Iшаманникова Ирина: другие произведения.

Заноза В Сердце

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:


   Ирина Шаманникова
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   ЗАНОЗА В СЕРДЦЕ
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   Контактные телефоны 8 903 636 33 53
   8 910 540 27 16
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   Все события в романе полностью вымысел автора.
   Возможные совпадения с реальными людьми считать
случайными.
  
  
  
  
   Пока не потеряешь,
   не поймёшь ты,
   Какой бесценный дар
   держал в руках,
   А обретя его,
   увидишь покой и счастье
   В любящих глазах.
  
  
   Часть 1
  
   В поисках украденной невесты....
   Глава 1
  
   Андрей Меньшиков стоял у окна своего кабинета, глядя на ночной город. Давно пробило полночь, но молодой человек так и не пошевелился. Его одолевали невесёлые мысли, избавиться от которых было практически невозможно. Еще совсем недавно, в этом самом кабинете, он разговаривал со своим крёстным, по сути, родным отцом...
   Андрею не было и десяти лет, когда погибли его родители. Самолёт Уфа-Ленинград потерпел аварию при заходе на посадку. Так мальчик в одночасье осиротел, и опекунство над сыном друга взял на себя Антон Алексеевич Барышников. Он был очень привязан к Андрею, так как своих детей не имел, да и женат никогда не был. Ходили слухи, будто по молодости Антон был влюблён, но что-то там не сложилось.
   Среднего роста, худощавый, светло-русый, в свои почти 55 Барышников не имел ни единого седого волоса, лишь сеточка морщин вокруг умных серых глаз выдавала возраст. Одевался он всегда в элегантные костюмы от Зайцева, нарочито предпочитая отечественных производителей зарубежным. "Ты, Андрюха, не гонись за Западом, пусть бомонд выпендривается на своих тусовках, а ты только в нашем ходи, оно хоть и попроще будет, зато со вкусом и от души",- обычно наставлял он парня.
   Андрей всегда улыбался, когда крёстный пытался говорить на языке молодёжи, да и о вкусах не спорят - они у всех разные.
  
   В начале 90-х годов Антон Барышников вместе с отцом Андрея, Аркадием Николаевичем Меньшиковым, создал небольшую, по тем временам, но довольно доходную фирму по продаже компьютеров. Через год, получив значительную прибыль, они вложили деньги в новое дело - приобрели магазин, где после ремонта открыли автосалон. Торговля подержанными иномарками за пару лет принесла доход в сотни тысяч долларов. Затем появились салоны для новых, только что с заводов, отечественных автомобилей. Бизнес резко пошел в гору. Большие средства компаньоны вкладывали в недвижимость: скупали акции нефтяных и газовых концернов, а однажды на аукционе была приобретена шахта по добыче алмазов.
   В двадцать три года Андрей, окончивший Московский университет управления и бизнеса, плодотворно руководил несколькими филиалами предприятий. Барышников не мог нарадоваться успехам крестника и в ближайшем будущем собирался все бразды правления передать ему. Но, как гласит пословица: "Мы предполагаем, а судьба располагает". Вот злодейка-судьба и распорядилась по-своему.
  
