполне оправданным. Он для себя решил, что время всё покажет.
  
   - Кстати, Спай, ты вообще спишь когда-нибудь?
  
   - Да, ваше святейшество. У всех сталкеров есть ограниченная потребность во сне. Обычно по полчаса четыре раза в сутки.
  
   - И как, хватает? - поразился Талик.
  
   - Вполне, ваше святейшество. В напряженной обстановке сном вообще можно пренебречь.
  
   Талик только хмыкнул. Сам он тоже не испытывал заметной потребности во сне, и спал больше по привычке. Да и то сказать - спал, дремал скорее.
   Вечер превратился в ночь, и стало скучно. Без интернета, соцсетей, форумов и прочего он просто не знал, чем себя занять. В привычном игровом мире он уже давно что-то фармил, рейдил или весело рубился на PvP локации. А сейчас, вроде и фентези, а дел кроме как валяться на жесткой кровати, попросту нет. Немного подумав, он спустился в общий зал. Там хоть какая-то жизнь идет, хоть послушать, о чем говорят. Может, и затусить с кем.
  
   **
  
   В дверь постучали.
  
   - Войдите.
  
   Исаак Бардон, глава гильдии авантюристов Э-Рантела, уже собирался заканчивать дела на сегодня, и был удивлен поздним визитом. В дверь с поклоном вошла девушка из регистратуры, держа в руках деревянный пенал.
  
   - А, это ты, Мори. Что тебе нужно в такое время?
  
   - Господин Исаак, прошу прощения за такой поздний визит, но дело кажется важным.
  
   Бардон сделал приглашающий жест, и Мори подошла к столу.
  
   - Посмотрите на это.
  
   С этим словами она извлекла из пенала два причудливо ограненных камня. Бардон недоверчиво уставился на них.
  
   - Это сенсорные камни? Что с ними случилось? Они должны быть прозрачными, насколько я помню.
  
   - Да, господин Исаак. Сегодня в гильдии зарегистрировался новый человек, заявил свою роль как целитель. Я провела тесты его навыков, и активировала камни во время действия его заклинания. Они полностью потеряли прозрачность, это свидетельствует о третьем ранге магии. Но уже прошло несколько часов, а прозрачность так и не вернулась. Я решила доложить вам, на всякий случай.
  
   - Хм. Вот даже как, - Бардон задумался. - Ты молодец, что пришла рассказать об этом.
  
   Бардон взял в руку теплые, почти горячие камни и здумался. Мори, скорее всего, просто не знала об этом, но полная потеря прозрачности - это не третий ранг. Это третий ранг и выше, и судя по температуре камней, возможно, даже выше четвертого. Магию такой силы могли применять очень немногие люди, и в Э-Рантеле таких было всего трое.
  
   - Откуда этот человек?
  
   - Вот его анкеты, господин Исаак. Он остановился в комнатах гильдии.
  
   Бардон взял у нее из рук листы чародейной бумаги и вчитался. Никакой конкретики.
   'Откуда родом - из настолько далекой страны, что ее название ни о чем не скажет' - на грани хамства, хотя ответ допустим.
   'Для чего решили стать авантюристом - хочу познакомиться с сильнейшими авантюристами мира' - о деньгах ни слова
   'Боитесь ли вы смерти - да, мне бы не хотелось умирать' - на редкость честно
   'Нарушали ли вы когда-либо законы Королевства, Империи либо Теократии - нет' - нечастое явление. Ответ был предельно правдив, судя по бумаге, а это значило, что на совести кандидата не было даже украденного по пьяни помидора.
   'Состоите ли вы в розыске в какой-либо из стран континента - если и да, мне об этом неизвестно'
   И все ответы в таком духе. Обтекаемые, расплывчатые, но полностью правдивые.
  
   - Чужак, не имеющий здесь корней, применяющий сильную целебную магию, нигде до этого не засветился... Мда, странно выглядит. Он уже нашел себе напарника или нескольких?
  
   - Да, господин Исаак. Его приняли в состав 'бессмертной надежды', лидер - Даймон.
  
   - Я помню этих ребят, способные. Мори, если он обратится за помощью или информацией, сделай все что в твоих силах, и потом детально передай мне суть дела. Не стесняйся направить его прямо ко мне, если вопрос будет вне твоей компетенции.
  
   - Поняла, глава.
  
   Мори поклонилась и вышла. Бардон размышлял, глядя на анкетные листы. Наверное, именно из-за этого паренька мелкий чиновник из привратного дозора закатил ему истерику сегодня.
   Новички-авантюристы появлялись постоянно. Дети крестьян, наемники, решившие узаконить свои дела бандиты, дети обнищавших аристократических родов, бышие преступники. Смертность, особенно в медном и золотом ранге, была очень высокой, но это не сказывалось на популярности этого рода деятельности. У гильдии всегда был хороший выбор кандидатов, принимали далеко не всех. Было довольно много критериев, в том числе и скрытых - гильдия нуждалась в надежных, бесстрашных бойцах и чародеях. Слабые или нечистые на руку были не нужны.
   Талантливые самородки появлялись очень редко, и как правило, за ними уже был некоторый послужной список. По крайней мере, не составляло проблемы найти о них информацию. А с вот этим целителем, было сразу очевидно - концов не найти. Но при таком таланте, как он показал - это совершенно не проблема.
   Проблем может быть две. Первая - он может, теоретически, быть засланцем от Теократии. Формально, гильдия была вне политики, но кого волнуют формальности, когда речь идет о реальной силе. Так что, агенты всех трех великих государств с завидным постоянством внедрялись в ряды авантюристов. Они никогда не подымались в ранге выше серебра, так что вреда не было. Разве что, гильдия устраивала так, что задание агент мог получить только в пределах своей родины.
   Могла ли Теократия подослать сюда агента, владеющего магией минимум четвертого ранга? В теории да. На практике, такая подготовка - позор для любого шпиона. Он буквально кричал своим поведением - 'обратите на меня внимание'.
   И если это не агент теократов, то появлялась другая проблема. Талантливого новичка, потенциально - одного из лучших целителей региона, а то и страны, попытается прибрать к рукам церковь. Не может не попытаться. Этого надо было избежать любыми способами. Церковь может предложить многое, но и у гильдии есть пара козырей.
   И еще старому главе гильдии не давало покоя некое совпадение. Гильдия пользовалась магией [сообщения] для координации. Не очень надежно и очень дорого, но возможность быстро обмениваться данными того стоила.
   В течение последней недели в гильдию в пределах Королевства поступили еще четверо довольно заметных фигур. Трое - прекрасные бойцы защитного типа, ориентированные на копье и щит, в крайне неплохих доспехах. Странный выбор оружия - очень часто авантюристам приходилось сталкиваться с нежитью. В боях с ней копье практически бесполезно. Вероятно, бывшие солдаты, но из какой армии? Теократы и имперцы делали ставку на прямые мечи, вооружая регулярную армию. Тех же тенденций придерживались и профессиональные наемники из тех мест. Королевство Ре-Эстиз использовало копья, но только в плотном строю фаланги. Очень длинные копья, которые нельзя использовать со щитом.
   Четвертой заметной фигурой была авантюристка-новичок, обьявившаяся в И-Песпеле. Воин, мечница. Исходя из слов тамошнего главы, чрезвычайно самоуверенная женщина, имеющая поистине исключительную экипировку. В первый же день круто поскандалила с бойцами более высоких рангов. В итоге скандала - играючи избила до полусмерти команду золотого ранга. Обычной деревянной палкой.
   И вот теперь в его городе тоже появляется талантливый новичок родом из далеких мест. Неспроста это всё. Бардон задумчиво постучал подушечками пальцев по бумаге.
  
   - Ну, что ж, посмотрим, как вы себя покажете, авантюрист Талер. Это как минимум интересно.
  
   ** Эра
  
   Выходя из своей комнаты, Эра собиралась пройтись в знакомую лавку, где продавали травы и настои. Она покупала там чай последние пару лет. Отношения с хозяином лавки, древним ехидным стариканом, позволяли ей заходить в неурочное время.
   Как обычно, дедуля продал ей не только горсть дорогущего чая, но и кучу забавных баек из молодости. Визит затянулся до самой полуночи, но она не была против. В долгих беседах со стариком была своя прелесть. Любые переживания и проблемы отступали на задний план, когда она слушала небылицы травника. За все время знакомства он так ни разу и не повторился, в душу особо не лез и жизни не учил. Идеальный приятель.
   Возвращаясь к себе, она увидела в почти пустом зале, освещенном только камином и парой свечей, нового члена команды. Тот сидел, смотрел на огонь и хлебал из чашки что-то горячее.
   Эра задумалась. Неплохой момент познакомиться поближе, установить границы, найти общий язык. Не то, чтобы ей хотелось вообще водить с ним знакомство. Но так случилось, что на ближайшее задание он будет ей товарищем. И наладить контакт, прояснить границы лучше было бы до того, как они выступят. По пути в Э-Рантел они так и не поговорили толком.
   Она направилась к столу, за которым сидел Талер. Тот обратил внимание на подходящую девушку, и приветственно поднял ладонь.
   - Йоу.
   - Привет. Странно видеть трезвого мужчину в питейном зале в полночь, - она нейтрально улыбнулась.
   - Скучно было, думал, может познакомлюсь с кем или услышу что-нибудь интересное. Но все приличные люди, как оказалось, давно спят. Спать все равно неохота, вот и скучаю здесь.
   Возникла неловкая пауза. Эра просто не могла найти подходящую тему, чтобы начать разговор. Спустя полминуты совместного разглядывания огня в камине, она всё-таки решилась сразу начать с того, что ее интересовало.
   - Даймон пригласил вас в команду, и мы какое-то время будем должны полагаться друг на друга. Я доверяю нашему лидеру, но совсем вас не знаю. Почему вы решили присоединиться к нам?
   - Как-то вы в лоб... - Талер замялся. - Ладно. Врать не буду, я не собирался присоединяться к вам. У меня совсем другие планы были. Только после разговора с Даймоном я понял, что совсем ничего не знаю о том, как и что происходит здесь. Ну, и он предложил войти в команду, временно. Я подумал - почему бы и нет? Хоть увижу, что к чему.
   - Вот как. А вы очень уверены в себе. - Эра вежливо улыбнулась. - Мне кажется, вы не понимаете, насколько тяжела и рискованна наша работа.
   - Не хочу разводить пустые споры, решение принято, и время рассудит. Я вам не нравлюсь. Можете сказать, почему?
   - Я понимаю, что это звучит грубо, прошу прощения за такие слова. Не то, чтобы не нравитесь. До вас с нами путешествовал один парень... Подавал надежды и не знал, что к чему. Он тоже был очень в себе уверен, первое время. Потом с ним была куча проблем. Для меня это был очень плохой опыт.
   Талер криво улыбнулся.
   - По крайней мере, честно.
   - Вы уже знаете о том, какая работа нам предстоит?
   - Что-то насчет нежити на востоке. Вы наверное уже знаете, я не местный и не очень хорошо знаком с географией. Подскажете детали?
   - Да. Равнины Каз. Проклятые земли размером с небольшую страну. Вглубь их никто в здравом уме не лезет. Территории, граничащие с окраинами этих равнин, постоянно под угрозой.
   - И там надо выловить сбрендившего колдуна? А он сам-то не загнется там, даже без нашей помощи?
   - Хорошо, если загнется. Но я бы не расчивала на такую удачу. Скорее всего, нам придется неплохо пробежаться по окраинам равнин в поисках, где он окопался.
   - А если не на окраинах?
   - Если не на окраинах, то это задание для команд намного сильнее нашей.
   - Понятно. Вообще, знаете, меня немного удивляет - почему эти равнины до сих пор существуют? Ну, то есть, почему на них не навалились всей кучей с разных сторон и не вычистили раз и навсегда?
   - О, эта тема частенько обсуждается. Ответ прост - для этого понадобится договориться и взаимодействовать правителям всех трех стран. Это невозможно, каждый из них считает себя самым умным и обязательно предаст остальных, чтобы сохранить свою армию. Все это понимают.
   - А почему этим не займется гильдия? Судя по тому, что я знаю, у нее может хватить сил на что-то подобное. Ну, по крайней мере, всерьез уменьшить проклятую область.
   - Может быть, но только если ей заплатят. А сумма за такой заказ будет неподьемной даже для императора Бахарут. Тем более, равнины Каз - самая надежная граница из существующих. Если бы не они, Империя уже наверняка сцепилась бы с Теократией. В общем, равнины Каз такие, какими мы их знаем, по куче причин.
   - Мне уже хочется посмотреть на них.
   - А там особо не на что смотреть. Мертвые низины, постоянный туман, легко заблудиться. Ну, по крайней мере, так на окраинах.
   - Ясно. Есть какой-нибудь совет для новичка, насчет этих равнин?
   - Совет? - Эра удивилась. Талер в целом начал производить не такое уж плохое впечатление, а теперь не постеснялся и спросить совета. - Возьми сменную одежду, напиши завещание и отрасти глаза на затылке.
   - Насчет глаз на затылке не обещаю, но с остальным постараюсь, - он усмехнулся и встал из-за стола. - Спасибо за беседу. Пойду, попробую поспать.
   Эра последовала его примеру.
   - Завтра с утра должен будет подойти Брайс и отдать вам выручку за золото.
   - Я дождусь. Доброй ночи.
   - Доброй ночи.
   В свою комнату Эра пришла с куда меньшим грузом сомнений. Доверия к Талеру она все равно не чувствовала, но опасений было уже меньше. Хотя эта самоуверенность... Ну, в худшем случае там и сгинет.
  
   **
  
   Отряд гоблинов терпеливо выжидал жертву. Они уже неделю выслеживали добычу. Хитрую, осторожную добычу, которая хорошо пряталась. Недостаточно хорошо для главного охотника деревни. Главный охотник смог найти тропы, по которым ходил хитрый эльф. И теперь гоблины ждали. Сегодня, завтра или в другой день жертва обязательно пройдет здесь.
   Каждый охотник мечтал поймать эльфа. Эльфов было очень мало, в лесу Тоб они вообще не появлялись почти никогда. Только совсем отчаянные беглецы из земель людей. Такая добыча - большой почет и уважение всего племени. Эльфы очень долго живут под ножом шамана, очень долго кричат. Богам нравится. А мяса потом хватит на всех мужчин попробовать.
   А если очень повезет, то найдутся и другие эльфы. Женщина с ребенком например, или раненый друг. Это будет большой праздник. Двуногой добычи уже давно не было, вообще никакой. Люди с границ быстро учатся, и не ходят по лесам в одиночку.
   Жертва наконец появилась. Вынырнула из кустов, осмотрелась, ловко взобралась на высоченное дерево. Посидела там, что-то черкая в книжке. Слезда с дерева и наконец нырнула в овраг перед озерцом.
   Главный охотник дал знак, пора. Разом зашелестели кусты, несколько охотников метнули копья по ногам. С другой стороны тропы полетели тонкие сети с грузиками. Жертва обречена.
  
   **
  
   Дождаться Брайса перед выходом оказалось отличной идеей. Тот принес увесистый кошель с золотом и серебром, в общей сумме на 50 золотых. Брайс с усмешкой смотрел, как Талик подсчитыввает монеты.
   - Не доверяешь,уважаю.
   - Просто хочу понимать, сколько у меня денег. Толку проверять, если я не знаю ни цен, ни курсов? В любом случае, ты меня выручил, спасибо. Что с меня за твои труды?
   - Два золотых, я уже взял. Хотя, мы теперь команда, вернуть? - он многозначительно прокатил блестящую монетку по пальцам.
   - Пусть у тебя полежат, - улыбнулся Талик. - Я могу еще одну добавить, если ты мне кое-с чем поможешь.
   - Да? И кто должен исчезнуть? - оскалился Брайс. - Предупреждаю сразу, я не берусь за министров и маленьких детей.
   - Все намного проще.Мне нужен кто-нибудь, кто знает город. Собираюсь прогуляться и не хочу донимать расспросами прохожих.
   - Кое-что о городе знаю. Монета? Договорились.
   Город казался большим, когда Талик заезжал в него. Но спустя пару часов понял, что это не совсем так. Город в понимании жителя мегаполиса оказался совсем крохотным, несколько километров от стены до стены.
   Хотя посмотреть было на что. Даже на такой сравнительно небольшой территории помещалось много интересного. Нашлось место для самых разных контрастов. Кричащий роскошной отделкой дворец градоправителя был буквально в километре от неимоверно нищих трущоб. Шумный рынок бурлил жизнью за одну улицу от величественного(ну, по местным меркам) храма. Гнусные подвальные таверны, дорогие заведения для благородных господ, бордели, суровые казармы, жилые дома, огромные витрины и глухие стены переулков. Все это умудрялось целыми поколениями умещаться и сосуществовать в пределах городских стен.
   Брайс оказался большим знатоком сомнительных развлечений и отлично знал каждый притон в Э-Рантеле. Игорные подвалы, курильни, заведения где подают 'кое-что поинтересней бухла'. Проходя мимо очередного злачного места, Талик обратил внимание на полуодетых девушек с чем-то наподобие ошейников. Присмотревшись, он понял, что это, скорее, татуировки.
   - Брайс, а что это у них на шеях?
   - А, ты раньше не видел? Это рабские метки. Свидетельство о принадлежности.
   - Рабские? - Талик впервые вживую видел подобную дикость. - То есть, это рабыни?
   - Ну да.
   - А я слышал, рабство вроде отменили, нет?
   - Ох, Талер-сан, твоя наивность - это нечто. Ты видишь на них ошейники?
   - Нет, но...
   - Ну и всё. Что ты пришьешь хозяину лавочки? На любом суде он скажет- это не рабыни, а нанятые девки, например. И попробуй докажи обратное.
   - Так при таком раскладе они могут просто уйти?
   - Куда? Это для судьи метка ничего не значит. А для всех понимающих людей она значит, что это чей-то раб. Приличные люди не будут иметь с ними дела, а неприличные... Ну ты понял.
   - А как так получается вообще, что человек становится рабом? Вот вчера он был свободен, а завтра его поймали, поставили метку и все?
   - Ну, не совсем так, но в целом почти. Поймали, увезли в другой город, к примеру, и все. Ни друзей, ни близких. Или родители могуть продать дитя по безнадеге, или за долги заберут. Бывают разные случаи. Хотя, они, как правило, все равно долго не живут. Наркотики, жестокие клиенты. Некоторые накладывают на себя руки, но это редкость.
   Талик был в шоке.
   - И что, никто не сопротивляется?
   - Вы как ребенок, Талер-сан. Кто же позволит рабу противиться?
   - А кого спрашивать? Пырнул ножом и смылся, нет?
   - О, вы интересных сказок наслушались. За саму попытку проявить волю, за косой взгляд следует наказание. Настолько тяжелое, насколько хватит фантазии у владельца. Так или иначе, все ломаются. Можете мне поверить, любые разговоры о сопротивлении - пусты.
   - Мне трудно представить подобное.
   - А у вас на родине рабства нет?
   - Хах... пожалуй есть, но не настолько жесткое. Всегда есть выбор, какому хозяину служить
   - То есть как это? Раб на то и раб, что у него нет права что-то выбрать.
   - Да ты, наверное, и не поймешь... В моей стране рабом может быть только тот, кто хочет этого, как-то так. Пытаться принудить кого-то к труду против его воли - вернейший путь в тюрьму, а то и в могилу. У нас совершенно по другому работает закон.
   - Хорошие места, должно быть.
   - Еще вчера я бы с тобой не согласился.
   Талик оглянулся на девушек. Лет 15-17 самое большее. Если их ожидала судьба, которую описал Брайс... Это было слишком несправедливо, Талик никак не мог просто принимать эту данность и ничего не попытаться сделать. Конечно, это не значит, что он прямо так бросится спасать всех и вся. Такой соблазн был, но общая картина мало изменится, если он начнет устраивать погромы в борделях. Да и что потом делать с теми, кому помог сгоряча. Не охранять же всю жизнь. Нужна идея получше.
   - Ну как, не тянет на подвиги по спасению несчастных девиц? - ехидно прищурился Брайс.
   - Еще как тянет, но... Пока не знаю, как лучше все обустроить.
   - Ха, мне нравится твоя уверенность. Но знаешь, не все из таких невольниц так уж несчастны. Большинство из них в целом живет лучше, чем раньше.
   - В каком смысле??
   - Да в прямом. Они не голодают, не болеют, спят в тепле, носят красивую одежду. Да, работенка не сахар и свободы нет, но поверь, далеко не все хотели бы вернуться в свои деревни. Рожать каждый год в нищете, пахать на поле до конца жизни, постоянно ждать налета бандитов или монстров, ползать на четвереньках перед каждым родовитым индюком. Где дела по-настоящему дерьмово, так это в поместьях знати. Но тебе ни в жизнь туда не добраться, так что просто забей. Привыкнешь.
   Талик думал возразить, но смолчал. Он совершенно точно не собирался 'привыкать' к тому, что считал варварством и преступлением. Но непохоже, что спорить на эту тему с Брайсом имело хоть какой-то смысл. Этот человек здесь родился и вырос, и для него такой порядок вещей был нормальным.
   Настроение гулять совсем пропало. Фентезийная реальность становилась все менее романтичной. Он распрощался с Брайсом, уже собравшимся тащить его в 'лучшее заведение в городе, тебе понравится', и вернулся к себе в номер, готовясь скучать остаток дня. И как оказалось, довольно вовремя.
   [сообщение]
   - Пророк, простите за вторжение, есть важная новость.
   - В чем дело, Илладрия?
   - На одного из низкоуровневых разведчиков во внешнем лесу напали, ранили и куда-то несут. Сталкер-наблюдатель, согласно вашему приказу, не вмешивается.
   - Кто напал? Уровни, количество, расовая принадлежность?
   - Гоблины, банда из 22 существ. Уровни от 10 до 19. Это была засада.
   - Мне будет очень интересно узнать, как они ухитрились такое организовать. Но позже. Сейчас, пусть сталкер проследит, куда отнесут нашего. Если возникнет угроза жизни, то пусть отобьет его и позволит сильнейшим сбежать и потом выследит.
   - Мне снарядить карательный отряд?
   - Нет, этим займутся орки. Поможешь им с переброской на место.
   - Не смею оспорить ваш приказ, Пророк. Но почему вы не позволите эльфам самим проучить их за эту наглость?
   - Потому что наличие боеспособных эльфов я пока хочу оставить в секрете. Будь готова вмешаться лично, но только в крайнем случае.
   - Поняла, Пророк.
  
   [сообщение]
   - Варбосс, мне нужны твои воины.
   - В любой момент, Пророк! Где им быть и кого убивать?
  
   **
  
   Главный охотник был ужасно зол. В деревню пришли огры. Огромные, сильные и жадные хозяева этой части леса. Когда они приходили, всегда забирали то, что хотели. Еду, ножи, побрякушки, шкуры - все, что понравится. Иногда забирали с собой воинов племени, для войны с троллями из другой области. Всегда унижали, били и насмехались.
   Ограм нельзя было возразить, у них разговор был короткий. Чуть что не понравилось - шмяк дубиной. Был гоблин, стала кровавая лужа.
   Главный охотник еще на подходе понял, что что-то не так. Скрытая деревня всегда была очень тихой, а сейчас там было шумно. Далеко за грубый частокол доносились рык, удары, визг, утробный смех.
   Уходить и прятаться было нельзя, это уничтожило бы авторитет. И добыча могла помереть без мучений, так было нельзя - боги разозлятся. Так что отряд все-таки вошел в деревню, и догадка подтвердилась - огры заявились. Середина деревни была развалена и растоптана, из обломков дерева жирдяи сложили костер, а на палатках сидели как на ковриках.
   Конечно же, добычу они тут же заприметили. И конечно же, тут же забрали себе. Один из охотников разозлился и попытался оттолкнуть загребущие руки от добычи, и тут же получил по башке дубиной. А заодно и еще двое, которые ничего не сделали.
   Главный охотник был в бешенстве, но держал себя в руках. Это был не тот расклад, где маленький гоблин может что-то сделать. Скрипя зубами, молча смотрел, как связанного эльфа закатывают в глиняный ком. Не будет ножа шамана, не будет благосклонности богов, не будет вкусного мяса. Все забрали огры.
   Была только одна надежда, что эльф был в лесу не один. Главный охотник уже прикидывал, как искать его стоянку. Хорошо, если там найдется женщина. И новую добычу он точно сразу в деревню не потащит. Сначала убедится, что нет злых гостей.
   Он первым засек новых гостей, еще до того, как они ворвались через проломанный ограми частокол. Они были очень похожи на гоблинов, только больше раза в два и мясистее. Первый гость запустил в главного огра топором. Гоблин едва уследил за полетом тяжеленной железяки.
   Топор с сочным хрустом вошел в грудь главарю огров почти на две трети. Тот выпучил глаза, закашлялся, и недоверчиво осмотрелся. Остальные огры застыли пораженные такой наглостью.
   А новые гости времени совсем не теряли. Пока огры прытались понять, у кого хватило смелости наехать на лесных хозяев, несколько новых гостей уже добежали до них.
   И заплясали топоры с дубинами. Огры в бешенстве ревели так, что срывало еще оставшиеся стоять палатки. Гости не особо и отставали. Они оказались удивительно ловкими, быстрыми, уворачивались от дубин и рубили, рубили, рубили в ответ.
   Не всем удавалось увернуться от дубин, кому-то нет-нет да и прилетало. Одного из гостей почти сразу снесло ударом в сторону. И вот тут гоблину стало по настоящему страшно. Изломанная двухметровая туша, с обвисшей рукой, из которой торчали кости, встала и засмеялась. Страшным, диким смехом. И бросилась обратно в бой. Получив еще один удар дубиной, зеленый псих схватил ее здоровой рукой и вцепился зубами огру в кисть. И умер, все так же смеясь.
   Гостям было смешно от ран. Им было весело драться насмерть.
   К демонам все это, подумал гоблин. Пора делать ноги. Но оказалось, что гости не только с ограми развлекаются.
   Глазам охотника предстала самая настоящая резня. Громил было много, и они по всей деревне рубили гоблинов на куски. Местами пылал огонь на месте построек, все застилал едкий дым, со всех сторон доносились лающий хохот и отчаянные крики. Меньше чем за минуту деревня превратилась в пылающую бойню.
   Гоблин все-таки попытался сбежать, и у него почти получилось. Под покровом жирного дыма он прополз через порушенные палатки, сквозь мусорные ямы, между куч костей к стене, где был заветный пролом. Он выбрался за пределы разоренного селения и рванул прочь, но смог сделать всего пару шагов.
   Резкая боль пронзила ногу и гоблин упал. Выхватив скрытый под лохмотьми костяной нож, он попытался перевернуться. Резко навалилась такая боль, что гоблин не выдержал и заорал. Несмотря на непослушные конечности, он смог вывернуться и глянуть, в чем дело.
   В ноге, в колене с обратной стороны, торчал топор. От рукояти куда-то назад уходила тонкая веревка. Как раз, когда гоблин заметил ее, веревка натянулась. От боли перед глазами всё поплыло, и он не уследил момент, когда двухметровый владелец топора оказался рядом, сильно придавив пальцами тонкую шею.
   - И куда это мы крадемся?
  
  Глава 11
  
   В деревне стояла тихая паника.
   Несколькими днями ранее, когда в поселение пришли бывшие пленницы жестокого 'хозяина' этих мест, дочка травницы, Анника, с восторгом рассказывала о благородных чудовищах. О том, как добрые монстры победили злых людей и освободили несчастных. Обычная невероятная история о чудесном спасении. С той только разницей, что герои и злодеи поменялись месами.
   Восторгов Анники никто не разделял, особенно ее мать, и у нее были на то причины.
   Когда-то давно, ей случилось попасть в руки гоблинам. Она была одной из нескольких людей, притащенных злобными тварями в их поселение. Выжить удалось по чистой случайности - когда очередь жариться живьем дошла до нее, в логово зеленокожих заявились авантюристы с карательной миссией. И пусть с тех пор прошло много лет, каждое мгновение плена было живо в памяти пожилой женщины.
   Ее дочери неверотяно повезло остаться в живых, и это было благом. Ее матери оставалось лишь надеяться, что Анника не столкнется более с монстрами. Пусть ребенок верит в сказки, если ему хочется. И пусть эти сказки сказками и останутся.
   За несколько дней ничего примечательного не произошло. Прибывших пристроили к работе, жизнь начала входить в привычную колею. Но в одно прекрасное раннее утро рыбак Пальт вернулся куда раньше, чем обычно. Мужчина, взьерошенный, выбившийся из сил, забежал в деревню и рухнул назем, прокричав:
  
   - Монстры идут!
  
   Сначала никто не понял, что он имеет в виду. Конечно, на всякий случай ворота были незамедлительно закрыты, и выставлен дозор. Мало ли - вдруг волки или еще какие перерожденные звери. Рыбака осмотрели, но ран не было, и даже одежда была не более потрепанной, чем обычно. Парень лишь твердил, как заведенный:
  
   - Они идут сюда. Идут за нами.
  
   Староста, глядя на назревающую панику - а как ту не запаникуешь, с учетом, где они живут - тряхнул Пальта за шиворот.
  
   - Эй, прекрати истерить. Кто идет, куда, зачем?
  
   Пальт лишь водил дурными глазами по собравшейся толпе и твердил:
  
   - Они идут сюда, теперь нам точно конец. Ко-нец. Всё.
  
   Помогло ведро воды, принесенное кем-то из селянок. После того, как его окатили ледяной водой, Пальт кое-как пришел в чувство.
  
   - Ну? - сердито вопросил староста.
  
   - А... Я шел проверить снасти, и когда был у реки, они уже были там. Огромные гоблины.
   Огроменные, выше меня даже. Я дал деру, но меня догнали, думал, все. Со страху чуть в штаны не навалил, а их главный меня спрашивал, кто я и откуда. Я рассказал, и он отпустил меня, велел передать, что они скоро будут здесь.
  
   - Прямо так и отпустили? - недоверчиво протянул староста.
  
   Дело было очень странное. Гоблины никогда не упускали свою добычу. Да что гоблины, никакие полулюди из этих мест так бы не поступили. Може быть, людоящеры и могли, но они живут на другом краю леса. И их с гоблинами никак не спутать.
  
   - Ага, - ответил Пальт. - Говорю же, отпустили, чтоб я пришел и сказал всем. Сказал, что они идут сюда.
  
   - Когда они придут?
  
   - Сказали, что сегодня днем.
  
   К этому времени на площади деревни собрались все жители. Побросав все дела, каждый хотел узнать, откуда в селении такой шум. Те, кто подтянулся позже, пропустили начало, но со слов остальных тоже примерно понимали, что произошло.
   В воцарившейся после последних слов тишине раздался звонкий детский голос:
  
   - Я их знаю, это они нас всех спасли!
  
   Староста гневно рявкнул на Ханну:
  
   - Убери свое дитя отсюда! Сейчас не до ее бредней.
  
   Анника было начала возражать, но мать строго шикнула на нее и повела в дом. Девочка попыталась было возразить, получила подзатыльник и разревелась.
   Глядя, как мать с дочерью удаляются, староста окинул взглядом толпу. Без малого полторы сотни людей, не считая тех, кто попрятался в дома с детьми. Из толпы послышался старческий фальцет:
  
   - А я говорил, что Акуро нас защищал! Вы все так радовались его гибели, и вот, вот, нас некому защитить теперь!
  
   - Заткнись, идиот! - взбеленился староста. - Заткнись, или клянусь, я сам тебя задушу.
  
   Он еще раз посмотрел на собравшихся.
  
   - Я знаю, о чем вы думаете. Но нам некуда бежать, а если бы и было, то далеко нам не уйти. Есть одна надежда - эти монстры умеют говорить. Может быть, удатся уговорить их оставить нас в покое. А если нет, что ж. Дадим им отпор. Нам всем есть, что защищать. Хватит с нас и одного ублюдка-работорговца.
  
   Решимости в глазах поселенцев не было, зазвучал ропот, но староста не первый день их знал. Уходить и в самом деле было некуда, почти у всех семьи и маленькие дети. Даже если ничего не случится по дороге, кто им будет рад в соседних поселениях? А тех, кто был бы готов бросить свои семьи и сбежать самому, здесь не было.
   Конечно, хотелось верить, что все обойдется. Вот только загадочные монстры дали о себе знать уже второй раз за несколько дней. И на этот раз послали вполне конкретный знак - людей в покое не оставят.
   Староста твердо посмотрел на людей.
  
   - Берите все, что можно использовать как оружие. Топоры, вилы, колья, всё. Берите и поднимайтесь на стену.
  
   Люди с мрачным ропотом начали расходиться по домам. Мужчины и женщины покрепче возвращались, вооруженные вилами, косами и прочим инструментом, который можно было использовать как оружие. Спустя час на стенах и под ними собралось менее ста человек. Настроения были далеки от радужных.
   Староста сокрушенно покачал головой. Он осуждал тех, кто решил спрятаться и переждать, в надежде на чудо. Осуждал, но понимал.
   Потянулось напряженное ожидание. К полудню панические настроения сошли на спад, и это было естественно. Появилась надежда, что никто не явится, мало ли, что там наплел Пельт, или что наплели ему самому.
   В полдень монстры все-таки пришли.
   Из-за поворота дороги показались человекоподобные существа. Рослые, широкоплечие, увитые буграми мышц. Почти у всех были голые торсы, а бедра покрывали какие-то то ли широкие штаны, то ли юбки из потрепанной кожи. На поясе у каждого висел топор, а у кого и два. Староста понял, почему их называли гоблинами. Из-за болотного цвета кожи и клыков, торчавших из мощных челюстей. Больше в них от гоблинов, пожалуй, ничего не было.
   Визитеры вразвалочку подошли к стенам на расстояние броска камня и остановились, рассматривая перепуганные лица защитников. От них буквально разило превосходством и подавляющей силой. Спустя пару минут игры в гляделки, где люди явно проигрывали, вперед вышел самый крепкий из них. Подойдя к воротам почти вплотную, он посмотрел вверх и вполне членораздельно рявкнул:
  
   - Кто тут главный?
  
   Все взгляды обратились к старосте. Староста вздохнул и взобрался к стене у ворот.
  
   - Я здесь старший. Кто вы такие и что вам от нас нужно?
  
   - Я Джей-Гул. Мы орки. Этот лес теперь наш. И все что рядом с ним, вместе с деревнями по краю - тоже наше.
  
   - Весь лес? Вас всего двадцать... - нерешительно уточнил староста.
  
   - Это здесь нас двадцать. В лесу нас тысячи. Скоро сами поймете.
  
   Прокатился многоголосый шепот. Тысячи? Может ли такое быть? Может, простое бахвальство?
  
   - Короче, старик. Босс сказал, что эти земли теперь принадлежат нам. Можете согласиться, и подчиняться нам. Можете валить отсюда, мы не будем гнаться. Можете сражаться.
  
   Староста замялся.
  
   - Что вы потребуете, если мы согласимся?
  
   Теперь задумался здоровяк. После небольшой паузы он ответил:
  
   - Здесь будет наш лагерь. Будете слушаться босса. Делиться едой, если надо. А мы будем вас защищать.
  
   - От кого защищать?
  
   - Да '?; % от всех. Кто придет тут права качать, получит в '?; %:. Все просто.
  
   - Ээ... Думаю, мы могли бы обсудить подробности, - начал было староста, но здоровяк его перебил.
  
   - '?; %: твои подробности. Завтра придем за ответом.
  
   Орк махнул рукой, давая понять, что разговор окончен, и вместе с остальными ушел по дороге обратно в лес.
  
   Староста, чувствуя на себе сотню взглядов, протянул:
  
   - Да уж... - и обернувшись к присутствующим, уверенно продолжил. - Вечером собирайтесь все на площади. Это не то решение, которое я мог бы принять за всех. Будем обсуждать...
  
