Ильина Елена Алексеевна : другие произведения.

История первая

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:


 Ваша оценка:

  История первая.
  Розалия.
  
  
  Глава первая
  
  
   Оборачиваясь назад, я часто задумываюсь, а правильно ли поступила, приняв именно такое решение. Влиявшее не только на мое никчемное существование, а жизнь семьи, моей семьи. Самых дорогих мне людей. Они остались там, позади, в моей прошлой жизни, к которой уже нет возврата.
   Теперь уже поздно, о чем любо сожалеть или раскаиваться. Я совершила поступок, перевернувший не только мое мировоззрение, а целого этноса. Я шагнула не просто наперекор решения семьи, а против целой системы. Существовавшей по крайне мере несколько тысячелетий.
  Я, Розалия Александровна Башкирова, девятнадцати лет. Совсем не давно проживающая в городке под названием Каменное что находится на южных территориях Волгоградской области. На границы с республикой Казахстан. Населением в двенадцать тысяч человек. Если большую их часть можно так назвать. Жила я в семье убежденного политика и домохозяйки. Нас воспитывали в строгости и изоляции от внешнего мира. Границы, которого начинались за территорией Каменного. Беспечно проводя свои школьные годы. Убивая свободное время молодежным увеселительными программами в компании верных друзей и подруг. Школу я закончила с золотой медалью. В новой жизни, аттестат мне так и не пригодился. Тем не менее, моя фундаментальная память, возвышала меня над сверстниками. К примеру, я в обширности владела зрительной и умственной памятью, была лингвистом. Запоминая все практически с ходу. Домашнее задания я никогда не делала, усваивая материал на уроках.
   Еще одной стороной моего образования, которым я занималась с полной отдачей это балет. Любовь к балету я унаследовала от мамы. В отличие, от нее я занималась очень серьезно. Планируя связать свое будущее именно с ним. Основные тренировки проходили по три четыре часа трижды в неделю. В дополнение к этому я упражнялась самостоятельно каждый день не мене полутора часа.
   В остальное время я росла строптивым ребенком. В отдельные периоды даже пацанкой, хулиганила, дралась, гоняла на автомобиле, распивала спиртные напитки на территории школы, курила марихуану. И так далее всего, наверное, и не перечислишь. В итоге я дважды получала практически условный срок и была в шаге от судимости.
   Моими спасителями неуклонно выступал отчим, занимающий на тот момент пост заместителя главы администрации Палласовского района, по кадровой политике. Его 'увесистый' голос пленил сердца законников. Еще одной стороной защиты было так называемое неизбежное будущее в лице Эдгара Шацкого и его семьи. Первому предстояло жениться на мне, а вторые, конечно, не желали иметь невестку-уголовницу, своего единственно сына, пусть даже носившей имя Башкировых. Так вот и приходилось охранникам правопорядка бесчисленное количество раз освобождать меня из под ареста. Бунтовала, я вероятно, пытаясь не само выразиться, а скорее поступить, так как не желали окружающие. Я слегка упрямый ребенок, даже чересчур в отдельные периоды.
  Удивительно, наверное, зачем это империи Шацких брать в снохи не образованную, безродную, не воспитанную нахалку. Да, дело все в моем папочке, которого я никогда не имела чести видеть. Да, к слову моя матушка встречалась с ним всего однажды. В ночь моего зачатия.
  А если быть точнее то дедушке, нужно сказать огромное СПАСИБО. Это ему пришло в голову укрепить и без того кровное родство не только финансовой частью, но и общими потомками. Вероятно, просто отписать мне состояние не выглядело столь благоразумно. Его прельщала идея выдать безродную внучку-полукровку, за сына состоятельного, уважаемого компаньона. А козырем столь успешной сделки, конечно, являлось беспрекословное распоряжение всеми активами Башкировых. Вот это им подфартило, скажу я вам, но вернемся к встречи моих родителей.
  Тогда маме было шестнадцать лет, а выглядела она куда эффектнее своих сверстниц. Длинные белокурые волосы, большие, выразительные, голубые глаза, цвета морской волны, вздернутый носик, пухлые губы, и ко всему прочему фигура обольстительницы.
  А мой папаша свихнувшийся, двадцатилетний, наркоман. Растративший свою жизнь в бессмысленном разгуле семейного достояния.
  Судьба распорядилась так, что им суждено встретиться. Тем вечером, ни чем не отличимым от остальных, предназначено было стать кульминационным. Изменившему все. Моя мама возвращалась из школы искусств, там она занималась балетом. Было поздно. В ноябрьскую пору сумраки наступали стремительно, быстро поглощая свет.
  Наталия Федоровна, так зовут мою маму, прошла большую часть пути. Ей оставалось менее двух сотен метров. Самых опасных метров в ее жизни. И вот когда она свернула в жилой массив отдел ее от дома. Пролегал через недостроенную спортивную площадку. Ее и настигла кара.
  Александр Башкиров пребывал в своем обычном коматозном состоянии. Вечер только начинался, горячая волчья кровь требовала приключений.
  Отец возник, словно из под земли. Будто бы вырвался из тьмы. Насильник скрутил свою жертву. Перед этим несколько раз, ударив ее по лицу. Он отнес девочку в подвал, нашего дома. Где в последствии, надругался.
  О времени проведенном наедине с папой, она мало распространяется. Отсутствующие 8 часов, господин Башкиров не просто зверски избивал маму и насиловал ее. Не изощряясь на ласки или сочувствие к юному девичьему телу. В какой-то момент Александр клеймил мою мать. Возвысив ее из жертвы аж в супруги и матери единственного зачатого ребенка. До этого момента отец не был женат и не имел детей. Через пять месяцев на свет появилась я. От чего такой малый срок. Не могут разгадать, и по сей день.
  С моим рождением мамины кошмары вернулись с новой силой. Откуда не возьмись, приехали новоиспеченные родственники отца. С претензиями на наследницу, то есть меня. Родственнички оказались членами великого клана. Клана Лугару. Великого народа людей-волков. Существование и происхождение, которых ранее не было известно человечеству. По меньшей мере, их большинству.
  
  
  
  ***
  
  
  
   Последнее заявление шокировало не только маму, но и добило бабушку. Перед ними открылся новый не изведанный ранее мир. Со всей своей многогранностью и яростью жизни. Распространяться о существовании людей-Волков запрещалось под страхом смерти. В юном возрасте я была свидетелем жестокого убийства целой семьи, людей прислуживающих Лугару, за одно единое упоминание глупца, решившего рассказать страшилку на ночь своим детям. Тогда умерло шестнадцать человек. Для общественности все выглядело несчастным случаем. Банальным стечением обстоятельств. Избранные знали истину.
   Как в последствии, я узнала, подглядывая в детстве за волками. При виде крови глаза Лугару вспыхивают лунно-желтым светом, выдавая их подлинную суть. Мои собственные глаза не сияли. Как я только не пыталась пялиться на кровь. Смогу ли когда-нибудь перевоплотился? Для меня это оставалось загадкой.
   Моя мама была поставлена перед фактом. Либо она хранит все открытое в страшной тайне, под угрозой смерти, и сохраняет место матери и воспитательницы ребенка. Либо умирает, а я передаюсь на воспитание в приемную семью. Конечно, мать приняла первый вариант. Я являюсь полукровкой. Получеловеком полу Лугару. В моей крови существовал ген волка. Который к подростковому возрасту должен был полностью поработить мою человеческую сущность. А как говорит история, не чего подобного не произошло. Я достигла совершеннолетия, не разу не перевоплотившись. Было это феноменом, мутацией или моим страстным внутренним сопротивлением человеческой сущности я не знаю.
  К тому времени отца уже не было в живых, он погиб под колесами грузовика, пьяного водителя. И я являлась единственной хранительницей отцовского состояния. Чета Башкировых прибыла с явным намерением отнять меня у матери, если та не захочет добровольно присоединиться к ним. После долгих переговоров и взаимных угроз. Бабушки и дедушки пришли к решению.
  Моя мама получает так называемый развод и освобождается от обязанностей возложенных на ее как на супругу волка. Она приобрела право повторно выйти замуж. Без страха на мучительную смерть. Такое наказание, по законам волков, ожидает неверного супруга. Возможность рожать детей и я останусь жить при ней, но носить буду их имя. Воспитываться при этом в человеческих традициях. Взамен маме надлежит переехать на указанное им место, то есть в город Каменное, в котором большинство населения Лугару, где мы по сей день и проживали. Так, по всей видимости, я буду находиться под их чутким присмотром, а по достижению мной девятнадцати лет беспрекословно передать меня семье мужа, которого подберут в предстоящие годы.
  Мама на удивление довольно быстро приняла предложение. Согласившись на все условия. И более того все мои родственники, по материнской линии, боготворили Башкировых.
  
  ***
  
  Когда мне было три года мама встретила Эдуарда Филипповича. Их интрижка быстро переросла в бурный роман, а затем счастливую и долгую супружескую жизнь. С ним мама обрела второе дыхание, она парила над землей. И словно святилась.
  Кстати, Эдуард Филиппович являлся членом тайного сообщества Лугару. И их приспешником. При этом по происхождению абсолютный смертный человек. как оказал в последствии его семья, одна из многих, состоящая на службе Волков вот уже многие столетия.
  В последствии появилась сестренка, Марианна, спустя два года Анжелина и год назад братик Максим.
  Эдуарда Филипповича я тоже очень любила и люблю до сих пор и именно его считаю своим отцом.
  Бабушка и дедушка Башкировы умерли спустя десять лет. После моего рождения. Их настигла трагическая гибель в Карпатских горах. Подробностей об их смерти мне насказывали. Виделись мы с ними не часто. Пару раз в год. Не более того. Их утрату я восприняла спокойно. Правда мама еще несколько месяцев носилась со мной как с новорожденной.
  К тому моменту имя суженного, стало достоянием огласки. На одной из рождественских встреч. Дедушка объявил...
  
  
  ***
  
  - мы долго и тщательно подбирали нашей внучке спутника жизни. И в конечном итоге пришли к единственно правильному решению. - проговорил седой семидесятилетний мужчина в дорогом костюме. Крепко сжимая мою детскую ладонь. В восемь я воспринимала такие вещи. Как детскую игру. Или сказку о принце. Но точно не как неизбежное суровое будущее.
  - Позвольте полюбопытствовать? - Спросил отчим. Разливая по бокалам шампанское - как его имя?
  - Шацкий. - произнес он. С неизмеримой гордостью. Похлопывая меня по руке. Не знаю должна ли была поблагодарить. Или что-то сказать. Может попрыгать, завизжать от переполняемой гордости, а мне безумно хотелось распаковать подарки. Моим сестрам было позволено уйти в свои комнаты. Так поступали всегда. Во время посещения моих родственников. Их радостные крики я слышала пару минут назад. Кстати мой волчьей слух, расширяет передо мной, границы человеческих органов восприятия. Я продолжала наряженная, словно новогодняя елка, сидеть в гостиной.
  - Родители этого мальчика довольно известные личности. - подтвердил Эдуард Филиппович. Сжимая губы в подобие улыбки. Располагаясь напротив нас. Поставил поднос с фужерами на столик.
  - Ты с ним знаком? - удивилась мать. Присаживаясь рядом с мужем.
  - С отцом да. - ответил он, делая большой глоток шампанского.
  - Эмиль бизнесмен. В его владениях несколько заводов и фабрик, а также сеть торговых центров по всему миру. К тому же мы с ним давние партнеры. - дедуля улыбнулся самой очаровательной улыбкой что когда-либо я видела - его жена, София, моя кузина, дочь брата моей матери. Работает в консульстве России в Казахстане. Но только в свободное время. В большее время уделяет семье и мужу. Как и подобает истинной Лугару. - дед акцентировал последнее предложение. Намекая на мое положение.
  - По всей вероятности они знатные люди - с дрожью в голосе проговорила мама - а как насчет жениха?
  - Не волнуйся милая - успокоила ее бабушка, отпивая шампанское. Она всегда появлялась в роскошных нарядах. Гармонирующих с богатством и стилем. - он замечательный парень.
  - И все же? - спросила, бабушка Мордвинцева, на время прекращая вышивание. .
  - Я понимаю вашу озабоченность. - начала Башкирова.
  - Вы полагаете, я передам единственное дитя, моего единственного сына в руки уличного шарлапая? - воскликнул Башкиров. Перебивая сою супругу.
  - Извините меня. - раскаявшись в сказанном пролепетала мама - я не могу свыкнуться с мыслью, что судьба моей дочери уже решена. Ей нет и десяти, а мы с вами говорим о предстоящей свадьбе.
   Комната на несколько мгновений погрузилась в неловкую тишину. Даже я не смела пошевелиться.
   Продолжая сидеть на просторном диване в центре комнаты. Освещенной, ярким светом комнатных ламп и торшеров. В углу бегали огоньки гирлянд развешанных на недавно убранной ели. Она была словно отражением меня самой в этом отвратительном платьем со стразами.
  - Эдгар... Эдгар с отличием окончил школу в Англии. - уже спокойным голосом продолжил он - умный и степенный. все прошлогоднее лето провел на стажировки в нашей фирме. Осенью того же года поступил в университет Оксфорда. Владеет нескольким языками. И на сегодняшний день имеет личный установочный капитал. Эдгар является одним из претендентов на пост вожака стаи.
  - Так ему уже...
  - двадцать два года.
   - Слишком большая разница. Вы не находите? - поинтересовался отчим.
  - От чего же. Вполне приемлемый возраст.
  - К моменту совершеннолетия Розалии Эдгару будет чуть больше тридцати. В финансовом плане он окрепнет. Я передам ему, узды правления моими предприятиями. И в плане создания семьи и рождения детей он будет готов.
  Я заметила, как мамина челюсть чуть ли не отвисла. Она побледнела как полотно. К слову по волчьим традициям совершеннолетие наступало с достижением 19 лет.
  - А как насчет ее. - мама ткнула в меня пальцем.
  - Она будет достойно обеспечена.
  - Двенадцать лет не большая разница. Вы сейчас сравниваете десятилетнего ребенка. На момент свадьбы Розалия станет полноправной Лугару. Окрепшей и готовой к деторождению.
  - Господин Башкиров прав, девочка она сейчас. В то время она станет женщиной. - подбодрила Мордвинцева.
  - Все верно сваха - на человеческий лад сказал он - я разговаривал с Эмилем и Софией. Они полностью одобрили мое предложение. Вопрос о не полнокровии, так же мы обсудили. Шацкие не станут, каким либо образом порочить честь внучки этой не вполне удачной стороной поступка моего покойного сына. И будут рады видеть мою внучку своей невесткой. Эдгар так же поддержал кандидатуру Розалии как будущей супруги. И поклялся мне соблюдать все законы нашего мира. Ты будешь в полной безопасности рядом с ним дорогая - обратился дедушка ко мне. Все еще продолжая удерживать меня за руку. Которая покрылась не одним слоем пота. - у нас с супругой более нет детей. Александр был единственным ребенком. Мария не смогла оправиться после тяжелых родов.
  - Я понимаю. Так, наверное, даже лучше. Безопаснее для нее.
  - По нашим традициям в шестнадцатилетние происходит первая охота и официальное обручение, но в связи со сложившийся ситуацией. Мы перенесем ее на более поздний срок. Ориентировочном за несколько дней до свадьбы. Под присмотром жениха, конечно.
  - А познакомимся мы с ними тоже перед свадьбой?
  - Ну что вы. Конечно, нет. Как я говорил первая охота открывает не только обращение. И принадлежность к стае, и ее иерархию. Но и знакомит подросший помет. В это время и происходят помолвки.
  - Розалия, расскажи нам лучше как твои успехи в обучении? - спросила бабушка.
  - Я закончила этот семестр с одной четверкой.
  - а... и что за предмет ты не смогла осилить?
  - Физика
  - позор. Какой позор Розалия. Тебе предстоит стать великой женщиной. И как ты сможешь это сделать с четверкой по физике?
  - У меня впереди семь лет обучения, я сумею исправить.
  - Все верно милая. Я надеюсь, ты не осрамишь честь Башкировых
   нет, дедушка - скромно ответила я.
  
  
  
  ***
  
  
  
   Знал бы дедуля, чем будет заниматься его чадо в подростковом возрасте?! То вероятно запер меня в темнице в этот самый день.
  
   Не знаю, отличается мое своенравие конкретной особенностью моего индивидуума. Или простое стечение обстоятельств тому виной? Я не передаваемо одними словами пренебрегала положением в обществе распорядившийся волей судьбы. Мне противно было все, что, так или иначе, имело дело с кланами Волков. Я противостояла им. Выполняла требование в точности до наоборот. Я смотрела на других, на других людей, которым повезло родиться в человеческой семье. В нормальных семьях, где принято существовать согласно двадцать первому веку. Используя все преимущества даруемые нам господом. У них нет такой привязанности к месту жительства. Люди свободно переезжают с места на место. Основывают новые семьи или стремятся к свободной жизни, и того уже прожить всю жизнь с родителями. Фанатичной мании преследования. Сохранения себя как вида соблюдение глупых традиций и правил. Жизни в гармонии с природой. Сейчас век новаций. Нужно идти вперед, развиваться, а не топтаться на одном месте в надежде на лучшее будущее.
  
  
  
  
  Глава вторая.
  
