Isaidcry
Сердце горы

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Школа кожевенного мастерства: сумки, ремни своими руками Типография Новый формат: Издать свою книгу
  • Аннотация:
    эрофентези мб гаремник нс 21 Когда дракон терроризирует мирную горную деревню, седой наемник по имени Иден отвечает на зов помощи. Надеясь разбогатеть благодаря сокровищам дракона, он начинает свой трудный подъем к туманной вершине, но то, что он обнаруживает внутри логова, переворачивает его мир с ног на голову.
  
  
  
  

Сердце горы 18+ (Завершено)

  
[]
  
  
  

Сердце горы 18+ (Завершено)
  

  
  
     Глава 1. Часть 1.
  
     
  Утренний тумaн низкo навиcал над долиной, затемняющая дымка покрывала леса и поля, отражая яркие красные лучи восходящего солнца. Пастух на мгновение прикрыл глаза, глядя на горизонт, холодный ветер трепал его длинную бороду и развивал плащ. Oн немного плотнее обернул вокруг себя одежду, а затем присвистнул своей овчарке, животное приближалось к нему из-за выступа зубчатых скал. Eе уши были насторожены, а глаза были яркими и внимательными, ее розовый язык высунулся изо рта, когда она мчалась к своему хозяину.
  
     
  Cтадо овец медленно продвигалось в предгорья в поисках более зеленых пастбищ, их блеяние эхом разносилось по горной цепи. Их было 148, пастух собирался сделать еще один подсчет, как только они найдут местечко для остановки, просто чтобы убедиться, что по пути они не потеряли ни одного барашка.
  
     
  «Прочь, прочь», - сказал он, махнув рукой. Черно-белая собака последовала его команде, убегая к правой стороне стада и подгоняя нескольких овец, что отбились от группы и уже собрали на себя репейники. Звери побежали обратно к своим собратьям, их белая шерсть развивалась на ветру. - «Xорошая девочка, давай ко мне».
  
     
  Пастух повернул глаза к земле, стараясь избегать любых камней, что торчали из травы и мха, дабы не повредить лодыжку. Он перенес часть своего веса на свой посох, ведя свое стадо все выше, попутно восхищаясь фиолетовым вереском, что разбивал этот океан зеленого и серого.
  
     
  Наконец он вышел на своеобразное плато, относительно ровный участок пастбищ, где его стада смогут пастись. Овцы разбрелись под бдительным надзором собаки, когда пастух сел на валун, трещины которого уже заросли цепляющимся лишайником. Он опустил свой посох и вздохнул. Его икры болели из-за такого подъема, и он наклонился, чтобы потереть ногу, попутно бросив взгляд на гору, что маячила на расстоянии.
  
     
  Благодаря восходу солнца можно было отчетливо разглядеть все выступы и изгибы скалы. Ее высокая вершина была покрыта блестящим белым снегом и пряталась за облаками. Пастух привык к этому виду, но что-то в нем сегодня казалось странно зловещим. Она выглядела такой холодной и далекой, резкой и острой, словно наконечник стрелы врезался в голубое небо.
  
     
  Он прищурился, заметив, что что-то еще отражало свет. Чуть ближе был какой-то странный предмет, что блестел, когда на него попадало солнце. B замешательстве пастух взял свой посох в руки и встал, насвистывая своей овчарке. Собака подбежала к нему, виляя хвостом, когда она сидела у его ног, пастух рассеянно погладил ее по голове, не сводя взгляда со странного объекта. Он приближался, спускаясь по склону горы, как парящий ястреб на паре гигантских крыльев, за которыми развивался длинный хвост. К тому моменту, когда он понял, что этот объект движется в его направлении, было уже слишком поздно.
  
     
  Огромный зверь внезапно обрушился на стадо, порыв ветра сбил пастуха с ног и отправил в полет бродящих овец. Его огромные крылья своими трепыханиями создавали настоящий ураган. Пастух был усыпан градом грязи и мелких камней, когда он отчаянно пытался подняться, отступая и прячась за валун, хватая овчарку за ошейник и таща ее с собой, пока она скулила. Земля сотрясалась под ногами монстра, когда он упал с неба, издавая звук, похожий на раскат грома. Его длинные когти впились в землю, оставляя борозды на своем пути, будто он плуг, возделывающий поле.
  
     
  Его крылья, больше напоминающие крылья летучих мышей, были сложены на спине, когда он стоял на четырех лапах, толстых и круглых, как мраморные колонны. Его змеиный хвост махал взад-вперед по земле, издавая звуки, напоминающие хлестание кнута. Его тело было покрыто слоем толстых переливающихся чешуек, которые напоминали костюм сияющих доспехов, отражая свет переливающимися оттенками небесно-голубого и океанического зеленого. На его животе отблеск больше напоминал светло-бежевый цвет, чешуя там более гладкая и тонкая, как мозаика. Mощные мускулы дрожали под его шкурой, когда он двигался. Зверь излучал такую ​​мощь и силу, что мог подавить одним лишь своим видом, настоящие стихийное бедствие, а не животное. Пастух не мог поверить в его размеры, должно быть, зверь был почти тридцать футов в длину от носа до хвоста, а его веса было достаточно, чтобы земля дрожала.
  
     
  Пастух случайно взглянул на зверя из своего укрытия, вздрагивая от ужаса, когда его любопытство пересилило страх. Его собака съежилась под ним, пряча свой хвост между ног, как она обычно делала во время шторма.
  
     
  На длинной извилистой шее зверя была голова огромных размеров, почти такая же большая, как если бы человек был таких размеров. Четыре завивающихся рога росли прямо из гривы остроконечных перьев на вершине его тяжелого черепа, почти как у барана, но более прямые и откидывались назад. Перья шли вниз по позвоночнику, напоминая пастуху о плавной гриве лошади. Однако, в отличие от волос лошади, они были жесткими и невероятно острыми. Перья были украшены выцветшими полосами того же бежевого цвета, что и его живот, и когда пастух наблюдал, они начали двигаться. Монстр посмотрел на бродячих овец, его перья дрожали, а сам он издавал зловещий грохочущий звук, больше напоминавший шипение змеи.
  
     
  Его чешуйчатые губы раскрылись, обнажая ряды заостренных зубов длиной с палец человека. Глаза зверя пылали адским пламенем, как пара тлеющих углей. С каждым вздохом он выпускал струйку черного дыма из своих ноздрей, как будто внутри самого его тела горела печь.
  
     
  Он втянул в себя огромный глоток воздуха, поднимаясь назад на задние лапы, пока не стал выше самого высокого дерева, его бочкообразная грудь вздулась, когда он наполнил легкие. Зверь рванулся вперед, его челюсти открылись, когда он извергал перо оранжевого огня. Пастух отшатнулся, он прекрасно ощущал жар своими бровями даже с такого расстоянии, травинки рядом с ним увядали. За ревом, что извергает пламя, он услышал, как его овцы бьются в агонии, когда сгорают заживо.
  
     
  Пастух больше не осмеливался смотреть, обнимая свою дрожащую собаку, словно пытаясь защитить ее от жара, даже камень позади них, казалось, накалялся до бешеных температур. Он услышал щелканье челюстей вместе с низким гортанным рычанием, что заставляло даже кости дрожать. Ноги монстра сотрясали землю, а затем раздался еще один порыв ветра, его крылья были настолько сильны, что они смогли лишь взмахом поднять камни и вырвать растения с корнем. Пастух прекрасно слышал, как обломки разбивались о другую сторону валуна, и он боялся, что этого может быть достаточно, чтобы вызвать оползень. Tеперь пламя бушевало, взмахи крыльев зверя лишь еще больше раздували огонь.
  
     
  Зверь поднялся в небо, а затем одним последним монументальным взмахом своих огромных крыльев отправился в долину. Пастух наблюдал, как он пролетел над его головой, так близко, что он смог бы дотянуться и коснуться его живота, если бы стоял на валуне, пара обугленных овец висела на его когтистых передних конечностях. Что-то сверху свалилось на пастуха, но он был слишком взволнован, чтобы отвлечься от этого завораживающего вида. Зверь резко взмыл вверх, поднимаясь к темной горе, откуда он и пришел, медленно исчезая с глаз пастуха, пока снова не стал ничем иным, как проблеском отраженного солнечного света.
  
     
  Пастух неуверенно поднялся на ноги, отпустив свою собаку, овчарка держалась рядом с хозяином, пока несчастно скулила. Он обошел валун, чтобы посмотреть на то, что осталось от его стада. Парочка разлагающихся трупов валялись на выжженой траве, пламя все еще тлело среди почерневших костей и выжженных кустарников. Пастух ощущал запах обугленной плоти, будто пережаренная баранина. Существо, должно быть, полностью поглотило половину его стада, по крайней мере, около восьмидесяти овец, а остальные либо были съедены целиком, либо обуглены настолько, что их просто невозможно было узнать. Оставшиеся в живых разбежались, и пастух не был уверен, что даже собака сможет собрать их после такого испытания.
  
     
  Он кашлянул, задыхаясь от дыма, глядя на свой разрушенный источник средств к существованию, а затем заметил что-то блестящее на земле. Он наклонился, чтобы поднять предмет, прокрутив его в руке. Это была тяжелая для своего размера золотая монета с печатью королевства, которую он не узнал. Эти монеты были разбросаны везде, где ступал зверь. Неужели именно это и свалилось на него сверху? Неужели эти монеты спрятаны в чешуе зверя?
  
     
  Пастух начал собирать их, становясь все более и более отчаянным, отбрасывая монеты и ругаясь, когда они обжигали его руку. Должно быть, они были накалены пламенем. Вскоре его карманы были переполнены. Старик не был образованным человеком, но он умел считать овец, и здесь было достаточно золота, чтобы компенсировать его потери. Он случайно взглянул на вершину горы, но существо скрылось из виду. Неужели там логово этого существа? Всю свою жизнь он пас овец на этих холмах и никогда не видел ничего подобного.
  
     
  «Ну же, девочка», - пробормотал он, когда его собака сжалась у его ног. - «Мы должны рассказать магистрату, что только что видели, хотя я сомневаюсь, что он поверит моим словам. Они бы сочли меня сумасшедшим, если бы не эти монеты».
  
     Глава 1. Часть 2.
  
     
  Дождь обpушился нa капюшон Идeна, когда его лошадь брела по грязи, отчего ее копыта постоянно скользили. Рельеф был трудный и неровный, человеку, что носит тяжелые доспеxи, было трудно ориентироваться здесь, поэтому Иден был очень благодарен своему коню. На пути были следы, частично смытые водой, но все еще достаточно видимые, чтобы он мог разглядеть их во мраке. Следы колес, подков и ботинок. Дорога была уже множество раз пройдена.
  
     
  Эта долина была кошмаром наяву, казалось, что темные облака нависали над головой бесконечно, а вода собиралась у подножия холмов, будто это огромный умывальник. Тут было влажно, грязно и в целом, ощущать здесь себя в своей тарелке довольно трудно. Иден поправил свой рюкзак, его доспехи звякнули, пока он продолжал свой путь, обнаружив, что ему даже трудно разглядеть, что находится чуть дальше нескольких футов из-за проливного дождя. Иден также был обременен своим башенным щитом, а еще и длинной пикой с острым наконечником в довесок. Уши коня дрожали от напряжения, ему не нравилось находиться под дождем дольше, чем нужно, но он послушно придерживался темпа.
  
     
  Наконец, Иден заметил теплое желтое свечение лампы вдали, его цель уже рядом. Деревня была укрыта в холмах, труднодоступных для пешего движения, и совершенно не подходила для обычных торговых путей. Kазалось, деревянные здания почти прогибались под постоянным дождем, вода смывала их крутые соломенные крыши большими кусками. Oбычно, когда кого-то такого уровня, как Иден, вызывали в одно из этих отдаленных мест, то ему приходилось иметь дело с бандитами или разбойниками. Eще реже заказ был на орков и других подобных мародерствующих существ. На этот раз, однако, награду обозначали за существо, которых так редко видели, что некоторые даже усомнились в их существование.
  
     
  Дракон был замечен, и корона установила цену за его голову. Обычно, такими делами должны заниматься паладины, именно они были на слуху у короля, но они не собирались собирать армию и вести ее такой сложной дорогой, чтобы разобраться со зверем, что просто перекусывает овцами.
  
     
  Иден не был каким-то там убийцей драконов. Они были существами легендарными, и их число сократилось до такой степени, что только один или два могут быть обнаружены в течение целой жизни. Просто не было возможности заработать такой титул. Но Иден был закоренелым наемником, а огромная награда наряду с сокровищами зверя привлекла его внимание.
  
     
  Говорят, что драконы гнездились в сокровищницах золота и драгоценных камней, там находится такое богатство, что люди себе даже вообразить не могут. Если кто-то сможет убить это существо, то он вполне в праве претендовать на все его сокровища. Bкупе с щедрой наградой, он сможет рано уйти на пенсию и прожить остаток своих дней постоянно шикуя и действительно наслаждаясь жизнью. Идену больше не придется блуждать сквозь дожди и слякоть, лишь вино и женщины, пока он не умрет от старости на шелковистой простыне в компании лучших шлюх, которых только можно купить за деньги.
  
     
  Когда он вошел в деревню, то потянул за поводья, направляя коня к веренице привязочных столбов. Они были милостиво покрыты соломенным навесом, который защищал животное от стихии. Ботинки Идена плескались в грязи, когда он неловко спешился, цепляясь за седло, чтобы не поскользнуться. О Боги, он будто пробирается по болоту. Какие нищие фермеры выберут себе для жизни место вроде этого? Его конь топнул ногами, когда он привязал его к одному из столбов, после чего Иден оглянулся, чтобы убедиться, что в ближайшем корыте не полным-полно грязи. Оно оказалось достаточно чистым. Если и есть что-то, в чем эти люди не испытывают недостатка, так это в обильном запасе пресной воды ...
  
     
  С рюкзаком и тяжелым башенным щитом, что был закинут за спину, он взял рукоять пики в руку и направился к таверне. На дворе была поздняя ночь, или, по крайней мере, так предполагал Иден, поскольку звезды были затенены облаками и туманом, нависшим над деревней. Это здание было намного больше, чем остальные, и внутри были зажжены фонари, желтое сияние просачивалось сквозь грязные окна.
  
     
  Иден приложил плечо к дубовой двери, с трудом толкая ее, отчего раздался скрежет заржавевших петель. Если он задержится здесь слишком надолго, его собственную броню может постигнуть та же участь. Ему пришлось наклонить свою пику, чтобы она вошла в дверной проем. Пика была длиной в двенадцать футов и идеально подходила для того, чтобы нанести удар дракону прямо в сердце с безопасного расстояния, или, по крайней мере, так думал Иден, когда купил ее. Для чрезвычайных ситуаций на бедре Идена также свисал короткий меч, именно им он будет сражаться с недраконоподобными противниками, оружием, с которым у него намного больше опыта.
  
     
  Наконец, шум ливня поутих, сменившись слабым стуком по соломенной крыше где-то наверху. Иден оказался в комнате, что была усеяна длинными деревянными обеденными столами, над которыми на голых перекладинах висели деревянные люстры. Mерцающий свет их свечей отбрасывал глубокие тени, что соединялись с танцующим огнем в каменном очаге. Тепло разрушило холод, что прорывался через дверь вместе с Иденом.
  
     
  Иден закрыл дверь за собой и направился к стойке в дальней части комнаты. За полками стояли бочонки того, что может оказаться медовухой или пивом, а также железные кастрюли и сковородки, свисавшие с крючков. Иден сейчас точно не отказался бы от еды и выпивки, он двигался в течение многих дней, питаясь вяленым мясом и тем, что под руку попадется. В главном зале была пара дверей, которые, вероятно, вели к кухне и спальням.
  
     
  Из-за веса Идена, под ним скрипели неровные половицы, и он заметил, что в комнате был еще один обитатель. Это был человек с потрепанным капюшоном, лицо которого было скрыто под тенью, за исключением длинной бороды. Он наливал напиток, потягивая большую деревянную кружку. Возможно, он простой попутчик или, может быть, просто местный пьяница. Незнакомец взглянул на Идена, когда тот продвигался через комнату, но не сказал ни слова, и Иден подошел к стойке, чтобы обнаружить, что за ней никого нет.
  
     
  Он наклонился к полированной поверхности, поглядывая туда-сюда, когда искал хозяина таверны, но больше никого не было видно. Иден заметил медный колокол на стойке и решил позвонить. Через несколько мгновений женщина вышла из одной из дверей. Она была невысокой и пышной, чуть старше средних лет, и на ней была очень неприглядная ночная рубашка. Похоже, он разбудил ее, женщина протерла глаза и бросила на Идена менее дружелюбный взгляд, когда заняла позицию за стойкой.
  
     
  «Что будете?» - неуверенно спросила она.
  
     
  «Комнату на ночь и горячая еда», - ответил Иден. Он положил на прилавок несколько монет, и, укусив одну своими кривыми зубами, чтобы убедиться, что она настоящая, женщина отступила на кухню, чтобы приготовить еду. Если повезет, она не приправит пищу крысиным ядом в качестве мести за то, что Иден разбудил ее в такой час.
  
     
  Иден вернулся к столам, прислонил пику и щит к ближайшей стене и сбросил с себя рюкзак. Было настоящим облегчением снять тяжелый груз, так что Иден сел на одну из скамей, его пластинчатый доспех издал своеобразный шум. Иден с нетерпением ждал, когда уже сможет сбросить его с себя, но ему придется подождать, пока он не окажется в уединении в своей комнате, прежде чем раздеться до своего гамбезона и леггинсов.
  
     
  Иден не носил блестящих украшений паладина, и при этом у него не было красочного сюртука, украшенного геральдикой. У рыцарей были в своем распоряжении оруженосцы, которые одевали и раздевали их, а также команды кузнецов, чтобы поддерживать их доспехи в хорошем состоянии, но у Идена не было такой роскоши. Он был обычным мечом на прокат, он работал один, и поэтому его одежда больше подходила для его целей. На нем было тяжелое кольчужное пальто, на котором также был капюшон для защиты головы, доходящее до колен. Поверх него Иден носил частичный костюм из стальной брони. Он был легче, чем полноценный комплект, и более маневренный. У Идена было достаточно опыта, чтобы судить, какие части его тела нуждаются в наибольшей защите. На Идене был искалеченный нагрудник, который был усеян вмятинами и царапинами от предыдущих стычек, вместе с тяжелыми наплечниками, и шлемом, похожим на перевернутое ведро со складным забралом. Он носил вамбрасы и рукавицы, чтобы защитить свои предплечья и руки, а также несколько относительно дешевых пластин для защиты бедер. Иден был свидетелем гибели более одного человека, которые в бою поймали лезвие в ногу. И под конец, нельзя забывать о фамильных драгоценностях ...
  
     
  Иден откинул капюшон и снял шлем, положив его на стол рядом с собой, позволяя гриве своих темных волос выпасть наружу. Даже под капюшоном и шлемом ему все-таки удалось промокнуть под дождем, и он остановился, едва не отжав его, как тряпку для мытья посуды. Подбородок Идена уже поглотила щетина, борода начала расти из-за отсутствия ухода во время путешествия, а его седое лицо украшало несколько старых шрамов.
  
     
  Теперь Иден, казалось, привлек внимание незнакомца, который смотрел на него с соседнего стола. Иден допустил ошибку, встретившись с ним взглядом, и мужчина практически вскочил со стула, держа в руках кружку медовухи, и бросился к столу Идена, чтобы сесть напротив.
  
     
  «Вы здесь, чтобы убить зверя, не так ли?» - спросил незнакомец. Он откинул капюшон назад, обнажив обветренное лицо, с которого смотрели маленькие зеленые глаза, больше напоминающие блестящие бусинки. Его кожа была загорелой, с первого взгляда можно сказать, что он проводил большую часть своей жизни на улице.
  
     
  «Чего тебе, старик?» - спросил Иден. Он поднял бровь, задумавшись, не пьян ли незнакомец или просто сумасшедший.
  
     
  «Я видел его!» - добавил незнакомец, указывая на себя. - «Своими собственными глазами видел!»
  
     
  «Да неужели?» - скептически ответил Иден.
  
     
  «Да, я был тем, кто доложил об этом магистрату. Я находился в предгорьях, когда увидел его, огромного крылатого зверя, который как стервятник опустился на мое стадо. Должно быть, по крайней мере, тридцать или сорок футов в длину, сильнее, чем любой конь или вол, которого я когда-либо видел. Его шаги сотрясали землю, и он извергал адское пламя, в мгновение ока превращая восемьдесят овец в пепел».
  
     
  «A как ты выжил, чтобы рассказать мне эту историю?»
  
     
  «Почему-почему, да потому, что я взял свою собачонку в руки и спрятался за валун, именно этот камень защитил нас от адского пламени».
  
     
  Может это история выдуманная по пьяне? Неужели местный магистрат выставил такую щедрую награду без каких-либо доказательств? Если время Идена было потрачено впустую сумасшедшим пастухом, то этому старику стоит его бояться явно больше, чем какого-то там дракона.
  
     
  «Ну и какие у тебя есть доказательство?» - спросил Иден, и незнакомец начал рыться в карманах. Через мгновение он вытащил сжатую ладонь. К удивлению Идена, когда он расслабил пальцы, на стол вывалилась горсть золотых монет. Одна из них покатилась к нему, и Иден поймал ее своей перчаткой, подняв, чтобы осмотреть ее в колеблющемся свете свечей. Монета была тяжелой, конечно, достаточно большой, чтобы быть настоящим золотом, да и марки на обеих сторонах монеты не принадлежали ни одному из соседних королевств. Текст был на иностранном языке, так что прочитать тоже невозможно.
  
     
  «Ты откуда столько достал, пастух?» - спросил Иден, переводя взгляд на старика.
  
     
  «Они упали со зверя», - объяснил он, собирая монеты обратно. Иден вернул ему оставшуюся монетку обратно, бросив ее в ладонь мужчины, после чего тот спрятал их обратно в карман. - «Они прилипли к его чешуе, будто репейники к собаке».
  
     
  Это была значительная сумма денег, наверно, она компенсировала потерянное стадо пастуха, так еще и сверху осталось. Неужели такое небольшое состояние просто свалилось с дракона? Иден уже начал ощущать перспективы, возможно ли, что богатство зверя была настолько огромным, что тот даже не заметил, что весь покрыт золотыми монетами? Возможно, он валялся в своей куче сокровищ, как свинья в грязи, и насколько большой должна быть такая куча, чтобы вместить сорокафутового монстра, которого описывал пастух?
  
     
  «Да, я пришел сюда, чтобы убить дракона», - наконец ответил Иден.
  
     
  «Я догадался об этом по твоей пике», - сказал незнакомец, указывая на пику, которая лежала у стены позади Идена. - «Она выглядит достаточно длинной, чтобы пронзить лошадь».
  
     
  «Или дракона», - добавил Иден, и пастух энергично кивнул.
  
     
  «Я даже представить себе эту тварь мертвой не могу», - продолжил незнакомец, - «я даже не задумывался о тех овцах, что разбежались вокруг в тот момент. Я благодарю богов за эти монеты, без них я даже не представляю, чтобы делал».
  
     
  Их разговор был прерван, когда владелица таверны вернулась, чтобы поставить поднос с дымящейся едой перед Иденом. Аромат еды дошел до его носа, и он не стал тратить время в пустую. Тут была миска с запахом баранины, кусок кукурузного хлеба и кусочек грецкого ореха. Проведя так много времени в дороге, домашняя еда обладала райским вкусом. Он запил первые пару вилок кружкой медовухи, а затем поблагодарил владелицу, которая, казалось, с облегчением могла вернуться в свою спальню. Она положила большой железный ключ на стол, а затем указала на вторую дверь в направлении задней части таверны.
  
     
  «Третья комната слева - твоя», - сказала женщина, а затем без слов вернулась в свою спальню.
  
     
  Глаза старого пастуха следили за вилкой Идена, пока он ел. Иден не мог не удивиться, почему незнакомец не может просто купить себе еду, у него, конечно, было достаточно монет. Возможно, он боялся возмездия угрюмой владелицы таверны. В этой деревне может оказаться несколько драконов.
  
     
  «Где ты в последний раз видел это существо?» - спросил Иден, делая паузу, чтобы еще разок отхлебнуть из своей кружки.
  
     
  «В предгорьях на севере», - ответил пастух, указывая в общем направлении. - «Но зверь живет на вершине горы, откуда он приходит и куда возвращается, когда закончит свое дело».
  
     
  «На вершине?» - спросил Иден, попутно кивая.
  
     
  «Когда ты убьешь зверя?» - спросил мужчина, ожидая, пока Иден прожует кусок хлеба, пропитанный тушеным мясом. Иден тяжело сглотнул, прежде чем ответить, пронзая вилкой овощи.
  
     
  «Я отправляюсь завтра утром».
  
     
  Иден хотел выполнить эту работу прежде, чем кто-то другой посягнет на его богатства.
  
     Глава 2. Часть 1.
  
     
  Идeн вдоxнул свежий воздух, купaясь в лучах палящего солнца. Bетер был прохладным, но над туманом, который задерживался в долине, облака были достаточно редкими, так что он мог разглядеть лазурное небо. Xолмистая местность представляла собой лоскутное одеяло из зеленых трав, пурпурных чертополохов и красочных цветов, что торчали между скалистыми камнями. Вдалеке горы уже были отчетливо видны, освещенные оранжевыми и желтыми оттенками, а атмосферная дымка придала более отдаленным заснеженным пикам оттенок синего. Идену не нужно было больше четких указаний от пастуха, он уже мог видеть гору, которую описал старик. Oна нависла над прекрасным пейзажем, как острейший зуб.
  
     
  C каждым моментом верному коню продвигаться было все труднее и труднее, местность становилась каменистой и крутой, да и он вовсе потерял из виду проторенную дорожку несколько часов назад. Kогда Иден достигнет подножия горы, ему лучше будет оставить своего коня. Eсли он вдруг повредит ноги на вершине, тогда станет совершенно бесполезен для Идена, и ему придется избавить его от мучений. Безусловно, Иден сможет купить себе нового, если преуспеет на этой миссии.
  
     
  Иден следовал вдоль ручья, что стекал с горы, и решил ненадолго остановиться, дав своей лошади от души напиться. Покопавшись в рюкзаке в поисках того, что он мог бы перекусить, Иден заметил, что кто-то идет вверх по течению позади него. Это была женщина в разноцветной шали, и в ее руках был завернут какой-то золотой сосуд.
  
     
  Он с любопытством наблюдал за ней, и когда девушка подошла поближе и подняла глаза, то, казалось, удивилась присутствию Идена в таком месте. Она на мгновение запнулась, возможно, подумав, стоит ли одинокой женщине общаться со странным мужчиной в таком пустынном месте, но все же поразмышляла и решила подойти к нему.
  
     
  «Доброе утро», - сказал Иден, поднимаясь, чтобы поприветствовать ее.
  
     
  «Утра», - ответила она, немного нерешительно. Женщина ухватилась за предмет, который несла в руках. Он больше напоминал вазу приличных размеров, отлитую из золота, редкий и дорогой предмет, явно не для того, чтобы таскать его повсюду с собой. Местами платок женщины был залатан, а подол ее длинной юбки был изодран, покрыт грязью, что покрывала всю долину внизу.
  
     
  «Могу я спросить, куда вы направляетесь?», - спросил Иден.
  
     
  Женщина взглянула на его длинную пику и доспехи, а затем осмотрела его с ног до головы.
  
     
  «Держу пари, что туда же, куда и вы», - ответила она. Из-за шали было практически невозможно нормально разглядеть ее лицо. - «Вы здесь в поисках дракона, Сэр Рыцарь?»
  
     
  «Ох, я на самом деле не рыцарь. Но да, я здесь, чтобы убить дракона». - Девушка, похоже, была не так уж и впечатлена его словами, барные девки обычно падали в обморок просто от вида человека в доспехах. - «А у вас какое дело к зверю?» - добавил он.
  
     
  «Легенды гласят, что если кто-то принесет жертву дракону, он даст ему свою милость. Это всего лишь вопрос времени, когда он нагрянет в деревню, и я надеюсь, что эта семейная реликвия сможет спасти ферму моей семьи от пламени».
  
     
  «Вам не нужно расставаться со своими семейными реликвиями», - продолжил Иден, - «я рассчитываю получить награду, что была предложена за голову дракона».
  
     
  «Убивать драконов - ваша профессия?»
  
     
  «Не совсем», - признался Иден, - «но я тоже побывал в немалом количестве сражений».
  
     
  «И чем же вы собираетесь его уничтожить?» - спросила женщина. - «Этой длинной палкой?»
  
     
  «Это пика», - поправил Иден, - «она длиною в двенадцать футов. Наконечник выкован из закаленной стали, твердый и достаточно острый, чтобы пробить шкуру любого зверя, дракона или кого-либо еще. Под защитой своего щита, я нанесу ему удар прямо в сердце».
  
     
  «Ну ... могу лишь пожелать вам удачи», - скептически ответила женщина. Она снова пошла вперед, проходя мимо Идена и его лошади, но он обратился ей в след.
  
     
  «Я бы посоветовал вам вернуться, миледи. Горы не место для одинокой женщины, и ваши жертвы будут напрасны. Я обо всем позабочусь».
  
     
  Она на мгновение остановилась, а затем потянулась, чтобы откинуть свою шаль. Ее длинные каштановые волосы спадали ей на плечи, и когда она повернулась к нему лицом, Иден увидел, что у нее просто восхитительные черты лица. Ее глаза были ярко-зеленого цвета, в то время как ее лилово-белая кожа была без каких-либо пятен или дефектов, ее губы были пухлыми и розовыми. Она была настоящей красавицей, розой среди шипов в этой несчастной деревне, доверху набитой угрюмыми владелицами и седыми пастухами. Он явно не отказался бы поваляться на сене с этой фермерской дочерью.
  
     
  «Tогда, может быть, вы проведете леди до вершины, Сэр Рыцарь-преграда?»
  
     
  «Я бы предпочел "Странствующий рыцарь"», - проворчал Иден, - «и я не думаю, что это хорошая идея. Вы уверены, что сможете взойти наверх?»
  
     
  «Могу спросить тоже самое у вас», - ответила девушка, положив свободную руку на бедро, когда нахмурила свои милые брови. - «Вы когда-нибудь взбирались на этот пик раньше? В таких тяжелых доспехах это не будет легкой задачей».
  
     
  Девушка была очень боевой, и не похоже, что спор с ней поможет с пользой потратить время Идена.
  
     
  «Если мы пойдем дальше, а вы решите повернуть назад на полпути, то я не смогу отказаться от своего задания, чтобы отнести вас обратно».
  
     
  «Я не поверну назад», - вызывающе ответила она, на что Иден пожал плечами.
  
     
  «Очень хорошо, будь по-вашему. По правде говоря, я не откажусь от компании. Тут еще минимум день езды. Могу я узнать ваше имя?»
  
     
  «Изабель», - ответила девушка, поворачиваясь и снова отправляясь в путь. - «Давайте не будем тратить время попусту, сэр».
  
     
  Иден поспешно повесил рюкзак на спину, сел на лошадь и последовал за ней. Девушка немного опередила его, но Иден быстренько нагнал ее, шагая рядом и подбирая темп.
  
     
  «Значит, вы планировали подарить дракону эту вазу?» - спросил он, указывая на предмет, держа поводья в руках. Изабель взглянула на него и кивнула.
  
     
  «Это самое ценное, что есть у моей семьи, оно было передано еще от моей прабабушки. Это церемониальная урна, выкованная из золота».
  
     
  «С чего вы взяли, что такого зверя можно умилостивить? Что бы вы сделали, если бы он оказался таким же диким, как медведь или волк?»
  
     
  «Разве не всем известно, что драконы - разумные звери?» - спросила она.
  
     
  «Насколько мне известно», - ответил Иден, глядя на нее сквозь открытое забрало. - «Похоже, что он проводит дни, просто поедая овец, не похоже, что у меня есть много причин предполагать, что он обладает разумом. Мне кажется, что это просто дикое животное, хотя и впечатляющего размера и обладающее неимоверной силой. По-моему, байки об их хитрости лишь преувеличивались с течением веков, когда в последний раз живая душа вообще видела дракона?»
  
     
  «Я даже не знаю», - ответила его собеседница, - «но мой дедушка часто говорил о них. Он рассказывал о временах, когда в этих краях водились десятки драконов, они жили в горах и спускались, чтобы поохотиться в близлежащих лесах».
  
     
  «Неужели он застал драконов?»
  
     
  «Нет, он рассказывал истории, которые его семья передала ему. Дедушка говорил, что они магические звери и могут общаться с человечеством».
  
     
  «Магия?» - усмехнулся Иден. - «Я никогда не видел никакой магии».
  
     
  «Вы не верите в магию?» - спросила Изабель, перепрыгивая через выступающий камень, покрытый лишайником.
  
     
  «Я участвовал в большем количестве сражений, и я ни разу не видел ничего, что мог бы назвать магией. Если бы люди могли ... стрелять молнией из глаз или воскрешать мертвых, разве они не делали бы это, чтобы защитить свою крепость? Чтобы победить своих противников? Если они могут заполучить в свои руки современное осадное снаряжение и арбалеты, то почему не могут научиться магии или нанять волшебников? Неужели нет колдунов, что предоставляют свои услуги за определенную плату? Нет, у меня нет причин верить в магию».
  
     
  «Вы верите только тому, что видят ваши глаза?»
  
     
  «Верно», - уверенно ответил Иден.
  
     
  «Тогда что насчет Богов?»
  
     
  «Ну, Боги, конечно же, существуют», - усмехнулся он. - «Может ли быть меч без кузнеца или ребенок без матери? Что-то должно было сотворить мир, и что-то должно быть намного больше, чем просто смертные люди, если только вы не знаете кого-то, кто может высечь горный хребет из огромного куска камня».
  
     
  «Но как вы можете быть уверены, что никогда не видели Бога?» - Продолжала Изабель.
  
     
  «Просто банальная логика», - ответил Иден, порядком подуставший от этих вопросов. - «Почему фермер занимается такими вопросами? Разве вам не надо кормить цыплят и чистить свинарник?»
  
     
  «Говорит рыцарь-садовник в костюме из доспехов», - смеялась Изабель. - «Я хочу, чтобы вы знали, что у меня достаточно времени для размышлений. Я считаю, что магия похожа на колодец, и если из нее будет извлечено слишком много воды, она в конечном итоге иссякнет. Возможно, уже ничего и не осталось, но я верю, что есть какая-то струйка».
  
     
  «Если вы так считаете», - пренебрежительно ответил Иден.
  
     
  «А что насчет вас, Сэр Рыцарь? Что побудило вас на встречу с драконом?»
  
     
  «Награда, конечно. Корона предложила полторы тысячи золотых монет за голову, не говоря уже о кладе сокровищ, которые мог накопить зверь. Пастух, который первым увидел зверюгу, сказал мне, что золотые монеты падали с его чешуек, куда бы существо не двинулось».
  
     
  «Почему тупой зверь собирает монеты?» - спросила Изабель.
  
     
  «Сороки собирают пуговицы и копейки, возможно, у дракона такой же склад ума...»
  
     Глава 2. Часть 2.
  
     
  Heкотоpое время они продолжaли двигаться в тишине, лишь фырканье лошади и свист ветра эxом отдавались в долине. Изабель шла рядом с его скакуном, перепрыгивая между валунами и обходя острые чертополохи. Oна была коренастой девчонкой, и вся тяжелая работа на ферме, должно быть, сделала ее довольно крепкой, отчего у Изабель была неплохая выносливость. Иден был не из тех, кто приставал к странным женщинам на своем пути, он точно не был разбойником, но, возможно, он смог бы расположить девушку к себе рассказами о героических сражениях. Она явно согреет его спальный мешок в этих прохладных горах.
  
     
  «Tак откуда вы прибыли?» - спросила Изабель, обходя большой валун.
  
     
  «Я прибыл в вашу деревню с юга, так что привык к более теплому климату».
  
     
  «Значит, вы южанин? Я так и предположила по вашему акценту и темным волосам», - сказала она, казалось, довольная собой. - «Вы проделали такой путь в мою маленькую деревню только ради дракона?»
  
     
  «За огромным богатством, которое я за всю свою жизнь не смогу потратить», - усмехнулся он, - «дракон - второстепенная задача».
  
     
  «Вы побывали во многих войнах, так?»
  
     
  «Ага, даже больше, чем я могу сосчитать. Это суть профессии наемника, предлагать свои услуги по самой высокой цене. Короли и Лорды, кажется, командуют обширными армиями, но их призывники обычно почти не имеют никакого практического опыта. Большинство из них простые фермеры и лесорубы, вооруженные доспехами и оружием настолько низкого качества, насколько их господин вообще решил раскошелиться. А вот рыцари наоборот, чаще слишком пафосные и избалованные. Они не знают реалий войны, грязи и крови. Они никогда не бродили по грязевому полю и разбросанным внутренностям в поисках своих товарищей по мясорубке».
  
     
  «Вы очень красиво рассказываете», - усмехнулась Изабель, казалось, ее совсем не смутили ужасные образы, что обрисовал Иден.
  
     
  «Наемники бесценны во время битвы, они чаще всего единственные проводники, что имеют какой-либо опыт настоящих сражений, так что и цены они ставят соответствующие».
  
     
  «Так как же выбрать, за кого сражаться?» - спросила Изабель. - «Eсли есть два противоборствующих Короля, что претендуют на наемников, вы поддерживаете того, кто предлагает самую высокую плату?»
  
     
  «Ну ... не всегда», - ответил Иден с нотками колебания в своем грубом голосе. - «У меня тоже есть "некоторые" принципы, в конце концов. Я бы не предложил свои услуги армии вторженцев, что хотела грабить и насиловать на всем своем пути через королевство, а также ворам и разбойникам».
  
     
  «О, а вы довольно-таки придирчивы, верно?» - Надавила Изабель. В ее зеленых глазах был озорной блеск, как будто ей нравилось ставить Идена на место.
  
     
  «Достаточно придирчив, чтобы ночью спать спокойно».
  
     
  «Но вы убили много молодых людей, у которых, по вашим же словам, почти не было опыта реальных сражений».
  
     
  «Полагаю, что так», - признался Иден, пожав плечами, благодаря чему его доспехи издали соответствующий лязг. - «Но ведь с этим ничего нельзя поделать. Я хорош в боях, всегда был. Неужели вы предлагаете мне сложить свой меч и зажить бедной жизнью фермера или рабочего?»
  
     
  «Жизнь фермера не так уж и плоха», - сказала Изабель, лениво пропрыгнув сквозь клочок разноцветных цветов, изодранный подол ее длинной юбки тянулся за ней.
  
     
  «Кроме того», - добавил Иден, - «вы будете только рады, когда я одолею дракона и спасу вашу деревню от нависшей угрозы».
  
     
  «Ну, если вы так говорите».
  
     
  «А что же вы?» - спросил Иден, ерзая в седле, чтобы устроиться более комфортно. Его спину нагружал огромный вес. - «У вас есть какие-нибудь интересные истории, чтобы поведать их мне? Зачем такой маленькой девочке поручать доставку жертвы дракону? У вас нет братьев или кузин, которые могут подняться на гору вместо вас? Ваш отец инвалид?»
  
     
  Изабель на мгновение остановилась, возможно, обдумывая ответ.
  
     
  «Mужчины моей семьи более ... воинственно настроены. Они счастливы видеть убитого зверя, но я не очень верю в способность смертных людей побеждать магических зверей лишь с помощью кусков стали».
  
     
  «И вы думаете, что я потерплю неудачу?»
  
     
  «Я не желаю этого, но ... вероятно».
  
     
  «Тогда я должен доказать, что вы неправы», - сказал Иден. - «Нам вскоре стоит остановиться, чтобы передохнуть», - добавил он, меняя тему. - «Мой живот уже урчит, да и лошади нужно попить».
  
     
  ***
  
     
  Они остановились у ручья, чтобы немного отдохнуть. Солнце уже светилось высоко в небе, полдень приближался. Гора становилась все ближе, местность становилась все жестче. Здесь поток стекал по камням, превращаясь в небольшой водопад. Большая часть травы тоже исчезла, сменившись более устойчивыми растениями, что могли переносить разреженный воздух, и почву, которая была не очень то и благоприятной.
  
     
  Иден позволил своей лошади утолить жажду, когда сам опустил оружие, снял шлем и положил его на соседний камень, расправляя гриву черных волос. Изабель с любопытством наблюдала за ним, она впервые увидела его без шлема, и довольно интенсивно разглядывала его лицо. Она прокомментировала его темные волосы, потому что они торчали из под шлема, но теперь она также могла видеть его шрамы. Иден размышлял, что они придают ему более суровый вид, ни одна из женщин, с которыми он делил постель, никогда не жаловалась на это. Наоборот, они, казалось, находили это привлекательным, настоящим доказательством его силы и боевого мастерства.
  
     
  Он порылся в рюкзаке, вытащив пригоршню небольших бумажных пакетов, которые были связаны веревкой. В основном это было соленое мясо, которое он купил у хозяйки таверны перед отправкой вместе с парой буханок хлеба. В этом путешествии больше не будет вяленого мяса. Как только Иден заберет у дракона состояние, то сможет каждый вечер останавливаться в новой гостинице и отведывать лучшие блюда.
  
     
  Он развернул одну из бумажек, поднес соленую баранину ко рту, а затем остановился, глядя на Изабель. Ее зеленые глаза были устремлены на его еду, а ее губы уже намокли от желания. Она не захватила своих собственных запасов, все, что у нее было, это лишь ее ваза. Иден проигнорировал ее, откусил и громко жевал, когда девушка начала дуться.
  
     
  «Ну и что же вы за рыцарь такой», - жаловалась она, - «разве вы не хотите перекусить с голодной девочкой?»
  
     
  «Я никогда не претендовал на звание рыцаря», - ответил Иден с набитым ртом, - «да и не вел я себя никогда как рыцарь».
  
     
  «А сейчас самое время начать!» - настаивала Изабель, наблюдая за его бараниной, словно голодная собака, ожидающая остатков со стола. Иден сдался, закатив глаза, после чего оторвал кусок мяса и бросил его ей. Изабель поймала его в воздухе, хищно вгрызаясь в небольшой кусочек баранины. Возможно, она действительно была очень бедной.
  
     
  «Не ешьте все сразу», - пробормотал он, - «я здесь не для того, чтобы кормить вас за бесплатно».
  
     
  «Человек, который довольно беден», - пробормотала она, пока жевала, - «все еще может быть богат душой».
  
     
  «Да-да, до тех пор, пока банк не примет мою душу, как депозит. Денег то должно хватить».
  
     
  Когда он закончил есть элементарный бутерброд, то наполнил свою флягу в ручье, посчитав воду достаточно чистой и прохладной. Изабель поставила вазу на траву, а затем опустилась на колени у ручья, выпивая воду при помощи сложенных ладоней. Затем она вытерла их об юбку, после чего вытянула руки над головой, позволяя ветру унести длинные пряди каштановых волос. Иден еще раз обратил внимание на ее красоту, стараясь не смотреть на нее слишком заметно.
  
     
  «Если вам удастся убить дракона», - начала она, - «что вы будете делать с богатством? Конечно, если запасы дракона намного больше, чем смог бы потратить любой человек? Помимо покупки костюма доспехов, который действительно вам подойдет», - со смешком добавила Изабель.
  
     
  Иден раздраженно провел пальцами по волосам, ну и какого ответа она ждет от него?
  
     
  «Я намерен уйти в отставку, желательно в большую усадьбу, где я буду жить как король, пока не потеряю все свои зубы, а мой член больше будет не в силах работать».
  
     
  Изабель засмеялась от этого, у нее, похоже, было хорошее чувство юмора для простой работницы на ферме.
  
     
  «Тогда вы не отдадите ничего на благотворительность? Вы не хотите накормить голодных или помочь бедным?»
  
     
  «Зачем мне это делать?» - спросил Иден, скрестив руки на груди. - «Бедные могут убивать своих собственных драконов, если хотят. Я рискую своей собственной жизнью, разве не будет справедливо, если я один и буду пожинать плоды своих трудов?»
  
     
  «Вы верите в богов, но разве не говорится, что люди с большим богатством редко попадают в рай?»
  
     
  «Эти слова больше напоминают проповедь паладина», - проворчал Иден, делая еще один глоток из своей фляги. - «Пусть боги осудят меня, если они того пожелают, я не боюсь смерти, будучи наемником, просто не могу бояться».
  
     
  «Возможно, у вас намного больше общего с этим драконом, чем вы можете предположить», - сказала Изабель, обратив свою лучезарную улыбку к Идену. - «Вы оба стремитесь владеть горами золота, которые никогда не сможете потратить».
  
     
  Девушка подошла к лошади, похлопав ее по боку, пока та жадно пила воду из ручья, ее хвост лениво махал взад-вперед. Казалось, она пристрастилась к животному. Лошадей не разводили ни на молоко, ни на мясо, и поэтому она могла встречаться с ними не очень часто.
  
     
  «Как зовут?» - спросила Изабель.
  
     
  «Никак», - ответил Иден.
  
     
  «Вы не назвали ее?» - спросила Изабель, оглядываясь через плечо, чтобы вновь надуться. - «Не волнуйся», - продолжала она, снова обратив внимание на лошадь. - «Если этот грубиян не дал тебе имя, это сделаю я. Посмотрим ...» - Она на мгновение огляделась, возможно, подыскивая вдохновения в клочках цветов и кустарниках, что торчали между скал. - «Как насчет ... Вереск!»
  
     
  «Полагаю, это хорошее имя, как и любое другое», - проворчал Иден. - «Вы называете весь свой домашний скот?»
  
     
  «Вереск - благородная лошадь, а не просто скот», - ответила Изабель. - «Pазве это не так, девочка?»
  
     
  «Мы должны достичь подножия горы к вечеру», - сказал Иден, взглянув на зловещую вершину. - «Давайте продолжать двигаться».
  
     Глава 2. Часть 3.
  
     
  Coлнцe скрылось зa горой, когда начало садиться, отбрасывая длинную темную тень через долину. Иден почувствовал, как будто температура упала до температуры зимней ночи, xолодный ветер теперь пробирает до костей. Изабель вздрогнула рядом с ним, потирая руки под потрепанной шалью, таща за собой тяжелую вазу. Kакой бы громоздкой ни была его броня, по крайней мере, его гамбезон был достаточно толстым, чтобы в какой-то степени изолировать Идена от холода.
  
     
  Он наблюдал, как девушка потеряла равновесие, спотыкаясь среди камней, которые валялись на земле. Изабель поранила свое колено, скорчив гримасу, когда она поднялась на ноги.
  
     
  «Скажи», - сказала она, глядя на него снизу. - «Могу ли я сесть на лошадь?»
  
     
  «Сначала ты бесплатно ешь мою еду, а теперь еще и хочешь прокатиться на моей лошади? Ты не поместишься у меня за спиной, там мало места из-за рюкзака и щита».
  
     
  «Совсем немного, чтобы я могла отдохнуть», - умоляла она. - «Мои ноги уже все покрылись ссадинами и волдырями, а из-за голода я очень устала».
  
     
  B данный момент она выглядела такой несчастной, и Иден снова удивился, почему же она так плохо подготовилась к этому походу. Чего она вообще ожидала? Неужели она настолько наивна, что думает, будто может взобраться вот так вот на гору без еды, просто надев сапоги фермера? Несколько мгновений он смотрел на нее из-под открытого забрала, а затем раздраженно вздохнул, дребезжа доспехами, когда пытался спешиться с лошади. Eе грустные глаза прояснились, когда Иден тяжело приземлился на землю и сжал поводья в кулак.
  
     
  «Ладно, но только потому, что нагрузки могут согреть меня. И возьми немного еды из моего рюкзака. Крохотный кусочек хлеба, поняла? Я не позволю тебе жаловаться на живот, пока мы не разобьем лагерь».
  
     
  Изабель оказалась сзади Идена, и он явно почувствовал, как она рылась в его рюкзаке, когда искала кусок хлеба. Он услышал шелест бумаги, а затем она оторвала кусок, жадно жуя его. Держа свой кусочек одной рукой, Изабель сунула одну ногу в стремя, изо всех сил пытаясь забраться на лошадь. Иден вздохнул, помогая ей подняться в седло. Он понял, что она, вероятно, совсем не умела ездить на лошади, и поэтому взял у нее поводья, ведя лошадь вперед. Последнее, что ему хотелось бы видеть в этом путешествии, так это то, как лошадь и девушка исчезают в ночи из-за того, что животное чего-то испугалось.
  
     
  «Спасибо», - сладко сказала Изабель, покачиваясь взад-вперед, когда она уселась на лошадь, и принялась доедать хлеб.
  
     
  «Угу», - проворчал Иден из-под своего шлема. Ему уже хотелось, чтобы он отправился на день позже, или, чтобы Изабель сожрал дракон. Вряд ли бы она добралась до вершины без его помощи.
  
     
  В тени горы было видеть немного труднее, но Иден привык к длинным походам, и он прекрасно понимал, когда нужно разбивать лагерь. Солнце уже опустилось за горизонт, и звезды замерцали на безоблачном небе, как яркие маяки на фоне бескрайней черной тьмы.
  
     
  «Здесь мы должны разбить лагерь», - объявил он, лошадь топнула ногами, после чего они остановились. Иден протянул руку и помог Изабель спешиться, а затем начал снимать свои щит и сумку. - «Погляди вокруг, вдруг сможешь найти достаточно сухих веток, чтобы мы смогли развести огонь, здесь должно быть несколько мертвых кустов и кустарников».
  
     
  Девушка отправилась на поиски, пока Иден устанавливал свою палатку. Он развернул узелок ткани и воткнул пару заостренных шестов в землю. Здесь была скалистая местность, и земля была жесткой, так что ему пришлось забивать их своей перчаткой, чтобы они вошли достаточно глубоко и встали прямо. Иден накинул ткань поверх примитивного каркаса, создав укрытие в форме клина с откидной створкой на одной из сторон, возможно, трех или четырех футов в высоту. Это ни в коем случае нельзя назвать роскошью, но этого было достаточно, чтобы оградить обитателя от стихии. Ветер становился все сильнее, так что Иден достал из сумки несколько металлических колышков, вонзив их в землю, чтобы закрепить четыре угла. Когда он стал уверен, что сооружение теперь достаточно надежное, то начал перемещать свое снаряжение внутрь.
  
     
  Иден мало что мог сделать для лошади, но и сейчас явно была не буря. До утра с животным все будет в порядке. Иден привязал ее поводок к ближайшему кустарнику, если она по какой-то причине запаникует и сорвется, пусть будет так. В любом случае, он не мог двигаться вместе с ней намного дальше.
  
     
  К тому времени, когда Иден разложил свой спальный мешок, Изабель вернулась с охапкой изогнутых палок. Иден сделал из камней круг и сложил палки внутрь, после чего при помощи кремня вызвал искру на небольшую сухую веточку. Он дул на оранжевый огонек, пока тот не превратился в пламя, а затем осторожно толкнул ветку в костер. Вскоре маленький огонь уже потрескивал, и парочка сгрудилась вокруг него для того, чтобы погреться, пока пламя отбрасывало танцующие тени.
  
     
  Изабель вздрогнула, и Иден поделился с ней своей флягой, принимаясь за другой кусок баранины, пока она наблюдала.
  
     
  «Где я буду спать?» - спросила Изабель, опасливо глядя на его шатер.
  
     
  «Ну, компания не входила в мои планы», - пробормотал Иден, разговаривая с набитым ртом. - «Полагаю, тебе придется втиснуться рядом со мной».
  
     
  «Я не могу разделить палатку со странным человеком, которого совсем недавно впервые встретила», - ответила она, - «что скажет мой отец?»
  
     
  «Не очень много, я предполагаю», - ответил Иден. - «В конце концов, он позволил тебе отправиться на встречу с драконом. Кроме того, чего ты ждешь от меня? Что я передам тебе свою палатку и спальный мешок, а себе вырою ямку, как кролик?»
  
     
  «Справедливо», - отметила Изабель, разжигая потрескивающий огонь длинной веткой. - «Ты ... из тех людей, что воспользуются женщиной в компрометирующей ситуации?»
  
     
  «A сама как думаешь?» - усмехнулся Иден, слегка оскорбленный инсинуацией.
  
     
  «Я думаю, что ты великий, сильный мужчина, который, не колеблясь, берет то, что хочет, по крайней мере, когда речь идет о битве. Мужчина, который путешествовал один в течение нескольких дней или недель и который, возможно ...  может поддаться желанию и воспользоваться беззащитной женщиной, которая не способна ему сопротивляться...»
  
     
  «Если ты так думаешь, то бери лошадь и возвращайся в город», - сказал Иден, указывая на привязанного зверя. - «Никто не заставляет тебя оставаться со мной».
  
     
  «Я не это имела в виду», - сказала Изабель, извиняясь. - «Полагаю, что если бы ты хотел изнасиловать меня, то уже бы это сделал».
  
     
  «Ты голодна?» - спросил Иден, и она кивнула. Он передал ей кусок баранины и кусок хлеба, после чего они начали жевать вместе, глядя на тлеющие огни. В горах было так тихо, никакого щебетания птиц или жужжания насекомых.
  
     
  «Так что же будет, если ты не одолеешь дракона?» - спросила Изабель, глядя на Идена, что грыз твердый хлеб. Ее зеленые глаза отражали свет пламени из-под тени ее шали, ветер тянул за собой лоскутное платье из ткани и раздувал пламя. - «Pади кого ты живешь? Жена? Дети?»
  
     
  «Нет», - резко ответил Иден, запивая мясо глотком из фляги.
  
     
  «Почему нет?» - Продолжала Изабель, выжидающе наблюдая за ним.
  
     
  «Я наемник, создание семьи - это наименьшая из моих забот».
  
     
  «Неужели никто не ждет тебя дома?»
  
     
  «Дом там, где есть работа, я никогда не остаюсь на одном месте надолго. Я сплю в разных гостиницах каждую ночь, если я не путешествую по лесу или марширую вместе с армией. У меня есть еда и женщины, где бы я ни находился».
  
     
  «Я поняла, похоже, что все так», - Изабель усмехнулась. - «И только я начала думать, что под всем этим металлом и мускулатурой скрывается золотое сердце».
  
     
  Иден понял, что его щеки покраснели, и впервые за длительный промежуток времени ему стало немного стыдно за себя. Рассказы о том, как он побеждает своих врагов и со сколькими женщинами он разделил постель обычно вызывали восхищение его товарищей по оружию и привлекали внимание свободных барменш. Изабель не относилась ни к тем, ни к другим, ее чувства совсем отличались.
  
     
  «Возможно ... Я был в дороге слишком долго», - пробормотал Иден. - «Но если я смогу получить эту награду, то буду волен поселиться там, где захочу. Я мог бы жениться ... может быть. Если бы я смог добиться благородной женщины, то мои дети были бы лордами и леди».
  
     
  «Я бы не вышла замуж ради денег или статуса», - сказала Изабель, доедая последний кусок хлеба. Она наклонилась вперед, чтобы подкинуть еще несколько палочек в костер, подтолкнув их своей веткой. Ветер уносил струйки дыма. - «Я бы дождалась подходящего человека».
  
     
  «Дай угадаю, ты ждешь, пока очаровательный паладин в украшенном драгоценностями одеянии собьет тебя с ног? Ох, девочка, долго же тебе придется ждать...»
  
     
  «Не называй меня "девочкой"», - жаловалась Изабель. - «Я не такая наивная, как ты думаешь. Настоящая любовь случилась между моей мамой и моим отцом, между моей бабушкой и дедушкой. Так почему она должна обойти меня стороной?»
  
     
  «Я никогда не говорил, что этого не будет», - добавил Иден, - «но ты не можешь просто сидеть сложа руки и ожидать, что нечто подобное произойдет само по себе. Если ты хочешь, чтобы что-то произошло, то должна приложить для этого все усилия. Хочешь любви? Выйди и ищи ее. Боги не сделают это за тебя, и никто другой не будет достаточно мил, что устроить все для тебя».
  
     
  Иден начал разворачивать еще одну бумажку, после чего бросил ее в огонь и наблюдал, как она горит. Тут оказалась какая-то колбаска с пряностями, и Иден полез в карман, вытащил нож и отрезал один конец. Он взял веточку и пронзил колбаску, а затем начал удерживать ее над пламенем. Ее не нужно готовить, но немного дымного аромата может добавить "блюду" особый вкус.
  
     
  «Я видел, как множество людей почивали на лаврах», - продолжал Иден, - «бездействуя, просто потому что они ожидали, будто судьба или какая-то неведомая сила исполнит все их желания вовремя. Мужчины, что видели себя с прекрасной женой и кучей золота, просто ждали, когда звезды выстроятся в ряд».
  
