Вязовский Алексей: другие произведения.

Микадо. Император из будущего (#2)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Реклама:
Новинки на КНИГОМАН!


Оценка: 5.20*35  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Роман вышел в августе 2013 г. в издательстве Альфа-книга.


Микадо. Император из будущего

Алексей Вязовский

Издательство: Альфа-книга, август 2013 г. Серия: Фантастическая история ISBN: 978-5-9922-1551-9 Страниц: 311 Купить: http://www.labirint.ru/books/403392/

Предисловие автора

     Уважаемые читатели! Вы держите в руках вторую книгу серии "Сэнгоку дзидай. Эпоха воюющих провинций". Оба романа - и первый и второй - написаны в жанре альтернативной истории. И посвящены они Японии, а точнее что бы было с этим островным государством, попади туда в 1538-й год наш современник.  Не ждите от моих трудов 100% аутентичности. Некоторые события я сдвинул во времени (например, год "открытия" Японии португальцами), какие-то локации переместил в пространстве, с какими-то названиями и преданиями немного наврал, исторических персонажей слегка перетасовал, но в остальном обещаю - будет интересно. Гейши, самураи, суши, сумо, вообщем, полный японский набор.
  
   PS В романе много японских имен и названий. Пользуйтесь Глоссарием в конце книги.
  

Глава 1

     

У наблюдающего со стороны - восемь глаз.

Японская пословица

     
     
      Я лечу-у-у! Парю в воздухе над синей гладью моря. Боже, какой кайф! На чем парю? На средневековом параплане. Почему средневековом? А в Японии, в 1539-м году других и нет. Самодельный, шелковый парашют прямоугольной формы, с пеньковыми стропами, который на тросе тянет за собой быстроходный клипер. Тоже мейд ин Джэпен. Это наше первое парусное судно, сделанное англичанином Джоном Фарлоу. Низкий киль, острые обводы корпуса, три мачты с хлопчатобумажными парусами, высокие мореходные качества. 10-12 узлов при хорошем ветре. Сейчас же мощный бриз от берега и мы решили испытать изобретение из 20-го века - параплан. Да, то самое, которое каждый имел возможность лицезреть на курортах Турции, Египта... Я не исключение - в бытность мою работы в Москве, свой первый отпуск мы с моей девушкой провели в Анталии, где я имел возможность прокатиться на этом воздушном аттракционе. Кое-кто скажет, что это "фастфуд отдых" и я с ними соглашусь. Но что может себе позволить простой провинциальный парень, приехавший учиться в Москву и работающий на пол-ставки в инвестиционной компании? И пусть последний год своей учебы я зарабатывал уже неплохо, расходы мои росли еще быстрее. А как вы хотите жить в столице нашей родины, где даже самая плохенькая, однокомнатная квартирка стоит не меньше 5 млн. рублей? Впрочем, я отвлекся.
      Позвольте представиться. Алексей Афанасьев. Хомо-попаданец обыкновенный, средневековый. Точнее вселенец. В тело японского дайме (по-нашему князя) по имени Сатоми Ёшихиро. 24 года, женат, имею на содержании сына, а также целый клан Сатоми, в который входит до двух миллионов человек. Это если считать чохом - со всеми крестьянами, самураями и прочим обслуживающим персоналом. Много? А что вы хотите. Япония - самая густонаселенная страна 16-го века. По переписи, которая прошла этой зимой на островах живет больше 15 млн. человек! Для сравнения - по оценкам историков население России в начале 16 века составляло всего около 5-6 млн. и только к концу столетия выросло до 8-9 млн.
      Я часто задаю себе вопрос. Почему страна Восходящего солнца? Какие высшие силы или законы природы направили меня сюда и для чего? Неужели Родина не заслужила своего, оригинального прогрессора? Ведь как говорится, где родился - там и пригодился. Допустим, я знаю японский. Жил в Токио, видимо погиб в ходе землетрясения. Но почему все-таки Япония, а не Россия или хотя бы Европа? Нет ответа. Небеса молчат. Зато те, кто обычно вещают вместо них - говорят и ох как охотно. Жрецы синто, местной традиционной религии считают такие выкрутасы с путешествиями душ - вполне естественным и даже закономерным явлением. В мире существует круговорот рождения и смерти. Добился покровительства божества из местного пантеона? Отправляйся на более высокую стадию существования. Добиться протекции бога или богини вполне можно выполняя нужные ритуалы и даже используя особые талисманы и амулеты. Но я то никаким небожителям не поклонялся! Атеист во втором поколении...
      Буддисты также вторят синтоистам. Страдаешь? Мечешься? Не можешь найти свое место в жизни? Ничего страшного - этих жизней у тебя будет еще очень-очень много! Найдешь, где себя реализовать. Реинкарнация, переселение душ - называйте, как хотите. Перед вами живой пример и поверьте, свой "второй" шанс я планирую использовать на полную катушку.
     
      Вернемся с небес на землю. Кроме управления кланом приходится заниматься прогрессом. Внедрять различные технологии, организовывать новые производства. Нынче я крупный владелец заводов, пароходов. Нет, до парового двигателя мы еще не доросли, но пара верфей под парусные суда вместе со всей инфраструктурой (морильные пруды, лесопилки, канатные мастерские etc) уже наличествует. И активно работает. Я надеюсь к лету выйти на темпы закладки двух кораблей ежемесячно. Пока строим быстроходные флейты и клиперы с большими парусами и восьмью пушками, а также простенькие, но вместительные торговые галиоты. Заправляют всем два человека - английский мореплаватель Джон Фарлоу, которого смыло за борт во время шторма недалеко от главного японского острова Хонсю и мой вассал, Самаза Арима.
      Два завода - пороховой и металлургический. Первый лучше назвать химическим, т.к. разросшаяся лаборатория Масаюки Хаяси выдает не только порох, но также селитру, краски, смолы для верфей, разные кислоты, фосфор... Я отдал самураю под начало перегонку спирта, производство купороса, хрома, марганца (используются как легирующая добавка). Целый научный городок вырос на базе бывшего монастыря Хоккэ, здания которого под лаборатории я отписал Хаяси. Недалеко от химического завода, активно функционирует металлургический. Три домны, две рудные шахты, многочисленные печи по обжигу угля, кузнечный цех с прокатными станами и прессами, работающими от водяных колес. Больше тысячи работников во главе с айном Амакуни. Айны - европеоидный народ, живущий на островах от Рюкю до Хоккайдо. Благодаря таланту и популярности Амакуни, известного своими легендарными мечами, удалось переманить в мои провинции около ста мастеров, которые ныне и составляют цвет моей металлургической промышленности.
      Впрочем, что это я все о железках? Япония - страна сельскохозяйственная. И таковой будет еще много лет. Рис! Вот что является кровью местной экономики. Тут у меня тоже есть успехи. Аграрная реформа началась с того, что я существенно понизил налоги на крестьян. Если раньше дайме отнимали до 70% урожая, то я снизил эту цифру в три раза. Думаете, мой бюджет сразу рассыпался? А вот и нет. Кассовый разрыв удалось заткнуть военными трофеями. Плюс резко оживилась торговля - ведь мне удалось прорвать эмбарго, которое наложил на страну Китай. Ну и снижение таможенных пошлин по основной артерии центрального острова - тракту Токкайдо, принесло свой успех. В общем, по деньгам пока выкручиваюсь, чего не сказать о кадрах.
      Дефицит специалистов страшный. Не хватает всех. Вот взять ту же аграрную реформу. По всем своим провинциям я распорядился организовать опытные зерновые станции. Селекция новых сортов риса, устойчивых к засухе, ведение метеорологических журналов и замеров, применение удобрений, севооборота и обработки почвы... Все это требует образованных агрономов. А где их взять? Вот и приходится брать самоучек типа бывшего крестьянина Хонды Хосимы, выбившегося в самураи. Заведует теперь у меня всем сельским хозяйством. А заодно птицеводством (я решил строить куриные инкубаторы), животноводством (последнее пока представлено десятком коров и свиней, привезенных из Китая и Кореи). Еще один тяжелый вопрос - управленческие кадры. Администрация городов, поселков, заводов - всем моим начинами нужны, выражаясь по-современному, манагеры, они же менеджеры. По закупкам (например, железной руды, которой категорически не хватает для плавок), по логистике (торговые дома готовы брать любого, хоть хромого, хоть косого - лишь бы умел писать, считать и владеет китайским языком, а точнее его самой распространенной разновидностью - бэй). Приходится в спешном порядке открывать школы, училища при заводах, и даже университет. С высшим образованием в Японии не все так плохо, как со среднем и начальным - есть несколько институтов вокруг Киото, но когда начинаешь разбираться... Ну допустим, каллиграфия еще туда-сюда, поэзия и китайская философия с историей - пусть учат. Расширяет кругозор. Но скажите, зачем учить гаданию на потрохах?! Какой в этом практический смысл? Или астрология. Меня прямо трясет от бешенства, когда все мои сподвижники, прежде чем что-либо сделать бегут уточнить у какого-нибудь шарлатана расположение планет и светил. Благоприятствуют начинанию или нет?
      Возможно, это неприятие астрологии имеет личностный характер. А связан он вот с какой историей...
      Вдруг трос дернулся, меня мотнуло в сбруе и я чуть не выронил подзорную трубу. Придется повременить с историей. С клипера, который мы назвали Тага-Мара, мне замахали руками. Мелкие фигуры японцев забегали по палубе, ручная лебедка закрутилась и я начал снижаться. Заходить на посадку приходилось навстречу движения корабля. Ведь параплан по сути - это такой же парус и взлетать на нем на парусном судне можно только закладывая резкий галс против ветра. Приземление же обеспечивала лебедка плюс специальная выдвижная площадка. Еще разок напоследок осмотрел горизонт (он был пуст), приготовился к посадке. С кормы выдвинули несколько скрепленных досок и я спланировал прямо в центр деревянной платформы. Меня и мой парашют тут же подхватило несколько рук.
      - Господин! На море усилилось волнение - ко мне с поклоном подошел капитан Сисидо Байкин - И мы решили спустить вас. Сын Солнца не простит нам, если с вами что-то случится!
      / Сын Солнца - Синоним Императора Японии/
      Окружающие согласно закивали. На пробные испытания первого клипера напросились все, кто только мог. Мой брат Хайра, естественно англичанин Фарлоу, который сейчас ударными темпами обучал бывшего пирата-вако Сисидо-сана премудростям лоцманского и штурманского дела, управлению парусами при разном ветре. За трое суток плавания я уже сам выучил все эти оверштаги, бакштаги и прочие фордевинды.
     
      / Фордевинд (нидерл. voor de wind) -- курс, при котором ветер направлен в корму корабля. Бейдевинд (нидерл. bij de wind) -- курс, при котором угол между направлением ветра и направлением движения судна составляет менее 90? (меньше 8 румбов). Поворот оверштаг. При этом маневре нос парусного судна пересекает линию ветра./
     
      Загорелое, веснушчатое лицо Фарлоу вечно выражает недовольство. Вот и сейчас он нахохлился, всем видом показывая, как он не одобряет мою затею с парапланом. Рядом с Джоном стоит толстяк Арима. Этот самурай вовсе не напрашивался в рейс. Ходовые испытания ему до лампочки. Верфи работают? Лесорубы бревна сплавляют? Какие могут быть вопросы к завхозу?? Нет, дорогой. Хоть ты весь из себя зеленый от морской болезни, соли нюхнуть обязан. Должен понимать для чего работаешь.
      - Кораблей не видно - я убрал подзорную трубу в защитный чехол - Если так и будет дальше, то завтра пойдем обратно в То кё (Восточная столица - Токио, бывшая Эдо). А новые пушки опробуем в гавани. Расстреляем плот на дальность и на точность.
      Все уважительно посмотрели сначала на меня, потом на пушки. Рядом с ними курил трубку наш главной канонир, однорукий Хосе Ксавьер. В битве за форт Киёсу он был ранен стрелой, началась гангрена, руку пришлось ампутировать. Несколько месяцев португалец был между жизнью и смертью, иезуиты уже отпели мужика, а он все-таки выкарабкался. Благодаря умениям нашего лучшего доктора - Акитори Кусуриури. Хосе проникся глубокой благодарностью своим спасителям, ко мне в том числе. Пришлось на его примере показывать врачам, как делать опил кости, дренаж культи (дабы предотвратить скапливания гноя). Выражением признательность стало его решение перейти в японское подданство и просьба о зачисление на регулярную службу в качестве артиллеристского консультанта. Теперь португалец учит моих самураев стрелять из пушек, а в этот поход напросился потренироваться стрелять книппелями во время качки. Книппеля - это еще одно мое изобретение. Будучи не в состоянии пока строить крупные боевые корабли с мощной орудийной палубой (а то и двумя), я вспомнил прием из замечательной игрушки Sid Meirs Pirates. Если не можешь соревноваться с противником в бортовом залпе, а по донесениям моей разведки манильские галеоны Испании несли до сорока пушек, значит делай ставку на скорость и маневренность. Чтобы повысить шансы своего нарождающегося военного флота в противостоянии с галеонами, я решил их в бою лишать маневренности и возможности поворачиваться бортом. Лучше всего для подобной задачи подходят книппель - ядра соединенные цепью. Они предназначены для поражения рангоута и такелажа парусных судов. Сбиваешь мачты, рвешь паруса и корабль противника замирает на месте. Португалец восхитился "моей" придумкой и с энтузиазмом взялся тренировать пушкарей стрелять книппелями.
      - Хосе - я ткнул пальцем в трубку артиллериста - Ты бы не курил рядом с порохом.
      Однорукий португалец покраснел и быстро потушил свой курительный прибор. Все-таки до японской дисциплины и аккуратности - европейцам еще пилить и пилить.
      Мы все спустились в капитанскую каюту, где за столом колдовал с картой еще один любопытный персонаж. Лысый как арбуз, весь сморщенный как гриб Цугара Гэмбан - глава всей разведывательной сети на островах. Старик самодельным циркулем старательно что-то высчитывает. И я даже догадываюсь что. Пока все рассаживаются, я ему коротко киваю. Можно!
      - Господа - начинает свой спич Гэмбан - Истинная цель нашего рейса не ходовые испытания. Позавчера вечером я получил послание от одного из моих шпионов в Кагосиме. Черный корабль отплыл в Европу. После короткого захода в порт Сэтцу клана Миёси, где для него собрали партию золота за партии шелка этого года и прошлого годов, Черная жемчужина - так называется главное судно португальцев - уходит в Макао и далее в Испанию.
      В каюте поднялся шум, все повскакивали со своих мест и начали говорить одновременно:
      Хайра: - Давайте захватим Черный корабль!!
      Фарлоу: - Это сумасшествие!! Наше судно не выдержит боя с португальцами. Да мы даже доплыть до центральной часть Хонсю не сможем. У нас еды и воды на три дня. И сто человек экипажа, против трехсот пятидесяти на Черном корабле. Про пушки я вообще молчу.
      Арима: - Будем плыть вдоль берега и пополнять запасы в рыбацких деревнях.
      Хосе Ксавьер: - А разве Сатоми и Император воюют с христианами?
      Ключевой вопрос прозвучал, все замолчали и уставились на меня. Мнда, придется раскрывать карты. А карты у нас легли следующим образом. На дворе 1539 год. Сэнгоку Дзидай - эпоха воюющих провинций. Япония разделена на кланы, которые режутся друг с другом за власть. Период феодальной раздробленности заканчивается - вот-вот появится абсолютная монархия. В реальной истории так и случилось - власть захватил клан Токугава, бывшие вассалы дома Имагава и Ода. Однако с моим прибытием сюда все пошло наперекосяк. Благодаря нескольким удачным сражениям клану Сатоми удалось захватить все восточное побережье Хонсю вплоть до Киото. В битве при Хиросиме я сокрушил дом Огигаяцу, данников Ходзе. Глава Ходзе - Дракон Идзу тут же объявил мне войну и спустя несколько месяцев я разбил уже его армию в битве у форта Киёсу. Сражение получилось не очень классическим, и даже кое-кто говорил о бесчестии - с помощью ниндзей и гвардии, вооруженной новомодными гранатами я захватил штаб Ходзе Уджиятсу, убил его самого, правда и сам получил тяжелую контузию. Тем временем мои войска предприняли ночную атаку на обезглавленные порядки Дракона. Разгром полный. Отрублено 40 тысяч голов, пирамиды из черепов до сих пор "украшают" центральный японский тракт.
      И вот тут власть Регентов, которые правили Японией вместо молодого сёгуна Асикага, посыпалась как карточный домик. Сначала сдались обе провинции Уджиятсу - Сагами и Идзу. Мой генерал Хиро-сан (а я тем временем был на лечении в Токио) парадным маршем проследовал вплоть до границ с кланом Имагава. Ни в одной крепости, включая огромную четырехъярусную Одавару ему не оказали сопротивления. Оно и понятно, хотя дочь и сын Дракона выжили в схватке возле святилища Догэна и попали в плен (их отправили в Токио вместе со мной), дом Ходзе перестал существовать. Лояльных Дракону самураев в провинциях оказалось крайне мало (уходя на войну, он провел тотальную мобилизацию) и вот результат - провинции упали в наши руки как спелые яблоки. И эти яблочки оказались золотыми. Во-первых, во всех замках хранились огромные богатства. Ходзе будучи регентом собирал дань со всей Японии за любой чих. Во-вторых, в Идзу работают золотые рудники. Целый городок шахтеров с плавильными печами, хранилищами, монетным двором - и все это теперь мое. Дальше больше. Симадзумо Хиро высылает разведку и выясняется, что соседние территории, принадлежащие клану Имагава - пустуют. Дайме Ёсимото увел войска подавлять мятежную провинцию Ода, в которой сейчас за наследство погибшего Набунаги бьются с Имагава Тоётоми Хидэёси и Токугава Иэясу. Чья возьмет - не понятно, но Хиро-сан не раздумывает ни дня. Форсировав реку Шизоука, мимо знаменитой горы Фудзи мой фельдмаршала - Рекугун Генсуи - вторгается в земли Имагава. Напротив крупных крепостей - Сумпу, Хамамацу, Окадзаки Хиро-сан оставляет заслоны и мчится дальше. Темпы наступления - 20-30 километров в день. Блицкриг по-японски. К 1-му ноября 1538 года армия Сатоми входит в провинцию Ода и застает Ёсимото, штурмующим замок Инадзава. В ней засел Тоётоми Хидэёси. Его противник - Токугава Иэясу - заключил с Тоётоми временное перемирие и наступает на дайме Имагава из земель небольшого клана Сайто.
      Симадзумо Хиро с марша бьет в спину Ёсимото и в однодневном сражении полностью истребляет клан Имагава со всеми его сторонниками, самураями, за исключением тех, кто остался в осажденных крепостях. Битва фельдмаршалом строиться по самым современным канонам. Разведка на воздушном шаре порядков Ёсимото, обстрел теппо передних шеренг, после чего бронированный кулак конницы и мечников пробивает фронт, разрезая армию Имагава напополам. Сам Ёсимото совершает сеппуку.
      На флагах Хиро-сана - 16-лепестковая желтая хризантема - символ императорского дома. Проигнорировать столь ясный меседж Хидэёси и Токугава не могут и через десять дней напряженный переговоров, в которых участвуем заочно посредством голубиной почты я и Го-нара (император Японии), оба военачальника присягают на верность микадо. Совместная стотысячная армия 25-го декабря, аккурат под католическое Рождество, входит в Киото, древнюю столицу Японии.
      - Посмотрите на карту - я раскатываю на столе капитанской каюты чертеж Японии в разрезе 4-х крупнейших островов. Все встают и кучкуются вокруг меня и сидящего Гэмбана. Уже начинает темнеть и я зажигаю масленый светильник. Качка усилилась, но фонарики тётин устроены так, что масло из них не выльется при любом шторме. Беру в руки палочки для еды и начинаю водить по карте.
      - Сегодня 1 мая. Прошло 4 месяца с момента падения совета Регентов и харакири сёгуна Асикага Ёсихару. Сейчас клан Сатоми контролирует 12 провинций. Это самые богатые территории Японии, с годовых доходом 200-300 тысяч коку каждая. А если брать Идзу, то и все 500 тысяч. Наши земли, особенное те, что на равнине Кванто - житница всей Японии. От урожая, который тут соберут крестьяне - зависит вся нация. Теперь посмотрите на север. Обе провинции клана Сатаке - Хитати и Симоцуке - также скоро станут нашими.
      Старший и младший Абе оказались очень хорошими полководцами и сумели помочь родственному дому. Войска дайме Морикиё из клана Асина, отброшены и князю севера - так он себя именует Морикиё - объявил войну дом Датэ.
      Провернуть подобную интригу оказалось не трудно, благо третий сын дайме Датэ Масамунэ благодаря разгрому базы вако, оказался у меня... скажем так не в заложниках, а в гостях. И поспособствовал переговорам с отцом в нужном русле. Масамунэ оказался жадным дайме и после кредита в размере всего 50 тысяч коку (что при моих нынешних доходах - сущий пустяк), с радостью присягнул Императору, а заодно и его Великому министру - Дайдзёдайдзин. То есть мне. Но я не стал раскрывать все эти детали своим вассалам и продолжил:
      - Таким образом вопрос с севером Хонсю решен. Асина обречен и наш тыл защищен. Труднее обстоят дела на Западе. Тут нам противостоят две Великих клана Уэсуги и Такэда. Оба группировки имеют богатые земли, обширные запасы зерна, золота, а также сильных военачальников, которые на деле доказали свои таланты.
      - Такэда Сингэн и Уэсуги Кэнсин - влез в разговор брат Хайра
      - Именно. Горные районы Каи, Северного и Южного Шинано, не говоря уж об Эчиго - тяжелы для прохода войск, массовых баталий и снабжения наступающих полков. Такэда и Уэсуги поддерживают их вассалы Яманаути, специалисты по тайной борьбе. Впрочем, и тут у нас есть хорошие перспективы. На этом направлении эффективно работают ниндзя Хандзо, оба моих генерала - Танэда Цурумаки и Таро Ямада - показали себя отличными военачальниками. По донесениям замок Кофу - вот-вот падет. Лично Ханзо отравил все колодцы в твердыне.
      Все уважительно переглянулись. Ну, если за дело взялся легендарный синоби, который сумел выкрасть их дайме из Эдо прямо под носом тысяч самураев...
      - Так что с западом тоже все под контролем - я отпил зеленого чая и ткнул палочками в центр карты - Район Киото. Уже восемь окрестных дайме поклялись Го-наре и дали своих сыновей в заложники. Тут наши позиции сильны, как ни где.
      Однако как обычно бывает в любой оптимистичной истории, есть свое пессимистическое "но". Наше "но" располагалось на юге Японии. Туда-то и смотрели все мои соратники.
      - Да, господа. Наши затруднения, и бы даже сказал беда - это христианские провинции Симадзу. Пока мы воевали с Регентами, свергали сёгунат Асикага, могущественный правитель княжества Сацума - Симадза Такахиса при полной поддержке португальских торговцев, католических иезуитов взял под свой контроль 22 провинции на островах Кюсю, Сикокку, и на центральном острове Хонсю. Такахиса последовательно сокрушил кланы Мори, Тёсокабе и еще с десяток мелких родов. Пока мы только завоевываем нашу половину Японии, Симадза захватил вторую часть страны. Пусть и более бедную, без золотых рудников и серебряных шахт, зато с 7 миллионами крестьян, которых иезуиты очень быстро христианизируют и поставят под ружье. А с аркебузами у них тоже проблем быть не должно. По донесениям шпионов из Манилы, первая партия из 10 тысяч ружей и пятидесяти пушек уже ждет своей отправки. Инструкторы-конкистадоры из индийской Гоа, Малаки также готовы по первому зову Такахиса приехать в Японию и обучать местных асигару современным методам ведения войны.
      Только сейчас, глядя на карту и слушая цифры, мои сподвижники осознали весь масштаб проблем.
      Как пела группа Уматурман:
      ...И треснул мир напополам, дымит разлом,
      И льётся кровь, идёт война добра со злом...
      Пусть война пока тайная, скрытая от глаз посторонних, но от этого не менее кровавая.
      - Нельзя сказать, что мы ничего не делаем - я решил слегка ободрить посмурневших вассалов - Во-первых, я выпустил указ о запрете торговле с христианами за серебро. На курсовых разницах "шелк-золото-серебро", португальцы ушестеряли свою прибыль. Во-вторых, я пресек их попытки ввозить в страну Восходящего солнца опиум, как наиболее рентабельный после шелка товар. Хотя, конечно, южные провинции, особенно на Кюсю контролировать мы не можем. В-третьих, наши коммерческие дома - Джинья и Таиша - получили максимальные преференции по торговле с Китаем. Но тоннаж их судов, пока не позволяет составить конкуренцию. И тут на сцену должны выйти...
      - Вако! - первым догадался Хайра - Если португальские суда будут захватываться пиратами, то это нанесет огромный ущерб христианам и дайме Симадза!
     
     

Глава 2

     
     

Солнце движется с востока

Да, в другую сторону

Уходили гейша с нинзей

На манчжурскую войну

Рос бамбук под Фудзиямой

Клокотали журавли

Кама-сутра, сутра-кама

Ай, люли, люли, люли

Леонид Каганов

     
     
     
      Звучит звонкий удар рынды и я просыпаюсь. Еще три удара в корабельный колокол - ага, значит уже 6 утра или вторая вахта. Фарлоу завел на Тага-Маре порядки военно-морского флота Британии. Каждые полчаса вахтенный бьет в рынду. Получасовой промежуток между этими трезвонами называется "склянка". Счет склянок начинается после полудня - в полпервого бьют в рынду один раз (1 склянка), в полвторого - 2 раза, и так далее до 8 склянок в 4 часа. Затем счет открывается заново. Вся судовая жизнь подчинена четырехчасовыми промежуткам или по-морскому "вахтам". Матросам удобно - известно, когда вставать на службу. А вот "пассажирам", к которым отношу себя и я - не очень. Сначала просыпался от каждого удара, теперь только от 4-х подряд. А как бы было хорошо еще придавить пару часиков подушку! Пуховых перин в каюте нет, но и набитый душистой травой шелковый чехол меня полностью устраивает. Тем более, ночью снился такой замечательный сон! Как поется в песне Земляне:
     
      И снится нам не рокот космодрома,
      не эта ледяная синева,
      а снится нам трава,
      трава у дома...
     
      И вот мне тоже приснилось, как будто я дома. Иду под ручку с девушкой летом по тенистому бульвару. Травка зеленеет, солнышко блестит. Только что мы съели с ней в ресторане бараньего шашлычка. Ну, знаете такой ароматный, на косточке, с курдюком. Он еще поет, когда жарится на шампуре. Ну не поет, посвистывает. Это кипит вода внутри мяса - прожаривая его изнутри. На гарнир у нас был салатик из бакинских помидоров, золотистая картошка-фри. Почему-то упакованная в картонную коробочку из Макдональдса. Запили всю эту радость мы... нет, не кока-колой, а отличным красным вином. Настроение замечательное, дама смотрит на меня хмельным, многообещающим взглядом. А я смотрю на ее голые ноги и коленки, вокруг которых ветер раздувает мини-юбку. Ее теплые губы касаются моей щеки и тут... раздается удары рынды! Я просыпаюсь, и понимаю, что еще почти пятьсот лет мне не видать мини-юбок, красного вина и баранины с курдюком. Почему? А на японских островах в 16-м веке не водятся бараны. И виноград не растет. Разве, что судьба забросит меня в Китай? Там-то нормально вино должно же быть?
     
      Кряхтя встаю, распахиваю ставни. Ранее утро, солнце только-только вылезает из-за горизонта. Волнение умеренное. Я звоню в колокольчик. В каюту тут же заскакивает мой денщик Ёсихико Нода. За ним в коридоре толпятся охранники. Половина из воинов-псов, половина синоби Хандзо. Пузатый Нода (в личные слуги попадают только "отмеченные богами" и тучность тут - лучший знак!) помогает мне умыться, одеть тренировочное кимоно. Утренняя зарядка проходит на палубе. Под руководством одного из мастеров школы Кога-рю мы разминаемся, отрабатываем удары и броски. Растяжка - самая мучительная часть тренировки. Тебя ставят на шпагат и двое помощников тянут за веревки, привязанные к ступням. Боль адская. А еще попробуйте связанные сзади руки выкрутить вперед.
     
      После тренировки - водные процедуры и завтрак. Опять сырая рыба, рис, соевые соус, водоросли. Так и хочется на манер Верещагина из "Белого солнца пустыни" крикнуть: "Да, надоела уже это черная икра. Хлеба дайте!". По окончанию завтрака, принимаю доклад капитана. За ночь мы взяли мористее и бороздим воды Тихого Океана на траверзе самой восточной части Хонсю - мыса Кусимото. Крупных кораблей не наблюдается - одни рыбацкие джонки. Если в ближайшие дни Черный корабль не появится, пойдем к берегу за припасами.
     
      На захват Жемчужины я отвел себе неделю. Дольше отсутствовать в Киото становится небезопасно. Вокруг Императора так и вьётся японская высшая аристократия, спящая и видящая, как мою голову насаживают на пику у замковых ворот. Такие крупные фигуры, как Тоётоми Хидэёси и Токугава Иэясу - тоже очень себе на уме. Пытаются вертеть Го-Нара, нашептывая ему о моих богатствах и власти. А почему бы верховному владыки Японии не переделить провинции Сатоми? А не слишком ли много прав себе захапал Великий министр - Дайдзёдайдзин? Этой парочки уже удалось отложить вопрос формирования правительства и назначение в кланы государственных управителей - коор-бугё. Данным шагом я хотел пресечь феодальную вольницу в завоеванных землях. Начинать строить единое государство нужно с налоговой системы (дабы все подати и пошлины попадали в карман центральному правительству), с общей армии и денежной системы. Для чего, мной были запланированы реформы по унификации золотых и серебряных монет (с одновременным запретам кланам чеканить собственные деньги), военными городками в каждой провинции, запреты на возведение замков и иных оборонных сооружений и еще несколько мер, направленных на упрочнение верховной власти.
  
   Увы, все мои проекты Микадо складирует в имперском архиве, предпочитая развлекаться в компании придворных. То у него загонная охота на оленей, то премьера собственноручно написанной пьесы для театра "Но". Чашу моего терпения переполнил слух о том, что Император собирается взять наложницу из клана Симадза. Того самого клана, война с которым вот-вот начнется и не исключено, что обернется для страны иностранной интервенцией. Го-Нара пытается сидеть на двух стульях сразу. О чем я ему прямо и сообщил во время последней аудиенции. Присовокупив обещание, что седалище треснет. Негоже так с Сыном Солнца, но Го-Нара проглотил. В Киото и окрестностях находится пятидесятитысячный корпус моих войск под командованием Хиро-сана. Императорский дворец набит мацукэ и ниндзя Гэмбана и Хандзо. Буду гнуть свою линию и готовится к войне.
     
      На палубе начались учения матросов и солдат по ликвидации пожара, и я спустился в свою каюту. Там уже меня поджидал глава моей службы безопасности. За последние полгода Гэмбан оправился от сидения в зиндане, подобрел, обзавёлся куцей бородкой (как он сказал: "дабы компенсировать лысину сверху - волосами снизу лица"). Вот во всем японцы пытаются обрести гармонию. Даже в волосяном покрове.
     
      - Итак, продолжим наш вчерашний урок - откашлялся Гэмбан - Сегодня я расскажу о самых известных семьях синоби, которые составляют цвет школ Кога-рю и Ига-рю.
      - А как я смогу использовать эти знания? - сходу поинтересовался я
      - Ёшихиро-сан - пристально посмотрел на меня главный шпион Сатоми - После удара по голове вы стали очень торопливым. Но я отвечу на вопрос. Я бы мог сказать, что знания нужны для того, чтобы помочь выжить в этом сложном и опасном мире. Ниндзя коварны и могут предать в любой момент. Чем выше поднимается клан Сатоми, чем больше власти у его дайме - тем больше угрозы будут видеть в вас синоби. Понимать, что движет людьми в черном, чего они боятся, к чему стремятся - все это позволит управлять ими и не быть обманутым. Я бы мог сказать, что знания нужны для вашего развития, тренировки памяти, расширения кругозора. И это тоже была бы правда. Полуправда! Истина заключается в том, что мне 56 лет. Много раз за свою жизнь я проходил по краю пропасти. И каждый раз думал: "Неужели все те крупицы сведений, что я так тщательно собирал о том, как устроен этот мир - умрут вместе со мной?" Разве это справедливо, что весь мой опыт, умения не перейдут к кому то более достойному и возвышенному? А теперь я вижу - вам Ёшихиро-сан можно доверить самое сокровенное, что есть у меня.
      - Вы видите во мне ученика?
      - У меня был приемный сын...
      - Мисаки Мураками
      - Да. Больше чем сын. Он умер. Умер для того, чтобы вы жили. И жило наше дело.
     
      И сразу безо всякого перехода Гэмбан начал диктовать описание главных семей школ Кога-рю и Ига-рю.
     
      - Династия Сэйко. Основатель - Янаха Сэйко. Живут в провинции Вакаса. Называют сами себя "траурными ниндзя". Вся семья - около 100 человек, две деревни. Носят черно-белые балахоны с нашитыми костями и черепами. Любят устраивать засады на кладбищах. Умело претворяются мертвыми. Известен случай, когда Янаха Сэйко окруженный врагами надкусил себе язык и сделал вид, что умирает от раны шеи, обильно смочив ее высосанной кровью. Используют тайнопись из цветных зерен риса - красные, желтые, синие, белые и черные злаки смешивают по специальной схеме и выкладываются в дуплах, на дороге... Великолепно владеют копьями и любым колющим оружием.
     
      - Династия Гекку. Патриарх рода - Хироко Гекку. Первый придумал лодки с двойным дном и люком для выхода под воду. Использовал это изобретение для потопления галеры, на которой плыл дайме клана Миеси.
      - И как же это он сделал? - заинтересовался я проделками средневековых водолазов
      - Ниндзя Гекку изображали рыбаков. Но в их джонке, которая ставила сети рядом с судном Миёси был тайный выход под воду. Хироко взял просмоленную бочку, набил ее порохом, поместил внутрь колесцовый замок с кремнием и протянул к нему веревку. Темной ночью, один их гэнинов Гекку подплыл с бочкой к галере, прикрутил проволокой мину к борту и дернул за веревку
      - Синоби погиб? - стормозил я
      - Кого интересует судьба рядового гэнина - пожал плечами Гэмбан - Итак Гекку. Живут в провинции Бизен. На берегу внутреннего моря. После мести Миёси в живых осталось всего 20 бойцов. Могут бегать по воде, жить под водой.
      - Да ладно! Небось, какой-нибудь фокус. Поди дышат через полый бамбук или еще какие-нибудь выдумками пользуются!
      - Не без этого. Я был знаком с Хироко, делал ему один заказ. Он показал мне свой бег по воде. В озере или реке тайно врываются столбы, длинна которых вровень с поверхностью. Синоби заучивает их расположение и убегая от погони точно ступает на верхнюю часть столба.
     
      Ага, вот и вся мистика. "Пошел прочь, щенок" - знаменитые кадры актера Миронова из фильма "Бриллиантовая рука", бегущего по водной глади Черного моря.
     
      - Семья Ономати - тем временем продолжал свою лекцию Гэмбан - Больше 200-от бойцов. Самая многочисленная семья школы Ига-Рю. Имеет наибольший вес на совете старейшин. Кстати, наш Хандзо тоже Ономати. Универсалы. Техника маскировки, искусство проникновения в любые помещения. Отлично лазают по стенам с помощью стальных накладных когтей, кошек. Владеют мечами, луком со стрелами, часто используют яды. Лучшие среди синоби по джиу-джитсу. Умеют подавать сигналы кострами, разноцветными дымами и вообще большие любители шифров и тайнописи.
     
      Тут Гэмбан прервался и вытащил из-за пазухи бумажный свиток. Подал мне. Я его взял, раскатал на столе. Абсолютно пустой, белый листок. Я вопросительно посмотрел на мацукэ.
      - Лизните в центре - подмигнул мне Гэмбан
      Я слегка опешил от такого предложения, но потом все-таки пересилил себя и лизнул свиток. На вкус он оказался горько-соленым. Через минуту к моему изумлению в том месте, где осталась моя слюна, начали проступать иероглифы.
      - Тайнопись Ономати - спокойно пояснил шпион - Хандзо перед отъездом в земли Яманаути показал как и чем делаются подобные скрытые записи
      - И чем же? Молоком? А потом высушить?
      - Зачем так сложно? Мочой.
     
      Я еле успел добежать до борта клиппера, прежде чем рвотные массы вырвались из меня наружу. Вот сука, Гэмбан!! Разве так можно?!? Учеба ...бип..бип.. по-японски. Мордой в дерьмо. Окружающие - моряки, самураи клана и даже оба европейца - деликатно отвернулись от блюющего дайме, сделав вид, что их тут нет. Разозлившись на мацукэ за эту дурацкую шутку, я отправился на нос судна, решив переждать приступ злости в одиночестве. Как говорится, в гневе - не наказывай, в радости - не награждай. А дабы не сидеть без дела, стал записывать в свой дневник планы по техническому прогрессу. Моя фотографическая память позволяла мне выуживать из глубин подсознания совсем удивительные вещи.
     
      Начнем с простенького. Самого банального. Ну, скажем...Нумерация домов в моих городах! Вроде бы примитивная вещь, а какая полезная! Намного легче вести учет жителей, собирать налоги, искать преступников. Идем дальше. Возьмемся за химию. Масаюки Хаяси сообщил мне перед отплытием, что научился нагреванием в щелевидных печах коксовать уголь. Пережигаем известняк, который добывают в двух карьерах на всю Японию, в негашеную известь. После чего еще раз пережигаем с коксом. Вуаля - на выходе карбид кальция. Если бросить его в воду - образуется ацетилен, который замечательно горит. А если к этому процессу подогнать ацетиленовую лампу...
      0x01 graphic
      Быстро рисую чертеж в разрезе. Две емкости - в верхней вода, в нижней - карбид кальция. Вода через клапан верхней части капает в нижнюю. Карбид вступает в реакцию, вырабатывается ацетилен, который по трубке выводится в специальный рефлектор, где и сгорает ярким светом. Выгода от этого изобретения двойная - во-первых, пожарная безопасность для бумажно-деревянных японских городов, которые сейчас повсеместно освещаются масляными лампами. Во-вторых, отработка производства карбида и ацетилена, которые используются и в других химических производствах.
     
      Теперь строительство. Отвес, уголок, циркуль - все это японским мастерам известно. Идею тачки я им уже подогнал. Строители в восторге. Скорость земляных работ (фундаменты и проч.) ускорилась в несколько раз. Теперь надо порадовать подданных пузырьковым уровнем. Если отвес используется для определения вертикальности стен, перекрытий и проч., то для измерения горизонтальности надо сделать гидроуровень. Поручу стекольщикам выдуть пузырек, поместить его в трубку с водой и пожалуйста, можно делать разметку. Особенно полезно во время строительства водоводов, плотин и проч. гидротехнических сооружений, в которых функционирует вода. Кстати, надо заказать в замок Токио пробный водопровод и канализацию. Эх, опять рисовать чертежи.
     