   Звонок Антона Алексеевича раздался рано утром. Сильно взволнованный крестный просил Андрея срочно приехать. "Что-то стряслось", - волнения для больного сердца "старика" были "полным перебором".
   Мария Аркадьевна, домработница, а вернее домоправительница, так как жила в семье Барышникова уже лет двадцать и всем здесь заправляла, поцеловала Андрея в подставленную щёку, похлопала по спине и проводила в большую комнату. На ходу поправляя и без того безукоризненно уложенные волосы, она тихо прошептала: "У хозяина гость какой-то странный". Мария Аркадьевна всех, кто не подходил под её стандарт аккуратиста, находила странными, но сегодня во многом оказалась права. Гость на первый взгляд производил неприятное впечатление. Помятый пиджак висел мешковато, брюки непонятного цвета пузырились на коленях, пыльные туфли дополняли наряд. Маленькие выцветшие глаза бегали, но взгляд был цепким и прожигал насквозь, редкие волосы и щетина завершали портрет. Мужчины сидели в креслах возле камина и потягивали коньяк.
   Вежливо поздоровавшись с гостем, Андрей пожурил крёстного - спиртное было категорически запрещено врачами.
   - Эх, сынок, что эти эскулапы понимают в жизни? Я-то её уже почти прожил и кое-что уразумел. Чем больше врачей слушаешь, мол, то нельзя, это не следует делать, а от иного и вовсе надо отказаться, тем больше по доброй воле умереть хочется. Присядь-ка, разговор у нас будет долгий и трудный.
   - Это частный детектив,- встретив удивленный взгляд сына, он продолжил, - по внешности не суди - золотая голова! Самый лучший из всех сыщиков, кого угодно хоть под землёй найдет. Я сам его нанял и прошу тебя отнестись очень серьёзно ко всему, что сейчас услышишь.... Но прежде чем приступим дай честное слово выполнить мою сегодняшнюю просьбу, если со мной что-то случится.
   Разговор показался Андрею довольно странным, но он привык полностью доверять крёстному и потому, не ожидая подвоха, тут же пообещал сделать все возможное. А дальше всё развивалось, как в наспех придуманной пьесе. Антон Алексеевич допил коньяк, закурил сигарету и глубоко задумался. Прошло немало времени, и казалось, он напрочь забыл о своих собеседниках, разглядывая темно-синий ковёр у себя под ногами. Наконец он поднял голову:
   -Я был молод, но в жизни так уж происходит, что рано или поздно за всё надо держать ответ... Мы с Людмилой никогда не были женаты, да она и не настаивала, жили вместе и всё. Но как обычно бывает? Девушка забеременела; жили мы бедно, едва на картошку с хлебом хватало (на стипендию не разгуляешься). Мне ещё год надо было учиться, а она в баре официанткой за гроши работала, не о каких детях и речи быть не могло. Я поступил, как последний подонок, предложил сделать аборт, трудностей испугался. Сначала надо закончить учёбу, встать на ноги, а уж потом детей заводить. Через день она пришла и сказала, что всё кончено, ребёнка нет, а она уезжает домой. Она уехала, а я не стал удерживать, опять трудностей побоялся, одному-то легче, - Барышников замолчал, собираясь с мыслями.
   - Я давно хотел исправить ошибку, часто казнил себя за то, что натворил в молодости. Все собирался найти Людмилу. А полгода назад врачи подписали мне приговор: я болен - рак, и жить мне осталось всего ничего. Я мог не успеть с розысками, вот и нанял детектива.
   Андрей не верил своим ушам: приемный отец был с ним так внимателен и любил, как родного сына. Если действительно Антон Алексеевич болен, и конец близок, то он, Андрей, останется на белом свете совсем один. Крёстный выглядел прекрасно, раньше никогда не жаловался на здоровье, и вот теперь. ... Когда случился приступ, крестный сказал, что это сердце прихватило, а люди и после нескольких инфарктов живут долгие годы, если не волноваться и отказаться от табака и алкоголя. Теперь Андрей понял: не хотел расстраивать раньше времени...
   Из состояния ступора его вывел скрипучий голос детектива:
