# 1. Энгес в столице

Сергей Аркадьевич Илюкевич

Здесь мы знакомимся с неким орком-искателем приключений и получаем первые впечатления о нём.

Был уже вечер когда Энгес добрался до столицы. И это место не понравилось ему с первого взгляда: слишком много домов, слишком много людей, слишком много суеты, слишком много смрада. Дома все огромные и хлипкие, зато изукрашены и расцвечены фонарями, точно бордель.


Впрочем, то что ему было известно о нравах царивших у хуманов, тем более хуманов живущих во внутренних землях, подсказывало, что мысль о борделях не так уж и далека от истины. Как говорил владыка Граник: "люди порочное племя: они больше всего любят предаваться порокам. Особенно самым запретным для орков - как-то: трусости, коварству, стяжательству, чревоугодию и разврату. Уступая постоянно своим порокам, в конце - концов, они позволяют порокам управлять собой". Вначале Энгес относился критически к словам владыки наставляющего детей словом и крепким посохом, думая, что это он преувеличивает добродетель орочьего племени и преуменьшает достоинства ельфов светлых и тёмных, гномов и людей. Особенно людей. Сей час же оглядываясь по сторонам он всё больше и больше уверялся в правоте и мудрости владыки.


Ну скажите на милость Огненного - как можно жить в таких хлипких домах, с большими окнами и слабыми дверями, да и ещё разукрашенными, постыдно выставляя своё богатство на показ? Как можно защищаться и оборонять такие дома? Да ещё кичливой роскошью приманивая грабителей.... Такие дома грабить хорошо: защитить его нельзя, влезать удобно, богатства многочисленны и доступны.... Вот если бы племенем напасть на город, то с одного купчины какой средней, добра хватило бы вооружить пол крааля.


От посетившего сравнения Энгеса пробрала дрожь и он, как громом пораженный, так резко стал прямо посреди улицы, что шедшая сзади парочка врезалась прямиком в широкую, бронированную спину орка.


- Остолоп - буркнул молодой человек и, потянув за руку свою спутницу, обогнул здоровую тушу орка, не подозревая даже как ему повезло: в другое время, скорее всего, сказанного хватило бы, что бы получить по шее. А поскольку, как известно, у орков рука тяжела и в такие моменты начинаются у них ещё и проблемы со зрением, то пострадала бы не только, точнее не столько шея. Но Энгес, в это время, новым взглядом тщательно осматривал окружающие его особняки. Глазел и лихорадочно прикидывал в уме какая с какого бы дома могла быть добыча - определённо, чем больше он смотрел, тем больше ему нравились дома, в которых жили эти презренные стяжатели.


- Эй, приятель, ты что, потерялся? - донеслось до его ушей, но он продолжая прикидывать стоимость жилья и варианты с организацией набега, на эти места зажиревшие без заботливой руки орков-рейдеров, сначала не понял, что обращаются к нему.


Тычок дубинкой в бок, наконец вернул его с небес на грешную землю и убедил, что обращаются именно к нему. Ох, как Энгесу захотелось крикнуть "Ва-а-а-а-гх!!!!" и не глядя, с разворота, своим верным мечом перетянуть глупого нахала, смеющего тыкать в бок честному орку.... Ну в самом деле, ведь не кладёт же он руки в пасть к тигрису, даже если тот приручен - ещё чего - а вдруг откусит? Так чего же тогда дубинкой орку под бок суёт? Тут даже цивилизованный орк может не сдержаться, а дикий то точно рассвирепеет. Вот интересно, как эти мягкотелые на глаз отличат цивилизованного орка от дикого? То-то же.


"Не, ну точно, надо руки отломать -- глядишь и научатся правилам поведения при встрече с орком" - подумал Энгес. Всё просто: увидел орка рядом - тихонько отойди в сторону, да подальше - вдруг ему захочется разбить твою черепушку? За что? - да просто так. И уж точно нельзя его толкать и невежливо обзывать - тут точно нарвешься на взбучку. То есть, если хочешь подраться, пожалуйста, толкай на здоровье - орки завсегда до этого дела охочи. Это даже правило вежества такое у них: подойти и, скажем, дубинкой шарахнуть по макушке. Потом получить пару плюх в ответ и вместе пойти дрызги выпить. Так то орки - ельфы всякие, хумансы уж больно хлипкие для такого вежества. А ещё нельзя противится и не отдавать вещь принадлежащую орку - они от этого свирепеют и прям таки звереют. А орку принадлежит всё, что понравилось. Ах, ну да, уклонились в сторону.


