Игнатенко Ирина Владимировна: другие произведения.

Часть 1. Шагнуть в Неизведанное, или Два капитана

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

🔔 Читайте новости без рекламы здесь
📕 Книги и стихи Surgebook на Android
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Первая часть романа в 25 частях о девочке Бетти, живущей в 23 веке. Гордая, свободолюбивая и одновременно очень ранимая, она в 8 лет становится изобретательницей космических кораблей и нового способа передвижения сквозь вселенную в мире, который не приемлет вундеркиндов, идущих наперекор космической бюрократии и мафии. В первой части читатель встречается с родителями Бетти, знакомится с предисторией семьи, в которой Бетти появится на свет. Следующие части (2-25) написаны и будут опубликованы, если автор получит отклик от вас, уважаемые читатели!

И.В. Игнатенко

Дети капитана Мишуткина

роман

Самара 1999

Часть 1

Шагнуть в Неизведанное, или Два капитана

Глава 1

Сильный дождь стучал в окно, от порывов ветра дребезжали стекла. Вспышки молний озаряли комнату. Городские башенные часы монотонно отбивали половину пятого. Пропикали и его часы...

Но Григорий не слышал этого. Для него жизнь кончилась, остановилась - еще вчера, когда он... когда он... Нет, он не мог вспоминать об этом без ярости и боли. Уткнувшись лицом в мокрую от слез подушку, он ревел, ревел, как девчонка, и сам презирал себя за это.

Надо ему понять, что все кончилось, все. И никогда больше ничего не будет...

Григорий Мишуткин был из тех, кого называют везунчиками в жизни.

В неполные 16 лет он окончил школу в Самаре и получил золотую медаль. Учеба давалась ему легко и не требовала особых усилий. На уроках он мог делать несколько дел одновременно: слушать учителя, беседовать с соседом или соседкой, делать домашнее задание по другому предмету... По поведению у него не было выше двойки и он бы давно вылетел из школы, если бы не отличная учеба.

С детства он увлекался техникой и астрономией, а главным, заветным его желанием было - летать. Поэтому после школы он решил поступить в Парижскую Аэрокосмическую и Навигационную Академию. И поступил! И теперь, в 17 лет был самым младшим на потоке второкурсников. Возможно, отсюда и происхождение его клички - Малыш.

Природа одарила его прекрасной внешностью. Стройный высокий шатен с черными глазами. Казалось бы, детское миловидное лицо свидетельствовало о нерешительности, но, наоборот, Мишуткин был тверд характером, смел, хитер и обходителен.

Вначале, в первом классе, когда он устраивал неслыханные безобразия и каверзы, никто и не мог подумать на спокойного мальчика. И только потом, раскусив его облик, маску, начали поговаривать: В тихом омуте черти водятся.

Любое дело, за которое он брался, Любую пакость он проделывал тонко и искусно. Он был главой и заводилой среди школьных мальчишек - хотя и там он был младше всех. Его звали Петронием, в честь древнего арбитра изяществ.

Чего только не вытворяла его компания, какие кутежи не устраивала! Гулять - так гулять! - говорил Гришка в этих случаях.

Он умел очаровывать, покорять, все девчонки в классе были без ума от него. Но он...

Нет, конечно, когда тебя так любят, нельзя не любить в ответ. Он не прочь был пофлиртовать. У него были случайные связи, которые, однако, не приводили ни к каким последствиям... Все эти целованья, обниманья, дискотеки и то, что было после них, - все это было несерьезно.

И вот, он полюбил. Эмили дОтон... Эмили...

Тогда, месяц назад, тоже шел дождь. У нее не было зонтика. Она стояла на остановке, озябшая, несчастная. Он подошел и раскрыл над ней свой зонт.

-Спасибо, - прошептала она и повернулась к нему. Их лица были совсем рядом, и он разглядел ее. Она была красива какой-то необычайной дикой красотой, которая завораживала взор.

-Меня зовут Григорий. А вас?

-Эмили...

Он очнулся, услышав голос Генки. Он не слышал, как тот пришел.

-Малыш, ты чего? Ты из-за Эмки, что ли?

-Я убил его? Убил?

Он возвращался в общежитие и случайно оказался около ее дома. Что подтолкнуло его зайти к ней? Она в тот вечер не приглашала его к себе...

Птицей он взлетел на второй этаж и оказался у двери ее квартиры. Он знал код ее замка и, решив устроить ей сюрприз - появиться внезапно, - набрал код и бесшумно проскользнул внутрь. В квартире было темно, и это его удивило - она должна быть дома! Было уже почти 11. Ему почудилось, что он слышит шепот и смех. Совсем рядом... Смутно догадываясь, но, не веря самому себе, он прокрался к ее спальне и щелкнул кнопкой выключателя. Яркий свет залил комнату. Эмили завизжала и нырнула под одеяло. Мужчина, бывший с ней в постели, вскочил, прикрываясь простыней, и, схватив первое, что подвернулось под руку - стул, бросился на Григория... Он узнал, кто это... Герберт Монмер из параллельной группы! Ногой Григорий выбил стул из рук Герберта. Теперь тот был безоружен, Григорий схватил его за горло. Герб захрипел.

-Грей, не убивай его, - взвизгнула Эмили. - Я люблю его, Грей!

-Тем хуже, - мрачно бросил ей Григорий. - Через полчаса, - обратился он к Монмеру, - в тупичке Рю-Сен-Шан.

-Это что, вызов? Щенок, я убью тебя!

Григорий зашел в телефонную будку и набрал номер Генки. На экране появилась его жена.

-Здравствуй, Мэг, Генка дома? Позови.

-Что случилось, Гришка? Почему ты звонишь с улицы?

-Мне срочно надо тебя видеть, Ген. Встретимся в тупичке Рю-Сен-Шан.

Генка уже ждал его, когда Григорий добрался до места назначения.

-Что ты задумал, Малыш?

-Это не шутки, Генка, оставь этот тон. Я стреляюсь с Монмером. Ты встанешь на стреме...

-Я убил его? Меня посадят, Ген?

Они сходились. Генка считал до 10... На счет 10 они должны были стрелять. Гришка успел на секунду раньше. И в тот же миг грянул гром. Молния расколола небо, и хлынул ливень... Герберт упал. Раздались свистки полицейских.

-Сматываемся! - завопил Генка.

И они помчались. Хлестал дождь. Бушевала стихия. Ноги скользили по опавшей листве - они мчались напрямки, по газонам. Генка бежал домой, а Гришка, прилетев в общагу, упал на кровать и заплакал.

Его предали... Даже если Эмили вновь полюбит его, он не простит ее. Он слишком горд, слишком чувствителен и раним.

-Зачем я с ним стрелялся? Что я доказывал? Ведь я знаю, что он стреляет плохо! Что из того, что я убил его!

-Да не убил ты Монмера, - крикнул Генка, - разнылся!

-Как не убил? - Гришка в ярости спрыгнул с койки и схватил Генку за грудки.

-Взбесился? - спросил Генка, отдирая его пальцы от своего пиджака. - Я видел, что он встал потом, когда мы драпали... Сейчас он, может быть, отправился к праотцам, откуда я знаю?

-Ненавижу Эмили! Ненавижу женщин! Клянусь тебе, Генка, не буду жениться! Никогда! - Геннадий был поражен, увидев его глаза, - они горели, как - он не мог найти подходящего сравнения, они пылали, грозя подпалить все вокруг!..

-Не клянись, Гришка, не ты первый, не ты последний... На ней свет клином не сошелся. На вот, выпей, - он достал из шкафа припрятанную Гришкину домашнюю наливку.

Григорий залпом осушил два стакана. На голодный желудок алкоголь сразу же ударил в голову, и Гришке стало тепло и хорошо... Он спрыгнул с кровати, крикнул:

-К черту всех и вся! Жизнь еще не кончена, ребята! - прошелся колесом по комнате и загорланил песню...

-Браво! Вот это мне нравится, - воскликнул Генка.

-Ты хороший друг, Генка! - И Гришка хлопнул его по плечу...

-Не надо...

Нет, раньше Генка не был таким меланхоликом. Гришка знал и понимал, что сделало его таким. Задумчивым он был всегда, но он был, как Гришка, пока...

Все равно его прежняя бурная веселость прорывалась в нем, иначе, что бы заставило его впутаться в такую дикую выходку Григория - дуэль! В 23 веке!

Генка не жил в общежитии, но все равно имел здесь комнату - на всякий случай, чтобы можно было переночевать, если задержишься, а не тащиться на другой конец города, домой.

На первом курсе он оставался редко, и Григорий был полноправным владельцем трехкомнатной, уютной, со всеми удобствами, квартиры. Но на втором курсе...

Горе гнало его прочь из дома... Он уходил по утрам рано и приходил к Григорию в общагу. Отсюда, уже вместе, они шли в Академию.

Гришка вдруг вспомнил, как они познакомились с Зайцевым. Кто мог тогда подумать, что они с Генкой станут друзьями, не разлей вода?

Это было на вступительном экзамене по физике. Генка ждал очереди, когда Гришка вошел. Это был 2271 год, июнь, Гришке тогда не было еще и 16-ти. А Генке было, вероятно, лет 20, а юному Григорию он показался еще старше.

-Ты чего тут забыл, Старик? - спросил Григорий. Потом эта кличка так и привязалась.

-То же самое, что и ты, - резко ответил Генка.

-Поздновато!

-Не твое дело.

Тут подошла его очередь заходить, и он ушел, а Григорий остался, озадаченный. Этот человек заинтересовал его, и он решил разгадать его...

Он поменялся с кем-то и зашел в аудиторию вслед за Генкой, а экзамен они сдавали одновременно. А когда вышли, Григорий сказал:

-Привет!

А вечером он пил чай у Генки в гостях. За столом с ними сидели тесть с тещей и красавица жена Генки - Магдалина. А вокруг бегали дети - Шарлотта и Шарль-Анри...

От общежития до Академии совсем недалеко, но в этот день из-за дождя Гришке пришлось надеть штормовку. Вчерашний ливень превратился в мерзкий моросящий дождь. Небо было затянуто тучами, и все вокруг казалось серым и безжизненным. Так было и на душе у Григория.

Не успели они подняться на второй этаж, как их окликнула директор, как будто она специально поджидала их, и позвала друзей к себе в кабинет.

Директор, госпожа де Шер-Мондье была молода и красива. Но, несмотря на то, что она была всего лет на 10 старше студентов, те боялись ее, как огня. Она была чересчур сурова как в отношении дисциплины, так и учебы.

-Мы пропали, - прошептал Гришка, - нажаловался, значит. Теперь finita...

-Молчи, князь, - проговорил вполголоса Зайцев.

-Тихо ты. Об этом знаешь ты один. Какой я, к черту, князь, если я нищ, как бродяга. Не ори и не позорь меня.

-Я один? - усмехнулся Зайцев.

-Да, - вздрогнул Мишуткин, - ну и Эмили, - едва слышно добавил он.

Они вошли в кабинет.

В 23 веке знать 5 - 6 языков - это не талант, не гениальные способности, это средний уровень, иначе говоря - необходимость - без этого не "выжить".

-Итак, господа, присаживайтесь, - язвительным тоном проговорила директор, - разговор у нас будет долгий.

Тихий голосок директора не предвещал ничего хорошего.

-Ну-с, господин князь, - Григорий вздрогнул, - объясните мне, что вчера произошло с Монмером? Несчастный случай, не так ли?

-Да, да, - прошептал Мишуткин.

-Ладно, шутки в сторону, я хочу знать, зачем вы стреляли в Герберта Монмера?

Григорий тупо смотрел на нее. Он ее племянник, - пронеслось в мозгу.

-Cherchez la femme, madame, - сказал Генка.

-Мадам, это мое личное дело, - встрепенулся Григорий.

-Не хотите говорить, пожалуйста, мы и без вас все знаем. Искать не надо, Зайцев, она сама нашлась! Ну а вы, Зайцев, Вы, семейный человек, отец, как вы-то не могли удержать своего друга от такого опрометчивого шага? Зачем сами влезли в эту авантюру?

-Эмили! Сволочь! Она все рассказала, с...

-Не Эмили, Мишуткин, а мадемуазель дОтон. Держите себя в рамках приличия хотя бы у меня в кабинете.

-Он что, убит, да?

-Нет, князь, Вы переоцениваете свое искусство. Герберт легко ранен. Я вам хочу сказать - не лезьте в личные дела моего племянника, не то...

-Это не я, - заорал на нее Григорий, - это вы и ваш племянник лезете в мои личные дела. Вам-то какая выгода? Что вам до того, что какая-то девка...

-Это невеста Герберта. Уже полгода, как...

-Полгода? Значит, - страшная догадка мелькнула у Григория, - она использовала меня, чтобы разжечь в нем ревность и страсть? И он ее любит? Я бы такую невесту гнал взашей! Бедняга Герб!

-Мишуткин, перестаньте паясничать! Вспомните, где вы находитесь!

-Где я нахожусь? Ах да, у поверенной Герба. Приятно познакомиться.

-Прекратить! Немедленно! - директор стукнула кулаком по столу. Задребезжали окна.

-Малыш, остановись, - шептал Генка, но Григорий не мог.

-И он вас во все-все посвящает? Похвально! Какая семья! вы замещаете ему мамочку с папочкой, которые бросили ребеночка? Или, может, еще кого ему замещаете?

-Что вы себе позволяете?

-То же самое, что и вы себе - лезу в ваши личные дела! Может быть, мои личные дела - и ваши тоже? Нет? А так чего ж вы лезете?

Разъяренный, Григорий поддел стол ногой, тот перевернулся и треснул пополам, бумаги, папки полетели на директора.

Она подскочила к Григорию, стала вырывать из его рук вещи, которые он швырял об пол.

-Во-о-о-н! Вы будете лишены стипендии, всех льгот!

-Надо мне тоже завести тетю в Академии, чтобы защищала меня! Я буду под таким же теплым крылышком, как и Герб...

-Вы будете мне писать объяснительную по поводу Вашего поведения! И... И сегодня же извинитесь перед Гербертом! Сегодня! После лекций! Оба!

Григорий хотел проорать ей что-то в ответ, но более благоразумный Генка не дал ему это сделать. Зажав ему рот, он буквально выволок его в коридор.

-Что ты натворил! Ты соображаешь? Ты обалдел, что ли?

-Если бы ты, Гена, знал, как я ее любил...

День был лекционный, легкий. Вся система занятий была иная. У каждого студента на столе стоял компьютер и все прилагаемые к нему приспособления. Преподаватели больше не проверяли работы - это было поручено компьютеру - достаточно было вставить работу в специальную ячейку, и компьютер мгновенно выдавал результаты, показывал оценки студентам и преподавателю. Профессия учителя была настолько компьютеризованна, что тому почти ничего не оставалось делать - новый материал тоже был записан на диски. Студенты одевали наушники и слушали, а формулы появлялись на экране.

Лекции в Академии читали известные ученые, конструкторы и исследователи. На лекциях не давали материал к экзамену, нет, цель их была другая. Профессора выдвигали свои новые теории, которые еще только предполагалось развивать, либо подавали оригинальные идеи, проекты. Целью было развить воображение студентов, стимулировать их интерес к науке. Ведь известно, что многие великие открытия, потрясшие не только Землю, но и Систему, были сделаны студентами. И в этом нет ничего удивительного...

Когда они вошли в аудиторию, народу было еще мало, но следующие входившие как-то странно смотрели на Григория, и, наконец, самый смелый спросил:

-Гришка, что ты сделал нашей Скале? Она плачет...

-Плачет? - это поразило Гришку... Скала - директриса не умела плакать. Должно было произойти что-то из ряда вон выходящее, чтобы вывести ее из обычного равновесия. Зачем он ее так? Ведь, если подумать, она действительно тут ни при чем... Он сам виноват - он один! А злобу свою сорвал на женщине. Как это мерзко! Громил ее кабинет! Он пойдет и извинится... Перед ней ему есть в чем винить себя, но не перед Монмером!

-Зря я ее так, да, Ген?

Генка не отвечал - он не слышал слов друга... Он не слышал лектора, доктора наук, профессора де Крульи, читавшего лекцию о предполагаемом полете в другую галактику - галактику Андромеды, о проектах постройки корабля рациональных размеров... А ведь они с Григорием так любили лекции!

Сегодня он не мог. Он не терпел, когда ему напоминали, что он женатый человек, отец. Шер-Мондье будто чувствовала, как уколоть его больнее...

Геннадий считал себя неудачником в жизни. Он понял это недавно, и с тех пор это чувство не отпускало его.

Ему не было и 17-ти, когда он закончил школу. Мать прочила его в юристы, отец хотел, чтобы он стал филологом. А Генка хотел быть моряком. Когда родители узнали об этом его желании, они были шокированы и запретили ему даже думать об этом. И тогда он убежал из дома. Он написал им записку, чтобы они не искали его и считали, что он умер для них. Их единственный сын! Умер! Как он мог такое написать? Он понял это слишком поздно...

Что они чувствовали тогда? Как это пережили? Он не знал. Мать простила его потом... Но...

Он плавал под другой фамилией по морям, океанам. Из Одессы его унес тяжелый танкер. Один из команды заболел, и они были рады взять замену на время. Генка был готов выполнять любую работу, лишь бы на море... Случайным странником он попадал на разные корабли, разные рейсы... Странник... Слово будто преследовало его... Он был странником в этой жизни... бездомным бродягой...

Это случилось в начале 2269 года, в апреле. Корабль пришел в Сет и встал на разгрузку, а моряки от нечего делать шатались по городу.

Он увидел ее в магазине, она стояла совсем рядом и примеряла шляпки. Она никак не могла выбрать.

-Мне кажется, вам подойдет вон та, - он указал рукой.

-Та?.. - она обернулась, - а кто вы собственно такой, чтобы мне указывать?

Как она красива, - подумал он. Локоны черных, как у Генки, волос и такие же черные южные глаза... Детское доверчивое лицо. Наверняка ей было всего 17 лет.

Она повторила свой вопрос.

-Нет, нет, я просто... Я просто решил, что вам в ней будет хорошо.

-Да? Ну что ж, я примерю.

Она надела шляпку, понравилась самой себе и купила ее.

-Как вы догадались? - спросила она. - Вы художник?

-А что, похож? Нет, я моряк.

-Моряк? Это, наверно, романтично?

-Я люблю свою работу.

-А я учусь на архитектурном. Меня зовут Магдалина де Шанли, но все меня называют Мадлен.

-А я Геннадий Зайцев.