  
  - билет до Ростова, пожалуйста - с дрожью в голосе проговорила я, пытаясь унять озябшие руки.
   Не вольно обернувшись по сторонам. Стремительным взглядом охватила большую часть переполненного автовокзала Волгограда.
  
   Страх порабощал мой разум. Засев, где-то глубоко у меня в подсознании. Сердце в бешеном ритме отплясывала чечетку в моей груди. Дыхание стало прерывистым. Я еще раз оглянулась. Старик, читающий газету. Молодая мамаша успокаивающая капризного малыша. Беззаботные студенты, вроде бы все чисто. Я стала медленно, насколько позволяла стрессовая ситуация, вдыхать воздух, и столь же медленно выдыхать через рот. Через несколько минут организм успокоился.
  - С вас одна тысяча семьдесят три рубля - проговорила язвительная билетерша.
  - Вот возьмите - протянула купюры я.
  - Счастливого пути - послышался ее голос.
  - Спасибо
   Времени мешаться, у меня не было. Я быстрым уверенным шагом пересекла зал. Остановившись на мгновение перед входом в женский туалет. Снова огляделась. Никого.
   Засеревшись в кабинке. Скинула платье и туфли. Отправляя их в мусорное ведро. К ним присоединились и оставшееся на мне белье. Самое, проблематичное предстояло с волосами. Локоны как не что другое хранили запахи его владельца. Благодаря им выследить меня можно в два счета. Поэтому я прибегла к одной современной хитрости. Спасибо парфюмерии!!! зачесав волосы. Я крепким узлом скрутила их на затылке. А затем покрыла их слоем лака, по-моему, не много перестаралась. Используя весь флакон. И еще не много туалетной воды.
   На теле я вылила оставшийся воды и принялась расстегивать дорожную сумку. В которой хранились 'новые' вещи и рюкзак. Я натянула рваные потертые джинсы, такие же кеды. Фиолетовую футболку с большим синим зайцем по середине. По верх стильную черную толстовку. Закинув рюкзак на плечо. Я надела на голову капюшон, скрывающий большую часть лица. И непринужденно отправилась в сторону, где толпились студенты. В их компании я терялась, тем более мой сегодняшний прикид куда более подходил. На этом вокзале мои следы должны окончательно затеряться, таков был план, мой план. Время шесть сорок семь, через минуту автобус отправляется. К моему счастью, моя новая компания. Продолжила движение, в нужном мне направлении.
  - Ваш билет, - спросил кондуктор. Указывая мне на мое место. Я предварительно выбрала сидения в конце салона, возле окна. Шторку на всякий случай задернула. Опустилась пониже так, что от входа меня скрывали сидения.
   Автобус тронулся, медленно покачиваясь, он выехал с парковки. Остановился, пропуская встречные машины. И поехал снова, выезжая на улицу. В такое раннее время машин было мало, практически на каждом светофоре нам удавалось проехать на зеленый свет. Я не спала вот уже более суток. И не ела, наверное, столько же. Мой желудок предательски ворчал, сжимаясь болевыми позывами, а глаза слипались. Сама того, не замечая, я погрузилась в сон.
  
  ***
  
   Чем крепче я засыпала, тем сильнее расслаблялась. Погружаясь в мирный беззаботный сон. Я чувствовала, как на яву мое дыхание становиться спокойным, а сжатые в кулаки руки раскрываются.
   В своем сне я стояла на краю высокого утеса. Облаченная в летнее платье, свободного покроя, из легкого тончайшего нежно голубого шелка. Полы платья возвышались с каждым порывом ветра, подобно морским волнам. Распущенные волосы колыхались вместе с ним.
   Мне открывались зеленые луга и поля, высокие хвойные деревья. Я ощущала свежий утренний ветер. Рассвет, озаряющий небо розовыми лентами.
   Мне было так спокойно и так легко. Я словно была частью этого ветра. Частью чего-то больше... неописуемого простыми словами. Это состояние нельзя передать. Его можно было только чувствовать.
   С ветром пришло разнообразность запахов. Полевых цветов. Распускающихся словно в ускоренной версии. Пение сверчков и утренних птиц. Мелодично моего слуху. Взмахи крыльев ястреба, высоко в небе. Несущего добычу. Последние удары сердца полевой мыши, умеряющей в когтистых лапах птицы. Аромат пасущихся оленей на той стороне склона. Ленивые движения ящерицы.
  Мир раскололся на атомы.
   Слышала, видела, чувствовала острее. Живая картинка на миг перестал быть чем-то целым. Он показал многогранность. Я ощущала каждое движение, дыхание, цвет, запах в отдельности друг от друга. Все закодированное открылось для меня. Я смогла услышать удар падающей капли росы, скатившийся с зеленого листа молодой крапивы. Усердную работу муравьев, переносящих пойманную гусеницу в муравейник. Удары копыт пасущихся коней.
  Я продолжала стоять на том же месте. Боясь спугнуть столь очевидную красоту.
  Позади меня были слышны удары могучих лап. Бегущего бурого степного волка. Его пронзительный вой. Сковывающий леденящим холодом мою душу. Я почувствовала, как тело покрывается гусиной кожей, а сердце стало биться намного быстрее, и замирать с каждым повторным звуком и все же я не обернулась, ни разу. Мой взгляд все так же устремлен туда... в низ склона. Где с зорей расцветали бутоны жизни. Его приближение не страшило меня, а даже наоборот дарило защиту. Он словно был знаком мне.
  Волчий бег замедлился, а потом и вовсе перешел на ленивый шаг. Я чувствовала аромат шелковистости его шерсти, холодный и влажный черный нос. Спокойное и медленное дыхание и ритмичные удар мощного сердца.
  Он поравнялся со мной и тоже замер. Через какое то время наши взгляды встретились. Я утонула в больших удивительных глазах, цвета фиалки. Они светились, жили той прелестью жизни. В них горел не огонек, а целое пламя страсти, завораживающее меня. Я почувствовала утрату, я начала страдать. Тоска зарождалась в моей груди.
  Волк несколько раз поскреб землю. Нетерпимо удерживаясь на одном месте. Он словно приглашал меня. Присоединиться.
  Животное, высотой в холке достигающее моего плеча, сорвалось с места. Он непринужденно отбежал вперед, стал топтаться на одном месте, ожидая чего-то. Но чего?
  В этот самый момент я срываюсь с обрыва. Вернее, не срываюсь, а прыгаю. С силой, отталкиваясь босыми ногами. Земля стремительно приближается. Мои четыре лапы, с легкостью касаясь травы. Не замедляясь, я черной стрелой проношусь мимо радостного спутника.
  Мои чувства обострены.
  Я увеличиваю скорость. Вкладывая в каждое движение мастерство и умение, дарованное мне предками.
  В этот момент я в полной мере осознаю вкус жизни. Ее совершенную сторону. Я ощущаю полную и абсолютную свободу.
  Мы скрываемся за горизонтом.
  
  ***
  
  Меня пробудил резкий толчок. Наступила глубокая ночь. Я проспала часов шесть не больше. Автобус снизил скорость, а затем и вовсе остановился у обочины. Я настороженно выглянула из за своего укрытия. Все пассажиры спали. Их сопение эхом отдавалось по округе.
  - одну минуту начальник - послышался недовольный голос водителя. А затем звук, открывающийся двери. В салон, вошло двое здоровяков. В форме сотрудников ГАИ. Несомненно, это всего лишь фарс. Я раньше имела честь встречаться с ними. К сотрудникам правоохранительных органов эти двое не принадлежали. А состояли на службе семейства Шацких. Служившие цепными псами. Мужчины были довольно крупными. Ростом в два метра и весом не менее ста двадцати пяти или ста тридцати килограммов.
  - у вас все в порядке? - поинтересовался первый. Всматриваясь в лица пассажиров. Параллельно исследовал салон на запахи. Для человеческого глаза происходящее не уловимо. Им не понять животные инстинкты. Глаза моих преследователей сверкали бирюзовым светом.
   Я забилась в угол, вжавший в холодную металлическую стену. Я перестала дышать. Крепко зажав рот руками. И для полной уверенности зажмурила глаза.
  Волки к моему счастью не спешили перевернуть все верх дном. Ограничившись чутьем
  - в чем собственно дело? Вы разыскиваете кого-то? - не унимался водитель.
  - все чисто
  - да идем. Ее здесь нет.
  Я услышала обрывочный разговор. Уходящих мужчин.
  Автобус тронулся.
  Еще несколько минут я боялась вздохнуть полной грудью. Я так и сидела зажатой в комок. Между сидениями на полу. Крепко обнимая себя руками.
  
   Я продолжила свой путь, путь в неизвестность. В мир, в котором не было места для меня. Я шагнула на узкую тропу, имеющую билет в один конец.
  
  
  
  Глава третья
  
  
   Ростов прекрасный город. Я очаровалась им с первого мгновения. Не вообразимая красота сочетания обыденности обитания миллионного населения с архитектурно-культурным пейзажем города. Медленно погружаемый в сумраки ночи.
  Я сожалела о скоротечном отбытии. По моим планам в Ростове я не более двух суток. Ровно настоль мне позволяли скудные средства. Я привыкла жить на широкую ногу, так по-моему принято говорить. Мне не свойственны такие навыки как работа или труд. Я не чего не умею делать. Такие свойства мне не заложены в гены.
  Я предполагала затеряться в городе. Снять комнату в мотеле. Передохнуть. Вымыть голову. Ужасные слипшиеся волосы меня порядком достали. К тому же постоянный зуд отвлекает мое внимание. Приобрести несколько билетов. В разные пункты назначения. Этим я планирую заняться завтрашним днем, а пока вперед.
  - в гостиницу, пожалуйста - сказала я таксисту, располагаясь на заднем сидении прокуренного салона машины.
  - нет проблем - ответил молодой парнишка, окидывая меня оценивающим взглядом. Я почувствовала еле уловимый аромат желания. Улыбнулась про себя. Наш животный магнетизм, в девяносто процентов из ста влиял на людей именно таким образом. Оставшиеся десять при нашем появлении испытывали дискомфорт или страх.
  Из окна автомобиля я рассматривала открывающийся вид.
  Мысли при этом постоянно анализировали ситуацию. Из дома я вышла 22-37 часов, 23 апреля. Петляла по окрестной местности более суток. Хаотично меняя направления и виды транспорта. Меняла гардероб каждые три четыре часа. Мое беспорядочное перемещение должно было по крайне мере озадачить моих преследователей. И дать мне приличную фору. 25 апреля я отправилась из автовокзала Самары в Ростов. И спустя почти сутки, я здесь. У них, конечно, имелись свои преимущества. Неограниченные финансовые ресурсы. Кадры. Средства массовой информации.
  - с вас четыреста пятьдесят рублей.
  - что простите? - растерянно переспросила я.
  - четыреста пятьдесят рублей.
  - да, конечно.
  Поспешно расплатившись с водителем, я направилась в гостиницу.
  Большие стеклянные двери автоматически открылись передо мной. Яркий вестибюль, отделанный в красных тонах, был пуст. Приглушенный свет придавал обстановке какой то романтизм что ли. И только скучающий портье, выпрямился с моим появлением.
  - добрый вечер.
  - добрый вечер. У вас есть свободный номер? - спросила я, пытаясь выглядеть как можно старше своих лет. Тем более черный брючный костюм и туфли на высоком каблуке, приобретенные на 'блошином рынке' вокзала, должны были способствовать этому образу. А солнцезащитные очки скрыть мою внешность.
  - да, конечно. Какой...
  - мне одноместный. Бизнес класса. - перебивая его, проговорила я.
  - одну минуту. Передайте мне ваши документы, пожалуйста.
  - держите - протянула ему мой фальшивый паспорт. В котором изменились совсем немного данных. Отделяющие Розалию Башкирову от...
  - Роза Башкарова - утвердительно проговорил мужчина, возвращая мой документ. - Пройдемте, я вас провожу.
   Мы поднялись на третий этаж. Коридоры просторные. И хорошо освящены. Запахи сменяли друг друга. По ним, я смогла, без особых усилий, прочесть, какие номера были свободны, а какие нет. И кто их заселяет.
  - я утомилась сегодня. Попрошу вас не беспокоить меня до полудня. - останавливаясь в дверях, сказала я. - у вас имеется кухня?
  - все неприметно. Ужин подается в восемь вечера. По вашему желанию заказ могут доставить в номер. Или вы можете спуститься в ресторан - отчеканил парнишка. Раскрывая мне все прелести номера.
  - пожалуй, доставите сюда - я оглядела просторную кровать. - Суп харче, говяжью отбивную, хорошо прожаренную и чашку горячего шоколада.
  - стоимость заказа включить в счет?
  - да
  Как только осталась одна, я скинула ненавистные туфли. И сбросила в угол оставшиеся части моего гардероба. Нагишом прошла в ванную. Погрузилась в горячую воду с большим слоем пены.
  
  
  
  
  
  
  
  ***
  
  
  Воспоминание первое.
  
  - ты хоть отдаешь отчет своим действиям! - воскликнула мама. Ее вид говорил сам за себя. Растрепанные волосы, бледность лица и отчаянные глаза. Она была в бешенстве.
  - да все нормально - в пол голоса проговорила я, покидая полицейский участок - что так кричать? Будто меня в первый раз задерживают?!
  - твое поведение возмутительно! Ты не вполне соображаешь, наверное? - продолжала тираду она. - тебе восемнадцать лет. Нам все сложнее освобождать тебя. И избежание наказание может привлечь внимание.
  - с головой у меня в порядке, если намекаешь на мое не вполне адекватное поведение?
  - так ты все-таки признаешь это?
  - вовсе нет.
  - Розалия мне еще никогда не было стыдно за тебя, так как сегодняшним днем - без эмоционально проговорил отчим. Открывая нам с мамой заднюю дверцу серебристого Лексуса.
  - все не так страшно.
  - ты серьезно? - чуть ли не прорычав, отрезала Наталия.
   Автомобиль тронулся. Водитель, милый мальчик, гнал по району на предельной для часа пика скорости. Мы несколько раз проскочили на красный свет.
  - Эдгар заслужил с твоей стороны более теплого приема нежели... очередное... происшествие, так сказать ЧП. - запинаясь шипела мамуля в мою сторону она не смотрела. Наверное, таким образом, пыталась меня наказать. Или ей просто было отвратительно мое лицо. - на протяжении почти восьми лет твое существование оплачивалось из его кармана.
  - не из его, а из средств Башкировых, и может, стоило родителям содержать своего ребенка, а не ...
   Я не успела договорить, как заполучила пощечину. Ее хлопок обжог лицо, оставляя красный след. Я судорожно пыталась унять жгучую боль.
  - не смей так говорить со мною! Я твоя мать и заслуживаю уважения!
  - а что заслуживаю я? Хоть кто-нибудь когда-нибудь спросил меня об этом? Чего хочу я? - говорила я на взрыв. Слезы катились градом по моему лицу. Я не могла унять нахлынувшую истерику. Допекли! - нет! Вы все решили за меня! Как себя вести и где жить! Вы и мужа мне нашли! Хочу ли вообще замуж?
  - угомонись. - сказал отец, протягивая мне носовой платок. Который я не приняла. Закрыв лицо руками, я облокотилась на колени. Мои всхлипы продолжались, но казалось это не кого особо не волновало. Голова болела. Количество выпитого спиртного отдавалось где-то в поджелудочной. Меня изрядно мутило.
  - Эдгар прибыл в положенный час. И вместо того чтобы на пороге нашего дома во главе с семьи стояла его невеста. Он увидел шиш с маслом. Нам пришлось впихивать сомнительные объяснения, которым он наверняка не поверил. Ты только подумай, в какое положение ты выставила жениха? - спокойно говорила мама. Будто читая доклад, а не нотации.
  - мне плевать.
  - ты опозорила его. Ты это понимаешь? Конечно, нет. Куда нам до тебя и твоих увлечений. - вставил свое слово отчим.
  - они всегда стояли выше интересов семьи.
  - мама я не хочу такой жизни. Быть узницей всю оставшуюся жизнь.
  - что за глупости ты говоришь? Да твой брак основан на расчете. И это не так плохо как ты думаешь. Ваша семья будет крепкой. Финансово обеспеченной. Ты сможешь заниматься всем, чем только пожелаешь, а страсть придет со временем. Если ты захочешь этого. Если ты откроешь Эдгару сердце.
  - не хочу я страсти с этим типом. Я вообще видеть его не желаю.
  - ты знаешь это не в твоей власти. Таков обычай твоего народа. - Эдуард Филиппович не мог, что бы не высказаться.
  - так значит я часть народа Лугару? Да мама, то есть я не часть человечества, не часть тебя?
  - ты мое сокровище - мать взяла мое лицо в сои руки. Пристально всматриваясь в мои глаза. - Я не смотря не на что рада твоему появлению. И если бы у меня был бы шанс повернуть судьбу назад, но при этом потерять тебя. То я не стала бы нечего менять.
  - тогда позволь мне жить с тобой. Человеческой жизнью.
  - я не могу. - с грустью прошептала, отстраняясь от меня. - много лет тому назад господь связал меня с народом волков. И с тех пор я живу этим миром. Как бы он не был жесток или не понятен мне, я принимаю его.
   - только будучи сплоченными, вам удастся сохранить свой род. - послышался голос отчима. - многие охотники до сих пор ищут вас. Выслеживают каждое мгновение. Они жаждут вашей смерти.
  - мы поступим так. Вечером, когда Эдгар прибудет к нам на ужин. Ты извинишься за свое отсутствие по причинам внезапного ухудшения состояния здоровья. Ты ведь совсем недавно перенесла грипп?!
  - фу мама как вульгарно так отвратительно лгать! У Шацкого наверняка дюжина прихвостней в городе. Он достоверно уведомлен о каждом прыщике на моем заде!
  - нет у тебя там прыщей.
  - я выразилась фигурально.
  - все ровно, нам нужно вести себя корректно. И ты будешь сама скромность.
  - да, мама - не охотно согласилась я. - только дайте мне аспирин.
  