   - Когда мне позвонил Антон Алексеевич, я первым делом отправился в то место, где когда-то проживала Людмила Савельева. Раньше, при Союзе, это был довольно процветающий колхоз, но, как в последние годы часто происходит, он развалился. Что успели, продали, а остальное разграбили сами колхозники. Родственникам Людмилы повезло намного больше остальных, они в своё время успели выкупить ферму и несколько голов скота. Муж сестры работал зоотехником, вот и постарался. Я поговорил со старушками, и они за сто рублей и пакет семечек охотно мне всё рассказали. Оказывается, Людмила уже давно умерла, но родственники воспитывают её дочь, которую она родила без мужа от какого-то студента. Девочка у родственников в приживалках, и если бы они только знали, где её отец, кто он, то давно постарались бы избавиться от нее.
   Мысли Андрея метались... Смертельно болен отец! Что за Людмила? Какая-то дочь.... Как такое вообще возможно?! Он тщетно пытался переварить всю эту информацию, когда вновь заговорил крестный:
   -Теперь ты всё знаешь, сынок. Мой долг помочь девочке. По сути, она моя наследница, но я не могу оставить всё своё состояние неизвестно кому. Я имею в виду не свою дочь, а тех охотников за приданым, которые, как волки, кинутся на неё. Она неопытна, в бизнесе ничего не понимает, даже представить страшно, что с ней будет. Конечно, о финансовой стороне ты позаботишься, в этом я не сомневаюсь, но если её окрутит какой-нибудь проходимец, то, по закону, сможет распоряжаться и он. Поэтому я прошу тебя дать мне слово, что ты сам женишься на моей дочери.
   Любой просьбы ожидал Андрей, но только не такой. Крёстный смотрел несчастными глазами, и в них проглядывала такая смертельная тоска, что никакой, даже самый трезвомыслящий человек, отказать бы не смог. А мыслей просто не было. Отчаяние и паника охватили Андрея.
   -Я знаю, мальчик, что просьба жениться на моей дочери может показаться абсурдной, ты её даже не видел, но..., - Барышников устало откинулся на спинку кресла и опять закурил сигарету, уже шестую за этот час.
   - Пойми, этот ребёнок ничего от меня никогда не получал, ни помощи, ни ласки, хоть и не по моей вине. Я даже не догадывался, что являюсь отцом. А теперь, когда я знаю о дочери, мне не удастся поддержать ее по известной тебе причине. Это только усиливает мою ответственность за то, что она была многого лишена. Ты соединишь наши капиталы, и будешь обладать контрольным пакетом акций, а ты не хуже меня знаешь, что это значит. И ещё я уверен, что какой бы она ни была, ты никогда не обидишь мою девочку. Я понимаю, что взваливаю на тебя огромную ношу, что ты пока не собирался обзаводиться семьёй, тем более таким способом, и что в 25 лет ты можешь сам сделать свой выбор. Но не суди меня за эту просьбу сурово. Кроме тебя, у меня никого нет, - и, чуть смутившись, добавил, - и теперь ещё дочки.
   - Хорошо, я поступлю так, как ты просишь, - Андрей внимательно посмотрел в глаза крёстному, - но, я надеюсь, все это не прямо сейчас. Ты у нас мужчина в самом расцвете лет и поживёшь еще, внуков наших будешь нянчить.
   -Тоже мне, Карлсона нашёл, - грустно усмехнулся Антон Алексеевич, - скажешь - в самом расцвете, скорей уже в самом закате...
   Мужчины выпили ещё по рюмке, и Мария Аркадьевна позвала всех обедать.
   Попрощавшись с тётей Машей, как он всегда её ласково называл, Андрей помчался в офис, где дела не могли долго ждать. А еще через день телефонный звонок разбудил его в половине шестого утра, тётя Маша, рыдая в голос, сообщила, что Антошу, то есть крёстного, увезла скорая, ему стало очень плохо. Андрей быстро оделся и помчался в больницу. Лечащий врач Барышникова печально покачал головой, мол, сделать ничего нельзя. Надо благодарить Бога, что при таком диагнозе этот человек ещё в состоянии ходить и здраво мыслить, переносит боль, которую можно заглушить только морфием. Через месяц из больницы забрали гроб с телом Антона Алексеевича Барышникова, и Андрей осиротел во второй раз.
   Обещание, данное крёстному, тяготило и беспокоило Меньшикова. Стараясь максимально отдаться делам, он пытался не думать о невесте. Прошло сорок дней после смерти отца, и тётя Маша рискнула напомнить, что, сколько не тяни, всё равно ехать к дочери придётся, так и откладывать больше незачем.
  