Она была графиней, и близ Сета у них был роскошный замок и поместье. Парк с четкими аллеями и дорожками, сад, благоухающий цветами, игровые площадки, теннисный корт...

А потом, когда он опять приплывал в Сет, она встречала его на причале. И он дарил ей цветы... лесные фиалки...

В августе они поженились. А в сентябре родилась сестра Магды - Шарлотта, младше ее почти на 18 лет... Впрочем, графиня, мать Магдалины, так молодо выглядела, что их можно было принять за сестричек. В июне, меньше, чем через год после рождения тети, родился ее племянник - Шарль-Анри.

Генка продолжал свои плавания, и однажды одно из них привело его в Одессу, и он понял, что это судьба. Он вернулся домой и бросился ей в ноги. Да, она простила его... Могла ли она отвергнуть своего единственного сына?

Магдалина уговорила мужа получить высшее образование, и он готовился весь год и поступил в Академию. Тогда они переехали в Париж, здесь у них тоже был особняк.

Генка боготворил сына, да и можно ли было не обожать этого очаровательного ребенка. Его любили все... Его огромные черные глаза подкупали всех. Григорий гостил у Генки в замке, он помнил, как здорово играли Шарль и Шарли...

А в августе 2272 года пришло письмо от племянницы графини, археолога, с Плутона. Она звала их к себе в гости, посмотреть новый недавно раскопанный город. К письму были приложены два билета на лайнер, уходящий в космос 29 августа. Дети до пяти лет могли лететь бесплатно. Но Шарлотта заболела ангиной, и ее побоялись брать - она вообще была очень болезненной. Тогда они решили взять внука.

-Пусть посмотрит мир!

-Пусть, - ответил он, а потом корил себя: Зачем, зачем я отпустил его в ту поездку?

30 августа связь с кораблем прервалась. Посланная спасательная экспедиция корабль не нашла. Предположили, что корабль столкнулся с астероидом и разбился.

Второй ребенок Геннадия не родился и теперь уже не родится никогда - врачи с трудом вернули Магдалину к жизни и сказали, что она не сможет иметь детей... Осталась малышка Шарлотта, но Генка не думал о ней... Космос отобрал у него сына. В наказание за побег...

Геннадий перестал смотреть на небо - он его возненавидел. Но он неизбежно сталкивался с ним - ведь он учился в Академии и не мог не изучать астрономию и другие миры...

Гришка боялся произнести что-нибудь такое, что напомнит Генке о смерти сына. Григорий забыл слова космический корабль, полет... Когда Генка был у него в гостях, и Григорий включал телевизор, он всегда предварительно просматривал программу, чтобы случайно не натолкнуться на что-нибудь запретное...

Генка не любил быть дома. Имя Шарли было настолько похоже, что он боялся, что голос дрогнет и остановится на л. Он не мог видеть эту играющую девочку, потому что знал, что не так давно она играла с его сыном.

На выходные дни они больше не ездили в замок - его заперли, забросили. Геннадий не мог вынести вид замка. Ему казалось, он слышит топот детских ножек по коридорам. И когда за окном шумел ветер, ему казалось, он слышит:

-Папа! - голос Шарля-Анри.

Здесь, в замке, все было настолько постоянным, что казалось, ребенок вышел и сейчас вернется... Детская кроватка, гамак, игрушки, рисунки-каракули. Так недавно он брал эти вещи в свои руки... А дорожки парка? Он бегал здесь с сачком, гоняясь за бабочками.

У Генки был диск, на котором был записан голос Шарля. Он пел детскую песенку.

Первые недели Геннадий не мог слушать ничего - только эту песенку. Григорий боялся, что Генка сойдет с ума. Друг сильно похудел, а его загорелое смуглое лицо стало землисто-серым.

Он пережил... Сейчас был уже октябрь. А Шарлю было два года и почти три месяца...

Генка смотрел в никуда. Слезы катились из его глаз и падали на стол. Григорий тоже думал о своем. Лекция летела мимо него. Другие галактики, полеты... Какое ему дело? Сам он и не предполагал полететь туда...

Гришка сочинял объяснительную, а это, оказывается, было нелегким делом. Объяснительная, - выводил он красивым почерком. А что писать? Что объяснять? В чем винить себя? Все выходило по-детски глупо...

После лекций Гришка, так ничего и не придумав, пошел к Шер-Мондье. Директриса сидела у окна. В кабинете был все тот же разгром. Глаза ее были припухшие - видно было, что она плакала.

-Что вам угодно? - резко бросила она.

-Я прошу у вас прощения, я действительно был не прав...

Она оборвала его.

-Вы принесли объяснительную?

-Я...

-Нет? Так выметайтесь отсюда! И без объяснительной не являйтесь!

Ну и дура, - подумал Григорий и вышел.

-Теперь еще к Герберту! Генка, идем со мной, а то я опять чего-нибудь натворю!

По дороге он купил Монмеру огромный торт.

Началось все гладко. Герб был не настолько болен, чтобы лежать, он принял их в гостиной. Григорий вручил ему торт, извинился. Герберт предложил им остаться - пить чай, и Григорий понял, что это просто вежливая формальность, но какой-то дьяволенок в голове заставил его остаться.

Случайно разговор зашел об Эмили, и Григорий, забыв, что ему нужно сдерживаться, ляпнул:

-Не бойся, Герберт, у нас с твоей невестой ничего не было, короче, всех ее детей можешь запросто считать своими.

-Григорий! - сказал Генка.

-Ты не обижайся, Герб, мы с ней просто не успели сделать тебе этакий подарочек! А ведь хотели...

-Мы пойдем, - сказал Генка и увел Гришку от опасного разговора, который обязательно закончился бы дракой.

На улице Гришка, смеясь, спросил:

-Видел его лицо? Интересно, женится он на ней после этого, а? Слушай, Ген, ты не научишь меня писать объяснительные? А то у меня ничего не выходит.

-У моей жены есть знакомая, она юрист, уж она-то должна уметь. Я ее попрошу написать, хочешь?

-Конечно, хочу!

Глава 2

Прошло несколько лет, и вот, в мае 2275 года, они отлично закончили Академию. Теперь им предстояло расстаться - Геннадий оставался в Париже, а Григорий возвращался в Самару. Григорию было немного грустно покидать Париж - он успел полюбить его за 4 года учебы. Григорий еще не знал, кем он устроился работать, а Генка уже разработал проект своего корабля. Он будет перевозить грузы через океан.

-Звони мне, Гришка.

-Обязательно...

Весело помахивая легким чемоданчиком, он сошел по трапу и пошел с остальными пассажирами к зданию аэропорта, где ждала толпа встречающих. Он звонил своим - его должны были встречать.

Вдруг из толпы выскочил девятилетний мальчишка и побежал ему навстречу.

-Витька! - крикнул Гришка, и мальчонка повис у него на шее. - Как дела, братан?

-Отлично! У нас уже каникулы. Идем, я с мамой.

Держа Витьку за руку, Григорий пошел вперед - он уже давно не видел брата, кроме как на экране телефона. А вот и мама. Гришка нежно обнял ее и чмокнул в щечку. Какой она кажется молодой, его мама! И не догадаешься, что ей под сорок...

Она прилетели его встречать на своем флаере.

-Господи, как же ты вырос, Гришака! Только подумать, почти 20 лет!

-Гриш, а кем ты будешь работать?

-Не знаю, посмотрим. Как папа?

-Хорошо. Почему ты спрашиваешь?

-Почему он не приехал?

-Тестирует всходы.

-Неужели все уже взошло? Давайте пролетим над полями, я погляжу... Как давно...

Флаер уже перелетел через Волгу и парил над деревней Солнечное. Деревня - это не несколько домиков - это целый фермерский городок, раскинувшийся на несколько десятков километров. Каждый дом - как хуторок - к усадьбе примыкают поля, луга, сады. Синей лентой вьется Волга. Тут и там блистают озера. Вокруг леса, леса...

Да, Григорий был княжеского рода, но рода настолько обедневшего, что они просто не имели средств нанять рабочих. Варвара Федоровна и Александр Григорьевич работали на ферме сами. Так тихо они жили в деревне, что никто и не знал, что они князь и княгиня. Все считали их простыми фермерами.

Вот и их милый двухэтажный домик!

-Наконец-то я снова дома! - воскликнул Григорий.

Вскоре, одетый в шорты и пеструю рубаху, он лежал в гамаке, а на дереве сидел Витька, и братья тешили друг друга рассказами о жизни. Мама готовила роскошный обед на веранде. Когда все будет готово, она позвонит по рации папе, и он прилетит с полей. Они пригласят знакомых, и будет веселье...

Работу он нашел скоро, через рекламные объявления. Летчик-испытатель в аэропорту Самара. Хорошая, полезная работа, и хорошо платят. Как тут не согласиться!

Он начал работу со второй недели июня...

Каково же было его удивление, когда в первом своем испытываемом самолете он узнал одну из своих курсовых работ! Самолет был назван АКиНА МаГ-1. Он сразу понял, что это значило: АКиНА - это Академия, МаГ - М(ишуткин) Г(ригорий). Мог ли он предполагать, что его проект даст начало новому самолету? Не дослушав Рокурова - своего начальника, он побежал на летное поле и вошел в кабину пилота... Надо же, все это создал он сам! Надо сказать Генке. Не поверит ведь! Ничего, скоро сам будет летать на моих самолетах пассажиром...

После небольшого разбега самолет мягко оторвался от земли, взмыл в небо и пошел кругами над аэропортом Испытательный.

Рокуров стоял на балконе аэропорта вместе со своим секретарем-заместителем и смотрел в небо на самолет, на то, как мастерски вел самолет Григорий...

-Вот тебе и мальчик! - сказал он секретарю, который считал Мишуткина совсем малышом-мальчишкой.

-Прирожденный пилот! Да, воздух его стихия.

Где-то далеко играла музыка, слышался шум взлетающих с соседнего космодрома кораблей, а Рокуров все смотрел и смотрел. Ему было за 60, и сейчас, глядя на Мишуткина, он вспоминал свою молодость, свои полеты...

Самолет сел. Мишуткин выпрыгнул из кабины и, довольный, подбежал к Рокурову. Тот, хотя в душе и хвалил Григория, на словах пожурил его:

-Гриша, Гриша, рискованный вы человек. Не читая инструкций - в небо! Эх-эх-эх! А если бы вам не повезло? Нельзя быть таким самоуверенным!

Гришка лукаво сощурил глаза и сказал:

-Степан Васильевич, какой мне смысл читать что-то, если я все об этом самолете знаю наизусть? Это мой самолет!

-Как то есть ваш?

-Я его сконструировал, аннотацию написал, это моя курсовая была, в Академии.

-Гриша, да вы гений!

-Да нет, что вы, мне это не стоило особого труда.

-И сколько вам было лет?

-17. На втором курсе. А что?

-Да вы гениальный конструктор! Вы далеко пойдете!

-Нет, Степан Васильевич, я хочу летать. Это мечта моего детства - летать. Не на флаере и не пассажиром, а управлять громадой, заставлять машину подчиняться себе, повиноваться малейшему движению штурвала...

-Летайте, Гриша, летайте, но будьте осторожны! - так Григорий начал свою карьеру летчика-испытателя...

Глава 3

После первого полета Рокуров пригласил Григория к себе в кабинет на чай.

-Нельзя быть таким безрассудным, ну совсем, как Бейнов!

-А кто это?

-Аркаша? Тоже летчик-испытатель.

-Вот здорово! Познакомьте меня с ним. А я думал, я здесь один летчик-испытатель.

-Вряд ли вы бы подружились. Вы добрый.

-Да вы же меня совсем не знаете!

-Это видно, Гриша по глазам. А Бейнов сущий сорванец, грубый, самоуверенный. А какой он был тщеславный!

-Почему был?

-Он погиб две недели назад. Что-то случилось в полете, он не справился с управлением. Самолет упал и разбился... И он - насмерть... 24 года... Страшно. Такой молодой...

Казалось, Григорий не слушал Рокурова - он думал, вспоминал. Почему-то на ум приходили мысли об Эмили, об их последней встрече. Нет, он давно уже не любил Эмили, но характеристика Бейнова совершенно совпадала с тем, что она прокричала ему вслед. Рокуров назвал его добрым. Как же! Мишуткин был тихий, но недаром в классе говорили: Если Мишуткин притих - знай, готовится большая каверза. К учителям он не был добрым никогда...

Из глаз Григория выкатилась слеза.

-Гриша, что с вами? Ну вот, огорчил я вас...

-Нет, нет, Степан Васильевич, это я о своем... Вспомнил...

-Ну ладно. Знаешь, - он вдруг перешел на ты, - идем, я познакомлю тебя с моим внучатым племянником.

-А кто он вообще?

-Чебурашкин Митя, твоего примерно возраста. Тебе сколько лет?

-20 будет 8 июля.

-Ну, значит, помладше тебя немного. Он у нас техник, окончил университет. Мастер на все руки. А руки у него золотые! Ладно, идем, сам увидишь.

Они вышли из здания и пошли по дороге к ангарам.

-У него там мастерская.

Они подошли к одноэтажному строению.

-Митя! Знакомься! Друга тебе привел! - крикнул Рокуров.

Минуту спустя из мастерской вылез паренек лет 20-ти. Волосы его были цвета соломы, а пронзительные глаза цвета неба смотрели недоверчиво и встревожено. Он недовольно сказал:

-Деда, я же просил отстать от меня. Я занят!

-Ишь, занятый какой! Чем занятый только, не пойму. В ангарах был? LeFEN смотрел?

-Да.

-И что? Ну ладно, потом скажешь. Митя, знакомься, это Гриша, наш новый летчик-испытатель.

Григорий улыбнулся, и Митя не мог не улыбнуться в ответ.

-Привет, - сказал Митька, - ты теперь вместо Бейнова?

-Ага.

-Будем друзьями.

Так было положено начало великой дружбе, которую продолжали и их дети. Оказалось, они жили в соседних домах в Самаре, и еще: Митька тоже жил в Солнечном... Странно, что они не знали друг друга, когда были детьми.

Вскоре они стали неразлучны. Григорий сумел растормошить непонятно из-за чего грустного Чебурашкина, и тот вновь научился смеяться.

Но этот новый друг не вытеснил из сердца Гришки Генку. Гришка часто звонил Зайцеву, иногда ездил к нему на выходные. Генка более походил на его наставника.

А Митька стал доверенным лицом...

Глава 4

Григорий летал и был счастлив... Но, видимо, этого счастья ему было мало. Мать давно уже говорила: Женись! Невесту мы тебе найдем! Он только махал рукой в ответ. Он понимал, что мать думает об Альке. Она хотела бы внучку, такую, какой была его сестра.

Подкалывал и Генка:

-Все один да один. Неужели клятву держишь? Я тебя от нее давно освободил.

Загадочно улыбалась Мадлен. Генка смирился с Шарлоттой, и сестренка Магдалины росла избалованной королевой. Магдалину он возил по всем врачам - ему однажды сказали, что ее можно вылечить, и он не терял надежды.

Свой корабль Генка назвал Странником.

-Знаешь, - говорил он Григорию, - у меня такое чувство, будто этот корабль связан со мной. Ведь это я - странник. Если корабль погибнет, и я умру.

-Ладно чушь пороть, Генка, - рассердился Григорий.

Но время покажет, что рассердился он зря...

Дискуссия о полете в галактику Андромеды продолжалась. Уже представляли проекты космолайнеров, но все они были отвергнуты.

В мае 2276 года проходила очередная конференция, и Григорий, сам не зная почему, получил приглашение лететь в Торонто. Он выпросил у Рокурова разрешение лететь на самолетике.

-Испытаю на дальность. Ведь этот де Вирже придумал его как спортивный.

Самолет был двухместный и легкий в управлении.

Доклады на конференции были весьма интересны, и Григорий вдруг решил заняться космолайнером. Он хотел удивить всех. Полный радужных надежд, беседуя с коллегами, он вышел из конференц-зала и добрался до аэропорта. Он не стал проверять свой самолет - аккумуляторы новые, они не могли сесть.

Григорий поднял самолет в небо. Он не смотрел на приборы, не думал о полете. В мечтах он мчался к другой Галактике через пространство Вселенной. Он бывал в космосе - родители летом всегда возили детей в путешествия по системам. Я полечу, полечу...

Он очнулся от какого-то странного ощущения и, глянув на приборы, понял, что самолет падает. Счетчик аккумулятора был на нуле. Григорий ничего не понимал. Земля приближалась с огромной скоростью. Надо было прыгать - правила разрешали - жизнь важнее... Но где парашют? Он, как всегда, был слишком самонадеян. Искать долго, каждая секунда на счету. Он включил систему мягкой посадки, чтобы как-нибудь уберечь самолет. Когда до земли оставалось метров 15, он открыл люк и прыгнул вниз, зажмурив глаза. Авось повезет! Упал... И потерял сознание...

Григорий очнулся. Он не знал, сколько прошло времени, но понял, что много. Он лежал на диване в небольшой комнате с лепниной на потолке. Рядом стояло кресло и маленький журнальный столик.

В комнату вошел мужчина лет сорока. Он был одет в светлые бриджи и ярко-красную майку. Волосы его были золотистые, а синие глаза пристально смотрели на Григория.

Гришка глянул на себя и увидел, что весь забинтован. Он подумал и спросил:

-Где я?

-В Канаде, дружок. А вы думали, где? На ферме.

-На какой? Как я сюда попал? Кто вы? Что я теперь должен делать?

-Слишком много вопросов, дружище. Ферма в Канаде, близ Торонто, вон там, за холмом, деревня Норт-Уайт, за лесом - Онтарио. Меня зовут Ральф Эриксон, а вас?

-Гриша, Григорий Мишуткин... А как там мой самолет?

-Не знаю, я в этом не специалист. Мелли говорит, совсем развалился. Удивительно еще, как вы спаслись.

-Мелли?

-Дочка моя, она-то вас сюда и притащила. Одна... Ничего, они с Алиской вас выходят, медики они.

Григорий попытался подняться, но Ральф ласково уложил его.

-Придется вам полежать. Мы врача вызвали из города. Вот как он скажет, так и будет.

-Спасибо вам огромное. Вы столько для меня делаете, хотя даже не знаете меня.

-Ну и что ж? Мы же все-таки люди. Ладно, вы тут лежите, а я пойду, у меня дел по горло. Тут еще эта дурацкая эпидемия! Черт его знает, болен он или нет? Дьявол...