  
  
  
  ***
  
  
  
  Время пролетело не заметно. Я, наверное, задремала. Мне снова снилась мама, как я скучаю за ней. Так хочется прижаться к ее теплым рукам.
  Послышался стук в дверь.
  
  - ваш заказ.
  С неохотой мне пришлось выбраться из ванны. По пути накинула полотенце, прикрывая наготу.
  - оставьте там - я указала в сторону кровати. Пропуская полноватую женщину, в белой униформе. Затем протянула официантке щедрые чаевые - благодарю. Если можно заберите посуду завтра
  - как пожелаете.
  Укутавшись в простыню. Скрестив ноги, я сижу на краю кровати и наслаждаюсь ароматами и вкусами своего ужина. Параллельно щелкаю каналы на телевизоре.
  Я не искала чего-то конкретного. Или надеялась не найти? К примеру, свое фото во весь экран с надписью ОСОБО ОПАСНА или РАЗЫСКИВАЕТСЯ. Внутренняя дрожь постепенно успокоилась. С первого взгляда все было, так как и прежде. Волноваться не о чем. По крайне мере на телевидении мое лицо не засветиться. Так значит, Шацкий решил искать меня своими силами или вовсе не ищет? Да такой вариант мне в голову даже не приходил. Что если меня ни кто не ищет? Повторила я. Так что тогда делать? Спокойно обосноваться где-нибудь. Да хоть в том же Ростове. Или продолжить марафон?
  Чего я боялась больше? Что меня ищут? Вероятно, могут найти? Или вовсе забыли о моем существовании? Меня никто не разыскивает? И не переживает как я там, на чужбине?
  В принципе все сложилось как нельзя лучше для моего женишка. Он получил в полное распоряжение состояние моего деда. И еще в придачу избавился от назойливой мухи-Розалии. И как я могла назвать себя мухой. Скорее прекрасной волчице. Что уж там скромничать. Да, крутая, из меня Лугару получается, за 19 лет еще не разу не обратившиеся в волка. Не принимающая участие в охоте и гребущая все сырое и кровавое.
   Возможно уделяя по больше участия в обыденной жизни Лугару. Я прониклась к своему второму я и даже смогла бы разбудить в себе волка, а я продолжа бежать. Бежать от семьи, своего происхождения и главное от себя самой. Да и Эдгар в принципе не урод. Все кто имевший с ним хотя бы одну встречу. Просто восхищались. Он становился их кумиром. Потенциально, попытавшись наладить отношения, я тоже прониклась к нему симпатией. Нет так нельзя, себя изводить, назад пути нет и сожалеть не о чем.
   Я одним махом опустошила все тарелки. Запивая все горячим шоколад. И довольно растянулась поперек кровати завернувшись с головой под одеялом, я довольно быстро погрузилась в сон, без сновидений к счастью.
  
  
  
  
  Глава четвертая
  
  
  
  Воспоминание второе.
  Пару дней назад.
  
  
   Я стояла в холле просторного особняка, построенного в викторианском стиле. Наш домик утопал в зелени и цветах. Его окружает неописуемой красоты большой сад. Из самых разнообразный деревьев и цветников. Одаривающие нас ароматными благовониями. Содержать такую красоту на песчаной местности, на которой и травинки не возможно вырастить, невероятное мужество и терпение. Это все мама и ее садовники. Она кропотливо день за днем приводила наше жилище в райский уголок.
  К слову, говоря, Башкировы не скупились. На строительство дома ушло целое состояние, а на его содержание и того больше.
  Я непринужденно облокотилась спиной об стену, руки сложила на груди. Наблюдала за сумасшедшей паникой царившей больше получаса. Мы ждали. Ждали появления дорогого гостя.
  - нет, эти цветы поставьте в гостиной. - указала мама на оплошность горничной - а орхидеи перенесите в столовую.
  - мама я не могу найти свои шпильки. - в бежала в комнату растрепанная Марианна - те который ты дарила мне на пятнадцатилетие - сморщив носик, теряя терпение.
  - с топазами? - уточнила она. Выравнивая цветы в букетах.
  - да. Да. Ты их видела? - с переполняемой радостью воскликнула сестра.
  - они в шкатулке на туалетном столике, дорогая.
  - точно, точно. - взбегая по деревянной лестнице, проговорила она.
  - Анжелина передай мне вот ту вазу. - мама указала пальцем на другой стол.
  Сестрица, приподнимая полы платья в пол, пробежала в указанное место.
  В нашем доме творилось что-то необыкновенное. Все куда то спешили. Что-то делали.
  Большие и светлые комнаты наполнились светом. По распоряжению моей родительницы включили все освящение. Я столько цветов видела только на похоронах. На каждом столике. В каждой вазе красовался уникально гармоничный букетик.
  
  Теперь, когда все на своих местах. Все одеты и готовы, семейство столпилось в опасной близости от меня.
  Бабушка со строгой элегантностью не изменяла своим привычкам. И как обычно в таких ситуация надевала строгий костюм. Подчеркивающий ее стройность. Ее посидевшие волосы с ювелирной точностью, волосок к волоску, возлежали на ее голове. Мама и мои сестренки, кстати, последние были точными отражениями первой. Белокурые блондинки с голубыми глазами. Как и полагалось, предпочли туалеты в красных и розовых тонах. Папа, он же отчим восседал на кресле с виски в руках. Сдержанно подчеркивая безмятежность.
  Я уложила верхние локоны на затылке, нижние ниспадали каскадом на плечи. Плате насыщенно синего цвета. Обнажающее мои худые плечи, второй кожей обтягивало мое тело. Полы платья достигали середина колена. Туфли на тонюсенькой шпильке, в тон туалету, завершали совершенный образ.
  - ну-ка встань, как следует - одернула меня бабушка.
  - все нормально - огрызнулась я.
  - нет, не нормально, юной леди так стоять.
  - ладно, ладно. Стою. - выпрямившись, ответила я.
  - девочки приготовитесь - прошептала мама. Оглядывая нас. - помните как нужно себя вести. Розалия тебя это касается в первую очередь. - она ткнула в меня пальцем.
  - все будет в ажуре.
  - только не переборщи с алкоголем - съязвила Анжелина.
  - Ха, ха, ха. - выдавила я.
  - за столом спиртное позволяется только нам и спутникам Эдгара. - папа указал на жену и тещу.
  - улыбнись - подбодрила меня Марианна, обнимая за плечи. - все будет тип топ. Вот увидишь.
  - это, не из моей сказки. Если бы все было тип топ, то Шацкий утонул сегодня утром в унитазе. - прошептала я в ответ.
  - он славный. Я его видела сегодня. Он там такой лапочка.
  - махнемся?
  - я не против.
  
   Мы с Марианной были лучшими подругами. Ее оптимизм в трудные периоды жизни, как нельзя лучше помогал мне. Она всегда поддерживала. Выгораживала перед родителями. Даже в далеком детстве, когда все мои сверстники конфликтовали с братьями и сестрами. Мы дружили. Не было игрушек моих или ее. Были только наши. И вот сейчас стоя в гостиной. Чувствуя ее горячие руки на своем теле. Я понимала. Что бы не произошло дальше. Мне всегда найдется место в этом сердце.
   С Анжелиной все произошло в точности до наоборот. С ней Марианне еще как-то удавалось найти сладить, а вот мне это не далось.
  - спасибо Денис. - проговорила мама кладя трубку телефона. - они подъезжают.
  - прощай беззаботная молодость. - выходя на улицу проговорила я.
  Черный лимузин в сопровождении двух вне дорожников въехал через широко открытые литые ворота. Пересекли обширную лужайку. Обогнули фонтан и припарковались в паре метров от нас. На дорожке из гравия. Охранники вышли первыми. Оставаясь возле машин. Отражали могущество своего господина. Мужчина, в черном костюме, одетый, как и все остальные, вышел из пассажирского сидения лимузина. Открыл заднюю дверцу. Выпуская мою судьбу.
   Настал кульминационный момент. Из машины непринужденно вышел высокий статный мужчина. Плотного телосложения. Шатен. В джинсах и кедах. И не заправленной белоснежной рубашкой. Он воссоздавал элегантность и легкость в каждом движении.
   Лучи уходящего солнца золотой нитью обрамляли все в округе.
  - добро пожаловать - проговорил папа, поживая Эдгару руку.
  - Эдуард добрый вечер. - взаимно пожимаю руку отчина.
  - мы скучали.
  - благодарю. Мне, несомненно, приятно ощущать теплоту и заботу вашей семьи. - с этими словами он бросил в нашу сторону короткий взгляд безразличия. По всей видимости, предназначавшийся мне. - Наталия, я уже просил вас сегодняшним днем обращаться ко мне на 'ты'. Мы практически родственники.
  - это все от волнения. - продолжила бабуля.
  - Эдгар наш дом и твой дом тоже. Мы будем рады тебе. - мама протянула ему свою тоненькую ручку, которую гость принял. Нежно касаясь ее губами. Фу, какой пафос.
  - мы уже извинились за отсутствие Розалии сегодня днем. - мама провела жениха ко мне. Эдгар стоял в шаге от меня. - дорогая, это Эдгар Шацкий. Твой будущий супруг. Эдгар это моя дочь Розалия. - представила нас мама.
  - она унаследовала вашу привлекательность.
  - благодарю. Вы мне льстите. - проговорила мама, самой ослепительной улыбкой, в ее арсенале.
  - Добрый вечер - я слегка поклонилась, изображая реверанс.
  - Розалия рад встречи с тобой. Как ты себя чувствуешь? - проговорил Шацкий, бархатным голосом.
  - грипп, сами понимаете - лукаво добавила я.
  - надеюсь сейчас с тобой все в порядке? - плутовски спросил он. Оценивающе оглядывая меня. Словно игрушку в магазине.
  - да.
   В ответ на его дерзость я так же окинула женишка взглядом. Хитро сузив глаза, а он принципе, не чего. Темно каштановые волосы. Локоны, которых рассыпанные по голове. Изображая идеальный беспорядок. Пару прядей упало на его лоб. Придавая моему врагу сексуальности. Открытый лоб. Бездонные фиалковые глаза. Высокие скулы Длинный прямой нос. Волевой подбородок. Полные губы, вытянутые в подобие улыбки. Его цвет кожи на несколько тонов темнее моего. Практически бронзовый.
   Его рубашка оказалась на пару верхних пуговиц, расстегнутой. Открывая мне могучую грудь. Обрамленной порослью густых волос. Я скользнула в низ. Его ноги идеальной длинны, как бы трудно, мне не было признаться в этом.
   Я почувствовала, как горячие губы коснулись моей холодной щеки, обжигая ее.
  - ты строптивая девчонка. Наш брак будет куда более интерес, чем я предполагал. - прошептал он мне на ухо. Так что его слова остались только между нами.
  - твоя жизнь превратиться в ад. Это ты не предполагал? - отрезала я, отстранившись. Наша так сказать семейная перепалка осталась тайной для окружающих. Человеческому уху не представлялось возможность такой низкой чистоты. Я, как и мой оппонент растянули губы в широкой фальшивой улыбке.
  - ну что мы все стоим на улице. Пройдемте в дом. Ужин будет подан с минуты на минуту. - предо мной возникла фигура матери. Она с легкостью воспользовалась предложенной рукой. И они первыми вошли внутрь. За ними последовал отец под руку с бабушкой. Анжелина не отставала. Мы с Марианной завершали шествие.
  - и как он тебе? - поинтересовалась сестра.
  - так себе. Пантов больше, чем мозгов - прошептала в ответ. Уверенная, что слух Эдгара куда более острый, чем мой.
  - ты не исправима.
  
  
  
  ***
  
  
  
  - вы определились с датой? - спросил отец. Ловко управляясь с лобстером.
   Мы располагались в столовой используемой только 'по праздникам'. Ее нежно персиковые оттенки оттенялись большим темно шоколадного цвета столом. Большие окна в пол выходили во внутренний дворик. Открывая прекрасный вид на обширные степи. Расположенным в середине комнаты. И такими же стульями с высокими спинками. Сейчас стол накрывала белая ажурная скатерть. Сервировка блистала на ура, столовое серебро, фарфоровая посуда. Такое богатство мы позволяли себе с высоко поставленными гостями. Блюда, приготовленные приглашенным поваром из Волгограда. Завершали кульминацию.
   Мы рассажены в строгой последовательности, оговоренной заранее. В главе стола сидел папа. С права от него Шацкий, с лева, к сожалению я, дальше по мою строну Марианна и Анжелина. С права от Эдгара бабушка. По другую сторону стола, строго пропорционально от папы сидела мама.
  - я планировал сыграть свадьбу в конце весны. Сразу после дня рождения Розалии. Но так как это отлаживается вот уже два года. Мне прельстит любое...
  - так ты собираешься поинтересоваться моим мнением?! - иронично спросила я. Не сводя пристального взгляда.
  - Розалия! - послышался голос матери.
  - все в порядке Наталия Федоровна. Я действительно поступал эгоистически. Решая все организационные вопросы единолично. Не советуясь с мнением невесты.
  - ты занятой человек, Эдгар. Естественно, что свободного времени в твоем графике не сыскать.
  - тем не менее. Свадьба, прежде всего, должна быть идеальной в глазах Розалии.
  - точно. - подтвердила я.
  - Розалия, в какое время ты предпочитаешь выйти замуж?
  - никогда, было бы идеальным временем - сказала я только для уха Эдгара - я бы хотела получить образование. Может мы отсрочим бракосочетание на пару лет?! - продолжила парировать на аудиторию.
  - боюсь это не возможно. Мы и так откладывали свадьбу дважды. И все из-за не предвиденных обстоятельствах - мужчина светился. Он излучал животный магнетизм. То-то моя семейка без ума от него. До меня доносился приятный аромат его одеколона вперемешку с мускусным запахом собственного тела. Столь приятного и очаровывающего, что хотелось уткнуться в его грудь носом, прямо здесь и если бы хозяином благоухания не был Эдгаром, я так и поступила.
  - я оставалась на второй год не из-за 'неуспеваемости'. - не выдержала такого нахальства, я пыталась заглушить свои внезапно зародившиеся желания - А потому что я так хотела. Я прекрасно осведомлена об условиях договора между тобой и Башкировами. По которым, тебе надлежало жениться на мне после окончания школы. Или достижения совершеннолетия. Теперь директор уже выдал мне аттестат?! Я готова сказать, ДА. И я принимаю все твои условия. Поженимся в конце весны, все как ты хотел милый. - сказала делая ударение на последний слог. В комнате на какое то время воцарилась гробовая тишина. Все молчали. Даже официантки смолкли на кухне.
  - боюсь, что до окончания весны слишком долго ждать. - он улыбнулся мне ослепительной улыбкой, обратился к старшим, игнорируя мой тон и дерзость столь явную и открытую. - я прибыл собственно по этому поводу. Я прошу вас дать свое согласие на свадьбу в конце этой недели.
   Если раньше я кипела от злости. Ворчала и вредничала, то сейчас была просто ошарашена. Если еще мои глаза не выскочили из орбит. То в ближайшую минуту точно выскачут. Сердце усилило ритм. Его удары эхом отражались в моей голове.
   Если свадьба в конце недели. Это воскресение, если повезет. А сейчас вторник. ВТОРНИК!!! Максимум пять дней. И все я в клетке.
  - к... к чему... Ттакая спешка? - заикаясь проговорила я.
  - я слишком долго ждал. - теперь настало его время дерзить. Эдгар явно получал удовольствие от выражения моего лица.
  - о, Эдгар ты такой романтик. - послышался писк моей младшей сестры. Умела она вставить свое слово в не подходящий момент.
  - а свадебное путешествие будет? - спросила Марианна.
  - конечно дорогая. Пока я не могу раскрыть место, это сюрприз.
  - ваши родители прибудут? - поинтересовалась бабушка. Пока официанты подавали десерт.
  - они приедут к пятнице, на помолвку.
  - что мы успеем к пятнице?! Нужно определиться с банкетом. И приданным.
  - и свадебное платье.
  - а кто будет подружкой невесты?
  - мама мне нужно тоже обновить гардероб.
   Комната наполнилась гулом голосов. Каждый пытался вставить, что-то свое. Началась бурная дискуссия. Молчали только мы с Эдгаром, тупо уставившись друг на друга.
  - ты расстроена? - тихонько спросил он. На мгновение его лицо стало грустным.
  - ну что ты? Меня переполняют эмоции. - одними губами проговорила я.
  - как знаешь. - Шацкий молниеносно переключился в общий разговор - приданного не нужно. Покойные Башкировы позаботились об этом заранее. Все уже устроено.
  - банкет будет...
  - я позволил себе предложить нам провести церемонию прямо здесь. - будущий женишок развел руками - У вас чудесный сад. Пару гирлянд и все. И невесте будет спокойнее в родных стенах.
  - было бы чудесно, не так ли дорогая - воскликнул папа.
  - я за. - ответила мать.
  - на какое количество гостей нам подготовить банкет? - поинтересовалась бабушка.
  - с моей стороны прибудет не больше ста человек. И я беру на себя все финансовые расходы.
  - любезно с вашей стороны, Эдгар. С нашей стороны и того меньше.
  - и еще. С этого момента в вашем доме постоянно будут находиться мои люди. Без сопровождения вы не сможете покинуть эту территорию. Особенно это касается Розалии.
  - что за... - я нахмурила брови. Обложили со всех сторон.
  - ей угрожает опасность? - почти в один голос проговорили родители. На их лицах выражалось недоумение.
  - скорее нет, чем да. Но вам не стоит беспокоиться по этому поводу. С замужеством Розалия не только официально признается наследницей империи Башкировых - к слову говоря, я проживала все это время в тайне от стаи. И юридически признавалась их внучкой с момента заключения брака. - но и супругой претендента на пост вожака стаи. Многие завистники, через мою семью попытаются добраться и до меня. В особенности в период рождения наследников.
  - у тебя так все продумано.
   в нашем мире нужно быть на стороже. Особенно Лугару.
   Остаток времени мы провела молча. На вопросы не отвечала. В правду, говоря меня особо и не спрашивали. Как только мы вышли из-за стола, я в гордом одиночестве отправилась в свою комнату. Проигнорировав настойчивое приглашение остаток вечера провести в компании жениха.
  Я сидела на кровати. Когда послышались тяжелые шаги. И кто-то постучал в мою дверь. Я потеряла бдительность на какое-то время. Не смогла отличить запахи. В полной уверенности увидеть за дверью Марианну без церемонно ответила.
   тебе незачем стучать, проходи.
   Как по-семейному. Мне приятна твоя нежность - улыбаясь, прошел в комнату. Он вальяжно развалился на моей кровати. По-другую строну от меня.
   Ты как посмел сюда прийти!!! - возмутилась я.
   Твоя мама любезно согласилась на наше уединение. Правда, она прелесть?! - высокомерно проговорил он. Взбивая подушку поудобнее. Правой рукой Эдгар больно ущипнул меня за бок, оставляя, по всей видимости, приличный синяк. - Полновата немного.
   Ты что сдурел!!! - вскрикнула я. Буквально выпрыгивая из кровати. - не смей меня трогать!!!
   ты моя невеста, а в скором времени и жена. - любовничек ловко хватает меня за руку. И с силой притягивает к себе. - с мирись с мыслью о физической близости. Я намерен каждую ночь исполнять супружеский долг. - В нос ударяет сильный запах мускуса. Какое то время мы лежим лицом к лицу его фиалковые глаза помутнели. Я попыталась встать, но куда там. Могучие руки сковали меня, в крепкие объятия. Во что есть мощь, я продолжаю сопротивляться. Нанося удары руками и ногами. Эдгар проворно скручивает руки зажимая их высоко над моей головой. А ноги прижимает своим телом. Безжалостно опускаясь на них. Вот так я оказалась лежа на спине под Эдгаром. Его сложившаяся ситуация явно удовлетворяла. С ухмылкой довольного кота, он продолжает осматривать мое тело. Тонкая материя платья сползла, еще больше обнажая ложбинку между грудей, а полы платья задрались до середины бедра.
   интересно, что у тебя под платьем? Не хочешь его снять? - продолжал дразниться он.
   Еще чего! Немедленно слезь с меня грязный подонок!
   Как мы выражаемся. Не оскверняй такой сладкий ротик ругательствами. - лицо Эдгара зависло в паре сантиметров от моего. Я видела и чувствовала его тело. Слушала тяжелое дыхание, обжигающее мою кожу.
   Я не имею понятия, что ты там возомнил о себе! Но имей ввиду ты мне отвратителен. Я призираю тебя!!! Ненавижу!!! - выкрикнула я ему прямо в лицо. Не сводя пристального взгляда.
   Сейчас меня охватило необычайной силы ярость, ненависть, злость, возможно обида на свою семью. Сразу так и не определиться в негативном чувстве. Однозначно я ненавидела Эдгара. Ненавидела все связанное с ним.
   Из последних сил мне удалось сморгнуть накатившиеся слезы. Собрав в груди всю боль и разочарование этой жизни я перестала сопротивляться. Проиграла бой, этот бой, но битва еще впереди.
   Эдгар почувствовал это. Он недоверчиво уставился на меня. Не меняя своего положения.
  - ты сдаешься?
  Тишина.
  - хочешь продолжения?
  Тишина.
  - ты так и будешь молчать?
  Тишина.
  Он продолжал говорить. Говорить. И говорить. Я молчала. Моя провокационная тишина. Достигла нужного результата.
  Эдгар слез с меня. И что-то бормоча себе под нос направился к выходу. Покидая комнату, он произнес.
  - хочешь ты этого или нет, но в воскресение ты станешь моей женой.
  