      На это у меня уходит почти час времени. Еще полчаса я насилую мозг Палатой мер и весов, пытаясь придумать, как ввести по всей Японии единые стандарты измерения грузов, объемов... Как шутил один мой товарищ, когда его жена хватала за руку во время застолий и просила соблюдать меру: "А вы знаете, что такое мера? Это древнерусская единица для сыпучих тел равная 1-му пуду! Наливай!!". Почему то этот аргумент напрочь сражал жену и она покорно смотрела, как благоверный вливает в себя новую порцию водки.
     
      Военные дело. Как оказалось, с единой военной формой я слегка поторопился и опередил время. Средневековые битвы, несмотря на все мое прогрессорство с аркебузами и пушками - это по-прежнему схватка лицом к лицу. А тут весьма полезно бывает напугать соперника, обратить его в бегство одним своим ужасным видом. Отсюда страшные, демонические личины на шлемах мечников, рога, яркая раскраска. Так что для пеших самураев единообразный камуфляж пришлось отменить. Что бы еще такого полезного внедрить, дабы облегчить жизнь моим солдатам? Мешок на лямках? Пошел на ура. Полевые кухни? Глубокий поклон от всех самураев. Кипячение воды? Резкое снижение небоевых потерь (и так невысоких из-за привычки пить зеленый чай, который убивает бактерии). Может быть мины? Вроде синоби используют нажимные боеприпасы для поражения противника. А если...
     
      Додумать мне не дал крик дозорного: Корабль на горизонте!
     

Глава 3

     

Прозорливый человек всегда увидит и начало и конец

и никогда не станет пренебрегать деталями.

Такэда Сингэн

     
      Я выбежал на палубу и приник к подзорной трубе. На горизонте виднелась маленькая черная точка. Взглянул на песочные часы, что висели над капитанской каютой. Был полдень, дул устойчивый ветер от берега.
      - Курс 40, бери сильнее к ветру - прокричал рулевому Фарлоу - Идем на сближение
      Японский рулевой довернул штурвал и наш маленький клипер вошел в крутой бакштаг. Корабль зарылся носом в волну и мне чтобы не упасть, пришлось ухватиться за леера, протянутые от носа к корме судна.
     
      / Бакштаг (нидерл. bakstag) -- курс, образующий с направлением ветра угол больше 8, но меньше 16 румбов, то есть ветер по отношению к кораблю дует сзади-сбоку/
     
      Вслед за мной на палубу высыпала вся моя свита. Брат Хайра начал спорить с Аримой о расстоянии до португальцев - он был на 100% уверен, что позади нас идет Черная жемчужина. Гэмбан принялся расспрашивать Хосе Ксавьера о максимальной дальности наших пушек. Все были на взводе в ожидании нашего первого морского боя. Матросы по команде англичанина начали натягивать вдоль бортов сетки, которые должны были защитить корабль от обломков такелажа. Абордажная команда вынесла аркебузы и начала раздувать фитили. Артиллеристы открыли амбразуры и отвязали пушки. Из крюйт-камеры вынесли первые картузы с порохом.
     
      Томительное ожидание, и вот уже можно разглядеть Жемчужину. Она была действительно вся черная, включая паруса. Гэмбан разузнал, что перед каждым выходом в море, корабль полностью обрабатывают дегтем. Путь до Европы не близок, а без дегтя древесина быстро начинает гнить и пропускать воду. Внимательно рассматриваю корабль. Две орудийные палубы, три мачты, высокий бак и ют. Мнда, легко такого гиганта на абордаж не возьмешь. Идет тяжело, гружен по самую ватерлинию.
     
      / Бак (нидерл. bak) -- надстройка в носовой части палубы, доходящая до форштевня. Баком называют также и всю переднюю часть палубы (спереди от фок-мачты или носовой надстройки)/
      / Ют (от нидерл. hut) -- кормовая надстройка судна или кормовая часть верхней палубы./
     
      Уже видно орудийные порты. Начанаю считать. Раз, два, три, десять, двадцать. И это только с одной стороны! Две носовых пушки. Итого сорок два орудия. Меня начинает бить внутренняя дрожь. Не дай бог, мы попадем под бортовой залп португальцев - от нашей Тагу-Мару не останется живого места.
     
      - Капитан! - я подошел к Фарлоу и наклонился к самому уху - Действуем строго по плану
      - Волнение усиливается - ответил мне англичанин - Если восточный ветер сохранится, то у нас будет часов пять-шесть на ваш эксперимент. До тех пор, пока не стемнеет. Обрасопить реи на фок-мачте!
     
      Новая команда капитана и матросы полезли взбираться по вантам на мачту. Идея понятна, мы все еще слишком быстро плывем и нужно сбросить скорость, чтобы оказаться прямо по курсу Черной жемчужины. К нашей кампании присоединяется тучный Арима. Самурай держит в руках широкий целый лист бумаги, расчерченный линиями и кругами.
     
      - Господин, я составил астрологический прогноз! Звезды благоприятствуют нам. Вот взгляните. Планета Суйсэй, которая отвечает за стихию воды, противостоит планете Кинсэй, которая в ответе за металл. А небесное тело Мокусэй, которое как вам известно, обозначает дерево находится в асценденте с планетой Досэй.
     
      /Суйсэй - Меркурий, Кинсэй - Венера, Мокусэй - Юпитер и Досэй - Сатурн./
     
      /В астрологических картах асцендент - это одна из важнейших точек гороскопа. Второй по важности фактор после положения Солнца/
     
      Молча беру астрологический чертеж Аримы и на глазах у всей членов экипажа рву его на мелкие куски. Мои соратники меняются в лице, униженно кланяются и отходят. Достали уже! Пятьсот лет еще пройдет, а это шарлатанская чушь будет выносить мозги уже моим современникам. Центральные газеты будут публиковать гороскопы, "ГЛОБальные" мошенники вещать из телевизора с умным видом про благоприятные и неблагоприятные дни и ничего, совершенно ничего не поменяется в умах людей. Одна только глупость и невежество. Во многом этот всплеск эмоций носил личностный характер. Проще говоря гороскоп Аримы напомнил мне историю собственного невежества, который случился со мной во время учебы на первом курсе эконом.фака МГУ.
     
      Зимой 2009 года из самостийной Украины в Москву приехал мой родной дядя-астролог и сходу заявил, что разработал методику предсказания падения той или иной акции на нью-йоркской фондовой бирже. Мало того, Валентин, оказывается, не только предсказывает падение курса акции, но сам уже играет по этим прогнозам и мне предлагает поучаствовать. Далее выясняется, что родственник-астролог играет виртуально, т.е. виртуально "продавая" акции на воображаемые $2000 но, тем не менее, результаты подобной игры поражают воображение - доходность операций: двадцать-тридцать процентов в месяц! Т.е. фактически за 8-10 недель Валентин удваивает исходный капитал. Такую доходность предлагала в то время даже не всякая пирамида, что уж говорить о серьезных финансовых институтах, например, западные банки платят своим клиентам около 3-5% ГОДОВЫХ, а тут астролог из Харькова делает на звездах и планетах 3-5% НЕДЕЛЬНЫХ! В доказательство Валентин привел таблицу своей игры, начиная с июня месяца.
      Конечно, всю эту затею я, человек по праву гордящийся своим критическим мышлением, воспринял в штыки. Тогда мне было очевидно, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке и, хотя я был уверен, что мой дядя не мошенник, я яростно спорил и доказывал, что все это просто необычное совпадение и такого не может быть, потому что не может быть никогда.
     
      Но Валентина мой скептицизм ничуть не смутил и он, уезжая, предложил через Интернет присылать за день-два до начала торгов прогнозы на падение той или иной акции. После этого начался ад. От дяди регулярно и заранее приходили письма, в которых он с девяностопроцентной вероятностью угадывал резкое снижение курса выбранной акции. В феврале, я по ночам не мог заснуть, т.к. мой мозг все время пытался осмыслить как с помощью каких-то префекций и натальных карт можно зарабатывать подобные деньги!
     
      / Префекция (или быстрые прогрессии) - это символическое движение всех планет, элементов гороскопа/
     
      Тогда я предполагал три варианта ответа:
      Валентин случайно угадывает акции и, в конце концов, ему перестанет везти.
      На самом деле он пользуется какими-то научными методами предсказания курса акций (технический или фундаментальный анализ).
      Все происходит так, как говорит Валентин - т.е. астрологические методы отражают и предсказывают реальные события
      отражают и предсказывают их правильно и верно
     
      Вопрос: можно ли случайно играть и выигрывать на бирже в течение двух месяцев? Ответ: однозначно нет! Дело в том, что биржа как казино - в ней все устроено так, что случайно выиграть нельзя, т.е. один-два, даже три раза можно, но чем дольше вы будете играть, тем больше вероятность проигрыша. Почему? Допустим для простоты, что вы используете стратегию, которая позволяет вам с равной вероятностью выигрывать 20% или проигрывать те же 20%. Ваш стартовый капитал 100 долларов. В случае выигрыша эти 100 долларов превращаются в 120 (100*1,2=120). Если при следующей попытке вы проиграете 20%, то в результате у вас окажется не 100, а 96 единиц американской валюты (120*0,8=96). Таким образом, после одного выигрыша и одного проигрыша ваш капитал станет меньше начального, а еще через 10 "циклов" у вас останется только 44,2 доллара, т.е. меньше половины начального капитала! Этот пример показывает, что кажущаяся нейтральность такой игры очень коварна. А добавьте к этому комиссионные брокеру (20$ за каждую сделку), скольжение (выполнение приказа на покупку/продажу акций не по указанной цене) и многие другие ловушки, которые делают случайную игру на бирже просто убыточной.
     
      Другой рациональный вариант, с помощью которого я пытался объяснить феноменальный успех Валентина, - прогнозирование курса с помощью околонаучных методов фундаментального и технического анализа. Но и тут я вынужден вас разочаровать - ни один метод не дает той эффективности и доходности, которая выявилась в ходе виртуальной игры по астрологическим прогнозам. В любой книге по биржевой игре сказано, что, к сожалению (или к счастью), ни индексы, ни построение фигур и линий, ни теории циклов не дают и 50%-го попадания. Тогда за счет чего же выигрывают профессиональные игроки? За счет умения играть, т.е. диверсификации (уменьшении) рисков (составление портфеля ценных бумаг), правильной работы с убыточными акциями (расстановка т.н. стоп-приказов, когда брокер автоматически закрывает позицию при достижении определенной цены) и многим другим навыкам, которые, увы, приходят только с опытом.
     
      Таким образом, рассмотрев все варианты, я тогда пришел к печальному для моего критического мировоззрения выводу - астрология работает и по звёздам действительно можно угадывать курс выбранной акции.
     
      А тем временем прогнозы все приходили и приходили, и как мне тогда казалось, сама реальность опровергает мой скептицизм в отношении всяческой мистики. Когда же Валентин во второй раз приехал к нам, то я уже был готов к восприятию высших эзотерических истин, которые, тем более для удобства были оформлены в виде компьютерной программы - вводишь дату и сразу видишь список акций, которые должны упасть в этот период. Далее, поддавшись магии огромных процентов, я бегу по общаги и занимаю и у однокурсников крупные суммы денег. Открываю счет у американского брокера, отправляю две с половиной тысячи долларов американским капиталистам, получаю на них еще две с лишнем тысячи маржи (кредит от брокера на игру или еще иногда говорят - плечо) и начинаю уже по-настоящему играть по прогнозам Валентина.
  
      Отрезвление приходит быстро и жестоко, как тяжелое похмелье после недельного запоя. Сначала игру начинает Валентин, но в силу того, что высокоскоростной Интернет в Харькове развит очень слабо и ему затруднительно вовремя открывать-закрывать позиции, я подхватываю эстафету в Москве. Но, увы, все акции, которые продаются (напомню, что я играю на понижение), приносят только убытки. Проиграв порядка тысячи долларов (большая сумма для студента, особенно если учесть, что она взята в долг), начинают появляться сомнения - почему деньги вместо того, чтобы множится, уходят в карман брокера, биржи, рынка? Все это напоминает русскую пословицу: "Было гладко на бумаге, да забыли про овраги". Про какие же овраги забыли? Валентин убеждает, что методика иногда дает сбои и вот-вот он ее окончательно наладит. Продолжаю играть, но уже страхуясь различными методами от возможных потерь - убытков особых нет, но практически ни одна предсказанная акция не падает - либо растет, либо остается на прежнем уровне. Потихоньку накапливается статистика по прогнозам и я с ужасом замечаю, что никакой такой девяностопроцентной вероятности нет и в помине - на одну угаданную приходятся три-четыре не угаданные акции. Да и еще вот какой момент меня тогда насторожил: Валентин присылает прогнозы с периодом падения в 3-4 дня, но я уже знаю, что у ЛЮБОЙ акции за три, четыре дня бывает снижение курса, т.н. коррекция, на которой всегда ТЕОРЕТИЧЕСКИ можно заработать - а это уже задача трейдера, которая к астрологии не имеет никакого отношение (поймать локальный максимум - продать, поймать локальный минимум - купить обратно).
     
      В общем, как вы понимаете, вся эта история закончилась печально - я продолжал играть на бирже (надо же отбивать потери!), но уже без всякой астрологии - анализировал графики, фундаментальные и технические показатели (отношение цены акции к доходу, прибыль, размер дивидендов и т.д.), отслеживал последние новости по отрасли и т.п. К каким выводам я пришел и чему научила меня эта афера? Начну с самого банального - не следует быть жадным: конечно, та непомерная доходность, которая следовала из методики Валентина должна была сразу насторожить, но вместо этого я захотел легких денег и в итоге оказались, как говориться, у разбитого корыта. Откровенного говоря, я не жалею, что начал играть на бирже - получил новые знания, опыт, профессию в конце концов. Но с тех пор, обхожу мошенников от эзотерики третьей дорогой.
     
      Выстрел! Мои воспоминания прервал залп португальской носовой пушки. Пока я вспоминал своего астрологического дядю, Черная жемчужина подошла примерно на километр и сразу открыла огонь. Вот так, без церемоний и обмена любезностями. Ядро срикошетив пару раз от поверхности воды, утонуло не долетев до нас метров пятьсот.
     
      Теперь наш ход. Под руководством Хосе артиллеристы загружают в наши дальнобойные пушки по два цепных книппеля и Тага-Мара тут же закладывает галс, поворачиваясь бортом к Жемчужине. Залп! Наши ядра также не долетели до португальского галеона. Но упали в опасной близости. Еще бы! Длинные чугунные пушки с поперечной страховочной обвязкой - это вам не медные пукалки европейских кораблей. Черное судно тут же вслед за нами начало делать поворот направо, готовясь к боковому залпу. Джон Фарлоу не стал дожидаться медлительных португальцев, поднял все паруса и стал описывать круг, удерживаясь на носу Жемчужины. Та еще раз выстрелила из передних пушек, но опять безуспешно.
     
      В этом бою мы решили сделать ставку на два наших плюса. Высокая маневренность и скорость, а также дальнобойность пушек. Сближение с Жемчужиной до оружейного выстрела для нас смерти подобно. Сорок пушек против наших восьми и триста человек экипажа против ста моих самураев. Ни абордаж, ни размен залпами в этом бою нас не устроит.
     
      Еще выстрел. На этот раз Хосе велел заложить в орудия двойную порцию пороха и три из четырех книппеля, развернувшись в воздухе, с хрустом влетели в такелаж галеона. Когда рассеялся дым, стали видно повреждения. На бизань мачте была сбита одна рея, порван парус на фок-мачте и сломаны две стеньги.
     
      /Стеньга (нидерл. steng букв. -- шест, штанга) -- рангоутное дерево, первое удлинение нижних мачт/
     
      Не густо. Португалец опять начал лавировать, пытаясь встать к нам уже левым боком. Но пока тяжелый галеон закладывал циркуляцию, Тага-Мара успела еще дальше отойти от Жемчужины. Но та все-таки завершила маневр и дала бортовой залп. Шума много, дыма еще больше - эффект нулевой. Ни одно ядро не смогло долететь до нас. Мы тут же взяли круто к ветру и ответили с левых пушек. Не очень удачно, галеон лишь потерял передний кливер.
     
      /Кли?вер (нидерл. kluiver) -- косой треугольный парус прикреплённый к снасти, идущей от мачты к концу бушприта/
     
      В подзорной трубе было видно, как капитан Жемчужины, высокий мужчина, одетый в черный камзол с серебряными позументами, в парике и широкополой шляпе с большим белым плюмажем яростно размахивает руками, отвешивает подзатыльники канонирам и юнгам. После понесенного ущерба, португальцы сменили тактику и решили зайти к нам с наветренной стороны. Фарлоу легко разгадал этот маневр, тут же совершил поворот оверштаг и стал подбираться к корме Жемчужины. Залп! На сей раз книпелля косой прошлись по такелажу галеона. Сбита фок-мачта вместе с самым большим парусом корабля, фок-мачта переломилась посередине, завалив обломками всю палубу. На корабле паника, фигурки матросов пытаются обрубить расщепленные балки и стеньги. Выносят вниз раненых. Тем временем мы продолжаем стрелять книппелями с кормы Жемчужины, которая потеряла ветер и свалилась в дрейф. Еще час лавирования, шесть залпов и такелаж вражеского судна полностью уничтожен. Однако капитан галеона не сдается. Я вижу, как португалец отдает якорь и пытается опять повернуться к нам боком уже на шпрингах. Бортовой залп - его единственная надежда.
     
      / Oверштаг (в переводе с англ. дословно "через штаг") -- термин, обозначающий один из двух способов смены галса на парусной лодке. Второй способ называется фордевинд. При повороте оверштаг нос лодки какое-то время повёрнут в ту сторону, откуда дует ветер/
     
      / Фок -- прямой парус, самый нижний на передней мачте (фок-мачте) корабля. Привязывается к фока-рею./
     
      / Шпринг (нидерл. spring) -- трос, заведенный в скобу станового якоря или взятый за якорь-цепь, другим концом проведенный на корму, для удержания корабля (судна) в заданном положении. В парусном флоте заводился для наиболее эффективного использования бортовой артиллерии на якоре./
     
      Смелый командир! У такого соперника вырвать победу - честь. Что ж, уважим его по-полной.
      - Несите картечь - кричу я Хосе и канониры начинаются забивать в стволы пушек мешочки с медной дробью. Тем временем Фарлоу легко удерживал Тагу-Мару бортом к корме Жемчужины.
      - Ближе! Еще ближе - Ксавьер лично наводит каждую пушку для продольного выстрела по палубе противника.
      Пушки стреляют по переменно и я вижу как картечь выметает с юта и других надстроек галеона всю живую силу. Матросы, артиллеристы, аркебузиры в кирасах - валяться как снопы при жатве. Волнение на море усиливается, неопытные японские канониры суетятся и часто мажут. Но исход битвы уже ясен. На палубе Черной Жемчужины негде укрыться от металлического града и она скоро пустеет. Рулевой перекладывает штурвал на ветер и мы ныряем в пороховое облако, идя на абордаж. Наша судно слегка ниже галеона, поэтому сначала вантовые матросы забрасывают крючья и с рей и мачт мои самураи перебираются по верёвкам на палубу Жемчужины. Правый борт Тага-Мары с резким стуком бьет в ют галеона. Матросы спускают паруса, рубят веревки, поддерживающие реи и уже мощный вал абордажной команды захлёстывает вражеское судно.
     
      0x01 graphic
     
      Впереди всех, конечно, Хайра с пистолетом за поясом и катаной в руке. Мощный крик "Сатоми" встречает жидкий залп ружей. Пора и мне перебираться на борт Жемчужины. Аккуратно балансируя на узких сходнях, карабкаюсь вверх. На палубе галеона уже хозяйничают мои солдаты, однако битва не закончена.
     
      Внезапно из кормового люка повалила толпа португальцев. Вооруженные шпагами, пистолями и абордажными саблями бородатые солдаты и матросы смело бросились в бой. Завязалась сеча, палубу опять заволокло пороховым дымом. Моя охрана ненавязчиво оттерла меня на шкафут. Однако португальцев было так много, что скоро и телохранители вступили в бой. Я вытащил из ножен свой легендарный меч-тати Мурасамэ, тот самый "Проливной дождь", который получил от кузнеца Амакуни и встал в первую позицию. Руки опущены к поясу, клинок смотрит в голову потенциального противника, ноги на ширине плеч. Тем временем свалка уже вплотную приближается ко мне и я выбираю технику Рензоку ваза, т.е. "непрерывные атаки". Пробный взмах мечом (уже полгода как не приходилось рубиться на практике), и сразу же резкий выпад в сторону выскочившего на меня португальца. Тот вооружен палашом, рот раскрыт в крике. Мой укол он отводит вправо вниз и пытается ударить левым кулаком в голову. Но я то в доспехах! На мне специальный "короткий доспех" для морской пехоты - Танко. И на голове у меня сёкаку-цуки-кабуто - "шлем бодающийся баран". Основной элементом его конструкции - идущая спереди назад полоса в виде гребня, которая заканчивалась на лбу в виде клюва. Наклоняю голову, и кулак матроса попадает со всей дури в этот самый клюв. Расширенные глаза, крик боли и еще более громкий вой после того, как мой клинок обратным движением разрубает его незащищенный живот . На деревянный пол вываливают сизые, дымящиеся кишки, а я уже вхожу в клинч со следующим матросом. У того в руках абордажный топор. Таким пробить мою облегченную кирасу - раз плюнуть.
     
      / Шкафут на кораблях и судах -- средняя часть верхней палубы от фок-мачты до грот-мачты либо от носовой надстройки (бак) до кормовой (ют)./
     
      Единственное, что мне пришло в голову - это резко сократить дистанцию и не дать португальцу замахнуться. Я своим мечом ударил по окованному металлом топорищу и сразу навалился вперед, отжимая того к борту. Массивный бородач начал давить в ответ и я почувствовал на себе разницу в весе между средним японцем и европейцем. Хочешь вперед прорваться? Пожалуйста! Шаг в сторону, захват одной рукой за рукав и быстрая подсечка. Португалец валиться на палубу, ловко перекатывается, пытается вскочить на ноги, но мой клинок уже врубается в его шею, отделяя голову от тела. Меня обдает фонтан крови из разрубленной шеи и я на миг слепну. Пока вытираю глаза, бой уже закончен. Мои самураи всего за полчаса схватки вырезали практически всех матросов, канониров и даже торговцев, которые также вышли против нас с оружием в руках. Понимали, что противник их не помилует и бились до последнего.
     
      - Победа! - громко кричит брат и ему, потрясая мечами, вторят все вокруг.
     

Глава 4

После победы потуже затяни ремни на шлеме.

Яп.пословица

      У меня неделя разъездов. После триумфального возвращения в Токио, я почти весь май провел в столице - Киото. Интриговал, заседал в различных советах, принимал послов и писал законы. Всех конечно, интересовала Черная Жемчужина. Поди скрой такой трофей - все шпионы Токио наблюдали как избитый корабль португальцев с трудом вставал на рейд, а раненых матросов (выжило 12 человек из 300-т) отвозят в лазарет.
     
      Весь дворец наносил мне по очереди визиты. Аристократы соревновались в искусстве хитрых бесед, в ходе которых "черные зубы" - а так я называю японских дворян, пытались выведать у меня одну единственную цифру. Сколько же я все-таки взял на галеоне трофеев?
       
      Мой бессменный секретарь, он же казначей, а заодно и министр финансов клана Сатоми - Сабуро Хейко только три дня взвешивал и описывал сокровища Черной Жемчужины. Потом еще полдня я перетратил на то, чтобы привести все к метрической системе. Итак, цифры:
     
     -- 250 золотых и более 1000 серебряных слитков (весом от 10 до 30 килограмм каждый)
     -- Ювелирные изделия - золотые кольца, цепи, кулоны, изумрудные броши и изумительной красоты крест, украшенный алмазами огромной величины. Всего 417 предметов, некоторые из которых явно бесценные. По крайней мере, католический крест был увенчан чистой воды бриллиантом на 25 грамм. По моему указанию ювелир клана аккуратно вынул камень и взвесил его. Получилось около 125 карат - это всего лишь в два раза меньше самого знаменитого индийского бриллианта "Великий Могол" (279 кар). Кстати, Могола скоро вот-вот найдут в копях Голоконды и отдадут в огранку венецианцу Гортензио Боргису. Насколько я помнил, изготовленный Боргисом бриллиант имел форму розы. Мой же "Могол" был огранен в виде пятидесяти семигранной звезды.
     -- Две тонны золотого песка в ящиках и мешках.
     -- Китайская фарфоровая посуда эпохи Сунь и Юань. Чайники, вазы, статуэтки, предметы интерьера... У синьского посла Чжоу Ли аж затряслись руки, когда он увидел погребальный фигурки воинов из кургана императора Чжао Куан-иня, основателя династии Сун.
     
      - Любые деньги, - причитал посол - Господин Великий Министр, моя страна выкупит эти фарфоровые скульптуры за любые деньги!
     
      Выяснилось, что воины охраняли загробный покой императора, а разорители могил нарушили уединенность захоронения, разграбили курган и теперь всему Китаю от разгневанного предка грозят страшные кары. Уже год, как жрецы пытаются умаслить Чжао Куаня. Были изготовлены идентичные фигурки, но разозленные небеса весь год слали и слали беды на Китай. Пираты опустошают побережье, один из монгольских правителей Алтан-хан смог вторгнуться во внутренние провинции и разрушил несколько приграничных городов, месяц назад императорские наложницы организовали заговор, чтобы умертвить нынешнего императора - Чжу Хоуцуня. Однако придворные евнухи этот заговор раскрыли, и все его участницы были казнены. Включая любимую жену Чжу Хоуцуня. В общем, как поется в песне: "..Что они не делают Не идут дела. Видно в понедельник Их мама родила. Крокодил не ловится Не растет кокос Плачут, богу молятся Не жалея слез..". Дабы меня впечатлить, посол даже пустил артистичную слезу, которая прочертила дорожку на его выбеленном лице. Но Великого министра, конечно, такой туфтой взять нельзя - больше поплачет, меньше пописает. Я взял паузу, обещал Чжоу Ли подумать и посоветоваться с нашим Императором, Го-Нара. Никаких консультаций с Микадо я проводить, конечно, не собирался - уж слишком наш Божественный оказался непригодным к государственному управлению. Мечется между кланами, пускается в загулы, благо Правительство в моем лице выделяет ему достаточно средств на содержание театров, егерей для охоты, многочисленных суматори. В общем, как был Го-Нара декоративной фигурой на политической сцене до самодельной революции "Мейдзи", так ее и остался.
     
      И разумеется, я не стал говорить Чжоу Ли, что вместе с фигурками, ко мне попали секретные книги по технологии изготовления фарфора. По-видимому, иезуиты смогли выкрасть самую охраняемую тайну Китая и везли ее в Европу вместе с образцами кварца, шпата и глины, из смеси которых, собственно и делается знаменитый на весь мир китайский фарфор. И вот теперь я намеревался нарушить монополию Поднебесной. И не только в этой области, кстати. Бумага, шелк, порох... А для этого мне до зарезу нужны специалисты. Металлурги, строители, стеклодувы и многие другие. Вот я и выкатил послу список из 100 профессий в обмен на фигурки. Поставляешь на острова тысячу мастеров - получаешь свои раритетные статуэтки взад. В фигуральном смысле.
     
      /Создать собственный фарфор в Европе смогли только в 1708 году/
     
      Большие деньги - как водится, большие проблемы. Самый существенный минус нападения на Черную Жемчужину - официальное объявление мне войны со стороны клана Симадза. Дайме Такахиса наконец решился. А точнее на него надавили иезуиты, которые потеряли доходы от двухлетней торговли во всей юго-восточной Азии, ибо захваченный галеон не только вез всю прибыль из Макао, Малаки и Нагасаки, но также транспортировал золото Филиппин, Борнео и еще ряда португальских территорий. Все мои попытки отсрочить братоубийственную гражданскую войну через брак между Хайрой Сатоми и Аки Такахиса провалились. В ответ я объявил мобилизацию (мои войска и так не расходились с зимних квартир), запретил христианство на всей подконтрольной территории (к концу мая я овладел еще 4-мя вражескими провинциями на землях кланов Такэда, Уэсуги), выслал всех португальских священников, национализировал торговые дома, связанные с кланом Симадза. Кроме того, постарался заручиться нейтралитетом со стороны дайме центрального Хонсю - Тоётоми Хидэёси и Токугава Иэясу. У каждого было по 50 тысяч самураев и я совершенно не хотел получить удар в спину во время решающей схватки с Такахисой.
     
      Второй минус обретенного богатства - инфляция. Я разумеется, не стал обесценивать португальское золото и серебро сразу вываливая его в оборот. Но даже слухи о сокровищах вздули цены у всех моих поставщиков, торговцев. Пришлось устроить пару показательных процессов, оштрафовать особо наглых, а в некоторых городах провести рисовые интервенции с клановых складов дабы сбить рост цен. Тут мы сработали оперативно и быстро погасили недовольство крестьян и городских жителей. Кроме того, пришлось увеличить охрану сокровищницы в замке Токио - некоторые кланы ниндзя решили улучшить свое благосостояние и попробовать меня "на зуб". Поющие полы, искусственный лабиринт с ловушками, система паролей - Гэмбану было чем заняться по приезду домой.
     
      Но были и плюсы. Я легко свел бюджет 1539-го года, а также сверстал смету на следующий. Решил сделать ставку на научно-технический прогресс во всех возможных областях. Запланировал рост расходов сразу в четыре раза - три новых отраслевых банка, сельскохозяйственный, заморской торговли и промышленный. Две новые верфи в провинциях Суруга и Хитачи. Строительство минимум пяти оснащенных по-максимуму галеонов по образцу Черной Жемчужины. Увы, ставка на клиперы себя не оправдала. Тага-Мара стала единственным удачным исключением - два спущенных на воду клипера в апреле и мае затонули еще на стадии судовых испытаний. Никто не пострадал, но Фарлоу аж почернел от горя. Столько сил потрачено, средств вложено, а нужного изгиба шпангоутов и водонепроницаемости корпуса при резких галсах достичь так и не удалось.
      -----
      Моя кобылка, Тиячи, взбрыкнула, сделала вид, что сейчас встанет на дыбы и пошла боком. Погрузившись в воспоминания, я не заметил, как слишком сильно натянул поводья и сделал коню больно.
     
      - Прости милая - я погладил лошадь по шее и махнул рукой взволнованной охране - Все нормально, задумался
     
      Воины-псы согласно закивали и выстроились вокруг меня в прежнем порядке. Наш кортеж, уже второй день ехал по тракту Токайдо в монастырь Хоккэ. Воспользовавшись оперативной паузой в еще так толком и не начавшейся войне - я бросил все дела в столице и отправился с инспекцией в свой научно-промышленный центр. Нужно было срочно подстегнуть прогресс в военной области. И у меня на этот счет возникла пара неплохих идей.
     
      Если же быть честным до конца, то еще одной причиной моего отъезда стало желание разобраться в спокойствии со своей личной жизнью. А она у меня заложила крутой вираж. Попав в Японию, я невольно унаследовал семью прежнего владельца тела - Ёшихиро Сатоми. А именно, красавицу жену - Тотоми Сатаке и сына Сатоми Киётомо. Если с малолетним ребенком проблем не возникло - им занимались няньки, то с супругой пришлось буквально сожительствовать с нуля. Конечно, кое что удалось списать на удар копьем по голове, кое где помогло обойти острые углы постоянные разъезды. Потихоньку жена привыкла к "новому" дайме и мы даже регулярно делили одну постель. Я конечно, посчитал циклы Тотоми и старался не заниматься с ней любовью в те дни, когда зачатие наиболее вероятно. Ну а вдруг меня высшие силы выдернут обратно в будущее, а тут, в опасном средневековье останется беременная супруга? Это прямо скажем безответственно.
     
      Во всем остальном, Тотоми меня полностью устраивала. Аккуратная, верная, временами очень чувственная... Очень неплохо вела дела клана - ей всегда можно было поручить любой сложности финансовые расчеты, управление людьми (одних слуг в нашем замке Тибе было больше 100 человек). В общем, если не идеальная женщина, то минимум отличный деловой партнера, на которого во всем можно положиться. Именно так мне с самого начала и представлялся правильный брак. Любовь проходят, эндорфины в крови возвращаются на естественный уровень, а общие интересы и взаимное уважение - остаются. Я так думал, до тех пор, пока не услышал один необычный разговор.
     
      Дело было через неделю, после битвы у форта Киёсу. Из-за сильной контузии, несколько дней я пролежал в беспамятстве, когда очнулся - узнал покои главного замка Эдо. Было уже темно, в комнате горел всего один фонарик. В изголовье, прямо как в мой второй день в 16-м веке, сидели и разговаривали люди.
     
      - Еще чаю, Саюки-сан? - как сквозь туман, я слышу вопрос жены и знакомый женский голос отвечает - Спасибо, Тотоми-сан. Еще чашечку с жасмином.
     
      Да, это же та самая Саюки - ученица гейши, что чуть не раскрыла мое попаданческое инкогнито. Смутно вспоминаю искусство чтения по лицам - нинсо, попытку предупредить меня о предательстве Эмуро Ясино. Охранника, под легендой которого работал ниндзя Хандзо. Навостряю уши.
     
      - Что говорит Акитори-сан? - чайник звякает о чашку и льется вода - Когда господин очнется?
      - Все во власти богов - вздыхает Тотоми - Доктор очень осторожно дает прогнозы относительно травмы головы. В прошлый раз все обошлось, как будет в этот - известно только Аматэрасу. Окуривание, припарки - Акитори-сан делает все возможное.
      - Мы все восхищаемся господином Кусуриури - соглашается Саюки - Он сейчас врач номер один в Японии. Даже наши клановые доктора хотят научиться у него делать операции, узнать секрет нового чудо лекарства.
     
      Раздвигаются седзи и в комнату с поклоном робко входит еще одна девушка. Чистое, открытое лицо, высокая прическа. Я подглядываю через ресницы и узнаю... Кико-сан! Дочь моего погибшего врага - Ходзе Уджиятсу. Не этой ли особе я обязан своим дурацким порывом пнуть боевую гранату? Или я все-таки спасал Саюки?
     
      Шуршит шелковое кимоно и вижу, как к Кико протягивая руки, подходит моя жена - Ничего не бойся, проходи к нам.
      Дамы рассаживаются на помосте, в руках дочери Дракона оказывается пиала с чаем.
      - Давайте познакомимся - вежливо начинает Тотоми
      - Вас я знаю - живо отвечает Кико-сан - Вы, Тотоми Сатакэ. Старшая дочь дайме Ёсиацу Сатакэ, который погиб
      - Был убит! - жестко прерывает ее моя супруга - Подло убит нанятым вашим отцом синоби.
      - А мой отец, бесчестно погиб от гранаты гайдзинов. Ни один трус не почтил его поединком, как велит самураям Бусидо - не осталась в долгу Кико
     
      Длительное молчание. Кожей ощущаю, как женщины напряженно смотрят друг на друга.
     
      - Карма - в конце концов, примирительно говорит дочь Уждиятсу - Это война. Судя по тому, что здесь сидит куноити, женщина-ниндзя, военные действия продолжаются!
     
      Это она о Саюки?? Так я и думал! Хандзо мне мало...
     
      - Это воспитанница главы совета старейшин всех синоби Ниппон - Иттэцу "Единая Сталь" - Саюки-сан
      - Коничива Кико-сан - опять шуршит кимано и я понимаю, что "гейша" кланяется
      - Я первый раз вижу женщину-ниндзя - с любопытством протягивает дочь Дракона Идзу - Это правда про отравленный поцелуй и про...
     
      - Кико! - прервала готовый хлынуть поток вопросов моя жена - Я тебя позвала не для этого. Пока наш господин без сознания, решать твою судьбу придется мне. В прежние годы ты бы совершила дзигай уже на следующий день плена. Но наш дайме мудр и милосерден. В последнем своем письме он запретил отрубание голов поверженным врагам.
     
      /Самоубийство посредством перерезания собственного горла (дзигай) исполнялось женами самураев специальным кинжалом (кайкэн) - свадебным подарком мужа или коротким мечом, вручаемым каждой дочери самурая во время обряда совершеннолетия/
     
      Раздается удивленный вздох обоих девушек.
     
      - Я сама не очень поняла его рассуждений про ресурсы. Ёшихиро-сама считает, что убивать побежденных противников - это слишком расточительно для нашей страны. Любому можно найти новое место в жизни, где он сможет приносить пользу Японии и Императору.
     
      - Я решила, что ты Кико вместе со своим братом отправишься в Китай. Ёшихиро-сама подписал указ от открытии в Пекине постоянного посольства, думаю твои таланты там очень пригодятся.
     
      Ух, какая у меня умная жена! Я только дошел до идеи постоянных посольств (в Азии 16-го века дипломатия существует лишь в виде разъездных посланников), а Тотоми бац, и подкинула мне готового резидента. В стране - потенциального противника! Вслед за Китаем, тоже самое вполне можно провернуть в Корее, королевстве Таиланд, Бирме, Индии... Будут мне разведчики под дипломатическим прикрытием слать отчеты, проводить различные шпионские акции. Супер! Беру на вооружение.
     
      Пока я пытался собрать в кучу все свои мысли, Кико Ходзе посопротивлялась для приличия, даже всплакнула (дескать, хочу отправиться в Вечность за отцом), но потом все-таки согласилась. В комнате осталась супруга и Саюки. И вот тут началось самое интересное. Девушка-ниндзя безо всякого смущения, что называется в лоб, сообщила Тотоми о своем желании забеременеть от меня. Шок - это по-нашему!
     
      Слушаю дальше. Большинство кланов синоби Хонсю приняли сторону нового Дайдзёдайдзин - Великого министра. Глава старейшин всех кланов лазутчиков, "Единая Сталь" Иттэцу дал задание своей внучке (ого!) породниться с новым лидером страны. Как оказалось мой прогноз о вырождении синоби, который я дал Хандзо, дошел до адресата. Умные люди ситуацию проанализировали и сделали правильные выводы. Лучше стать частью власти, чем попасть под каток набирающего хода абсолютизма. Саюки ладно, ей просто приказали. Тут по команде дайме любой самурай с улыбкой себе живот вскроет, что уж говорить о зачатии ребенка. Но Тотоми какова! Не дрогнувшим голосом, все также вежливо, принялась обсуждать детали. Как-будто я в этом деле ничего не решаю и какой-то Иттэцу мне указ с кем спать и от кого рожать. Для жены же интересы клана - превыше всего! Ревность, чувства? Нет, это не для жены самурая. Долг перед семьей - выше "хотелок" мужа. Надо для дела? Давайте обсуждать условия. Во-первых, Иттэцу должен организовать покушение на Такэда Сингэна и Уэсуги Кэнсина. Каждая из семей синоби обязана послать лучшего гэнина для подготовки убийства. Во-вторых, Такахиса. Прежде чем его лишить жизни, нужно разорвать его связь с иезуитами и португальцами. Пожар на складах европейских торговцев, похищение священников - годится все, лишь бы следы вели к дайме Симадза. Ниндзя обязаны вбить клин между двумя союзникам. А может "Единая сталь" лично исполнит Такахису? Если старейшина примет заказ - это считай гарантия исполнения. Сроки, дополнительные условия ... От этого делового разговора двух "бизневумен" меня так замутило! Считай в душу наплевали, нашли бычка-производителя... Я заскрипел зубами от гнева и обиды, понял, что прокололся и решил "очнуться".
     