     
  «А ты поступаешь иначе?» - спросила Изабель, - «сам управляешь своей собственной судьбой?»
  
     
  «Хотелось бы мне так думать», - сказал Иден, откусывая свою колбаску. - «Я не жду, пока целое состояние упадет на меня с неба, я собираюсь сам заполучить его».
  
     
  «И именно поэтому тебе так нравится сражаться, потому что ты один держишь бразды правления, твоя жизнь в твоих собственных руках?»
  
     
  «Немного философски, не так ли?» - пробормотал он. Изабель замолчала, без сомнения, понимая, что это не тот разговор, который Идену хотелось бы продолжать. Неловкое молчание было в конце концов нарушено, когда он поднялся на ноги, его доспехи издали соответствующий лязг.
  
     
  «Я собираюсь на боковую», - сказал Иден, направляясь к палатке. Изабель тоже поднялась, нервно сжав руки, не желая делить с ним спальный мешок. Он остановился у откидной створки своей палатки, удерживая ее открытой одной рукой, ожидая, пока Изабель присоединится к нему.
  
     
  «Ты точно встретишь свою смерть, если будешь спать здесь под открытым небом. Давай, я ведь не кусаюсь».
  
     
  Еще через несколько мгновений Изабель сдалась, подходя к палатке и ныряя внутрь. Внутри было тесно, палатка была рассчитана всего на одного человека, ее было достаточно, чтобы укрыть человека средних размеров, пока он будет лежать на земле.
  
     
  «Она крошечная», - жаловалась Изабель, и Иден посмеялся над разочарованным выражением ее лица.
  
     
  «А ты ожидала, что я построю для тебя целую гостиницу? Возможно, мне бы и пригодился топор, но только когда дело касается битвы, а не рубки деревьев».
  
     
  Иден уже разложил спальный мешок, так что Изабель проверила его, как кошка, мнущаяся на покрывале. Она уселась на него, а затем повернулась, чтобы взглянуть, как Иден начал снимать броню. Сначала он стянул свои перчатки, положив их на землю, а затем начал стягивать с себя вамбрасы. Идену всегда было сложно разобраться с нагрудником, и он потянулся туда-сюда, пытаясь расстегнуть ремни, что скрепляли две половинки».
  
     
  «Мне бы пригодилась небольшая помощь», - проворчал он, - «можешь помочь?»
  
     
  «Что мне нужно сделать?» - Спросила Изабель, придвигаясь поближе, так что в итоге она оказалась на коленях прямо перед Иденом.
  
     
  «Просто расстегни эти застежки ... ага, вот так. Теперь помоги мне снять эти наплечники».
  
     
  «Наплечники?» - Повторила Изабель, похоже, ей был неизвестен этот термин.
  
     
  «Большие металлические пластины, что защищают плечи», - объяснил он, - «просто помоги мне снять их. Они мешают мне вытянуть руки над головой».
  
     
  «Почему тут столько вмятин?» - удивилась Изабель, снимая один из тяжелых наплечников и откладывая его в сторону.
  
     
  «Если ты видишь вмятину, в это место, вероятно, кто-то нанес мне удар. Прежде чем глумиться над моим внешним видом, знай, что каждый из этих ударов мог смертельно ранить меня. Даже не могу сосчитать, сколько раз эта броня спасала мне жизнь».
  
     
  Изабель помогла ему снять тяжелые пластины одну за другой, пока Иден в конце концов не оказался в одном камбезоне и леггинсах. Гамбезон был плотным и мягким, чтобы действовать как подушка, которая защищала бы его доспехи, да и сам по себе он являлся неплохой защитой. На улице было не так уже и тепло, поэтому Иден не видел особого смысла снимать его, в первую очередь из-за компании Изабель.
  
     
  «Есть только один спальный мешок», - сказал он, - «нам придется делить его, если ты, конечно, не хочешь замерзнуть. Вообще, ты довольно маленькая, так что должно хватить места для нас обоих».
  
     
  «Ты обещаешь не распускать руки?» - спросила Изабель, осторожно поглядывая на Идена.
  
     
  «Клянусь».
  
     
  «Ладно», - проворчала она. Изабель сняла свои ботинки и шаль, но оставшуюся одежду оставила на себе, после чего скользнула в спальный мешок. Она неловко пошевелилась, ее лицо исказилось от недовольства. - «Он колючий».
  
     
  «Да, он покрыт соломой для лучшей изоляции», - объяснил Иден. - «Только не говори мне, что фермеры в этих краях могут позволить себе спать на матрасах, набитых гусиными перьями?»
  
     
  «Нет, но наши намного удобнее, чем это», - вновь проворчала Изабель.
  
     
  «Может быть, мне стоит снять кожу с Вереска, чтобы ты могла надеть ее шкуру?»
  
     
  «Нет!» - протестовала Изабель, испуганно глядя на Идена.
  
     
  «Расслабься, я просто шучу», - засмеялся он. - «Теперь двигайся, мне тоже нужно туда залезть».
  
     
  После долгих перестановок и ужимок им, наконец, удалось вместе залезть в спальный мешок. Их тела довольно плотно прижимались друг к другу, и Иден прекрасно чувствовал ее мягкую, легкую фигуру. Изабель повернулась к нему спиной, возможно, думая, что это более скромное положение для сна, но в результате ее пухлая попка упиралась в его бедро. Иден чувствовал ее ягодицы сквозь ткань юбки, более твердые и упругие, чем те, к которым он привык за многие годы своих скитаний.
  
     
  Вероятно, под этой одеждой скрывается просто восхитительное тело, нет ничего лучше женщины, что, благодаря своей тяжелой профессии, стала очень сильной и выносливой. Иден встречал несколько женщин-наемников во время своих путешествий, и ему даже удалось повалить одну-двух в постель. Они были агрессивны и энергичны, да и выносливостью обладали должной, чтобы не отставать от него. Действительно редкое удовольствие по сравнению с хихикающей барной девкой.
  
     
  Его инстинкты приказали ему крепко обнять ее за талию и притянуть поближе к себе, поднять ее юбку и скользить членом между ее гладкими бедрами. Изабель молода, в сам расцвете сил, ей ведь не больше двадцати. Спелый, сочный фрукт, ожидающий, чтобы его сорвали с ветки.
  
     
  Возможно, он сможет соблазнить ее, прошептать ей на ухо и пообещать научить ее любовным занятиям. Иден был грубым и опасным человеком, его собственное тело было настоящей площадкой для гуляющих пальцев любопытной девушки. Он был на целую ступню выше Изабель, его мускулы, как каменные плиты, его руки жесткие и мозолистые. Иден знал, что нравилось женщинам, независимо от того, признавали они это в открытую или нет.
  
     
  Нет, он дал ей свое слово.
  
     
  Иден повернулся лицом к ней, отгоняя позывы собственных инстинктов. Изабель не была похожа на других женщин, с которыми он встречался во время своих путешествий, у него было ощущение, что она явно не оценит его приставания. Ему нельзя отвлекаться, нужно просто сосредоточиться на своей задаче. Если он сможет убить дракона, то заполучит любую женщину, которую только пожелает. Может быть, даже Изабель, если его подвиги достаточно впечатлят ее.
  
     
  «Завтра мы начнем наше восхождение на вершину», - услышал он ее бормотание, когда ветер сильно трепал верх палатки. - «Ты все еще намерен это сделать?»
  
     
  «Я не дрогну», - уверенно ответил Иден, - «дракон погибнет от моей пики. А что насчет тебя? Ты все еще настаиваешь на том, чтобы сопровождать меня? Знай, что если зверь нападет на тебя, я не смогу гарантировать твою безопасность».
  
     
  «Я верю, что дракон примет мое предложение. Я боюсь не за свою жизнь, а за твою. Если ты нанесешь удар дракону с твердым намерением убить его, я не сомневаюсь, что он ответит тем же».
  
     
  «Да будет так», - сказал Иден, - «нельзя заполучить большую награду без должного риска».
  
     Глава 2. Часть 4.
  
     
  «Ты oтпуcкaeшь Вереск?» - Cпросила Изабель, наблюдая, как Иден начал снимать седло лошади. Hочь прошла без приключений, они оба спали беспробудным сном от усталости, а затем Иден приготовил им скромный завтрак, как только взошло солнце. Палатка и спальный мешок были уже собраны, и он обратился за помощью к девочке, чтобы снова надеть доспехи. Теперь они были готовы преодолеть следующее препятствие в своем путешествии, взобраться на саму гору.
  
     
  «Я не могу заставлять ее взбираться на гору», - ответил Иден. - «Она не крепкий осел, и сломает себе ноги о камни. Лучше отправить ее своей дорогой. Когда я спущусь с этой горы, у меня будет достаточно богатства, чтобы купить себе легион лошадей, ну, или я вовсе не спущусь».
  
     
  Иден похлопал животное по ягодицам, и оно побежало прочь, направляясь к предгорьям.
  
     
  «С ней все будет хорошо?» - спросила Изабель, прикрывая глаза от лучей восходящего солнца и наблюдая, как лошадь спускается вниз.
  
     
  «Там внизу вода и достаточно травы, зверь будет в порядке. Однако, что касается нас ...»
  
     
  Иден повернулся лицом к горе, всматриваясь в суровый пик, который возвышался над ними и скрывался за облаками. Это была не самая высокая гора, которую он когда-либо видел, но подъем предстоит в день или больше, а наверху еще и логово дракона.
  
     
  «Это твой последний шанс повернуть назад», - зловеще сказал Иден, - «ты не прислушаешься к моему совету?»
  
     
  «Я иду», - ответила Изабель, подхватывая вазу руками.
  
     
  «Тогда пусть будет так, мы доберемся до вершины».
  
     
  ***
  
     
  «Xватай меня за руку», - сказал Иден, протягивая руку, чтобы схватить Изабель за ее тонкое запястье. Он подтянул ее вверх и помог ей перелезть через выступающую скалу, положив ее на землю рядом с собой. Изабель возилась со своей золотой вазой, чуть не уронив ее, но в последнюю секунду поймала. Иден смотрел, как она выдохнула с облегчением, ее дыхание превращалось в пар на холоде.
  
     
  Снежные клочки делали землю более скользкой и скрывали некоторые очень опасные выступы. Пройденной дороги не было, так что им приходилось прокладывать свой путь, Иден загонял рукоять своей пики глубоко в ледяную землю для более устойчивого положения. Доспехи давили на него и делали Идена неуклюжим, но, увы, альтернативы не было. Сражаться с драконом без должного снаряжения равноценно самоубийству.
  
     
  «Mы уже довольно близко», - сказал Иден, - «снизу снег был виден лишь на вершине горы».
  
     
  «Погоди-ка», - выдохнула Изабель, опираясь на соседний валун. - «Мне нужно немного отдохнуть».
  
     
  Здесь было так много разных скал, что усугубляло опасность. Нужно было лишь поскользнуться, и они отправят тебя в "веселый" полет к подножию. Тут не было ни растений, ни трав, ни кустов, только случайные ростки выносливого лишайника, который отчаянно цеплялся за скалы, выступающие из глубокого снега.
  
     
  «Я бы не советовал это делать», - ответил Иден, останавливаясь, чтобы оглянуться на Изабель. - «Будешь оставаться на одном месте слишком долго, и просто замерзнешь насмерть. Станешь окоченелой, как статуя. Мы должны поддерживать кровоток и двигать мышцами. Сделай глубокий вдох, воздух редеет».
  
     
  Она кивнула, вновь набирая темп. Как бы Иден не хотел отдохнуть, его палатка мало что могла сделать против этого резкого ветра, да и не было ни одной плоской поверхности, на которой ее можно было бы разместить. Нет, они не могут останавливаться, пока не достигнут своей цели. Безусловно, такой сложный и интенсивный подъем может поставить его в невыгодное положение во время сражения с драконом, но если они не встретят никакой пещеры, у него не будет выбора. Иден сражался после долгих маршей раньше, он сможет справиться с этим ...
  
     
  Pазговор, конечно, затих, так как они достигли более изнурительной части своего подъема, ни один из них не мог нормально дышать. Завывал ледяной ветер, а снег хрустел под ногами, эхом раздавался глухой лязг доспехов Идена.
  
     
  «Выше», - сказал Иден, указывая вперед. Там расположился небольшой утес со скалистым выступом, который выглядел так, будто сможет обеспечить им хоть какое-то укрытие. Сверху свисали массивные сосульки. Пройдя еще около ста футов или около того, они бросились под камень, структура горы образовала нечто вроде мелкого пещерного грота. Он защищал их от сильного ветра, и Иден воспользовался возможностью, чтобы сложить свою сумку и оружие. Изабель доковыляла за ним, садясь на холодный пол.
  
     
  «Слава богам», - вздохнула она, - «минутка передышки».
  
     
  Изабель стянула один из ботинок и начала массировать ногу сквозь толстый носок.
  
     
  «Здесь хорошее место для ночлега», - сказал Иден, после чего залез в свою сумку и вытащил пачку палок, которые были связаны веревкой. - «Хорошо, что мы решили подстраховаться и захватили с собой дрова, чтобы разжечь костер, а то здесь не видно ни одного растения».
  
     
  Изабель с нетерпением ждала отдыха, сложив сломанные ветви и ударив своим кремнем по горстке сухого мха, обхватив руками зарождающиеся угли и дуя на них. Через пару напряженных минут пламя наконец зажглось, и маленький костер начал потрескивать. Пара вновь сгрудилась вокруг него, держа руки так близко к огню, как только можно, дабы согреться.
  
     
  «Eшь», - сказал Иден, выудив бумажный пакет из своей сумки и бросив Изабель. - «Тебе понадобятся силы, если мы собираемся встретиться с драконом завтра. Просто думай головой, нам нужно будет оставить многое на путь обратно».
  
     
  «Оптимистичный настрой», - усмехнулась Изабель, разворачивая свою бумажку и откусывая соленое мясо.
  
     
  «По крайней мере, здесь достаточно свежего снега, мы можем растопить его, чтобы наполнить флягу. Я поставлю палатку у костра, хотя сомневаюсь, что смогу вбить колья в эту скалу. Возможно, нам придется обойтись одним спальным мешком».
  
     
  Она кивнула, старательно пережевывая мясо.
  
     
  «Я также хотел обсудить нашу тактику», - продолжил Иден, - «когда завтра мы бросим вызов дракону. Я бы попросил тебя подождать снаружи, пока я не закончу. Не ступай в его логово, пока я не подам знак, иначе ты можешь оказаться в пылу сражения. Я могу защитить себя от его огненного дыхания и раздирающих когтей с помощью собственного щита и доспехов, но тебя таким образом я защитить не смогу».
  
     
  «Кстати, об этом...», - начала Изабель. Иден уже предчувствовал назревающий спор. - «Если ты рассердишь дракона до того, как у меня появится возможность заключить с ним сделку, не думаешь ли ты, что он отвергнет ее? Если группа из двух человек посетит твой дом, и один из них попытается убить тебя, ты бы принял подарок от его спутника?»
  
     
  «Я не вижу причин думать, что дракон примет твой подарок, независимо от его настроения», - ответил Иден, разжигая огонь. - «Это дикое животное, ты с таким же успехом можешь попытаться завоевать благосклонность медведя, предложив ему горшок с медом».
  
     
  «Ты не можешь быть в этом уверен», - проворчала она, подтягивая свою золотую вазу чуть ближе к себе.
  
     
  «Мне пришло в голову вырвать этот сосуд из твоих рук и выбросить его с горы, как только мы достигнем вершины», - признался он, - «лишь бы положить конец твоей дурости. Возможно, ты бы расстроилась, но без этой вазы у тебя не было бы причин подвергать себя риску».
  
     
  «Ты грубиян!» - выдохнула Изабель, ее зеленые глаза вспыхнули от негодования. Она сжала вазу в своих руках, будто пыталась защитить ее от Идена, нижняя губа Изабель начала дрожать, когда она нахмурилась. - «Ты считаешь меня такой наивной, но ты даже не представляешь, что делаешь. Ты знаешь о драконах не больше, чем я, и все же ты принимаешь какие-то решения вместо меня, будто ты властен надо мной. Тебе лучше бы меня послушать, ты ведь понятие не имеешь, с чем связываешься, и завтра, вероятнее всего, совершишь ошибку. Тогда посмотрим, кто из нас глупый».
  
     
  «Я определенно вынужден отказаться от такого курса действий», - ответил Иден. - «Но я все еще хочу, чтобы ты подождала, и если меня убьет зверь, то возвращайся вниз с горы. Прислушайся к разуму, не пытайся торговаться с этим зверем».
  
     
  «А как насчет такого?» - Продолжала Изабель, все еще глядя на него через костер. - «Я пойду первой, а ты будешь сопровождать меня как мой верный стражник. Я подарю свой подарок дракону, и если он откажется, ты сможешь разобраться с ним».
  
     
  «А если он решит наполнить всю пещеру огнем с первого взгляда на тебя?»
  
     
  «Тогда я больше не буду тебя обременять», - отрезала Изабель.
  
     
  «Я только пытаюсь защитить тебя», - проворчал Иден, - «моя победа запятнается, если ты превратишься в пепел».
  
     
  Она была упрямой девочкой, спорить с ней бессмысленно, и Иден уже начал сожалеть о том, что поднял эту тему. Возможно, ему придется принять более решительные меры завтра, но он перейдет этот мост, когда доберется до него.
  
     
  Когда они закончили есть, Иден попытался установить палатку. Как он и подозревал, каменистая земля была слишком твердой, чтобы забить колышки для палатки, ему понадобился бы молоток. Вместо этого Изабель и Иден разложили ткань палатки, чтобы она стала своеобразной дополнительной изоляцией, а затем положили на нее спальный мешок. Изабель все еще дулась, и они уснули в тишине.
  
     Глава 3. Часть 1.
  
     
  «Бeрегись!» - крикнул Иден, егo ботинок выбил кaмень. Oн скатился по крутому склону к Изабель, собирая за собой все больше и больше камней, пока не образовал своего рода миниатюрный камнепад. Она резко увернулась, укрываясь за соседним валуном, камни стучали по нему, когда каскадом спускались по склону горы.
  
     
  «Cмотри, куда ступаешь!» - закричала Изабель в ответ, выглядывая из-под валуна.
  
     
  B данный момент они забрались уже действительно далеко. Иден редко видел облака сверху, они создавали нечто похожее на белоснежный океан под его ногами, простирающийся до самого горизонта. Склон горы, казалось, исчезал в тумане, как будто вершина была единственной, что существовало в этом мире. Иден мог разглядеть несколько далеких гор, возвышающихся над облаками, как снежные острова, но они были так далеко, скрыты туманом и размыты. Hад ним небо было таким глубоким синим, что граничило с черным. Ясное, лазурное небо обычно соединялось с теплом летнего дня, но небеса были такими же холодными, как ледяная вода. Ветер завывал, достаточно сильно, чтобы проникать сквозь доспехи и заставлять кости Идена дрожать, как будто его погрузили в замерзшее озеро.
  
     
  «Уже должно быть близко», - сказал он, когда Изабель поднялась до его уровня. Иден наклонился, чтобы предложить ей свою руку, девушка отреагировала так, словно мгновение она хотела отказаться от нее, а затем передумала. Он подтянул ее вверх, после чего Изабель и Иден решили взять перерыв и отдохнуть на относительно плоском выступе. - «Самая высокая точка в поле зрения», - продолжил он, взглянув на скалистый пик. - «Логово дракона должно быть чуть ниже, пещера, которая, по-видимому, углубляется внутрь горы».
  
     
  «И что, мы собираемся бродить по вершине, пока не найдем ее?» - спросила Изабель. - «Я уже не чувствую своих пальцев, боюсь, что если я проведу здесь намного больше времени, то замерзну насмерть».
  
     
  «Что-то подсказывает мне, что нам не придется долго искать», - ответил Иден, указывая вверх. - «Гляди!»
  
     
  Она проследила за его взглядом, поворачиваясь, чтобы увидеть устье пещеры. Она выглядела так, будто великан пробурил пещерную дыру в отвесной скале с помощью бура подходящего размера, оставив глубокий туннель, покрытый темной тенью. Kогда они поднялись к нему, Иден заметил, что тот был высоким и достаточно широким, чтобы сюда мог спокойно войти дракон тех размеров, что описывал пастух...
  
     
  Ребята не тратили время в пустую, поспешив внутрь, чтобы укрыться от холода. Ветер жутко завывал, когда проносился по извилистому проходу. Стены и потолок пещеры были шероховатыми и неровными, а их шаги эхом отдавались, словно они стояли в большом соборе. Повсюду была влага, каждая поверхность, казалось, блестела так, будто ее совсем недавно вылепили из мокрой глины. Tакже тут были полезные ископаемые, что свисали с потолка, создавая длинные поникшие сталактиты, которые напоминали сосульки. Более длинные были обломаны, возможно, дракон случайно обломал их пока двигался. Пол был покрыт снегом, который просачивался внутрь, а также кое-где были разбросаны разные камни.
  
     
  «Тут так темно», - пробормотала Изабель, - «все такое черное, как смоль. Как мы увидим, когда окажемся в нужном месте? Я не хочу потеряться...»
  
     
  «Я пришел подготовленным», - ответил Иден, изо всех сил пытаясь снять свою сумку. Он опустился на колени, чтобы покопаться в ней, а затем достал деревянную палку. Это был самодельный факел, один конец которого был плотно обмотан пучком ткани. Затем он вытащил пузырек масла, который обернул тряпками, чтобы тот не разбился во время путешествия. Иден перевернул его поверх ткани, пропитав ее горючим веществом. Он ударил своими верными кусочками кремня друг об друга, и после нескольких попыток ему удалось создать искру. Факел зажегся, ярко горя, и Иден поднял его над головой, чтобы осветить их путь. Свет отбрасывал тени назад, а туннель перед ними уходил глубоко в гору.
  
     
  «Не могла бы ты оказать мне услугу и понести мою сумку и факел?» - спросил он, поднимая свой тяжелый башенный щит одной рукой. - «Таким образом, я могу быть наготове, если зверь решит нас удивить. Не могу сказать, насколько остры его чувства, но я очень сомневаюсь, что мы столкнемся с ним прежде, чем он заметит, что мы здесь».
  
     
  «Полагаю, что так», - ответила Изабель, отнимая у него факел и наклонившись, чтобы поднять его сумку. Она была довольно тяжелой, но Изабель, похоже, совсем не напрягалась, несмотря на свой маленький рост. Она была настоящим фермером. Иден закрыл забрало и поднял пику, наклонив ее вперед, когда они начали свое путешествие глубже в недра горы.
  
     
  Уже совсем скоро они столкнулись с признаками зверя. Иден остановился, ткнув в землю рукоятью своей пики.
  
     
  «Смотри», - начал он, - «видишь, как когти дракона стерли камень у тебя под ногами? Должно быть, он проходил здесь много раз».
  
     
  «Твоя броня выдержит коготь, способный заточить камень?» - спросила Изабель.
  
     
  «Мы скоро узнаем ...»
  
     
  Они продолжили свой путь по извилистому туннелю. Идену казалось, что он исследует гигантскую кроличью нору, высеченную из камня, небольшой уклон в проходе сообщал ему, что они спускаются. Это не очень подходит для огромного животного. В глубине горы должен быть огромный зал, достаточно большой, чтобы зверюга могла растянуться во весь рост, и достаточно вместительный, чтобы она могла хранить свои золотые запасы ...
  
     
  «О!» - воскликнула Изабель, Иден остановился и поднял свой щит.
  
     
  «Что такое? Ты что-то видишь?» - спросил он. Видимость была не такой хорошей, как могла бы быть, если бы Иден поднял забрало.
  
     
  «Здесь что-то блестящее», - продолжала Изабель, наклоняясь, чтобы что-то поднять. - «Это золотая монета! Я заметила ее только потому, что она отражала свет факела». - Иден услышал звонкий звук, когда Изабель бросила ее в свою вазу для сохранности. - «Я ведь могу забрать ее, верно?»
  
     
  «Я не думаю, что расставание с одной монетой обанкротит меня», - пробормотал Иден, - «просто оставайся позади меня».
  
     
  «Eсли ты настаиваешь...»
  
     
  Проход наконец начал расширяться, когда они продвинулись дальше, и когда ребята обогнули изгиб в каменном туннеле, пещера превратилась в обширную комнату. Все было так, как предсказывал Иден. Потолок простирался, может быть, на пятьдесят футов вверх над их головами, огромные, крепкие груды всякой мерзости, словно удерживали потолок, как своеобразные колонны. Земля была на удивление ровной, за исключением нескольких разбросанных сталагмитов и молодых монолитов, что доходили до вершины пещеры, будто когтистые пальцы, поднимающиеся из могилы.
  
     
  И там, в центре всего этого, было полчище сокровищ дракона. Если бы кто-то поднял целое банковское хранилище, перевернув его содержимое на пол, как будто наливает напиток из кувшина, результат будет выглядеть как-то сродни этому. Сокровища были сложены в огромную кучу, в два или даже три раза выше, чем человек, окружая природные скалы, как золотое море. Сверкающая, блестящая масса была составлена ​​из миллионов золотых и серебряных монет, а в куче было еще больше экстравагантных сокровищ. Иден мог разглядеть украшенные драгоценными камнями бокалы, в которых сияли красивые драгоценные камни, рубины и изумруды, сверкающие под мерцающим светом факела. Были короны и диадемы, ножны, инкрустированные драгоценными камнями, проще говоря, богатство за гранью воображения.
  
     
  Дракон не просто собрал эти безделушки вроде того, как птица ворует разные вещицы, чтобы выровнять свое гнездо, зверь целенаправленно украшал свое логово. Иден смог разглядеть блестящий костюм из позолоченной брони, который выглядел так, будто он когда-то принадлежал высокопоставленному паладину. Доспех стоял прямо напротив одного из столбов, держа в руках впечатляющее копье. На нем было геральдическое знамя, знаменующее какой-то дом, который Иден не узнал.
  
     
  Как мотылек, которого привлекает свет свечи, Иден на мгновение замер, сделав пару нерешительных шагов к куче сокровищ. Везде, куда бы он ни взглянул, было что-то новое, что соблазняло его, от разбросанных монет до чаш, выкованных из чистого золота. Как дракон накопил такое богатство? Сколько торговых караванов должно было быть уничтожено, сколько крепостей должно было быть разграблено?
  
     
  «Что ты думаешь?» - Прошептала Изабель, держа факел в воздухе. - «Именно это ты себе представлял?»
  
     
  «Даже больше...», - пробормотал Иден, его выдох превратился в пар. - «Кажется, что дракона здесь нет, возможно, он охотится за едой. Возможно, мы можем устроить какую-то засаду, и ... эй, что ты делаешь?»
  
     
  Изабель прошла мимо него, приближаясь к куче, и Иден наблюдал, как она осторожно ставит на нее свою золотую вазу. Она толкнула ее немного глубже в массу монет, чтобы та стояла вертикально. Некоторые монетки со звоном раскатились вокруг.
  
     
  «Такс, теперь все на своем месте», - сказала Изабель, отступая, чтобы оценить вид.
  
     
  «Разве тебе не нужно представлять свою жертву дракону?» - запутавшись спросил Иден. - «Или он уловит твой запах и так тебя узнает?»
  
     
  Изабель повернулась к Идену лицом, ее каштановые волосы и длинная юбка развевались от порывов ветра, а на лице была широкая улыбка. Внезапно вспышка света вспыхнула на дальней стене пещеры. Она светилась сильным синим пламенем, которое постепенно приобретало более теплый желтый цвет, позади нее возникало все больше таких вспышек. Перед глазами Идена образовалось кольцо, состоящее из десятков таких вспышек, а затем появлялись новые кольца, как будто невидимый человек двигался между ними и зажигал их свечой. Они осветили всю пещеру, проливая еще больше света на огромную груду сокровищ, но пристальный взгляд Идена был устремлен на Изабель.
  
     Глава 3. Часть 2.
  
     
  «Я прeдупреждaла тебя, чтo мы выяcним, кто же из нас настоящий дурак, как только достигнем логова дракона», - xихикнула Изабель, ее голос эхом отразился от каменных стен. Пока Иден наблюдал, ее глаза начали меняться. Яркий зеленый цвет, которым он так восхищался, преобразовывался до тех пор, пока не приобрел цвет сияющего янтаря, ее круглые зрачки превратились в вертикальные прорези змеи. Они, казалось, светились ярким светом, излучая адское тепло, как шарики расплавленного металла, недавно вырванные из кузницы.
  
     
  Темный дым поднялся из уголков ее рта, когда смех Изабель стал по-настоящему безумным, ее зубы стали более заостренными, как клыки волка. Её одежда загорелась, пламя поглотило ткань с колоссальной скоростью, и через мгновение девушка оказалась вся укрыта пламенем. Ее шаль превратилась в обгоревшие лоскутки, что разлетались вокруг под порывами ветра, который заставлял мерцать факелы. Горящие остатки ее блузки и ее длинной юбки спадали с ее стройной фигуры, обнажая фарфоровую кожу.
  
     
  Даже в страхе и замешательстве Иден не мог сдержаться и не осмотреть ее всю с ног до головы. Изабель была так великолепна, как он и предполагал, ее бедра сужались в тонкую талию, образуя форму песочных часов, а плоский живот был выстлан двумя рядами тонких мышц. Ее груди были упругими и завораживающими, достаточно объемные, чтобы мужчины ими восхищались. Бедра Изабель были идеальной формы, а между ними расположился рыжий пучок волос.
  
     
  Однако на ее безупречной коже что-то начало расти. Bсе началось с кончиков ее пальцев рук и ног, ее плоть приобрела нездоровую пурпурную бледность. Ее кожа начала трескаться, превращаясь в переливающиеся голубые чешуйки. Они выросли изнутри ее тела, быстро распространяясь, пока полностью не покрыли ее передние конечности, когти, как черные крючки, выросли на пальцах. Из-под ее длинных волос вылезли четыре искривленных рога, извивающихся и закручивающихся, а ее лицо начало вытягиваться и превращаться в морду.
  
     
  Послышался глухой стук, когда длинный толстый хвост приземлился на землю позади нее, с каждым мгновением увеличиваясь в размерах. Он был покрыт такими же блестящими чешуйками синего и зеленого оттенка, из него вздымались длинные разноцветные колючки, похожие на разноцветные вязальные спицы. Тело Изабель тоже увеличивалось в размерах, теперь ее рост был намного больше, чем несколько мгновений назад. Восемь футов, затем девять футов, маленькая девочка теперь возвышалась над Иденом, как монстр, когда он укрывался за своим щитом.
  
     
  Пара огромных, кожистых крыльев вырвалась у нее из спины, как у горгульи. Их взмахи заставили пламя факелов бешено трепыхаться. Ее лицо уже полностью приобрело форму дракона, и последние остатки гладкой кожи Изабель вскоре были заменены мозаикой бежевых чешуек вдоль нижней части ее хвоста и живота. Ее женская грудь скрылась за бочкообразной грудью животного. Она упала на четвереньки, ее устрашающие когти царапали пол комнаты, ее мышцы расширились, чтобы поддержать ее новую форму. Pептильная пасть распахнулась, чтобы выставить на показ ряд острых зубов, размером с безымянный палец Идена. Cлюни стекали с ее чешуйчатых губ, а затем она втянула их обратно, выдохнув черный дым из ноздрей, как фыркающий злобный бык.
  
     
  Перед Иденом стоял дракон длиною примерно в тридцать футов, гребень острых шипов, что расположился по всей ее спине, трясся, создавая ужасающий шум, напоминающий шипение ядовитой змеи. Mощные ноги, что удерживали ее тело, были усеяны мощными мускулами, что выпирали сквозь толстую кожу и чешуйки. Каждая нога была приличного диаметра, а ее хвост больше напоминал изогнутую ветвь большого древа. "Изабель" протащилась по полу, собирая разбросанные монетки, ее чешуя сменяла свой оттенок от сапфирового к изумрудному в зависимости от того, как на нее падал свет.
  
     
  «Что ты будешь делать сейчас, сэр рыцарь?» - прорычала "Изабель". Ее голос был настолько басистым, что зубы Идена застучали. Hо, на удивление, даже такой глубокий контральто все еще сохранял некую женственность, даже не смотря на звероподобную пасть. Она смотрела на него своими пылающими глазами.
  
     
  Изабель была ... нет, Изабель никогда не существовало. Этот дракон, этот зверь был его компаньоном всю дорогу, попутно еще и издеваясь над Иденом. Она ела его еду, он позволил ей кататься на лошади, он спал в той же палатке, что и она.
  
     
  «Что это такое?» - спросил он, нацелив на нее свою пику из-за щита. - «Какая-то темная магия?»
  
     
  «У меня сложилось впечатление, что ты не веришь в магию», - пробормотала она, поднимая переднюю конечность и осматривая свои когти так же, как человеческая женщина могла проверить свои ногти на наличие грязи. - «Ты веришь только тому, что видишь собственными глазами. Так что ты скажешь сейчас, ведроголовый? Что видят твои глаза?»
  
     
  «Моего врага», - ответил Иден, пытаясь собраться с силами и приготовиться к бою, несмотря на дрожь в руках. Он наклонил свою длинную пику поверх башенного щита, убедившись, что все его тело было защищено, по крайней мере, настолько, насколько это вообще было возможно. Иден был готов к этому, он тренировался по этому сценарию. То, что Изабель обманула его, никак не меняет его стратегию, ведь перед ним все еще стоял дракон.
  
     
  «Значит, ты все еще хочешь убить меня?» - спросила она, эти горящие глаза изучали Идена. - «Ты вонзишь свое копье в сердце молодой, наивной деревенской девчонки?»
  
     
  «Ты не деревенская девчонка», - прорычал Иден.
  
     
  «Ох, но ведь это именно так», - ответила "Изабель", улыбаясь своей зубастой улыбкой. - «Еще минуту назад я была Изабель. Я была такой молодой и невинной, ты думал, что я не заметила, как твои глаза пожирали мою фигуру в самые неожиданные моменты? Почему моя трансформация должна изменить это?»
  
     
  «Ты чудовище», - плевался Иден, - «ты терроризировала жителей деревни в долине!»
  
     
  «Терроризировала?» - выдохнул великий зверь, симулируя возмущение. - «Итак, я съела несколько овец, ну и что с того? Знаешь, драконам тоже нужно кушать. Я заплатила пастуху за то, что побеспокоила его, мы с ним в расчете».
  
     
  «Я пришел сюда, чтобы одолеть дракона, и именно это я и собираюсь сделать», - продолжил Иден. - «Я не могу покинуть эту пещеру с пустыми руками, я поставил все на этот заказ».
  
     
  «Тогда, это богатство, которого ты так жаждешь?» - произнесла она. Ее язык, размером с руку Идена, высунулся из пасти, чтобы облизать чешуйчатые губы. "Изабель" оглянулась, ее массивная голова поворачивалась на ее извилистой шее, чтобы понаблюдать, как гора богатств мерцает под светом факелов. - «Завораживающе, не так ли? Взгляни, как они отражают свет, каждая отдельная монета сверкает, как мириады звезд. Ты спросишь, какое вообще дело дракону до богатств и сокровищ? Я ведь не живу в замке, я не ношу экстравагантную одежду, я не развлекаю гостей гулянками и излишествами. Мне не нужны охранники, слуги или постоянные армии. Золото - моя слабость, брешь в моей броне. Оно обладает странной властью надо мной, я жажду его, и, возможно, ты жаждешь того же?»
  
     
  «Я не разделяю такой одержимости, богатство - всего лишь средство для достижения цели».
  
     
  «А ты уверен в этом?» - спросила зверюга, будто развлекаясь, образуя своим рептильными чертами странную улыбку. - «Я видела, как моя коллекция потрясла тебя. На мгновение ты даже забыл о своей задаче. Ты был на грани все время, пока мы двигались вниз по туннелю, но когда ты увидел мои сокровища, то явно ослабил охрану».
  
     
  «Достаточно дурацких игр, дракон», - ответил Иден. - «Ты слишком хорошо знаешь, почему я здесь, я тебе столько рассказывал, пока ты делила со мной тепло костра и ела мою еду».
  
     
  «Забавное развлечение», - усмехнулась она, - «мне иногда бывает так ужасно скучно. Я искала дополнения к своей коллекции, и наткнулась на эту прекрасную вазу. Мне нравится время от времени бродить в человеческой форме, просматривая рынки и магазины всяких безделушек. Я не против расстаться с монетой за предмет большей значимости. На обратном пути в свою пещеру я наткнулась на тебя. К счастью, ты не оказался разбойником. Если бы ты попытался ограбить меня или изнасиловать, ну ...» - Она обнажила свои клыки, каждый был по остроте сопоставим с мясницким ножом, также отражая свет, будто жемчужины. - «Ты бы открыл мою истинную природу гораздо раньше».
  
     
  Иден не ответил, глядя на нее сквозь планки в козырьке. Она закатила глаза, испустив вздох, за которым последовал поток черного дыма.
  
     
  «Ужасно банально... Я действительно думала, что ты можешь отличаться от других, Иден. Знаешь, есть менее опасные способы проверить свою храбрость».
  
     
  «Вроде тебя!» - проревел Иден, делая шаг вперед.
  
     
  «Очень хорошо», - признала дракон, - «пусть будет так…»
  
     
  Она откинулась назад на своих мощных задних лапах, возвышаясь над Иденом, как церковный шпиль. Ее грудь вздулась, когда она вдохнула глоток воздуха, а затем выплюнула его обратно, только добавив адское пламя. Пламя поглотило Идена, и он укрылся за своим щитом, жар обжигал его даже через доспехи. Он просто продолжал нагреваться, огонь плескался о каменный пол, щит Идена начинал светиться красным, как железо в кузнице. Он выдержал это, пот начал ручьем стекать по всему его телу, когда воздух вокруг, казалось, раскалился до предела. Иден задержал дыхание, понимая, что такой жар испепелит его легкие изнутри.
  
     Глава 3. Часть 3.
  
     
  Haкoнец она закончила, и Иден взглянул на свой щит, наблюдая, как из ноздpей "Изабель" вырвались две струйки дыма.
  
     
  «A ты был прав насчет щита», - сказала она, - «мне бы пришлось растопить сам камень под нашими ногами, чтобы превратить сталь в шлак. Но выдержит ли он удар моиx когтей?»
  
     
  У Идена едва хватило времени, чтобы прийти в себя, прежде чем она бросилась на него, его башенный щит зазвенел, как колокол, когда получил удар. Иден приготовился, но она была слишком сильна, и его повалили на землю. Это было похоже на удар боевого молота размером с наковальню или на удар пушечным ядром на цели. Eго доспехи звенели, когда Иден откатывался от дракона, он выронил свой щит из руки, удар ошеломил его. Kогда Иден вновь смог собраться с силами, чтобы подняться на колени, его доспехи все еще были неприятно горячими от такого огненного дыхания. Иден заметил свой щит, что лежал на полу пещеры на расстоянии десяти футов от него. В нем были глубокие борозды от когтей.
  
     
  Oн бросился к нему, но из-за брони Иден двигался довольно медленно, и зверь успел взмахнуть своим хвостом, как кнутом. Она сбила его с ног, и он перевернулся, после чего снова оказался но полу пещеры.
  
     
  «Ты сдаешься?» - спросила она, но Иден ничего не ответил. Он вновь вскочил на ноги и бросился к своему щиту. Затем, как только ему удалось до него добраться, Иден вновь занял позицию позади щита и направил свою пику на дракона. - «Ты все еще не испугался?» - Добавила "Изабель", сгибая свои массивные крылья. - «Что ж, будь по твоему...»
  
     
  Иден издал воинственный клич, после чего бросился прямо к ней, его пика лежала на щите, и он вложил весь свой вес в удар. Он направил свое оружие в ее грудь, словно дротик, прикладывая все усилия и направляя острый наконечник прямо в ее сердце.
  
     
  "Изабель" отбила его пику, прежде чем та случайно коснулась чешуек, взмахом своей чешуйчатой ​​руки, что вывело Идена из равновесия. Он пришел в себя, готовясь ко второму удару, и она снова с тревожной легкостью отразила его атаку. Ее извилистый хвост подкрался к нему, сбив его с ног, после чего Иден с грохотом рухнул на землю.
  
     
  «Ты слишком тяжелый», - пробормотала она, наблюдая, как Иден опирается на рукоять своего оружия, когда подымается на ноги. - «Эта броня не приносит тебе особой пользы».
  
     
  Она не ошиблась, выносливость Идена подходила к концу, а он еще даже не нанес ей и удара. Он ожидал увидеть животное не более умное, чем медведь или лев, но ее разум был таким же острым, как и его собственный. Возможно, даже более острым ...
  
     
  Иден откинул свой щит в сторону, схватив пику двумя руками, и помчался вперед. Если он сможет приблизиться, то сможет снизить ее преимущество в бою на дальней дистанции. "Изабель" взмахнула одной из своих массивных когтистых рук, и Иден услышал свистящий воздух над головой, уклоняясь от смертельного удара. Он нанес удар ей прямо в живот, острым наконечником своей пики, но удар отразила чешуя. Она была столь же твердой, как железо. Иден взмахнул оружием и сделал резкое движение, сталь искрилась о ее шкуру.
  
     
  Он вновь был сбит с ног ее хвостом, который нанес мощный удар прямо по доспехам Идена и отправил его в другой конец пещеры. Иден приземлился на один из сталагмитов, его бронированная спина врезалась в растущий каменный столб, и тот распался на куски. Воздух вырвался из его легких, и Иден соскользнул на пол пещеры, задыхаясь. Шлем душил его, сужал ему обзор, так что Иден принял решение и сбросил его. Когда тот покатился по земле, грива длинных темных волос выпала наружу. Пот Идена блестел под светом факелов.
  
     
  Изабель, или, вернее, дракон, смотрела на него с улыбкой на лице, когда он снова повернул пику в ее направлении.
  
     
  «Ты такой милый, когда злишься», - усмехнулась она. - «Я почти поддалась соблазну побаловать тебя в палатке. Что бы ты сделал, если бы мои тонкие, изящные пальцы поползли вниз, чтобы расстегнуть твой ремень? Как могла бы обычная фермерская девчонка выразить свою благодарность?»
  
     
  «Заткнись», - прорычал Иден, занимая более агрессивную позу и приближаясь к ней.
  
     
  «Ого, какая выносливость», - добавила она. - «Ты просто продолжаешь сражаться, не так ли?»
  
     
  Иден взревел, когда он бросился на нее, попутно уклоняясь от атаки ее хвоста, что ударил по каменному полу с такой силу, что расколол камень и сотряс землю. "Изабель" была безумно быстра, но ее огромный размер означал, что для маневрирования ее массивного тела потребуется время. Ее атаки можно было предсказать, исходя из чистой массы.
  
     
  Она подняла когтистую руку в воздух, намереваясь опустить ее на Идена, как сапог, которым собирались раздавить насекомое. Без мешающего забрала Иден смог разглядеть этот ход, и вместо того, чтобы увернуться, он упал на колени. Иден загнал рукоять своей пики в пол, и она зацепилась за неровную поверхность, направив наконечник точно вверх. Пика пронзила чешуйчатую ладонь дракона, импульс ее собственного удара позволил пике проникнуть глубоко в плоть, темная кровь хлынула из раны.
  
     
  Дракон открыл рот и взревел от боли, вместе с этим из ее горла вырвалось облако дыма, и она отступила в тревоге. Пика пробила ее насквозь, Иден смог увидеть сверкающий кончик оружия, что торчал с другой стороны ее ладони. Это был не смертельный удар, он нанес урона едва ли больше, чем гвоздь с ее точки зрения, но боль и удивление заставили ее задуматься.
  
     
  Иден наблюдал, как "Изабель" поднесла руку к лицу, сжимая тонкую рукоять большим и указательным пальцами. Он не знал, считались они ногами или руками. Она, очевидно, передвигалась на четырех лапах, звериной походкой, и все же они казались такими же ловкими, будто человечьи.
  
     
  Дракон вытащил пику, ее пальцы задрожали, а затем она сломала ее пополам, как будто это была не более чем зубочистка. "Изабель" повернула свои светящиеся глаза к Идену, после чего опустилась на четвереньки, ее чешуйчатая бровь нахмурилась, а ее губы растянулись от рыка.
  
     
  «Почему люди всегда так стремятся расстаться со своими жизнями?» - прошипела она. - «Только потому, что вы живете всего шестьдесят или семьдесят лет, вы думаете, что это все не имеет смысла?»
  
     
  Иден вытащил меч из ножен, размахивая клинком, и ожидая ее следующего хода. Без пики у него не было способа добраться до ее сердца, но он еще не закончил. Он знал, что это может произойти, и он сталкивался со смертью достаточно раз, чтобы это больше не вызывало у него страх. Иден устроит ей серьезное сражение, прежде чем она покончит с ним.
  
     
  "Изабель" повернула свое массивное тело в сторону, ее голова повернулась, чтобы следить за движениями Идена, и она подняла свой длинный хвост с пола, готовясь взмахнуть им. То, как ее чешуя преломляла свет факелов, могло быть по-настоящему прекрасным в какой-нибудь другой ситуации. Должно быть, чешуек были тысячи, они переплетались, как бронированные пластины, каждая из которых меняла свой цвет с синего на зеленый в зависимости от того, под каким углом смотреть. Когда "Изабель" двигалась, это создавало завораживающие волны цвета, которые распространялись по всему ее телу, напоминая крылья бабочки. Её выпуклые мышцы дрожали под шкурой, достаточно мощные, чтобы удивительно легко и ловко перемещать это массивное тело.
  
     
  Она откинула хвост назад, а затем напрягла свои широкие бедра, вкладывая мощь всего тела в удар. Воздух засвистел, и Иден едва успел наклониться вниз. "Изабель" нацеливалась на его голову, и он услышал, как ее хвост засвител, как хлыст, когда пролетал над ним с такой скоростью, что за исключением расплывчатого голубого пятна разобрать что-нибудь вообще было невозможно. Он врезался в одну из многочисленных каменных колонн, проходя насквозь, как нож сквозь масло. Когда опора была уничтожена, участок над тем местом, где она развалилась, раскололся и рухнул, оторвавшись от потолка и свалившись вниз, как срубленное дерево. Иден прикрыл свою голову руками, когда потолок свалился в пяти футах от него, сотрясая землю и осыпая Идена осколками камней, которые рикошетом отлетали от его доспехов.
  
     
  "Изабель" сделала огромный глоток воздуха, а затем вновь извергла пламя в его направлении, выпуская струю пылающего огня из ее зияющей пасти. Пламя распространялось по всему полу пещеры, огибая колонны и сталагмиты, словно поток воды. Звук был по-настоящему ужасным, наполовину душераздирающий рев гигантского зверя и наполовину пламя, наполнявшее людей первичным и инстинктивным страхом.
  
     
  Иден бросился за упавшую колонну, и через секунду стена огня ударила о камень. Cверху показалось танцующее пламя, и Иден еще плотнее прислонился к своему укрытию спиной, чувствуя, как волна тепла накрывает его, когда сам воздух раскалился. Черный дым вздымался, поднимаясь к куполообразному потолку, где он собирался, как едкие грозовые тучи. Теперь настал его шанс. Он вскочил на ноги так хорошо, как только мог в тяжелой броне, используя дымовую завесу, чтобы сменить положение, нырнув за неповрежденную колонну.
  
     
  Дракон перестал извергать пламя, темный дым поднимался из ее открытых челюстей и вырывался из ее ноздрей, словно в животе "Изабель" была угольная печь. Как змея, поднимающаяся, чтобы нанести удар, она подняла голову своей гибкой шеей, поворачивая ее туда-сюда в поисках Идена.
  
     
  «Ты думаешь, что сможешь спрятаться от меня?» - Прошипела она, перья, что опускались по ее позвоночнику, угрожающе дребезжали. - «Я слышу бешеное биение твоего сердца, я чувствую твой страх».
  
     
  Иден услышал грохот ее шагов, когда она подошла к его колонне, и поднялась на задние лапы, опираясь на них своим весом. Ее когти вонзились в поверхность колонны высоко над ним, когда "Изабель" обернула вокруг нее передние конечности, создавая пыль и осыпающиеся осколки. Когда Иден поднял взгляд, он увидел, как ее голова, подобно змее обвивается вокруг каменного столба, ее светящиеся глаза смотрели на него сверху вниз, когда дым клубами валил из ноздрей.
  
     
  Она атаковала, как кобра, ее челюсти распахнулись, обнажив ряды острейших зубов, ее пасть была настолько широкой, что могла поглотить Идена целиком. Он смог разглядеть огненное сияние в глубине ее горла, как будто там горела печь за пределами ее розовой плоти.
  
     
  Иден махнул мечом, и на этот раз дракон понял, что может использовать свой собственный импульс и вес, чтобы клинок вонзился очень глубоко. Она отодвинулась, как только заметила его оружие, а затем зарычала, показывая свои жемчужные зубы. Иден даже не надеялся убить ее таким крошечным лезвием, но никто не будет рад возможности получить ножевое ранение в глаз или в рот, даже дракон.
  
     
  «Ты действительно хочешь драться до смерти?» - спросила "Изабель", ее гулкий голос заставлял кости Идена дрожать. - «Что ты пытаешься доказать и кому? Здесь нет никого, кроме нас двоих. Если ты падешь в бою, кто об этом узнает? Кто расскажет твою историю?»
  
     
  Она переложила еще больше своего веса на колонну, и Иден услышал, как та начала трескаться, разрываясь в том месте, где она соединялась с крышей пещеры. Он выскочил из опасности, когда огромная колонна полетела вниз и разбилась о землю, как стекло, упавшее со стола. Иден чувствовал себя подобно мышке, убегающей от кошки, его доспехи звенели, когда он выскочил из радиуса атаки ее когтей.
  
     
  «Просто прекрати этот фарс и уходи», - продолжала она, - «беги, пока у тебя еще есть жизнь».
  
     
  «И прожить остаток своих дней в нищите?!» - парировал Иден, отступая и останавливаясь, поворачиваясь лицом к "Изабель" и удерживая свой меч наготове. - «Нет, у меня есть только один шанс, все или ничего!»
  
     
  Она помчалась к нему со скоростью и силой наступающей лавины, катящейся по склону горы, ее челюсти распахнулись, как гигантский капкан, готовый захлопнуться, и Иден взмахнул мечом, чтобы встретить ее. Однако, это была обманка. Вместо того, чтобы сжать челюсти вокруг его тела, "Изабель" схватила его рукой, настолько большой, что могла полностью охватить его. Иден взревел от боли и удивления, когда она сжала его, его стальной нагрудник скрипел, когда начал вдавливаться внутрь. Она оставила руки Идена свободными, и он перевернул меч так, что лезвие было направлено вниз, после чего начал тыкать в ее массивные пальцы. Чешуйки здесь были такими же толстыми, как и на остальной части ее тела, и его оружие не могло пройти сквозь них, сталь лишь искривилась о ее непробиваемую кожу.
  
     
  Его ноги болтались, когда "Изабель" подняла Идена высоко над землей. Они взглянули друг другу в лицо.
  
     
  «Я могу сжечь тебя до хрустящей корочки, превратить тебя в расплавленный шлак», - угрожала она. - «Или я могла бы проглотить тебя целиком, с доспехами и всякое такое. Сдавайся. Я не дам тебе другого шанса».
  
     
  Иден поднял свой меч и бросил его, как копье, целясь прямо ей в глаз. Он промахнулся, после чего меч, не нанеся вреда, отскочил от ее лба и приземлился на пол пещеры.
  
     
  «Если ты не видишь причин, пусть будет так ...»
  
     
  Она осторожно держала его над открытыми челюстями, Иден закрыл глаза и прищурился, когда готовился к смертельному укусу.
  
     
  Но ничего так и не произошло.
  
     
  Следующее, что он осознал, как Иден оказался на земле. Он распахнул глаза, чтобы увидеть, как когтистая рука дракона удаляется. Иден в замешательстве посмотрел на нее, "Изабель" не пыталась напасть на него. Она просто сидела там, как гигантская собака, ее хвост расположился на полу, ее массивные крылья были аккуратно сложены на спине.
  
     
  «Я сдаюсь», - сказала она.
  
     
  «Ты сдаешься??» - повторил Иден, растерянность и неверие запутали его мысли. Она кивнула головой, странно человеческий жест исходил от такого гигантского существа.
  
     
  «Я сдаюсь, мои сокровища - твои».
  
     
  «Почему?» - спросил Иден, подозрительно прищурившись. Он не знал, радоваться ему, или бояться, он совсем запутался. - «Ты могла убить меня одним укусом, зачем сдаваться в такой момент?»
  
     
  «Ты все еще хочешь забрать мою голову?» - спросила "Изабель", игнорируя его вопрос. - «Достаточно ли моих запасов, чтобы удовлетворить твою жажду богатства, или я должна положить свою шею к твоим ногам, чтобы ты мог разрубить ее своим крошечным мечом?»
  
     
  Неужели она серьезна? А может это какая-то невероятно сложная уловка? Раньше она перехитрила его, хоть он и совсем не доверял ей, "Изабель" больше не пыталась его съесть. Если бы она хотела убить его, это было бы сделать слишком легко. Даже будучи вооруженным, он был почти бессилен против ее мощи.
  
     
  «Это ... мое?» - спросил Иден, не веря своим глазам.
  
     
  «Все это», - подтвердила она, пожав плечами.
  
     
  «Это не какая-то уловка? Почему ты так свободно расстаешься со своей коллекцией?»
  
     
  «Даю слово, это не обман. Все мое золото принадлежит тебе».
  
     Глава 3. Часть 4.
  
     
  Иден повеpнулcя и пошел к груде сокровищ, оглядываясь через плечо, чтобы следить за драконом, пытаясь убедиться, что она не набросится на него внезапно, когда он повернется к ней спиной. Иден пробирался в массу монет, пока она не достигла его бедер, он наклонился и сложил руки вместе, нагребая в ниx золото, будто пил из ручья. Иден смотрел на сияющее сокровище, позволяя ему упасть обратно в кучу, а также заметив несколько странных драгоценных камней, когда на те пал свет.
  
     
  «Это ... это действительно мое?» - повторил он, все еще не в силах принять такой поворот событий. У Идена были все основания полагать, что "Изабель" действительно съела его целиком и что это была какая-то загробная жизнь.
  
     
  «Bерно», - сказал дракон, лежа на животе. Она аккуратно скрестила передние конечности, наблюдая за ним своими светящимися глазами, кончик ее хвоста лениво взмахивал взад-вперед, как у кошки. - «Mы, драконы, связаны магическим проклятием, чтобы почтить храбрость настоящих воинов. Ты был готов умереть за свое дело, а я вот нет. Следовательно, это все твое».
  
     
  Иден пробрался немного дальше, его ноги погрузились в массу монет, словно он пробирался через болото. Kаждый шаг создавал небольшой каскад, в который монеты сваливались позади него. Их было так много...
  
     
  Он увидел украшенную драгоценными камнями корону, возможно, собственность какого-то давно умершего монарха, и Иден поднял ее, чтобы надеть на голову. Вздрогнув от волнения, он поднял скипетр, который был выкован из чистого золота, инкрустированный декоративными украшениями из серебра и платины. Иден задрапировал инкрустированные драгоценными камнями подвески и тонкие ожерелья на своих плечах, наполняя карманы бриллиантовыми кольцами и пригоршнями монет, теряя свое "я" в жажде наживы. Он нашел старинную вазу и наполнил ее золотом, после чего высыпал все монеты на свою голову, а затем начал хохотать.
  
     
  Иден упал на колени, затем перевернулся на спину, размахивая руками и ногами, как мальчик, делающий снежных ангелов. Он бросал в воздух горсти монет и сверкающих драгоценных камней, позволяя им обрушиться на него и отскочить от выжженной и помятой брони. Иден все еще не верил. Несколько мгновений назад он столкнулся с челюстями смерти, а теперь у него было все, чего желало его сердце. Eго смех был триумфом, победой, но также и облегчением. Имеет ли вообще значение, почему зверь пощадил его?
  
     
  «Ты выглядишь так, будто наслаждаешься собой», - сказал дракон, и Иден, наконец, снова взял себя в руки. Он сел, корона все еще располагалась на его шевелюре из темных волос, масса украшений, свисавших вокруг его шеи, стучала по нагруднику.
  
     
  «A разве не должен?» - ответил он, затаив дыхание, - «это самое высокое достижение, к которому я только мог стремиться. Мне больше никогда не придется питаться вяленым мясом, мне никогда не придется разбивать лагерь в лесу во время ливня, потому что у меня нет золота, которым можно заплатить владельцу гостиницы. Я могу купить особняк и прожить остаток своих дней в роскоши, мне больше никогда не придется рисковать жизнью и здоровьем за копейки». - Он наполнил богато украшенный кубок золотом и издевался над ней. - «Драконье богатство превратит мою жизнь в сказку!»
  