Вновь занятый своими обычными проблемами, Ральф вышел из комнаты. Вскоре затихли его шаги. Наступила тишина, и Григорий вновь впал в забытье.

-Мелли!

Девушка зевнула и перевернулась на другой бок.

-Мелли! - раздраженно продолжала другая. - Мне пора уходить! Просыпайся же! У тебя же завтра экзамен! - она ткнула ей в лицо раскрытый задачник. - Мелли! - она еще раз тряхнула ее за плечи и, видя, что попытки ее безуспешны, сказала:

-Я тебя будила, вот... Потом будешь ворчать...

Мелли проснулась от странного гула. Сначала она не могла связать звук с реальностью и сидела, часто-часто моргая, щурясь на яркое солнце.

Джульетты не было. Мелли поискала ее глазами, а потом вспомнила, что та должна была ехать в город в гости. Должна была прийти Алисия, дочь управляющего, Джона Максвелла, но она почему-то не пришла. Мелли бросила взгляд на стадо - овцы были на месте - их сторожили собаки.

Мелли всегда готовилась к экзаменам на природе, говорила, что идет пасти овец, и брала с собой справочники. На лугу было тихо и мирно, никто не мешал.

Она злилась на себя за то, что заснула и потеряла время. Только она взяла в руки задачник, как за лесом что-то грохануло, и Мелли поняла, что прежний гул она слышала не во сне.

Будучи любопытной, Мелли резво вскочила, отряхнула шорты, бросила книгу на свое одеяло-лежанку и помчалась к лесу.

День был ясный, солнечный, и, обычно сумрачный, лес был залит светом. Солнечные блики играли на молодой зеленой листве. Все было так мирно, что будто предвещало беду. Сердце девушки сжалось...

Лес неожиданно оборвался. Деревья были будто скошены гигантской косой. Над завалом кружились стаи птиц, а вдалеке лежал разбитый маленький белый самолет. Даже отсюда Мелли заметила, как сильно пострадала машина: хвост был сорван, правое крыло смялось в гармошку, левое угрожающе накренилось.

Там люди, они погибли, - поняла Мелли и едва не закричала от ужаса. Она боялась увидеть кровь, но какая-то необъяснимая сила толкала ее к самолету. Люк был открыт, и Мелли вошла внутрь. Салон почти не пострадал, но людей там не было. Мелли вздрогнула, она прошла в кабину, которая была разбита буквально на части, но и там - никого. Девушку охватил страх - самолет летел без пилота, как? зачем? Она поняла, что надо удирать из этого заколдованного места, но тут, бросив взгляд в иллюминатор, заметила человека, лежащего метрах в ста от самолета.

Человек лежал, уткнувшись лицом в траву. Девушка осторожно перевернула его на спину. Он был весь в крови.

Мертвый! - подумала Мелли. А лицо такое молодое, такое красивое... Нет! Живой! Сердце бьется! И Мелли заплакала от радости.

Но, надо было торопиться. Он может умереть в любую минуту. Она не успеет сбегать на ферму за флаером. Она приподняла человека и вскинула его себе на спину. Она быстро вышла из леса на луг. Она слышала стук сердца незнакомца, и идти ей становилось легче. Подходя к дому, она заметила тетку и крикнула:

-Тетя Маджи!

-Что случилось? Мелли, кто это? Подожди, дай я тебе помогу.

Она ловко подхватила раненого и внесла его в дом, в одну из комнат для гостей.

-Куда ты пропала, Мелли? Алисия прибежала, говорит, книжки там, а тебя нет. И этот человек...

-Его самолет разбился. А он еще жив. Вызовите врача.

-Я уже позвонила. В мою больницу, ну, где я практику прохожу. Самый лучший врач приедет.

-Алиска, ты молодчина! - она обняла Алисию и чмокнула в щечку. И убежала.

-Чего это она, мам?

-Не знаю. Кто вас теперь знает?

Мелли сама перевязала "своего" раненого еще до прибытия врача. Потом приехал врач и занялся незнакомцем всерьез. Впрочем, он уже не был незнакомцем. Отец сказал Мелли его имя - Григорий.

-Григорий, Григорий, - шептала она.

-Он будет жить? - спросила она у врача, когда тот уходил.

-Будет, что ему сделается?

-Он будет жить, Алиска! Ты слышала? Он будет жить!

-Мель, ты что, влюбилась?

-Я? - Мелли сама не понимала себя...

Мелли не могла сосредоточиться на тексте задачи. Мысли ее бежали в комнатку на первом этаже, и, наконец, она сама срывалась с места и мчалась вниз.

-Ты чего носишься?

-Папа, может быть, он пришел в себя. Может быть, ему нужно что-нибудь...

-У тебя экзамен...

-Папа!

-Ну, как знаешь...

Когда Григорий снова пришел в себя, за окном вечерело. Свет в комнате зажжен не был, и все вокруг казалось нереальным, загадочным.

Открылась дверь, и из коридора проник лучик света. И вошла Она, сама Красота.

-Вы пришли в сознание! - воскликнула она. - Как вы себя чувствуете?

-Хорошо. Спасибо.

-Можно, я зажгу настольную лампу?

-Конечно.

Он не мог отвести от нее глаз, а она, казалось, не обращала на это внимание. Рукой она откинула свои золотистые волосы со лба. Зеленые глаза ее сверкали изумрудами.

-Вы Мелли?

-Да, но Мелли - это кратко, а полное мое имя Мелани-Женни.

-Ральф ваш отец?

-Да, я вижу, вы уже познакомились.

-А ваша мама?

-Мама умерла, когда я родилась...

-Простите меня.

-Нет, вы не сказали ничего такого... Я ее совсем не помню. Тетя Маргарита, Алисина мама, была мамой и мне... А папа воспитал меня, и я не знаю, чем бы я стала, если бы не он... У меня завтра экзамен по биологии, - вдруг сказала она.

-А где вы учитесь?

-В Университете Торонто, на биологическом факультете, а Алисия - на медицинском. А еще я в прошлом году заочно поступила на историко-археологический.

-На каком вы курсе?

-Второй заканчиваю.

-А я закончил Академию в Париже, а теперь я летчик-испытатель.

-Вы испытывали этот самолет?

-Нет, я был на конференции по межгалактическому полету. Это моя мечта.

-Я бы все на свете отдала, чтобы полететь туда.

-Да? - удивился он.

-Да!!! - она глянула ему прямо в глаза...

-Мелани, можно вас попросить...

-Что?

-Понимаете, этот самолет... Позвоните моему начальнику, Рокурову, и скажите, что со мной... Вы позвоните?

-Ну конечно же! Говорите номер.

Она вышла и вскоре вернулась.

-Забавный старичок, он вначале ругался, кричал, просил напомнить вам о каком-то Бейнове, а потом смягчился, говорит, пусть выздоравливает...

Всю ночь она готовилась к экзамену, сидя в соседней комнатке, и ежечасно бегала к нему. Он спал, и она долго, долго смотрела на него, нежно проводила рукой по его забинтованному лбу...

Она вернулась часа в 4 пополудни и сразу побежала к нему.

-Привет, - сказала она.

-Вы сдали экзамен?

-Да! Пятерка!

-Поздравляю... Вы разрешите мне встать?

-Почему я? Врач сказал - надо лежать, и я тут ни при чем.

-А у вас большая ферма, Мелани?

-Да.

-У нас тоже. И вы сами здесь работаете?

-Почти весь год сами. Но иногда, осенью, папа нанимает людей из деревни - возить, продавать.

-А кто у вас садовник? Отсюда из окна виден прекрасный сад.

-Рада, что вам нравится. А садовник - это я.

-Вы?

-Ну да, вот вы выздоровеете, я вам покажу сад. Знаете, я сюда привожу растения - деревца, цветы, из разных стран мира и даже некоторые - с других планет.

-И они приживаются?

-Естественно. Я же биолог...

-Мелани-и! - раздался голос, и Мелли высунулась в окно.

Молодой человек стоял около калитки и звал ее. Наконец, он заметил ее.

-Привет, Мелани, сдала сессию?

-Сдала, сегодня последний экзамен был.

-Выходи гулять.

-Нет, Чарли.

-Почему, Мелани? Сегодня же дискотека у Блейшидов, ты забыла?

-Нет, я не пойду. Я занята! - и она захлопнула окно.

Чарли покричал еще и ушел.

-Почему вы не пошли, Мелани? - спросил Григорий.

-А вы не догадываетесь?

-Догадываюсь? Неужели...

-Молчите, молчите, еще рано...

Через день, к вечеру, прилетел врач и, сняв охваты, разрешил Григорию встать.

И Мелани повела его показывать свой диковинный сад и ферму.

-Григорий, вы когда-нибудь летали во сне?

-Во сне?

-А я теперь каждую ночь летаю. Ведь это к счастью, правда?

Стемнело. Они сидели на скамейке в саду под чудесным деревом с благоухающими огромными розовыми цветами.

-Вы когда-нибудь любили кого-нибудь, Григорий? Только честно...

-Вы молчите! Значит, любили. Вы считаете меня слишком дерзкой, да? Я не должна это спрашивать, но я не могу иначе...

-Вы и сейчас ее любите? Почему вы молчите? - отчаянно закричала она.

-Да, - сказал Григорий, глядя ей прямо в глаза.

-Да??? - слезы брызнули у нее из глаз.

-Да. Только не сердитесь на меня, Мелани. Я люблю Вас. С той самой минуты, как Вы вошли ко мне... Мелани?

Глаза ее снова сияли.

-Повторите, повторите еще раз... Мне показалось, что... - И она заплакала у него на груди, но это были слезы счастья.

-А вы любите меня, Мелани?

-Да, да, тысячу раз да, я люблю тебя, Григорий...

-Алиса, идем на озеро. Гриш, ты идешь с нами?

-Иду, Мелли, только мне, наверно, вредно еще купаться.

-Ничего, полежим на берегу...

И они умчались веселой стайкой.

А Ральф призадумался. Они уже друг другу Гриша и Мелли... Они на ты. Что между ними уже было? Что он за человек? Она глупая и не знает жизни... Неужели он ее обманет? Бывают же в жизни счастливчики - так удачно свалиться с небес...

Мелли и Алиса то шлепали по воде, брызгая друг друга водой в лицо, то заплывали далеко и плыли оттуда наперегонки. Вот, задорно улыбаясь, Мелли вышла из воды и улеглась на песок рядом с ним.

-Зря не купаешься! Вода теплая и раны твои давно зажили - даже бинты сняли. Ты - симулянт, Гришка!

-Я-то?

Он скинул одежду и бросился в воду.

-Гриша! Смотри, где я! - крикнула Мелли. Она стояла на вышке для прыжков в воду и махала ему руками. Алиса в ужасе закрыла глаза. Она ненавидела эту вышку. Видя ее, она не могла не вспоминать свой последний прыжок в воду... Год назад, в авиакатастрофе. Она не помнила, как выпрыгнула. Она, видимо, пришла в себя, когда уже летела в воду. До сих пор она иногда видела во сне стремительно приближающуюся гладь океана... Ее спас голубоглазый парень, они плыли рядом, а потом... Он утонул, а она долго плыла, и ее спасли. Все прошлое лето она не могла себя заставить подойти к воде. Но теперь это покажется Мелли просто смешным. Действительно, это нелепо, но ведь Мелли ничего не знает...

С радостным воплем Мелли сиганула в воду и упала прямо в объятья Григория. На том месте было довольно глубоко, но видно было, что он без особых усилий держался на плаву и еще держал ее.

-Я же говорила, что ты симулянт, Гришка! Слушай, а может, ты специально упал к нам на ферму?..

Был вечер. В траве стрекотали цикады.

Они лежали на обрыве над берегом Онтарио и смотрели, как заходит солнце.

Алиса сидела внизу на берегу и швыряла камешки в воду. Она не будет им мешать. Пусть ей не повезло в жизни... Но зачем разрушать счастье младшей подруги, почти сестренки?

-Ты пошла бы за меня замуж, Мелли?

-Это что, предложение?

-Да.

-Это так неожиданно и...

-...необычно, - досказал он, - ты представляла, как в романах: коленопреклоненный рыцарь и дама...

Она засмеялась.

-Но ты согласна?

-Конечно, согласна, зачем ты, глупый, еще спрашиваешь?

-Хочешь, я сегодня же скажу твоему отцу?..

-Нет, нет, не сегодня... Потом... Папа не поймет. Он консерватор. Через пять дней после знакомства сделать предложение... Нет, его удар хватит...

Пока дети были на природе - а для родителей они так и оставались детьми - в доме происходил консилиум.

-Ральф, не шути дочкой, - говорил Джон.

-Сегодня же разберись с этим мальчишкой и его намерениями, - говорила Маргарита, - ты со своим характером, наверняка еще ничего о нем не знаешь!..

-Почему же, знаю.

-Ну?

-Он летчик-испытатель, живет в России, в Самаре, семья его - фермеры... - Ральф остановился.

-Ну что, иссяк? - усмехнулся Джон.

-Вот-вот, информации кот наплакал, - едко добавила Маргарита.

-Сегодня же, Ральф, сегодня же...

Когда дети вернулись, Ральф пригласил Григория в свой кабинет. Нет, этот мальчишка ему положительно нравился! Неужели он окажется подлецом? - с болью в сердце думал Ральф.

-Григорий, я хочу с вами поговорить как мужчина с мужчиной, - начал Ральф, но Григорий не дал ему закончить:

-Мистер Эриксон, я прошу у вас руки вашей дочери...

Ральф даже опешил.

-Как?.. Сразу.. А она... Она согласна?

-Мы с Мелли любим друг друга.

-Любите? Сейчас я ее позову. Мелани-и!

Мелли впорхнула в комнату и не дала Ральфу и слова вымолвить.

-Ты согласен, папа! Как я рада!!! - и она закружилась по комнате в каком-то бешеном танце.

-Что?

-Что? - бросились к нему Джон и Маргарита, когда он вышел.

-Выходит замуж. Но я на своем настоял. Раньше 18-ти лет я ее не отдам. Вот 10 сентября исполнится, тогда и...

-Правильно. За лето они друг друга узнают лучше.

-Да-а.

-Жалко, наша Алиса всем отказывает, а то бы вместе свадьбы сыграли. А она ведь старше Мелли.

-Ну, не намного. Она же 23-го августа родилась...

И с тех пор Григорий летал в Канаду каждый выходной. Однажды с ним приезжали и родители. Они познакомились и подружились со своими будущими родственниками. Потом и Мелани с отцом несколько раз бывала в Самаре, у Григория на ферме...

А однажды он пригласил с собой Митьку.

-Зачем? - отказывался тот.

-Поехали, познакомлю тебя с моей будущей женой. У нее подружка есть, тоже вечно грустит. Будете грустить вместе...

-Все ты смеешься...

Но поехал.

Мелани знала, на каком самолете обычно прилетал Григорий. От аэропорта он брал флаер и всегда в одно и то же время приземлялся у ворот.

Мелани выбегала встречать его. Он заходил в дом, здоровался со всеми, а после ленча они вдвоем уходили бродить по лесам...

В этот раз из флаера выпрыгнули двое.

-Знакомься, Мелли, мой друг Дмитрий Чебурашкин.

-Привет. Пойдемте в дом... Алиса с утра на озере. Потом пойдем туда?

-Конечно.

Итак, слегка перекусив и поделившись новостями, они отправились к Онтарио. Они разделись и были готовы нырнуть, как Мелли вспомнила:

-А где же Алиска?

-Кто это? - вдруг спросил Дмитрий, схватив Григория за руку. Взгляд его был устремлен на вышку.

Там, на вершине, стояла Алиса. Сейчас, в темно-синем купальнике с развевающимися длинными черными волосами, она была поистине прекрасна.

-Это Алиска...

Да, она завидовала Мелани. Она тоже хотела быть счастливой. И сегодня, придя сюда, она почему-то подумала, что от счастья ее отделяет всего лишь прыжок с этой ненавистной вышки. Она должна преодолеть себя. Путь на вышку показался ей нескончаемым. Но вот она на вершине. Она сильно оттолкнулась и полетела вниз...

Он поймал ее и вынес из воды, шепча:

-Алисия, Алисия...

И она сразу узнала его по его бездонно-синим глазам. Она считала его утонувшим, но он жив! Неужели это правда, что лишь прыжок отделял ее от счастья?

Дмитрий летел обратно, опьяненный восторгом, и только говорил:

-Когда ты познакомился с ними?

-В мае.

-Почему ты не пригласил меня сразу же?

-Да ты сам-то не хотел лететь!

И Дмитрий смеялся, смеялся беззаботно и весело, впервые с тех пор как, держа бесчувственную девушку на руках, он прыгнул в океан с горящего самолета...

Надо ли говорить, в каком шоке находились Максвеллы, когда их нежная, любящая дочь объявила им, что выходит замуж за человека, которого, как они считали, она видела первый раз в жизни...

Свадьбы состоялись 15 сентября. Венчание происходило в маленькой сельской церквушке. Мелани в своем белом свадебном платье стояла под темным сводом купола и смотрела внутрь себя. Григорий держал ее за руку, но она не чувствовала этого, сейчас она была отделена от всего мира... Она мечтала...

Она выходит замуж за обожаемого ею человека. У них будет много детей - выросшая почти в одиночестве, Мелани мечтала о доме, полном детей. Они с мужем всегда будут вместе - в счастье и несчастье, в горе и радости, как говорил padre ... Они пройдут по жизни, и всегда она будет рядом с ним. Она, Настоящая Леди! Они вместе воспитают детей, и те, разлетевшись по разным уголкам Системы, будут собираться у них здесь, на Земле, в праздник. А дети их детей, внуки! Они будут нянчить их. И, сделавшись совсем старенькими, они с Григорием будут любить друг друга, как любят сейчас, и никогда, никогда не разлучатся ни на день, ни на час, ни на миг...

Так радужно и обыденно мечтала Мелли, и на лице ее блуждала восторженная улыбка. Она не могла догадываться, что судьбой предназначена ей иная жизнь, и что мечтам ее не суждено сбыться...

Глава 5

Так как Мелли и Алиса еще учились, они решили жить на ферме Ральфа. Григорий и Дмитрий нашли себе работу в здешнем аэропорту. А по выходным и вообще в свободное время помогали на ферме. И Ральф, глядя на то, как спорится в руках Григория работа, радовался за дочь - с таким мужем она не пропадет...

1 сентября у Алисии родился мальчик, Владимир, а 16 дней спустя Мелли родила дочь...