      - Господин! Мы подъезжаем - я очнулся от воспоминаний и увидел вдалеке главные ворота монастыря Хоккэ.
     
      0x01 graphic
     

Глава 5

Без шлифовки и алмаз не блестит. Яп.пословица

     
      То, что мы находимся в окрестностях промышленного центра Японии, стало ясно еще утром. Движение на тракте оживилось, охране все чаще приходилось расчищать дорогу от крестьян с котомками, торговцев, повозок и даже целых караванов, состоящих из вереницы мулов, везущих мешки с углем, рудой... К обеду нам начали встречаться отдельные строения, которых в прошлом году тут еще не было - кирпичный заводик, домницы по обжигу угля, новые мосты через ручьи и речки. К обеду в пейзаж добавились вальщики деревьев, дорожные рабочие, подсыпающие гравием дорогу. Если бы не моя сильная задумчивость, то о приближении к монастырю я узнал бы по грохоту с металлическим оттенком, черному дыму, стелющемуся по земле.
     
      Встречать нас вышла целая делегация. Во главе - айн Амакуни и Масаюки Хаяси. Хаяси все-также элегантен, одет в расшитое золотыми нитями дорогое кимоно. Однако руки выдают его нынешние занятия - я вижу ожоги, черные полосы и пятна. Косметика на лице также не может скрыть опаленных бровей и пороховых точек. А вот Амакуни даже и не старается приукрасить свой вид. Старые серые штаны, рубашка, поверх них кожаный фартук, седая нечёсаная борода. Голубые глаза и европеоидное лицо, вызывают у меня острую ностальгию по родине. Но она быстро проходит - приветственные поклоны, вопросы о здоровье, последние новости. Все это сразу настраивает на деловой лад. Без раскачки напрашиваюсь на быструю инспекцию. Справа от ворот Хоккэ стоят пять работных домов, где живут кузнецы, ствольные мастера, персонал железных домн. Слева - деревянный острог. Пятьсот каторжан, которых я отписал со всех тюрем, расположенных в клановых землях, выполняют самые примитивные функции - грузчиков, шахтеров, дворников... Бытовые условия, конечно, не фонтан - казарма с ярусными кроватями, общая столовая. Но как говорится на безрыбье и рак рыба. Для 16-го века, где до совершеннолетия доживает только каждый второй - условия райские. Кормят каждый день, да по три раза. Каждый Суйё би - среду - баня. Ну, а рыбный день (четверг) - тут каждый день. В общем, жить можно. Жалоб нет, все трудятся - видны только склоненные спины, да выбритые макушки (многие бывшие преступники - из ронинов, потерявших свой клан самураев).
     
      Самым внимательным образом изучаю железоделательный и оружейные цеха. Амакуни по моим чертежам развернулся по полной. Простенькие токарные, сверлильные и шлифовальные станки, прессы, механические молоты от водяных колес. Постоял, посмотрел, как прямо на моих глазах появляется готовой ствол. Полосовая заготовка длинной примерно 80 и шириной 10 сантиметров кузнечным способом загибается на оправке так, что её продольные кромки прилегают друг к другу встык, параллельно оси канала ствола. После чего заготовку сваривали расплавленным металлом из тиглей. Сразу же с мастерами устроил совещание. Пожилой кузнец по имени Сахэки Акамаро предложил любопытный способ горячей навивки ствола. Тут же поощрил мастера рублем, в смысле золотой монетой в полкабана. Обсудили заодно нарезку навитых трубок при помощи копира и однозубого резца. Метод медленный, но весьма простой. Уже используется в Китае, а скоро попадет через иезуитов (куда же без них!) в Европу. Забавно, что точность нарезного оружия так поразила европейцев, что церковь заподозрила тут козни дьявола. Гильдии стрелков немецкого города Майнце даже пришлось устроить тестовые стрельбы - простыми пулями из гладкоствольных мушкетов, из нарезных штуцеров с простыми свинцовыми пулями и с серебряными пулями с выбитым крестом. Снаряды из серебра хуже шли по нарезным желобкам и практически не попадали в цель. Итог очевиден. Нарезное оружие - дьявольское. Сжечь! И ведь сжигали на центральной площади.
     
      Набросал тут же на бумаге чертеж копира в разрезе. Копир -- это деревянный или металлический цилиндр со спиралевидной резьбой. Копир соединен с резцом железным стержнем. При нарезке в закрепленный ствол вставляется резец, после чего рабочий винтом вкручивает копир внутрь, прорезая нарез. Кажется, удалось зародить в мастерах зерна творческого любопытства - обещали через месяц показать первые результаты. Значит надо готовить роты егерей - метких стрелков с нарезными штуцерами.
     
      Дальше галопом по Европам - быстро промчался мимо ямчужных станов (фуу!, ну и запах), домн (их было уже три штуки и в день они уже давали 100 кан железа и еще больше чугуна). Опять всплыли проблемы с рудой (хоть вози ее с материка - вот такой дефицит!) и углем. Но кроме проблем была и приятная новость. При отжиге древесного угля в ямах, Хаяси-сану удалось получить деготь. Как известно, деготь - это продукт неполного пиролиза древесины и регулируя доступ воздуха в яму, можно получать не только деготь, но и ацетон, метиловый спирт (тот самый, которым по ошибке травятся российские алкоголики), различные смолы. Я тут же распорядился направлять деготь на верфи - лучше средства для пропитки кораблей и канатного вооружения не придумаешь. Да и для нарождающейся химической промышленность получаемые вещества - отличное подспорье.
     
      /1 кан (?, ??) = 1.000 моммэ = 3,75 кг/
      /Пиролиз -- термическое разложение органических и многих неорганических соединений. В узком смысле, разложение органических природных соединений при недостатке воздуха/
     
      Пороховая мастерская, она же химическая лаборатория, впечатлила царящей в ней аккуратностью и многочисленной охраной. А по-другому нельзя. Последняя стадия производства, когда порох растворяется в воде, а затем высушивается и размалывается на специальных мельницах до нужной сыпучести - особенно чревата неприятностями. Одна искорка - будет взрыв и пожар. А если учесть, что в Японии здания традиционно строят из дерева, то понятно, почему царство Хаяси стоит на отшибе, окруженное земляными валами и бочками с водой.
     
      Финальное совещание с моими двумя главными помощниками прошло в светелке надвратной башни монастыря. Я лично расставил охрану так, чтобы послушать наш разговор было нельзя. Уж очень важный секрет я собирался рассказать своим помощникам. Но сначала стоило выяснить некоторые детали.
     
      Раздумывая, как построить беседу, я постучал фалангой пальца по стене. Толщина - три кирпича минимум. Ох, намучались бы мы со штурмом этой твердыни, если не удалось в свое время выманить боевых монахов Бэнкэя Ясуи и упокоить их на поле боя возле деревни Хиросима. Такие стены не всякой пушкой возьмешь. Выглянул в окно. Во внутреннем дворе, в лучах заходящего солнца, резвилась детвора. Подростки играли в игру под названием кантё, что в переводе означает "клизма". Один человек складывает ладони вместе, вытягивает указательные пальцы и пытается вонзить их в анальную область другого человека. А тот, стоя наклонившись, должен успеть сжать сфинктер и не дать себе попасть пальцами в попу. Я аж заскрипел зубами от злости. Омерзительное наследство нам оставили после себя развратные монахи.
     
      / Кантё - подлинная игра, в которую до сих пор играют в Японии/
     
      Я вспомнил, что в провинции Идзу есть еще один монастырь движения Нитирэн-сю, из ветви махаяна - Суфукудзи. Но он вроде бы небольшой и без боевых монахов-извращенцев. Какие то священные запретные поля симэну, по которым вроде бы гулял Нитирэн и где каждый за небольшой взнос может "обрести просветление" (ага, запретные!). В общем, никакого криминала. Тем временем в Киото уже начали готовить священников синто по утвержденной мной программе - скоро эта чересполосица: христиане, монахи Белого Лотоса, дзен-буддисты и проч. попы разных расцветок и направлений - должна закончится. Просвещенный абсолютизм требует вменяемую религию с правильным делегированием полномочий с небес на землю. Проведем общий собор всех мирян и священников синто, примем указ об отделении буддизма от синтоизма и официальную декларацию, объявляющую синтоизм государственной религией Японии. После чего будет создан Департамент Синтоизма во главе с Патриархом. Всю эту вольницу с храмами и монастырями - заканчиваем. Все культовые учреждения в гос.собственность, священники - государственные служащие с обязательным обучением в соответствующих семинариях. Никакого наследственного междусобойчика. На основе сборника "Энгисики" утверждаем официальный перечень ритуалов и церемоний для храмов всех уровней. Проповеди - тоже никакой отсебятины. Священники и жречество - это проводник воли государства. Обязаны цементировать общество, проводить в массы правительствую (то есть правильную!) точку зрения. Все секты, ответвления - идут лесом. Прямых запретов исповедовать "неправильную" религию, я конечно, вводить не собираюсь (это бесполезно, да и глупо - только повышать популярность всех этих Белых Лотосов), а вот обложить повышенным налогом, да создать тяжелые условия для прозелитизма - это всегда пожалуйста. Нынешнее табу на католицизм - мера временная, военная. Большинство пастырей - выходцы из Португалии и Испании (японцев к постригу не допускают). Одновременно священники - играют в команде клана Симадзу, выполняя разведывательные миссии, вызывают религиозные бунты. Объединим острова под единым флагом с желтой хризантемой - тогда, пожалуйста. Стройте свои храмы. Если сможете позволить себе это с финансовой точки зрения.
     
      / Прозелити?зм - стремление распространить свою веру, обратить других в свою веру/
     
      - А что же местные жители? - я обернулся к дующим зеленый чай кузнецу и самураю - Как относятся к производству, заводу?
      - Молятся на нас - усмехнулся в бороду Амакуни - Вместо того, чтобы вменить окрестным деревням в повинность отжиг угля, перевозки и прочие надобности завода - платим за все деньги. Это раз. Учим ребятню местную бесплатно, самых смышленых ставим помощниками к мастерам. Это два. Акитори-сан открыл лечебницу при управлении - за небольшую плату можно показать свою болячку доктору. Это три. Налоги снижены, торговля растет - почитай каждую неделю ярмарка. После запрета религии гайдзинов, были некоторые брожения. Но наш коор-бугё отрубил пару буйных голов и все утихло. Не успели долгогривые у нас тут укорениться.
      - Закупки навоза, извести и других компонентов селитры идут хорошо - поддержал кузнеца Масаюки Хаяси - по древесному углю тоже справляемся. Пытались тут некоторые взвинтить цены, какие то непонятные перекупщики появились, разнюхивали все, вопросы работникам задавали. Я по вашему, господин Великий министр, совету вызвал из Эдо, ах, простите То-кё, ёрики-полицейского. Он тут неделю носом землю рыл и выяснил, что перекупщики - люди оябуяна Имибэ Куромаро. Действовали они в связке с южным кабунаками, где главной некто Иварэ Курохито. Местных ухарей ёрики арестовал, а я по вашему указу направил их в шахты. Но ниточки тянутся в столицу! Кто-то очень хочет нажиться на ваших планах.
     
      А скорее узнать рецепт пороха! Вот только связки организованной преступности с доморощенными олигархами и Симадзу мне тут не хватало.
     
      - Ладно, отправьте мне отчет, я разберусь. Что по ружьям, пороху и пушкам?
     
      /Центральной фигурой в иерархии якудза является оябун, который примерно соответствует российскому вору в законе./
      / Кабунакама-- разновидность купеческих и ремесленных монополистических объединений в Японии конца, по форме кабунакама напоминали средневековые цеха и гильдии или картели нового времени/
      / Коор-бугё - управляющий городом или провинцией/
      - По пороху выходим на 10 кан в день - первым начал отчитываться Хаяси - После того, как по вашему указу буду запущены ямчужные станы во всех провинциях, ожидаю рост производства в десять раз. Теперь по бездымному пороху. Подвижек, увы, нет.
      - Азотную кислоту - самурай с трудом прочитал название вещества по бумажке, что я для него составлял - Еще удалось выделить. Но с  эфиром глицерина...
      Хаяси развел руками.  
      - В общем, с глицерином работаем. Что касается, бертолетовой соли - главный химик опять заглянул в шпаргалку - тут тоже не все гладко. Пропускали хлор через горячий концентрированный раствор калия, но то ли хлорную известь торговцы привезли плохую, то ли мы что-то делаем неправильно - кристаллизация не происходит.
     
      Плохо! Очень плохо. Что толку от нарезных ружей, если я не могу сделать патрона к ним. Нагар от черного пороха моментально забивает ствол, а это значит, что солдаты после каждого выстрела вынуждены терять время на чистку и пыживание. Нет бертолетовой соли - нельзя сделать капсюли. А это главный элемент гильзы. Нет гильз - о каком прогрессе в военном деле вообще можно говорить? Будущее - за казнозарядным оружием. Но похоже, что это будущее наступит на островах весьма не скоро.
     
      Амакуни также меня расстроил. Темы производства стволов - 30 штук в день. Ни о каком перевооружении полков хотя бы первой линии на мушкеты с ударно-кремнёвыми замками мечтать не приходится. Я хотел к лету, чтобы у меня было хотя бы тысяч двадцать обученных мушкетеров, которые в состоянии делать 2-3 выстрела в минуту. Ага, жди! Кампанию с кланом Симадза опять приходится начинать с аркебузами, который дай бог, делают 1 выстрел за две минуты. Это значит, что огнестрельное оружие - опять носит вспомогательный характер, не может конкурировать по урону с луком и применимо в основном против бронированной конницы. Впрочем, как и гранаты, которые, как мне докладывает Гэмбан, уже успели утечь к Симадза.
     
      Доклад по пушкам я слушал в пол-уха. К июню айн обещает еще две батареи из пятнадцати чугунных десятитифунтовок, если брать за стандарт - английскую систему классификации орудий. С ядрами проблем нет - темпы их литья уже даже опережают потребности (120 ядер на одно орудие). Но второй Хиросимы в этой реальности не случится. Дураков вставать под картечь тут уже нет, а ядрами особого ущерба пехоте причинить нельзя. Тем более тремя батареями, что я буду иметь в начале лета. Я читал, что только во время наполеоновских войн артиллерия начинает играть существенную роль на поле боя. И то, только потому, что новые методы сверления и нарезания пушек, а также заряжания - позволили выстреливать картечь не на 100 шагов, как сейчас, а на 300-400. На что армейская мысль ответила построением пехоты в виде колонн, а не линий, а потом с появлением пулеметов и вовсе начали атаковать в разомкнутом строю.
     
      Мысли метались в голове, как испуганные рыбки в аквариуме. Я выдавливал из своей эйдетической памяти любые сведения, которые могли бы помочь мне здесь и сейчас, с тем уровнем техники, который есть. А есть более-менее нормальные гладкие стволы, дымный порох, чугунные пушки, картечь. Походу, мой сюрприз с пулеметом, которым я хотел озадачить мастеров, накрывался медным тазом.
     
      -- Вот что, ребята... Пулемёта я вам не дам - словами из "Белого солнце пустыни" я подвел итог доклада. Амакуни и Хаяси по-русски не поняли, но привыкшие к моим чудачествам, почтительно промолчали.
     
      Или все-таки дам? В голове что-то забрезжило и принялся быстро черкать гусиным пером по бумаге.
     
      - Сделаем вот как. Посмотрите на рисунок - мужчины внимательно уставились на чертеж патрона в разрезе - Из плотной клееной бумаги делаем цилиндр. Внутрь этого цилиндра кладем порох. Спереди вставляем вот такую острую пулю. Или несколько картечин. Уплотняем, заряжаем...
      - И как порох будет взрываться без затравки? - задал резонный вопрос Хаяси
      - Для затравки в патрон вставляется капсюль - специальный латунный вкладыш с бертоллетовой солью смешанной с толченым стеклом и серой. Боек бьет по вкладышу, стекло концентрирует удар на смеси, она взрывается и поджигает порох. Тот также взрывается и выталкивает пулю вперед. Обратите внимание на то, что гильза уплотняет ствол и газы пороха сильнее давят на пулю, а значит та летит дальше и бьет сильнее.
     
      Самурай с кузнецом многозначительно переглянулись и айн озвучил волнующий их обоих вопрос - И этот секрет, господин, вы также узнали из секретного китайского трактата? Ну того самого, в котором описана тайна порохового огнемета Чэнь Гуя??
      - Это еще не все. Теперь посмотрите на второй рисунок - я решил соскочить со скользкой темы и ковать железо, пока горячо - Это скоростной метатель пуль под названием...
      Имя американского изобретателя Джона Гатлинга я озвучить не мог, поэтому выдумал первое пришедшее на ум - Вулкан.
     
   -   Берем десять мушкетных стволов и свариваем их вокруг вращающегося цилиндра. Крутиться он будет благодаря вот этим двум шестеренкам и вот этой рукояти. Внутри цилиндра ставим ацетиленовую горелку, образец которой Хаяси-сан мне показывал в лаборатории. Вот тут должно находится стальное шило, нагревающееся до красна от горелки. Назовем его бойком. Сверху над цилиндром ставим большой короб с бумажными патронами. Патроны через вот это отверстие под действием силы тяжести падают в ствол. Раскалённый боек протыкает бумагу и воспламеняет порох. Следует выстрел. Поворот рукояти - следующий ствол встает напротив бойка, а из предыдущего ствола через второе отверстие вываливает гильза.
      - Нагар - тут же указал мне на проблему самурай
      - Верно! Для этого увеличивает зазор между пулей и стволом, ведь если То-То-Бах будет выбрасывать хотя бы две пули за один удар сердца, то...
      Японцы открыли рот и уставились на меня круглыми глазами.
      - То такой метатель пуль сметет перед собой любую армию!
     
      0x01 graphic
     
      С армией, я конечно, погорячился. Ручной пулемет Гатлинга делал 300-400 выстрелов в минуту, причем скорость падала как только пулеметчик уставал вращать рукоять, а стволам нужна была замена из-за нарастающего нагара (охлаждались они вращением). Введя в устройство Гатлинга ацетиленовую горелку, я решал главную проблему с капсюлями, к которым мои химики никак не могли подобрать нужное взрывчатое вещество. Было конечно, опасение, что бумажная гильза после выстрела не будет загораться и не сможет правильно экстрагироваться из ствола, но проблему я оставил на совести Амакуни с Хаяси. Пусть сделают дополнительную отводящую пороховые газы трубку продувки стволов или еще как-нибудь включат воображение. Не все же мне на себе тащить весь средневековый прогресс!
     

Интерлюдия I

      Год милостью Божией 1539, вторник, 1 июня
      Каждый раз, когда на душе становилось тяжко и начинало казаться, что Бог отвернулся от людей, Алессандро Фарнезе приходил сюда, в  бывшую домовую церковь Ватикана, построенную Папой римским Сикстом IV. Алессандро, больше известный всему миру как Папа Павел III, знал, что ему осталось недолго ждать встречи с Создателем. Уже и борода вся седая, волосы на голове и зубы во рту можно пересчитать по пальцам обеих рук, отдышка, боли в груди - само бренное тело намекало - скоро. Плоть не жалко. Ведь смерть - это всего лишь дверь в загробную жизнь. Жизнь вечную, райскую. Конечно, только в том случае, если ты жил праведно, не отвергал учение Христа и Его Самого, поступал по заповедям. Безгрешных людей нет и Алессандро не заблуждался на свой счет. Стал кардиналом и епископом благодаря любовным заслугам сестры на ложе папы Борджиа. Уже будучи рукоположен имел собственных любовниц, четырех детей, а теперь уже и внуков. Которых, следуя семейной традиции, точно также продвинул в кардиналы, а сыну Пьетро Луиджи, даже доверил должность гонфалоньера - знаменосца Церкви. Но Фарнезе всегда знал, что этот грех прелюбодеяний и кумовства, очень кстати, итальянский, ему будет Создателем отпущен. А вот что никогда не проститься - это бездействие, леность на поприще Папы римского. Кто высоко стоит - с того много спроситься.
      А ведь так много дел еще не сделано, столько заблудших душ не спасено... Дьявол строит козни, враги Церкви так и норовят ужалить посильнее. Вон, одного такого врага, внутреннего, страшного Микеланджело изобразил на фреске Страшный суд. Это только простаки думают, что великий художник поругался с Бьяджо да Чезена из-за голых тел Апостолов и Спасителя. После чего изобразил Главного церемониймейстера Папы в виде царя Миноса, судьи душ умерших, прикрытого обмотавшейся вокруг него змеёй. Не-е-ет... Змея это намек! Кем прикинулся Дьявол, когда соблазнял Еву в Эдемском саду? Правильно, гадом ползучим.
      Алессандро еще раз взглянул в правый нижний угол фрески. Все так, предатель Бьяджо по-прежнему оттенял собой адское пламя. Именно оно ждет иуду да Чезена. Две попытки отравления, тайные переговоры с императором Священной Римской империи Карлом V о папской тиаре, наконец, прямая измена Христу - сношения с протестантами.
      / Тиара-- тройная корона, отличительный высокий яйцеобразный головной убор, увенчанный небольшим крестом и тремя венцами и имеющий сзади две ниспадающие ленты, который носили папы римские с начала XIV века по 1965 год/
      Павлу III вдруг остро захотелось лично воткнуть кинжал в тощую грудь церемониймейстера и посмотреть, как тот будет корчиться от боли. Но Алессандро не стал бы главой Католической церкви, если бы не умел сдерживать свой гнев. Только раздувшиеся ноздри говорили о его чувствах. Но даже одного взгляда на эти ноздри было достаточно Игнатию де Лойоле, главе ордена иезуитов, чтобы понять те чувства, которые обуревали Павла III.
      - Давно стоишь? - не оборачиваясь к Игнатию, спросил Алессандро
      - Четверть часа как часы на главной площади отбили полдень
      Павел III обернулся и взглянул сверху вниз на Черного папу. Именно так римская чернь недавно стала называть Игнатия. Можно ли представить, чтобы этот худой чернявый мужчина с залысинами и козлиной бородкой был  самым настоящим христовым рыцарем, воином, героем обороны Памплоны, испанской Наварры?? Чтобы к 48-му году своей жизни этот невзрачный низенький баск возглавлял крупнейший католический орден, действующий на территории 43 стран? Полторы тысячи членов, ежегодный оборот двадцать миллионов золотых дукатов!! Свои школы, университеты, типографии, орденские замки и обители, флот и даже войска! Ни один князь, ни один император в Европе, Азии, обоих Америках чихнуть не может, чтобы ему не вытер нос иезуит платком с девизом: "К вящей славе Божьей". Государство в государстве. И вот глава этого государства, прикрыв глаза, рассматривает творение Микеланджело.
      / Баски -- народ, населяющий т. н. баскские земли в северной Испании и юго-западной Франции/
      - Буонарроти Симони явно талантлив, а главное держит нос по ветру. Это ты ему посоветовал изобразить да Чезена Миносом? - поинтересовался, наконец Игнатий - Так сказать заклеймить предателя на века...
      /По преданиям, боги заколдовали Миноса. Греческий царь испускал при совокуплении змей, скорпионов и сколопендр, и все его женщины погибали страшной смертью/
      - Да, был разговор - не стал отпираться Алессандро - Мы вынуждены терпеть этого ставленника Габсбургов в Риме, так пусть же следующий Папа, а может так сложиться, что им станет как раз да Чезена, будет избран под этими фресками. Может рисунки станут напоминанием кардиналам конклава о том, кто такой Бьяджо и чем обернется его папство.
      /Габсбурги -- одна из наиболее могущественных монарших династий Европы на протяжении Средневековья и Нового времени. Представители династии известны как правители Австрии (c 1282 года), трансформировавшейся позднее в многонациональную Австро-Венгерскую империю (до 1918 года), являвшуюся одной из ведущих европейских держав, а также как императоры Священной Римской империи, чей престол Габсбурги занимали с 1438 по 1806 годы/
      - Ну, не будь столь пессимистичен.
      - Я реалист! Наша политика, наша мать Церковь день ото дня слабеет. В Европе реформация. Англию мы уже потеряли. Швейцария, Швеция, Нижние Земли - куда ни ткни, везде пожар. Хуже всего с немецкими княжествами. Если Лютер и его последователи смогут обратить Священную Римскую империю в свою ересь, то это станет началом конца. Католики Южной Европы и Франции обречены.
      /Историческое название Нидерланд (de Nederlanden) - Нижние земли/
      - Ну, пока все не так плохо. Карл V побеждает - покачал головой де Лойола
      - Пока он побеждает на полях сражений. Но главная битва идет за души людей. Ты знаешь, что лютеране в Ульме заканчивают строительство самого высокого собора в Европе? Он уже выше нашей базилики Святого Петра! Разве не это пример силы реформации??
      - Придя же в страны Кесарии Филипповой, Иисус спрашивал учеников Своих: за кого люди почитают Меня, Сына Человеческого? Они сказали: одни за Иоанна Крестителя, другие за Илию, а иные за Иеремию, или за одного из пророков. Он говорит им: а вы за кого почитаете Меня? Симон же Петр, отвечая, сказал: Ты - Христос, Сын Бога Живаго. Тогда Иисус сказал ему в ответ: блажен ты, Симон, сын Ионин, потому что не плоть и кровь открыли тебе это, но Отец Мой, Сущий на небесах; и Я говорю тебе: ты - Петр, и на сем камне Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее! От Матфея стих 16
      - Открой послание Иоанна стих 2: "Дети! последнее время. И как вы слышали, что придет антихрист, и теперь появилось много антихристов, то мы и познаем из того, что последнее время. Они вышли от нас, но не были наши: ибо если бы они были наши, то остались бы с нами; но они вышли, и через то открылось, что не все наши"
      - Оставим теологические споры - Игнатий протянул Алессандро листок бумаги - Я зашел по делу. Ознакомься.
      Павел III оставил к стене папский посох с завернутым как на пастушеских жезлах навершием и погрузился в чтение. Чем дальше он читал документ, тем больше хмурился, а под конец и вовсе сжал бумагу так, что та скомкалась в его кулаке.
      / Папский посох символизирует пастуха (главу Церкви) и стадо (членов Церкви)/
      - Не рви письмо - иезуит попытался забрать пергамент обратно, но безуспешно - Алессандро! Это последнее послание Томаса, я обязан сохранить его в архиве Ордена.
      - Последнее?! Значит отец-инспектор Ордена Иезуитов в государстве Ниппон все-таки погиб??
      - Да. Адмирал Диего Беа прибыл в Неаполь и подтвердил смерть Верде, Доминго Переса и всех служителей миссии в Киото.
      - Ответь мне, просто ответь - заскрипел зубами Павел III - Как наш лучший иезуит позволил себя убить толпе язычников?! Разве не посылали мы вместе с ним в Азию умелых конкистадоров, воинов Церкви? Разве не обращены ниппонские князья в христианство нашими священниками? Не ты ли пять лет назад убеждал меня, что ниппонцы - это не инки и не ацтеки. Не с твоих ли слов пишет Верде: "...Каменных топоров, тут днем с огнем не сыщешь, конные самураи - не чета пешим краснокожим "ягуарам". Средний дайме легко выставляет армию в десять, двадцать тысяч человек. Пять тысяч конкистадоров - а это все, что у нас есть в Азии - только разозлят простых ниппонцев...". Три года назад, во время Верде я предлагал снарядить испанскую эскадру и взять в Азию тысяч десять конкистадоров. После окончания Реконкисты прошло сорок лет. По Испании бродят сотни тысяч безземельных рыцарей. Все эти обедневшие идальго и кабальеро не хотят воевать с единоверцами, короли Португалии и Испании отвергли мой призыв к крестовому походу против османов, но вот завоевания в Новом Свете их привлекают намного сильнее! Теперь Испания - богатейшая страна, благодаря золоту и серебру инков и ацтеков. И именно Католической церкви они обязаны своими сокровищами. Тебе напомнить про Тордесильясский договор?
      - Мне не надо
      - А я все-таки напомню! В 1493 году папа Александр VI Борджия, объявил, что все земли, которые Испания открыла или откроет западнее меридиана, проходящего в 100 лигах западнее островов Зелёного Мыса, должны принадлежать этой стране, а новые земли, которые будут открыты в районах восточнее этой линии -- Португалии. В последствии, португальский король Жуан II сдвинул линию западнее и тем самым выторговал себе Бразилию. Но как оказалось, за Америкой располагается Тихий Океан. И этот океан омывает множество стран Азии. Которые были поделены между Испанией и Португалией Сарагосским договором и еще одной демаркационной линией, проходящей вблизи 145 градуса восточной долготы. В итоге Индия, Китай, Япония - оказались в сфере жизненных интересов Ависской династии. И надо сказать король Мануэл I и король Жуан III выжали из Сарагосского договора все, что только можно. Васко да Гама открывает Индию, а спустя десять лет Афонсу де Албукерки завоевывает у Биджапурского султаната Гоа. Затем Малакку в Малайзии. Фернан Пиреш посещает Кантон и открывает торговые отношения с Китаем, оккупирует Макао
      - Алессандро, я тебя прошу! Избавь меня от своих лекций.
      - Тот, кто знает историю - тот владеет миром. Сейчас миром владеем мы. Но католики не должны забывать, что до нас негоциации с Азией вели арабы. После того, как португальцы выкинули черномазых из торговли пряностями, чаем, шелком, фарфором - что произошло с ними?
      - Империя мавров пришла в упадок все-таки до начала эпохи открытий, но португальское морское владычество, вбило в эмираты северной Африки последний гвоздь. Скоро они вообще исчезнут с географических карт
      - Именно! Это то, что ждет нас, если мы промедлим в вопросе защиты наших азиатских маршрутов. Сейчас церковную десятину в папскую казну платит меньше половины Европы. Наши азиатские доходы сравнялись по суммам с прибылью от покорения Америки и превысили поступления из итальянских княжеств, Франции, Испании... Мы не имеем право потерять Ниппон. Эта страна - ключ к Китаю! Готовь к Вселенскому собору энциклику о крестовом походе против азиатских язычников - благо и повод теперь есть. Начнем с государства Чосон - Томас Верде пишет, что это созревший плод, готовый упасть в наши руки. Затем Япония, Китай, Индия - весь мир должен стать католическим, как завещал Александр VI Борджия!
     
      / Ависская династия -- династия португальских королей (1385--1580)/
     
      / Реконкиста -- длительный процесс отвоевания пиренейскими христианами -- в основном испанцами, каталонцами и португальцами -- земель на Пиренейском полуострове, занятых маврскими эмиратами/
      / Александр VI Борджия - второй папа римский из испанского рода Борджа (Борха). Значительно расширил пределы Папской области, превратив её в одно из крупнейших государств Италии. В то же время скандалы, сопровождавшие его 11-летнее господство в Ватикане, капитально подорвали моральный авторитет папства и приблизили начало Реформации. Ещё при жизни Александр VI был заклеймён как "чудовище разврата" -- якобы сожительствовал с собственной дочерью, родившей ему сына. Недоброжелатели создали ему репутацию маниакального отравителя, "аптекаря сатаны". /
     

Глава 6

     

Если отправился в путь по собственному желанию,

то и тысяча ри кажется одним. Яп. пословица

     
      На следующий день после посещения монастыря Хоккэ, я отправился в родовой замок Тиба. Здесь меня уже ждал брат Хайра, вассалы Арима и Хонда. Тучный Самаза Арима еще больше раздался вширь и сейчас больше напоминал столичного сумотори. Однако, несмотря на проблемы с весом, как я выяснил за прошедший год - этот самурай оказался одним из самых моих эффективных и энергичных помощников. Верфи, лесопилки, канатные мастерские, рекрутские пункты во всех провинциях клана Сатоми, наконец, новые торговые маршруты в Китай и Корею и даже солеварни - Арима везде успевал. Самаза тянул на себе кучу дел и еще умудрялся приходить ко мне с новыми идеями. Заметив, что дайме благоволит ко всем научным начинаниям, самурай просто завалил меня различными проектами. Некоторые из них оказались весьма наивными, вроде создание из бамбука махолетов для сбрасывания на врагов пороховых бомб, некоторые очевидно перспективными. В этот раз на аудиенцию толстяк привел низенького, жилистого корейца по имени Ле Куанг Чунг.
     
      - Как изволите видеть, господин Великий Министр - показывал мне Самаза из окна донжона какие-то странные заостренные железные балки и веревки, сложенные во дворе - Это рабочий инструмент бригады Чунга. Его вместе с родственниками удалось буквально перед самым арестом вывезти из королевства Чосона. Спрятался в трюме торгового корабля и весь путь боялся оттуда высовываться.
      - Поднимитесь - приказал я распростертому ниц корейцу - За что вас хотели арестовать?
      - Я сам, ваша светлость из провинции Канвон - садясь на пятки, принялся рассказывать Чунг - Последние годы живу с семьей в Ханяне. В смысле там живут жена, престарелые мать с отцом, дети. Сам я рудных дел мастер и имею...
     
      Тут кореец замялся, но все-таки продолжил - Имел несколько золотых шахт на реке Туманная. Там-то почти весь год и живу, рублю золотую породу со старшими сыновьями, мою ее, самородки сдаю в казну вана. Приезжаю однажды домой, а там плач. Сосед янбан..
      - Это вроде японских дворян-самураев, но с чиновничьим оттенком - пояснил мне на ухо Арима
      - Схватил моего младшего сына и держит в своем подвале, требует "дать взаймы" четыре сотни лян. Большие деньги, у меня и половины нет. Я бросился в Палату наказаний. Чхампхан, который отвечает за такие преступления, лишь рассмеялся мне в лицо. Оказывается этот янбан его брат.
     
      / Ханяне - название Сеула времен государства Чосон/
      / Высшей фигурой в государственном аппарате Кореи был монарх, носивший титул вана. Сам этот титул -- китайского происхождения, некогда его носили правители Китая из династии Чжоу ( XI -- III вв. до н. э.), но в более поздние времена ванами стали называть правителей более низкого по сравнению с китайским императором статуса, в частности владетелей удельных княжеств в самом Китае и монархов сопредельных стран/
      /Чхампхан - аналог заместителя министра/
     
      Кореец тяжело вздохнул.
      - Я собрал друзей, родственников и мы пошли к воротам злодея, требуя отпустить сына. Янбан высунулся из окна и выстрелил в нас из аркебузы. Чудом ни в кого не попал. Безоружные родичи испугались и разбежались. А на следующий день, я нашел на крыльце отрезанный палец сына.
      На глаза Чунга навернулись слезы, он принялся вытирать их рукавом. Мы с Аримой сделали вид, что не видим и стали вглядываться в окно. Типичный пример государственного беспредела. Один отморозок похищает ребенка, другой его покрывает - пятьсот лет пройдет, ничего не изменится. Нет, в Корее все будет замечательно. И Япония 21-го века - самая безопасная страна мира. А вот Родина моя... Сколько подобных примеров, когда сын чиновника сбивает на машине старушку, а отец его покрывает. Или высокопоставленный педофил растлевает детей, а ему дают условный срок. Сплошь и рядом. И ничего не остается, кроме как брать в руки ружье и отстреливать всю эту расплодившуюся мразь. Дальний Восток эволюционировал от феодального общества к постиндустриальному, а мое отечество семимильными шагами идет в обратную сторону. И феодализм - это еще не финал. До него ведь был рабовладельческий строй!
     
      Кореец справился с собой и закончил рассказ. Развязка этой истории оказалась печальной. Чунг влез в долги к ростовщикам, выкупил покалеченного сына и уехал жить в другой район Ханяна - подальше от соседа-преступника. Очень быстро скатился в бедность, шахты ростовщики отняли за долги, младший сын так и не оправился от потрясения, очень скоро заболел и умер. Отчаявшийся найти справедливость отец поджег дом янбана. Чунга начали разыскивать. Он едва успел вместе с семьей спрятаться на торговом корабле Сатоми. Капитаны моих судов имели список требуемых мастеров и специалисты по горному делу были в нем в числе первых.
     
      Выразив свое сочувствие беде корейца, я распорядился выделить ему подъемные средства и жилой дом в Тибе, после чего начал расспрашивать о профессиональных навыках. Выяснилось, что рыть шахты Чунг умел только одним способом - ударно-канатным. В вырытую лопатами дыру, со специального помоста кидается большое металлическое долото весом около 150 килограммов, которое разрушает породу. Затем долото вытягивается на канате обратно на помост и кидается вновь. Далее в шахту льют воду и вычерпывают смесь воды и породы специальной емкостью с крышкой, закрываемой натяжением веревки. Я прикинул на бумажке цифры и у меня получилось, что на бурение твердых пород требуется 150 литров воды на 1 метр глубины при этом бригада из 6 человек может проходить 7-8 метров в день. Приятный бонус - Чунг владеет основами геологоразведки - различает железный блеск (красный железняк); лимонит (бурый железняк) и другие минералы.
     
      Решили горнорудное дело в Японии сразу ставить на правильной основе. Геологоразведочные бригады составляют карту месторождений, собирают образцы минералов, классифицируют залежи (россыпи, жилы, гнезда и т.п.). Чунг подает властям заявки на разработку, обосновывает смету затрат (сколько нужно денег, шахтеров, леса и т.п.), а также выход сырья. Заодно я навесил на корейца поиск и добычу нерудных полезных ископаемых -- в основном строительных материалов: известняк, песок, глина, гранит и пр. Насколько я помнил, с горючими материалами на островах беда - ни нефти, ни газа. Зато горючие сланцы, торф, каменный уголь - также вполне можно поискать. Расстались друг другом довольные.
     
      Следующий посетитель, дожидающийся в приемной - Хонда Хосима. Самый пожилой и окрестьянившийся самурай в моем окружении. Я почти полгода не видел этого лысого, с кустистыми бровями и мозолистыми руками, японца. Хосима уже несколько месяцев мотается по провинциям и закладывает опытные зерновые станции, с полями и огородами. Еще до запрета христианства, португальские торговцы успели привезти семена овощей (томатов, картошки - благо Южная Америка уже открыта), фруктов, круп и орехов. И вот теперь люди Хосимы все это высаживали, культивировали. Одной из ключевых проблем Японии я считал резкие колебания урожайности основной местной сельхоз.культуры - риса. Один год густо, другой пусто. Понятно, что на урожайность сильно влияет погода. Любые отклонения от оптимального, влажного климата - причем в обе стороны (наводнение, засуха) фатально сказывались на всхожести риса. С этим ничего сделать было нельзя - разве что внедрить страхование посадок.
     
      Но был и еще один фактор, уменьшающий урожаи. Отсутствие севооборота. Крестьяне из года в год в одном и том же месте сеяли одно и тоже. В итоге почва беднела теми веществами, которые рис вытягивал из нее и богатела ядовитыми для риса соединениями - сероводородом, масляной кислотой и проч. Я посоветовал Хосиме внедрить севооборот, когда рис чередуют с бобовыми, арахисом и еще рядом взаимодополняемых культур. Какие-то поля просто выпахивать и оставлять под паром на год. Очень кстати, пришлись новые отвальные плуги, которые сделали в монастыре Хоккэ кузнецы Амакуни.
     