   **
  
   К поместью, за коорым начинались равнины Каз, Талик с остальной групой добрался только через три дня. Шли пешком, Брайс продал и лошадь и повозку. На вопросы Талика, почему бы не оставить удобный транспорт, сначала смотрели с недоверием, а потом Даймон пояснил.
   Повозка, безусловно, вещь крайне удобная, если путешествовать по равнинам и вообще по освоенным землям. Авантюристы же преимущественно работают у черта на рогах, там, где не то, что повозка не пройдет, а где и ноги переломать недолго. На шее носить лошадь с телегой по непролазным топям, чащобам, ущельям и прочему никто не будет. А оставить транспорт без присмотра - все равно, что выбросить.
   Талику были вновинку такие долгие пешие переходы. Конечно, живя в мегаполисе, ему иногда приходилось проходить пешком значительные расстояния. И все же - не сравнить. В мегаполисе ты никогда не остаешься один, взгляду всегда есть за что зацепиться, все постоянно меняется. Снуют машины, мелькает реклама, инфоборды вещают последние новости. С собой всегда выход в сеть, либо через импланты, либо со смарткома.
   Здесь все было намного однообразнее и... медленнее, что ли. Без сплошного информационного потока со всех сторон, время едва тянулось. К природным видам Талик как-то очень легко и естественно привык еще несколько дней назад, и сейчас ощущал острый информационный голод.
   Он за все время в этом мире ни разу не чувствовал усталости, даже после целого дня на ногах, с зари до заката. Было скучно. Попутчики экономили дыхание, да и знакомы были уже очень давно, и в пути разговор не клеился. Когда останавливались на ночлег, общение все равно сводилось к текущим делам. Хотя именно вечерами к Даймону можно было прилипать с вопросами.
   Этот парень знал не так и много легенд, интересующих Талика, зато был в курсе событий, происходящих в условном 'сейчас'. Талик узнал много интересных подробностей. Поскольку Даймон не был предвзят в отношении какой-либо из стран континента (ну, кроме Теократии), его точка зрения казалась наиболее полной.
   В частности, стали более понятны взаимоотношения аристократии с короной. Короля никто не будет слушаться просто потому, что он того захотел. К короне должна была прилагаться серьезная военная сила. В обычное время короля поддерживали наиболее высокородные дворяне со своими армиями. Этого было вполне достаточно, чтобы обеспечить полное повиновение более мелких дворянских родов. Эти более мелкие роды могли бы, теоретически, и противопоставить что-нибудь верховной власти, если бы обьединились. Однако, раздираемые мелкими дрязгами, взаимным недоверием, желанием вырваться повыше в титульном статусе, они не продержались бы одним формированием и нескольких дней. Тут же началась бы грызня за главенство, как минимум. Ну и предательство ради личной выгоды.
   Чтобы объединить мелких дворян против короны, потребовалось бы что-то по-настоящему серьезное. И дело мудрого короля - не допускать подобного.
   Но это в обычное время. Сейчас же в благословенном королевстве Ре-Эстиз шла та самая борьба за власть. Король был стар и болен, и на его место имелось три законных кандидата, каждый со своей изюминкой.
   Старшего сына поддерживали старейшие, авторитетнейшие в военном плане семьи, потомки тех, кто когда-то завоевал эту землю. Их военная сила в масштабах Королевства могла сравниться разве что с их же спесью. Масштабы Королевства значительно превышавшей. Сам старший принц не имел ни широкого ума, ни каких-то политических достижений, но был чрезвычайно удобен для милитаристов.
   На среднего ставила знать, сделавшая своим оружием золото и интриги. Этот кандидат на трон, в отличие от первого, не имел за плечами большой военной силы. Но это не делало его простым соперником в борьбе за власть. Его незримое влияние простиралось дальше, чем могли бы добраться пикинеры и конные рыцари.
   Третьим кандидатом, точнее, кандидаткой, была принцесса. Прекрасная, как и положено принцессам, Даймон ее даже видел издалека один раз. Будучи девушкой, она имела достаточно небольшой политический вес. Дворяне ее рассматривали исключительно как способ породниться к короной, одноразовый козырь. И при этом - ее по-настоящему любил народ. И не только за красивые глаза. Она предлагала очень много инициатив, направленных на облегчение жизни простых людей. И пусть эти инициативы в абсолютном большинстве саботировались на всех уровнях, та часть, которая получала силу - не могла быть не замечена. Например, отмена права собственности на крестьян. Теперь крестьянин имел право покинуть окрестности деревни, не выпрашивая на это разрешения у феодала. Также, крестьянин теперь сам мог обладать собственностью. Туда же - фиксированный предел налоговых взысканий в мирное время. Туда же - законодательно утвержденные обязанности феодалов по содержанию порядка на своих землях.
   Конечно, популярности среди знати это ей принести не могло. Но и напрямую давить на человека, за которого поднимется половина страны в один день, тоже было бы глупой идеей.
   Перцу ситуации добавляло то обстоятельство, что король не спешил с тем, чтобы указать конкретного наследника короны.
   Даймон рассказывал об этом всем немного иначе, но в целом Талик картину понял именно таким образом.
   'Грызня в верхах вечна. Независимо от мира'
   Во время путешествия Талик с трудом удерживался от того, чтобы приставать разговорами к Эре. Она еще в самом начале дала понять, что Талик как собеседник ей неинтересен. И все же он ничего не мог с собой поделать - Эра манила его. Такой близкой недосягаемостью, фигурой, скрываемой широкой эрудицией - всем. Скорее, она даже была наиболее близкой к понятию 'нормальная девушка' в привычном для Талика понимании.
   И как всякая нормальная девушка, была к нему холодна. Это разьедало душу, поселив в груди гремучую смесь привычной безнадеги и надежды.
   Что его влекло кроме чувственного интереса - все-таки Эра была магом. Не игрушечным прожимателем кнопок, а человеком, который ПОНИМАЛ, как это работает. И пусть доступная ей магия по меркам Иггдрассиля была откровенно никакой, ее навыки были лично ее заслугой. Талик для себя уже давно решил, что после нормализации отношений попытается вытянуть из нее все, что она понимает в волшебстве.
   'Ну да, я понимаю, она не единственный колдун в этом мире, есть и покруче. Здравый смысл, отьебись, пожалуйста. Она мне нравится и всё'
   На исходе третьего дня с холма показалось поместье. Не такое большое, как ожидал Талик - всего трехэтажное здание. Два этажа из камня, третий - из дерева. Рядом - несколько хозяйственных построек. Территория поместья обнесена сравнительно невысокой, в полтора роста, но основательной стеной, с шипами поверху. Буквально в километре от поместья было видно деревню, довольно большую по местным меркам, почти в сотню домов. Деревня была огорожена бревенчатым частоколом, от которого сразу начинались квадраты полей и пара садов.
   Путешественники с облегчением вздохнули и направились к воротам. Проблем не возникло - охрана явно знала, кто это такие и зачем здесь. Их пропустили во двор, и спустя несколько минут из главного дома выскочил слуга, приглашая внутрь.
   Талик обратил внимание, что и изнутри обстановка не особо блистала. Владелец этого дома явно хотел как-то подчеркнуть свой статус - в коридорах висели картины и гобелены, в приемном зале, огромном помещении в два этажа высотой, пол и стены украшали ковры и шкуры. На стенах весели чучельные головы каких-то зверей и разукрашенное оружие. И все же эти старания не скрывали деревянный пол, на котором нет-нет да и расходились доски, трещинки в стенах, копоть у мест крепления факелов.
   'Если он хотел произвести впечатление, то почему бы не сделать нормальный ремонт, вместо всех этих украшательств?'
   В приемном зале уже был покрыт скатертями большой стол, правда, еды на нем пока не было. Во главе стола сидел худощавый, рано постаревший мужчина с длинными усами.
  
   - Надо полагать, вы и есть авантюристы, которых обещала прислать гильдия. Я барон Галль, владелец этого края. Присаживайтесь, ужин почти готов. Снаряжение можете оставить у входа, его отнесут в ваши комнаты.
  
   Авантюристы сняли рюкзаки и сумки и расселись за столом. Даймон скрестил пальцы, оперевшись локтями.
  
   - Я Даймон, милорд Галль, а это моя команда, Эра, Брайс и Талер. Если вы не против, я хотел бы сразу перейти к делу. У меня есть несколько вопросов по вашему... Контракту.
  
   - Уважаете время? Мне это нравится. Задавайте ваши вопросы.
  
   - В заказе указано, что нам надо выловить и убить некроманта, который представляет собой угрозу вашему краю. Мы куда быстрее справимся, если будем иметь какие-то подробности - кто этот некромант, чем он угрожает, где может находиться. Все, что есть.
   Барон задумался.
  
   - Я познакомился с этим некромантом месяц назад. Он явился под видом путника, студента Имперской Академии, который попал в передрягу и отбился от своего каравана. Человек интересный, благородный и широких взглядов, я предложил ему погостить у меня. Спустя несколько дней крестьяне начали жаловаться на странные звуки с кладбища, стража обнаружила там оскверненные могилы. Конечно же, я сразу задал вопросы моему гостю, но тот клялся, что ни в чем не замешан. Как бы там ни было, я попросил его покинуть мои земли. Той же ночью он исчез, кое-кто из крестьян видел, как он направляется в сторону равнин Каз, а не от них, как того стоило бы ожидать. После этого на кладбище восстало несколько мертецов и навели порядочно шороху в деревне неподалеку, вы могли ее видеть. Погост освящен жрецом высокого сана из Э-Рантела, подобное не могло произойти само по себе, даже под влиянием проклятия равнин. Погибло девять крестьян и два стражника, покуда угроза не была нейтрализована. Сейчас больше сорока человек болеют некоей болезнью, о которой местный знахарь говорит, что она магического происхождения. Я послал за жрецом, он еще не изволил прибыть. - Усач скрипнул зубами. - Я навел справки в том месте, куда якобы направлялся этот студент. Там ничего об этом человеке не знают. Я считаю, что он виновен в бедах моих земель и желаю его смерти. Если он жив, то нуждается в питье, пище и месте для сна. С учетом этих обстоятельств, полагаю, искать вам придется недалеко от моих поселений. Не думаю, что живой был бы способен уйти в глубину равнин.
  
   - Я понял вас, милорд Галль, - ответил Даймон. - Спасибо за развернутую информацию. Мы приступим к поискам завтра же. У вас остались какие-то вещи после вашего гостя? Чем он пользовался, или, еще лучше, его личные вещи?
  
   - Личных вещей не осталось, но я дам указания прислуге поискать что-нибудь... Белье, посуда, может, удастся что-нибудь отыскать. А, он одалживал письменный набор. Вам его принесут.
  
   - Это очень поможет в поисках, будем благодарны.
  
   - Если что-нибудь еще понадобится, сразу дайте знать.
  
   В это время из глубиндома появилось несколько слуг с накрытыми блюдами. Авантюристы, кроме Талика, явно оживились. Эра готовила сравнительно неплохо... для похода. С хорошо приготовленной на кухне едой не сравнить.
   А Талику было все равно. Он еще не научился разделять 'более вкусно' с 'менее вкусно'. Ему любая еда была в радость.
  
   **
  
   После ужина авантюристы собрались в одной из выделенных им комнат. Обстановка здесь была, как и в остальном поместье - простенько, но с претензией. Эра села на кровать, остальные расселись на стульях рядом. Даймон выдержал паузу и начал 'совет'.
  
   - Что думаете на этот счет? Наверняка у каждого есть свое мнение, поделитесь им.
  
   Эра подняла руку, и Даймон кивнул, мол, говори.
  
   - Я не уверена, что его так уж легко будет найти по отпечатку магии. Если наша цель проявила хоть каплю здравого смысла, незримых следов мы не найдем. И с личными-то вещами это трудное дело, а здесь... Думаю, нам стоит самим осмотреть все местные кладбища. Я не разбираюсь в некромантии, но может быть, будут другие зацепки.
  
   - Понял. Брайс, что скажешь?
  
   - Да ничего нового. Пробегусь по селам, поспрашиваю за странности. Охота за головами, все как обычно.
  
   - Талер, у тебя есть какие-то мысли? - Даймон внимательно посмотрел на нового члена команды.
  
   Талер пожевал губами, глядя куда-то в сторону, и ответил:
  
   - Я в этом новичок, не судите строго. Мне... мне кажется, что выводы преждевременны. Для меня его вина не очевидна, и думаю, сначала имеет смысл поговорить с ним.
  
   Брайс хмыкнул.
  
   - Многовато совпадений, чтобы сомневаться, парень. Может, мы и поговорим с этим 'путешественником', но только если он сдастся. В другом случае говорить с враждебно настроенным магом - лишь давать ему время, чтобы убить тебя.
  
   - Говорю же, не судите строго. Даймон спросил, я ответил. В любом случае, если дойдет до драки, свою работу я очень хорошо знаю. Можете на меня положиться.
  
   - Рад слышать, - резюмировал Даймон. - Значит, с утра пораньше, Брайс, идешь в разведку. Пробегись и по погостам, запомни, где могилы потревожены, чтоб мы впустую не таскались.
  
   - Сделаю, лидер.
  
   - Эра, ты попытайся хоть что-то выжать из письменного набора, начни сегодня же, если не слишком устала.
  
   - Я надеялась поспать, но ладно, займусь этим сейчас.
  
   - Хорошо. Я сам пойду пообщаюсь с командиром местных солдат. Пусть будут готовы к неприятностям, просто на всякий случай.
  
   Брайс скептически протянул:
  
   - Да какой от них толк, если сраные мертвяки двух из них порешили?
  
   - Сраные мертвяки? - поднял бровь Даймон. - Напомнить, как нам сраные мертвяки вломили в Проклятых Чащах?
  
   - Это другое, лидер. Если тут полезет такая же нежить как там - я ебал такой квест.
  
   Талер с трудом подавил смешок, и остальные это заметили.
  
   - Простите, не удержался. Так знакомо прозвучало. Не обращайте внимания. Для меня какие-то указания будут?
  
   Даймон с сомнением поинтересовался:
  
   - А у вас есть идеи, как вы можете помочь не в бою?
  
   - Ну, я могу попробовать святой воды сварить...
  
   - Святой воды? - на Талера уставились три пары удивленных глаз. - Как это?
  
   Талер стушевался.
  
   - Ну, если вкратце - зарядить воду светлой силой. Нежить не очень любит, когда на нее попадает такая вода. Это может быть полезно.
  
   - Никогда не слышал, но с удовольствием посмотрю, что может получиться, - удовлеворенно отметил Даймон. - Вам нужны какие-нибудь ингредиенты для изготовления?
  
   - Пару бутылей, желательно хрупких, чтобы легко разбить было. Но можно и бурдюком обойтись, в принципе...
  
   Брайс быстро отцепил от своего рюкзака бурдюк с водой и протянул Талеру. Тот принял и кивнул.
  
   - Сойдет, я думаю.
  
   Даймон подытожил:
  
   - Все знают, что делать. С рассветом приступаем. Сейчас, всем кроме Эры - по комнатам и спать.
  
   **
  
   Позже, когда Талик располагался в выделенной ему комнате, к нему обратился Спай.
  
   - Ваше святейшество, простите, что тревожу. Мне кажется, за этим домом кто-то наблюдает.
   Талик поднял бровь и рефлекторно оглянулся.
  
   - Кто?
  
   - Я не могу пока сказать. Вон там, за окном, - эльф указал куда-то вверх - летает птица. По одному и тому же маршруту с момента нашего прибытия. Полагаю, что еще и та же самая - по перьям вижу.
  
   - Вот как, - удивился Талик. - Тогда, проверь местность вокруг, пожалуста. Если найдешь кого-то подозрительного, обезвредь и доложи сразу же. Если влезешь в драку и поймешь, что не тянешь - уноси ноги, никакого героизма.
  
   - Слушаюсь, ваше святейшество.
  
   Эльф исчез, и Талик взял в руки мешок с водой, который ему дал Брайс.
   'как бы тебя освятить, чтоб не спалиться по полной...'
   В привычной игре он имел возможность освящать воду, эта способность открывалась у любого сапорта на 60 уровне, независимо от класса. Толку с нее, правда, было не очень много. Освященная вода сохраняла свои свойства не более суток и занимала прилично места в инвентаре. С этим можно было бы смириться, если бы от нее был хоть какой-то толк на высоких уровнях. Святая вода была задумана как средство для дебаффа и ДоТ по нежити, но без вложений дополнительных очков талантов имела исчезающе слабый эффект. Ну, по нежити сравнимого с заклинателем уровня, конечно.
   Как она будет работать в условиях мира с такими слабыми монстрами, предстояло выяснить. Талик положил бурдюк на стол, сосредоточился и сделал пару пассов над ним, применя 'заклинание' из игрового арсенала. Бурдюк замерцал едва заметным светом, и быстро вернулся к начальному состоянию.
   Талик распечатал его, отлил часть воды в стакан, и скептически осмотрел содержимое. Вода слегка люминесцировала, это было особенно заметно в сгущающихся сумерках.
   'И ляпнул же, теперь не отмажешься, придется показывать. Ладно, наплету что-нибудь за ограничения'
   Он влил воду обратно в емкость и развалился на кровати, ждать. Заняться было нечем, на связь с Городом уже выходил. Связываться с бывшими неписями просто чтобы поболтать, было глупой идеей. Эти товарищи в каждом его чихе видели некий сакральный смысл, пустую болтовню с такими не устроить.
   Через некоторое время он понял, что чувствует какое-то беспокойство на краю сознания. Нельзя было сказать, в чем именно дело. Просто казалось, что он что-то упускает.
   'а ну-ка...'
   [сообщение]
  
   - Спай, что у тебя там?
  
   - Ничего серьезного, ваше святейшество. Я не нашел никаких признаков тех, кто мог бы контролировать птицу, само пернатое куда-то исчезло.
  
   - Ясно. Говоришь, ничего серьезного, а несерьезное есть?
  
   - Слабая нежить направляется с востока в вашу сторону. Семь единиц 25-28 уровней. Гули, или что-то наподобие, такими темпами будут где-то через час. Будут указания насчет них?
  
   - Куда они направляются, к поселению или к поместью?
  
   - Пока трудно сказать.
  
   - Позаботься о том, чтобы они заявились именно в поместье.
  
   - Будет сделано, ваше святейшество.
  
   Талик прервал [сообщение].
   'Даймон 19, Эра 15, Брайс 17 уровня. Технически, нежить такого калибра их размажет и не заметит, но у них есть я.'
   Талик предвкушал первое совместное приключение. Конечно, это было не очень спортивно, с оглядкой на 100 уровень, но ведь об этом никто пока не знает. Тем более, его дело скорее страховка, лично бить морды мелким упырям он все равно не собирался. Хорошая компания в любом случае интереснее баланса. И кроме того, хотелось посмотреть на авантюристов в деле.
   Он был вполне уверен, что их привлекут разгребать 'нашествие' нежити.
   И, конечно же, он надеялся, что его полезность в бою растопит отношения с Эрой.
   Непонятными оставались всего три вещи - кто за ними следил, связано ли это с визитом экстремально мощной по местным меркам нежити и было ли это беспокойство реакцией 'нового' организма на присутствие не-мертвых. Если последнее - правда, то это весьма неплохой радар.
   А кто следил - потом будет видно. Если следили именно за Таликом (что врядли, он пока не так сильно наследил), то он все равно не собирался прятаться вечно. Присутствие в мире соток будет обнаружено заинтересованными лицами так или иначе. Если еще не обнаружено.
   Взять хотя бы те же порталы. Талик неспроста их не любил. Любая пространственная магия, кроме, разве что, сверхуровня, могла быть засечена прорвой способов. При большом старании можно было даже засечь точку выхода. И пару раз ему случалось влететь в хорошо подготовленную засаду, один раз - потерять несколько уровней и весьма недешевый шмот.
   Так что, если тут присутствует сравнимая с Рассветным Туманом сила, то о применении портальной магии она уже в курсе. С учетом того, что 'попаданцы' тут стабильно появляются минимум раз в двести лет, сложить два и два и понять, что происходит, сможет любой.
   'Только и осталось, что развести их на любой контакт и выяснить, с кем придется иметь дело'
  
   **
  
   Эра мучалась над письменными принадлежностями, пытаясь вычленить из них 'эхо силы'. Только дилетант может думать, что провернуть подобное легко.
   С помощью одних реагентов выяснить, действительно ли предмета касался наделенный темной силой маг. Отрицательный результат - совершенно не гарантия того, что взаимодействия не было. Это просто значит, что магия не отпечаталась в предмете. Самый распространенный результат, собственно. На предмет требовалось оказать сильное влияние, чтобы в нем хоть что-то осталось. Например, если пером писать свиток с заклинанием один раз, то перо МОЖЕТ БЫТЬ сохранит в себе отпечаток. Точнее, его МОЖЕТ БЫТЬ удастся обнаружить.
   Потом, с помощью других реагентов выяснить, какого рода магия оставила отпечаток. И не спутать магию Света с магией Жизни или Воды, например. Реакция практически одинаковая.
   С помощью третьих реагентов выяснить, сколько силы было приложено во время взаимодействия, и за какое время. Дилетант всегда пропустит мимо внимания этот вопрос, и совершенно зря. Потому, что без этого анализа нельзя быть уверенным, с одним ли магом взаимодействовал предмет, или с несколькими. И если удалось среди всех отпечатков вычленить одно нужное эхо силы, остается самое интересное.
   Эхо силы помнит о том, чье оно, являясь, по сути, частью владельца. На основании предыдущих анализов представляя себе, кто оставил отпечаток, по частичке его сути можно добраться до него самого, и устроить гадание. Которое, теоретически, может дать понять, где находится маг в момент гадания.
   Эра мучалась с первой стадией, уже изведя почти треть нужных минералов. Не очень дорогих и не очень редких в природном виде, но измельчить их до нужного состояния - титанический труд. Изведет всё - следующий запас придется молоть неделю. А этот реагент нужен для довольно большого количества процедур...
   Зловредные перо и чернильница не давали определенного результата, ни отрицательного, ни положительного. В целом ситуация нормальна, но сейчас на дворе была поздняя ночь, хотелось спать. Эра была чертовски раздражена. Если бы она не была железно уверена в Даймоне и в том, что он никогда не ставит задач просто так, уже давно забила бы на этот геморрой и свалилась спать.
   На звук набата и перекрикивания за окном она даже не сразу обратила внимание. Только спустя минуту, осознав, что к раздражению примешивается еще и какой-то шум, Эра наконец обратила внимание на тревогу снаружи. Привычно накрыв сыпучие порошки крышкой, она подошла к окну.
   По двору в видимом беспорядке бегали охранники поместья с факелами. Идин из них, явно командир, широко жестикулируя и щедро матерясь, раздавал указания, куда идти и что делать.
  
   - Что за хрень тут происходит? - подняла бровь волшебница.
  
   Она прислушалась к внутренним ощущениям. Не то, чтобы ее источник силы был очень чувствительным, но иногда давал понять присутствие магии неподалеку. Источник молчал, была надежда, что обойдется без магических тварей.
   В дверь требовательно постучали и Эра привычно направила силу в ладонь. После недавнего приключения с работорговцем, это стало уже на уровне рефлекса. В следующий раз, если случится подобное, ее молния ударит без малейшего промедления.
  
   - Эра, это Даймон. Сюда прется очень сильная нежить, готовься к бою. Через минуту жду во дворе, - и зазвучали быстро удаляющиеся тяжелые шаги.
  
   'Да что за... Вот как знала, как знала, нельзя с аристократами работать. Вечно одни проблемы, а потом еще и с оплатой тянуть будут. Твою мать'
   Она быстро натянула робу и подхватила свой новенький посох. Слабый, сравнительно с ее предыдущим любимчиком, но зато новый, еще не истрепанный магией. Это была вечная проблема чародеев большой силы - даже очень хорошее, породистое дерево со временем выгорало от тока маны, становилось непрочным и теряло изначальные свойства проводника. Посох же из другого материала она пока не могла себе позволить.
   Во дворе уже присутствовали остальные авантюристы. Все были собраны, даже этот чудак Талер не выглядел так, будто только вчера обрел зрение. Даймон махнул ей рукой.
  
   - Вот и ты. Хорошо. Вкратце - неподалеку было замечено семь нежитей. Со слов дозорного, как минимум гули. Можно ли ему верить, не знаю, но недооценивать угрозу нельзя. Прутся прямо сюда и скоро будут у стен. Задача стражи - помешать им перебраться через стену и бежать, если кто-то прорвется. Разобираться с перебравшимися будем уже мы. Вопросы?
  
   - Даймон, гули это немного не наш размерчик... - с опасливым сомнением заметил Брайс. - Поодиночке в принципе семь рыл можно и разобрать, но если их станет больше двух в одном месте, нам жопа, ты это сам прекрасно понимаешь.
  
   - Да. Поэтому если их прорвется больше одного, мы будем отступать в дом и принимать их в коридорах. Стража уже в курсе, что делать, вся прислуга готовится к бегству.
  
   - Ну пусть так, - согласился Брайс и тут же продолжил. - Второй вопрос. Этот Галль понимает, что мы не будем принимать этот бой за спасибо? Мы подпрягались под совсем другую задачу.
  
   - Понимает. Я не уверен, что он расплатится сразу же, но счет Гильдия ему выставит. Да, я знаю, что тебе это не нравится, - он жестом прервал едва вдохнувшего Брайса. - У нас в любом случае очень неплохие шансы на победу. Если мы бросим поместье, то ничего не выиграем. Пятно на репутации слишком долго отмывать.
  
   Брайс молча поднял ладони вверх. Даймон прислушался и продолжил:?
  
   - Талер, что там с вашей, как там, 'святой водой'? Это не танцы со скелетами, пригодится любое преимущество.
  
   Талер поднял бурдюк.
  
   - Здесь. Не уверен, сработает ли, но попробовать стоит. Ритуал... Дорого мне обошелся.
  
   Эра молча пропустила разряд от ладони к навершию посоха. После вспышки и хлопка густо запахло грозой. Стражники со стен тревожно обернулись.
   Ей нечего было добавить. Даймон всегда старался найти время для инструктажа беред боем, это стало своего рода традицией. Очень успокаивало в любых ситуациях. Сейчас Эра была полностью уверена в своих силах и последующей картине боя.
   Ждать первого врага пришлось недолго. С одной из стен зазвучали тревожные крики и звон оружия. Стража честно выполняла свой долг, но справиться с высокоранговой нежитью без магического снаряжения... У них не было шансов. Они начали стремительно отступать от участка стены.
   И тут Эре положение дел разонравилось еще больше. Это был не гуль.
   Над стеной показались длинные, обманчиво тонкие руки, и сразу следом - неописуемо уродливая голова, покрытая волдырями и язвами. Половину 'лица' занимала разверстая пасть, из которой, сквозь настоящий частокол кривых, острых зубов, свисал синюшный язык в локоть длиной. Шумно вдохнув и выдохнув, нежить окатила тяжелым смрадом, казалось, весь внутренний двор.
   Неуловимым движением нежить вытянула длиннющую руку, цапнув за голову замешкавшегося стража. Раздался мокрый хруст в перемешку с металлическим скрежетом, и вследующее мгновение человеческое тело в броне, будто мокрая тряпка, улетело во двор.
   Тварь облизнула окровавленную лапу и оглушительно завизжала. Быстро показалось остальное туловище. Такое же худое, покрытое сплошными язвами, с жутко раздутым, пульсирующим брюхом. Переваливаясь через стену, монстр явно зацепился за один из длинных штырей и быстро задергался, пытаясь с него соскочить.
   Даймон мгновенно взвесил ситуацию и громогласно проревел:
  
   - Покинуть стены! Все в дом, быстро!
  
   Повторять не пришлось, стражники ручейком стекли со стен и быстро направились в дом. Даймон поманил старшего.
  
   - Мы говорили о баррикадах и кольях. Приступайте прямо сейчас Мы задержим их, насколько сможем, но чудес не ждите!
  
   Воин кивнул и бросился в здание. Скоро раздались короткие, как лай, команды и грохот мебели. Авантюристы отступили ко входу в здание.
   Тем временем, с такой же неспешной грацией, над стенами показались остальные нежити, осматривая двор.
  
   - Брайс, - скомандовал Даймон. - Пробегись вокруг здания, посмотри, не лезут ли где еще.
  
   Брайс кивнул и было собрался бежать, но вмешался Талер.
  
   - Нет нужды. Я чувствую, что других нет.
  
   - Уверен? - очень серьезно повернулся к нему Даймон.
  
   - Абсолютно.
  
   - Полагаюсь на твое чутье. Брайс, тогда спрячся и жди удачного момента. Как всегда.
  
   Убийца исчез. Эра, как обычно, не смогла отследить этот момент. Вот он был здесь, она моргнула - и его нет.
  
   - Эра, попробуй их на прочность.
  
   Волшебница сосредоточилась и спустила давно сформированную магию с поводка. Посох послушно завибрировал, выпуская ослепительную, извилистую плеть в голову одного из чудовищ. Запахло грозой и горелым мясом, но монстра, похоже, удар лишь разозлил. Тряхнув почерневшей головой, он окатил окрестности визгом и быстро взобрался на стену. В отличие от первого, на шипе он не застрял, с очевидной сознательностью обогнув его.
   Эре происходщее нравилось все меньше и меньше. Она достаточно точно знала эффект своих заклинаний, и в данном случае он шел в разрез с обычным. Она стала быстро вспоминать внутреннюю планировку здания. Здесь не было шанса на победу. Только бегство.
   Даймон, похоже, был того же мнения. Но, зная его, она понимала - этот упертый баран не сбежит. Покуда не будет уверен, что все, кто не может постоять за себя, покинули опасное место, он будет стоять насмерть.
   Глядя, как монстры, несмотря на кошмарные, нескладные фигуры, с некоторой грацией перебираются через стены, она вспоминала старую договоренность. Еще в самом начале карьеры, в ее бытность беглой студенткой-недоучкой, он сказал, что может умереть вот так. Прикрывая отступление. И не желает тянуть за собой тех, кто имеет шанс уйти.
   Было очевидно, что им не победить, но... Она не видела в себе готовности бросить его и бежать. Не после всего, что они пережили вместе. Что же, она выложится на все сто. Чудовища гуманны, убивают быстро, судя по тому стражнику.
   Она обернулась к Талеру, что-то хмуро обдумывающему.
  
   - Талер, бегите. Нам не выстоять против этого. Мы задержим их, насколько сможем. У вас нет причин умирать здесь с нами.
  
   Однако новый член команды, до сих пор сохраняющий неподражаемое спокойствие, удивленно обронил:
  
   - Бежать? Вот от них? Хм...
  
   И, что-то прошептав, свел вместе ладони.
   В следующий миг от него словно разошлась волна силы. Эра никогда прежде подобного не чувствовала. Ее будто окатило прохладным ветром после жаркого дня. Ее искра силы, которая воплощала ее мысль в разрушительные заклинания, вдруг превратилась в ревущий пожар.
   Все сомнения, страх, чувство беспомощности перед неизвестными чудовищами показались просто смешными. Ее жилы наполнила дикая, неистовая мощь, только и ждавшая волевого приказа. Тело и разум стали поразительно легкими, мысли - послушными, а память услужливо высвечивала каждую деталь известных формул.
   'Смерть? Теперь неважно!'
   Буквально на лету составив новую формулу потока, она направила бушующую стихию в цель. О, теперь это была настоящая молния, а не вымученное подобие. Ветвящийся хлыст толщиной в руку ударил в ближайшее чудище, тут же переметнувшись к следующему, и дальше. От звука в ушах поселился ватный свист, не пропускавший больше ничего, но все это было не важно.
   Она ощущала СИЛУ, наслаждалась ею, окатывая нежить беспощадными, меткими ударами. Молнии, проходя сквозь тела монстров, оставляли в них дыры и отрывали конечности. Их движения стали казаться неуверенными, медлительность перестала быть обманчивой.
   Краем глаза она отмечала действия своих товарищей. Те явно тоже были в ударе - Даймон быстро оказался в центре внимания чудовищ. Их атаки, раньше казавшиеся смертельными, играючи отражал щитом или просто уходил от них. В ответ на каждую атаку он рубил мечом или просто наотмашь лупил щитом, и от его ударов монстрам было очевидно тяжело удержаться на ногах.
   Рваной тенью то там, то здесь мелькал Брайс. Появившись, словно ниоткуда, за спиной врага, мгновенными выпадами своих кинжалов бил в суставы, тут же снова исчезая и появляясь в другом месте, чтобы продолжить смертельный танец.
   Монстры не были слабыми, о нет. Они не сдавались легко. Нежить вообще не умеет сдаваться, она всегда бьется до самого конца, покуда не рассыплется на части или не будет упокоена. Их тела были куда крепче, чем казалось на первый взгляд.
   И все равно, у них не было ни единого шанса. Под яростными ударами молний упал без движения сначала один, потом второй. Даймон контрударом распорол брюхо третьему. Тот потерял равновесие, и мгновенной заминки Брайсу хватило, чтобы перерубить ему шейные позвонки. Даймон следующим выпадом отделил голову от тела.
   Спустя несколько минут ни одного нежитя, способного хотя бы стоять, уже не осталось. Даймон и Брайс прошлись по телам, срубая уродливые головы и конечности.
   Эра была поражена. Пожар в ней до сих пор не угас, хотя чувствовалось, что он не останется с ней надолго. Ей мучительно не хотелось отпускать эту силу и возвращаться в обычное состояние, которое теперь казалось жалким и никчемным. Посох рассыпался на угольки в самом начале боя, дальше она била прямо с рук. Глядя на них сейчас, она с сожалением ощущала, как поток могущества буквально утекает сквозь пальцы.
  
   - Что это было?.. - вопрос не имел адресата, но ответ все же последовал.
  
   - Благословения Древних. Круто, правда?
   Мимо нее прошел к остальным ребятам Талер, скользнув по ней взглядом. Она уловила мимолетную, странную улыбку, и поняла, что теперь, наконец, может запомнить его лицо. **
   Шипастое насекомое, похожее на помесь рогатого жука и шершня, с треском зависло, разгоняя душный, прохладный воздух. Размером с палец взрослого мужчины, оно гудело крыльями намного громче, чем можно было ожидать от существа такого размера. Хотя, возможно, дело было в хорошей акустике усыпальницы. Или, может быть,в том, что таких же миниатюрных чудовищ по всему залу летали и ползали тысячи.
   Повинуясь беззвучному приказу, насекомое покачалось в воздухе из стороны в сторону и ушло на новый вираж. Его не интересовал смысл происходящего, оно просто делало то, чего хотел хозяин. Если понимало команду.
   Мариус окинул взглядом усыпальницу. Затхлый покой был нарушен шевелением, зловещим гулом и потрескиванием полчищ безмозглых хищников. Они ползали по барельефам, колоннам, вились у волшебных светильников, пытались протиснуться в стыки мрамора в полу. Целая туча крохотных убийц витала между сводчатым потолком, в десятки метров высотой, и полом.
   Мариус выставил палец вверх. Насекомое сразу же село на него и застыло.
   Лич был разочарован. Уже далеко не в первый раз. Он ждал от этого заклинания намного бОльшего, чем получил.
   [Нечестивый Рой]
   Из того,что он знал об этом заклинании, следовало, что волею заклинания призывается множество насекомых-нежити, укусы которой отравляли и заражали цель разнообразными болезнями. Рой послушен воле заклинателя, и способен выполнять простейшие команды. Движение, атака, покой.
   Это было одно из его приоритетных заклинаний, он всегда использовал и поддерживал его с самого начала боя. Конечно же,оно стояло в списке первых, которое надлежало испытать в изменишихся условиях. И здесь он получил очередной удар по самолюбию.
   Мариус осознал, что понятия не имеет, как оно работает. Между мгновением, в которое он пожелал призвать Рой, и мгновением, когда твари полезли из всех щелей, происходили процессы, которые были от него скрыты. Откуда берутся солдаты Роя? Какова природа разносимых ими болезней? Откуда в них инстинкты, противоречащие логике выживания? Что связывает его мысленный приказ с их действиями?
   Он надеялся найти ответы на эти вопросы, изучив Рой сейчас и потерпел фиаско. Была данность - использование заклинания дает заявленный результат. Возможностей контролировать его было больше, чем он помнил,но тут дело было скорее в том,что раньше он никогда не задумывался о нетипичном применении. Просто не возникало причин давать небоевые приказы.
   Это было унизительно, неприемлемо и... Это было фактом. Он просто использовал инструмент, не зная, как он работает. Да, можно было оправдаться простым объяснением. Этим заклинанием его наделили Лорды Рассвета. Все в прошлом мире было от их воли, и, похоже, мало что изменилось теперь. Универсальная аксиома, не требующая доказательств.
   Но принять подобное объяснение сейчас означало расписаться в его личной неспособности постигать суть вещей. Признать свою ограниченность, отринуть интеллектуальное превосходство над остальными вассалами. Потерять преимущество и отвергнуть мечту стать кем-то бОльшим, чем привратник благословенной обители последнего Лорда.
   От таких мыслей было почти физически больно.
   Мечта о том, чтобы увидеть мир глазами всемогущих Лордов дала трещину. Как он может постигнуть абсолютную суть, если не способен разобраться даже с тем, что является частью его самого?
   И так было во всём. Прошла уже неделя с тех пор, как Пророк покинул Рассветный Город, и вся неделя была посвящена исследованием и испытаниям. Полный провал. Во всем. Все заклинания и умения работали как должны, с некоторой разницей в мощности,области воздействия и продолжительности. Не более того. Таинство процессов осталось таинством. Ему были открыты лишь действие и результат.
   Рой, ощутив вялую вспышку его гнева, встрепенулся, готовый наброситься на цель и разорвать ее в клочья. Мариус пожурил себя за несдержанность и успокоился. Шарообразная туча под потолком вернулась к плавному вращению.
   Щелбаном отправив насекомое с пальца куда-то в сторону, Мариус посмотрел на своего ученика.
   Лиас сидел на полу, подобрав ноги, и спокойно взирал на парящего напротив него лича. Рой не приближался к нему ближе, чем на длину руки, Мариус дал такое указание.
   За эти дни Лиас изменил свое отношение к ученичеству, приняв его как есть. Мариус был доволен этим обстоятельством. Обретенное человеком спокойствие и бесстрашие перед открывшимся ему миром позволили избежать утомительной дрессировки. Конечно, обретение душевного равновесия не далось ему даром. Он сильно похудел, волосы стали белыми, а спать и питаться он стал с полным безразличием к процессу. Хотя, с точки зрения Мариуса, это было исчезающе незначительными переменами.
   Внутренним зрением(которое он опять же не мог объяснить), Мариус видел в нем и другие перемены. Слабо мерцающий источник силы, вначале просто неприятный, окреп и увеличился. Обрел некую чистоту, которая почему-то не раздражала лича, хотя и являлась противоположностью его сути. Душа стала прочнее привязана к телесной оболочке.
  
  - Ты прочел книгу, которую я вчера тебе вручил? - проскрипел лич.
  
  - Нет, наставник, я только начал. Знания, изложеные в ней, очень сложны для понимания, и я пока только начал.
  
  - Жалких двести страниц простейших тезисов. - Мариус приложил костлявую ладонь к лицу. - Схемы и пошаговые инструкции. Чего именно ты не смог понять?
  
  - Простите меня, я сожалею, что разочаровываю вас, наставник. - Лиас вынул из сумки книгу, завернутую в мягкую серую ткань. - Я застопорился в самом начале. Вот, первая схема, разметка силовых линий...
  
  Лиас развернул нужную страницу. Знак Силы, один из базовых компонентов для применения магии, превышающей уровень заклинателя. Цепочкой таких знаков требовалось очертить место, в котором будет твориться заклинание. Находясь внутри очерченной области, Лиас, потолком которого был 2 ранг магии, мог бы применить третий.
   Мариус прекрасно помнил каждую страницу каждой книги в своем некрополисе. В первый же день, после встречи с Пророком, он перечитал все, до чего смог дотянуться. Этот рисунок был нарисован аляповато и неточно, как, в общем, и многие другие. Удивительно,что различные экземпляры одних и техже книг были абсолютно идентичны. Рисунок, составленный дилетантом и явно от руки, был решительно неотличим от такого же в других томах. Сознательная неточность великого каллиграфа? Бездумное копирование посредством неизвестных инструментов? Столько вопросов и ни одного ответа...
  
  - Полагаю, тебя смутила нечеткость линий и плавающие углы вот здесь и здесь. Могу понять. Я постоянно переоцениваю твой интеллект... Вот пометка и сноска, на другой стороне страницы четкие числа, от которых нужно отталкиваться при построении схемы. Рисунок призван лишь в общем визуализировать результат.
  
  - Спасибо, наставник. Я приложу все усилия...
  
  - Естественно приложишь. Исходя из очевидного, полагаю, тебе понадобится инструмент для черчения.
  
  - Я попрошу у леди Рангезо, если вы позволите. - Лиас почтительно поклонился, вставая.
  
  - Это бессмысленно, ее инструменты для тебя слишком сложны. Наделаешь ошибок и потеряешь время впустую. Наверное, имеет смысл все же отправить тебя в библиотеку к живым...
  
  Было очевидно, что плечи паренька дрогнули от надежды.
  
  - Надеешься не вернуться? Оставь пустые чаяния, избежишь мучительных сожалений. Ты в моей власти, и такое положение дел может измениться лишь по одной причне
  
  - По какой?..
  
  - По высочайшему повелению Пророка. Он поручил тебя мне. Ты мой ученик, покуда он не велит иного.
  