  
   Глава 2
  
   Алёна посмотрела на себя в зеркало и увидела бледное, некрасивое отражение. В детстве мальчишки дразнили её Буратино, из-за длинного заострённого носа. Нос был действительно велик для худенького личика. Единственное, что хоть немного украшало девушку, были длинные пепельные волосы, водопадом струящиеся по спине, да огромные зелёные, как у кошки, глаза. Простенькое платье, давно потерявшее свой цвет, тапочки на босу ногу и косынка на шее, вот и все богатство. Тётка, у которой жила Алёна, не утруждала себя покупкой нарядов для племянницы, резонно считая, что на ферме возле коров и лошадей, выпендриваться не перед кем. Да и кто на неё посмотрит, если только какой-нибудь пьянчуга из местных. Нормальные парни все в город подались, а кто остался, тех девки уже разобрали. Родителей своих Алёна не знала, а тётка Катерина на эту тему распространяться не хотела. Она не любила свою сестру, мать Алёны, а отца девочки никогда не видела и не знала, кто он такой. Со слов покойного уже дяди Степана, мужа Катерины, Алёне было известно, что мужчина, от которого понесла мать, бросил её ещё до рождения дочери.
   Людмила отдала Алёну на воспитание Катерине, а сама уехала в город на заработки, да так и сгинула. Только через пару лет родственники узнали о её смерти. Сколько Алена себя помнила, тётка постоянно попрекала ее тем, что должна кормить дармоедку, а потому заставляла работать на ферме, помогать по дому. Благо, хоть школу дала закончить. А училась Алёна очень хорошо, преподаватели нахвалиться не могли способностями девочки. Они и не подозревали, как тяжело ребёнку всё это давалось. Нет, не сама учёба, а выполнение домашнего задания. После школы, не успев перекусить, Алена хваталась за работу, и так до позднего вечера. А когда уже все спали, делала уроки на завтра. Ребята не обращали на неё внимания, и лишь когда хотели над кем-нибудь посмеяться, вспоминали о ней.
   Алёна убиралась на скотном дворе, когда к дому подъехала шикарная вишнёвая машина, такую она в колхозе ни у кого не видела. Из машины вышел незнакомый молодой мужчина и огляделся по сторонам. Алёна с интересом наблюдала, как он медленно, с достоинством, присущим, видимо, всем богатым, приближался к ней. Он был божественно красив, чёрные волосы слегка касались белоснежного ворота рубашки и завивались на кончиках. Высокий рост не мешал ему двигаться легко и бесшумно, словно большая чёрная пантера. Именно такое сравнение пришло неожиданно ей в голову.
   Настроение Андрея было не из лучших. Разбитая дорога заставляла тащиться черепашьим шагом, но машина все равно прыгала на каждой рытвине. Увиденное же произвело удручающее впечатление. Ветхие постройки, похоже, давно не ремонтировались, в приличном состоянии был лишь небольшой домик, да и тот уныло смотрелся на фоне разрухи. Даже великолепная природа вокруг не радовала глаз.
   Ферма казалась безлюдной, и Андрей оглядывался в поисках хоть кого-нибудь. Его внимание привлёк не то вскрик, не то стон, он остановился и увидел невзрачную девушку. Вздохнув с облегчением, - хоть одна живая душа обнаружилась - Андрей направился к ней.
   - Здравствуйте, не подскажете, где можно найти Катерину, хозяйку этой фермы? - обратился он к Алёне бархатным голосом, от чего по её телу пробежали мурашки, а ноги подкосились. И если бы не метла, на которую она опиралась, Алена наверняка рухнула бы в кучу только что собранного навоза. Она впервые видела такого красавца, смущение лишило ее слов, и только широко открытые глаза смотрели на незнакомца.
   - Вы глухонемая? - От резкого вопроса Алёна пришла в себя.
   - Хозяйка в доме. И я не глухонемая, - обиженно проговорила она.
   - Извините, но вы стоите и молчите, глазея на меня, как на приведение.
   Алёна прошла мимо него с высоко поднятой головой, и он машинально отодвинулся, уступая ей дорогу. Идя за девушкой, Андрей пожалел о своей грубости.
   В доме было также безотрадно, как и вокруг. Старые обои, мебель. Гостя провели в небольшую, но достаточно чистую комнату, где на диване полулежала немолодая женщина.
   - Здравствуйте, Катерина это вы?
   - Да, что Вы хотите? Вам молочка, картошки, или из скота что-то предложить?
- Катерина вскочила с дивана. Давненько к ней не заглядывали покупатели, а этот по виду богатый будет, может и торговаться не станет, а отвалит за покупку, не глядя.
   - Я не покупатель.
   - Тогда чего надо? - бесцеремонно спросила Катерина, потеряв к гостю всякий интерес, - ходят тут всякие, - продолжала недовольно бурчать она, вновь уставившись в допотопный черно-белый телевизор.
   - Я здесь по поручению Барышникова Антона Алексеевича. Вам знакомо это имя?
   - Слыхала уже. Давеча какой-то мужик приходил, все про племянницу выспрашивал, а потом сказал, будто Алёнкин отец объявился. Может, решил хоть какие-нибудь деньги дочери дать, а то сколько лет я её кормлю за просто так, из жалости, - и, видя, что гость молчит, продолжила, - ну, чего уставился, принёс деньги-то или так, от нечего делать шастаешь?
   - Барышников, отец вашей племянницы, умер.
   - Ну и чёрт с ним, мы не обязаны его хоронить, если вы за этим явились. У нас нет денег.
   - В ваших деньгах я не нуждаюсь, - жёстко произнёс Андрей. Ему была неприятна эта женщина, и весь разговор с ней, кроме отвращения, ничего не вызывал, но он дал слово крестному, поэтому продолжил:
   - По оставленному Барышниковым завещанию, его единственная дочь является наследницей и моей невестой, на которой я собираюсь в самое ближайшее время жениться.
  