      Конечно, все эти нововведения нужно сначала опробовать на опытных станциях, разработать рекомендации (а еще лучше отпечатать их для уездных управляющих). Создать семенной фонд для тех культур, которых в Японии днем с огнем не сыщешь (те же томаты, картофель...). И только после этого тиражировать удачный опыт в масштабах страны. Вся проблема как обычно упиралась в кадры и деньги. Если со вторым я вопрос тут же решил, увеличив бюджет Хосимы до 100 тысяч коку в год, то откуда брать специалистов было не ясно. Решили открывать сельские школы и ускоренные курсы при столичных университетах, которые и так все дружно запросили дотации, как только Император назначил меня Дайдзёдайдзином. Ну и отлично! Будут меньше учить всякой ерунде, типа гадания по потрохам - больше делу. Прикинув сколько нужно агрономов в масштабах страны, я ужаснулся. Но ради соленых огурчиков, квашенной капустки и жаренной на подсолнечном масле картошечки, да еще посыпанной зеленым лучком - я был готов на все!
     
      В конце нашей беседы Хосима предложил сходить в подвал, где располагался замковый ледник. Почему бы не прогуляться, не размять ноги? Четыре пролета вниз, два поста охраны и вот я в подвале замка. Направо пойдешь - в сокровищницу попадешь (там практически ничего нет - все мои капиталы хранятся крепости Токио), налево - тюремные камеры и кладовые, а вот направо погреб, куда лед доставляют с гор. Один из войнов-псов зажигает факел, Хонда пропускает меня вперед и я захожу внутрь. Мама родная! Вот это рыбина. Передо мной на куске льда лежит голубой тунец размером с корову.
     
      - Сто кан! - с гордостью говорит старик, любовно поглаживая жабры
      Триста с лишним килограмм?! Разве бывают такие чудовища??
      - Купил на рыбном рынке Цукидзи - пояснил Хонда - Три часа торговался. С пятидесяти медных мон цена поднялась до одного кобана.
     
      Сегодня день потрясений. И вот эта, пусть большая, даже гигантская рыбка стоит 15-ти граммовой золотой монеты, номиналом 450 кг. риса?!? Крестьянскую семью год можно кормить на те деньги, что Хосима вкинул на покупку морского чудища, которого даже съесть не успеешь, как он протухнет. Однако порасспросив своего вассала о деталях сделки, я поменял свое мнение. Рыбный рынок Цукидзи - это своеобразный аукционный дом, где самураи соревнуются в крутизне. Нет, шедевры искусства в Японии тоже есть - те же гравюры, раритетные свитки с изречениями Конфуция, Сунь Цзы, но это все доступно и понятно высоколобым аристократам. Простому народу подавай шоу попроще. Сдержанные и вежливые японцы, попав на рыбный рынок, меняются кардинально. Машут руками, кричат, делают ставки по какой цене уйдет тот или иной морской гад - одним словом, развлекаются. Ну, а если рыбаки вылавливают что-то экзотичное, уникальное - то на аукцион тут же съезжается вся округа.
     
      Пользуясь случаем, интересуюсь у Хосимы методами рыболовства, принятыми в провинциях Сатоми. Задай я подобный вопрос Хаяси - он лишь бы поморщился от недостойной дворянина темы, а морщинистое лицо самурая расплывается в улыбке. Хонда знает о рыбалке все. И тут же вывалмывки на меня кучу сведений.
     
      0x01 graphic
     
      В основном рыбная ловля была представлена замётыванием с джонок в воду кошелькового невода, а также конусными вершами из бамбука и ивы. С последними возникла удивительная проблема. В подобные ловушки стали попадать крабы хэйкэгани, узор на панцире которых напоминает лицо разгневанного самурая. Рыбаки боялись выуживать "самурайских" крабов и дело даже дошло до канцелярии бывшего сёгуна. Там оно и застряло на года. В обществе возобладала точка зрения, что подобные крабы стали перерождениями погибших в бою самураев и что можно, а что с нельзя делать с такими перерождениями было не ясно.
      0x01 graphic
      Посмеявшись этому выверту истории - похоже, что подобные крабы будут иметь перед родственными видами конкурентное эволюционное преимущество и скоро здорово размножатся - я попробовал дать Хонде несколько советов относительно рыбной ловли. Например, использовать донные тралы - по сути те же сети, только с грузилами и поплавками. Я даже разрешил использовать для эксперимента один из строящихся галеонов. Достаточно переделать ют под лебедку, которой вытягивают трал и увеличить трюм за счет орудийной палубы. В трюме можно оборудовать такой же ледник, как в замковом подвале. А имея ледник что мешает сделать разделочный цех - сразу солить, вялить рыбу на борту? Получаем выигрыш сразу по многим позициям. Удлиняются сроки рыбалки, доставки продукции... Последнее, что мне пришло в голову - бессетевой лов рыбы на линь с крючками. За борт вымётывается длинная, больше километра траловая дуга с прикреплённой наживкой на крючках, расположенных через каждые 1-2 метра. Для косяков мелкой рыбы подходит мало, зато для таких гигантов как голубой тунец - самое оно.
     
      Моей эксцентричности уже никто из приближенных не удивляется. Хонда внимательно все выслушал и даже записал основные мысли. Напоследок, я предложил вечером устроить суши-пир. Позвать жителей Тибы, замковых самураев. Во дворе разжечь костры, поставить шатры.
     
      - Заодно съедим этого голубого тунца - уже на выходе из покоев закончил я аудиенцию - Или, Хонда-сан у вас были другие планы на эту рыбу?
      - Господин, лучшего способа отпраздновать мою покупку - придумать нельзя - поклонился в ответ самурай.
     
     

Глава 7

     

Красным пропитан белый песок,

Заклинивший 'Гатлинг' скорбно молчит,

Кровавую тризну правит Рок,

Бегут войска, дайме убит.

     
     
      Разумеется, слух о моих кулинарных новинках в харчевне Эдо давно просочился в Тибу. Если в столице Киото уже давно выцыганили рецепты и вовсю трескали суши, сасими, то вот провинция еще отставала. Вроде бы и соевый соус, и хрен васаби, редис дайкон, листья сисо - все это по отдельности известно и давно употребляется японцами в больших количествах. Но вот так, чтобы все сложить вместе, завернуть колбаской в рис, украсить водорослями нори, посыпать икрой, да порезать на дольки - до этого местная кухня самостоятельно, без моей помощи дошла бы только через 5 веков.
     
      К тому моменту, когда я встал за разделочный стол, на котором уже лежало огромное филе тунца - весь двор крепости был плотно забит людьми. Жители Тибы одели свои лучшие, расписные кимоно, женщины сделали красивые прически, самураи щеголяли дорогим, инкрустированным оружием, которое в качестве трофеев в больших количествах попало в мои войска после двух последних сражений. Фонарики тётин создавали интимную атмосферу, горожане и военные перемешались в группах, между которыми сновали слуги с пиалами сакэ. Я приказал выкатить из подвалов несколько бочек этого алкогольного напитка - так что любой желающий мог подойти к импровизированному бару и самостоятельно налить себе аперитива.
     
      Дабы обслужить всех желающих, мне в помощь пришли все повара Тибы, которые надо сказать намного быстрее и слаженнее начали нарезать суши и сасими. Тем не менее, у нашего стола тут же образовалось очередь и каждый считал своим долгом выразить мне свое восхищение блюдом. Казалось в этот день все сословные границы исчезли и самый родовитый самурай спокойно разговаривал с обыкновенным рыбаком, а крестьянин выпивал вместе с управляющим замком. Формат фуршета явно пришелся подданным по душе.
     
      Спустя два часа в центре двора самостоятельно организовался небольшой оркестр. Один музыкант с бивой - нечто напоминающее лютню, двое с сякухати - флейтами, один барабанщик, ну и как же обойтись без сямисэ?на - щипковой трёхструнной мандолины. Ими вооружились две дамы, которых я, кажется, видел в чайном домике при своем первом объезде города. Позади оркестра полукругом выстроились девушки разного возраста - от замужних дам, до самых юных горожанок. Импровизированный хор запел "кунихомэ-но ута" - песню, прославляющую страну. Что-то про чаек, порхающих над широкими равнинами моря, про дым родного очага, про рассветы и закаты над горой Фудзи - одним словом, длинный, немного заунывный гимн Японии.
     
      Одна девушка из хора мне особенно приглянулась. Черноволосая, с высокой грудью и нежными чертами лица. Маленькие ушки, длинная шея, умело подведенные брови. Ее алые губы, выводя слова песни, так и просились к поцелую.
     
      - Как тебя зовут? - спросил я девушку, дождавшись, когда гимн закончится и она подойдет за своей порцией к столу
      - Нуэко - опустив глаза, ответила красавица
      А имя то говорящее! Нуэко - местная птица с громким пронзительным криком. Обычно служит сравнением для громко плачущего или стонущего (!) человека.
      - Ты очень хорошо поешь! Хочешь, я покажу тебе свиток со словами старой песни "кунихомэ-но ута"?
      - Прямо сейчас господин? - стрельнула в меня глазками Нуэко
      А ушки порозовели!
      - Зачем ждать?
      Уже поднимаясь по лестнице в архив вслед за девушкой, и имея возможность убедиться, что и сзади ее фигура обладаем всеми нужными женскими прелестями, я почувствовал сильное возбуждение. Не успели мы войти в комнату, как я обхватил ее сзади, запустил одну руку под отворот кимоно, второй стал задирать подол. Девушка охнула, дернулась, но мой поцелуй в ее незащищённую шею свел на нет зарождающееся сопротивление. Нуэко глубоко вздохнула, застонала и сама обвила меня руками. Мою ладонь наполнила ее правая грудь с напряженным соском, а вот левая рука все никак не могла справиться с нижними юбками. Уже совсем теряя терпение, рванул одежду вверх, что-то треснуло и я, наконец добрался до ее попки.
     
      Девушка встала на колени прямо на пол, куда я смахнул стопку пергаментных свитков, оперлась на ладони и с громким, сладостным стоном отдалась моему мощному порыву. Все кончилось очень быстро и мне показалось, что Нуэко даже не успела испытать оргазм. Пришлось увлечь ее в свою спальню и успокоились мы только после полуночи. А перед самым рассветом нас разбудил тревожный бой замкового колокола.
     
      --------
     
      Принц Ходзуми Сё был недоволен. И это еще мягко сказано! Вместо того, чтобы забавляться с наложницами на женской половине дворца Сюри, пить теплое сакэ и играть в го с друзьями, он в дождь и слякоть вынужден тащится по склону горы. Справа - обрыв в море Эдо, слева - насыпь, камни и извилистая дорога, которую и тропой назвать великую честь оказать. Войны-вако и слуги прорубают в кустарнике проход, но дело идет туго. Темно, мокро, везде мерещатся самураи этого демона Ёшихиро Сатоми.
     
      А ведь как все хорошо начиналось. В первый день месяца сацуки - месяца посадки риса - Ходзуми был вызван во дворец своего отца Сё Хаси. Десять лет назад первый король Рюкю объединил всю Окинаву под своей властью. Княжество Хокудзан ("Северная Гора") пало первым. Быстрым наскоком Сё разгромил войско князя Миката Сами, а самого властелина домена убил в схватке один на один. Вслед за Северной горой последовала Южная - княжество Нандзан. Ходзуми в те годы был еще подростком, но отлично запомнил праздник в честь победы над Нандзаном - с разноцветным китайским фейерверком, настоящими японскими гейшами с Хонсю. Правда, недоброжелатели поговаривали, что своим триумфом Сё обязан помощи японских пиратов-вако, которые ударили в спину "Южной горе" и китайскому золоту (на которое наверняка, и были наняты вако). Столицей всей Окинавы и окрестных островков стала "Центральная Гора" - Тюдзан. А сам Сё Хаси получил от китайского императора Чжу Ди титул вана. С тех пор островные жители зажили если не счастливо, то весьма обеспечено. Все торговые маршруты из Японии в Китай или из Кореи в Японию проходили мимо Окинавы и люди Сё Хаси исправно имели свою мзду. А те торговцы шелком, фарфором или пряностями, которые не хотели платить дань, попадали в руки пиратов, которые получили в бухтах острова отличные базы. Несколько лет назад вако расплодились настолько, что начали нападать и на китайские суда. В результате отношения с новым императором Поднебесной испортились. Китай объявил о политике хайцзин и запретил японским кораблям появляться в своих гаванях. А заодно и судам королевства Рюкю (император Чжу Хоуцун плохо разбирался в княжествах островного соседа). Но нет худа без добра. Китайских торговцев заменили португальцы. Южные варвары не боялись вако. Их огромные черные корабли были вооружены бронзовыми пушками и топили джонки вако с одного залпа. Португальцы привезли ружья, морские компасы, линзы для подзорных труб и еще множество любопытных безделушек. Так Ходзуми первый среди всех сыновей Сё Хаси установил в своем дворце настоящее зеркало. Не полированный бронзовый лист, а подлинный венецианский шедевр. На себя приходили полюбоваться и аристократы Окинавы, и дамы из разных слоев общества. Последним Сё был особенно рад.
     
      И вот вызов отца.
      - Садись сын, - указал на подушку рядом с собой пятидесятилетний король Рюкю. Последние годы Сё Хаси сильно сдал. Много болел - зрачки глаз пожелтели, его мучала изжога и боли под нижними ребрами. Лучшие врачи только разводили руками и советовали молиться богам.
      -Ты следишь за тем, что происходит на островах? - король положил под язык мятный шарик и прикрыл глаза
      - Война у них - пожал плечами Ходзуми - Все как обычно
      - И это наследник престола - горестно вздохнул Сё Хаси - Будущий ван Окинавы!
      - А что не так? - неуверенно поинтересовался "будущий ван"
      - На, почитай, что пишут наши португальские покровители - король протянул сыну свиток письма
     
      Битва при Хиросиме... железные ежи... пушки, картечь. Сражение у форта Киёси... воздушный шар, гранаты... Клятва пяти обещаний... Смерть одного Регента, смерть второго... ух ты!.. сеппука сёгуна из династии Асикага! Дайме Ёшихиро Сатоми, война с кланом Симадза, запрет христианства...Отмена политики хайцзина для торговых кораблей Сатоми. ЗАХВАТ ЧЕРНОГО КОРАБЛЯ!! Вот это да...
     
      Ходзуми потрясенно откинулся на подушку и уставился на отца.
      - В мире такое творится - желчно произнес король - А тебе все забавы с наложницами. Бастардов расплодил...
      - Отец - низко поклонился принц - Я прошу прощения. Сейчас же займусь государственными делами. Можно собрать Тайный совет из самых верных дворян, позвать на него верховного иезуита Хонсю
      - Убили его Регенты. Полгода уже прошло - ухмыльнулся Сё Хаси - Последнее, что успели сделать - так это спалить к демонам всю христианскую миссию в Киото. Так что теперь на островах, у португальцев главный вице-адмирал Алвар Лопес. Вчера от него пришло послание. Он требует
      - Требует?!
      - Скажем так - настоятельно просит направить к берегам полуострова Босо флотилию из 50 кораблей. По его сведениям, рядом с монастырем Хоккэ располагаются завод по производству пушек, ружей. Этот завод нужно срочно разрушить, мастеров взять в плен. В крепости Тиба, гарнизон самураев совсем маленький, всего сто человек. Основные войска Сатоми сейчас добивают Такэда и Уэсуги. И, самое главное - Алвар пишет, что именно в Тибу отвезли все сокровища Черного Корабля!
      - Если мы снимем хотя бы половину вако из прибрежных фортов - стал размышлять вслух Ходзуми - Незаметно подплывем к провинции Симоса, ночью высадимся... где там можно безопасно высадиться?
      - Возле деревни Ава - подсказал Сё Хаси, доставая из ларца карту побережья Хонсю
      - Ага, возле Авы - кивнул принц - Быстрый марш и под утро мы у ворот Тибы. Пяти тысяч солдат будет достаточно, чтобы за сутки взять крепость штурмом, еще двое суток на монастырь Хоккэ... В общем, не вижу особых затруднений.
      - Ну, раз так, то тогда даю тебе на все две недели. Начинай собирать войска и флот.
     
      Первый этап - поход до полуострова Босо, высадка у деревни Ава - прошли без сучка и задоринки. Ходзуми удивился, что в Аве находится большая верфь и никто ему не потрудился сообщить об этом. Три длинных стапеля с уже заложенными португальскими кораблями - уж их то принц мог отличить от японских сэнгоку бунэ и кобай с хороку, две лесопилки на водяном приводе, склады с готовыми деревьями, канатная мастерская... Рядом с верфью располагались казармы на сто человек, но они были пусты. Жители деревни, корабелы и охрана успели укрыться в холмах, пока шлюпки окинавцев в сумерках боролись с отливом.
     
      /Сэнгоку бунэ - большие и дешевые суда гребные, изначально перевозившими рис и сакэ. В дальнейшем пираты вака ставили на них прямые паруса и использовали в качестве абордажных кораблей/
     
      / Кобая с хороку - деревянное легкое судно, команда которых вооружена метательным оружием. Обычно зажигательными снарядами в виде набитых порохом керамических горшков, которые пращой перекидывали на корабли противника/
     
      Надо было торопиться. Ходзуми распорядился оставить засаду в пятьсот человек в деревне у верфи и двигаться дальше. Выслали передовой дозор. После чего пехота выстроилась в колону по 10 человек и двинулась на запад. В распоряжении принца было 3 тысячи мечников и один тайдан копейщиков из объяпонившихся китайцев и корейцев. Большой веры им не было, так что иностранную тысячу поставили в самый конец колонны, а свой штаб принц разместил в аръергаде. Ни лучников, ни обученных аркебузиров Сё Хаси сыну не дал. Чай не на войну идет, в набег.
     
      Пока высаживались, пока строились под начавшимся дождем, да потом по грязи прорубались через заросшие кустарником холмы - почти рассвело. Прибавили ход. Но стоило колонне втянуться в узкое ущелье между двумя отвесными скалами - как раздался громкий взрыв. Земля содрогнулась и над правым пиком поднялось пороховое облако. Из этого облака покатились вниз на дорогу, все ускоряя свой ход, огромные валуны. Жеребец по кличке Туча поднялся на дыбы и пока Ходзуми тянул поводья, пытаясь унять животное, ударил новый взрыв. На сей раз принц смог увидеть огненную вспышку над левой скалой. И оттуда точно также обрушился гигантский камнепад. Пара ударов сердца и обломки утесов достигли колонны. Ходзуми увидел как валун размером с дом смял в кровавую кашу полусотню мечников. Еще несколько камней пролетели прямо перед мордой пляшущей лошади и убили телохранителей принца. Отовсюду слышались крики и стоны, дорогу заволокло пылью.
     
      Ходзуми дернул повод и поскакал прочь от визжащей кучи камней и людей. Вслед за ним, бросив копья и мечи, побежали китайцы и корейцы. Но как только обезумевшая толпа, в которую превратились пираты добралась до поворота, навстречу раздался оружейный залп линии аркебузиров, выстроившихся поперек дороги. Принц криками и ударами меча попытался заставить трусов перестроиться и атаковать жидкую линию стрелков, но все было бесполезное. Бывшие крестьяне и рыбаки, бросали на землю оставшуюся амуницию и садились на корточки, закрывая руками голову. С полсотни бывших пиратов, не попавших под камнепад сгруппировались вокруг Ходзуми и попытались прорваться по обочине. Сын вана вытащил Цуруги -- прямой обоюдоострый меч китайского образца и дал шпоры жеребцу. Туча громко заржал и рванул вперед.
     
      Наперерез отряду пиратов выскочили конные самураи в сиреневых доспехах, а во главе их скакал сам дайме с рогами на красном шлеме и маской в форме личины демона. В его руках сверкал изогнутый меч-тати, а позади лошади развевалась накидка-хоро с желтой хризантемой. Дайме первым достиг отряда пиратов и врубился прямо по центру. Искусно управляя лошадью, он успевал отмахиваться сразу от нескольких пиратов, ссаживая на землю конных и топча пеших. Аркебузиры успели сделать еще один залп, уполовинивший вако, и тоже бросились вперед, обнажив мечи.
     
      Очень скоро Ходзуми стало не до руководства боем. Прорубив себе дорогу, на него буквально вылетел дайме. Принц развернул коня боком и попытался достать японца длинным выпадом. Увы, китайский меч оказался короче тати и выпад был легко отбит. Еще несколько неудачных атак после которых руку сводило от боли, и вот демон в красном шлеме прижал свою лошадь вплотную к Туче. Клинки также оказались скрещенными. Тогда Ходзуми бросил поводья и выхватил из-за пояса фамильный кинжал. Укол левой рукой в шею, но дайме успевает отбить металлическим наручем и обратным движением, просто, без затей бьет стальным кулаком в незащищенную голову принца. Окружающий мир взрывается вспышкой, начинает быстро-быстро вращаться, Ходзуми роняет меч с кинжалом и падает с лошади на землю.
     

Глава 8

Единственный зафиксированный случай соприкосновения

российских казаков и японского ниндзя хранится в архивах

Новочеркасского музея. 'Третьего дня сотня стояла во

второй линии охранения, отчего было дозволено готовить

пищу и разводить костры. В девятом часу пополудни на огни

костров вышел странный японец. Весь в черном, дергался и шипел.

Есаулом Петровым оный японец был ударен в ухо, отчего

вскорости помер' Из книги Данилова и Дмитриева 'СБОР'

     
     
     
      Как известно, хорошие дороги - это признак цивилизации. Но иногда для цивилизации благо и плохие дороги. Так и получилось в моем случае. Набег пиратов застал клан, что называется со спущенными штанами. Десятитысячная армия, возглавляемая сыном и отцом Абе громит дайме Морикиё из дома Асина на севере. Еще два войска под командованием Танэда Цурумаки и Таро Ямада действуют против кланов Такэда и Уэсуги на западе. Моя палочка-выручалочка, фельдмаршал Сатоми Симадзумо Хиро вместе с пятьюдесятью тысячами самураями сторожит Центральную Японию и столицу Киото. А что же на востоке? Полицейские силы в городах, да небольшие замковые гарнизоны, эффективные разве что против банд разбойников. И когда мне ночью сообщают, что враги высадились на полуострове, взяли деревушку Ава и двигаются к Тибе - только присутствие девушки в постели удержало меня от панических телодвижений. Взгляд Нуэко был преисполнен такой верой в меня, что мозги невольно начали думать в нужную сторону.
     
      Хорошо, войск нет, а что есть? Пушки? Нет артиллеристов. Аркебузы? Стрелков кот наплакал. Зато есть порох и его много. Можно сделать мины. А еще лучше фугасы! Я попросил дать мне карту и через пять минут, нашел, то, что нужно. "Две сестры". Название практически одинаковых скал по пути в замок.
     
      - Срочно седлать лошадей - я был готов прыгнуть в седло голым
     
      Мы успели буквально впритык. Если бы не темнота, дождь и отсутствие нормальных дорог - вако были бы под стенами Тибы уже через сутки после высадки. Пока враги десантировались, да продирались сквозь заросли акации, украшающие прибрежный пейзаж, воины-псы с помощью веревок забрались на скалы, подняли бочонки с порохом и заложили две мины. Я боялся, что огненное зелье может отсыреть или пороховая дорожка к мине не вспыхнет, но все прошло штатно. Два мощных взрыва, гигантский камнепад, похоронивший под собой большую часть войска, паника... Все, что осталось сделать замковой сотни - это добить островки сопротивления и согнать пленных, которых оказалось неожиданно много, на один из уединенных пляжей полуострова. Для меня тоже нашлась работенка - я схватился лицом к лицу с принцем Ходзуми. Он продемонстрировал все что мог, однако ни хитрые финты, ни ориентация на китайское оружие и доспехи не прибавило ему очков в нашей схватке.
     
      Я опасался, что оставшиеся в деревне Ава пираты сожгут верфь, но как только до засады добрались первые беглецы, вако спешно начали грузиться в шлюпки и галеры. Нам достался весь обоз с припасами, и некоторое количество брошенных судов, в основном малой осадки. Но главная головная боль - это тысяча с лишним корейцев и китайцев, которых мы захватили в плен. Пока они все послушно сидели на корточках на пляже - проблем не было. Но что же делать дальше? Чем их кормить, как охранять?
     
      За дополнительными войсками я тут же послал, а занятие пленным придумал, к моему удивлению один из полусотников - бывший ронин Мики Хиратэ. Тот самый, на чьем судебном разбирательстве я негласно поприсутствовал после взятия Эдо. Надо сказать, что Мики все-таки расплатился со мной за долг в четверть коку и вообще показал себя надежным, инициативным командиром. Так вот Хиратэ предложил силами китайцев и корейцев делать дороги! Да, да, те самые кровеносные жилы государства. Пусть пираты отработают свой набег трудом на благо Японии. Центральному острову давно пора обзавестись хорошими дорогами. Начать можно с полуострова Босо - благо он обзавелся новой каменоломней. Для начала хватит камня из устроенного обвала. В дальнейшем можно взорвать правую Сестру, которая дала трещину.
     
      Шестеренки в моей голове сразу защелкали. Нужны землемеры, камнетесы, повозки для транспортировки плит. Дороги надо обязательно строить по римскому образцу. Сначала насыпь с водоотводными канавами по бокам. На насыпь кладутся необработанные каменные блоки с щелями для дренажа - это фундамент. Сверху фундамента - щебень или песок. И наконец, ровные плиты из песчаника или гранита. Обязательно сопутствующие сооружения. Дорожные указатели, мильные камни с указанием расстояния до столицы, харчевни и гостиницы, почтовые станции и заставы по типу тех, которые сейчас есть на тракте Токайдо. Решено! Начинаем масштабное дорожное строительство. И пусть в Японии крайне трудно прокладывать тракты, особенно в горной пересеченной местности (нужно рубить туннели, укреплять склоны от оползней) - другого способа занять пленных я не вижу. Хватит отрубать головы поверженным врагам. Их головы, а также руки и спины еще могут послужить стране. И, разумеется, главным на этот проект я назначил Мики Хиратэ. Инициатива - наказуема!
     
      --------
     
      Увы, тема с головами не закончилась так быстро, как этого хотелось бы. По возвращению в Тибу меня ждал курьер. Молодой самурай привез из Киото сумку с корреспонденцией и лакированный ящик со странным, сладковато-гнилостным запахом. Уединившись в кабинете, я отложил письма в сторону и первым делом открыл ящик. Лучше бы я этого не делал. Насаженная на колышек и обсыпанная солью на меня таращилась голова плешивого старика. Его глаза были открыты, изо рта вывалился почерневший язык. Я тут же отбросил эту мерзость прочь, но потом собравшись силами все-таки водрузил ларец обратно на стол. Рядом с головой была вложена бумажка с иероглифами. Я развернул ее и прочитал "Морикиё Асина".
      Совсем недавно я вспоминал об этом дайме, объявившим войну моему почившему тестю, и вот Морикиё, вернее его часть, самая важная часть - у меня на столе. Порывшись в сумке с корреспонденцией, я наше сопроводительное письмо Хотта Абе. Мой вассал, глава школы войнов-псов сообщал мне, что кампания против клана Асина закончена. Войска разгромлены в двух сражениях, взяты штурмом три замка, дайме и его дети убиты. В подтверждение смерти Морикиё - генерал посылает мне его голову, срубленную во время церемонии сэппуки. Абе считает Морикиё "хара-но курой хито" -- "человеком с чёрным животом". Другими словами очень плохой личностью, недостойной перерождения. Глава семьи перед падением замка лично удавил своих четверых детей и зарезал жену с наложницами. После чего вспорол себе живот.
      Я позвонил в колокольчик и приказал слугам принести чаю. Подумав, добавил в заказ сакэ. А еще через пару минут попросил заменить сакэ на спирт, гнать который из браги недавно научился Хаяси-сан. Еще в прошлом году я подсказал ученому идею перегонного куба состоящего из испарительной ёмкости и конденсатора-охладителя, которые соединены между собой наклонным патрубком. С помощью костра брага в кубе нагревается. Образовавшийся пар по патрубку попадает в конденсатор, где происходит его охлаждение. Полученный дистиллят стекает в приёмную ёмкость и на выходе мы имеем этанол или винный спирт. Конечно, это был не чистый этанол, а что называется спирт-сырец, другими словами самогон. Для получения чистого продукта нужна ректификационная колонна со сложной системой патрубков, регуляторов отбора фракций, наконец, термометром. А с ним у нас вышел затык. Для жидкостных термометров требуется тот самый чистый спирт, которого нет, либо ртуть, которую все никак не могут достать торговцы по моему заказу. Хаяси попытался сделать термоскоп Галилея из стеклянных шариков и трубки с водой. К сожалению, уровень воды в трубке зависел не только от температуры, но и от атмосферного давления, что не позволяло точно судить о тепловом состоянии вещества или жидкости. Впрочем, самогон у Хаяси получался отменный, а последние партии, которые он наловчился чистить от примесей угольными фильтрами - так и вообще выходили замечательными. А это то, что сейчас мне нужно!
      Еда не пойдет, а вот выпить - самое оно. Читаю письмо дальше. Провинция Фукусима отныне принадлежит мне, Абе уже назначил в нее управляющих из тех самураев, что отличились во время сражений. Спрашивает мое мнение относительно кадровой политики. Раздавать гражданские посты военным - не самая лучшая идея, но это оставим на потом. Хотта-сан извещал, что в ходе преследования некоторых асина, полки Сатоми подошли вплотную и даже зашли на земли клана Датэ. В частности в провинции Мияги и Узен. Однако никаких препятствий князь Масамунэ Датэ не чинил и более того, лично прискакал заверить Абе в наилучших намерениях. В ходе праздничного пира, устроенного в честь победы над врагами, северный дайме сватал свою среднюю дочь за сына Хосокава Абе. Девушка овдовевшему этой зимой парню глянулась и Хотта-сан испрашивал мое согласие как сюзерена на брак. Заканчивалось письмо просьбой о возвращении войск домой - делать им на севере было уже нечего. К письму генерала было приложено несколько листков с текстом клятв верности самураев клана моей жены Сатакэ, а также новоназначенных управляющих землями бывшего клана Асина. Их я бегло просмотрел и отложил в сторону.
      Мой взгляд невольно вернулся к голове Морикиё Асина. Как этот человек стал моим врагом? За что ему отрубили голову? Можно ли приговаривать людей к смерти даже ни разу их не видев? А убивать своих детей? Я выдвинул из шкафа архив Сатоми и достал карточку клана Асина. Информацию о всех более-менее значимых аристократах страны мой секретарь начал собирать еще прошлым годом. К лету накопилось много сведений. Морикиё Асина, 49 лет, унаследовал клан от брата, которого конь ударил копытом по голове. Женился в 45 лет на Ая Умакай (вот почему дети так поздно появились). В карточке не было указано, из какой семьи Ая, зато приводилось множество рассказов о странных выходках Морикиё. Во время одной из битв один из его вассалов был ранен и дайме посоветовал ему выпить смесь лошадиного навоза с водой. Самурай отказался, тогда князь первым отпил "лекарство" и показал пример смущенному воину. Тот разумеется, присоединился к сюзерену и в моем архиве было специально помечено, что после употребления зелья самурай выжил.
      Не знаю почему, но эта глупость как то примирила меня со смертью Морикиё Асина. Никто из нас не свободен в своих поступках. Как писал Спиноза "Люди лишь по той причине считают себя свободными, что свои поступки они сознают, а причин, их вызвавших, не знают". Асина выбрал сторону Регентов и не мог поступить иначе. Слишком мелкий клан, слишком мало возможности влиять на свою судьбу. Я тоже не мог за спиной оставить врага. У меня и так их пол-Японии числится.
      Слуги принесли самогон и следующее письмо я уже открывал в более приподнятом духе. А зря. Фельдмаршал Симадзумо Хиро сообщал, что в центральной Японии началась эпидемия чумы. Болезнь затронула провинции Ямато, Оми и еще несколько княжеств. За сухими, официальными строками отчета о предпринятых мерах маячило искреннее беспокойство, т.к. отельные случаи заболевания появились и в столице. Первым делом, Хиро-сан распорядился о строжайшем карантине. Все дороги были перекрыты заставами, войска выведены в летние лагеря и рассредоточены вокруг Киото. Вслед за карантином, фельдмаршал просил моего разрешения вызвать в столицу нашего главного врача - Акитори Кусуриури. Вместе со всеми докторами, которых он успел подготовить за последние полгода.
      Срочно пишу в Токио Акитори-сану послание. Самогон ударил в голову и правильно выводить тушью иероглифы стало сложно. В седзи просунулась голову самурая и спросила, желаю ли я сегодня видеть Нуэко-сан? Ах, она уже сан! Вчера еще была тян. Однако быстро слухи разносятся по замку. Я попросил не беспокоить меня и позвать Сабуро.
      /Сама -- самый уважительный суффикс. Употребляется по отношению к людям, старшим по возрасту, должности и так далее; сан -- уважительное нейтральное обращение; кун -- суффикс для более близких знакомых мужского пола, обычно употребляется среди одноклассников или коллег по работе равного ранга; тян -- самый мягкий суффикс, используется при очень близком знакомстве, в основном при обращении к девушкам и детям/
      Оказывается мой секретарь уже ждал меня в соседних покоях. Я отбрасываю недописанное письмо, напрягаю свою память на предмет читанного или слышанного о чуме и начинаю диктовать.
      - Первое. Срочное послание почтовыми голубями всем коор-буге всех провинций, крепостей, уездных уделов. В связи с эпидемией чумы запретить сроком на месяц любые передвижения торговцев, паломников, монахов, бродяг по подведомственной территории. Тоже самое в отношении кораблей в портах. На тракте Токайдо и второстепенных дорогах установить карантинные пункты. Копию приказа отправить генералам Хотта Абе, Танэда Цурумаки и Таро Ямада. Второе. Письмо Акитори Кусуриури. "Конничи-ва Акитори-сан! До меня дошло письмо, сообщающее о пришедшей к нам из-за океана с кораблями гайдзинов страшной угрозе - болезни, именуемой ими пистес или черная смерть. Как вы можете знать из хроник эпох Кэмму и Муромати - эта страшный недуг является к нам с материка и от него умирают девять из десяти заболевших. Бороться с пестисом не умеют ни в Китае, ни в южных или северных странах. Посему повелеваю срочно выехать со всеми учениками в Киото. Как вы уже слышали в столице и окрестностях появились заболевшие пистесом. Это заболевание, передается от человека к человеку через воздух. Однако мало оградить пациентов от контактов со здоровыми людьми. Основные переносчики пистеса - грызуны и блохи. После укуса зараженной блохи у людей на месте укуса возникает на коже пузырек, наполненный гноем, который в дальнейшем отравляет все внутренние органы, включая легкие. В легких появляется пенистая кровавая мокрота, которая выкашливается на окружающих, заражая их. Если быстро не выявлять пузырьки и не направлять инфицированных людей в особо предназначенные для содержания больных пункты, которые следует организовать в каждом районе - то скорость распространения болезни значительно возрастает. Заклинаю вас не пытаться использовать древние методы лечения, на которые вас будут склонять местные врачи. Ни настойка на змеях, ни прижигание пузырьков не помогают в лечении черной смерти. Я знаю о ваших опытах с плесенями и успехах в вопросе выращивания дыни под эти лечебные плесени на аптекарском огороде, однако сейчас наиглавнейшей задачей считаю обеспечение карантина. Даю вам максимальные права в этом вопросе вплоть до подчинения всех вооруженных сил в районе Киото. Требую жестко пресекать все скопления людей, включая религиозные шествия, молебны, а также дворцовые приемы и празднества. Соответствующие приказы направляю голубем Хиро-сану. Кроме устройства карантина хорошим способом борьбы с болезнью являются баня и прожарочные пункты. Всю одежду людей, которые контактировали с больными следует несколько часов прогревать на железных листах. Таким образом, погибнут зараженные блохи. Можно также использовать кипячение в чанах. Тела умерших надлежит сжигать как можно скорее, даже без соблюдения надлежащих ритуалов ибо они так же могут распространять болезнь. Для борьбы с крысами и мышами - используйте опыт местных властей по разбрасыванию отравленных приманок. Прошу вас и ваших учеников неукоснительно заботиться о собственном здоровье, носить шелковую повязку на лице и каждый день посещать сэнто и паровые бани, мусибуро! Да поможет, вам боги Аматерасу, Окунинуси и Бисямонтэн!!"
      /Сэнто -- японская общественная баня. Особенностью сэнто является обязательная последовательность процедур -- посетители бани предварительно моются в отдельном помещении и только после этого переходят в бассейн с горячей водой/.
      Сабуро еле поспевал за моей мыслью и я сделал паузу. Вроде все правильно расписал. Но чего-то не хватает! Поставки еды в зараженные области, чтобы оттуда не бежали больные? Непременно. Деньги? Сейчас же дам указания клановым казначеям Токио и Киото выдать "моему онищенко" все нужные суммы. Письмо Императору о грозящей опасности? Обязательно! Сабуро составит в самых вежливых и изысканных выражениях. Однако какое-то чувство неправильности происходящего не оставляло меня. Из глубины души поднималось стремление в этот тяжелый час быть вместе с моим народом. МОИМ?? Во оно как михалыч... Неужели за этот год я окончательно объяпонился и считаю жителей островов своими? Променял, понимаешь, родину, белые березки, Ивана Грозного и взятие Казани на азиатов "с раскосыми и жадными очами". Впрочем, когда Блок писал своих Скифов, он то как раз имел в виду пушкинское "поскреби русского - найдешь татарина".
      Мои раздумья прервал вопросительный взгляд секретаря, который уже успел не только все написать, но и разогреть на свечи воск для княжеской печати.
      - Вот что, Сабуро-сан - я все-таки решился - Добавьте в письма, предназначенные Акитори Кусуриури и Симадзумо Хиро, что я сейчас же выезжаю в Киото.
     

Глава 9

Мильоны - вас. Нас - тьмы, и тьмы, и тьмы.

Попробуйте, сразитесь с нами!

Да, скифы - мы! Да, азиаты - мы,

С раскосыми и жадными очами!