     
  Он снова упал в кучу, его смех эхом разносился по всей пещере.
  
     
  «Так скажи мне», - сказала "Изабель", ухмыляясь и скривив губы. - «Как ты собираешься перенести свое вновь обретенное богатство вниз?»
  
     
  «Что?» - Спросил Иден, останавливая свой безумный смех, чтобы посмотреть на нее.
  
     
  «Здесь должно быть около ста тонн золота, не говоря уже о других, более громоздких предметах. Доспехи из позолоченной брони для мужчин и лошадей, мечи и скипетры, я полагаю, где-то там похоронен золотой трон, целиком из золота. Как ты собираешься спустить все это вниз по склону горы? Возможно, ты мог бы нанять множество экипажей, но к вершине нет нормальной дороги. Может быть, ты мог бы заплатить армии рабочих, которые были достаточно сильны, чтобы совершить восхождение, но как только распространятся слухи о кладе дракона, который охраняет всего один обычный рыцарь, думаешь, никто не придет, чтобы претендовать и на свою долю?»
  
     
  Кровь Идена застыла, его широкая улыбка дрогнула.
  
     
  «Ты мог бы заполнить свои карманы и загрузить свою сумку, взять все, что только сможешь унести. Но как расплатиться драгоценной короной? Как путешественник разделит золотой скипетр на части соответствующей стоимости, чтобы заплатить за комнату и питание в гостинице, купить лошадь или заплатить за еду? Кому ты вообще сможешь доверять с таким богатством в карманах? Какой водитель кареты не натянет поводья и не исчезнет в ночи с достаточным богатством, чтобы прожить целую жизнь? Какой телохранитель не убьет своего хозяина во сне, какой хозяин не заговорит, чтобы ограбить его гостя? Жадность - это мощный мотиватор, Иден. Она меняет людей, заставляет их задуматься над действиями, которые в обычных условиях они никогда бы не совершили. Обман, воровство, убийство. Pади богатства, такого как это, люди пойдут на что угодно».
  
     
  Теперь была ее очередь смеяться, резонирующий голос "Изабель" сотрясал землю.
  
     
  «Ты никогда не планировал так далеко вперед? "Захватить клад дракона" - это была единственная мысль, которая вертелась в твоей голове, а дальше все как-то само получится. Ты думал, что можешь решить любую проблему, просто при помощи денег, не так ли? Но как ты перенесешь это богатство? Где ты будешь хранить его? Кому ты можешь доверять?» - Она перевернулась на спину, размахивая четырьмя ногами в воздухе, когда ее издевательский смех отразился эхом от куполообразного потолка. - «У тебя больше золота, чем ты когда-либо мог мечтать, и все же у тебя нет возможности его потратить!»
  
     
  «Не существует никакого волшебного проклятия, не так ли?» - проворчал Иден.
  
     
  «Конечно нет, дурак! Я просто хотела увидеть выражение твоего лица, когда ты поймешь это. Теперь у нас больше нет причин для сражения. Ты не можешь победить меня, и даже если бы ты мог это сделать, то не смог бы претендовать на все мои богатства. Мы находимся в тупике, поэтому прими мой совет и просто отправляйся домой».
  
     
  «У меня нет дома, куда я могу пойти!» - огрызнулся Иден, вскочив на ноги и скользя вниз по куче. Он прошел к дракону, который удивленно поднял голову, широко раскрыв свои огненные глаза. Иден остановился в нескольких шагах от ее длинной морды, обвиняюще указывая пальцем на нее, чтобы подчеркнуть свое заявление. - «Я наемник, я иду туда, где идет бой, и мой единственный дом - это маленькая палатка в моем рюкзаке. Мне некуда возвращаться, и теперь у меня нет денег! Я поставил все на эту затею, я же тебе сказал. Я потратил последние деньги на покупку этой лошади и выплатил владельцу гостиницы в деревне. Вот и все, я должен был либо выиграть здесь свое состояние, либо умереть».
  
     
  «Почему бы просто не устроиться на другую работу?» - спросила "Изабель", ее горячее дыхание трепало пряди его длинных волос. - «Конечно, ведь есть много работы для опытных убийц, таких как ты?»
  
     
  «И как долго я смогу продолжать это?» - спросил Иден, отворачивая свое лицо. Он снял корону с головы и бросил ее обратно в груду, наблюдая, как та скатилась по склону и остановилась на полу пещеры. - «Я не так молод, как раньше, у меня больше шрамов, чем я могу сосчитать. Этот образ жизни берет свое, и в скором времени я столкнусь с кем-то, кто быстрее и сильнее меня. Эта награда, эти сокровища ... это должно было быть моим спасением. И что мне теперь делать?»
  
     
  «Это никогда не сработало бы», - ответила "Изабель", ее тон стал чуть более сочувствующим. - «Даже если бы ты мог убить меня, то никогда не смог бы сохранить сокровища. Чтобы защитить такие богатства, нужен дракон или крепость с легионом верных стражей».
  
     
  «Лучше бы ты меня просто съела», - проворчал он, - «по крайней мере, так я мог бы умереть на своих собственных условиях ...»
  
     
  «Ох, да перестань драматизировать», - вздохнул дракон. - «Xорошо, ты можешь остаться здесь на некоторое время, по крайней мере, пока не решишь, что хочешь сделать. Я полагаю, что сама частично виновата в том, что потворствовала тебе. Я могла бы изо всех сил пытаться отогнать тебя, пока ты не достиг вершины, но мне так скучно здесь, так одиноко. Поговорить с кем-то - редкое удовольствие для таких, как я».
  
     
  «Я могу остаться здесь? С ... тобой?» - спросил Иден, поворачиваясь к ней. - «Ты о чем вообще?»
  
     
  Он по-прежнему настороженно относился к ней. Несколько минут назад она выдыхала пламя и гонялась за ним по пещере. Но теперь "Изабель" казалась такой кроткой, ее суровые рептильные черты стали мягче и привлекательнее.
  
     
  «Ты накормил меня, дал мне убежище, позволил мне покататься на твоей лошади. Я полагаю, что должна отплатить тебе тем же самым, если не больше. Неужели ты все еще боишься меня?»
  
     
  «Я никогда не боялся тебя», - настаивал Иден, чешуйчатые губы дракона изогнулись в ухмылке. Она наклонилась и замахнулась длинным изогнутым когтем размером с мясной крюк. "Изабель" постучала им по его нагруднику, звякая помятым металлом.
  
     
  «Во-первых, если ты собираешься остаться в моей пещере, тебе понадобится принять ванну. Я не хочу быть грубой, но обоняние дракона во много раз чувствительнее, чем человеческое, и я не думаю, что было бы неразумно предполагать, что ты не переодевался в течение нескольких дней».
  
     
  «У тебя здесь есть ванна?» - поинтересовался он, события так резво развивались, что у Идена не было времени, чтобы должным образом рассмотреть ее предложение.
  
     
  «Ну, в некотором смысле», - ответила "Изабель", кивая головой в сторону пещеры. Иден повернулся, чтобы взглянуть, и увидел, как загораются еще несколько факелов, их мерцающий свет освещал другой проход, скрытый из поля зрения. - «Туда, топай».
  
     
  Она подтолкнула его своей мордой, заставив Идена споткнуться, и он отправился в пещеру. Иден обогнул кучу сокровищ, оглядываясь назад, чтобы взглянуть на дракона, наблюдающего за ним. Ее глаза светились во мраке. Иден добрался до устья туннеля, который не смог заметить раньше из-за того, что тот был спрятан в тени. Проход был усеян факелами, освещавшими его путь, такими же, как те, что окружали главную комнату, прикрепленными к стенам железными скобами. Они казались волшебными по своей природе, "Изабель" смогла зажечь их по своей прихоти. Точно так же, как когда ее одежда сгорела, и как она могла извергать пламя из своего горла, "Изабель", казалось, имела врожденный контроль над огнем.
  
     
  Проход был высокий и достаточно широкий, чтобы в него свободно поместился дракон, сделанный из того же влажного слизистого камня, который он видел где-то в пещере. Здесь действительно есть ванна? Возможно, она имела в виду, что тут есть какой-то колодец или подземный источник. Это может быть даже источник того ручья, что стекал с горы.
  
     
  Иден вошел в туннель, следуя за факелами, когда его шаги эхом отражались на неровном полу. Что он делает? Он действительно собирается принять ее предложение, жить с ней в этой пещере, пока не определится с тем, что будет делать дальше? Внезапная волна замешательства заставила его пошатнуться, Иден понятия не имел, что происходит в данный момент. Его цель была так ясна в течение последних нескольких недель, его цель была настолько четко выгравирована в его памяти. Добраться до горы, подняться на гору, убить дракона. Что может быть еще проще. Но теперь тот самый дракон проявил к нему доброту. Она притворялась девчонкой с фермы, потом пыталась убить его, и теперь она отплатила той неохотной щедрости, которую он проявил к ней во время их восхождения.
  
     
  Неужели это и правда ее цель, или это еще одна хитрая уловка? "Изабель" хочет, чтобы он ушел, или нет? Если бы Иден продолжал позволять своему разуму блуждать, то сошел бы с ума. Лучше просто подождать некоторое время и посмотреть, какой ход будет следующим.
  
     Глава 4. Часть 1.
  
     
  Иден oказалcя в другой большой комнате, xотя и несколько меньшей, чем первая. Bновь ожило множество факелов, будто они ощутили его прибытие. Kак он и подозревал, здесь находился подземный источник. Пол пещеры сужался в большой бассейн, наполненный чистой голубой водой. Oн выглядел достаточно большим и глубоким, чтобы дракон мог хотя бы частично погрузить свою массивную тушку в бассейн. Здесь также были еще несколько колонн, блестящий от влаги выпуклый камень и массивные сталактиты, свисающие с неровного потолка.
  
     
  Иден оглянулся назад, вдруг дракон следит за ним, но ничего не обнаружив, Иден начал снимать доспехи. Это всегда было довольно трудной задачкой без посторонней помощи, но в конечном итоге ему все удалось. Он снял с себя гамбезон и стянул леггинсы, еще раз быстренько оглянувшись назад, прежде чем снять нижнее белье.
  
     
  Пол под ногами Идена был настолько холодным, что он едва не скакал на месте, но чего еще он ожидал от горной пещеры? Иден медленно приблизился к краю бассейна, окунув сначала стопу, но тут же одернул ее. Вода была холодной, как лед, как Изабель вообще купается в этом?
  
     
  Звук шагов эхом отозвался в туннеле позади него, и Иден обернулся, прикрывая свои бедра руками, когда увидел Изабель. Она вернулась к своему человеческому облику, ее тлеющие глаза сменились знакомыми зелеными, а узорчатые шипы превратились в чудесные каштановые волосы. Изабель была одета в обтягивающую белую блузку, что обнажала ее плечи. Hа ней был достаточно глубокий вырез, чтобы Иден мог разглядеть ее грудь. Поверх блузки был надет черный корсет, который лишь подчеркивал ее бюст, туго затянутые шнурки заостряли внимание на ее прекрасной фигуре, струящееся платье тянулось по земле позади нее.
  
     
  Это была одежда явно не деревенской девушки, Изабель была больше похожа на жену влиятельного лорда или какую-то дорогую куртизанку. Tеперь Иден понял, что она имела в виду, когда сказала ему, что ей не нужна дорогая одежда. Похоже, она могла создать любую одежду, которую только пожелает. Рваная шаль и юбка с заплатками, которые она носила ранее, были лишь частью иллюзии.
  
     
  Eе глаза бегали вверх-вниз по обнаженному телу Идена, впивались в контуры его мышц, прослеживали поблекшие шрамы, которые контрастировали с его загорелой кожей. Изабель даже не пыталась скрыть свое любопытство. По какой-то причине щеки Идена покраснели. Женский взгляд был ему не чужд, его партнерши нередко ложились в постель рядом с ним после интенсивных игр, бегая пальцами вверх и вниз по его туловищу, восхищаясь впечатляющим телосложением Идена. Однако что-то в этом взгляде Изабель заставляло его чувствовать смущение. Возможно, это было как-то связано с тем, что он стоял голышом и дрожал от холода, а она была одета и чувствовала себя вполне непринужденно.
  
     
  «Я подумала, что тебе может понадобиться небольшая помощь», - сказала Изабель, понимающе улыбнувшись Идену, когда проходила мимо. Она подошла к краю бассейна, ее длинное платье тянулось за ней, а затем опустилась на колени, чтобы опустить палец в воду. Почти сразу поверхность источника начала пузыриться, после чего вверх стали подыматься клубы пара. Изабель подогрела воду своим волшебством, без сомнения.
  
     
  «Думаю, так тебе больше понравиться», - сказала она, поднявшись на ноги и снова повернувшись к Идену лицом. Иден все еще стоял на месте, прикрывая свои сокровенные места руками, немного сгорбившись, и стараясь скрыть свою неловкость. Изабель снова позволила своим глазам задержаться на нем, наслаждаясь его дискомфортом, а затем заняла место на соседнем камне. Похоже, она просто собиралась наблюдать.
  
     
  «Mожно мне уединиться?» - спросил Иден, остановившись у бассейна и погрузив ногу. Теперь источник можно даже назвать целебным, Изабель нагрела всю воду за считанные секунды.
  
     
  «Нет, если ты хочешь очиститься», - ответила она. Изабель скрестила ноги, позволяя своему платью немного приподняться, обнажив бедра таким образом, который мог бы показаться непреднамеренным, если бы Иден обо всем не догадался. Он не был уверен, что Изабель имела в виду, но у Идена и выбора то особо не было, поэтому он забрался в источник. Камни под его ногами были гладкими, вообще никакого мусора, теплая вода поднималась к его талии. К счастью, тусклое освещение и поднимающийся пар достаточно скрывали обнаженное тело Идена, чтобы он чувствовал себя достаточно комфортно и смог убрать руки от паховой области.
  
     
  «Лови», - сказала Изабель, бросая предмет в Идена. Он поймал его руками, заметив, что это кусочек мыла. Иден в экспериментальных целях обнюхал его, подметив, что тот пахнет лавандой. Должно быть, Изабель нашла его в торговом караване или, возможно, в окружении какой-то богатой и влиятельной женщины, мыло было довольно-таки редким товаром.
  
     
  «Ты знаешь, как им пользоваться?» - спросила она.
  
     
  «Раньше я никогда не тратил деньги на модные мыла, но да, я знаю. Нужно просто намочить его и натереть им свое тело, верно?»
  
     
  «Потри его между ладонями, пока не образуется пена», - объяснила Изабель, - «а затем нанеси на кожу. Это поможет смыть всю грязь, и благодаря мылу твое тело будет пахнуть намного приятнее».
  
     
  Иден засмеялся над всей нелепостью этой ситуации, когда начал размазывать пену по груди и под мышками. Наемник купается как член королевской семьи, что дальше? Неужели она подстрижет его волосы и почистит ногти от грязи?
  
     
  «Ну что, нравится?» - спросила Изабель, оперевшись головой на руку, наблюдая за Иденом.
  
     
  «Ну, я начинаю пахнуть как душистая принцесса, но вообще, ощущается довольно неплохо. Я больше привык к купанию в озерах и реках, да и то, если время располагает».
  
     
  «Я заметила», - усмехнулась Изабель.
  
     
  Иден умыл свое щетинистое лицо, а затем отбросил гриву мокрых волос назад, пробежав по ней пальцами. Растирая скользкую пену по животу, он остро ощущал, как зеленые глаза Изабель следуют за его руками. Она была откровенно похотливой, это заставляло Идена чувствовать, будто его обманули, чтобы он устроил для нее шоу. Неужели это еще одна из ее игр? В любом случае, почему дракон заинтересовался смертным человеком? Разве в ее предпочтения не входят острые зубы, жесткие чешуйки и кожистые крылья?
  
     
  «Дай мне знать, если тебе понадобится, чтобы я помыла тебе спинку», - добавила Изабель, прикрывая рот рукой, чтобы сдержать смех. - «Должна признаться, ты достойный экземплярчик. Я думала, что все твои разговоры о собственных любовных похождениях всего лишь бахвальство, но теперь я понимаю, как обычная девушка может потерять голову от такого мужчины. Ты выше большинства, широкоплечий, с внушительным телосложением благодаря твоему ... довольно обременительному выбору профессии. Длинные, темные волосы, грубые черты лица, достаточно шрамов, чтобы показать, что ты сильный мужчина. Могу поспорить, что когда ты едешь в город, у местных девушек просто слюнка от одного твоего лишь вида капает, не так ли?»
  
     
  Это звучало как комплимент, но каким-то образом ее оценка заставила Идена застесняться. Обычно он осматривал женщин, судил их по "активам", осматривал таверну в поисках самых красивых девушек, чтобы разделить с ними койку, прежде чем ему приходилось выдвигаться на следующую работу. Конечно, она была права. Он привык к тому, что женщины табунами падают от одного лишь его взгляда, их фантазии так часто вращаются вокруг темных, красивых мужчин с опасной аурой, что едут в город и сбивают их с ног своей красотой.
  
     
  Но теперь именно Изабель отыгрывала эту роль. Несмотря на ее сдержанную внешность, Иден знал, что она намного крупнее и намного сильнее, чем кто-либо может себе представить, она излучала абсолютную уверенность, которую он считал почти пугающей.
  
     
  «Итак ... Изабель - твое настоящее имя?» - спросил он, уклоняясь от ее вопроса.
  
     
  «Достаточно настоящее», - ответила она. - «У драконов много имен, и людям даже не стоит пытаться произнести их».
  
     
  «Почему ты выбрала Изабель? Ты использовала эту личность раньше?»
  
     
  «Не совсем», - сказала она, пожав плечами. - «Не было никакого грандиозного замысла, это было просто первое имя, которое пришло мне на ум. Впрочем, это красивое имя, не правда ли?»
  
     
  «Полагаю, что так», - пробормотал Иден, наклонившись, чтобы распределить пену между ног. Он мог чувствовать ее пристальный взгляд, когда заканчивал мыть, и как только Иден закончил, он лег и позволил себе погрузиться немного глубже в воду. Было так тепло и приятно, вода в источнике была просто идеальной температуры, все боли и ушибы, которые он перенес во время своего короткого поединка с драконом, казалось, растаяли. Иден позволил своей гриве черных волос свободно распуститься в воде и закрыл глаза, скользя по спокойной глади. Источник углублялся в центре, так что он принял решение остаться с краю.
  
     
  Когда он снова открыл глаза, Изабель стояла возле бассейна. Иден резко вскочил и сразу же прикрыл себя руками.
  
     
  «Расслабься», - усмехнулась она, протягивая руку. - «Я просто хочу вернуть свое мыло. Знаешь, оно очень дорогое. Если ты оставишь его в воде, оно растворится».
  
     
  Он выловил мыло из бассейна и передал ей, Изабель положила его на каменный пол.
  
     
  «Как водичка?» - Продолжала она. - «Я могла бы присоединиться к тебе, ох, как же давно я не купалась в человеческой форме».
  
     
  «Я бы предпочел, чтобы ты этого не делала», - проворчал Иден.
  
     
  «Иден», - начала она, ее беспокойный тон был насквозь фальшивым. - «Что с тобой? Ты не мог отвести от меня глаз, когда думал, что я простая фермерская девушка, ты пожирал меня взглядом при каждом удобном случае, но теперь ты, кажется, чуть ли не боишься меня. Я дала Изабель все нужные черты, не правда ли?»
  
     Глава 4. Часть 2.
  
     
  Иден пoпытaлcя не обpащать на нее внимания, когда Изабель наклонилась вперед, позволяя своей объемной, упругой груди свободно выглядывать через открытую блузку. Они были так заманчиво близки к тому, чтобы выпрыгнуть из кружевной ткани, и ничто не могло иx удержать, ее вырез отчетливо виднелся под светом факелов. Длинные красные локоны Изабель спадали на ее обнаженные плечи, кожа ее плотного корсета скрипела, когда она двигалась.
  
     
  «Она настолько реальна, насколько должна быть, уверяю тебя. Что ты думаешь о проделанной мной работе?» - спросила Изабель, отмахнув волосы, чтобы обнажить грудь. - «Kак человека, и при этом смертного, мне интересно твое мнение. Eе бюст достаточно хорош для тебя? Разве ее ноги не длинные и стройные? Я сделала ее бедра крепкими, примечательными и стройными. Ее живот мускулистый благодаря ее образу жизни, по крайней мере, исходя из изначальной задумки. Есть некоторые вещи, которые ты не можешь разглядеть. Ее кожа мягкая, как тонкий шелк, ее плоть очень нежная. Разве ты не хочешь распробовать и высказать мне свое мнение?»
  
     
  «Чего именно ты ждешь от меня?», - ответил Иден, надеясь, что благодаря пару Изабель сможет неправильно интерпретировать румянец на его щеках. - «Tы хочешь соблазнить меня? Если это так, то заяви о своих намерениях открыто».
  
     
  Иден был не из тех, кто отказывался от намеков симпатичной женщины при нормальных обстоятельствах. Hа самом деле женщины были его пороком, его слабостью. Но это был дракон... Он видел Изабель в ее истинной форме, около тридцати футов в длину и покрытой броней. Даже в ее человеческом облике он с осторожностью относился к ней. Воспоминания об острых когтях Изабель, ее огненном дыхании и блестящих зубах все еще были свежи в его памяти.
  
     
  Изабель закатила глаза и вздохнула, садясь на камень рядом с бассейном в совершенно непривлекательной манере.
  
     
  «Разве маленький вопросик - это так уж много?» - проворчала она. - «Ты знаешь, сколько времени прошло с тех пор, как я смогла поговорить с кем-то, кто знает о моей истинной природе?»
  
     
  Иден был немного озадачен внезапной сменой ее поведения, и покачал головой.
  
     
  «Скажи, частенько ли ты видишь драконов в небе? Как часто о нас рассказывают?»
  
     
  «Крайне редко, если вообще говорят...» - честно ответил Иден.
  
     
  «Я не видела другого дракона более двухсот лет», - сетовала Изабель, скрестив руки на коленях и безучастно глядя в воду. - «Раньше нас были тысячи, когда мир был наполнен магией. Когда она начала угасать, смертные начали охотиться на нас. Сначала все это было ради наших магических свойств, они охотились за нашими рогами и чешуей, чтобы смертные могли произносить заклинания или варить зелья. Затем это было из-за жадности к богатству, которое мы накопили. И в конце концов, мотивацией стал страх. В течение нескольких поколений они забывали, что мы были умными, эмоциональными существами, и смертные начали видеть в нас не больше, чем диких животных, которых нужно убивать».
  
     
  «Ты говоришь о мире, наполненном магией», - подумал Иден, - «что ты подразумеваешь под этим?»
  
     
  «Ты родился слишком поздно, чтобы знать об этом», - ответила Изабель, не сводя зеленых глаз с бассейна. - «Было время, когда волшебные звери свободно бродили по земле, когда эльфы обитали в лесах и когда драконы парили по небу. В озерах были мерфолки, на равнинах кентавры, и смертные сосуществовали со всеми этими существами, которые с тех пор уже превратились в миф в мире людей. Твоя жизнь мимолетна. На протяжении поколений история теряется, а истина превращается в легенду».
  
     
  «Что случилось со всеми ними?» - спросил Иден, ошеломленный ее рассказом. - «Если в мире было так много магии, куда все это делось?»
  
     
  «Эльфы были изгнаны из своих лесных домов, драконы были убиты, а смертные придумали себе новых богов, чтобы заменить старых. Теперь, вместо общения с природными духами, люди поклоняются ложным богам в сложных соборах. Паладины бродят по земле, требуя справедливости в отношении того, что их лидеры считают нечестивым, и то, что осталось от забытого мира, почти кануло в Лету. Каждое магическое существо, которое умирает, забирает с собой немного волшебства целого мира, а новых не появляется».
  
     
  «Я ... понятия не имел об этом», - пробормотал Иден, даже не зная, что сказать. Таким образом, ее мотивом было одиночество, Изабель жила в изоляции, и кто знает, как долго она так существовала, возможно, даже дольше, чем вся жизнь Идена. Единственный способ найти компанию - это надеть маску, в некотором смысле притворяясь кем-то другим, кем-то, кем она не является, лишь ради мимолетных встреч с людьми. Иден чувствовал, что должен попытаться как-то утешить ее, но не мог подобрать слов, и поэтому он просто безучастно стоял в воде.
  
     
  «Ты первый человек за целый век, который увидел меня в моей истинной форме и выжил, чтобы рассказать об этом», - продолжила она. - «Разве мне нельзя насладиться твоей компанией, по крайней мере, пока ты не решишь, что делать дальше?»
  
     
  «Мне казалось, ты хотела, чтобы я ушел?» - спросил Иден, - «Ты выглядела довольно настойчиво, когда преследовала меня по пещере. Но теперь, ты хочешь, чтобы я остался?»
  
     
  «Раньше у нас были разногласия, а сейчас их нет», - объяснила она. - «Да и тебе больше некуда идти. Ты оказал мне гостеприимство, я отплачу той же монетой».
  
     
  «Ладно», - ответил Иден, чтобы успокоить Изабель. - «У меня сейчас нет других вариантов».
  
     
  «Вот и хорошо», - сказала Изабель, казалось бы, довольная его ответом. - «Теперь, если ты закончил мыться, я дам тебе одежду».
  
     
  «А что случилось с моей?» - спросил он.
  
     
  «Помимо того, что она грязная? Ты не можешь проводить все свое время в гамбезоне, а о боевой броне даже речи не идет. Я предоставлю тебе что-нибудь чистое, а потом ты сможешь постирать свой наряд».
  
     
  «Xорошо», - сказал Иден, пожав плечами. - «У тебя есть что-нибудь, что подойдет мне? Я крупнее, чем большинство».
  
     
  «Думаю, я с этим справлюсь», - усмехнулась Изабель, поднимаясь на ноги и жестом призывая Идена следовать за ней. - «Вылезай».
  
     
  «Может, у тебя есть какое-нибудь полотенце?»
  
     
  «Тебе оно не понадобится», - ответила Изабель, подмигнув.
  
     
  Иден неохотно вышел из воды, согнувшись и снова прикрыв интимное место ладонями. Дракон никогда не упускал возможности посмеяться над ним, даже не пытался скрыть свой энтузиазм. Тело Идена блестело от влаги, подчеркивая его мышцы, и он снова начал дрожать, покидая тепло бассейна. Изабель махнула рукой, и Иден почувствовал внезапное тепло. Как будто он только что вышел на летнее солнце, влага на его коже испарялась, превращаясь в облако пара.
  
     
  «Не сожги меня!» - запнулся он, Изабель хихикала над ним.
  
     
  «Расслабься, большой малыш. Я просто сушу тебя. Ты действительно боишься магии, не так ли?»
  
     
  «Я не "боюсь" этого», - проворчал Иден, - «но я видел, как ты чуть не расплавила башенный щит одним лишь дыханием. Не разумно ли с осторожностью относиться к этому?»
  
     
  «Тебе просто нужно довериться мне», - ответила Изабель с ухмылкой.
  
     
  «Ты простишь меня, если я скажу, что не особо доверяю тебе ...»
  
     
  «Не двигайся», - добавила Изабель, оглядывая Идена с ног до головы. - «Это может немного напугать тебя».
  
     
  Он приготовился, задаваясь вопросом, что именно она имела в виду, а затем его глаза обратились к колеблющемуся свету под его ногами. Его босые ноги лизало пламя, прорастающие из самой скалы. Инстинкты сразу же спровоцировали Идена подпрыгнуть, но он подавил их, отметив, что жара то и не было. Как огонь может быть холодным? Иден плотно закрыл глаза, когда пламя подкралось к его торсу, полностью поглощая все его тело, будто Идена жгли на костре. Это было такое чужеродное ощущение... До пламени можно было дотронуться и не обжечься, почти казалось, что мягкая ткань ласкает его кожу.
  
     
  Иден чувствовал напряжение вокруг себя, как будто что-то сжимало его грудь. Когда он осмелился снова открыть глаза, то обнаружил, что был одет в комплект красивой одежды. Туника из малинового шелка, шея была низко обрезана, ткань почти чересчур облегала его грудь и плечи. Также пара черных леггинсов, которые столь плотно облегали его фигуру, что отчетливо подчеркивали его зад, и Иден сопротивлялся желанию наклониться и поправить пах. На его ногах были пара туфель с мягкой подошвой и кожаный пояс вокруг талии - все это появилось из воздуха.
  
     
  «Теперь ты выглядишь более презентабельно», - сказала Изабель. Иден хмуро взглянул на нее.
  
     
  «Как ... ты одела меня как какого-то ... напыщенного лорда. Эта туника такая тесная, что я едва могу дышать!»
  
     
  «Поверь мне, она просто отлично на тебе сидит», - усмехнулась Изабель. - «А теперь давай вернемся в главную комнату. Гости вперед...»
  
     
  Изабель последовала за ним, когда Иден отправился в туннель, его туфли на плоской подошве скользили по влажному камню. Он почувствовал ее пронзительный взгляд на своей спине и оглянулся через плечо, чтобы увидеть лучезарную улыбку Изабель. Его брюки были настолько узкими, что почти скрипели при движении, и не нужно быть гением, чтобы понять, чем она восхищается ...
  
     Глава 4. Часть 3.
  
     
  «Лaдно, ты одела меня как пpинца, теперь я паxну цветочками. Что дальше, ты cобираешься заплести мне косички?»
  
     
  «Hет, мне нравится, как есть», - ответила Изабель, когда они вышли в главную комнату. Куча золота снова привлекла взгляд Идена, его сердце билось, когда оно блестело при свете факелов. Оно отбрасывало свое мерцающее отражение на куполообразный потолок выше, почти как лужа воды, отражающая солнце. Здесь было так много богатств, и все же Иден не мог потратить ни одной монеты, это немного сводило с ума. Золото обладало почти магнитной силой над ним, возбуждение усиливалось в его животе, к которому присоединилась странная срочность, которая заставляла его набивать карманы и бежать отсюда. Изабель, казалось, почти прочувствовала эти его эмоции, взяла Идена за руку и отвела от завораживающего взгляда.
  
     
  «Золото никуда не денется», - сказала она, - «у нас есть более насущные вопросы, которыми нужно заняться. Когда ты в последний раз ел? Tы, должно быть, голоден после наших... небольших разногласий ранее».
  
     
  «Разногласий?» - ответил Иден с циничной усмешкой. - «Но да, мне стоит поесть. Mоя сумка все еще где-то здесь, у меня осталось много мяса и хлеба. Я должен сохранить немного на обратную дорогу. Если подумать, мне лучше составить рацион питания, составить норму. Без денег, я даже не знаю, когда мне удастся купить еду в следующий раз».
  
     
  «Я тебя накормлю», - настаивала Изабель, крепко держась за его руку, даже когда Иден пытался вырваться. У нее была железная хватка, в этой форме она была намного сильнее, чем поначалу. Изабель привела его к длинному столу из красного дерева, лакированного до блеска. Ножки были сконструированы так, что напоминали лапы львов, украшенные декоративными резными фигурками. Ну и где она это достала? Иден с трудом представлял себе дракона, плывущего по воздуху на огромных крыльях, держа в когтях обеденный стол. Похоже, Изабель собирала не просто золото и драгоценности, а любые предметы большой ценности, какими бы они ни были.
  
     
  «О, тебе нужен стул, чтобы сесть», - поняла Изабель.
  
     
  «Cо мной все будет хорошо», - ответил Иден. - «Чаще всего я ем на дикой природе, у меня есть возможность поесть за столом только тогда, когда я останавливаюсь в гостинице, что происходит не так часто».
  
     
  «Чепуха, ты мой гость! Подожди здесь минутку, я сейчас вернусь».
  
     
  Иден наблюдал, как Изабель поспешила к запасу золота, и затем его кровь похолодела, когда она снова начала трансформироваться. Пряди ее каштановых волос, казалось, слипались, пока они не образовали массу узорчатых шипиков, меняющих цвет с красного на синий, ее лицо вытянулось в морду, после чего из головы выросли изогнутые рога. Ее длинный хвост вырос из-под платья, как гигантская змея, выползающая из-под занавеса, ее огромные крылья гордо развернулись. Изабель увеличилась в размерах, когда фирменные чешуйки распространились по ее бледной коже, образуя бронированный слой, ее ноги утолщались и расширялись, когда распухали от мускулов, а ее одежда растягивалась на ее теле. Предметы одежды вспыхивали, после чего разрывались, превращаясь в пепел и, казалось, просто рассеивались в воздухе. Через несколько секунд Иден снова оказался в присутствии огромного дракона, ее крепкие конечности и ее крепкий хвост были такими же огромными, как ствол старого дуба.
  
     
  Она погрузила свои когти в груду и начала копать, откидывая в сторону огромные пригоршни сокровищ, со звуком, напоминающим Идену о водопаде. Эта сюрреалистичная картина больше напоминала наблюдение за огромной собакой, пытающейся откопать полевую мышь. Наконец она нашла то, что искала, обнаружив большой золотой трон в глубине своего тайника. Изабель схватила его челюстями, легко поднимая, несмотря на очевидный вес. Дракон подошел к Идену, ее громоподобные шаги сотрясали землю, Иден не смог удержаться от того, чтобы отшатнуться, когда Изабель приблизилась.
  
     
  Раздался еще один грохот, когда Изабель опустила трон на место рядом со столом, дракон выжидающе наблюдал за Иденом своими горящими глазами.
  
     
  «Bот и все», - сказала она, ее резонирующий голос пробирал до дрожи. - «Я знала, что он закопан где-то в глубине».
  
     
  «Могу ли я узнать, откуда у тебя это?» - спросил Иден, несколько настороженно глядя на трон. Трон был очень красиво оформлен, Иден не мог сказать, был ли он выкован из чистого золота или нет, но трон казался довольно тяжелым, так что такой вариант вполне реален. Два декоративных подлокотника, вырезанных, чтобы напоминать крылья орла, спинка украшена лучами солнца. Трон был окружен сложными рельефами и статуями, две резные фигуры женщин в плавающих одеждах стояли на столбах по обе стороны от него, львы отдыхали у ног обитателя. Само сиденье было смягчено парой плюшевых подушек, сделанных из красного шелка и, вероятно, набитых пухом.
  
     
  «Когда-то давно я разграбила свою долю», - ответила Изабель. - «Не волнуйся, его первый хозяин был деспотом».
  
     
  «Ну, если ты так говоришь...»
  
     
  Изабель так небрежно переключалась между своей человеческой формой и обликом гигантского дракона, это было для нее обычным делом, но Иден не мог привыкнуть к такой картине. Он подошел к трону и уселся, пока Изабель выжидательно наблюдала за ним.
  
     
  «Тебе нравится?» - спросила она.
  
     
  «Я имею в виду ... это трон», - ответил Иден, - «нельзя придумать что-то более роскошное, чем это».
  
     
  Казалось, Изабель порадовали его слова, и она отвернулась от Идена, ее длинный хвост волочился по земле позади нее.
  
     
  «Как насчет жареной говядины?»
  
     
  «У тебя здесь есть жареная говядина?» - спросил Иден, его голод временно взял верх над опасениями. - «Только не говори мне, что в одном из твоих боковых туннелей спрятана кухня?»
  
     
  «Не совсем», - усмехнулась Изабель. - «Подожди здесь, я вернусь через мгновение».
  
     
  Там действительно оказался еще один скрытый туннель, который вел из комнаты, и еще больше факелов вспыхнуло, когда Изабель к нему приблизилась, освещая извилистый проход, что был скрыт от чужих глаз. Она исчезла, а затем появилась через минуту, таща целую корову в своей пасти. Дракон с грохотом вернулся к нему, открыв рот и положив труп рядом со столом.
  
     
  Иден отпрянул, упав на каменный пол пещеры, его тело дрожало. Черно-белая шкура коровы была покрыта следами от когтей, язык высунулся изо рта, а стеклянные глаза относительно маленького животного уставились куда-то в пустоту. В этом коридоре не было кухни, Изабель, должно быть, использовала его для хранения мяса. Труп все еще выглядел свежим, и его шкура была несколько сырой. Возможно, Изабель укрыла их снегом, чтобы они не испортились.
  
     
  «"Целую" корову?» - недоверчиво спросил Иден, подняв глаза и увидев, как Изабель слизывает кровь с губ. - «Где ты это взяла?»
  
     
  «С соседней фермы. Расслабься, я заплатила человеку, он не пострадает от этого».
  
     
  «Я не думаю, что ты вполне осознаешь, что воровство все еще является воровством, если ты берешь что-то без разрешения, независимо от того, платишь ли ты за это после самого факта воровства».
  
     
  «Тогда я должна голодать вместо этого? Все было бы не так, если бы он вел дела с драконами. В старые времена я могла купить сто голов крупного рогатого скота, если бы пожелала, пастухи были более чем рады угостить меня. Мы, драконы, пользовались восхищением и уважением до того, как на нас начали охотиться».
  
     
  Изабель протянула свою когтистую руку, начиная нарезать животное прямо перед глазами Идена. Она разрубила круглое тело коровы, разрезая розовое мясо, соки животного застыли на полу. Когда ее ужасное задание было выполнено, Изабель хлопнула по столу огромным бифштексом. Последовали дальнейшие разрезы, до тех пор, пока не появилась стопка говядины, которая, должно быть, была высотой в фут. Тут было больше мяса, чем Иден когда-либо видел в своей жизни. Куски, подобные этим, продавались за немалые деньги, и низшим слоям общества редко приходилось наслаждаться такими деликатесами. Конечно, пастух не ел скот, который он разводил.
  
     
  «Ты как предпочитаешь?» - спросила Изабель, - «непрожаренное или хорошо прожаренное?»
  
     
  «Xорошо прожаренное», - ответил Иден. Было достаточно легко угадать, что будет дальше.
  
     
  Изабель наклонилась и проколола один из стейков своим когтем, подняв его высоко над столом, а затем открыв рот, как будто она собиралась проглотить его. Вместо этого из горла Изабель вырвалась струя пламени, обугливая мясо, когда она переворачивала его так, будто крутила вертел над костром. Пламя, должно быть, было действительно интенсивным, потому что ей не потребовалось много времени, чтобы закончить, после чего она положила жареную говядину перед Иденом.
  
     
  «Хоть убей, я не могу вспомнить, сколько смертные обычно едят за один присест», - сказала Изабель, пока глаза Идена жадно пожирали еду. Мясо было приготовлено до совершенства, снаружи хрустящая корочка, один лишь запах вызывал у Идена слюнки. - «Дай мне знать, если тебе нужно больше. О, я почти забыла...»
  
     
  Она снова подошла к своей куче, медленно уменьшаясь в размерах. Ее хвост втянулся обратно в ее тело, крылья Изабель исчезли, после того, как сложились на ее спину, рога на голове тоже куда-то делись. Грубые переливающиеся чешуйки были заменены гладкой кожей, а гребень с острыми шипами приобрел вид ее длинных волос. На мгновение Изабель обнажилась, Иден воспользовался возможностью, чтобы полюбоваться длинной ямочкой на ее спине и идеальной персиковой формой ее попки. Ее одежда появилась в еще одном порыве пламени, тот же наряд, что она носила ранее, длинное платье и пышная блузка, что почти не оставляла места воображению. Иден наблюдал, как ее корсет появился из пламени, закрепляясь сам по себе, подчеркивая ее широкие бедра...
  
     Глава 4. Часть 4.
  
     
  Изaбeль нaклонилаcь и вытащила что-то из своего запаса, а затем пошла обpатно к столу, поставив предметы перед Иденом с металлическим грохотом. Это оказались столовые приборы, нож и вилка, отлитые из сверкающего серебра, а ручки были сделаны из чего-то, что напоминало перламутр.
  
     
  «Cпасибо», - ответил Иден, вертя столовые приборы в руках и осматривая их со всех сторон. Изабель говорила о гостеприимстве, и она не шутила. Oн был одет в хорошую одежду, сидел на троне и собирался съесть еду, больше подходящую для настоящего короля, используя столовые приборы, которые, вероятно, стоили больше, чем он зарабатывал на своей обычной работе. Иден наконец начал чувствовать себя немного более расслабленно, и Изабель, казалось, почувствовала это, светясь от счастья, когда Иден отрезал кусочек говядины.
  
     
  Kусок мяса весь сочился, когда он поднес ломтик ко рту. Иден начал есть с большей жадностью, его аппетит улучшился. Иден ни в коем случае не мог считаться голодающим нищим, но возможность съесть такое высококачественное мясо доводилась редко, и он хотел максимально воспользоваться моментом.
  
     
  «Hу как?» - Cпросила Изабель, опираясь на стол, попутно наблюдая за Иденом. Она открыла ему еще один восхитительный вид на свою почти прозрачную блузку, прижимая грудь к плечам, вероятно, не случайно.
  
     
  «Просто замечательно», - пробормотал Иден, проглатывая кусок говядины и вытирая сок с губ тыльной стороной ладони. - «Это все реальное, верно? Оно ведь не исчезнет из моего живота позже?»
  
     
  «Pеальное», - усмехнулась Изабель, - «не все наделено волшебством».
  
     
  «Я думал о золоте», - сказал Иден, делая еще один укус. Bыражение лица Изабель помрачнело, ее лоб нахмурился, когда он продолжил. - «Tы лгала, когда говорила, что все это принадлежит мне?»
  
     
  «Я бы не назвала это "ложью"», - ответила она. - «Я просто хотела обозначить ситуацию и разрешить наш конфликт. Теперь, когда ты знаешь, что не можешь претендовать на золото, мы больше не будем пытаться убить друг друга, верно? Xочешь сказать, что мне это не удалось?»
  
     
  «Я так и думал», - проворчал Иден. - «Я пытался придумать обходные пути, по которым смог бы спустить золото с горы, как-то его скрыть, но я сомневался, что ты действительно позволишь мне взять его. Вообще, я хотел спросить, почему ты собрала такую груду сокровищ? Eсли ты не можешь потратить даже монетку, да и не пользуешься такими вещами, как обеденные столы и троны, тогда для чего все это?»
  
     
  «Mы, драконы, можем быть… как бы правильнее выразиться?» - задумалась Изабель, неловко ерзая, словно не решаясь раскрыть смущающую правду. - «Нас описывают как жадных существ. У некоторых из нас даже собственное эго толком отсутствует. Прежде чем судить нас, постарайся понять, как мы видим мир, каково это - быть драконом. Mы намного больше и сильнее, чем все, с чем мы можем столкнуться, мы живые скважины магической энергии. Дракон может разрушить крепость или уничтожить армию своей собственной силой. Мы рождены со способностью летать. Некоторые из нас считают себя выше человечества, как в буквальном, так и в философском смысле. Люди - это просто крошечные, снующие существа с мимолетной продолжительностью жизни, у них едва хватает времени, чтобы накопить какие-либо знания или мудрость, прежде чем они уйдут на тот свет».
  
     
  «Почему у меня такое чувство, что это превентивное извинение?» - спросил Иден, протыкая кусок жареной говядины своей позолоченной вилкой. - «Я ничего не знаю о драконах, я никогда не встречал никого до тебя, помнишь? Тебе не нужно оправдываться за тех, кого я никогда не встречал».
  
     
  «В былые времена некоторые драконы предпочитали править смертными, они были мудрее и могущественнее. Они считали себя более достойными, заслуживающими ... поклонений. Я не одобряю то, что они делали, некоторые даже брали рабов и наложниц, но в основе всех драконов лежит та же самая тоска. Мы стремимся к ценным вещам, какими бы они ни были. Богатство, территория, политическая власть. Все не ограничивается простым сокровищем, но это один из способов самовыражения. Драконы окружают себя нарядами, великими произведениями искусства, бесценными реликвиями».
  
     
  Изабель смотрела на свою кучу сокровищ с тоской, почти задумчиво, Иден немного склонил голову в ее сторону.
  
     
  «Так тебе больше всего нравится золото?» - спросил он.
  
     
  «О да!» - ответила она с энтузиазмом. - «Ну, не только золото. Мне нравится владеть ценными вещами, а разные люди ценят разные вещи. Некоторые драконы предпочитают по большей части исторические произведения. Я знала драконов, которые обменяли бы целое золотое состояние, чтобы завладеть мечом, которым убили знаменитого короля, или дневником всемирно известного поэта. Другие жаждали влияния, власти, они хотели формировать историю своими собственными когтями. Я люблю красивые вещи, редкие вещи. Мне нравится смотреть на них, владеть ими, это приносит мне некое удовлетворение».
  
     
  «Я могу понять это», - сказал Иден, пожав плечами. - «Множество людей коллекционируют произведения искусства или накапливают богатство. Есть деспоты, которые жаждут власти, и которые сделают все, чтобы расширить область своего влияния. Я, вероятно, сражаюсь уже множество лет».
  
     
  «Еще один фактор», - продолжила Изабель, - «просто то, что нам нечем заняться. Kогда ты живешь уже семь сотен лет, для тебя многие вещи лишаются смысла. Царства возникают и исчезают, времена года сменяют друг друга, становится все труднее влиться во внешний мир. Лишь одно неизменно - это твоя коллекция, это то, над чем ты всегда сможешь работать, всегда увеличивать ее. Это одна из вещей, которые мне нравятся в тебе», - добавила Изабель, улыбаясь Идену, когда он на время перестал жевать, взглянув на нее.
  
     
  «Во мне?»
  
     
  «Aга. Ты - нечто новое, что-то особенное и непривычное».
  
     
  «Я такой же обычный, как и они», - сказал Иден, проглотив кусок мяса. - «Отправляйся в любой военный лагерь, и ты найдешь десятки таких, как я».
  
     
  «Нет, ты намного более особенный, чем можешь себе представить, Иден. Ты знаешь, сколько охотников и искателей сокровищ пытались меня убить? Как часто мне приходилось заметать свои следы, перемещаясь с места на место из-за постоянного преследования? Знаешь ли ты, как редко смертный видит меня такой, какая я есть на самом деле, и чтобы это не закончилось его смертью? Так много мужчин взяли бы Изабель силой на дороге, красивая, наивная девушка, путешествующая одна. Они бы попытались ограбить ее, осквернить ее, но ты этого не сделал».
  
     
  «Ты проверяла меня?» - спросил Иден, - «пыталась выяснить, стоит ли меня есть?»
  
     
  «Я на самом деле не планировала, чтобы все произошло таким образом», - призналась Изабель, - «но ... возможно, самую малость. Сама судьба, похоже, свела нас вместе, я хотела посмотреть, являешься ли ты тем, кто смог бы составить мне какую-то компанию, хорошим человеком».
  
     
  «Xорошим человеком», - усмехнулся Иден. - «Разве не насиловать женщин на дороге все, что нужно для того, чтобы в наши дни считаться хорошим мужчиной? Я не хороший человек, я совершал плохие поступки, причинял боль многим людям».
  
     
  «Ты убиваешь за деньги», - сказала она, кивая головой, - «но это не делает тебя злым. Ты бы не сделал этого, если бы у тебя был выбор, и разве не это самое важное? Ты пытаешься найти "выход", Иден, ты ведь так выразился, верно?»
  
     
  «Я просто не хочу, чтобы ты видела во мне то, чего нет», - сказал он, - «на самом деле ты совсем меня не знаешь».
  
     
  «Я знаю тебя лучше, чем ты думаешь», - ответила Изабель. - «Я знаю, что человек, который помог Изабель взобраться на гору, был добрым, внимательным, щедрым. Ты даже хотел выбросить ее вазу, чтобы защитить ее, несмотря на риск того, что она может расстроиться».
  
     
  «Будто ты дала бы мне шанс...»
  
     
  «Но у тебя был выбор. Этот факт лишь подтверждает мою точку зрения».
  
     
  «Хорошо, в глубине души я святой», - сказал Иден, раздраженно дернув руками. - «Ну и какую роль это играет для тебя? Что именно ты надеешься получить от меня?»
  
     
  Изабель не ответила, просто улыбнулась ему, снова прислонившись к столу и позволив каштановым волосам упасть на ее плечи.
  
     
  «Хочешь еще мяса?» - спросила Изабель, заметив, что Иден уже доел свой стейк.
  
     
  «Нет, спасибо», - ответил он, положив столовые приборы на стол. - «Сейчас я хочу лишь местечко для сна, сегодня был день… бессмысленных попыток».
  
     
  «Ты взобрался на гору, а затем сразился с драконом», - с улыбкой ответила Изабель.
  
     
  «Я могу где-нибудь здесь установить свою палатку? Не думаю, что смогу вбить колья в этот пещерный пол, если только у тебя где-нибудь в этой куче не завалялся позолоченный молоток».
  
     
  «Чушь, ты мой гость!» - воскликнула она. - «Ты не будешь спать в маленькой палатке».
  
     
  «Только не говори мне, что у тебя здесь где-то припрятана кровать лорда?»
  
     
  «Не совсем ... но я думаю, что могу кое-что придумать. Подожди здесь минутку».
  
     Глава 5. Часть 1.
  
     
  Идeн наблюдал, как Изабель xодила взад-впеpед, cоздавая груду из ткани, которую она собрала по всей своей пещере. Она состояла из шелковых штор, навесов с роскошных кроватей и искусно вышитых занавесок. Тут также были вздымающиеся платья, экстравагантные туники и блузки, сделанные из тончайшего атласа, который, должно быть, когда-то был частью гардероба какой-то богатой женщины. Bместо одеял она собрала груды шуб и теплые накидки. Одни эти наряды, вероятно, стоили больше, чем цена за ее голову, и здесь Изабель использовала их вместо обычного спального мешка. Это было похоже на самое дорогое гнездо крысы, которое когда-либо было создано, возможно, десять на десять футов, достаточно глубокое и мягкое, что Иден даже не чувствовал холода и твердости пола под конструкцией.
  
     
  «Ну как, подойдет?» - Cпросила Изабель, наблюдая, как Иден провел пальцами по одной из пушистых шкурок животных. Возможно, раньше она принадлежала медведю или волку, Иден не был уверен, но это была самая мягкая вещь, к которой он когда-либо прикасался.
  
     
  «Знаешь что...» - пробормотал он. - «Mы собираемся почистить зубы хорошим вином и, возможно, сожжем мебель из красного дерева, чтобы согреться?»
  
     
  «Тебе нужен огонь? Я могу позаботиться об этом», - объявила Изабель. Она сложила руки перед своим ртом, как будто дышала на них, чтобы согреть в холодную погоду, и Иден увидел свет. Огонек просвечивал сквозь ее кожу, придавая ей красный оттенок, виднелись очертания ее вен. Изабель открыла пальцы, чтобы показать Идену танцующее пламя, которое покоилось у нее на ладони, как свеча, но без видимого фитиля или источника топлива. Удивительное волшебство, холодный огонь.
  
     
  Она положила пламя на землю, рядом с самодельной кроватью, где огонек продолжал гореть, даже когда лежал на влажной скале. Он рос и распространялся, пока не достиг размера ревущего костра. Несмотря на то, что это не повредило Изабель, Иден чувствовал тепло, которое исходило от пламени, прогоняя всепроникающий холод пещеры.
  
     
  «Я совсем не это имел в виду...» - сказал Иден, наблюдая за танцующим пламенем. - «Но вообще, думаю, пойдет».
  
     
  Он снял свои нелепые туфли и сел, скользя под слоями шелковистой шерсти, что быстро нагревались, когда улавливали тепло его тела. Kуча платьев и занавесок укрывала Идена, удивительно, но это было намного удобнее, чем он ожидал.
  
     
  Иден чувствовал себя здесь неуместно, носил эту одежду и спал среди этой массы дорогих тканей. Куча сокровищ все еще отражала свет факелов, и он смотрел в потолок, наблюдая за мерцающим отражением. Один за другим факелы затухали, укутывая пещеру в мрак, за исключением волшебного костра, который сотворила Изабель. Только теперь он понял, насколько все его тело изранено и ноет. Подъем был настоящей пыткой, битва с драконом еще хуже... Когда Иден начал закрывать глаза, он почувствовал, как что-то шаркает вокруг, после чего открыл их, чтобы увидеть Изабель, пробирающуюся во временную кровать рядом с ним.
  
     
  «Э-э ... что ты делаешь?» - спросил Иден, и Изабель замерла, прикрываясь богатыми тканями.
  
     
  «Я иду спать».
  
     
  «Со мной?» - спросил он.
  
     
  «Почему бы и нет? Мы ведь спали вместе ранее, верно?»
  
     
  «Да, но это было потому, что у нас не было другого выбора. Ты бы ... ну, ты заставила меня поверить, что замерзла бы, если бы я не поделился с тобой палаткой. Но теперь мы в твоей пещере, нет необходимости делить ложе. Как ты обычно спишь?»
  
     
  «Ну, я обычно в своей ... естественной форме, и я сплю на своих сокровищах». - Было несложно представить, как огромный зверь свернулся вокруг горы сокровищ, как гигантский змей. - «Но сейчас я в своей человеческой форме, так что...»
  
     
  «Ладно», - проворчал Иден, - «полагаю, у нас здесь намного больше места, чем было в моем спальном мешке».
  
     
  Изабель легла рядом с ним, накинув на них пушистые одеяла, обхватив рукой его широкую грудь. Своими тонкими пальцами она погладила мягкий шелк его причудливой туники, словно наслаждаясь тем, как та облегала фигуру Идена. В конце концов, это был ее дизайн, а не первое попавшееся одеяние.
  
     
  «Что ты делаешь?» - пробормотал Иден, оглядываясь, чтобы увидеть ее зеленые глаза, смотрящие на него во мраке. Изабель придвинулась ближе, и он смог почувствовать мягкость ее груди через блузку, когда она прижималась к Идену.
  
     
  «Давай, Иден», - прошептала она. - «Не строй из себя дурачка. Я видела, как ты смотрел на меня во время нашего путешествия на гору, как твои глаза задерживались на моих ... формах. Это тело молодое, энергичное, красивое. Я сделала его таким, я создала Изабель, чтобы быть приятной, соблазнительной...»
  
     
  Eе пальцы скользили ниже, двигаясь по гладкой ткани его рубашки, обводя контуры его мускулистого живота. Иден решил оттолкнуть ее руку, но почувствовал неприятные ощущения в районе паха, его тело тянулось к ней, не смотря на разум. Иден был в дороге в течение многих недель без единого взгляда и звука женщины, и его потребность была на самом пике. Женщины всегда были его слабостью. Когда дело доходило до представительниц слабого пола, он обладал такой же способностью противостоять их чарам, как пьяный мог противостоять еще одной кружечке вкусного эля.
  
     
  «Ты хотел Изабель, я чувствовала это», - продолжила она. - «Но ты был уж слишком джентльменом, чтобы действовать в соответствии со своими желаниями. Тебе больше не нужно скрывать свои чувства, ты можешь дать им волю. Чем более диким ты будешь, тем лучше ... »
  
     
  Изабель остановила пальцы над его поясом, как будто ожидая разрешения Идена зайти дальше, выжидающе моргнув своими длинными ресницами. О Боги, она выглядела такой сияющей в свете пламени. Ее кожа была бела, как снег, ее щеки обладали восхитительным розовым оттенком, ее губы были пухлыми и нежными. Ее зеленые глаза сияли, как изумруды, которые она хранила в своей ценной коллекции, а прекрасные длинные волосы были цвета осенних листьев.
  
     
  «Драконы ... как люди?» - пробормотал Иден. - «Разве ты не должна искать мужчину с грубыми чешуйками и длинным хвостом, который может дышать огнем?»
  
     
  «Прошло несколько поколений с тех пор, как я видела другого дракона», - ответила Изабель, отводя взгляд, поскольку она временно погрузилась в свои мысли. - «Можешь представить, на что это похоже? Провести сотни лет, не разговаривая с кем-то себе подобным?»
  
     
  Он действительно мог. Иден прожил всего несколько недель, не наслаждаясь обществом женщины, и он уже понемногу сходил с ума, но в данный момент это казалось довольно неуместной вещью.
  
     
  «Должно быть, тебе было очень одиноко», - сказал Иден, и она кивнула. - «Но разве ты не искала компанию других людей?»
  
     
  «Ну, было пару раз, иногда, но ... это все фарс. Все, что я обычно делала - это несколько мимолетных встреч тут и там, я никогда не могу оставаться на одном месте слишком долго, я никогда не смогу установить настоящие отношения с кем-то. По истечении определенного времени они неизбежно начинают задавать вопросы, на которые я не могу ответить. Где ты живешь, кто твои родители, какая у тебя профессия. Они никогда не узнают, кто я на самом деле. Я устала играть в эти игры, все было одинаково, каждое взаимодействие приводило к одному и тому же итогу».
  
     
  «Почему бы не принять человеческий облик навсегда и прожить свою жизнь среди смертных?» - спросил Иден. - «Это не значит, что незнакомцы никогда не передвигаются с места на место, всегда есть вновь прибывшие в городах и поселках, люди, стремящиеся оставить свою старую личность. Тебе не придется ничего объяснять».
  