  Лиас молча поклонился, и от Мариуса не ускользнула некоторая заминка.
  
  - Хочешь о чем-то спросить?
  
  - Да, если позволите.
  
  - Позволяю.
  
  - Пророк... Это безликий господин, который меня отправил к вам?
  
  - Безликий... Снова слышу это определение. Да, это он.
  
  - Я хотел бы узнать о нем побольше, если возможно.
  
  - Возможно, позже. Сейчас ты все равно не способен осознать, что он такое.
  
  - Он... Бог?
  
  Мариус вскипел и тут же остыл.
  
  - Ты мыслишь категориями ничтожно слабого существа, и твои заблуждения простительны. Нельзя сравнивать могущество тех, кто влияет на мир согласно его правилам, и тех, кто эти правила создает. Пророк - из вторых. Пока просто прими этот факт. Теперь ступай.
  
   Лиас почтительно кивнул и направился к затерявшемуся в тенях выходу.
   Мариус вернулся в исследованию Роя. Он уже выяснил, что способен контролировать не только весь Рой, но и его отдельный элемент. Теперь надо было выяснить, сможет ли он разбить Рой на более чем две части и управлять ими одновременно...
   Спустя некоторое время, он отметил некоторые перемены в восприятии. Возникло ощущение,что в склепе присутствует кто-то еще. Мариус приказал Рою заполнить все пространство склепа. Насекомые, агрессивно стрекоча, ринулись выполнять приказ. Ни одно насекомое не столкнулось с незримым препятствием, из чего следовало, что 'присутствие' не материально.
   Кто-то, чье присутствие ощущается, но не осязается, кто не распознается как враг и на кого не реагирует защита склепа.
   Мариус расслабился, позволив присутствию коснуться его разума.
  
  - Маликрисс. Я ждал тебя раньше.
  
  В разуме почувствовалось осторожное шевеление сторонних мыслей и чувств.
  
  - Я позволяю тебе предстать предо мной. Не копай глубже, чем необходимо для беседы. Я намного сильнее тебя. Во всех отношениях.
  
  Стороннее течение мыслей стало образом перед глазами. Эльфийка с темно-фиолетовой кожей, с серебристыми волосами, увязанными в хвост. Поношенная выцветшая сутана, тканевая повязка на глазах. Руки почтительно сложенные у живота.
   Она поклонилась.
  
  - Спасибо, что позволил говорить с тобой, Привратник. Сожалею, если была невежливой.
  
  - Полагаю, ты вылезла из своей норы не ради этикета.
  
  - Верно. - Маликрисс распрямилась, проявив завидно гордую осанку. - Я пришла по делу. Нам не случалось лично беседовать ранее, и я предпочла быть вежливой. Для начала. Ты говоришь, что ждал меня?
  
  - Верно. Неделю с небольшим назад ты являлась подобным образом к Дрэге. Какой бы ни была цель, полагаю, ты ее не достигла. И учитывая твою репутацию, у тебя небольшой выбор, к кому еще обратиться.
  
  Маликрис слабо улыбнулась.
  
  - Ты тоже считаешь меня виновной в предательстве?
  
  - Ты совершила его по прямому указанию ЛедиЛилим. Это был не твой выбор. Остальные считают,что это был сговор, но я нахожу это нелепым. Как сговор убийцы и ножа.
  
  - Ты не считаешь меня виновной?
  
  - Нет. Но считаю, что ты не имеешь права на существование, поскольку являешь собой прецедент недопустимого. Тем не менее, это мое личное мнение. Поскольку Лорды сочли иначе, мне остается лишь смиренно принять их волю.
  
  - Ты не ненавидишь меня? - Маликрисс виновато улыбнулась.
  
  - Для этого нет причин. Оставь эти попытки влиять на меня через мимику и тон. Я давно мертв и мне неинтересны подобные игры. Зачем пожаловала?
  
  Дроу хмыкнула, вернув холодное выражение лица.
  
  - Я хочу знать, что происходит. Что-то изменилось, и я уверена, что ты намного лучше всех остальных понимаешь,что произошло. Ты бесстрастен, умен и непредвзят. Не могу представить, с кем еще поговорить. Дрэга не оправдала надежд, это правда.
  
  - Почему ты сразу не обратилась ко мне?
  
  - У меня был определенный план, не включавший в себя умного помощника. Он провалился.
  
  - Полагаю, план был напомнить Пророку о твоем существовании, чтобы он пересмотрел приговор?
  
  - Я знаю, что ты считаешь всех Лордов безупречными, но... Они и в самом деле способны забывать о неважных вещах.
  
  - Большое заблуждение, основанное на поверхностном суждении. Но это неважно. Вкратце - наш мир прекратил свое существование, и Рассветный Город со всеми прилекающими территориями теперь находится в другом мире. Основная версия состоит в том, что Пророк в момент гибели нашего мира перенес нас всех в другой. Он сам дал понять,что не поддерживает эту версию.
  
  - А что ты сам думаешь?
  
  - Это пока только гипотеза, подтвержденная лишь косвенно. Она может измениться.
  
  - Я уверена в твоих суждениях.
  
  - Будь по твоему. Я полагаю что мы начали свое фактическое существование лишь в тот самый момент, точнее, через несколько наносекунд после него. Я пока не уверен. Я анализировал все доступные мне данные, и нахожу слишком много нестыковок. Наша история до гибели мира и фактическое положение дел в данный момент не позволяют принять общепринятую идею о переносе как есть.
  
  - Это очень многое объясняет. Лорды способны и не на такое...
  
  - Верно. Наше создание по некоей зарисовке вполне вписывается в каприз высшего существа. О бОльшем судить пока рано.
  
  - Есть какие-нибудь сведения о мире, в котором мы находимся?
  
  - Бедные и неточные. Исходя из сведений, которые я получил от нескольких аборигенов... на Высшем диалекте, полагаю, это можно сказать так - 'убогая нубятня без жестких гвардов и с унылым респом'.
  
  - Высший диалект... Он не утрачен за время моего заключения, это делает меня счастливой. Не ожидала его вновь услышать. - В улыбке Маликрисс проскользнула тень настоящей радости.
  
  - Покуда я существую,я не позволю ему исчезнуть, - галантно поклонился лич. - Итак, ты узнала мою точку зрения на положение дел. Теперь удовлетвори и мое любопытство. Что ты планируешь?
  
  - Ну... - Маликрисс холодно усмехнулась, подняв лицо к потолку. - Во-первых, занять свое место. Я хочу признания и власти. В абсолютном выражении - править от Его имени и во славу Его.
  
  - Дерзкие амбиции для узницы с клеймом предателя, - едко заметил Мариус.
  
  - Дерзкие - не значит пустые. У тебя тоже есть стремления, и нам по пути.
  
  - Предлагаешь партнерство? - хмыкнул лич.
  
  - Скорее дружбу и союз. Мы можем быть очень полезны друг другу.
  
  - И какая мне от тебя польза?
  
  - Если ты поможешь мне обрести власть... Это новый неизведанный мир. Не все склонятся перед нами, будет много войн. Ты заберешь себе все, что пожелаешь. Книги, свитки, исследования, материалы, бесчисленное количество тел, живых и мертвых. Все,что сможет предоставить тебе первая после Пророка.
  
  - Заманчиво. И чего ты ожидаешь взамен?
  
  - Твой ум, твою силу и твое влияние. Для начала - вытащи меня из казематов. Мне и потом будет нужна твоя помощь, но я не слишком обременю тебя.
  
  - Если ты начнешь бороться за власть так, как я думаю, это прогневит Пророка. Как думаешь, что я сделаю в таком случае?
  
  - Уничтожишь меня? Не имею возражений. Могу лишь обещать,что глупостей вроде восстания я делать не собираюсь. Одной такой ошибки хватило. Я хочу одобрения и признания от Пророка, а не Его гнева.
  
  - Должен предупредить, что Вильгельм хочет того же, что и ты. И прогнозирую, что его поддержит Илладрия. Соперничать с ними не будет легко даже тебе.
  
  - Не думай об этом. Я справлюсь. У них нет тебя. А у меня есть.
  
  - Трезво глядя, ты можешь и преуспеть. Вильгельм приземлен и мелочен, Илладрия наивна и не имеет амбиций, у Дрэги нет влияния, Варбоссу на эту возню вообще плевать, он хочет лишь войны... - Мариус поскреб костяшками подбородок. - Шансы у тебя определенно есть.
  
  - Рада, что ты это понимаешь. Обсудим детали... **
  Вильгельм любил роскошь. Не кричащую и яркую, в духе 'все самое дорогое в кучу', такая наоборот, вызывала в нем некоторую брезгливость. Ему была по душе настоящая, спокойная роскошь, которую невозможно подделать или имитировать.
   В его рабочем кабинете все полностью отвечало его вкусам. Массивная мебель из редких пород камня, полированный паркет, пушистый ковер, буквально лучащийся чистотой. Высокие окна с видом на дворцовую площадь, полуприкрыты бордовыми портьерами с золотой вышивкой. На стенах - портреты Лордов и гобелен с символом гильдии.
   В хорошей обстановке и работается хорошо.
  Вильгельм широко потянулся, откинувшись в кресле. На массивном мраморном столе перед ним возвышалась стопка бумаг, на которых уже стояла подпись. С делами на этот день он закончил.
   Конец недели походил на бесконечный марафон. Эйфория от 'события' прошла, его же обязанности правителя остались в силе. На него навалилась просто огромная куча дел. Гражданские, экономические и военные вопросы требовали его внимания. И он с большим удивлением отметил, что так впахивать ему не приходилось никогда раньше.
   Большинство гражданских запросов он просто отвергал, едва глянув. Тратить время на личные неурядицы граждан не было ни желания, ни времени. Стремительно накапливающиеся обращения такого рода пока откладывались в долгий ящик.
   Но были и обращения, которые игнорировать было никак нельзя.
   Хитрый купец вложил средства в несколько магазинов, обзавелся должниками и начал требовать от них уступок, на которые, по большому счету, не имел права. Ничто не противоречит заведенному Лордами порядку, если смотреть на общие правила. Но позволять рядовому купцу обрести власть требовать что-то у других горожан? Нужно решение, которое, с одной стороны, урезонит не в меру предприимчивого нахала, с другой стороны, не будет простым произволом власть предержащего. Нужен новый закон, который бы вносил ясность в права и обязанности граждан насчет инвестирования.
   Семья драконидов жалуется на постоянный шум у центрального озера. По заведенному Лордами порядку, половина берега отведена под кладки, и раньше всех все устраивало. Теперь же на другой половине берега повадилась собираться стража, после смены. Красивая винная с отличным видом на озеро, почему бы и нет, собственно, и до казарм близко. Но яйцам нужна тишина, иначе могут проклюнуться раньше срока, детенышам такое не на пользу. Правы все, нужен компромисс.
   Орки, небольшая банда, пошли гулять в город, напились, потеряли командира и стащили у кузнеца наковальню. Зачем - сами не помнят. Командир проспался, изловил хулиганов и велел тащить обратно, но скандал уже поднят. Варбосс пообещал принять меры, но нужно придумать, как успокоить кузнеца и избежать такого в будущем.
   Подобных дел только за сегодня он разобрал три десятка. Издал два новых закона и шесть указов, потратив в целом на эти разбирательства почти половину дня. А ведь это только разминка.
   Внимания требовала армия. Военная машина резко перестала быть безупречной. Начиная с мелочей, наподобие резервного снаряжения. Размеры и формы брони для людей и эльфов существенно отличались от тех же параметров для драконидов. Ящеры в среднем на треть шире и выше чем люди, и имеют другие пропорции тел. И в то время, как снять доспехи с павшего эльфа и надеть на человека не составляет никакой проблемы, с драконидами такой номер не пройдет. Как и в случае быстрой мобилизации ополчения. Отсутствие единого стандарта требует дополнительного внимания к снабжению.
   То же касается и строевой подготовки. Все три вида разумных, состоящих в армии Рассветного Тумана, прекрасно взаимодействовали между собой на тренировках, покуда требовалось лишь соблюдать сдерживающий строй. Высокий рост драконидов прекрасно нивелировался специфической стойкой.
   Трудности начинались при маневрировании подразделений. Ящеры выделялись и здесь - для разворота им требовалось больше места, чем остальным, в силу комплекции и наличия мощного хвоста. В старом мире о подобном не приходилось даже задумываться, а сейчас это превратилось в очередную проблему. И нельзя сказать, что виной тому потеря строевой подготовки драконидов. Один, два или десять бойцов, утративших базовые навыки, это одно. Но все сразу?
   Очередная причуда нового мира, которую нельзя оставить как есть. Лишить ящеров привилегии служить Пророку? Сознательно пойти против установленного высшими существами порядка? Неприемлемо в принципе. Тем более, что дракониды в качестве солдат были выше всяких похвал. Мощные, выносливые, прекрасно ориентирующиеся в самой суровой свалке.
   Хорошо, что жрут то же, что и остальные. Хоть здесь нет подвоха.
   Вильгельм помассировал ладонями лицо. Питание тоже было проблемой, и лично его непростительной ошибкой. Когда он проводил расчеты, то не учел важное обстоятельство. Орки и ящеры потребляют значительно больше провизии, чем люди и эльфы. Выработка ферм, как сейчас выяснилось, не покрывала потребление. За этот провал ему еще предстояло ответить, и сейчас он старался не думать о том, как будет оправдываться перед Пророком.
   Хотя тот, вне всяких сомнений, и так все предвидел. Как и многое другое. Уж очень вовремя основная масса орков отправилась покорять леса за пределами горной долины. Это и заведомо победоносная война, и проверка боеспособности в новых условиях, и кость оголодавшим псам битвы, и разрядка отношений между лидерами рас, и возможность быстро подтянуть слабые места в организации, не слишком отвлекаясь на буйное хулиганье. И да. Снижение продовольственной нагрузки.
   Вильгельм поморщился и отогнал эту мысль прочь. Как бы то ни было, проблема на данный момент уже не горит. Вместо самобичевания стоило подумать, как устранить ее в перспективе.
   Он встал с кресла и толкнул ладонью колокольчик на столе. Дубовая дверь тут же открылась и в проеме появился слуга. Вильгельм, не фокусируя на нем внимание, велел подготовить чайный столик на главном балконе. Слуга кивнул и незаметно исчез.
   Новая, тщательно культивируемая привычка - после завершения дневных дел отдыхать с видом на город. Что может быть лучше чудесного вида и ароматного напитка? Только то же самое, но в хорошей компании.
   Илладрия уже была там, заняв место по другую сторону столика. Само ее присутствие шло к обстановке - ажурный столик, тончайший золотистый фарфор посуды, молчаливо присутствующий слуга, застывший в тени. Закрытое белое платье, как обычно.
  Усаживаясь, Вильгельм в очередной раз порадовался ее компании. Дело даже не в том, что эльфийка чертовски хороша собой и умело подчеркивает это одеждой и манерами. Она была отличным собеседником, с которым можно поделиться запутанной мыслью, по новому формулируя ее для себя. Она была равной.
  
  - Я уже приготовилась провести остаток вечера в одиночестве. - Чародейка кокетливо улыбнулась и надкусила печеньку.
  
  - И не мечтай. Пришла, значит терпи. - Вильгельм грузно уселся напротив.
  
  - Много работы?
  
  - Прорва, ну ты и сама знаешь. Иногда мне кажется, что все давно летит к чертям, а мы этого пока еще не видим.
  
  - Пока ты здесь король, ничто никуда не улетит, я уверена.
  
  - Тут ты права. Но знаешь, мне иногда жаль, что я не могу разорваться на много маленьких Вильгельмов и быть сразу везде. Возиться с бумажками, следить за выполнением указаний, принимать просителей, контролировать строительство дороги, да я до завтра могу перечислять.
  
  - Вот только не говори, что тебе не нравится то, чем ты занимаешься, - стрельнула глазами эльфийка.
  
  Вильгельм назидательно поднял указательный палец.
  
  - Это власть, детка. Я велю, остальные выполняют. Как это может не нравиться?
  
  - Ты такой важный... - Илладрия звонко хихикнула в ладонь.
  
  - Но-но, попрошу, - делано возмутился Вильгельм и бросил в рот печеньку. - У самой дел-то и нет считай.
  
  - Как же, нет. Ты хоть примерно представляешь, как сложно заставить грифонов хотя бы не рвать друг друга на части, пока они не под седлом? Уже не говорю о том, как их сводить в пары. Поначалу это был просто кошмар, они вообще не разбирали, кто им враг, а кто нет.
  Столько народу перекалечили.
  
  - Лорды же как-то летали на них.
  
  - Ну ты сравнил. Где мы, а где Лорды.
  
  - Тоже правда. Так ты говоришь, поначалу плохо было, а сейчас как?
  
  Илладрия разве что не засветилась от гордости.
  
  - А вот так. Сегодня сложилась четвертая пара, а от первой уже через пару месяцев можно ждать яиц.
  
  Вильгельм восхищенно развел руки.
  
  - Мои поздравления. Ты же знаешь, кто главный претендент на второго птенца?
  
  - Догадываюсь, -усмехнулась эльфийка. - А тебя запишу в длинную-длинную очередь. Тебе, наверное, все равно будет некогда им заниматься.
  
  - Эй, - возмутился Вильгельм. - Не смешно.
  
  Илладрия тихо рассмеялась в ответ на возмущения, и Вильгельм расслабился.
  
  - На самом деле, я пока не уверена, как все это будет выглядеть, - с сожалением продолжила эльфийка. - Детеныши должны будут пример со взрослых брать. А взрослые особи... Они такие агрессивные, почти дикие. Очень мало кого вообще слушаются, и то - слушаются, скорее терпят. Уверена, что Пророк смог бы их приструнить, но... - она печально развела ладони.
  
  - Но планы высших существ это не та область, в которой мы можем чего-то требовать. Понимаю. Давай я к тебе отправлю несколько бойцов покрепче, из элитной стражи? Драков, например. Таких легко не покалечишь, может быть, грифонам силой нужно показать, кто тут главный? Если по хорошему не понимают, чего с ними нянчиться.
  
  - Не знаю, можно попробовать, но к готовым парам я их не пущу. Эти хоть как-то управляемы, если разозлятся, все насмарку.
  
  - Договорились, завтра с утра жди. Распорядишься, как считаешь нужным.
  
  Некоторое время они сидели в тишине, наблюдая сгущающиеся сумерки. С огромного балкона было видно, как на улицах разгораются фонари и одно за другим освещаются теплым светом окна.
   Вильгельм наконец нарушил молчание.
  
  - Не расскажешь, как там дела снаружи? Варбосс перестал держать меня в курсе дела, после того, как пытался сплавить мне пленных.
  
  - А почему ты ему отказал?
  
  - Я не хочу брать заботу об ордах диких чужаков. Его война, пусть сам разгребает. Там, на его помойке разницы не будет, а вот я не позволю превращать наш Город в стойбище варваров. Так ему и сказал. В общем, отношения у нас сейчас... слегка натянутые, - поморщился Вильгельм.
  
  - Тебе стоило бы быть деликатнее с равным, - тактично отметила Илладрия.
  
  Вильгельм возмутился:
  
  - С орком? Деликатнее? Да ты шутишь!
  
  Чародейка выдержала паузу, подбирая слова:
  
  - Вильгельм, ты упускаешь из внимания, что твоя корона не для всех что-то значит. Пока Пророк не назначил старшего после себя, мы, старшие вассалы, равны. И если ты будешь портить отношения с Варбоссом, пользы от этого точно никакой не будет, понимаешь?
  
  Вильгельм поморщился:
  
  - Да понимаю. Но... Ладно, черт с ним, - он махнул рукой. - В общем, сейчас мы с ним не особо дружим, так что я не знаю, что происходит за пределами гор. А ты должна быть тоже в курсе, вся разведка на тебе. Не расскажешь?
  
   Она задумчиво отпила из тонкой чашки, и начала рассказ.
  
  - Если коротко, то все по плану. Пророк разрешил использование порталов для десанта, с определенными условиями. Орки в первый день нанесли удары по самым крупным поселениям, вырезали основных местных главарей. Там нет государственности как таковой, просто паритет между наиболее сильными племенами. Гоблины, огры и тролли в основном, ну и измененные магией звери. Есть еще людоящеры, очень далеко в восточной части, они в эти разборки не лезут, потому их пока не трогают.
  
  - Людоящеры?
  
  - Да, наподобие драконидов, только выродившихся. Пока знаю, что там первобытно-общинный строй с то ли зачатками, то ли остатками развитой культуры. В любом случае, их ареал обитания за пределами намеченного завоевания. Потерь особо нет, меньше сотни орков на сегодняшнее утро. Сильных противников толком не встретилось, личное участие багатуров понадобилось лишь дважды. После падения основных поселений остались только разрозненные племена. Там никто не ожидал большой войны. Тем более такой быстрой. Не все местные даже в курсе, что именно происходит, так что орки развлекаются на всю катушку. Коллаборанты тоже есть, самые дальновидные признали власть орков сразу, и их все больше. Многие бегут из леса.
  
   Вильгельм заинтересованно приподнял бровь.
  
  - Коллаборанты? Кто именно?
  
  - В основном гоблины, они привыкли служить более сильным. Есть и огры, и тролли, но их немного. Эти почти всегда стоят насмерть, сдаются только самки с младенцами. В общем и целом, когда ты достроишь путь через горы, лес будет полностью под нашим контролем.
  
   Вильгельм задумчиво пригладил бороду.
  
  - Это хорошо, как раз назревала нехватка строительного дерева и топлива, а тут и рабочие руки сразу же. И орки скорее всего там и обоснуются, в долине потише станет. Не знаешь обстановку за пределами леса? Хотелось бы заранее узнать о соседях.
  
  - Там разведка пока не проводилась, сведения очень обрывочные. По краю леса есть маленькие поселения людей, там пройдет наша граница. Пророк, как ты помнишь, лично отправился за ее пределы, и указаний на этот счет не оставил. Не стоит нарушать Его планы излишней инициативой.
  
  - Я интересуюсь соседями, потому что кроме текущих проблем есть и глобальные. Вопрос с древесиной фактически решен, а как быть с тканями? Производить их в нужных количествах мы не сможем. То же самое с красками, глиной, алхимическими компонентами. Или серебро, золото, железо, уголь, да даже соль обычная. Глубинная разведка по горам пока не проводилась, но пока можно точно сказать, что руд и минералов здесь почти нет. Только железо, и то немного. Запасы всего этого есть, но они не бездонны, и хорошо бы знать, где их пополнить. Будь то торговля или война, надо знать, с кем будем иметь дело, и все продумать заранее.
  
  - Положись на Пророка. Уверена, он прекрасно знает, что делать, и в нужное время укажет путь.
  
  - Ты права, но мне стыдно во всем и всегда полагаться на Него, - отмахнулся Вильгельм. - Мы существуем для того, чтобы избавить Его от необходимости заниматься мелочами. Так что я предпочел бы устранить проблему до того, как она вообще себя проявит. Или хотя бы иметь готовое решение, а лучше не одно.
  
  Илладрия поставила чашку на блюдце и со скучающим видом окинула взглядом совсем потемневшее небо.
  
  - И еще ты хочешь проявить себя, чтобы тебя назначили главным в Его отсутствие.
  
  - Конечно. А кого еще? Варбосса? Или, может быть, Мариуса? Ха! Я и только я гожусь для этого. Я для этого рожден.
  
  - Мы уже говорили об этом, я помню. И не трудись напоминать о нашем уговоре, его я тоже помню.
  
   Чародейка плавно встала из-за стола.
  
  - Мне пора. Была рада увидеться.
  
  Вильгельм тоже поднялся.
  
  - Я тоже рад. Прости, если был грубоват, мне жаль.
  
  - Я привыкла. Увидимся.
  
  Фигура Илладрии распалась на мириады быстро гаснущих светлячков. Вильгельм снова пригладил бороду. Замечательная женщина. Красота, ум, терпение, такт. Она будет куда лучшей женой для Пророка и матерью для наследника, чем психически неуравновешенный демон.
   И куда более управляемой.
  
  **
  
  В Великом лесу Тоб сгущались сумерки. Любимое время любого охотника. Любая дичь в это время особенно настороже.
   И разумная в том числе.
  Рюй, бывший еще недавно главным охотником, осторожно высунул половину лица из травы над обрывом. Обрыв так себе, метра четыре, не больше. На расстоянии двух полетов стрелы маленькое озерцо, спина подземной реки. И на берегу поселение. Большое, как три бывших поселения Рюя.
   Хорошо спрятано, кругом обрывы и деревья до самого неба. Если не знать, где оно - не найдешь, не увидишь. По следам только, если местные охотники дураки. А здесь не дураки.
   Но Рюй знал, где поселение, он тут уже бывал. Отсюда в поселение Рюя приходили другие гоблины, за женщинами и рабами. Они взяли что хотели. Поселение тогда стало в два раза меньше. Рюй тогда следил за ними очень много дней. Те гоблины пришли сюда.
   Что тогда мог сделать один маленький Рюй? Ничего. Только посмотреть и запомнить. Зато он много что может сделать теперь.
   Жизнь круто изменилась после налета орков. Когда его ранили в ногу, он думал, что убьют. Орк посмеялся над ним, ухватил за ухо и утащил обратно в горящее поселение. Бросили в яму. В яме уже было много гоблинов, женщины и совсем маленькие дети. Такой крик стоял, что Рюй думал, у него лопнет голова. После Рюя туда бросили еще несколько гоблинов, тоже раненых.
   А потом по одному вылавливали. Когда выловили Рюя, он даже не сопротивлялся. Кровь в теле почти кончилась, нога распухла как второе тело. Он не хотел умирать, но был готов. Его бросили на площадке собраний под ноги завоевателей. А между ними стоял тот самый эльф. Сам стоял, будто и не издырявили ему ноги копьями.
   Эльф не стал мстить, только спрашивал. Как его выследили, как поймали. Рюй не хотел, чтобы его пытали, и все рассказал. Боги эльфов не требовали мучений. Рюй надеялся на быструю смерть. Но эльф просто поговорил с главным орком, и ушел. Потом с Рюем говорил орк.
   Тогда все стало понятно. В лес пришли новые хозяева. Сильные, храбрые и хитрые. Рюй мог выбрать, служить им или умереть. Конечно же, Рюй выбрал служить, и не прогадал.
   Сначала ему вылечили ногу. Дали какой-то вкусный напиток, нога почесалась и стала как новенькая. Потом Рюй помогал допрашивать остальных гоблинов, доносил до них основную мысль. Служи или умри.
   Так Рюй стал главным среди оставшихся в живых. А еще стал приводить орков к другим деревням, чтобы можно было неожиданно напасть. Потом ему разрешали назначать главных среди других выживших. За выбор он отвечал головой, и был очень осторожным. Если кто-то мог создать проблемы, Рюй сам его убивал, сразу. На всякий случай.
   Ему дали все, что он хотел. Еду, право на любых женщин, даже позволяли брать что-то из добычи. Оркам было жалко, но они делились даже с ним. Конечно, наглеть не надо было. Подзатыльники у них ох тяжелые. А еще они не мучили пленных.
   Рюй не понимал этого сначала, а потом понял. Услышал, сопоставил и понял. Их отправил воевать бог. Очень сильный бог, который говорит с ними сам. Без шаманов и ядовитой пыльцы. Их богу не интересна боль, никого пытать не надо. Даже наоборот, убивать лучше быстро.
   Боги гоблинов не одобряют быструю смерть. Они любят крики и плач. Но кого волнуют боги гоблинов? Где они? А орки вот прямо здесь, и их бог этого не любит. Непонятный бог, требует мало, дает много. Живи, люби, убивай, кого скажут. Взамен - не будет голода, боли и страха. А после смерти - просто сон. Если хорошо служил, бог разбудит и снова живешь. Может, все не так и просто, но лучше чем боги гоблинов. Они требуют много, а дают мало. И не всем.
   Рюй любит мучить, но подвинется, если надо. Он тоже захотел молиться такому сильному богу, но орки только посмеялись над ним. Сказали, что надо заслужить.
   Рюю никогда ничего не приходило легко. Он всегда заслуживал то, что имел. Заслужить право молиться? Он заслужит.
   Сегодня он привел орков к очередному поселению. Было приятно, что зеленая смерть его слушается. Обольщаться не надо, но приятно.
   Вот оно, поселение разорителей. Частокол высотой в огра, перед ним ров, внизу колья натыканы.
  Что тогда мог сделать маленький Рюй? Ничего. Поплакать от злости и уйти. Что он может теперь? Положить два пальца под язык и оглушительно свистнуть.
  
   **
  
  Огры были злы. Под три метра что в рост, что вширь, неимоверно живучие и чудовищно сильные. Они всегда считали себя хозяевами этой части леса, и с ними всегда считались его обитатели. Даже на чужой территории на огров нападали редко. Огры всегда брали что хотели, и это всегда было нормальным.
   А теперь творилось не пойми что. Вождь племени негодовал.
   Его племя, входящее в конгломерат племен, двигалось в большое поселение. Вручать дань верховному вождю, совещаться, делить территорию, выяснять отношения. За половину дневного перехода до поселения, ему встретились жалкие ошметки другого племени. Десяток здоровяков, потерявших вождя и семьи. Измотанные, раненые, обгоревшие.
   После короткого разговора выяснилось, что они бежали из поселения. Что на город напали гоблины-переростки и убили всех. Вождь тогда смеялся аж хрюкал, и велел перебить трусов.
   Доведя племя до города, он понял, что зерно правды в рассказе было. От огромного поселения остались дымящиеся развалины. Поиски в развалинах дали очень немногое. Сотни изрубленных трупов огров, гоблинов, свинолюдей. Ни единой живой души, мертвецы порублены так, что никакая нежить не получится.
   А потом на племя напали. Явно не основной отряд, всего под сотню бойцов. Гоблины, но по грудь огру высотой, почти без брони, с жуткого вида топорами.
   Вождь очень быстро понял, почему те, кого он встретил, бежали от боя. Гоблины-переростки оказались невероятно свирепыми, жестокими и умелыми бойцами. Огры приняли атаку расслабленно, полагаясь на свои размеры, силу и толщин шкуры.
   И очень сильно прогадали. Размерами они намного превосходили странных гоблинов, и силой тоже. А в остальном... Первый ряд огров просто раскромсали. Гоблины нападали слаженно, втроем на одного - один нырял под ноги, второй бил по рукам, а третий прыгал на плечи и бил ножом в лицо. Как только окровавленная туша падала, гоблины бросались на следующую жертву. Растерянность и гнев задних рядов огров только ухудшили ситуацию, дубины огров - не то оружие, которым удобно бить быстрого противника. Началась свалка, в которой пираньями сновали эти гоблины и рвали на части неповоротливых силачей.
   Вождь сразу понял, что в этом бою ему ничего не светит, и скомандовал отход. Даже победи его бойцы эту сотню, здесь их явно намного больше. Пришлось бросить в руинах города бОльшую часть племени, чтобы задержали противника, и позорно бежать. Его до сих пор преследовали яростные крики умирающего под топорами чужаков племени, стоило закрыть глаза.
   Огр чувствовал, что эти гоблины здесь не мимоходом. Что с ними еще придется столкнуться, и хотел быть к этому готовым. Он привел остатки своего племени в поселок около озерца, через который проходил по пути в город, и решил ждать здесь.
   Местные гоблины были не в восторге, но кому интересно мнение гоблина. Вождя огров волновали только еда, стены и мясо для первых рядов схватки, здесь все это было. Все лишние постройки были разобраны, стена укреплен, во рву добавилось кольев. Оставалось только ждать.
   И он дождался.
  Тихий лес, окружающий озерцо, с наступлением темноты взорвался многоголосым ревом.
  
  -WAAAAAAAGH!!!
  
  Вождь пнул гоблина, который здесь считался главным, мол, действуй, и протрубил в старый, обломанный рог, который всегда носил на груди. Едва задремавшие огры просыпались, вылазили из палаток, шатров и сараев. Злые и невыспавшиеся, переевшие перед сном, они шли к стенам прямо по головам гоблинов.
   Вождь грузно носился по поселению, подгоняя отстающих. План был другим, вождь хотел, чтобы первый удар приняли гоблины, но огры их просто проигнорировали, и менять что-то было уже поздно. Перестраиваться некогда. А зеленая мелочь только рада, разбегается из-под ног и прячется.
  
  - Ну мелочь вы у меня попляшете потом! - бесновался огр, видя разбегающееся воинство.
  
  А от лесного обрыва уже надвигались враги. В темноте на таком расстоянии огр не мог определить, каким строем идут, и даже сколько их. Зато мог рассмотреть, что они несут с собой длинные бревна.
   Он слишком поздно понял, что к чему. Надежды на ров и пусть низкие, но стены, оказались тщетными. Добравшись до рва, гоблины, обхватив бревна с обеих сторон, начали забрасывать их на стены.
  
  - WAAAAAAAAAGH!!!
  
  Огры за стеной, не видя, что происходит, бесились от желания ломать черепа недомеркам. Предупреждающие вопли вождя не были услышаны.
   Гоблины-переростки, едва забросив край бревна на стену, сразу же карабкались по нему наверх. Пара секунд - и вот первые из них оказались в поле зрения огров. Только они знали, что увидят, а огры - нет. И потому, ударили первыми.
  
   -WAAAAAAAAAAGH!!!
  
  Их тоже ждал сюрприз - теперь у огров были доспехи. Вождь огров увел с собой лучших воинов, свою элиту, которую вооружал самым лучшим. Удары первой волны принесли только грохот, а ответ не заставил себя ждать и мгновения.
   Кто-то из огров все-таки сориентировался, в темноте взметнулись и опустились несколько дубин, раздался мокрый хруст и хрип. Один огр ухитрился поймать нападающего за плечо, припечатать к стене и тогда с размаху ударил кулаком в грудь. Удар был такой силы, что у дрогнула стена, а брызги крови щедро оросили все вокруг.
   Первая волна спрыгнувших со стен была отбита, но только первая... Враги прибывали и прибывали, огры, закованные в доспехи, уже не соблюдали даже видимость строя, а просто махали дубинами наугад. Иногда удачно, чаще всего нет.
  
  - РУБИ ЖИРОБАСОВ! WAAAAAAAAAGH!!!
  
   Одна за другой валились бронированные туши. Кто-то от ран в ноги, кто-то уже замертво, судьба каждого была предрешена. Вождь скрежетнул зубами. Он не стоял в строю, а следил за боем чуть издалека - так легче было понимать, что к чему, да и командовать проще.
   Полное поражение. Стены, доспехи, подготовка - все тщетно. Что ж, по крайней мере, легко этим зеленым ублюдкам точно не будет. Вождь взревел и рванул к стенам.
   Триумфального вступления в бой не получилось. Широко размахнувшись, он потерял равновесие от сильной боли с обратной стороны колена, и дубина неловко грохнула по стене. Еще мгновение, еще одна вспышка боли, и отнялась рука. Вождь упал на бок, попытался развернуться, чтобы хоть здоровой рукой ухватить кого-то из наглых тварей. Оглянулся, и успел увидеть лишь кромку острого, как бритва, топора у себя перед носом.
  
  **
  
  Рюй не лез в драку. Его никто не звал, а он совсем не огорчался. Когда лев дерется с быком, шакалу лучше держаться в стороне. Он сделал свое дело. Показал место, помог незаметно добраться, дал знак. Так уже было, и еще будет. В лесу новый хозяин и новый бог. И горе тому, кто не понял этого вовремя.
  
  **
  
  Крупный тролль, почти в два человеческих роста, сплюнул и уперся задом в толстое дерево. Другие деревья, помельче, он просто снес по пути сюда. Он спасался бегством.
  Тролли не ведут счет времени, у них нет четкого календаря - есть день и ночь, зима и лето. Последнее лето было очень хорошим, сытным. Поиски пищи после зимы привели его к окраинам великого леса, и здесь он наткнулся на племена человеков. На слабых и глуховатых человеков было очень легко охотиться. Проголодавшись, он буквально за пару дней мог поймать одного-двух. Конечно, человеки быстро поняли, что появился охотник, и даже попытались его выследить и убить. Тролль тогда неплохо пополнил мясные запасы, кое-что даже протухло. Человеки стали его бояться.
   Он совсем осмелел и даже перестал маскировать свое логово. Даже наоборот, стал украшать костями окрестности. Волки, человеки и даже медведи стали обходить его логово десятой дорогой. Сильных зверей так далеко от сердца леса не водилось, остальные признали в нем самого сильного. Так было целое лето.
   Когда заявилась та человеческая самка в черном, он удивился такой наглости и немного обрадовался. Ну как же, добыча сама пришла. Он вылез из логова ей навстречу и попытался утащить вглубь, и тогда понял, что теперь добыча он сам. Самка ухватила его за палец и легко сломала всю руку, дернув один раз. Вообще оторвала бы, если б тролль не поддался в последний момент - так он просто приложился головой о стену.
   В картине мира не было места обиде или разочарованию. Он очень легко принял тот факт, что явился кто-то посильнее и сделал его самого своей добычей. Сильный жрет слабого, это данность. Тролль долго был сильным и жрал слабых. Теперь нашелся кто-то посильнее и сожрет его.
   Если догонит, конечно.
   Она догнала. Погоня была долгой, началась с самого восхода, а сейчас был жаркий полдень. Тролль был весьма искусен в засадах и скрытном передвижении по лесу, отлично знал местные болота и овраги. Сначала он даже думал, что сможет унести ноги, преследователь то и дело исчезал из восприятия.
   Увы. Для этой безумно сильной самки это была игра. Она забавлялась, заставляя его выкладываться в этой погоне. Давала надежду, что вот-вот, и он оторвется от нее. Все тщетно. Когда тролль понял, что хитростью не взять, он попытался просто напролом уйти вглубь леса. Уж там-то эта самка может найти цель поинтереснее.
   Не вышло. Сейчас тролль это понял окончательно. Смысла бежать нет, сдаваться без боя тоже. Изломанная рука уже зажила, и он покрепче взялся за свою дубину. Хорошая дубина, из кости какого-то неведомого зверя, останки которого тролль нашел давным-давно. Она служила ему верой и правдой годами. Крепкая, тяжелая.
   И бесполезная.
  Ждать пришлось недолго. Вскорости послышался шелест металла и звук шагов, и вот показалась человеческая самка. Вся в черном, от шеи до пят, и черные же волосы стекают по бронированным плечам. Неспешным шагом по оставленной просеке она приближалась к троллю.
   Он уже знал цену этой неспешности. Коротко рыкнув, он предостерегающе взмахнул дубиной, сметая уцелевший подлесок. Раз взмахнул, второй не успел. Замахнуться второй раз оказалось слишком легко, и вместе с тем руки пронзила боль. Дубина продолжила движение, и кисти тролля вместе с ней.
   Послышался голос самки, из-за спины. Глубокий, мягкий, очень страшный голос.
  