А. Блок

      Понимал ли я на что подписываюсь, отправляясь в Киото? Понимал и очень ясно. Шансы заболеть чумой, а заболев, умереть - весьма велики. И это обесценило бы весь мой труд и труд соратников за последний год. Смерть дайме Сатоми тут же подведет черту подо всеми начинаниями, исследованиями... Япония будет завоевана кланом Симадза или еще каким-нибудь сильным родом аристократов. Самураи не будут долго заигрывать с христианами и очень быстро выставят их вон. Слишком уж отличается цивилизация европейцев от обычаев и культуры японцев. Это значит, что история вернется на круги своя - триста лет изоляции, командор Перри, революция Мейдзи, догоняющая милитаризация общества, война сначала с Кореей и Россией, потом Китаем и Штатами, ядерная бомбардировка Хиросимы и Нагасаки, миллионы погибших, искалеченных...
      / Мэттью Кэлбрейт Перри -- военный и политический деятель США, офицер и коммодор Военно-морских сил США. Успешно провел дипломатическую миссию в Японии (1852--1854), которая завершилась подписанием Канагавского договора, первого соглашения между изоляционистской Японией и США. В американской историографии традиционно оценивается как лицо, открывшее Японию Западному миру/
      Проблема была также в том, что пожив на островах, я сильно изменился. Западный эгоцентризм постепенно сменился в моем сознании средневековым корпоративизмом. Не все зависит от меня, мир не крутится вокруг моей персоны, все более-менее важные дела делаются сообща. Кроме того, я достаточно трезво относился ко всему тому "прогрессу", что мне удалось устроить. Ну, подтолкнул я немного вперед медицину, оружейное дело, кораблестроение... Производство железа вышло на новый уровень, появились зачатки химии, начата реформа образования и административного устройства, армии. Но приди к власти Симадза, первые кого вырежут самураи юга Хонсю - это мои сподвижники. Все носители знаний - айн Амакуни, доктор Акитори, химик-самоучка Хаяси - пойдут под нож. А уж прирезать гайдзина Джона Фарлоу сам бог велел. А ведь это почти весь небольшой налет цивилизации на огромном пласте средневековой дикости и невежества.
      Однако, размышляя над поездкой в чумной Киото, я понял, что вопрос стоит еще глубже. А насколько вообще велика роль личности в истории? Взять, например Колумба. Если бы он не нашел инвестора в лице испанской королевы Изабеллы, которая по слухам ради экспедиции заложила свои драгоценности - была бы открыта Америка? Ведь Христофор обошел пять дворов и был послан почти всеми европейскими монархами. Но если вспомнить, что весь 15-й век, испанские и португальские моряки последовательно ходили вдоль побережья западной Африки, открыли Азорские острова, Канары, Мадейру - ситуация выглядит несколько иначе. Южная Европа жила в состоянии сжатой пружины. Если бы не Колумб, был бы Кабот, Васко да Гама, Америго Веспуччи и еще десятки исследователей. Между открытием Америки и первым кругосветным плаванием прошло всего 30 лет! Мореплаватели буквально в очереди стояли, ошивались у дворцов королей, выпрашивая финансирование, изобретали навигационные приборы... Первую астролябию придумывают арабы в 11-12 м веках, еще сто лет она добирается до Европы, потом два века европейцы пользуются импортным приборами, и вдруг в 15-м веке, бац, создают собственные, компактные и удобные в плавании по океану. Что случилось то? Неужели дело не в людях, а в случайном техническом прогрессе? Накапливаются по мелочи шальные открытия, количество переходит в качество и вот уже Колумб рассекает Атлантику на каравелле - первом корабле, на котором можно предсказуемо переплыть океан.
      Да, бросьте! В 14-м веке китайский мореплаватель Чжэн Хэ строил гигантские корабли - 130 метров в длину, 19 000 тонн водоизмещения. Семь экспедиций по всей Юго-Восточной Азии, 250 судов! Индокитай (государство Чампа), Ява (порты северного побережья), Малаккский полуостров (султанат Малакка), Суматра (султанаты Самудра-Пасай, Ламури, Хару, Палембанг), Цейлон, Малабарское побережье Индии (Каликут), Япония, Мальдивы, побережье Персидского залива (государство Ормуз), побережье Аравийского полуострова (Дофар, Аден), восточное побережье Африки (Барава, Малинди, Могадишо) - Колумб и К. отдыхают! И что в итоге? НИЧЕГО! Зеро. Официальная цель экспедиций (формальное признание вассальной зависимости заморских правителей от Поднебесной) - не достигнута. Неофициальная (поиск сбежавшего императора Чжу Юньвэня, чей трон был узурпирован дядей) - также по нулям. В итоге корабли разобраны, документы сожжены, программа плаваний свернута.
      А ведь китайцы за век до Колумба вполне могли открыть Америку. Приплывает, значит Чжэн Хэ, к ацтекам. А там ритуальное жертвоприношении в разгаре. С пирамид сыплются отрубленные головы, одурманенный грибочками жрецы выдавливают кровь из вырванных сердец прямо на паству. А Чжэн Хэ им значит говорит: "Нихао ацтеки! Великий император Чжу Ди милостиво разрешает вам стать его вассалами и дарит малую нефритовую печать с драконом! Ура, товарищи!".
      Если дело не в технологиях, и не в людях, тогда в чем? Почему научный прогресс, как явление появился именно в Европе и именно эта часть света стала эталоном для всего мира? Отчего именно англичане, французы, испанцы и прочие немцы выиграли к началу 20-го века историческую гонку? Ведь на какую страну мира не взгляни, все более-менее успешные общества либо европейские, либо производные от европейских, либо модернизированы по европейскому образцу! А ведь какие шансы были у тех же арабов.
      Все ништяки, какие были у Европы к началу эпохи Великий Открытий, были и у арабов, причем на два века раньше и в разы больше. Какие имена! Ибн аль-Хайсама - родоначальник оптики. Математик Аль-Хорезми - изобретение десятичной системы счёта, дробей, тригонометрических функций. Астрономия - ат-Туси и ибн Аль-Шатир - идея о возможности вращения Земли по своей оси (Коперник при открытии теории о гелиоцентрической солнечной системе воспользовался их трудами), крупнейшая Марагинская обсерватория. Химия - Джабир ибн Хайян. Открыл все виды кислот, включая хлоридную, азотную, лимонную, уксусную и винную. Медицина - Аверроэс, Авиценна - эти имена не нуждаются в рекламе. Промышленность: создание мыла, часов, стекла, духов, ковроткачества, использование силы ветра и воды для механизации процесса производства. Сельское хозяйство - севооборот, новые сорта сельхоз культур (рис, хлопок, сорго, свекла, цитрусовые). И что опять на выходе? Деградация, упадок, ярлык стран "третьего мира".
      Религия, идеология? Опять мимо. Те же арабы в 12-м веке имеют отличную агрессивную религию, призывающую к экспансии. Любой человек любой национальности может стать членом мусульманской уммы. Достаточно сказать шахаду - "Свидетельствую, что нет Божества кроме Аллаха, и ещё свидетельствую, что Мухаммад -- Посланник Аллаха" и добро пожаловать в объединённый исламский мир.
      Значит все-таки "ружья, микробы, сталь"? Еще в бытность студентом я прочитал знаменитую книгу Джареда Даймонда, суть который коротко можно изложить следующим образом. Чтобы конкретное общество, народ получил историческое преимущество над другими - ему должно повезти сразу во многом и надолго. Сложный (но не неприступный для культурной диффузии) рельеф, разнообразный климат, горы и равнины, полуострова и острова, - вообщем географическое многообразие, которое с одной стороны препятствовало бы появлению одной закостенелой континентальной империи, а с другой все народы жили бы рядом и множество государств конкурировало друг с другом. В этой борьбе происходил бы отбор сильнейших - обмен злаками, домашними животными, научными открытиями, вирусами (а значит и иммунитетом). Да и просто групповой отбор через войны. Одним словом, эдакий питательный бульон, в кипении которого появляется самый закалённый и технически подкованный. Переболевшие чумой и оспой европейцы, вооруженные ружьями и экипированные железными кирасами, на одомашненных лошадях, да еще с прошедшей суровый отбор религией - легко выносят ацтеков и майя, жителей тропических островов, индейцев Северной Америки, негров западного побережья Африки, индусов и наконец, аборигенов Австралии. Китайцы и японцы сопротивляются дольше, но в итоге и они тем или иным образом встают на рельсы европеизации. Если не культурной, то для начала технической. Вот такой эколого-географический детерминизм.
      Исходя из концепции Даймонда никакой прогрессор-попаданец куда бы то ни было - погоды не сделает. Как не напрягайся, а регулярную диффузию новых вирусов для обеспечения иммунитета японцев я обеспечить не могу. Культурный обмен (Китай, Корея) также весьма ограничен - острова то к континенту не подвинешь. А это значит, что в плане заимствований на ДЛИТЕЛЬНОЙ перспективе японцы значительно проигрывают китайцам, а уж тем более европейцам. И даже если я подстегну прогресс в некоторых областях (увы, нельзя объять необъятное), французы, англичане и испанцы все-равно будут иметь историческую фору. Отставание может произойти не сразу. Технический рывок обязательно должен быть поддержан длительным освоением достигнутого. Проживи я хоть 80-лет и доведя прогресс хотя бы до пенициллина, гаубиц, парового двигателя и публичных библиотек/школ - кто все это будет вывозить и подстегивать после моей смерти? Кто будет рассчитывать размеры шкворневых соединений для кривошипа парового мотора? А как насчет диаметра маховика золотника, без которого невозможно передать силу пара на колеса? Что будет делать машинист, если вместо пара в цилиндр попадет вода? И не будет ли этот самый машинист запускать двигатель без прогрева? Выходит, что научное открытие сделать мало - надо, чтобы кто-то его еще правильно эксплуатировал. В противном случае, власти посмотрят на разорванный паровой котел, валяющихся вокруг него раненых и убитых машинистов и недрогнувшей рукой зарежут любое перспективное направление. И будут правы! Перевозить грузы может и лошадь, зато у нее не взорвется котел. Да, и в эксплуатации животное будет подешевле, особенно на начальном этапе.
      У теории о ригидности истории есть еще один важный аргумент. Из разряда генетики. Еще в 19-м веке в европейские головы начал приходить вопрос: "А почему мы такие крутые, а с остальными народами выходит такая засада?". Этот вопрос легко трансформировался в различные идеологии, типа фашизма. Дескать, белая раса по своей природе более продвинутая, чем те же негры, азиаты... Однако ученые никаких расовых отличий в интеллекте, обучаемости, продуктивности мышления, объеме памяти, способности к анализу и абстрагированию - не нашли. Биологи знают, что любая популяция, получившая генетические преимущества по таким значимым факторам, немедленно кроет как бык корову всех окружающих и образует новый биологический вид. Главный признак видообразования - это репродуктивный барьер. Которого, как мы знаем, нет между белыми, негроидной расой, или азиатами. Люди из любых, даже географически отдаленных и изолированных мест, с любым цветом кожи и формой волос, могут без препятствий скрещиваться друг с другом, а метисы ничуть не уступают в выживаемости своим родителям.
      Хорошо, сказали генетики. Может быть тогда речь идет не о сильных различиях, а о мелких? Которые, однако, в нужный момент могут оказаться вовсе не такими мелкими. Если психика человека во многом определяется биологией (например, наличие VR-аллели увеличивает вероятность тревожного расстройства), то вполне рационально предполагать, что для разных народов и цивилизаций существует наследуемая психическая специфика. Конечно, огромную роль играет культура, образование и получаемый в ходе жизни опыт, но это касается конкретного человека. А в своей массе генетические особенности могут проявляться у множества поколений. И такие особенности были найдены. Связаны они с балансом между инстинктом самосохранения и поисковыми программами поведения. В разные периоды истории, среда может благоприятствовать либо стратегии "сиди и не высовывайся", либо стратегии "хватай, что не просят и жри что ни попадя". Данный баланс постоянно находится в динамике. Все перегибы отсекаются отбором - слишком любопытные погибают, слишком осторожные вымирают. Можно ли предположить, что в конкретных популяциях, в результате особых средовых условий, возможно смещение баланса инстинктивного поведения в ту или иную сторону? Для себя на этот вопрос я отвечаю утвердительно.
      Исходя из подобной концепции, становится понятным "охранительная" стратегия тех же китайцев - отгородится от всего мира стеной и считать себя пупом земли. Импульсивная агрессивность европейцев - также скорее всего получила поддержку на уровне отбора и генетического дрейфа.
      / Дрейф генов или генетико-автоматические процессы -- явление ненаправленного изменения частот аллельных вариантов генов в популяции, обусловленное случайными статистическими причинами./
      Если подобная теория верна и с генами "не поспоришь", то для того, чтобы раскочегарить наследственность японцев, сделав ее восприимчивой ко всему новому, необычному - нужны столетия войн, краж достижений, обмена вирусами... Европа шла к своим колумбам начиная с эпохи варварства и крушения Рима. Полторы тысячи лет неустанного движения вперед, несколько эпидемий Черной чумы, сотни опустошительных войн, Малый ледниковый период понадобились европейцам, чтобы получить к 15-му веку тот особый, "прогрессивный" генотип, с которым сейчас толпы немытых испанцев, португальцев, французов и англичан штурмуют свои будущие колонии во всех точках земли.
      / Малый ледниковый период -- период глобального относительного похолодания, имевший место на Земле в течение XIV--XIX веков. Исследователи полагают, что наступление малого ледникового периода было связано с замедлением течения Гольфстрима около 1300 года, а также с катастрофическим взрывом в 1600-м году вулкана Уайнапути?на, расположенного в южном Перу. Считается, что это извержение, пепел от которого попал в атмосферу и снизил проницаемость воздушных масс для солнечных лучей, вызвало Великий голод в России 1601--1603 годов, который способствовал народным брожениям Смутного времени/
      Что же мы имеем в сухом остатке? Эпоха Сэнгоку Дзидай или период воющих провинций - это серьезная заявка на генетический дрейф в нужную сторону. Моя задача, поддерживать все то бурление в обществе, что я застал в 1538-м году, подкидывать под этот котел дровишек, способствуя культурной, научной, да и военной экспансии. Но одновременно не стоит заблуждаться и о своей роли в истории Японии. Если среда - климат, соседи, болезни, стихийные бедствия - будут благоприятствовать начавшемуся движению, то моя задача упрощается. Если же условия жизни на островах стабилизируются, то общество впадет в кому (как это собственно и случилось в эпоху сёгуната Токугава), с каким бы шаманским бубном я бы не прыгал вокруг.
      Какие еще выводы я для себя сделал? Мне нужны творцы! Естественный отбор дополним искусственным. Требуется механизм поиска невротиков, людей с высокой тревожностью, импульсивностью. Именно они являются питательным бульоном для прогресса. И не нужно ограничиваться наукой. Открываем художественные академии, раздаем направо и налево заказы на "нетленку". Росписи соборов, скульптуры, архитектурные изыски замков - годится все. В той же Европе Ренессанс начался с чего? С новых методов литья пушек? С каравелл? Нет. С живописи. Джотто, Рафаэль, Леонардо да Винчи и Микеланджело Буонаротти. Последний, кстати, еще жив и ему вполне можно сделать заказ на картины, которыми украсить дворец в Киото.
      Дальше к художникам подтягиваются музыканты - Бах, Вивальди... Если для живописи требуется всего лишь открытие масляных красок, то прогресс в музыке более значителен. Скрипки Вивальди и Амати, клавесины и органы... Почему бы не дополнить все эти унылые ритуалы синто с колокольчиками, барабанами и флейтами, органной музыкой? Это ж какой эффект, воздействие на паству! Ну, и наконец, литература. Выделить средства на поддержку писателей и драматургов. Театр в Японии уже есть, обогатим репертуар японскими "Укрощение строптивой", "Ромео и Джульетта". Джульетта (например, Ацуми) - дочь дайме, Ромео (а пусть будет Кавасаки) - самурай из вражеского клана. Подростки полюбили друг друга и пытаются сохранить свою любовь в среде ненависти и злобы межкланновой войны. И двойное самоубийство в финале - по-японски синдзю - очевидно понравится местной публике. Решено! Поджигаю встречный пал. Пожар из Европы уже не остановить. Полыхает Южная Америка, карибские острова, восточная Африка. Так пустим же навстречу азиатское пламя культурной и военной экспансии.
     

Глава 10

До семи лет - среди богов. Яп. поговорка

      - Господин, еще раз умоляю разрешить мне поехать вместе с вами в Киото - Тотоми прижала голову к татами и застыла в таком положении
      - Я сказал нет! - пиала с зеленым чаем хрустнула в моей руке и я в раздражении обросли осколки прочь. Вокруг меня сразу засуетились служанки, включая Саюки. Именно в таком статусе жена решила ввести в наш дом куноити, женщину-ниндзя. Дескать, "пока вы были в Тибе, я наняла личную горничную из Эдо, у нее очень хорошие рекомендации, прислуживала в лучшем чайном домике города...". Сделал вид, что поверил, хотя ни на секунду не забыл разговор в изголовье моей кровати. Да и все эти фокусы с искусством чтения по лицам "нинсо" - тоже хорошо отложились в моей памяти. Ах, как я хотел взять Саюки за горло и вытряхнуть из нее все секреты синоби. Пригрел, понимаешь, змею на груди. С другой стороны, эта чертовски привлекательная ведьмочка может вполне быть полезна. Шпион, про которого ты знаешь, что он - агент влияния в твоем окружении - уже не мало.
      Хорошо бы посоветоваться насчет нее с главой моих спец.служб Цугарой Гэмбаном, но тот уехал выстраивать сеть доглядов в завоеванных территориях. Скоро в бывших землях Сатаке, Асина, Датэ и Яманаути появятся отделения Приказа тайных дел, который я учредил в прошлом месяце. В каждом крупном городе, провинции должен быть организован филиал Приказа со штатом не менее десяти человек, собственной голубятней, тюрьмой и силовыми группами. Мы с Цугарой решили начать с периферии и постепенно двигаться к центральным землям, покрываю всю Японию сетью учреждений, занимающихся обеспечением безопасности государства и высших чиновников.
      В общем, с Саюки я решил обождать, а вот Тотоми ждать не хотела:
      - Ёшихира-сама! Если вы погибните в Киото, я останусь навечно опозоренной и буду вынуждена покончить с собой.
      - Я приказываю сейчас же прекратить эти разговоры! - мой голос сорвался на крик. Все окружающие - служанки, самураи охраны - низко поклонились, скрывая замешательство от перепалки главы клана и его жены. Ах, как гадостно на душе!
      Теперь я точно могу сказать дату, когда в моей жизни началась черная полоса. 12 июня 1539-го года. Или по японскому календарю - каё:би минадзуки седьмого года Тэнмона. Через 453 года съездом народных депутатов РСФСР будет принята Декларация о государственном суверенитете России и с этой даты начнется отсчет новейшей истории моей страны. Или уже не начнется? Мне сейчас фиолетово.
      Вот 11-го числа я возвращаюсь из Тибы в То-Кио, который жители все еще по-прежнему называют Эдо. Фанфары, красная дорожка, ах пардон, барабаны, шеренги самураев. Торжественный прием в честь победы над пиратами, изысканные блюда, разодетые вассалы, чьих имен я даже вспомнить не могу. Пир во время чумы. В ходе ужина замечаю, что жена совсем не пьет сакэ, грустна и задумчива. Отзываю в сторону и пытаюсь расспросить. Тотоми бледнеет, отнекивается, но после нажима признается, что у нее задержка и по утрам сильно тошнит. Первый удар. Мотаю головой, откидываюсь к канатам. Время переводить дух мне не дают - и вот следующий удар: видите ли Тотоми взбрело ехать со мной в чумной Киото. Вообразила себя матерью Терезой. Умом понимаю, что это все беременность, гормоны, но эмоционально семейная жизнь дает серьезную трещину. Жена после прямого запрета ехать в столицу - прямо олицетворение малого ледникового периода. Лучше пережить десять скандалов с битьем посуды (что разумеется, вовсе не в обычаях японцев), чем лицезреть эту холодную отстраненность и слезы по ночам.
      Тем временем вести из Киото приходят самые мрачные. Эпидемия набирает силу, обезумевшие от страха люди пытаются прорвать санитарные кордоны. То тут, то там вспыхивают схватки правительственных войск с ронинами, отрядами самураев, сопровождающих бегущих аристократов. Среди японцев распространяются слухи о том, что чуму привезли на острова белокожие варвары. Возобновились прошлогодние погромы и убийства иностранцев. Цены на рис резко влетели вверх, в столице начался голод, т.к. никто из торговцев не хочет вести припасы в зараженный город. Надо срочно спасать императорскую семью. Да, и простому народу требуется помощь. Около двухсот самураев учатся оказывать первую помощь больным. Они знают, что смертники (я не стал скрывать от дворян эту информацию), но ни один не отказался ехать со мной в Киото.
      Я ускоряю формирование огромного обоза из тысячи вьючных лошадей - по всей равнине Кванто мои приказчики скупают рис, вяленую и соленую рыбу, полотно для лицевых повязок. С деньгами проблем нет - меня выручает добыча с Черного корабля. В общей сложности каждая лошадь может взять 50 кг. риса - это значит, что караван сможет увезти больше 300 коку риса. Миллиону жителей столицы - капля в море, но если сделать подобные поставки регулярными, то ситуация должна стабилизироваться.
      Как же я заблуждался! В 20-х числах июня, наконец, удалось выступить в сторону Киото. Провинции Суруга, Микава, Минава, Овари проскакиваем быстро, всего за неделю. Тракт Токайдо наезжен, стоянки оборудованы дровами и колодцами. Полуторамесячный сезон цую ("сливовые дожди"), который сейчас в самом разгаре - тормозит наше движение, но не слишком сильно. Караван растягивается на целый дневной переход, погонщики понукают лошадей, дорога разбивается в грязь. Ты постоянно находишься под теплым душем, мокрая одежда липнет к телу, легким не хватает кислорода. Не спасают ни зонтики, ни плащи из рисовой соломы. Дождь то затихает, превращаясь в легкую морось, то встает непроницаемой стеной. Встречаем первые карантинные заставы.
      На въезде в земли клана Оми натыкаемся на целый укрепленный лагерь, которые перегораживает Токайдо. Самураи раздвигают рогатки и мы въезжаем внутрь. Меня приветствует один из подчиненных генералов Хиро-сана - тайсе Асакура Абе, родной брат Хотта Абе. За последнюю военную кампанию с Ходзе немало молодых полководцев получили повышение. Асакура - один из таких свежеиспечённых генералов. Солдаты его любят, а он хорошо заботиться о подчиненных. Инициативен, верен дому Сатоми. Толстогубый, ширококостный и в прошлом жизнерадостный Асакура-сан выглядит бледным и усталым. Под глазами круги, традиционная прическа самурая - сакаяки - выбрита небрежно, на скорую руку. Заходим в походный шатер, рассаживаемся. Дождь в очередной раз переходит в ливень и громко стучит по стенкам палатки.
      - Докладывайте, Асакура-сан - киваю я самураю, одновременно пытаясь отжать воду из рукавов кимоно
      - Большое горе, господин! - тяжело вздыхает генерал - Вчера конный патруль перехватил беженцев из Киото. Семья из четверых человек - отец, каменщик, его жена и двое детей. Вроде бы здоровые, но как вы и приказали мы таких людей помещаем во временный огороженный лагерь. Тут, рядом, в овраге. Даем рис, бобы...
      Наш разговор прерывает Саюки. Девушка принесла в шатер мое запасное кимоно и чайник с чаем. Когда только нашла время? Да и сама выглядит вовсе не усталой. Свежа, бодра, кукольное личико с широкими скулами, успела подкрасить - подвела черной краской брови, на губах красная помада. И это под дождем! Впрочем, у Саюки есть отдельный паланкин, который несут шестеро носильщиков, бамбуковый зонтик... На паланкине настояла Тотоми, которая собственно, и определила свою служанку в мой кортеж. Кто-то должен заботиться об одежде, еде. Согласился без возражений. Глядишь во время поездки - что-то да выведаю.
      Саюки быстро расставляет пиалы с чаем, забирает мокрое кимоно и с улыбкой убегает из шатра.
      - Так что там случилось? - я киваю тайсе, разрешая продолжить свой рассказ
      - Беженцы рассказали, что по столице ходят слухи, дескать, Император заболел черной смертью - с коротким поклоном, шепотом преступает к главному Асакура-сан - Придворные и слуги отказываются показываться в Кёто Госё. Хиро-сан распорядился выделить несколько добровольцев для помощи микадо, кроме того во дворце постоянно дежурит ваш личный врач Акитори-сан.
      /Кёто Госё -- императорский дворец в Японии, находится на территории современного района Камигё города Киото/
      - Что с наследниками?!
      - Неизвестно.
      Помявшись немного, генерал, хлебнул чаю и закончил - Каменщик сообщил, что два дня начал извергаться вулкан Овакудани. В Киото появились проповедники Икко-икки. Они утверждают, что боги прокляли народ Ямато и скоро наступит конец света.
      Да уж! Если династия тэнно -- "Небесного хозяина" - прервется, все, тут уж, действительно, тушите свет. Вся психология японцев пронизана чувством богоизбранности. Шутка ли, род японских императоров является прямыми потомками богини солнца Аматэрасу. Во всех храмах страны в адрес Го-Нары возносят молитвы, его именем и именем первого правителя Японии, императора Дзимму совершаются ритуалы и богослужения. На небесные регалии - бронзовое зеркало, ожерелье из драгоценных камней и меч - съезжаются посмотреть все аристократы страны, зарубежные послы и духовные лица независимо от вероисповедания.
      Если поразмыслить, то Япония стоит на тех же трех китах, что стояла Россия - православие, самодержавие, народность. Последняя "триада" - народность - это разумеется община. Местное террасное земледелие делает невозможным выживание в одиночку. Община - становой хребет островной нации и никакие "столыпины" тут невозможны. Я даже помыслить не могу, чтобы выбить эту основу из под японского общества, разрешить частникам выход из землячества. Перед принятием любого закона десять раз подумаю, а как его примут и как будут выполнять на деревне! Местное "православие" - это, конечно, не буддизм и не синтоизм. Берем шире - традиции. Разнообразные моральные правила и навыки - Три устоя (абсолютная власть государя над подданным, отца над сыном, мужа над женой), Пять добродетелей и так далее и тому подобное. И вот один из важнейших устоев - самодержавие - зашатался. Мало того, что на дворе эпоха феодальной раздробленности. Так еще и последний стержень, связывающий островные элиты грозит вот-вот вылететь.
      - Мы срочно отправляемся в Киото - я не стесняясь присутствия генерала, начинаю натягивать сухое кимоно - Распорядитесь выделить передовому отряду свежих лошадей.
      ---
      Чем ближе мы подъезжали к Киото, тем больше я убеждался, что ад существует. Сначала мы увидели черные столбы дымы, которые поднимались в предместьях. Это самураи Хиро-сана жгли чумные дома и трупы людей. Люди в повязках на лицах крюками сволакивали раздувшиеся и почерневшие тела в кучи, заваливали хворостом и дровами, после чего поджигали. Потом к нашему авангарду начали периодически бросаться женщины с истощенными детьми на руках и с криками о помощи. В первый же день мы раздали весь взятый с собой запас риса, рыбы, но просителей не становилось меньше. Количество карантинных застав увеличилось, в каждый отряд входили лучники, которые стреляли в обезумевших киотцев. Как рассказал мне один рёсуй, некоторые жители найдя у себя на теле пузырьки, наполненный гноем, самостоятельно вскрывают нарыв и пытаются измазать желтовато-зеленой жидкостью окружающих. С каждым днем сумасшедших становится все больше и больше, войска не справляются с потоком беженцев, которые разносят заразу по окрестным деревням и весям.
      /Лейтенант сотни ("рё") - рёсуй/.
      Крестьяне встречают горожан бамбуковыми копьями и камнями, закапывают рис, который пытаются отнимать горожане, в страхе перед болезнью - убивают новорожденных детей. Не поверив рёсую, я заезжаю по дороге в одно из пригородных селений. Надеваю повязку на лицо, захожу в богатый деревянный дом с каменным фундаментом. Дверь открыта, изнутри тянет дымком. На полу сидит лысый старик и палочками для еды переворачивает бобы в глиняном горшочке, стоящем на жаровне.
      - Что дедушка, обошла вас болезнь? - попытался я привлечь внимание к себе
      Старик поднимает на меня глаза, в которых стоят слезы, и я, закашлявшись, давлюсь своим вопросом.
      - Внучку вчера схоронил. Невестку и сына три дня назад. Вот готовлю поминальную трапезу. Присоединяйся князь.
      Ага, это он увидел у меня в руке полуметровую кисточку на костяной ручке - командирский жезл дайме под названием Гунто. Я, держа дистанцию, присаживаюсь у очага. На камнях блох нет и есть шансы, что чуму я не подхвачу. Шикаю на сунувшуюся вслед за мной охрану, выкладываю перед стариком оставшиеся шарики с рисом.
      - Богато живешь - один из шариков тут же исчезает в беззубом рту мужчины
      - Рассказывай, что случилось.
      Деревня называется "Три столба" по названию трех колонн, которые остались от древних в центре поселения. Чума пришла сюда две недели назад. Болезнь сразу окрестили Черной смертью - после кончины раздувшийся труп человека быстро чернел. Сначала на теле крестьян возникли синие пятна, появлялись опухоли в паху и под мышками. Поднимался жар. Люди начинали кашлять, затем кашель сменялся кровохарканием. Моча и кал окрашивались в чёрный цвет, кровь темнела, язык высыхал и также покрывался черным налётом. Больные бредили, пронзительно кричали. Взрослые умирали за три дня, дети в течение двух суток. За полмесяца от чумы погибло пятьсот жителей, в живых осталось несколько стариков и женщин. Почему то первыми заражались и умирали молодые, здоровые мужчины.
      Заболевшие крестьяне схватились за топоры и первым делом забили насмерть приезжего торговца. Дескать, от него пошла зараза. Дальше обратились за помощью к местному священнику и лекарю. Шарлатан от медицины начал прикладывать к опухолям высушенные шкурки жаб и ящериц, которые должны были вытягивать из крови черный яд, отравляющий тело. Результат, разумеется, оказался нулевым и судя по быстрой кончине эскулапа даже отрицательным.
      Служитель синто не придумал ничего лучшего, чем устроить мацури. Эдакий японский аналог "крестного" хода, только увеселительного характера. С шумом и песнями, погрузили соломенное чучело чумы на святилище-носилки микоси и утопили в реке. Не помогло. Священник, опасаясь, повторение судьбы лекаря и торговца, начал раздавать амулеты, заполненные целебными травами.
      Старик, оказавшийся старостой деревни, показал мне свой мешочек.
      - Почему боги так несправедливы? Мне амулет помог и я не заразился - мужчина смахнул рукавом, бежавшие слезы - А моей внучке нет! Такая красавица росла, родителей слушалась, по огороду помогала...
      Староста горько заплакал.
      - Власти не передавали приказ о запрете собраний? - я проглотил комок в горле, но нашел в себе силы продолжить расспрашивать крестьянина
      - Приезжал коор-бугё столичный. Велел войскам окружить деревню и никого не выпускать. Слава богам, что солдаты не забирали рис - боялись ходить по домам. Несколько семей пытались бежать через поля, их расстреляли из луков - старик закрыл глаза и начал раскачиваться из стороны в сторону - Вчера с небес спустились люди-журавли. Заставили раздеться всех оставшихся в живых, осматривали тела, сжигали одежду и дома умерших.
      Голос старика становился все тиши и тише, голова опустилась на грудь и крестьянин заснул. Психика старосты явно повредилась от смерти родственников и соседей. Люди-журавли? Спустились с небес на землю??
      Но все это было уже неважно. Имело значение только глубокое чувство вины перед народом. Взялся за гуж, оказался не дюж. Проще говоря, хреновый из меня князь. А уже Великий министр так вообще никакой. Я положил обе ладони на камни пола, сделал глубокий поклон старику и про себя попросил у него прощения. За смерть родственников, за свою лень и пренебрежение людьми, за наполеоновские планы и витание в облаках... После чего тихонько встал и вышел из дома.
      Сев в седло, приказал продолжить движение. Приближалась ночь, но далеко впереди светился извержением вулкан Овакудани. Горящие реки лавы придавали окружающему пейзажу сюрреалистический вид. Филиал ада на земле. Чем ближе мы подъезжали к Киото, тем отчетливее был слышен грохот огнедышащей горы. Уже ближе к утру пришлось остановиться, дать отдохнуть лошадям и людям.
      Несколько часов сна, быстрая еда и снова в путь. Теперь наше движение сопровождают слабые подземные толчки и хлопья пепла, падающие на голову словно снег. Солнце скрылось в серой пыли, ближе к предместьям столицы самураи были вынуждены зажечь фонари. Пепел падает с такой силой, что становится трудно дышать. Улицы Киото были безмолвны и пустынны - ни людей, ни даже домашних животных. Зеленые деревья на моих глазах превращаются в свинцовые изваяния, ручьи и речки несут острова пепла. Плавучие, серые массы скапливаются возле горбатых мостиков, громоздятся у плотин, забивают лотки водяных колес.
      Пора расшевелить эту преисподню. Беру в руки костяной рог и что есть силы дую в него. Раздается мощный низкий звук, заставляющий резонировать каждую клеточку моего тела. Рев рога ободряет свиту. Люди вертят головами, поводят плечами, подбирают поводья коней, заставляя тех гарцевать. И вот уже нам навстречу едет отряд...Бог ты мой! Отряд людей-журавлей!!
     

Глава 11

После себя

Что я оставлю на свете?

Цветы - весной,

Летом - кукушки напевы,

Осенью - красные клёны...

Рёкан

      Протираю глаза, нет, все точно. Фигура человека, клюв как у журавля, за спиной что-то развивается. Отряд подъезжает ближе и я облегченно выдыхаю. Это не клюв, а маска с прорезями для глаз и выступающим длинным носом. На головах людей повязки, плотные костюмы из темного шелка с перчатками, сзади висят плащи. Крыльев не наблюдается. Головной всадник снимает маску и передо мной предстает усталое лицо Акитори Кусуриури. Похудел, осунулся. Из под повязки выбиваются седые пряди. А ведь ему и сорока нет!
      - Коничива, Ёшихира-сама - кланяется в седле доктор. К нему присоединяются ученики, также снявшие лицевые накладки.
      - Поражен, Акитори-сан - я понукаю лошадь и становлюсь вплотную к врачу. Протягиваю руку к маске - Разрешите полюбопытствовать.
      Разглядываю железную, а точнее медную личину на ремешках. В выступающем клюве проделаны дырки, а внутрь засунуты резко пахнущие травы. Я узнаю алоэ, сушеную ламинарию (морскую капусту), софору... Да это же средневековый противогаз! Бактерии чумы проходят сквозь фильтр из лечебных трав и погибают не достигая носовой полости врача. Ощупываю рукав Акитори-сана - шелк пропитанный воском. Тяжко, наверное, в японском климате ходить в такой одежде.
      - Жарко - отвечает на незаданный вопрос доктор - За день обхода жилых кварталов мои ученики теряют по два кина веса. Зато все живы и никто не заболел!
      0x01 graphic
      Это получается, я автоматически перевел в метрическую систему, по полтора килограмма. Не хило! Помниться на военной кафедре нас капитан заставлял бегать в противогазах и костюмах хим.защиты кросс по пересеченной местности. Прямо как в анекдоте:
      - Папа, пусть слоники еще побегают...
      - Доченька, слоники устали...
      - Папа, ну пусть слоники еще побегают...
      - Доченька, они и так уже бегают с самого утра...
      - Папа, ну, пожалуйста, пусть слоники еще побегают...
      - Доченька, а может лучше завтра?
      - Папочка, я хочу сейчас...
      - Ну, хорошо! Только уж действительно в самый последний раз... Рота! Подъем! Одеть противогазы!
      А ведь мы тоже от таких нагрузок теряли по полкило за несколько часов. Черт, лезет в голову всякая ерунда, а о главном спросить забыл.
      - Что с Го-Нара?
      - Отходит к богам, осталось недолго - коротко пояснил доктор, вытирая пот со лба.
      - Наследники, жена?
      - Вчера похоронили.
      Тра-та-та! Все-таки нет ничего лучше русского народного мата в минуты стресса. Пусть и про себя, зато полегчало.
      - Срочно в замок!
      Даем шпоры коням и словно призраки мчимся по пустынным улицам Киото. Два поворота, один мост и вот мы уже в центральном квартале Камигё. Тут нас встречает первый патруль. Судя по персональным знаменам сасимоно с желтой хризантемой и фиолетовым кругом - это самураи Хиро-сана. А вот и он сам. Черты лица заострились, также как и у Акитори много седых волос в ежике не голове. Быстрые поклоны, обмен приветствиями. Все новости позже, тороплюсь к Императору.
      Центральные парадные ворота Кэнрэй закрыты, но я не гордый - войду и через боковые ворота Гюсю. Императорский дворец в Киото под названием Госё - представляет собой целый комплекс зданий. В него входят несколько церемониальных врат, правительственная палата, где сёгун и министры ожидали выхода микадо, императорский дом для приемов, различные хозяйственные и религиозные постройки, святилища, садовая пагода Сато-даири... Обычно в Госё постоянно толпится много народу - чиновники, аристократы, священники, слуги. Сейчас же кроме охраны из самураев Сатоми и гвардии - никого нет.
      /Слово "Госё" переводится с японского языка как "Высокопочитаемое место"/
      0x01 graphic
      Вхожу в тронный комплекс через Окурума-йосэ - крыльцо для повозок императорских родственников. Попадаю в зал с "поющими полами". Еще в прошлый визит я не поленился и рассмотрел внимательно японское чудо. Доски пола были прибиты к жердям креплением в форме перевёрнутой буквы V, что вызывало напоминающий птичий щебет звук, когда доска оказывалась под давлением. Причём хождение на цыпочках только усиливало эффект, так как давление на пол в этом случае было выше, чем от полной стопы.
   Редкие прислужники только успевают открывать и закрывать за мной сёдзи. Сделал небольшую остановку привести себя в порядок, умыться с дороги в знаменитой То-ро-но-ма - комнате с тиграми. Разумеется, никаких диких животных во дворце не было (хотя полгода назад Го-Нара с моей подачи увлекся идеей зоопарка и даже распорядился закупить экзотических зверей в Китае и Корее) - названия свои, эта комната и две соседние, получили по расписным фусума - раздвижными дверями, на которых искусно изображены тигры, цапли и цветущая сакура.
      Две минуты на туалет и двигаюсь дальше. Свиту попросил остаться во дворе, а сам спешу в тронный зал. Здание, где стоит императорский престол, построено из кипариса, имеет высоту метров двадцать и вдвое большую ширину. Интерьер Сисиндэна прост и величествен. На гладком отполированном дощатом полу отражаются массивные деревянные столбы. Фасад обращен на юг, ко входу ведет большая пологая лестница, по обе стороны которой, посажены сакуры и апельсиновые деревья. Мне объясняли мистический смысл этих посадок, но я не стал запоминать. И так память, как забитый вещами чердак, в котором не знаешь, где лежит нужное, а где нет.
      Например, сейчас как никогда ранее, например, нужен рецепт обыкновенной карболки - дезинфицировать помещения. И вот пока мы ехали в Киото я пытался словно пасту из тюбика выдавить из своей фотографической памяти способ добычи этого вещества. А вот фигушки. Мой эйдетизм дал сбой. Точно помнил, что при коксовании угля выделяется коксовый газ. Этот газ конденсируются и из него получается каменноугольная смола. В свою очередь из смолы выделяют карболку. Но как именно?! Растворяют в щелочи или кислоте? Пропускают через нагревание и некаталитическое окисление? Нет ответа. Значит Хаяси будет искать ответ методом тыка. И это займет годы. В то время как люди умирают от чумы.
      Продолжая мучатся сомнениями, я вошел в тронный зал, где располагался богато декорированный, вырубленный из лакированного красного сандалового дерева с перламутровой инкрустацией императорский престол. Его венчала птица Феникс и шестнадцати лепестковая желтая хризантема. Обойдя трон, я углубился в личные покои Го-Нара. Все мы сильны задним умом - я понял, что надо было взять сопровождающего. Остановился и прислушался. Справа раздавался хриплый грудной кашель.
      Я надел маску, реквизированную у Акитори, и вошел внутрь комнаты. И тут же, сдергивая с лица личину журавля, выбежал обратно. Съеденный обед устремился наружу и я выблевал на полированный пол полупереваренный рис, рыбу, маринованные сливы. Несколько раз рвота возвращалась и меня тошнило желчью. Утеревшись рукавом, я собрался силами и все-таки повторно зашел в покои. На сером от грязи и испражнений помосте лежало тело Императора Японии. То, что когда-то было дородным мужчиной в самом расцвете сил, теперь превратилось в обтянутый кожей скелет. Изо рта микадо сочилась кровавая пена. Чума уничтожила на руках и ногах все пальцы императора, превратив их черные, гноящиеся обрубки. Кожа Го-Нара была покрыта коростой и бубонами.
      - Кто там? - прошептал Го-Нара, открывая глаза - Это ты Акитори-сан? Плохо вижу. Глаза отказывают мне. Мой час близок. Молчишь. Почему ты молчишь?!
      Император закашлялся, выхаркивая из себя кровавые сгустки. Я невольно сделал шаг назад.
      - Не уходи! Ты единственный, кто не оставил меня в беде. Мне...Что? Что там грохочет за окном? Вулкан? Вулкан проснулся?? Почему ты молчишь, Акитори? Не молчи, мне жутко.
      Спазм сжал мое горло и я лишь смог кивнуть.
      - Умирать не страшно - тем временем уже бредил Го-Нара - Страшно не выполнить свой долг перед народом. Династия прервется, боги отвернуться от Ямато и наши острова погрузятся в пучину... Еще есть время передать престол достойному.
      - Скажи, Акитори - император вновь открыл глаза и посмотрел на меня - Твой, господин, Ёшихиро Сатоми настоящий буси? Следует ли он пути самурая? Он человек чести и долга?!?
      Новый взрыв кашля потряс истощенное тело Го-Нара. Император нащупал кувшин, стоящий рядом с помостом, попытался его поднять, но не смог. А я продолжал стоять в ступоре. Меня начала бить непонятная дрожь, руки ходили ходуном. Неужели чума? А, гори оно все синем пламенем! Усилием воли преодолел этот трусливый паралич, подошел вплотную к микадо и помог ему напиться. Го-Нара откинулся на футон и тяжело задышал. Смотреть на него было страшно и я, терзаемый угрызениями совести, повернулся уйти. Для последнего Императора Японии уже ничего нельзя было сделать.
      - Ёшихиро, стой! - в спину мне прошептал Го-Нара - Я узнал тебя. Ах, как грозно рычит Овакудани. Это знак! Знамение, которое дает мне Аматэрасу перед смертью. О чем я? Да, да, вспомнил. Ёшихиро Сатоми, властитель Севера, победитель Регентов. Вся власть Императору, очистим острова от дайме и сёгунов... Милостив к крестьянами и черному люду, учен в науках. Видят Небеса лучшего кандидата не найти
      Го-нара начала заговариваться, пойду ка я позову врачей. Пусть облегчат его последние часы.
      - Сегодня перед закатом Солнца приходи ко мне - я тебя усыновлю - отчетливо произнес Император
      Шок это по-нашему. Мотаю головой, будто получил от жизни новый нокаут.
      - Я не достоин такой чести - развернулся я к Императору, снимая маску - Я плохой самурай, самозванец и...
      - У меня нет сил спорить с тобой - еле слышно сказал Го-Нара - Богиня высказала свою волю. На закате. А сейчас дай мне увидеть мой последний сон.