   Все эти новости так потрясли Алёну, что за короткое время она второй раз потеряла дар речи. Сознание, как в замедленном кадре, фиксировало, что неизвестный отец оставил ей какие-то деньги. Значит, она, наконец-то, сможет покинуть опостылевшую ферму, а вместе с ней и тётку. Но когда и остальной смысл сказанного дошёл до неё, девушка окончательно растерялась. Почему вдруг такой красавец, который даже ни разу не взглянул то на неё, хочет стать её мужем. Всё это слишком смахивало на сказку о бедной несчастной Золушке, в которую влюбился принц и увёз в своё королевство, где они жили долго и счастливо. Так бывает в сказках, но в жизни всё иначе. У этого парня, как видно, не всё ладно с головой, иначе не стал бы он говорить такие глупости. Пауза слишком затянулась. Первым заговорил Андрей:
   - Где я могу найти Алёну и поговорить с ней. У меня мало времени, а нам необходимо быстрее оформить брак.
   - Искать меня нечего, я здесь, а спешить мне некуда. И мужа мне не надо, тем более такого, который даже моего согласия не спрашивает, - гордо вскинув некрасивое личико, произнесла она. - Вы что думаете, если богаты, то имеете право распоряжаться моей жизнью? А меня вы спросили, захочу ли я стать вашей женой?
   Лишь на мгновение Андрей потерял над собой контроль, когда понял, что это невзрачное создание и есть его будущая жена. Отчётливо вспомнились слова крёстного: "Ты не оставишь мою девочку, какая бы она ни была", - выходит, он знал, что меня ожидает. На душе была пустота, а будущее представлялось отнюдь не в розовом цвете. Мало того, что эта пародия на женщину в скором времени будет носить его фамилию и постоянно маячить перед глазами, так она уже и коготки показывает. Жестокая ирония судьбы. Усилием воли Андрей заставил себя принять самое радушное выражение лица, и ослепительно улыбнулся.
   - Я прошу прощения за бестактность по отношению к вам, милая девушка, может быть, мне следовало встать на колени, чтоб просить вашего согласия на брак со мной?
   Нелепость всей этой комедии начала его забавлять, и он продолжил игру. Встал на одно колено и торжественно произнёс: "Дорогая, Алёна, прошу вас стать моей женой, и, если вы мне откажете, я сию же минуту на ваших глазах умру от горя!".
   - Что несу, бред полный, - подумал Андрей, но с колена не поднялся.
   Алена стояла смущённая и растерянная, думая только о том, что может сделаться женой самого красивого мужчины на свете. Да какая же девушка, будучи в здравом уме, скажет ему: "Нет"?!
   -Да, я согласна!
   -Прекрасно, на том и закончим. Собирайтесь. Времени у нас немного, а дорога неблизкая, еще надо на ночь где-то устроиться.
   - Погодите, погодите, а моё мнение вас не интересует? Я имею все права знать, куда вы её увозите, и что мне полагается! Ведь я всю молодость потратила на воспитание моей милой крошки. Ночей не спала, всё за ней приглядывала, а теперь вы её забираете. Где же справедливость, я вас, молодой человек, спрашиваю? Мне это стоило такую кучу денег! Вы даже не представляете, сколько нужно молодой девушке! - Катерина приложила к глазам платочек и выдавила из себя несколько слезинок, затем шумно высморкалась.
   - Вы получите столько, сколько захотите,- Андрей достал чековую книжку,- в пределах разумного, конечно, - добавил он, увидев, какой алчностью загорелись глаза Катерины.
   - Что? И вы ещё смеете просить деньги?! Да я всю жизнь у вас работала за троих! Никто вам ничего не должен, - голос девушки дрожал.
   - Пойдёмте скорее отсюда, - повернулась она к Андрею и выскочила на улицу. Впервые в жизни она посмела разговаривать с тёткой в таком тоне, на равных, совершенно не чувствуя страха.
   -Вон! Пошла вон, нахалка! Ни одной тряпки из дома тебе, паршивке, не дам! Убирайся, в чём есть! Ишь, как заговорила, а всё тихоней прикидывалась! Пригрела змеюку на груди! - истошно вопила Катерина.
   Андрей молча наблюдал за разыгравшейся на его глазах безобразной сценой, покачал головой и вышел вслед за девушкой. Посадив её в машину, он резко развернулся, дал по газам и поехал от фермы прочь.
  