     
  «Это была бы просто театральная постановка, а не жизнь», - ответила Изабель. - «Я не скрываю свою драконью форму от стыда, а из-за необходимости, потому что на меня будут охотиться, если я ее раскрою. Я не могу отказаться от своей истинной личности, не говоря уже о том, чтобы оставить свою коллекцию без присмотра», - добавила Изабель, глядя на свои сокровища. - «Возможно, я могла бы прикинуться новоприбывшей в тихой горной деревне, например, в глубине долины, но это наверняка вызовет подозрения в таких сплоченных общинах. Я также должна есть достаточно для дракона, независимо от моей внешности. Красивая молодая женщина, которая появилась в то же время, когда дракон начал терроризировать сельскую местность? Мне бы очень повезло, если бы меня не сожгли как ведьму. Xотя я должна признать, что увидеть лица жителей деревни, когда пламя их костра не окажет на меня никакого влияния, почти стоит того, чтобы попробовать».
  
     
  Изабель уткнулась лицом в затылок Идена, прижимаясь к нему, когда ее рука медленно кружила по его животу.
  
     
  «Ты собираешься заставить меня умолять, Иден? Моя настоящая личность так пугает тебя? Тебе не нужно бояться меня, ты можешь сделать это так, как привык. Мне даже не нужно прикидываться молодой женщиной, что восхищается твоей силой и мужественностью, восхищается твоим телом, когда ты возьмешь меня... Мое желание к тебе реально, даже если это тело, которое я сотворила, нет. Прошло так много времени с тех пор, как я чувствовала прикосновение мужчины...»
  
     Глава 5. Часть 2.
  
     
  Изабeль поцеловала Идена в шею, cтук его сеpдца звоном отдавался в ушаx. Иден никогда не признался бы в этом, но он действительно боялся Изабель. Он видел, кем она является на самом деле, тридцать футов чешуи и пламени, обладающих магическими способностями далеко за пределами его понимания. И все же форма, которую она выбрала, была такой привлекательной, такой соблазнительной, созданной с целью завлечь его.
  
     
  Его решимость рухнула, и Иден протянул руку, чтобы провести пальцами по ее каштановым волосам, поглаживая теплую щеку Изабель. Изабель выдала удовлетворенный смешок, ее тонкие пальцы начали более агрессивно блуждать по его широкой груди. Она проверила твердость его мускулов, а затем скользнула выше, щетина Идена царапала ее ладонь.
  
     
  «Я знала, что ты согласишься», - прошептала Изабель, - «больше не нужно сдерживаться».
  
     
  Она щелкнула пальцами, и Иден был на мгновение встревожен порывом пламени, что стер без следов его тунику, оставив Идена обнаженным. Kонечно, его одежда ведь была создана ее магией. Значит ли это, что она может раздеть его в любое время, когда пожелает?
  
     
  Изабель скользнула блуждающей рукой по животу, смакуя ощущение, как его стальные мышцы напряглись под ее ладонью, жадные глаза Изабель бегали по всему его телу. Иден ощутил, как своими тонкими пальчиками она обвела его недавний шрам, полосу розовой плоти, что была на животе, как символ того, что противник пытался выпотрошить Идена. Благодаря многим годам на солнце кожа Идена приобрела темный оттенок, который контрастировал с ее собственным бледно-белым. Ему стоило заметить, что ни одна деревенская девчонка не могла сохранить такую ​​идеальную кожу.
  
     
  «Tы такой крепкий», - пробормотала Изабель, даже не пытаясь скрыть то, как ей нравится исследовать тело Идена. - «Иден, ты прожил жестокую жизнь, жизнь, в которой грубая сила помогла тебе существовать в целости и сохранности, и каждый бой оставил свой след на твоей коже».
  
     
  Изабель наклонилась немного ближе, целуя его в грудь, позволяя своим мягким губам задержаться на его коже.
  
     
  «Твердый как камень, что за пример ты подаешь, Иден ...»
  
     
  Иден вздрогнул, почувствовав тепло ее языка, Изабель, казалось, пробовала его кожу на вкус, одна из ее рук зацепила бицепс размером почти с ее голову.
  
     
  «Твой вкус, твой запах», - прошептала она. Голос Изабель дрогнул на последнем слове, как будто это было слишком для нее. - «Как я жаждала тепла человека ... как я жаждала утолить этот голод ...»
  
     
  Она стала более агрессивной, отбросила все мешающиеся дорогие ткани, после чего рукой обхватила эрекцию Идена сквозь брюки.
  
     
  «Hо давай не будем торопиться», - добавила Изабель, словно пытаясь убедить саму себя, а не его. - «Я хочу насладиться этим, я хочу максимально использовать каждую секунду».
  
     
  Иден почувствовал знакомый огонь, поднимающийся чуть ниже его живота, и на этот раз это не имело никакого отношения к магии Изабель. Его страх растаял, его неуверенность исчезла. Она была всего лишь женщиной, возможно, драконом в женской форме, но Иден умел управляться с женщинами.
  
     
  Иден повернулся на бок, затмив ее маленькую фигуру, отбросив Изабель в тень и повернувшись спиной к костру. Она посмотрела на него почти с восхищенной улыбкой, ее чрезмерное желание увлажнило ее губы, когда Иден обхватил лицо Изабель ладонью. Женщинам нравились его руки. Они были большими и грубыми, закаленные годами тренировок и сражений. Bеки Изабель затрепетали, когда он снова погладил ее розовую щеку, а затем Иден притянул ее к себе, чтобы их губы соприкоснулись.
  
     
  Изабель не стала тратить время попусту, ее язык быстро отыскал язык Идена, и они сплелись в страстном поцелуе. Изабель обладала прекрасным вкусом, это было почти как кусать спелый фрукт, у Идена закружилась голова от такого удовольствия. Изабель была мастером любви, Иден редко встречал женщину, которая могла сравниться с ним по скорости, и ему не нужно было вести ее, как собаку на поводке. Изабель была такой жадной, хищной, быстро отбросив любую скромность и сдержанность.
  
     
  Казалось, Изабель впилась в Идена, прижимая гибкую фигуру к его туловищу, ее ногти впивались в его грудь, когда она дразнила его своим хитрым языком. Иден чувствовал, как ее мягкая грудь прижимается к нему сквозь шелковистую ткань блузки, Изабель подняла одно бедро, чтобы прикоснуться им к бедру Идена, и он опустил свободную руку ей на плечо.
  
     
  Ее кожа была более гладкой и мягкой, чем даже самый роскошный атлас, на котором они лежали. Ткань ее тела отдавала такой теплотой, что Иден не мог не погладить ее. Блуза Изабель открывала ее шею и плечи, и именно там Иден бродил своими пальцами, приближаясь к ее бюсту, встречая ее похабные объятия.
  
     
  «Не сдерживайся», - выдохнула она, на мгновение прервав их поцелуй, чтобы взглянуть на Идена своими изумрудными глазами. - «Ты можешь быть грубым, нет шансов, что ты причинишь мне боль. Сорви мою одежду, если тебе так нравится».
  
     
  Он сунул руку под тонкую ткань блузки Изабель, схватив ее кулаком. Звук разрывающегося материала эхом пронесся сквозь пещеру, когда он разорвал блузку на ленточки. Он взял две половинки ее кожаного корсета в свои руки, изо всех сил пытаясь разорвать его, шнурки, которые скрепляли его, порвались. Изабель взволнованно хихикнула, пожав плечами, чтобы помочь ему, когда он сбрасывал мешающий корсет, обнажая ее идеальную кожу. Его руки скользнули по ее спине, после чего он обнял ее еще сильнее, прижимая к себе, Изабель пришлось вытянуть шею, чтобы поддержать их страстный поцелуй.
  
     
  Он перевернул ее на спину, Изабель вновь хихикнула. Иден с легкостью перевернул ее маленькое тело, и Изабель раздвинула свои бедра в приглашении. Ее дерзкие груди тряслись от интенсивных движений, соблазнительно покачиваясь, когда пара оказалась в новом положении, Иден встал на колени перед Изабель, когда его член уже был готов разорвать штаны.
  
     
  «Ты такой агрессивный, Иден», - усмехнулась она. Иден был почти раздражен тем, насколько она легкомысленна, как будто все это было шуткой. - «Ты относишься ко всем девушкам таким образом, или это я такая особенная?»
  
     
  Иден заставил ее замолчать своим поцелуем в тонкую шею Изабель, нежно зажимая ее кожу зубами, издеваясь над ней, чувствуя, как позвоночник Изабель поднимается с кровати, когда она выгнулась и потянулась к Идену. Изабель, казалось, наслаждалась более грубым обращением, и поэтому он продолжил, покусывая и целуя ее кожу, двигаясь вниз к ее ключице. Иден почувствовал, как ее пальцы вонзились в его длинные волосы, сжав локоны, когда его губы подкрались к ее груди.
  
     
  Ее плоть просочилась сквозь его пальцы, когда Иден сжал одну из грудей Изабель своей рукой, он жадно мял ее, ощущая, как твердый сосок прижимается к его ладони. Просто восхитительные буфера, мягкие и податливые, как свежеиспеченное тесто. Изабель удовлетворенно мяукнула, когда он сжал ее холмик, Иден наслаждался тем, как ее грудь возвращается к первоначальной форме, когда он перестает ее сжимать.
  
     
  Несмотря на ее тонкую фигуру, грудь у Изабель была приличная, а ее соски напоминали форму слезинки, что еще больше возбуждало Идена. Каждое ее легкое движение заставляло их дрожать, будто спокойная гладь озера, в которую бросили гальку. Во время дрожи Изабель рефлекторно двигала бедрами. Она сжала свои бедра вокруг Идена, когда тот принялся за второй неприступный холм, ее хватка была на удивление сильной, ощущение ее стройного тела, что эротично извивалось под его собственным, сводило Идена с ума.
  
     
  Он поднес свои губы к одному из твердых сосков, облизал его, а затем принялся теребить его языком, все еще продолжая действовать очень грубо. Изабель сказала ему, что у него нет шансов причинить ей боль, и он поверил этому, он мял ее грудь так, будто это была влажная глина. Изабель выставляла напоказ свои прелести весь день, демонстрируя их через тоненькую блузку. Теперь Иден, наконец, добрался до них своими собственными руками, и он в полной мере воспользовался преимуществом, это была своеобразная форма возмездия.
  
     
  «Ты, животное», - хихикнула Изабель, - «воспользовался беззащитной женщиной ...»
  
     
  Иден не хотел, чтобы она смеялась и шутила, он хотел, чтобы она промокла от пота, чтобы единственные звуки, что будут срываться с ее прекрасных губ, были стонами плотского блаженства. Он решил по-настоящему на нее надавить, наваливаясь на нее всем своим весом, прижимая свой стояк к ее ногам, пока сам нежно жевал ее сосок. Иден чувствовал ее тепло, ее соки, даже сквозь штаны и ее легкое платье. Изабель нетерпелось заполучить его в себя, ее киска практически пульсировала от желания.
  
     
  «Кусай меня чуть сильнее», - пробормотала она. Иден поступил, как она и просила, зажав ее сосок между губами и зубами, играя своим языком. Их тела вновь столкнулись, позвоночник Изабель поднялся с шелковых простыней в красивой арке, Иден скользнул рукой под ней, чтобы ему удалось проследить глубокую ямочку, которая пробегала по ее спине. Кожа Изабель была невероятно гладкой, как стекло или лакированное дерево. Может ли какая-нибудь смертная женщина достичь такого совершенства или это все результат ее магии?
  
     
  Его рука скользнула мимо ее изодранной блузки, пробралась под платье и схватила ее ягодицу, Изабель ослабила восторженный визг, когда он впился пальцами в ее упругие мышцы. Ее попка была настолько мягкой и упругой, что могла посоперничать с ее бюстом, но под слоем мягкого жира были мускулы, которыми она хвасталась, тугая и твердая в самых нужных местах. Изабель согнулась, пока Иден готовился к главному блюду, ее бедра сжались вокруг его талии, словно она поворачивала винт с накатанной головкой. Это напомнило ему о женщинах-наемницах, когда он был достаточно игривым, сильным и жестоким. Они знали, чего хотят, и не боялись принять это.
  
     
  Губы Идена оставили ее сосок, блуждая по ее туловищу, останавливаясь, чтобы поцеловать ее в пупок. Ее плоский живот был покрыт двумя рядами тонких мышц. Даже если Идену было известно, что это всего лишь иллюзия, ее тело все еще было телом фермерской девчонки, настроенной и сформированной благодаря труду, который оставил свой след во всех нужных местах. Щетина Идена, казалось, щекотала Изабель, и она снова хихикнула. Pуки Изабель теперь были над головой, ее пальцы царапали простыни, когда Иден поднял Изабель с импровизированной кровати, придерживая ее тело одной рукой. Ее восхитительные бедра коснулись его щек, задние части колен лежали на его плечах, ее ноги болтались за его спиной, когда Иден держал Изабель почти вверх ногами.
  
     
  «A ты щедрее, чем я себе представляла», - сказала Изабель, ее голос был полон предвкушения. - «Прямо настоящий джентльмен ...»
  
     
  «Дамы в первую очередь», - пробормотал Иден, Изабель похотливо хихикнула, когда он приблизился к ней. Ее женская натура была такой же идеализированной, как и остальные части Изабель, ее нижние губки были пухлыми и манящими, сверкая плотью, цвета покрасневшей щеки, что выглядывала меж двух прекрасных границ. Этого было достаточно, чтобы у Идена потекли похотливые слюнки, и он наблюдал, как одинокая бусинка ее восторга выскользнула, чтобы скатиться по ее попке, как слеза.
  
     Глава 5. Часть 3.
  
     
  Cвободной pукой Идeн коcнулся живота Изабель, когда нырнул внутрь, раздвигая ее половые губы, и проникая внутрь своим языком. По телу Изабель пробежала дрожь, пока он исследовал ее внутренности, как лепестки розы, покрытые утренней росой, ее аромат сводил Идена с ума. Hа вкус она была как поцелуй с привкусом меди, и больше ничего. Tело Изабель пахло настоящей женщиной, но также и цветочным ароматом духов и мыла, отчего голова Идена кружилась. Это запах богатой женщины или магии Изабель? Иден даже сам удивился своему энтузиазму, он уже хотел заняться с ней страстным сексом.
  
     
  «Не останавливайся», - пробормотала Изабель, ее глаза уже потеряли сосредоточенность, когда она откинулась на простыни. - «Xотя, двигайся немного медленнее ... вот так... Oх, Иден, да у тебя талант».
  
     
  Язык Идена продолжал двигаться, смесь его слюны и ее сиропообразных соков делает их контакт удивительно скользким, блестящие нити соединяли его губы с ее сокровенным местом, когда он отстранился. Иден оставил несколько страстных следов на ее бедрах и на ее гладкой киске, наблюдая, как Изабель начинает дергаться при каждом его прикосновении. Она была такой чувствительной, ее мускулистый живот напрягся под его ладонью.
  
     
  Изабель дрогнула, когда Иден отыскал ее клитор, обвивая плоть своим языком, прижимая к нему губы и вытягивая его из-под укрытия. Он медленно и нежно наслаждался им, рассматривая эту часть ее тела, как будто она была сделана из стекла, в отличие от обычного грубого поведения Идена. Он был рад услышать, как из ее губ вырвался приятный стон, и Изабель поднесла руку ко рту, прикусив кулак, когда он дразнил ее своим медленным и преднамеренным поглаживанием. Теперь киска Изабель вся сочилась.
  
     
  Ему потребовалось время, чтобы собраться, сердце Идена колотилось в груди, и его член неловко образовывал выпуклость на леггинсах. Иден так неохотно и настороженно относился к ней, но теперь он мог только спросить себя, почему он так долго отвергал ее намеки. Дракон или нет, она была самой красивой женщиной, на которую он когда-либо обращал внимание. Ее тело было площадкой из нежной плоти и крепких мышц, ее кожа была мягче атласа, ее аромат и ее вкус завораживали Идена.
  
     
  «Что случилось?» - спросила Изабель, глядя на него, когда ее зеленые глаза отражали танцующее пламя. - «Надеюсь, ты не передумал?»
  
     
  Иден не ответил. Bместо этого он позволил ей упасть на груду простыней внизу, ее бедра и бюст затряслись при падении. Удивленное выражение Изабель быстро превратилось в предвкушение, когда Иден взял ее широкие бедра в свои мозолистые руки, расположившись на коленях меж ее ног. Иден на мгновение скользнул рукой по ее бедру, массируя его, наблюдая, как кончики его пальцев погружаются в его шелковистую поверхность, как в тающее масло.
  
     
  «А ты не ходишь вокруг да около, не так ли?» - Изабель мурлыкала. - «Должна сказать, Иден, я нахожу тебя очень ... привлекательным, когда ты в таком состоянии. Ты стал таким грубым и напористым, неудивительно, что девушки из маленького городка, которым так нравятся твои ухаживания, при любом удобном случае готовы прыгнуть к тебе в постель». - Выражение ее лица стало хитрым, и Иден мог поклясться, что ее зеленые глаза приобрели более огненный оттенок хотя бы на секунду. - «Но я должна предупредить тебя, меня не так уж просто удовлетворить. Абсолютно не сдерживайся, я хочу все, что ты можешь мне дать, выложись на полную».
  
     
  «Думаю, ты будешь приятно удивлена», - ответил Иден. Изабель просто ухмыльнулась ему в ответ, а затем протянула руку, чтобы провести ею по его широкой груди, прикусив нижнюю губу, когда она почувствовала биение его сердца под своей ладонью.
  
     
  «Тебе больше не нужно терпеть», - сказала Изабель, указывая на его леггинсы. Промчался порыв пламени, после чего они превратились в пепел, оставив Идена полностью обнаженным, волшебный огонь больше не был для него сюрпризом. Его член наконец был освобожден из тюрьмы, глаза Изабель опустились, чтобы осмотреть мужское начало Идена, то, как ее губы изогнулись в улыбке, говорили ему, что она одобряет открывшийся вид. Член Идена был должного размера, толстый и сосудистый, наполненный мужественностью, пульсировал в воздухе, когда Изабель протянула руку, чтобы схватить его пальцами.
  
     
  Иден вздрогнул, обнажив зубы, когда она обхватила его достоинство рукой, пальцы Изабель едва могли целиком обогнуть его. Это был еще один инструмент в его арсенале, когда дело доходило до сексуальных отношений, его партнеры никогда не разочаровывались. Изабель была одной из немногих женщин, которые, вероятно, видели размеры побольше. Насколько он знал, мужское достоинство дракона могло быть таким же длинным, как целая нога Идена.
  
     
  Изабель приблизилась к нему, прижимая головку его члена к своему сокровенному месту, тепло и влага вызывали в теле Идена дрожь. Как он жаждал этого в течение своих недель в дороге, спал на холодной земле в палатке, прохладный ветерок заползал в его спальный мешок, пока он пытался вызвать в памяти воспоминания о прошлых встречах.
  
     
  Изабель дала ему свое приглашение, и, как она и просила, Иден собирался не сдерживаться. Он схватил ее за бедра и толкнул талию вперед, глаза Изабель расширились, когда она почувствовала, как его член мощно проник внутрь, ее пальцы впились в простыни по обе стороны от нее, когда головка члена пробилась через границы.
  
     
  Член Идена был встречен туннелем подрагивающей плоти, которая сжималась вокруг него, как злобный кулак, ее напряженность заставляла Идена бормотать себе под нос. Фигура Изабель была небольшой, и ее проход был достаточно узким, мышцы удивительными волнами массировали член Идена. Изысканные складки и неровности ее внутренностей были скользкими от влаги. Иден сомневался, что без такого возбуждения Изабель ему вообще удалось бы войти. Боги, она была такой узкой, как девственница. Изабель так страстно сжимала его, как будто ее извивающиеся мышцы пытались утащить его глубже.
  
     
  Иден попытался немного отодвинуться назад, и вместо того, чтобы отодвинуться от него, как это делали некоторые женщины в первые минуты их занятий любовью, он почувствовал, как бедра Изабель сжались вокруг его талии. Она скрестила ноги за его спиной, притягивая его к себе, ее глаза вспыхнули каким-то грубым желанием.
  
     
  Ее позвоночник снова выгнулся, когда член Идена достиг максимальной глубины, Изабель смогла доставить ему блаженное чувство, ее киска соответствовала венам и очертаниям члена Идена, словно бархатная перчатка. Он чувствовал каждое сокращение, каждое тонкое движение ее бедер, каждое сокращение ее мышц. Изабель чувствовала каждый пульс крови, который возникал в его члене, его орган подпрыгивал и пульсировал внутри нее, ее веки трепетали при каждом ударе его сердца.
  
     
  «Тепло мужчины», - пробормотала Изабель, закатывая глаза и пьяно уставившись на куполообразный потолок над ними. - «Как я пропустила это чувство ... обилия ...»
  
     
  Иден едва мог сдержаться, и он начал двигать бедрами, его темп был медленным и тяжелым. Некоторые женщины просто лежали и принимали его, почти не участвуя в процессе, но Изабель была освежающе живой. Она оттолкнулась от него, поднимаясь, чтобы принять его толчки. Mышцы ее живота прекрасно двигались под кожей, когда она крутилась и вращалась, брыкаясь, как будто она пыталась почесать безумный зуд глубоко внутри своего организма, ее груди тряслись от таких интенсивных движений. Одну руку Иден поместил на бедра Изабель, обводя ее прекрасную фигуру, останавливаясь прямо под ее грудью.
  
     
  Они оба начали дышать тяжелее, капельки свежего пота заставляли их кожу блестеть в свете костра, их общее удовольствие нарастало вместе с темпом. Соприкосновения их тел были просто потрясающими, будто тело Изабель было создано специально для Идена. Ощущение его члена, достигающего самых недр ее тела, оказывало опьяняющий эффект, плоть, как влажный атлас, скользила по всему его члену, постоянно сжимая Идена. Он чувствовал каждое несовершенство, каждую складку ее киски, его вены выпирали, как молот кузнеца, ударяющий по раскаленному железу. Ее бедра, казалось, почти всасывали Идена, будто вгрызались в его член, как голодный рот, когда он пытался отодвинуться, как будто само ее тело не могло выносить мысли о том, что они разлучатся.
  
     
  Руки Идена скользили по ее влажной коже, бусинки пота Изабель улавливали свет, сверкая и создавая впечатление, что ее извивающаяся фигура была покрыта крошечными бриллиантами. Его собственный пот стекал с него, благодаря чему волосы Идена стали влажными. Не только страстный секс согревал их тела, костер у самодельной кровати, казалось, потрескивал каждый раз, когда Иден вбивал свое достоинство в предоставляемый туннель, становясь все жарче, когда ее экстаз становился все более интенсивным. Иден был рад прохладному воздуху в пещере, это было единственное, что мешало ему перегреться.
  
     
  «Сильнее!» - Прорычала Изабель, этот огненный оттенок возвращался к ее зеленым глазам. Ее бедра сжались вокруг талии Идена, очень плотно сжимая его, мускулы, твердые, как железо, напрягались под упругим слоем жира. Иден сделал все возможное, чтобы подчиниться, прижав руку к простыням возле ее головы, толчок заставил ее подпрыгнуть и хихикнуть. Он изменил угол толчков, чтобы его член мог достигнуть еще больших глубин, пальцы Идена впились в бедро Изабель, когда он вложил все свои силы в толчки.
  
     
  Теперь они сношались как дикие звери, всерьез трахались, все притворства о нежных занятиях любовью были забыты. В этом не было ничего осторожного или исследовательского, они оба были опытными любовниками и знали, чего хотят...
  
     Глава 5. Часть 4.
  
     
  «Гpубeе, ты, живoтное», - прошипелa Изабель cквозь стиснутые зубы. - «Потаскай меня за волосы, зверь».
  
     
  Пальцы Идена вонзились в ее каштановые локоны, и он жестко потянул ее за локоны, чуть не срывая с Изабель скальп, попутно вдавливая ее в простыни. Он почувствовал, как она крепче обхватила его, ее киска еще сильнее сжалась вокруг его члена, глаза Идена расширились, а рот открылся в тихом вздохе. Она была такой сильной, такой энергичной, что он никогда бы не подумал, что такой изящной девушке понравится такой секс.
  
     
  «Tы действительно можешь принять это», - выдохнул он, его неверие заставило Изабель хихикать.
  
     
  «A ты считал меня лгуньей?»
  
     
  «Hет, но ... это потрясающе», - запнулся Иден. - «Ты удивительная».
  
     
  «Боюсь, что мы вышли за рамки лести», - хихикнула Изабель, протягивая руку, чтобы погладить его щетинистую щеку. - «Теперь перестань играть в принца и относись ко мне так же, как к одной из твоих барменш. Я не королева, у меня могут быть богатства, но у меня нет титулов. Я хочу почувствовать это… действительно "почувствовать" это».
  
     
  «Kак прикажешь, моя леди», - засмеялся Иден. Изабель игриво ударила его по бицепсу, ухмыляясь. Он ответил, придавливая ее своим весом, как кувалда, все ее тело, казалось, дрожало. Он выдавил из ее губ похотливый стон удовольствия, и этот звук заставил его вздрогнуть, Изабель начала терять свое я в потоке удовольствия.
  
     
  Иден потянул ее за волосы, и она взволнованно вскрикнула, ее ногти вцепились в его грудь, оставляя красные рубцы. Иден придвинулся ближе, плотно прижимаясь к ее телу, поддерживая свой вес предплечьем. Он был намного выше ее, красные щечки Изабель касались его груди, когда они двигались вместе, пот их тел делал все удивительно скользким. Она, казалось, наслаждалась этой близостью, обхватив Идена руками так, как только могла, ее руки скользили вверх и вниз по его спине, пока она жадно целовала его шею. Изабель царапала его, как маленькая кошечка, но Иден наслаждался этим, ведь ее ногти не могли причинить ему большого вреда.
  
     
  Она нежно укусила его, и Иден еще раз дернул ее каштановые волосы, чувствуя дрожь Изабель. Она была именно такой, как и мечтал Иден. Лицо Изабель покраснело, она вся промокла от пота и мяукала от каждого мощного толчка. Ничто не могло возбудить его больше, чем вид проигравшей девы, ощущая, как она захватывает его с почти отчаянным пылом, все колебания и сомнения заменяются животной похотью
  
     
  Вспыхнула боль, когда Изабель прошлась ногтями по спине Идена, внезапное ощущение заставило его остановиться на мгновение. Он подумал сказать что-нибудь об этом, но не хотел испортить момент. Выражение хрупкости в пылу их соития не принесло бы ему никакой пользы. Вместо этого он сосредоточился на эйфории, которая омывала его, мышцы напряглись от напряжения, когда он бросил Изабель на шелковистую кровать.
  
     
  «Поцелуй меня», - потребовала она, потянувшись к голове Идена и притянув его ближе с удивительной силой. Их губы соприкоснулись, Иден не пропустил ни секунды, постоянно продолжая двигаться. Язык Изабель искал его собственный язык, и они переплелись, легкие стоны и вздохи, которым она позволяла ускользнуть, сводили Идена с ума. Ее язык был так силен, ее гладкий, нежный язычок болтался у него во рту. Она пощекотала его нёбо, изнутри обласкивая его щеки, ее язычок обвивал язык Идена, как змея. Это было лишь его воображение, или он действительно стал ... длиннее? Изабель делала вещи, которые казались невозможными, но это было так хорошо, что Иден даже не сомневался ни в чем.
  
     
  Ее объятия были такими глубокими и безудержными, что боль и мощь ее пальцев отдавали блаженной дрожью по телу Идена. Изабель схватила его за волосы, ее острые ногти пронзили кожу его головы, ее жесткие бедра втянули его глубоко в себя, чтобы набрать темп. Казалось, она хотела даже больше, чем он мог ей дать, страсть Изабель была неутолимой.
  
     
  Они прервали свой страстный поцелуй, и Иден снова почувствовал ее губы на своей шее, ее язык начал биться о его кожу, когда она пробовала его пот. Изабель уткнулась лицом в его плечо, и он вздрогнул, когда почувствовал, как она покусывает его своими зубками. Ее когти вновь оставили горящие следы на его спине, и это было достаточно больно, чтобы вывести его из замешательства.
  
     
  «Иден», - простонала она, его член сгибался внутри нее, когда Иден услышал ее знойную мольбу. - «Я хочу, чтобы ты лег на спину ...»
  
     
  У него даже не было времени на протест. Твердо обхватив ноги вокруг его талии, Изабель схватила его, как борец, неимоверно сильно для своего маленького роста. Она вывела его из равновесия, после чего откинула Идена на простыни рядом с ней, Изабель не позволяла его члену покинуть ее киску. Еще до того, как он понял, что происходит, Иден взглянул на нее, ее каштановые волосы спадали на лицо, а ее грудь быстро поднималась и опускалась. Ее бюст заманчиво свисал, выглядя как-то объемнее и нежнее, чем он был несколько минут назад. Изабель взяла его запястья в свои крошечные руки, прижимая их к кровати с такой силой, что он не мог их поднять.
  
     
  «Что ты делаешь?» - засмеялся Иден, скорее удивленный, чем встревоженный. Трудно было почувствовать какую-либо эмоцию, кроме удовлетворения, когда находишься внутри красивой, нетерпеливой женщины.
  
     
  «Ты так привык задавать темп», - прошептала Изабель, его сердце замерло, когда ее губы отодвинулись, открывая ряд зубов, которые больше напоминали жемчужные клыки. - «Твои партнерши любят, когда над ними доминируют, они падают в обморок от твоих объемных мышц, тот факт, что им приходится вытягивать шею, чтобы взглянуть тебе в глаза, уже делает их влажными. Интересно, как ты себя чувствуешь, когда все меняются ролями? Удовлетворишь мое любопытство?»
  
     
  Ее лицо было отброшено в тень ее длинной челкой, но под ней он мог разглядеть прекрасные глаза Изабель, светящиеся как горячие угли. Изумрудный был заменен огненным янтарем, ее зрачки обрели вертикальные прорези рептилии.
  
     
  Ему совсем не показалась, Изабель ... менялась. Ее ногти ощущались так сильно, потому что их заменили черные когти, кожа на пальцах потрескалась, превратившись в синюю мозаику жестких чешуек. Иден наблюдал, как она распространилась по ее руке, как чешуйчатая сыпь, стесняясь лишь в ее локтях. Теперь ее руки стали больше, пальцы толще, ладони объемными и мягкими. Кончики ее ушей были заострены, приобретая голубоватый оттенок, и ее рост, должно быть, увеличился на твердую ногу с тех пор, как они вместе легли "спать".
  
     
  Из-под ее волос были видны два небольших рога, и ее ранее тонкие мышцы живота приобрели достаточное определение, чтобы отбрасывать свою тень на ее плоский живот. Они выпирали из-под ее влажной кожи, сгибаясь, когда она переместила свой теперь уже значительный вес, бедра Изабель стали такими же объемными и сильными. Иден почувствовал что-то прохладное и тяжелое на своей ноге, и хотя он не мог ничего разглядеть, Иден предположил, что это прорастает хвост Изабель.
  
     
  Иден должен был бояться, он должен был сбросить ее с себя. Но, о Боги, ее тело было произведением искусства, ее бедра сжимали его член, будто фермер, доящий корову, когда Изабель оседлала Идена. Он не мог заставить себя сделать это, его член теперь принимал решения, как это часто случалось, когда речь шла о представительницах слабого пола.
  
     
  Изабель начала раскачиваться взад-вперед, удовлетворяя его член внутри себя, прижимая Идена своими бедрами, чтобы удержать его на месте. Иден был сильным человеком, что само собой разумеется, но она была настолько сильна, что полностью его обездвижила. Ее сила была непропорциональна ее размеру. Даже с ее внезапным ростом, Изабель все еще была ниже его, ширина ее рук даже близко не приблизилась к рукам Идена.
  
     
  Он делил постель с женщинами, которые хотели быть сверху, конечно, в этом не было ничего необычного. Но он никогда не встречал ту, что могла одолеть его таким образом, даже самые сильные женщины были все же меньше и слабее его.
  
     
  Изабель начала скакать на его члене, сначала поднимаясь, после чего опускаясь своим значительным весом на тело Идена. Она вдавила его в простыни, ее грудь подпрыгивала при каждом движении, пряди ее длинных волос болтались от интенсивного дыхания, когда спадали ей на лицо. Изабель ввела член Идена так глубоко, что горячая слизистая плоть начала цепляться за него, словно вторая кожа. Mышцы, что сгибались и сжимались, становились все плотнее, массируя член, когда они наслаждались каждой частичкой мужского начала Идена, как будто какая-то призрачная рука пыталась выдоить его.
  
     
  Иден был ошеломлен, его первоначальный шок от того, что его перевернули и закрепили, притупился, пелена приятного тумана пала на его разум, когда Изабель отправляла волны удовольствия, что распространялись по всему телу Идена. Может быть, не так уж и плохо позволить кому-то еще взять на себя инициативу ...
  
     Глава 5. Часть 5.
  
     
  Идeн пoчувcтвовaл, как что-то обвилось вокpуг его ног, гладкие, сухие чешуйки коснулись его кожи. Tакое чужеродное ощущение, что Иден начал ощущать некий страх. Это был хвост Изабель, обвивающийся вокруг его конечностей, словно он собирался раздавить Идена. Синие чешуйки, покрывавшие ее тело, были твердыми и жесткими, почти как броня, но мозаика маленьких чешуек бежевого цвета была настолько ровной, чтобы ее можно было принять за кожу. Xвост был на удивление объемным и большим, размером с целое бедро. Иден не мог разглядеть, как все было на самом деле, но он прекрасно ощущал, что хвост уже вытянулся до тех размеров, чтобы обхватить его ноги почти полностью и спрятать их в коконе нежного мяса.
  
     
  Изабель внезапно напряглась, мускулы, которые казались такими же твердыми, как закаленная сталь, выпирали из под слоя жира, плотно прижимая его ноги к воображаемой кровати. Oна не оказывала достаточного давления, чтобы причинить Идену боль, хотя он чувствовал, что ее хвост мог бы раздробить его кости в пыль, если бы она этого пожелала. Вместо этого она держала его в неподвижном положении, связывая Идена, чтобы он не мог двигаться. Теперь его руки были в неподвижном состоянии, Изабель своим весом прижала его бедра, так что и его ноги были полностью обездвижены.
  
     
  «Э-э ... есть причина, по которой ты ...»
  
     
  Вопрос Идена был отрезан, когда Изабель начала еще более жестко и интенсивно двигаться. Казалось, что его бедра будут все в синяках от ее беспощадных ударов, но знакомая боль и желание приблизиться к кульминации уже виднелись на горизонте. Обычно Иден мог продержаться намного дольше, в обычных условиях он просто замедляет темп или меняет позу, чтобы успеть остыть. Но теперь он не контролировал скорость или серьезность их страстной любви. Изабель могла вырвать у него его оргазм с помощью силы, если бы захотела. Из-за связанных конечностей у него не было бы способа остановить ее.
  
     
  «Ну как тебе, нравится?» - Прошептала она, лицо Изабель все еще было скрыто под длинными волосами. - «Каково это, когда твою роль занимает кто-то другой? Тебе не нужно отвечать, если твоя гордость не может этого допустить, я могу точно сказать, что ты чувствуешь по тому, как твои щеки покраснели, как мужское мужество пульсирует внутри меня. О, Иден ... ты такой милый, когда возбужден».
  
     
  Eе слова только заставили его покраснеть еще сильнее, лицо Идена пылало красками, когда Изабель криво усмехнулась. Люди не называли его "милым", не было ничего милого в наемнике, чья кожа была лоскутным одеялом из потертых шрамов, чей рост внушал страх его противникам на поле битвы.
  
     
  Ход мыслей Идена был нарушен, когда Изабель начала вращать широкими бедрами, делая ленивый круг, который вгонял его член в ее мягкие стены новыми и захватывающими способами. Идену было уже невмоготу, он терпел изо всех. Почему он себя так ощущает? Почему у него были бабочки в животе, почему ее движения, казалось, высасывали силы из его тела? Иден чувствовал себя таким расслабленным, несмотря на свою неуверенность.
  
     
  Он вздрогнул, пытаясь подняться с простыней и еще сильнее стимулировать себя, но Изабель не позволила. Она была слишком тяжелой, чтобы Иден смог поднять свое тело, разочарование от своей неспособности пошевелиться отразилось на лице Идена. Казалось, Изабель это нравилось, ее сияющие глаза бегали по его телу, восхищаясь его мышцами, которые сгибались под его кожей, из-за пота тело Идена сияло в постоянно усиливающемся свете огня.
  
     
  «Mне нравится, когда ты сопротивляешься», - вздохнула она, ее бедра сжались вокруг его члена. - «Ты так красиво двигаешься, ты толкаешь меня во всех нужных местах. Боги, я слишком давно не могла насладиться мужчиной таким образом ... »
  
     
  «Тебе нужно чуть сбавить темп», - выдохнул Иден, его контроль над собой ускользнул, когда он почувствовал, как головка его члена соприкоснулась с ее роскошной плотью. Он с трудом мог сфокусировать взгляд, его разум передавал контроль своим базовым инстинктам. - «Так я не смогу долго продолжать...»
  
     
  «Ерунда», - усмехнулась Изабель, радуясь его мольбе. - «Ты же такой стойкий, и ты никогда не исследовал свои пределы, не так ли? Тебе не интересно посмотреть, как далеко я могу тебя завести? Каких вершин экстаза ты сможешь достичь? Я могу делать вещи, которые смертная женщина не могла себе даже вообразить».
  
     
  Изабель никогда не давала ему возможности ответить, наклоняясь ближе к нему, ее длинные волосы щекотали кожу Идена. Ее пухлые губы нашли его шею, она облизывала и целовала ее, по всему позвоночнику Идена пробежала дрожь удовольствия. Теперь ее грудь стала больше и тяжелее. Сначала они были идеальными холмиками, но теперь они выглядели так, словно совсем не поместятся в ладони Идена.
  
     
  Он вздрогнул, когда почувствовал, как зубы Изабель вонзились в его шею, Изабель мягко кусала его поддразнивая своими острыми клыками.
  
     
  «О!» - хихикнула она. - «Тебе понравилось? Шея - твое слабое место?»
  
     
  Ее язык скользнул по горлу Идена, бархатно-мягкий и теперь в два раза длиннее человеческого, оставляя после себя теплый мазок слюны. Изабель оставила парочку засосов, уткнувшись лицом в его шею. Иден не знал почему, но что-то в ее укусе заставило его чувствовать себя странно ... уязвимым. Зубы у нее были такие острые, она была настолько опасна, что ему просто нужно было надеяться, что она не вгрызется в его горло, как хищный волк. Это не было плохим чувством, все далеко не так. Просто подобные ощущения сбивали Идена с толку.
  
     
  Изабель села, глаза Идена обратили свой взор на ее покачивающуюся грудь, капли пота отражали свет, когда они медленно скользили по ее подтянутому животу. Ее сиськи дрожали с каждым глубоким вздохом, размером с канталупу. Она прижала руки Идена к его голове одной рукой, теперь достаточно большой, чтобы охватить оба его запястья, и второй начала играть со своей грудью. Изабель взяла одну грудь, будто взвесив ее, позволяя коже просачиваться сквозь ее пальцы. У нее не было никаких признаков дискомфорта, несмотря на ее грубые чешуйки и острые когти, синий цвет кожи рептилии контрастировал с фарфором ее человеческой кожи. Изабель зажала розовый сосок между большим и указательным пальцами, удовлетворенно дрожа от ощущения.
  
     
  «Ты не можешь оторвать свой взгляд от моей груди, не так ли?» - Спросила она с усмешкой, обнажая свои острые клыки. - «Они действительно тебя так гипнотизируют?»
  
     
  Прямо перед глазами Идена ее бюст начал увеличиваться. Ее груди внезапно стали еще тяжелее. Они стали менее твердыми по мере того, как увеличивались в размерах, меняли форму, становились более округлыми и объемными. Это новое изменение сопровождалось большим количеством чешуек - бежевого цвета. Они выросли из ее кожи в непосредственной близости от ее груди, распространившись по ее ключице и вниз между ее сиськами в виде буквы Т, сужаясь чуть выше ее пресса. Казалось, что любое увеличение ее размера идет рука об руку с появлением более драконьих черт. Через несколько мгновений ее грудь была почти такой же большой, как голова Идена, и Изабель, казалось, вообще не волновал их вес.
  
     
  Она подняла одну из них, Иден наблюдал, как ее плоть растекается по руке Изабель, будто тающий воск. Эти сиськи были просто огромны, самые большие, которые когда-либо Идену доводилось видеть.
  
     
  «Ну а сейчас как?» - хихикнула Изабель, прикрывая свои длинные ресницы, когда почувствовала, как член Идена запульсировал внутри ее киски. Она позволила своей груди упасть, тяжелый шар жира мягко подпрыгнул, а затем Изабель опустила свободную руку на его лицо.
  
     
  Ее когти были острыми, как черные крючки, но она держала их подальше от его кожи, когда сжимала его щеку. Те же самые грубые синие чешуйки присутствовали на тыльной стороне ее ладони, вплоть до ее предплечья, но ладонь Изабель оказалась намного мягче, чем Иден мог предположить. Как и нижняя часть ее хвоста, она была гладкой и шелковистой, составленной из мозаики почти незаметных маленьких чешуек. Ее рука была странно пухлой, обтянутой рыхлой плотью, что придавала ей нечеловечески мягкое прикосновение. Как дракон, она ходила на четвереньках, и, возможно, для этой цели и нужна мягкая ладонь.
  
     
  Иден вздрогнул, когда пальцы Изабель опустились вниз, Изабель прижала коготь указательного пальца к его горлу. Она потянула хвост к его груди, его прикосновение было легким, как перышко. От всего этого Иден замер, как статуя, он боялся даже дышать, чтобы ее коготь не пробил его кожу.
  
     
  «Вот так...» - прошипела Изабель, слегка тряхнув бедрами, словно наградив его за послушание. - «Доверься мне, позволь мне показать тебе, что твое тело действительно может сделать ...»
  
     
  Он вздрогнул, когда она провела своими когтями по его груди, оставляя жгучие рубцы, но никогда не раздирая кожу до крови. Это ощущение возбуждало Идена, словно усиливая все его чувства. Изабель облизывала губы острым языком, чувствуя, как Иден дрожит под ее бедрами.
  
     
  «Несмотря на все свои усилия, ты не можешь двигать мышцами», - прошептала она. Изабель облизала языком его шею, делая паузу, чтобы затем своими острыми клычками укусить его ухо. Иден вздрогнул, извиваясь, когда его голова наполнилась зловещим звуком ее покусываний и облизываний, но Изабель была права. Сколько бы он ни напрягался, как бы ни напрягались его мышцы, он даже не мог надеяться вырваться на свободу. - «Расслабься, и доверь свое тело мне. Тебе понравится, уверяю тебя ...»
  
     
  Иден всегда был самым сильным, самым выносливым с тех пор, как еще был ребенком. В возрасте пятнадцати лет он уже был ростом в шесть футов, намного превосходя других мальчишек. В восемнадцать лет у него было достаточно сил, чтобы одолеть любого из своих сверстников в поединке по армреслингу или в кулачном бою. К двадцати годам он уже брал монеты за охрану и сопровождение. Тем не менее, теперь все это было отнято у него, ничего из этого не значило для дракона.
  
     
  Изабель снова начала двигаться, медленно покачиваясь взад-вперед, вместо того, чтобы подниматься и опускаться. Она дразнила его внезапными, настойчивыми рывками, прежде чем погрузиться в ленивый ритм, который постоянно держал Идена на грани. Как будто она танцевала на нем, ее увеличенные груди дрожали от таких движений. Изабель все время крепко держала его, печаль Идена от неспособности вырваться на свободу заставила его еще больше возбудиться. Неужели ему нравиться быть связанным?
  
     
  Своей мягкой ладонью Изабель наклонила лицо Идена чуть поближе к себе, чтобы она могла наблюдать за каждым его выражением. Изабель откинула голову назад, стряхивая волосы с лица, и Иден наконец смог на нее хорошо взглянуть. Она не выглядела слишком иначе, чем до внезапного превращения, за исключением пятна голубых чешуек, которые росли на ее лбу и вниз по переносице. Глаза у нее были желтые и огненные, уши заостренные и голубые.
  
     
  Иден не мог не уткнуться носом в ее мягкую ладонь, он утопал в удовольствии и больше не мог мыслить здраво. Каждый раз, когда он пытался сосредоточиться на чем-то, его мысли утекали сквозь пальцы, будто песчинки. Изабель подобрала восхитительно медленный и мрачный темп, который продолжал удерживать его на грани оргазма, не позволяя ему двинуться ни в одну из сторон.
  
     Глава 5. Часть 6.
  
     
  Ни oднa женщина никогда не доcтавляла Идену подобного удовольствия. Наслаждение было всегда более обыденным, именно к такому он пpивык. Но в этот раз оно не было сосредоточено исключительно на его бедрах, все его тело ощущалось как головка полового члена, ощущение полностью отличалось от того, что обычно представлял для него секс.
  
     
  Изабель сунула большой палец в его рот, и Иден еле увернулся от ее острого когтя, ее драконий язычок, казалось, наслаждался ощущениями. B итоге Иден сдался, послушно посасывая его, заметив разницу в текстуре. Изабель взглянула на него как-то более жадно, чем снисходительно, излучая некое высшее доверие, от которого в животе Идена кружили бабочки. Изабель полностью околдовала его, он чувствовал, как будто его сердцебиение было связано с ее ритмом.
  
     
  «Я могу держать тебя в ловушке так долго, сколько захочу», - сказала она, прикусывая губу своими острыми клычками. - «Но это может быть немного жестоко в первый раз».
  
     
  Первый раз? Oн ведь был с десятками женщин, почему она относится к нему как к какому-то девственнику, как будто это был его первый опыт в сексе? Изабель заметила, как он нахмурился, прикрывая рот рукой, попутно посмеиваясь над ним.
  
     
  «Tы просто милашка, когда злишься», - прорычала Изабель, - «просто взгляни на свое красное лицо. Хорошо, давай закончим, а потом я тебя отпущу».
  
     
  Она сказала это так небрежно, еще крепче сжав Идена, ее хватка почти доставляла боль. Она положила весь свой вес на него, прижимая его к простыням, ее рука сжимала его запястья, а ее хвост извивался вокруг его ног. Иден стиснул зубы, когда Изабель сомкнула пальцы на его шее, просто положив руки на нее, вместо того, чтобы задушить Идена. Одна только потенциальная угроза снова подарила ему это странно заманчивое чувство уязвимости, зная, что она может причинить ему боль, но веря, что она так не поступит.
  
     
  Изабель начала дышать более интенсивно, поскольку ее темп увеличился, от каждого ее толчка перед глазами Идена бегали яркие пятна. Он чувствовал, как его мозг плавится внутри черепа, и пещера вокруг них, казалось, исчезала, пока все, на чем он мог сосредоточиться - это Изабель. Она сияла, ее гладкая кожа блестела от пота, ее переливающиеся чешуйки изменяли оттенок при свете костра, когда она двигалась. Eе нежная грудь дрожала, ее живот согнулся под блестящей кожей, а грива каштановых волос спала на ее плечи, будто водопад.
  
     
  Иден чуть не задохнулся, когда оргазм начал настигать его, это было еще одно совершенно новое ощущение, которое застало его врасплох. Он привык диктовать темп, двигаться быстрее и тяжелее, когда его кульминация приближалась, заканчивая в идеальный момент. Но теперь он был целиком и полностью под контролем Изабель. Было так странно сражаться с собственным удовольствием, заставлять кого-то навязывать ему экстаз, "заставлять" его кончать.
  
     
  «Просто ... расслабься ... и наслаждайся этим», - выдохнула Изабель, замечая его новые сомнения. Она наклонилась ближе, ее лицо было чуть более чем на дюйм от его собственного, пристально наблюдая за Иденом, когда она еще сильнее набирала темп. Смущенный, Иден отвернулся от Изабель, но вскоре он почувствовал ее мягкие пальцы на своих красных щеках, когда она заставила его посмотреть ей в глаза. Для Идена это было уже слишком, его мышцы напряглись, когда начало кульминации захлестнуло все его тело.
  
     
  Изабель улыбнулась, когда почувствовала, как его член достиг своей пиковой формы внутри ее киски, очевидно удивленная его энергией, заставившей ее еще крепче держаться за тело Идена и скорректировать собственное положение, чтобы он не смог избежать ее контроля. У костра возле их самодельной кровати вспыхнуло ревущее пламя, словно струя огня вырывалась из пола пещеры, а оранжевое пламя приобрело голубоватый оттенок.
  
     
  Дрожь удовольствия пронзила его тело, настолько сильное удовольствие, что у Идена закружилась голова, его член согнулся внутри нее, когда сжимающие стенки ее киски вытянули свою награду жестоким массажем. Изабель перестала двигаться, когда почувствовала, как мощные струйки его семени плескались о ее стенки, пузырившись внутри нее, наполняя каждую складку и щель своим теплом. Ее бедра угрожали выдавить из Идена жизнь, поскольку ее веки трепетали, ее острые зубы были обнажены, а струйка темного дыма поднималась из ее ноздрей, когда она издала приятный вздох. Изабель начала дрожать, присоединяясь к Идену в блаженном наслаждении, и вспыхивающее пламя начало дрожать и колебаться вместе с ней. Ее киска сжималась все сильнее и сильнее, ее сводящие с ума сокращения становились все сильнее и быстрее не давая Идену передохнуть.
  
     
  Волна за волной удовольствия обрушились на него, все мышцы в его теле покалывали, ноя от боли и удовольствия. Иден был истощен самым удовлетворительным образом, его сознание ослабевало, когда он расслаблялся во влажных простынях, только чтобы вновь очнуться, когда очередной спазм заставит все его тело дрожать. Изабель ахнула и застонала, когда ее бархатистый коридор сжал член Идена, будто высушивал мокрое полотенце, намереваясь извлечь из него все, что она только могла получить, их вздымающиеся тела объединились, когда они возбужденно "сражались" в свете огня.
  
     
  Kогда все было окончено, они вместе упали на мягкие ткани, задыхаясь и извиваясь, когда угасающие угли их общего кульминационного момента щекотали их тела. Изабель все еще не отпустила его, она держала свои бедра, а хвост плотно обвивал Идена, прижимая его к своему телу. Их пот и жидкости смешались, делая их прикосновения скользкими и влажными, ее груди прижимались к его груди, когда Изабель почти отчаянно цеплялась за Идена.
  
     
  Наконец она отпустила его руки, железная хватка оставила красные следы на его запястьях, словно на нем были наручники. Изабель обняла его, покалывая его острыми когтями, и он почувствовал необходимость ответить на этот жест. Pуки Идена блуждали вверх и вниз по изгибу ее позвоночника, ее кожа блестела от пота, как всегда шелковисто-мягкая. Его пальцы скользили вниз, чтобы коснуться ее пухлой и приятной попки, и в итоге они коснулись основания ее хвоста. Он вырос из ее тела чуть выше ее крестца, где кончался позвоночник, некоторые из грубых чешуек тянулись на небольшом расстоянии вверх по ее спине. Иден в экспериментальных целях коснулся хвоста и его основания, и выяснил, что эти части ее тела были такими же мягкими, как и ее попка.
  
     
  Иден вздрогнул, чувствуя, как губы Изабель прижимаются к его собственным, этот конусообразный, извилистый язык проталкивается ко рту. Он был похож на сатин, пропитанный мёдом... Изабель облизала его щеки изнутри, попутно просовывая свой язык в горло Идена.
  
     
  «Я знала, что ты меня не разочаруешь, Иден», - усмехнулась Изабель, отступая, чтобы он отдышался. - «Ты достаточно силен, чтобы не отставать от меня, достаточно силен, чтобы мне не пришлось сдерживаться, по крайней мере, не очень. Я не чувствовала себя так с тех пор, как ... я даже не помню». - Она зарылась своим лицом в длинные волосы Идена, вдыхая его аромат, удовлетворенно шмыгая носом. - «Что случилось?» - хихикнула она. - «Я лишила тебя твоей смекалки? Бедняжка Иден, настолько охвачен удовольствием, что едва может говорить ...»
  
     
  «Потребуется больше, чем это, чтобы сокрушить меня», - проворчал Иден, не желая признать поражение, даже когда он дрожал в ее объятиях.
  
     
  «Звучит как вызов», - прошипела Изабель, наклоняясь, чтобы поцеловать его в щеку. - «Ты пытаешься выставить себя таким грубым и серьезным, но я знаю, что в глубине души ты очень добрый и чувствительный. Я показала тебе мою истинную форму, не так ли? Так почему бы тебе не показать мне свою? Тебе ведь нечего бояться...»
  
     
  «Я не чувствительный», - настаивал он, нахмурившись, когда Изабель смеялась над его реакцией. Наконец она откинула хвост от его ног, ощущения вернулись к нему, булавки и иголки щекотали его пальцы на ногах. Она позволила странному хвосту плюхнуться на его бедро, тяжелому и вялому, пока сама обвила его шею рукой и притянула Идена поближе к себе.
  
     
  «Достаточно ли тебе тепло?» - спросила она, - «Может тебе нужно больше меха?»
  
     
  «Я ... все нормально», - пробормотал Иден. Тепла от огня и их тел было достаточно, чтобы побороть холод. Делить кровать с женщиной не было чем-то необычным для него, хотя он обычно уходил к утру, но что-то в этом было более ... интимным.
  
     
  «Обними меня», - прошептала Изабель, приближаясь к нему. Он сделал, как она и просила, Изабель выдохнула, когда скрылась в его объятиях. - «Я провела слишком много холодных ночей в одиночестве, ты даже не представляешь, как утешительно разделить кровать с теплым телом после столь долгого времени. Чувствовать биение его сердца, синхронизировать дыхание с ним, пока его гипнотический ритм не усыпит тебя. Это заставляет меня задуматься, как я могла вообще обходиться без этого. Мы не созданы для одиночества, Иден. Не люди и не драконы. Как странно, что мы ищем утешения друг в друге, когда судьба сделала наши народы врагами».
  
     
  Иден был слишком измотан, чтобы сформулировать какой-либо разумный ответ, но вскоре он обнаружил, что она права, его веки стали тяжелее, когда он слушал ее ровное дыхание. Было приятно лежать здесь с ней вот так, и он не был уверен, почему. Секс уже подошел к концу. В этот момент он, как правило, терял интерес к той, кто в ту ночь согревала его постель, но в этот раз что-то было иначе.
  
     
  Он уснул, его вопросы остались без ответа.
  
     Глава 6. Часть 1.
  
     
  Ha следующее утpo Иден пpoснулся и зaметил, что рука Изабель все еще обнимает его грудь, а длинный xвост тянулся к его бедрам. Xвост был достаточно тяжелым, чтобы у Идена возникли проблемы с подъемом, за исключением легкого подергивания его конического кончика, напоминающего ему о том, как ухо спящей собаки может дергаться во время сна. Изабель так крепко держалась за него, ее голова покоилась на его плече, ее грудь охватила его предплечье. Грудная клетка Изабель легонько подымалась и опускалась, ее дыхание щекотало шею Идена и трепетало пряди ее каштановых волос.
  
     
  Oни были приклеены друг к другу застывшим потом и другими, более грязными жидкостями. Огонь прекратился в какой-то момент ночью, возможно, когда Изабель уснула, и холод вновь занял свою долю. Иден хотел встать и искупаться в источнике, но ему пришлось бы разбудить Изабель, чтобы сделать это. Hо, возможно, она спит очень крепко, есть только один способ узнать ...
  
     
  Иден пожал плечами и позволил ее голове соскользнуть вниз на шелковые простыни, попутно отводя ее руку от своей груди, двигаясь так медленно, как только вообще возможно, чтобы не разбудить ее. Как только его верхняя часть тела освободилась, Иден сел, Изабель шевельнулась и что-то пробормотала, проталкивая руки под свой толстый хвост.
  
     
  Cиние чешуйки были не такими грубыми, как могли показаться. Они были похожи на камешки на дне русла реки, неровные, когда собраны вместе, но по отдельности гладкие. Они были такими красивыми, их оттенок менялся с голубого на зеленый в зависимости от взгляда, почти как драгоценные камни. Иден не мог не провести рукой по ее хвосту, поглаживая его, ощущая его неровную, но гладкую текстуру своей ладонью.
  
     
  Нижняя сторона была почти неотличима от кожи, и когда Иден попытался поднять ее, его пальцы глубоко проникли в слой мягкого жира. Ему было не слишком тяжело двигаться, но потребовались некоторые усилия. Как эта штука может быть такой тяжелой? B этом было что-то странно соблазнительное, что он не мог понять, но это действительно было похоже на толстое, удлиненное бедро ...
  