---

      В последний день июня, в час петуха сто пятый Император Японии Го-Нара в тронном зале Госё в присутствии аристократов и придворных официально усыновил дайме клана Сатоми, Ёшихиро Сатоми. И одновременно династия "Небесных хозяев" страны Восходящего солнца получила в нагрузку Алексея Афанасьева, жителя 21-го века. Через два часа после обряда сто пятый Император испустил дух. Перед смертью он прочитал свое посмертное хокку:
      Мягкий пух кружит
      Над озером замёрзшим.
      Сердце ждёт весны.
      На следующий день верные войска в очередной раз обошли усадьбы дворян и дайме, которые не успели уехать из Киото и вежливо, но настойчиво попросили явиться на сэнсо - церемонию "восхождение на трон". Я поднялся в одиночку по восточной лестнице Госё, спел наскоро выученную молитву к божествам Неба, а настоятель киотского храма "Тайсэкидзи" Наба Санэнаги вручил мне большую императорскую печать и священные регалии - бронзовое зеркало, ожерелье из драгоценных камней, меч. Все присутствующие встали на колени и присягнули новому, 106-му Императору Японии.
  
  

Интерлюдия II

  
   Первый день Фумидзуки, седьмого года Тэнмона, киотское поместье Тоётоми Хидэёси
  
   - Это непозволительно! Это позор для страны!! - одутловатое лицо дайме Токугава Иэясу покрылось красными пятнами, а сам аристократ быстрыми шагами ходил из угла в угол приемного зала усадьбы Тоётоми Хидэёси
  
   Хозяин поместья наблюдал за метаниями самурая с ироничной улыбкой. Живое, с тонкими чертами и не менее тонкими усиками лицо Хидэёси сильно контрастировало с крестьянской физиономией Токугава. Да и тела двух дворян были прямой противоположность. Грузный, прогибающий под собой гостевой помост, Иэясу, одетый в простой хлопчатобумажный халат и стройный, обряженный в лучшее шелковое кимоно с золотой вышивкой Тоётоми - бОльших антиподов нельзя было сыскать во всем Киото.
   Однако внешность обманчива. Элегантный Хидэёси как раз происходил родом из крестьянской семьи, нанимался на службу к нескольким военачальникам, участвовал в битве при Канагасаки, осаде замка Такамацу и в итоге получил два меча из рук самого Ода Набунаги. После неудачного похода на Киото и смерти последнего, сбежал в земли бывшего патрона, объединил своих сторонников и захватил крепость Инадзава.
  
   Генерал войск, Набунаги Иэясу, правивший соседней провинцией Сайто, таким развитием ситуации оказался недоволен. Он объявил войну Хидэёси и начал наступать на Инадзаву с запада. Токугава вообще не считал Тоётоми ровней себе. Кто он такой? Выскочка! Бывший крестьянин. Сам Тогугава, мог проследить свой род вплоть до династии Минамото и по праву гордился родословной.
  
   /Минамо?то -- группа родов древней и средневековой Японии, происходивших от детей императоров, которым было отказано в статусе принцев и переведённым в разряд подданных путем предоставления фамилии Минамото ("слуга династии")/
  
   Впрочем, вся генеалогия и сотня предков-аристократов мало помогли Иэясу в жизни. Детство и юность он провел в заложниках у соседнего клана, чьим вассалом был отец Токугавы. После обряда совершеннолетия, начинал свою военную карьеру рядовым самураем. Точно также как и Тоётоми отличился в битве при Канагасаки, за что сначала был возведен в ранг сотника, а потом и тысячника. Спустя несколько лет был отправлен сюзереном Ода Набунага подавлять восстание в землях Сайто, где и остался править. Женился, родил двух сыновей и так бы и провел всю свою жизнь заштатным дайме, если бы не Сэнгоку Дзидай. Эпоха воюющих провинций открыла перед честолюбивым военачальником огромные перспективы и вот уже бывшие враги стали союзниками, рассчитывая поймать рыбку в мутной воде.
  
   - Это унижение и позор! - продолжал бушевать Иэясу - Чтобы Минамото кланялся и клялся в верности какому-то Сатоми?! Это сопляк Ёшихиро - Император Ямато?! Боги решили посмеяться над нами!
  
   - Дорогой Иэясу-сан! - Тоётоми позвонил в колокольчик и слуги внесли подносы с едой и сакэ - Вы недооцениваете Ёшихиро.
  
   Хидэёси подождал пока челядь расставит приборы и уйдет, после чего продолжил.
  
   - Ёшихиро Сатоми очень необычный человек. Во-первых, его феноменальная удача. Четыре раза за последний год он должен был погибнуть - от рук Огигаяцу, своего дяди, Хандзо, Ходзе - все хотели его смерти. И где теперь его враги? Одних, как главу сильнейшего клана синоби Ономати он переманил на свою сторону. Других отправил к предкам. Но дело даже не в простом везении. Посмотрите внимательно. Крестьяне и низшие сословия его любят. Понизил налоги, открывает школы и больницы. Разрешил поступать детям черноногих в университет. Учителей из Коя, Нэгру, Фиядзон, Хоми и Банду подкупил тем, что поднял им содержание. В два раза! Казна сёгунов Асикага в лучшие годы не могла оплачивать университетские расходы, а тут один указ и казначей Госё открывает свои сундуки. С момента его воцарения не случилось ни одного нового заболевания чумой во всем городе. А его поставки риса в столицу?
   - Самураи не примут самозванца - припечатал к татами кулак Иэясу
   - Примут, еще как примут! После победы над Такэда и Уэсуги Император
   - Даймё!
   - Ну, пусть. Ёшихиро Сатоми раздаст своим сторонникам земли западных кланов.
   - Сингэна-сана еще победить надо. Да и Кэнсин-сан тоже твердый орешек.
   - Не такие они уж и твердые.
   - Вы знаете что-то, что мне не известно?
   - Вчера прилетел голубь. Уэсуги Кэнсин погиб. Убит ниндзя в своем сортире
   - Какой бесчестие! Как это случилось?!?
   - Карлик-синоби пролез в канализацию дайме и по трубам попал в туалет Кэнсина. Охрана перед визитом князя проверила помещение, но тот нырнул в фекалии. Как только дайме присел испражниться, убийца проткнул его анус отравленным копьем.
   - Ниндзя пойман?
   - Самураи услышали хрип Кэнсина, ворвались в туалет и в схватке зарубили карлика.
   - Надо было взять его живым! И допросить с пристрастием. Это наверняка был человек Хандзо!
   - Несомненно.
   - Копии допроса можно разослать всем дайме Ямато. Пусть почитают с кем якшается Сатоми. И может ли такой человек быть микадо.
  
   Воцарилось тяжелое молчание.
  
   - Боюсь, плохие новости не закончились - наконец вздохнул Хидэёси - В последней битве Сингэн был ранен стрелой в стопу. Началась горячка, нога почернела и стала отвратительно пахнуть. Мой шпион сообщает, что Такэда уже написал завещание. Требует из его кожи сделать барабан, чтобы и после смерти воодушевлять свои войска.
   - Настоящий самурай!
   - О, да.
  
   Иэясу, шумно причмокивая, выпил свою порцию сакэ и вопросительно посмотрел на Хидэёси.
   - Прошу вас, не отказывайте себе - махнул рукой Тоётоми в сторону кувшинчика со спиртным.
  
   Токугава налил сакэ, кинул в рот несколько шариков риса, прожевал и поколебавшись, вытащил из рукава свиток.
   - Мой троюродный кузен служит у Симадза Такахиса сотником. Позавчера прислал с оказией письмо. Прочитайте вот отсюда.
  
   Хидэёси развернул свиток у отчерченного ногтем Иэясу места и, обмахиваясь веером, погрузился в чтение.
   - Вы понимаете, чем грозит хранение подобного письма? - сворачивая в трубку письмо, напряженно спросил Хидэёси - Это измена. Вы должны по получению подобного послания найти мацукэ Сатоми и
   - А вы должны сразу донести на меня - невежливо прервал Токугава Тоётоми - Иначе становитесь соучастником
   - Соучастником чего?!
   - Заговора, разумеется. Мой кузен ясно и недвусмысленно предлагает мне изменить моему сюзерену. Дождаться решающей битвы и ударить Ёшихиро в спину. За это мне обещаны все провинции клана Сатоми и весь север Хонсю.
   - Но мне то дайме Такахиса ничего не обещает и ничего не просит!
   - Я прошу. Берусь договориться через родственников и о вашем участии. У Сатоми в Киото и окрестностях пятьдесят тысяч самураев. У нас с вами на двоих столько же. Пусть Ёшихиро с запада подтянет еще тысяч семьдесят-восемьдесят солдат. И что с того? У Симадза в провинции Бидзен двести тысяч отборных мечников и копейщиков. Они сотрут выскочку в песок!
   - Так уж и двести тысяч! По моим сведениям там половина асигару - бывшие крестьяне, которых насильно согнали в армию, вооружив бамбуковыми копьями. Эти асигару уже два раза бунтовали против своего дайме. А точнее против южных варваров, которые окрестили крестьян и заставляют молиться этому иностранному богу Езусу. Да еще и платить десятину за это.
  
   Хидэёси засмеялся, спустя некоторое время к нему присоединился Токугава. Шутка Тоётоми разрядила обстановку и переговоры вошли в деловое русло.
  
   - С черноногими вопрос, считайте, решен - Токугава влил в себя порцию сакэ и тут же нацедил в пиалу еще - Такахиса придумал давать крестьянам китайский опиум, доходы его казны за последние полгода удвоились. Люди несут последнее, чтобы получить новую дозу. Никакие сборщики налогов не нужны.
   - Это вам кузен сообщил? - тут же стал серьезным Тоётоми
   - Что же у меня нет своих шпионов? - пожал плечами Иэясу - Ставка на южан - дело верное. У них больше войск, теперь есть пушки и ружья, поддержка гайдзинов и окинавцев. А еще какое-то тайное оружие, про которое даже моим соглядаем не удалось ничего узнать.
   - Такахиса заставит нас принять христианство!
   - И что с того? Какая разница каким богам молиться, если в сундуках звенит золото?
   - Кстати, о золоте. Сколько предлагают сацумцы?
  
   / Сацумцы - пренебрежительное название жителей острова Кюсю, где располагалось княжество Сацума/
  
   - Просите полмиллиона коку и все западные земли Такэда.
   - Значит, вы попросили миллион. И все Кванто!
   - И мне его дали!
   - Пообещали. Пообещать жениться, не значит жениться.
   - Такахиса не сможет править один всей Японией.
   - У него для этого есть южные варвары.
   - Эти дурно пахнущие грязнули? Как только Симадза получит власть - он выкинет гайдзинов вон. И мы ему в этом поможем!
   - Все-равно попахивает предательством нашей страны. Гайдзины, окинавцы, а где окинавцы - там китайцы или ко-рё. Откуда возят опиум!?
   - Не наше с вами дело. Вы участвуете?
   - Пожалуй. Хотя я никак не возьму в толк, зачем мы Такахисе, если у него двести тысяч самураев, пушки, ружья, да еще какое-то секретное оружие? Что может против него сделать Сатоми с его ста двадцатью тысячами?
   - Уж больно эта отрыжка кашалота удачливый, как вы изволили заметить.
   - Последний вопрос: когда?
   - Такахиса ждет окончания эпидемии черной смерти. Как только я ему сообщу, что болезнь закончилась, он двинет войска из провинции Бидзен прямиком на Киото. На праздник Обон сацумец уже будет греть свой зад на сандаловом троне.
   - Ну что ж. Давайте тогда скрепим наш союз.
  
   Мужчины вышли на крыльцо поместья. Токугава задрал кимоно, отвел в сторону набедренную повязку, Тоётоми сделал то же. Они вместе помочились и смешали свою мочу, следя, как она летит на песок под ними. Союз был заключен.
  
   /Обон или Бон -- японский трехдневный праздник поминовения усопших 13-15 августа/

Глава 12

  

В постоянстве - сила. Яп. Пословица

   Вставай! Вставай отрыжка кашалота!! - в мой бок впечатался чей-то носок и я проснулся. От второго удара ушел перекатом, захватывая сгибом локтя ступню и выворачивая ее вправо. Мужчина, бивший меня, с руганью упал и тут же вскочил. Я, сжав кулаки, тоже поднялся. Рассмотрел нападавшего. Лет сорок с гаком, куцая бороденка, половины зубов нет. Воняет от него... аж слезы на глаза наворачиваются.
  
   - А ты ловкий - ухмыльнулся мужик - Я главный золотарь квартала Микуни. Для тебя "ксоо" Микуни-сан. Одевайся, бочка приехала.
  
   Делать было нечего. Обвязался грязной набедренной повязкой, натянул рваное кимоно, потрогал шишку на затылке, благодаря которой я тут оказался (болит!) и безо всякого завтрака отправился вычерпывать говно. Неплохая карьера - из Императора всея Япония в ассенизаторы, не так ли?
  
   Но давайте все по порядку. Пятнадцатого июля я был коронован. Японская традиция не предусматривала для микадо шапку Мономаха, так что венец пришлось заказывать у ювелиров отдельно. Придворные удивились подобному чудачеству - ведь у Императора есть священные регалии - но в итоге проглотили. А корона мне нужна была сугубо для имиджа. Европейская публика привыкла к определенным символам власти монархов, так что же ее разочаровывать? Я планировал окончательно открыть страну для иностранцев-гайдзинов и возможность лишний раз произвести впечатление упускать не хотел. Сразу после приема глав гильдии ювелиров, решил устроить себе экскурсию по дворцу.
  
   Осмотрел сокровищницу, оставив Сабуро Хейко пересчитывать ларцы с золотом, серебром и драгоценными камнями, навестил библиотеку (кстати, весьма богатую на древние китайские рукописи, включая собственноручный трактат Конфуция "Лунь юй" - "Беседы и суждения"), проверил, как самураи клана несут охрану резиденции (весьма ответственно). У входа во дворец собралась целая толпа аристократов и тут я совершил ошибку - дал команду запускать придворных. Еще неделю назад эти дармоеды боялись нос высунуть из своих поместий, опасаясь чумы и моих приказов о карантине. Но вот уже декаду как в Киото не случилось ни одного заболевшего и народ воспрял. Я то понимал, что эпидемия далеко еще не остановлена, вполне вероятны рецидивы - только поди объясни это миллионной полуголодной столице.
  
   По словам Акитори-сана прекращению чумы мы обязаны вулкану Овакудани. Огнедышащая гора засыпала Киото и его окрестности полуметровым уровнем пепла и убила тем самым грызунов и блох - основных переносчиков чумы. Серая масса вулканической пыли оказалась ядовита и некоторые столичные жители, привыкшие брать воду из окрестных рек отравились. Увы, эта плата за окончания пандемии черной смерти оказалась для японцев вполне приемлемой - благо остальные очень быстро научились пользоваться только колодцами. Более того рядовые горожане связали мою коронацию, извержение вулкана и прекращение чумы в одно целое и увидели в этом волю богини. По всей столице появились мои самодельные портреты, украшенные цветами и бамбуковыми ростками. Несколько типографий в очередной раз размножили клятву "Пяти обещаний", некоторые тезисы которой рядовые японцы вновь стали носить на налобных повязках.
  
   Впрочем, это весь этот энтузиазм никак не коснулся аристократии. Сотни придворных оккупировали тронный зал, теснятся в приемных покоях, шуршат расшитыми кимоно, обмахиваются расписными веерами. За утонченными поклонами и фальшивыми улыбками я вижу ножи, готовые вонзиться мне в спину. Все эти чиновники 1-го, 2-го, 3-го рангов, фрейлины, священники, обряженные в оранжевые накидки, так и ждут моей малейшей оплошности, чтобы скинуть с трона. А я в это время сижу, разряженный попугаем на сандаловом престоле, смотрю на всю эту ярмарку тщеславия и делаю покерное лицо.
  
   / Покерное лицо (от англ. Poker face) непроницаемое лицо, хорошая мина при плохой игре/
  
   Мои самураи, начиная от фельдмаршала Симадзумо Хиро до генералов вроде Асакура Абе, выглядят очень бледно. В фигуральном смысле. Одеты непрезентабельно, без шика и лоска. Движения скованные, улыбки вымученные. Соответственно, и отношение к ним как к случайным провинциалам, попавшим на столичный бал - презрительное и высокомерное.
  
   Разглядываю толпу более внимательно. Ничего, ничего, мои раскрашенные друзья - очень скоро я вашу толпу здорово прорежу. Останутся только самые верные и нужные, остальные отправятся осваивать курорты Северного Кавказа. Пардон, северные территории - вроде Курильских островов. Отличное место для ссылки провинившихся. Там глядишь ход дойдет и до Сахалина. Или так думать непатриотично? Ладно, будем считать, что эти белолицые от пудры и чернозубые от ацетата железа товарищи будут столбить место для потомков Московского княжества. Примирив внутри себя японца и русского, я продолжил рассматривать знать.
  
   Присутствующие делились на несколько ярко выраженных групп. Во-первых, это мои вассалы, которые кучкавались на задворках тронного зала. Во-вторых, кугэ - придворная киотоская аристократия - родственники бывшего императора, высшие чиновники, придворные. Эти расфуфыренные курицы не обладали реальной властью, которую дает только обширная собственность, а точнее земли в провинциях, но тем не менее были весьма влиятельны, а главное опасны своими заговорами. Человек сто мужчин и женщин разного возраста свободно курсировали по всем покоям, обменивались поклонами, шутками, образовывали тесные группки и даже очереди на традиционный поклон императору. Уже второй час знать по очереди вставала перед моим помостом на колени, упиралась лбом в пол и лицемерно желала мне тысячу лет жизни.
  
   / Охагуро (дословно "чёрные зубы") -- традиция чернения зубов, популярная в Японии до периода Мэйдзи. У данного обычая было и утилитарное назначение: лак восполнял недостаток железа и помогал сохранить зубы здоровыми, а кроме того маскировал выпавшие зубы/
  
   Вторая по значимости и численности группа людей в зале - называлась букэ. Феодальное дворянство, владеющее землями и принадлежащее к тем или иным кланам. Дайме, хатамото, генералы - одним словом военная аристократия. Самые крупные щуки столичного пруда - конечно, Токугава Иэясу и Тоётоми Хидэёси. С обоими во время своих предыдущих визитов в Киото я имел возможность побеседовать и составить собственное мнение. Прожжённые интриганы, хитрые и безжалостные - несмотря на свое сильное внешнее различие их роднило одно общее качество. Я назвал ее "закалка". Оба прошли горнило войн, сурового кланового отбора на выживаемость, а значит, представляли наибольшую опасность моей власти.
  
  
   /Хатамото обычно переводится как "знаменосец", этот титул традиционно присваивали личным телохранителям военачальника, которые всегда сопровождали своего командира и защищали его на поле боя. Он также присваивался потомкам семей выдающегося происхождения, а также людям, обладающим исключительными мастерством. Хатамото составляли своего рода "мелкопоместное дворянство"/.
  
  
   Но были в зале и караси и пескари помельче - четыре князя окрестных провинций. Худощавый и надменный Дзюнсё Цуцуи с приближенными самураями, одинокий, безрукий Асаи Хисамаса - тот самый Асаи, который внезапно напал на армию Оду Набунаги и лично зарубил знаменитого военачальника, потеряв при этом конечность. Теперь все его презирают и сторонятся. Наконец, дайме Хаттори Ясунага и Ёсикуни Хатакэяма. С последним я был знаком - именно он спас императора Го-Нара при прошлогоднем бегстве из столицы, охваченной смутой и восстанием против регентов. Рано поседевший Ёсикуни-сан оказался вовсе не стариком - всего 40 лет, но весьма образованным и начитанным князем. С ним у нас сложились вполне дружеские отношения и я надеялся на его помощь в решении столичных вопросов. Благо Ёсикуни-сан за свои заслуги был пожалован должностью коор-бугё Киото.
  
   К моему удивлению, судя по командирским жезлам Гунто в зале присутствовало еще два незнакомых мне дайме. Оба оказались молодыми и стеснительными, прячущимися за спины других, юношами. Подозвав дворцового церемониймейстера, я поинтересовался их именами. Такамото Мори и Канэ Тёсокабэ оказались сыновьями дайме кланов Мори и Тёсокабэ, уничтоженные в конце прошлого, начале этого года князем Такахиса Симадза. Парни успели сбежать в столицу и хотят получить аудиенцию у императора. Не нужно быть пророком, чтобы понять - южане хотят вернуть свои земли. Ах, как мне не хватает Гэмбана! Наверняка у Мори и Тёсокабэ полно сторонников, что на юге Хонсю, что на острове Сиккоку. Если в нужный момент союзники поднимут восстание и ударят в спину Такахисе... Решено, даю аудиенцию.
  
   Однако первую встречу после официального приема, я, разумеется, дал своему фельдмаршалу. И как водится Хиро-сан сообщил мне две новости - одну хорошую, другую плохую. Плохая заключалась в том, что Симадза собирают войска в землях бывшего клана Итимондзи. Взглянув на карту, я убедился, что провинция Бидзен находится на берегах внутреннего моря, между Хонсю и Сиккоку. Измерил самодельным циркулем расстояние. Вышло, что вражеская армия концентрируется на дистанции около пятидесяти ри или двухсот километров. По сведениям крестьян-перебежчиков войска Такахиса еще не готовы к маршу, т.к. опасаются чумы и раскисших после сезона дождей дорог. Но как только Симадза выступят - неделя и самураи Такахисы под стенами Киото. Бежать, как Го-Нара из столицы? Отдать горожан на откуп сацумцам? Или держать осаду? Двести тысяч против пятидесяти - совсем не вариант. Подавив усилием воли панические мысли интересуюсь второй новостью.
  
   И она окупает все мои метания. Война на западе закончена. Два Великих дома - Уэсуги и Такэда пали. Такэда Сингэн умер от ран, его наследники тут же передрались. Один из побочных сыновей тайно провел армию генерала Танэда Цурумаки через горную провинцию Каи и тайсе внезапно, как снег на голову, появился перед городом-замком Мацумото - резиденцией клана Такэда. Да еще с союзными войсками ренегата-перебежчика. Двухдневный штурм, ниндзя Хандзо взрывают миной ворота крепости и я становлюсь богаче сразу на четыре провинции. Северное и южное Шинано, Хида, Каи, огромные запасы риса и военной амуниции, большое количество строевых лошадей - генерал интересуется, что со всем этим делать и что обещать непутевому сыну Сингэна за оказанную помощь? Срочно пишу Цурумаки послание. Мобилизовать в землях не менее пятидесяти тысяч крестьян, вооружить их из запасов Такэда и быстрым маршем идти на Киото. Сынка захватить с собой, его войска переподчинить и гнать в столицу авангардом. В крепостях оставить минимальные гарнизоны, опись добычи направить Сабуро Хейко. Вроде все. Не успеваю написать одно письмо, Хиро-сан подает мне другое. От Хандзо. Трачу полчаса на расшифровку тайнописи, но оно того стоит. Уэсуги Кэнсин убит гэнином из школы Иги-рю. Синоби подробно рассказывает об удивительно операции с карликом в сортире. Читаю и изумляюсь тому, какие специалисты играют за мою команду. Одно искусное убийство и клан сыпется как карточный домик - родственники и генералы Кэнсина просят мира и Таро Ямада без боя входят в земли Уэсуги. Нагаока - столица провинции Этиго - покорно открывает ворота врагам. Насчет Ямады у меня иллюзий нет - его армия не успеет в Киото и за месяц. Что же делать?
  
   Опять обращаюсь к карте. Меряю циркулем расстояния, прикидываю и так и эдак.
  
   - Что ж, Хира-сан - тыкаю кисточкой для письма в полуостров Исикара - Прикажите войскам Ямада-сана двигаться вдоль побережья Восточного моря в сторону земель Икко-Икки.
   - Мы объявляем войну союзу простодушных? - возбужденно стиснул рукоять меча фельдмаршал
   - Да. В этой стране может быть только один император и одна власть. Икко-Икки не признают меня потомком Аматэрасу. Они вообще отрицают синтоистских богов и призывают паству к "чистому буддизму".
  
   Вот так то. В Японии в 16-м веке были свои "ваххабиты". Религиозные фанатики, отрицающие любые местные обряды и культы, как ненужные и вредные, проповедующие единственно правильное учение, да еще и поносящие властей. Дескать, те погрязли в грехах и мешают общине Икко-Икки достичь "освобождения", т.е. вырваться из бесконечного круга перерождения. Ну и конечно, как без радикальных выводов. Икко-Ики воевали практически со всеми правительствами - начиная с Камакурского сёгуната, кончая династией Асикага. Хватит. Пора заканчивать эту околорелигиозную вольницу.
  
   - Пишите приказ. Повелеваю Таро Ямада захватить провинции Эттю, Ното, Кага и Эчизен. В Эчизене разрушить монастырь Ёсидзаки и пленить лидера Икко-Икки Сузуки Дзуцураи. В Кага нужно попробовать перетянуть на свою сторону бывшего дайме Танэясу и его людей. Разрешаю использовать самураев клана Уэсуги, разумеется приняв у них присягу Императору и дому Сатоми.
  
   - Что с Симадза? - деловито спрашивает Хира-сан, успевая черкать иероглифы на послании Ямаде
  
   Я опять обратился к карте.
  
   - Десять тысяч пехотинцев выслать в замок Акаси. Такахиса не сможет миновать эту крепость и будет вынужден начать ее осаду. Иначе он рискует своими коммуникациями на юге Хонсю. Вот здесь я вижу единственную на много ри переправу через реку Йода. Поставьте там заслон еще в десять тысяч человек и двадцать пушек. Пусть попробуют перебраться через реку под огнем артиллерии. Задача: любой ценой задержать Такахису на двадцать дней.
  
   Вот за что я люблю японцев, так это за дисциплину и послушание. Ни одного вопроса или возражения (все-таки отправляю самураев клана на убой), ни малейшего сомнения в правоте Императора. Вежливый поклон и вперед служить.
  
   А мой рабочий день только начинается. Срочно пишу новые письма своим соратникам. Айну Амакуни, Хаяси, брату Хайре, Самаза Ариме, Гэмбану, Хандзо и даже жене - всех срочно вызываю в Киото. Во-первых, подданным пора познакомиться с Императрицей (представляю лицо Тотоми, когда до нее дойдут новости о моей коронации). Во-вторых, мне кровь из носу нужны в столице верные сторонники. Ибо, чувствую концентрация интриг аристократов вокруг моей особы будет только возрастать.
  
   Только подумал о навязчивой знати, и вот она тут как тут. В дверь, кланяясь вкатывается колобок по имени Аютигата Саи. Главный церемониймейстер дворца, доставшийся мне в наследство от Го-Нары. Вместе с ним в мой мозг врывается вал мелких, раздергивающих мое внимание проблем, от которых, однако, никак не удается отделаться. Какой девиз "нэнго" своему правлению изволит взять Сын неба? Вот, скажем Го-Нара 105-й император правил под девизом "Хэйсэй" ("Мир и Спокойствие"). Ах, какие варианты есть? Пожалуйста, ознакомьтесь со списком на трех свитках, которые составили лучшие астрологи города. Очень хороший девиз "Начало согласия", или вот "Защита правосудия". "Процветающая вечность" тоже звучит неплохо. Нет, без нэнго никак нельзя. Иначе как мы назовем эпоху, которая началась с вашего воцарения! Все государство придет в смущение и беспокойство без императорского девиза. Пойти вон? Сию же минуту, только уточню новое имя Светлейшего. Что за новое имя? Ну, как же! Каждый император восходя на трон отказывается от старого имени и берет себе новое. Которое и будет увековечено на его могиле в дворцовой усыпальнице, не дай боги Сын неба представится. Это очень, очень важно!
  
   Еле отделался от Аютигата, а в покоях уже новый персонаж падает ниц. Гражданский глава Киото Ёсикуни Хатакэяма принес на утверждение новые указы. Этот человек мне приятен, я, тяжело вздыхаю и начинаю вникать в детали. Жизнь рядовых японцев строго регламентирована. Сёгунат Асикага за время своего существования (16 сёгунов!) выпустил больше десяти тысяч указов, определяющих буквально все. Одежду какого цвета может носить то или иное сословие, с какой частотой должны убираться улицы, что делать с бродячими животными и так далее и тому подобное. Вот и сейчас Ёсикуни-сан интересуется моим мнением...нет, не насчет ликвидации последствий чумы, не по поводу продовольственной безопасностью Киото... - что делать с гробокопателями!
  
   Земли на островах мало и трупы сжигают, но для обеспеченной публики есть и кладбища. И вот несколько преступников повадились вскрывать гробы умерших горожанок и отрезать у них фаланги пальцев. Зачем? На продажу. Оказывает, местные проститутки дабы привязать к себе денежных клиентов дают "клятву любви". И в подтверждение своих чувств дарят локоны волос, вырванный ноготь, но самый шик - отрезать и презентовать любовнику фалангу пальца. А так как клиентов много, пальцев для них не напасёшься. Вот и появился спрос на услуги гробокопателей. Преступников, понятное дело, поймали, но вот что делать с ними власти не могут никак придумать. Как говорил персонаж Кирпич из "Место встречи изменить нельзя": "Нету у вас методов против Кости Сапрыкина". Вот и у столичных коор-бугё нету ни одного указа, что делать с гробокопателями. Перелопатили две комнаты свитков, но так и не нашли внятной команды от вышестоящих. Проблема ползла по цепочке вверх и в итоге дошла аж самого Сына неба. И если бы это был единственный затык - весь день с перерывом на обед я занимался какой-то ерундой, которую во всем мире решают простым делегированием полномочий. Но только не в Японии. Устал, измучался, наконец, плюнул и решил прогуляться по вечернему Киото. Инкогнито. Оставил записку Хиро-сану, нацепил мужской парик из коллекции Го-Нара (105-й император был большим любителем театра Но) и подземным ходом, который мне показали во время экскурсии по дворцу, отправился посмотреть на обычную жизнь обычных японцев. Вот такой вот Гарун-аль-Рашид из страны Восходящего Солнца.
  
  
   Глава 13

Жизнь - странствие по пути познания себя.

Басё Мацуо

   Гарун-аль-Рашид с самого начала из меня получился хреновый. Начать с того, что вместо обычных соломенных шлепанец дзори, в которых я, будучи дайме, совершенно спокойно проходил целый год - поперся в город в церемониальных гэта. Украшенные позолоченной парчой и колокольчиками, а также двумя "скамейками" на подошве - эта обувь ну никак не подходила для обыкновенной ходьбы.
  
  
   0x01 graphic
  
   Ранее я с гэтами старался не связываться - дайме полагается передвигать либо на лошади, либо в паланкине. Соответственно, больших навыков ходьбы в подобных шлепанцах не приобрел. А если учесть, что подземный ход выходил наружу в заброшенном овраге, который когда то был крепостным рвом, то можете представить семь кругов ада, что мне пришлось пройти, точнее проползти, прежде чем удалось выбраться в жилые кварталы. Самурай, охранявший мост на входе в район Гион - посмотрел на меня очень внимательно, сморщил нос при виде запыленной одежды, но все-таки пропустил. Хоть и без мечей, но видно, что идет аристократ. Хорошо, что в лицо меня еще мало кто знает (рукописные портреты имеют мало сходства плюс парик), а одет я был очень прилично. Красное кимоно с листьями клена, а под ним еще один белый нательный халат дзюбан с вышивкой по подолу. Сверху хаори -- мужской жакет, добавляющий наряду официальности. По большому счету тоже прокол. Хочешь выглядеть незаметно - не ходи среди людей одетый как попугай.
  
   Гион -- район Киото, появившийся в начале тысячелетия вокруг святилища Ясака. Сам храм Ясака - это обыкновенная синтоистская кумирня. В комплекс входят несколько строений, ворота, главный зал и сцена для представлений и ритуалов. Вечером святилище и сцена выглядят пустынно, ни тебе паломников, ни жрецов. Одни дворники с метелками из сосны, да несколько торговцев благовониями, уже сворачивающие прилавки. Только возле одного столика кучкуется народ. Ну ка, полюбопытствуем. Прислужник подает мне листовку с ярко красными иероглифами. О, да это лотерея! В поддержку семей, потерявших кормильцев во время чумы. В очередной раз поражаюсь самоорганизации японского общества. Вчитываюсь в условия. Храмовый торговец продает дощечки с номерами. Каждая стоит 10 медных мон. Насколько я помнил, курс моны шел как одна сто пятидесятая коку. Достаю из специального кармашка в рукаве полкабана. У меня в ладони 450 кг. риса - именно столько стоит обрезанная золотая монета. Или 150 медных монет.
  
   Люди начинают перешептываться, почтительно расступаются и я подаю золотник устроителю лотереи. Судя по налобной повязке - это жрец 4-го ранга.
  
   - Господин желает пятнадцать номеров? - с поклоном принимает монету пожилой мужчина
   - Да. А как организована лотерея?
   - Как видите, каждая дощечка имеет линию разлома. По обеим сторонам выжжен одинаковый номер с печатью храма. Отламываете верхнюю половинку и кладете вот в этот деревянный ящик
   - Прямо сейчас?
   - Нет, что вы. Розыгрыш начнется через два дня в час петуха.
   - Вторая половинка остается у меня?
   - Совершенно верно. Дальше самая молодая прислужница храма с завязанными глазами вытаскивает из ящика дощечки. Тот, чья половинка выиграет - получает один приз
   - И какова награда?
   - Пока продано примерно 50 тысяч пластинок, призов запланировано десять, по сто золотых монет каждый.
  
   Быстро прикидываю шансы. Общая выручка на сегодняшний день - больше трех тысяч кобанов. Вероятность победить - один к пяти тысячам. Две с лишним тысячи монет отправляются пострадавшим. Или не отправляются.
  
   - Не извольте сомневаться - понял мои сомнения продавец - Списки нуждающихся висят в храме. Деньги будут выдаваться на руки главам общин и кварталов под личную печать в присутствии знатных персон.
   - Вот, что любезный - я сложил свои дощечки в выданный мне холщевый мешочек - Подходи завтра с настоятелем Ясака в императорский дворец и найди Сабуро Хейко. Он вам поможет сделать эту лотерею успешной во всех северных провинциях.
  
   Почему бы не присвоить хорошему начинанию статус императорского проекта? Люди азартны, но и человеческие страсти можно использовать во благо государства и общества. Сопровождаемый низкими поклонами, я вышел с храмовой площади.
  
   Справа к территории кумирни примыкает большой парк Маруями, а слева начинаются жилые кварталы Миягава-тё. "Миягава" означает "священная река", другое название реки Камо, протекающей по Киото. Во время праздника "Гион мацури" в её воды погружают микоси (переносную святыню) храма Ясака. В прошлый визит в столицу, я даже имел возможность издали наблюдать это любопытное действо. Непременный атрибут праздника - огромные колесницы. В течение года их в разобранном виде хранят в храмовом хранилище. Почти все из них - подлинные произведения искусства. Колесницы - это огромные, площадью 10 кв. метров, платформы на деревянных колесах диаметром 2-3 метра. На этих платформах устанавливается каркас из балок, связанных соломенными канатами. Покрыты они красочными шелками, парчой, гобеленами. На каждой колеснице впереди стоят двое мужчин в белом облачении с опахалами. На крыше восседают празднично одетые мужчины, разбрасывающие в толпу зрителей "тимаки" - завернутые в бамбуковые листья пучки соломы (залог здоровья на год). Каждую колесницу тянут за длинные толстые канаты по несколько десятков человек. На крышах расставлены разнообразные украшения, куклы, изображающие героев японского эпоса. Темой украшения колесниц и паланкинов служит сюжет какой-нибудь притчи, сказки, легенды.
  