Григорий мечтал о мальчишке, сыне и, узнав, что родилась девочка, не знал, что делать от отчаяния. Он хотел назвать сына Антоном, поэтому дочь назвали Антонининой. У нее были пронзительные огромные синие недетские глаза, и, глядя на нее, Григорию становилось страшно. Маленькие дети все похожи друг на друга. Они одинаково кричат, двигают ручонками.

Это было так давно, что, казалось, вспоминать было странно, но... Ему было 7 лет, когда родилась Алька, и он помнил ее. Теперь эта девочка, его дочь была такая же, как сестра тогда. Она была укором ему за то, что он погубил сестру... Пусть его тогда утешали все - он знал, что виноват, и теперь всю жизнь он будет видеть девочку, убегающую по льду...

Мелани не понимала, почему он отворачивается от их дочери, и плакала по ночам, говоря себе, что все кончено, он ее не любит. От этих слез она стала издерганной, нервной. К этому добавлялся университет - на последнем, четвертом курсе, она перевелась на заочный, но и это требовало немало сил. Все это сказывалось на ребенке.

Мальчишка Чебурашкиных был толстый краснощекий бутуз. Он резво ползал по комнате. А если орал, то слышно было на третьем этаже...

А Тоша была хилая и слабая. Она часто болела. Личико ее было белее тех простынь, на которых она лежала, а ручки казались прозрачными. Она не плакала, а ныла, и Григорию хотелось заткнуть уши и бежать прочь.

А чаще она лежала в кроватке так тихо, будто ее и не было вовсе. И Григорий начал думать, хорошо бы она умерла... Он не знал, откуда пришли ему такие мысли. Он понимал, что так думать нехорошо, ведь это его ребенок!

Почему она раздражала его? Он хотел бы, но не мог любить ее. Возможно, если бы она была здоровой, как Вовка, он бы смирился с тем, что она девчонка, но она была болезненной. И он сам не понимал, или не хотел понять, почему она такая - что он сам виноват в этом.

Мелани плакала по ночам и над своей неудавшейся семьей и над умирающей дочерью. А маленькая несчастная девочка чувствовала сердцем, когда мать нервничает, и нервничала сама.

Мелани и Григорий ездили с ней то в Самару, то в Торонто, и нигде ей не становилось лучше. Мелани уже отчаивалась, думала, что они ее не спасут. Но однажды летом они приехали в Шотландию. Это была туристическая поездка. Они мечтали полазать по горам, ночевать в ущельях, пещерах, пожить дикой жизнью. А Тоша заболела, и Григорий готов был уже сорваться, но у Мелли в Баллатере жила двоюродная сестра Эллен Мак-Грегор, и они отвезли дочку к ней и ушли в горы на две недели...

Когда они вернулись, они сначала не поверили своим глазам: здоровая веселая Тоша сидела на качелях и ела землянику. Она все так же была худая, но глаза ее блестели!

-Ей помог горный воздух! Эллен, как мне тебя благодарить! - вскричала Мелани...

Нет, исцелил ее не "горный воздух". Просто ее оставили в покое: над ней не плакала мать, не глядел на нее зло отец...

Они вернулись в Канаду, и все началось снова. Опять Григорий видел сморщенное от слез лицо этой рыжеволосой девочки. Опять плакала Мелани. Опять Тоша шла по лезвию, отделяющему жизнь от смерти...

-Гриша, нам придется с ней расстаться, - сказала Мелли, - ей было лучше в Шотландии. Но мы не можем жить в Шотландии, у меня скоро защита диплома и еще археологический, у тебя работа.

Мелани произносила эти жестокие слова с болью и не знала, что муж радуется в душе.

Они отвезли Тошу в Баллатер. Эллен была не замужем, хотя ей было уже за 30, да и не собиралась замуж.

-Не в этом счастье, - говорила она. Детей у нее не было, но она любила их и хотела уже взять себе кого-нибудь из детдома, как Мелани упросила ее взять Тошу на воспитание.

-Мы будем приезжать, мы будем деньги присылать, только возьми ее. Она здесь выздоровеет.

Эллен не требовались никакие уговоры. Она с радостью согласилась. Может быть, в душе она чувствовала, что у ребенка аллергия на родителей...

Глава 6

-Мальчик, мальчик! - кричал Григорий и носился, как сумасшедший. Он обзвонил всех своих друзей, приятелей, знакомых, и даже малознакомых людей, всем сообщая о своем счастье.

Было 18 ноября 2278 года. В этот день родились мальчик и девочка, Ричард и Диана.

Мелани, боявшаяся, что и с этими детьми будет так же как с Антониной, не узнавала своего Григория - он был необычайно нежен, заботлив. Не отходил от мальчика. Казалось, на девочку он не обращал внимание. И Мелани занялась дочерью. Они как бы поделили детей, и каждый носился со своим. Придя с работы, Григорий отбирал у жены сына и возился с ним все то время, пока не приходилось укладывать его спать...

Глаза Дика были черные, как у Григория, а глазки Дианы были такие же синие, как у Ральфа. Эти дети не страдали, как маленькая Тоша, они еще мало понимали и не чувствовали своей обделенности.

Ральф качал головой, думая о взаимоотношениях дочери и зятя, но успокаивал себя тем, что это ничего, перебесятся, и все будет отлично.

У Чебурашкиных 5 апреля 2279 года родилась дочь Виктория. Странно, но и эта малышка оказалась почти заброшенной, как и Антонина. Алисия в этом году кончала медицинский, ей было некогда возиться с ребенком. Вовку снова отправили в Самару - его часто пинали то туда, то оттуда. А Викой занялась Маргарита.

В прошлом году Мелли с отличием окончила биологический, в этом году оканчивала археологический. И тут перед ней встала проблема практики - без этого нельзя было считать образование законченным. Дело не терпело отлагательства - группа отправлялась в сентябре. У Мелли не было раздумий - да или нет. Конечно, да! Копать город на Плутоне! Она поедет с детьми, мужем!

-О чем ты думаешь, - одернул ее отец, - с грудными детьми через всю Систему! Искательница приключений!

Да, в душе Мелли чувствовала себя искательницей приключений. Она искала в жизни романтику, необычайное. Что в том, что ее дети маленькие? Они вынесут! Они сильные, здоровые...

-Ты сошла с ума, Мелли! - сказал Григорий.

-Почему?

-Ты летишь на Плутон?

-Да.

-Дик с тобой не полетит. Он останется на Земле.

-Почему именно Дик? А Диана?

-Диана? - он даже не думал о дочери, - не имеет значения.

Он очень ясно видел Генку и его малыша Шарля-Анри, полетевшего на Плутон и не вернувшегося...

-Ты хочешь, чтобы я не летела? - срывающимся голосом спросила Мелани.

-Нет, отчего же. Но дети останутся здесь. Родители помогут...

-Конечно, - сказал Ральф. - Лети, Мелли, раз ты так решила, мы тут справимся.

-Гриша, ты согласен? Согласен? - заискивающе спросила она, заглядывая ему в лицо.

-Да, - ответил он...

Она улетала 3 сентября. Она поцеловала детей, до этого она летала в Шотландию повидать малышку Антонину... Старт был с космодрома Торонто. Небольшой лайнер, увозивший их, назывался Вперед. Мелли и Григорий простились перед выходом Мелли на поле. Григорий сжал Мелли руку, она шепнула ему:

-Береги детей, - и скрылась в толпе...

До старта оставалось несколько минут. Мелли устраивалась в каюте - раскладывала вещи, переодевалась. В этот миг ручка повернулась, дверь открылась, и вошел... Григорий...

-Гриша! - Мелли ахнула. - Как ты здесь? Скоро взлетим! Ты не успеешь выйти...

Он кинул шляпу на стол и стал снимать плащ.

-Я лечу с тобой, Мелли. Ты видишь, я еще больший искатель приключений, чем ты. Но я должен быть уверен, что этот корабль долетит, а не исчезнет, как тот. А если исчезнет, то мы исчезнем вместе. Я долечу с тобой, а потом вернусь. Не сердись, милая. Я не могу иначе. Я лечу без билета, но ты же меня не выгонишь. Я могу спать и на полу, а за дополнительный обед я заплачу, я взял деньги... Мелани?..

Она смотрела на него, счастливо улыбаясь. Он протянул руки, и она упала в его объятья.

-Я люблю тебя, Гриша! Нет, это потрясающе... Так сделать мог только ты...

Ральф был ошеломлен, когда Григорий крикнул ему:

-Я лечу с ней, - и сломя голову помчался к кораблю.

Эх, молодость, молодость, - подумал он. В его жизни не было этого. Он слишком рано потерял свою Бесси, и потом уже никого не любил...

Григорий вернулся пять дней спустя.

-Все отлично! Она там хорошо устроилась. Плохо, что холодно - все ходят в скафандрах. Я видел этот город. Он полураскопан, но работы там немеряно. А впрочем, интересно... Ну, как Дик?

Его успокоили, что с сыном все в порядке. Григорий вошел в детскую, где стояли две кроватки. Сынишка встал в кроватке и протянул отцу ручонки.

-Па-а! - сказал он.

-Папа вернулся, Дик, мальчик мой, - Григорий подхватил сына на руки. - Скучал, малыш?

Тут его взгляд случайно упал на дочь, Диану. Нет, она не спала. Она сидела в кроватке, отвернувшись от него. И он, понимая, что несправедлив к дочке, потрепал ее по русой, как у Дика, головке и сказал:

-Как дела, малышка?

Она удивленно подняла голову - он так редко с ней разговаривал, и, не заметив рядом матери, стала искать ее глазами. Григорий понял это.

-Мама улетела, малышка. Ты уже будешь большая, когда она вернется... Спи.

Считая, что выполнил долг по отношению к дочери, он перенес все внимание на сына.

-Пойдем в сад, Дикуша? Посмотрим на цветочки. Послушаем птичек. А хочешь, я тебя покатаю на лошадке?

Глаза сына сияли, когда Григорий с ним на руках выходил из комнаты...

Алисия сидела на веранде с Викой на руках. Она уже устроилась на работу и в этот понедельник ей придется оставить ребенка одного. Она с тоской думала об этом. Рядом с ней сидел двухлетний Вовка. Он был наказан за то, что сильно носился по саду и поломал цветы. Видно было, как ему тяжело сидеть на одном месте, он постоянно вскакивал и вертелся вокруг. Алисия наблюдала за тем, как Григорий играет со своим сыном. Дик неуклюже вразвалку топал за отцом. Григорий показывал ему цветы и называл их, заставляя повторять названия. Мальчонке это явно не нравилось, он предпочел бы побегать за падающими разноцветными листьями. Но Григорию это было невдомек.

-Гриша, перестань мучить ребенка, - сказала наконец Алисия. - Ты понятия не имеешь о воспитании. Он еще мал, чтобы запоминать всякие названия.

-У меня своя система, - отмахнулся Григорий, но совету внял, и они с сыном пошли к ручью...

Но Григорий не знал своей дочери. Это была не Антонина, она не была намерена мириться со своей судьбой. Она чувствовала, что отец любит ее меньше, чем брата, и ее самолюбие (какое может быть самолюбие у десятимесячного ребенка? Но, наверное, есть) сильно от этого страдало.

Она не хотела сидеть в кроватке и задумала выбраться. Но бортик был слишком высок, и Диана не смогла бы перелезть. Поэтому она избрала, как ей казалось, более простой способ. Она стала раскачивать кроватку и навалилась на бортик. Кроватка не была рассчитана на разбушевавшегося младенца и с грохотом перевернулась. Испуганная малышка сжалась под кроватью. Грохота она не ожидала, ведь кроватка такая мягкая. Но, странное дело, на шум никто не прибежал, и Диана, осторожно выбравшись из-под кровати, поползла к двери. Детская находилась на втором этаже, а третий этаж был нежилой. Малышка добралась до лестницы и решила ползти наверх...

Тревогу забила Маргарита. Пришло время кормления, она зашла за ребенком и обнаружила перевернутую кроватку. Ребенка не было. Был поднят на ноги весь дом. Прибежал Григорий. Все искали Диану. В доме ее не было!

-Куда она могла деться?

-Вова, это не ты перевернул кроватку? Сознавайся, проказник!

-Не-е-е, - выл мальчишка. - Не-е-е...

-Диа-а-на!

-Диа-а-на-а! - кричали все, не понимая, что ребенок, даже если услышит, не скажет: Я здесь - она не умеет говорить.

Обыскали сад, хозяйственные помещения. Наконец, Алиса нашла ее. Она случайно заглянула на чердак.

-Гриша, полюбуйся!

Дочь сидела у чердачного окошка, насупившись, как и тогда, в кроватке.

Все были так рады, что она нашлась, что даже не стали ругать ее, но вечером впервые был поднят вопрос о няне. Григорий, Дмитрий и Алиса работали, на ферме тоже было много дел. Вовку можно было отправить на время в Самару - Ксения, мать Дмитрия, его обожала... Но с остальными детьми так сделать было нельзя. Но и оставлять одних было проблематично - сегодняшнее происшествие доказало это.

Лежа в постели, Григорий думал:

Пристыдила ты меня сегодня, малышка. Славно пристыдила! И за дело! Ты такая же, как Дик! Только девчонка! Но ты же не виновата в этом!

Он встал и прошел в детскую. Дети мило спали, раскидавшись во сне. Сейчас они были так похожи, что он не различил бы их.

Она как Дик! Совсем как Дик! Она моя дочь. И я буду любить ее...

На следующее утро он послал в тот же магазин игрушек, где он заказывал Дику машинки, поезда, пистолеты, заказ на кучу кукол, одежды для них и прочие девчачьи игрушки...

Няню нашли по объявлению. Миссис Мериленд Блонди была вдовой 35-ти лет. Ее взрослый сын учился в университете. Жили они в Торонто. Ей предложили место няни вместе с жильем на ферме, и она согласилась. Кроме того, она как нельзя лучше удовлетворяла их требованиям: у нее было высшее образование учительницы младших классов. Она знала, как обращаться с детьми.

С няней дела пошли лучше. Но и Григорий переменился к Диане. Он брал ее на руки, как и Дика, и играл с ними обоими. Она больше не чувствовала отчуждения с его стороны, хотя и понимала, что ее он любит меньше.

Каким-то шестым чувством она догадалась, что ее он любит как копию Дика, и решила быть совершенной копией. Однажды она взбунтовалась и не стала одевать платье, потребовав, чтобы ее одели, как Дика.

У брата были две одинаковые рубашонки, и няня одела вторую на Диану. И еще брючки, как у Дика. Теперь малышка почувствовала себя увереннее. Волосы у нее были всего чуть длиннее, чем у Дика, и когда вечером они подбежали к отцу, пришедшему с работы, он долго стоял в растерянности, не зная, кто из них кто. А потом подхватил их обоих на руки и воскликнул:

-Ну, оба мальчишки! У меня будет двое мальчишек!

С тех пор на Диану и не пытались одевать девчачьи наряды и сразу покупали одежду как на мальчишку. Алиса качала головой:

-Видела бы мать!

Свою дочь она одевала в пышные яркие платья. На голову ей завязывала огромный бант. Покупала ей кукол чуть ли не больше ее ростом. А Диана забросила своих кукол. Точнее, приспособила для иных целей. Они были погибшими пассажирами при катастрофах, жертвами аварий, убитыми в перестрелке... Она играла игрушками Дика, и брат относился к ней как к мальчишке. Вовку они видели редко - он больше жил в Самаре, куда Дика и Диану возили лишь в отпуск.

Няне не было особого дела, во что играют дети - отец их разрешает, и ладно...

Дик звал Диану Дикэ. Поначалу он просто не мог выговорить ее имя, а потом, видя, что ей нравится, как он ее зовет, стал звать ее так. Григорий рассмеялся, услышав это имя, а потом привык и не звал иначе.

11 мая 2281 года у Алисии родилась вторая дочь, Анна, или Нэнси, как все ее звали. Все дети с любопытством подходили к ее кроватке.

-Почему она не говорит?

-Почему она не бегает?

-А зачем вы ее постригли?

Приезжавший ненадолго четырехлетний Вовка чувствовал себя взрослым среди этой мелкотни, но, к его удивлению, на него, привыкшего быть первым в ватаге мальчишек в Самаре, здесь не обращали внимания. Дик и Дикэ убегали в свою компанию деревенских мальчишек, а его считали задавакой. С Викой сам Вовка не желал иметь никакого дела - она презирала все их забавы - драки, - говорила она. Поэтому все те два дня, которые он был в Канаде, он просидел у кроватки Нэнси и однажды изрек:

-Вот из нее я сделаю человека, а не кучу ленточек и бантиков, - подразумевая Вику...

Со времени отъезда Мелани прошло уже около двух лет. Все это время Григорий летал на Плутон почти каждый выходной. А в этот раз решил взять с собой Дика.

-Ты с ума сошел! - сказал Ральф.

-Подумай, - останавливал его Генка.

Григорий понимал, что Генка думал о Шарле-Анри, но Дик был уже старше, чем тот был тогда.

Никто не смог его отговорить. Он купил своему малышу скафандр и в июле 2281 года отправился. Григорий опасался, что возникнут препятствия из-за сына, но, к его удивлению, на Дика не обращали особого внимания. Потом Григорий узнал, что на Плутоне не только некоторые жили с детьми, но и дети там рождались. В вечном-то холоде!

Мелли была необычайно рада увидеть сына. Она видела его совсем крошкой, а потом - только на фотографиях. В жизни Дика эта поездка была потрясающим праздником - на него было обращено все внимание. Его повсюду возили с собой - на раскопки, водили по раскопанной и реставрированной части города. Он объедался сладкого и мороженого в ресторанах и кафе, вволю катался на аттракционах. Ему надарили много игрушек.

Когда они летели обратно, Григорий спросил у сына:

-Тебе нравится в космосе, Дик? Ты хотел бы летать между звездами? Хотел бы?

-Да. А ты что, хочешь мне подарить такой корабль ко дню рождения?

-Ничего себе! - воскликнул Григорий. - Ты совсем избаловался там. Но ты правда хочешь летать?

-Правда.

-Вот это хорошо.

-Почему, папа?

-Потому что... - нет, Григорий не знал, как объяснить это сыну, но он мечтал, что его ребенок будет бороздить просторы Вселенной...

Тем временем дома...

Маргарита и Алисия, видя, что Григорий уехал и увез Дика, принялись за Диану. Ее решили перевоспитывать. Алисе было жалко ребенка, но бабушка была строга.

-Не получишь сладкого, если не переоденешься в платье! И не пойдешь гулять!