  - Больше не хочешь играть?
  
  Тролль всем телом развернулся, пытаясь прибить ее к дереву, и не преуспел. Толстые культяпки с гулом впечатались в ствол древесного гиганта, а по животу растеклась острая боль и противная слабость. Он глянул вниз. Твердое брюхо вспорото и потроха уже вываливаются наружу. Спину пронзила новая вспышка боли. Ноги резко стали чужими и тролль упал.
  
  - Даже жаль тебя вот так убивать.
  
  Боль в шее и стало чужим все тело.
  
  - Ты сразу понял, что к чему, и все делал правильно. Я бы тебя даже зауважала, если бы ты не был таким слабаком. Правда.
  
   Глухая боль в шее сменилась тупым безразличием, в глазах потемнело. Разум тролля сопротивлялся еще несколько мгновений и наконец угас.
   Дрэга ловко забросила голову монстра в кожаный мешок и подвязала тесемки. Она даже не заморачивалась считать, сколько раз делала подобное. Три или пять, какая разница. Все равно всегда одно и то же. Те, кто считают себя сильными монстрами, так самоуверенны, что даже не пытаются как-то прятаться. Медведи, огры, оборотни. Тролль хотя бы немного позабавил ее попытками сбежать.
   Скука.
   Конечно, отправляя ее с высочайшим приказом, Пророк предупредил, что так и будет. Поначалу, по крайней мере. И все же она надеялась, что ей найдется чем гордиться. Тщетно.
   Город, в который ее отправили, неприятно удивил своим убожеством. Маленький, грязный, воняющий как орочья помойная яма. Слабые и спесивые людишки, в нем живущие, дополняли его, как черви дополняют лежалый труп. Гармония отвратительности. Она бы с удовольствием превратила его в пылающую черным пламенем яму, но...
  
  "Ты станешь одной из авантюристов, местных наемников. Выполняй их задания, завоевывай авторитет и известность. Чем большую славу ты обретешь, тем лучше. Ты отвлечешь все внимание на себя. Нежелательное в том числе."
  
  Она должна стать самой лучшей наемницей. Самой знаменитой и самой уважаемой. Она должна быть самой заметной для сильных мира сего. Остальные агенты Пророка и он сам будут незаметны на ее фоне..
   И если эти сильные окажутся врагами, именно ей выпадет честь принять их удар.
   Так что, искоренение этого мерзкого захолустья откладывалось на неопределенный срок. Как бы ее ни печалило это обстоятельство, воля Пророка превыше всего.
  В гильдии авантюристов не возникло существенных проблем. Конечно, на чужестранку смотрели очень косо. Тем более, что она не умела писать и читать на местном языке. Это было странно - с разговорной речью не возникло никаких проблем. А вот с письменностью возник ряд нестыковок. Она не понимала местные каракули, а аборигены не понимали ни латиницу, ни кириллицу, ни кандзи.
   Ей было по сути дела плевать. Ну не понимает она написанного, и что? Пусть пояснят на словах, куда идти и кого убить. С первым разом вышла заминка, администратор пытался мямлить что-то о ее обязанности самой понимать что к чему. Одна оплеуха - и взаимопонимание установлено. Одно задание - и вопрос просто больше не поднимался.
   Были и другой конфликт. Ее новоиспеченные коллеги попытались указать ей место новичка. К тому моменту она уже научилась сдерживать свои силы, и обошлось без смертей. Так, переломы и внутренние ушибы, ничего серьезного. Что странно, эти людишки не затаили на нее зла, а наоборот. Теперь, стоит ей появиться в здании гильдии, как у нее образуется свита. Людишки жаждут научиться у нее сражаться, и даже предлагают деньги за то, что она изобьет их до полусмерти. Причем, не только авантюристы.
   Ну, тут обоюдная польза. Она в это же время учится не убивать и не калечить. Не так это и просто, как выяснилось...
  Дрэга щелкнула пальцами. Тени деревьев и папоротника странно изогнулись и стеклись в одно большое пятно у ее ног. За несколько мгновений простая тень стала огромной кляксой непроглядной черноты. Чернота шевельнулась, пошла волнами, и из нее будто выплыл на край пятна крупный жеребец того же цвета.
   Дрэга хлопнула "кошмара" по холке, запрыгнула в седлоЮ и прицепила к нему мешок. Следовало торопиться, больше одного дня на одно задание тратить не хотелось. Конечно, "кошмар" был не самым быстрым маунтом, но наименее странным для аборигенов. Ее должны считать человеком.
  
  
  **
  
  
  В уютном кабинете на втором этаже гильдии И-Песпеля сидели двое. Гильдмастер - за столом у темнеющего окна, напротив, в мягком кресле - тонкая девушка со светлыми волосами, увязанными в хвост.
  Гильдмастер И-Песпеля глубоко вздохнул.
  
  - Госпожа Тиа...
  
  Девушка с холодными глазами склонила голову на бок.
  
  - Господин Миран. Мы уже обсудили это. Если ваш новый рекрут действительно так хороша, ей место не в этом захолустье.
  
  Они спорили уже больше часа. Хотя спором это было довольно трудно назвать. Миран, конечно, глава отделения гильдии, и формально имеет более высокий статус. Но И-Песпель - это глубокая провинция. А Тиа - член команды адамантового ранга. Одной из двух сильнейших на континенте в данный момент.
  
  - Позвольте хотя бы придержать ее на месяц, прошу вас. Из этого треклятого леса на наши окраины буквально нашествие. Дня не проходит, чтобы не было стычек с зеленокожими. Каждый боец на счету.
  
  - И как бы вы справлялись с этим, если бы не случайное появление нового рекрута?
  
  Пожилой мужчина поморщился и поправил монокль.
  
  - Как и всегда. Но это очень дорого обойдется. Дело даже не в бюджете, хотя и в нем тоже...
  Будут потери среди личного состава. Их пополнить куда сложнее, чем казну. Таланты так редки...
  
  - Господин Миран. Вы возглавляете отделение самой авторитетной в мире негосударственной организации или пансион для благородных дам? - жестко спросила Тиа.
  
  Вопрос был риторическим, они оба это понимали.
  
  - Слабые падут. Сильные возвысятся.
  
  Миран раздраженно ответил:
  
  - И когда они возвысятся, вы снова явитесь и заберете их, так?
  
  - Возможно, - последовал холодный ответ. - Это не вопрос моей личной прихоти.
  
   Это было действительно так. Тиа выполняла распоряжение своего лидера. Та была в курсе очень многих дел гильдии, в которые не посвящала своих товарок. Эти распоряжения формально не могли быть приказами для чинов гильдии. Но высшее руководство гильдии всегда поддерживало самых выдающихся ее членов. Что сегодня было частным требованием Лаки, завтра могло стать прямым приказом от Главы. Противиться - только отношения портить.
   Тиа снова вчиталась в личное дело рекрута, ясно давая понять, что разговор окончен.
  Если слухи и личное дело не врут, это довольно интересный рекрут. Вообще, ей было известно о нескольких таких, взявшихся буквально из ниоткуда, людях, вступивших в гильдию в одно и то же время. Остальные больше похожи на сверхтренированных солдат, пусть и с хорошими талантами. Быстро прибились к существующим группам, существенно усилив их, но и только. Из какой армии эти солдаты, еще предстояло выяснить, но пока что для них было достаточно работы, в которой неважно происхождение и политические взгляды.
   В И-Песпеле был совершенно особый случай. Невероятно талантливая мечница, по некоторым сведениям - религиозная фанатичка, но из "тихих". Следует своей вере, не пытаясь привлечь к ней других людей. Подозрительно мобильна, за день выполняет задания, цель которых далеко за пределами дневного перехода в одну сторону. Безразлично относится к ранговой системе, до сих пор ходит с железным жетоном. И в то же время самостоятельно выполняет заказы для опытных команд золотого ранга. Крайне самоуверенная.
   Было очень похоже, что "выскочку" попытались отправить на смерть, дав заведомо непосильный заказ. Лаки отправила Тию посмотреть на нового рекрута, и если это не мошенница, то позаботиться о ее переводе в Э-Рантел. В этом пограничном городе, откуда рукой подать что до леса Тоб, что до равнин Каз, сильные авантюристы были куда нужнее.
   Ну, а если мошенница, то раскрыть детали аферы и ликвидировать. Она будет не первой, пытающейся заработать славу и повышение ранга таким способом.
   Привычный гул приемного зала слегка изменился, и Тиа прислушалась.
  
  - Кажется, ваш рекрут вернулась? Ее отправляли охотиться на тролля, если я ничего не
  путаю. Действительно быстро.
  
  - Да, госпожа Тиа, - кивнул Миран. - Мне пригласить ее сюда?
  
  - Не стоит. Я спущусь.
  
  - Как скажете. Дайте знать, если что-то понадобится.
  
  Тиа коротко кивнула и вышла из кабинета. С лестницы на первый этаж было слышно уже лучше. Сдержанные поздравления, признание. Определенно, это ее цель.
   Спустившись с лестницы, она увидела ту женщину. Не заметить такую было невозможно.
   Хищная красавица в исключительном доспехе, составленным из хитро подогнанных пластин. Волосы и броня чернее самой темной ночи, держится с вежливым достоинством. Вокруг нее, соблюдая уважительную дистанцию, столпились все незанятые авантюристы города.
   Тиа оценила походку, осанку... Независимо от того, мошенница это или нет, у нее прекрасные движения. Плавные и грациозные, и в то же время точные и скупые.
   Тем временем женщина, положив на стойку регистратора большой мешок с чем-то круглым, отмахнулась от кошеля, бросив что-то вроде "запишите на мое имя" и отправилась к одному из столов. Тиа направилась туда же.
   Ее узнавали и давали дорогу, и неудивительно. Любой авантюрист знает адамантовый ранг по имени и в лицо. Кроме этой новенькой. Когда Тиа села напротив нее, та приподняла бровь с молчаливым вопросом.
   Тиа отметила, что новенькая невероятно привлекательна. Она даже на мгновение растерялась - ей никогда раньше не приходилось видеть подобной красоты.
  "Она могла бы стать кем угодно, любой мужчина будет у ее ног по одному жесту. Что ее понесло в приключенцы?"
   Перед новенькой кто-то почтительно поставил тарелки с горячей снедью, кувшинчик и пиалу. Та проигнорировала угощение, с полуулыбкой уставившись на Тию.
  
  - Кто ты такая и чего ты хочешь? - голос был под стать.
  
  - Приношу свои извинения, я была невежлива.Привыкла, что любого члена моей команды узнают всегда и везде. Я Тиа, из адамантовой группы Синяя Роза. Ваше имя Дрэга, верно? Вас еще называют Темной Девой.
  
  - Так и есть. Какое у тебя ко мне дело?
  
  Тию слегка покоробило такое отношение, даже после того, как она назвалась.
  
  - Я хочу испытать твою силу, для начала. О тебе ходят слухи, и я хочу знать, насколько они правдивы.
  
  Дрэга скучающе отмахнулась, распечатывая кувшин.
  
  - Здесь целая очередь таких, как ты. Подходи завтра, рано утром.
  
  Тия начала сердиться от такой непочтительности, но постаралась не подать виду.
  
  - Очередь, значит... Я уверена, что мне с радостью ее уступят. Я верно понимаю? - Тиа многозначительно обернулась.
  
  Толпа почтительно отступила.
  
  - Как видите, с очередью вопрос решен.
  Дрэга наклонила голову и отставила кувшин.
  
  - Ты не дашь мне спокойно отужинать, да?
  
  - Точно.
  
  Они несколько мгновений смотрели друг другу в глаза. Тиа пыталась понять собеседницу, прочесть выражение лица, движения зрачков и век - все тщетно. Легкое раздражение и ничего более на этом прекрасном лице не читалось.
   Наконец, Дрэга устало хмыкнула.
  
  - Обычно я избиваю желающих на заднем дворе. Пойдем.
  
  Она встала и спокойно направилась к черному входу. Тиа начала закипать от такой самоуверенности, ей очень захотелось поставить наглую новенькую на место. Она направилась следом.
   На заднем дворе уже собралась толпа зрителей. Дрэга расслабленно стояла в центре внимания, склонив голову на бок и положив руку на рукоять меча.
   Это было не очень удобно. Тиа специализировалась на скрытных атаках и подлых приемах из слепой зоны. Конечно, она прекрасно фехтовала и в открытом бою, но все-таки ей хотелось проявить себя с самой сильной стороны.
  
  - Обычно все происходит вот как. На меня нападают и пытаются задеть. Я отбиваюсь, пока не надоест, и тогда все заканчивается.
  
  
  - Вы очень самоуверенны, госпожа Дрэга. Вам никогда не встречался сильный противник?
  С этими словами Тиа не спеша двинулась по кругу, цепко следя за движениями противницы. Та презрительно фыркнула и плавно махнула рукой.
  
  - От этого уже блевать тянет. Я постоянно слышу о "сильном противнике", но каждый раз вижу лишь спесивого червя, с которым есть только одна сложность - случайно не убить. Откуда в вас это, скажи?
  
  - Не думала, что чем-то похожа на "спесивых червей"? - холодно процедила Тиа, подбирая момент для атаки.
  
  "Какой неприятный рекрут. Для нее нет авторитетов? Я не ровня тем, к кому ты привыкла, и не буду с тобой миндальничать. Сама напросилась..."
  
  - Ой-ой, ты меня решила заговорить насмерть? Мне жаль времени на это.
  
  Она еще не договорила последнее слово, как Тиа атаковала. Предельно собравшись, между вдохом и выдохом, Тиа, пригнувшись, стремительной тенью метнулась к Дрэге. Одним кинжалом она целилась в грудь, больше для отвлекающего маневра. Понятно, что такой доспех ей не пробить, но любой будет защищаться от первой атаки. Второй же кинжал был нацелен в пах. Никакой доспех не защищает пах снизу. И даже если удар окажется неудачным, его можно перевести на внутреннюю сторону бедра.
   Если же атака провалится по всем направлениям - Тиа ударит головой в подбородок и разорвет дистанцию.
   И тут Тиа поняла, что бахвальство Дрэги пусть и раздражает, но вполне оправданно. Ее просто не оказалось на том месте, где она только что была. Тиа успела заметить лишь смазанное движение в сторону.
  
  "Так быстро двигаться в латах? Да что за бред?!"
  
  Она резко прервала атаку и рассекла клинками воздух перед собой, одновременно отпрыгивая назад.
   Дрэга со скучающим выражением лица проводила ее глазами. Рука так и осталась на рукояти меча. Было непохоже, что она планирует им воспользоваться.
   Хотя от такого ловкого противника можно ожидать чего угодно.
  Тиа, по новому оценивая Дрэгу, снова двинулась обходить ее по кругу.
  "Придется использовать навыки"
  Этого ужасно не хотелось делать. Навыки - это козырные карты любого наделенного талантом бойца. Их не должен знать никто посторонний. Потому что сегодня ты показал свои козыри, а завтра под них уже приготовили контрмеры.
   Но похоже, без этих козырей эту женщину не одолеть. Придется идти на крайности. Адамантовый авантюрист не имеет права терять лицо.
   Продолжая плавный шаг, Тиа использовала [обострение чувств][малое ускорение] и личную разработку - [обман]. Этот навык накладывал на нее иллюзорный эффект, благодаря которому ее движения становились заметны с запозданием в полсекунды. Со стороны ее было видно там, где она была полсекунды назад. Такое расхождение с видимым и фактическим движением приводило в замешательство даже самого опытного бойца, давая Тие фору в любой схватке насмерть.
   Она не собиралась отпускать новенькую без хорошей трепки. Пусть и ценой раскрытия своих тайных приемов.
  [рывок]
  [шаг сквозь тень]
  И вот перед ней бронированная спина противницы. Двойной выпад кинжалами в бока и... Никакого сопротивления. Силуэт Дрэги растаял как дым, и тут же Тиа почувствовала, что ее за шиворот отрывают от земли. Она кошкой извернулась, целя кинжалами туда, где должно было быть лицо, но не успела. Дрэга, ухватив ее за ворот сзади, просто швырнула девушку к забору, будто она ничего не весила.
   Тиа пришла на препятствие собранно и тут же оттолкнулась ногами, делая новый бросок к цели. Силуэт был виден предельно ясно, в голове не было никаких мыслей, кроме необходимости убить, или нанести увечье и добить.
   Она не успела понять, что случилось. Позже, анализируя бой, она поняла, что Дрэга просто ткнула ее рукоятью меча в солнечное сплетение. А сейчас она просто ощутила шок и полный паралич. Скрытый под одеждой доспех помог мало, судорожный разряд по телу намекнул на перелом ребер. Лежа на земле и судорожно пытаясь вдохнуть, она увидела перед лицом латные сапоги. Дрэга села перед ней на корточки и некоторое время смотрела ей в лицо с нечитаемым выражением.
  
  - Ты и правда сильней остальных. Как муравей сильнее комара. Ну, отдохни пока.
  
  Она похлопала Тию по плечу и удалилась в здание гильдии.
  Зрители, с первой атаки Тии хранившие молчание, начали перешептываться.
  "Охренеть, я вообще не понял что происходит" "Тия быстрая просто жесть, но наша Дева ее будто наперед читала, видели?" "Да обе как молнии, хер уследишь"
  К ней подошел один из авантюристов и подал руку. Тиа раздраженно отмахнулась - ей было неприятно понимать, что у ее поражения столько очевидцев. Дыхание почти пришло в норму, она встала и медленно размялась. Все-таки кости были целы, это радовало. Вокруг почтительно шушукались. Похоже, обычно жертвы новенькой не отделывались так легко.
   Лаки определенно оценит информацию. А ей самой стоит переосмыслить свои взгляды на жизнь.
  Дрэга была за тем же столиком и пила вино из пиалы. Тиа подошла к столу и поклонилась.
  
  - Я приношу свои извинения. Вы настоящий мастер, я ошибалась на ваш счет. Я пришла сделать вам предложение от имени моей команды. Это в интересах гильдии, и в ваших тоже.
  
  - Мм? - заинтересовалась Дрэга.
  
  - Ваш несомненный талант воина пропадает здесь впустую. Я предлагаю вам сменить отделение и переехать в Э-Рантел.
  
  - И зачем мне это? - мелодично протянула Дрэга.
  
  - Чего бы вы ни пытались добиться, как авантюрист, в Э-Рантеле вы получите больше, чем здесь.
  
  - Да? - Дрэга лениво откинулась на спинку стула и развела руками. - С чего ты взяла?
  
  - Э-Рантел с три раза больше И-Песпеля. Он граничит с проклятыми землями и великим лесом. Поверьте, он нуждается в сильных авантюристах намного больше. И намного больше предложит такому умелому мастеру, как вы.
  
  - Я подумаю над этим.
  
  Дрэга не хотела принимать такого решения, не спросив Пророка. Хотя ей безусловно хотелось оказаться там. Все же сам Пророк направлялся в этот Э-Рантел.
  Дрэга слышала его голос каждый день, утром и вечером. А теперь будет возможность увидеться. Все остальное меркло перед такой возможностью.
  
  
  **
  
  После памятной битвы прошло уже три дня, и впечатления у всех уже устаканились. Монстры монстрами, а основную задачу все еще предстояло выполнить. Найти и обезвредить некроманта. Брайс той же ночью, буркнув, что ему не спится, ушел изучать местное кладбище. Вернулся задумчивый и хмурый под утро, и сообщил, что на погосте действительно есть следы осквернения. В могилах действительно кто-то рылся, явно инструментом, а не голыми руками. И после разрытия закапывал могилы обратно.
   Так что, о стихийном поднятии нежити речи не шло. Тем более, такой мощной. Вообще было неясно, откуда она взялась.
   Эра, пребывая под впечатлением, с новыми силами взялась исследовать перья и чернильницу, которыми пользовался гость поместья, и добилась кое-каких результатов. Она выяснила, что ими действительно пользовался сильный, но неопытный темный чародей. Такой вряд ли сумел бы поднять нежитей, сравнимых со стихийным бедствием.
   Даймон устранял последствия схватки. Похороны единственного погибшего тихо организовали без участия авантюристов, и те не имели ничего против. Разве что, Талер вызвался прочесть молитву в последний путь. Никто не возражал, особенно после произошедшего.
   Парень выглядел слегка подавленным, после того, как выяснилось, что погибшему больше ничем не помочь. От головы бедолаги практически ничего не осталось, никакое исцеление тут помочь уже не могло. Эра удивлялась про себя - перед схваткой и в ее течении он был спокоен, и даже как-то расслаблен, вмешавшись только один раз своим заклинанием. А после нее был как-то растерян, и заметно приуныл, осмотрев погибшего. Это было странно.
   У него оказалось довольно интересное лицо. Теперь оно не выпадало из памяти, едва с него соскальзывал взгляд. Идеально правильное и симметричное, оно сначала казалось юношеским. А если присмотреться, то заметны неуловимые морщины у губ и глаз, спокойная, мягкая мимика также не подходила такому молодому человеку. Иногда бывали моменты, когда он казался не просто взрослым, а даже старым.
   И главное - перестал оказывать такое нежелательное внимание к ней. Никакого негатива, просто будто перегорел и остыл. Не заглядывался, пока думал, что она не видит. Не выглядел так, будто хочет что-то сказать, едва окажется рядом. Ничего такого больше не было.
   И это было хорошо.
   Следующим же утром они отправились на поиски вероятного логова колдуна. На основе полученного отпечатка силы Эра соорудила амулет. По идее, он должен был начать реагировать при приближении к обладателю этой силы. Не компас, конечно, но намного лучше даже просто знать, что за пару миль от тебя находится темный колдун, чем не знать этого. Особенно, когда собираешься его убить.
   Поиски обещали затянуться. Территории нанявшего их аристократа были совсем не маленькими, и освоена была лишь небольшая их часть. Возделанная земля и вырубки заканчивались миль за десять от поместья, и дальше начинался дикий лес. Не такой дикий, как лес Тоб, но и здесь хватало малопроходимых мест и оврагов.
   Освоенные земли они обошли в первые же сутки, и не обнаружили ничего подозрительного. Никаких следов стоянки или лагеря. Это значило, что либо колдун давно слинял в другую область, либо... либо он нашел себе пристанище на проклятых равнинах.
   Это было бы не очень хорошо.
  Этим вечером авантюристы прочесали окрестности последнего хутора, и снова ничего не нашли. Погост в самом хуторе был нетронут, а его обитатели не имели жалоб ни на кошмары, ни на исчезновения.
   Теперь они разбили лагерь на полпути к поместью.
  
  - А я так надеялся, что не придется тащиться в эти чертовы равнины, - выдохнул Брайс, откидываясь спиной на траву.
  
  - В этом есть и свои плюсы, - задумчиво ответил Даймон, жуя травинку. Все его внимание было поглощено тем, как Эра перемешивает ароматное варево в котелке над костром.
  
  - Это какие же? - ехидно поинтересовался Брайс.
  
  - Ну, например, там не водятся земляные блохи, которые сейчас залазят под твою кожанку.
  
  Брайс лениво отмахнулся.
  
  - Пусть залазят. Лучше они, чем нежить. Вот честно, за последние два захода ее было многовато. Хочу наконец убить кого-то живого и теплого.
  
  - Живой и теплый тебя последний раз как рыбу разделал, - неопределенно хмыкнул Даймон.
  
  - В следующий раз я разделаю уже его. Культяпка-то у него уже не та. А у нас еще и Талер теперь есть. Ты же сколдуешь снова эту штуку, как в тот раз? - Брайс оглянулся на сидевшего рядом Талера.
  
  Тот усмехнулся уголками рта.
  
  - Думаю, что-нибудь можно будет сделать.
  
  - Вот видишь, лидер, с нами сила. Давай другой раз возьмемся за бандитов каких-нибудь, а?
  
  - Можно. За них ведь так роскошно платят, и доказать, что убил бандита, а не обычного путника, так легко. И выловить проще простого. Сказка, а не работа.
  
  - Ой ну ты опять начинаешь. Дай помечтать.
  
  Талик уже привык к таким разговорам. Брайс всегда напоказ ныл и жаловался, Даймон ему подыгрывал, переворачивая тему с ног на голову, Эра давала понять, что считает обоих идиотами. Теперь его тоже приняли в их компанию.
   В целом ему нравилось. Эти ребята никогда не унывали и во всем полагались друг на друга. Обычно такие сплоченные компании закрыты для посторонних людей. Но он смог заполучить их признание. Ему было одновременно и приятно чувствовать, что у него есть новые друзья, и было тяжело на душе. Все-таки, он их обманывал, как ни крути.
   Драться с нежитью им пришлось по его вине. Хотя не сказать, что у него был такой уж большой выбор. Не направь он монстров к поместью, они могли напасть на менее защищенное поселение. Помня, как легко монстр убил стражника, Талик прекрасно представлял себе, что целая свора таких может сделать с обычными людьми.
   И все же, он мог приказать Спаю перебить их еще на подходе. Стражник бы не погиб, ребятам не пришлось бы рисковать жизнями. То, что он не знал, что все так обернется, было слабым оправданием. Не утешало.
   С его точки зрения, давнишнее сражение было каким-то вялым и медленным. У Талика смешалось восприятие Даймона и остальных как живых людей с привычным игровым отношением. Все их движения в бою казались какими-то нарочитыми, медленными, будто театральная постановка. Эти ребята не шли ни в какое сравнение даже с рядовой стражей "его" города. Он в какой-то момент даже стал воспринимать происходящее как действительно просто крайне детализированную игру. Стоило больших усилий вернуть себе привычное понимание реальности.
   Это все - живые, настоящие люди. Нельзя относиться к ним как к игровым персонажам. Это нечестно и непорядочно. Они заслуживают уважения. Это он получил нереальное могущество нахаляву. Задаваться тут нечем.
  
  "И вместе с могуществом мне пришел огроменный геморрой. Спасибо, высшие силы"
  
  Так или иначе, ему придется вернуться обратно в свой город. Эта маленькая авантюра, больше похожая на бегство, не могла продолжаться вечно. Он выяснил почти все, что хотел, и понял, что из себя представляет обычная жизнь этого мира. Теперь можно было предполагать дальнейшее развитие отношений между миром и Рассветным городом.
   Конечно, с политикой и торговыми отношениями явно все не так просто. Но, имея общее понимание, как живут в этом мире, в этом будет не очень сложно разобраться. Особенно, зная земную историю.
   Конечно, здесь существует магия, и это многое меняет. Многое, но не самих людей...
  Больше всего его напрягало грядущее одиночество. Он тут если не навсегда, то как минимум очень надолго. Здесь нет других игроков, не с кем разделить свои настоящие мысли. Никому нельзя открыться и говорить честно.
  
  "Играть кого-то другого до конца жизни. Невелика плата за то, что я получил, правда. Но все равно, немного грустно."
  
  И даже если здесь появятся другие игроки, это совсем не значит, что он обретет в них друзей. Скорее наоборот. Можно ли верить его современникам, не ограниченным моралью и законом?
   Нет. Об этом говорит и местная история, и элементарный здравый смысл.
  Эти размышления навели его на интересную мысль.
  
  "А ведь можно найти тех, кто пришел сюда раньше. Ребята, вы мертвы, но для меня сейчас это вообще не проблема."
  
  Зачем? О, у него есть о чем спросить их. Как минимум - что их убило.
   "Точно. Покопаюсь в местных библиотеках, наверняка будут подсказки, где искать"
  
  
  **
  
  
  Когда на дороги в королевстве пал взор принцессы Реннер несколько лет назад, здесь все изменилось в лучшую сторону. Тракт стал прямой собственностью Короны, независимо от того, по чьему феоду проходил. Лорды традиционно противились такому решению, справедливо полагая его опасным прецедентом отчуждения. Но Реннер сумела надавить на жадность феодалов, взяв обслуживание подотчетного короне тракта на баланс королевской казны. Так что, на ежегодном собрании лордов указ о принадлежности тракта все-таки был предварительно утвержден.
   От этого в итоге выиграли все. Всего за год, в аккурат к следующему собранию лордов, простой торный путь стал широкой, удобной дорогой, укрепленной деревом и камнем в болотистых местах. Появились деревянные мосты на мелких речушках, которые ранее приходилось пересекать вброд. Межсезонная распутица перестала бить по внутренней логистике, войска стало перебрасывать намного легче и дешевле.
   Романтики с большой дороги, решившие, что настало их золотое время, перевелись в первые же месяцы. Золотая Принцесса, взявшись за дело, всегда подходила к нему крайне основательно. Золото щедро сыпалось в кошели всевозможных стукачей и авантюристов, благородные, но нищие рыцари обретали признание и порой даже наделы в местах, где отличились. Бандитские схроны пылали, а сотни висельников украшали собой сучья деревьев вдоль пути. Торговля расцвела.
   Хотя, конечно, это не была бы затея Золотой принцессы, если бы в ней не было коряг под водой. Благородные лорды утратили дар речи, узнав, что плата за проезд по новому пути идет в пользу Короны, а не в их закрома, и они не в праве накладывать дополнительных пошлин. Более того, они и сами обязаны платить за пользование новым трактом. Что тогда началось...
   Газеф Строноф, как личный человек короля, присутствовал на том заседании. Должность и безродный статус обязывали ко многому, в том числе и хранить невозмутимость в любых обстоятельствах. Лишь боги в курсе, чего ему стоило не заржать, глядя на багровые от негодования рожи их сиятельств. В темные времена он всегда вспоминал тот день, и всякий раз его настроение улучшалось.
   Но не сегодня. Сегодня, как и последние пару недель, хорошая дорога казалась проклятием. Она была так удобна не только для союзников.
  Газеф, не покидая седла, с каменным лицом смотрел на уничтоженную деревню. Уже шестую с начала этого месяца. В животе тяжело ворочалась боль бессилия. Они опять опоздали.
   Деревенька со смешным названием Блошка. Двадцать две семьи, тридцать домов, маленькая пасека, пшеничное поле. Изувеченные тела на чадящем пепелище.
   Его люди сейчас разбирали завалы в поисках уцелевших.
   Имперские ублюдки завели себе моду оставлять нескольких выживших, в этот раз тоже было так. Они нашли нескольких парней, распятых на деревьях неподалеку. Несчастные видели все происходящее своими глазами, во всех подробностях. Их рассказ подтвердил догадки Газефа. Отряд имперских солдат, с полсотни пехотинцев и десяток всадников, заявился в деревню и без разговоров и колебаний просто учинил резню. И как и до этого, оставили нескольких свидетелей своих зверств.
   Он высмотрел среди людей на пожарище своего лейтенанта. Тот будто почувствовал взгляд и обернулся, покачав головой. Газеф махнул ему рукой, давая знак прекращать поиски. Лейтенант отдал несколько коротких команд, и остальные две дюжины бойцов бросили рыться в обугленных развалинах.
   Весь в пятнах копоти и золы, пропитанный дымом лейтенант подошел к так и не спешившемуся Газефу:
  
  - Мой капитан, какие будут приказы?
  
  - Дай выжившим немного серебра, больше мы им ничем не можем помочь. Через десять минут все должны быть готовы в путь. Кажется, я знаю, где они окажутся в следующий раз.
  
  - Как скажете, капитан.
  
  Пока воины собирались в путь, лейтенант опять подошел к Газефу.
  
  - Мой капитан, я предлагаю свернуть в Э-Рантел, взять подкрепление и устроить настоящую облаву. Мне уже не кажется, что мы сможем их настичь одним маленьким отрядом.
  
   Газеф, окинув собирающихся в путь воинов, с сожалением покачал головой.
  
  - Нет, мы можем полагаться только на собственные силы. Сбор подкрепления займет слишком много времени, а толку все равно не будет. Даже затребуй мы войска от этого феода, мы не получим кавалерию. Ублюдки явно на пути в Бахарут, и до границы рукой подать. Лучшее, что мы можем сделать - это порвать жилы, но догнать их, пока они еще на землях королевства. Ближайшая подходящая под их цели деревня Карн, в переходе отсюда, постараемся перехватить их там.
  
  - Капитан, а вы уверены, что это именно имперцы вообще? Как-то слишком они светятся.
  
  - А на кого еще думать? Горят поля вокруг Э-Рантела, а так получается, что именно здесь будут собираться войска на осеннюю войну.
  
  - Что же местные лорды даже не чешутся? - зло сплюнул лейтенант. - Понимаю, король отправил нас, как самых мобильных. Но они могли хоть на время гарнизоны оставить? Хоть что-то, блять, для своих людей сделать?
  
  Газеф печально хмыкнул.
  
  - Может быть, и могли бы. Но каждый зассал рассредотачивать гвардию, и каждому плевать на простых людей. Им это даже выгодно - в грядущую проголодь запасы зерна разойдутся по двойной цене. Король купит для армии, куда он денется. Поменьше думай о высоком, лейтенант. Наша работа - догнать и обеспечить правосудие. Сосредоточься на этом.
  
  - Так точно, капитан.
  
  Лейтенант окинул взглядом уже готовых к дороге всадников. Разнотипные доспехи, преимущественно наборные или кольчужные - в латах хорошо биться, но любой поход превращается в кошмар. Выносливые, жилистые лошади под видавшими виды попонами, к седлу каждой приторочен набор оружия под любую ситуацию. Арбалет, меч, щит, копье и несколько клевцов.
   Каждый из них прошел с Газефом многолетний путь от отчаявшегося крестьянина до матерого головореза, и кто знает, что бы с ними было, если бы не его великий талант мечника и благородный дух. Газеф удержал их от того, чтобы стать обычной бандой мародеров, и своим мечом проложил путь в элиту наемников. И пусть они 'уперлись в небо' - настоящими рыцарями простолюдинам никогда не стать. Но то, чего они добились под рукой величайшего мечника мира, наделяло их безграничной верой в командира. Делало их готовыми выполнить самый бессмысленный, самый самоубийственный приказ, не задумываясь.
   Лейтенанту было неспокойно. Газеф всегда мыслил рационально, и несмотря на благородство, никогда не был наивным. Его видение мотивов противника было вполне логичным. И все-же, слишком глупо смотрелись действия имперских солдат, по пятам которых они шли столько дней. Показная жестокость, живые свидетели. Будто специально топтались по больным мозолям не забывшего своих корней Газефа. Специально злили его.
   Газеф скомандовал выступление, и лейтенант прогнал посторонние мысли. Капитан сказал - сосредоточиться на деле. На все вопросы потом ответят имперцы.
  
  **
  
  - Вижу, вы познакомились с нашим новым рекрутом, госпожа Тиа. Не разочарованы? - Миран иронично глянул на бледную авантюристку поверх очков.
  
  Тиа чуть напряженной походкой вошла в кабинет, выглянула в коридор и прикрыла дверь. Сев в кресло, она не сразу ответила, перебирая в голове подробности поединка и прочтенное ранее в досье.
  
  - Скорее, поражена. Я хочу уточнить кое-что, чему раньше не придала должного значения.
  
  Гильдмастер отложил в сторону папку, которую изучал в момент прихода Тии и положил руки на стол.
  
  - Буду рад ответить на все вопросы.
  
  - Упомянута ее крайняя религиозность. Что конкретно под этим подразумевается?
  
  Для Тии это был действительно важный момент. Религиозные люди склонны к различным чудачествам, порой весьма опасным. Например, приверженцы церкви Героев, абсолютно доминирующей в Теократии, не видели ничего плохого в насилии над обычными людьми и во владении ими. Последователи Благого Солнца часто не требовали награды, оказывая медицинские услуги от имени гильдии. Поклонники Бога Крови, хорошо, что достаточно редкие - постоянно нарывались на дуэли, а порой служили виновниками массовых беспорядков.
   Так или иначе, гильдия всегда находила применение талантам, даже имеющим довольно специфические наклонности. Но знать, с чем именно имеешь дело, было обязательно. Особенно для Лаки и ее соратниц.
  
  - Она искренне считает, что ее направляет лично некий Безликий бог, и неоднократно упоминала об этом. Я не знаком с пантеоном, к которому причислен этот бог, но Темная Дева, полагает его наиболее могущественным из существующих. Замечу также, что она вовсе не отрицает существование иных божеств и весьма уважительно относится к другим верам. Каждый вечер и каждое утро, всегда в одно и то же время, до минуты, она молится. В эти моменты крайне нежелательно пытаться завладеть ее вниманием. Для нее время молитвы священно, и при малейшем нарушении ее покоя в эти минуты впадает в ужасный гнев. В один день девушка-регистратор пренебрегла просьбами не беспокоить, и едва не поплатилась за это жизнью.
  
  - Что удалось узнать о догмах этого... Безликого?
  
  - Практически ничего. Я спрашивал, но она закрыла тему, сказав, что только достойнейшие могут служить этому богу, и таковых в И-Песпеле нет.
  
  Тиа подавила желание ядовито хмыкнуть. Эта чужестранка и в самом деле имела право на такие слова. Тие было непросто принять эту данность, но глупо было отрицать очевидное. Здесь ей действительно никто не ровня.
   Пусть о религии пока ничего не понятно, оставались и другие вопросы. В обычном случае, они не поднимались - не было нужды. Но когда прямо перед глазами есть кандидат на адамантовый ранг, все менялось.
  
  - Как вы предполагали удерживать ее от нарушения закона, если ей вздумается что-нибудь подобное?
  
  - Надо полагать, вопрос произрастает из сложного характера и огромной силы. Врать не буду, из всех возможностей я рассматриваю как реальную только призыв адамантовых команд или личное вмешательство Главы. Я кое-что проверил во время нашего с ней общения, и сразу скажу - любые имеющиеся в моем распоряжении артефакты и яды будут бесполезны.
  
   Сказанное создало у Тии гнетущее впечатление. Не раз и не два люди, наделенные талантом, начинали ставить себя выше законов и правил. Внутри гильдии такое всегда пресекалось крайне жестко и даже жестоко, и очень быстро. Теперь же Миран прямым текстом сказал, что привычные, безотказные инструменты бесполезны. А вера в возможности адамантовых групп дала сильную трещину еще раньше. Даже учитывая, что она одна - далеко не вся команда с ее артефактами и информацией.
  
  - Уверены?
  
  - Абсолютно. С другой стороны, ее религиозность играет нам очень на руку. Как я понял, ее бог не одобряет бессмысленного насилия. А тяжелый характер - что ж, это не самый трудный случай в моей практике. На самом деле, она скорее как ребенок. Капризный и заносчивый, но вполне послушный, если верно расставить ориентиры. Так что, беспокоиться не о чем.
  
  - Не о чем? А если завтра ее бог потребует крови невинных людей? Вы сами сказали, что понятия не имеете об этой вере.
  