В общем, Энгес удержался от опрометчивых поступков (не голытьба какая - благородных кровей - не пристало подобно снаге кидаться на всех не разобравшись), оглянулся. Сзади стояло два, даже в доспехах тощих эльфа, с красным тарчем на левой руке. Стража, значит, городовая. Уж кого-кого, а этого сорта публику Энгес не любил: уж очень они назойливо утихомиривали постоянно его. Тяжко вздохнул, подумав, что всё-таки надо было рубить их не глядя, да поздно уже.


Не то что бы Энгес опасался стражи, просто он старался в их присутствии сильно не бузить - проблем потом больше, чем удовольствия от драки. И поэтому, сейчас быстренько погасил в глазах жадный блеск и постарался сделать подружелюбней лицо, впрочем, зная, что всё рано никого не введёт в заблуждение: блеск в глазах, должно быть, на другой стороне улицы был заметен точно огонь маяка, а "дружелюбная" гримаса заставила бы шарахнуться прочь и самого злющего пса.

-- чем могу помочь, офицеры - орк оскалил зубы в пародии на улыбку.

-- Эге какая разбойничая рожа! И глаза... Илай глянь как зыркают - не иначе злодей - удивлённо отпрянул от Энгеса стражник.

-- Что орче - проскрипел второй, ложа руку на рукоять меча - высматриваешь где бы разбой учинить, да поживиться?

-- Не! Ни в жись, господа офицеры - что я варвар какой из диких племён - вкрадчиво ответил Энгес, по удобней устраивая свой большой меч на плече, так чтоб ударить сподручней, значиться было.


Стражники, как один, отскочили ещё на шаг и руками за мечи похватались - вот-вот выхватят - проняло значит. "То-то же. Это вам не пьянь под заборную обирать - уважение к оркам иметь надобно" - удовлетворённо подумал Энгес.

-- Кто таков? Откуда взялся? Что делаешь, бандитская твоя морда, в квартале честных купцов? - однако эльф, видно, многоопытен - не сильно тушуется. Даром что ли на левом плече две полосы красные - старшой в патруле.

-- О как! - вытаращил глаза зеленокожий - честных купцов квартал, грите? То может, господа офицеры покажут где нечестные купцы живут?

-- Издеваешься? А ну отвечать что спрошено было - сурово гаркнул старший.

-- Дык это, Энгес я. Родом из племени Тёмного Ветра, что у Бранных Скал обитает. По миру странствую, приключений ищу - чтоб имя прославить своё. Вот и в стольный град, значицца занесло.

-- Знаю-знаю я это бандитское племя - старший недобро прищурился - сюда уже на промысел прилезли? А ты разведчик. Послали высмотреть заранее где поживиться можно? - изящным движением старшой выхватил меч - считай, что нашел приключений на свою задницу - тут и второй выхватил свою тычку.

-- А-а-а! - демонически ухмыльнулся зеленокожий изготавливаясь к бою - видно ты был там, когда те камни получили своё название. Ох и славно вас, ушастиков, вышибли Ветры - такого пинка под зад дали, что вы триста лиг бежали без оглядки...


Поднял Энг на радостях очи в гору и духов предков благодарит, за то что послали ему недобитка, ушедшего в прошлом от них; эльфы-стражники точно волки вокруг лося кружат, примеряясь как кинуться посподручней и быть бы кровопролитию, да вот досада: не дали им пощупать кости друг у друга на прочность:


- Это что такое? Оружие прочь! - визгливый окрик и для большей убедительности между изготовившимися противниками из-под земли прянул вверх опаляющий столб пламени.


Толстяк со свитой, что вывалился из ворот ближайшего особняка, показался вполне убедительным - испепеляюще зыркая друг на друга поединщики отступили. Эльфы, выражая досаду, со стуком вогнали мечи в ножны и отступили ещё на шаг от Энгеса - чтоб не закоптиться: вдруг орк дурной окажется и сопротивляться начнёт - тут то его капитан и поджарит... Но к расстройству славных стражей, орк, скрипнув зубами, закинул за спину, в ременную петлю свой исполинский меч. Не смотря на преогромное презрение к "этим трусливым тушканам", одного взгляда на почерневшую, оплавленную воронку в мостовой хватило что бы понять, что уширование этих тощих доходяг лучше отложить на потом. Да. Когда ни будь потом он доделает работу своих предков. Когда ни будь.