-Вот еще! - она выбежала из дома и влезла на дерево.

-Я буду сидеть тут, пока папа не приедет!

И сидела весь день, несмотря на уговоры и насмешки. Под вечер Алиса уже не знала, что делать. Они боялись приставить лестницу, опасаясь, что девочка упадет - ведь маленькие дети не имеют страха и не понимают, что с такой высоты можно разбиться - прыгнет с дерева.

-Миссис Блонди, ну сделайте же что-нибудь! Вы же няня!

-Мисс Диана! Слезайте! Мисс Диана!

Стоявшая рядом Вика глубокомысленно заметила:

-Она не слезет. Вы ее позовите Дикэ.

-Что за имя выдумали? Не имя - кличка звериная! Куда только отец смотрит!

Но наконец, отчаявшись, они стали звать ее:

-Дикэ!

-Дикэ!

-А вы уберете это платье? И не будете заставлять меня его одевать?

-Нет, нет. Слезай скорее.

Она быстро слезла, поужинала дома, а потом умчалась бегать с мальчишками по лугам...

На следующий день у Вики были именины, и пригласили многих маленьких соседских девочек - подружек Вики. Нельзя было не позвать и Дикэ.

Стол накрыли в общей детской на третьем этаже - теперь у каждого ребенка, даже у малышки Нэнси. Наконец, маленькое общество собралось. Дети пришли с мамами, папами - их теперь развлекали внизу взрослые.

Все девочки пришли в нарядных платьях, с большими бантами на голове. Конечно, не все они были такими примерными, как Вика, но сейчас, в гостях, они присмирели. Кроме того, некоторые были из семей победнее, и они чувствовали себя немножко не по себе в этих огромных залах. Дикэ была в шортах и рубашке. Она не любила девчачью компанию и сегодня пришла только из любопытства и еще- чтобы посмеяться над ними...

После обеда стали играть в разные игры, находившиеся в детской. Здесь Диана хранила свои нелюбимые игрушки, то есть кукол. Куклы были почти новые и необычайно прекрасные (Григорий знал, что выбирал). Когда одна из девочек вытащила какую-то куклу, Дикэ вначале рассердилась, а потом подумала и сказала:

-Хотите, играйте. Мне не жалко.

Все были потрясены ее щедростью. Видя, как им нравятся ее куклы, она решила:

-Я объявляю обмен! Меняю их на самолеты, космолайнеры, поезда, пистолеты!

-Кого их?

-Кукол, разумеется!

-Правда? У моего брата есть большой пистолет.

-Если у меня такого нет, мы поменяемся.

Вика смотрела на Дикэ во все глаза. Конечно, ей говорили, что Дикэ испорченная и нехорошая девочка (слова няни), но чтобы такое!

На следующий день на ферму совершали налет маленькие девочки. Они шли к Дикэ. Взрослые были довольны. Наконец-то у Дианы будут подруги, нормальная жизнь.

Но спустя некоторое время они стали замечать у Дианы странные, чужие игрушки.

-Откуда это?

-Чье это?

-Я поменялась, - гордо сказала Диана, - на моих кукол.

-Что? На эти старые пистолеты? Неужели ты не понимаешь, насколько куклы дороже? Тебе что, своих игрушек мало? И так весь дом завален пистолетами!

-Но какая польза от кукол?

-Не смей так делать, Диана! Ты можешь давать игрушки на время, поиграть и отдать. Немедленно заставь вернуть твои куклы и отдай девочкам их игрушки!

И Дикэ пришлось производить обратный обмен. Она отдавала чужие пистолеты и говорила:

-Ты можешь еще поиграть моей куклой, но мне не разрешили их дарить навсегда. Я буду дарить на неделю. Но если не вернешь, я никогда тебе ничего больше не дам!

Ральф слышал, как внучка вела дела, и смеялся:

-Ну деловая женщина! Открыла бизнес! Мальчишка! Хуже мальчишки! Будет нам бед с ней...

Шло время... Уже маленькая Нэнси стала большой - ей исполнился год. В июле должна была прилететь Мелани. Все давно и с нетерпением ждали ее. Дик хорошо помнил маму, а Дикэ знала ее лишь по фотографиям.

Вот и настал наконец долгожданный день. Няня собирала детей.

-Дикэ, давай сделаем тебе хвостик и завяжем бант. У тебя волосы отросли почти до плеч.

-Отросли? Отросли? - дико вскричала она и побежала от няни. Та за ней. Дикэ вбежала в комнату к Дику и захлопнула дверь.

-Старуха разъярилась, - сказала она и попросила, - давай ножницы.

-Зачем?

-Ты будешь меня стричь.

-Я? А я не умею.

-Я тебя научу.

Она взяла ножницы и, подойдя к зеркалу (у них у каждого в комнате было такое), схватила прядь волос и отстригла. Золотистые волосы упали на пол.

-Здорово, - сказал Дик, - давай!

Он взял ножницы и стал обрезать прядку за прядкой - криво, неровно, как-нибудь.

-Челку оставь! - командовала Дикэ. - Из нее бантов не делают... Это чего оставил? Состригай! Ну, быстрее!

Наверняка, Диана была бы пострижена под нуль, если бы не стали звать Дика. Они открыли дверь, и Диана вышла на обозрение публики.

-Что вы сделали?

-Погляди на себя, Диана!

-Ну и что!

-Какой кошмар! - воскликнул Григорий.

-Тебе не нравится, папа? - робко спросил Дик. - Я так старался.

-Я тебе покажу!

-Папа, не ругай Дика, я ему сама разрешила!

-Черт с вами! Выбрали же день... Как мы тебя такую маме покажем? Ладно, собирайтесь - опоздаем, - и все побежали садиться в машину.

Мелли шла к ним сияющая. Они ждали ее у космопорта. Дик узнал маму.

-Вон мама, Дикэ!

-Где?

-Да вон!

Мама, - Диана улыбнулась. Когда Мелли была уже совсем рядом, они бросились к ней.

-Мама! Мама!

-Дик, Диана, детки! - она прижала их к груди. И вдруг она заметила.

-Диана, что у тебя на голове?

-А что?

-Это я ее постриг, - похвастался Дик.

-Боже мой! - сказала она и добавила совсем, как Григорий, - какой кошмар!..

Глава 7

Дети удивили Мелани, не в лучшем смысле. Они никого не слушались. На следующий день с утра тщетно их искала Мелани - они были в лесах, лугах, у озера... Детям было почти уже четыре года, а они не умели читать! А Вика умела! Дети были вольные и дикие, и Мелани поняла, что ей придется их приручить.

-Григорий, куда ты смотрел? О чем думал? Они вырастут неучами! Через два года в школу, а они...

Мелли занялась воспитанием детей и вскоре поняла, что это нелегкое дело. Она обучила их читать только потому, что они заинтересовались тем, что на компьютере можно не только играть, но и узнавать новое.

Сделать из Дикэ девчонку она уже не сумела, а дети находили особую прелесть в том, чтобы морочить ей голову. Она путала их и только по глазам могла узнать, кто есть кто.

Мелли хотела учить их петь, но и здесь ее хватило ненадолго. Увидев, что дети скучают и поминутно смотрят на часы, она не стала их принуждать. Ее радовало только одно - Григорий очень любил их, даже девочку. И она сама любила их и надеялась, что когда они подрастут еще немного, она займется ими всерьез...

Мелли тоже работала теперь. Она приходила домой уже поздно вечером и очень радовалась, находя детей сидящими около отца, работающего на компьютере.

Григорий работал над проектом межгалактического корабля. Это было заветной мечтой его жизни. В последнее время дело тронулось с места - Григорий много изучал, прочитал горы литературы. У него появились новые идеи, и он воплощал их в жизнь. Весь его кабинет был завален кипами чертежей, листами, мелко исписанными его быстрым почерком.

Он занимался этим после повседневной работы, и дети любили смотреть, как на экране компьютера под его рукой возникают красивые и точные линии, а из них складываются фигуры.

Вопрос об обучении детей был решен весьма простым образом - через самолюбие детей. Григорий нашел подход к детям:

-Значит, Вика умнее вас, хотя и младше. А вы глупые и плохие.

Ему было достаточно сказать это, и они задумались - действительно, Вика знала больше их и при случае щеголяла своими знаниями. Гости, приезжавшие на ферму, умилялись ей, и Дику с Дикэ стало обидно. Они сами попросили мать, чтобы она учила их. И вечером, после работы, они садились в малой гостиной, и она выслушивала заданное им, смотрела рисунки. Потом давала им задание на следующий день. Они учились, будто играя, и эта игра не могла им надоесть...

Глава 8

Наконец, к августу, проект был закончен. Григорий собирался ехать представлять его во Францию. И решил взять с собой Дика. Мелани тоже была в отъезде - она уехала в Шотландию к Тоше.

Было 19 августа. Григорий складывал вещи, а Диана с братом стояли на крыльце.

-Везет тебе, едешь во Францию, - говорила Диана.

-Подумаешь! Слушай, Дикэ, значит, сегодня ты будешь капитаном, - и Дик передал ей своеобразный атрибут капитана - ножку курицы, которая представляла собой кости, связанные проволокой.

-Вместо тебя! - обрадовалась Дикэ.

-Ага, да, и не бей Вовку, как вчера.

-Почему?

-Он нам еще пригодится.

-Дик, пошли, - сказал Григорий.

Подождав пока мерседес скроется за поворотом, Диана вошла в дом и пошла к себе на третий этаж. Я буду капитаном! - волнение захлестывало ее.

Только Дикэ села за стол - рисовать заданное мамой, заглянула няня и сказала, что пришла Синди.

Синди Петерсон тоже было четыре года. Диана не понимала своего отношения к ней. Синди была какая-то забитая и жалкая. И за эту свою жалость к ней она ненавидела ее. А иногда, наоборот, Синди нравилась ей больше других девчонок. В одну из таких минут она дала ей свою куклу и сказала: Необязательно - через неделю, а теперь злилась на себя и на нее.

Когда Дикэ вошла в общую детскую, Синди была уже там. Девочки поздоровались. Дикэ презрительно оглядела Синди и надменно произнесла:

-Ты собираешься отдавать мне мою куклу, воровка?

-Ты же сама разрешила, - промямлила Синди.

-Ничего я тебе не разрешала! Чего пришла?

-Пошли играть! Ты же сама хотела. Мне Вика...

-Не хочу! Заладила! Пошла вон! - и Диана топнула ножкой.

--Я... я... я п-принесу кук...куклу, - сказала девочка.

-Пошла вон! - в глазах Дианы загорелся недобрый огонек. - Вон!!!

Синди была уже около лестницы.

-Вот тебе, вот! - Диана шлепнула Синди по лицу. Синди дико заревела. Прибежала миссис Блонди.

-Мисс Диана, что вы делаете? - она подхватила плачущую девочку и понесла вниз. Потом миссис Блонди потащила Диану к дедушке. Тот был ошарашен поступком Дианы.

-Зачем ты это сделала? За что ты ее избила?

Дикэ стояла, опустив голову, не зная, что сказать. Да она и действительно не знала за что. Могла ли она понять себя, понять, что волновалась, думая о капитане. Одна! Без Дика! Что если...

Ральф ходил по своему кабинету и грозным, как ему казалось, голосом вещал, что ее поступок гадок и почему он гадок. А Диана не слушала его. В окно она видела девочек, играющих на лугу. Среди них была и Вика и даже злополучная Синди. На лавочке сидела тетя Лисси, а маленькая Нэнси бегала по саду...

Потом Ральф запер Дикэ в ее комнате. Она бросилась на кровать и заплакала от обиды. И незаметно заснула. Она проснулась уже на закате. Наступали сумерки. Девочки давно разбрелись по домам. Никто так и не пришел открыть дверь. Надо было думать, как выбираться. Вечер незаметно перешел в ночь. Внизу часы пробили полночь.

Вдруг Дикэ вспомнила о таком же узнике, как и она сама. Это был Вовка. Его недавно привезли из Самары перед школой, родители хотели, чтобы он учился в Торонто. Да, она сама закрыла его сегодня утром. Ключ! Этот ключ она нашла еще вчера, во дворе. Вдруг ключ подойдет к ее двери? Ключ подошел, и Дикэ была на свободе. На радостях она открыла дверь Вовке. Тот еще не спал.

-Мы с Диком решили с тобой дружить, - заявила она.- Собирайся!

-Ладно, буду с вами водиться, малявки.

-Тут малявок нет!

-А где Дик?

-Я вместо него.

-Ладно.

Дети взяли фонарики, пистолеты и снова закрыли двери. Они спустились на первый этаж. Вдруг раздалось громкое уханье филина. Дикэ вошла в столовую, залезла на подоконник, открыла окно и прыгнула вниз. За ней последовал Вовка.

-Томми! Привет!

-Привет, Дикэ! Ты с кем?

-С Вовкой.

При свете луны, показавшейся из-за туч, Томми внимательно оглядел Дикэ. Вылитый мальчишка! Только косичка, заплетенная из челки с вплетенной в нее ножкой напоминала, что это девчонка. Из-под шорт торчали худые ноги, все в ссадинах и царапинах. Рубашка и жилетка дополняли наряд Дикэ. Из-под крыльца Дикэ достала старые кроссовки и одела их на босу ногу. Томми был в костюме непонятного цвета. На компаньоне же Дикэ были строгие черные брюки и белая рубашка.

Дети раздвинули доски забора и вылезли на опушку леса. Там Дикэ ухнула филином, и из-за всех окрестных кустов показались вначале головы мальчишек, а потом и они сами. Разведка доложила, что Джон и его отряд начали наступление.

-Приготовить снаряды! - в кустах у них был целый арсенал шишек. Мальчишки рассовали их по карманам.

-В засаду! - приказала Дикэ, и первая шмыгнула в кусты. - Заряжай пистолеты! - (Водные, но дети стреляли из них грязью).

Джон Рединг показался с отрядом.

-В атаку! - крикнула Дикэ.

Засвистели шишки, комья глины. Захлопали выстрелы. Потом враги схватились врукопашную. Противником Дикэ оказался сам Джон, но Дикэ была не слабее его. Сражение происходило без особого шума - лишь мелькали огни фонариков, висящих у детей на шее. Дикэ продолжала наступление. Армия Джона не была разбита, но отступала.

Три часа... Скоро рассвет. Битва закончилась снова ничьей. Дети расходились по домам. Одежда, лица, руки, ноги их были в грязи. В саду Дикэ сняла кроссовки и зашвырнула их под крыльцо. Перелезла через окно. Вовка - следом, держа ботинки в руках.

-Здорово!

-Тебе понравилось?

-Да!

-У нас так каждую ночь.

-А кто придумал?

-Дик. Но еще я и Джон. Он из Саут-Уайта. Тут недалеко. Ты знаешь, я предлагала помидорки, а сошлись на шишках. Вот бы вид у тебя был!

Проникнув в спальню, Дикэ закрылась на ключ, спрятала его, а также пистолет и фонарик, разделась, кинула одежду в шкаф для грязного белья и легла спать.

Утром, в 9 часов, Ральф, мучимый раскаянием из-за того, что забыл про нее, открыл дверь, а Дикэ спала, как ни в чем ни бывало...

Глава 9

Черноглазый ребенок смотрел в иллюминатор пассажирского самолета. Океан... Но впереди Франция, Париж, город мечты...

В полдень самолет приземлился в Париже. Григорий давно решил остановиться у Генки. Вот и знакомый дом! Сколько воспоминаний связано с ним!

Григорий позвонил. Дверь ему открыла жена Генки, Магдалина.

-Привет, Мегги! Ты не узнаешь меня? - воскликнул он.

Она не узнала его. Не могла она признать в этом красивом мужчине с нашивками капитана того мальчишку Гришку.

-Это же я...

-Гришка! Малыш! - крикнул показавшийся из комнаты Генка. - Изменился! Не узнать! Заходи же! Ты с сыном? Какой славный малыш!

-Меня зовут Ричард, - гордо сказал мальчик, - и я уже не малыш!

Они прошли в комнату и сели пить чай.

-Какими судьбами? -спросил Генка.

-Мой проект, я же тебе звонил, рассказывал!

-Ну? Неужели уже закончил? Ты даешь!

-Представлю в Академии.

-То-то все будут поражены!

-Ну, показывай сыновей! Выросли? А то я их видел только по телефону.

-Сейчас... О! Да вот и он!

-Па-а! - раздался голосок, и на пороге комнаты показался малыш. Он полз на четвереньках и тащил за собой поезд. Генка подхватил сына на руки.

-Знакомься, Ромен-Альберт, с дядей Гришей.

Ребенок недоверчиво глянул своими черными глазами-бусинками на смеющегося отца.

-А где второй?

-Спит, в комнате, наверху. Он не такой активный. Не знаю, это нехорошо наверное, но этого люблю больше. Почему - не знаю...

Они родились на месяц раньше срока. Для своего рождения они избрали самое неподходящее время и самое дикое место...

Магдалину смогли вылечить. Теперь уже не было риска, как пять лет назад (уже тогда начали говорить, что ее здоровье восстановлено), что она умрет при родах. Теперь она была беременна и ждала этого ребенка как небывалого дара небес.

Геннадий имел привычку устраивать увеселительные прогулки на Страннике - когда все равно корабль стоял бы в порту, таким образом, эти прогулки не лишали его доходов. Обычно Генка приглашал родственников или знакомых. В эту поездку гостей было пятеро: Франсуа де Виль-Конте и его жена Беатриче - друзья и соседи Геннадия в Сете, Густав Ртихов - дальний родственник Геннадия, Мерчиа Редклифф и Ален де Мильдеви.

Самым необычным лицом была, конечно, Мерчиа. Она приходилась Генке чем-то вроде троюродной свояченицы, муж ее - Редклифф был Генкиным троюродным братом. Репутация у Мерчии была отвратительная. Она бросила своего мужа почти сразу после свадьбы и убежала с каким-то молодым человеком. Потом, через два месяца, плача, пришла к мужу и на коленях просила прощения. И ее раскаяние было искренним, муж чувствовал это! А через месяц она исчезла снова. Ее находили экстравагантной, и некоторые дамы были без ума от нее. Мерчии было 25 лет, но, несмотря на свою разбитную жизнь, она казалась даже моложе своих лет. А главное, она была оптимисткой. Что бы ни случилось, она смеялась, да еще так, что заражала весельем всех вокруг.