  - Что ж, если это маловероятное событие произойдет, то действительно появится повод для беспокойства. Возможно, даже случится катастрофа, но решение такой ситуации - за пределами того, что я могу. Я буду уповать на вас и на Главу. - Миран задумчиво развел руками.
  
  - Почему вы думаете, что такое маловероятно?
  
  Гильдмастер задумался и ответил не сразу.
  
  - Потому, что моральный облик женщины, которую мы обсуждаем, намного чище, чем у большинства известных мне авантюристов. Полностью отсутствуют любые порочные пристрастия, характерные для сильных людей. Да, презрительное отношение к окружающим трудно назвать положительной чертой характера. Но с ее стороны ни разу не было ни единого намека на немотивированное или даже просто излишнее насилие.
  
   В этом и в самом деле звучал смысл. Тиа понимала, что ей пришлось вполне конкретно нарываться, чтобы добиться 'спарринга'.
  
  - А как быть с той группой золотого ранга?
  
  - Я могу сказать, что будь вы на ее месте в тот день, они пострадали бы намного сильнее.
  
  - Вы рассказываете так, будто сами хотите ее отпустить.
  
  - Совсем не хочу. Она исключительно ценный для моего отделения кадр. Но моя должность требует объективности в суждениях.
  
   Профессиональное мнение гильдмастера, независимо от отделения, всегда стоило очень многого. Тиа об этом знала. Конечно, даже имеющаяся у него информация никак не могла быть полной, но выводы стоило принять в расчет. Важно, что этот рекрут действительно не создавал проблем просто чтоб позабавиться, и, похоже, это было вообще не в ее духе. С остальным разберется Лаки.
  
  - Ваша позиция вызывает уважение. Вы не получали новостей о других... неожиданных рекрутах?
  
  - Значимых новостей пока не получал. Но общая картина выглядит так, будто это некая единая группа, раздробленная для пока неясной цели. Возможно, шпионаж или попытка внедрения в гильдию. Взаимодействия, намекающего на возможность удаленной связи, тоже пока не замечено. Так или иначе, действительно заметная фигура пока одна - госпожа Дрэга. Есть еще целитель с удивительным даром, но подробностями я пока не владею. Если они вам нужны, вам имеет смысл спросить отделении Э-Рантела, он зарегистрировался там.
  
  - Благодарю, гильдмастер. В котором часу, вы говорите, молитва у Темной Девы?
  
   Дрэгу в любом случае надо тащить в Э-Рантел и удержать там до прибытия Лаки. И портить ей настроение, придя невовремя, определенно не стоило.
  
  - Ровно в четверть седьмого утром и вечером. Обычно это не занимает много времени.
  
  - Хорошо, - Тиа встала. - Завтра утром я надеюсь отбыть в Э-Рантел, сегодня заночую здесь, при гильдии.
  
  - Вот ключ от элитных комнат. Приятной ночи. - Миран протянул ей вычурный ключ и вежливо поклонился.
  
  **
  
  Разговор с Пророком уже несколько минут, как завершился, но Дрэга все еще оставалась в молитвенной позе. Вспоминая слова и интонации, дарованные ей, она будто слышала Его вновь и вновь. Выполняя Его указания, она всегда чувствовала некую правильность, собственное причастие к чему-то великому, свою нужность. Дрэга непростительно быстро привыкла находиться рядом с Ним, и корила себя за это. Сейчас в отдалении, приходилось довольствоваться лишь голосом. Эти минуты связи [сообщением] стали самой важной драгоценностью в ее жизни с момента, когда она покинула Рассветный город. И покуда ощущение Его присутствия не растаяло, она считала святотатством вставать с колен.
   Но дела не ждали. Пророк, достигнув желаемого, похвалил за старания и дал новую цель.
  С ней связались 'сильные' этого мира, как Он и предсказывал. Теперь ей следовало принять их предложение и прибыть в Э-Рантел для дальнейшего развития карьеры и отношений с этими 'сильными'.
  
  'Будет удачно, если ты сможешь стать героем для местных жителей'
  
  'Не стоит без причины публично уничтожать авторитет местных чемпионов, даже если ты намного сильнее. Лучше заполучи их доверие.'
  
  Это обещало стать сложной задачей. Но она справится.
  Затягивать с отбытием смысла не было, а сборы не заняли много времени - вещей у нее было всего ничего. Вне инвентаря один меч, доспех и сумка с бытовыми принадлежностями. В них не было нужды, но образ требовал ими пользоваться.
   Когда она уже собиралась покинуть комнату, в дверь постучали. Дрэга прислушалась к чувствам. Судя по запаху и биению сердца, та самая человечка, что вчера настаивала на поединке.
  
  - Я здесь. Входи.
  
  Тиа правильно подобрала момент - Дрэга уже закончила со своей молитвой и сразу после стука впустила ее. Тиа вошла, прицениваясь к обстановке. Обычная комната среднего класса, такими обычно пользуются серебряные авантюристы и выше - доход позволяет, а статус не обязывает к большему. Слегка смятая кровать, в остальном - чистота и такой порядок, будто и не живет никто.
   Постоялица комнаты молча и без выражения на лице встретила ее взглядом пронзительно черных глаз. Тиа, привычно оценивая черты лица, отметила, что они по-настоящему совершенны. Больше похоже на работу художника-идеалиста, чем на живого человека. Идеальная симметрия, полное отсутствие морщин и следов характерно мимики. Мастерская иллюзия могла бы создать такой эффект, но здесь не было следов применения заклинаний. А еще было в ней что-то такое, чему Тиа не находила объяснения. Что-то необъяснимо притягательное.
   Тиа не была ни дурой, ни ханжой, и у нее были мужчины. Эта притягательность была сродни той, которой обладали некоторые мужчины, которым не надо было даже вина, чтобы заставить ее хотеть их.
   Это было странно и неправильно.
  
  - Проходи. - Приглашающий жест. - Какое у тебя дело?
  
  Темная держалась немного иначе, чем вчера. На нервы не давило снисходительное презрение, источаемое каждым жестом и каждой интонацией. Тиа воспользовалась предложением и вошла, сев на край кровати.
  
  - Вы обдумали мое предложение?
  
  - Да, всесторонне. Сейчас же отправляюсь в Э-Рантел.
  
  - Рада слышать, - Тиа внутренне удивилась такому быстрому решению. - Вчера я опасалась, что вас придется уговаривать.
  
  - В этом нет нужды. Бог направил меня туда.
  
  Тиа решила, что это удачный момент забросить удочку насчет ее веры.
  
  - Я слышала, что ваш бог говорит с вами лично, это правда?
  
  Ни единой эмоции на лице.
  
  - Да.
  
  - Можно узнать больше о вашем Боге? Имея таких последователей, как вы, он явно весьма выдающийся небожитель...
  
  Тиа обратила внимание на едва уловимую паузу перед ответом. Уже что-то.
  
  - В тот день, когда ты увернешься от моего меча, я с радостью расскажу о нем все, что ты захочешь узнать.
  
  Тиа улыбнулась.
  
  - Увернуться от удара мастера вроде вас - это из ряда вон.
  
  - Именно. Моего бога достойны лишь сильнейшие. Другие ему не нужны. Это всё?
  
  - Не все. Я хочу снова предложить вам свою компанию на время путешествия.
  
  Дрэга задумалась на несколько мгновений.
  
  - И снова нет. Ты не сможешь поддерживать мой темп.
  
  - Я наслышана о вашем жеребце, если хотя бы часть слухов правда, то он вам очень под стать. Но я, в отличие от него, отлично знаю все тропы и короткие пути к Э-Рантелу.
  
  - Это не имеет значения. Мне пора.
  
  Дрэга покинула комнату, явно ожидая, что Тиа за ней не последует.
  Девушка откинулась на кровать, снова борясь с бессмысленным раздражением.
  'Лаки, неужели со мной было так же сложно?'
  
  **
  
  Дорога к Э-Рантелу шла не прямо в его направлении - сначала требовалось добраться до развилки, а уже после сворачивать на восток. Обычно на путь до развилки всаднику понадобилась бы пара дней, если скакать без остановок. Дрэга могла бы добраться туда меньше чем за полдня, ездовой кошмар - не чета обычным лошадям. Но смысла идти обычным маршрутом не было.
   Дрэга соблюдала видимость обычной всадницы, лишь пока дорога не вошла в густой сосновый бор, а город не скрылся из виду. Убедившись, что за ней никто не следит, она требовательно щелкнула пальцами.
   Из тени деревьев неподалеку тут же проявился эльф в отводящем глаза плаще и тряпичной маске.
  
  - Чем могу служить, госпожа?
  
  Один из сталкеров, приставленных к ней от имени владыки. Дрэге не очень нравилась, что приходится взаимодействовать со слугами Илладрии. Эта хитрая сучка явно вознамерилась пробраться в постель к Пророку, и Дрэгу это злило. Не то, чтобы она всерьез полагала быть единственной Его женщиной. Но тот факт, что Илладрия проявляла инициативу, был возмутительным.
   Илладрия знала о каждом шаге Дрэги за пределами И-Песпеля. Дрэга не знала о действиях Илладрии ничего.
   Однако Пророк предписал постоянное наблюдение за каждым агентом вне стен Рассвета. Польза от сталкеров тоже была вполне очевидна - без помощи этих тихушников Дрэге пришлось бы тратить куда больше времени на поиски своих жертв.
  
  - Я должна попасть в Э-Рантел. Быстро, как только возможно, по земле.
  
  - Туда нет прямой дороги отсюда. Держитесь строго на восток, через бор. Через семьдесят миль вы найдете занятый орками поселок. Оттуда уже идет дорога, чуть южнее, она выведет в окрестности Э-Рантела.
  
  - Поняла. У тебя есть прямой приказ сопровождать меня постоянно?
  
  - Нет, госпожа. Я приглядываю за вами, пока вы здесь.
  
  - Передашь Илладрии, что я меняю расположение. Если приставит другого соглядатая, пусть даст знать.
  
  - Сделаю, - коротко поклонился эльф.
  
  Дрэга, запомнив направление, пришпорила кошмара, и тот рванул прямо сквозь лес. Будь это обычный всадник, он бы уже убился на такой скорости, влетев в дерево или в овраг. Но у демонов тени есть множество преимуществ над смертными. Способность становиться бесплотным черным туманом, беспомощным, почти слепым, но практически неуязвимым - одна из них. Пребывание в бесплотном состоянии иссушало силы, и иногда требовалась передышка. Дрэга пользовалась этими передышками, чтобы убедиться, что не сбилась с пути.
   К деревне, занятой орками, она добралась за пару часов. Промахнулась совсем немного, буквально на милю. Интересного здесь было мало.
   Для себя она отметила, что парни неплохо освоились - жиденький частокол переделали во что-то, более-менее похожее на стену, поставили пару вышек и дозорных постов на деревьях повыше, в пределах видимости. Большую часть свободного места внутри стены затянули шатрами, а с ее внешней стороны по источаемой вони угадывался навес шамана.
   Неподалеку была вырыта солидных размеров яма для сжигания мусора и останков - вытесняемые из леса Тоб аборигены частенько натыкались на эту деревню. Орки были только рады, но хоронить такое количество трупов было негде. Раньше все тела направлялась к Мариусу, но сразу после начала масштабного завоевания их стало столько, что даже архилич начал 'перебирать харчами'. Теперь к нему отвозились только сохранившие целостность останки и случайные выжившие.
   Задерживаться не имело смысла, и, уточнив направление у местного надзирателя-эльфа, она двинулась дальше.
  
  **
  
  - Сэр Ниган, наша цель прибудет самое большее через полдня. Какие будут приказы?
  
  Сэр Ниган привычно погладил шрам на лице. Надо было принять решение.
   План шел как по нотам. Несколько деревень, пара слов в нужные уши. Газеф, как и ожидалось, не щадя никаких сил, гнался за ряжеными наемниками. Те даже не знали, кому служат на самом деле - их набрали в Империи, платили имперской монетой. Не знали и конечную цель. Да им было и плевать. Они занимались любимым делом за приличные деньги, а вопросов в такой профессии задавать не принято. Идеальные исполнители. Конечно же, они все умрут, это неизбежно. Даже мало знающие свидетели не нужны.
   Их роль сводится лишь к тому, чтобы выманить Газефа, заставить его потерять голову от гнева и жажды мести, и пасть от его руки, завязав боем на короткое время. Настоящая работа ложится уже на людей церкви
   Операция подходила к финальной фазе. Закончить ее можно было и раньше, но сэр Ниган пытался оттянуть неизбежное. Газеф Строноф должен быть убит, и от этой мысли сердце сэра Нигана переполнялось горечью. Человек-совершенство, воплощающий в себе идеалы, воспеваемые Теократией. Человек, в котором в полной мере раскрылось наследие древних Героев. Такая потеря для всей расы, и из-за чего? Из-за глупости, нелепого упрямства и преданности ложным идеалам еретиков.
   О, святая церковь много раз пыталась открыть Газефу глаза на его предназначение - служить идеалам человечества, церкви Героев. Убедить, купить, похитить, в конце концов - все тщетно. С упорством осла носитель легендарного дара цеплялся за верность стране, вытиравшей о него ноги. Не добившись разумного решения, верховный совет даже пошел на беспрецедентный компромисс. Теократы готовы были заплатить Газефу баснословные суммы за простое зачатие с избранными женщинами.
   Но упрямый идиот просто посмеялся над предложением. Это, видите ли, против его морали в целом и против его мнения о Теократии в частности.
   Он просто не оставил святой церкви выбора. Королевство не в праве обладать таким человеком и его потомками. Никто не в праве, кроме истинного оплота людских идеалов. И раз уж Газеф не способен ни понять, ни хотя бы принять свою роль, то, как трагедия неизбежна.
   Сэр Ниган прекрасно понимал, чем руководствовался совет Шести, приводя в исполнение этот план. Но от этого не становилось легче.
  
  - Сэр Ниган?
  
  Сэр Ниган тяжело вздохнул.
  
  - Спускайте наемников. Передайте им, что теперь спешить некуда. Когда Строноф объявится, рассредоточьте оцепление призывателей. Можешь идти. - Ниган устало махнул рукой.
  
   Ему тоже надо было подготовиться. Независимо от того, насколько хорошо спланирована операция, Строноф все еще оставался вторым из самых опасных людей мира. Глупо было думать, что битва будет легкой.
  
  **
  
  В окрестностях Э-Рантела Дрэга была вынуждена двигаться по тропам. Мчаться привычным образом через лес было уже нежелательно - появлялся риск быть замеченной.
   Вернувшееся осязание взбудоражило ее. Откуда-то спереди доносится тонкий, но отчетливый запах. Он манил, околдовывая каждую клетку тела.
   Запах страха. Такой сильный, четкий аромат ей еще не встречался. Монстры, на которых она охотилась, так не пахли. Существо, неспособное осознать смерть, неспособно и бояться по-настоящему. Авантюристы, которых она избивала, тоже не боялись ее. Что-то похожее было разве то в орочьей деревне, но там запах был старым и почти выветрился.
   Она порадовалась, что ей в ту же сторону, и подстегнула кошмара.
   Менее чем через минуту она сначала услышала, а потом и увидела, отчаянно бегущего навстречу человека. Женщину, в изодранном рубище, со сбитыми в кровь ногами. Та бежала из последних сил, спотыкаясь и хрипло дыша. Спасаясь от чего-то, она совершенно не обращала внимание на происходящее вокруг. Запах шел от нее.
   Она легким толчком в бок отвела кошмара чуть в сторону, и, когда женщина пробегала мимо, ловко ухватила ту за шиворот и подняла. Жертва коротко взвизгнула и застыла, скрючившись. Дрэга без усилий подняла легкое тело и приблизила лицом к лицу. С наслаждением вдохнула. Аромат дикого ужаса дурманил голову, стук сердца бешеной дробью ласкал слух. Желание растерзать этот комочек плоти стало нестерпимым.
   В этот момент жертва открыла глаза, и к запаху страха примешались другие нотки, которые пока не удавалось понять.
  
  - Леди-рыцарь, помогите, пожалуйста!
  
  Леди-рыцарь? Ах да... Здравомыслие Дрэги пробилось через поволоку желания убивать. Ей надлежит быть героем. Она с сожалением отпустила ворот девушки.
  
  - В чем дело?
  
  - За мной гонятся солдаты, они хотят убить меня. Умоляю, помогите!
  
  - Что еще за солдаты?
  
  - Не знаю! - девушка зашлась в рыданиях. - Они пришли к нам в деревню и стали убивать всех подряд! Мы им ничего не сделалииии!..
  
  'Как забавно', подумала Дрэга. Герои вроде как защищают слабых? Может быть, как раз тот случай?
   Короткое размышление было прервано треском кустов и металлическим шорохом - с той же стороны, откуда бежала девушка, на тропе появились два запыхавшихся мужчины в легких латах, с выгравированным символом льва у сердца. Оба держали в руках мечи. Увидев всадницу на коне, черном, как слепота, они остановились и переглянулись.
   Девушка истошно закричала и попыталась спрятаться за лошадью. Кошмар попытался лягнуть нахалку, но был одернут за поводья. Один из мужчин, пряча меч в ножны и разведя руки, приблизился к Дрэге и обратился, тщательно подбирая слова.
  
  - Прошу простить за эту... безобразную сцену, мадам. Позволите нам забрать преступницу и уйти с вашей дороги?
  
  - Я не преступница! Это вы напали на нашу деревню! - отчаянно закричала девушка.
  
  - Сразу такая смелая стала, сучка. Ну погоди. - прорычал в ее сторону мужик, едко скалясь, и снова обратился к невозмутимо созерцающей картину Дрэге. - Еще раз прошу простить мою грубость. Здесь имел место бунт, и она одна из тех, кто должен понести наказание. Вам нет нужды тратить на это происшествие свое внимание, правда.
  
  Дрэга хмыкнула.
  
  - А что за герб на твоей груди? Те воины короля, которых я видела, имеют другой.
  
  - Ах, это... - мужчина сокрушенно покачал головой. - Жаль, я хотел по хорошему. Джой!
  
  С последним словом он быстро выхватил меч и рубанул кошмара по шее снизу, а второй латник рывком двинулся обходить с другой стороны.
   Удар меча не достиг своей цели. С непостижимой грацией черный конь развернулся, а всадница, чуть согнувшись с седла, лениво взмахнула мечом. И когда выхватить успела? - отстраненно подумал воин, едва уследив, как широкое, прямое лезвие без намека на сопротивление отсекло ему руку выше локтя. Отстраненность пропала в тот момент, когда он потерял равновесие и упал, выставив руку перед собой. В обрубок впился мусор - шишки и веточки, и раздался крик боли и страха.
  Второй солдат, не видя, что произошло с напарником, рванул было к лошади, тоже намереваясь ее ранить. Почти добравшись до цели, он услышал крики и заколебался, буквально на мгновение. Что-то было не так. Что именно - он подумать уже не успел. Дрэга повернулась в седле и расколола ему голову вторым взмахом меча.
   Дрэга испытала ощущение, схожее с оргазмом. Это не шло ни в какое сравнение с убийствами монстров. Взмахом стряхнув с меча кровь и мозги, она направила кошмара в сторону раненого, который хрипел, судорожно пытаясь зажать руку. Ее разум трепетал от аромата ужаса и отчаянного нежелания умирать.
   Божественные ощущения, они могли даже сравниться с теми, какие она испытывала от похвалы своего господина. Кошмар раздавил тяжелым копытам голову жертвы, и снова ощущения свежести, силы и головокружительного счастья на короткий миг пронзили тело Дрэги. С наслаждением вдохнув и выдохнув, она вонзила взгляд в девушку, со страхом и толикой надежды смотревшую на расправу.
  
  - Ты говорила, их много. Где они?
  
  Девушка указала рукой на тропу.
  
  - Т-там...
  
  Дрэга хищно оскалилась, и, едва сдерживаясь от перехода в бесплотное состояние, погнала скакуна в указанном направлении.
   Чтобы добраться деревни, ей не понадобилось и минуты. Кошмар, чувствуя яростную жажду своей хозяйки, мчал как ветер. За краем леса начинались пологие холмы, между которыми поднимались несколько столбов дыма.
   Двухметровой высоты частокол, окружавший три десятка домов и сараев, наверное, давал неплохую защиту от волков и других хищников. Сейчас же он стал смертельной клеткой для тех, что искал в нем защиты. Кошмар, презрительно фыркнув, картинно перемахнул через него на полном скаку.
   Расправа над жителями была в самом разгаре. Повсюду в глаза бросались мертвецы и умирающие самого разного возраста.
   Подросток, лет десяти, изогнувшийся в неестественной позе, лежал у входа в один из домов, в луже стынущей крови. Старуха в разрубленным лицом, на заботливо окученных грядках. Изуродованный до неузнаваемости крупный мужчина, так и не отпустивший вилы. Прямо у стены женщина со стрелой в спине. У нее еще текла кровь. Почти во всех домах были выбиты двери, и отовсюду несло смертью и отчаянием.
   Дрэга коротко окинула взгядом эту картину и двинулась дальше в центр - оттуда шла такая волна страха, что у нее слегка закружилась голова.
   В центре, на некоем подобии площади, у колодца, было довольно много людей - несколько десятков уцелевших стояли на коленях, сбитые в плотную толпу. Руки у всех были связаны. Еще дюжины три, в доспехах того же типа, что Дрэга уже видела, окружали их. Слышался плач, причитания, мольбы одних и презрительные шутки других.
   Неподалеку, под навесом, трое полуголых мужчин, смеясь и рыча, удовлетворяли свою похоть. Девочки под ними уже даже не плакали, не реагируя даже на звучные пощечины и укусы.
   Самый большой дом в поселении, единственный, имеющий два этажа - площаденка была фактически его двором - был плотно заперт. Двери и ставни подперты деревянными брусьями, а рядом шутливо фехтовали зажженными факелами еще двое солдат. Дрэга чувствовала множество людей внутри, и эти люди еще явно не знали, что им уготовано, но не ожидали ничего хорошего. Истошные крики младенцев переплетались с воем и мольбами женщин,
   Она еле удерживалась от того, чтобы не расхохотаться от переполняющего ее предвкушения. Жажда крови, смерти и страданий наполняла каждую мышцу приятным зудом. Раньше ей хотелось убить несчастную беглянку и вкусить ее смерть, и ей казалось, что это будет лучшее, что она может получить от этого мира. Но теперь она распробовала нечто иное. Вкус страданий и смерти того, кто считал себя хозяином положения. То мгновение, когда уверенность превращается в растерянность, неверие, ужас и надежду, что все это лишь дурной сон.
   Когда на ее появление обратили внимание, она уже прыгнула с седла, рыбкой, прямо на одного из латников. Когда остальные только пытались понять новое обстоятельство, она уже вставала на ноги, отрывая голову жертвы от тела. Еще мгновение - и тело, щедро орошая кровью все вокруг, с сочным хлопком разбилось о стену, вдавив бревна сруба внутрь.
   Держа в левой руке за волосы голову с куском позвоночника, она вытащила меч. Дюжины людей застыли, пытаясь осознать происходящее. От зарождающейся паники у нее будто что-то сладко взорвалось в паху. Не давая никому опомниться, принять хоть какое-то решение, она швырнула оторванную голову в того, кто выглядел здесь главным, и изо всей силы рубанула мечом ближайшего врага наискосок, снизу вверх. Меч с едва уловимым сопротивлением прорезал металл доспеха и тело. Инерция разорвала плоть, практически взорвав ее. Капли крови, вырвавшиеся наружу, образовали на мгновение клубок багрового тумана.
   Смерть.
  Время практически остановилось. В густом, неподатливом воздухе она рванулась к следующей жертве, с наслаждением читая медленно растущий ужас в глазах. Косой удар от плеча - и еще одно облако красной пыли украсило площадь.
   Смерть.
  Меч, скользящий к следующей жертве, оставил красивый разрез в кровавой дымке. Красные капли, разбиваясь о полированную сталь, мягко скользили по ней.
   Смерть.
  Несколько воинов, похоже, начали реагировать. Медленно, неуклюже стали наизготовку - за время каждого их движения Дрэга успела бы раскромсать каждого на мелкие куски. Но ей хотелось растянуть удовольствие. Она остановилась, с тяжелым гулом крутанув в воздухе меч. Оседающая кровавая пыль ласкала кожу ее лица.
   Латники спешно оттягивались подальше, забыв о связанных селянах, наспех формируя подобие строя. Послышался напряженный, срывающийся голос:
  -
   Что ты такое?!
  
  Она весело оскалилась.
  
  - Я - герой.
  
  Не в силах сдержать себя, она рванулась в середину строя, одним взмахом разрубив сразу двоих. Их останки, разлетевшиеся в разные стороны, сбили с ног тех, кто стоял рядом. Послышался панический вопль откуда-то со стороны:
  
  - Я на такое не подписывался!
  
  Один из воинов, бросив бесполезное оружие, пустился наутек. Еще один взмах меча, еще один труп - и остальные последовали его примеру. Дрэга от души хохотала, провожая их взглядом.
   'Да. Да! ДА!'
  Следующие несколько минут она от души резвилась, догоняя и убивая людей. Она двигалась хаотично, без последовательности, давая надежду тем, кто думал, что их пронесло, и отнимая ее спустя мгновение.
   Последним настал черед насильников.
  Один скрылся в темноте пустого дома, забившись под лапку в углу. Дрэга чувствовала, буквально видела через стену его пылающую ужасом душу. Она зашла в дом, шумно втягивая носом воздух, сделала вид, что не услышала сдавленный хрип и стук зубов, и вышла оттуда. Обошла дом, и, пробив рукой бревенчатую стену, схватила за лицо и медленно раздавила о внутреннюю сторону стены.
   Второй накрылся сверху убитым товарищем, и прикинулся мертвым. Дрэга прошла мимо, и, дождавшись аромата надежды, повернулась в нему обратно. В такт медленным шагам слышались всхлипы.
  
  - Нет... Нет... Пожалуйста...
  
  - Нет? Почему? - она приподняла бровь, вглядываясь в дрожащее, распухшее лицо.
  
  - Прошу, не надо! Я сделаю все, что вы захотите, не надо!
  
  - Я хочу, чтобы ты умер.
  
  Удар двумя пальцами в глаза пробил глазницы, и он выполнил ее желание. Не сразу.
   С третьим было скучнее. Он ждал ее, вжавшись в угол дома и выставив вперед меч. Его острие ходило ходуном, но дух был решителен и крепок. При ее приближении он сделал выпад, пытаясь поразить ее.
  
  - Сдохни, чудовище!
  
  - Нет.
  
  Она легко перехватила атаку, схватив ладонью основание лезвия, и сжала. Оружие с глухим звоном раскололось. Те осколки, что остались у нее в руке, Дрэга ударом ладони вбила ему в рот, сломав челюсть и шею, и оставила его умирать.
   Это был замечательный день. Он мог бы быть лучше, лишь если бы она могла довершить начатое теми, кого убила. Но она должна быть героем, а герои так не поступают.
   Когда она вернулась на площадь, призрачная надежда продолжить веселье, убив поджигателей, растаяла. Кошмар уже растерзал их, и сейчас лакомился потрохами сквозь разорванную кирасу одного из них. Дрэга с тревогой посмотрела на пленников, но все, как один, опустили головы низко к земле. Она строго шикнула на своего скакуна и погрозила ему пальцем, и тот с неудовольствием прекратил трапезу.
   Жажда крови начала угасать, оставив в теле приятную истому.
   Она подошла к тому мужчине, в которого сначала швырнула оторванной головой - тот был жив, и уже приходил в сознание. Дрэга оседлала его, наклонившись лицом к лицу, поправив слипшиеся от крови локоны. Потрепала его по щеке:
  
  - Привет.
  
  Молча глядя ей в глаза, мужчина на глазах седел.
  
  - Сделай себе одолжение, полежи пока смирно. Хорошо?
  
  Мужчина мелко закивал. Дрэга снова потрепала его щетину, встала, и направилась к обмершим связанным людям.
  
  -Эй, вы. Кто здесь старший?
  
  **
  
  Безумная скачка последних часов увенчалась успехом. Приближаясь к деревне Карн, Газеф не увидел столбов дыма. Одно из двух - либо они успели, либо имперцы сюда вообще не являлись. Оба варианта были вполне хороши, хотя во втором случае погоне предстояло продолжаться.
   Подскакав, с оружием наготове к воротам, Газеф сразу понял - имперцы здесь точно были. Открытые ворота, выбитые двери домов и кровавые лужи об этом свидетельствовали совершенно точно. Но пожаров не было видно, а значит, есть вероятность хоть кого-то спасти.
  
  - Быстро, в центр!
  
  Отряд галопом полетел на деревенскую площадь, но перед самой площадью дорогу перегородила ладная женская фигура в черных доспехах, с мечом наголо. Необычное оружие - лезвие нормальной длины, а рукоять как у двуручника, и без гарды. Необычное оружие, необычные доспехи и полное отсутствие трепета перед целым отрядом сразу насторожили его.
   Газеф неплохо знал, на что способны талантливые люди, независимо от пола, и поднял руку, давая знак своему отряду остановиться и приготовиться к бою. В тот же момент он окинул взглядом площадь.
   Картина шокировала. Кроме этой женщины не было видно ни единого живого существа. С одной стороны площади лежало два небольших ряда накрытых грязной мешковиной тел. Меньше, чем здесь должно быть жителей.
   С Другой... Дикая мешанина конечностей, туловищ и кто знает чего еще. И всюду, повсеметно была кровь. Заскорузлыми лужами и ручейками на земле, кляксами на стенах домов. Газеф за жизнь повидал достаточно, но и у него от такого зрелища потянуло желудок.
  Слезы наворачивались на глаза при мысли, что они все-таки не успели. Но приглушенный детский плач и тревожное шиканье со стороны одного из домов вселяло надежду. И главное - не было пожара.
   Борясь с нарастающим гневом и надеясь на лучшее, он обратился к женщине, приблизившись до нескольких шагов.
  
  - Я Газеф Строноф, капитан личной королевской гвардии. Кто вы и что здесь произошло?
  
  Женщина демонстративно спрятала меч в ножны у пояса.
  
  - Я Дрэга, меня также зовут Темная Дева, авантюрист. По пути в Э-Рантел я узнала, что здесь бесчинствуют солдаты другой страны, и вмешалась, чтобы защитить людей. Вы можете подтвердить, что служите королю?
  
  Газеф удивился.
  
  - Я широко известен в нашем королевстве, и меня знает в лицо едва ли не его половина. Но могу показать и королевский ордер.
  
  Он извлек из седельной сумки толстый свиток с волшебной печатью. Женщина кивнула, и Газеф продолжил.
  
  - Жители уцелели?
  
  - Не все. Там, под мешковиной, те, кому не повезло. А там - те, кто напал. Четыре десятка.
  Их командира я оставила в живых, пока что.
  
  Газеф облегченно вздохнул. Было непохоже, что она врет о выживших.
  
  - Я благодарен вам за вмешательство. Вы спасли много добрых граждан королевства от ужасной участи. Я уточню - вы справились водиночку, или у вас есть отряд?
  
  - Мне ни к чему отряд.
  
  - А какой у вас ранг, простите?
  
  В ответ она достала из-под доспеха цепочку, на которой болтался железный жетон.
  
  - Железный ранг? Леди, простите, но мне с трудом верится, что вы сами справились с таким количеством профессиональных солдат.
  
  - Мне безразлично, во что вы верите. Могу сказать только, что я в гильдии недавно.
  
  - Это многое обьясняет. - Газеф еще раз окинул взглядом площадь. - А где остальные селяне?
  
  - Узнав, что сюда приближается новый вооруженный отряд, они спрятались, попросив меня о защите снова.
  
  Газеф спешился.
  
  - Ясно. Приношу свои извинения, но я бы хотел поговорить со старостой, или с тем, кто за него, если сам староста погиб. В вашем присутствии, чтобы он подтвердил вашу версию событий. Вы не против?
  
  - Вообще-то, я уже потратила больше времени здесь, чем планировала. Но, если вы настаиваете, пойду навстречу.
  
  - Спасибо за понимание.
  
  **
  
  - Сэр Ниган, отряд Газефа добрался до деревни.
  
  Ниган вздохнул и с хрустом сжал кулак.
   - Начинаем.
  - И нахрена это все было волочь на пятачок, а? Ума палата, блин, - в сердцах сплюнул Ватас, с трудом разогнув спину.
  
   Когда командир удалился беседовать с незнакомкой-рыцарем и старостой деревни, он не забыл озадачить и своих людей. На пятачке, маленькой площади в центре деревни, осталось очень много мертвых тел. С ними что-то надо было делать. С телами жителей все понятно - завтра их по всем правилам отмолят и похоронят, как честных людей на местном кладбище. Прощание перед погребением должно проходить на площади, это традиция.
   С имперцами все обстояло иначе. Они заявились на чужую землю и бесчинствовали на ней, как бандиты. Некому с ним прощаться. О достойном погребении не могло быть и речи. Конечно, их тоже будут отмаливать перед захоронением, влияние проклятых равнин нельзя сбрасывать со счетов. Кому охота ждать визита восставших? Но хоронить их будут вповал, в общей яме, подальше от деревенских стен. Яму крестьяне уже рыли, к полуночи должны управиться.
   А вот стаскивать изуродованные трупы к месту будущей общей могилы Газеф поручил своим людям. И уже второй час бравые вояки горбатились, забрасывая останки павших имперцев в телегу. Всего телег, годных к такой работе, в деревне оказалось две. Пока одна загружается, вторая отвозит мрачный груз за стены, к яме, и так по кругу. Работа была бы не очень тяжелая, если бы это были обычные тела. Сорок с чем-то человек, три-четыре ходки. Но то, что оставила после себя незнакомая мечница...
   С точки зрения морали, воинов Газефа это не особенно впечатляло. Их командир что-то подобное уже устраивал во время рейдов по бандитским лежбищам. Другое дело - крестьяне, ранее стаскивавшие все это в центр по приказу мечницы. Неудивительно, что все, способные к труду, вызвались копать, подальше от жуткого напоминания о произошедшем.
  
  - Хватит ныть, надоел, - раздраженно ответил Ватасу его соратник, Ирий, споласкивая окровавленные руки в бадье у стены. К ним что-то прилипло, и это мешало работать. - Сколько лет крови и дерьма, а ты все как девка хнычешь.
  
  - Поди ты на хер, дружище, - Ватас взялся за торчащую из кучи руку и потянул уже начавший костенеть труп. - Ладно бы больше некому было, но тут полная деревня народу. А крайние опять мы.
  
   Бросок с молодецким уханьем, и треть человеческого туловища шмякнулась в телегу.
  
  - Да, да. Мир ужасен.
  
  Оба крякнули, толкнув баграми тело подальше от края.
  
  - Ну серьезно, могли и крестьян припахать!
  
  - А копать кому? И знаешь, эти бедолаги реально много пережили. Сначала имперцы устроили тут форменную бойню, а потом эта деваха заставила их собирать ошметки по всей деревне. Мы-то и не такое видели, а представь, как оно им?
  
  - Да мне похер. Я представляю, как парюсь в в бане с милой пейзаночкой. И знаешь что? Очень похоже, что мне только представлять и светит сегодня.
  
  - Тут полно укромных мест, попредставляешь потом. Не ссы, после этой ходки нам в караул... Погоди.
  
   Издалека послышалась трель тревожного свистка. Оба воина оставили свое занятие и поспешили к улице, ведущей к воротам.
   В полуоткрытые ворота быстро затекла толпа уцелевших местных с лопатами. Работники быстро разбегались по своим домам. Следом за ними в ворота зашли воины, из тех, кто охранял работу. Парни были собраны и встревожены.
  
  - Вот как знал, - сердито засопел Иго и снова направился к бочке с водой.
  
  - Ага, - неопределенно ответил Ватас, поправляя пояс с оружием, и направился навстречу к дозорным. - Что-то серьезное, телегу с лошадью снаружи оставили.
  
  На площади уже собирались остальные воины, бросив свои поручения.
  
  **
  
   В доме старосты было уютно, даже несмотря на то, что буквально несколько часов назад тут заперли кучу народу. Пострадала разве что посуда, в глаза бросались полупустые полки. Но к моменту, когда Газеф в сопровождении мечницы и самого старосты зашли туда, в доме уже было прибрано. Выметенный и протертый влажной тряпкой пол, расставлена нехитрая мебель, на разогретой печи уже булькали котелки с супом и кипятком для травяного отвара.
   В течение всего разговора староста так и не сел, так и стоял у стола в полупоклоне. Его жена вообще лишь молчаливо подавала тарелки и чашки, стараясь лишний раз не попадаться на глаза.
   Газеф сам произошел из крестьянской семьи. Даже после своего возвышения, став личным человеком Его Величества, он не забыл о своих корнях. Когда выпадало несколько свободных дней, он бывал в таких вот домах по всему королевству. Иногда и по долгу службы. Слушать простых людей, когда они не боятся говорить, и передавать их слова сюзерену - тоже важная часть службы короне.
   И такое поведение, какое показывал староста, было бы понятным, зайди сюда лорд-феодал. Но Газеф был не феодалом, а общеизвестным героем, которого если не знали лично, то точно были наслышаны. Он не привык, чтобы его боялись простые люди.
   Спрашивая старосту о событиях, он обращал внимание, как тот смотрит на гостью. Украдкой, сразу отводя глаза, кланяясь при каждом удобном случае. Староста, отвечая на вопросы, очень тщательно подбирал слова, часто сжимал руки, чтобы не было видно, как они дрожат. Он явно очень боялся гостью.
   А той все было ни по чем. Она с вежливым, утомленным снисхождением развалилась на стуле и без аппетита ковырялась деревянной ложкой в поданной похлебке. Совершенно не обращала внимания на происходящее вокруг, думая о чем-то своем. Газеф не смог не ответить, что назвавшаяся Дрэгой удивительно хороша собой. Ладная, крепкая фигура, без нездоровой худобы или лишних мышц. Ловкие, плавные, точные движения. Лицо, очень красивое даже без косметики. Не первой юности, но молода, даже 25 нет.
   Он даже зачем-то вспомнил, что в свои почти сорок еще не женат.
  
  'Возможно, это тот самый случай, когда женщин приглашают на свидание? Она не из тех манерных дам, которых мне сватал Его Величество. Уверена в себе, знакома с красотой меча и уродством смерти, не воротит нос от бедности, хотя явно богата. Только как подойти с таким делом...'
  