   Ехали, пока не стемнело. В Сухиничах Андрей снял два номера в небольшом мотеле у дороги. Переночевали, и снова в путь. Алена молчала, боясь задавать вопросы. Молчал и Андрей, сказав лишь, что в Калуге решат вопрос с одеждой и обувью.
   Город поразил Алену обилием красивых машин и дорогих магазинов. Она пребывала, как в чудесном сне. Андрей возил её по магазинам, стараясь найти что-нибудь, на его взгляд, подходящее. Алена примеряла одно платье за другим, но он оставался недовольным: то фасон не нравился, то качество, то сидело отвратительно. Андрей успокоился только тогда, когда деревенская простушка превратилась в элегантно одетую девушку. Трудней было с обувью: ноги не хотели ходить на высоком каблуке, постоянно подворачивались. Но эта проблема через некоторое время должна исчезнуть. А пока Алёна вышагивала в симпатичных туфельках без каблучка. Обвенчались они в Калуге, в небольшой, но довольно красивой церкви. Батюшка, наотрез отказавшийся было их венчать (не было печати загса в паспортах), внимательно выслушал странную историю и согласился, поверив, что это последняя воля умирающего отца.
   Брачную ночь провели в номере Калужской гостиницы. Спали на разных кроватях. Андрей, пожелав ей спокойной ночи, уснул, и Алёна была благодарна за то, что он не потребовал от неё исполнения супружеских обязанностей. Она знала об интимных отношениях между мужчиной и женщиной только из прочитанных книг, но в них всегда присутствовала любовь.
   Едва проснувшись, Алёна на цыпочках пробралась в ванную, приняла душ и переоделась. К тому времени, как проснулся Андрей, она была одета, причёсана и готова к новой жизни.
   - Доброе утро! Ты, вижу, уже готова? Тогда сразу же после завтрака выезжаем.
   - Куда? - негромко, чуть заикаясь, прошептала она.
   - Домой, - последовал сухой ответ, - пора браться за работу, я и так слишком долго отсутствовал.
   Стоя под душем, Андрей ловил себя на ощущении, что ситуация идиотская, но ничего путного пока не мог придумать. Он убеждал себя, что так на него действует гостиничная обстановка, и дома он попытается наладить отношения.
   Всю дорогу они лишь изредка перебрасывались незначительными фразами. В московскую квартиру Андрей не поехал, а повёз молодую жену в особняк крёстного, решив на время поселиться там, подальше от любопытных глаз.
   - Ты устала?
   - Немного, - Алёна больше устала от нервного перенапряжения, чем от дороги. Постоянный вопрос "что теперь будет?" мучил ее. Она не была наивной и понимала, что такой мужчина, как Андрей, мог выбрать самую ослепительную красавицу. Причина, заставившая его жениться на ней, была известна. Но как он на это решился, уму не постижимо. Пока девушка ломала над этим голову, машина въехала в ворота, обогнула дом и плавно вкатилась в гараж.
  