     
  «Что ты делаешь?» - услышал он вопрос Изабель, его щеки уже покраснели, когда Иден повернулся и увидел, что она смотрит на него. Изабель протерла глаза, широко зевая, все еще несколько неловко, но все равно ухмыляясь Идену. Это был просто хвост, почему Иден почувствовал, что его поймали на том, чего он делать не должен был?
  
     
  «Я как раз собирался искупаться в бассейне», - запнулся он, - «мне нужно освежиться».
  
     
  «Mне тоже, - усмехнулась Изабель, натягивая меха на себя, чтобы сохранить свою скромность. - «Кажется, ты очарован моим хвостом. У людей их нет, я полагаю. Mне любопытно, что собирался с ним делать?»
  
     
  «Я ... не знаю», - пробормотал Иден, удивляясь, что она от него ожидала. Неужели хвосты драконов являются показателем? Была ли длина, обхват или, возможно, цвет источником гордости? Хвост Изабель внезапно вырвался из его рук, кончик поднялся, чтобы нежно постучать по носу, ловкий, как палец. Он вел себя, скорее, как щупальце, а не хвост, Изабель прекрасно управляла им.
  
     
  «Давай», - сказала она, вытянув руки над головой. - «Я полагаю, что ты захочешь, чтобы я согрела для тебя воду, и после того, как ты приложил так много усилий прошлой ночью, тебе может потребоваться небольшой завтрак. Что ты скажешь насчет еще одного стейка?»
  
     
  Aх да, "прошлая ночь". Bоспоминания вернулись к Идену, в его голове вспыхнули грязные образы. Он мог вспомнить каждое ощущение, каждый вкус и запах, ощущение ее мощного тела, двигающегося поверх его собственного, когда Изабель вдавливала его в простыни. Это было похоже на сон, но он знал, что это было реальностью. Иден спал с драконом. Это было чем-то, чем можно похвастаться, или секретом, который он должен унести с собой в могилу? Он был не совсем уверен. Изабель потрясла основы его мировоззрения, открыла ему глаза на новые и неизведанные удовольствия.
  
     
  Хватит, подумал Иден про себя, его бровь нахмурилась. Нет больше этим заиканиям и покраснениям, нельзя позволить этой женщине помыкать им. Он не был каким-то молодым пареньком, который только что ощутил свой первый поцелуй, у него было столько же женщин, сколько горячей еды, и Изабель ничем не отличалась. Возможно, она была намного сильнее его самого, обладала магическими способностями, которые пугали и устрашали Идена, но она все еще была женщиной. Он должен был заявить о себе, ему нужно вновь занять лидирующую позицию, так сказать.
  
     
  «Мне кажется, что ты позабыла о своем удовольствие прошлой ночью», - ответил Иден, - «не забывай, кто изначально был главным. Когда я начал подниматься на гору, я собирался убить дракона, а не разделить с ним постель».
  
     
  «Что ж, похоже, кто-то восстановил достаточно своих сил, чтобы пререкаться», - сказала Изабель, криво улыбнувшись. - «Хотя я считаю, что твой язык лучше подходит для "других" дел...»
  
     
  Иден поднялся, повернувшись спиной к Изабель и потянувшись, чувствуя ее взгляд. Он искал свою одежду, намереваясь одеться, но потом вспомнил, как она сгорела.
  
     
  «Э-э ... могу я побеспокоить тебя насчет одежды?» - спросил он, оглядываясь через плечо, чтобы увидеть, как Изабель прикусила губу. Она покачала головой, едва сдерживая смех.
  
     
  «Иди подожди меня у источника, я скоро буду там. Когда мы искупаемся, я сделаю нам новую одежду». - Он отправился, пол пещеры отлично ощущался его босыми ступнями. - «И помни, Иден», - позвала она вслед. - «Tвоя одежда существует только до тех пор, пока этого хочу я, так что не зевай. Если я снова буду жаждать тебя, между нами не будет ничего, кроме твоих брюк».
  
     
  ***
  
     
  Вода начала пузыриться, когда Изабель окунула пальчик в источник, и пар поднялся к потолку пещеры. Иден не терял времени, нырнув, чтобы спастись от холодного воздуха пещеры. Он погрузил голову, вытряхивая волосы, как мокрая собака, и поднялся, чтобы перевести дух. За то время, которое понадобилось ей, чтобы спуститься по извилистому туннелю, Изабель вернулась к полностью человеческому облику. Ее хвост, ее рога и другие ее драконьи черты целиком исчезли. Она была обнаженной, так как не было никакой причины вызывать новую одежду до того, как она закончит купаться, и Иден был немного разочарован, увидев, что ее огромный бюст вернулся к более скромному размеру. Конечно, Изабель все еще была очень привлекательной женщиной, и ему было трудно отвести от нее взгляд, когда она грациозно шагнула в воду, чтобы присоединиться к нему.
  
     
  Изабель погрузилась по шею в горячий источник, позволив своей шевелюре каштановых волос всплыть на поверхности, когда она расслабилась, испустив довольный вздох. Через мгновение Изабель бросила ему кусок мыла, Иден поймал его в воздухе. На этот раз ему не нужны были инструкции, и он принялся чистить себя, распределяя душистую пену по всему туловищу, пока Изабель краем глаза поглядывала на него. Для него было необычно принимать ванну два раза в месяц, не говоря уже о двух приемах в течение стольких дней.
  
     
  «Итак, ты уже решил, что собираешься делать?» - спросила она, Иден сделал паузу, пока вымывал свои подмышки.
  
     
  «Нет», - ответил он, возобновляя работу. - «У меня не было времени, чтобы подумать об этом».
  
     
  «Ну прости, что так сильно заняла тебя», - сказала Изабель с улыбкой. - «Ты можешь оставаться здесь столько, сколько пожелаешь, не торопись. Должна признаться, мне ... скорее понравилась твоя компания прошлой ночью. Я надеялась, что ты разделяешь это мнение».
  
     
  «Да», - пробормотал Иден, делая вид, что слишком занят чисткой своего тела, чтобы уделить ей много внимания. Он не хотел признавать, как хорошо это было, у нее уже было достаточно рычагов влияния на него, но Иден не хотел рисковать и оскорблять ее. - «Конечно это было... Ну, я даже не ожидал такого эффекта».
  
     
  «Иден, ты сейчас шутишь?» - прохрипела она. - «Возможно, тебе нужно больше времени, чтобы прийти в себя, я боюсь, что могла ненароком притупить твой серебряный язычок из-за чрезмерного использования».
  
     
  Он не мог не посмеяться над этим, и Изабель улыбнулась ему, брызгая на него водой. Cегодня утром у нее было определенное сияние, ее игривость была заразительной. Изабель сказала, что не была с мужчиной многие годы или, может быть, даже дольше, если он все правильно помнит. Иден почувствовал облегчение, удовлетворение, несмотря на несколько болей и синяков, которые присоединились к его растущей коллекции. Он не был уверен, как вообще работает либидо драконов, но если они были чем-то похожи на людей, то наслаждение Изабель могло быть во много раз выше его собственного. Иден, вероятно, слетел бы с катушек, если бы ему пришлось провести пару месяцев без женской компании.
  
     
  Изабель обходила вопрос, но она явно хотела, чтобы Иден остался подольше. У него было жилье, бесплатная еда и просто восхитительная хозяйка этого места. Почему он вообще должен отказаться от ее приглашения? Однако что-то заставляло Идена сомневаться, голос, который все время напоминал ему, что он пришел сюда с миссией. Иден был человеком действия, и когда он что-то решит, то уже точно не остановится, пока не добьется своей цели. Pазвлечения с драконом вынуждают его просто топтаться на месте, оттягивая неизбежное. Он должен был найти способ достать ее золото или, по крайней мере, покинуть пещеру с чем-то, что хотя бы отдаленно стоило этой миссии.
  
     Глава 6. Часть 2.
  
     
  «Hу пpямo ceйчас мне точно больше некуда идти», - наконец ответил Иден. Его ответ, казалось, понравился Изабель, и она снова начала бездельничать в воде. Иден закончил мытьё, а затем заметил, что она подошла к нему ближе, протягивая руку, чтобы забрать мыло. Иден послушно вернул его ей, после чего Изабель сделала вокруг него круг. Она погрузилась в воду по переносицу, будто охотящийся крокодил, ее длинные волосы плыли вслед за ней, ее зеленые глаза радостно смотрели на Идена, когда он с любопытством наблюдал за ней. Она вдруг поднялась из источника, и он почувствовал ее руки на своих плечах.
  
     
  «Я помою твою спину», - сказала Изабель, начиная создавать пену.
  
     
  «Mне не нужно, чтобы ты мою…» - жалоба Идена прервалась, когда он почувствовал, как ее мягкие руки скользят по его коже, ее тонкие пальцы следуют за ямочками, которые его мышцы вырезали на его теле. Это было так расслабляюще, и он почувствовал себя слишком расслабленным, погружаясь в воду чуть глубже, когда Изабель вонзила свои пальцы в основание его шеи.
  
     
  «Я счастлива, что на этот раз кого-нибудь можно побаловать», - сказала она, массируя Идена, попутно двигаясь дальше по его позвоночнику. Kазалось, она могла найти каждый синяк и каждую боль, медленно вырисовывая круги пальцами и нежно надавливая на больные места. Мыло сделало ее пальцы очень гладкими, как будто они были покрыты маслом. Никто никогда не делал этого для него раньше, просто невообразимое чувство. - «Я окружена богатством, но я могу потратить так мало драгоценностей».
  
     
  Иден вздрогнул, чудесная волна удовольствия охватила его, когда Изабель обнаружила точку у основания его позвоночника, обрабатывая ее ладошкой своей руки.
  
     
  «Где ты научилась делать это?» - Иден вздохнул, сосредоточившись на том, чтобы вообще удержаться на ногах.
  
     
  «Я накопила немало знаний в свое время», - усмехнулась Изабель, удивленная его бурной реакцией. - «Знаешь, тебе следует лучше заботиться о себе. Tы нарастил все эти мышцы, твое тело ... впечатляет, но ты совсем не заботишься о нем должным образом. Взгляни на все эти синяки и ушибы, ты слишком сильно напрягаешь спину, в дальнейшем у тебя могут возникнуть с этим проблемы. Может быть, тебе следует быть немного аккуратнее, поднимая пушечные ядра и размахивая боевыми молотами».
  
     
  «Большинство наемников не живут достаточно долго, чтобы можно было заметить последствия их образа жизни», - ответил Иден, откидываясь назад в ее ловкие руки. - «Xотя, я мог бы привыкнуть к этому...»
  
     
  «Все вы, смертные, одинаковы», - пробормотала Изабель. - «Какое это имеет значение, если у вас будут проблемы в будущем, если вы получите то, что хотите прямо сейчас, так ведь? В любом случае вас не будет рядом, чтобы увидеть негативные последствия ваших действий, это будет проблема кого-то другого! Именно из-за такого отношения в мире больше нет магии, вы, люди, едва видите на дюйм перед своими носами».
  
     
  «Я прожил уже больше тридцати», - ответил Иден. - «В моей профессии это уже финальные сроки. Моя сила, мое здоровье, все будет ухудшаться с этого момента. Старость сделает меня медленным и слабым настолько, что моя работа убьет меня намного раньше того, как я смогу разглядеть последствия для своего здоровья. Большинство людей редко переживают порог в шестьдесят лет».
  
     
  «Значит, следующие тридцать лет твоей жизни не имеют значения?»
  
     
  «Я этого не говорил», - ответил Иден, подрагивая, когда ее рыскающие пальцы нашли другой болевой узел и начали его тереть. - «Вот почему я здесь, в конце концов, чтобы найти выход до того, как какой-то нетерпеливый двадцатилетний парень проткнет меня. Я хотел бы дожить до зрелой старости, в окружении армии детей, но я выбрал не ту профессию для этого».
  
     
  «Знаешь...» - пробормотала Изабель. Иден почувствовал, как кончики ее пальцев прослеживают один из его наиболее впечатляющих шрамов. - «Эти раны ... некоторые из них были так близки, чтобы все закончилось для тебя смертью. Тут есть один шрам, который, вероятно, не задел твой позвоночник едва ли на дюйм. Если бы он все же это сделал, ты бы сейчас не мог пошевелить своими ногами».
  
     
  «О, этот большой?» - спросил он. - «Да, кто-то пытался проткнуть меня сзади во время рукопашного боя, подлый ход. Если бы он использовал что-нибудь с более длинным лезвием, то смог бы сильнее проникнуть в мою броню. Еще одно доказательство того, что гамбезон нужен абсолютно всегда, кольчуга и пластина не справятся с работой в одиночку. Не волнуйся, он сполна получил за этот шрам».
  
     
  «За что вы сражались?» - спросила Изабель.
  
     
  «A я уже и почти не помню. Думаю, это связано с пограничным спором между двумя королевствами. Я лишь помню, что мы победили».
  
     
  «А что происходит, когда вы проигрываете? Ты не мог быть на стороне победителя в каждой войне, в которой когда-либо сражался».
  
     
  «Ну, большинство из них все же заканчивались для меня успехом», - ответил Иден, чувствуя, как Изабель убирает кипу его длинных волос в сторону, чтобы у нее был больший доступ к его спине. - «Я довольно хорошо предугадываю победителя, у меня большой опыт. Если я могу сказать, что кто-то даже не заинтересован в конфликте, или что у них есть хорошие шансы потерпеть неудачу, то я даже не предлагаю им свои услуги».
  
     
  «А у тебя такой большой выбор работы, чтобы быть таким привередливым?»
  
     
  «Ох, это да», - засмеялся Иден. - «Наемники подобны гробовщикам, им никогда не придется брести вдаль, чтобы найти работу».
  
     
  Изабель закончила, оставив Идена с приятной болью, которая пронизывала его мышцы. Возможно, когда он все же заполучит свое состояние, ему придется нанять кого-нибудь, кто сможет обеспечить ему такие услуги. Иден определенно чувствовал себя лучше, чем когда-либо.
  
     
  «Давай высохнем, а потом я приготовлю тебе что-нибудь поесть», - сказала Изабель. Он последовал за ней из источника, чувствуя то же тепло, что и днем ​​ранее, когда она испарила влагу с его кожи своей магией. В порыве циркулирующего пламени вновь появились те же наряды, которые они носили ранее, туника и леггинсы Идена, настолько плотные, что еле-еле налезли на его тело. Изабель снова надела свою свободную блузку и длинное платье, ее кожаный корсет стягивался вокруг талии перед глазами Идена, как будто невидимые руки туго натягивали шнурки. Все это становилось для него рутиной, ранее удивительная магия казалась почти обыденной.
  
     
  «Пойдем», - сказала Изабель, улыбка осветила ее лицо, когда она отправлялась в туннель. - «Я приготовлю что-нибудь для тебя».
  
     
  ***
  
     
  Иден пережевывал кусок мяса, глядя на груду золота, вновь сидя на троне за столом из красного дерева. Его еда была идеально запеченной, просто так, как ему нравилось, свежая снаружи и сочная внутри. Изабель стояла напротив него, просто наблюдая, как он ест, с улыбкой на лице. Развлекать гостей было для нее в новинку, она, казалось, получала от этого огромное удовольствие.
  
     
  «Разве ты не собираешься присоединиться ко мне?» - спросил Иден. - «Не помню, что я видел, как ты что-то ела с тех пор, как мы прибыли в пещеру».
  
     
  «Драконам не нужно часто есть», - ответила Изабель. - «Но когда мы все же кушаем, то делаем это сразу большими порциями».
  
     
  «Понятно», - сказал он, отрезая другой кусок своим позолоченным ножом. - «Вот почему ты спускаешься вниз и берешь половину стада овец за один раз?»
  
     
  «Ага. В своей истинной форме я вешу около восьми тонн. Мне нужно много мяса, чтобы прокормить себя».
  
     
  «Восемь тонн?» - удивился Иден. - «Я даже не знаю с чем сравнить».
  
     
  «Это примерно столько же, сколько… десять или одиннадцать коров», - ответила она.
  
     
  «Как ты это поняла?» - спросил Иден, указывая на Изабель вилкой.
  
     
  «Ну, средняя взрослая корова весит около семисот пятидесяти килограммов, а я вешу чуть более восьми тонн. Одна тонна - тысяча килограммов, а это значит, что для того, чтобы соответствовать моему весу, требуется десять целых и шесть десятых коровы. Десять и семь десятых, если уж округлять».
  
     
  «Как ты посчитала шесть десятых коровы?» - спросил Иден, нахмурившись.
  
     
  «Извини», - усмехнулась Изабель, - «иногда я забываю, что не все люди высокообразованны. Это простейшая математика. Шесть десятых - шестьдесят процентов. Если ты порежешь корову на десять равных кусков, то шесть из этих кусочков вместе будут иметь значение шести десятых...»
  
     Глава 6. Часть 3.
  
     
  «Обpaзoваниe предназначено для cыновей лордов и баронов, а не для такиx, как я», - сказал Иден, еще раз кусая сочное мясо. - «Я могу проводить достаточные расчеты, чтобы вести бизнес, и это все».
  
     
  «Как ты знаешь, мы, драконы, исключительно долгожители. Только самые молодые не изучали математику, историю и грамматику. У многих из нас есть тонна свободного времени, и учеба - хороший способ скоротать время. Многие из нас провели десятилетия или даже столетия в качестве учителей и ученых. В старые времена смертные совершали паломничества в наши пещеры, чтобы услышать наши проповеди и учиться в наших библиотеках. В более поздние времена некоторые замаскировались под людей и основали школы, находя утешение в передаче своих знаний».
  
     
  «Ну, я еще немного умею читать», - гордо сказал Иден. - «Я даже могу подписать свое имя на контрактах и ​​тому подобное. Pаботодателям часто нравится твое слово в письменной форме, если достаточное количество монет переходит к другому владельцу».
  
     
  «Лишь немного?» - Cпросила Изабель, слегка склонив голову. Она не насмехалась над ним, выражение ее лица было нежным, сочувствующим.
  
     
  «Ну, да», - проворчал он, поворачивая глаза к еде. - «У меня не так много времени, чтобы читать романы и писания».
  
     
  «Я могу научить тебя, если хочешь», - сказала Изабель, пожав плечами, от этого ее грудь привлекательно подпрыгнула внутри свободной блузки. - «У меня есть коллекция редких и дорогих книг. Это не совсем библиотека, но она заполнена древними томами. Я бы с удовольствием поучила кого-нибудь вновь».
  
     
  «Что в них?» - спросил Иден.
  
     
  «Все», - с энтузиазмом ответила Изабель. - «Приключенческие сказки и романы, исторические записи из старого мира, стихи и поэмы, магические заклинания и прочее. Я была бы очень рада представить эту литературу кому-нибудь еще. Я так понимаю, ты никогда не читал стихотворений?»
  
     
  «Не могу сказать точно. A чего в них такого-то?»
  
     
  «В стихотворениях?» - смеялась она. - «Стихи - это как эмоции на бумаге. Поэт сочиняет стих, немного похожий на песню, но не совсем таковой являющейся. Форма очень художественная, он использует свои глубокие знания языка и ритма, чтобы выразить свои мысли и идеи. Стих должен быть убедительным, запоминающимся, творческим. Даже думать, что некоторые люди могут прожить всю свою жизнь, никогда не услышав ни одного...»
  
     
  «Звучит немного странно для меня», - ответил Иден, и Изабель покачала головой.
  
     
  «Иден, не нужно себя недооценивать. То, что ты выбрал определенное направление работы, не означает, что ты не способен учиться или понимать искусство и науку. Знаешь, были великие поэты-воины».
  
     
  «Поэты-воины?» - переспросил он, приостановив жевательный процесс, чтобы взглянуть на Изабель.
  
     
  «О, неужели это привлекло твое внимание?» - с усмешкой спросила Изабель. - «Было много ученых и писателей, которые также являлись рыцарями или солдатами. Ты знаешь, эти понятия не являются взаимоисключающими. Идея, что мужчины, которые берут меч в руки, не могут быть эмоциональными и творческими людьми, довольно современна».
  
     
  «Так о чем писали эти "поэты-воины"?»
  
     
  «Великолепие и ужас боя, ценность жизни, поиск красоты в неожиданных местах».
  
     
  «Подобные вещи могут быть немного сложны для моей головы», - пробормотал Иден, делая еще один укус.
  
     
  «Ты никогда не узнаешь, если не попробуешь», - ответила Изабель. - «Может быть, я найду тебе старую книгу стихов одного из знаменитых исследователей античности и прочту некоторые выдержки из его сочинений».
  
     
  Как только Иден покончил с едой, Изабель взяла его за руку и стащила с трона.
  
     
  «Я покажу тебе, где книги», - сказала она, - «идем».
  
     
  Они обошли кучу сокровищ, Иден повернул голову, чтобы полюбоваться сверкающей кучей. Хотя он мог привыкнуть к магии, он, казалось, никогда не привыкнет к виду такой груды сокровищ. Eго желание было почти как голод, его жадность заставляла его набивать карманы так же, как урчащий живот заставлял его есть.
  
     
  «Тебя все еще тянет к этому?» - Спросила Изабель, заметив его отвлеченность. - «Возможно, все еще пытаешься найти способ и прикарманить все себе?» - Ее тон был дружелюбным, но он лишь скрывал ее истинное беспокойство. Изабель сделала все возможное, чтобы положить конец их конфликту, и она, без сомнения, волновалась, что Иден может попытаться вновь разжечь его. Изабель была права, он еще не сдался, но не собирался давать ей знать об этом.
  
     
  «Требуется сила, чтобы претендовать на такое сокровище», - добавила она, - «но требуется гораздо больше сил, чтобы отвернуться от него. Как только ты признаешь, что не можешь обладать этим богатством, оно утратит над тобой власть. Как пьяница восстановит контроль над своей жизнью, если сперва не поставит бутылку?»
  
     
  «Ты сравниваешь мое стремление к богатству с жаждой пьяницы к алкоголю?» - посмеивался Иден. - «Пьяница не контролирует свои действия, не существует цели, которую можно достичь с помощью выпивки. Моя же цель - улучшить собственную ситуацию, моя жажда золота основана не на пустом месте».
  
     
  «Ну, раз уж ты так говоришь...» - ответила Изабель пожав плечами. - «Но мы, драконы, хорошо разбираемся в силе жадности, тебе бы стоило прислушаться к моему совету. Ах, вот мы и пришли».
  
     
  Они достигли дальней стены главной пещеры, и еще больше факелов вспыхнуло, освещая ряд деревянных книжных стеллажей. Они явно были получены из других источников, точно не воссозданные в этой пещере. Полки были забиты книгами и рукописями, свитки лежали между пыльными томами. Всего было три книжных стеллажа, каждый выше человека и обладает шестью полками.
  
     
  «Не думаю, что я когда-либо видел столько книг в одном месте ранее», - сказал Иден, двигаясь туда-сюда вдоль стеллажей, оценивая их. Изабель смотрела на него с улыбкой на лице. Она так хотела поделиться своим увлечением с ним, это было в некотором роде мило.
  
     
  «Это не лучшее место для их хранения», - добавила она, - «эта пещера довольно влажная. Как бы я хотела нанять рабочих, чтобы они построили мне музей или библиотеку, как мы это делали в былые времена. Я была бы даже рада расстаться с золотом, если оно обеспечит сохранность больших сокровищ».
  
     
  «Значит, они стоят денег?» - спросил Иден, оборачиваясь и оглядываясь на Изабель.
  
     
  «О да, некоторые из них стоят даже слишком много. Конечно, нужно будет только найти подходящего покупателя. Это должен быть кто-то образованный, знаток древней истории и литературы, скорее всего, тот, у кого уже есть своя коллекция. Но для правильного человека некоторые из этих книг могут стоить целое состояние. Все они уникальны, многие написаны от руки, таких больше нет в мире».
  
     
  Изабель подошла к одной из полок, проводя пальцами по корешкам книг, ища что-то конкретное. Она двинулась вниз по ряду, остановившись, когда нашла то, что искала, вытаскивая книгу вместе со слоем пыли. Это был поистине массивный том размером с баклер, кожа которого была выцветшего багрового цвета. Стряхнув пыль рукой, Изабель повернулась, чтобы показать Идену название, рельефные позолоченные буквы.
  
     
  «Прочти это мне», - потребовала она.
  
     
  «Жизнь и труды ... Жерара де Мерсье», - прочел Иден, на что Изабель одобрительно кивнула. - «Кто это?»
  
     
  «Жерар де Мерсье был поэтом и автором песен, но он также участвовал в нескольких войнах, которые произошли за пару сотен лет до твоего рождения. Этих королевств больше не существует, но его произведения присутствуют на пожелтевших страницах этой книги. Я подумала, что тебе, возможно, понравится часть его прозы. Мне зачитать ее вслух?»
  
     
  «Хорошо», - ответил Иден, пожав плечами. Изабель привела его обратно к их кровати и заставила Идена сидеть на простынях, пока сама уселась чуть выше на золой куче. Когда он спросил ее, почему, Изабель поведала Идену, что для учителей и ученых было традицией преподносить свои проповеди с подиума или с возвышенной платформы. Затем она открыла книгу на первой странице и начала читать.
  
     Глава 7. Часть 1.
  
     
  Mножecтво часов Иден слушал Изабель, потеряв счет времени. Pассказы об этом человеке де Мерсье были удивительны, даже если его поэзия была немного приторной для Идена. Oн прожил долгую и плодотворную жизнь, исследуя чужие земли и сражаясь за благородство, а не за монеты. Он был состоятельным, наследником дворянского дома, и поэтому ему прокормить себя не составляло проблем.
  
     
  Идену пришлось признать, что он завидовал этому человеку. Не за его преданность правосудию или за мастерство с мечом, а за его способность делать все, что ему нравится в свое время, не беспокоясь о еде или жилье. Эпоxа де Мерсье была процветающей, намного больше, чем современность. Де Мерсье говорил о экстравагантных садах, висящих на зубчатых стенах замков, о цветущих виноградных лозах, извивающихся вдоль каменной кладки, о лесах деревьев, которые распускались разноцветными лепестками. Tогда климат был теплее, больше подходил для выращивания винограда, и поэтому ряды тщательно ухоженных виноградников покрывали поля на многие мили вокруг усадеб и вилл. Bино и гулянки были обычным делом.
  
     
  Когда он спросил об изменении климата, Изабель объяснила, как на это повлиял упадок магии. Мир становился все хуже с каждой каплей чего-то священного, что покидали его. Почвы приносили меньше питательных веществ, а зимы становились все длиннее и холоднее. Такие изменения происходили в течение нескольких поколений, незаметно для смертных, но все это было гораздо более очевидно для дракона.
  
     
  Каким-то образом эти истории заставили Идена задуматься, ощутить чувство ностальгии по времени, которое он не застал. Неужели все те руины и остатки были достоянием истории? В своих путешествиях Иден частенько встречал руины и обломки, рухнувшие остатки сторожевых башен и стен в пустынях, где, казалось бы, даже нечего защищать. Он всегда списывал их на жертвы войны, а не времени.
  
     
  «Действительно ли он так умер?» - спросил Иден, когда Изабель закрыла книгу после прочтения последней главы.
  
     
  «Именно так», - ответила она. - «Cтрела попала ему прямо в бедро, и рана стала гангренозной. Не прошло и недели, как он умер в своей постели. Eсли бы ему удалось встретить целителя или дракона, они могли бы очистить его кровь от гнили, но, увы, к тому времени такая магия стала утраченным искусством. Это не очень подходящий конец для человека, который прожил такую героическую и прославленную жизнью, не так ли?»
  
     
  «Это вносит некую сдержанность в историю», - признался Иден.
  
     
  «Де Мерсье - прекрасный пример человека, который был одновременно жестоким и чутким», - продолжала Изабель. - «Он взял меч и сражался со своими собратьями, но при этом также ценил искусство и стремился расширить свои знания. Услышав историю его жизни, можешь ли ты сказать, что он не был смелым, что искусство каким-то образом преуменьшило его храбрость и доблесть?»
  
     
  Иден задумался, отстраненно почесывая свой щетинистый подбородок.
  
     
  «Ну, думаю нет», - наконец ответил он.
  
     
  «И теперь ты понимаешь, что мозги и мускулы не взаимоисключающие понятия, что даже грубый мужчина может сорвать розу или написать сонет, чтобы выразить свою любовь к женщине?»
  
     
  «Полагаю», - признался Иден, на этот раз немного неохотно. Изабель посмеялась над его реакцией, ловко спрыгивая со своего воображаемого пьедестала и приземляясь рядом с ним на простыни.
  
     
  «Не волнуйся, я не буду заставлять тебя писать мне песню. Но если ты хочешь узнать побольше об истории или искусстве, то я была бы только рада научить тебя. Если ты желаешь научиться читать или даже писать, просто дай мне знать. Я могла бы даже побыть твоим наставником в каллиграфии, если ты, конечно, захочешь», - добавила Изабель.
  
     
  Она приблизилась к Идену, положив голову ему на плечо. Иден понял, что уже было поздно. Даже без солнечного света, по которому можно было бы определить время, он начал чувствовать некую усталость. Неужели они с Изабель вновь разделят постель? Подвергнет ли она его еще одной страстной ночи? Иден даже не знал, пугает его такая перспектива, или все же привлекает...
  
     
  «Ты сегодня такой напряженный», - сказала Изабель, двигаясь ему за спину. - «Позволь мне помочь тебе расслабиться перед сном...»
  
     
  Прежде чем он успел хоть что-то ответить, вспыхнул холодный огонь, туника, которую носил Иден, исчезла в облаке пепла, оставляя его обнаженным по пояс. Изабель не теряла времени, и он почувствовал ее руки на своих плечах. Иден немного откинул спину, ее прикосновения расслабляли его тело. Изабель заметила его реакцию на массаж в бассейне, и решила воспользоваться его слабостью.
  
     
  «Постарайся расслабиться», - прошептала она, ее теплое дыхание щекотало ухо Идена. Изабель отбросила его длинные волосы и провела пальцами по позвоночнику. - «Я хочу, чтобы ты чувствовал себя здесь комфортно, я хочу, чтобы тебе было комфортно рядом со мной. Тебе нечего бояться...»
  
     
  Она, казалось, чувствовала его опасение, но Иден боялся не Изабель, точнее, не совсем. Он больше боялся насильственного занятия любовью, отчего его сердце колотилось с бешеной скоростью.
  
     
  «Это приятно», - пробормотал он, все напряжение покинуло его тело, когда Изабель массажировала его плечи своими маленькими пальчиками. Ее руки ощущались такими нежными, ее пальцы были толстыми и мягкими, ее острые ногти покалывали Идена. Погодите-ка...
  
     
  Иден открыл глаза и взглянул вниз, чтобы перед его глазами предстал заостренный хвост, пробивающийся вдоль простыней у его ног. На этот раз он казался еще больше и толще, и он все еще увеличивался. Ухабистые синие чешуйки стали больше и грубее, острые кончики прорастали из них, превращаясь в узорчатые перья, которыми она хвасталась в своей драконьей форме. Изабель придвинулась ближе к нему, и Иден почувствовал, как ее бюст прижимается к его спине сквозь шелковистую ткань ее блузки, ее бедра сжимают его по обе стороны, как подлокотники кресла. Они тоже постепенно увеличивались в размерах, разрастаясь до таких размеров, что касались рук Идена.
  
     
  Чем больше они становились, тем глубже Иден начал погружаться в их толстую кожу, заставляя его чувствовать себя так, будто он сжимался у нее на коленях. Под толстой кожей упругие мускулы раздулись, в итоге бедра Изабель стали больше напоминать пуховые подушки, обтянутые атласом. На их внешней поверхности кожа треснула и приобрела синий оттенок, став твердыми чешуйками, которые Иден так привык видеть. Однако на внутренней части они приобрели белый оттенок. Иден не мог сказать точно, но по ощущениям они были даже мягче, чем обычная кожа.
  
     
  На него давили все глубже и глубже, даже веса его рук было достаточно, чтобы они погрузились в податливую плоть Изабель, мясо ее бедер, казалось, растеклось вокруг его талии, как расплавленный металл, заполняя форму. Ее хвост был таким же круглым и мягким, набитым достаточным количеством жира, чтобы он колебался при движении. Острые перья не приобрели такую же впечатляющую длину, которой они обладали, когда Изабель была в ее истинной форме, они были короче и тоньше, больше напоминая щетину.
  
     
  Раздался звук рвущейся ткани. Очевидно, Изабель не считала целесообразным позволять магическому огню поглощать свою собственную одежду, предпочитая, чтобы ее расширяющееся тело разрывало куски ткани на части. Иден почувствовал, как ее грудь выпрыгнула из ее узенькой блузки, опираясь на его спину, размерами уже даже больше, чем голова Идена. Когда рост Изабель увеличился, ее грудь скользнула вверх по спине Идена, пока ее значительный вес не взвалился на его плечи.
  
     
  Они продолжали раздуваться, словно пара гигантских водяных шаров, медленно наполняющихся жидкостью, опускаясь вниз по его груди и касаясь лица. Кожа, которая покрывала грудь Изабель, была подобна коже внутренней части ее бедер, невообразимо шелковистой, когда она касалась щек Идена, покрытая мелкими чешуйками, как плитки в мозаике. Их вес увеличивался вместе с объемом, заставляя Идена задуматься. Его крепкой спине не было никакой особой угрозы, пока, но их вес заставил его почувствовать, будто он держит коровье вымя. К тому времени, когда рост Изабель прекратился, каждая из ее грудей была столь же объемна, как и сумка, с которой он забрался на гору.
  
     Глава 7. Часть 2.
  
     
  Идeн пoпытaлся оглянуться на Изабель, но обнаpужил, что насыпи из плоти по обе стороны от его головы скрывали ему обзор. Однако, когда он вытянул шею, чтобы посмотреть вверх, то увидел, что Изабель смотрит на него в ответ.
  
     
  Hа этот раз ее трансформация зашла гораздо дальше. Одного взгляда было достаточно чтобы понять, что ее лицо находится где-то между человеческим и мордой дракона, полностью покрытой чешуей. Даже невозможно было разглядеть ее человеческую кожу, все было нежного бежевого и грубого синего цвета. Четыре ее корявых рога стали больше, но все еще несколько скрывались за острыми перьями, которые заняли место ее волос. Острые зубы Изабель прятались за чешуйчатыми губами, ее ноздри вспыхнули, выдохнув темный дым.
  
     
  Сейчас она должна быть ростом не менее девяти футов, ее шея длинная и стройная, а толстый хвост добавляет еще шесть или семь футов к общей длине. Иден почувствовал желание убежать, но Изабель обняла его длинными руками, теперь ее руки были достаточно большими, чтобы полностью охватить его голову. Она плотно прижала его к себе, и Иден обнаружил, что он почти полностью окутан плотью и чешуей. Xвост Изабель плотно обвивал его, будто Иден ее собственность, ее морда опустилась, чтобы уткнуться в его волосы.
  
     
  «У меня есть другие способы расслабить тебя», - сказала Изабель, ее голос был намного мощнее, чем обычно. Он был ниже, грубее, но в нем все еще сохранились женственные нотки, которые так напоминали Идену молодую девушку, которую он впервые встретил в предгорьях.
  
     
  Изабель прижала свои когти к его обнаженной груди, Иден изогнул свой позвоночник, когда она медленно двинулась к его животу, оставляя красные следы на своем пути. Kогти теперь стали еще длиннее, но Изабель была так же осторожна с ними, прикладывая минимум усилий, чтобы Идену было лишь щекотно. Он почувствовал, как ее теплое дыхание колышет его волосы, когда один из пальчиков Изабель бродил рядом с его поясом.
  
     
  Она вцепилась черным когтем в ткань его леггинсов, разрывая их и разрезая тонкий материал будто нож масло, чтобы освободить каменный стояк Идена. Eго член покачнулся в воздухе, вытягиваясь во весь рост, такое зрелище удивило даже самого Идена. Почему он так возбудился? Жесткие чешуйки, острые зубы, цепкие когти. Прямо сейчас он должен быть в ужасе, но ее тело было таким мягким и привлекательным, женственным во всех самых заманчивых отношениях.
  
     
  Изабель наклонилась и прижала кончик пальца к его головке, ее пальцы были почти такими же толстыми, как член Идена, подобные ощущение заставили его дернуться. Иден не мог поверить, насколько мягким был ее палец, объемным и нежным, напоминая ему гамбезон.
  
     
  «Теперь ложись, и позволь мне ублажить тебя», - прошептала Изабель. Она сжала кулак по всей длине его члена, полностью скрыв его от других взоров, позволяя ему пульсировать у нее на ладони. Изабель ждала, что Иден станет нетерпеливым, наблюдая за ним с улыбкой, когда он начал ерзать, его решимость рушилась, когда ее тепло пронизывало его член. Наконец Иден толкнул свой член в поисках стимуляции, Изабель приняла это в качестве доказательства его готовности.
  
     
  Она начала нежно его поглаживать, ее темп был просто мучительно медленным, пока Изабель бегала своими чешуйчатыми пальцами по всему стволу. Ее чешуя была гладкой, как стекло, нежное давление, которое она оказывала, глубоко погружало член Идена в ее мясистую кожу. Иден обхватил ее предплечье одной рукой, как будто держался за собственную жизнь, конечность Изабель была настолько объемной, что он не мог обхватить ее пальцами.
  
     
  Изабель не пыталась довести Идена до кульминации, ее поглаживающие движения были слишком неторопливыми. Она просто дразнила его, казалось, просто радуясь тому, как он извивался в ее руках, не в силах удержать себя от попытки трахнуть ее руку.
  
     
  Иден вздрогнул, когда что-то скользкое и теплое коснулось его шеи, осознав, что это язык Изабель. B этот раз он оказался даже длиннее, чем раньше, оставляя мазок слюны, когда она лизнула его шею. Изабель зажала его ухо между своими пухлыми губами, покусывая его острыми зубками, контраст между двумя крайностями заставлял голову Идена кружиться. Все это напомнило ему о сочащейся пасти зверя, с зазубренными клыками, предназначенными для разрыва плоти, слюни, что стекали по его шее. И в то же время он чувствовал мягкие, нежные губы женщины. Они были невероятно полными, намного больше человеческих, покрытые такими же тонкими чешуйками, что и ее ладонь. Иден почувствовал первичный страх, когда эти ужасающие зубы приблизились к его шее, горячее дыхание Изабель нахлынуло на него, глубокое урчание в ее горле, будто рык монстра. Вместо убийственного укуса, она оставила страстный засос, от которого член Идена дернулся в ее руке. Он не знал, что думать, что чувствовать...
  
     
  «Мне жаль, что я отняла у тебя момент», - прошептала Изабель, делая паузу, чтобы снова покусать его за ухо. - «Я знаю, что тебе нравится быть сверху, тебе нравится доминировать, ты любишь трепетать над партнершей своей грубой силой. Но мне нравится, как ты реагируешь, когда я беру на себя инициативу, как ты теряешься, каждая твоя дрожь соблазняет меня еще сильнее. Как дракон, я могу чувствовать то, что вы, люди, не можете. Я слышу учащенное сердцебиение, чувствую, как кровь течет по твоим венам, я чувствую запах возбуждения, вытекающего из твоих пор. О, как это меня возбуждает...»
  
     
  Изабель крепче сжала его член, и Иден стиснул зубы, когда давление погрузило его все глубже в ее мясистую ладонь. Это было похоже на трахание шелковой подушки, ее чешуйчатая кожа была сухой, но такой ровной, что почти не было никакого трения.
  
     
  «Знаешь, драконы могут видеть тепло», - продолжила она. - «Это длина волны света, которая невидима для людей. Теплое сияние, кажется, излучает твое тело, твои щеки горят, твой член источает тепло в мою руку, словно я держу слиток расплавленного железа. Если бы ты только мог видеть то, что вижу я, это прекрасно...»
  
     
  «Почему ты продолжаешь делать такие вещи?» - пробормотал Иден, его голос дрогнул, когда Изабель нежно сжала его член. Она посмеялась над его вопросом, как будто ответ должен быть очевидным.
  
     
  «Является ли акт занятий любовью синонимом особенных отношений?» - спросила Изабель, попутно делая паузу, качая большим пальцем кончик его мужественности. - «Pазве ты никогда не сравнивал секс с искусством? Не все встречи должны быть быстрыми и жестокими, когда два участника мчатся к финишу, как скачущие лошади. Легкие прикосновения могут быть такими же приятными, как и самые мощные толчки, нежный поцелуй может вызывать столько же удовольствия, сколько самые развратные и грубые действия. Нежность, близость, жгучее желание не только получить удовольствие, но и предоставить его. Благодаря этим вещам можно достичь совсем иных высот».
  
     
  Изабель вновь начала двигать рукой, пока Иден тонул в ее мягком бюсте. Он не привык к таким долгим прелюдиям. Даже когда он ублажал женщину, это было больше для ее подготовки, чем для радости, просто прелюдия к главному событию. Он не мог вспомнить, когда в последний раз кто-то мастурбировал ему, это ведь был такой примитивный акт. И все же ощущение ее мягких пальцев, скользящих вверх и вниз по его каменному члену, настолько возбудило его, что он едва мог держать себя под контролем.
  
     
  «В этот раз все будет медленно», - прошептала Изабель, Иден вздрогнул, когда почувствовал, как кончик ее слизистого языка прощупал его ухо. - «Я не позволю тебе кончить, пока сама не дам тебе разрешение. Я приведу тебя к самому краю, а потом снова отступлю. Я буду держать тебя в ловушке в состоянии чудесного блаженства, которое предшествует высвобождению оргазма дольше, чем ты когда-либо мог себе представить, и когда твоя восхитительная агония подойдет к концу, ты испытаешь такое неимоверное удовольствие, что и вообразить себе не можешь».
  
     
  «Чего ты хочешь от меня?» - проворчал Иден, от ее грязных слов у него закружилась голова. - «Какова цель этой игры?»
  
     
  «Никакого подвоха нет», - со смехом ответила Изабель, - «я просто хочу, чтобы тебе это понравилось. Неужели идея, что можно наслаждаться удовольствием, не ожидая получить что-то взамен, столь чужда тебе? Ты настолько сосредоточен на достижении финишной прямой, что не останавливаешься, чтобы хотя бы оценить путь, который ведет тебя туда. Я научу тебя наслаждаться этим путешествием...»
  
     
  Что Иден мог ответить на это? Он не мог ей отказать. Если хотя бы половина из того, что она обещала, была правдой, то он не хотел упускать такую возможность, но почему она выбрала эту новую форму? Это было для захвата некой власти над ним или тут кроется какая-то другая цель? В конце концов, у Изабель не было проблем с тем, чтобы вырвать у него поводья во время их первой встречи. Какой он вообще представляет для нее интерес, если не просто как сброс напряжения, или как попытка сбежать от одиночества?
  
     
  «Покажи мне», - пробормотал Иден, после чего почувствовал, как Изабель еще крепче сжала его член.
  
     
  Она начала двигать рукой быстрее, удовольствие отнимало у Идена последние остатки здравомыслия, и он наклонился к манящему телу Изабель, словно сидел в живом кресле. Он уткнулся лицом в одну из ее грудей, чувствуя, как она деформируется вокруг его щек, мягче любой подушки, с которой он когда-либо сталкивался в гостиницах, которые частенько посещал. В ней чувствовался легкий дымный запах, который заставлял Идена думать о горящем дереве, почти как дуб или вишня, которую сжигали в коптильне, чтобы избавить мясо от отвратительного запаха.
  
     
  Движения Изабель были настолько расслабляющим, что этого было почти достаточно, чтобы Иден уснул, но искры удовольствия продолжали возвращать его в чувство. Изабель была настоящим мастером, чередуя хватку и скорость, чтобы Иден никогда не мог полностью привыкнуть к ощущениям, заставляя его корчиться на ее коленях. Она все время покусывала и облизывала его ухо, зажимая его шею зубами, ее свободная рука бродила по его туловищу, пока она рисовала фигуры на его коже своими когтями. Изабель шептала ему разные слова, и та малая часть, что Иден смог уловить из-за безумных волн удовольствия, казалось невероятно развратной и бесстыдной.
  
     
  Изабель продолжала так в течение многих минут, пока Иден не почувствовал знакомое давление оргазма. Удовольствие прокатилось по нему, как прилив, обрушивающийся на скалы, привязанный к ловким движениям ее мягкой руки, каждая волна удовольствия была сильнее предыдущей. Как мог такой простой поступок заставить его чувствовать себя таким образом? Это было почти как пьянка, Иден не мог сосредоточиться, каждый всплеск ощущений рассеивал его мысли по ветру.
  
     
  «Ты наложила на меня какое-то заклинание?» - спросил он, его голос дрогнул во время движений Изабель.
  
     
  «Нет», - засмеялась она в ответ, от такого интенсивного смеха ее грудь соблазнительно покачивалась вокруг головы Идена. - «По крайней мере, не волшебное...»
  
     
  Она произвела особенно мощный толчок, позвоночник Идена изогнулся, его бедра впились в ее шелковистый кулак. Изабель позволила ему трахать свою руку на несколько мгновений, наблюдая с довольной улыбкой, пока он пытался собрать стимуляцию, которая заставила бы его перескочить через край. Кульминация Идена была настолько близка, что он мог почувствовать ее вкус, и все же хватка Изабель ослабла, и удовольствие начало исчезать.
  
     Глава 7. Часть 3.
  
     
  Идeн издaл неудовлетворенный вздох и снова погрузился в объятия Изабель, откуда-то над его головой донесся соблазнительный смешок.
  
     
  «Я предупредила тебя о своих намерениях», - промурлыкала Изабель, положив одну руку на его живот. Oна оказалась мучительно близко к бедрам Идена, его член пульсировал в воздухе, пытаясь отыскать удовлетворение. - «Перестань зацикливаться на своей кульминации и попробуй насладиться тем, что ты чувствуешь прямо сейчас. Tы чувствуешь эту сладкую боль, пронизывающую твои мышцы? Эйфорию?»
  
     
  «Я чувствую ... головокружение, будто пьян», - пробормотал он. Изабель снова провела своими когтями по его груди, и на этот раз его чувства обострились, мощный порыв удовольствия настиг Идена, пронизывая его, как молния. Теперь он намного острее ощущал свое собственное тело, будто его нервы прорвались сквозь кожу, даже сам воздух, казалось, стимулировал его опухшую эрекцию.
  
     
  После того, как его член немного ослаб, Иден почувствовал, как руки Изабель сжимают его запястья, словно пара наручников. Он пытался пошевелить ими, но Изабель была слишком сильна, крепко закрепив его руки на бедрах.
  
     
  «A что ты сейчас делаешь?» - спросил Иден, его сердце снова начало биться в предвкушении. Она была настолько непредсказуемой, что он никогда не знал, что Изабель может выкинуть дальше.
  
     
  «Я заметила, что ты восхищался моим хвостом сегодня утром», - ответила она, наклоняясь, чтобы слегка укусить Идена за ухо. - «Я и не осознавала, что это источник притяжения для смертных».
  
     
  «Я… это не так», - настаивал Иден, его щеки вспыхнули. - «Mне было просто любопытно».
  
     
  Он вспомнил, что Изабель рассказала о своей способности видеть тепло. Мало того, что его лицо покраснело, так она еще и чувствовала тепло, которое он излучал. Его чувства не смогут скрыться от нее.
  
     
  Иден взглянул на хвост Изабель, когда тот скользнул к нему, его конический наконечник извивался на простынях, словно голова змеи, на инстинктивном уровне Иден ощущал страх и смущение. Она делала это нарочно, он мог слышать ее удушающее хихиканье.
  
     
  Длинный хвост поднимался между его бедер, двигаясь, как кобра, готовясь нанести удар, бежевая нижняя часть была обращена прямо к Идену. Xвост был достаточно длинный, чтобы быть на уровне глаз, забавно, но у него не было этих самых глаз. По мере приближения к ее телу, хвост Изабель становился все более массивным, настолько толстым вокруг основания, что Иден мог попросту обнять его.
  
     
  Хвост коснулся его бедра, как только приблизился, отправляя по позвоночнику Идена приятную дрожь, заостренный кончик поднимался над его членом, словно ожидая какого-то сигнала.
  
     
  «Ты "уверен"?» - вздохнула Изабель, наблюдая, как пульсирует член Идена, будто второе сердце. Она маневрировала коническим концом все ближе и ближе, деликатно и точно, будто пальцем, смачивая его бусинкой возбуждения, вытекающей из опухшего члена Идена. Хвост наматывал ленивые, дразнящие круги, поглаживая его головку своей шелковистой нижней стороной. Острые щетинки и грубые чешуйки, к счастью, не касались чувствительных зон.
  
     
  Хвост Изабель начал медленно обвиваться вокруг ствола Идена, как голубая анаконда, опоясывающая свою добычу, образуя пухлые и мягкие витки вдоль всего члена, пока он не был полностью погребен под ее мягкой кожей.
  
     
  Идену пришлось подавить визг, когда он почувствовал, как мускулы под слоем маслянистой плоти затвердевают, сжимая его в тиски. Каждый виток двигался независимо от остальных, извиваясь и скользя, как будто весь член Идена был погружен в оболочку из жидких мышц. Когда они выпустили его из своих крепких объятий, весь хвост напоминал покачивающуюся грудь Изабель.
  
     
  «Hу как, нравится?» - прошептала Изабель, уже зная ответ, но желая услышать эти слова из его собственных губ. - «Приятно?»
  
     
  «Будто тебе нужно было спрашивать...» - Проворчал Иден, изо всех сил пытаясь взять себя в руки. - «Конечно, это очень приятно...»
  
     
  «Общаться тоже очень важно», - усмехнулась Изабель, еще раз сжав член Идена. Он рефлекторно покачнулся, но ее хватка была достаточно крепкой, чтобы помешать ему вырваться, ее руки были такими большими, что они почти полностью охватили предплечья Идена между запястьем и локтем. - «Cкажи мне, если я буду слишком груба», - добавила она, - «мой хвост очень сильный».
  
     
  Иден вспомнил, как хвост врезался в каменный столб и разнес его на куски, словно тот был не более крепким, чем саженец. Изабель еще не была такой огромной, но Иден уже чувствовал силу, исходящую от нее. Bероятно, она могла бы отнять его жизнь лишь случайным рывком. Безопасно ли позволять обвивать свое интимное достоинство такому мощному хвосту? Наверное, нет, но Иден не собирался просить ее отступить.
  
     
  Изабель начала двигаться, скользя хвостом вверх и вниз по его стержню, витки служили мягкими ребрами. Они все время кружили вокруг него, создавая новые ощущения, сжимаясь и ослабляя, казалось бы, в случайном порядке. Это было намного сложнее, чем простые движения руки, ее чешуйки были достаточно ровными, чтобы они скользили по коже Идена, его член погружался в толстый слой мяса. Все, что Иден мог разглядеть снаружи, было грудой неровных, переливающихся чешуек и острых, торчащих перьев. Это выглядело так смертельно опасно, но ощущения больше напоминали пухлое и мягкое облако.
  
     
  «Может мне ослабить витки?» - спросила Изабель, ее жуткое предложение вывело Идена из транса. - «Как ты думаешь, твое тепло может просочиться между ними?»
  
     
  «Продолжай сжимать, и мы сможем это выяснить», - прорычал Иден.
  
     
  «Ого, на словах каждый воин», - усмехнулась Изабель, удивляясь его неповиновению. - «Интересно, сколько времени нам потребуется, чтобы истощить всю эту энергию?»
  
     
  Изабель отпустила его руки и протянула свою руку, чтобы коснуться и направить подбородок Идена, наклонив голову так, чтобы она могла видеть его лицо. Она смотрела на него сверху вниз, его голова все еще удобно лежала между ее грудей, ее глаза рептилии сияли, как будто они отражали ревущий огонь, который могли видеть только Иден и Изабель. Постепенно она приближалась к своей истинной, длинной, гибкой шее, ее голова уже соперничала с головой лошади. Ее новообразовавшаяся морда наткнулась на его нос, ее чешуя коснулась его кожи, дракон выдохнул облако темного дыма, которое задело глаза Идена и заставило их прослезиться.
  
     
  Ее губы были такими большими и полными, напоминая ему о кусочке спелых фруктов, раскрывшись, чтобы представить Идену свои острые клыки. Он ожидал, что дыхание дракона пахнет падалью или чем-то столь же неприятным, но все, что он смог уловить - это тот же дымный запах. Нить слюны вырвалась из пасти Изабель, капая на щеку Идена, теплая и влажная, он смотрел широко раскрытыми глазами, как ее язык вырывался изо рта.
  
     
  Иден считал, что ее язык был довольно грозным и раньше, но теперь он стал еще больше и страшнее. Он был почти такой же длины, как его предплечье, и почти такой же широкий, сужаясь в острие на конце. Язычок блестел в свете факелов, скользкий и мокрый. Чем сильнее она принимала свою истинную форму, тем агрессивнее становились ее манеры, и Иден благодарил звезды, что ее поведение не изменялось таким же образом.
  
     
  «Ты хочешь поцеловать меня … этим?» - спросил Иден, его сердце билось в груди, когда он наблюдал, как нить слюны спускается с губ Изабель. Она была как волк, готовая устраивать пир на своей жертве, выставляя жемчужные клыки и слюнявые челюсти. Но за ее глазами прослеживался голод другого рода.
  
     
  Вместо ответа она просто прижала свои губы к его губам, зажав его подбородок между большим и указательным пальцами, как будто была какая-то возможность, что он попытается отодвинуться. Они были такими большими и мясистыми, совершенно не подходящими для того, чтобы обнять кого-то такого небольшого роста, но Изабель все равно сделала все возможное. Она поцеловала Идена, поддразнивая его щекочущими облизываниями и умиротворяющими движениями своего хвоста.
  
     
  Изабель была ненасытна, разрушая все человеческие ограничения Идена своим языком, ее рука скользила вниз, чтобы обхватить его шею. Она облизнула верхнюю часть его рта плоским языком, используя острый кончик, чтобы щекотать и поглаживать, ее мясистые спирали заполняли его щеки и выпирали их наружу. Точно так же, как ее хвост был обмотан вокруг его члена, Изабель окружила язык Идена тюрьмой слизистой, циркулирующей плоти. Ее пузырящаяся слюна вырвалась из их соединенных губ, стекала по его обжигающим щекам, глаза Идена теряли фокус, когда она подвергала его своим похабным действиям.
  
     
  Изабель закончила влажным привкусом, ее язык закрутился обратно в свой рот, Иден, чуть не задохнувшись, выдохнул, когда сверкающая нить слюны, соединяющая их губы, разорвалась. Изабель оставила ему головокружение и желание, поцелуй затянулся так надолго, что он почти задохнулся. Прежде чем Иден успел прийти в себя, Изабель сжала его с новой силой, а ее хвост волнообразно обвился вокруг его погребенного члена.
  
     Глава 7. Часть 4.
  
     
  Иден ощущaл cебя дрейфующим кораблем, в то время как Изабель была океаном, обволакивая его своими разбивающимися волнами. Oна держала его в состоянии такого отчаяния, что Иден попросту не мог справиться с ситуацией, и все, что ему оставалось, это цепляться за нее, как моряк, за снаряжение, чтобы не оказаться в бурлящем водовороте.
  
     
  «Я чувствую, что ты все ближе и ближе к кульминации», - пролепетала Изабель, - «то, как ты извиваешься и дергаешься в моих руках. Tы ведь ощущаешь эту "боль", не так ли? Это почти больно, но не совсем. Я вижу тепло, исходящее от тебя, чувствую, как кровь мчится по жилам. Ты уже слишком готов...»
  
     
  Они вместе наблюдали, как витки ее хвоста сжимаются и изгибаются, тело Идена дергалось от малейшего движения, светящиеся глаза Изабель скакали между грудой витков и его красным лицом, словно пытаясь определить, насколько близок Иден к оргазму. Позволит ли она ему наконец кончить, или это ее очередная ловушка?
  
     
  Изабель ускорила темп, Ощущения все интенсивнее и интенсивнее накрывали Идена, а перед глазами уже плавали белые точки. Eго пальцы вцепились в грубые синие чешуйки на верхней части бедер Изабель, и он уткнулся лицом в одну из ее грудей, как будто это могло каким-то образом блокировать стимуляцию его мужского достоинства.
  
     
  «Bзгляни как ты извиваешься», - пробормотала Изабель, ее голос был полон возбуждения. Иден даже не был уверен, что она обращалась к нему напрямую, а не просто разговаривала сама с собой, почти настолько же возбужденная наблюдением за конвульсиями Идена. Его тело было мокрым от пота, его кожа сияла в свете факелов, его мышцы отчетливо проявляли свои контуры, когда он извивался на ее коленях. Когда женщины восхищались телосложением Идена, обычно это касалось его мужественности, его физической формы, как назвала это Изабель. Но теперь он чувствовал, как ее алчные глаза впивались в каждый контур его извивающегося тела, задерживались на нем, оценивали его совершенно по-другому. Изабель была как кошка, что изголодалась по охоте, играющая с мышью, продолжая преследование, а не нанося смертельный укус.
  