-- А теперь объясните, что здесь происходит - сто колов вам в зад - толстяк продолжил свой визг - сначала вы двое - кивнул на потупившихся патрульных.

-- Господин капитан, мы совершали обход, когда увидели этого злодея. Он, несомненно, высматривал дома, которые потом собирался ограбить.

-- И это он вам сам сказал? - с сарказмом произнес толстяк.

-- Ну-у-у, нет, господин капитан. Но достаточно глянуть в эту злодейскую харю, что бы понять, что он задумал какую ни будь незаконную штуку.


"Господин капитан?" - Энгес призадумался. По всей видимости не хорошо получалось: в самый неподходящий момент, появился не иначе, как сам капитан здешней стражи и сейчас даже орочья бабушка не взялась бы предсказать какой кульбит сделает жизненная кривая Энгеса. Мелькнула мысль тихонько достать лук и пустить стрелу в глаз толстяку-капитану, а затем мечом ка-а-к вдарить! Или копьём. Копьём, конечно, было бы сподручней отбиваться от толпы стражи, но его ещё отцепить от Шустрика надо... Эх - выдохнул Энгес - помимо молодецкой удали, у него была ещё толика здравого смысла. И этот самый здравый смысл нашептывал ему в ухо, нет, не так - прям кричал со всей мочи, что лучше вести себя сейчас тише воды ниже травы.


А тем временем допрос капитана продолжался:

-- козлиная твоя морда! Ты разве не знаешь, что у всех орков лица бандитские и взгляд разбойничий? Ему показалось... он подумал... - толстопузый капитан начал распекать своих нерадивых подчинённых - а вот мозгов не хватило подождать когда он в дом полезет или прохожих грабить начнёт и тогда уже схватить его за руку, да по всей строгости закона? Вам похвала и мне, от Лорда-держателя замка, почет. У-у-у бездари! С глаз долой!


И в самом деле незадачливый патруль убежал, только пятки засверкали. А ещё бы им не сверкать, если вокруг начальника, разозленного нерадивостью подчинённых, огненный вихрь кружится и, того гляди, сорвётся, дотла пожжет.


-- слушай сюда, Энгес из Тёмного Ветра. Не важно по какой причине ты сюда приехал, запомни: ты на подозрении и малейший проступок твой закончится тем что ляжешь в землю, червячков продовольствовать. Как только остановишься на ночлег, в городской страже на учёт станешь. Оружному в городе ходить воспрещается - на первый раз штраф шестьдесят крон, во второй раз секут плетьми, не поможет - на каторгу. Уезжать из города соберешься, в стражу за подорожной зайдёшь. А ещё лучше, прямо сейчас уезжай - нечего тебе здесь делать, - закончив речь капитан стражи махнул рукой раздражённо - типа свободен, иди отсюда, пока в холодную не забрали.


На миг у Энгеса мелькнула в голове мысль таки достать лук и зарядить нахальному хуману-капитану бронебойную стрелу по меж глаз, да только задохлики берут числом и коварством. Что ему со всем королевством воевать ради минутного удовольствия? Нет уж. Тем более и оскорбления по сути никакого не было - ну говорил без трепета - так мягкие же земли, давно здесь не было орочьих набегов, вот и забыли хуманы об уважении к детям огня... Однако, что толку тут стоять? Тем более в ближайшее время всё равно не светит пощупать мошну здешней купчины.


Орк пристроил меч сбоку своего ручного завра - трёхметрового, чешуйчато-рогатого хищного ящера, затем сев в седло ударил пятками по бокам Шустрика и отправился куда глаза глядят. То есть искать ночлег.


******


Чем дальше Энгес отъезжал от купеческого квартала, тем ниже становились дома, тем меньше было украшений на стенах и ниже забор. Наконец, пошло сплошного нагромождение лачуг, заборы пропали вовсе, вместо мощёных камнем и досками улиц тянулись заполненные грязью и нечистотами зловонные проходы между домами. Местный народец же щеголял в драных лохмотьях и имел весьма жалкий вид. Жалкий и злодейский. Там где проезжал орк тот час же загорались жадными огнями глаза местных. Закрывались ставни, дети загонялись матерями по домам, а все кто по старше, хватал что под руку попадётся и шел на некотором удалении следом за чужаком.