  С некоторым усилием он оторвался от неуместных мыслей. В первую очередь надо было лучше понять, кто она на самом деле. Да, она имеет жетон авантюриста, но авантюрист такой силы никак не мог оставаться неизвестным до сих пор.
   Староста подтвердил ее версию произошедшего. Имперские выродки уже собирались поджечь дом, набитый женщинами и детьми, а после - казнить проклинающих свою беспомощность мужчин. И в последний момент, явилась всадница на черном, как ночь, жеребце. Не вступая в бессмысленные переговоры, просто убила всех имперских наемников, которые были на площади. А потом методично перерезала всех, кому посчастливилось не оказаться в центре. Хотя, как сказать посчастливилось. Те, кому была отведена роль палачей, умерли быстро.
   От командира наемников, единственного выжившего из них, оказалось не так и много пользы. Его Газеф допросил сразу после старосты. Не по возрасту седой мужчина, стоя на коленях со связанными руками, коротко и сразу отвечал на все вопросы, тупо глядя в пол. Но знал не так много, как хотелось Газефу. Наемник, безземельный рыцарь родом из империи Бахарут. Нанят неизвестным типом для быстрого карательного рейда по деревням близ Э-Рантела. Кто наниматель - он не знал, важны были лишь деньги.
   Слушая наемника, Газеф очень хотел своими руками задушить ублюдка прямо здесь. Его удерживало лишь понимание, что это лучше оставить палачу. Опытный мастер заплечного дела наверняка сможет выжать еще что-нибудь важное. И казнь должна быть публичной, чтобы люди знали - возмездие состоялось. А также его тревожило кое-что еще.
   Что-то не складывалось. Кто-то предоставил имперцам подробную карту дорог и точный маршрут. А еще - наемник точно знал, что именно в этой деревне им надо задержаться. Откуда такая уверенность - он не помнил, и чашка угля за пазухой вспомнить не помогла. По своему опыту Газеф знал, что проблемы с памятью исполнителей всегда указывают на проблемы с теми, кто платит. И те, кто платит, себя пока никак не проявили.
   Размышления прервал грубый, быстрый стук в дверь и сразу ввалившийся в дом лейтенант.
  
  - Мой капитан, деревня окружена неизвестным врагом!
  
  **
  
  - Сэр Ниган, призыватели Солнечного Писания на местах, фантомы призваны!
  
  Сэр Ниган коротко кивнул своему помощнику.
  
  - Вас заметили?
  
  - Так точно, сэр. Тревога поднята, враг в боевой готовности.
  
  - Очень хорошо. Вели призывателям, первую волну фантомов в бой. Задача - максимальный ущерб, себя не беречь. Пусть будут готовы сразу призвать вторую волну
  
  - Есть! - помощник пришпорил коня, ускакав выполнять приказ.
  
  Сэр Ниган еще раз проверил свое снаряжение. Он очень гордился тем фактом, что Совет доверил ему древние реликвии Церкви. Когда-то они принадлежали тем самым обожествленным Героям, основавшим государство, позже ставшее Теократией.
   Артефакты невообразимой силы, покидавшие Арсенал только для великих дел. Эгида Справедливости, кольчуга Небесного стража, диадема Железной Воли, и, наконец, абсолютное оружие, которое предписывалось использовать только в исключительном случае. Кристалл с запечатанным заклинанием призыва верховного ангела. И еще кое-что, о чем сэр Ниган старался не думать. Использовать последнее средство допускалось только при безоговорочном провале операции.
   Каждый из этих предметов обладал богатой, славной историей и наделял носителя великим могуществом. Эта операция просто обязана увенчаться успехом. Совет шести вложил в нее не только древние артефакты, но и множество других реликвий, которые могли быть использованы лишь раз. Восполнить их запас невозможно. Свитков [сокрытия], например, осталось не больше дюжины. Зелий иного мира, что принесли с собой древние герои, осталось немногим больше. Кристалл, бережно хранимый Ниганом, вообще был единственным в своем роде.
   Сэр Ниган вознес короткую молитву, взломал печать хрустального фиала и выпил его содержимое, тщательно запоминая каждое мгновение, каждый оттенок вкуса. Не во всяком поколении найдется тот, кому будет дарована такая часть. Тело стремительно налилось тяжелой и уверенной силой, недоступной простым смертным.
   Он ступил вперед, покидая подлесок. Заклинание [сокрытия] как раз начало прекращать свое действие. Теперь - еще один свиток.
  
  **
  
  Газеф пинком открыл дверь балкона на втором этаже, выскочил наружу и окинул взглядом окрестности.
   Деревня была действительно окружена. Редкой цепочкой, на расстоянии, вдвое превышавшем дальность полета стрелы, стояли люди в кольчугах, накидках без опознавательных знаков и в глухих шлемах. Каждый держал в руках то ли посох, то ли копье, с такого расстояния трудно было рассмотреть И что хуже всего, над ними парили высокие фигуры ангелов в вычурных доспехах, с копьями и щитами. Белоснежные крылья плавно реяли на ветру.
  
  - А вот и разгадка провала в памяти. Чертова магия! - в сердцах прорычал Газеф.
  
  Следя за медленно плывущими к частоколу ангелами, он быстро просчитывал варианты боя. Фантомы привет по воздуху ровно сжимающимся кольцом. Частокол для них не преграда, на него рассчитывать не стоит. Вооружение - для ближнего боя, значит, атаковать с воздуха они не имеют возможности. Наиболее выигрышная тактика - навязывать бой в условиях, где их мобильность теряет значение.
  
  - Лейтенант!
  
  - Да, капитан? - из-за двери показался лейтенант.
  
  - Жители в укрытиях?
  
  - Так точно, капитан. Спрятались в погребах и подвалах.
  
  - Очень хорошо. Скажи ребятам, пусть готовят арбалеты. Болты - чугун, ни в коем случае не серебро. Ближнего боя избегать, заманивать между домами, где потеснее. Стрелять не важно куда, это фантомы, они прочны на удар, но настоящей брони на них нет. Если дойдет до рукопашной, принимать в копья. Выполнять.
  
  - Есть! - лейтенант умчался прочь.
  
   Уже очевидно, что это ловушка, заготовленная именно для него. Сильнейший воин Королевства, а возможно, и всего мира, главное оружие Его Величества. Один из главных факторов, сдерживающих императора Бахарут от настоящей войны. Газеф не испытывал ложной скромности, оценивая свое значение для страны.
   Никакая деревня, и даже далеко не всякий город стоит такой атаки. Так что, ее цель очевидна.
   Тот, кто эту атаку готовил, не мог не знать, что фантомами ангелов Газефа не одолеть. Будь их сотня в чистом поле, у них еще были бы варианты, но не в данной ситуации. Значит, ангелы здесь больше как сдерживающий фактор, а не ядро атаки. Их можно доверить парням. Будет тяжело, но должны справиться.
   Фантомы добрались до частокола, и, к удивлению Газефа, не перелетели через него, а начали рушить его, орудуя копьями, как ломами.
  
  - Зачем они это делают?.. Может быть, следующей атаке частокол будет мешать? Всадников не видно. Хм.
  
   Один из ангелов, проломив брешь в частоколе, получил залп из пяти арбалетов одновременно и с глухим рокотом растаял в воздухе, вместе с оружием. Остальные не обратили внимания на гибель собрата. Еще два залпа, одна фигура растаяла, а другая просто упала на землю, утыканная арбалетными стрелами.
  
  - Сказал же чугун, какого хрена сталью ударили. Ладно.
  
  Он уже было собрался отправиться в бой лично, когда по деревне прокатился хорошо поставленный баритон, будто идущий с неба.
  
  - Газеф Строноф, воин-капитан королевства Ре-Эстиз. Я - Ниган, избранный рыцарь Писания Солнечного Света. Так или иначе, сегодня ты умрешь. Ты можешь принять смерть, засев, как трусливая крыса, и я сожгу эту деревню дотла. Вместе с тобой умрут невинные, которых ты хочешь защитить. Или ты можешь пасть с честью, в сражении, как и подобает великому воину. Выйдешь в поле, и я клянусь своей верой, что не трону больше никого, кто не захочет сражаться. Брось белый флаг как согласие, и я отзову ангелов.
  
  Газеф нахмурился. Меньше всего ему хотелось подставить под удар невинных людей. Он был не против принять бой в любых условиях. Только не было веры тому, кто бросил ему вызов. Не после всего, что случилось до этого.
   С другой стороны, этот Ниган скорее всего действительно может сжечь поселение целиком, если у него из оружия не только эти фантомы. Может быть, и нет, но в этом случае ценой проверки будут жизни простых людей. Газеф не мог пойти на такое. Это было бы против всего, ради чего он служил королевству.
   Он еще раз окинул взглядом деревню. Ангелы уже пробрались за ограду и его люди вступили в бой. На его глазах один из фантомов, спикировав к Ватасу, зацепился крыльями за стреху крыши жилого дома, на мгновение потерял равновесие. Ватас воспользовался мгновением, всадил болт ангелу прямо в подмышку и нырнул за угол. Фантом глухо зарокотал, отцепился от стрехи и грузно спустился на землю, широко разведя крылья. Из-за угла дома выскочил Ормик и всадил ему болт прямо между лопаток. Фантом развернулся, выискивая новую цель, и Ватас, снова появившись из-за угла, ткнул ему копьем в бок. Фантом растаял.
   В других местах дела шли подобным образом, парни держались молодцом. Но фантомов было больше. А вдали, где виднелись чертовы колдуны-призыватели, медленно появлялись силуэты новых фантомов...
   Выбора не было. Газеф вернулся в дом.
  
  - Староста!
  
  - Да, господин? - тут же появился смертельно напуганный старик.
  
  - Мне нужна белая простынь, или что-то в таком духе.
  
  - Господин, неужели вы верите этим людям?..
  
  - Не верю, но есть шанс сохранить вам жизни, и я им воспользуюсь.
  
  - Я бесконечно вам благодарен, господин, - залепетал староста, бросившись к одному из сундуков и извлекая из него выбеленную скатерть.
  
  Взяв скатерть, Газеф уже собрался вернуться на балкон, и тут обратил внимание, что загадочная мечница сидит с все тем же скучающим видом, будто к ней происходящее не относится. Чуткий слух уловил снаружи сдавленный крик - кто-то из ребят облажался.
  
  - Староста, вывесьте эту скатерть с балкона.
  
  Старик с поклоном ухватил ткань и умчался наверх. Газеф обратился к мечнице:
  
  - Госпожа Дрэга, вы проявили удивительное мастерство в бою раньше. Не желаете присоединиться к новому подвигу?
  
  - Нет, - скучающе ответила та. - Тот говорун имеет счеты к вам, а не ко мне.
  
  - Верно. Однако, это государственное дело, и вы не можете оставаться в стороне.
  
  - Могу, - улыбнулась та.
  
  - А что если я использую свое право призвать вас на военную службу, данное мне законом?
  
  - Можете попробовать, - улыбнулась Дрэга еще шире.
  
  Нехорошая улыбка. Он невольно вспомнил, в каком виде были тела и доспехи тех, кого она убила. Ссориться вообще не хотелось, а при данных обстоятельствах - тем более.
  
  - Не хочу давить на вас, это будет недостойно. Окажите любезность, скажите, как можно заинтересовать вас в участии?
  
  - Хм. Я авантюрист. Можете меня нанять.
  
  - Как скажете. Сумма?
  
  - Именной заказ золотого ранга. Сто золотых.
  
  Газеф внутренне крякнул, но виду не подал. Сто золотых - весьма приличная сумма, сравнимая с его ежегодным жалованием. Но был неподходящий момент для торга.
  
  - Идет. Плату получите из казны по прибытии в Э-Рантел. Контракт подпишем там же задним числом.
  
  Дрэга текучим движением встала со стула и взялась за рукоять меча. Нехорошая улыбка так и осталась на ее лице.
  
  - Ладно, я в деле. Кого убивать?
  
  Газеф прислушался. Звуки боя снаружи не доносились уже с минуту, но быстрые переговоры нет-нет да и доносились. Похоже, фантомов действительно отозвали.
  
  - Меня вызывает на бой некий Ниган, думаю, вы слышали. Я приму вызов, а вы позаботьтесь о том, чтобы больше никто из врагов не ушел живым.
  
  - Нуу, это скучно. Как насчет того, чтобы я отрезала голову главному засранцу, а вы гоняли крыс?
  
  - А вы здорово в себе уверены, - улыбнулся Газеф.
  
  - У меня есть повод для этого. Так что?
  
  - Будь по вашему. Меня коробит от нечестного поступка, даже по отношению к сволочи, но защита людей королевства важнее. Вы возьмете на себя Нигана, а я с парнями прорву и рассею окружение. Если получится, возьмите его живым.
  
  - Посмотрим. Где его искать?
  
  Газеф прикинул направление, на которое смотрел балкон.
  
  - Северо-восток, вон там, - он указал рукой.
  
  Дрэга кивнула и вышла наружу. Там уже бил копытом ее жеребец. Газеф заприметил его в самом начале знакомства, и искренне восхитился редчайшей расцветкой и мощью.
   Дрэга изящным движением взобралась в седло и с места в карьер понеслась в указанном направлении.
  
  'Даже если она и не одолеет главаря, то отвлечет, и это отличный шанс для нас разрушить его план'
  
  Его не смущало то, что он так легко отправил на битву женщину. В этом мире талант мог проявиться в ком угодно, неважно, в мужчине или в женщине. От восприятия женщины как слабого существа, он отказался еще давно, когда познакомился с Лаки. Лидер адамантовой команды авантюристов его по-настоящему впечатлила. Для Газефа она как противник один на один мало что из себя представляла. Но если сравнивать с обычными людьми, или даже с другими авантюристами, то она могла бы в одиночку заменить клин из двух десятков рыцарей. Или целую команду мифрилового ранга.
   А Дрэга, по косвенным признакам, мало чем ей уступает. В любом случае, тот, кто взялся за оружие, должен быть готов к смерти. Разве что, жаль будет терять возможность познакомиться с ней поближе. Но долг важнее.
   На площади, перед входом, уже собирались его люди. Из двух дюжин четверо были ранены, сквозь пробитые доспехи вяло сочилась кровь.
  
  - Ребята, мы идем на прорыв. Дева в черном, отличный боец, отвлечет на себя внимание командира противников, мы ударим в другую сторону. Пробиваем окружение, заходим в лес и оттуда наносим новый удар. Идем клином, я на острие. По коням!
  
  **
  
  Дрэга была довольна. Газеф оставил у нее в целом приятное впечатление. Скорее, не то, чтобы приятное - он не внушал ей презрения, как остальные встреченные люди. Что-то в нем было такое, чего не было у остальных, - авантюристов, стражников, убитых ею людишек. Какое-то внутреннее достоинство, стержень духа и гордость. Он был искренне верен своим идеалам и знал себе цену, и этим напоминал ее саму.
   При первой встрече именно эта симпатия заставила ее принять предложение и задержаться в никчемной деревушке. Ей стало интересно, захотелось присмотреться к Газефу. Человек, не служащий Лордам, но достойный им служить. Наверное, его и имел в виду Пророк, говоря о 'сильных мира сего'. Та девчонка Тиа на это звание никак не тянула.
   Возиться с теми, кто снова напал на поселение, ей было лень. Убивать так, чтобы не проявлять свою сущность, было излишне хлопотно. Увидев фантомов, она вообще впала в уныние - такая мелочь достойна разве что орочьего топора, а никак ни ее деятельного внимания. От убийства подобных неживых сущностей удовольствия она бы не получила. Дрэга подумывала разобраться с хозяевами призванных существ, после того, как Газефа и всех его вояк перебьют. А его труп отправить в Рассветный город, для дальнейшего изучения тела и духа. Пророк, может быть, даже похвалил бы ее за проявленную инициативу.
   Хорошо, что он тогда отказался от идеи 'призвать ее на службу' - такого оскорбления Дрэга не стерпела бы. Если бы он настоял на бредовой идее предать ее повелителя, служа кому-то еще, она бы его убила. Быстро и крайне болезненно - силен он только по меркам этого мира.
   Этого не пришлось делать, Газеф одумался. И Дрэге очень вовремя пришла в голову удачная мысль. Ее раздражала гильдия авантюристов и связанные с ней правила и обязательства. Но приказ Пророка абсолютен, а соблюдением правил можно добиться его наилучшего исполнения. Именной заказ высокого ранга - большой шаг на пути к славе.
   Так что, в целом ситуация сложилась наилучшим образом.
  Легонько толкнув кошмара в бока, Дрэга помчалась к указанной цели. Перемахнув стену, она увидела вдалеке цепочку людей с посохами, в кольчугах и глухих шлемах. Те стояли на расстоянии нескольких десятков шагов друг от друга, над ними парили силуэты новых фантомов. Увидев, как она пересекла стену и приближается, люди засуетились. Очертания фантомов начали приобретать четкость.
   Дрэга почти не обратила внимания на них. Ее взгляд прикипел к человеку, выделяющемуся из общего строя. Все в нем говорило, что это командир. Стремительно приближаясь, она замечала все новые детали. Осанка того, кто привык к власти. Доспех и щит качества, которого она еще не видела, выйдя за пределы рассветного города.
   Враг, мнящий себя сильным. Сломить дух. Насладиться отчаянием.
  УБИТЬ.
  
  **
  
  Ниган был рад, что Газеф внял доводам разума и принял условия. Это значительно упрощало задачу. Конечно, он не собирался оставлять в живых несчастных крестьян. Их смерть не послужит его прихоти, от человеческих смертей он не получал удовольствия, даже если это еретики. Просто нельзя оставлять свидетелей. И в соответствии с клятвой, пальцем бы их не тронул - все сделали бы его люди.
   С балкона самого большого дома вывесили белую тряпку, и Ниган велел развеять фантомов. Но против ожидания, из-за стены показался не Газеф.
  
   'Хороший конь, ' отметил про себя Ниган. 'Его стоит забрать себе после всего.'
  
   Однако по приближении всадника Нигана стал одолевать гнев.
  Женщина.
   Сколь же низко надо было пасть, чтобы послать вместо себя на смерть женщину? До какой же степени надо не уважать противника, чтобы так поступить?
   Ниган скрежетнул зубами. Чтож, и от нее будет польза. Его солдаты давно на чужой земле, без привычных удобств. А использовать еретичек-селянок для удовольствий было бы слишком рискованно. Малейшая оплошность, малейший след чреваты разоблачением, плану это не на пользу.
   Всадница быстро приближалось, и Ниган смог рассмотреть доспехи. Его недовольство улеглось. Определенно, такие трофеи, как этот доспех и конь, стоили того, чтобы забыть об оскорблении.
   Когда до всадницы осталось несколько десятков шагов, он скомандовал телохранителям:
  
  - Сбейте ее с коня. Если хоть царапнете благородное животное, пожалеете, что родились.
  
  Телохранители синхронно перехватили посохи и двинулись наперерез всаднице.
  И тут случилось то, чего сэр Ниган никак не ожидал. Под воздействием древнего зелья его чувства обострились до невероятных пределов, и лишь благодаря им он заметил два взмаха мечом. Оба телохранителя сделали свой последний шаг уже мертвыми.
   Всадница даже не замедлила ход, и сэр Ниган понял, что заблуждался на ее счет. Это определенно неплохая замена Газефу.
  'Какая редкая удача. Столь сильный дар...'
  Ниган имел достаточно боевого опыта, чтобы знать, какие удары может нанести всадник. Достаточно лишь заметить первое движение корпуса, чтобы защититься от атаки. Тем более, обладая священной реликвией, такой, как Эгида. Он отшагнул в сторону, пропуская несущегося коня, и прикрылся щитом от рубящего удара.
   Удар был такой силы, что, несмотря на мощь Эгиды, стойкость доспеха и эффекта древнего зелья, у него хрустнули колени, а сапоги по щиколотку ушли в грунт. Плечо тоже слегка онемело, обещая серьезные неприятности в будущем.
   Но и всадница поплатилась за свою самонадеянность - удар, отраженный с той же силой, что был нанесен, выбил ее из седла.
   Ниган, видя, что та легко вскакивает на ноги, несмотря на довольно тяжелую на вид броню, рявкнул:
  
  - Всем отойти!
  
  В рубке такого уровня остальным его бойцам делать нечего. Они это поняли, и, выполняя приказ, отбежали подальше.
   Ниган со щитом наизготовку вынул меч и оценил оружие противницы. Полутораметровое лезвие шириной в ладонь, из светлого полированного металла. По всей длине - тонко выгравированные руны. Длинная рукоять, которая больше подошла бы двуручнику, гарды нет.
   От такого оружия не стоит ждать искусных приемов и обманных финтов. И без гарды защищаться с его помощью тоже крайне затруднительно. Значит, ее ставка - на неистовую атаку простыми рубящими ударами. Либо колющими, если сменит хват.
  
   'Эта чудовищная сила, она от снаряжения? Наверняка так и есть. Всему этому место в Арсенале, а ей - в родильном доме. Человечество нуждается в такой наследственности!'
  
   Сосредоточившись на всаднице, он едва не проморгал удар копытами от ее жеребца. Только в последний момент он успел отступить и прикрыться щитом. Конь был отброшен силой собственного удара на несколько шагов и возмущенно заржал.
   Всадница, не отрывая взгляда бездонно-черных глаз от Нигана, щелкнула пальцами и указала на его людей поодаль. Жеребец всхрапнул и галопом двинулся туда. Ниган похолодел - у его людей нет такой защиты, и подобный удар закончится в лучшем случае переломами. Значит, им придется защищаться изо всех сил. Животное пострадает.
  
  'Как жаль'
  
  Всадница тем временем с жутким гулом провернула в воздухе меч и снова нанесла косой удар. За такой скорость. Несмотря на все усиления, было очень тяжело уследить. Только интуиция спасла от еще одного - с другой стороны.
   Каждый заблокированный удар заставлял трещать кости и суставы. Мечница должна была получать тот же урон, но по ней нельзя было сказать, что она что-то чувствует.
   Еще удар. И еще. Связка из трех ударов.
  Сердцебиение начало неумолимо ускоряться. Напряжение за пределами человеческих возможностей не щадит даже усиленное тело. О контратаках даже речи не шло - Ниган трезво оценивал свои возможности. Все, что он мог в данный момент - это полагаться на Эгиду и ждать, пока враг не искалечит сам себя.
   Сокрушительный удар сверху. Нигану на мгновение показалось, что на него упала гора. Плечо онемело, и пронзительный разряд пробежал по позвоночнику. Колени не удержали тело, и он припал на колено. В голове зазвенело.
  'Что происходит, святые Герои, как такое возможно?'
  Боли не было - один из даров древних реликвий позволял ощущать урон, но не чувствовать ее. Он, игнорируя повреждения, вскочил на ноги и стал наизготовку. Доли секунды хватило понять, что наконец-то противница почувствовала мощ Эгиды. Она с брезгливым удивлением смотрела на обломок меча - лезвие раскололось на трети длины, ближе к рукояти. Из носа и по виску медленно сочились вязкие струйки крови.
  Ниган победно обратился к ней:
  
  - Не знаю, кто ты, но я поражен. Такая сила, редчайший дар! Это твое поражение. Я хочу
  предложить тебе кое-что, и оставлю тебе жизнь, если ты согласишься.
  
  - А? - та удивленно, будто только заметила Нигана, обернулась к нему.
  
  Видя, что она сама не верит своей удаче, Ниган продолжил.
  
  - У тебя нет причин продолжать служить тому, кто отправил тебя сюда. Прими истинную веру! Ты станешь одной из опор человечества в его борьбе против низших рас и еретиков. У тебя будет все, чего ты пожелаешь!
  
  Что-то было не так. Вместо понимания и смирения в ее глазах стало проступать бешенство. Обруч на голове Нигана ощутимо нагрелся.
  
  - Что. Ты. Сказал. Червь.
  
  С этими словами она запустила обломком меча в сторону и пугающе неспешным шагом направилась к нему.
  
  - Я сказал, что ты вольна выбирать - служить истинной вере по доброй воле или против нее. Я даю тебе шанс изменить свою жизнь. Посвятить ее по-настоящему великой идее. Сделай это добровольно, и я не стану увечить твое тело. Если же нет... Чтож, и одной твоей утробы будет вполне достаточно.
  
  - Ты. Будешь. Жалеть. Об. Этих. Словах. Всю. Оставшуюся. Полную. Страданий. Жизнь.
  
  Ниган так и не понял, откуда в ее руках оказался другой меч. Совершенно другого уровня. Не просто сильный артефакт, а самая настоящая реликвия, подобная оружию древних Героев. Широкий двуручник с мощной гардой. Морозно-серая сталь клинка будто светилась изнутри, а по лезвию мерцали переменчивые узоры болезненно-алого цвета. При движении, клинок оставлял после себя призрачный след в воздухе.
   Ниган заблокировал удар и с ужасом понял, что весь предыдущий бой был просто разминкой. Его отбросило далеко в сторону, впечатав спиной в толстое дерево. Мечница злобно харкнула кровью, и, шипя сквозь зубы, быстро пошла к нему.
   Левая рука и ноги не чувствовались. Беглый взгляд показал, что бой фактически закончен - плечо вывернуто под неестественным углом, и по сверкающей кольчуге начали расходиться кровавые пятна. И прямо на него надвигалась смерть.
   Эта тупая еретичка оказалась намного сильнее, чем можно было себе вообразить. Застывшее от ненависти лицо с потеками крови ясно говорило - говорить бессмысленно. Сражение продолжать тоже невозможно. Да, совет предусмотрел возможность подобной ситуации. Не предусмотрел только ее виновника... Жаль было идти на крайности ради не той цели. Но выбора не было.
   Уцелевшей рукой Ниган нервно вынул кристалл из-за пазухи. Пальцы слушались плохо, и он едва не уронил реликвию. Когда до мечницы осталось буквально несколько шагов, он сдавил кристалл.
   Кажущаяся несокрушимой поверхность драгоценного камня с хрустом надломилась, и яркий свет на мгновение ослепил Нигана. И в тот же момент крик боли небожителя заставил его сердце болезненно сжаться. Могущественный Верховный Архангел, освобожденный последним в своем роде артефактом, закрыл его своим телом.
  
  'Что же за чудовищное оружие может так ранить сущность, подобную этой? Как все так обернулось?..'
  
   Он как завороженный смотрел на небожителя, с обманчивой медлительностью воздевающего руки в молитвенном жесте. Безупречное, совершенное тело, укрытое сотканными их самого света одеждами.Могучие крылья, способные, кажется, закрыть собою весь этот порочный мир.
   Зрелище, которого более не удостоится ни один смертный. Никогда.
  В момент, когда меч исчадия зла почти поразил ангела, с его рук на врага обрушился ослепительного света. Свет будто вымывал все зло, всю тьму из окружающего мира, и на мгновение утопил в себе женщину в черных доспехах.
   В следующее мгновение все утонуло в кошмарном, чудовищном реве, от которого сердце застыло. Обруч на голове раскалился до такой степени, что под ним зашкворчала кожа. Из этого потока чистого света вырвался сгусток абсолютной тьмы и буквально пробил небожителя насквозь.
   Глядя на медленно оседающие осколки чистого света, посланец которого был здесь буквально мгновения назад, Ниган преисполнился отчаянием. Сквозь этот мерцающий водопад медленным, прихрамывающим шагом шло исчадие зла. Сочащийся угольно-черным дымом доспех. Покрытое кровавыми ожогами лицо. Обгоревшие под корень волосы. Пульсирующий болезненным холодом клинок.
  Безумная, чистая ненависть в глазах.
  Женщина потянула к нему руку в исходящей черным дымом латной перчатке и ухватила за лицо. Даже сквозь все болевые защиты Ниган почувствовал такую боль от ожогов, что едва сдержал крик.
  
  -Это было больно.
  
  Ничего человеческого в голосе. Так звучит пламя.
   Он не боялся ни смерти, ни пыток. Но умереть здесь и сейчас он не мог себе позволить, никоим образом. Ведь это будет значить, что священные реликвии попадут в руки врага. Это - безоговорочный провал операции.
  Последним усилием он напустил руку в потайной карман и сломал маленькую глиняную фигурку. Одно мгновение - и его едва живое, изломанное тело упало на холодный, полированный мрамор собора Героев.
   Последнее, что он увидел - свет благословенных витражей великого храма и бегущих к нему служителей в белых сутанах.
   Успел.
  
  
  **
  
  Всадница в черном скрылась за углом одного из домов. Бойцы Газефа тем временем одевали закрытые шлемы и взбирались на лошадей. Вид они имели довольно мрачный. Бешеная скачка, тяжелая грязная работа, а вместо отдыха - впереди очередная битва. Никто не жаловался, все они отлично знали, что такое война.
   Газеф, глядя на быстрые сборы, давал указания раненым. Толку от них в конном бою теперь будет мало. Раненый боец для мобильной группы - обуза. Скорость реакции занижена, внимание рассеяно, тело слушается хуже.
  
  - Вы четверо, остаетесь в деревне прикрытием. Это наш тыл, прикроете его на случай вражеской вылазки. Засядете здесь, на втором этаже и посматривайте по сторонам.
  
  - Да уж, командир, - весело оскалился один из остающихся бойцов, перестегивая пробитую у плеча кирасу. - Вся слава опять вам достанется.
  
  - А вам вся выпивка и падкие на раненых героев девчонки, так что все честно.
  
  Под одобрительные смешки, остающиеся взяли подсумки с болтами, арбалеты и прочее оружие и ушли в дом. Остальные бойцы выстроились в колонну позади Газефа и рысью направились к воротам. Сам он привычно поглядывал по сторонам, отмечая плотно запертые ставни и безлюдие на улице. Пока не было видно противника, его, как и всегда, потряхивал предвкушающий мандраж.
   Талант талантом, но смерть всегда одна и может прийти откуда угодно. Никакой талант не спасет от удара с неожиданной стороны. Удар меча в темноте, арбалетный болт из окна, ядовитая пыль из ловушки, хитрое заклинание. Есть множество способов умереть, когда ты не видишь своего врага.
   У ворот ненадолго остановились. Двое во главе колонны спешились и отперли ворота, разведя створки внутрь. Через проход были видны все те же заклинатели в шлемах и с посохами. Было видно, что они засуетились, когда ворота начали открываться. Делали какие-то пассы руками, от чего в воздухе оставались размытые дымчатые следы.
   Газеф махнул рукой и подстегнул коня. Цепочка всадников за ним, один за другим, также срывались в галоп. Те, кто открывал ворота, выскочили последними.
   Расстояние - всегда решающий фактор, в любой стычке. Чем оно больше, тем лучше для всех сторон стычки. Чем больше время сближения, тем лучше можно оценить ситуацию и подготовиться к ней.
   Всадники на полном скаку перестраивались в клин. Обычно такое построение газеф использовал в конных схватках, это верный способ смять ряды конницы и завязать бой. Против пешего врага он всегда вел линию, чтобы одновременно ударить максимально возможным числом.
   Заклинатели, как сейчас, всегда были самым проблемным противником. Против такого разреженного строя, один человек на двадцать-двадцать пять шагов, вообще нежелательно идти плотным строем, независимо от формации. Любой заклинатель, не задумываясь, запустит в толпу чем-нибудь массовым, и будет полностью прав. Это самый рациональный подход. И даже в случае успешной атаки, плотный строй опрокинет двух, максимум трех человек.
   Заклинатели, похоже, видели ситуацию именно так. Пока всадники Газефа преодолели четверть расстояния и перестроились, колдуны закончили с призывом новых фантомов. Новые фантомы тоже напоминали ангелов, но не в доспехах, а в мантиях. Лишь один, тот, кто стоял прямо по курсу конницы, призвал фантома-воина.
   "Хорошо, когда враг предсказуем", отметил Газеф, видя, как фантомы сводят руки и меж ними загорается огонь. Через мгновение ангелоподобные фигуры послали в воинов огненные шары. Одно из наиболее популярных заклинаний у волшебников любой квалификации. Шесть гудящих сгустков пламени, оставляя размытый след в воздухе, устремились к всадникам.
   Газеф быстро оценил траекторию - били на опережение. Это было и плохо, и хорошо. Плохо тем, что скорость и конечную току высчитали очень хорошо, без капитальной свалки остановиться и избежать удара не вышло бы. Равно как и ускориться в достаточной степени. Хорошо... Хорошо тем, что все шло как по нотам.
  
  - Раскол! - рявкнул Газеф, отцепляя от седла лук, и, не глядя, выдергивая несколько стрел из подсумка.
  
   Клин позади тут же разошелся на две линии, каждая из которых поскакала в своем направлении, наискосок от прежнего курса. Газеф спустя мгновение резко повернул лошадь в сторону. Конь заржал, едва не завалившись на бок, из-под копыт полетели комья земли. Газеф приподнялся на стременах, натянул лук и спустил стрелу. Не глядя на результат, он пустил еще одну. Едва стрела сорвалась с тетивы, впереди наконец столкнулись огненные шары. Раздался каскад мощных хлопков, и волна жара окатила воина.
  
   "Газеф, отпусти бороду, говорили они. Твоя обычная щетина выглядет несолидно, говорили они. Черти драные!", выругался про себя Газеф, смахивая с лица остатки
  пламени.
  
   Беглый взгляд на поле боя показал, что все идет как задумано. Левое и правое крыло уже почти у цели. Похоже, залп из арбалетов не нашел своих целей, что неудивительно - попробуй попади, на полном скаку. Это было ожидаемо. Но заклинатели, не ожидавшие такого маневра, явно были сбиты столку. Что во время боя почти всегда значит смерть.
   Бойцы левого крыла погребли под копытами стушевавшегося заклинателя, и его фантом растаял в воздухе. С правой стороны было чуть хуже - боец, почти ударивший с наскоку копьем, был отброшен назад жестоким ударом какого-то хитрого заклинания. Еще двое с налету врезались в фантома, начавшего за мгновение перед этим творить новый огненный шар.
   Заклинатель отвлекся, повернувшись к своему фантому, и тут же ему в спину впилось метко брошенное копье. Воздух вокруг колдуна заискрился, и копье в последний момент ощутимо замедлилось. Доспех не был пробит, но заклинатель потерял равновесие. Еще мгновение - и другой всадник оказался рядом. Воин на секунду привстал на стремена и мощно опустил на шею колдуну свой меч. Голова не покатилась прочь, магия ослабила и этот удар, но даже так - повреждения шеи оказались фатальны. Еще один фантом развеялся.
   Все произошло за несколько мгновений. Расправившись с двумя противниками, бойцы на полном скаку нырнули в лес. Газеф остался в поле зрения врага один.
   Остальные заклинатели, очевидно, переориентировались. В сторону Газефа полетели новые огненные шары, но фантомы, запустившие их, уже развеивались. Вместо них начали проявляться бойцы ближнего боя.
   "То, что надо"
   Газеф не очень жаловал оружие дальнего боя, предпочитая старую добрую рубку в рукопашной. Особенно он не любил арбалеты. Дело было даже не в том, что это оружие слегка бесчестно. Смерть в бою всегда честна. Проблема арбалета - при отличной пробивающей силе, это очень неточное оружие. Невозможно понять, почувствовать оружие, когда ты управляешь им, лишь нажимая спусковой рычаг. Что уж говорить о дальнобойности - арбалетная стрела, пробивая насквозь воина в латах за десять шагов, застрянет в снопе пшеницы за сорок.
   Лук - другое дело. Учиться долго, но хороший лучник даст любую фору хорошему арбалетчику. Столкнувшись с этим фактом, Газеф очень основательно подошел к пробелу в своих навыках. Через посредника было выкуплено несколько десятков эльфов у имперских вельмож. Среди них нашелся бывалый охотник, меткий даже по меркам своего народа. Газеф пообещал подарить свободу ему и остальным его соотечественникам, в обмен на обучение стрелковому искусству.
   Старый эльф очень хотел свободы. И очень хорошо знал свое дело.
  Газеф привычно дернул коня за узду, осаживая начавшее пугаться животное, и снова взялся за лук. Ближайший противник, к сожалению, больше не подставлялся под стрелы, стараясь удерживать фантома на линии стрельбы. Но малость переоценил надежность своего защитника. Одна за другой в живот призванного существа вошли три стрелы, проминая стыки доспеха. Едва фантом начал таять, четвертая срикошетила от шлема колдуна, в волоске от глазницы. Тот, поняв, что дело плохо, попытался залечь на землю, и не успел. Пятая стрела пробила кольчугу и впилась в живот. Колдун тоненько взвыл и скрючился на земле.
   От такого темпа стрельбы, когда вторая стрела слетает с тетивы, едва перывая пролетит тридцать шагов, очень уставали руки. Уложив колдуна, Газеф отбросил лук в сторону - подальше, чтоб не сломать под копытами в бою - и вынул меч из спинных ножен.
   Было ошибкой считать, что фантомы медленно движутся. На самом деле, это оказалось совсем не так. За то время, пока Газеф был занят стрельбой, его уже окружили крылатые копейщики. Трудно было сосчитать, сколько их.
   Газеф взмахнул двуручным клинком.
  
  - Вы за мной? Чего ждете?!
  
  Фантомы будто того и ждали - налетели скопом со всех сторон.
   Газеф мрачно улыбнулся - ближний бой был его настоящей стихией. Обманчиво медленная раскрутка меча завершилась его знаменитым приемом - [четырехкратный удар]. Меч мгновенно прочертил четыре восьмерки вокруг него. Вершина его мастерства, прием, который другому человеку разорвал бы все сухожилия на руках.
   Устремившиеся к его телу копья разлетелись в щепки, а два фантома лишились рук. Не отвлекаясь на оценку результатов, Газеф развернулся на стременах и рубанул ближайшего фантома в плечо. Крылатая тварь потеряла равновесие и поплыла в сторону, сбивая своего товарища с курса. Разворот, рывок, еще удар, и еще один. Следующий фантом утратил крыло, а следом и голову.
   Мышцы приятно гудели, рукоять двуручника была послушна, как влюбленная женщина.
   Удар наискость, парирование, поворот в седле, удар сверху, уклонение, удар снизу. Фантомы были не так уж хороши, особенно в такой кучной рубке. Падали и таяли один за другим.
   Но на смену павшим приходили все новые. Один наконец догадался убить лошадь - верный конь захрипел с пробитой копьем шеей и, дернувшись, начал падать. Газеф ловко вышагнул из седла, не давая придавить себя тушей.
   "Ох и много же их, где носит моих засранцев?"
  Доспех уже был поврежден во многих местах, медленно, но неуклонно устающий Газеф перестал парировать наименее опасные атаки, чтобы экономить силы. Давно нестиранный поддоспешник от пота прилип к телу и неприятно кусался.
   Еще один [четырехкратный удар] дал мгновение передышки - фантомы отшатнулись.
   "Быстро поняли, жаль", подумал Газеф и сделал отпугивающий финт, выигрывая еще пару секунд отдыха. "Тяжело... Но не совсем то, чего я ждал. Где их козырь, они же не могли полагаться на одну эту погань? Или та дама в черном их действительно увлекла?"
   Едва он подумал об этом, как его ослепила невероятно яркая вспышка. Несмотря на то, что между источником света и Газефом была огороженная деревня, он на несколько мгновений утратил способность видеть.
   "Что это было?.." - Газеф пропустил неприятный удар в бок. Нанесший его фантом тут же получил ответ.
   В следующий миг со стороны вспышки послышался просто-таки ужасающий рев.
   Пару лет назад в королевскую столицу приезжали выступать иностранные артисты. Они устраивали удивительные представления, а еще выставляли на всеобщее обозрение диковинные вещи и невиданных зверей. Газефу очень хорошо запомнился один зверь, "пустынный лев". Чем-то похожий на короткошерстного желтого кота, но чудовищных размеров, размером с быка, наверное. Спокойный, расслабленный и вместе с тем пугающий. Один раз этот зверь рыкнул на подносчика еды. В ушах звенело после этого до вечера.
   Донесшийся рев мог бы принадлежать тому зверю. Если его разозлить.
  