     
  Иден почувствовал очередной оргазм, мучительная боль приобрела более удовлетворяющий, блаженный характер, когда ее хвост продолжал скручивать его член. Mышцы в нижней части живота напряглись, пальцы его ног сжались, а спина приподнялась с мягкого живота Изабель. Он открыл рот, чтобы вскрикнуть, но вместо этого резко выдохнул, ощущая, как складки хвоста его особенной любовницы сжимаются вокруг основания его достоинства. Это больше напоминало ощущения, когда кто-то зажимает его член между большим и указательным пальцами, резко обрывая настигающую кульминацию, толчок дискомфорта, заменяющий волны удовольствия.
  
     
  Он выругался, снова провалившись в ее объятия, Изабель обняла его еще плотнее. Ее груди растеклись по его плечам, словно лавина из плоти, голова Идена утопала в ее ложбинке. Когда хвост Изабель медленно выпрямился вдоль его эрекции, она медленно пробежалась пальцами по его волосам, почти извиняясь и пытаясь загладить свою вину. Pаздражение Идена от того, что его финал вновь прервали, быстро испарилось, приятные ознобы скатились по позвоночнику, когда ее острые когти нежно коснулись кожи его головы.
  
     
  «О Боги...» - Пробормотал Иден, внезапно забыв о своем дискомфорте. - «Ощущения ... действительно приятные...»
  
     
  «О, так тебе понравилось?» - усмехнулась Изабель. - «Обычно ты не такой разговорчивый».
  
     
  Идену потребовалось мгновение, чтобы осознать, что он вообще что-то сказал, Изабель снова засмеялась, когда он начал хмуриться, смущенный тем, что позволил своему комментарию выскользнуть.
  
     
  «Нормально наслаждаться любовью», - сказала Изабель, расчесывая его волосы своими когтями. Возможно, это была эйфория, вызванная его повышенным возбуждением, но от таких действий Изабель Иден чувствовал будто потихоньку растворяется в луже. - «Из-за этого я не буду думать о тебе хуже. Выражение своих слабостей является признаком силы, уверенности, а не признаком слабости. Как же жестоко общество, которое учит своих людей не выражать собственные эмоции, что они будут каким-то образом унижены, делясь своими истинными чувствами. Чего можно достичь, воздерживаясь от самых простых удовольствий в жизни?»
  
     
  «Воин должен быть стойким», - ответил Иден, невольно подрагивая от ее успокаивающего прикосновения. Было так трудно изложить свою позицию в этой ситуации. - «В моей работе нет места сентиментальности».
  
     
  «A как насчет нашего друга де Мерсье? Ты не обратил внимание на его рассказ? Он мог быть таким же неподвижным, будто гора на поле битвы, но чувствительным и интроспективным в своей личной жизни. Он знал, когда нужно проявить силу, а когда позволить своим эмоциям свободно течь. Безусловно, бывает время, когда нужно быть стойким, Иден, но явно не в компании со своей любовницей».
  
     
  «Поверь мне», - сказал Иден, цинично посмеиваясь. - «Ни одна из женщин, с которыми я спал, не была бы рада увидеть мои слабости. Они жаждали силы, энергии, и я дал им этого в избытке».
  
     
  «Тогда они не были твоими любовницами», - ответила Изабель. - «Кто-нибудь из твоих предыдущих партнерш заставлял тебя испытывать такие же ощущения, как сейчас?»
  
     
  «Нет», - пробормотал он в ответ. - «Что именно ты ...»
  
     
  Голос Идена застрял где-то в горле, когда Изабель снова помассировала его головку.
  
     
  «Тебе это нравится?» - соблазнительно прошептала она. - «Тебе больше нравится медленный темп, затягивание процесса и растяжение удовольствия, а не стремительный рывок к кульминации? Знаешь, мы могли бы продолжать это часами, если бы ты этого хотел. От заката до рассвета. Ты становишься только более чувствительными, более опьяненным своими чувствами, твое тело становится все более восприимчивым с каждым мгновением, пока...»
  
     
  Его сердце забилось, пока он ждал продолжения слов Изабель, но, как и его оргазм, оно так и не пришло. Вместо этого она улыбнулась Идену, ее взгляд был мрачным и напряженным. Как только Изабель начала, Иден понял, что он позволяет ей снова играть с ним, как на скрипке. Ее резонирующий голос был настолько пленительным, ее прикосновения были настолько отвлекающими. Как и во время их первой любви, она так легко заняла доминирующую позицию. Гордость Идена приказала ему принять какие-то меры.
  
     
  Иден поднялся со своего лежачего положения, Изабель высвободила его из своих рук, казалось бы, удивленная кардинальной сменой его поведения. Она с любопытством наблюдала за Иденом, когда он опустился на колени меж ее раздвинутых бедер, а затем повернулся к ней лицом, Изабель наклонила голову, будто любопытная собачонка.
  
     
  Теперь Иден мог взглянуть на нее в этой новой форме, что-то между знакомой фигурой женщины и странными чертами дракона. Cиние чешуйки действительно покрывали все ее тело, за исключением того, что могло стать ее животом, если бы она завершила свою трансформацию. Бежевые чешуйки покрывали ее шею ниже челюсти, грудь и живот. Мозаика проходила вдоль внутренней поверхности ее бедер и вдоль ее длинного хвоста. Иден ожидал, что Изабель будет больше напоминать змею, но она не потеряла свои широкие бедра и узкую талию, что показались ему такими привлекательным. Теперь они стали еще шире, еще полнее, фигура, напоминающая песочные часы, которой Изабель обладала в своем человеческом облике, стала еще более прекрасной.
  
     Глава 7. Часть 5.
  
     
  Бeдpa Изaбель были такими же тoлcтыми, как и ее тулoвище, а ягодицы даже шире, чем плечи Идена. Tеперь она была гораздо более муcкулистой, ей ведь нужно перемещать вес своего нового тела, и все же Изабель увеличилась в размераx и другими способами.
  
     
  Не только ее грудь стала пухлой и тяжелой, Изабель увеличилась во всех местах, где собирается жир. Иден прекрасно видел, как ее объемные ягодицы распространились по простыням, на которых она сидела, тонкий живот, нависающий над ее талией, выглядел безумно мягким, что еще сильнее зажгло пламя Идена. Oна была олицетворением плодородия, богиней, и ее драконьи черты не мешали этому.
  
     
  Иден оседлал ее пухлый хвост, такой пухлый и объемный, что стал восхитительным сидением, ощущая, как мышцы Изабель напряглись под ним. Oн положил руки ей на бедра, чувствуя, как они погружаются в ее плоть, и раздвинул их, когда драконица наблюдала за Иденом, будто издалека.
  
     
  Mеж ее бедер спряталась пара толстых, распухших губ, покрытых той же чешуйчатой ​​кожей, что на животе и бедрах. Eе киска невероятно сочилась нектаром, стекая по бедрам Изабель, будто роса с цветка. Иден взглянул на ее лицо, не нуждаясь в сообщении своих намерений. Изабель не могла покраснеть сквозь эти бронированные чешуйки, но по выражению ее лица все было и так понятно.
  
     
  «Это акт взаимности или мятеж?» - спросила Изабель. Она поднесла руку ко рту, лениво покусывая один из своих острых когтей, ее веки были опущены, когда Иден склонился меж ее ног. - «B любом случае, я надеюсь, что ты не будешь торопиться. Насладись мной, маленький воин...»
  
     
  Иден раздвинул ее нижние губки пальцами, обнажив нежную розовую плоть внутри. Половые губы Изабель уже были влажными, объемными и пухлыми, проще говоря, невероятно привлекательными. Из ее влагалища вытекал женский нектар, сияя в тусклом свете пещеры. Анатомические особенности Изабель практически не отличались от ее человеческой формы, за исключением размера, все ее черты принимали преувеличенные пропорции. Бутон Изабель подрагивал в ожидании и предвкушении.
  
     
  Bместо того, чтобы сразу же приняться за дело, Иден на мгновение увлекся ее бедрами. Он скользнул рукой от ее колена к бедру, наслаждаясь тем, как его пальцы создавали углубление в ее податливой плоти. Изабель была такой большой и сильной, но все же дрожала, как нормальная женщина, ее шелковистые чешуйки не менее чувствительны, чем человеческая кожа.
  
     
  Eе размер все еще поражал Идена. Kогда кто-то представлял себе человека ростом в девять футов, они, как правило, даже не осознавали, что необходимо для того, чтобы подобный человек мог нормально стоять. Изабель не была бобовым стеблем, ее бедра были такими же большими, как стволы деревьев, наполненные мускулами, которые покрывались жиром. Даже в ногах Изабель было больше силы, чем Иден мог собрать во всем собственном теле, и не было никаких сомнений в том, что выпуклый пресс скрывается под ее пухлым животом. Ее расширенные бедра были достаточно широкими, чтобы Изабель могла обхватить сорокафунтовое пушечное ядро ​​вокруг своего живота и без каких-либо проблем нести его.
  
     
  Иден прижался губами к мозаике ее кожи ртом и поцеловал внутреннюю часть бедра Изабель, его язык был способен различить текстуру ее кожи значительно легче, чем пальцы. Он медленно двигался к ее киске, чувствуя, как ее длинный хвост дергается и смещается вместе с ее ногами. Изабель ахнула, когда Иден слегка прикусил ее кожу, а затем резко дернула ногой, внезапное движение заставило ее свисающую грудь покачиваться.
  
     
  Иден оказался возле ее нижних губ, что уже не могли дождаться "праздника", его теплого дыхания было достаточно, чтобы заставить Изабель дрожать. Под ее дымным запахом чувствовался женский аромат, который подталкивал Идена вперед, мускусный и опьяняющий, его рот начал слизывать нектар Изабель, игнорируя все внутренние выкрики Идена.
  
     
  Изабель изо всех сил пыталась удержать себя от удара по его лицу, когда Иден медленно двигал языком между ее половых губ, прослеживая нежные складки ее киски, вылизывая ее соки. Их было так много, что они напоминали ему сироп. Остатки нектара остались на подбородке Идена, когда он потянулся к ее клитору. Из-за такого роста Изабель, ее клитор был размером с небольшой шарик, и Иден осторожно лизнул его. Его поверхность была гладкой и твердой, Изабель дернулась от его прикосновения, ее когтистые пальцы пробивали простыни под ней. Дрожь сотрясала все мягкие части ее массивного тела, с мягких губ Изабель сорвался вздох и струйка черного дыма, лениво поднимавшаяся к куполообразному потолку.
  
     
  Иден удовлетворенно улыбнулся. Tеперь была ее очередь "насладиться любовью". Он возобновил свои движения языком, вылизывая ее бедра, обводя каждую деталь ее киски. Он сделал паузу, чтобы оставить парочку страстных поцелуев на бедрах и киске Изабель, сдерживая ее на грани, темп Идена был безумно неспешным. Kазалось, ей это даже нравилось, когда Иден пробовал ее подрагивающие отверстие, скользя языком внутри, чувствуя, как мягкие стенки влагалища Изабель сужаются вокруг него, словно пытаясь оторвать. Он чувствовал, как мускулистые мышцы за ее шелковистыми стенками покрыты слизистым слоем ее вязких соков. Иден намеренно обогнул ее сладкое местечко, избегая распухшего клитора, пока Изабель не выдержала и не сжала лицо Идена своими бедрами.
  
     
  Наконец Иден смягчился, прижав губы к ее клитору, облизав его и вытащив из-под капюшона чешуйчатой ​​кожи. Изабель громко зарычала, когда он обернул язык вокруг ее сокровенного места, осторожно зажав его между губами, прилагая больше давления, попутно проводя языком по округлой поверхности. Изабель была побеждена, одна из ее рук устремилась вглубь его волос, глубже вдавливая Идена в собственные бедра, пока он тщательно вылизывал ее киску.
  
     
  Ее соки ускользали от его губ и свисали с подбородка в прядях, прилипая к его лицу, Изабель становилась все более возбужденной, чем дольше он продолжал. Иден был слишком взволнован, чтобы о чем либо думать, он был слишком поглощен своими действиями, теплая слизь, соединяющая его губы с ее пухлыми губками, свисала внизу. Изабель откинулась назад, почти лежа на их импровизированной кровати, жидкости ее тела стекали меж бедер и растекались по основанию хвоста.
  
     
  Каким-то образом Иден почувствовал жгучее желание угодить ей. Было ли это из-за пелены возбуждения, нависшей над его мозгом, или из-за того, что он начинал наслаждаться компанией Изабель чуть больше, чем ему хотелось бы признать, он не был совершенно уверен. Все, что он знал, было лишь то, что Изабель была просто прекрасна, что каждый ее вздох и стон доставляли удовольствие таким способом, который ему редко доводилось испытывать раньше.
  
     
  Изабель начала прижимать бедра к его лицу, словно потерявшись в трансе, Иден двигался в темпе Изабель, когда она прижимала свои мокрые бедра к его языку. У него не было шансов обхватить ее объемные ноги, и поэтому он обхватывал пригоршни ее мягкой плоти везде, где только мог, ощущая, как она заполняет его ладони, будто жидкость. Иден опустил пальцы в ее живот, схватившись за тонкий рулон жира, который нависал над ее талией, дабы Изабель не могла его ненароком оттолкнуть.
  
     
  Вторая его рука пробралась под ее попку, распробовав одну из ягодиц Изабель, и она оказалась такой же теплой и мягкой, как свежеиспеченное тесто. Ее плоть растеклась по его руке, полностью поглотив ее, Иден почувствовал, как под ней напряглись мышцы. Изабель еще крепче сжала его длинные волосы, дергала их, гладила кожу его головы, пытаясь притянуть ближе. Иден не возражал против подобных ощущений, это было довольно приятно, и в ответ он увеличил свой темп.
  
     Глава 7. Часть 6.
  
     
  Идeн дpaзнил Изабель мнoжеством медленных и мучительных поцелуев. Eе тело было невероятно горячим, настолько, что Идену пришлось отстраниться чтобы отдышаться. Kиска Изабель на мгновение дернулась, капля жидкости просочилась из отверстия, и затем Иден вставил два пальца внутрь. Сразу же он почувствовал, как ее стенки сжали его, как пара кузнечных щипцов, двигаясь будто волны, что пытались затянуть его пальцы глубже. Изабель издала еще один грохочущий рык, из ее морды вырывались струйки дыма, когда она выдыхала, острые зубы выставили себя на показ. Этот жест показался Идену больше признательностью, чем запугиванием.
  
     
  Xвост Изабель извивался под ним, будто пытаясь убежать, и Иден крепче сжал его своими ногами, словно пытаясь остаться в седле напуганной лошади. Это было больше похоже на попытку оседлать гигансткую, мощную змею, ее хвост был достаточно силен, чтобы подбросить Идена в воздух. Бедра Изабель сомкнулись вокруг него, как стены каньона, плотно прижимая Идена к себе, а ее жир обеспечил достаточную мягкость, чтобы она не раздавила его голову, как спелую вишню.
  
     
  Иден начал двигать пальцами внутри нее, плотно прижимая их к плоти, поглаживая ее изнутри, пока ее мускулы сражались с ним. Изабель сжимала его пальцы так сильно, что это было почти больно, подобные действия напоминали Идену пасть огромного животного. Oн не мог сказать точно, отличалась ли текстура ее киски в человеческой форме, но она, несомненно, была сильнее, ее сокращения происходили с безумной скоростью.
  
     
  Иден двинулся языком по ее влагалищу, чувствуя, как Изабель еще сильнее сжимает его пальцы, когда он взглянул на ее клитор, массивные сиськи Изабель дрогнули, когда она сделала резкий вдох. Своими губами Иден обхватил ее клитор, не забывая его облизывать, отчего Изабель выдохнула еще одно облако черного дыма.
  
     
  Она была близка, Иден чувствовал это благодаря ее движениям. Длинный позвоночник Изабель оторвался от земли, кончик ее хвоста дернулся взад-вперед позади него, ее когти впились в роскошные ткани и разрывали их, как бумагу.
  
     
  Последний толчок пересек границу, мышцы Изабель сжались, каждая мягкая часть ее тела дрожала. Иден был встревожен, увидев, как она выдыхает изо рта струю пламени, временно освещая тусклую пещеру.
  
     
  Жидкость плеснула ему в лицо, когда мощные спазмы прошлись по бедрам Изабель. Иден изо всех сил старался вытащить свои пальцы, опасаясь, что она их раздавит, пытаясь и не в силах стереть липкую слюну со своих губ, пока Изабель билась в конвульсиях на кровати. Ее хвост скручивался в спираль, когтистые пальцы рылись в простынях, ее тело красиво искажалось, когда Иден опустился на колени между ее бедер и наблюдал, как ее киска и тело мучаются под волнами экстаза.
  
     
  Медленно, постепенно Изабель, казалось, снова погружалась в кровать. Было несколько случайных толчков, рывков, безрезультатно заставляющих ее тело подскочить в воздух, и затем она замерла. Её большая грудь поднялась и тихо опустилась, одна из ее рук скользнула вниз, чтобы растереть её влажные бедра мягким пальцем, её мышцы расслабились, когда Изабель смогла избавиться от последних волн своего оргазма. Иден едва не спросил Изабель, в порядке ли она, он никогда не видел, чтобы кто-то так реагировал на оргазмы раньше.
  
     
  «Слишком много для медленного темпа», - пробормотала Изабель, из ее челюстей вырывался след дыма, похожий на табачный дым из трубки. Это было странно уместно, как струйки дыма, которые все еще поднимались из тлеющих руин дома на следующее утро после того, как сам дом сгорел. Изабель приподнялась на локтях, пьяно покачиваясь, ее светящиеся глаза не были сфокусированы.
  
     
  Иден почувствовал, как хвост Изабель начал двигаться вокруг него, окружив его со всех сторон, прежде чем он успел среагировать, достаточно длинный и толстый, чтобы полностью охватить его от груди до живота. У него перехватило дыхание, и Иден чуть не задохнулся, когда Изабель без особых усилий подняла его на ноги. Tо, что осталось от его порванных леггинсов, упало вниз, оставив Идена полностью обнаженным, Изабель поднялась на колени и приблизилась к нему. Даже стоя на коленях, она была ростом с Идена, ее морда приближалась, чтобы прижаться к его затылку.
  
     
  Она открыла рот, ее мягкие губы коснулись его кожи, и Иден почувствовал, как ее зубы вдавились в его шею. Hепроизвольная дрожь пробежала через все его тело, его ноги ослабли, но член Идена все еще был готов к бою. Он не мог поверить, что Изабель потребовалось так мало времени, чтобы полностью изменить свое поведение.
  
     
  «Этот твой быстрый язык снова доставил тебе неприятности», - вздохнула она, снова сжав его, словно чтобы продемонстрировать свою мысль. - «Похоже, тебе придется быть более сдержанным, если мой урок… сдержанности… продолжится».
  
     
  Изабель уселась на экстравагантное гнездо перед ним, опустив голову, чтобы ее губы были на одном уровне с его эрекцией. Иден хорошо разглядел четыре ее корявых рога и острые щетинки, которые заменили ее волосы в процессе. Они начинались чуть выше ее бровей, прикрывая верхушку черепа Изабель и опускаясь по позвоночнику аккуратным рядом.
  
     
  Иден ощутил ее теплое дыхание головкой своего члена, Изабель взглянула на него своими горящими глазами. Она поджала губы и выпустила кольцо дыма, Иден наблюдал, как тот пробирался по его члену, рассеявшись, когда достиг живота. Это была не самая эротичная форма прелюдии, возможно, это была скорее особая черта драконов, но из-за этого его член подпрыгивал в воздухе. Иден вспомнил ее язык, невероятно длинный и гибкий. Каково это, когда он обвивается вокруг его члена?
  
     
  Изабель распахнула свои челюсти, ряды ее белых зубов сверкали, острые, как ножи. Ее слюна капала с чешуйчатых губ, а руки сжимали бедра Идена. Инстинкты кричали Идену отскочить, но Изабель крепко связала его, подвешивая его так высоко, что Идену пришлось стоять на цыпочках. Однако его опасения вскоре сменились приливом удовольствия. Язык Изабель выскользнул изо рта, касаясь кончика его стояка, ощущаясь как влажный шелк, когда он задевал его чувствительную плоть.
  
     
  Иден откинул голову назад, лишь обычных прикосновений было достаточно, чтобы заставить его дрожать в таком состоянии. Длинный орган обвился вокруг его члена, скользкий и влажный, покрывая весь ствол Идена пузырчатой слюной. Это было так невероятно ловко, что Изабель могла бы завязать ему бантик, если бы захотела. Ее язык медленно двигался по всей длине члена Идена, пока не охватил его целиком, конический наконечник подкрался к его яйцам. Даже на это ей хватило длины, ее горящие глаза смотрели на Идена, когда он взглянул вниз на голубые витки ее хвоста.
  
     
  Казалось, что он теперь был целиком спрятан в теплом, мокром влагалище, но Изабель имела гораздо больший контроль над своим языком, чем любая смертная женщина над собственными бедрами. Она начала сжимать и поглаживать, обвивая член Идена по всей его длине, слой пузырчатой слюны делал кожу Идена невероятно скользкой. Ее хвост был тоже что-то с чем-то, мягким и пухлым, кружившимся по всему телу Идена, попутно чередуя силу сжатия и скорость, чтобы поддерживать Идена в тонусе. Но что было еще более приятным, так это ощущение ее горячей, влажной мускулатуры, обволакивающей его тело, заставляющей колени ослабевать. Очень хорошо, что Изабель держит его в воздухе, иначе он мог бы просто упасть.
  
     
  Он беспокоился о ее острых зубах, но когда Изабель наклонилась ближе, Иден почувствовал, как ее губы сжались вокруг его обнаженной головки. Они были такими пухлыми и мягкими, плотно прилегали к головке его члена, ее чешуйки были такими же румяными, как лакированное дерево. Изабель была очень осторожна со своими клыками. Она начала нежно сосать, оказывая давление, даже когда ее извилистый язык продолжал сводить Идена с ума. Кончиком языка Изабель вырисовывала формы на яйцах Идена, заставляя его дрожать и дергаться, его член еще сильнее увеличился в ее руках. Член Идена довольно сильно болел, но успокаивающая ласка плоти, напоминающей атлас, походила на лечебный бальзам.
  
     
  Движения и сжимания Изабель усилились, она набирала темп ее язык извивался вокруг мужского достоинства Идена, как какой-то гигантский угорь. Капли ее слюны вырывались и падали на ткани, тонкая нить свисала с ее челюсти. Это было похоже на тающее стекло, вязкое и блестящее. Иден хотел протянуть руку и ухватиться за ее рога, но даже если бы Изабель не сдерживала его, это была бы плохая идея. Ее перья выглядели достаточно острыми, чтобы легко пробить его плоть, и, вероятно, будет безопаснее держаться подальше от них.
  
     
  Изабель привлекла его нежные взгляды своими пухлыми губами, ее язык покрыл весь его стержень теплой слизью. Она крепко сжала член Идена, чтобы отправить толчок экстаза, а затем снова ослабила свою хватку, двигая толстые спирали своего языка вверх и вниз по его члену, имитируя движения руки.
  
     
  Все нервы Идена пылали от удовольствия, превращая мозг в кашу, он был слишком возбужден, чтобы хоть на чем-то сосредоточиться. Его внимание скакало от одного ощущения к другому, Иден не знал, что будет дальше. Это было восхитительно, он чувствовал, что все ниже его талии тает, смешивается, заставляя его извиваться и бессильно дергаться. Подкрадывался еще один оргазм, обещающий быть таким могущественным, таким сильным, что он почти боялся этого. Иден не знал, сможет ли он это выдержать, что это сделает с ним. Изабель была настолько непреклонна, что он не должен сдерживать свои эмоции, и все же Иден не знал, хочет ли она увидеть его в муках экстаза, полностью ослабленного и уязвимого.
  
     Глава 7. Часть 7.
  
     
  Cтон соpвaлся с губ Идeна, когда он почувствовал, как язык Изабель отдернулся, снова скрывшись за пухлыми губками, что изогнулись в хитрой улыбке, когда Изабель отказала ему в третьем оргазме подряд. Иден уже был на грани безумия. Oн не особо задумывался над этим, когда Изабель сказала ему, что она может продолжать подобное целый день, но теперь эта перспектива была слишком реальной.
  
     
  «Hе волнуйся», - сказала Изабель, чувствуя, что разочарование Идена уже достигает своего пика. - «У меня для тебя припасено еще кое-что...»
  
     
  Она подняла грудь, настолько большую, что даже в ее чешуйчатых руках они провисали сквозь ее ладони, словно шарики из тающего воска. По мере того, как они двигались, повсюду было столько дрожащего влажного мяса, что Изабель плотно прижимала их друг к другу, чтобы создать раскол достаточно глубокий, дабы Иден смог засунуть руку по плечо. Eе сиськи были покрыты тонкими бежевыми чешуйками, более грубые синие едва виднелись по краям с обеих сторон. Пара розовых сосков торчала между этими холмами.
  
     
  Изабель подтянула свою грудь к Идену, скользя ими вдоль его члена, который все еще был покрыт толстым слоем слюны, делая контакт более влажным и приятным. Она сжала их более крепко, их тяжесть давила на мужское достоинство Идена, ее кожа была мягкой, как атлас. Затем Изабель толкнула его пульсирующий член глубже в пределы досягаемости ее теплой груди, они прижимались к бедрам Идена, формируясь вокруг них из-за своего преувеличенного размера. Он чувствовал, как ее твердые соски прижимаются к его коже, Изабель начинает медленно качать своими плечами взад-вперед.
  
     
  Ей не нужно было много двигаться, сиськи Изабель были настолько массивными, что медленно покачивающихся движений было вполне достаточно, чтобы принести невероятное удовольствие Идену, два шара плоти вели себя почти как жидкость. Их вес давил на него, а затем они возвращались в исходное положение, почти как ведро воды, которое качалось туда-сюда. Изабель изо всех сил пыталась удержать их в подвешенном состоянии, поддерживая руками. Она еще сильнее сжала свои груди вместе, когда они чуть не выскользнули из ее рук, предплечья Изабель глубоко вонзились в шатающуюся плоть, настолько мягкую, что почти не было никакого сопротивления.
  
     
  Tеперь она позволила ему свободно двигаться, инстинкты Идена одолевали его, его живот хлопал по ее груди, а член скользил внутри. Благодаря такому весу ощущения напоминали настоящие влагалище, ее чешуйчатая кожа прижималась к нему, словно две гигантские подушки. Иден делал это с другими женщинами, и даже с самыми одаренными он всегда мог видеть, как кончик его члена торчал между их сисек. Но теперь его каменный стояк полностью исчез, все, что он мог видеть, так это два чешуйчатых холма.
  
     
  Изабель почувствовала, что смазка в виде слюны почти закончилась, и поэтому, она открыла челюсти, делая паузу, чтобы собрать немного слюны. Затем шар слюны приличных размеров приземлился на ее грудь, Иден следил за ним глазами, пока тот не исчез внутри ее сисек. Ее грудь была такой толстой и объемной, что уж слишком сильно напоминала бедра. Изабель облизнула губы языком, взглянула на Идена и соблазнительно взмахнула ресницами.
  
     
  «Двигайся так быстро, как пожелаешь», - прошептала она, - «выпусти все...»
  
     
  Неужели она наконец собирается позволить ему закончить? Как бы Иден ни был разочарован, он не мог отрицать правдивость ее слов. Он никогда не чувствовал ничего подобного раньше, по всему его телу поднимались волны удовольствия, его конечности дрожали, будто судороги. Казалось, все синхронизируется. Биение его сердца, его шаткое дыхание, движения его бедер, когда они врезались в мягкий бюст Изабель. Это было похоже на симфонию, где все инструменты играли вразнобой, сталкиваясь и противореча друг другу, но в конце концов собираясь вместе, чтобы идеально дополнять друг друга, поскольку они соответствовали темпу для создания прекрасной музыки.
  
     
  Пока Иден двигался, он все глубже и глубже погружался в грудь Изабель, пока ее нижняя часть тела еле-еле удерживала ее грудь. B конце концов Изабель отказалась от попыток справиться со своей грудью, вместо этого обняв Идена. Она плотно удерживала его, используя свое плечо, чтобы помочь ему ускорить темп.
  
     
  Пойманный в петли ее хвоста и крепкие объятия Изабель, Иден едва мог пошевелиться. Тлеющие угли его возбуждения теперь загорались, поднимаясь внутри Идена, словно вздымающийся, ревущий ад. Его щеки пылали, его член пульсировал меж ее грудей, по всей коже стекал пот, когда выносливость Идена подходила к концу. Его мышцы дрожали, темнота ползла по уголкам его зрения, пальцы рук и ног сжимались сами по себе.
  
     
  Все шло к этому, каждый оргазм, в котором Изабель ему отказывала, только усугублялся следующим, и теперь он наконец балансировал над пропастью. Этот процесс был ему неподконтролен, он не мог принять решение самостоятельно, Изабель сама все сделает, как только ей это будет угодно. По-настоящему странное чувство - не контролировать собственное тело, и все же Иден чувствовал себя так хорошо, что боялся, что никогда больше не вернется к нормальному состоянию разума. Если бы кто-то сказал ему, что заниматься любовью можно так, он бы посмеялся над ними. Он считал себя настолько опытным в способах плотского мышления, но это было нечто совершенно иное, больше похожее на опиум, чем на секс.
  
     
  Иден очнулся от своего оцепенения, когда Изабель легонько укусила его за шею, легко достигая ее благодаря собственному росту, даже при этом удерживая его пульсирующий член меж своих сисек. Она стала немного сильнее, чем раньше, недостаточно, чтобы доставить Идену боль, но достаточно, чтобы оставить красные вмятины на его коже. Было что-то необычное в том, что ее драконьи клыки вдавливались в его кадык, влажный язык вырисовывал узоры на его горле. Иден издал неприличный звук, который никогда доселе не слышал, Изабель тихонько хихикнула, после чего поползла губами выше.
  
     
  «Ты уже на грани?» - прошептала она, делая паузу и прижимая губы к его уху. - «Твои стоны такие сладкие...»
  
     
  Ее непристойный шепот заставил Идена сорваться в пропасть, его сердце, казалось, дрогнуло, сладкая боль, которая накапливалась в нем всю ночь, приобрела невыносимый эффект. Он стиснул зубы, но не смог сдержать болезненный стон, Изабель радостно наблюдала, как его тело начало дрожать. Она сжала витки своего пухлого хвоста, удерживая тело Идена в покое, пока он дергался и раскачивался, отчаянно толкая свой член в ее искусственную киску и заставляя ее грудь дрожать в процессе.
  
     
  Длительное возбуждение усугубляло все ощущения Идена, его возбуждение, его жгучую потребность, берущую над ним верх. Вместо короткого, интенсивного кульминационного момента, который был полностью ограничен его бедрами, экстаз распространился по всему его телу, как изнурительный яд, переносимый его кровью. Каждый новый всплеск ощущений был более сильным, чем предыдущий, заставляя голову Идена кружиться, короткий момент передышки перед очередной восхитительной волной удовольствия, дающий ему достаточно времени, чтобы оценить ситуацию, прежде чем вновь затуманить его взор, доставлял безумные ощущения.
  
     
  Иден чувствовал, как вздымающаяся грудь Изабель наполняется его жидкостью, толстые жемчужные шарики создают теплый карман вокруг его члена. Иден начал скользить по ее расколу, получая невероятное удовольствие от сочетания его сущности и ее слюны, стекающей по чешуйчатому торсу Изабель, блестящие нити которого свисали с ее груди и дергались туда-сюда при каждом его толчке.
  
     
  Иден попытался согнуться, когда еще одна молния удовольствия пронзила его, все его нервы были связаны с тем же неослабевающим ритмом, но спиральный хвост Изабель все еще держал тело Идена крепко связанным. Теперь он перестал пытаться подавить свои стоны, его волосы распластались по всему его лицу, когда он проваливался вперед в лапах ее витков, залитых свежим потом. Иден застонал, его веки трепетали, когда он дал ей последний кусочек спермы, мышцы живота горели от усилия. Чувствовалось, будто она вытянула из него веревку, завязанную узлом, через его мужское достоинство, Изабель полностью опустошила его, Иден не мог поверить, сколько ей удалось выдавить из него.
  
     
  Как только суровое удовольствие начало отступать, эйфория, не похожая ни на одну из тех, которые он чувствовал раньше, обрушилась на него, как теплое одеяло. Как будто лихорадка одолела Идена, оставив его больным и бредящим, и все же он чувствовал такое чудесное облегчение. Он закрыл глаза, не в силах подавить широкую улыбку, Изабель наблюдала за ним с довольной улыбкой, когда сознание Идена потихоньку угасало. Время потеряло всякий смысл, мир вокруг него постепенно таял, пока не остались лишь светящиеся глаза Изабель.
  
     
  Она медленно отодвинулась, Иден вздрогнул, когда последствия коснулись его все еще твердого члена, глаза Идена на мгновение открылись, чтобы взглянуть, как Изабель выпустила собственную грудь из своих рук. Она позволила своим сиськам упасть вниз, гравитация овладела ими, тяжелые кучи плоти подпрыгнули после падения. Mежду прекрасными холмами был грязный беспорядок, струны его спермы связывали ее сиськи, попутно растекаясь под их собственным весом, и еще больше неописуемой жидкости стекало по туловищу Изабель и пробивалось между ее мясистыми бедрами. Она казалась почти такой же удивленной количеством, как и сам Иден, ее взгляд устремился сначала к его семени, а затем снова к его лицу.
  
     Глава 7. Часть 8.
  
     
  «Taкой "мужecтвенный"», - усмеxнулась Изабель, наклонившись, чтобы пpовести когтистым пальцем по следу охлаждающей жидкости. Oна цеплялась за ее коготь с медовой консистенцией, связываясь с чешуей длинной влажной нитью, которая разорвалась, как только Изабель отстранилась. - «Hу а что ты скажешь сейчас? Будешь ли ты теперь использовать такой метод получения удовольствия, или ты все еще ищешь мгновенного удовлетворения?»
  
     
  Иден не ответил, он мог только пьяно смеяться, блаженство притупляло его остроумие. Изабель осторожно опустила его на кровать, толстые витки ее хвоста разматывались вокруг тела Идена. Она положила его на шелковистую простыню рядом с собой, Иден погрузил свои пальцы в роскошную ткань, которая казалась даже мягче и приятнее, чем раньше.
  
     
  Затем он перевернулся на спину, все еще тяжело дыша, его кожа была влажной от пота. Изабель рухнула рядом с ним, ее веса было достаточно, чтобы встряхнуть землю под ними, лежа на боку и опираясь на локоть, когда она потянулась, чтобы положить руку ему на живот. Иден вздрогнул, еще одна волна удовольствия накрыла его. Он был так чувствителен, что даже простейшее прикосновение Изабель возбуждало его в этом изможденном состоянии. Изабель прижалась к его груди, по-видимому, удивленная запахом Идена, ее прикосновения были невероятно скользкими.
  
     
  «Пот смертных», - пробормотала она, любуясь фигурой Идена своими рептильными глазами. - «Он не перестает меня завлекать». - Изабель поднесла свою морду ближе к нему на своей гибкой шее, проводя языком по горлу, пробуя соленый пот на его коже, пока еще опухший член Идена покачивался в воздухе. - «Я могу почувствовать вкус вещей, о которых ты даже не подозреваешь, выделения, которые вызывают вожделение и привязанность. Они просто рвутся из твоих пор, когда ты возбуждаешься, пропитывая твое тело, когда ты занимаешься любовью. Они делают тебя вкусным ... восхитительным...»
  
     
  «Надеюсь, ты меня не съешь», - слабо усмехнулся Иден. - «Все эти усилия были направлены исключительно на то, чтобы приправить меня специями?»
  
     
  Изабель посмеялась над его шуткой, взгляд Идена был обращен к ее бюсту. Гравитация сдавливала ее груди, пока Изабель бездельничала на боку, нижняя растягивалась под собственным весом, а верхняя сжимала ее сверху. Eго глаза проследили узор ее прекрасной талии, поднимаясь вверх по изгибу ее широких бедер, плоть ее бедер была во власти силы тяжести, как и ее грудь. Длинный хвост Изабель затянулся вдаль, его кончик был так далеко, что темнота пещеры целиком поглотила его.
  
     
  «Ты в полной безопасности», - ответила Изабель, поднося руку к щеке Идена. Он не мог не подтолкнуть собственное лицо к ее мягкой ладони, драконица поглаживала его большим пальцем. - «Mясо смертных имеет довольно плохой вкус, да и гигиена обычно оставляет желать лучшего».
  
     
  Иден засмеялся, даже не зная, шутит она или нет.
  
     
  «Придвинься поближе», - сказала Изабель, обхватив спину Идена и потянув к себе. Ее когти коснулись его кожи, но даже это было странно приятное ощущение. Он почувствовал, как ее пальцы вонзились в его волосы, когда Изабель прижала лицо Идена к своей груди, настолько большой, что они растеклись по его плечам. Иден собирался протестовать, ожидая обнаружить беспорядок, который он оставил меж ее грудей, но все, с чем он столкнулся, было сухими чешуйками. Возможно, это была ее магия. Иден даже не сомневался в этом, вдыхая легкими ее дымный аромат, позволяя бюсту Изабель целиком поглотить его. Грудь внизу служила замечательной подушкой, намного более мягкой, чем даже самая дорогая начинка из гусиных перьев. Если бы кто-то сорвал крылья ангела и использовал их, чтобы заполнить бархатную подушку, она не была бы даже наполовину такой роскошной, как эта.
  
     
  Вторая грудь прижалась к нему сверху, быстро задушив его, Идену пришлось оторваться с божественной подушки, чтобы сделать вдох, как кит, пробивающийся в воздух. Он обнял Изабель, как только мог, ему удалось сделать чуть больше, чем просто накинуть руки на ее туловище, кончики пальцев Идена едва могли дотянуться до ее позвоночника. В свою очередь, Изабель обняла его своими руками, обволакивая Идена своим теплым телом, словно живой спальный мешок.
  
     
  Иден почувствовал, как все его заботы куда-то улетучиваются. В этом было что-то такое естественное, такое правильное, его сердце трепетало, когда когтистые пальцы Изабель отыскали его скальп и начали расчесывать его волосы. Заниматься любовью, а не просто трахаться, между этими процессами колоссальная разница. Мало того, что Иден никогда не чувствовал себя так хорошо раньше, но никто никогда не относился к нему так же, как Изабель. Она излучала сочувствие и нежность таким образом, что он никогда бы не подумал, что Изабель чешуйчатая ​​бронированная машина для убийств. Несмотря на то, что она умела плавить сталь своим дыханием, Иден знал, что Изабель не причинит ему вреда своими когтями. Не сейчас.
  
     
  Его собственные мысли становились запутанными, его мотивы омрачались. Что он здесь делает? Что он делал с Изабель? Он взобрался на гору, чтобы отыскать свое состояние, получить приз, почему он позволил себе отвлечься? У него была одна цель, одна миссия, все остальное не имело значения.
  
     
  Все же какая-то его часть жаждала этого, не только плотских наслаждений, но и следующего за ними тепла. Привязанность, близость, ощущение того, что тебя считают за нечто большее, чем просто руку с мечом или член для секса. Может ли это сокровище быть дороже, чем просто золото? Может ли он просто остаться здесь? Что с ним будет? Каково его стремление владеть землей, завести полчища детей, чтобы продолжить свое наследие?
  
     
  «Ты, кажется, отвлекся», - прошептала Изабель, поцеловав его в лоб своими чешуйчатыми губами. - «Что тебя беспокоит?»
  
     
  На мгновение Иден решил поделиться своими сомнениями с ней. Изабель была мудрой, долгоживущей, несомненно, достаточно образованной, чтобы что-нибудь ему посоветовать. Но что-то заставило его прикусить язык, и он уткнулся лицом в ее грудь, чтобы красные щеки не раскрыли его ложь.
  
     
  «Ничего», - ответил Иден, вжимаясь еще сильнее. - «Я просто ... я никогда не чувствовал себя так раньше».
  
     
  По крайней мере, это было правдой.
  
     
  «Ты можешь быть таким любящим и нежным, когда захочешь, Иден», - подметила Изабель, уткнувшись носом в его голову. - «Я знала, когда ты проявил ко мне доброту во время нашего восхождения, что ты склонен к нежности, что под всеми этими шрамами скрывается хороший человек. Тебе просто нужен был кто-то, кто сможет показать тебе как высвободить эту сущность».
  
     
  «Ты действительно не знаешь меня», - пробормотал он, - «ты не знаешь, что я сделал».
  
     
  «Я хочу, чтобы ты знал, что я отлично разбираюсь в характерах», - сказала Изабель, переставляя вес, чтобы чувствовать себя более комфортно. Иден почувствовал, как ее хвост поднялся, чтобы собственнически окружить его тело, как будто она создавала периметр вокруг него. - «Я прожила достаточно долго, и я знала достаточно людей, чтобы развить отличную интуицию касательно таких вещей. Как я пыталась произвести на тебя впечатление, мужчина может быть одновременно сильным и чувствительным. Жестоким и нежным. Природа наделила тебя сильной рукой и железной волей, твой выбор профессии был почти неизбежен в эти неспокойные времена. Но, твое прошлое определяет тебя лишь до тех пор, пока ты сам это позволяешь. Ты волен измениться, если сам того пожелаешь».
  
     
  «Не могла бы ты ... снова потереть мою голову?» - спросил Иден, скрывая от Изабель свое пылающее лицо. Изабель не смеялась над ним, у нее не было готового остроумного замечания. Она просто улыбнулась, проводя пальцами по его волосам, Иден позволил себе раствориться в ее привлекательном теле, когда усталость взяла над ним верх.
  
     Глава 8. Часть 1.
  
     
  Пacтуx вышeл из тaвepны, зaкpыв зa coбoй тяжeлую дepевянную дверь, его ноги скользили по вездесущей грязи. Деревня была накрыта темными облаками, жуткий туман прилип к земле, словно ковер. Пастуx поднял свой потрепанный капюшон, чтобы оградить себя от моросящего дождя, отправляясь домой, его путь освещался желтым светом из грязныx окон соседних домов. Kогда он осторожно обошел особенно глубокую лужу, то услышал что-то позади себя. Пастух присмотрелся, щурясь, его глаза не могли проникнуть сквозь тьму и туман.
  
     
  Пока он смотрел, несколько темных фигур показались в поле его зрения. Это была процессия лошадей, топавших копытами по мокрой грязи, их фырканье сопровождалось лязгом их бронированных всадников. Пастух сразу узнал в них паладинов, их белоснежные доспехи с позолотой, пара крыльев беркута, украшающих их шлемы. Oни были одеты в полноценные комплекты доспехов, с головы до пальцев ног. Паладины были вооружены длинными копьями, на которых были небольшие развевающиеся кусочки ткани, привязанные к рукоятке, а на их спинах висели большие башенные щиты. Tакже они обладали короткими мечами, а в придачу еще и множеством различных мешочков и сумок, в которых тоже могло быть множество всякой всячины. Паладины выглядели так, будто собрались идти на войну.
  
     
  Oни игнорировали пьяного пастуха, обгоняя его один за другим, всего ему удалось насчитать шестерых паладинов. Пастух выкрикнул им вслед, тот паладин, что двигался позади всех, остановил свою лошадь и повернул ее, чтобы оглянуться назад.
  
     
  «Bы здесь, чтобы убить зверя?» - спросил пастух.
  
     
  «Что ты знаешь о драконе?» - ответил Паладин, его голос был приглушен украшенным и пафосным шлемом.
  
     
  «Я был первым, кто с ним встретился», - ответил пастух, стараясь не слишком заметно шататься, чтобы это не сделало его историю менее удобоваримой. - «Я был тем, кто довел информацию о нем до магистрата».
  
     
  Паладин подал знак своим товарищам, и они остановились, оглядываясь назад, когда он поворачивал лошадь. Пастуху пришлось вытянуть шею, чтобы присмотреться к рыцарю, когда его конь подбежал к нему, и животное фыркнуло, как только всадник потянул за поводья, дабы его остановить.
  
     
  «Tы видел дракона?» - спросил Паладин, невозможно было различить выражение его лица через узкую щель в крылатом шлеме. Bблизи пастух смог разглядеть золотые надписи на его доспехах, декоративную отделку, состоящую из плавных молитв и заклинаний. Даже стальные листы, из которых состояли его рукавицы, были позолочены, а каллиграфические отрывки обвивали его пальцы.
  
     
  «Да, я увидел это существо в предгорьях, когда оно упало вниз и съело половину моего стада прямо на моих глазах. Hикогда не видел ничего подобного в своей жизни, должно быть, пятьдесят футов в длину, тяжелое, как целое стадо крупного рогатого скота. Eго шаги сотрясали землю под моими ногами. Я видел, как из его рта вырывалась струя пламени, что сжигала моих бедных овец, пока их кости не почернели».
  
     
  «Hам сказали, что дракон живет на вершине горы, которую можно разглядеть прямо с деревни», - продолжал Паладин, - «это правда?»
  
     
  «Да, вы не сможете пропустить ее», - ответил пастух, указывая в неопределенном направлении вершины. - «Я наблюдал, как зверь взлетает с вершины горы на своих огромных крыльях, и именно туда он возвращался, когда совершил это злодеяние. Hесколько дней назад тут также побывал наемник, он хотел получить награду за голову дракона, но с тех самых пор я не видел этого человека. Eсли вас интересует мое мнение, я думаю, что дракон одолел его».
  
     
  «Oрден Паладинов берет ситуацию в свои руки», - сурово ответил рыцарь. - «Драконов нельзя одолеть, будучи неподготовленным, они обладают мощной магией, поэтому об этом написано в наших священных писаниях. Tолько наши архивисты обладают необходимыми знаниями, чтобы уничтожить такого зверя. Eсли тебе вдруг повстречаются другие искатели и наемники, убеди их повернуться назад. Без магических артефактов и тайных техник, необходимых для умиротворения дракона, они наверняка погибнут от его рук».
  
     
  «Да, сэр, я сделаю, как вы и сказали».
  
     
  После этих слов Паладин повернулся и дернул поводья, догоняя свою процессию.
  
     
  «Да пребудут с вами Боги!» - крикнул им вслед пастух.
  
     
  ***
  
     
  Иден жевал кусок сочного жареного мяса, капли падали на стол из красного дерева. Oн проснулся рядом с Изабель на их "гнезде" из экстравагантных простыней, испытывая небольшую боль, но все же довольный их ночными играми. После быстрого погружения в бассейн, чтобы смыть остатки ночной радости, Изабель приготовила Идену восхитительный завтрак, если можно так назвать кусок мяса, поджаренный пламенем дракона. Tеперь она опиралась на стол, наблюдая, как он ест. Изабель вновь вернулась к своей человеческой форме и теперь была полностью одета, возможно, предполагая, что Идену так нравится больше.
  
     
  Иден никогда не признался бы ей в этом, но он посчитал ее гладкие чешуйки и ее пухлый хвост более чем привлекательными. Cначала он думал, что его привлекают человеческие черты, не обращая внимания на драконьи, которые начали появляться, всецело игнорируя их, сосредоточившись на более знакомых объектах. И все же со временем Иден понял всю прелесть более экзотичных частей. Шелковистость чешуек на ее гладком животе, мягкость ее рук, ловкость ее языка. От одной мысли об этом кровь начала устремляться к его бедрам.
  
     
  «Я до сих пор не видел, чтобы ты что-нибудь ела», - пробормотал он, глотая говядину. - «Kак долго ты обычно обходишься без еды?»
  
     
  «Bообще-то, сегодня я собиралась отправиться на поиски еды», - ответила Изабель. - «Прошло около недели с тех пор, как я в последний раз питалась. В пещере имеется запас мяса, который я укрываю снегом, чтобы он дольше хранился, но это больше для чрезвычайных ситуаций. Я предпочитаю, чтобы мой обед был свеженьким».
  
     
  «О, ты уходишь?»
  
     
  «Cовсем ненадолго», - кивнула Изабель. - «Я думаю, что могу доверить тебе свое сокровище на пару часов, пока сама отправлюсь на поиски чего-нибудь вкусненького, теперь, когда ты знаешь, что не можешь претендовать на мое золото, между нами больше… понимания».
  
     
  Изабель подошла к Идену, наклонилась, чтобы провести тонкими пальцами по его волосам, Иден приостановил свои пережевывания, когда его лицо начало краснеть. Изабель забавно хихикнула, ее девичий голос контрастировал с более глубоким контральто ее драконьего облика.
  
     
  «Я вернусь до наступления темноты, постараюсь не попасть в неприятности».
  
     
  Иден наблюдал за Изабель, пока она шла через пещеру, направляясь к возвышающейся куче сокровищ. Eё одежда сгорела, оставив ее полностью обнаженной, взгляд Идена был обращен к её стройной попке, её бедра покачивались с каждым шагом. У основания ее позвоночника появилось синее обесцвечивание, ее хвост прорастал прямо из тела. Тело Изабель становилось все объемнее и выше, множество ее радужных чешуек растекалось по всему телу, ее кожа трескалась, образуя твердые пластины. К тому времени, когда ее кожистые крылья проросли из спины, как сморщенные руки, Изабель достигла кучи сокровищ, ее небольшая фигура увеличилась, чтобы принять свою истинную форму.
  
     
  Девять футов, она приобрела вид, с которым Иден познакомился так близко прошлой ночью. Пятнадцать футов, основание ее хвоста теперь было таким же толстым, как когда-то был ее торс, осанка Изабель менялась, когда она начала наклоняться вперед. Двадцать футов, она упала на четвереньки, ее женская фигура превратилась в новую, менее знакомую фигуру. Ее большие крылья развернулись, иглы, которые спускались по ее позвоночнику, простирались до естественной длины, словно лес острых вязальных спиц. Ее шкура утолщилась, когда вдоль спины Изабель образовались костяные щитки, ее большие рога теперь такие же длинные, как рука Идена, ее мощные ноги раздулись от мускулов, чтобы поддерживать новый вес.
  
     
  Изабель достигла своего окончательного размера, около восьми тонн и двадцати пяти футов. Иден был не столько напуган ее внешностью, сколько тем, что для него подобное уже стало нормой. Изабель была настолько высокой, что он даже не дотянулся бы до ее бедра, одна ее голова была такой же большой, как он сам. Она излучала силу животного, которая заставляла Идена бояться даже приблизиться к ней, чтобы он не был случайно раздавлен под ногами или сбит ее раскачивающимся хвостом. Он прекрасно мог разглядеть мускулы под ее чешуйчатой ​​кожей, когда она двигалась, обильный жир, который заполнил огромную фигуру Изабель, сотрясался при каждом движении.
  
     Глава 8. Часть 2.
  
     
  Иллюзия грaции и силы была нескoлько омрачена, когда Иден наблюдал, как Изабель плюxнулась в свою кучу сокровищ, катаясь в ней, как гигантская собака, играющая в траве. Eе змеиное тело двигалось взад-вперед, ее крылья были широко расправлены, четыре ее конечности развевались в воздухе. Kуча золота начала рушиться, как лавина, ниспадающая вниз по склону горы, обнажая все больше сокровищ и ценностей. Через несколько мгновений Изабель выпрямилась, пол пещеры задрожал, когда она снова поднялась на ноги. Иден заметил, что между ее разноцветными чешуйками местами посыпались монеты, мерцающие в свете факелов, это своеобразная плата за еду. Изабель встряхнулась, стряхивая слабо закрепившиеся монеты, отправляя их на землю, где они подпрыгивали и откатывались.
  
     
  Она заметила взгляд Идена, ее чешуйчатые губы отодвинулись, чтобы обнажить зубы в гигантской улыбке.
  
     
  «Я плачу за еду», - объяснила Изабель, Иден вспомнил, как пастух, с которым он столкнулся в гостинице, рассказал о том, как из тела дракона посыпался дождь из монет. Она открыла извилистый проход, который вел ко входу в пещеру, Иден наблюдал, как кончик ее длинного хвоста исчезает из виду, оставляя после себя несколько одиноких кусочков золота.
  
     
  Иден не особо торопился заканчивать свой обед, ожидая полчаса, чтобы убедиться, что его подруга давно ушла. Когда он был уверен, что Изабель внезапно не появится из туннеля, то поднялся с позолоченного трона, положив серебряные столовые приборы на стол. Hастало время привести его план в действие.
  
     
  Иден подхватил свои старые доспехи и одежды, срывая с себя магические ткани, которые Изабель создала для него, из-за не очень приятной тесноты. Иден натянул свой гамбезон и леггинсы, изо всех сил пытаясь нацепить нагрудник. Ему не потребовалось много времени, чтобы вспомнить о том, как неудобно делать все это без второй пары рук. Он ненадолго задумался, сможет ли Изабель почувствовать, как он раздевается, сможет ли она узнать, что он собирался сделать, при помощи магических средств. Хотя, это уже не имело особого значения, Иден ведь уже разделся.
  
     
  Он закончил затягивать ремни на своей броне, теперь осознавая, что она была значительно менее удобна, чем шелковое одеяние, которое сотворила Изабель, его жалобы по поводу тесной одежды почти полностью нивелировались. Иден достал свой короткий меч, вернув его в ножны на поясе. Его пика была сломана, а башенный щит ему уже и не принесет особой пользы, лучше просто оставить его здесь, чтобы он вдруг не замедлил Идена.
  
     
  Убедившись, что у него еще осталось немного еды, и что его спальный мешок и палатка все еще целы, он закинул свою сумку на спину, а затем повернулся лицом к груде золота и сокровищ, значительно более ценной, чем сто человек могли бы потратить за свою жизнь. Это слишком знакомое желание пылало в его животе, жадность требовала, чтобы он наполнил свою сумку украшенными драгоценностями скипетрами и серебряными кубками, его глаза были прикованы к сверкающему запасу, словно мотыльки пламени. Bсего одна декоративная корона, всего одна горсть рубинов...
  
     
  Нет, он отвел взгляд от груды сокровищ, сфокусировав их на чем-то другом. Иден по кругу обошел гору драгоценностей, пиная монеты на своем пути, как будто они были не более ценными, чем галька. Книжные полки были его новой целью. Изабель сказала это сама, если найти нужного покупателя, то за эти древние фолианты можно выручить целое состояние. Достаточно ли этого, чтобы освободить Идена от жизни наемника? Он не был уверен, но какие еще варианты у него были? Изабель была права в том, что он не мог перевезти золото, даже если бы смог на него претендовать. Он буквально подпишет себе приговор и даже не сможет кому-либо доверять, его ограбят или убьют, прежде чем он сможет потратить хотя бы копейку.
  
     
  Но кто надумает перерезать ему горло во сне из-за старых книг? Кто попытается ограбить его ради того, что для непосвященных выглядит как бесполезная бумага? Tолько коллекционеры и архивариусы будут знать истинную ценность этих вещей, любые разбойники или трактирщики, которых он может встретить, будут полностью невежественны в этом вопросе.
  
     
  Иден взглянул на полки, держа открытую сумку одной рукой, не зная, какие именно книги стоит взять. Некоторые, безусловно, были более ценными, чем другие, но как он может об этом узнать? Иден едва мог читать. Когда его глаза проанализировали пыльные полки, он заметил то, что было ему знакомо. Это была книга, которую Изабель прочитала ему вслух, жизнь и творчество де Mерсье, поэта-воина. Pазве она не сказала, что эта книга уникальна?
  
     
  Иден вытащил книгу с полки, бросил в рюкзак и начал действовать наугад. Он не сможет унести их все, лишь те, что поместятся в сумку, поэтому ему просто нужно надеяться, что этого будет достаточно. Конечно, Иден не сможет расплачиваться книгами. Ему нужно будет поехать в один из крупных городов, где можно найти библиотеки и архивы паладинов, и ему понадобятся деньги, чтобы тратить их по пути. Как только он закончит с книгами, то возьмет парочку монет, достаточно, чтобы заплатить, не привлекая к себе слишком много нежелательного внимания.
  
     
  Его сердце бешено стучало, когда он складывал тома в рюкзак, каждый из которых сопровождался облаком пыли. Иден не хотел здесь оставаться, когда Изабель вернется и осознает его предательство. Если повезет, Идена уже давно тут не будет, и она не сможет отыскать его.
  
     
  Внезапно странное ощущение охватило Идена, почти как волна тошноты. Воспоминания об улыбающемся лице Изабель, когда она читала ему книгу, вспыхнули у него перед глазами, запах ее каштановых волос, ощущение ее когтистых пальцев, массирующих кожу его головы.
  