   Поворачиваю налево, прохожу в ворота Миягава-тё, после чего смешиваюсь с толпой и начинаю внимательно изучать город. Первое, что на себя обращает внимание - чистота. Еще две недели назад на улицах лежали трупы, работали мобильные группы врачей, и все было засыпано пеплом. Но вот чума закончилась и японцы, засучив рукава, принялись за мойку города. Идя по улицам, я вижу, как горожане убирают мусор, подсыпают песком дороги, натирают чем-то вроде мастикой ступеньки крыльца перед домами. Первое впечатление сменяется вторым. Боже, как все тут однообразно выглядят. К бедности и нищете провинции, когда крестьяне одеты в набедренную повязку, максимум соломенный плащ со шляпой - я уже привык. К роскоши дворцов с вышивкой серебром по шелку тоже. А вот "золотую" серединку - наблюдать приходилось всего два раза. В Тибе и Эдо. При всей моей любви к этим городам, они все-таки заштатная периферия. От столицы я ожидал большего. Ан, нет. Черные, синие или коричневые кимоно, одинаковые прически, черные бамбуковые зонты. Дамы, конечно, выделяются - цветным поясом, или веерами, но пейзаж от этого сильно не меняется. Сдержанность, самодисциплина в ущерб яркости и декора. Сёгуны Асикага боролись-боролись с роскошью и расточительством у подданных (не у себя) и в итоге ее победили.
  
   Толпу как нож сквозь масло периодически прошивают процессии вельмож и отдельные дворяне. Горожане кланяются, в особых случаях падают низ. Об этом их предупреждают специальные гонцы с флагами, которые идут впереди кортежей. Вдоль улиц огромное количество забегаловок и харчевен. Что любопытно, в них сидят исключительно мужчины. Женщины если и появляются на улице (редко), то только в сопровождении мужей, братьев или слуг.
  
   Из Миягава плавно перемещаюсь в район Симабара. Этот квартал полностью отдан на откуп чайным домикам и театрам. Толпа становится еще гуще и я засовываю руки в рукава - не дай бог обворуют. Проститутки-юдзи зазывают клиентов, гейши приветливо машут веерами с верхних балконов домов, актеры кабуки танцуют и поют на входе в балаганы. Если театр Но со стилизованными пантомимами, сценической символикой - зрелище для дворянской элиты, то кабуки - истинно народный театр. Шумный, если не сказать буйный, с грубовато-экзальтированной манерой исполнения. С удивлением замечаю пару мест, которые можно охарактеризовать не иначе как зачатки пип-шоу. Заведение, в котором посетитель за пару монету, может из кабины посмотреть в окошечко на раздевающуюся женщину, примыкают прямо к театрам и, судя по рекламным объявлениям, актрисы в этих "весёлых" домах работают одни и те же.
  
   Какая же все-таки противоречивая, контрастная страна - Япония. Тут и высокая традиция ханами - любование цветущей сакурой (а еще хризантемой, персиком, сливой - есть ритуал для каждого сезона года), и тут же рядом, через улицу продажные женщины задирают кимоно, демонстрирую на потеху публике выбритый лобок. Искусное декоративное садоводство, изумительные миниатюрные бонсаи и рядом с деревцем демонстративно справляет нужду какой-то подросток. Окружающие нет чтобы отвернутся - ждут, когда можно собрать за ним испражнения и удобрить ими этот самый бонсай.
   Торжественные храмовые медитации всего в одном квартале сменяются почти открытой торговлей частями тела человека в другом. Ради любопытства захожу в аптеку, предлагающую сушеную печень, желчь пятилетнего ребенка, и куда уж без них - приснопамятные фаланги пальцев. Вокруг начинает увиваться приказчик с крысиной мордочкой и повадками пассивного гомосексуалиста. Втирает про энергию Ци, ритмы Инь-Янь, девять отверстий организма... Стою слушаю, смотрю на банки с заспиртованными уродцами и так мне хочется врезать этому шарлатану из кунсткамеры! Хуже каннибала, ей богу!!
  
   - А вот, господин, обратите внимание! - дергает меня за рукав "канибал" - Жемчужина наших препаратов. Порошок из матки пятнадцатилетней девственницы. Применяется...
  
   Бам, хрясь. Получай, сука, получай. И еще ногами. Черт, гэта мешаются. Скидываю и опять по ребрам. А теперь по голове. И опять по ребрам. Звенят разбивающиеся банки, причитает аптекарь. На его крики сбегается народ. Появляются местные власти. Расталкивая толпу, в аптеку заходит самурай. Выбритый лоб, косичка, но без мечей. За поясом короткая стальная палка с двумя изогнутыми шипами над рукоятью. Местный полицейский - ёрики.
  
   - Прекратить! - самурай ловко ловит меня на замахе и резко выкручивает руку. Зеваки присоединяются, и скоро я лежу на месте аптекаря, плотно связанный по рукам и ногам. Рот заткнут специальным кляпом на завязках.
  
   Ёрики опрашивает свидетелей, после чего тыкает пальцем в двух носильщиков. Те просовывают палку между моих ног и рук, кряхтя, поднимают на плечи и тащат тушку Ёшихиро Сатоми в участок. Вместе с нами топают очевидцы и "пострадавший".
  
   Пока меня несли в полицию, я осознал в какую ловушку сам себя загнал. Признаться, кто я такой? Страшная потеря лица перед всей самурайской элитой. Они и сейчас на меня смотрят как на безродного выскочку. Не дай бог просочится в общество эта история о моих погулянках инкогнито, аресте, суде... Можно сразу делать харакири деревянными палочками для еды. Не говорить ёрики кто я? Еще хуже. Хоть двух мечей у меня нет, бритую голову под париком найдут быстро. Значит самурай. Документов (родовой грамоты) нет. Значит самозванец. Если я правильно помню кодексы Асикага, в которых рылся буквально этим утром, то самозванцев варят живьем в кипятке. И молчать не получится - местные умельцы быстро выбьют показания. Может дать взятку? Скосил взгляд на идущего рядом полицейского. Прямой взгляд, открытое, честное лицо. Моментально отрубит руку, протягивающую мзду. Безвыходная ситуация. Цугцванг.
  
   / Цугцва?нг (нем. Zugzwang "принуждение к ходу") -- положение в шашках и шахматах, в котором любой ход игрока ведёт к ухудшению его позиции/
  
   Спустя десять минут мы оказались во дворе большого дома. Полицейский уселся на помосте, рядом расположились два писаря. Помощники самурая меня развязали, вынули кляп, поверхностно обхлопали по телу и поставили на колени на белом песке перед помостом. Сзади встал мужчина с палкой-колоткушкой, конец который был обмотан тряпьем. Позади меня столпились свидетели и потерпевший.
  
   - Я досин Оока Тодасука - представился самурай
  
   Ага, если ёрики - это вроде начальника райотдела полиции совмещенного с прокуратурой и судом, то досин - типа старшего оперуполномоченного. Уже легче.
  
   - В отсутствие Мати-бугё провожу дознание по делу избиения аптекаря Китигоро. Назови себя и свой род, незнакомец.
  
   / Мати-бугё - городской наместник/
  
   И вот что прикажете отвечать? Парик еще на мне, можно подергаться.
  
   - Почему ты молчишь? Одежда на тебе дорогая - нахмурился досин - На руках мозоли от меча. Ты самурай? Отвечай!
  
   - Кто увидит голубого коня - закатывая глаза, начал вещать я - Тот в течение всего года не будет знать ничего плохого и будет счастлив. Потому что конь - солнечное животное!
   - Это что еще такое?! - возмутился Тодасука - Имя! Скажи свое имя!
   - Ах! Долговечны только корни лилий на склонах дальних распростертых гор - запел в ответ я
   - Да, он сумасшедший! - прихлопнул по помосты рукой досин
   - Или притворяется, чтобы уйти от наказания - наклонился к оперу один из писцов - Господин Мати-бугё в таких случаях любит применять исидаки - пытку давлением. Вон, у нас и каменные плиты для этого есть.
  
   Я посмотрел вправо и увидел тяжелые гранитные блоки, сложенные пирамидкой. Внутри все похолодело.
  
   - А еще хороша пытка удушением или водой - продолжал громко нашептывать писарь досину. Но я то стою близко и все это слышу!
  
   - В тумане голубом вечернею порой... - закричал я громко и попытался вскочить на ноги. Разумеется, тут же получил по затылку колотушкой и упал обратно на песок. Голова раскалывается от боли, но я продолжал вопить строки из песен - японских и современных, перемешивая с русскими ругательствами и плевками.
  
  
   0x01 graphic
  
   Такого шоу японцы еще не видели - на меня, перешептываясь, присутствующие смотрят во все глаза.
  
   - Я откладываю дознание до приезда Мати-бугё - досин ударил молоточком в рядом стоящий гонг - Господин Акира-сан вернется из поместья через два дня и сам решит судьбу этого человека. А пока писарям записать показания свидетелей и аптекаря.
   - Как же так, господин! - вперед выходит крысиная морда - А кто возместит мне ущерб? Этот сумасшедший разбил и рассыпал лекарств на сотни мон!
   - Мнда...- тянет досин - Что же делать... А вот что. Забирай его кимоно и хаори! Твоя жена отстирает их - будешь до суда сдавать дорогую одежду в аренду самураям. Тем и покроешь убытки. Сейчас в императорском дворце часто проходят приемы - многим дворянам нужно парадное облачение.
   - А что делать с подозреваемым? - интересуется все тот же писарь-любитель пыток
   - Как обычно - пожимает плечами досин - В тюрьму!
   - Никак нельзя. По приказу господина коор-бугё Киото Ёсикуни Хатакэяма все тюрьмы на период эпидемии черной смерти закрыты.
   - Болезнь закончилась!
   - Но тюрьма Кодэматё все еще не работает.
   - Вот незадача.
   - Могу предложить отдать сумасшедшего под надзор моего брата, квартального старшины.
   - Не сбежит?
   - О нет! Мой брат приставит к нему своих сыновей.
   - Ну что ж. Быть по сему.
  

Глава 14

В постоянстве - сила. Яп. пословица

  
   - Э-э... Мумэ-сан! Неправильно ты ведро вытягиваешь. Спиной, спиной работай - Микуни встал на мое место и тут же на собственном примере показал, как нужно поднимать из выгребной ямы ведро с отходами.
  
   Как во всяком деле, у золотарей тоже были свои тонкости. В первый же трудовой день, обозвав, для краткости Мумэ, т.е. Безымянный, меня начали учить всем премудростям ассенизаторского дела. Микуни с двумя взрослыми сыновьями и тремя внуками-подростками оказались вовсе не такими тиранами, как мне почудилось при первом знакомстве. Жизнерадостные, активные, с шутками и прибаутками - семья золотарей обслуживала целый квартал Киото. Больше тысячи домов, торговых лавок обращались к Микуни за услугами по очистки туалетов, помойных ям... Платили очень хорошо - десять медных мон за заказ. Я сначала подумал, что семья Микуни - из "хинин", однако это оказалось не так.
  
   /Хинин - социальная прослойка японцев вне системы феодальных отношений/
  
   Каста неприкасаемых имела дело исключительно с убоем скота, обработкой кожи - вообщем со всем тем, что запрещалось буддизмом. Уборка отходов религией не порицалась, а только приветствовалась. Очевидно, что высокая плотность населения Японии, диктовала свои правила и это находило отражение и в вероучении.
  
   Во-первых, культ чистоты и личная гигиена. Наш рабочий день начинался вовсе не с молитвы, а с приема горячей ванны в деревянной бочке с железным дном. В бане надо было самому себя варить, подкидывая дрова. Мыться в такой ванне - занятие опасное. На дно таза ставится маленькая деревянная табуретка, чтобы сидеть на ней. Не дай бог нога или попа соскочит с табуретки - коснешься раскаленного на открытом огне дна таза и вместо помывки - беги лечить ожог.
  
   Мужчины и женщины мылись вместе. Впрочем разглядеть что-либо из-за пара было трудно и мало кто смущался подобной совмещенными омовениями. После бани все члены семьи чистили зубы мелким песком или мелом. Для этого использовались расщепленные на мелкие волокна веточки ивы, которая, как я понимаю имеет еще и бактерицидные свойства. По крайней мере, уже через пару чисток у меня перестала выделяться кровь из десен. Вместо мыла и мочалки семейство Микуни, впрочем, как и все их соседи применяли многоразовые мешочки с зерновой начинкой, смоченные в растворе золы.
  
   Во-вторых, экологическое мышление. Оно тоже родом из жизни "на головах" и буддизма. У японцев даже есть специальное слово - моттаинай, т.е. "все в дело", "жалко не использовать". Мало какой город может сравниться с нынешним Киото по степени утилизации всего чего только можно. Старая бумага, тряпки, пришедшая в негодность одежда - продаются старьевщикам, которые раз в неделю обходят все дворы и скупают ненужное. Вещи, пришедшие в абсолютную негодность - идут на топливо. И даже сгорев в очаге, золу выгребают и реализуют за приличные деньги. Ведь зола это и щелочная подкормка для плодовых деревьев, и добавка в гончарном деле, и закрепляющее средство при окраске тканей. Даже для производства сакэ нужно это вещество.
  
   Фекалии? Тоже не извольте беспокоиться. Все то, что мы с Микуни и сыновьями выгребаем из помоек - отправляется крестьянам на удобрения. Разумеется, тоже не бесплатно. Более того, в период нереста сельди золотари Киото скидываются и скупают у торговцев нереализованные остатки гнилой рыбы. Сваливают ее в чаны и вываривают. После чего давят жир для светильников. Остатки сушат и опять продают на удобрения.
  
   Чинится все. Старые и сломанные зонты, фонари из бамбука, посуда, обувь, одежда. Самые распространенные лавки в торговой части Киото - ремонтные мастерские. Девушка из небогатой семьи может не уметь ни читать, ни писать, но без портняжной шкатулки замуж ее никто не возьмет. При мне невестки Микуни сначала перешили верхнее, износившееся кимоно в спальное, нижнее. Затем на следующий день старую накидку деда переделали в детскую одежду для внуков, которых у главного золотаря насчитывается аж шесть оглоедов.
  
   - Перерыв! - крикнул Микуни-сан
   - Ансокуи - вторит ему старший сын, крепыш Цуки
  
   /Ансокуи - шабаш по-японски/
  
   Мы четверо валимся прямо у выгребной ямы харчевни, заказ на очистку которой наш босс принял еще вчера вечером. Любопытно, что основные заказы поставляют золотарям домоуправы - оя. Большинство горожан - выходцы из крестьян и не могут себе позволить жить в отдельном доме. Поэтому обитают в многоквартирных бараках, где жить - дешевле. Домоуправы не только собирают квартплату с жильцов, следят за жилплощадью, но и занимается всем тем, чем и их коллеги управдомы спустя пятьсот лет. Моральное состояние жильцов, доведение указов властей, надзор за криминальными элементами ("бабушки у подъезда") - нет таких дел, которые не по плечу оя. И, разумеется, различные законные и полузаконные приработки. Одним из которых была плата за возможность вычистить туалеты. Этот вид отката на ассенизаторском заказе называется "моти" и связан с рисовыми лепешками моти, которые японцы пекут под новый год в качестве подарков. Именно под конец года у золотарей - самое горячее время. Горожане чистят дома, убираются в комнатах, а управдом получает свою мзду. Про нее говорят: "Из задниц квартирантов - на рисовые лепешки домоуправу".
  
   Припекает солнышко, запашок вокруг ямы стоит соответствующий, но принюхавшись - можно жить.
  
   - А ты, Мумэ-сан, крепкий парень - подмигнул мне Микуни, прикладываясь к тыквенной фляжке - Нос не воротишь, работаешь справно. Так и не вспомнил, зачем начал бить почтенного Китигоро?
   - Никакой он не почтенный - гнев на торговца человеческими органами опять вспыхнул во мне с прежней силой - Скоро император запретит этот бесчестный промысел
  
   Микуни и оба его сына громко захохотали, начали лупить друг друга по спинам, приговаривая - О, да! Сын Неба обязательно заглянет к нам в Миягаву... Микадо не сможет пройти мимо лавки Китигоро-сана...
  
   Вот идиоты! Император сидит прямо перед ними и скоро, очень скоро устроит владельцам человеческих кунсткамер Хиросиму с Нагасаки. Еще вчера ночью я мог убежать из дома Микуни - благо никто меня не связывал, а храпело семейство ой как сильно. Но природное любопытство заставило остаться. Ведь за три дня "похода в народ" я узнал в разы больше, чем за год, отираясь во дворцах и замках. Даже казалось бы такое неказистое дело, как удаление нечистот и то дало мне неплохой толчок в моих прогрессорских начинаниях.
  
   Возьмем, например, унитаз. Вроде бы простая вещь, ан нет. Аж до 18-го века короли и императоры будут ходить в ночные горшки или даже в выгребные ямы по типу той, что мы сейчас чистим. А ведь принцип действия толчка - до безобразия прост. Кривое пустотелое колено, в котором постоянно стоит вода. И самое главное - не проходит воздух. Чугун у меня уже есть. Сделать трубы для канализации и колено - раз плюнуть. Фарфор тоже скоро будет - недавно в Тибу прибыли первые китайские мастера, переманиваем которых занимается мой вассал Самаза Арима.
  
   С изоляцией можно поэкспериментировать, вот хотя бы те же клеи на основе рыбной чешуи и костей взять. Чем не вариант? Сверху ставим деревянный бочок с водяным затвором и вуаля - унитаз готов. Водружаем его во дворце, показываем (по большому секрету!) киотским аристократам, падким до любой роскоши - и пожалуйста, почти современная канализация семимильными шагами идет в массы. Кстати, а почему бы к этому делу не привлечь семейство Микуни? Быстренько рисую чертеж ватерклозета на песке, объясняю принципы работы и вот уже челюсти золотарей можно собирать с земли.
  
   А вечером потрясенный Микуни с сыновьями решает обязательно премировать необычного изобретателя-ассенизатора походом в... кино. Какое кино может быть в средневековье? О, да, синематограф в Японии еще не изобрели (впрочем, не все потеряно раз я тут). Но вот перелистываемые комиксы этоки, предшественник знаменитой манга (не путать с хэнтаем!) - уже да. Крайне любопытное зрелище - палатка с большой доской внутри. На доске прикреплены широкие разрисованные листки бумаги размером метр на метр. В помещенье стоят чурбачки-стулья, горят фонарики. Перед доской размахивает руками девушка с указкой. Громким поставленным голосом она комментирует картинки. Разглядывание иллюстраций, сопровождаемое рассказами, очень популярно у киотцев - в палатке я вижу представителей почти всех сословий. И самураи, и крестьяне с торговцами и даже несколько гейш, которых легко отличить по четырем шпилькам и трем гребням в прическе.
  
   Тихонько расспрашиваю соседей об этоки. Как оказывается, средневековые комиксы бывают нескольких видов - юмористические, драматические, исторические и даже религиозные. Сеанс длился примерно полчаса, рассказ ведет не абы кто, а бикуни - женщина-проповедник. На таких проповедниц народ валит валом, т.к они могут не только складно поведать историю, но и спеть и даже сплясать. Наша барышня правда не плясала, т.к. этоки была посвящена почти священной для японцев "Повести о доме Тайра". Жанр - гунки или "военная эпопея".
  
   В центре сюжета - борьба двух враждующих кланов -- Тайра и Минамото. Главный герой -  военачальник Киёмори, глава дома Тайра. Киёмори занимает пост канцлера и его клан за недолгий срок превращается в мощную силу, перед которой преклоняют головы другие дайме, да и сам император. Спустя какое-то время Киёмори наглеет и в обход законного наследника, возводит на сандаловый престол своего малолетнего внука. "Человек ничего не стоит, если не принадлежит к дому Тайра" - бикуни начинает петь песню про Киёмори с расхожей пословицы, а до меня, наконец, доходят, все аллюзии Повести. Ведь это же обо мне этоки! Возвысил клан Сатоми, занял императорский трон... Намек, более чем конкретный. Оглядываюсь. Народ слушает проповедницу с упоением. Еще бы! Сюжет приближается к своей кульминации. Ослепленный властью Киёмори замахивается на религиозные святыни - сжигает храм Мии-дэра в старинной столице Нара, разрушает еще одно буддийской святилище - Тодай-дзи (Великий храм Востока). Вместе со святилищем погибает огромная статуя Будды, почитаемая во всей Японии. Народ восстает, клан Минамото опять на коне, Тайра бегут. Киёмори умирает и уже год спустя Тайра покидают столицу Киото. Затем клан терпит поражение от армии Минамото в битве при Ити-но-тани, после чего последние тайра вместе с малолетним императором находят свою гибель в водах бухты Дан-но-ура. Финал истории здорово напоминает смерть легендарного Чапая в водах реки Урал. Раненый малолетний император Антоку точно также как Василий Иванович в книге Фурмонова гребет одной рукой, плывя прочь от врагов. В другой руке он держит священный меч Аманомуракумо. Минамото стреляют из луков, стрела попадает в голову Антоку, после чего он тонет. Занавес.
  
   Никакого занавеса, разумеется, нет. Культура аплодисментов еще тоже не приплыла из Европы. А вот благодарственные поклоны от публики - сплошь и рядом. Распространена практика кидания на помост медных и серебряных монет. Протиснувшись к бикуни, я пытаюсь уточнить насчет меча. Это что же получается?! Легендарный меч первого императора Дзимму утонул в водах юго-западной оконечности острова Хонсю? Тогда что же мне подсунули при коронации?!?
  
   Увы, бикуни подтверждает - "меч, скашивающий траву"- Кусанаги - мифический японский клинок, полученный Дзимму от богини Аматэрасу - утерян. При венчании на царство микадо получает его копию. Более того, девушка высказывает мнение, что и другие священные императорские регалии - бронзовое зеркало и подвески из яшмы - поздние реплики. Правда последнее бикуни произносит шепотом. За такие слова можно и в тюрьму попасть.
  
   0x01 graphic
  
   Пичалька. Уже почти равнодушно выслушиваю от вошедшей в раж проповедницы историю меча. Оказывается, "Кусанаги" был найден богом Сусаноо в теле убитого им чудовищного дракона. Когда Сусаноо рассёк труп змея своим клинком, то в одном из хвостов обнаружил меч. Далее он был подарен его сестре, богине солнца Аматэрасу в знак примирения. Позже этот меч был передан её потомку Ниниги-но Микото, а от него -- принцу Хико-Хоходэми, более известному как Дзимму.
  
   По дороге домой еще раз обдумываю этоки. Ведь не просто так бикуни начали в Киото рассказывать Повесть о доме Тайра. Такое ощущение, что буддисты готовят почву. Где-то просочились мои планы по объединению синтоиских священнослужителей в одну организацию и вытеснение на периферию все остальные деноминации. И я даже догадываюсь, откуда идет утечка. Моя переписка с настоятелем киотского храма "Тайсэкидзи" Набой Санэнагой. Тем самым Набой, что короновал меня чуть меньше месяца назад. Не смог устоять настоятель, поделился с кем-то задачами, которые я ставлю перед синтоизмом. И первая из этих задач - всеяпонский съезд священнослужителей синто, подготовкой которого занимается Санэнага. А буддисты, значит, занимаются подогреванием масс. Ой, как трудно не уловить взаимосвязь между Киёмори Тайро и Ёшихиро Сатоми. Мне срочно нужно во дворец. Поход в народ пора заканчивать.
  
  

Интерлюдия III

  
   Двадцатый день Фумидзуки, седьмого года Тэнмона, киотский курорт горячих вод Арашияма онсэн
  
  
   - Где он?! - посол Поднебесный, князь Чжоу Ли оттолкнул служку и прошел внутрь гостиницы. Тут же, преграждая путь, перед ним на колени упало несколько японцев. Из пристройки выскочил пожилой хозяин и кланяясь, схватился за рукав:
   - Уважаемый господин, посол! Никак нельзя в одежде! Это против всех правил
   - Где Пак Сун?! Немедленно отвечай - стряхивая руку хозяина, уже спокойнее спросил князь
   - Господин посол Часона в правой купальне. Я прошу вас раздеться и принять ванну перед посещением онсэна. А я пока предупрежу Пак-сана о вашем визите.
   - Ну хорошо, вели принести сакэ - уже совсем спокойно произнес Чжоу Ли
  
   /Онсэн -- название горячих источников в Японии, а также, зачастую, и название сопутствующей им инфраструктуры -- отелей, постоялых домов, ресторанов, расположенных вблизи источника/
  
   /Часон - древнее название Кореи/
  
   Спустя полчаса поджарый обнаженный князь, обернувшись в простыню из белого полотна, заходил в водоём, заполненный горячей водой из вулканического источника. Слева от водоема шумел небольшой искусственный водопад, справа были вырыты несколько ям с холодной минеральной водой. Однако они были пусты - лишь в центральной купальне плескалось несколько человек. Точнее трое - пузатый, пьяненький кореец с плоским безусым лицом и две молоденькие девушки с завязанными в пучок волосами. Троица смеялась, одаривала друг друга брызгами и шлепками по голым попкам.
  
   - Ээ! Какие гости!! - увидев китайца завопил счастливый Пак Сун - Сам высокородный Чжоу Ли почтил визитом нашу скромную пирушку.
   - Не такая уж она и скромная - подплыв к кампании, князь махнул рукой в сторону бортика купальни. Там в окружении несколько миниатюрных кипарисов стоял поднос с деликатесами и выпивкой.
   - О, Чжоу-сан, ты уже пробовал императорские суси и сашими? Говорят сам Ёшихиро-сама изобрел рецепт блюда. Эти кусочки рыбы в рисе с соевым соусом и васаби - бесподобны!
   - Пробовал - лаконично ответил посол - Нам надо срочно поговорить
   - Говори
  
   Чжоу Ли показал глазами на раздетых банщиц.
  
   - А дамы нам мешать не будут - перешел на мандаринский диалект Пак Сун - И даже помогут.
  
   Он забрался на бортик и жестом подозвал к себе девушек - Давайте ка, потрудитесь над моим нефритовым жезлом. Чжоу-сан, не стесняйся, присоединяйся.
  
   Одна из банщиц оттопырила розовый от горячей воды зад и приглашающе улыбнулась.
  
   - Пак! В Дзигоку тебя с твоим развратом! У меня серьезное дело!!
  
   /Дзигоку -- название преисподней в японском языке, которое обычно подразумевает концепцию буддийского ада, где правит бог Эмма. От мира живых его отделяет река Сандзу/
  
   - Какой ты скучный - вздохнул кореец, жестом отсылая прочь девушек - Но, что там у тебя, чума вернулась в Киото? Император нашелся?
   - Чума не вернулась, а Ёшихиро, оказывается, никуда не пропадал. Был на паломничестве в храме "Тайсэкидзи". Пост, молитвы, медитации... Просил милостей у богов для Ямато.
   - Милости ему окажут не боги, а Симадза Такахиса. Разрешив вскрыть свой живот над навозной кучей
   - Ты так уверен в победе южан?
   - Все уже решено. Португальцы, пушки, ружья. Ты знаешь, что под знаменами Такахиса собираются все дайме Ямато? 40 князей со своими дружинами. Опять же вако с Окинавы. Двести тысяч самураев! Это сила. Это мощь.
   - А я слышал обратное. Что в столицу перебежали дайме Мори, Тёсокабэ и еще несколько аристократов с Сиккоку и Кюсю со своими сторонниками... За Ёшихиро выступают кланы синоби и весь север. Да и народ его боготворит. Налоги понизил, самураев приструнил, чуму победил. Весь Киото заклеен его прокламацией Пяти обещаний
   - Ну, а вам то что беспокоиться? Вы, китайцы, самые умные - ставите сразу на двух лошадей. Победит Ёшихиро - отлично. Чжоу Ли помог Императору отменить указы "хайцзин". Кто разрешил японцам морскую торговлю с Китаем? Кто пристроил торговые дома клана Сатоми на ярмарку в Кантоне? Чжоу Ли! Победит Такахиса тоже неплохо. Деньги в займы кто ему дал? Китайцы. Опиум для него кто выращивает?
   - Прекрати сейчас же! Опиум португальцы возят из Индии. И кстати, говоря, складируют его в Пусане!! Чунджон совсем голову потерял? Пускать христиан в самое сердце Чосона, да еще с конкистадорами, священниками...
   - Эй! Поаккуратнее про нашего вана говори. Сами Макао отдали на откуп чужеземцам, а нам претензии предъявляете??
  
   /Пуса?н -- крупнейший порт и второй после Сеула город в Кореи/
   / Чунджон - король (ван) Кореи (Чосона)/
  
   - Пак ты когда последний раз на карту смотрел? Макао - остров в дельте реки Жемчужная. Его изолировать флотом - один раз высморкаться императорскому евнуху. А Пусан - материковый порт!
   - И что?! Какие-то миньские кастраты будут нам указывать?!
   - Что ты сказал??
  
   Китайский посол схватил за горло корейца и стал сжимать руки. Пак Сун с налившейся кровью лицом, попытался разжать захват, но безуспешно. Теряя сознание, он начал стучать ладонью по бортику купальни.
  
   /Макао до 17-го века действительно был островом/
  
   - Живи, червяк - Чжоу Ли отбросил от себя прочь корейца, подошел к подносу и налил сакэ - И помни кто ты и кто твой ван. Чунджон лишь волей Поднебесной княжит в землях Чосон.
   - Да, господин посол - прохрипел в ответ Пак Сун, склоняя голову - Чем я могу вам помочь?
  
   - Запретный город беспокоит усилившееся влияние португальцев на дела Чосона. Ямато, Оккинава - пускай. Но не граничащая с Китаем страна. Нельзя пускать христианскую заразу на материк. Сначала приходят иезуиты. Плетут свои интриги, открывают храмы. Потом приходят торговцы опиумом. Разуй глаза Пак! Посмотри, что творится на юге Хонсю и Кюсю. Народ курит опиум деревнями. В городах не пройти от нищих и больных маковой лихорадкой. Люди трясутся, кричат от боли. У них ломит кости, горит нутро. Ты такого будущего хочешь для своей страны??
   - Португальцы дали твердые гарантии, что поставки товара будут идти только на острова - кореец потер шею и продолжил - Есть один нюанс, о котором вы не знаете. Главный азиатский иезуит Педро Новаиш очень дружен со второй наложницей Чунджона.
   - Это та, которая занимается врачеванием? Великая Чан Гым?
   - Да. Единственная женщина-придворный лекарь за всю историю династии Чосон.
   - Ну и при чем тут она?
   - Чан Гым имеет большое влияние на вана. Пять лет назад она спасла ему жизнь. А недавно уберегла от смерти и сына Чунджона. И знаете как?
   - Как?
   - Разрезала ему живот и вытащила из него гнилую кишку.
   - Не может быть! И парень не умер от боли?
   - Именно! Педро Новаиш посоветовал Чан Гым использовать настойку опия. Принц заснул и наложница смогла закончить свое дело.
  
   Не обращая внимание на корейца, Чжоу Ли закрыл глаза, лег плашмя на воду и раскинулся звездой. Воцарилась тишина. Пак Сун боясь потревожить раздумья посла, аккуратно выбрался на край купальни, оделся в халат и принялся ждать.
  
   - Ну, хорошо - очнулся от своих мыслей Чжоу Ли - Запретный город дал мне инструкции не вмешиваться в борьбу Такахисы и Сатоми. Ты прав. Победит первый - мы получим обратно погребальные фигурки воинов из кургана императора Чжао Куан-иня. Да, и японские торговцы перестанут сманивать в Кантоне наших мастеров. Ну, а если возьмет верх Ёшихиро...На завоевании Кюсу он не остановится. Почистит Окинаву от вако, выкинет португальцев с их опиумом из Азии. В любом случае мы в выигрыше.
  
  

Глава 15

    

Побеждает тот, чьи войска - от первого

до последнего воина - хотят одного.

Сунь Цзы

    
   Благодаря оставленному письму фельдмаршалу, отсутствие Императора в Госё осталось незамеченным. Хиро-сан прикрыл мою задницу перед придворным (за что мне пришлось выслушать от него упреки в безалаберности), объявив, что Микадо совершает паломничество в столичный храм "Тайсэкидзи". Разумеется, первую аудиенцию я дал Набе Санэнаги, который невольно участвовал в этом заговоре. Разговор получился деловым и конкретным. Определили дату общеяпонского съезда священнослужителей, место (Золотой павильон), бюджет (пришлось раскошелится). По моему запросу уже пожилой, за 50 лет, но все еще энергичный  Набе-сан подготовил материалы по состоянию дел с религиями на островах.  
  
   Как я и думал, юг Японии (особенно Кюсю) оказался сильно христианизирован, центр и север - сборная солянка из буддизма, синтоизма и различных восточных сект. Набе-сан сходу предложил радикальную реформу - приходы конкурентов закрыть, имущество с паствой передать в ведение нового министерства по делам религий. Всего предполагалось быстрым рейдерским наскоком захватить 8 тысяч буддистских храмов и монастырей по всей стране. Таким образом, будущий патриарх синтоистской церкви, Набе Санэнаги - а именно его на эту должность я планировал поставить настоятеля храм "Тайсэкидзи" - стал бы распоряжаться огромными богатствами и сравнялся в могуществе с Императором Японии. Оно мне надо? Однозначно, нет. Значит, действуем тоньше.
  
   - Уважаемый, Набе-сан - поинтересовался я у священника, сворачивая отчет обратно в трубочку - У меня только два вопроса к вам по поводу выдворения христиан и буддистов из страны. Не приведет ли это к бунту? И есть ли у вас достаточно служителей синто, чтобы занять освобожденные храмы и монастыри?
  
   Санэнаги обиженно закряхтел, но ничего внятного на этот вброс ответить не смог.
  
   - Значит, поступим следующим образом. Я напишу указ о том, что Палате по делам религий в этом и следующих годах отходят земли и храмы сект Белого лотоса и Икко-Икки. Даю вам сорок дней, чтобы сформировать отряды священников, которые будут приданы полкам Хиро-сана. Посмотрим, как ваши люди справятся с задачей в провинциях Исе, Эчизен, Ното... Если все пройдет удачно, без бунтов и утери имущества сект, то через два года я дам разрешение занять десятую часть всех буддистских святилищ. Будем есть этого кита по кусочкам. От вас, Набе-сан, мне сейчас требуется три самые важные вещи.
  
   Санэнаги схватился за кисточку, вытащил из рукава чистый лист бумаги и начал записывать.
  
   - Первое, это налогообложение. Ситуация, когда религиозные группы неподотчетны центральному правительству - недопустима. Отныне я дарую право синтоистской церкви взымать с паствы десятину, но половину этой десятины я буду забирать в императорскую казну. Это касается и различных подарков, пожертвований, а также доходов с монастырских земель и промыслов. Специальные ревизоры будут инспектировать храмы, обители и в случае обнаружения недостачи - к нарушителям будут применяться самые жестокие меры.
  
   - Второе. Образование. Не прошу, а требую открыть при всех святилищах начальные школы для детей. Обучать чтению, письму, истории нашей страны. Передаю в ваше ведение киотский университет Фиядзон. Приказываю в нем готовить пастырей-учителей. В каждой из тридцати семи провинций, что подчиняются ныне дому Сатоми, определить главный храм. При нем открыть типографию и семинарию для подготовки низового жречества.
  
   Третье. Иерархия. Сейчас в синто два типа священников - кануси и их помощники - мико. Причем должность кануси передается по наследству. Это недопустимо. Отныне все священники после обязательного обучения и сдачи экзаменов должны утверждаться Палатой по делам религии. Я предлагаю ввести ранговую систему. Высший ранг - Верховный жрец синто. Ему подчиняются гудзи или священнослужители первого ранга -- главные священники храмов и центральных монастырей. Наконец, внизу пирамиды -
   нэги и гонэги - рядовые жрецы второй и третьей ступени.
  
   - Женщины могут занимать эти должности? - поинтересовался Санэнаги
  
   Хм. Хороший вопрос. Насколько я знаю, даже в 21-м веке традиционные религии так и не смогли для себя решить эту проблему. Что уж говорить про 16-е столетие.
  
   - Будем решать по ходу дела - я решил слиться с этой скользкой темы о правах женщин. Тут только начни - столкнешь первый камень лавины. Сначала потребуют право учиться в университетах, потом заниматься мужскими профессиями - типа врача (кстати, по слухам в Корее уже есть первая женщина-врач и, говорят, что пользует самого ванна), а там глядишь, и до выборов дойдет. Только суфражисток мне тут не хватало.
  
   - А вот что мы не можем оставить на потом - перешел я к самой важной теме - Так это вероучение и обряды.
  
   Санэнаги тяжело вздохнул и вынул новый листок для записей.
  
   - В ходе общего собора священнослужителей необходимо утвердить единый перечень всех богов, духов, ками, которым молятся прихожане.
   - Вы предлагаете вносить изменения в Кодзики? - задрожал голос Набе
  
   /Кодзики (яп. "Записи о деяниях древности") -- крупнейший памятник древнеяпонской литературы, один из первых письменных памятников, основная священная книга синтоистского троекнижия, включающего в себя помимо "Кодзики" "Нихонги" ("Анналы Японии") и недошедшую до нас. "Кудзики" ("Записи о минувших делах")./
  
   - Если потребуется, то да. Меня не устраивает эта чехарда, что сейчас творится в источниках. По одним книгам Идзанами -- богиня творения и смерти, супруга бога Идзанаги. По другим - его сестра. Сам Идзанаги - бог-творец мира, отец Аматэрасу. А в свитках "Кудзики" его роль описывается как одновременно отца и матери Аматэрасу и двух ее братьев, после ухода Идзанами в некую страну Ёми. Что еще за Ёми?? Какая страна может быть помимо того мира, что сотворил Идзанаги? Предлагаю, выстроить четкую конструкцию небесной иерархии и убрать все лишнее. Есть бог-творец Идзанаги, есть богиня-покровительница Ямато Аматэрасу, от которой ведет свой род Микадо. Есть стихийные божества, отвечающие за ту или иную сферу жизни людей. Так надо решить Сусано - бог ветра, воды или мертвых? За небесные светила, кроме Солнца отвечает всемогущий Цукиёми или еще кто-то? И так далее.
  
   Набе явно напрягся. Его кустистые брови сдвинулись к переносице, шея покраснела. Надо срочно дать пряник.
  
   - Набе-сан, во-первых, после того, как юг Ямато покорится моей воле, я обещаю отдать храму "Тайсэкидзи" монополию на проведение лотерей по всей стране. Во-вторых, я
   обещаю, что через десять лет синто станет религией миллионов и миллионов людей, а вы - их главным духовным пастырем. Не только на островах, но и на материке появятся наши святилища, верующие в богов синто. А наша задача им понятно, на доступном языке объяснить кому, как и зачем молиться. Я прошу вас кроме подготовки единой вероучительной книги, напечатать сборник молитв и служб. Когда и как проводятся шествия и праздники мацури, символическое очищение хараи, подношения, ритуальные пиры и храмовые танцы...
  
   Санэнаги задумался, еще раз тяжело вздохнул и согласно кивнул. Ура! Еще одно сражение выиграно. Я мысленно вытер пот со лба и настроился на следующую аудиенцию. В приемный зал вполз - по-другому не скажешь - никто иной, как Микуни. Когда я вчера заявил главному церемониймейстеру дворца Аютигата Саи, что в киотском квартале Миягава живет семейство ассенизаторов и Сын Неба желает лицезреть его главу - придворного чуть не хватил удар. Его тщательно выбеленное лицо сморщилось, как сухой лист, челюсть отвисла. Целый час Аютигата упорно убеждал меня, что никогда, ни при какой ситуации Император не может снизойти до золотаря. Для этого есть чиновники, а вернее даже помощники чиновников, т.к. ни один дворянин не вытерпит присутствия грязнули рядом с собой.
  