  "Что за чудовище они припасли? Глупо было соглашаться и отправлять ее туда"
  
  Фантомы насели на него с новыми силами, и Газефу быстро стало не до стороних событий. Битва затягивалась, стала все сильнее изматывать. Уже не всегда хватало одного-двух ударов, чтобы повергнуть противника. Все новые и новые вмятины появлялись на броне, на голове появилась пара глубоких царапин. Глаза, еще не отошедшие от вспышки, заливала кровь со лба, он сражался практически вслепую. Тело болело все сильнее, переставало быть послушным инструментом. При последнем [четырехкратном ударе] меч едва не вылетел из немеющих рук.
  
   "Какая ирония. При таком балансе сил у них все шансы."
  
  Круговой взмах мечом, лезвие вгрызлось в броню и застряло. Резкая боль в бедре, по ноге вниз побежало что-то горячее. Газеф рывком освободил лезвие и на том же движении хряснул того, кто ранил его. Удачный удар - рука крылатого супостата, по самый локоть, отделилась от тела. Снова круговой взмах, фантомы разом отшатнулись.
   "Многовато круговых. Сил отнимают больше обычных, но дают отдохнуть пару секунд. Которых недостаточно. Ребята, где вы там застряли?!"
   Ситуация и впрямь тревожила. Такое количество фантомов говорило о том, что призвавшие их колдуны живы и могут применять магию. Значит, его бойцы до них не добрались. Предполагать, что они бросили его, после стольких лет плечом к плечу. Значит, что-то им помешало выполнять приказ. Вероятнее всего, подкрепление врага.
  
   "А эти теократы подготовились получше, чем можно было думать..."
  
  Не было смысла тратить силы на уничтожение противника, не имеющего конечного числа. Газеф полностью ушел в защиту. Проигрышный ход, тот, кто защищается, никогда не победит. Но деваться было некуда. Самый простой просчет сил показывал, что так он продержится дольше, чем полноценно сражаясь.
  
  **
  
   Сказать, что Дрэга была в ярости, значило бы промолчать. Этот наглый червь всего лишь несколькими словами надругался над всем, что было смыслом ее существования. Над служением господину. Над достоинством воина. Над бесспорным превосходством.
   Что это за щит такой, непостижимым образом всегда возникающий на пути ее меча? Скорость реакции жалкого человека не уступала таковой у Лордов. Что за мерзкое свойство, возвращать удары тому, кто их наносит? Она сломала данное ей оружие, кажется, о саму себя.
   Призванный им миньон причинил Дрэге чудовищную боль. Чтобы пробиться через эту преграду, ей пришлось разом выплеснуть все накопленные души. Пришлось использовать НАСТОЯЩУЮ атаку, что Он велел не делать при свидетелях без серьезной нужды. И что в итоге?
   После всего, вместо расплаты, он сбежал. Дрэга осознала это слишком поздно, и в мгновенно сомкнутых пальцах остался лишь кусок кожи, сорванный с его лица.
   Она не моргая смотрела на окровавленный лоскут в руке. Что скажет Пророк, узнав о ее провале? О том, что враг, видевший ее реальную силу, ушел живым.
   Эта мысль заставила ее завыть от злобы и отчаяния.
   Позволит ли он ей умереть, чтобы не страдать от этого позора? Или заключит наедине с безумным горем, подобно Маликрисс?
   В пылающем рассудке мелькнула мысль утаить этот провал. Призвать наблюдателя, пока он не успел доложить златовласой сучке, и убить его. Свалить вину на поверженного миньона. Убить ВСЕХ свидетелей.
   Нет. Еретична, непростительна сама мысль о том, что что-то можно утаить от Него, и тем более обмануть.
   Из лихорадочного ступора ее вывело движение рядом. Она обернулась - рядом с ней парил фантом, наносящий удар.
   Медленный, никчемный, даже не живой по настоящему призванный миньон. Дрэга изучала приближающееся к лицу острие копья. Когда оно стало неприлично близко, она отшагнула и взмахом меча отправила его в небытие. Картина тающих в воздухе ошметков вернула ее к реальности. Заработали инстинкты. "Боевые алгоритмы", как их называли Лорды.
   Мгновенно промелькнула цепочка реакций и взаимодействий.
  Получен значительный урон, запас душ потрачен. Количество враждебных более трех, уровень угрозы не превышает 10% от потенциала защиты.
  Задействовать защитные навыки с постепенным расходом гнева.
  Атаковать враждебные цели, предпочтение при равной досягаемости - слабые.
  Приоритетный тип атак - не АОЕ, не расходующие гнев.
  Первичный приоритет для целей с наибольшим запасом жизненных сил- нанесение ран.
  Первичный приоритет для целей с меньшим запасом жизненных сил - убийство и поглощение душ.
  Цели без запаса жизненных сил - игнорировать при наличии указанных ранее.
   Дрэга закрыла глаза и сосредоточилась на поиске целей. Души среднего порядка - разумные, смертные существа - ощущались довольно четко. Двадцать рассеяны, сходятся в одну точку неподалеку деревне. Расстояние между ними пока большое - кошмар справится. Еще тридцать две враждебных и двадцать две нейтральных - в лесу, достаточно кучно.
   Инстинкты требовали совершать простые действия, все мысли и переживания потеряли значение, на какое-то время. Что-то из приказа она все еще могла выполнить. Стало немного легче.
   Дрэга глухо зарычала и отправилась убивать.
  
  **
  
   Бойцы Газефа, практически без потерь проскочив сквозь жиденькое оцепление, вошли в лес. Здесь, вне прямого обзора противника, можно было перегруппироваться и нанести новый удар, пока командир отвлекает внимание на себя. Обычная тактика.
   Они попали в засаду.
   Углубившись в лес на несколько десятков шагов, едва объединившись, они налетели на замаскированные колья. Длинные, под два метра, крепко вкопанные. Их было немного, расставлены вразнобой. Но этого хватило, чтобы разом потерять трех лошадей и одного всадника.
  
   "Какой нелепый конец для воина", мельком подумал лейтенант.
  
  Решение, что делать, пришло быстро. Сражаться в лесу верхом, не зная, за каким кустом припрятан очередной заточенный кол - плохой вариант.
  
  - В круг и спешиться! Щит и меч, клевцы под руку!
  
  Бойцы не привыкли думать во время драки - они быстро и молча выполнили приказ. Плечом к плечу сформировали кольцо щитов.
   Мгновения тянулись липкой патокой. Усталые, грязные воины злились. Где-то там, в поле, рубился их легендарный командир, ожидая их повторного появления. А они здесь, ждут неизвестно чего.
   Выждав минуту, лейтенант скомандовал:
  
  - Держим строй, отходим в поле!
  
  И тут противник дал о себе знать. Один боец среагировал на движение в зарослях, прикрылся щитом. На уровне глаз в обитое железом дерево встряла арбалетная стрела, и тут же отрикошетила вторая. Лейтенант мгновенно навел свой арбалет и спустил крючок. Раздался сдавленный мат. Первым порывом было направить бойцов в ту сторону, но это не имело смысла. Неизвестно, где враг на самом деле, и гоняться за ним в лесу, полном ловушек - глупость. На ходу накручивая валик арбалета, он велел:
  
  - Смотрим по сторонам и продолжаем ход!
  
  Первыми нервы сдали у врагов. Или, может быть, их подкрепление добралось до места только сейчас - было непонятно. С двух сторон из-за деревьев появились три десятка воинов в кольчугах и шлемах, и тоже с мечами и щитами наизготовку. Круг разделился на две шеренги. Парни без приказа не рвались в бой, а пришлые, похоже, не решались нападать на слаженный строй. Лейтенант, накрутив наконец арбалет, разрядил обстановку, выстрелив в самого рослого врага. Тот успел прикрыться щитом, но болт пробил его вместе с рукой - яростный крик послужил сигналом к атаке.
   Завязался бой.
  Бойцы Газефа имели богатый опыт в строевом бою, и первый натиск врага разбился о два ряда щитов. Один из нападающих в криком отшатнулся, получив тычок острием меча в лицо. Другой со вздохом осел на землю. В голове сквозь шлем торчал загнанный по самую рукоять клевец.
   Враги стали осторожнее. Видно было, что хотя в строевой они не так опытны, личную подготовку имеют ничуть не хуже. Второй натиск уже был скорее просто сближением, они бились осторожно, подлавливая бойцов газефа на контратаки, пытаясь рассредоточить строй. Они изматывали более тяжело экипированных воинов короля, тянули время.
   Лейтенант отбросил ставший бесполезным арбалет и стал в строй.
  За несколько минут боя у бойцов Газефа начало сдавать дыхание. Потери были неравномерны - ранить удалось только двоих атакующих. Один получил клевцом сквозь щит, в кость, другому проломили плечо мечом через кольчугу. В остальном, ранения были незначительны. Отряд Газефа потерял шестерых.
   Ситуация была откровенно проигрышной. Противник приобретал все большее преимущество в числе.
   Прикрываясь щитом от очередного удара, лейтенант заметил за спиной противника черный силуэт, на мгновение мелькнувший в поле зрения. В следующий момент всплеск крови заставил его зажмуриться. На щит навалилось что-то тяжелое, он не раздумывая пырнул мечом в район паха. Меч наткнулся на мягкое, но сильное сопротивление - у засранцев кольчуги были просто отличные. Отбросив тело щитом, он мотнул головой, пытаясь понять, что случилось.
   Смазанное движение слева, сопровождавшееся тихим хлопком воздуха - и с плеч рискнувшего оглянуться врага полетела голова. Еще хлопок - еще один враг пал.
   Уследить за происходящим было невозможно. Смазанная тень, за которую не мог уцепиться взгляд, за несколько мгновений умертвила всех врагов с этой стороны. Когда последний пал, люди за спиной лейтенанта еще даже не знали, что происходит.
   Тень остановилась. Это была давнешняя женщина-рыцарь, с покрытым черствеющей кровью лицом. На доспехе же не было ни единой капли. Или, может быть, просто не углядывалась кровь на этой черноте? Меч в ее руке откровенно пугал - от серой стали с кровавым узором разило болью и могильным холодом.
   Женщина обвела воинов глазами - лишь на них не было крови. Взгляд, под спокойствием которого чувствовалось тлеющее бешенство, пробирал до костей. Оценив что-то для себя, она глухо рявкнула:
  
  - С дороги.
  
  Лейтенант мгновенно понял, что делать. Судя по тому, как она расправилась с врагами, шансов противостоять ей нет. Захочет - убьет, и очень быстро. И раз еще этого не сделала, то, очевидно, не враг. Он мотнул головой:
  
  - Пропустить.
  
  Щиты разошлись, женщина нырнула сквозь строй. Лейтенант обернулся, и успел заметить, как она с недовольным рычанием схватила стоявшего спиной воина за шиворот, и легким движением, как щенка, швырнула в сторону, освобождая путь. Никто с той стороны не успел понять, что происходит. Ворвавшись в строй врагов, она так же быстро прикончила всех оставшихся.
   Лейтенант видел куски тел в деревне. Видел изрубленные доспехи. Он думал, что представлял себе, как все происходило.
   Теперь понял, что не представлял. Он впервые видел, как быстро, как легко людей рубят на куски, вместе с кольчугами, щитами и шлемами. Без малейшего шанса противостоять. Все закончилось за считанные мгновения. Воцарилась тишина.
   Женщина, стоя к оторопевшим бойцам спиной, шумно втянула воздух. Меч из руки куда-то делся, вроде бы был, куда денешь его, этот двуручник, а поди ж ты. Был и нету. Она медленно обернула голову к бойцам.
  
   - Теперь все. Жаль.
  
  Взгляд жутких, обманчиво спокойных глаз будто искал повод продолжить бойню. Оценивал.
  Лейтенант скомандовал:
  
  - Бойцы, вольно!
  
  Бойцы, не спуская глаз с женщины, опустили немного щиты. Лейтенант обратился к ней:
  
  - Я благодарен вам за вмешательство, госпожа.
  
  Та, будто опомнившись, отмахнулась.
  
  - Не важно.
  
  **
  
  Газеф в какой-то момент понял, что фантомы заканчиваются. Он уже почти ничего не видел к этому моменты, но слышал шорох доспехов, взмахи крыльев. Именно по ним он ориентировался, определяя следующую атаку. И эти звуки подсказали ему, что противников становится все меньше.
   Вдалеке послышалось свирепое ржание, и последние два фантома, похоже, развернулись в сторону своих хозяев. Спиной к Газефу.
   Он чертовски устал, но не настолько, чтобы упускать такой шанс. Стремительный натиск из последних сил - и один фантом пал под ударами меча. Ждать, пока он рассеется, Газеф не стал, равно как и тратить время и силы на выдирание меча из тела. Бросился на второго с голыми руками. Фантом явно не был обучен, как действовать в такой ситуации, и потерял пару драгоценных секунд. Газефу как раз хватило, чтобы поймать его шею в борцовский захват. Сталь призрачного доспеха приятно холодила уставшие пальцы. Фантом забился в попытках освободиться, но было поздно. Хрустнул позвоночник, и плоть, казавшаяся только что такой живой, стала мягкой, как тающий снег, и обратилась в ничто.
   Газеф наконец протер глаза. В левом все еще мелькали зайчики после вспышки, но в целом было лучше, чем он ожидал.
  
  "Проклятые фантомы. Воевал с целым полком, и ничего кроме шрамов не осталось. Нечестно."
  
   Меч лежал там, где пал предпоследний враг. Газеф быстро подхватил его и огляделся. В поле зрения не было ни единого человека. Но кто-то же перебил колдунов-призывателей? Он глянул в сторону деревни - отсюда было видно балкон старосты - там тоже никого не было.
   Он стряхнул с меча несуществующую кровь, отправил его в ножны. С сожалением осмотрел расколотый сигнальный рожок на шее. Маленькая, но очень громкая штука, незаменима, когда надо подать сигнал. Подобрал отброшенный ранее лук, снял с павшей лошади колчан стрел и направился в деревню. Раз парней нет на дозорном посту, значит, враг таки решил устроить вылазку. Надо убедиться, что все в порядке, или помочь, если это не так.
  
  **
  
  Дрэга с некоторым оттенком безразличия вспомнила о сломанном мече, который выбросила. Для дела он уже не годится, но стоит ли его поискать, как одно из свидетельств того, как проходил бой?
   Она решилась оттянуть момент, когда расскажет Пророку о произошедшем, до привычной вечерней "молитвы". И сейчас просто не знала, чем занять это время. Спешить в Э-Рантел? В принципе, можно было и успеть туда добраться, но в спешке уже не было смысла. Если ей велят отправляться обратно в город Рассвета, отсюда своим ходом будет ближе. И проще исчезнуть незамеченной, если использовать порталы Илладрии или Мариуса.
   Дрэга снова оценивающе взглянула на настороженных воинов. От них разило опаской, но не ужасом. Опаска не будоражила нервы так сильно, легче было держать себя в руках. Было немного жаль, что они "нейтральны" согласно инстинктам. С другой стороны, конкретной необходимости убивать не было - запас жизненных сил она уже восполнила за счет убитых.
   Вообще, ориентироваться на инстинкты, не имея четкого приказа, оказалось очень легко и удобно. Агрессия, враждебность, негатив, нейтралитет, позитив, дружелюбие и союз. Всего семь состояний, для каждой из которых было свое место в приоритетах и моделях поведения. Жаль, что нельзя полагаться на инстинкты во всем.
   Она вздохнула, мысленно позвала кошмара и зашагала сквозь лес ему навстречу. Все-таки стоило отыскать обломки меча.
  
  Полтора десятка пар глаз проследили, как молча удалается женщина в черном. Потом послышались выдохи.
  
  - Парни, не знаю как вы, а у меня в штанах кирпич застрял.
  
  Напряжение разрядилось неожиданным смехом.
  
  - Понимаю, брат.
  
  - Погнали вместе вытряхивать, у меня тоже парочка.
  
   - Кто знает, где эта краля живет? Какой город десятой дорогой обходить?
  
  Воины шутили, успокаивая нервы. Лейтенант позволил расслабиться на минутку, и лишь потом велел заняться делом. Раненым требовалась помощь, надо было вернуть лошадей - после боя всегда есть чем срочно заняться. К сожалению, не было времени обыскивать трупы. Надо было срочно вернуться к командиру, раз маневр не удался.
   Лейтенант разделил отряд, часть людей нагрузил работой, а с остальными направился на выход из леса.
  
  **
  
  В деревне все было спокойно. Сюда действительно пробралось несколько фантомов, но парни приняли их в лучшем виде. Правдивость рассказа оставшихся в дозоре подтверждали двое мертвых колдунов. Те, похоже, воспользовались ситуацией и попытались устроить засаду в тылу.
   Пнув мертвое тело с двумя болтами в груди, Газеф недовольно проворчал:
  
  - Как там он сказал, клянется своей верой? Сукин сын, немного твоя вера стоит.
  
  Пока он с остальными проверяли все дворы на предмет затаившегося неприятеля, вернулись остальные его бойцы. Не все.
  
  - Лейтенант, что там произошло? Где остальные? - - Газеф внимательно смотрел в глаза, крепко сжав плечо воина.
  
  - Мы попали в засаду. Ублюдки отлично подготовились, лучше, чем ожидалось. Пятеро наших мертвы. Остальные собирают лошадей, помогают раненым и собирают павших. Я взял тех, кто способен вести бой и поспешил к вам, сразу как все закончилось.
  
  Газеф нахмурился. Хорошо, что эти десять человек - не все, что остались в живых. Плохо то, что они вообще потеряли людей. Такого уже давно не случалось, пару лет точно. На сердце лег тяжелый камень. Конечно, он позаботится, чтобы их семьи получили хорошую компенсацию. Но потеря от этого не становилась менее горькой.
  
  - Все закончилось, говоришь. Вы победили? Или враг отступил?
  
  - Нет и нет, командир. Нас очень грамотно прижали, если бы не неожиданная подмога - никто бы не ушел.
  
  - Что за подмога?
  
  - Авантюристка, которую вы наняли. Явилась, бешеная, вся в крови, и перебила их всех. Потом так посмотрела на нас, что я подумал - мы следующе. Я поблагодарил, она только отмахнулась.
  
  - Где она сейчас?
  
  - Не могу знать. Сказала что-то о сломанном мече и ушла.
  
  - Ладно, с ней проясним позже. Располагай людей в любом пустом доме и отдыхайте до прихода остальных. Не спать - кто знает, что еще могут выкинуть теократы.
  
  - Слушаюсь, капитан!
  
  Лейтенант махнул бойцам рукой и все отправились в дом старосты. Гаезф остался со своими мыслями наедине. Он не имел оснований сомневаться в словах старого соратника, только выглядело все как-то странно. Внезапные появления героев - дело песен и сказок. Что за сломанный меч, как прошло с Ниганом? Насколько сильна эта авантюристка на самом деле? Он видел тела, а сейчас сопоставил с услышанным. Получалось, что она не особенно ему уступает, если уступает вообще.
   Человек с такими навыками, о котором никто ничего не слышал до этого дня? Это удивительно. И - прекрасно. Королевству пригодятся сильные друзья.
   Как человек, постоянно присутствующий при закрытых совещаниях с участием короля, он многое знал о происходящем в стране и за ее пределами. Ежегодная "война" с империей - лишь одна из проблем, угрожающих стране. Старший и младший принцы уже со всей очевидностью не собирались решать вопрос наследия короны миром. Единственной, кому было не плевать на возможную смуту и гражданскую войну, была Реннер. За принцессой тоже была немалая сила, ее любил народ. Но это не та сила, которой можно что-то быстро решить.
   Теократы неуклонно увеличивали свое влияние через церовь, заливая в уши простолюдинов сказки, которые так хотели услышать люди. Мятежей и бунтов еще не было, но это лишь вопрос времени, и это время наверняка придет осенью. Когда снова с полей снимут крестьянских сынов, чтобы выставить против империи армию. Когда очередной плохо собранный из-за этого урожай породит очередной голод. Когда дворяне, желая обезопасить свои достатки, поднимут налоги, чтобы содержать еще больше гвардии.
   Нет единой идеи, единого, надежного правителя, уверенности в будущем и добрых соседей. Хрупкий баланс сил обещал в самом скором времени нарушиться и страна погрузится в раздор и хаос.
   Нужен герой. Кто-то, кого будут бояться враги государства. На чью силу сможет опереться пошатнувшаяся корона. Кто-то, в кого поверят добрые граждане и верные стране солдаты.
   Сам Газеф с трудом справлялся с этой ролью. Да, он был на слуху среди людей. Его боялись - и ненавидели - дворяне, и, пожалуй, это была единственная причина, по которой король еще не получил яду в бокал.
   Но он всего лишь воин. Он один, он смертен, и он стареет. Ему не хватит ни ума, ни сил, ни влияния, чтобы что-то предпринять для спасения страны. Он пытался разделить свою идею с Лаки и ее командой. Синяя Роза, адамантовая команда, одни из самых умелых головорезов в мире, могли изрядно усилить корону. Но Лаки каждый раз вежливо намекала, что ей плевать. Ее интересовали лишь деньги, личная сила и независимость. С деньгами вопрос еще можно было бы решить, хотя запросы у Лаки были те еще. Но остального Газеф дать не смог бы. Дворяне никогда не смирятся с титулом для простолюдинки, и тем более авантюриста. А король никогда не даст полной свободы. Трезво рассуждая, было очевидно, что примкнуть к Кровавому императору было бы выгоднее, интересуй ее служба правителям. Хорошо было хотя бы то, что личная дружба Лаки с принцессой Реннер и некоторая личная неприязнь к императору Бахарут позволяют Синей Розе не стать врагами королевства.
   И теперь, встретив никому не известную авантюристку, молодую, чудовищно талантливую, жадную лишь до денег и личной славы, он ощутил надежду. Может быть, ее удастся привлечь на свою сторону. Может быть, она станет вторым плечом, на которое сможет опереться медленно гибнущая страна, и выстоять. Может быть...
  
  **
  
  Талик с авантюристами все-таки были вынуждены войти на равнины Каз.
   Авантюристы перешли каменистые холмы, служившие естественной границей равнин. Открывшийся вид повергал в уныние. Затянутые серым туманом низины, из которых иногда выныривали голые скалы. Ни малейшего признака жизни, ни единой травинки. Почва - лишь щебнистый песок и пепел. Из-за тумана невозможно было оценить, как далеко тянется эта мертвая земля.
   Они спустились в низины рано утром. Даймон не хотел тратить попусту ни единого часа светового дня. Талик обратил внимание, что при полном безветрии туман медленно клубится и движется, сбивая с толку. Держать направление в таких условиях становилось крайне непростой задачей.
   Брайс утверждал, что это самое удобное место для спуска в равнины на много миль вокруг. Если некромант бежал в равнины, то явно где-то в этом месте. Сейчас, когда отряд достиг относительно мягких почв, он исследовал округу на предмет хоть каких-то следов. Остальные ждали наготове. Даймон рассказывал, что даже на самых окраинах равнин была немалая вероятность нарваться на нежить. При этом восставшие скелеты людей и животных были бы не самой большой проблемой.
   Талик присел на корточки и просеял почву сквозь пальцы. Что-то здесь чувствовалось знакомое, оставалось только вспомнить, что именно. Сухой туман будто проникал сквозь одежду, будто прилипал к коже и впитывался в нее. От этого не было заметного вреда, просто ощущения гадкие. Во время похода невозможно было нормально помыться, и Талика это раньше не очень беспокоило. Тело его воплотившегося аватара не потело и не приобретало дурного запаха. Об остальных такого сказать было нельзя, от ребят стало ощутимо попахивать за эти дни.
   Теперь же, спустившись в равнины, он буквально всей кожей чувствовал тлен и грязь.
   Песок и пепел, дезориентирующий туман, стихийно восстающая слабая нежить, призраки. Да, это определенно оно.
  [Опустошение]. Заклинание 8 ранга магии Смерти. Одно из самых неоднозначных в своем классе. Мариусу, например, он это заклинание не стал добавлять.
   АОЕ заклинание, выягивающее здоровье и ману из всего живого в радиусе действия, и передающее их заклинателю. Наносит фиксированный урон, разделяющийся между всеми целями, попавшими под него. Если в области поражения окажется одна цель, что получает 100% урона. Если сто целей - каждая получит один процент. Любое умершее в области действия существо становилось нежитью и переходило под контроль заклинателя. Также, под воздействием [опустошения] увеличивались скорость активации и эффективность всей магии Смерти.
   Однако стоимость по мане, как при активации, так и при поддерожке, просто колоссальна. Улучшить заклинание, сделать его более выгодным можно было только игроку. Неважно, насколько продуманно сделан Мариус, он оставался лишь неписью, и при поддержке опустошения "высох" бы меньше чем за минуту. Уже не говоря о том, что расширение спеллбука восьмого ранга для него стоило почти полмиллиарда голды.
   И гребаный френдли фаер, конечно же. Его вообще нельзя было обойти. Смертодрочеры заваливали разрабов петициями, заливали слезами форумы, умоляя убрать этот пункт. Но разрабы, как обычно, когда речь заходила об их принципиальной позиции, вежливой копипастой слали всех на хер. Еще бы. Магия Смерти и так считалась одной из двух самых имбовых в своей сфере применения, наравне с магией Разума. Еще бы им с чита ФФ убрать.
  Хотя некоторые особо ушлые гильдии научились использовать даже ФФ с пользой для дела.
   Талик сидел на корточках и задумчиво водил рукой по сухой земле. С заклинанием в принципе более-менее ясно. Скорее всего, ближе к центру область под воздействием и некоторых других. Как бороться с [опустошением], пусть даже локально - он знал, у него имелись контрмеры. Но смысла особого не было - урона практически нет. Учитывая площадь равнин, и тот факт, что даже на их территории ухитряются жить некоторые народы, ущерб разделен до гомеопатического мизера.
   Его больше беспокоило другое. Площадь этого заклинания в игре имела теоретический максимум, выше которого нельзя было прыгнуть при всем желании. Сто шагов в диаметре. Равнины Каз - это не сто шагов, это как бы не сто километров. Даже если предположить, что это совокупность нескольких пораженных областей, все равно как-то... Откровенно чересчур. Особенно учитывая, что эта земля проклята уже целые столетия. Немыслимо долго.
   Если анализировать с точки зрения игровой механики - единственным способом обмануть игромех были Мировые предметы. И если предположить, что тот, кто запустил этот каст, делал это через мирк, то действительно возможно все что угодно. Значит, здесь либо существует мирк, и его обязательно надо найти. Либо, кто-то смог преодолеть игровое ограничение, применяя законы магии этого мира.
   И последнее - а куда, собственно, уходит похищенная жизненная сила с маной? Вопрос несрочный (столетия висит), но критически важный. Восьмой ранг заклинаний - это уже не шутки. Наличие таких закинаний говорит о заклинателе минимум 80 уровня, который смог модифицировать шаблонный спелл.
   Может ли быть, что он еще жив (или не-жив)? Нет причин отвергать такую возможность. Можно ли быть уверенным, что с ним удастся найти общий язык? Не факт.
   По хорошему, Талику стоило бы линять отсюда, и он это отлично понимал. И уже так и поступил бы, прямо сейчас. Но применять телепортацию - это всегда риск. Особенно на территории потенциального противника. Никогда нельзя быть уверенным, что твои портальные даные недоступны врагу.
   Оставалось только уходить своим ходом. Но вот ребятам это будет довольно сложно обьяснить. Оставлять их одних - это будет как-то по-мудачески. Одно дело игра, где смерть - лишь неприятное обстоятельство. Другое дело реал.
   Что сделать такого, чтобы они ушли сами, и при этом не вызвать лишних подозрений?
   Талик оглянулся. Даймон с Эрой сидели на корточках у камня и о чем-то переговаривались. По обрывкам полушепота было понятно, что им здесь тоже не по душе, хотя не первый раз заходят в равнины. Брайса не было видно.
   Талик удалился за камень, жестом показывая - отлить. Уйдя с линии обзора, прошептал:
  
  - Спай.
  
  От камня "отлип" маскировочный плащ. Проявившийся под ним эльф молча бухнулся на колено.
  
  - Ты в курсе всех дел. Сможешь вычислить, где наша цель?
  
  - Сделаю все возможное, ва...
  
  - Тихо. Найди и оцени возможности. Чем быстрее, тем лучше. И сразу доложи.
  
  - Сделаю.
  
  - Действуй.
  
  Эльф растворился в тумане. Талик с неприятным ощущением понимал, что Спай - единственный, на кого можно положиться прямо сейчас, некоторое время не будет прикрывать его. Без привычной экипировки, на чужой территории.
   "Очень надеюсь, что не придется жалеть об этом."
  Чуть позже вернулся Брайс. Он нашел какие-то признаки того, что здесь кто-то проходил недавно, и выяснил общее направление. Даймон присмотрелся в указанную сторону.
  
  - Если я ничего не путаю, возле вон той скалы, есть старые развалины. Я там был несколько лет назад. Там мало что осталось, так, из-под земли остатки стен торчат. Относительно целой только часовенка была, как сейчас - не знаю. В том направлении больше искать негде. На месте решим, что делать.
  
   Брайс и Эра молча кивнули, и Талик после некоторой заминки тоже согласился. Ему не очень нравилась мысль идти без настоящей разведки. Ошибиться направлением - самая меньшая из возможных проблем.
  
   "С другой стороны, это окраины, которым лет больше, чем прошло с евро-азиатской войны. Было бы тут что-то реально опасное, рядом не жили бы люди"
  
   Путь не запоминался. Шаг за шагом по мертвой, затянутой маревом пустыне, глазам даже зацепиться не за что. Неба - и того не видно. Талик замыкал "колонну" из четырех человек. К нему периодически оборачивались остальные, чтобы убедиться, что все в порядке.
   Оглядывалась и Эра. Просто, без какого-то подтекста.
  Талик начал понимать, почему сначала так "запал" на нее, а теперь остыл. В ней было что-то неизвестное. Она хороша собой, очень, но это было на втором месте. На первом - интригующие способности. Ну как же, настоящая магия. Кто бы мог подумать, что она может существовать вне игры. Сверхьестественное таинство манило к себе.
   Потом, он увидел, как она применяет эту магию. Обычные новичковые заклинания. Время активации, эффекты - все до оскомы знакомое и давно надоевшее. Таинственность куда-то испарилась, осталась только серьезная, симпатичная и довольно предсказуемая девушка. И зачем переживал, зачем пытался подбивать клинья, о чем думал? Особенно зная, каково ей пришлось совсем недавно. Неловко вышло.
   Спай все не обьявлялся, и Талик все больше беспокоился. Неприятное чувство "голой жопы" становилось все более навязчивым.
   За очередным поворотом меж безжизненных холмов появились искомые руины.
   Талик от от слова "руины" ожидал несколько иного. Каких-нибудь зловещих массивных развалин, между которыми легко заблудиться, или храма с выбитыми окнами, в которых видно клубящиеся тени. Что-нибудь в таком духе.
   А здесь - из пепельно-коричневой почвы в нескольких местах торчали основания стен, по колено, максимум по пояс. Даже трудно было угадать, чем именно эти стены были раньше. Чуть в стороне от них было то, что, Даймон, скорее всего, и называл "часовенкой". Из холмика почвы поднималось шесть выщербленных колонн, высотой метра четыре. Их венчала проваленная полусферическая крыша.
  
  - Пришли, - констатировал Даймон.
  
  - Ага. А руины где? - скептически уточнил Брайс.
  
  - Все сперли задолго до нас. Иди колдуна ищи.
  
  Брайс разочарованно засопел и направился в обход развалин. Талик внутренне порадовался, что не только ему "руины" показались очень уж убогими.
  
  - Не буду отставать от законов жанра. Схожу посмотрю, что там в часовне.
  
  - Не пропадай из виду и кричи, чуть что не так, Талер, - серьезно ответил Даймон. - Легче всего умирают именно в таких "неопасных" местах.
  
  - Можешь провести меня, если так беспокоишься.
  
  - Хорошая мысль. Эра, пойдем с нами.
  
  По пути к часовне Талик поинтересовался у Даймона:
  
  - А как давно здесь жили люди?
  
  - Трудно сказать, - задумался Даймон. - Таких заброшенных поселений на равнинах довольно много, есть и в куда лучшем состоянии. Смотря как построено... Старые крепости, даже есть легенда, что где-то в равнинах затерян целый город, в котором живет нежить. Байки, конечно, но здравое зерно в этом есть. Каз не всегда были такими большими. Лет сто назад, наверное, здесь даже можно было жить.
  
  - То есть, эти равнины расширяются со временем? И что, никого это не беспокоит?
  
  - Есть и такие, кого беспокоит. Ну, они не бегают по улицам и не орут про конец света. Тебе лучше было бы поговорить с людьми постарше, из науки. С академиками всякими, где-нибудь в столице. Эти ребята знают массу историй из прошлого, хотя понятия не иеют, как было на самом деле.
  
  - А ты имеешь?
  
  - Да откуда, я в то время не жил. Эра, кстати, - Даймон обернулся к чародейке. - что ты об этом знаешь? Ты любишь бесполезные книги, расскажи что-нибудь.
  
  - Сам ты бесполезный. Если нет истории, нет и будущего, я много раз тебе говорила.
  
  - Не кипятись.
  
  - Дурак. Ладно. Что я знаю о равнинах... Не так и много. Принято считать, что они появились во времена Королей Жадности, но я думаю, что это не так. На этих мифических королей вообще любую чушь валят. И то из-за них, и это. Есть куча совершенно нелепых историй об их злодеяниях, но очень мало из них есть чем подтвердить. Вот Каз, например, - Эра увлеклась рассказом, дополняя речь жестами. - Везде твердят, что эту землю Короли прокляли в отместку за то, что ее правитель отказался принести в жертву свое дитя. Полная чушь. Во-первых, нет никаких сведений о том, что здесь когда-либо было государство. Независимые города - были, и постоянно воевали друг с другом. Во-вторых, восстание против Королей поднималось под знаменами веры в бога справедливости Сагатора. А Сагатор, секты которого на сегодняшний день истребляются везде, где обнаружены, это иночтение слова Саадор. А Саадор - это Книга Жизни, основное религиозное учение тех времен. Церковь Саадора подвергалась гонениями со стороны Королей и их сторонников. И чтобы ты понимал, именно согласно догмату Саадора первый младенец, рожденный в году, приносился в жертву небесам, чтоб те послали тепую весну. И если в течение десяти дней не приходило тепло, риносился в жертву следующий, и так далее. Это было незыблемым законом, для "каждого города, что имеет стену". Я не вижу логики в том, чтобы Короли, искоренявшие религию, кого-то казнили за нежелание следовать ее правилам. Тем более таким способом, как массовое уничтожение всего и вся. Но даже не в этом дело. Согласно мемуарам Эдмунда Бахарота, далекого пращура основателя нынешней Империи Бахарут, он дважды отдыхал в предместиях города Атамарр, цитирую - "что на юго-восток от Азерлиса". Азерлис - надо пояснять, что общего с Азерлисианскими горами? Эдмунд Бахарот - это потомок фамилии Бахарот, ведущей начало от одного из лидеров восстания, свергшего Королей. То есть, человек, родившийся значительно позже тех событий, проматывал наследство своего предка в местах, где сейчас проклятая земля. Равнин Каз не существовало в его времена - и тем более, во времена Королей.
  
   Она подняла руку и выдохнула.
  
  - Это была мой доклад на окончание второго курса семинарии. Так и не пришлось его зачитать профессорам.
  
  Талик задумчиво кивнул.
  
  - Большое спасибо. Это очень... Неожиданно и полезно. Серьезно. Спасибо за рассказ.
  
  - Не за что. Хоть кому-то интересно, как развивался наш мир. С тем, как пишется история, найти хоть какую-то правду - это очень тяжелый и неблагодарный труд.
  
  - Я уверен, найдутся люди, способные этот труд в полной мере оценить. Я позабочусь об этом.
  
  - Звучит смело для авантюриста.
  
  - Возможно. Но я... Довольно влиятелен там, откуда пришел. Мы обязательно вернемся к этому позже.
  
  - Договорились, - Эра, наконец-то, по-настоящему улыбнулась.
  
  Они подошли к часовне, и Даймон сделал приглашающий жест. Талик прошел меж колонн, осматриваясь.
   Осыпавшаяся отделка, на которой через сеть трещин с большим трудом угадывались блеклые узоры. Сквозь провал в крыше будто нехотя лился свет. Круглый пол, едва выступавший над землей, сохранился чуть лучше. Талик присел на корточки, чтобы рассмотреть узор. Не веря своим глазам, начал обметать пол рукавом.
  
  - Эй, что случилось? - раздался настороженный голос Даймона.
  
  - Ничего. Все нормально. Мне... Показалось.
  
  На самом деле не совсем показалось. В узорах, по кругу украшающих пол, местами угадывалась латиница. Связать отдельные буквы, переплетающиеся с местным алфавитом, никак не удавалось.
  "Что за бессмыслица. Или местные полагали латиницу узором, что ли?.."
  Он подумал подозвать Эру - вдруг ее эрудиция преподнесет еще пару сюрпризов. Но потом ему в голову пришла идея. Он попытался читать латинские символы в том порядке, в каком они шли, шепотом. Бессмысленный набор звуков срывался с губ, на слух превращаясь в осмысленную речь.
   "Благословен путь дарящих силу, прошедших ад и небытите, людей и чудовищ, павших во имя и во благо настоящего мира, да насытятся боги их душами"
  "Религиозная пропаганда местного разлива. Ожидаемо для часовни. Но откуда латиница?"
   Подошла Эра.
  
  - Ты умеешь читать эти символы? - казалось, она была удивлена.
  