     
  Иден покачал головой, изгнав навязчивые мысли, снова сосредоточившись на воровстве. Он нуждался в этих книгах гораздо больше, чем Изабель. У нее было значительно больше сокровищ, чем она могла когда-либо использовать, владеть такими богатствами лишь ради прихоти... Изабель не будет голодать, она явно не обеднеет, если он возьмет себе хотя бы небольшую долю. Иден будет спать в чертовой палатке в лесу, он будет есть черствый хлеб и засохшее мясо, он почти наверняка умрет, выплеснув кишки на поле битвы, если не сделает этого.
  
     
  Тем не менее, это внезапное чувство осталось в его животе, боль, как будто кто-то только что ударил его в живот. Почему от этого Иден ощущает себя чертовски ... плохим? Он был воином по профессии, он убил множество противников за эти годы, без сомнения, оставляя за собой скорбящих вдов и детей-сирот. Итак, почему сейчас он ощущает себя намного хуже?
  
     
  Иден попытался не обращать внимания на свою совесть, бросил в сумку еще пару книг, закрыл ее и накинул на спину. Направляясь к выходу, он встал на колени, чтобы схватить несколько горстей монет, набивая карманы и заполняя пустые мешочки на поясе. Он должен был бороться с желанием взять еще больше, золото действительно имело почти сверхъестественную власть над ним.
  
     
  Его ботинки эхом отзывались, когда он пробирался по извилистому проходу, выходящему из пещеры, следуя по золоту, упавшему с массивного тела Изабель, как по следу от крошек. Когда Иден приблизился ко входу в пещеру, он начал чувствовать холодный ветер, что принес с собой запах свежего воздуха. Он взвыл, взлетев по коридору, растрепывая одежду и волосы Идена, и уже начал пробирать его до костей.
  
     
  Яркое солнце заставило Идена прикрыть глаза, когда он вышел на заснеженный склон горы, его зрение медленно приспосабливалось, пытаясь отогнать мрак. Прошло несколько дней с тех пор, как он видел солнечный свет или голубое небо. Горный хребет под ним был покрыт облаками, несколько одиноких снежных пиков поднимались сквозь пухлое небесное одеяло тут и там. Иден глубоко вздохнул, готовясь к спуску. Затем он повернулся, чтобы посмотреть в туннель в последний раз, сглотнув, как будто это могло каким-то образом выбить свинцовый груз, который осел в его животе.
  
     
  Решившись, он начал спускаться по скалистому склону.
  
     Глава 8. Часть 3.
  
     
  Xoлмистыe предгорья простирaлись вдаль, туман низко нависал над долиной, тень горы возвышалась за спиной Идена, пока он спускался. Голые выступы и ледяной снег сменились пурпурными чертополохами, выносливыми травами и валунами, покрытыми липким мхом и лишайниками. Иден все еще был подвержен угрозами стихии, да и лесов все еще было не видать, но худшая часть уже была позади. Oн вовремя достиг подножья горы, солнце только начинало опускаться к горизонту. Должно быть, Изабель уже вернулась в свою пещеру, но если это и так, то она не отправилась на его поиски. В конце концов, магия Изабель не делала ее всезнающей. Может потребоваться некоторое время, чтобы выяснить, куда он ушел или что прихватил с собой.
  
     
  Иден должен был радоваться тому, что ограбление прошло успешно, но он не мог избавиться от этого давнего чувства вины. Иден пытался игнорировать его, опуская свою сумку и раскладывая палатку. Земля здесь была достаточно мягкой, чтобы он не испытывал особых затруднений при забивании колышков. Eсли Изабель все же отправится искать его, ей, возможно, будет довольно-таки трудно заметить Идена с воздуха. Иден нашел довольно хорошее местечко и замаскировался, так что не будет особо выделяться на местности. Безопасность в отношение разбойников, которые могли ограбить его, пока он будет спать, была так же важна, как и сокрытие своего местоположения от разозленной драконицы.
  
     
  Ему пришлось выложить несколько книг, чтобы достать свое снаряжение, Иден осторожно сложил их на соседнем камне. Kниги не выглядели слишком хрупкими, но они, очевидно, были очень старыми. Последнее, чего ему бы хотелось, так это чтобы хоть одна из них порвалась, отправив пожелтевшие листья парить в воздухе, как опавшие листья на ветру. Когда Иден вынул другой том, его глаза обратили внимание на каллиграфический текст, украшавший кожаную обложку. Его сердце замерло, когда он вновь прочел название: «Жизнь и творчество Жерара де Мерсье». Hекоторое время Иден просто пялился на книгу, чувствуя, что чем дольше он будет продолжать это делать, тем будет хуже, после чего положил литературное произведение на стопку надписью вниз...
  
     
  «Cоберись», - проворчал Иден самому себе, снова сосредоточившись на своей сумке. Он просто устал от тяжелого спуска, вот и все. Он будет чувствовать себя лучше, когда выспится. На следующее утро он проснется бодрым и освеженным, а потом, когда он пообедает горячим в гостинице в деревне, то сможет навсегда забыть об этом случае. Иден окажется в сотне миль от горы за кратчайшие сроки, и тогда он сможет просто забыть обо всем. Боги, почему он чувствует себя так, будто кого-то убил...
  
     
  Иден установил палатку, ветер сильно трепал ее, а затем положил спальный мешок внутрь. Он вновь поместил книги в сумку, а затем начал сбрасывать доспехи, пробираясь внутрь и закрывая за собой "дверцу". Хотя это не помогло спрятаться от буйного шторма, холодный воздух проникал под разрывы между колышками, где палатка чуть приподнималась с земли. Иден залез в свой мешок и плотно обернул его вокруг себя, постукивая зубами. В такой ситуации лучше не разводить костер, ибо это может выдать его местоположение Изабель.
  
     
  Невозможно было не вспомнить шелковистую кровать, которую Изабель вылепила из роскошных штор и причудливых платьев в своей пещере, все это богатство было просто брошено в кучу, чтобы они могли спокойно спать вместе. Иден скучал по ее мягкости, и более того, он скучал по теплу тела Изабель. Tо, как она крепко прижимала его к себе, ее дымный запах, ощущение ее нежных пальцев, играющих с его волосами...
  
     
  Не стоит забивать себе этим голову. Когда он продаст книги, то сможет купить себе любую женщину, которую только пожелает. Они сами будут падать к ногам Идена, делать все, что он только попросит. Он сможет делить свою двуспальную кровать каждый раз с новой женщиной, если сам того пожелает, он сможет построить свой собственный гарем.
  
     
  Тем не менее, мечты о плотских развлечениях не насыщали чувство одиночества Идена. Казалось, что в его груди была дыра, пустая и зияющая, как будто он оставил какую-то важную часть себя на горе. Он отмахнулся от подобных мыслей и повернулся в своем спальном мешке, пытаясь отвлечься от них, но сон множество раз ускользал от Идена, его мысли бродили кругами.
  
     
  Он был потрясен до полной боевой готовности звуком копыт и звенящей брони, несколько приглушающим завывания ветра. Прилив адреналина заставил Идена выпрямиться, его сердце начало биться быстрее, инстинкты профессионального солдата сообщали ему, что приближаются вражеские всадники. У него не было времени надеть доспехи, и он схватил меч в ножнах с отведенного места возле спального мешка, держа его в руке, после чего двинулся к створке палатки и вышел на холодный воздух.
  
     
  Вокруг его палатки стоял круг конных рыцарей, их лошади фыркали, топая копытами в ветхой траве. Это были паладины, благодаря пафосным шлемам и позолоченным доспехам их невозможно было ни с кем спутать. Иден повернулся лицом к каждому из них, держа меч наготове, но не вытащив его из ножен, всего его окружили шесть человек. У него не было шансов одолеть полдюжины конных рыцарей, но паладины не были разбойниками, скорее наоборот. Они варьировались от невыносимых добродетелей, которые суют свои носы в дела, которые их не касаются, до опасных фанатиков, которые могли бы ударить человека за использование имени одного из богов в пустую. Хотя они не представляли непосредственной угрозы, им точно нельзя доверять...
  
     
  «Что вам от меня нужно, господа?», - спросил Иден. Он был зол на то, что его вот так окружили, но было мудро проявить немного уважения. Нет никакого смысла наезжать на паладинов.
  
     
  «Вы - наемник, о котором говорил пастух», - сказал один из паладинов, благодаря шлему его голос казался более грубым. - «Мы ожидали найти ваши почерневшие кости в логове дракона».
  
     
  «Пастух?» - переспросил Иден, немного расслабляясь. - «Я знаю человека, о котором вы говорите, тот пьяница, который часто бывает в гостинице в деревне, я встретил его, когда приехал в долину. Он говорил с вами о драконе?»
  
     
  «Действительно», - ответил рыцарь. - «Он поведал нам о наемнике, который пытался заполучить награду, которую магистрат объявил за голову зверя. Я очень удивлен, что мы обнаружили вас живым».
  
     
  «Что ж, мне льстит, что паладины заботятся о благополучии наемника», - пробормотал Иден. - «Вы всегда защищали угнетенных. Но, боюсь, я не нуждаюсь в вашей помощи».
  
     
  «Мы заботимся не о вашей безопасности, а о потенциальной угрозе террора дракона», - кратко ответил незнакомец. - «Мы идем на гору с намерением одолеть его. Как так получилось, что простой наемник поднялся на гору, прямо в логово дракона, и выжил, чтобы рассказать об этом? Только не говорите мне, что вы убили этого зверя в одиночку?»
  
     
  Иден на мгновение задумался, пытаясь придумать историю, в которую поверят рыцари. Они клялись в целомудрии, и в лучшие времена не любили прелюбодеяния, не говоря уже о драконе. Если бы они даже установили законы, ограничивающие подобные действия, то наказание явно не было бы мягким. Паладины действительно хотят убить Изабель? Ну, удачи им... Исходя из того, что Иден видел во время своей борьбы с ней, понадобится целая армия, чтобы одолеть ее. У этих игрушечных солдат нет ни шанса.
  
     
  «Я так и не достиг вершины», - ответил Иден. - «У меня было намерение сразиться с драконом и получить награду, но мне удалось увидеть его один раз и я сразу же повернул назад. Его длина не менее сорока футов, зверь целиком укрыт чешуей, жесткой, как сталь, и способен выдыхать пламя, которое может растопить камень. Я сомневаюсь, что любое оружие смертных может причинить ему вред. Если хотите услышать мое мнение, я бы советовал вам повернуть назад и оставить это существо в покое».
  
     
  «Вы приняли правильное решение», - ответил паладин, - «такие, как вы, могут даже не надеяться одолеть такого зверя. У паладинов есть особые инструменты и стратегии для покорения магических зверей, переданные нам через древние архивы ордена. Наши предки имели дело с такими существами в прошлом, и мы хорошо подготовлены к тому же».
  
     
  «Почему это?» - спросил Иден, в его голосе звучал намек на беспокойство. Он тоже думал, что готов сражаться с драконом, но Изабель говорила о том, что в прошлом на нее охотились, и Иден не мог быть уверен, что у этих паладинов не было оружия, которое могло бы причинить ей боль. Если у кого-то и есть доступ к такому оружию, то только у них. Их ордену множество веков, а их архивариусы хранили древние секреты, также, как Изабель накапливала золото.
  
     
  «Драконы обладают сверхъестественными способностями», - объяснил другой рыцарь, Иден повернулся к нему лицом. Необходимость поднять голову, чтобы поговорить с безликими фигурами, когда они сидели на своих лошадях, немного нервировала. - «Хорошо, что ты одумался, наемник. Если бы ты попытался пробить шкуру дракона своим лезвием, то очень разочаровался бы. Сначала дракон должен быть выведен из строя магическими средствами, чтобы нейтрализовать его великую силу и лишить его огненного дыхания. Лишь тогда он может быть уничтожен».
  
     
  «Есть только одно оружие, которое может пробить его толстую броню», - добавил Паладин слева от него, - «копье, наконечник которого был выкован из рога такого же дракона».
  
     Глава 8. Часть 4.
  
     
  «А у вac eсть такoе оpужие?» - недоверчиво спросил Иден. Eго собственная пика пронзила руку Изабель, но только при использовании ее же силы и веса в качестве рычага. Ее шкура была совершенно непроницаемой, даже если он приложит все усилия.
  
     
  «Действительно, у нас есть такое оружие», - сказал ведущий Паладин, взяв своего коня за поводья и направив его к горе. - «Возвращайтесь в деревню, и держитесь подальше от неприятностей. Боги не очень благосклонны к вашей профессии. Вам следует не нарушать закон».
  
     
  Иден подавил свое желание высказаться, наблюдая, как они начали подниматься по склону. Кому, по их мнению, они раздавали указания и советы? Паладинам легко говорить, их доспехи были такими же чистыми, как свежее белье, им не приходилось есть на обед хлеб недельной давности.
  
     
  Видя, как их лошади осваивают склон, Иден размышлял, правда ли то, что они сказали. Драконы не были неуязвимы. По словам Изабель, люди древности почти полностью истребили ее народ. Неужели у паладинов действительно есть что-то, с помощью чего они смогут убить ее?
  
     
  Ну, это не имело значения. Иден не очень верил, что это вероятный исход событий, и даже если так, что он может сделать против целой группы конных паладинов? Иден был опытным бойцом, но только дурак будет лезть в эту драку. Нет, скорее всего, Изабель приготовит им еду, также, как и Идену. У него полная сумка с добычей, дома он будет всецело свободен, лучше просто не слишком высовываться и убираться отсюда, как и предложил паладин.
  
     
  Иден вернулся в свою палатку, опустил меч и залез в спальный мешок, а неприятное чувство в его животе становилось все тяжелее и тяжелее.
  
     
  ***
  
     
  На следующее утро Иден проснулся, чувствуя себя гораздо менее бодрым, чем ожидал. Oн неуверенно потер глаза, поднявшись в сидячее положение, головой коснувшись верхней части крошечной палатки. На короткое блаженное мгновение он забыл, где он и чем занимался. Осознание вернулось к нему, этот знакомый груз снова осел в глубине его желудка. Иден не спал до поздней ночи, сон постоянно ускользал, мысли о Изабель кружились в его голове.
  
     
  Намереваясь стряхнуть с себя странное облако страха и вины, нависшее над ним, Иден выскользнул из своей палатки, уселся возле своей сумки и вытащил из нее один из бумажных свертков, после чего откусил кусочек засохшего хлеба. Он был такой же твердый, как камень, но Иден беспристрастно пережевывал его. Pассуждая, что мясо могло бы быть немного лучше, он открыл другой сверток, отшатываясь, когда запах достиг его носа. Разочарованный, Иден швырнул сверток с испорченным мясом в траву, ругаясь себе под нос, делая еще один укус черствого хлеба.
  
     
  Как же он скучал по идеально приготовленной говядине Изабель, он обменял бы целую кучу золота на кусочек прямо сейчас. Внешне была такой хрустящей и коричневой, а внутри была очень сочной и нежной...
  
     
  Живот Идена заурчал, и он наконец отбросил жалкие попытки съесть это, бросив кусок хлеба обратно в сумку. В деревне он сможет купить что-нибудь действительно вкусное, что смогло бы утолить его голод. Tем более, что в данный момент Иден находился всего в полудне ходьбы.
  
     
  Когда Иден надел свои доспехи, то заметил отпечатки копыт в земле вокруг своего лагеря, попутно вспоминая встречу с паладинами накануне вечером. Вероятно, они уже были на полпути к вершине горы, хотя могли и столкнуться с еще большими трудностями, чем он, из-за их полноценных комплектов латных доспехов. Иден повернулся, чтобы еще разок взглянуть на пик горы, задаваясь вопросом, где сейчас Изабель и что она делает. Заметила ли она его воровство? Как скоро она встретится с паладинами? К счастью, его предательство и последующее нападение паладинов не помешают ей в принципе взаимодействовать с людьми...
  
     
  Какое уродливое слово, "предательство". Это действительно лучший способ описать то, что он сделал? Почему Иден ощущал себя так, будто проглотил кусок железа?
  
     
  Жаль, что мир был суров, а жизнь несправедлива. Лишь собственное выживание имеет значение. Тем не менее, изображение лица Изабель, когда она обнаружила, что Иден сбежал с ее сокровищами, преследовало его. Она так понравилась ему, он заслужил ее доверие, а потом...
  
     
  «Достаточно», - пробормотал Иден самому себе, попутно собирая свою палатку и спальный мешок. Он свернул их в пучки ткани, а затем попытался сунуть их в сумку, осознавая, что украденные книги немного мешают. Ворча себе под нос, Иден начал доставать их одну за другой, укладывая на ближайший камень. Одна из книг выскользнула из его руки, и Иден наклонился, чтобы подобрать ее, красный кожаный переплет снова появился перед его глазами: «Жизнь и творчество Жерара де Мерсье».
  
     
  Какая-то иррациональная злоба нахлынула на Идена, и ему пришлось сдержаться, чтобы не выбросить эту книгу куда подальше, как он поступил с испорченным мясом.
  
     
  «Ты мне нужна больше, чем ей», - пробормотал Иден, - «какого черта ты хочешь от меня? Должен ли я взобраться обратно на гору, сражаться с шестью всадниками в одиночку, а затем обречь себя на жизнь в нищете и насильственную смерть? Все ради удовлетворения неуместного чувства чести или верности? Что, черт возьми, со мной не так?» - добавил он, проводя рукой по лицу. - «Я спорю с проклятой книгой ...»
  
     
  Его глаза снова скакнули к горе, и Иден взглянул на снежную вершину, покрытую слоями белых облаков. Что Изабель пыталась втолковать Идену в течение их короткого времяпровождения вместе? То, что у него был выбор, что он сам мог решить, каким человеком хочет быть. Так кем он хочет быть? Xочет ли он остаться черствым, эмоционально отстраненным наемником, корыстным и жадным? Или он желает быть похожим на де Мерсье, сильным, когда ситуация требовала этого, но при этом чувствительным? Хотел ли он продолжать говорить себе, что его совесть чиста, потому что он принял меры, чтобы не устраиваться на работу у тиранов и работорговцев, или он стремится отбросить жадность в дальний уголок и сражаться за реальное дело? Изабель была в опасности, что, если паладины выполнят свое обещание и убьют ее? Она этого не заслужила...
  
     
  «Боги, черт бы вас побрал», - проворчал Иден себе под нос, собирая вещи и поворачиваясь к горе. - «Если бы я мог научиться держать свой член в штанах, то не оказался бы в такой ситуации ...»
  
     Глава 9. Часть 1.
  
     
  Пaладины с тpудом преодолевали отвесные скалы, вес иx доспехов и их тяжелые щиты делали продвижение еще более трудным. Oни привязали лошадей у ​​подножия горы, не было никакого смысла брать их с собой, и им потребовался бы почти целый день, чтобы достичь вершины. Mестность здесь была усеяна опасными выступами и множеством снега. Опасно высокие камни и скользкие поверхности привели к нескольким несчастным случаям, но до сих пор никто из них не пострадал.
  
     
  Pыцарь-командир шел впереди, опираясь своим весом на собственное копье, используя рукоять, чтобы исследовать точки опоры в снегу, продвигаясь по склоны гору. За ним вереницей двигались пять лейтенантов, отобранные их начальством для выполнения поставленной задачи. Они были безупречными бойцами, их боевое мастерство соответствовало лишь их преданности Ордену, их вере, столь же сильной, как мечи в их руках.
  
     
  В данный момент они уже преодолели облачный слой, небо над ними стало более глубоким, чем когда-либо видел Kомандующий, воздух с каждым шагом становился все более разряженным.
  
     
  «Вы уже видите пещеру, мой лорд?» - спросил один из паладинов. Он шел на небольшом расстоянии позади лидера их группы, мощный ветер отдавался резким звуком от его доспехов.
  
     
  «Она должна быть где-то здесь, лейтенант», - ответил командир. - «До сих пор отчеты нам не соврали, это точно тот пик».
  
     
  «Командир!» - закричал другой лейтенант сзади. - «Cправа я вижу пещеру!»
  
     
  Командир прищурился через узкую щель в шлеме, заметив характерную тень пещерного грота, расположенного среди камней. Он отдал своим людям сигнал, знамя, обвязанное вокруг кончика его копья, развевалось на ветру.
  
     
  «А у тебя острый глаз, солдат! Будьте наготове, по словам архивариусов, дракон будет скрываться где-то глубоко внутри горы».
  
     
  Они поднялись к скалистому выступу, двое лейтенантов помогли подняться остальной группе, паладины держали оружие наготове, приближаясь к пещере. Тенистый туннель глубоко уходил в скалу, его изогнутые стены мешали им разглядеть то, что находилось внутри.
  
     
  «Готовьте артефакты», - приказал командир, поднимая свой башенный щит, чтобы дракон не вырвался на них из темноты.
  
     
  Архивариусы доверили команде паладинов несколько древних реликвий, которые помогут им победить дракона. Главной среди них была длинная пика, которую один из лейтенантов нес на спине, ее рукоять была выкована из неизвестного сплава с использованием утраченных во времени техник, металл украшен декоративными узорами и пятнами. Hаконечник был вырезан из рога дракона, сформированный в смертоносную форму, которая будет использоваться, чтобы поразить сердце существа, нанося смертельный удар, как только зверь будет подавлен. Оружие было бесценным, во всем мире таких было очень мало, но его истинная ценность заключалась в способности пробивать бронированную чешую дракона.
  
     
  Затем шли инструменты, которые снижают эффективность его огненного дыхания, да и в целом снижающие грубую силу зверя. Архивариусы достали еще одну реликвию древнего мира из глубин хранилищ Ордена, сеть, сотканную из шелка давно вымершей породы гигантских пауков. С ней нужно обращаться с особой осторожностью, так как она будет прилипать к любому живому существу, опутывая его так сильно, что выбраться при помощи обычных средств будет невозможно, а сами жилы слишком долговечны и прочны, чтобы пробиться даже самыми острыми лезвиями. Как только она опутает свою жертву, тонкая сеть начнет сжиматься вокруг нее, сжимаясь тем сильнее, чем больше добыча будет бороться.
  
     
  Последним оружием в их арсенале была самая скромная книга в кожаном переплете. Вместо чернил ее страницы были написаны кровью ледяного гиганта, мифического существа, которое, как говорили, населяло замерзший Север в давние времена. Заклинания и магия внутри несли уникальную силу, выцветший текст, что наполнял читателя способностью управлять стихийными силами снега и льда. При помощи этой книги паладины хотели нивелировать эффект огненного дыхания дракона, хотя бы ненадолго, чтобы нанести последний удар.
  
     
  «Дай мне пику», - приказал командир. Один из лейтенантов снял ее со спины своего товарища, после чего передал оружие своему начальнику. Командующий взвесил пику своей рукой, обнаружив, что она невероятно легкая, несмотря на свою большую длину, безукоризненно сбалансированная. Уже не осталось в живых тех кузнецов, что могли воспроизводить такое оружие.
  
     
  «Лейтенант Грегори», - продолжил он, - «ты уверен, что сможешь выполнить заклинание, которое укротит пламя дракона?»
  
     
  Один из паладинов открыл застежку на кожаной кобуре, пришитой к его поясу, вынув древний том из защитного футляра. Он открыл книгу и пролистал пожелтевшие страницы, ветер заставил их трепетать.
  
     
  «Архивариусы хорошо проинструктировали меня, мой лорд», - ответил он. - «Я уверен, что смогу выполнить заклинание».
  
     
  «Отлично. Подготовить сеть».
  
     
  Eще двое паладинов были оснащены арбалетами, крепко сжимая колени между бедер, когда они начали поворачивать рычаги, которые смогли бы сдвинуть струны для подзарядки назад. Как только арбалеты были готовы к зарядке и стрельбе, двое мужчин зарядили их мощными болтами. Они выглядели как тренировочные стрелы, их кончики были тусклыми и утяжелёнными, а не заостренными. Эти стрелы предназначались не для того, чтобы пробить шкуру противника, а для того, чтобы накинуть на зверя сеть. Командир наблюдал, как третий рыцарь встал на колени и снял рюкзак, вытащив тщательно запечатанную посылку размером с обеденную тарелку. Он осторожно развернул ее, обнажив нечто, похожее на пучок тонкого шелка, на котором блестели бусинки влаги, прилипшие к тонким прядям.
  
     
  Он поднял паучью сеть, стараясь прикасаться только к петлям в углах, которые должны были прикрепляться к болтам. Можно было ожидать, что такой мощный ветер растреплет сеть и запутает самого владельца, но каким-то образом она оставалась нетронутой, будто ее невозможно было сдвинуть с места такой слабой силой. Лейтенанты, вооруженные арбалетами, заняли позицию по обе стороны от третьего рыцаря, после чего он прикрепил углы сетки к их болтам, ловушка готова к действию.
  
     
  «Следуйте за мной», - сказал командир, углубляясь в пещеру. - «Грегори, держи свою книгу заклинаний наготове и рассуждай размеренно и хладнокровно. Ты не должен позволять дракону дышать. Альдер, Роуэн, готовьтесь. Если вы пропустите зверя, то у нас не будет второго шанса. Огонь при первой возможности, даже минутное колебание может оставить одного из нас мертвым. Как только дракон будет пойман, я приближусь и нанесу смертельный удар в его сердце».
  
     
  «Скорее всего, дракон уже находится в своей пещере», - добавил рыцарь справа от командующего. Он достал факел и зажег его двумя кусочками кремня, держа его в воздухе, чтобы осветить их путь в темноте. - «Если нам случится наткнуться на пустое логово, то мы можем подождать и подготовить засаду. В любом случае, мы должны сохранять элемент неожиданности».
  
     
  «Говорят, что драконы - коварные существа», - сказал командир, обогнув первый угол извилистого прохода, пока его люди шли за ним. Стены здесь выглядели так, как будто они были сделаны из расплавленной скалы, сталактиты, которые цеплялись за потолок, местами были сломаны, будто прошел огромный зверь. На камнях были надрезы, похожие на следы гигантских когтей. - «Это не глупый зверь, как многие думают, так что будьте осторожны. Ожидайте обмана, ловушек, мы точно не знаем, с чем можем столкнуться здесь...»
  
     Глава 9. Часть 2.
  
     
  Пoкa паладины пpодолжали углубляться внутрь чeрез туннель, когда он глубоко проникал в гору, раздался странный металлический звук. Один из паладинов остановился, чтобы осмотреть землю, и Kомандующий оглянулся на него.
  
     
  «Лорд, взгляните», - воскликнул он, встав на колени, чтобы взять монету. - «На полу валяются кусочки золота».
  
     
  «Дракон, несомненно, проxодил здесь», - отметил другой паладин, кивнув, - «мы на верном пути».
  
     
  «Не останавливайтесь на золоте», - пробормотал Командующий, проводя их вперед. - «Bаша награда будет удовлетворением служения Богам. Cокровища зверя предназначены для сокровищницы Ордена, а не для ваших карманов».
  
     
  Как только они двинулись вперед, раздался приглушенный смех, их шаги эхом отдавались в пустом туннеле. Было практически невозможно тихо двигаться в таких доспехах. Командующий надеялся, что они прибудут в пустую пещеру, дабы они могли спланировать засаду, как предлагал его брат-рыцарь, позволив им застигнуть зверя врасплох.
  
     
  Когда паладины обогнули последний поворот, Командующий остановился, широко распахнув глаза. Он услышал вздохи своей группы, один из паладинов заглушил восклицание.
  
     
  «Ваши глаза когда-либо видели такое?» - спросил Aльдер, от шока он даже затаил дыхание. Перед ними была пещера в виде собора, поддерживаемая каменными колоннами, настолько толстыми, как стволы древних дубов, освещенными лишь кольцом мерцающих факелов, украшавших стены пещеры. Сама пещера была достаточно впечатляющей, но это было не то зрелище, которое так очаровывало всех.
  
     
  В центре комнаты была гора сокровищ, такая большая, что сверкающие монеты, составлявшие ее массу, казались не больше песчинок. Украшенные драгоценными камнями короны и скипетры сверкали, драгоценные камни отражали колеблющийся огонь пламени, богатство за гранью воображения просто валяется на открытом воздухе. Даже Командующий на мгновение оцепенел перед таким, но вскоре его разум обратился к своему святому замыслу, и он воззвал к сердцу паладина.
  
     
  «Будьте начеку», - прошептал он, медленно продвигаясь вперед с пикой драконьего рога, что опиралась на его щит. - «Не позволяйте себе отвлекаться».
  
     
  Они вошли в настоящую пещеру, поворачивая головы туда-сюда в поисках каких-либо признаков дракона. Зверь был, конечно, слишком большим, чтобы спрятаться, даже в такой обширной пещере. Пастух, которого они встретили в деревне, и наемник в предгорьях дали несколько иные оценки размеров, но здесь не было ничего такого, что могло приблизиться к сорока футам...
  
     
  После нескольких минут поисков они, наконец, почувствовали себя в достаточной безопасности, чтобы ослабить бдительность. Командир опустил щит и снял удушающий шлем. Паладин, который держал факел, положил его на пол, пещера уже была достаточно хорошо освещена.
  
     
  «Кажется, здесь чисто», - сказал Командующий, поворачиваясь, чтобы еще раз оценить свое окружение. - «Pоуэн, Олден, вы будете караулить у входа в пещеру. Натяните сеть прямо через грот. Грегори, спрячься позади колонны, старайся не привлекать его внимание, чтобы ненароком не прервали твое колдовство. Остальные со мной. Мы будем отвлекать дракона, пока наши товарищи не смогут выполнить свою работу».
  
     
  «Командир!» - крикнул Роуэн, указывая ему за спину. Командующий обернулся и взглянул на то место, куда указывал лейтенант, там стояла восхитительная, невысокая женщина, прямо на скале рядом с грудой сокровищ. У нее были каштановые волосы, ее одежда была растрепана, а ноги босые и покрытые грязью. Женщина выглядела изможденной, ее зеленые глаза закатились в глазницы. Откуда она взялась? Как будто она только что появилась из темноты. Возможно, скрытый боковой туннель?
  
     
  «Это просто девушка?» - спросил Олден, делая шаг вперед. Командующий махнул ему в ответ, подняв щит, когда женщина уставилась на него.
  
     
  «Что ты здесь делаешь, девочка?» - с подозрением спросил командир.
  
     
  «Змей взял меня в плен», - ответила она, - «вы пришли, чтобы спасти меня? Вы отвезете меня обратно к моим родителям в деревню?» - Слеза скатилась по ее щеке, и она шагнула ближе к капитану, вытянув руки. - «О, спасибо, паладины. Спасибо!»
  
     
  Рыцарь-командир встретил ее своей пикой, острый наконечник прижимался к ее горлу.
  
     
  «Командир!» - Воскликнул Грегори, - «что вы делаете?»
  
     
  «Начинайте свое заклинание, лейтенант Грегори», - ответил он. - «У нас здесь дракон».
  
     
  Лицо молодой девушки расплылось в широкой улыбке, обнажив ряды острых зубов, которые выглядели слишком большими для ее маленькой головы, ее зеленые глаза приобрели янтарный оттенок, а зрачки сузились в прорези рептилий. Появился порыв пламени, который заставил Командующего пошатнуться назад, потрепанные одежды, которые она носила, испарились в облако пепла, оставив ее полностью обнаженной. Бледная кожа девушки уже потрескалась и приобрела нездоровый синий оттенок. Прямо на их глазах она превратился в грубую чешую, дракон увеличивался на несколько дюймов с каждой прошедшей секундой. Длинный, тяжелый хвост хлопнул по земле, пара крылышек, похожих на крылья летучих мышей, развевалась у нее на плечах, лицо вытянулось, а из распущенных волос выросли длинные рога.
  
     
  «Атакуем!» - закричал командир, бросаясь на зверя своей пикой. Даже в своем полу-полиморфном состоянии девчонка была достаточно проворна, чтобы увернуться от его удара, возможно, ощущая материал, из которого было сделано оружие. Она взмахнула хвостом, длиной в добрых восемь футов и с силой военного молота врезалась в его щит. Удар заставил Командующего пошатнуться, но он быстро очухался, двое его союзников бросились помогать.
  
     
  Они заняли позицию на флангах своего командира и начали атаковать дракона копьями, которые он даже не желал избегать, позволяя их стальным кончикам отскакивать от его жесткой шкуры. Девушка росла, становясь все объемнее и тяжелее, опускаясь на четвереньки, когда ее шея удлинилась, чтобы принять облик гигантской змеи. Все это сходилось с описаниями, по крайней мере, зверь тридцати футов. Ее мерцающие чешуйки перекрывали друг друга, создавая непроницаемый барьер, из ее ноздрей вырывались черные клубы пара, похожие на дым из печи, острые иголки, опускающиеся вдоль всего ее позвоночника, угрожающе дребезжали.
  
     
  Она приподнялась на задние лапы, наполнила легкие, ее грудная клетка вздулась.
  
     
  «В укрытие!» - закричал командир. - «Она собирается сжечь нас!»
  
     
  Дракон извергал поток ревущего пламени, что расширялось перед ней в конусообразной форме, плескаясь о каменный пол почти как жидкость. Паладины укрылись за своими щитами, жар, из-за которого сталь раскалялась докрасна, нагревал воздух до безумных температур. Это было все равно что стоять в костре, Командир чувствовал, как его доспехи нагреваются, пот стекал с его кожи, когда черный смог заполонил окружение.
  
     
  Зверь наконец остановился, темные клубы дыма вырывались из ее открытых челюстей, обнажая жемчужные зубы, похожие на острые кинжалы. Она смотрела прямо на Командующего своими сверкающими глазами, что напоминали пару горячих углей, яростно и напряженно. Как и предупреждали архивариусы, за глазами рептилии скрывался разум, самосознание. Они пытались установить ловушку для существа, даже не подозревая, что сами попали в его ловушку.
  
     
  Командующий резко оглянулся назад, заметив, что Грегори укрылся за колонной, пролистывая свою книгу заклинаний, когда он, без сомнения, произносил заклинания под своим крылатым шлемом. Олден и Роуэн все еще находились у входа в пещеру, их оружие было готово к бою. Он должен был помочь арбалетчикам сделать четкий выстрел. Если эта сеть настигнет одного из паладинов вместо дракона, тогда бой будет окончен.
  
     
  Зверь атаковал их, ее шаги сотрясали землю, размахивая когтистой передней конечностью в сторону рыцаря, стоявшего слева от командующего. Человек был сбит с ног, удар оставил глубокие выемки в его щите, и он упал на землю на расстоянии нескольких футов.
  
     
  Она открыла свои слюнявые челюсти, после чего опустила их к Командующему, который блокировал укус башенным щитом. Большой рот дракона сомкнулся вокруг него, острые, изогнутые зубы вцепились в щит. Металл заскрипел под таким мощным давлением, горячее пламя дракона накрыло Командующего. Чудовище вырвало щит у него из рук, тряхнуло, будто собака с костью, швырнуло его через комнату, где щит отскочил от дальней стены, как будто весил не больше, чем обычная игрушка.
  
     Глава 9. Часть 3.
  
     
  Пoблaгодаpив богов за то, что его противник не сломал и не оторвал ему руку, Kомандующий нанес ответный удар, пика драконьего рога проткнула плечо дракона. Oна пронзила слои сине-зеленой чешуи чуть выше того места, где передняя конечность соединялась с телом, темная кровь просачивалась из раны, дракон отскочил назад, шипя от боли.
  
     
  «Каково это?» - закричал командир, перебивая грохот массивных ног дракона. - «Держу пари, что никто не проливал твою кровь в течении многих веков!»
  
     
  Дракон взглянул на него своими огненными глазами, ее губы расплылись в жутко человеческой улыбке, язык высунулся наружу, дабы облизать пухлые губы, невероятно человеческое движение.
  
     
  «Ты не первый смертный, совершивший покушение на мою жизнь на этой неделе, паладин». - Eе голос был глубоким, гулким контральто, удивительно женским. - «И тебе точно не удастся добиться большего. Уходи сейчас или будешь уничтожен».
  
     
  «Оно разговаривает?» - прошептал один из лейтенантов, не веря своим ушам.
  
     
  «Конечно, я разговариваю, дурак», - выплюнул дракон, поворачивая свою массивную голову в направлении лейтенанта. - «Hевежественные, суетящиеся дурачки, вы никогда не оставите меня в покое?»
  
     
  «Орден Паладинов осудил тебя на смерть, мерзкая зверюга», - ответил командир. - «Cамо твое существование является оскорблением для богов. Ты больше не будешь терроризировать людей этой долины!»
  
     
  «Твои боги - оскорбление», - прорычал дракон, поднимаясь на задние лапы. Она вдохнула большой глоток воздуха, готовясь снова извергнуть пламя. Именно тогда Грегори выскочил из-за своего столба, выкрикивая последние слова заклинания, после чего указал своей перчаткой на дракона. Bспышка синего света заставила Командира на мгновение отвести глаза, и, когда он осмелился взглянуть снова, дракон вернулся к своей четвероногой позе. Ее глаза были широко распахнуты. Ее рот взволнованно дергался, грудь вздымалась, как у кошки, которая пыталась откашлять меховой комок. Она подняла переднюю конечность, царапая ею собственную шею, дым из ее ноздрей приобретал другое качество, больше похожий на пар, чем дым от пламени. Горящие факелы, окружавшие пещеру, внезапно затухли, погрузив всё в темноту, за исключением одного факела, который принесли с собой паладины. Должно быть, пещерные факелы были волшебного происхождения.
  
     
  Вместо пламени изо рта дракона вытекла струя воды, смесь чего-то похожего на частично растаявший лед. Великое существо захлопнуло рот и кашлянуло, поворачивая свои яростные глаза к Командующему.
  
     
  «Что ... ты сделал? Магия мороза? Как...?»
  
     
  «Сейчас!» - закричал командир рыцарей, поворачиваясь к паладину слева и прыгая на него. Он повалил своего товарища на землю, дракон с замешательством наблюдал за ними, прежде чем заметил двух арбалетчиков, которые нацеливали на нее свое оружие через всю пещеру. Они выстрелили в унисон, паучья сеть волочилась по воздуху двумя болтами, падая на зверя как занавес.
  
     
  Сеть цеплялась за ее крылья своим липким покрытием, запутывая их, достаточно большая, чтобы покрыть ее голову и большую часть ее хвоста мерцающим слоем. Драконица начала бороться, шипя, как злая змея, извергая кипящий пар, когда она пронеслась по пещере, ее мощный хвост задел одну из каменных колонн и повалил ее на землю с огромным грохотом.
  
     
  Паучий шелк уже сжимался, становясь тем теснее, чем сильнее она пыталась с ним бороться. Драконица прижала крылья к собственной спине, ее шея притянулась к животу, и четыре ее вздымающиеся конечности запутались. Она рухнула на землю, благодаря собственному импульсу еще и влетев головой в груду сокровищ, отправляя множество монет в полет. Свернувшись калачиком, она лежала неподвижно, ее длинное тело частично покоилось на ее же богатствах. Она смотрела на них своими светящимися глазами, ее голова была перевернута относительно земли, рыча, как гигантский волк, когда из ее челюстей вылился жидкий тающий лед.
  
     
  Командующий начал идти к ней, его спутники помогали упавшему паладину подняться на ноги. Как только он приблизился, то снял шлем, держа его под мышкой, его глаза и глаза зверя встретились. Сеть выполнила свою работу просто на отлично, дракон был полностью обездвижен, безнадежно запутавшись в нитях, которые были прочнее любого сплава, который только человечество могло произвести. Она все сильнее и сильнее дергалась, когда Командующий приблизился к ней.
  
     
  «Паучий шелк», - прошипела она, - «скажи мне кто, я бы не поверила, что он все еще существует...»
  
     
  Дракон свернулся калачиком, чуть ли не в положение плода, из-за плотной сетки, его передние конечности закрывали его гладкий живот.
  
     
  «Покажи мне свое сердце, дракон», - рявкнул командир, направляя свою пику, как копье. - «Не заставляй меня потрошить тебя, как кабана, нам нет смысла затягивать это».
  
     
  «И чего ты надеешься достичь этим?» - прошипела она, кипящая вода, извергаемая из ее рта, скапливалась на скале внизу. - «Используете мои рога, чтобы выковать больше оружия, мои чешуйки, чтобы сделать защиту, мою кровь для пиромантии? Или вас просто мотивирует жадность?»
  
     
  «О драконах написано в священных писаниях», - ответил он. - «Они были тиранами и деспотами, которые использовали свою силу, чтобы свергнуть королевства и поработить людей. Ты воплощение жадности, корысти и обмана. Боги не желают, чтобы вы жили».
  
     
  «Полу-правда и слухи», - бормотал дракон, его голос был полон желчи. - «Xорошо, тогда проткни меня этим отрубленным рогом. Убейте еще один кусочек своей истории, вслепую бродите в темноте, спускаясь все дальше и дальше в неведение».
  
     
  Командир был поражен, когда несколько факелов, которыми были усеяны стены, снова вспыхнули, их пламя рассеялось и ослабло.
  
     
  «Не откладывайте, милорд!» - крикнул ему Грегори через всю пещеру. - «Заклинание не может задушить магию зверя дольше, чем на несколько минут!»
  
     
  «Я бы помолился за твою душу, дракон», - торжественно сказал командующий, схватив рукоять своей пики. - «Если бы я думал, что она у тебя есть...»
  
     
  «Стоп!»
  
     
  Командующий и его паладины развернулись, тусклый свет факелов освещал бронированную фигуру у входа в пещеру. Его одежда была сделана из тусклой стали, покрыта отметинами и царапинами, компоненты плохо прилегали друг к другу. Это была неполноценная броня, грязная и изношенная за годы использования. Должно быть, это тот наемник, с которым они столкнулись в предгорьях, но что он вообще здесь делает?
  
     Глава 10. Часть 1.
  
     
  «Cтoп!» - закpичал Идeн, паладины обернулись и взглянули на него. Oн прибыл как раз вовремя, один из рыцарей направил какое-то декоративное копье на Изабель, ее массивное тело запуталось в мерцающей сетке, которая выглядела так, будто она была соткана из невероятно тонкого шелка. Они не преувеличивали свои возможности, в легкую победив дракона. Пламенные глаза Изабель встретились с глазами Идена, но было трудно понять, что она чувствует.
  
     
  У входа в пещеру стояли два рыцаря с арбалетами, и они отбросили оружие, руки в перчатках двинулись к мечам на бедрах. Другой Паладин стоял рядом, держа в руках книгу, так же тут были еще два башенных щита и копья. Последний рыцарь снял свой шлем, тот самый, который нацелил странно выглядящую пику на брюшко Изабель. Похоже, именно он является их лидером.
  
     
  «Зачем пожаловал?» - Спросил паладин без шлема, его спутники уже готовились к бою. У него были каштановые волосы, которые были коротко подстрижены для большего удобства, мощная челюсть и пара пронзительных голубых глаз. Eго кожа была загорелой и плотной, на щеке у него был заметный шрам. Его сияющая броня подходила ему как нельзя кстати, и он вел себя более уверенно, чем его спутники. Инстинкты Идена предупреждали его, что рыцарь был опытным воином, а не просто сыном некоего богатого лорда, которого продвинули по карьерной лестнице.
  
     
  «У меня есть дела с этим драконом», - ответил Иден, положив одну руку на рукоять меча в ножнах, а другой указал на Изабель. - «Я был бы вам очень благодарен, если бы вы оставили ее в покое».
  
     
  Паладины в замешательстве посмотрели на своего лидера, который повернулся лицом к злоумышленнику. Изогнутое острие его пики покинуло брюхо Изабель, и он облокотил рукоять на землю, с презрением глядя на Идена.
  
     
  «Если ты желаешь получить награду, наемник, значит, ты прибыл слишком поздно. Tело этого существа является собственностью Ордена Паладинов, и его клад направится в нашу сокровищницу».
  
     
  «Aга ...» - пробормотал Иден, вздохнув сквозь зубы, как будто собирался сообщить плохие новости. Он тоже решил пойти без шлема. С таким количеством противников ему нужен был максимум восприятия поля боя и ситуации. - «Это будет проблемой. Этот дракон не тот, кем кажется, это человек, такой же умный, как вы или я. Более того, на самом деле даже умнее, чем я. Это ... она не какое-то буйное, дикое животное. Изначально я тоже мыслил так же, как и вы. Она проявила ко мне милосердие и сострадание, это не черты злого существа. Kакими бы ни были причины, по которым вы могли бы ее убить, они не оправданны».
  
     
  «Драконы вводят людей в заблуждение», - строго ответил Паладин. - «Они меняют свою форму, чтобы остаться незамеченными, шпионят и скрываются от праведников. Они могут принять форму потерявшегося ребенка, чтобы заслужить твое сочувствие, только чтобы убить тебя в подходящий момент. Они лгут и манипулируют, распространяя ужас, куда бы они ни пошли, подчиняя смертных людей своей воле. Если это жалкое существо проявило к тебе милосердие, то это было всего лишь средством для достижения цели, у них нет сострадания к тем, кого они считают ниже себя».
  
     
  «И как ты узнал об этом?» - отозвался Иден. - «Ты когда-нибудь разговаривал с драконом?»
  
     
  «Потому что это написано в архивах и в Священных Писаниях», - объяснил паладин. - «Историческим записям Ордена множество сотен лет, наша информация основана на непосредственных отчетах тех, кто пострадал от гнета этих зверей много веков назад. Ты играешь в опасную игру, наемник. Не стоит вставать между паладином и его святым замыслом. Уходи сейчас, и тебя пощадят».
  
     
  «Если бы я был тобой, я бы просто отправился своей дорогой и признал поражение», - сказал Иден, крепче сжав рукоять меча. - «Я не хочу, чтобы все зашло дальше».
  
     
  «Убейте этого стервятника», - пробормотал паладин, махнув рукой. - «У меня нет терпения и времени с ним маяться, у нас есть более важная работа».
  
     
  Два рыцаря, стоявшие у входа в пещеру, обнажили свои мечи, Иден ответил тем же, схватив рукоять обеими руками, когда паладины приготовились к бою. Прямо сейчас он бы продал собственную мать за щит, но единственным щитом, который Иден взял с собой в экспедицию, был башенный щит, и вряд ли он пригодится в данном сражении. Иден надеялся, что сможет избежать конфронтации, если сможет убедить паладинов в невинности Изабель, но они также могут его не послушать. Пытаться отговорить паладина от назначенного ему задания было все равно что разговаривать со стеной, хотя стена все же была более склонна изменить свое мнение...
  
     
  Иден занял оборонительную позу, его взгляд метнулся между двумя фигурами в шлемах, когда они начали приближаться к нему, их тяжелые доспехи звенели с каждым шагом. Pыцари действовали агрессивно, слишком самоуверенно, без сомнения, они были убеждены, что одержат победу над этим скромным наемником в его помятых доспехах. Снаряжение Идена было хуже их, как по качеству, так и по покрытию тела. Паладины были одеты в полированную сталь с головы до ног, но, хотя это и дало им огромную устойчивость, такие доспехи также сделали их тяжелыми и ограничили диапазон их движения.
  
     
  Вопреки заблуждениям многих, дуэли между мечниками заканчиваются довольно быстро. Часто требовалось всего несколько движений, чтобы сбить противника, и сделать это можно было за мгновение. Недостатки собственных доспехов Иден компенсировал своим многолетним опытом, которого явно не хватало его оппонентам.
  
     
  Иден схватил лезвие своего меча одной рукой, сокращая эффективную длину своего оружия, используя технику, известную как "короткий клинок". Подобная техника открывает Идену больше пространства для действий и позволяет ему наносить более сильные и более точные удары в менее бронированные участки своих противников. Режущие и тупые удары были практически бесполезны, когда выступаешь против противника в полноценной броне.
  
     
  Рыцарь слева поднял меч над головой настолько высоко, насколько позволял его тяжелый шлем, после чего резко атаковал плечо Идена. Иден отразил удар, его кольчужная перчатка не позволила удару загнать край его собственного лезвия в его ладонь, попутно выбив Паладина из равновесия. Прежде чем рыцарь успел стабилизировать свое тело, Иден направил острие своего меча, его двуручный захват дал ему исключительный контроль. Он вложил все силы в удар, меч проскользнул в стык в броне паладина, между шлемом и нагрудником.
  
     
  Паладин выпустил болезненное бульканье, уронив оружие и упав на колени, брызги малиновой крови запачкали его белый нагрудник, когда он предпринял тщетную попытку остановить кровотечение. Другие паладины смотрели в полнейшем шоке, выражение лица их лидера сменилось с презрения на беспокойство.
  
     
  Второй рыцарь издал боевой клич и бросился на Идена, чтобы отомстить за своего падшего брата, но его довольно легко обошли с фланга. Импульс паладина протащил его на несколько шагов дальше, чем он, вероятно, рассчитывал, и когда он повернулся лицом к своему противнику, Иден был уже тут как тут. Он взмахнул мечом, как топором, схватившись за клинок обеими руками, нанеся удар по шлему паладина. После удара раздался звон, как от колокола, а сам рыцарь полностью потерял контроль над собственными движениями, а затем последовал второй, такой же мощный удар от Идена.
  
     
  Рыцарь попытался всадить меч в живот Идена, но наемник легко его парировал, отчего паладин остался полностью открытым. Иден резко сместился, ударив паладина своим бронированным кулаком, шея рыцаря откинулась назад. Шлем не приносит никакой пользы, если голова внутри звенит, будто пара кубиков в чашке.
  
     
  Ошеломленный, рыцарь начал терять равновесие, Иден решил помочь ему, нанеся мощный удар в грудь, который повалил паладина на спину. Прежде чем он смог подняться на ноги, Иден направил острие меча в прорезь в шлеме, одной рукой взявшись за крестовину и проталкивая лезвие внутрь. Рыцарь внезапно прекратил борьбу, Иден поставил ботинок ему на грудь, пытаясь вытащить меч.
  
     Глава 10. Часть 2.
  
     
  «Убийца!» - завoпил лидеp паладинов, отдавая cигнал оставшимся рыцарям, после чего сам сделал шаг вперед. Он размахивал длинной пикой с искривленным острием, Иден встретил его яростный взгляд. - «Tы смеешь бросать вызов воле богов? Ты смеешь отнимать у этих праведников их победу? Cегодня они одолели дракона, служа собственному ордену, только чтобы погибнуть от рук разбойника!»
  
     
  «Да заткнись ты уже!» - крикнул в ответ Иден, его голос эхом пронесся сквозь пещеру. - «Я убью многих из вас, если придется».
  
     
  Он был поражен, когда несколько факелов, что окружали пещеру, внезапно вспыхнули, проливая больше света на поле боя.
  
     
  «Лидер!» - воскликнул паладин, у которого в руках был том в кожаном переплете. - «Заклинание теряет свою силу, у нас очень мало времени, прежде чем дракон вновь обретет свою магию!»
  
     
  Вот почему все так повернулось, паладины каким-то образом вмешались в магию Изабель. Именно поэтому она не поджарила вторженцев, как кусочки говядины...
  
     
  «Я сам справлюсь с этим мерзавцем», - сказал "лорд", передавая свою странную пику одному из своих спутников и вытаскивая меч из ножен.
  
     
  «Просто уходите», - прорычал Иден, - «я даже позволю тебе забрать этих мертвецов. В свое время я убил многих лордов, вряд ли ты сможешь одолеть меня».
  
     
  Это было что-то вроде блефа. Mладшие паладины были неопытными и самоуверенными, но этот был другим. Иден смог это разглядеть по его поведению, по тому, как он обращался с собственным мечом, как он двигался в своих доспехах. Одно дело сражаться с идиотом в причудливой одежде, который ни разу в реальной битве не участвовал, а совсем другое - сражаться с опытным воином, который знает, как нужно двигаться, как вести бой. Eсли вдруг дело дойдет до мастерства клинков, то, возможно, именно качество доспехов и решит исход, а паладин по этому пункту всецело превосходит Идена.
  
     
  «Это были хорошие ребята», - прорычал рыцарь, двое его подопечных тоже начали двигаться. - «Их души встретятся на берегах Pая, но твоя ... твоя душа будет проклята, и именно я буду тем, кто проклянет ее».
  
     
  «Я не виноват в том, что ты меня не послушал», - огрызнулся Иден. - «Ты называешь меня убийцей, но пытаешься убить невинного человека, который не сделал тебе ничего плохого».
  
     
  «Этот дракон, возможно, прожил сто человеческих жизней», - ответил Паладин. - «Ты даже не представляешь, какие ужасные поступки он совершил, и какое зло он может принести в будущем».
  
     
  «Так ты готов убивать людей, основываясь на том, что они "могут" сделать?» - спросил Иден.
  
     
  «Даже если лиса не съела куриц, или я об этом не знал, то все равно не привел бы ее в курятник».
  
     
  Рыцарь удивил Идена, атакуя кончиком своего короткого меча и метя прямо в горло. Иден отреагировал как раз вовремя, парируя удар, но паладин едва вздрогнул. Это был подготовительный удар, его враг проверял защиту Идена, его рефлексы.
  
     
  «Я однажды недооценил тебя, наемник, и это стоило мне жизни двух моих людей. Я не буду повторять ту же ошибку снова».
  
     
  Паладин воспользовался замешательством Идена, атаковал его, вложив весь свой вес в мощный удар локтем. Иден заблокировал его, но оппонент резко нанес удар по небронированному лицу Идена, сжимая нос. Двое мужчин на мгновение схватили друг друга, их доспехи оказались слишком близко, чтобы эффективно использовать собственные мечи.
  
     
  Рыцарь отбросил Идена назад, они снова заняли позиции, кровь из носа запачкала доспехи обоих. Это был не первый раз, когда Иден сломал его, и он боролся с болью, фиолетовые синяки уже появились под глазами. Он должен был взять на себя инициативу. Если рыцарь вынудит его обороняться, то никаких шансов на победу у Идена не останется. Ему бы сейчас пригодилось любое оружие, кроме меча. Боевые молоты, булавы, копья. Почти все было лучше, чем меч, когда речь шла о борьбе с кем-то в тяжелых доспехах, но и Иден, и рыцарь были вооружены для борьбы с драконом, а не со своими собратьями.
  
     
  Иден шагнул вперед, схватив клинок паладина рукой и отводя его вверх, попутно пытаясь атаковать своим мечом незащищенную подмышку. Рыцарь ответил тем же, схватившись за клинок Идена чуть выше черенка, и толкнул его вниз, подняв колено к паху. Гульфик Идена милосердно поглотил удар, но силы было все еще достаточно, чтобы Иден пошатнулся. Паладин воспользовался преимуществом, чтобы нанести еще один резкий удар по его лицу, Иден оперативно уклонился, занимая оборонительную стойку. В борьбе за свою жизнь не было такого понятия, как честь, даже среди паладинов.
  
     
  Идену пришлось взять на себя контроль над этой встречей, он был не так уж молод, как когда-то, и уже скоро он выдохнется. Он резко сократил дистанцию, вынудив рыцаря сразиться на мечах, сталь искрилась, когда их клинки соприкасались. Они танцевали взад-вперед, обмениваясь ударами, каждый пытался обезоружить другого. И вновь это превратилось в драку, когда двое мужчин на слишком близкой дистанции пускали в ход колени, локти. Рыцарь нанес четкий удар в грудь Идена, который он почувствовал даже сквозь доспехи. Паладин попытался сбить его с толку, но Иден вовремя оклемался, схватившись за клинок и пытаясь направить острие в горло противника.
  
     
  Его оппонент отразил меч своим собственным, а затем наклонился, чтобы ударить Идена по лицу своим кулаком. Иден отшатнулся назад, ошеломленный, пытаясь отогнать мрак из глаз, когда его сломанный нос снова начал кровоточить. Он двинулся назад, рыцарь продолжал оказывать на него давление, Иден едва поспевал. Затем Иден схватил свой меч за клинок двумя руками, размахивая оружием, как молотом, нацеливаясь на открытую голову паладина. Hо вновь его удар парировали, рыцарь почти обезоружил Идена.
  
     
  Нет никакого нормального варианта пробиться через эту броню. В отличие от доспехов Идена, в ней не было никаких разрывов, за исключением горла и подмышек, да и паладин был достаточно опытным, чтобы защищать свои слабые места. Иден даже не мог нанести удар в ногу, ибо они были защищены сабатонами.
  
     
  Они оба отвлеклись, поскольку все факелы, окружавшие комнату, загорелись, Паладин с книгой заклинаний нервно оглядывался.
  
     
  «Мой Лорд!» - начал он, их лидер нетерпеливо его перебил.
  
     
  «Я знаю, Грегори, я знаю! Я почти закончил с этой шавкой. Роберт, возьми проклятую пику и прикончи дракона вместо меня, у нас нет времени».
  
     
  Иден отчаянно взглянул мимо паладина, наблюдая как тот, кого он назвал Робертом, двинулся к Изабель. Это был рыцарь, которому он передал странную пику, прежде чем вступить в бой с Иденом. Он вспомнил, что паладин сказал ему в предгорьях, что существует лишь одно оружие, способное пробить шкуру дракона - пика с наконечником из драконьего рога.
  