Энгес медленно ехал и думал, что это поразительно: в одном городе так соседствуют богатство и нищета. Он раз за разом задавал себе вопрос: "как же это возможно, что кто-то обжирается и тратит деньги на украшение своих домов, а рядом от голода в жалких лачугах дохнут люди?.." У него просто не укладывалось в голове, как же в богатом, процветающем королевстве, в самой столице могут так жить живые. Презрение и омерзение к тощим боролись в душе с жалостью. Наконец, отвлёкшись от грустных дум, обратил внимание на шедшую за ним по узкой улочке толпу, флегматично подумал: "грабить собираются" и впервые, за всё время пребывания в городе, улыбнулся.


Он улыбался не от того что душа его была кровожадной и получала удовольствие от вида крови врагов. Ему не доставляло удовольствия убивать. Просто, как и любому орку, Энгесу требовалось гасить свою неуемную энергию и раздражение в драках. Кипящая кровь детей огня требовала сражений, так же как гномам их кровь велела делать деньги, фэйри танцевать, а эльфам предаваться философии. Такими их создал Властелин Огня. И совершенно понятно почему цивилизованные города, в которых было запрещено всё то, что приносило радость оркам категорически не нравились зеленокожим. Впрочем, это чувство было взаимным: жители тех самых городов так же весьма не жаловали орков и тому были причины. И вот как жить в таких невыносимых условиях цивилизованному орку? Только и остаётся, что, скрипя зубами, сдерживаться от вполне законного желания дать кому ни будь по шее. Одна только надежда на дурней, которые уповая на свою счастливую звезду или на чудо, иногда нападают на орка. А здесь этих дурней собралось десятка два - как не улыбаться и не радоваться Энгесу?


Ему не было жалко денег, он раздал бы все свои деньги нищим и весело насвистывая пошел бы дальше в мир, нимало не заботясь о том что остался без гроша. Но его никто и никогда не просил о помощи: слабые клянчили или пытались украсть, сильные угрожали или пытались ограбить. Первых он игнорировал, вторых убивал. Были ещё те, кто нуждаясь в помощи никогда не просил её, по каким то своим, зачастую не понятным причинам. Тут уже он действовал по настроению. Впрочем, даже его хорошее настроение, для страдальцев не было гарантией - так несколько месяцев назад он убил глупого хуманса, которого возили по городу голым в клетке - за долги. Ну скажите кто в здравом уме будет кусать руку, тебе помогающую? Кто в ответ на предложение выкупить долговые расписки станет оскорблять благодетеля? Ну да, рожа зелёная и зад, убийца и разбойничать приходилось - это когда забирал на временное пользование, у зажравшихся тощих, вещи не слишком им нужные. Подумаешь на роду реки крови - так у кого её нет? Что там вспоминать дела вековой давности, когда голый в клетке стоишь и тебя отбросами забрасывают? Глупый хуманс. Начал кричать, что лучше сдохнет чем примет помощь от ... гм орка. Ведь сам же хотел этого. Беда людей, что глупы и язык без костей - говорят много и всё лишнее, пустое. Если бы за сказанное отвечали, то наверняка бы больше молчали. Как говорить, то все герои, как умирать за свои слова - так это увольте... Что ещё ожидать от потомков слуг? Толи дело орки.


Поколениями, до падения Титанов они были воинами - на взгляд первовластных, эта роль для данной расы наиболее соответствовала их представлениям о гармонии. И в смуте, после падения Титанов, они правили миром, потому что, пока другие только учились сражаться, они этим искусством уже владели в совершенстве. Затем, правда, были века гонений, во времена которых так же приходилось изо дня в день сражаться с несметными полчищами хлюпиков, что ещё вчера гнули спину пресмыкаясь.... Война вошла в кровь и плоть Детей Огня, война стала их сутью и единственным уделом. Из поколения в поколение они собирали богатый урожай жизнями тщедушных, но тощих всё равно было слишком много, для того что бы орки могли сломать хребет всем своим врагам.