Магдалина чувствовавшая себя последние восемь месяцев угнетенно, не могла обходиться без Мерчии, и она упросила мужа пригласить Мерчию. Это было весьма рискованно для Геннадия - он мог запросто лишиться всех связей в высшем свете, если бы в Париже стало известно, что он принимает у себя эту женщину. Но те, кого он пригласил, не могли донести - это был близкий круг. Кроме того, только Мерчиа могла сделать предстоящую прогулку настоящим праздником. Ну, а если ехала она, нельзя было не взять ее очередного друга - Алена де Мильдеви - молодого человека, делающего огромный успех на юридическом поприще.

Во второй половине дня 30 декабря 2282 года Странник покинул Сет. На борту было 7 пассажиров да 10 человек команды. Корабль был нагружен провизией и выпивкой - все знали, что им предстоит захватывающая встреча Нового года на море, обещающая много веселья...

Геннадий решил покатать их по Средиземному морю и даже начертил примерный путь корабля и передал его своему помощнику.

Сначала все сидели за столом в одной из кают-компаний. Ели и пили. Мадлен полулежала в кресле - она еле мало и пила только сок. Она сама хотела этой поездки, а теперь чувствовала себя дурно, но не хотела говорить об этом мужу. Геннадий пил мало. Заметив это, Густав - толстый лысоватый старичок - воскликнул:

-Что ж ты не пьешь? У нашей Маделейн будет наследник!

-Не знаю, - прервала его Магдалина, - может, родится девочка.

-Нет, наследник! Пью за наследника рода де Шанли! Генка, ты должен, ну просто обязан, пить!

-Хороший тост, - вскричали все. - Давайте! Давайте!

Геннадий выпил, а потом... Гости наперебой предлагали тосты, и хозяин не мог отказаться. Мадлен не обращала на это внимания - она была занята только собой.

Потом все отправились гулять по палубам. Была уже глубокая ночь, корабль был так далеко в море, что огней берега было не видно. А на корабле гремела музыка. Пьяные гости играли в карты. Генка крупно проигрывал де Виль-Конте. Наконец, разозлившись, он стукнул по столу кулаком:

-Франсуа, тут что-то нечисто!

-Неужели ты подозреваешь меня?! Выпей и забудь...

А остальные вели светскую беседу - то есть судачили обо всех и вся...

Мерчиа и Мильдеви гуляли по кораблю.

-Ален, я хочу в океан!

-Куда?

-Пусть корабль поплывет в Атлантику! Сейчас так тихо!

-В океан!.. Мерчиа...

-Что?

-А как же Эжен?

-Да что случится с его кораблем? Он сам будет рад!

-Правильно! Я скажу сейчас помощнику...

-Да, да, идем...

Марк Ольвис всегда четко выполнял команды своего капитана. Пусть сейчас ему показалось странным распоряжение после того, как они долго продумывали маршрут, но ведь капитан здесь главный! Он развернул корабль и отправился на запад. Никто из гостей и не заметил, как корабль проскочил Гибралтар и вышел в океан.

Океан был тих, как озеро. Корабль шел к экватору...

В штиль большинству команды делать было нечего, и они отдыхали.

-Дейк! Глянь, что я нашел, - говорящий размахивал бутылкой, - и здесь их до черта!

-Брависсимо! Тащи их сюда, Анжело!

Коллинз сделал глоток.

-Хорошее пьют! У, гады!..

-От них не убудет...

На следующий день веселье продолжалось, точнее говоря, оно и не кончалось, ибо спать никто не ложился. Все так же ели, пили, играли, танцевали и смеялись. Странно было, что они так долго плыли вперед и не натыкались на берег, но пьяному сознанию Геннадия было все равно. Около трех часов дня на небе показались тучки, но даже помощник не придал им значения --он спал в своей каюте, положившись на боцмана.

Он проснулся от сильной качки. Было часа четыре, или чуть больше.

Небо было обложено тяжелыми тучами. Океан вздымался и опускался, а Странник плясал на волнах. Положение было опасное.

-Что же делает рулевой! - вскричал Ольвис. - Куда смотрит! Почему не разбудили меня? Бэркли!

Боцман не откликался. Чертыхаясь, Ольвис побежал в рубку. Рулевой был в стельку пьян, пел песни и радостно крутил штурвал в разные стороны.

-Гурштадт! Вы пьяны! Вас за это вышвырнут с корабля!

Тот не реагировал. Ольвис схватил его за плечи и выкинул из рубки, матрос спокойно растянулся на палубе.

-Бэркли! Бэркли!

Помощник бросил штурвал и побежал искать боцмана. Бэркли спал на камбузе. Ольвис растолкал его, и тот не сразу понял, в чем дело - долго брыкался и бурчал - он тоже был нетрезв, но еще мог соображать.

-Что с командой?

-Все пьяны, сэр!

-Вы мне за это ответите, Бэркли... Начинается шторм. Я, вы, Бэркли, и еще хотя бы одного человека... Найдите!

-Есть, сэр!

-Я иду к капитану.

Увидев входящего помощника, Геннадий раздраженно закричал:

-Ольвис, почему корабль плохо идет? Будто ныряем куда-то!

-Шторм, сэр, в Атлантике не шутка. Океан-с...

-Какой океан?

-Вы сами приказали плыть в Атлантический океан.

-Я? И... э... мы что, в океане, что ли? Да?

-Шторм, сэр. Команда пьяна.

-Ольвис, разворачивайте корабль! Сейчас же! Я не помню такого распоряжения! Разворачивайте! Обратно...

Бэркли сам стоял у руля. Рядом приходил в себя матрос Вульфила. Ольвис задавал по компьютеру курс Страннику. Но корабль не хотел разворачиваться.

-Он не слушается руля!

-Что делать?

-Отставить панику! - заорал Ольвис, сам перепуганный насмерть. - Задраить все люки в трюм! Себя привязать канатами! Руль держать! Не давать кораблю вертеться на месте!..

-Гена, мне очень плохо. Я не могу... А-а-аа... Еще вчера... Вот оно опять... А-аа... Мне больно... Я боюсь... Мне кажется, это роды... А-а-аа... Я умираю...

-Магда, Магда, - шептал Геннадий. В голове шумело, все плыло перед глазами. - Успокойся. Тебе надо лечь. Я тебя отнесу.

Видимо, он неловко подхватил ее, и она вновь закричала от боли.

-Не надо! Не надо! Оставь меня здесь, - он положил ее на диван.

-Может, ты ошиблась?

-Нет, нет... Спаси меня... Спаси...А-а-аа...

На ее крик сбежались все.

-Что?

-Что случилось?

-В чем дело?

-Преждевременные роды...

-Что же делать?

-Как что? Беатриче, вы же должны знать!

-Откуда мне знать, у меня что, дети были?

-Мерчиа, Мерчиа, я умираю!

-Молчите, Магда, вы не умрете, - жестко сказала Мерчиа.

-Ольвис!

-Я не могу развернуть его! Мы летим на Антарктиду!

-Вызовите помощь!

-Нет связи...

Волны высотой в несколько сот метров погружали корабль в пучину. Он дрожал, но пока еще находил в себе силы выскочить на поверхность. Навстречу новому валу.

А в кают-компании...

Громко кричала Магда. Плакала Мерчиа и для успокоения рюмками глотала водку. На коленях, уткнувшись головой в подушку жены, стоял Геннадий и рыдал. В углу в глубоком обмороке лежала Беатриче. А остальные сидели за столом и пили - чтобы заглушить ужас перед стихией...

На огромном океанском корабле было всего два трезвых человека. Один из них, Магда, корчился и извивался от непрекращающейся боли, а другой, Ольвис, закусив губу, упрямо боролся с силой океана...

И все давно забыли, что они встречают Новый год... А до него оставалось совсем немного.

Ребенок успел родиться в 2282 году. Он родился, когда уже Геннадий и Мерчиа считали, что все кончено, и Магда умрет. Ребенок был маленький красный сморщенный комочек и, не переставая, орал. Мерчиа накинула на него одеяло и вынесла его из каюты на палубу.

На небе между туч был единственный просвет - прямо над кораблем горел Южный Крест. Оттуда, прямо от прекрасного созвездия, к Земле протянулся яркий луч света. Мерчиа с ребенком на руках подскочила к поручням.

-Мерчиа, отдайте моего сына!

-Смотри, ребенок, - кричала Мерчиа, высоко поднимая дитя над головой, - смотри на это небо, под которым ты родился, на эти холодные равнодушные звезды...

-Вы сумасшедшая, Мерчиа...

Огромный вал поднялся и накрыл корабль.

-Держитесь, Мерчиа, - в отчаянии прокричал Геннадий, падая на палубу.

Геннадию показалось, что прошло очень много времени, прежде чем корабль выскочил из страшной глубины океана. А Мерчиа так же стояла, не держась за поручни, поднимая ребенка к небесам.

-Смотри на этот луч, ребенок, он светит тебе, одному тебе! Это твой великий путь, дорога в жизни, по которой ты пойдешь к невиданным доселе успехам и достижениям! Ты покоришь это море, ребенок, эти звезды, это пространство, ты покоришь себе Вселенную!

Луч мигнул несколько раз, подтверждая выкрики экстравагантной женщины, и исчез...

И успокоился океан... И вдалеке, на самом горизонте, сияли льды Антарктиды...

Марк Ольвис развернул корабль на север. И второй ребенок, Антони, родился в спокойной обстановке, ранним утром, у побережья Африки. Но он родился уже в 2283 году...

-Ты его любишь из-за этого луча, - сказал Григорий. - Неужели ты веришь в то, что кричала эта безумная?

-Нет, конечно, нет. Луч был - вдвоем, у нас не мог быть один бред, но луч объясняется гораздо проще. Это наверняка луч-сигнал с космического корабля или, еще лучше, искусственного спутника Земли, спроектировавшийся на созвездие...

-Да-а...

-Но все равно, ты подумай, какое совпадение! В этом что-то есть, просто должно быть...

Глава 10

Следующая неделя для Дика была сплошным праздником. Тетка Берти - Шарлотта, 14-летняя девушка, гуляла с ним по городу, показывала достопримечательности. Дома он играл с Берти, который ему сразу понравился.

Не такова была эта неделя для его отца, Григория. Проект Григория был не первым - задолго до него обсуждались проекты, и они не находили поддержки большинства. Проект Григория вызвал сенсацию. Профессора Академии сразу единогласно проголосовали за. Поспешно созвали конференцию конструкторов Земли. Снова Григорий отвечал на вопросы, объяснял детали. По сравнению с предыдущими, проект Григория был самым совершенным. И все же Григорий долго ждал утверждения - это было так неожиданно, что многие просто не решались утвердить проект...

31 августа 2283 года...

Григорий знает, что завтра торжественно объявят о принятии проекта.

Завтра Вовка идет в школу.

Где-то в далекой Шотландии тоже идет в школу девочка - сестра Дика и Дикэ, которую они никогда не видели. Эта девочка уже не крошка и далеко не болезненная. Это сильный, здоровый ребенок, занимающийся с четырех лет гимнастикой. А теперь она провожает маму, улетающую в Канаду, и свою младшую сестру Ольгу. Эта малышка родилась всего 10 дней назад и уже совершает свое первое путешествие. Тоша редко видит маму. Но это лишь усиливает ее любовь к маме... А вот папу она не знает совсем...

Мелани узнала о Григории из газет. А несколько дней спустя приехал и он сам и привез сына. Григорий был счастлив.

-Мелли, ты помнишь, ты сказала, что отдашь все на свете, чтобы полететь со мной в другую галактику? И мы полетим! Они приняли мой проект! Уже будет строиться корабль. Мы полетим!

-А как же мы? - хором воскликнули Дик и Дикэ.

-Останетесь дома. Вам через год в школу. Вовка вон уже учится!

Дети поняли, что отцу явно не до них - у него свои проблемы.

Действительно, дел предстояло немало. Набрать будущий экипаж - раз (Он так и не понял, почему отказались Чебурашкины, но Митька жестко заявил: Ни я, ни моя жена туда не полетят!), с ними со всеми познакомиться, сдружить их. Во-вторых, съездить в инопланетные посольства, там читать доклад о полете. Потом - Галактический Совет, там еще придется мотаться по разным планетам. Плюс сборка корабля, его испытание. Да еще дети, грудной ребенок...

Григорий даже не думал, как все это будет трудно и долго. Теперь он редко появлялся дома - он носился по Галактике, обсуждая полет. Ему везде давали поручения, а также снабжали разными хранителями информации с записями о той или иной планете или системе - эту информацию он передаст жителям другой галактики - М-31, иначе, туманности Андромеды. Если, конечно, там будет разумная жизнь. Хотя в этом-то никто не сомневался.

Его имя было известно каждому в Галактике - говорили только о нем и его полете...

Мелани занималась подбором экипажа. Хотя, собственно, выбирала их не она. На Земле повсюду выдвигали кандидатуры опытных летчиков, механиков, ученых, и выбирали самых-самых...

К декабрю команда была набрана. Кроме Мишуткиных - еще 48 человек. Григорий - капитан.

К Новому году был закончен корабль. Он намного превосходил другие своими размерами. По форме он представлял собой диск диаметром около километра. Внутри было пять уровней. Обшивка корабля была изготовлена из сверхпрочных сплавов и была очень толстая. Однако сам корабль, несмотря на массивность, был не тяжел и должен был полететь с рассчитанной скоростью.

Григорий обещал своим детям показать корабль, тем более тот стоял на космодроме в Торонто. Была зима, и было очень холодно, когда они прибыли. Громадный корабль возвышался над всеми остальными. Вокруг него суетились люди, стояли аппараты - в общем, во всю кипела работа.

-Предупреждаю, руками ничего не трогать, от меня не убегать.

-Конечно, папа.

-Да, папа.

Пятилетние дети осторожно ходили по кораблю, держа отца за руки. Размеры корабля поразили их. В среднем уровне находились каюты всех членов экипажа. Ниже шли машинные отделения, там стояли разные приборы, счетчики. Центральный двигательный отсек пронизывал корабль, как гигантская ось. В верхних уровнях находились кают-компании, капитанский мостик, центр управления полетом, а также многочисленные складские помещения для еды, воды, воздуха и остальных необходимых вещей. Предполагалось взять из другой галактики разных зверей, растения - были места и для них. Около главного люка был отсек с множеством скафандров, а ниже - большой люк вел туда, где стояли планетарные катера и флаеры.

Когда они закончили осмотр, Григорий весело спросил детей:

-Ну что, нравится папкин корабль?

Они закивали и неожиданно попросили:

-Возьми нас с собой, папа!

-Вы, решительно, сошли с ума, - смеясь, сказал отец, и дети поняли, что их надежды тщетны...

Испытания прошли успешно. Все было прекрасно, но трудность пришла, откуда ее не ждали. Галактический Совет запретил полет - безумно, слишком рискованно, не долетят, погибнут. Все 50 человек - экипаж Странника были готовы биться за право лететь. В конце концов, это наши жизни. Если мы погибнем, никого не надо будет винить. Они мчались в Галактический Совет и доказывали свою правоту. Много раз они переходили от отчаяния к надежде, но, наконец, наступил день, когда было решено - полет будет и было назначено число - 1 марта 2284 года.

Все члены экипажа стали собирать вещи, обустраивать свои каюты - чтобы чувствовать себя как дома. Ведь полет будет очень долог - им придется преодолеть 450 тысяч парсек - гигантское расстояние. Полтора миллиона лет нужно свету, чтобы пройти расстояние между галактиками, а до Земли - еще больше...

29 февраля - да, этот год был високосным - состоялся прощальный обед. На ферму съехались улетающие, их родственники, а также ученые. Обед получился натянутый и грустный, хотя все старались улыбаться - они чувствовали, что, возможно, прощаются навсегда. Все разбрелись по разным гостиным, по кучкам и беседовали о своем.

Детей просили не путаться под ногами. И правда - Дик с Вовкой потешались над Нэнси, Вика вышивала. А Диане было скучно, и она спустилась вниз и заглянула в гостиную. Она боялась, что ее кто-нибудь поймает. И вдруг ее взгляд встретился со взглядом человека, сидящего на диване. Человек ей показался совсем старым. Диана была готова юркнуть за дверь, но человек вдруг позвал ее:

-Не бойся, малышка, иди сюда.

Диана робко вошла.

-Ты дочь капитана?

-Да. Я - Диана.

-А меня зовут Алан Кваренга, я врач.

-А вы не боитесь? - внезапно даже для самой себя спросила Диана.

-Боюсь? Да, наверно. Но у меня никого нет на Земле, кто бы стал обо мне плакать. Знаешь, чтобы я верил, что я вернусь, надо, чтобы меня кто-нибудь ждал на Земле. Правда? Это будет значить, что я кому-то нужен. Пусть это будешь ты. Возьми, - он расстегнул цепочку на шее и одел ее Диане.

-Помни меня. Хорошо?

-Я обязательно буду вас ждать. И вы вернетесь. Вы все... Правда?

-Да, Диана, да...

Глава 11

1 марта 2284 года, великий день, ознаменовавший полет в другую галактику.

Космодром в Торонто полностью очищен от снега. Снег шел всю ночь, и всю ночь работали машины, очищающие поле. А редкие снежинки все продолжали падать на землю.

Собралась огромная толпа, хотя до старта еще далеко. Мелькали фигуры журналистов, берущих интервью, как у экипажа, так и у зрителей. В толпе Мелани видела знакомые и незнакомые лица. Здесь представители иных планет, члены Галактического Совета, друзья, родные, просто интересующиеся полетом - не только с Земли, но и из других миров. Тут и Максвеллы, и Чебурашкины с детьми, и Ральф. Дик и Диана стояли рядом, в толпе провожающих. Здесь вообще много детей всех возрастов - это дети покидающих Землю...

Григорий прощался с мужчиной с годовалым ребенком на руках - это Зайцев.

Корабль... Он возвышался над толпой, сияя. Серый диск с голубой полосой по боку. На ней белыми буквами написано на английском и галактическом языках: Wanderer(Странник).

-Я назвал его Странником в честь твоего Странника, Генка. Пусть мне, как и тебе, сопутствует удача...

Мелани смотрела на детей. Какие они маленькие и худенькие! А Тоша? А Оля? Как она будет там, в деревне, у свекрови?

Искательница приключений - как удивительно точно назвал ее отец. Приключения и дети несовместимы... Но она не может жить серо, как все (хотя в мечтах о счастливой жизни рисует себя именно такой...)

Старт в 9 часов утра. Как быстро пролетело время. Уже пора...