  - А... Не то, чтобы умею, - начал выкручиваться Талик. - Когда-то просто видел подобное. В экспедиции.
  
  - Хотела бы и я в такую экспедицию попасть...
  
  - А ты знаешь, что это?
  
  - Это язык Героев. Судя по всему, копия строк Наследия, священной книги церкви Героев. Это - один из самых распространенных элементов, почти всегда наносится на камень у молитвенного алтаря. Этот язык используется исключительно в верхних кругах церкви. Если простолюдин осквернит его попыткой изучить или тем более изъясниться, его ожидает довольно мучительная казнь. Для простолюдинов есть письмена на общем языке, вот они.
  
  - А... Можешь прочесть?
  
  Эра странно на него посмотрела, но выполнила просьбу.
  
  - "Взор бессмертных вечно обращен к праведнику". Ты не умеешь читать?
  
  - Я... Еще не изучил язык достаточно хорошо. Только устную речь.
  
  - Не держи меня за дуру, пожалуйста.
  
  - Прости. Давай об этом поговорим, когда вернемся, ладно?
  
  - ...Ладно. Прости за назойливость, но ты очень странный. Трудно доверять тому, кто постоянно недоговаривает и неумело врет, понимаешь?
  
  - Понимаю. Прости еще раз. Потом обо всем расскажу.
  
   Эра недовольно посмотрела на него, но оставила в покое.
  Талик поймал себя на том, что ему лень вставать. В кои-то веки он устал. Хотелось просто сидеть и ничего не делать. А лучше прилечь.
   Он понял, что что-то не так, только когда лежа, закрывающимися глазами увидел, как как Даймон, встревоженно глядя на него, беззвучно шевелит губами. Но ни сил, ни желания что-то предпринимать не осталось.
   Тело не слушалось, и почти ничего не чувствовало, и было трудно дышать, не хватало воздуха. Заснуть мешал какой-то назойливый шум. Он недовольно прислушался.
  
  - Повелитель, услышь меня. Мне нужна твоя помощь. Я недооценил их коварство, я... Исчезаю.
  
  Кажется, Мариус.
  
  "да что тебе надо-то, отвали..."
  
  - Повелитель, не бросай меня. Прошу. Я так и не постиг Твой замысел... Повелитель, пожалуйста, позволь мне понять.
  
  Голос лича становился все тише и слабее, Талик чувствовал облегчение от этого.
  
  - Маликрисс была права. Какая прекрасная трагедия...
  
  Голос лича стал едва различим, он все бубнел и бубнел, и наконец затих. А талик видел величественный, невероятно детальный сон. Он состоял из отдельных, не связанных между собой обрывков.
   Площадь Э-Рантела, окруженная рушащимися домами. На ней Дрэга рубится с огромным костяным драконом. Толпы мертвецов растекаются по улицам города.
   Горящие деревни.
  Крепости, полные убитых людей. В лужах крови отражаются звезды.
   Стремительно гниющие леса, дракон, поливающий пламенем горный пик.
  Огромная армия с львиными флагами движется сквозь опустевший некрополь. Лестницы, требучеты, жестокая рубка на стенах. Талик с вялым удивлением узнал характерные очертания стены его гильдии.
   Дрэга, словно вертолет, врезается в ряды городской стражи, повсеместно сея хаос и смерть. Зачем? Почему ты это делаешь?
  Вместо ответа - укоризненный взгляд строгой пожилой дамы неподалеку. Даму кольцом защищают закованные по самые уши латники. На ее белом платье прихотливо играют отблески пламени с ближайших крыш.
   Илладрия с перерезанной глоткой застряла в камнях горной реки. В широко распахнутых глазах - удивление и обида.
   Вильгельм, крушащий боевым молотом алтарь в центре храма. Вот он опрокинул тяжелую тумбу, открыв портал. Вот он в сокровищнице, взывает к неподвижному Титану.
   Шар нестерпимо яркого голубого пламени росчерком оставляет раскаленную борозду сквозь здания, обращая в пепел с равной легкостью как камень, так и живых существ. Голова Вильгельма в сокровищнице победно улыбается.
   Люди в белых одеждах вещают беснующейся толпе, а позади них в огне корчатся неузнаваемые силуэты.
   Эти и подобные картины сменяли одна другую. Неизменными были лишь смерти и затянутое черной пеленой небо.
   Что это? Что происходит?
  Ответа не было, лишь черная пелена в небе будто иссушала, вытягивала силы и память. Талик чувствовал, что его становится все меньше и меньше, и одновременно с этим черная пелена полностью полгощает небо. Он перестал узнавать тех, кого видел. Было все равно, и хотелось лишь спать.
   Из бредового оцепенения его вывела резкая боль в мгновенно онемевшей щеке. Он дернулся, придя в сознание. Увиденное будто прорвало плотину в душе, заполнив сознание ужасом и отвращением.
   Что это было?!
  Голова кружилась, а легкие разрывались от недостатка воздуха. Он со свистом вдохнул. На плечо рывком легла чья-то рука, и Талик, не раздумывая, подался вперед, ухватил мутный силуэт за шиворот и ударил лбом. Раздался звучный шлепок, и Талик, отбросив тело, отпрянул в сторону, мотая головой.
   В щиплющих от сухости глазах прояснилось.
  Он был все в той же часовенке. Неподалеку лежали на земле Даймон и Эра. Прямо перед ним стоял на одном колене Спай. Тряпичная маска стремительно пропитывалась кровью.
  
  - Вы в порядке, Ваше святейшество?
  
  Талик перевел дыхание, с опаской глядя на эльфа.
  
  - Что случилось?
  
  - Я наблюдал за вами, ожидая удобного момента для доклада. Вы зашли в это место, поговорили с той женщиной и легли на пол. Потом у Вас начались судороги. Я оглушил ваших спутников и попытался привести Вас в чувство. Когда имеющиеся у меня зелья не помогли, я ударил Вас по щеке. Когда Вы очнулись, вы ударили меня в лицо. Мне нет прощения за мою непочтительность.
  
  - Забей. Все нормально. Ты все правильно сделал. Все ты хорошо сделал. Блять, что это за нахуй-то был?
  
  - Осмелюсь предположить, вы постигали видения грядущего.
  
  - А блять не очень-то хорошее грядущее получается, - Талик едва не кричал. - Впизду такое грядущее. Сука. Нее-не-не.
  
  - Я не могу знать, что вы видели...
  
  - Вот и заебись. Очень хорошо, что не видел. Ладно... - он попытался взять себя в руки. Получилось лучше, чем полминуты назад. - Ладно. Сейчас.
  
  [сообщение]
   Магия не сработала. Талика едва не захлестнул новый приступ паники - до этого момента любые заклинания работали безупречно. Он прислушался к внутренним ощущениям.
  "Ага. Вот как чувствуется пустой бак"
  [плоть в разум]
  По телу прокатилось неприятное чувство слабости, из носа закапала кровь. В то же время, появилась четкая уверенность - теперь мана есть.
  [сообщение]
  Магия сработала, но не достигла адресата. У Талика затряслись руки. Мариус не отвечал.
  [сообщение]
  Молчала Илладрия
  [сообщения] шли одно за другим, но ответа не было. Талик, сдерживая холодный страх, послал заклинание Спаю.
  Тоже не сработало. Осталась надежда, что всему виной проклятая земля. В игре такой особенностью она не обладала, но где игра?
   Шестое чувство уловило какое-то странное эхо. Не звук, а что-то другое. В душе начало крепнуть беспокойство.
  
  'В том, что при мне, я к драке конкретно не готов'
  
  - Спай, скрывайся, но будь особенно бдителен. Вот конкретно, понял? Мы покидаем это место.
  
  Эльф кивнул и слился с окружающей обстановкой. Талик вышел из часовни и приблизился к бессознательным товарищам. Брайс тоже был, похоже, эльф принес его сюда.
  
  "оглушение, да?"
  
   [решительный призыв]
  Ребята открыли глаза. Брайс мгновенно рыбкой ушел куда-то за обломок стены, а Даймон с угрожающим криком вскочил на ноги. Эра растерянно спряталась за него.
  Талик не терпящим возражений тоном сообщил:
   - Валим отсюда, быстро! Вопросы потом!
  
  
  **
  
  
  Талер не уставал удивлять Эру в течение всего путешествия. Он был откровенно странным. То, что он чужестранец, объясняло очень многое, но не все.
   Большую часть времени он был совершенно нормальным, лишь иногда задавая вопросы по таким обыденным вещам, что оставалось только поражаться — как он вообще выжил, путешествуя в одиночку в лесах и горах. И находил совершенно очевидными вещи, само знание о существовании которых было нелогично для простолюдина.
   При этом, очевидно, знал намного больше, чем старался показать. В многодневных поисках следов некроманта, он словно совершенно точно знал, что они увидят, придя на очередное место. И еще — она чувствовала сильный контраст между этим путешествием и всеми предыдущими.
   Никто не натер ноги, не простыл, их практически не донимали насекомые. После полусуточного перехода по оврагам, буреломам и холмам группа уставала едва-едва. В предыдущих походах каждый день такого пути выматывал так, что сил к вечеру едва оставалось поставить палатку. Теперь же Эре казалось, что если чуток отдохнуть, они могут идти в том же темпе и всю ночь.
   Это можно было бы считать удачей, или неожиданно возросшим мастерством. Она так вначале и подумала. Изменилось мнение после памятного боя.
   Примененная этим человеком магия была из ряда вон. Просто что-то нереальное. Когда-то давно, еще будучи студенткой семинарии, Эра перечитала всю доступную там литературу. Стоило немалых трудов вспомнить, попадалось ли ей на глаза что-то подобное. Но все-таки вспомнила.
   Ланний Вдохновитель, потомок первых Героев, живший несколько веков назад, применял что-то похожее во время войны с эльфами. Воины под его началом обретали невиданную силу и умение в бою. Вот только Ланий вымаливал это благословение у небожителей почти сутки, и не всегда получалось. А Талер в ладоши хлопнул, и пожалуйста. И одно дело прочесть легенду сомнительной правдивости, а другое — самой испытать, что это такое.
   Ей страшно хотелось вцепиться в Талера с расспросами, попросить снова применить эту магию. И не только ей. Даже пофигист Брайс едва пересиливал себя, чтобы не вымогать это благословение для тренировок. Но Талер еще тогда поставил крест на этих попытках, сказав, что это заклинание ему слишком дорого обходится.
   И ведь за время знакомства это было не единственное уникальное заклинание, которое он использовал. То, как он исцелил тело Даймона, едва шепнув пару слов, тоже было поразительно. Ни долгих молитв, ни сложных заклинаний, ни света, ничего привычного для целительского волшебства.
   Эра была уверена, что он если не соврал, то чего-то недоговаривает. И чем дальше, тем сильнее укреплялась в этом убеждении.
   Талер явно что-то узнал о Равнинах, когда они только спустились в мертвые земли. Что-то важное. Это было очевидно — то, как он перебирал пальцами почву, как поджал губы, выдавало открывшееся понимание. И очевидно нервничал после захода в мертвые земли — хотя до Равнин был просто-таки образцом уверенности и спокойствия.
   Потом оказалось, что он понимает письменность Героев. Конечно, он отнекивался, но Эра не была слепой. Талер совершенно точно читал героические письмена — а ведь церковь в свое время приложила немало усилий, чтобы сделать это знание привилегией избранных.
   Невероятная магия, непрошибаемое спокойствие, безразличие к любой иерархии, знание речи Героев. И при этом — неумелая скрытность и даже какая-то робость в общении не укладывались в голове.
   Эра так и не поняла, что же случилось в этой часовне. Она увидела, что Талер просто лег на каменный пол, будто сильно устал, а в следующий миг почувствовала сильное головокружение и полную спутанность мыслей.
   Придя ы чувство, по поведению остальных ребят она поняла, что такое произошло со всеми. Даймон, с мечом и щитом наизготовку, свирепо озирался, выискивая причину проблем. Брайс, как обычно, слинял за первое же попавшееся препятствие.
   А Талер… Снова удивил.
  Он похудел и высох так, будто провел пару лет на каторге. Роскошная мантия висела на нем, как швабра на тряпке. Вокруг глаз проступили глубокие тени, а на самих белках проступили красные прожилки. Подсыхающая багровая дорожка под носом завершала гнетущую картину.
   Подождав пару мгновений, этот, обычно тихий и вежливый парень, жестким командным тоном приказал:
  
  — Валим отсюда, живо. Вопросы потом.
  
  Эра отнеслась к сказанному со всей серьезностью. Вообще, когда целитель велит делать ноги, надо без разговоров делать ноги. А тем более, когда этот целитель такой силы, как их компаньон.
   К ее удивлению, Даймон заартачился.
  
  — Талер, я…
  
  Что он хотел возразить, Эра не узнала. Талер резко вытянул руку в его направлении, сказав лишь:
  
  — Спи.
  
  И Даймон, так и не закончив фразу, закрыл глаза и осел наземь.
  Эра испугалась. Странности их спутника мгновенно начали казаться простыми странностями. А учитывая, что он единым словом лишил сознания практически несокрушимого Даймона… Непривычно напряженный и собранный Талер быстрым шагом подошел к телу — Эра отступала в то же время, прикидывая, чем сможет себя защитить. Что-то, что можно сделать быстрее, чем ей прикажут спать.
  
  — Эра, прости, нет времени. Из этих равнин надо выбраться до темноты, это очень важно. Поверь, пожалуйста.
  
  Он чуть наклонился, худой рукой ухватил Даймона за край стального нагрудника и без видимого усилия забросил крупного мужчину на плечо.
  
  — Брайс!
  
  На его оклик никто не отозвался. Талер, едва замечая вес на плече, оглянулся, всматриваясь в унылый пейзаж.
  
  — Брайс, я знаю, что ты рядом и слышишь меня. Я понимаю, как это выглядит, но… Да к
  черту. Если ты ищешь смерти, прячься дальше. Эра, ты идешь?
  
  После секундной заминки Эра кивнула. Талер, сузив глаза, всмотрелся куда-то вдаль и поджал губы. Потом поморщился, покачал головой и довольно быстрым шагом направился в сторону края равнин.
   Эра едва поспевала следом, изредка переходя на бег — снова ставший настораживающим незнакомцем Талер был необычайно прыток для своего телосложения. Спустя минуту интенсивного движения меж холмов, показался Брайс. Вид он имел мрачный и едва ли не агрессивный. Талер лишь кивнул, отметив его присутствие, не снижая темп ходьбы.
   Пару часов шли молча, и Эра начала выбиваться из сил. То, что Брайс забрал ее сумку со снаряжением, помогало слабо. Хрупкий и изможденный на вид Талер, тем временем, вообще не проявлял признаков усталости. Казалось, что даже немаленький Даймон в тяжелом доспехе, которого Талер так и нес на плечах, не особенно утруждал целителя.
  
   «Что за абсурдная ситуация. Да он должен был сломаться едва попытавшись поднять лидера. Что вообще происходит?..»
  
  Эра переглянулась с Брайсом. Угрюмый парень, прущий и свою, и ее сумки, указал взглядом на кинжал на поясе. Эра покачала головой, мол, даже не думай.
   Талер, хоть и проявил себя сейчас довольно странным образом, все-таки был весьма продвинутым целителем. Куда более продвинутым и знающим, чем, очевидно, хотел казаться. И если такой человек видит серьезную опасность, лучше не спорить. Отношения выяснить можно и чуть позже.
   Хотя, прощаться придется в любом случае.
  
  **
  
  Талику было стыдно за безобразную сцену, что он устроил эльфу. Хотя, сам себя он все-таки не осуждал. От страха, испытанного при пробуждении, у него до сих пор подрагивали руки.
   И с ребятами некрасиво получилось. Вообще, он надеялся, что его сразу послушают — какой-то авторитет за время квеста он успел заработать. Увы, Даймон оказался не из тех парней, кто готов сразу отдать лидерство. А при всем уважении Талика к чужому личному пространству и мнению, ситуация была экстремальной, промедление могло стоить жизни.
   Талик не мог с уверенностью сказать, что им прямо сейчас что-то угрожает — не было предпосылок. В жутких видениях не фигурировали проклятые равнины. А вот интуиция подсказывала — стоит ждать проблем.
   И еще он не был уверен, как отреагируют его «слуги» на невыход на связь в положенное время. Особенно, если не смогут связаться с ним сами. Испорченным настроением все явно не ограничится.
  
  «Что это было, что я видел?»
  
  Два простых вопроса не давали покоя. Такая слабость в здоровом теле не могла возникнуть сама по себе. Талик видел два самых вероятных объяснения.
   Первый — это особенность самого аватара, тела, обладателем которого он стал. Какие-то скрытые события заставили его отключиться и ловить предсказательные приходы. Талику очень хотелось, чтоб так и было.
   Второй — влияние со стороны. Кто-то напал или повлиял таким образом, что персонаж сотого уровня лишился всех желаний и сил. И пусть такая гипотеза не проясняла происхождение видений, опасность меньше не становилась.
  
   «Очень плохо, если все так.»
  
  Талик довольно неплохо разбирался в игровой системе магии. Именно в игровой, которая содержала подробные текстовые описания и цифры. Которая имела визуальное отображение и имела прочую атрибутику. В данном случае от этих знаний было мало пользы. Не было ни иконок, ни логов — ничего, просто память об ощущениях. То есть, если это была магия, то Талик понятия не имел, какая именно и как ей противостоять.
  
   «Хотя, если опираться на игровую логику, это больше всего похоже на СС»
  
  СС, или крауд-контроль, это тип дебаффов, выводящих персонажа из боя на некоторое время. Паралич, сон, гипноз или любой другой эффект, снимающийся при получении урона. Предназначен для нейтрализации опасных противников в ключевые моменты боя. Маг, впавший в ступор посреди каста чего-то особо убойного, это крайне неприятный удар по любым планам. Хилер, «заснувший» на несколько секунд в критический момент — практически гарантированный слив всей команды. Или рукопашник, переставший прикрывать тряпок из-за такого «зависания».
   СС требовал ювелирного владения обстановкой в хоть сколько-нибудь динамичных боях. Промахнувшийся чем-нибудь массовым союзник, или вовремя сориентировавшийся противник очень быстро сведут эффективность тактики на нет.
  
   «И именно таким образом меня закрыли в контроль те козлы, что приходили за Оком. ЛедиЛилим отлично знала, как и чем я защищаюсь, и настроила Маликрисс как торпеду конкретно для меня.»
  
   В игре, попав в СС, игрок просто лишался возможности контролировать свой аватар. Максимум — отключались изображение и игровой звук, на общение через говорилку и тем более сознание игрока это вообще никак не влияло. В данных условиях все могло и измениться, ведь он не просто управляет персонажем, а является им.
  
   «Значит, по возвращении перерыть все описания заклинаний контроля. И зайти к
  Маликрисс.»
  
   Логика требовала испытать на себе ее заклинания контроля в новом теле. Если что-то из арсенала менталистки окажет тот же эффект, станет понятно, чем на него повлияли. Или хотя бы сузит круг поисков.
   И все же Талику очень не хотелось встречаться с ней лично. Он ее попросту боялся. Намного сильнее, чем всех остальных «слуг».
   Все «слуги», которых он встречал, стали теми, кем были согласно написанной для них истории. Характеры, цели, жизненный опыт — все соответствовало до мелочей.
   А значит, Маликрисс теперь — жадная до власти, подлая, жестокая ведьма, признающая только силу. Ведьма, чья специальность — власть над чужим разумом, и имеющая узкоспециализированный, но очень мощный арсенал заклинаний и ритуалов.
   Если эта ведьма заглянет ему, Талику, в душу, что она там увидит? Всемогущего и всезнающего Пророка? Сомнительно. Более вероятно, что она увидит там неудачника-эскаписта, самозванца.
   Тут в душе шевельнулось непривычное раздражение.
  
  «А с какого это перепугу я самозванец? Я управлял гильдией последние годы. Я автор половины проектов, реализованных в ней. Мир перестал быть игрой? Окей, я и в самом деле рад. А гильдия перестала быть гильдией? НЕТ. И я по-прежнему ее глава!»
  
   Талик размышлял и удивлялся своим мыслям. Он всегда очень четко разграничивал игру и реал, персонажей и людей. Имея в одних игровых кругах репутацию расчетливого, мелочного и злопамятного мудака, а в других — тиранически дотошного про, в реале оставался самим собой. Частью системы, рядовым обывателем, для которого «Я» — последняя буква в алфавите.
   Приняв новую реальность, он воспринимал ее как обыватель, опасающийся подаренного могущества. А теперь в душе подал требовательный голос игрок.
  
   «Будет создавать мне проблемы — удалю нафиг.»
  
  Ощущение правоты и власти были свежими и новыми.
  
   «Могу ли я привыкнуть к этому? И надо ли? Я хочу быть и в самом деле крутым, но стоит ли оно того, чтобы перестать быть собой?»
  
   Другой вопрос, что же он увидел, пока был в отключке, требовал не менее тщательного рассмотрения. Желательно в спокойной обстановке и без ноющего шестого чувства, упрямо обещающего проблемы.
  
  **
  
  В самой глубине проклятых земель, там, где мертвящие туманы доставали даже до облаков, небо пронзала высокая гора. В давние времена, когда долина Тысячи Войн еще не называлась «проклятыми равнинами», эта одинокая гранитная глыба невообразимой высоты называлась Сломанным Острием. По форме действительно было похоже на надломленный наконечник фалкского копья. Сначала естественный ориентир, потом место поклонения, а позже — гигантский жертвенник, Сломанное Острие, как мхом, обросло несколькими поселениями, а позже — целым храмовым городом.
  Когда фалки пали под натиском эльфийских армий, гору начали называть просто Черной горой. Эльфы выжгли у этой горы все, что могло гореть. Колдовское пламя пожирало даже мрамор. Копоть величайшего пожарища в истории поднималась едва ли не год, подарив Сломанному Острию новое имя.
   Позже сюда пришел Владыка. Название показалось ему столь символичным, что он не стал давать другое. Его многочисленные последователи, прихлебатели и ученики тоже увидели в этом некий поэтический смысл. Гора так и оставалась Черной, пока было кому произносить это имя.
   Последние пару веков не было тех, для кого имело бы значение имя — здесь не бывали живые. Вернее, было лишь одно существо, которому было не плевать. Гора стала цитаделью — неутомимая нежить по приказу своих повелителей продолбила сплошной гранит, превратив гору в настоящую крепость. В толще камня расположились казармы, мастерские, склады, лаборатории. Бесчисленные ходы объединяли их.
   Дитериос Кадари, один из преданнейших слуг Владыки, иногда задумывался о судьбе этой цитадели, своего детища. Ему было немного жаль, что такой труд не будет оценен теми, кто способен осознать истинное величие. Ни восхищения, ни ужаса, ни славы.
   Сам Владыка, двести лет назад преодолевший очередную ступеньку к столь желанному могуществу, тоже потерял интерес к подобным вещам. Стал рационален и безразличен. Практически перестал где бы то ни было появляться во плоти. Дитериос втайне считал, что его повелителю смерть на пользу совсем не пошла. Но, конечно же, держал свое мнение при себе.
   Владыка обладал такими знаниями и мощью, что мелочи вроде жизни и смерти служили ему лишь инструментами. И не Дитериосу, урожденному смертным, судить о выборе абсолютного существа.
   Сейчас Дитериос стоял на террасе, искусно вырезанной у самой вершины скалы. Арка за его спиной вела в залы наблюдения. По масштабам и красоте они напоминали храмовый комплекс, хотя имели иное назначение. И, конечно же, для богов здесь не было места. Из этих залов Дитериос наблюдал за давным-давно начатыми ритуалами, контролировал работу слуг, разработку новых колдовских практик. Отсюда же будет осуществляться командование армиями, когда Владыка решит, что пришло время.
  Облака внизу казались тревожным белым морем. Они вместе с туманами полностью скрывали цитадель от взгляда извне. И обычный, и чародейский взор застилались непроницаемой пеленой.
   Дитериос, созерцая это море, напряженно размышлял. Перед ним стоял сложный выбор.
   Когда темные повелители призвали Владыку и доложили о происходящих странностях, темнейший оставил общие, но вполне ясные указания. То, что относилось к ответственности Дитериоса, он в полной мере выполнил. Сектанты Зуранона получили давно обещанные знания и ресурсы. Очень скоро они проявят себя ожидаемым образом. Мор, гибель и прорывы потустороннего займут все внимание сильных мира сего, а тем временем в ход пойдут и другие этапы Плана.
   Владыка желает получить души новых Королей. Все ради этого. И если преподнести ему Королей, можно ожидать щедрую награду. Хозяин тьмы никогда не скупился, награждая за верную службу — Дитериос за время своего ученичества получил все, чего просил и даже намного больше. Великую силу, бессмертие, знания, ресурсы. Месть. Все, о чем когда-то мечтал еретик.
   И сейчас предоставился призрачный шанс исполнить желание Владыки.
   Агенты держали его в курсе об изменениях в балансе мировых сил. Хотя скорость обмена информацией была довольно далека от идеала, Дитериос знал о появлении людей «ниоткуда». Очень сильных — хотя не настолько, как можно было ожидать со слов повелителя. Дитериос полагал, что Короли послали своих слуг внедриться в общество.
   Разумный ход.
  И этот ход дал Дитериосу шанс проявить себя. Шанс поймать и допросить слугу Королей, подарив своему повелителю источник ценной информации. Ни один другой адепт не мог позволить себе подобного. Чужаки могли обладать магией связи. Захват такого был чреват обнаружением, и если Короли и правда так сильны… Будут серьезные проблемы. А Дитериос мог себе это позволить — равнины Каз подавляли любую известную магию связи.
   Осталось лишь подстроить так, чтобы слуга Королей сунулся в равнины сам. С этим не возникло проблем. Агенты Дитериоса подстроили все как обычное задание для наемников, и слуга заглотил наживку, не задумываясь. Маленькая проверка показала, что выбор цели был безошибочен. Нежить, которую он послал, была достаточно сильна, чтобы разнести в щепки приграничное поместье и перебить всех живых. И все же, немертвых тварей стерли в порошок, практически без потерь.
   Заманить чужака на территорию равнин было уже делом техники. Правильно организованные преданным помощником следы привели мишень на проклятые земли. Ловушка, замаскированная под святое место, сработала идеально. Пусть Короли и обладают божественной силой, одна лишь сила не защитит их от всего. Особенно от колдовства самого Владыки, созданного именно против таких существ. Глупый слуга до самого конца не понял своей ошибки.
   Дитериос сразу узнал, когда могучее заклинание нанесло незримый удар. В этот момент душа слуги Королей должна была начать отторгать тело, погрузив цель в беспамятство на грани смерти. Теперь можно было брать его голыми руками. Дитериос послал туда несколько умертвий.
   Однако, в скором времени план начал намекать на сбой. Пелена проклятия, подавляющего магию разума, всколыхнулась, с трудом удерживая поток силы. Кто-то очень сильный пытался связаться с миром вне равнин. Слуга Королей явно был в сознании и способен на волшебство.
   Дитериос тут же инициировал поисковый ритуал, и убедился — слуга Королей жив и в трезвом уме.
   Дитериос смотрел на мятежное белое море и терзался в сомнениях. Отпустить слугу и свой шанс отличиться, или все-таки рискнуть и захватить его?
   Умертвия, замершие на полпути, ожидали приказа.
  
  **
  
  — Совет ожидает вас, сэр Ниган.
  
  Храмовый страж бесстрастно открыл перед Ниганом высокую арчатую дверь. Ниган внутренне собрался, как перед прыжком в холодную воду.
   Высшая инстанция государства желала услышать о произошедшем. По тому, как быстро они собрались, было понятно, что дело рассматривалось как критически важное. С появления Нигана в соборе не прошло и нескольких часов.
   Неудивительно, подумал Ниган. Не каждый день теряется отряд Писаний в полном составе.
   Его почти сразу исцелили и разоружили — хорошо, хоть не в обратном порядке. Арсеналы собора были вполне достойны временного хранения реликвий. Сдав их и затребовав срочную аудиенцию у Совета, Ниган удалился в молельню и там тщательно восстанавливал в памяти течение событий.
   Святейшие не любят сбивчивую речь и путаницу в деталях.
   Ждать вызова пришлось недолго, и вот он здесь.
   Залитый светом пруглый зал встретил его прохладой и спокойствием. Ближе к краям зала пол поднимался большой ступенькой. На этом возвышении стояли шесть больших, жестких кресел, на которых сидели пожилые бородатые мужчины в белых одеждах.
   Самые могущественные люди в стране, каждый из которых отринул свое имя, родственные связи и мужское начало, принимая сан. Разум человека, отвечающего за государство, должен быть чист от мирской суеты.
   Ниган не мог после своего провала смотреть в глаза этим людям, пожертвовавшим всем ради общества. Не чувствовал за собой права на это. Он опустился на одно колено, ожидая, когда ему позволят говорить.
   Полминуты они просто изучали его взглядами, и Ниган чувствовал на себе испытующие взгляды. Наконец Скриптор, глава всех отрядов Писаний, подал голос.
  
  — Сэр Ниган, совет уверен, что вы знаете о чем пойдет речь, и что вы готовы к ответу. Так что,
  давайте перейдем сразу к делу. Сэр Ниган, вам и вашему отряду была поручена важная миссия. Были выделены значительные ресурсы для гарантии ее успеха.
  
   Мягкий, глубокий голос Скриптора ненадолго умолк. Ниган был благодарен передышке — каждое слово буквально вдавливало его в пол грузом вины.
  
  — Ваше возвращение далеко от триумфального шествия победителя. Вы перенеслись в собор искалеченным, на грани гибели, и при вас отсутствует ваш отряд. Совет полагает, что вы не преуспели, это так?
  
  — Да, это так.
  
  — И что пошло не по плану?
  
  — В финальной стадии операции, когда я спровоцировал Газефа Стронофа на дуэль, он послал вместо себя другого воина. Это было досадно, хотя план предусматривал такую возможность. Этот воин оказался… несоизмеримо сильнее, чем можно представить.
  
  — Сэр Ниган, совет полагал, что доверенные вам реликвии позволят справится с любым возможным противником. Совет заблуждался?
  
  Ниган глубоко вдохнул. Первый раз в жизни ему предстояло возразить святейшим. Сердце неумолимо наращивало темп. В голову будто вонзились тысячи игл. Проклятая еретичка буквально оторвала ему лицо в последний момент. Никакие усилия целителей не смогли вернуть его в нормальный вид, лишь частично нарастив отсутствующую плоть. Потеть такая кожа не могла, и попытки тела реагировать привычным образом вызывали страдания.
  
  — Безгрешный совет… Вы заблуждались.
  
  Он застыл, ожидая чего угодно. Что молния низвергнется с потолка и испепелит его на месте. Что ворвется другой отряд Писаний и потащит его на костер.
   Ничего не случилось. Мягкий голос Скриптора лишь придавил его еще сильнее.
  
  — Продолжайте, сэр Ниган.
  
  — Это был… Противник, который превзошел мощь реликвий. Я знаю, как это звучит, и готов понести любую кару. Но я клянусь всем своим существом, это чистая правда. Я находился под действием всех предписанных зелий и свитков, и не мог в полной мере уследить за движением врага. Мои самые надежные люди пали быстрее, чем смогли осознать гибель. Мне наносили удары такой силы, что даже Эгида не сдержала их. Это было чистое поражение без единого шанса. Эгида должна была вернуть ущерб стократно от нанесенного мне, но враг лишь приходил в ярость от этого, в то время, как у меня ломались кости. Я считаю, что этот враг обладает реликвиями подобной силы. Он… Сломал прекрасной работы меч во время боя. И тут же, из ниоткуда, вынул другой, невероятной работы. И одним ударом этого меча, сквозь Эгиду, превратил меня в то, чем я был, очутившись в соборе.
  
  — Из ниоткуда? Можно чуть подробнее?
  
  — Конечно. Противни.к сделал пасс рукой по воздуху, в сторону от себя. Таким жестом снимают оружие со стойки. И в следующее мгновение в руке уже был двуручный меч.
  
  — Вот как…
  
  Ниган знал, что говорит правду. Но с каждым своим словом он буквально чувствовал нелепость слов, слетающих с его уст. Было мучительно стыдно. Совет продолжал допрос.
  
  — Сэр Ниган, вы не упомянули свои действия во время схватки. Вы ведь выдающийся мечник. Неужели вы так и не смогли достать врага?
  
  — Это было невозможно. Мне отсекли бы руку, попытайся я атаковать в ответ. Единственный шанс на победу был в том, чтобы противник сам себя искалечил.
  
  — Совет желает знать судьбу кристалла Митраэля.
  
  Сердце Нигана пропустило удар. Этот вопрос был неизбежен. И ответ был не тем, который хотелось давать.
  
  — Кристалл Митраэля… Я использовал его, когда не смог сражаться. Ангел, Митраэль… Пал. Он воззвал к небесам, чтобы испепелить еретика. Я слышал страшный крик, а потом… Это чудовище в человеческом обличьи, убило Митраэля. Одним ударом.
  
   Настала тишина. Наверное, можно было услышать, как растут ногти. Ниган собрался с духом и продолжил.
  
  — После этого ужасного убийства враг все еще был на ногах и способен сражаться. Мне должно было погибнуть там. Но я бежал с поля боя, чтобы спасти реликвии и доложить о произошедшем.
  
  Снова настала тишина. Через какое-то время Скриптор спросил:
  
  — Что насчет вашего отряда?
  
  — Наемники, вероятнее всего, убиты. Даже если нет, они не знают ничего ценного. Что до моих людей — они будут сражаться до смерти. Если их и возьмут в плен, они убьют себя до того, как попадут к палачу.
  
  — Сэр Ниган, совету требуется время, чтобы осмыслить сказанное вами. Вас сопроводят в кельи. Там вы изложите произошедшее максимально подробно, под запись. Решение о вашей дальнейшей судьбе будет принято позже.
  
  — Повинуюсь.
  
  Ниган в поклоне встал на ноги и спиной вперед покинул зал.
   Когда дверь за ним закрылась, по ней пробежал золотистый росчерк чар тишины.
  Скриптор обратился к остальным, застывшим в задумчивых позах.
  
  — Все это прозвучало невероятно. И все же, полагаю сказанное правдой. Я не ощутил лжи, и обстоятельства свидетельствуют в пользу докладчика.
  
  — У королевства появился новый бешеный пес? Странно, что мы ранее не слышали о нем, — хрипло проскрипел Архивариус.
  
   В ведении этого человека была абсолютно вся информация, поступавшая когда-либо в распоряжение Теократии. От шпионских сведений до научных трактатов всего известного мира.
  Цензор, законодатель и верховный судья, продолжил:
  
  — Нам придется пересмотреть многие планы. Экспансия нашего влияния на королевство предусматривала отсутствие Газефа.
  
  Остальные кивнули. Цензор продолжил:
  
  — Мы не можем планировать будущее, не зная настоящего. Архивариус, у тебя есть идеи, с чем мы столкнулись?
  
  Архивариус ответил:
  
  — Догадка есть, не могу быть уверен в ее истинности. — Он погладил бороду. — Почти ровно двести лет назад, границы государств приняли тот вид, в котором они сейчас. Этому в немалой степени способствовало вторжение чужеземных орд… Уверен, вы знаете об этом и о странностях, сопровождавших это явление, и о его итогах. А за двести лет до него было вторжение демонических богов. Еще за двести лет до него явились наши предки, Герои. А за двести лет до них — Короли Жадности. Не могу быть уверен, но что-то подсказывает мне, двухсотлетний интервал и изложенное сэром Ниганом как-то взаимосвязаны. Я узнаю все, что будет возможно. Подводя итог — я полагаю, что грядущее столкновение исторического масштаба обязательно произойдет. В самом скором времени.
  
   Остальные кивнули. Цензор продолжил:
  
  — Скриптор, если вторжение захватчиков станет реальностью, у вас есть чем ответить? —
  
  Консул обернулся к главе вооруженных сил.
  
  — Это будет возможно, но я буду молиться Героям, чтобы такого ближайшее время не произошло. До сих пор не решен вопрос с эльфами. Значительная часть наших сил охраняет границы, если оттянуть их оттуда, мы потеряем минимум три города в течение пары месяцев. Там еще не возведены замки. Зная отношение к нам низших рас, ничего хорошего людей, оставшихся без защиты, не ждет в таком случае. На одни лишь отряды Писаний рассчитывать не лучшая мысль. Чтобы они одни смогли противостоять врагу уровня Героев или Королей Жадности, потребуется распечатать практически все реликварии. В этом случае потеря каждого бойца будет значительно ослаблять нас и усиливать врага. Если бы Ниган пал и оставил реликвии врагу… Вам не надо пояснять масштабы катастрофы. А потери такого уровня будут неизбежны, если мы будем воевать исключительно элитой.
  
  — Ясно, — резюмировал Консул. — Значит, нам понадобятся войска. Придется пойти на уступки для мальчишки-императора, чтобы их получить.
  
  — Если моя догадка верна, — ответил Архивариус. — То у нас нет особого выбора. Придется использовать все доступные средства. Жадность может обойтись куда дороже щедрости.
  
  — Претор, тогда ты займись пропагандой. В преддверии возможной войны с неизвестными силами люди должны быть едины, а дух их тверд. Пусть люди видят в глядущем вину еретиков королевства.
  
  — Задача ясна. Как мы поступим, если Архивариус дал неверный прогноз? Будут задействованы значительные ресурсы…
   — Если Архивариус дает ошибочный прогноз, мы все вздохнем с облегчением. Задействованные усилия же перенаправим в иное русло. Стравим наконец империю и кролевство по-настоящему.
Оценка: 6.60*99  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  CaseyLiss "Случайная ведьма или Университет Заговоров и других Пакостей" (Любовное фэнтези) | | А.Чадова "В день моего увольнения" (Короткий любовный роман) | | И.Шаман "Реалрпг. Демон разума" (ЛитРПГ) | | К.Кострова "Соседи поневоле" (Юмор) | | Б.Толорайя "Найти королеву" (ЛитРПГ) | | Е.Лабрус "Держи меня, Земля!" (Современный любовный роман) | | М.Старр "Ненавижу босса!" (Юмор) | | .Sandra "Порочное влечение" (Романтическая проза) | | А.Емельянов "Мир Карика 3. Доспехи бога" (ЛитРПГ) | | А.Респов "Эскул. Небытие" (ЛитРПГ) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Атрион. Влюблен и опасен" Е.Шепельский "Пропаданец" Е.Сафонова "Риджийский гамбит. Интегрировать свет" В.Карелова "Академия Истины" С.Бакшеев "Композитор" А.Медведева "Как не везет попаданкам!" Н.Сапункова "Невеста без места" И.Котова "Королевская кровь. Медвежье солнце"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"