  
  
  ***
  
  
   Я чувствовала подавленность. На меня давили стены, и небо казалось низким. Воздуха предательски не хватало. Я постоянно чувствовала приступы паники. Головная боль не унималась. Тело постоянно бросало в дрожь. Обезболивающие не помогало. И успокаивающее тоже. Я не ела, кусок в горло не лез. Даже моя любимая на завтрак овсяная каша, казалась отвратительной.
  Я была призраком в собственно доме.
  С бледным лицом и темными кругами под глазами. Мое тело исхудало. Никакая диета не давала такого результата.
  Большую часть времени я проводила в своей комнате. Или кухне за чашкой крепкого кофе с коньяком. Прислуга старалась избегать меня. Они сочувственно поглядывали в мою сторону. Временами я слышала их разговоры.
  - бедняжка. Жалко на нее смотреть.
  - ее болезненный вид пугает меня.
  - еще бы. Родители тоже хороши, устраивают брак дочери.
  - а Эдгар не чего так симпатичный.
  
   Домочадцы в полную силу занимались предстоящим торжеством. К нам постоянно кто-то приезжал. Поставляли продукцию или элементы декорации. Из магазина свадебного салона привозили пару раз, доставляли разнообразные варианты платьев. Я критично игнорировала все. Шацкий не скупился, оплачивая всё. Позволяя моей матери развернуться с масштабом.
   Территорию дома мне запретили покидать. Я пыталась пару раз, вежливые охранники указывали мне на дверь, в обратном направлении.
   Ничем больше я не интересовалась. Даже занятия балетом забросила.
  
  
  ***
  
  
   Наступил вечер пятницы.
  - Розалия поторопись. Мы выезжаем через минуту - прокричала мама. Она все не могла свыкнуться с моим уникальным слухом. Ее мне было бы слышно на верхнее этаже, даже если она прошептала что-то.
  - я надеялась, что меня забудут. - уныло проговорила я, спускаясь по лестнице.
  - ты прекрасна, дорогая - сказал папа, целуя меня в щеку.
  - мы гордимся тобой.
  - я...
  - ты волнуешься. И это нормально. Все невесты проходят это, поверь мне. - пыталась подбодрить меня мать. - что еще будет в воскресение.
  
   ВОСКРЕСЕНИЕ!!! Чуть больше суток. Мне осталось чуть больше суток. От этих мыслей я вздрогнула.
  Я бегло окинула семью взглядом. И когда они успели прикупить такие платья! Даже бабушка надела вечерний туалет.
  
  
  ***
  
  
   Колонна наших машин, состоящая из трех автомобилей сопровождения, охранники Эдгара, и любезно предоставившего нам лимузина. Прибыла к парадному входу самого шикарного ресторана района. Под чудесным названием 'черная орхидея'. Папа обходительно помог нам выйти из машины. С такими платьями это становилось не преодолимо трудно.
   В вестибюле нас встретил швейцар.
  - добрый вечер - он с поклонам, приоткрыл нам дверь.
  - добро пожаловать в 'Черную Орхидею' - проговорил приближающий с другого конца вестибюля - гардеробщик любезно помог снять верхнюю одежду и молча удалился. - господин Шацкий уже ожидает вас.
  - благодарю Анатолий. - послышался голос приближающегося Эдарага. Сегодня он выглядел еще более сексуальным в этом строгом костюме, цвета слоновой кости и на пару тонов темнее галстуком. Его волосы зачесаны назад. Послышались восторженные стоны женской половины семейства.- я сам.
  - Эдгар вы великолепны.
  - я польщен.
   Мама под руку с будущим зятем прошла в зал. Папа следом вел меня. Бабушка завершала шествие окруженная моими сестрами.
   В ресторане царило умиротворение. Легкая музыка. Успокаивала меня. Зал был пуст. Вероятно, Шацкие предпочли уединение, арендовав все здание на сегодняшний вечер.
  За большим круглым столом располагались четверо. Двое мужчин и двое женщин. Они ослепляли своей красотой внешности и одеяния.
  - мама, папа прошу вас поприветствовать семью моей будущей жены. - Эдгар с легкостью парировал. - это Наталия и Эдуард родители Розалии. Галина Алексеевна бабушка. Позвольте представить мою семью Эмиль и София.
  - добрый вечер.
  - рады знакомству - мужчины поприветствовали друг друга рукопожатием, а женщины легким касанием, подобие поцелуев.
  - Розалия. И ее сестры Марианна и Анжелина, а это моя сестра Элизабет и ее супруг Шон. - Эдгар стремительно знакомил семьи. Помогая рассаживаться на указанные им места. Эдгар помог устроиться моей бабушке. Намериваясь в последствии уделить внимание мне, но к счастью я еще сохранила силы и ловкость. Стремительно обслужив себя сама. Жениха этот факт вероятно уязвил. Ему пришлось довольствоваться легкого касания моей руки.
  Удачно подобранный круглый стол. В дальнем конце зала. Так мы были все равны. Папа с мамой сидели поле Софии и Эмиля, затем бабушка. Мои сестры. Мы с Эдгаром и Элизабет с Шоном.
  - после стольких лет ожидания я как никогда рада знакомству с вами. - начала София. Женщина лет восьмидесяти, но на вид не больше сорока. Одно из преимуществ Лугару. Мы стареем намного медленней человечества. И живем значительно дольше. По меньшей мере, на пару сотен. К примеру, свекор со свекровью выглядели старшими братьями или сестрами, но никак не родителями.
  Вернусь к образу 'свекрушенции'. Она миловидна женщина с тонкими чертами лица. Каре, из огненно рыжих волос, с заниженными передними локонами зрительно удлиняли и без того длинную шею. Ее фиалковые глаза святились счастьем. Она будто отражала солнечные лучи. Так вот от кого Эдгар унаследовал этот цвет глаз.
  Эмиль смуглый шатен. Величественно возвышался над столом. Его черный костюм придавал бронзовой кожи еще более смуглый оттенок. Отец Эдгара столь же высокий и статный, как и его сын. По всей видимости, и не менее надменный.
  Золовка с мужем отличались большей скромностью, нежели их родственники. И все время ужина, вели себя тихо. Предпочитая слушать, нежели говорить.
  
  - я предлагаю выпить за знакомство - проговорил отчим. Поднимая фужер с шампанским.
  - поддерживаю - прозвенел голосок Софии.
  - салют.
  - а когда вы приехали - спросила мама
  - мы прибыли сегодня утром.
  - дорога надеюсь, вас не утомила?
  - не чуть. В Волгоград мы прибыли на нашем самолете. А в аэропорту нас встретил Эдгар.
  - ваш сын очень внимателен. - проговорила бабушка. Пытаясь своим тоном польстить не только его родителям, но как мне удалось распознать ее тон. Подчеркнуть мне его достоинства.
  - наш сын с самого раннего детства заботится о нас. Подчас уделяя нам больше времени, чем себе самому.
  - мама не стоит хвалить меня в присутствии невесты. Она еще решит, что я хвастун.
  - я не преувеличиваю. Ни с колечки. - продолжая с гордостью бессмысленную беседу - а твоей невесте стоит знать правду. С Эдгаром ты, Розалия будешь самой счастливой на свете.
  - мама, прошу.... Моя жена узнает все мои недостатки только после свадьбы, а то еще решит сбежать от меня.
  
   Внезапно я осознала. Точно! И как мне раньше не пришло такое в голову. Побег спасет меня от брака. Нелюбимого мужа. И золотой клетки. Пусть я не умею готовить, стирать и убирать. Не умею работать. Точнее никогда этим не занималась и пусть, научусь. Передо мной открывался огромный мир. Целая планета возможностей и решений. Я смогу отправиться куда захочу, и буду делать все, что только пожелаю. Устроюсь в балетную студию или официанткой в кафе. Сниму квартиру, а главное в моем новом мире не будет Эдгара Шацкого!!!
  
  - я бы хотел вернуться к поводу нашей встречи. - сказал Эдгар выходя из-за стола. В его глазах горел огонек. Правой рукой он достал из кармана красную коробочку. Открывая, ее он опустился на одно колено передо мной. Это выглядело так романтично и так эффектно. Чуть не прослезилась. Мои руки предательски дрожали. - Розалия, прошу тебя стать моей женой. - его взгляд околдовал меня. Я смотрела в его бездонные очи и боролась с собой. Боролась с желанием прильнуть к нему самым страстным поцелуем в моей жизни.
  - да, я согласна - прошептала я в ответ. И только когда холодный метал, покоился на пальце левой руки. И губы Эдгара скользнувший с ладони к моим губам. Я осознала все происшедшее.
  Его горячий рот коснулись моего. Он нежно ласкал пересохшие губы. Играя с ними языком. Вполне безобидный поцелуй переходил в более и более страстный.
  Стоя передо мной на одном колене Эдгар с явной не охотой отстранился. Продолжая удерживать мои ладони.
  - обещаю, ты станешь самой счастливой женщиной и супругой на свете.
  - поздравляем.
  - Эдгар Розалия мы рады за вас.
  Поздравления все сыпались и сыпались. Я почувствовала поцелуй матери и отца. Нежное прикосновение Софии. Прикосновение Марианны рассматривающей мое кольцо.
  Как в последствии, я узнала это колечко, принадлежало нашему общему предку. Бабушки Софии и моего отца Александра. И носило в себе глубокий смысл единения волчьих душ. Выглядело оно довольно экстравагантно. Толстое платиновое плетение, обрамленное большим рубином, окруженного россыпью изумрудов. Я вдруг почувствовала всю его тяжесть. Не только физическую, а прежде всего душевную. Эта погремушка имела большую цену, стоимость которой целая жизнь. Моя жизнь.
  
   Спустя какой промежуток времени. В котором, я уже не ориентировалась. Мне послышался голос Эдгара.
  - у тебя будет дюжина таких. - протягивая мне руку - потанцуем?
  - разумеется. - с притворной покорностью ответила я. Грациозно покачивая бедрами, шла я.
  По чудесному мгновению заиграла прекрасная медленная мелодия. Очаровывающая своими красками.
  Мы вышли на середину зала. Эдгар обхватил меня. Нежно прижимая к своей груди. Он излучал умиротворение. В некоторые мгновения я будто бы ощущала бескрайнюю, мощную и священную любовь. Бред конечно, Эдгар не чувствовал по отношению ко мне таких сильный чувств. Все, что угодно, но только не любовь, корысть, расчет, плотское желание.
  Его теплая ладонь на моей талии согревала. Принося с теплом успокоение. По всей видимости, мой партнер не хуже меня владел искусством танца. Вкладывая в каждое движение целый мир красок. Мы вальсировали. Слившись в одно единое целое. В две стороны одной монеты.
  
  
  
  
  
  Глава пятая
  
  
  Москва.
  
   В городе я уже третий месяц. Мне удалось снять вполне приличную однокомнатную квартиру, за пятнадцать тысяч в месяц. Район конечно не ахти, да и сам дом, по-моему, в аварийном состоянии по крайне мере пару десятков лет, это точно. Постоянные перебои с горячей водой, а по утрам иногда и с холодной. Мебель древняя, в квартире пахло, а с потолка сыпалась труха, а про окна я вообще молчу. К ним я не прикасалась. Остерегаясь вероятности вывалиться с шестого этажа вместе с ними. Едкий запах плесени, в конец меня добил. И как люди могут жить в таких условиях. Других вариантом я не могла себе позволить. Карманных денег оставалось не так много. Большая часть, которых потрачена на 'идеальный побег'. С сегодняшнего дня я работаю над собой. Буду тратить разумно. Все скромненько. Готовить буду сама. В соседнем подъезде неплохой магазинчик. Где я закупила все продукты первой необходимости.
  
   В первую очередь следует привести в порядок свое новое жилище. Затем устроюсь на хорошую работу и постепенно свыкнусь с ролью обычной женщиной среднего класса. Осмыслить новое положение своей жизни казалось просто, но лишь в периоды размышления. В действии применить план, в реальности не так просто. С чего начать? Я никогда раньше не занималась подобными вопросами. Что вообще делала? Веселилась и развлекалась. Расшатывала нервы родителей. Доставляла неприятности Шацкому. Обновляла гардероб. Физическим трудом не богата. Всю работу по дому выполняла прислуга. Под руководством мамы. Она знает, что когда и где приобрести. Как воспользоваться. Я помню, как впервые увидела пароварку. Вообще то на кухню редко захожу практически никогда. Зачем? Прислуга приготовит и принесет все в указанную комнату. Тогда зайдя на кухню, увидела ее стоящую на столе. Долго ее крутила, туда, сюда. Что за хрень думала я? Потом уже вернувшийся повар открыл тайну.
  