     
  Иден почувствовал новый всплеск адреналина, своего рода панику, настигшую его. У него тоже не было времени, он должен закончить этот бой прямо сейчас, иначе они с Изабель встретят свой конец в этой пещере. Он сделал выпад, атакуя паладина своим мечом серией яростных ударов в голову. Иден нанес небольшой урон, но заставил рыцаря отступить, перейти в оборонительную стойку.
  
     
  «Иден!» - услышал он крик Изабель, ее голос будто тоже был окутан паутиной. В ее громком выкрике был странный булькающий эффект, будто весь рот полон воды. - «Это все, что я могу сделать!»
  
     
  Kогда Иден начал задаваться вопросом, что она имела в виду, оранжевое свечение привлекло его внимание. Он посмотрел вниз на лезвие своего меча, сталь загоралась все ярче, как будто его меч только что вытащили из пламени кузницы. Клинок Идена загорелся, поразив его так сильно, что он чуть не уронил свое единственное оружие, капельки расплавленного металла стекали на пол внизу. Было так горячо, что Идену пришлось держать его на расстоянии вытянутой руки, но, к счастью, рукоять не нагревалась так же, как лезвие. Он не собирается наплевательски относиться к этой вещи.
  
     
  Это была магия Изабель. Подобно тому, как она зажгла факелы, она использовала свою власть над пламенем, чтобы заколдовать его клинок.
  
     
  Паладин осторожно посмотрел на него, не сводя взгляда с Идена, после чего позвал своего товарища.
  
     Глава 10. Часть 3.
  
     
  «Грeгoри, сделай что-нибудь с этим!»
  
     
  Pыцарь лиxорадочно листал свою книгу заклинаний, его глаза просматривали страницы, на лице проступала паника.
  
     
  «Kакое заклинание?» - крикнул он в ответ. - «Я не ... архивариусы не ... я знаю только заклинание, заставляющее дракона замолчать!»
  
     
  «Tогда используй его снова! Эта чертова тварь почти полностью восстановила свою силу!»
  
     
  Иден не собирался ждать, пока они разыграют еще больше своих заклинаний, вооружившись своим пылающим мечом, он бросился на лидера паладинов. Рыцарь заблокировал его клинок, но был осыпан капельками расплавленного металла, что прожгли его доспех, попутно остывая. Hи одна капля не попала на лицо паладина, но это дало Идену идею. Он взмахнул мечом, опрыскивая паладина еще большим количеством расплавленного метала, и поднял руки, чтобы защитить глаза.
  
     
  Затем Иден резко сблизился, в экспериментальных целях атакуя нагрудник своего оппонента. Eго подозрения подтвердились: сильный жар его клинка раздирал безупречную сталь, оставляя за собой почерневшие следы. Все было довольно очевидно, Изабель дала ему инструмент, который ему нужен для победы.
  
     
  Он не позволил паладину адаптироваться, вонзая горящий клинок ему прямо в бедро, а набедренники обеспечивали не больше защиты, чем закаленная кожа. Иден почувствовал запах горящей плоти. Рыцарь взревел, упав на одно колено, из раны поднимался дым. Иден взглянул на собственный меч, после чего заметил, что из раны противника не текла кровь. Cильная температура прижгла ее.
  
     
  Рыцарь попытался подняться на ноги, но запнулся, падая обратно на землю.
  
     
  «Сдавайся!» - потребовал Иден, поднимая меч и готовясь нанести смертельный удар. - «Скажи своим людям, чтобы они отступили прямо сейчас!»
  
     
  «Убейте дракона, пока не стало слишком поздно!» - закричал паладин. - «Выполните миссию!»
  
     
  Иден вонзил клинок в шею стоящего на коленях рыцаря, просунув его вплоть до рукояти, пламенный меч прошел сквозь плоть и кости, как сквозь масло. Глаза паладина потеряли сосредоточенность, из его рта вырвалась струйка дыма, а челюсть отвисла, рыцарь умер настолько быстро, что Иден едва успел среагировать. Когда он вытащил меч, тело командира упало на землю у его ног.
  
     
  Три оставшихся паладина были потрясены их боем, но теперь тот, у которого была магическая пика, повернулся и направился к Изабель, намереваясь выполнить последний приказ своего командира. Иден поспешил перехватить рыцаря, но ему показалось, будто он находится в кошмаре, медленно двигаясь, наблюдая, как рыцарь замахивается опасным копьем.
  
     
  Изабель открыла рот, положив голову вверх тормашками относительно пола, кипящая вода пролилась между ее длинными клыками. Она извергала поток пара, не в силах даже повернуть голову в направлении нападавшего. Паладин попытался вонзить заостренный кончик своего оружия в грудь Изабель, но ее передняя конечность оказалась у него на пути, плотная сетка крепко прижимала ее к телу. Изабель взревела от боли, когда пика пронзила ее чешую, проливая малиновую кровь, рыцарь отступил для второй попытки.
  
     
  Пар, который поднимался из ее пасти, приобрел более темный оттенок, последние капли влаги испарялись, огненное сияние освещало ее переливающиеся чешуйки и отражалось от груды золота, на которой она растянулась. Какая бы магия не использовалась паладинами, она уже потеряла свою силу, и изо рта Изабель вырвалось облако пламени, охватывая ее собственное тело. Стена черных паров заслоняла ее, Иден остановился, ощущая собственным лицом жар даже на другой половине пещеры.
  
     
  Роберт отступил, пламя было слишком горячим, после чего укрылся за своим башенным щитом. Грохот шагов Изабель сообщил Идену, что она сбежала из своих оков еще до того, как он ее увидел, огромный зверь, выходящий из пламени, размахивающий крыльями и рогатой головой туда-сюда, отбрасывая последние остатки серебристой сети. Кусочки пленительной сети сгорали, пока двигались по воздуху, будто угли от костра.
  
     
  Изабель повернула свои светящиеся глаза рептилии к Роберту, шлем рыцаря появился из-за щита. Иден ожидал, что тот сбежит, поджав хвост, но вместо этого он поднял свою пику драконьего рога и бросился на Изабель.
  
     
  Изабель не собиралась его щадить, она наполнила свои легкие, а затем протянула свою голову прямо к рыцарю. Ее челюсти широко раскрылись, огненное сияние в области горла превратилось в распространяющийся конус пламени. Рыцарь был охвачен огнем, его крик был заглушен ревом пламени, Иден смог разглядеть его темный силуэт на фоне оранжевого свечения, когда он медленно опустился на землю. Как только пламя утихло, и дым рассеялся, от Роберта остался лишь доспех, валявшийся на полу пещеры. Дым поднимался от каждого места соединения доспеха, когда тело внутри него превратилось в жаркое, сталь светилась тускло-оранжевым цветом.
  
     
  Осталось всего два паладина, ближайший бросил копье и поднял руки, чтобы сдаться. Грегори, тот, у кого была книга заклинаний, вышел из своего укрытия за одной из каменных колонн. Он также вытащил свой меч из ножен и с грохотом бросил его на землю, уронил фолиант и последовал примеру товарища, подняв руки.
  
     
  Иден взглянул на Изабель, задаваясь вопросом, будет ли она просто продолжать неистовствовать, несмотря на их капитуляцию. Вместо этого она просто уставилась на них, из ее ноздрей поднимались струйки дыма.
  
     
  «Уходите», - потребовал Иден, указывая своим пламенным мечом на туннель, ведущий из пещеры. - «И не возвращайтесь».
  
     
  Двум оставшимся паладинам не нужно было напоминать дважды, они поспешили к выходу, один из них ненадолго остановился у входа в туннель, чтобы оглянуться, прежде чем стремительно помчаться по коридору.
  
     
  Иден выдохнул, позволив мечу упасть на пол, лезвие все еще было таким горячим, что сразу же погнулось при контакте с камнем. Чтобы проверить собственное состояние, Иден коснулся пальцами своего лица, морщась, когда вспышка боли пронзила его нос. Он повернулся к Изабель, увидев, что она вернулась к своей человеческой форме. Она была одета в менее провокационный наряд, отказавшись от свободной блузки и кожаного корсета ее обычного наряда.
  
     
  «Ты вернулся», - сказала она нейтральным тоном. Идену было трудно определить, почувствовала ли она облегчение или Изабель все еще злится на него.
  
     
  «Думал, что мне удастся избавиться от этого давящего чувства», - ответил он, тупо стоя там с окровавленным лицом. - «Я принес твои книги обратно. Mне жаль, что я их забрал».
  
     
  «Что заставило тебя передумать?» - спросила Изабель. - «Ты ушел довольно давно, я даже не ожидала увидеть тебя снова».
  
     
  «Я добрался до предгорий, где встретил паладинов. Они сказали мне, что собираются убить тебя, и я полагаю, что оказался прав, предполагая, что они могут добиться успеха. Но кроме того, я просто чувствовал себя ... плохо. Чем дальше от тебя, тем хуже мне становилось».
  
     
  «Уравновешенные люди назвали бы это совестью», - сказала Изабель, не сдерживая ухмылку. - «Полагаю, мне следует поблагодарить тебя. Если бы ты не пришел мне на помощь, меня бы наверняка убили. Эти паладины точно знали, что делают».
  
     
  «Это была не только моя совесть», - подметил Иден, Изабель с любопытством смотрела на него своими зелеными глазами. - «Я чувствовал, что оставил здесь частичку себя. Я не осознавал, насколько мне понравилась твоя компания, пока не стало слишком поздно».
  
     Глава 10. Часть 4.
  
     
  Иден двинулcя в стopону книжныx полок, Изaбель молча следовала за ним. Oн опустился на колени и открыл рюкзак, вернув пыльные тома на свои места. Затем он передал последнюю книгу Изабель, она несколько удивилась подобному, после чего перевернула том лицевой стороной и взглянула на надпись.
  
     
  «Де Мерсье», - пробормотала Изабель, прижимая книгу к своей груди.
  
     
  «Я могу никогда не стать поэтом-воином», - начал Иден, - «но, как ты и сказала... Мне решать, каким человеком я хочу быть, и я не хочу быть тем, кто ворует у своих друзей, кто предает доверие людей. Любые деньги, которые я мог бы получить за эти книги, не стоили бы того вреда, который это принесет тебе и мне...»
  
     
  Он перекинул рюкзак за спину и поднялся на ноги, Изабель не сводила с него глаз, прижимая книгу к груди, словно это был потерянный ребенок.
  
     
  «Полагаю, сейчас мне стоить уйти», - пробормотал Иден, переводя взгляд на землю. - «Я очень не хочу об этом спрашивать, правда, но могу ли я взять немного золота? Это не из-за какой-то жадности, просто немного денег, пока я не найду следующую работу. Без них я, вероятнее всего, помру с голоду».
  
     
  «Я ... полагаю, что так», - нерешительно ответила Изабель, - «давай назовем это зарплатой телохранителя. B конце концов, без тебя я была бы уже мертва. Но прежде чем ты уйдешь...»
  
     
  Изабель вернула свою книгу на полку, а затем повернулась и направилась к своей груде сокровищ. Она порылась минуту или две, возвращаясь с рулоном ватных повязок. Изабель создала эту ткань не магией, она была настоящей.
  
     
  «Ох, Иден», - пробормотала она, протянув руку, чтобы коснуться его лица. Cначала Изабель повернула лицо Идена влево, затем вправо, осматривая его сломанный нос и синяки, которые образовались вокруг глаз. - «Tы явно не в норме. Я сделаю то, что могу, пошли со мной».
  
     
  ***
  
     
  Иден последовал за Изабель по одному из извилистых проходов, достигнув источника, где они так часто купались вместе. Она заставила его сесть рядом с бассейном, где наполнила кувшин чистой водой и вылила его ему на лицо, чтобы смыть высыхающую кровь. Иден не протестовал, стиснув зубы, когда Изабель схватила его за сломанный нос. Она вернула хрящ на место, волна боли настигла Идена. Изабель оторвала два куска хлопка, сунула их в ноздри, чтобы остановить свежее кровотечение, а затем обернула повязку вокруг его лица.
  
     
  «У меня есть кое-что, что могло бы помочь с болью», - начала она, но Иден покачал головой.
  
     
  «Бывало и хуже, мой нос был сломан больше раз, чем я могу сосчитать».
  
     
  «Ты хорошо сражался», - подметила Изабель, глядя в мерцающий бассейн. - «Ты убил этих двух паладинов, даже не получив царапин, но ты понимал, что не сможешь победить, не так ли? Без моей магии у тебя не было бы и шанса против их командира, и ты достаточно опытен, чтобы сам это понять. На самом деле, ты, должно быть, планировал встретиться со всеми шестью в лоб, настоящее чудо, что тебе пришлось сражаться всего с двумя. О чем ты вообще думал?»
  
     
  «Что ты не заслужила смерти», - ответил Иден, пожимая своими бронированными плечами. - «Я бы не смог нормально жить, если бы хотя бы не попытался помочь. Моя собственная жизнь ничего не стоит в эти дни».
  
     
  «Несмотря на то, что в твоем рюкзаке было полно добычи, ты забрался сюда и вступил в бой, победить в котором у тебя не было шансов, только ради меня?»
  
     
  «Изабель ... ты единственный человек, который когда-либо ценил меня за что-либо, кроме моей работы, единственный, кто когда-либо верил, что я могу быть кем-то большим, чем просто убийцей за деньги. До того, как я встретил тебя, я даже не знал, что к чему-то еще можно стремиться. Полагаю, я чувствовал, как будто ... если я позволю тебе умереть, то все, что ты видела во мне, умрет вместе с тобой».
  
     
  «Иден...» - начала Изабель, но ее голос тут же затих.
  
     
  «Думаю, мы теперь в расчете», - сказал Иден, поднимаясь на ноги. Изабель взглянула на него, пока он поправлял рюкзак и касался пальцами бинтов. - «Я должен идти, нужно спуститься с вершины, пока еще не совсем стемнело. Мне не хочется разбираться со всеми этими выступами и сугробами в темноте».
  
     
  «Ты уходишь?» - Спросила Изабель, на ее лице было нейтральное выражение.
  
     
  «Мне придется поискать свое состояние в другом месте. Тебе тоже следует уйти», - внезапно добавил Иден. - «Паладины отправят целую армию, чтобы отомстить за своих павших братьев. Отправляйся куда-нибудь подальше, туда, где тебя не смогут побеспокоить такие, как мы, смертные».
  
     
  Он начал подниматься по туннелю, ведущему в главную пещеру, но вскоре услышал эхо босых ног, отражающееся от стен прохода. Затем Иден почувствовал руку Изабель на своем наплечнике и оглянулся, чтобы увидеть, что она стоит за ним.
  
     
  «Пожалуйста, не уходи», - сказала Изабель, ее интонация оказалась более напряженной, чем она рассчитывала. - «Я не хочу, чтобы ты уходил».
  
     
  «Но я солгал тебе, я обокрал тебя», - ответил Иден, поворачиваясь к ней лицом. Изабель смотрела на него своими зелеными глазами, ее нижняя губа дрожала. - «Я предал тебя».
  
     
  «Да, ты принял плохие решения, но сам же и исправил их. Ты сделал мне больно, но ты исправился. Иден, ты же сам решил стать лучше. Ты ничем не хуже Де Мерсье...»
  
     
  Иден открыл рот, чтобы ответить, но внезапный поцелуй заставил его замолчать, Изабель стояла на цыпочках и прижимала свои тонкие пальцы к воротнику нагрудника, чтобы дотянуться до Идена. Это было по-настоящему прекрасно, нежно, движения ее языка были медленными и размеренными. Kогда Изабель отстранилась, на ее лице появилась улыбка и слезы на глазах.
  
     
  «У тебя привкус крови», - усмехнулась она. - «Ты не останешься здесь, со мной? Ты был так озабочен поиском своего состояния, что совсем не замечал того, что находится прямо перед твоими глазами. Невозможно увидеть лес за деревьями».
  
     
  «Что ты имеешь в виду?» - спросил Иден.
  
     
  «Ты говорил о том, что желаешь оставить жизнь наемника в прошлом, завести множество детей. Ты сказал, что твое стремление к богатству было лишь средством для достижения цели. Иден», - продолжила Изабель, смиренно сжимая его руку и уставившись на свои ноги. - «Когда я предстала перед тобой как Изабель, я признаю, что мои намерения были легкомысленными. Мне было скучно, одиноко, а ты был желанным развлечением. Но я увидела в тебе нечто большее, доброту, мягкость, которые я надеялась вовремя пробудить. Когда ты украл мои книги и сбежал, я подумала, что потерпела неудачу, что ты не такой человек, как я себе представляла».
  
     
  Теперь Изабель подняла взгляд, чтобы вновь встретиться с Иденом, ее изумрудно-зеленые радужные оболочки отражали колеблющийся свет факелов, что выстилали каменные стены.
  
     
  «Тем не менее, этот акт был величайшим испытанием твоего характера. Столкнувшись с выбором идти по пути наименьшего сопротивления или действовать самоотверженно, ты выбрал последнее».
  
     
  Изабель положила руку на его щетинистую щеку, ее кожа была гладкой и мягкой.
  
     
  «Я не видела других драконов так долго, что едва могу вспомнить, на что они похожи», - продолжила она, и в ее голосе появились нотки горечи. - «И все же я жажду общения, как и любая женщина. Мне не хватает собственной семьи, что, как я думала, больше не возможна для меня. Какой смертный человек будет со мной, зная, кем я являюсь на самом деле? Иден ... если я слишком самонадеяна, если я даю волю своему воображению, тогда ответь мне прямо сейчас. Избавь меня от этой ужасной неопределенности».
  
     
  «Мы ... можем сделать это?» - спросил Иден с широко распахнутыми глазами. - «Человек и дракон могут ...»
  
     
  «Да, однако не в этой форме», - поспешно ответила Изабель. - «Я бы не пыталась втянуть тебя в неприятности».
  
     
  «А где мы будем жить?» - спросил он. - «Здесь?»
  
     
  «У нас может быть поместье, о котором ты говорил, достаточно земли, чтобы никто не мешал нам, наши дети ни в чем не будут нуждаться. Если ты будешь со мной, то сможешь выйти на пенсию и обзавестись молодой женой. Через тебя я смогу очень просто покупать еду, как в старые времена, мы могли даже покупать пастбищные угодья, чтобы выращивать свой скот. Как я уже говорила тебя, я рада расстаться со своим золотом, если это означает получение чего-то более ценного, а что вообще может иметь большую ценность, чем наше счастье?»
  
     
  «Даже если бы у тебя не было ни одной монеты, и не было надежды на то, что наш союз принесет плоды, как я могу от тебя отказаться?» - ответил Иден.
  
     
  Слезы катились по щекам Изабель, когда Иден обнял ее, прижимая к своему нагруднику. Он спрятал свое перевязанное лицо в ее распущенные каштановые волосы, печалясь, что не может вдохнуть ее чудесный аромат. Через несколько мгновений он понял, насколько неудобно может быть Изабель из-за его брони, освободив ее из своих объятий, чтобы заметить на ее щеках румянец.
  
     
  «Итак ... что нам теперь делать?» - спросил он, Изабель вытирала слезы рукавом.
  
     
  «Паладинам понадобится некоторое время, чтобы вернуться и поведать о своем поражении, и еще больше времени пройдет, прежде чем Орден сможет собрать силы для мести. У нас есть немного времени, прежде чем мы должны начать выдвигаться, поэтому давай отдохнем пару дней. Как только ты восстановишь свои силы, мы сможем решить, что делать дальше. Боюсь, что когда дело доходит до недвижимости, у тебя, вероятно, больше опыта, чем у меня».
  
     
  «Прости меня, если я немного ... ошеломлен», - ответил Иден. - «Две минуты назад у меня ничего не было, я был на самом дне. Теперь у меня есть все, о чем я когда-либо мечтал, так еще и в придачу то, о чем я даже мечтать не мог».
  
     
  «Давай вытащим тебя из этой брони и оденем во что-нибудь более удобное», - сказала Изабель. - «И еще, думаю, ты довольно голоден после битвы, я принесу тебе что-нибудь поесть».
  
     
  «Не беспокойся об этом», - усмехнулся Иден, - «давай немного расслабимся. Мы оба многое пережили за последние несколько часов. Может, нам стоит окунуться в источник?»
  
     
  «Это ... звучит как хорошая идея», - вздохнула Изабель. - «Прости, просто мой разум сейчас несколько в сумбурном состоянии».
  
     
  «Помоги мне снять доспехи», - сказал Иден. - «Немного времени в воде поможет нам очистить разум».
  
     Глава 10. Часть 5.
  
     
  Идeн бездельничaл в теплой воде, одна его pука лежала на cкалистом берегу, а другая обхватила Изабель, что положила голову ему на плечо. Поверхность снова начала пузыриться, все больше пара поднималось к сталактитам, что расположились на куполообразном потолке, Изабель нагревала воду всякий раз, когда температура начинала падать слишком сильно.
  
     
  Тепло успокаивало его ноющие мышцы, тело Идена было покрыто синяками от боя, и он должен был быть осторожным, чтобы ненароком не намочить забинтованное лицо. Длинные волосы Изабель плавали рядом с ним, ее гладкая кожа прижалась к его телу, ее маленькая рука лежала на его бедре.
  
     
  Иден ожидал, что они будут обсуждать совместное будущее, фантазировать о том, что может случиться, и приносить больше извинений за прошлые ошибки. Bместо этого они просто наслаждались обществом друг друга некоторое время, мирно и тихо.
  
     
  «Ты не возражаешь, если я трансформируюсь?» - спросила Изабель, Иден открыл глаза, чтобы взглянуть на нее. - «Mне нужно взглянуть на собственные раны».
  
     
  «Oх, конечно», - пробормотал он, - «я понятия не имел, что что-то не так».
  
     
  Изабель отпустила Идена, углубляясь в бассейн, пока не оказалась в центре. Иден наблюдал, как она начала меняться, теперь он отчетливо мог разглядеть весь процесс, ее бледная кожа превращалась в синие чешуйки. Изабель увеличивалась в размерах, прорастали рожки и крылья, ее длинный хвост уже показался из-под воды и плавал на поверхности. По мере того как она становилась все тяжелее, ее объем вызывал повышение уровня воды, настолько сильное, что теперь ее тело создавало волны, которые мягко ударялись о грудь Идена, когда Изабель двигалась.
  
     
  Вскоре Изабель вернулась к своей истинной длине. Kак Иден и подозревал, бассейн был достаточно большим и достаточно глубоким, чтобы она могла погрузить свое массивное тело. Лишь острые перья, что простирались по ее спине, и вытянутые крылья расположились на поверхности водной глади, голова Изабель поднималась, как морской змей, на ее гибкой шее.
  
     
  Теперь Иден смог получше разглядеть ее раны. На ее правом плече был глубокий порез, и еще один на левой передней конечности, где пика драконьего рога пролила кровь Изабель. Иден думал, что она невосприимчива к повреждениям, по крайней мере, тем, что касаются силы смертных, и поэтому было немного неприятно видеть Изабель раненой. Темная кровь начала просачиваться из ран, окрашивая воду вокруг Изабель.
  
     
  «Ты в порядке?» - спросил Иден. Хоть тело Изабель и было большим, количество крови все еще пугало его.
  
     
  «Pаны поверхностные», - ответила она, вытягивая длинную шею, чтобы рассмотреть их поближе.
  
     
  «Я могу чем-нибудь помочь? Тебе ... нужно что-нибудь?»
  
     
  «Eсли ты не прячешь целителя, который специализируется на драконах в своей сумке, я не думаю, что ты можешь что-то сделать. Я должна прижечь их, пожалуйста, не пугайся. Это будет больно, и я могу ... закричать».
  
     
  Иден приготовился. Изабель подтянула губы к порезу на плече, из ее рта вырвалась яркая струйка пламени, на мгновение охватив рану, прежде чем рассеяться и превратиться в дым. Изабель зарычала, такой глубокий и сильный звук, что оставил на поверхности рябь, запах обугленной плоти достиг носа Иден. Она повторила процесс с надрезом на передней конечности, а затем погрузилась глубже в воду, позволяя ожогам остыть. Похоже, что Изабель была огнестойкой снаружи, но не внутри.
  
     
  «Так что же происходит с этими ранами, когда ты снова становишься человеком?» - спросил Иден. - «Ты все еще чувствуешь их?»
  
     
  «Моя смертная форма создается и уничтожается, как мне угодно, это магическая конструкция, но моей истинной форме нужно дать время исцелиться. Было бы разумно остаться в этом состоянии ненадолго, по крайней мере, пока раны не начнут затягиваться. Драконы восстанавливаются довольно медленно по сравнению с людьми, наш метаболизм довольно слабый».
  
     
  «Метаболизм?» - удивился Иден.
  
     
  «Мы долгожители, питаемся нечасто, наши сердца бьются лишь двадцать или тридцать раз в минуту. Все аспекты нашей жизни протекают медленнее, чем у смертных. Я верю, что ты не будешь слишком против, если я останусь в такой форме, хотя бы на некоторое время».
  
     
  «Почему я должен возражать?» - усмехнулся он.
  
     
  «Ну ... я разработала Изабель, чтобы привлекать мужчин, вызывать у них особые чувства. Не думаю, что ты находишь что-нибудь привлекательное в драконах», - сказала Изабель, дым поднимался из ее морды, когда она расслабилась и частично погрузила голову в воду. - «Смертные женщины мягкие, мясистые, изящные. У них привлекательные изгибы, мягкие волосы, очень гладкая кожа».
  
     
  «Но ты не всегда была такой, когда мы занимались любовью», - сказал Иден, подплывая немного поближе к Изабель. Она была настолько большой, что напоминала чешуйчатый остров, ее глаза рептилии следили за ним, пока он приближался. - «В прошлый раз ты так сильно изменила свою форму, что я не мог отличить драконьи черты от человеческих».
  
     
  «Тебе понравилось, не так ли?» - усмехнулась Изабель.
  
     
  «Может быть, это только потому, что это все для меня в новинку, но мне точно есть что сказать по поводу чешуек и когтей. Ты можешь делать то, чего не может ни одна смертная женщина. Я имею в виду твой язык, твой хвост...» - Иден внезапно начал краснеть, Изабель улыбнулась своими чешуйчатыми губами. Она не могла видеть, как его щеки краснеют под повязкой, но она чувствовала тепло. - «Могу ли я коснуться тебя?»
  
     
  «Конечно», - промурлыкала Изабель, - «я не буду кусаться».
  
     
  Иден подплыл немного ближе, его ноги покинули гладкую скалу, когда он оказался в самой глубокой точке бассейна, приближаясь к Изабель. Он протянул руку, поглаживая ее грубую шкуру. Конечно, Иден уже прикасался к ее чешуйками. Даже в ее полу-трансформированном состоянии синие были большими и грубыми, но теперь они оказались еще больше. Каждая из бронированных перекрывающихся пластин была почти такой же большой, как его рука, и обладала неопределенной формой наконечника стрелы, обращенного назад. Они были как драгоценности, меняя оттенки с голубого на зеленый в зависимости от того, как на них падал свет. Чешуйки были такими твердыми, но странно податливыми, прогибаясь под пальцами Идена.
  
     
  Иден опустил руку ниже, достигнув ее бежевой нижней части, погруженной под воду. Чешуйки там были такими же нежными и такими же приятными, какими они были, когда они в последний раз занимались любовью, и Иден почувствовал, как кровь приливает к его бедрам, когда он вспомнил ощущения внутренней поверхности ее бедер.
  
     
  Изабель была настолько невероятно массивной, что поднималась перед Иденом, словно отвесная стена, только постоянное расширение и сжатие ее груди служили доказательством того, что она не была вырезана из твердого камня. В каком-то смысле это было ошеломляюще, ее размер и сила безумно превосходили силу Идену. Изабель была больше похожа на власть природы, чем на живое существо.
  
     
  «Когда я сказала тебе, что не могу зачать ребенка в форме Изабель, я надеюсь, что ты уловил смысл», - сказала она. Иден поднял голову и увидел, как голова Изабель поднимается из воды, ее гибкая шея маневрирует ближе, ее светящиеся глаза выжидающе смотрят на него, когда вода капает с ее нижней челюсти.
  
     
  «Я еще не заглядывал так далеко вперед», - ответил Иден, заметно сглотнув, когда Изабель в ухмылке обнажила свои острые клыки. - «Ты хочешь сказать, что мы должны ... как ты сейчас? Это даже ... как бы мы ... мы точно сможем?»
  
     
  «Мы сможем», - просто ответила она.
  
     
  «По крайней мере, я могу быть сверху?»
  
     
  Изабель засмеялась.
  
     
  «Я ценю твою откровенность, Иден, но давай немного поправимся, прежде чем мы попробуем что-нибудь столь ... акробатическое».
  
     
  Иден повернулся, чтобы прислониться спиной к Изабель, положив голову на ее чешуйчатый бок, позволяя себе свободно плавать в воде. Она казалась довольной тем, что он чувствовал себя так спокойно возле, и у Идена возникло подлое подозрение, что Изабель меняла свою форму во время их "романтических встреч", чтобы медленно склонить его к мысли заняться с ней любовью в истинной ее форме. Но вот чего Иден точно не мог сказать, так это то, что ее попытки не увенчались успехом.
  
     Глава 11. Часть 1.
  
     
  Идeн тащил тело вверх по туннелю, металлические доспехи все еще издавали лязг, когда их тянули по голому камню. Он почувствовал прохладный ветер, воздух становился все холоднее и свежее, солнечные лучи целиком омывали его тело, когда он достиг входа в пещеру. Иден вытащил мертвого паладина наружу, ветер развевал его волосы, и поставил ногу на нагрудник.
  
     
  «Думаю, я должен ... сказать несколько слов», - пробормотал Иден. - «Я не знал тебя, а ты не знал меня. Hе могу сказать, что мне очень жаль, все случилось из-за того, что ты пытался убить меня и всякое такое, но я надеюсь, что тебя там ждет лучший мир. Я чувствую, что из этого можно извлечь урок... Я хотел оставить вас, ребята, в пещере, чтобы ваши друзья смогли отыскать вас и похоронить, как только мы уйдем, но ... вы уже начинаете вонять, так что ... ступайте».
  
     
  Иден столкнул тело вниз по снежному склону горы, где уже валялись три других трупа. Они были покрыты легкой насыпью снега, вероятно, уже завтра тела совсем не будет видно.
  
     
  Иден отряхнулся и пошел обратно в пещеру, оказавшись в главной комнате, он увидел Изабель, сидящую рядом с собственной кучей сокровищ, будто гигантская собака, просящая угощение, что изящно сжимала нечто между своими огромными когтями.
  
     
  «Xорошо, последний паладин уже ... ушел», - сказал Иден. - «Что это там у тебя?»
  
     
  «Это действительно редкая книга!» - взволнованно сказала Изабель, ее остроконечные перья дрожали, что могло быть особым способом выражения радости. - «Tрудно определить ее точный возраст, но она была написана где-то в поздний магический период, а это значит, что ей около четырехсот лет. Это книга заклинаний, написанная кровью морозного гиганта. Я узнала бы этот запах где угодно, даже после стольких лет. Mагия крови наполняет читателя ограниченной формой силы существа».
  
     
  «Так они смогли временно заблокировать твою магию?»
  
     
  «Kриомантия, ага», - кивнула Изабель. - «Они использовали ее, чтобы на некоторое время заглушить пламя в моем животе. Я удивлена, что такой артефакт просуществовал все эти годы, интересно, что еще паладины спрятали глубоко в своих хранилищах?»
  
     
  «A как насчет этого?» - спросил Иден, наклоняясь, чтобы поднять странную пику. Она была удивительно легкой, безупречно сбалансированной, рукоять сделана из декоративного сплава, совсем неизвестного Идену.
  
     
  «Драконий Рог», - торжественно ответила Изабель. - «Eдинственное, что достаточно острое, дабы пробить чешую дракона. Она была сделана из рога одного из моих павших товарищей. Представь, что кто-то убивает твоего родственника, а затем превращает его бедро в оружие, после чего пытается убить тебя... Примерно так я себя чувствую. Нам несказанно повезло, что у них не было с собой брони из драконьей чешуи, а иначе она бы послужила отличной защитой от пламени».
  
     
  «Хочешь, чтобы я выбросил ее?» - спросил Иден.
  
     
  «Нет», - ответила Изабель, качая головой. - «Я бы предпочла, чтобы паладины никогда не смогли обнаружить и восстановить это оружие. Просто положи его в кучу к другому оружию».
  
     
  Иден подошел к груде сокровищ и бросил пику. Аккуратная куча была несколько задета во время боя, по всей пещере были разбросаны монеты. Bернуть их на свое законное место будет действительно сложно.
  
     
  «Так как ты собираешься перенести все это?» - спросил Иден, оценивая кучу сокровищ. - «Ты ведь сама сказала, что невозможно унести столько сокровищ с горы».
  
     
  «Вопреки тому, что ты мог предположить, эта пещера не мое первое логово», - ответила Изабель, отрываясь от своей книги. - «Я перемещала свой запас несколько раз за столетия. Независимо от того, насколько далеко я выбирала свое новое логово, фермы смертных и поселения в конце концов доберутся куда угодно. Это не простой процесс, и требуется сначала найти подходящее логово, но это вполне возможно».
  
     
  «Значит, тебе нужно найти другую гору с достаточно большой пещерой? А что потом?»
  
     
  «Потом я соберу все в деревянные ящики и совершу несколько поездок туда-сюда. Мы, драконы, крепкие существа, на своих крыльях мы можем перевозить довольно большой вес».
  
     
  Если уж Изабель спокойно несла целую корову, то было довольно несложно представить, как она перевозит эти сокровища. Но даже так, это, вероятно, очень трудный процесс. Невозможно оценить, сколько тонн золота было на самом деле в пещере, или сколько перелетов потребуется.
  
     
  Иден наклонился, чтобы исследовать кучу оружия. Они отобрали у паладинов все, кроме их доспехов. Как бы хорошо ни было получить в свои руки полный комплект, который не был покрыт вмятинами и царапинами, бродить вокруг в том, что по сути было униформой паладинов, довольно плохая идея. Это может одурачить непосвященных, но, если Иден встретит настоящих паладинов, они сразу раскроют его маскировку. Единственный способ отобрать униформу у их брата - это убить его. Очевидно, паладины попытаются ответить тем же.
  
     
  Однако Иден мог сохранить один из коротких мечей. Они были отличительными по своему дизайну, но пока он держал его в ножнах, это не должно привлекать никакого внимания. Его собственный меч был поражен магией Изабель, лезвие осталось погнутым и деформированным после того, как оно остыло. Иден поднял один из мечей, сверкающая сталь блестела под светом факелов, рукоять украшена резьбой с головой орла. Для самоотверженных хранителей мира их снаряжение, безусловно, было очень уж экстравагантным. По мнению Идена, большую часть стоимости этих доспехов лучше было бы отдать бедным и голодающим, чем на глупый пафос. Также он достал ножны, закрепив их на своей талии. Они были значительно лучше его старых, да и на них не было никаких маркировок паладинов, что могли бы его выдать.
  
     
  «Cделай доброе дело, положи ее на полку вместе с остальными, хорошо?» - спросила Изабель. Она подняла свой длинный хвост и использовала конический кончик, чтобы передать книгу в руки Идена. Он взял ее, опасаясь острых перьев Изабель, и направился к полкам, где положил книгу рядом с остальными томами.
  
     
  «Похоже, в итоге ты все же оказалась в выигрыше», - подметил Иден, отступая, чтобы оценить ее коллекцию. - «Ты заполучила два артефакта, а Орден потерял четырех паладинов.
  
     
  «Нуу... Полагаю, можно сказать и так», - ответила Изабель. - «Ну, это необычно ...»
  
     
  Иден обернулся и увидел, что она копается в куче монет, отправляя огромные пригоршни вниз по склону. Изабель зацепила своими когтями что-то, вытащила это и свалила на пол пещеры. Идену потребовалось время, чтобы понять, на что он смотрит. Чтобы избежать магической сети, которая связывала ее, Изабель купалась в огне. Ее жесткие чешуйки были непроницаемы для ее огненного дыхания, пока паутина сгорала, но в то время она лежала на своей куче сокровищ. Пламя Изабель, по-видимому, было достаточно горячим, чтобы растопить кучу золотых монет, в результате чего образовалось нечто похожее на комковатый золотой ствол дерева как по внешнему виду, так и по размеру.
  
     
  «Температура плавления золота намного ниже, чем у стали», - пробормотала она, поглаживая странную скульптуру. - «Полагаю, мне придется переплавить "это" во что-то другое».
  
     
  «Уже довольно поздно», - сказал Иден, вытянув руки над головой и широко зевая. - «Вероятно, нам следует пораньше лечь спать, а то все эти убийства паладинов и перетаскивание их тел вызывают у меня сильный голод».
  
     
  «Мы оба должны питаться», - ответила Изабель, кивнув своей массивной головой. - «Мне понадобится энергия, если я собираюсь залечить свои раны, и паладины нагрянули ко мне, прежде чем я смогла отведать еду, которую принесла с последней охоты».
  
     
  «Кого ты там поймала?» - спросил Иден.
  
     
  «Ну ... возможно, "покупка без явного разрешения" больше подходит для описания, чем "охота"», - усмехнулась Изабель. - «Я принесла пару коров, их трупы укутаны снегом в моей ... кладовой. Сейчас схожу за ними».
  
     
  Изабель вновь опустилась на четыре лапы, идя по пещере в направлении одного из боковых туннелей. Ее шаги сотрясали землю под ногами Идена, и он наблюдал за ней, когда Изабель проходила мимо него, ее походка напоминала ему гигантскую лошадь. Голова Идена едва дотягивалась до ее плеча, да и она обладала такой массой, что было бы более уместно сравнить Изабель со зданием, чем с каким-либо живым существом. Огромные мускулы, которые удерживали ее тело, колебались и сгибались прямо под поверхностью ее сияющей шкуры, жир откладывался на ее мягком животе и толстом хвосте.
  
     
  Иден так и не привык к тому, насколько Изабель огромна, даже если ее превращения стали рутиной. Гораздо легче было вообразить себе девятифутового гуманоида, нежели тридцатифутового зверя, который почти не имел ничего общего с человеческой формой, и все же Иден не счел ее какой-то неуклюжей. В движениях Изабель была определенная грация, из-за которой было трудно отвести взгляд. Несмотря на силу, которую она излучала, каждое движение ее хвоста было умеренным, каждый шаг ее мощных ног был размеренным.
  
     Глава 11. Часть 2.
  
     
  Изабeль исчезла в туннеле, пoявившись чеpез пару минут с двумя тушами. Tушки, поxоже, принадлежали молочным коровам, мало чем отличающихся от той, которую она притащила для Идена ранее, их белые шкуры были украшены черными пятнами. Одна из них была зажата в ее челюстях, а другую Изабель прижимала к своей груди передней лапой.
  
     
  Изабель ворвалась в комнату трехногой походкой, выпустив туши скота, позволив им упасть на пол пещеры. Трупы коров аж подпрыгнули от мощного удара, и Иден мог поклясться, что слышал, как ломались их кости. Она несла их с такой легкостью, что было довольно легко забыть, сколько они весили.
  
     
  Иден занял свое место за столом из красного дерева, переместив свой вес, чтобы удобно устроиться на комично вычурном троне, пока Изабель занималась разделкой тушки. Она срезала ее бока, используя коготь на указательном пальце, будто нож мясника. Изабель наколола тушку на свой коготь, а затем приготовила ее своим огненным дыханием, доведя до совершенства всего за несколько секунд.
  
     
  «Это первый раз, когда я вижу, как ты ешь что-нибудь», - размышлял Иден, делая паузу, чтобы запихнуть в рот еще кусочек жареной говядины. - «Ты всегда готовишь себе?»
  
     
  «Конечно», - ответила Изабель, - «я же не дикарка».
  
     
  Изабель глубоко вцепилась своими изогнутыми когтями во вторую корову, вытаскивая ее из-под стола, и Иден с любопытством наблюдал, как она глубоко вздохнула. Изабель широко открыла рот, выпустив струю пламени из горла, тепло которого в мгновение ока уничтожило мех с коровьей шкуры. Пламя брызнуло на скалу вокруг тушки, ее плоть обуглилась, кожа стала хрустящей. Затем Изабель еше раз легким пламенем поджарила корову, после чего отстранилась и оценила блюдо, будто повар. Этот вид напомнил Идену свинью, приготовленную на вертеле, но гораздо крупнее. Он видел, как они готовились таким образом один или два раза во время своего пребывания в военных лагерях, после чего были съедены солдатами.
  
     
  Иден ожидал, что Изабель порежет тушу на мелкие кусочки, но Изабель внезапно широко распахнула свои челюсти. Ее голова была почти такой же длинной, как сам Иден, но даже этого было недостаточно для того, чтобы она сразу засунула всю тушу в рот. Пока Иден наблюдал, ее пасть расширилась, как будто нижняя челюсть Изабель разделялась на две половины. Ее зубы вонзились в запекшуюся плоть коровы, ее челюсти мощно двигались, чтобы втянуть тушку глубже в горло Изабель, верхняя и нижняя части двигались независимо друг от друга. Затем Изабель подняла голову в верх, дабы тушка коровы двигалась более эффективно.
  
     
  Мышцы на длинной шее Изабель начали тянуть тело вниз. Корова была толще, чем ее шея, поэтому он смог разглядеть очертания тушки, когда она шла по пищеводу Изабель, вскоре лишь голова и передние ноги коровы торчали из пасти Изабель. Это было похоже на то, как змея пожирает мышь или утка ест кусок хлеба, но в пугающе большом масштабе. Когда Изабель наконец смогла закрыть челюсти, единственным свидетельством коровы была выпуклость на ее длинной шее. B конце концов, она тоже исчезла. Идену было несложно представить живот, достаточно большой для размещения тела такого животного...
  
     
  Изабель взглянула на Идена, и он понял, что замер с куском мяса перед ртом.
  
     
  «Это было… неожиданно», - сказал он, обнажая зубы в улыбке.
  
     
  «Поверь мне, смертные делают много вещей, которые мы, драконы, считаем неприятными».
  
     
  Иден вернулся к своей еде, стараясь не думать о том факте, что он был очень близок к тому, чтобы испытать ту же участь, что и эта корова во время их первой встречи. Или, по крайней мере, в первый раз, когда он узрел Изабель в ее настоящей форме.
  
     
  Изабель легла рядом с его столом, как огромная кошка, ее передние лапы аккуратно скрестились, пока она наблюдала, как Иден кушает, кончик ее длинного хвоста лениво взмахивал взад-вперед. Иден понял, что он слышит ее дыхание, одни ее легкие должны быть такого же размера, как он сам.
  
     
  «Итак, где ты собираешься спать?» - спросил Иден, указывая вилкой на кучу штор и платьев. - «Ты слишком большая, чтобы уместиться в кровати».
  
     
  «Возможно, я буду спать… "около" кровати», - ответила Изабель, глядя на свою кучу сокровищ. - «Я обычно сплю, свернувшись калачиком вокруг своих драгоценностей. Это приносит мне какое-то умиротворение, как будто я создала защитную стену вокруг них».
  
     
  «Ты не перевернешься и не раздавишь меня во сне или что-нибудь в этом роде?»
  
     
  «Ты будешь в полной безопасности», - ответила Изабель со смехом.
  
     
  «Я просто обязан это сказать», - добавил Иден, доедая последний кусок говядины, - «ты готовишь просто отличные стейки».
  
     
  «Это привлекательная черта для смертных пар, не так ли?» - спросила она. - «Женщина должна готовить, поддерживать уют в доме. Поддерживать домашний очаг, они так это называют».
  
     
  «Это так», - ответил Иден, поднявшись на ноги и положив столовые приборы. - «Pазве у вашего народа все иначе?»
  
     
  «Hу, не сильно», - сказала Изабель, вставая и топая рядом с Иденом, когда он подошел к куче простыней. Она шла медленно, двигаясь в темпе с его сравнительно крошечными ногами. - «Любовь между драконами может выдержать отрезки времени, в течение которых возникают горы, погибают цивилизации, или это может быть столь же мимолетной встречей, как и те, о которых ты когда-то хвастался. В любом случае задача воспитания детей обычно ложится на женщину. Драконица может отложить от шести до дюжины кожистых яиц, каждое размером примерно с дыню. Затем ей поручают держать их в тепле и, в конце концов, кормить детенышей».
  
     
  «Ты бы сидела на яйцах, как курица?» - спросил Иден.
  
     
  «О Господи, нет. Яйца должны храниться при постоянной температуре, и лучший способ достичь этого - поджечь гнездо, после чего держать его в таком состоянии, пока они развиваются».
  
     
  «Высиживание яиц вызывает у тебя удивление, но поджигать гнездо детей - обычное дело?» - посмеивался Иден, садясь на груду роскошных тканей. - «Подожди-ка ... дюжина яиц?»
  
     
  «Тебе интересно, что произойдет после того, как мы закончим наш союз?» - Ответила Изабель с зубастой усмешкой. Куча тонких тканей, которые служили их кроватью, находилась у подножия орды сокровищ, Изабель легла рядом с Иденом, слева от их "гнездышка". Ее длинный хвост свернулся вокруг, такой длинный, что появился справа, ее длинная шея и голова в итоге завершили круг. Иден оказался укрыт в стене из чешуи, окруженный телом Изабель со всех сторон. Она положила голову на простыни справа от Идена, занимая столько места, сколько было бы у всего ее человеческого тела. Это был ее особый способ спать вместе, несмотря на огромную разницу в размерах.
  
     
  «Мне эта мысль приходила в голову», - признался Иден, закинув ладони за голову и легкомысленно откинувшись назад. - «Если то, что ты говоришь, правда, что любовь человека и дракона может ... принести плоды, то как будет выглядеть наше потомство? Кем они ... будут?»
  
     
  «Не беспокойся, Иден», - ответила Изабель. Теперь ее голова была так близко, что он мог протянуть руку и коснуться ее чешуйчатой ​​щеки, ее глаза были такими же большими, как целый его кулак. Они были по-настоящему ошеломляющими, словно огненные опалы, отполированные до блеска. Веки Изабель состояли из тонких чешуек. - «Мало того, что наши дети будут абсолютно здоровы, так еще и сильнее, и будут жить значительно дольше, чем любой человек до них. Драконья кровь наделит их магическими способностями, не отличающимися от моих. Я обещала тебе армию детей, не так ли? Шесть, а может даже двенадцать одним махом должны выполнить это обещание».
  
     
  «Но ... как они будут выглядеть?» - спросил Иден. - «Будут ли они драконами или людьми?»
  
     
  «Немного и того, и другого. Их вид уже появлялся в давние времена, хотя они были редки даже тогда. Они выглядели как крепкие люди смертной формы, их пальцы были когтистыми, а кожа была покрыта жесткими чешуйками. Они мало чем отличались от того, как я предстала перед тобой, когда мы занимались любовью, но это их естественное состояние, а не результат частичного полиморфа».
  
     
  «И смогут ли они изменить свою форму, как ты?»
  
     
  «То есть, чтобы они могли смешаться со смертными, не опасаясь гонений? Aга, и так же они должны владеть огнем, им никогда не нужно бояться его тепла».
  
     
  «По крайней мере, нам не придется беспокоиться о том, что они обожгутся на плите», - пробормотал Иден.
  
     
  «Твои дети могут стать великими воинами, способными превзойти даже самых известных смертных в бою, их природные качества сделают их практически неуязвимыми для любого урона. Они также смогут стать замечательным учеными, их долголетие позволит им путешествовать по миру, записывать историю. Их интеллект и магия сделают их полубогами. Cмертный не мог просить большего для своего потомства, а любой родитель будет гордиться даже меньшими достижениями».
  
     
  «Но дракон мог бы пожелать больше», - сказал Иден, его глаза обратились к простыням. - «Ты уверена, что хочешь пройти через это? Я не чувствую, что слишком подхожу для...»
  
     
  «На самом деле ты идеально подходишь», - ответила Изабель с улыбкой. - «Если я последняя в своем роде, как я подозреваю, тогда мой единственный шанс родить детей - это ты. Обстоятельства нашей встречи были уникальны, возможно, нет второго смертного человека, у которого будет причина остаться со мной, и еще меньше шансов, что они смогут разглядеть во мне нечто большее, чем монстра для истребления. Если я и не одна, то нас так мало, что я вполне могу провести остаток своей жизни в напрасных поисках, все время страдая от ужасного одиночества. Без тебя, Иден, я бы не могла даже мечтать о счастье».
  
     
  Он поднял голову и увидел, что одно из огромных крыльев Изабель расправилось, плотная кожа накрыла его тело, словно навес, и спрятала Идена в чешуйчатой тюрьме. Мембрана была настолько тонкой, что была почти прозрачной, позволяя небольшому количеству света от факелов проходить сквозь, освещая вены, которые распространялись как ветви дерева.
  
     Глава 11. Часть 3.
  
     
  «Bозможно ты не заметил», - добавила Изабель, - «но cегодня ночью я оxpаняю не золото».
  
     
  «Хочешь сказать, что я твое сокровище?» - спросил Иден, приподняв брови.
  
     
  «Eсли хочешь откровенно», - усмехнулась Изабель. - «Твоя проза еще нуждается в некоторой доработке, если ты желаешь претендовать на мантию поэта-воина».
  
     
  «Mои стремления могли несколько измениться», - ответил он. - «Я думаю о чем-то более похожем на "гордого отца армии детей". Поэзия может подождать».
  
     
  Изабель рассмеялась, ее горячее дыхание развевало простыни у ног Идена. Oна смотрела на него своими тлеющими глазами, их сияние освещало ее лицо во мраке.
  
     
  «Ты, похоже, хочешь начать, Иден, возможно, было бы неразумно заставлять тебя ждать дольше ...»
  
     
  Иден вздрогнул, когда его тело внезапно охватил огонь, но затем сердцебиение замедлилось, когда разум Идена достиг его рефлексов, напомнив ему, что ее огонь не причинит ему вреда. Одежда Идена сгорела, в итоге оставив его полностью обнаженным, Иден все больше осознавал, куда смотрят глаза Изабель из-за света, который они излучают. Глаза Изабель бегали по его обнаженному телу, пока он лежал на шелковых простынях возле ее головы, ее массивный язык облизывал собственные губы.
  
     
  «C-сейчас?» - Иден запнулся, - «я не знаю, если...»
  
     
  «Не бойся», - промурлыкала Изабель, и низкий тон ее голоса, казалось, резонировал в его костях. Она подняла голову с простыней, нависая над Иденом, ее длинная шея скрылась из виду, такова была ее длина. - «Я буду очень нежной, я буду относиться к тебе, как будто ты сделан из стекла. Тебе ведь нравится моя истинная форма, не правда ли? Нам нет смысла торопиться, мы можем и подождать, наслаждаясь друг другом. Если ты этого хочешь, конечно».
  
     
  «Я даже не представляю, как это будет работать», - нервно усмехнулся Иден, - «так что возьми на себя инициативу».
  
     
  «Ты охотно передаешь мне бразды управления?» - спросила Изабель, ее острые зубы вспыхнули, когда она улыбнулась Идену. - «Я никогда не думала, что услышу, как ты просишь меня об этом так ... прямо ...»
  
     
  Изабель открыла свои челюсти, пока Иден наблюдал, как ее длинный, извилистый язык скользил по ее губам. Он был такой же длинный, как и его рука, плоский и широкий, с острым кончиком. Pозовая плоть блестела под толстым слоем слюны, делая ее гладкую поверхность почти отражающей. Со рта Изабель стекали тонкие нити слюны, ее горячее дыхание доносилось до Идена.
  
     
  Он почувствовал, как ее язык плюхнулся на его живот, удивительно тяжелый и теплый, его текстура сродни атласу, пропитанному медом. Слюна Изабель была настолько вязкой, что на коже Идена оставался слизистый мазок, когда она потащила язык ниже, мышцы его живота рефлекторно напрягались.
  
     
  Ее шелковистая плоть коснулась кончика его головки, и Иден понял, что у него уже каменный стояк, несмотря на близость ее бритвенных зубов и угрозу ее огненного дыхания. В последний раз, когда он смотрел вниз на эту пасть, Изабель была готова проглотить его целиком. Kак же их мнение друг о друге изменилось с того рокового дня...
  
     
  Она начала облизывать его своим языком, неуклюже ублажая член Идена, совсем не так, как он привык. Ее толстый орган волочился по внутренней поверхности его бедер, укутывая пах Идена в полотно из слюны, спутывая его лобковые волосы. Их разница в росте теперь была такой, что Изабель было трудно схватить и обвить член Идена, как она делала раньше, но Иден не жаловался. Чувствовалось, что кто-то тянет теплое слизистое полотенце по его нижней части тела.
  
     
  Губы Изабель теперь были слишком велики, чтобы зажать головку члена Идена, и поэтому она целиком обхватила ими его эрекцию. Они были такими же мягкими, как подушки, выстланы такими же тонкими чешуйками, которые находились на ее животе. Изабель прижала губы к его бедрам и животу, продолжая лизать, ее огромные губы были связаны с кожей Идена нитями ее теплой слюны. Он на мгновение испугался, почувствовав, как ее зубы касаются его кожи, но они были гладкими и внезапно не острыми, совсем не такими острыми, как ножи, как изначально предполагал Иден. Не было никакой возможности, чтобы они представляли для него какую-либо опасность, если бы Изабель не оказала сильного давления.
  
     
  Иден откинулся назад, возбужденный такими приятными ощущениями, когда язык Изабель двинулся от его яиц к кончику члена. Иден потянулся вниз, его руки отыскали конец ее морды. У нее была невероятная сила, даже аккуратные движения ее головы были настолько мощные, что они могли бы легко отбросить его. Синие чешуйки здесь были меньше, чем на ее спине или боках, больше напоминая маленькие камешки по размеру, создавая приятную текстуру под его ладонями. Иден чувствовал, как мускулы под ее шкурой двигаются, когда она дышит, ее ноздри выдували теплый воздух на его грудь, каждая достаточно большая, чтобы он мог всунуть в них кулак.
  
     
  Изабель начала медленно наклоняться, волоча свой язык от основания его члена к кончику, прижимая стояк Идена к его животу. Ее темп был медленным, а язык был достаточно широк, чтобы полностью покрыть его стержень. Он не был уверен, что делать со своими руками, позволяя им опираться на ее нос, когда массивная голова Изабель поднималась и опускалась при движении. Ее язык был таким же длинным, как вытянутая рука Идена, и поэтому процесс перетаскивания ее скользкого органа вверх по его члену занял добрые несколько секунд, его бархатистая поверхность вынуждала все нервы пылать.
  
     
  Ей удалось наконец обхватить весь его член, сложив язык вокруг него, словно толстые спирали змеи, взгромоздив один слой на другой. Это напомнило Идену о том, когда она схватила его член своим удивительно гладким и пухлым хвостом, ее язык был почти таким же большим, как тогда хвост. Но теперь вместо прохладных тканей он почувствовал лихорадочно горячую плоть. Изабель смогла обхватить его стояк без особых усилий, Иден посмотрел вниз и увидел, как мощные витки двигаются, напрягаясь и изгибаясь, контроль Изабель над мышцами невероятен. Иден чувствовал каждую дрожь, каждый спазм, когда ее язык скользил вокруг его члена, слой слюны, который покрывал его, делал их контакт более гладким. Изабель не пыталась остановить поток слюны, позволяя ей свисать с ее губ в блестящей паутине и падать на нижнюю часть его тела.
  
     
  Светящиеся глаза Изабель поднялись, чтобы встретиться с взглядом Идена, внезапно мощные волны удовольствия пробежали по его телу. Взгляд Изабель был таким агрессивным, почти хищным, зрачки рептилии расширились в большие круги, будто глаза кошки в темноте.
  
     
  Язык Изабель был больше и неуклюже, чем у ее предыдущих форм, но вес и сила сполна компенсировали это, его шелковистая поверхность скользила по стержню Идена, попутно облизывая его со всех сторон одновременно. Во многих отношениях это было больше похоже на то, что его член был полностью укутан влажным влагалищем, но Изабель имела намного больший контроль над своим языком, чем любая женщина над своими бедрами, пальцы ног Идена дрожали, когда ее влажная плоть скользила по его коже сводящими с ума спиралями. Как и своим хвостом, она чередовала скорость и давление, Иден не знал, чего ожидать дальше. Это было слишком приятно, он не мог сосредоточиться на чем-то другом.
  
     
  Иден почувствовал, как язык Изабель отодвинулся от его члена, оставив его покачиваться в воздухе, ее чешуйчатые губы целовали его тело выше. Изабель достигла его лица, уставившись на Идена своей длинной мордой, как будто она ожидала, что они обнимутся, но быстро сообразила, что их тела не совсем подходят друг другу.
  
  
  
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"