   Сейчас Микуни никак не походил на грязнулю - причесан, благоухает духами, одет... бог ты мой... в мое красное кимоно с листьями клена. Ай, молодца! Взял в аренду одежду у аптекаря Китигоро и не скажешь, что день назад мы с этим человеком вычерпывали дерьмо из выгребной ямы.
  
   Разговора с Микуни не получилось. Золотарь дрожал, боялся на меня поднять глаза и прижимал лоб к лакированному полу так сильно, что я ожидал после его ухода увидеть вмятину. Сначала я хотел показать Микуни чертеж обыкновенных ласт. Дело в том, что сам золотарь происходил из провинциальной семьи ами - ныряльщиками за моллюсками и жемчугом из деревни Идзугава. Междоусобные феодальные войны не прошли мимо селения золотаря. В Идзугаву вошли войска соседнего дайме и сожгли все, что только могли. Микуни с родственниками вынужден был бежать в столицу. Но даже работая ассенизатором, мужчина не забывал чем его семья жила последние сто лет. Он интересно рассказывал о традициях ами, костюмах, приметах... И я подумал, что ныряльщикам в их труде вполне могут пригодится банальные ласты. Да, вулканизированный каучук получить пока не реально. Но он и не нужен. Ласты можно сделать из прессованных пальмовых листьев или даже сплести из коры деревьев. Главное правильно подобрать угол посадки на ступню и длину.
  
   Но посмотрев на трясущегося Микуни, я решил отложить вопрос с ластами до лучших времен. Вряд ли он сейчас способен осознать все достоинства изобретения. Поэтому я выдал золотарю указ о присвоении ранга Главного сантехника двора его Императорского величества и отпустил домой. Указ оградит Микуни от любых нападок за упущенного пленника, да и нормальный водопровод с туалетом в моих покоях появится, надеюсь, побыстрее. Надоело ходить в средневековые ватерклозеты - хоть и обшиты панелями из дорогих сортов лиственницы, снабжены расписными перегородками сёдзи, но запашек... А эти переносные туалеты?? Когда я первый раз увидел компактные кабины с выдвижными деревянными ящиками - меня аж передернуло. Ну как прикажешь освобождать свой кишечник в лоток посыпанный песком или хвоей?? Я кошка что ли?
  
   Стиль жизни императорского двора все больше и больше меня раздражал. Постоянно вокруг тебя крутится армия аристократов, чиновников, высших жрецов. Просыпаешься - рядом уже сидит, кланяется дежурный камергер косё. Он тут же кричит - Мо-о-о! Это команда слугам начинать приготовление. Челядь вбегает, разворачивает меховой ковер, на него ставят таз с теплой водой, полотенцами... После посещения "кабинета задумчивости" и умывания меня облачают в парадное кимоно.
  
   В первый же день после коронации мне пришлось выдержать целую битву с Аютигата Саи за право одеваться как обычный самурай. Императору на людях полагается носить исключительно церемониальный костюм. Это длинные шаровары нагабаками, которые полностью скрывают ступни и волочатся вслед за ногами. Плюс широкая парадная накидка катагина с очень длинными рукава, которые касаются пола. Не стоит забывать и о тяжелой ритуальной шапке, китайского образца. Очевидно, что нормально существовать в подобной одежде невозможно, так что пришлось вернуться к кимоно.
  
   Новый возглас "Мо-о-о" - Император идет на женскую половину. Тотоми еще не приехала, но это не значит, что покои пустуют. Тут обитает двадцать две фрейлины девяти различных рангов. Они выстраиваются в линию и отдают общий поклон. Пока я почитаю предков у семейного алтаря, воскуриваю ароматические палочки и молюсь - девушки стреляют в меня глазками, шуршат веерами и перешептываются. Церемония собурэ (общий сбор) заканчивается и меня опять ждет мужская половина. Здесь уже сидят два косё. Они начинают меня брить и укладывать волосы в косичку. А я тем временем завтракаю. Бобовый бульон мисо, рис, жаренная рыба. На последнем опять настоял я - ностальгия дает о себе знать, так что приходится спасаться корюшкой, сайрой и угрем. Первые коровы уже добрались до Тибы, но бифштексов средней и малой прожарки - ждать еще долго. До тех пор, пока половина верующих в Японии принадлежат различным буддистским течениям даже заикаться о мясе нельзя.
  
   Некоторые блюда доходят остывшими, но я не в обиде. Это значит, что мацукэ Гэмбана работают и дегустаторы ищут в еде яд. А блюда тут же разогревают при мне на переносных жаровнях. После завтрака - обязательный осмотр лекарями. И опять без боя никак. От придворных "медиков" я отказался сразу же после первого обследования. Ну что это за процедура, когда четыре (!) лекаря подползают к тебе на коленях и не отрывая лба от пола начинают ощупывать. Ладно, еще пульс, пальпация живота... Но как можно осматривать горло и язык пялясь в пол - я не понимаю! Пришлось заменить шарлатанов на Акитори-сана, что, конечно, тоже не прошло без интриг - доносы, кляузы посыпались на доктора как из рога изобилия. Пришлось подбодрить Акитори титулом хатамото и двумя мечами. Заодно, таким образом, наградил за его самоотверженную борьбу с чумой.
  
   После осмотра, меня ждут четыре государственных советника. Если с Ёсикуни Хатакэяма мы сработались и быстро решаем все накопившиеся за день вопросы, то трое остальных - это трэш и ад. Советники носят титул - родзю, т.е. старейшин. И это действительно, старые, пожилые люди с отдышкой, дрожащими руками и слезящимися глазами. Добиться от них чего-нибудь внятного - невозможно. Память дырявая, настроения крайне консервативные. Так жили наши предки - нам жить также! Вот их главный девиз. Жду как манны небесной приезда в Киото моих сторонников и вассалов. Тогда, наконец, можно будет сформировать нормальное правительство бакуфу и начать реформы. Дипломатия и торговля, земельная реформа, налоговая реформа, реорганизация армии и административного устройства - за что ни возьмись, везде работы непочатый край. Опять я упираюсь в кадровые ограничения.
  
   Бессмысленные совещания с родзю затягиваются на три, четыре часа. Но всему приходит конец и к полудню старички расходятся. Бьет колокол, косё за сёдзи опять кричит: "Мо-о-о!" - начинается обед. Слуги вносят кушанья и в парадных покоях появляются фрейлины. Дамы прямо таки выскакивают из кимоно, чтобы прислужить мне, обратить на себя внимание. Попасть из фрейлин в наложницы - большая удача. Ну, а если еще умудришься родить ребенка мужского пола, считай, что жизнь удалась. Пришлось и тут наводить порядок. Второй мой указ (первый - о запрете торговли человеческими органами) накладывал вето на чернение зубов и беление лиц женщинами. А то, понимаешь, когда тебе улыбается красавица, а у нее вместо рта - черный провал - меня лично бьет дрожь.
  
   Обед заканчивается, а у императора стартует сиеста. Можно переодеться в легкое кимоно, выпить чаю, почитать исторические хроники, конфуцианские тексты. Не самому, конечно. Для этого при дворе есть специальная должность - Первый чтец. Вслед за сиестой приходит время работы с документами. Они делятся на два вида. Подаваемые для ознакомления с уже принятыми родзю решениями и требующие личной резолюции микадо. С последними выходит любопытно. Раньше подобными бумагами занимался Сёгун или Регенты. Теперь их все шлют во дворец. Вал грамот просто захлестывает меня - тут и одобрения приговоров удельных князей, и финансовая документация (отчеты, ревизии). Периодически попадаются различные прожекты, будь то закладка новых крепостей, портов...Особое место занимают письма граждан. Предыдущее правительство развесило в Киото несколько жалобных ящиков и теперь все доносы, жалобы идут напрямую в мой секретариат. Сабуро Хейко не справляется с потоком (в первую очередь потому, что проблемы, изложенные в письмах, некому делегировать), так что разбираться в бедах горожан приходится мне лично.
  
   Вечер обычно заканчивается ужином и какой-нибудь синтоистской церемонией, на которой я вынужден исполнять роль "свадебного генерала". До постели добираюсь уже ползком и опять вынужден скрипеть зубами на косё, которые укладываются у меня в ногах на специальных футонах. Оно и понятно - один раз император сумел незаметно покинуть дворец и аристократия не хочет повторения истории.
  
   Как же мне не хватает жены! Скорее бы приехала Тотоми, по которой я так соскучился. Уже засыпая, вспоминаю про Саюки. Перед отъездом в чумной Киото я запретил ей сопровождать меня. Потом закрутился, про запрет забыл. И только сейчас вспомнил, что девушка все еще находится в землях Оми и ждет приказа. Пора ведьмочку вызвать во дворец. С этой мыслью я засыпаю окончательно.
  

Глава 16

  

Будьте внимательны к своим мыслям,

они -- начало поступков. Лао Цзы

  
  
   31-е августа - день моего рождения. Самое удивительное, что и у Ёшихиро Сатоми тоже. Об этом помнит Хиро-сан и на утренней аудиенции буквально продавливает своим авторитетом общенародный праздник. Я же, удивленный совпадением, покорно соглашаюсь. Получается, что мы с Сатоми родились в один день, с разницей в 473 года. Нет ли тут какой-то мистической закономерности, которая привела меня в тело средневекового дайме?
  
   Кажется, первыми, кто начал видеть связь между цифрами и природными закономерностями - были Пифагор и его ученики. Напрягаю свою чудо-память. Так уроки по философии, семинары... Что-то про мировую гармонию, в которой заключен закон мироздания. Про единство во множестве и множество в единстве. Перед внутренним взором всплывает фигура унивесритетского препода: " ...Учение Пифагора продолжает учение Орфея о бессмертии души, о перевоплощениях (sic!), о средствах спасения и очищения души, приводя его в стройную, обоснованную систему. Задачу земной жизни человека Пифагор определяет, как внесение во внутренний мир порядка, "числа", гармонии...". Ага, вот где собака порылась. Что там дальше? "Греки пришли к обожествлению числа через астрономические наблюдения. Ведь небесные явления, с которыми связаны все главнейшие изменения земной жизни и истории, наступают с математической правильностью, повторяясь в точно определённые циклы. Эти циклы можно вычислять, а значит и прогнозировать, проверяя на практике гипотезы". Чем, собственно, и занимался Пифагор. Теперь все ясно.
  
   Совершенно точно, великий философ наделял сакральными функциями тройку - "...ибо как человек состоит из тела, души и духа, так и Вселенная делится на три сферы: мир естественный, мир человеческий и мир божественный...". Семерка тоже фигурировала в его концепции не на последних ролях - отвечала за соединение в индивиде божественного и человеческого. Наконец, четверка. А вот про четверку память моя молчала. Не обсуждалась эта цифра на занятиях. Однако это не значит, что нельзя все про нее выяснить. Например, достать сочинения Пифагора. С ними история мутная. Одни исследователи утверждают, что философ не оставил после себя письменных работ. Другой древнегреческий мыслитель - Диоген - спокойно перечисляет их названия: "О воспитании", "О государстве" и "О природе". Если ему верить, то "О природе" - главный, тайный труд философа - передается из поколения в поколение среди потомков Пифагорейского союза. Который, если верить историкам, в пятом веке до нашей эры перестал существовать, распавшись на акусматиков ("слушателей") и математиков ("учеников"), будучи в дальнейшем поглощенным платониками. Акусматики имели дело с мистическими сторонами учения, математики -- с исследованиями четырёх пифагорейских "матем": арифметики, геометрии, гармоники и сферики. Вот оно! Мысленно отвешиваю своей памяти благодарственный поклон. Всплыла таки четверочка! Аригато.
  
   Все, беру на вооружение нумерологию Пифогора. Тут явно проглядывает какая-то перспектива разобраться с подоплекой моего незапланированного визита в Японию 16-го века. Если Пифагорейский союз до сих пор существует - а кого тогда сжигают на кострах инквизиции в нынешней Европе? - то... мне срочно нужен посол. А точнее целое посольство, которое отправится ко двору Папы Римского и выбьет из кардиналов всю информацию об учении Пифагора. Не может быть, чтобы Святая Конгрегация не имела сведений об основных религиозных группах в той же Греции. Которая сейчас плотно лежит под османами. А это в свою очередь значит, что и ко двору Сулеймана Великолепного необходимо посылать дипломатическую миссию.
  
   /Сулейма?н I Великоле?пный (6 ноября 1494 -- 5/6 сентября 1566) -- десятый султан Османской империи, правивший с 22 сентября 1520 года, халиф с 1538 года.
   Сулейман считается величайшим султаном из династии Османов; при нём Оттоманская Порта достигла апогея своего развития/
  
   /Конгрегация доктрины веры или Конгрегация Вероучения (лат. Congregatio pro Doctrina Fidei) -- старейшая и главная, из девяти Конгрегаций Римской курии, в компетенции которой находится наблюдение за ортодоксальностью и чистотой вероучения и морали проповедуемого в Римско-католической церкв/
  
   Только вот где взять столько дипломатов?? Опять я упираюсь в проклятый кадровый вопрос. Это начинает конкретно бесить. За что ни возьмись - нет людей. Управляющие провинций? Военные губернаторы, самураи. Коор-бугё городов? Обратно дворяне. Пора создавать полноценный чиновничий аппарат. Компетентный и самовоспроизводящийся. Не откладывая дело в долгий ящик, я велю закладывать кортеж к обеду и отправляюсь на инспекцию в киотские учебные заведения.
  
   Первым у меня на очереди - Банту. Крупнейший университет Киото. А точнее целый студенческий квартал. Тут и крупнейшая библиотека страны, и учебные корпуса, жилые дома преподавателей, своя полиция, состоящая из дружинников и даже мемориальный комплекс, состоящий из мавзолеев основателя университета и продолжателей его дела. Студиозы и их учителя, предупрежденные о моем визите, сидят на коленях в шашечном порядке. Ряд учеников, ряд преподавателей, которых легко отличить по квадратным китайским шапочкам. После поклонов ниц, я вытаскиваю в свою свиту местного ректора - седоволосого Хако Тосёгу и мы начинаем обходить аудитории Банту. Первое впечатление - все учителя с палками. В университете активно используются телесные наказания. За любые провинности и невыученные уроки студентам дают батогов. Бамбуковыми тростями по пяткам и обратно зубрить задание. Из предметов - конфуцианство, военное дело (стрельба из лука, кэндо), догматы буддизма и синтоизма, каллиграфия, китайский язык, азы математики, астрология... Мнда, опять астрология. Хмурюсь и вспотевший от страха Тосёгу, тянет меня в местную гордость - библиотеку. Книгохранилище - второе сильное впечатление за день. Представьте огромный зал, в котором на полу сидят несколько сотен человек. Перед ними широкие рулоны бумаги, заправленные в специальные держатели. Прямо как в туалете, студенты вытягивают свитки из круглых свертков, изучают текст, после чего сворачивают обратно. Глядя на все это, я подумал, что вся наша жизнь - очень смахивает на эти туалетные рулоны. Вроде длинная, а уходит на всякое дерьмо.
  
   С моим багажом послезнания и памятью, что стоит написать учебники по физики, химии, биологии? Пока мы шли обратно на площадь, я даже взялся в уме составлять предварительную рыбу пособий. Ну, с физикой все понятно. Начинать надо с классической механики, законов Ньютона. Пространство, время, энергия, агрегатные состояния, движение, масса, гравитация, закон сохранения. Здесь же азы астрономии - телескопы, солнечная система, движения планет. Понадобятся сразу основы оптики и математика. Дальше выжимка исследований по магнетизму и электричеству. Хоть банальный громоотвод будут ставить на легковоспламеняющиеся дома - и то хлеб. Термодинамика, газы, молекулярная теория - это все уже без меня, сами. Не будем отнимать хлеб у японских ломоносовых.
  
   Теперь химия. Сразу перескакиваем от флогистона к кислородной теории горения, даем список химических элементов. Периодическую систему Менделеева "изобретать" до открытия молекул и атомов нет смысла, зато можно пользоваться упрощенной классификацией Лавуазье. Туда же пихаем стехиометрию - соотношения реагентов в реакциях. Черт! Тут уже без уравнений - линейных, квадратных и прочих - никуда. Значит, опять на первое место вылезает математика. А где математика, там геометрия. Я еще раз чертыхнулся про себя.
  
   Если давать геометрию (а куда без знаний о пространственных структурах и их закономерностях?) - надо давать черчение. Я помню, что в советские времена этот предмет был обязателен для школ и технических институтов. Потом дебилизация населения, проводимая властями, выдавила из школьного курса черчение (как и астрономию и еще ряд важных дисциплин) - но я то понимаю важность навыков построения перспективного изображения чего угодно. От двигателя паровоза до стены крепости. Кое-какими чертежными инструментами с моей подачи в Японии уже пользуются (тот же циркуль для измерения расстояний на карте) - однако без чертежной доски, уголка, линейки мы далеко не уедем.
  
   Ставлю в памяти галочку - обязательно послать письмо моему рудокопу, корейцу Чунгу. Пусть ищет графит для карандашей. Не найдет - будем использовать свинец для этих целей. Бумага тут дорогая, значит, нужны ластики. Голова начала конкретно болеть от всех этих забот. Получается, что одно тянет за собой другое. Так чтобы научить японцев черчению, нужно заполучить растение под название гевея. Растет она, кажется, в Бразилии и Малайзии (что ближе). Достать вполне реально. Из гевеи добываем сок - источник натурального каучука. Дальше каучук нагреваем, смешиваем с серой, мелом и на выходе получаем резину. Из которой уже можно делать хоть ластики, хоть плащи с галошами. Ставлю еще одну галку - связать с мои вассалом Хондой Хосимой и обсудить возможность каучуковых плантаций в Японии.
  
   Математика, геометрия, черчение, физика с химией - что еще остается? Биология? Медицинские исследования трудами Акиотори-сана уже сдвинулись с места. На днях я дал разрешение создать в квартале неприкасаемых анатомического театра совмещенного с моргом. Скоро у нас появятся первые паталогоанатомы, которые наконец, составят анатомический атлас, опишут систему кровообращения, органы, основные болезни. Ей богу, тошно смотреть на какого-нибудь самурая из свиты, у которого завелся подкожный паразит и чесотка, а он вместо врача бежит в храм изгонять из ступни "злого ками". Теорию эволюция и микробиология давать японцам не буду, рано. А вот зоологию с систематикой - уже можно. Пусть островные "линнеи" классифицируют животных, разделяют их на виды и таксоны, собирают гербарии. Подогнать им микроскоп - глядишь, откроют клетку, молекулы. А это уже помощь химикам и физикам.
  
   / Карл Линне?й - шведский естествоиспытатель и врач; создатель единой системы классификации растительного и животного мира, ещё при жизни принесшей ему всемирную известность/
  
   Вернувшись на площадь, мы застаем всю ту же картину - ученики ровными рядами сидят не шелохнувшись на коленях. Пора привнести в этот пейзаж небольшой оживляж.
  
   - Всем сиротам выйти вперед - я подхожу к первой шеренге и громко повторяю приказ
  
   Начинается броуновское движение и ко мне протискивается человек пятьдесят, шестьдесят. Из полутысячи сидящих на площади - это довольно небольшое число. В Японии отлично работает институт усыновления и потерявшим родственников детям община тут же находит приемных родителей.
  
   - Построится друг за другом - новая команда и студенты быстро собираются в колонну - Видите стены императорского дворца? Первые тридцать обежавшие вокруг Госё станут моими личными вассалами хатомото. Время пошло!
  
   Парни во все глаза смотрят на меня, потом на дворец и тут первый студент схватывает идею, скидывает шлепанцы и срывается с места. За ним еще один и тут же вся толпа, после небольшой давки, выплескивается за ворота Банту.
  
   - Э.ээ - мэкает Хако Тосёгу, явно ничего не понимая
   - После того, как прибегут - потрудитесь устроить экзамен для победителей. Пусть каждый решит на скорость вот такую задачку. Есть бутылка
  
   Я щелкнул пальцами и один из адъютантов подал мне стеклянный сосуд с узким горлышком, который перед моим отъездом в Киото отлили в химической лаборатории Хаяси. Я поставил бутылку на землю и бросил внутрь скорлупу от грецкого ореха.
  
   - Бутылка стоит на земле. Трогать и перемещать ее нельзя. Задача - достать скорлупу. Касаться ее руками или каким-либо предметом, например, клейкой палочки, также не разрешается. Мои адъютанты проследят за соблюдением правил и составят таблицу победителей. Первый пятнадцать человек должны будут написать сочинение на тему "Как я прославлю Императора Ёшихиро Сатоми в веках". Это все, господа.
  
   Я поворачиваюсь и ухожу. А преподаватели бросаются к бутылке и начинают яростно спорить о том, как достать скорлупу.
  
   Подобным экзаменом я хотел добиться несколько целей сразу. Во-первых, мне нужны были губернаторы в завоеванные провинции. Восемь, десять, а лучше двацдать верных и сообразительных мужчин. И лучше, чтобы люди, которые займут эти высокие должности были сиротами, то есть не связанными родственными чувствами с основными кланами и семьями. Губернаторы должны быть здоровыми и выносливыми - именно поэтому я устроил им пяти километровый кросс вокруг дворца. Сообразительность легко проверить тестом с бутылкой. Догадаются налить воды внутрь, так чтобы скорлупа всплыла - честь им хвала. Ну а если нет..., то есть шанс попасть в число избранных на следующий год. Я планировал сделать экзамены ежегодными и победителей награждать прямо в приемном зале Госё. Сироты на всю жизнь запомнят эту церемонию и будут моими верными вассалами при любых обстоятельствах. Что касается сочинения, то это просто тест на грамотность и талант. Будущим губернаторам придется много работать с разными отчетами - пусть сразу привыкают внятно излагать мысли. На выпускном приеме в честь новых чиновников я собирался устроить последний экзамен - на честность. В ходе пира, рядом сидящие адъютанты на глазах каждого из выпускников будут воровать фарфоровые пиалы. Доложит студент сразу о хищении - отлично, финальное испытание прошел. Не доложил - второго шанса не будет. Конечно, все это не гарантировало честность будущих управленцев. Но чистоплотность и преданность можно обеспечить и другими методами. Во-первых, постоянная ротация. Три года службы на одном месте, после чего добро пожаловать в другой город или провинцию. Во-вторых, ограничения по возрасту и физическому состоянию. Больные и старые не могут и не будут занимать высшие должности в государстве. В-третьих, институт выездных проверок и аудиторских ревизий. Чтобы не сговорились - аудиторы бросают жребий в моем присутствии. В-четвертых, система рангов. Каждый чиновник на выпускном экзамене получает десятый, девятый или для совсем гениальных студентов - восьмой ранг. Каждые три года при переезде на новое место службы нужно подтвердить свой разряд. Курсы повышения квалификации, пара удачно сданных экзаменов и можно карабкаться вверх по иерархической лестнице. Наконец, система заложников и регулярных визитов в столицу. Я совершенно не собирался отказываться от этой полезной инновации сёгуната Асикага.
   Пусть детки губернаторов учатся и живут под моим боком - так будет надежнее. А родители пусть колесят по стране. Глядишь, асфальт быстрее изобретут.
  
   Через подобное сито я собирался провести воспитанников всех пяти университетов. После чего сформировать "золотую сотню" Императора. Эта сотня и станет моим кадровым резервом на все случаи жизни.
  
   День заканчивается грандиозным фейерверком, который устраивают на киотских речках люди Хиро-сана. Я согласился на грандиозное пиротехническое шоу только при условии, что оно будет проводится над водой и не приведет к пожарам. Глядя на красные, зеленые салюты я понял, что моя жизнь не так уж и плоха. Да, опасна, местами отвратительна - перед глазами до сих пор стоит ужасная агония Го-Нара, но тем не менее, глядя на веселящихся киотцев, понимаешь, что жизнь не такая уж плохая штука. Эх, если бы еще жена была рядом...
  

Глава 17

  

Клонятся ивы

Готовы коснутся земли

Осень близка

Неизвестный автор

  
   Вот и пришла осень. А вместе с ней в столицу стали собираться мои сторонники. Первыми прибыл Цугара Гэмбан. И так покрытое складками лицо старика пробороздили новые морщины, но Цугара держался бодрячком. Шутил насчет нашего совместного сидения в клетке у синоби, свитка с тайными буквами из мочи, рассказывал о своих путевых приключениях. После того, как мы выпили чаю и позавтракали, глава разведывательной сети Сатоми перешел к делу.
  
   - С плохими новостями, Ёшихира-сан я приехал - огладил рукой свою куцую бородку Гэмбан - Мои шпионы, наконец, выяснили почему медлит Такахиса. Ван Рюкю Сё Хаси вступил в союз с сацумцами и две недели назад армада кораблей с Окинавы отправилась на соединение с войсками Симадза. Удалось подслушать, что Сё Хаси поклялся отомстить тебе за смерть сына и везет тридцать тысяч вако. Собрал всех пиратов, до которых смог дотянуться.
   - Так Ходзуми же жив! - вырвалось у меня невольно - Сидит в подвалах Тибы. Должен был написать отцу...
   - Не должен - снисходительным взглядом посмотрел на меня Гэмбан - Я не стал пересылать его письмо Сё Хаси. И даже распустил слухи, что он погиб.
   - Так, так... - начал соображать я - В самый последний момент, перед решающей битвой, ты его "воскресишь" и предъявишь доверенным лицам вана. А тот глядишь, повернет оружие против Такахисы. Особенно если вместе с сыном ему пообещать... ну, что-то пообещать.
   - Точно - кивнул мацукэ - Поэтому по пути в Киото я захватил парня с собой. Пусть поучаствует в нашей игре. Кстати, что будем делать с Токугавой и Хидэёси? Я попросил гэнинов Хандзо последить за обоими. Они явно замышляют предательство. В усадьбе Хидэёси уже семь дней как живет личный представитель Такахисы, Хирухико Курода.
   - Вот отрыжка кашалота! - ругнулся я - Клялись мне в верности, обещали помощь против южан, а сами...
   - Это же дайме - пожал плечами Гэмбан - Интриги, заговоры - это их жизнь. Кстати, на меня тайно вышел человек Токугава. Дайме просит дать ему аудиенцию. Думаю, он хочет сдать подельника.
   - Вор на воре шапку украл. Что ж... Если от этого будет польза.
   - Вреда не будет. Пообещаете ему тоже, что Такахиса и он с радостью вонзит нож в спины бывших союзников.
   - Договорились. Есть еще что-то, что нам следует обсудить?
   - Открытие отделений Палаты тайных дел идет по графику. Практически во всех крупных городах уже есть мацукэ Сатоми. Каждому мацукэ поставлены задачи по вербовке агентуры на своей территории - из числа слуг управляющих провинциями, гейш... Относительно оптического телеграфа - Гэмбан с трудом, по слогам выговорил название - Ваша идея передавать сигналы флажками от башни к башне, стоящих вдоль дорог - хороша. Я отписал Кико и Цунанари Ходзе в Китай. Попросил съездить к Великой стене и посмотреть, как в Поднебесной организована эта служба. Какие коды используются, как сигналят огнями ночью или в туман...Говорят, что солнечным днем можно использовать вогнутые зеркала. Один знакомый китаец сообщил по секрету, что зеркалами можно передавать сообщения на 16 тё!
  
   Ого! 65 километров. Не знал, что моя затея с гелиографом окажется такой скоростной. Хорошо, что я в детстве читал Дюма и запомнил, как граф Монте-Кристо разорил негодяя барона Данглара, подделав биржевое сообщение гелиографа.
  
   - Голубиной почтой быстрее передавать сведения - продолжал тем временем рассуждать Гэмбан - Но телеграф полезен в тех местах, где нет городов, соответственно нет и голубятен. Например, на побережье, на кораблях. Вот если бы у деревни Ава была башня быстрой связи, разве пираты смогли бы зайти так далеко вглубь территории клана??
  
   Уже в дверях, Гэмбан ударил себя рукой по лбу и повернувшись сказал - Что делать с этим священником Родригесом? Он умолял дать ему возможность поговорить с вами и я захватил его с собой в столицу.
  
   Теперь уже мысленно стучу себя по голове я. Тоже мне супер-память... Как вулканизировать каучук помню, а о пленнике, что уже полгода полирует нары - забыл. После того, как христиане стали оказывать прямую поддержку моему врагу Симадза, я распорядился закрыть все католические миссии на подконтрольной территории. Японцы-христиане были высланы на отдаленные острова, без права возвращения. Португальцы, которые сопровождали пастыря оказали сопротивление и были убиты. Сам Родригес - заключен в тюрьму. Я хотел его использовать в переговорах с иезуитами, но священник уперся и отказался сотрудничать. А у меня не было времени его уговаривать. Потом навалились дела, эпидемия чумы и я банально забыл об узнике. И только сейчас Гэмбан мне о нем напомнил. Интересно, повлияло ли полугодовое заключение на Родригеса или он по-прежнему все такой же фанатик?
  
   - Помыть, накормить и к часу обезьяны привести ко мне - распорядился я - И вот что Цугара-сан. Сводите ка Филиппа на могилу его соотечественника Томаса Верде. Пусть помолится, отслужит мессу - вообщем, не препятствуйте ему.
  
   Пока ждал Родригеса, на прием прорвались два любопытных персонажа. Первым в приемный покой вплыла главная фрейлина дворца - Сука-сан. Уже по имени я понял, что с ней будут проблемы. А увидев пожилую даму с набеленным лицом и вычерненными вопреки моему приказу зубами, стало ясно, что женщина меня выбешивает одним своим видом. Ну, а как только она открыла рот, все, тушите свет. Сука начала упрекать меня в небрежении моими обязанностями перед женской половиной дворца. Дескать, отсутствие внимания приводит к тому, что фрейлины волнуются, болеют. А одна даже сбежала в разводной храм Эгони. Оказалось, что в окрестностях Киото есть специальное святилище, куда со всей Японии бегут обиженные женщины. Процедура развода не давала дамам право уйти от мужа просто так (в отличие от мужчин, которые могли неуживчивую супругу отослать обратно к родителям). Но если добрать до Эгони и пожить там два года в статусе послушницы, то все обязательства перед сюзереном или мужем аннулировались. Из дальнейших расспросов выяснилось, что из Госё совершила побег некто Уэсуги Мико - пятая дочь почившего Уэсуги Кэнсина. Взяла пропуск на посещение своей больной родственницы в столице, после чего тайком смазала лыжи. Скандал! Ущерб правящему дому! Срочно в розыск, примерно наказать! В таком духе Главная фрейлина распространялась целый час. Я же про себя облегченно вздохнул - ведь Мико могла бы и яда мне сыпануть.
  
   Отделавшись от Суки туманными обещаниями разобраться, дал команду впускать следующего просителя. Им оказался глава гвардейцев предыдущего императора с длиннющим, из пяти слов именем. Волосы и косичка мужчины смазаны маслом, глаза подведены, одет в парадную накидку и кимоно, расшитое розовыми и голубыми нитями. Прямо и не скажешь, что передо мной - глава телохранителей Го-Нары. Не успел этот франт открыть рот (а я и так догадывался, что он пришел просить денег на содержание своих людей, а скорее всего себя любимого), как я его сходу огорошил:
  
   - На вашем месте я бы уже давно покончил с собой на центральной площади дворца. Прилюдно и с публичными извинениями. Вы не уберегли вашего господина от смерти. Последние часы Сын Неба провел в одиночестве, мучаясь и страдая. Я еще поговорю управляющим дворца - почему микадо покинули все слуги, но с простолюдинов какой спрос? Вы же самурай! Из древнего рода. Вы были предупреждены специальным письмом о риске эпидемии. В послании я прямо предупреждал об опасности собраний, приемов.
   В том, что черная смерть пришла в Госё - ваша прямая вина. Вы лишаетесь всех титулов и земель. Ваши дети и родственники переводятся в крестьянское сословие. Пожалуйста, к полудню совершите сеппуку.
  
   Напомаженный щеголь пошел пятнами. Его рот открылся, закрылся, он попытался что-то выдавить из себя, но все тщетно. После чего упал ниц, зарыдал, размазывая тушь. Жалкое зрелище. Адъютантам пришлось силой выводить "гвардейца" из приемного покоя.
  
   Калейдоскоп лиц продолжается. В кабинет прорывается комендант Киото Ёсикуни Хатакэяма. И проблема у него более чем серьезная. В столицу все прибывают и прибывают войска Сатоми. Участились случаи дуэлей между приезжими дворянами и киотскими самураями. Самое больное место театры. Стычки происходят прямо около подмостков, в соседних переулках. За последнюю неделю погибло около пятидесяти дворян! С этим надо что-то делать и делать срочно. Только у государства есть монополия на насилие. И дело даже не в монополии. Дуэли - это черная дыра, которая засасывает в себя цвет нации. Насколько я помнил, в Европе сейчас расцвет борьбы с поединками. Первым, кто забил в колокол - кардинал Ришелье. Он посчитал убыль дворянства за период царствования только одного Генриха IV (а сделать это было не трудно, т.к. в те времена казна зарабатывала на официальных королевских прощениях второго выжившего участника) и ужаснулся. По тысячи аристократов в год уносил обычай отстаивать свою честь с оружием в руках.
  
   -Срочно готовьте указ о запрете дуэлей и наказания участников - я начал надиктовывать Ёсикуни свои соображения - Поражения в правах, ответственность родственников, общественное порицание. Предусмотрите судебную процедуру отстаивания чести потерпевшей стороны. Подумайте об ограничениях ношения холодного оружия в городах.
   - Приравниваем дуэль к убийству? - вклинился в мои мысли Ёсикуни
   - Совершенно верно. Как раз появится повод упорядочить законы сёгуната Асикага и сделать новый судебник.
  
   Насколько я себе представляю, в реальной истории Япония пошла по пути романо-германской правовой системы, которая впервые появилась в римской империи. Четкие кодексы и статуты, разделение права по отраслям (частное и публичное, семейное и административное). Есть еще англо-саксонская система, где бал правит его величество прецедент. Но для этого должны быть хотя бы зачатки разделения властей и независимый суд. На островах суд вершат либо дайме в своих провинциях, либо ёрики в городах. Последние также назначаются князьями и высшими чиновниками. Кроме того, многие правовые вопросы отданы на откуп сельской общине, старостам. Так что англо-саксонская система нам, в нашей феодальной действительности, совсем не подходит. Слишком много придется ломать, чтобы сделать судебный прецедент источником права. Значит, идем по пути римской империи с ее юстицией, Jus publicum, Jus privatum, Jus gentium...
  
   /Jus publicum. Публичное право - нормы права, которые охраняют интересы общества в целом, определяют правовое положение государства и его органов. Для него характерен принцип, что нормы римского публичного права не могут быть изменены соглашением частных лиц, поэтому нормы публичного права являются императивными (обязательными)
  
   Jus privatum базируется на отношениях по поводу частной собственности.
  
   Jus gentium (право народов) -- право, составленное исходя из обнаруженных мировых правовых принципов, для решения споров между жителями зависимых земель и иностранцев/
  
  
   - Относительно театров. Есть способ уменьшить число стычек в храмах искусства. Обяжите владельцев продавать билеты с указанием места. А все места пусть пронумеруют. Тогда самураи не будут ссориться и число дуэлей сократится.
   - Это очень мудро - проникся моей идеей Хатакэяма - Сегодня же издам приказ.
   - Вот что еще, Ёсикуни-сан. Я решил учредить ежегодные награды для лучших театральных трупп, писателей, поэтов, художников, музыкантов, скульпторов и архитекторов. Потрудитесь выделить в Киото здание, где будут творить люди искусства, там же они будут показывать свои шедевры публике. Лучшим авторам можно назначить ежемесячную ренту.
   - Кто будет выбирать лучших? Ваша милость?
   - Сделаем два этапа. Объединим всех художников, музыкантов, театралов в профессиональные союзы дза. Лучше назвать их академиями. Это из латыни.
   - Да, этой братии понравится гайдзинское слово. Они просто бредят вашим призывом из клятвы пяти обещаний.
   - "Отжившие методы и обычаи будут уничтожены, и нация пойдет по великому Пути Неба и Земли" - с удовольствием процитировал четвертый пункт клятвы Хатакэяма
   - Так вот. Союзы будут сами, тайным голосованием отбирать пять лучших работ и ознакомившись с ними, я буду лично награждать победителя. По тысячи, нет, лучше по три тысячи коку на пять академий ежегодно. Плюс губернаторы провинций смогут установить собственные вознаграждения для провинциальных дза. Наконец, люди искусства, состоящие в академиях, будут иметь приоритет на государственные заказы - украшение дворцов, музыку для государственных церемоний...
   - Вони будет... - тяжело вздохнул Ёсикуни
   - Это да - согласился я - Творческие люди они такие...
  
   Хатакэяма прощается, а у меня на повестке дня - работа с документами. Сабуро Хейко подготовил справку по внешнеторговому балансу Японии. Кто сколько чего ввозит и вывозит. Данные устаревшие - по югу страны информации нет, но даже то, что есть - заставляет задуматься. Страна Восходящего солнца - натуральный сырьевой придаток Китая. Вывозит продукцию первого передела, ввозит товары с высокой добавленной стоимостью. На экспорт идет рис, золото, серебро, драгоценные породы леса... Импорт состоит из дорогих тканей - шелка и парчи, одежды, художественных книг, различной экзотической фармацевтики (корень женьшеня и т.п.), огнестрельного оружия, фарфора. Из других стран тоже кое-что приводят. Из Индии - вату, бивни слонов. Сиам поставлял благовония, фрукты, которые могут долго храниться, вроде ананасов. В принципе сбалансировать внешнюю торговлю можно. Шелк и хлопок мы производим. Обложить повышенной пошлиной китайскую пряжу - и вот отечественный производитель сразу вздохнет спокойнее. С оружием и порохом так вообще не стоит беспокоиться. Через пару лет Япония обгонит и перегонит весь цивилизованный мир. Уже сейчас в Хоккэ льют пушки, делают качественные стволы для ружей, порох. Жду не дождусь, когда приедут Хаяси с Амакуни - устрою для киотцев выставку достижений народного хозяйства. Вывоз риса надо вообще запретить или квотировать. Особенно в неурожайные годы.
  
   Только начал записывать свои соображения по внешней торговле, как в покоях объявляется Аютигата Саи. Главный церемониймейстер опять начинает меня доставать с императорским девизом. Да еще с издевкой, скрытым презрением. Как же так, лучшие астрологи калили на огне панцирь черепахи, по трещинам определяли девизы, а Сын Неба продолжает игнорировать волю этого самого Неба. Да сколько же мне это терпеть?! Беру Саи за шкирку, сам открываю сёдзи (ловлю на себе изумленные взгляды охраны из воинов-псов) и выставляют церемониймейстер вон. Придав ему ускорение пинком, обнаруживаю в приемной священника.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

Оценка: 5.20*35  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Межзвездный мезальянс. Право на ошибку" С.Ролдугина "Кофейные истории" Л.Каури "Стрекоза для покойника" А.Сокол "Первый ученик" К.Вран "Поступь инферно" Е.Смолина "Одинокий фонарь" Л.Черникова "Невеста принца и волшебные бабочки" Н.Яблочкова "О боже, какие мужчины! Знакомство" В.Южная "Тебя уволят, детка!" А.Федотовская "Лучшая роль для принцессы" В.Прягин "Волнолом"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"