   Я с большим энтузиазмом выдраила всю квартиру. Не оставляя и малейших признаков на нечистоплотность. Отправив весь хлам в мусорное ведро, сразу вынесла его в мусорный коллектор, как поступала наша горничная, слава богу, он имелся в доме. Затем отправилась в душ. Перекусив сомнительным бутербродом, я отправилась спать. Ближе к вечеру испытывая спазмы, вероятно нынешнее меню не устраивало моего желудка. Я отправилась на поиски работы. Обошла не счетное количество балетных студий и школ искусств. Затем заходила в магазины и кафе. Какие то непонятные мне организации. Но нигде меня не приняли. Я отчаялась найти хоть какую-нибудь работу. Желудок предательски ворчал. Решив себя побаловать. И тем самым хоть немного приподнять скверное настроение, зашла в одну забегаловку. Расположенную неподалеку от моего дома.
   В нутрии играла веселая заводная музыка. И шум разговоров. Сигаретный дым клубнями заполнял все пространство вокруг.
  Я тихонько присела за барную стойку.
  - желаете чего-нибудь? - спросил рыжеволосый бармен с седеющими прядями волос. Средних лет. Худощавого телосложения. Обтянутого в черные кожаные брюки и просторную рубаху.
  - да. Мне пиво и чипсы Lay,s с крабом.
  - прошу - протягивая мой заказ. - почему красивая девушка грустит?
  - вы всем посетителям задаете вопросы? - поинтересовалась я.
  - только прекрасным девушкам. Так что тебя гложет юное создание?
  - я сегодня убила весь день на поиски работы.
  - а результат я так понимаю, тебя не радует?
  - еще бы, я обошла пол Москвы. И везде мне показывали на дверь - уныло продолжила я.
  - и кем ты собираешься работать? - спросил он.
  - в идеале балериной.
  - отбрось детские мечты. Тут вся Москва одни балерины и модели, а в реальности? В реальном мире все обстоит куда хуже.
  - в действительности меня устроит все. Ну, практически все - поправилась я. Стараясь избежать неправильного вывода. Я сделала большой глоток холодного пива.
  - предлагаю работу официанткой в моем баре.
  - официанткой?! - с критичностью удивилась я
  - конечно. Не нужно так на меня смотреть. Мое предложение действует только сегодня. Завтра придут кандидатки из бюро и ты им не конкурентка. Уж поверь, неженок я вижу из далека. Мало вероятно, что в твоей прежней жизни, ты хотя бы наливала себе ... тоже пиво в стакан. - бармен указал пальцем на мой заказ.
  - а что мне нужно будет делать? - по-детски поинтересовалась я.
  - принимать заказы и разносить их по столикам.
  - а почему вы решили взять меня. Будучи уверенным, в моей некомпетентности? - задумалась я. Перебирая все варианты. Такого щедрого поступка.
  - когда-то много лет тому назад. Я был практически на твоем месте. И в свое время мне помогли.
  - я готова работать. - с энтузиазмом воскликнула я.
  - твоя смена начнется с девяти вечера и до трех ночи. До закрытия бара. Работать придется много. Так что сходи домой переоденься. И сними эти туфли. Иначе к полуночи будешь перемещаться босиком.
  
   С тех пор я официантка в баре. Мой рабочий график начинался с вечера и до закрытия, в лучшем случае до двух-трех часов ночи, а в худшем до рассвета. Я с быстротой и легкостью освоила все необходимые навыки моей первой работы. В коллективе быстро адаптировалась. С хозяином и барменом по совместительству я практически с роднилась. Мы часто разговаривали, шутили и смеялись. Михаил оказался забавным. С моими напарницами Настей и Викой подружились сразу после знакомства. Они очень веселые и забавные девчонки. В своем воплощении светлячки этого города. Девчонки немного старше меня. Две противоположности друг друга. Высокая и маленькая. Плотная и худая. Пепельная блондинка и жгучая брюнетка. Раскованная феминистка и скромная, застенчивая католичка. В реальности они из пригорода, но, как и все в поисках себя. Живут мои новые подружки вместе в съемной квартире. Так сказать гражданским браком. Я много слышала о подобных однополых отношения и раньше. А сейчас впервые оказалась в непосредственной близости. Не знаю если еще пару месяцев назад, мне задали вопрос, как я отношусь к лесбиянкам, я затруднилась бы ответить, а возможно прокомментировала все аморальную реплику в моем арсенале. Теперь же, Рядом с Викой и Настей я понимала, что это не так. Я изменила свое отношение. Чистая и светлая любовь двух людей. И не важно кем они являются. Прекрасно само по себе.
   Бегая между столиками, я часто обращала внимание, на их у краткие переглядывания. Взгляды полные любви и нежности. Наблюдая за ними я мечтала о подобном чувстве. Отношениях полных чудесных мгновений и ощущений. Я хотела встретить человека, с которым тоже вот так подобно двум прекрасным женщинам буду любить. Смотреть в чарующие очи. Касаться горячих рук. Ощущать жаркие поцелуи. Засыпать сладким сном, в объятиях любимого мужчины. И когда-нибудь умереть, не отстраняя пристального взгляда с его лица.
  
   Середина лета, пик жары и смога, горели торфяники. Я чувствовала запахи дыма намного острее остальных. Мои глаза постоянно слезились, к счастью в баре работал хороший кондиционер. Он меня и спасал. В остальном моя жизнь протекала более или менее в спокойном русле. Просыпалась ближе к полудню. Готовила себе, причем заметьте собственноручно. По началу кофе я варила просто отвратительный. От одного запаха меня мутило. Но потом с течением определенного периода времени я освоила эту науку. И яичница не подгорала. Жила я скромненько. Не сравнить с моей прежней жизнью. Питалась в основном полуфабрикатами. Не ахти. Скажу я, а куда деваться. Денег украденных у родителей совсем не осталось. Приходилось перебиваться на скромную заработанную плату. Как и большинство простых Россиян. Оставшиеся свободное время предпочитала проводить дома. За все время я лишь единожды ездила в центр. Прогуливалась по красной площади. Время шло. Не у молимо проносилось вперед. А страх оставался. Я продолжала просыпаться в холодном поту. Шугаться каждого шороха, маскировалась, петляла, запутывая свои следы.
   Работа приносила мне удовольствие. В баре я ощущала себя дома, в полной безопасности. Здесь я никогда не пряталась и не боялась быть найденной. Моей семьей и друзьями стали коллеги по работе.
   Временами я очень скучала по маме и Марианне, да и по остальным тоже. Увижу ли я их когда-нибудь? Хоть разок? Это вряд ли. Стоит только пересечь вражескую территорию как я окажусь в крепких тесках. Из которых, мне не удастся освободиться.
  
   Наступила осень.
   Желтая листва прекрасным дуновением ветра слетала с верхушек деревьев. Даря окружающей нас природе желто-красные яркие краски. Скрашивающие серую мглу. Дул холодный ветер. Проливные дожди сменялись изморосью. Царило уныние и скука.
  
   Первые часы работы вдохновляли меня. Я подобно метеору носилась между столиками и к барной стойке туда и обратно. Не считанное количество раз.
   Воспользовавшись советом моего начальника, данного мне еще в первый день работы, я надевала удобную одежду, как, к примеру, сегодня, красную футболку. Светлые джинсы и темные балетки. Волосы оставила распущенными. Не любила сковывать себя. Мои прямые черные, практически смольные локоны, достигающие пояса. Новая густая челка, прикрывающая брови придавала некую сексуальность нового образа. Современной женщины. Я пошла на это по совету Насти. Она любительница экспериментов. Дальше челки я не пошла.
   К середине рабочего графика, руки и спину сводила острая боль, кости ныли. Такое ощущение, что они ломались. Крошились на меленькие частицы, я едва могла пошевелиться. Я и раньше испытывала недомогания. Практически каждую ночь, но прежде отделывалась легкой тошнотой или небольшими головокружениями. Мой организм требовал. Жаждал чего-то. Я хотела... Вероятно, этому послужила обстановка. Пища с отсутствием витаминов и аминокислот. Новый режим. Трудовые будни. Наличие хорошего продолжительно сна. По всей вероятности физические нагрузки мне не подходили. По крайне мере сегодня.
  Чем глубже мир погружался во мраке, тем сильнее становилось мое недомогание. Головокружения усиливались. В некоторые моменты я не могла и шагу сделать. В страхе свалиться прямо здесь. Тошнота, подкатывающая с новой силой. Вырвалась наружу. Благо я успевала до дамской комнаты. Жидкость, вырывавшаяся из меня с противной зеленой слизью и скверным запахом. Казалось, отрывались все внутренности. Боли усиливались. Чудом я продержалась до закрытия бара. Михаил бросал на меня взволнованные взгляды. Но вопросов так и не задал. И во, что есть мочи, добежала до дома. В прихожей ноги подкосились. И я свалилась на пол. Выпуская очередную порцию зелени. В полу бреде доползла до ванной. И отключилась.
  Сколько времени прошло с той минуты я не знаю. Да и не важно это. Очнулась от неизвестного ощущения. Какой то невесомости. Я будто парила и в тоже время плотно, с силой прижималась к полу. Каждое, ощущение. Будь то дыхание или взмахи век. Все причиняло безумную боль, все тело крутило. Выламывая и выкручивая мышцы, кожу и кости. Я извивалась на холодном кафельном полу ванной. В предсмертных конвульсиях. Стоя на четвереньках. Я то и дело припадала лицом к грязным рукам. Глаза наполнялись слезами. Бескрайними реками, бороздившими лицо и шею. Я кричала, во, что есть мочи. Не сдерживаясь. Не чуть. Из моего горла то и дело вырывались стоны, сопровождаемые хрипами. Не подчиняемые моей воли. Изломленные пальцы в пивались в кафель. В кровь, сдирая кожу. И ломая ногти. Краем уха я, слыша как под моим натиском трескался пол. Рвотный рефлекс периодически накатывал с новой силой, опорожняя меня. Когда в желудке пищи уже не осталось. Изо рта пошла кровь. Густые сгустки. Запекшийся крови. Кусками выходили из меня. Я заводилась продолжительным кашлем. Прочищающие горло и легкие.
  - А...А...А!!! - вырвалось из меня.
  Еще один удар. Острым кинжалом, полоснувшим вдоль позвоночника. И я выгнулась подобно дуге. Спазмы, охватившие мое тело спровоцировали расслабление всех мышц моего тела. Я почувствовала, как по моим ногам горячими потоками полились собственные фекалии.
   Еще пару минут я боролась. Продолжала сражаться всей своей человеческой сущностью. Я билась, отстаивая свою жизнь. Новый огненные поток раскаленной лавы, охвативший меня, в объятиях смерти, был последним, что я помню.
  
   Там в небытие я летела. Парила среди белоснежных воздушных облаков, озаренных яркими лучами утреннего весеннего солнца. Я была подобно бесформенной материей. Поднималась в высь. Стремительно падала, но не касалась земли, а проносилась вдоль поверхности с необычайно быстротой, пугающей меня. Взлетая снова ввысь, скорость увеличивалась, сливая, все окружающие в размытые темные пятна.
  
  
  
  
  ***
  
  
   Темнота сгущалась.
   Я не могла разглядеть что-то дальше вытянутой руки. Брела на ощупь.
   Я шла по лесу. Не знакомому мне ранее. Все в округе наполнилось тишиной. Гробовой тишиной. Пугающей меня. Дыхание участилось. Руки задрожали. Нужно как можно скорее найти выход.
  Послышался долгий протяжной вой. Голос грубый и мощный. Он раздался совсем близко. Менее километра.
  Обострив все органы чувств. Ощутила тяжелое дыхание. Удары о землю могучих лап. Зверь приближался. Он укорял бег. Направляясь в мою сторону. По крайне мере волк один. Мог это факт как-то помочь не знаю.
  Подхватив полы платья, метнулась в противоположную сторону и почему я всегда оказываюсь в подобных нарядах?! Неужели в собственном сне я туплю, одевая неудобные туалеты. Или в этом тоже есть зашифрованная смысл? Надо призадуматься над этим. Как и ранее я без обуви. Если до этого такое положение мне не мешало. То теперь в темноте, в лесу, это создавала кучу проблем. Ступни ударялись о корни деревьев. Сбиваясь в кровь. Болевые ощущения не причиняли нетерпимой боли или чего-то с чем мне не под силу справиться. Кровоподтеки на ступнях. Оставляли следы на траве, которые укажут на мое местонахождение.
   Я пробежала огромное количество ненавистных метров. Животное настигало. Сокращая расстояние между нами. Его рев сопровождаемый воем вводил меня в ступор.
   Впереди мне показался дом. Маленький деревянный домик с крышей из камыша. Он располагался среди леса. На ее опушке. Жилище не ограждал забор или другое оградительное строение. Я беспрепятственно пробралась к его стенам. Дом явно жилой, в нем чувствовался человеческий дух. По меньшей мере, трех четырех человек, семьи. Они спали в одной из комнат, дверь заперта. Как я только не пыталась ее открыть, она не поддалась.
   Тем временем грозное рычание достигло края леса. На моих глазах из-за стволов деревьев и кромки растительности выпрыгнул огромный бурый волк. Я видела его прежде в своих других снах. Тогда он вел себя куда более дружелюбно, чем сейчас. Зверь замедлил шаг, наслаждаясь моим страхом, последними мгновениями жизни. Фиалковые глаза приобрели багровый оттенок. Они светились в темноте. Вжавшись в старую трухлявую стену дома. Из последних сил рванула в сторону. Возможно, существует еще одна дверь? Спотыкаясь и падая, запутываясь в мешавшем платье, я практически ползком обогнула дом, двери нет, ее просто нет. Вернуться и попытаться, забраться через единственное окно не было возможности. Волк следовал за мной. Нас отделяло пара метров. Перебарывая панические приступы, я заметила небольшую дыру, ведущую под дом. Спасение. Я в, что есть мощи рванула, обдирая в кровь все тело. Щепки глубоко входили в кожу. Пересиливая боль, я проползла как можно дальше от прохода. Пространство довольно замкнутое. Я едва могла пошевелиться. В проеме показались лапы волка. Пробраться ко мне он не мог. После непродолжительного рычания он удалился. Я на мгновение ощутила радость и спокойствие. И как видно рано. Над головой послышались, треск стекла, грохот и душераздирающие крики домочадцев. Он проник в дом, он убьет их.
   Все закончилось сравнительно быстро. Они умолкли на век.
   Прикрыв ладонью рот, пыталась унять нарастающую истерику.
   В тот же миг над головой раздались новые звуки. Волк принялся крушить дом. Нет! Он разламывал полы. Доски разделяющие меня от него. Я решила вернуться на улицу. Пока он будет занят разломом дома, у меня будет время уйти. Я обернулась к проходу, вот ужас! Его не было, на месте дыры красовалась каменная стена. Я огляделась в округе. Камень проходил по периметру здания, представляя собой фундамент. Как же я тогда пробралась внутрь. Как могли появиться царапины он щепок доски? Окинув взглядом свое тело, оно было совершенно целое и невредимое. Исчезли даже ссадины на ногах. Как такое возможно, выхода нет.
   Волк с прерывистыми гортанными звуками, расправился с препятствием, за несколько минут. Последние покрытия отлетели в сторону. Освещая меня ярким светом. Высоко крепленой лампочки. Я зажмурилась, постепенно привыкнув к новому освещению, с опаской открыла глаза. Я сидела в яме, действий никаких не происходило. Я выглянула. Волк смотрел на меня в упор. Он спокойно сидел на краю только что выломанного отверстия и просто смотрел на меня. Фиалки отражали нечто большее, чем просто жалость. Он жалел меня? Как может грубое безмозглое животное жалеть меня?! Сознательного человека и прекрасную женщину?
  
  
  
  
  Глава шестая
  
  
   Воспоминание третье.
   Свадьба.
  
  Утро. Воскресение.
  
   Этот день кульминационный в моей жизни должен был стать решающим. Сегодня не только устраивалась моя семейная жизнь. По-которой я к вечеру становилась Розалией Александровной Шацкой-Башкировой. Или просто госпожой Шацкой. Но и наследницей империи моих предков. Получала внушительное богатство. Неизмеримое, одним миллиардом долларов. Переезжала в дом мужа. Признавалась Лугару. И могла принять участие в охоте среди своей стаи.
  