Экипаж стал уходить с трапа в корабль. Трап необычно большой, специальный (Конечно же, у корабля был свой трап, но он маленький, 50 человек на нем не уместятся сразу. А на этом они выглядели внушительно - в ярких костюмах с эмблемой Странника).

И вдруг Мелани увидела, что к кораблю по полю бежит маленькая фигурка в комбинезончике - Диана! Девочка взбежала на трап и бросилась к матери.

-Мама, не улетай! Мама! Мама, останься! Мама!

Григорий вышел на площадку к жене и дочери.

-Не плачь, малыш, мама вернется.

-Правда? А ты?

-И я...

Мелани плакала.

-Приготовиться к старту.

На телеэкранах всего мира была видна эта картина: малышка на отъезжающем трапе и двое взрослых, исчезающих в проеме входа.

-Вот она какая, моя сестра, - сказала Тоша, - счастливая, ее видит весь мир...

А Тоше не повезло. Она так хотела лететь в Торонто провожать маму, но заболела - вчера упала в снег и сильно простудилась. А эта Диана...

Тоша проплакала весь день. Жутко завидовала она этой девочке...

Глава 12

Старт прошел нормально. Вот они уже за пределами земной атмосферы, Земля пропадает вдали. Скоро они промчатся через Солнечную систему, и тогда корабль начнет серию прыжков. Сейчас еще ничего особенного делать не надо, но никто из экипажа и механиков не отдыхает. Все члены экипажа - 10 человек - находятся в центре управления, где Григорий по компьютеру задает курс корабля. 10 механиков следят за системой - конечно, все давно проверено - но все-таки... Остальные 29 человек в шутку называются пассажирами. Это 11 биологов, 10 переводчиков, 5 физиков, 2 химика и врач. Их работа начнется тогда, когда они уже прилетят в галактику Андромеды.

На корабле всего три женщины - Мелани Мишуткина, Эллен Драйзнер и Екатерина Бауэр. Они сидят в одной из кают-компаний и смотрят то в иллюминатор, то друг на друга. Мелли примерно одних лет с Эллен. Екатерина - намного младше. Ей всего 17 лет. В экспедицию она попала только благодаря своему таланту - она прекрасный переводчик. Китти знает почти все языки нашей галактики. Нелли - биолог. Она и Мелли говорят о разном - о детях, оставшихся на Земле, родных, о Земле, о мужьях... Муж Нелли - Эрик Драйзнер - радист, он передает на Землю информацию о том, как проходит полет. Связь будет до тех пор, пока корабль не покинет пределы галактики. Потом о том, что корабль жив и продолжает полет, будет говорить горящая красная кнопка в Центре Управления полетами на Земле... Дети Нелли, мальчик и девочка семи и четырех лет, тоже остались на Земле. Китти труднее всех. Она чувствует себя неуверенно - она здесь самая младшая. Не отнесутся ли к ней, как к ребенку?

Заглянул профессор Алан Кваренга - врач на корабле. Алану около сорока, но волосы его почти седые. Он в очках, с усами и бородой. Профессор холост. Мать и отец его давно умерли. Его никто не провожал сегодня, никто не ждет его на Земле - кроме разве что Дианы, но об этом знает лишь она одна. Он самый старший член экипажа по возрасту, и сейчас, видимо, не находит себе места. Вообще, многие пассажиры сидят по кают-компаниям без дела...

Мелани глянула на Китти, эту почти девочку, и вдруг нашла, что Китти очень похожа на нее, на Мелани. Волосы, только еще более белокурые, чем у Мелли, розовые щечки... Будто почувствовав взгляд, Китти подняла голову, и на Мелли посмотрели большие зеленые глаза, в которых читалась решительность. Китти отвела взгляд, а Мелли вдруг подумала, что не только решительность светилась в глазах Китти, но... какой-то страх, не полета, не будущего, а страх, как печать смерти, застыл на лице. Мелли тряхнула головой и отогнала наваждение...

Раздалась команда всем разойтись по каютам - корабль входил в прыжок. Только капитан и трое членов команды оставались в рубке - следить за полетом - сейчас корабль вел компьютер.

Прыжком называется движение корабля через подпространство. Только так корабли могут пересекать бесконечное пространство космоса. Долгое время думали, что летать быстрее скорости света невозможно, но квантовый предел был преодолен открытием новых свойств гравитации. Ведь скорость ее распространения во много раз больше скорости света. Подпространство в просторечии называли пятым измерением, где кроме времени еще одной характеристикой была гравитация, но в научном плане это не совсем так. Ведь подпространство никак не действует на корабль и на людей в нем. Только в подпространстве не увидишь звезд и планет и не никаких ориентиров. В прыжке кораблю задаются координаты начальной и конечной точки, и корабль исчезает, чтобы возникнуть вновь уже в другом месте пространства. С этим открытием звезды и планеты стали гораздо ближе, и, чтобы долететь до них, нужны были не годы, а лишь дни. Однако прыгать корабль мог только на определенные клетки, имеющие координаты. А что же делать в межгалактическом пространстве, где координаты неизвестны? Вот эта проблема и стояла перед Странником. Когда они выйдут за пределы нашей галактики, они смогут делать очень маленькие прыжки, всего на несколько парсек, иначе они не выйдут из подпространства, и тогда попадут под власть времени, четвертой характеристики, с которым шутки плохи - оно не игрушка...

Мелани вошла в свою восемнадцатую каюту и села в специальное кресло, одела наушники и закрыла глаза. На столе перед ней был пульт, и она могла связаться с кем угодно на корабле. Пять минут она сидела, не двигаясь. Огромная сила вжимала ее в кресло. Гравитация при переходе всегда была очень сильная, хотя они и делали все возможное, чтобы ее избежать...

Вдруг Мелани послышался стон. Стены звуконепроницаемые. Значит, звук идет по радио, - решила Мелани, - кому-то плохо. Кому? Где? И почему? Неужели не повезет с самого начала полета? Хотя, может, просто не включена система биозащиты? Но они должны были проверить гравитационный переключатель перед тем, как сесть в кресло... С трудом Мелли подняла руку и набрала запрос на компьютере. На экране высветились номер и код каюты.

Каюта Љ17! Это же совсем рядом! Она пойдет! Надо! Мелани встала и вышла из своей каюты. В коридоре гравитация была еще сильнее - ее здесь не уменьшали - зачем зря тратить энергию? Сделав несколько шагов, Мелли почувствовала дурноту. Кровь прилила к вискам, в ушах шумело, но Мелани продолжала идти. Впереди она увидела какую-то темную массу - кто-то двигался навстречу. По дороге Мелли вспомнила, что это каюта этой девочки, Китти.

Вот и Љ17. Мелани открыла дверь. На полу лежала Китти, неестественно согнувшись от боли, и стонала. Гравитация здесь была даже сильнее, чем в коридоре. Мелли глянула на приборный щиток в стене и поняла, почему Китти стало плохо. Она бросилась и повернула гравитационный переключатель и сразу почувствовала, как слабеет притяжение.

В каюту вошел запыхавшийся доктор Кваренга. Он прихватил с собой аптечку. Доктор не сразу узнал Мелани, как ей показалось, очень удивленно спросил:

-Жена капитана? Вы?

-Да. Китти было плохо, она забыла повернуть переключатель...

Вдвоем они перенесли Китти в кресло, и доктор ввел ей стимулирующее средство. Постепенно Китти пришла в себя. Когда корабль вышел из прыжка, Китти чувствовала себя уже совсем хорошо. Она поблагодарила своих спасителей, и те вышли из каюты. И доктор сказал:

-Вы герой, мадам. А я представлял жену капитана слабой...

-Вы помогли мне, разве я бы справилась сама? - Мелани пожала ему руку и пошла в свою каюту. Там она застала Григория.

-Черт возьми, гравитацию только что отключили, а ты уже не в каюте. Мелли, неужели ты не боишься?

-Конечно боюсь, но я спасала человека... - и она рассказала ему о Китти и о своем новом друге - докторе...

Глава 13

Прошел месяц со дня их отлета. Полет протекал нормально. Все они знали друг друга. Неправильно думать, что они были поглощены работой. Напротив, большая часть ничего не делала. Странник сам шел по курсу, ныряя и выныривая из подпространства, а Григорий лишь корректировал движение. 5-7 человек находились на дежурстве, а остальные делали что угодно: играли в компьютерные игры, шашки, шахматы, карты, лото; читали, писали отчеты о полете, смотрели в иллюминаторы на проносящиеся звездные системы, либо просто болтали... Ничего не происходило, ни ссор, ни споров, ни несчастных случаев. Жизнь как бы замерла, заснула. Но вот...

3 апреля. Григорий был свободен и зашел в каюту к жене и застал ее в слезах. Он кинулся к ней.

-Мелли, что с тобой?

Она слабо вскрикнула и упала на диванчик. Григорий опустился рядом на колени и заглянул ей в лицо. Он снова задал свой вопрос. Мелани заплакала.

-Григорий! Прости меня! У меня... у меня будет ребенок! - она не дала ему ответить. - Помнишь 18 февраля?

В тот день пришел отказ Совета в разрешении полета.

-Это бред, безумие. Долететь нельзя! Иначе бы долетели раньше. Это последнее и бесповоротное решение.

-Вы гады, подонки!.. - Григорий в ярости орал на весь Центр. Он был на грани нервного срыва - устал от бесконечных полетов, прошений, доказательств. А потом он пил. Он впервые в жизни напился до такого свинского состояния. Домой он добрался на попутной машине и сразу поплелся в спальню. Была уже поздняя ночь, но Мелли не спала - она волновалась за Григория. И вот он вошел. Яростно срывая одежду, распинывая с дороги вещи. Она никогда не видела его таким... таким жутким...

-Иди ко мне! - прорычал он, и Мелани, испуганная, подчинилась.

-Мы не летим, так черт с ним! Будь что будет!

А потом...

Утром Григорий с тяжелой с похмелья головой трясущимися руками распечатывал депешу, доставленную специальным курьером. Там были кучи документов, расписок, гербовых бумаг с печатями... Из всего этого он понял, что полет разрешен. Ему хотелось плясать и кричать от радости, но он был опустошен, и сил радоваться уже не было...

-Я сам виноват, Мелли! Какой я болван! Кретин! Все кончено... - первым его чувством была злость и отчаяние. Он сам испугался своей ненависти. Разумом он понимал, что виноват сам, но не сердцем. Столько усилий и все впустую! Что если... Ведь у Алана должны же быть какие-то препараты... Его вдруг бросило в холодную дрожь от этой мысли. Ему достаточно Альки. Но если он убьет этого ребенка... Он всю жизнь будет видеть его убегающего прочь, убегающего за Алькой... А что если... Ведь судьба зла! Что если это будет второй сын, о котором он столько мечтает?

-Что же делать? Что? Мелли, хочешь, я разверну корабль? Мы полетим на Землю! К черту экспедицию! Но ты и ребенок будете живы и здоровы! Пусть я буду трусом, лжецом! Пусть! Ты важнее...

-Не надо! Гриша! Мы летим дальше... Нам столько стоило вырваться с Земли. Со мной ничего не случится.

-Мелани, Мелли, я... - он задохнулся от отчаяния и радости, - как я мог...

Он положил голову ей на колени и заплакал. Его вдруг потрясло, насколько она смелее его. А ему страшно! И не только сейчас. Чего он боится в этом полете? Почему?

Они не слышали стука, не видели лица потрясенного Гая Армана Филлера, механика, пришедшего звать их обедать. Гай никогда не видел, чтобы капитаны плакали. Смущенный, он поспешил ретироваться.

Гай был странной птицей на борту. 19-летний механик, любящий рисовать, петь, танцевать, пишущий такие потрясающие картины, что не написал бы и художник, всем казался белой вороной. Вечно задумчивый и мечтательный, он ходил, как тень. Он был влюблен, но предмет его любви, Китти, не замечала его, и он старался быть неназойливым. Тяжело было ему видеть счастье других - Капитана и Мелани, Эрика и Эллен, но он не жаловался, лишь все больше уходил в работу, стремясь забыться...

Полет продолжался, и другая галактика приближалась, хотя иногда им казалось, что они никуда не двигаются. Полет казался бесконечным и скучным. С каждым днем Мелани все больше тревожилась за судьбу своего ребенка. Ведь он родится в полете! А ее дети на Земле? Интересно, как они там? Что они делают?

Глава 14

1 сентября 2284 года. Дик и Диана стояли на крыльце усадьбы и ждали деда. Вот и Ральф, за ним Вовка. Они сели в мерседес и поехали в школу, Диана и Дик - в первый, а Вовка - во второй класс.

Мерседес цвета мокрого асфальта тормознул около школы. Дети выскочили из машины. Ральф захлопнул дверцу, и они направились к школе. Впереди скакала Диана в белой кофточке и красной юбке в складку. Каких усилий ему стоило одеть ее так!!! На голове развевался розовый бант. А это было проблемой Маргариты! Волосы Дианы отросли и уже не напоминали мальчишечьи. На Дике были клетчатые брюки, белая рубашка и ветровка. Вовка был одет в строгий костюм, отчего и казался намного старше своих друзей. У всех в руках были цветы. Когда они подошли к группе первоклашек, Ральф отпустил их и обещал заехать за ними после уроков.

Диана растерянно оглядела всех первоклашек и не увидела никого знакомого. Эта школа была самой престижной, а все ее деревенские друзья пошли в другие школы.

-Эй, ты, чего озираешься? - крикнул какой-то рыжий мальчишка Диане.

-У меня имя есть, - парировала та, - меня зовут Диана.

-Больно меня это интересует! Хи! Ты что, сопля, ко мне лезешь?!

Диана страшно обиделась и была готова зареветь, но тут в ней загорелась злость. Она положила цветы на траву, сняла босоножки и с диким воплем вцепилась в рыжего. На площадке мгновенно стало тихо. Все сбились в кружок вокруг дерущихся. Рыжий явно не ожидал такого от девчонки. Диана, как профессиональный боксер, наносила удары кулаками, и скоро рыжий лежал в нокауте. Она же невозмутимо обулась и подняла цветы.

-Это черт в юбке! - зашептали в толпе. - Она свалила Боба Терри!!!

Боб Терри был второгодником, и считался грозой не только первоклашек, но и второклассников.

В этот момент появилась учительница и поразилась. Терри был сильно бит. Рядом стояла Диана и спокойно смотрела на происходящее.

-Дети! Кто побил Боба?

Дети, как один, указали на Диану.

-Ты? Девочка? Не может быть! Ну, сознавайтесь немедленно! Ты? - она указала на Дика, который оказался самым широкоплечим в толпе.

-Нет! Это не он! Это я! - закричала Диана, выгораживая брата. Странно, она ничего не боялась!

-Да, это она, - неохотно подтвердил Боб, красный от стыда.

Учительница была буквально ошарашена.

-Ах, так? Что это такое! Немедленно к директору!

Директором была толстая седая женщина лет 55-ти.

-Что случилось, детка? Тебя обидели?

Диана покачала головой.

-Она сама кого хочешь обидит, - заявила учительница. - Она только что избила Терри.

-Вы уверены в этом?

Она оглядела худенькую девочку, которая не производила впечатления боксера.

-Да, я его побила! - крикнула Диана. - Он меня оскорбил! А я не терплю, когда меня оскорбляют!

-Скажи-ка мне свою фамилию.

-Меня зовут Диана Григорьевна Мишуткина!

-Класс?

-Первый.

-Сколько тебе лет?

-В ноябре будет шесть.

-Но Бобу уже семь!

-Ну и что...

-Так вот, Диана, чтобы этого больше не повторялось. Да... И пусть подойдут твои родители, я хочу с ними побеседовать. Ладно?

-Ладно! Ральф придет! - Диана вышла из кабинета. Ее уже ждали Дик и группа первоклашек, среди которых был и Боб.

-Ну, что? - спросил Дик.

-Родителей вызвали.

-Ну ты и влипла в историю, Динка, что теперь будет! Ну, рыжий, ты у меня получишь!

-Да ладно! Ральф сходит!

-Кто это Ральф? - спросила одна девочка.

-Мой дед!

-А где же твои мама и папа? Они умерли? Да? Нет? Они тебя бросили? Бросили? Как и Боба Терри? Ты из приюта?

-Хи! Бросили! Ну нет! Я Мишуткина, - гордо сказала Диана. - Мой папа - великий конструктор. Это он построил корабль, полетевший в другую галактику. Он полетел на этом корабле! А моя мама - космический археолог и биолог! Она полетела с папой! Так-то!

-Так ты дочь капитана Мишуткина? - все восторженно посмотрели на Диану.

И Диана сияла от счастья... Не думала она, что когда-нибудь будет стыдиться того, чем так гордилась сейчас...

Потом дети пошли на классный час, где познакомились друг с другом и со своей учительницей, мисс Грейхем. Почти все в классе хотели дружить с Дианой, не только девчонки, но и мальчишки.

После урока их отпустили домой. Диана шла в окружении мальчишек. Рядом оказался Боб.

-Давай помиримся и будем друзьями, Боб, - сказала Диана.

-Давай, - отозвался Боб...

Ральфа было еще долго ждать. Дик и Диана встали в сторонке. Мимо прошли девчонки, предлагая Диане идти с ними смотреть куклу какой-то девчонки. Диана отказалась. Она вдруг с горечью подумала, что ей не интересно с девчонками. Диана взглянула в сторону мальчишек. С ними был и Дик. Они играли в футбол. С ними был и Дик. Диана пошла туда.

-Можно, я тоже с вами? - попросила она.

-А ты умеешь? - удивился кто-то.

-Конечно, умею.

-Ну ладно, давай!

Она играла в команде Дика, там же оказался и Боб... Прошло два часа. Снова подъехал мерседес. Ральф прошел во двор, нашел там Вовку (у второклассников уроки были по полной программе, а не только классный час), и пошел искать остальных. Он сразу заметил розовый бант, развевающийся на футбольном поле. Так он и знал - Диана. Глаза ее горели, волосы растрепались, она гнала мяч к воротам. Ура! Гол! И тут Диана заметила дедушку.

-Привет! - крикнула она и подбежала. - Знаешь, тебя пригласила директор. Иди, сходи к ней, а? Я тут поиграю, можно?

-Диана, что же ты опять натворила?

-Да так, ничего особенного, - крикнула Диана деду вдогонку...

-Добрый день, мистер... э... мистер...

-Эриксон. Я дедушка Дианы.

-Да, я и подумала, Вы же не можете... Я имею в виду, ее отец ведь капитан Мишуткин?

-Да.