Энгес так и ехал, не спеша раздумывая чем бы по ловчее было бы намять бока этим хамам, потерявшим всяческий страх перед орками. Против толпы, конечно лучше было бы копьём, да узкая улочка не даст развернуться, размахнуться. Мечом? Тот тоже велик, да и потом вой поднимется: дескать, озверевший дикий орк-людоед напал на мирных жителей...


А тем временем переулочек закончился тупиком - перед Энгесом нарисовалась покосившаяся ветхая хибара, по бокам нагромождение таких же покосившихся развалюх и сзади толпа оборванцев вот-вот кинется на, как им кажется, лёгкую дичь.


Бам - гулко ударил камень в спину. Бум - отскочил от орочьей головы. Энгес не спеша одел шлем на голову и повернулся. За саму голову он не пережевал - её и топором не враз пробьёшь, а вот глаза жалко. А затем словно град застучал - нищий сброд начал кидать в него камни. Ох, не видели они ухмылки на орочьем лице под шлемом, не видели... Иначе бы тот час же бежали бы без оглядки.


Раз - орк спрыгнул с завра.

Два - развязал дорожный кошель.

Три - "Бей его!" - кто - то крикнул в толпе.

Четыре - из кошеля, под ноги толпе, ярко на солнце блеснув, полетели монеты. Прямо в грязь, что была здесь вместо дороги.


На какой то момент толпа нищих замерла, тупо глядя на эти, смотревшие на них с укоризной, такие блестящие монетки, что, казалось, вопрошали, прям вопия - "как вам не стыдно: мы лежим в грязи и никто нас не берёт...". Там были в основном медяки, но так же, сверкая на заходящем солнце, лежало несколько серебряных марок.


Деньги! Деньги! - грянуло из толпы и все разом кинулись за ними, забыв про орка.

Энгес смотрел на копошащуюся в грязи кучу бродяг и смеялся: ничтожные хумансы из-за горсти медяков, ковыряются в грязи подобно свиньям. При этом, осыпая бранью и тумаками, отталкивают друг друга в сторону, вырывают звонилово из рук более удачливых соперников. Подобное зрелище стоило потраченных денег и потому зеленокожий, не задумываясь, запустил руку в кошель. Загрёб последнее, что там было и кинул в кучу утративших честь, совесть, стыд и человеческий облик хумансов. Словно масло в огонь. Распалённые алчностью босяки стали охаживать друг друга дубьём и всем тем подручным оружием, что заботливо готовили чужаку-орку.


Вот, здоровенная детина расшвыряв конкурентов нагнулся поднять серебряную марку и тут же рухнул наземь, получив от щуплого подростка булыжником по голове. Вот особь женского пола, судя по длине волос, ткнула кому-то в бок ножом - всё смешалось, в следующий миг она выпала из кутерьмы с окровавленным лицом и, прижимая руку к груди, попыталась отползти в сторону....


Однако смех смехом, но не годится стоять столбом. Поборов искушение взять шестопер и привить хумансам толику уважения к оркам, Энгес стал озираться по сторонам в поисках выхода. К сожалению выход был лишь через беспорядочную свалку кричащих, бранящихся, дерущихся людей. Ну и что из того? Как говорил владыка Граник: "если нет выхода сделай его".


Орк опёрся в опорный столб жалкой лачуги и, крякнув, своротил его, едва успев отскочить от рушащегося навеса. Удар ногой в дверь и та отлетела к стене. Просунул голову в полумрак хибары, тянущий влажной прохладой и гнилью.


- Эгей, есть тут кто? - попытался дозваться хозяев, но ему никто не ответил.


Энгес пожал плечами: видно нет никого дома - тем лучше. Вышел во двор, сел верхом на завра и, разогнавшись протаранил дом насквозь - только щепки и труха от гнилых досок разлетелись. Качнулся пару раз оглушенный завр, мотнул головой и припустил рысью по точно такой же улочке, что проглядывала сквозь брешь в стене ещё сильнее просевшего дома.


Погоня, забывшая свои свары и бросившаяся за ним, вскоре отстала. Пару раз, правда, какие-то оборванцы пытались заступить дорогу, но были вынуждены отскочить прочь в сторону, что бы не быть сбитыми грозной на вид зверюгой.


Вскоре Энгес уже ехал по улицам вполне приличного квартала, раздумывая у кого бы спросить дорогу до приличного постоялого двора.