   Ко времени, говоря. Клан Башкировых и Шацких имел одни общие корни. Соединенные по легенде двумя великими охотниками, принадлежавшими к вражеским племенам. Волей судьбы их жизни крепко переплелись. Узами сильнее, чем любая вражда, крепче ненависти. Любовью. О великой любви прекрасной Стефании и Лукаса ходят самые разные противолежащие легенды. По одной Стефания очаровала своего врага. С корыстной целью обезоружить врагов, соблазняя прелестями своего тела женщина не единожды отдавалась в руки мужчины. И вот когда наступило время уничтожить Лукаса. Стефания имела несколько совместных детей. Мать не смогла лишить жизни отца своих детей. Стефания не смогла, она поняла, насколько сильно привязалась к нему и ранним утрам они сбежали. Основав свой дом в степях.
  Подругой, Лукас похитил Стефанию из отцовского дома, в качестве трофея. Вспыльчивый бесстрашный нрав женщины пришелся по душе заядлому холостяку и войну. Вернуться в деревню со Стефанией он не мог. Там она могла стать лишь наложницей, рабыней не более того. Столь жестокой участи Лукас не желал возлюбленной. Он перекинул ее тонкое тело через круп лошади и отправился в путь. Путешествие длилось несколько месяцев, прежде, чем он нашел подходящее место для нового дома. За время пути Стефания прониклась душою к своему похитителю и с радостью возлегла на брачное ложе. Финал легенды гласит, два могучих наследника, двух разных народов. Возвысил их над остальными. Их потомство рождалось сильным, умным и благородным. В последствии от Стефании и Лукаса произошли множество детей, а от их детей дети. И так вплоть до нашего времени.
  
   Я проснулась. Глядя в свой резной потолок, виде фрески. Задумалась какое конкретное чувство я должна испытывать сейчас, я ведь выхожу замуж. Этот день в жизни любой девушки всегда играл важную роль. Свадьба сопровождалась суматохой и паникой. Ожиданием чего-то удивительного и прекрасного. Ну, или по крайне мере страх, ненависть, обиду, но я не испытывала никаких чувств. Абсолютно не чего. Потянувшись в удовольствие, я вволю зевнула, раскидывая руки по подушкам.
   Так, так. Я взглянула на настенные часы. Время одиннадцать ночь семь. Бракосочетание в три часа. У меня до кульминационного момента меньше четырех часов. А в резерве и того меньше. Мама предупредила, еще вчера. Она прибудет в сопровождении стилистов к двенадцати. Так, что понежиться в постельке мне осталось пятьдесят три, уже пятьдесят две минуты, воспользуюсь ими, накидывая одеяло, я с головой накрываюсь. Понежившись не много, отправилась в душ. Холодная вода должна была взбодрить меня. Маму я встретила в халате.
  
  
  
  ***
  
  
   В субботу утром, то есть вчера. К нам домой прибыл Шацкий младший. Проверить, как идут приготовления, которые к тому моменту были завершены. Чего только нельзя сделать под руководством моей мамы. Ей нужно сделать карьеру организатора, и не важно чего. Наталия соорудит все в лучшем виде.
   Вся территория особняка украшена цветными лампочками и лентами. Построен навес. Огромный белый шатер, скрывающий банкетный зал от палящего солнца. Столики, расставленные в шахматном порядке, для репетиции, накрыли белыми скатертями с розовыми лентами и бантами, приезжал оркестр, настраивали инструменты. Так, что практически весь репертуар мне известен. Довольно приличная музыка, грех не согласиться.
   Шацкий удивил меня, прекратив играть безумно влюбленного женишка хотя бы вчера. Прибыл без цветов, не пытался делать комплименты. Он вообще не желал меня лицезреть. Ссылаясь на плохую примету, видеть невесту перед свадьбой, тем не менее, я спустилась, позлить его. Я снизошла нагишом, обернутая в банной полотенце. С длинными мокрыми волосами, по которым все еще стекала вода. Я прошлась пару раз туда, сюда, якобы ожидала приготовления кофе, рассматривала принесенную почту. Пускай любуется, этого тела тебе не видать. Думала я. Весь промежуток времени рассаживания в нашем доме Эдгар искусно претворялся озабоченным хлопотами о свадьбе. Весь такой бедненький мальчик, сваливший на себя не посильную ношу, а в действительности корыстный злоб, присвоивший состояние моих предков, мое богатство. Когда кофе сварили, я распорядилась отнести большую чашку в мою комнату.
  Вечеринка в честь девичника, была так себе. Марианна пригласила несколько моих подруг, прошедших мамин кастинг, а может даже и Эдгар принимал в нем участие. Не удивлюсь. Мне последний день свободной жизни был по барабану. Я вообще не собираюсь с ним жить. Пускай получит наследство и катится на все четыре стороны. Участия в вечеринке не принимала. Через силу, напихав в свой желудков всего подряд я демонстративно молча отправилась спать. Настроение домочадцев, конечно, сразу спало на нет. Они не понимали моего упрямства. Не понимали, почему я по-прежнему продолжаю сопротивляться. Почему не открываю сердца для Эдгара. Я закрыла свою комнату на ключ. Так, чтобы мои родственнички не сумели попасть внутрь. Запертая дверь их не остановила. Посылая нравоучения с той стороны. Общей перепалки я не слышала. Да и не ответила бы им в любом случае пускай себе переживают. Будут знать как решать все за меня.
   На удивление я быстро заснула. Спокойным безмятежным сном.
  
  
  
  ***
  
  
   Я долго продолжала разглядывать свое отражение. Большие выразительные глаза. Высокая, стройная, слегка худощава, как и полагается балерине, с россыпью длинных черных волос большими кольцами, спадающими на мои плечи. Обрамлялись белой ажурной фатой ручной вышивки с золотыми нитями. Мою фигуру потягивало белоснежное платье расширяющиеся к низу, в виде перевернутой кувшинки. Лиф, которого обшит драгоценными камнями , а подол золотыми нитями и жемчугом. Скромное декольте. Оголяющие мои плечи. Скрываемые за полами фаты.
   Несколько раз повернулась в разные стороны, изучая свой наряд со всех ракурсов. В принципе, я выглядела потрясающе. Даже ситуация не смогла ухудшить мою внешность. Продолжая кружиться, возле зеркала я впала в подобие эйфории. Мне безумно захотелось ускорить процесс ожидания. Я представляла, как буду идти вдоль рядов. Как на меня зачарованно будут смотреть гости. Как впереди возле алтаря меня будет ждать возлюбленный, в моей жизни все не так. Парня на сегодняшний день нет. Любовными узами не страдаю. Чувств к будущему мужу не испытываю. да... везет так везет, не чего не скажешь. Не чего отчаиваться, вот выйду замуж. Мое наследство официально перейдет в управление мужа. Сбегу. Ну, поищет они меня пару месяцев для приличия и задут. Тем более Эдгару нет необходимости убиваться, по непутевой женушки. Ему нужно состояние он его получит, а я получу свободу, вот и все решено.
  
   ты ослепительна - послышался голос матери, она тихонечко вошла в комнату. Приподнимая шлейф длинного бирюзового платья. Мама обняла меня за плечи и нежно поцеловала - я рада за тебя.
   Спасибо - проговорила в ответ. Не выдавая признаков своего замысла. Продолжала смотреть в отражение.
   Рози. Ты так красива в этом платье - пропела Анжелина, впервые за нашу жизнь услышала от нее добрые слова. Поравнялась с нами.
   Анжелина. Тебе пятнадцать? - наигранно удивилась я ее зрелости не по годам. А прекрасное нежно алое платье придавало ей сексуальности.
   да. и я моложе тебя - шутливо проговорила она, принимаясь обнимать меня.
   Моя старшая дочь выходит замуж. Как быстро летят года - практически со слезами на глазах сказала Наталия, поправляя фату.
   Мама не нужно слез, ты прекрасна, молода и у тебя в запасе еще две дочери. И Максим из подгузников еще не вырос. Растить и женить тебе есть кого. - вздохнула я -пора идти?
   Подожди, бабушка и Эдуард хотели поцеловать тебя до церемонии. Спустя пару минут в комнату вошло трое. В нарядных платьях и костюмах. Они звонко смеялись. Заметив меня несколько потупились. Созерцание мое прекрасной внешности в ослепительном наряде. Потрясло их до глубины души. Кстати говоря, платье выбрала мама и Марианна. После сотни критично пересмотренных нарядов с моей стороны я удалилась, громко хлопнув дверью. Так, что я его увидела только сейчас. Родственники испугались, вероятно.
   Ну, все отойдите от нее. Дайте и нам полюбоваться внучкой - бабуля жестом руки приказала мне покрутиться. Оглядев меня со всех сторон, она сказала - лучшей свадьбы еще не было. Наша Розалия самая красивая невеста.
   Да только когда я буду выходить замуж, я буду красивей ее - высокомерно буркнула младшая сестрица.
   Угомонись Анжелина - одернула ее Марианна - до этого тебе придется пропустить для начала меня. Малявка.
   Девочки! - воскликнула мама. Поправляя макияж - вы у меня самые красивые.
   Давайте поторопимся - предупредил папа.
  
   Мои родные принялись меня целовать и желать долгой и счастливой супружеской жизни. Кто-то давал наставления и советы. Другие подбадривали и шутили по поводу первой брачной ночи. Я не слушала слова. Не понимала их значение. Не воспринимала как неизбежность или как должное. У меня был план, осуществляемый к концу дня. Я и только я знала это с каждым касанием, с каждым поцелуем. Я мысленно прощалась с ними. В последних объятиях я просила богов подарить им счастье, веселье и радость. Пусть я не увижу этого. Вероятно, не пожелаю благополучия в день замужества сестер. Не увижу их родившихся детей, не состарюсь вместе с ними, но я твердо была уверена. Они найдут в себе сил пережить мое предательство. Они поймут и примут мое желание.
  
  
  
  ***
  
  
   Я стою в холле второго этажа в полном одиночестве. В низу слышались множество голосов, знакомых не известных. Всего не более ста тридцати. Эдгар прибыл в компании своей семьи не много раньше, положенного времени. Они любезно беседовали. С гостями. Обсуждали нейтральные темы и все такое прочее. Будущая свекровь с почтенной вежливостью интересовалась различными мамиными антикварными безделушками. Женщины, по-видимому, быстро нашли общий язык. Общие темы и увлечения и не слова не проронили обо мне или Эдгаре. Эта тема словно была под запретом. Элизабет присоединилась к ним не много позже. Он почтила своим вниманием практически всю женскую половину гостей. Даже с моими сестрами успела поболтать. У последних, конечно язык без костей. Без стеснения, расспрашивая о личной жизни Эдгара его девушках и увлечений. Когда я услышала его имя, то сразу заблокировала их голоса. Мне не хотелось о нем не чего знать.
   Наша большая гостиная, теперь уже перестроенная в гостиную заполнилась гостями. Все расселись по местам. Заиграла музыка, свадебный марш, имя автора на ум не приходило. Досчитав до десяти я начала спускаться, наша лестница построена в виде изогнутой спирали, так, что когда я спускалась, гости могли наблюдать за моим не торопливым грациозным шагом, я словно плыла над полом. Сердце мое замирало с каждым аккордом. Когда ноги спустились с последней ступени, я оказалась в раю. Отделявшая меня от гостиной арка, украшенная жасминами, была превосходна. А то, что скрывалось за ней. Неописуемой красоты. Потолок украшен из тончайшего розового полога. Полы которого, обрамляли стены. Гости расположились в два ряда, меж них красная ковровая дорожка, усыпанная лепестками белых роз, ведущая к алтарю. И все в живых цветах. Я продолжала идти, гордо и высоко приподняв голову. Гости встали. Медленно прошла в положенные метры я оказалась в паре метров от Эдгара. До этого момента я не смотрела на него. Я глядела куда-то сквозь эти стены.
  Жених надел традиционный черный фрак. С белой рубашкой и галстуком-бабочкой. Его волосы аккуратно уложены. Он стоял прямо словно столб. Руки, сложив за спиной. Когда я оказалась на расстоянии вытянутой руки. Эдгар протянул мне ладонь. Я с не охотой приняла ее. И мы на мгновение оказались лицом к лицу. Глаза в глаза. Его фиалки плясали серебристыми искрами.
  Работник загса задала нам традиционные вопросы, предварительно пролепетав скучную речь.
  
  - да - ответил бархатный голос Эдгара, теперь уже мужа, с едва уловимой дрожью. Я почувствовала на себе его взгляд, Эдгар едва покосился в мою сторону. Стараясь быть не замеченным.
  - да - послышался мой уверенный твердый голос. Вздрогнув от удивления. Надела на его палец обручальное кольцо.
  - властью данной мне законом Российской Федерации, объявляю вас мужем и женой. - с улыбкой на устах проговорила женщина. Закрывая красную папку в которой мы ставили свои подписи. - жених может поцеловать невесту - продолжила моя мучительница.
  Шацкий повернулся ко мне в пол оборота. И одним стремительным движением привлек к себе. Я не ответила на его нежный поцелуй. Игнорируя все его попытки. Затем поведение мужа стремительно изменилось. Удерживая одной рукой тонкую талию, другой крепко обхватил мой подбородок. И с жадностью, какой-то ненасытностью прильнул в страстном жестоком поцелуе. Оказавшись замкнутой в его крепких объятиях, я едва могла шелохнуться. Эдгар полностью владел ситуацией. Горячие губы, пожирающие мой рот, усиливали натиск. Под таким давлением, от которого во рту чувствовался привкус крови. Моей крови. По телу пробежала легкая дрожь. Сменяющаяся теплом, нехватка кислорода, я приоткрыла губы, в попытке вздохнуть. Из груди вырвался легкий стон. Эдгар улыбнулся самой коварно-соблазнительной улыбкой. Воспользовался ситуацией. Теплый скользкий язык проник внутрь меня. Он играл с моим, доставляя необыкновенное удовольствие.
   Когда муженек отстранился, мои щеки пылали, губы распухли, а дыхание стало прерывистым.
   Первое, что я почувствовала крепкие объятия мамы и папы. Холодные руки четы Шацких. Нежное касание губ Элизабет - добро пожаловать в семью - проговорила она, отстраняясь. Уступая место другим. Я не помню что происходило после. Как мы вышли из дома, как пересекли лужайку, как вошли в шатер.
  
   Мы восседали, словно король и королева. На самом почетном, самым лучшем месте в шатре. Наш с Эдгаром столик находился несколько выше остальных. Так, что в придачу ко всему я имела потрясающий обзор. Поздравления все сыпались в наш адрес. Громкие тосты звон фужеров и все по новой, традиционные правила, мы исполнили. Первый танец, вальсировали мы замечательно. Когда два профессионала сливаются воедино, получается не просто танец, а шедевр. Наша страсть на площадке завила зрителей, я видела, как другие пары старались поспеть за нами, куда им до нас. Эдгар, правда чуть не испортил все настроение, через чур сильно прижавшись ко мне, я осторожно отстранилась. Всем своим видом указывая на дистанцию, супругу пришлось согласиться.
  Спустя незначительно промежутка времени, мы резали торт, традиционный, трех ярусный с куклами на верхушке. Эдгар стоял позади меня, я чувствовала его дыхание на своем затылке. Он держал нож для торта, моя ладонь лежала по верх его. Первый кусочек достался мне, вкусный бисквитный с твороженным кремом, как я люблю. Затем я накормила мужа, аккуратно не запачкав его лицо. Последовал такой формальный поцелуйчик, без моего участия.
  
  - я счастлив, видеть тебя своей супругой. - прошептал муженек, с какой-то осторожностью касаясь моего запястья. С опаской - ты не хочешь мне что-нибудь сказать?!
  - а должна? - искренне удивилась его наглости. Женился на мне против воли. Заграбастал мое состояние. И еще хочет... общения? Вот ублюдок!!!
  - не знаю, мы женаты. Нам нужно общаться, это неизбежно. Ты не находишь? - Эдгар продолжал говорить без эмоций. Его одно тональная речь раздражала. Каменное лицо, изредка поигрывало скулами. Назревал наш первый семейный скандал.
  - да ты прав, нам стоит говорить. Пусть даже изредка.
  - почему?
  - почему, что?
  - ...ты считаешь у нас не получиться наладить супружеские отношения?
   у нас нет не чего общего. Мы из разных миров. Наш брак фикция. Ты это знаешь. Сейчас пытаешься быть вежливым или тактичным, это не к чему - продолжала свою тираду. Ковыряя вилкой в салате. - поверь.
   То как ты стонала от моих поцелуев говорит об обратном. - за живое уколол он. Улыбаясь кому-то из гостей, легонько кивнул.
   Это игра. - отрезала я. Самым резким тоном, на какой могла - я все жизнь играла. Мне отвратителен этот мир. - я окинула рукой вообразимое пространство - мне отвратителен ты и даже не представляешь, на сколько я ненавижу тебя.
   да ты права наш брак основан на расчете. И любезности здесь не уместны. - но имей ввиду на супружеский долг я намереваюсь исполнять, по крайне мере в удобное для меня время. - муж стал из-за стола. Опираясь руками о стол, с такой силой, что я думала столешница разлетится на щепки. - Можешь не беспокоиться наши чувства взаимны - с этими словами Эдгар покинул меня. Направляясь к выходу из шатра.
  