-Так вот, мистер Эриксон, вы представляете, что ваша внученька натворила сегодня? Нет? Она побила Терри!

-А что в этом такого? - Ральф вздохнул от облегчения, он ожидал большего, например, сорвала урок или затопила школу. А побила - что ж, она частенько кого-нибудь била... - Что он ей сделал?

-Откуда я знаю? Обозвал, по-моему.

-Давайте позовем их и решим эту проблему.

Диана и Роберт вошли.

-Мы уже давно помирились, - сказала Диана, - и больше драться не будем. Обещаем.

-Ну и молодцы! Идите, дети...

Когда дети вышли, директор обратилась к Ральфу:

-Постарайтесь проследить за ее поведением. Привейте ей манеры леди. И, уверяю вас, из нее выйдет толк... Она рождена быть королевой...

Так началась школьная жизнь Дианы Мишуткиной. Сейчас еще никто не подозревал, что пройдет несколько лет, и имя Дианы прогремит в мире. Диана будет известной, обязательно будет...

Глава 15

1 сентября 2284 года, именно в этот день Странник вошел в другую галактику. Они замедлили скорость и начали съемки звездных систем, планет.

Навстречу им летели корабли. Необыкновенно быстро они росли на всех экранах. Вот она, долгожданная встреча! Все приготовились к торжественному приему или к... битве. Ведь неизвестно еще, как поведут себя незнакомцы...

Странник включил внешнюю связь, и почти мгновенно на экране возникли какие-то значки, очевидно, буквы языка этой галактики. Радио передало звуки, напоминающие переливчатый свист. Все находились в центре управления рядом с радиорубкой. Наконец, наступил час для переводчиков. Они должны были расшифровать свист. И как можно скорее! Все напряженно ждали. Их судьба зависела от переводчиков. А те ломали голову. И вдруг Китти сказала:

-Языки должны быть похожи. Если их сопоставить и помножить на коэффициент допустимости... Подождите, я кажется догадалась...

Они стали прослушивать свист в замедленном варианте.

-Подождите, я включу учетчик интонации, - закричал другой переводчик, Мэтью Хинсон.

Они закладывали данные в компьютер, просчитывали возможности. И в конце концов расшифровали:

Сдавайтесь немедленно, пришельцы! Сдавайтесь! Или мы будем стрелять!

Китти набирала программу компьютеру, к которому были подключены электронные интерпретаторы. Компьютер кодировал свист, и теперь каждый мог, нажав на кнопку, слышать параллельный перевод.

-Придется сдаться, - сказал Григорий, - их больше, чем нас. Тем более это их галактика, а мы прилетели не воевать. Эрик, скажите это по радио.

-Какого черта сдаваться, капитан! Наш корабль больше их вместе взятых! Мы не слабее их! Пальнем лазерами...

-Эрик, здесь капитан я. И бунта я не потерплю!

-Давайте голосовать!

-Хорошо, - сказал капитан, - кто за то, чтобы стрелять?

Поднял руку Эрик, взметнулись еще две-три руки, но быстренько опустились.

-Вы один, Эрик! Так что мы сдаемся! Передайте ответ.

Эрик прошел в рубку и хмуро сказал:

-Мы сдаемся.

Интерпретатор превратил его слова в свист. И в тот же момент все в корабле ощутили незримое поле, охватившее корабль и понесшее его вперед с такой скоростью, которую они и не представляли возможной. Корабли эскадры образовали вокруг Странника кольцо. Захваченный сетью корабль шел к центру галактики. Мимо проносились целые скопления звезд. Но мере приближения к центру галактики становилось все светлее. Беспрерывно работали камеры - они снимали и записывали все вокруг.

И только Эрик Драйзнер почувствовал, будто какая-то невидимая сила заползла в корабль и осмотрела, ощупала все вокруг - вещи, людей... Странные отношения складывались у Эрика с капитаном. Эрик был бунтарь, готовый противоречить всем и во всем. А если он считал себя правым, тут ничто не могло его остановить...

Поступил приказ: Выключить двигатели! Григорий не сопротивлялся. Но корабль не упал - поле крепко держало его. Вскоре вся эскадра и Странник мягко опустились на землю какой-то планеты. Планета странно напоминала Землю. Но это была не Земля. Земля могла бы стать такой через тысячу, может, две тысячи и даже более лет. Мелани отправила за борт пробу взять здешний воздух для исследования. Он оказался пригодным для дыхания, кислорода здесь содержалось даже больше, чем на Земле - почти 40%. Все равно, конечно же, они будут в скафандрах...

Глянув в иллюминаторы, они увидели огромную толпу. Наверное, командир эскадры передал о том, что они захвачены, и вот их вышли встречать. Здесь были разные существа - походившие, однако, на людей. Кожа у них была голубоватая, сиреневатая, красная, у некоторых черная и даже зеленая. У них было разное количество рук, ног, глаз. Ростом они были чуть пониже землян, а волосы были только у краснокожих. Земляне догадались, что здесь собрались представители разных систем этой галактики. Но как они успели здесь собраться? Ведь их захватили не более пяти часов назад!!!

Одеты люди были легко, за бортом было более 25№С тепла.

-Открыть люк! - последовал приказ.

-Не будем противиться, - сказал Григорий, и люк был открыт.

Но тут произошло неожиданное. Радист Эрик Драйзнер, схватив бластер, бросился к люку и выстрелил в толпу. Жертв не было, но тут же капитан эскадры выстрелил в Эрика. Он не удержался и упал из люка в толпу, которая схватила его и потащила куда-то. Дико закричала Эллен. Все застыли в ужасе.

-Верните Эрика! - крикнул Григорий.

-Нет, - был четкий и решительный ответ. Они не знали, что делать. Сопротивляться Григорий не имел права - он был ответственен за жизни людей, доверенные ему.

В общем, встреча прошла хорошо, если забыть про Эрика - Мейфейр, планета на которую они сели, была столицей галактической Империи. Здесь были посольства разных систем, и все они торжественно приветствовали землян.

Нет, земляне не были первыми иногалактическими пришельцами в этой галактике. Галактика Андромеды давно уже имела связь с другими ближайшими галактиками, имела их посольства, с теми галактиками происходил торговый и научный обмен, туда летали в гости или отдохнуть. Но с галактикой Млечный Путь у жителей галактики Андромеды всегда была связана тайна. Тысячу лет назад в нашу галактику была отправлена экспедиция, и эти люди сгинули бесследно. Последние принятые сигналы были полны неописуемого ужаса и как бы предупреждали: Сюда путь закрыт!

Больше в нашу галактику экспедиций не посылали, но вот сами жители таинственной галактики здесь, они совсем не страшные и даже похожи на них...

Григорий решил оставаться в другой галактике до середины октября - за полтора месяца можно немало увидеть. Действительно, каждый день они летали по галактике на корабле, специально оборудованном для них жителями другой галактики. С одной планеты на другую, и везде их встречали как желанных гостей.

Они дарили этой галактике привезенные из своей книги, картины, информацию о мирах нашей галактики, о жизни существ нашей галактики, о наших достижениях... А те дарили им... Им показывали города, планеты, музеи, храмы, заповедники, театры...

Чему Григорий поражался больше всего - так это тому, что почти все было схожее у них и нас... Значит, везде эволюция идет одним и тем же путем... Везде Природа живет по тем же законам. Больше всего землянам понравилась Циэра. Тем более что ее жители очень походили на землян - две руки, две ноги, два глаза, волосы на голове. Только вот пальцев у них было не пять, а четыре. И кстати, именно циэрцы полетели в нашу галактику тысячу лет назад... И не вернулись...

Корабли этой галактики преодолевали пространство с потрясающей быстротой, но вскоре недоумевающие земляне узнали, что им в этом помогает сверхтопливо. Они подарили его землянам - это были черные кубики 3х3х3см, каждого из которых хватило бы на сотни перелетов между звездами.

Именно благодаря этому топливу звездные системы этой галактики отстояли друг от друга, как города, или даже части одного города. И пространство совсем не казалось непреодолимым, а планеты - недосягаемыми... Можно было жить на одной планете, а работать или учиться в колледже, или просто летать в гости на другую планету. Были бы деньги! Если средства позволяли, можно было путешествовать в любую точку пространства - так же как и в нашей галактике, только, конечно, с большей скоростью. Но были и такие, которые всю свою жизнь проводили на одной планете, никогда ее не покидая, да и впрочем, не очень страдали от этого...

15 октября по земному времени. День отлета... В этот день Эллен взбунтовалась.

-Не хочу улетать отсюда! Мой муж здесь! Он жив! Верните моего Эрика! Верните! Прикажите им, Григорий! Пусть они вернут! Мелли, убеди же своего мужа! Эрик жив! Они хотят оставить его заложником... Он не виноват... Он защищал нас...

И вдруг Эрик появился на площади перед кораблем. Наконец-то его окружили друзья, его обнимает Эллен... Наконец-то он слышит родную речь...

Эрик Драйзнер не умер. Хотя о нем не было вестей на корабле, он был жив. Его помиловали и поместили в больницу, находящуюся на другой планете Империи. Пришел он в себя не скоро. Но когда это случилось, он ужаснулся. Он лежал в общей мужской палате, и вокруг него было еще человек пять таких же синих, каких он видел при посадке. Все они пересвистывались - разговаривали. Само собой разумеется, Эрик ничего не понимал. Он не помнил, как попал сюда, он даже не знал, пленник он или нет. Если кто и мог ему объяснить - врачи, соседи по палате, это было бы бесполезно - он не понимал.

Лежать ему было не очень удобно - он был высок ростом и среди землян, а здесь - тем более. Ноги приходилось поджимать - они не умещались на кровати, но он не жаловался. Эрик потерял счет дням, он не знал, здесь ли его друзья, или же они улетели, не зная, что с ним, думая, что он мертв.

Он был ранен в грудь и голову, его лечили и не разрешали вставать. Так он и лежал, глядя в потолок или на соседей, слушая их разговоры и впитывая этот свист... Он сам не знал, как это случилось - он будто прозрел в один миг - он понял, о чем говорят эти люди, понял без электронного интерпретатора... И потом, когда ему разрешили встать, он вдруг сам подошел к другим и заговорил с ними, движимый не сознанием... И тогда он догадался, что говорит на этом языке свиста...

Все были потрясены. Что там говорить, все! Сам был потрясен! Впрочем, он был интересен этим людям другой галактики. Что ни говори, а все-таки человек иной цивилизации, совсем иной жизни! А почти такой же, как они! Неудивительно, что он стал их другом. Они вместе гуляли по больничному парку, наслаждаясь свежим воздухом и осматривая окрестности, и непринужденно болтали. Они рассказывали ему про свою жизнь, быт. И он говорил про свою. И казалось ему - я на Земле, отдыхаю в санатории, жаль со мной нет Эллен - он уже знал, что экспедиция еще здесь...

Но однажды за ним приехали, точнее, прилетели... И он снова оказался на другой планете. Он не сразу узнал своего спутника, а это был ...

-Вы капитан эскадры! - спросил Эрик.

-Вам все еще хочется меня убить?

-Нет, конечно, нет. Я понимаю, что поступил глупо. Но и Вы должны понять, вы нас захватываете, куда-то везете, прощупываете чем-то...

-Вы это почувствовали?

-Что?

-Ведь для этого надо обладать очень высокой... - он оборвал себя, - хотите знать, почему я вас спас?

-Спасли?

-Да, толпа убила бы вас...

-Что ж, спасибо. Так за что?

-Вы мне понравились. Вы единственный на корабле взбунтовались! Против всех! Один против 49-ти!

-Вы что, знали уже тогда наш язык?

-Нет, ваш галактический мы изучили потом. Вы же сами почувствовали наш сканер. Ваши биополя нам сказали все.

-Обалдеть!

-И потом вы тоже были один против меня и всей толпы. Из всего экипажа!

-Нет, вы зря против нашего капитана. Мировой мужик. И у него ответственность...

-Не знаю, не знаю... - капитан вновь оборвал разговор. Вскоре они сели на планету, вышли. - Догадываетесь, куда я вас привез? К себе домой! Не думали, что у нас бывает дом?

-Почему? Я знаю. Мне рассказывали. В больнице.

-Больница! Центральная лечебница Империи! Самое лучшее и самое дорогое заведение! Там сам Император консультируется! Про транспорт вам не рассказывали? Держите жетон. Нет-нет, не отказывайтесь, вы мой гость. Что мне ваши деньги? Разве что как сувенир... Ладно. Повторяйте мои действия.

Ждали они недолго. Вскоре подъехало или подлетело?.. на полуметровой высоте прямоугольное нечто. Открылся люк, рядом в стене появилась полочка. Капитан положил на нее свой жетон, тот исчез, а капитан спокойно шагнул внутрь. Эрик следом. Когда они оказались внутри, Эрик спросил:

-И что, он абсолютно автоматический?

-Да, его контролирует компьютер в Центре.

-И все? Что, у вас все такие сознательные?

Капитан усмехнулся и зло сказал:

-Сознательные, поневоле...

Эрик вдруг будто прозрел.

-Скажите, а что со мной было бы, если бы я не положил жетон?

-Убило бы, - спокойно сказал капитан, - мощнейшим разрядом тока...

Эрик вздрогнул. А ведь он так хотел попробовать!

-У меня так погибла жена, - жестко добавил капитан, - торопилась ко мне, кинула жетон, не подождала, пока машина его проглотит... И все...

Они молчали весь путь. Выходили они с другой стороны, через другой люк, в который нельзя было войти снаружи.

-Жестокий у вас мир, - пробормотал Эрик.

-Может быть, не жалуемся, - капитан нажимал ногой какие-то кнопки на белом квадрате на земле. Рядом было еще много квадратов, но в уголке каждого стоял свой особый отличительный знак...

Эрик поднял глаза. Над ним реяли сотни и тысячи больших белых шаров... И он понял, что они приехали в город. Ему рассказывали, как выглядят их города. Но он не думал, что это будет так... так величественно... Будто он вновь попал на праздник своего детства - 100-летие окончания войн на Земле... Сотни белых воздушных шаров мира взмыли в синее небо...

-Дайте руку, - сказал капитан, и они понеслись вверх в ослепительном луче света...

Внутри шар не казался шаром - в нем располагалось три этажа. Сейчас они вошли на средний этаж. Откуда-то из глубины выкатились два трехногих, трехруких, трехглазых синих существа, одетые в плотно облегающие костюмы.

-Привет, папа, - просвистели они.

-Мои дети, - гордо сказал капитан.

-Мальчик и девочка? - спросил Эрик - он догадался, что существо постарше с длинными трехсантиметровыми ресницами должно быть девочкой.

-Как вы догадались? Они на праздники прилетели. Они у меня в школе учатся, на другой планете. Видимся только по выходным. Удобно, а то я все время занят. Располагайтесь, Эрик. Поживете у меня. Вы мне интересны.

-Да и вы мне тоже, - не остался в долгу Эрик.

-Филхейн, Корджейл, займите гостя!

Филхейн и ее брат Корджейл оказались забавными малышами, и были ужасно рады гостю из другой галактики. Навсегда запомнит Эрик те дни, проведенные в Городе. Он сразу стал знаменитостью. Дети брали его с собой повсюду. Дома в воздухе были удобны - почти все земное пространство было свободно и представляло неограниченные возможности для развлечений - здесь были спортплощадки и стадионы, цирки и театры, музеи, леса, и море... Только ради этого моря стоило бы перенести все то, что перенес он! А развлечения? Дети на небольшом звездном кораблике катались в окрестностях космоса, или в специальных костюмах бежали по морским волнам...

С капитаном Эрик говорил о серьезных вещах - об установлении связей между галактиками - впрочем, об этом мечтал и Григорий - он рассчитывал на целую серию экспедиций - а еще и об установлении связей между семьями. Капитан звал Эрика прилетать с семьей, обещал прилететь сам, в один из следующих рейсов. А еще у капитана был план - установить космическую связь - чтобы можно было, не летая, позвонить в другую галактику за минимальное количество времени. Такой связи еще не придумали нигде, ни у них, ни у нас...

Но наступил день, когда капитан сказал:

-Завтра ваши улетают, Эрик. Я не имею права вас задерживать. Прощайтесь с друзьями. Завтра утром я отвезу вас на Мейфейр.

-Капитан, я всегда буду вашим другом, что бы ни случилось. Прощайте, может быть, еще встретимся, - сказал Эрик капитану эскадры прежде, чем выйти из звездолета на площадь перед Странником. Но судьба решила иначе...

-Эрик! Эрик! - истошно закричала Эллен и повисла у него на шее. - Живой! Они не убили тебя! Как ты? Что с тобой было?

-Я расскажу вам все... Потом... А теперь - старт...

Земляне прощались со своими друзьями - они успели приобрести много друзей за недолгую жизнь в этой галактике. Они махали руками, заходя в корабль. Грустно расставаться, но ведь скоро они будут дома. Кроме того...

-Мы вернемся! Мы обязательно прилетим опять...

До пределов галактики их сопровождали корабли Стражи, а теперь они снова летели одни, затерянные в Космосе, далеко от своей звезды - Солнца... Они рассчитывали прилететь на Землю через полтора месяца - они заправили двигатели Странника новым топливом. И, кроме того, они могли теперь делать большие прыжки - корабль знает координаты...

Теперь на Страннике не царила атмосфера лени и бездействия. Все были заняты делом: печатали фотографии, писали отчеты, кроме того, были звери, которых нужно было беречь - вокруг них суетились все биологи...

Геологи исследовали черные кубики - неужели они природное образование? Этот вопрос очень волновал и Григория.

Эрик без устали рассказывал о своих приключениях. Все уже давно простили его.

Гай Арман рисовал картины той галактики. Вокруг него кругом стояли восторженные зрители. Среди них и Китти Бауэр. Гай Арман и Китти нашли друг друга. Пусть для этого им пришлось долететь до другой галактики и почти вернуться. Почти...

Но все шло хорошо. И Григория мучила только одна мысль - срок Мелани приближался. Они не успеют за месяц долететь до Земли, и ребенок родится в полете. Тем более, что Мелани подозревает, что у нее будет двойня. А это лишь усложняет дело. Но Мелани держится молодцом, чем удивляет их всех...

Но, в общем, - все они верили, - полтора месяца пролетят, как сон, и они снова будут дома...


 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com М.Атаманов "Искажающие Реальность-7"(ЛитРПГ) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Н.Любимка "Черный феникс. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) В.Свободина "Эра андроидов"(Научная фантастика) Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia))
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"