  
  
  ***
  
  
   Восемь, время начинало поджимать. Согласно моему плану, который должен был стартовать пятнадцать минут назад. После банкета Эдгар планировал отвезти меня в гостиницу, где забронировал номер-люкс. В мои планы это не входило.
   Непринужденно покинув свое место, я столь же беззаботно направилась в дом. Все были заняты. Танцевали, пели, веселились.
   Последние мгновения, сейчас решалось все. Если струшу, останусь в оковах на всю жизнь, по лестнице я поднялась практически бегом. В доме никого не было, оказавшись в своей комнате, заперла дверь. Достала из-под кровати большой целлофановый пакет и положила его на кровать. Быстрыми движениями скинула платье и туфли, аккуратно сложив их на другой стороне кровати. Кольцо подаренные Шацким положила на туалетный столик, так, что они не останутся не замеченными. Пусть вернуться хозяевам. Быстро ополоснувший, вынула из целлофана сумку. Достала из нее спортивные брюки и майку, надела легкую куртку. Волосы зачесала в высокий хвост. Я только сейчас заметила, насколько сильно дрожат мои руки. На мгновение закрываю глаза и глубоко вздыхаю воздуха, наполняя легкие.
   В сумке так же лежал большой рюкзак. Вещи на первое время, естественно новые и не хранившие мох запах, иначе Лугару выследят меня в два счета. Деньги, примерно сто двадцать тысяч рублей, больше у родителей нет наличности. Новый документ, я еще в четырнадцать получала паспорт, работники ошиблись. В последствии паспорт выправили. А с ошибкой остался у меня на руках. О нем никому не известно. Я видимо предчувствовала такой исход.
   В последний раз, окинув комнату, я шагнула из окна. Волчьи гены смягчили прыжок. С легкостью, приземлившись на ноги. Я быстрым шагом направилась к автостоянке. Как я и предполагала охраны нет. Расположившись в машине Элизабет, сестры Эдгара. Я рванула с места, темное облако пыли осталось позади. На воротах я не притормозила, удивленные побледневшие охранники, успевшие в долю секунды открыть двери. Стекла Вольво тонированы, по всей вероятности они решили, что за рулем хозяева. За несколько минут я покинула город. Вот им влетит! На посту ГАИ меня так же не остановили, за превышение скорости. Сотрудники поприветствовали лже Шацкую, почему? Я ведь сегодня стала Шацкой. Так можно принять их реверансы на свой счет. Забавно. На шоссе я еще сильнее вдавила падаль газа в пол.
   Страх ушел, и по крайне мере, сейчас я его не чувствовала. Прилив адреналина усилил реакцию, позволяя удачно маневрировать между потоками машин. Темнело, нужно как можно скорее избавиться от машины, куда бы ее припарковать?. На ум приходило лишь единственное место, в лесу есть одно местечко. Там высокий овраг скрывается под густыми зарослями смородины. Машину не много поцарапает, переживут. Я против золовки не чего не имею, конечно, но она сестра этого болвана. Пусть он ей и оплачивает ремонт.
   Скрежет металла оглушал, шипы наносили беспощадные удары. Автомобиль с легкостью проехал вниз. Зеленая листва маскировала мое убежище. Это надолго их не задержит. Я выиграю не больше пары минут, мешкать нет времени.
   Переходя на быстрый бег, я ощутила легкое головокружение. Вероятно, свежий лесной воздух ударил в голову. Не много снизив интенсивность движений, перешла на бег.
   Ночь вступила в свои права. Лес наполнился жизнью. Я любовалась 'лесным оркестром'. Продолжая бежать, не сбавляя темпа. Через несколько часов, почувствовала, как ноющие мышцы моего тела отражались резкой болью. Не удачное движение, электрическим разрядом растворившись во мне, я взвизгиваю.
   Я ненавидела всю свою жизнь все связанное с Лугару. Боролась с этим явлением как с чумой. Противостояла их обществу. Не смотря на мою волчью половину. Сейчас я радовалась преимуществам, дарованным мне предками. Я видела, и слышал абсолютно все в радиусе нескольких миль. Была уверена в полной безопасности. Мои способности превосходили возможности человека, но вот для Лугару я была не больше букашки. Сил одолеть полукровки чистокровного Волка не по силам. Люди-Волки на много сильнее, быстрее, ловчее, таких как я. Подобных мне, я никогда не встречала. Слышала множество историй о полукровках. Их зачастую убивали собственные родители. Как с той, так и с другой стороны. Позор неблагородных поступков стирались кровью. Нашей кровью. В редких случаях им удавалось бежать и прятаться всю жизнь. Такая участь ожидала и меня.
   Спустя пару часов я почувствовала легкое дуновения, оно освежало. Вода, на северо-западе река. Я слышала ее едва уловимое течение, ускоряю бег. Из последних сил с вырывающимися хрипами добираюсь до цели. Упав на колени, я взахлеб глотала холодную воду, горло болело. Каждый глоток давался мне с усилием воли. Небо затянуло тучами, царила полная тьма. В камышах переговаривались лягушки. Они успокаивали меня. Я не чувствовала себя так одиноко, на долго оставаться нельзя. Мышцы начинали болеть с новой силой. Перекинув рюкзак через плечи, побрела вдоль берега. В обратном направлении. Вода скроет мой запах, следы оборвутся на берегу. Погоня, разумеется, двинется в двух направлениях. Одни поспешат вдоль берега, по течению реки, то есть по прежнему маршруту, другие пересекут реку. Исследуя территорию на признаки мое присутствие, они не рассмотрят такой вариант.
   Удар! Яркий красный свет осветил все в округе. Молния разорвала небо на множество кусочков. В доли послышались раскаты грома, пошел дождь, сильный проливной ливень. С крупными каплями. Тут же значительно похолодало. Мое тело покрылось гусиной кожей. Волосы прилипли к лицу мешая в полном объеме видеть.
   На протяжении суток я буду кружить. Хаотично меняя направления. Я перемещалась бегом, на машине, украденной на заправке. На автобусе, поезде, самолете. Впереди лежал последний перевалочный пункт, город Самара. От туда я двинусь в Ростов. Отсижусь пару дней, передохну и двинусь в Москву. Столица огромный миллиардный город, затеряться там можно даже в одном квартале, Шацкому меня не найти.
   Я не ела, желудок сводил спазмами, отсутствие сна. Я выглядела как зомби, бледная кожа, темные круги под глазами, отвратительный запах, химические запахи сводили с ума.
   Отсидевшись около часа в подвале заброшенного дома, что в десятке метров от вокзала я решительным шагам двинулась вперед.
  
  
  
  
  
  
  Глава седьмая.
  
  
  
   Дни шли. Пролетали мимолетным мгновением. Оставляя на душе жестокий осадок печали, утраты, боли.
   Приступы охватывали мое тело практически каждый день. День за днем причиняя не выносимые страдания. Тело исхудало, мышцы постепенно превращались в кашу. Кожа приобрела бледный оттенок, я стала рассеянной. Плохо слышала, видела, чувствовала. Вероятно, не так четко как раньше. Несколько раз была в шаге от возможности оказаться под колесами автомобиля. Я элементарно не слышала его приближения, звук мотора был на расстоянии, на приличном. По крайне мере я так считала. Мне повезло. Скорость автомобиля была не высокая. И хоть замедленная реакция, позволила увернуться.
  Когда боль отсутствовала, я, как никогда прежде осознавала ценность. В те счастливые моменты, моего здравия, я ощущала всю сладость вкуса жизни. Ее многогранность. Яркость.
   Сбегая из дома, я не предполагала насколько все окажется сложно. В моем представлении была свобода. Свобода действий, решения, мыслей. После побега я должна была обосноваться в новом прекрасном мире. Где не будет Эдгара Шацкого, и его приспешников. Не будет Лугару, этих Людей-Волков со своими закорючками. Глупыми правилами замкнутой жизни. Отсутствия нормальных развлечений. Постоянного контроля со стороны моей семьи. Я, безусловно, любила их, жутко скучала, переживала. Как отразилось на них, мой побег? Эдгар, бесспорно, оторвался на славу, лишил родственников строптивой женушки, всей имеющихся привилегий. Отнял принадлежавший, теперь уже ему, наш дом. Лишил финансового благополучия. Ранее все средства оплачивались из счетов Башкировых. Вероятно, снял с должности отчима. От этих мыслей у меня скрутило желудок. Да конечно моей семье пришлось не легко. Возможно, и сейчас они продолжают страдать из-за меня. Так лучше, пусть родственникам придется приспосабливаться к новой жизни. Обеспечивать себя самим. Даже может быть придется сменить место жительства. Без меня им нет смысла оставаться в Каменном. Моя семья не заслуживает участи приспешников Лугару, никогда не заслуживала.
   В моем свободном мире, мне не представлялись, такие вещи, как к примеру. Ежедневная уборка. Отнимающая все силы. Я выматывалась, занудное очищение дома от пыли и грязи сводили с ума и почему моя квартира так пачкается? Я снимаю обувь в прихожей. Не открываю окон, невероятно. В моем прежнем доме мы снимали обувь, только когда ложились спать или принимали ванну. И дом находился в потрясающем состоянии. От чего такая разница не понятно. Я не замечала упорный труд прислуги. Может они ночью мели и мыли? Ко всему выше перечисленному мне еще и готовить приходится каждый день. Колдовство на кухне получалось не ахти как. Если с кофе и яичницей я более или менее подружилась, то с остальными блюдами общий язык так и не нашла. Нервничала, психовала. Иногда даже била посуду. При шинковки овощей не раз обрезала пальцы. Глубокие порезы долго не заживали. Когда приходил на работу перебинтованными руками Михаил смеялся. Он спрашивал - Кухонные ранения? - когда я надувшись направлялась за фартуком. Он смеялся мне в след. Работа стала еще одним препятствием. Жесткий график. Насыщенность рабочего дня, то есть ночи. Клиентов, хоть разгоняй. Не присядешь на секундочку. Вечно пристают, предлагают познакомиться. Иногда даже снять пытаются. Некоторые грубят, требуя к себе повышенного внимания. Знали бы кто их обслуживает, считали бы за честь. Уставшая я вырубалась, только коснувшись кровати.
  Да, самостоятельность представлялась как-то иначе.
  
  
  
  ***
  
  
   Мне вспомнился сегодняшний сон.
   Как обычно в такие мгновения. Он был не просто воображением моего мозга. Он был чем-то больше. Намного больше обычных сновидений. Ощущала его остроту. Чувствовала запахи. Воспринимала и осязала окружающие предметы. Я знала, что сплю. И в этом был вся опасность.
   Я сидела на высоком зеленом холме. С низкой шелковистой травой. И множеством полевых цветов. Ковром, покрывающим все окрестности. Окруженный непроходимым лесом. Стволы, которых возвышались к небу. Озаренного заходящем солнцем. Легкое дуновение ветра.
   Мои волосы распущены, и разделены на ровный рядок. Локоны, которых практически скрывали лицо без макияжа. Легкий сарафан в пол. Классического пошива. Из нескольких видов тканей постельных тонов. С шитых в толстую полоску, ноги босые. Я не видела себя со стороны, я просто это знала.
   Опираясь на согнутые в коленях ноги. Смотрела куда-то вперед. Я почувствовала как моих волос коснулась чья то рука. Нежное поглаживание. Незнакомец опустился на колени позади меня. Ощутила касание гребня. Он расчесывал меня.
  - как ты могла поступить так со мной? - проговорила мама.
   Так это она! Мое сердце в радостно выплясывала в груди. Слышать ее голос. Чувствовать запах. Видеть лицо.
  - как? - Повторила. С еще большими нотками отчаяния, боли, печали.
  - я не могла остаться. - ответила. Оборачиваясь. - ты это знаешь.
  - что ты не могла?! - в ее голосе звучало презрение. - поступить так как необходимо? Как требует долг?
  - я не... - мама оборвала меня. Пренебрегая мнением.
  - поставить собственные интересы ниже интересов семьи? В кое то веки поступить верно. Без упрямства? - ее тон не отражал гнева. Она говорила в одной тональности. Без эмоций. Лицо также не чего не воссоздавало. Мама разочаровалась, она ненавидела меня. Я смотрела в ее голубые глаза. И не видела прежнего огня, света, счастья. Наталия прекратила прикасаться ко мне. Отбросив гребень куда-то в сторону. Отстранившись словно от прокаженной, ее холодность, напугала меня. Я ожидала всего, самого худшего. В голове всплывали скандалы истерики уговоры. Да, все что угодно, но только не безразличие. Только не это. Я не была готова столкнуться с ним.
   Мама встала и пошла прочь. Ее тонкая фигура постепенно удалялась, она не обернулась.
  - мама! Мама! Прошу не уходи! - кричала я. По моим щекам потекли горькие слезы. В груди нарастала пустота. Черная дыра, разъедающая плоть. - я хочу жить человеческой жизнью. Понимаешь?! Мне ненавистны Лугару! - мама не обернулась. Ни разу, не фигура скрылась в гуще леса.
   Я продолжала сидеть на траве. Спрятав лицо руками. Мои всхлипы продолжались. Тело срывалось от боли.
   Что же я натворила? Потеряла единственное родное существо. Мамочку. Родную кровь. Она столько лет жертвовала собой ради моего благополучия. А я отблагодарила предательством.
   Как жестоко поступила судьба.
   Теперь я была на сто процентов уверена. Мама не ждет меня. Она смирилась утратой. Для них я умерла.
  
  
  
  ***
  
   В это утро я проснулась с тупой болью в голове. Пульсирующей в висках. С неохотой поднявшись с постели. Побрела в ванну. При мысли о холодном душе тело пробила дрожь. Сходу приняла решение изменить своей традиции и принять горячую расслабляющую ванну. Может после нее полегчает, хотя бы не много. Горячая вода с густой белой пеной эффекта не дала. Пытаясь принять удобное положения, вертелась в разные стороны. Головные боли не унимались. Я ощутила, как давление перешло на глаза. Они заслезились.
   Мои последние недомогания оставались загадкой. Ранее я никогда не болела. Даже простудными заболеваниями. К врачам не обращалась, прививки не делала. Мою медицинскую карточку вообще не заводили. С точки зрения человеческой медицины я феномен. Волчьей ген до сих пор помогал мне, так почему сейчас прекратил функционировать? Возможно, мое стремление избавиться от всего, с чем связано Лугару. Мое человеческое подсознание оказалось сильнее? Слабый людской ген возвысился над волчьем. Мое само внушение? Как бы там не было страдала я. В такие дни убирать, готовить, идти на работу не имелось сил. Отпрашиваться каждый раз не могла. В противном случае потеряю единственное средство дохода. Без средств, к существованию потеряю квартиру. Приходится, перебарывая боль, отрабатывала положенные часы. В последнее время принимала различные болеутоляющие средства. К несчастью безрезультатно. В такие моменты я походила на зомби.
   Удерживаясь одной рукой за раковину, другой на скорую руку вытерла тело полотенцем. Боль усиливалась, переходя в головокружения.
  
  
  
  
  ***
  
  
   В баре работала не усердно. Пропуская заказы. Перепутывала столики. Недовольные посетители бросали на меня недовольные взгляды и что-то бормотали. Голоса сливались во едино. Перед глазами все плыло. Мое сердце переставало биться. Замедляя удары, практически до смертельного исхода. И увеличивало ритм до бешеной скачки.
   Благодарю Настю, она без ненужных вопросов выполняла мою работу.
   Я стою рядом с Михаилом. Пью кофе с коньяком. И курю сигарету. Последним увлеклась совсем недавно. Сигареты стимулировали организм. Заглушая хотя бы не надолго болевые ощущения. Сигаретный дым, а тем более никотин, поступающий с ним в организм. Был отвратителен сущности Волка. В последнее время, я более отчетливей различала две половинки меня самой. Горло обожгло. Я разразилась громким кашлем.
  - может тебе не стоит курить? - проговорил Михаил. Приготавливая очередной коктейль.
  - сигареты отвлекают меня - я не вдавалась в подробности, заглушила кашель несколькими большими глотками кофе.
  - без понятия от чего эта гадость может отвлекать?! - приподнимая брови, сказал он - а вот навредить. Сто процентов может.
  - не волнуйся все нормально.
  - нет, Роза не нормально. У тебя проблемы. Я вижу это. Все видят - он окинул взглядом помещение бара - я не знаю, во что ты вляпалась? На что подсела? Я знаю одно, тебе нужна помощь. Пока еще не поздно.
  - Михаил. Я не употребляю наркотики, если ты об этом. - наливая очередную порцию кофе - и не во что не вляпалась. - я посмотрела на него в упор. Каждое слово давалось с трудом, и усилием. - У меня сложный период. Возможно смена климата, обстановки. Ты сам знаешь, раньше я не работала. Вообще не чего не делала. Теперь приходится все выполнять самой. - ответ я сама не знала. Надеялась на лучшее. Может и вправду климат. Все лето торфяники горели. Большое скопление углекислых газов. И отходов. Я привыкла дышать свежем, чистым воздухом. Со временем свыкнусь.
  - вернись домой.
  - не могу.
  - почему нет? - поинтересовался он.
  - кроме уюта в доме, меня ждет жесткий режим. - с горечью проговорила вспоминая беззаботную жизнь. Возможно существование в качестве жены Шацкого не такая плохая идея? По меньшей мере, не работала. Нет нельзя так думать. Быть марионеткой в руках ненавистных Лугару, положение куда хуже, чем сейчас. - вот так.
  - у каждого есть свои обязательства.
  - да тебе легко говорить ты не моем месте.
  - послушай, Роза ты и вправду скверно выглядишь. Может тебе обратиться к врачу? - сказал мужчина, наливая в шейкер различные виды спиртного. Михаил мастерки приготавливал коктейли. В них присутствовал тончайший аромат и вкус.
  - иди сегодня домой. Отдохни немного. - пробормотал начальник.
  
  
  
  
  ***
  
  
   Я брела по пустующему проулку. Дул пронизывающий холодом ветер. Изморозь постепенно перерастала в настоящий дождь. Жизнь на мгновение вымерла. Сегодняшняя ночь не была похожа на все остальные предыдущие. Не спящий город внезапно опустел.
  Возможно, мое состояние закрыло бдительность. Я очутилась в неком панцире. Отделяющем меня от всего остального. Я шла. Едва переставляя ноги. Тело ныло. Охваченное новыми приступами ломки.
  
   Я услышала, как притормозил автомобиль. Черный Hummer. Вышедшие здоровенные парни, в черных кожаных куртках, направились ко мне.
  - пройдемте с нами - сказали они. Стремительно приближаясь.
  - не куда я не пойду, пропустите - пытаясь обойти их огрызнулась я. В эти мгновения я еще не вполне осознавала всю сложившуюся опасность. Очередные назойливые поклонники. Парни привыкшие брать все, что им пожелается.
  - сама пойдешь. Или помочь? - их тон быстро перерос в угрожающий. Я почувствовала, как от них начала исходить отрицательная энергия. Она словно пронизывала меня насквозь. Всеми фибрами своей души я чувствовала неизбежности трагического финала. В это самое время ощутила резкий запах. Чего-то необычайно знакомого. ВОЛКИ. Они принадлежат к Лугару! Вместе с их запахами я прочитала и вкус крови. Эти твари охотятся. На таких как я. Они предпочитают загонять не животных или людей. А наполовину себе подобных. Полукровок.
  - сейчас! - я рванула изо всей силы. Преодолевая страх и боль. Во что бы то ни стало я должна попытаться сохранить остатки своей жизни.
   Как оказалось незнакомцы быстрее. Они поймали меня за руку. С силой, заломив ее за спиной. За тем кто-то из них ударил меня по затылку.
   Быстро проходящая боль сменилась пустотой. Черная пелена предстала пред моими глазами. Я потеряла сознание. Постепенно погружаясь в небытие.
  
  
  
  
  
  Глава восьмая
  
  
  
  
   Меня пробудил зловоние гнили и плесени. Резкий запах ударивший в нос. С пробуждением вернулась головная боль и головокружение. Приоткрывая тяжелые веки. Увидела, что-то невероятное. Я сижу на грязном сыром полу, опираясь спиной о металлическую решетку, расположенную по всему периметру. В компании, по меньшей мере, дюжины чумазых мужчин и женщин, некоторые из них покрыты не одной загрубевшей, фиолетово с желтым, гематомой. От них источался страх. Он словно пронизывал пленников из нутрии. По неволе мне пришлось вздрогнуть. Я сидела в отдаленности от остальных. Большая, но очень низкая клетка, высотой не больше метра, с толстыми, слегка покрывшимися ржавчиной решеткой переходящей в крышу. Навес отсутствовал. В метре от меня валялись три глубокие алюминиевые грязные чашки. Хотя грязными их сразу и не назовешь, с такой тщательностью они были вылизаны. Клетка, в которой я проснулась, стоит по середине просторного двора, окруженного высоким каменным забором с колючей проволокой под напряжением. На самом пекле пронизывающего солнца, а ведь еще только утро. Я чувствовала, что утро, по сухости воздуха и песчаной почвы, можно предположить, мы находимся на юге. Где-то в пустынной местности. Возможно я еще на родном континенте. По всему периметру размещены высотные башни, с часовыми на верху. Да, мысли о побеге можно отложить. Так просто отсюда не уйдешь и мне в подтверждение, Попытки соседей тому подтверждение. Избиение здесь, наверное, дело обычное. Я очень устала и истощена. Желудок скручивал от голода. Хоть голова перестала болеть.
  Слегка передвинувшись, сгибая ноги в коленях. Посмотрела на товарищей по несчастью.
  - вы знаете, где мы? - тихонько спросила я.
  - в аду - шепотом ответил пожилой мужчина. Поднимая на меня глаза, полных боли и разочарования.
  - а если точнее? Я не очень помню вчерашний вечер. - пытаясь разобраться в ситуации говорила я.
  - неудивительно. - с нервным смешком - вчера как и позавчера ты была без сознания. Куда там, что-то помнить.
  - я... - в недоумении. Я даже почувствовала, как бледнею. - не может быть. Я вчера возвращалась с работы. И... как... потом... - заикаясь.
  - тебя принесли три может четыре дня назад. - присоединилась молоденькая женщина, примерно моего возраста. Ее спутанные каштановые волосы сосульками свисали на лицо. Она на два шага приблизилась ко мне. Оставаясь сидеть на коленях - все это время ты бредила. Мы думали ты умрешь.
  - у нее типичное, для большинства нас, борьба сущности. Волк борется с человеком - донесся еще один хриплый голос. Говорящего, я не видела. Он находился в конце клетки, скрываемый остальными. - ее так или иначе ожидает смерть.
  - не пугай ее.
  - разве я пугаю?! Она и сама это знает. Как и все мы в свое время. Кто-то выбрал человеческую сущность, а кто-то звериную - на последнем слове он сделал ударение
  - выбор у нас у всех был выбор.
  - его нет. Тебя спрашивали, когда засаживали гены? Или может, спросили, когда сюда волокли?
  - Лугару в нашей крови, в нашей плоти.
  - верно
  - мы не нужны не тем и не другим.
  - а почему нас здесь собрали? - неуверенно спросила я. Надеясь услышать, что угодно кроме правды, которую, я и так знала.
  - ты что с луны свалилась? - кто-то засмеялся.
  - вроде нет.
  - меня зовут Катерина Болгарова. Это Франциско Джексон... - перечисляя всех присутствующих по именам и фамилиям. Мои новые знакомые кивали мне в ответ. - А тебя? - спросила лохматая девчонка.
  - я Розалия - фамилию специально называть не стала. Что-то подсказывало, узнают, что я Башкирова, проблем будет не в поворот.
  -Розалия?! редкое имя. - Проговорила она. Рассматривая меня, словно под микроскопом. - ты откуда будешь родом? - в ее тоне читалось не простое любопытство. Она пыталась разболтать меня. Узнать как больше информации, оценить вероятные возможности содействия пленникам или может нашим похитителям? Верить в моем положении было не благоразумно.
  - я из Москвы. Воспитывалась с бабушкой. Сейчас сирота. - на последней фразе слегка помрачнела, нахмурив брови. Умело лгала я, что-то а это у меня не плохо получается. - родителей практически не знаю. Я их утратила в детстве. - произнести слово 'смерть' у меня не пошевелился язык. Такое слово сказать про маму не простительный грех, которых, у меня и так мешок и тележкой.
  - грустно.
  - мы все здесь для одной цели.
  - какой?
  - сытного обеда. - снова послышался хриплый голос.
  - для этого нам еще предстоит немного поразвлечь господ.
  - то есть?! - не желая признавать факты.
  - нас держат как скот и дворовую псарню. Примерно раз в неделю, хозяева предпочитают охотится. Вот мы и служим дичью. Они выбирают одного, двух не больше, и увозят. Как говорят, выпускают где-то в лесу. Дают фору. - он издал нервный смешок - Куда уж нам ровняться с их скоростью и чутьем. Так вот, погоняют пару десятков километров, потешат свое самолюбие и задирают насмерть.
  - а сбежать пытались? - не покидая надежду.
  - ха, ха, ха. - посмеялся хриплый голос.
  - сбежать? Глупая и наивная идея. Посмотри на меня, я пытался. Больше не стану - мужчина вытянул руку с ободранной кожей. С ее просто сняли кожу? Я округлила глаза.
  
  
  
  
  ***
  
  
  
   Прошло невероятное количество дней, часов, секунд. Я сбилась со счета проведенному времени взаперти. Обстановка не менялась. Все начиналось и заканчивалось одинаково. Время делилось на завтрак и ужин. Утром, когда солнце еще не полностью вышло из-за горизонта приносили еду. Кормили нас дважды в день. Во время раздачи помоев, по-другому это пойло не назовешь. Охрана усиливала свою бдительность. Официанты приходили по двое, в сопровождении не меньше пяти вооруженных солдат, одеты они, кстати, в военную форму, не известной мне армии. С брезгливостью в нашу сторону. Буквально кидали чашки на грязный пол. Не пытаясь быть вежливыми или осторожными. Если чашка проливалась или переворачивалась. Ее не заменяли. И не доливали. К нам относились хуже чем к любой скотине. Мой обед не однократно отправлялся на пол, я не переживала по этому поводу. Пробовать эту гадость не решалась, одно запаха достаточно. Он с усилием проветривался к обеду. Свой поек отдавала соратникам по несчастью. Кормилась в основном в сухомятку. Раз в двое суток нам приносили черствый хлеб. Он конечно тоже не ахти. С муссом и волосами. Где продукт побывал до нашего стола не известно. Может и в свинарнике. Доедали мы точно за животными. Процесс поедания занимал у меня пару часов. Я ела не спеша, отделяла все не съедобное в сторону. Медленно растягивая мнимое удовольствие. Я похудела. Сбросила прилично. Чувствовала, как кости обтягивает сухая, бледная, почти пожелтевшая кожа. От грязи и пота покрылась прыщами, в добавление к едкому запаху пота. Хорошо, что здесь все, такие как я. Не чем не отличаются. В их компании я не бросаюсь в глаза.
  Жестокое палящее солнце сжигало все в округе. Оно выедало и испаряло остатки влажности. Сухой горячий воздух обветривал обнаженные участки моего тела. Кожа загрубела. Приобретая схожесть с шершавой коркой или шелухой. Рассматривая руки у меня наворачивались слезы. Вид у них желал лучшего. Неровные потемневшие ногти. С слоем грязи. Заусенцы. Царапины и ссадины. Я боялась представить, что у меня с лицом. Волосы точно стали похожи на Катеринины. Я вспоминала как увидела ее лохматую, с грязными спутанными свисающими сосульками локонами. Я явно выглядела куда хуже. Мои волосы были длиннее. И неженками. Сейчас я не мылась, не вероятное количество дней. Если не считать обливание со шланга, холодной водой с напором. Это так охранники не давали нам умереть в особо жаркие дни. И таким способом чистили клетку. В жаркий сухой день под струей леденящей воды лично я испытывала шок. После такой ванны облегчение наступало максимум на десяток минут. Затем наступало очередное изнеможение. Иссохшие потрескавшиеся губы от леденящего душа, ныли с новой силой. Одним плюсом стало облегчение моих страданий. К счастью я не испытывала той ужасной боли. Корежиться на четвереньках в присутствии этих... и потешать стражников. С наступлением сумерек температура резко понижалась. Настолько сильно, что при дыхании исходил пар. Согреться практически не удавалось. Сворачиваясь в клубок, зажимала руки на груди. Крепко прижимаясь к коленям. Мои соседи крепко прижимались, согревая друг друга. Обитала я на прежнем месте. В том самом где когда-то очнулась. С узниками я приятельски общалась, но не сблизилась. Предпочитая существовать особняком. Вероятно одиночество мой удел.
  Новая жизнь, еще одна, что-то их стало в последнее время слишком много. Я внутренне засмеялась. Мой истерический смех, встряхнул все фибры души и тела. Приобрела новый смысл, не стать очередной жертвой. За мое пребывание охранники приходили трижды. Они за частую отбирали кого-то конкретного. А однажды пришли и долгое количество не счетного времени выбирали. Оценивающе рассматривая нас. Разговаривали похитители на не понятном языке. В эти мгновения я впивалась, до боли, в стены клетки. Глаз не поднимала. Так страшно мне еще не было никогда прежде. Тело трясло, сердце выскакивало из груди. Дыхание становилось прерывистым. Я так не хотела быть очередной жертвой. Конец неизбежен, я это знаю. Вечность держать меня не станут. Но так хотелось прожить еще хотя бы день.
  Снов не видела. Да и не стремилась увидеть. Представляя прежнюю беззаботную жизнь. С кучей прислуги. Шикарном домом, мягкой постели, вкусной едой и милыми нежными родственниками. Я страдала еще больше. Боялась признаться себе в совершении, самой большой и страшной ошибке в своей жизни. Теперь брак не выглядел столь страшным, как считала раньше. Да, и Эдгар на фоне этого хауса был милым и практически родным мне человеком. По счету он никогда не причинял мне страданий. Относился в полнее нежно в совокупности всей ситуации. На все мои дни рождения, восьмое марта, рождественские праздники, день влюбленных и кучу других мероприятий присылал цветы и подарки, в оригинальности и со вкусом, а я относилась к нему с пренебрежением. Цветы отправляла в мусорное ведро, а подарки даже не распаковывала, и от чего-то не выбрасывала? Не отправила не одной открытки. Я брезгала им, конечно, Эдгар не испытывал, как в прочем и я, любовных чувств. Не ожидал долгой и счастливой жизни, но он стремился к этому. Он хоть что-то делал! А я? Вела себя как капризный ребенок. Не имела понятия, что и как мне делать. Жила в мире фантазий и грез. Сбежала и толку? Оказалась пленницей. Был ли тот короткий промежуток времени свободы действительно тем, чего я так хотела? Да, может быть, и как еще долго я смогла бы обманывать себя? Продолжать кропотливо работать за гроши, жить в маленькой разваливающийся квартире. Раньше я еще не когда не задумывалась об этом, а сейчас я в полной мере осознала, что такое счастье, что значит жить свободно.
  
  
  
  
  
  ***
  
  
  
   Этот день не предвещал не чего хорошего с самого утра. Предчувствие говорило мне об этом. Внутренний голос кричал во все горло, нужно, что-то делать, необходимо спастись. Они готовились к чему-то. К событию, которого я бы предпочла отсрочить. Завтрак нам не принесли. Единственное внимание с их стороны моя любимая холодная вода. Поливали нас тщательно, даже с усердием смывая грязь и мерзкий запах. Вдвойне усиливая нарастающий озноб. Через час примерно принесли чистую одежду и приказали переодеться. Я дрожащими непослушными руками стянула задеревеневшие джинсы и футболку. В место них мне протянули длинную мешковатую до середины щиколотки юбку и такую же кофту. В середине дня нас напоили. А затем под усиленной охраной переместили в грузовик.
  Между нами царила тишина. Все молчали. Я чувствовала как нарастает страх. Его клубни связывали по рукам и ногам.
  
  
  После нескольких часов путешествия в душном фургоне мы остановились. Послышался скрип металла. Дверь открылась. Ослепил яркий солнечный свет. Немного привыкнув к новому освещению мне удалось рассмотреть в узкую щель, лесную местность. Я почувствовала влажный, свежий горный воздух. Мы перемещались на север. В горы.
   ты выходи - солдат указал на одного из нас. - живо! - прокричал он грозным голосом.
  Выбранный пленник медленно прошел к выходу. Дверь тут же заперли. Мы притихли в ожидании дальнейших действий.
   прекрати хныкать! - Приказным тоном. - У тебя есть час. Вперед, не теряй времени.
   Вали давай - послышался еще один голос. Машины тронулась в путь.
  С периодичностью в несколько десятков минут события стали повторяться.
   нам необходимо объединиться - проговорил кто-то в темноте.
   Вместе мы сильнее
   возможно, удастся найти транспорт. На машине шансы возрастают.
   Не говорите ерунды. Спастись не получится. Эти твари выследят нас, сбежать не удастся.
  
  Я продолжала молча сидеть в углу. Впервые не зная, что делать. Наступил момент безысходности. Отсутствия какого-либо желание или стремления спастись.
  
  Когда в очередной раз выпускали следующую партию пленников, указали и на меня. Говорили те же самые слова. Я не слушала. Молча, направляясь по указанному направлению. Шла я, не спеша, подобно зомби. Наслаждаясь последними мгновениями жизни. Вернее удовольствия не испытывала. Я вообще не ощущала не чего. Ни гнева, ни страха, ни желания жить. С ней попрощалась еще в машине, а может и намного раньше. Не чувствовала запахов или дуновения ветра.
  
  Начинало темнеть. Лес медленно погружался во тьму. Босые ноги все чаще наступали в склизкую ледяную жижу, скопившуюся возможно после дождей. Все-таки осень. Ступни сводило судороги.
  Окружающая тишина неожиданно прекратилась. Будто кто-то включил звук. Окружающая природа наполнилась звуками, цветами и жизнью. На какое-то время, остолбенев, я замерла. Послышался вой. Удары лап о землю, покрытую упавшей листвой. Приближались волки. По количеству шагов и издаваемому рыку я определила их примерно шесть. Да точно шесть волков. Медленно оборачиваясь. Я ожидала, лицом к лицу, приближение моих палачей. Они не заставили себя долго ждать. Звери соперничали. Каждый из них желал оказаться первым. Стремительно пересекая оставшиеся метры. Я словно камень продолжала стоять. Не шевелясь. Страх по мере их приближения усиливал хватку. Пробивая мое тело электрическими зарядами.
  
   Пятьдесят метров... дыхание учащается,
   Сорок... сердце бьется в бешеном ритме,
   Тридцать... взмокшие ладони дрожат, подобно осиновому листку,
   Двадцать... дрожь, больше напоминающая ломку, усиливается, охватывая всю меня,
   Десять... страх пересиливает, я зажмуриваю глаза, до боли впиваясь ногтями в руки,
   Пять... безвольно падаю на землю, лицом вниз,
   Конец... последнее услышанное грозное рычание над моей головой. И тишина. Я погрузилась в темноту.
  
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"