  
   Глава 3
  
   Андрей превзошёл сам себя, он подхватил на руки почти невесомое тело своей спутницы, которая ойкнула от неожиданности и обхватила его шею обеими руками. Бережно перенёс свою ношу через порог и опустил на пушистый ковёр в прихожей.
Дом показался Алене сказочным дворцом, такое великолепие она видела только в кино и всегда думала, что в жизни такого не бывает. Оказывается, сказки иногда сбываются. Она вздрогнула от голоса мужа, чуть усиленного эхом большого холла:
   - Твоя комната на верху, тётя Маша, наша экономка, покажет тебе её, и познакомит со всем домом, когда ты отдохнёшь. Ужин в семь часов, прошу не опаздывать. Круто развернувшись и не сказав больше ни слова, он ушёл, послав кому-то за её спиной воздушный поцелуй. Повернув голову, Алёна увидела тихо стоявшую женщину, которую вначале не заметила. Женщина с интересом рассматривала её.
   - Наверное, это и есть тётя Маша,- подумала про себя девушка и поздоровалась. Экономка была чуть полноватой, среднего роста, в сером строгом костюме и аккуратно причесанными волосами, доброжелательная улыбка не сходила с её миловидного лица.
   - Пойдём, девочка, я покажу тебе твою комнату. А на Андрюшу ты не обижайся, ему сейчас нелегко, столько на парня навалилось в последнее время, что не дай Бог каждому. А я тебе помогу и вещи разобрать, и к обеду переодеться.
   - Большое спасибо, я привыкла всё делать сама. Я выросла без прислуги. - Но, увидав мягкий взгляд женщины, смутилась и пообещала, что обязательно обратится к ней. Подняла свою сумку с вещами и бодро зашагала наверх.
   - Так вот ты какая, Антошина девочка. Жаль, что он тебя так и не увидел, - пробормотала про себя Мария Аркадьевна и поспешила вслед за новой хозяйкой.
   Комната мужа располагалась рядом с ее спальней, но войти туда Алена не решилась, вдруг ему это не понравится. Ей показалось странным, что спать они будут раздельно, так как, пока был жив дядя, они с Катериной всегда спали на одной кровати. Но задавать вопросов тёте Маше не стала, чтоб не показаться смешной. Вдруг у богатых свои правила, и они всегда так поступают. Мужу видней, раз он так решил, значит, так тому и быть.
   Комната оказалась очень уютной. В середине стояла кровать под балдахином, при виде которой щёки девушки вспыхнули румянцем, когда она представила себе, как они с мужем будут заниматься любовью и спать вместе. "Если, конечно, он этого захочет",- одернула она себя. Солнечные лучи играли в огромном, до самого пола, зеркале. Большие окна выходили в сад, где, тихо шепча дивную песенку, переливались струи фонтана. Пока Алёна зачарованно рассматривала комнату, тётя Маша разобрала её небольшой багаж, состоящий всего из нескольких платьев, и молча вышла.
   Алёна сбросила с себя одежду и прошла в ванную комнату, своими габаритами не уступавшую спальне. Ванна сверкала белизной и больше походила на маленький бассейн. Пока она наполнялась водой с пузырьками, Алена осмотрелась: на полке стопка разноцветных полотенец, на вешалке махровый пушистый халат. Девушка сняла кружевные трусики и с удовольствием устроилась в ванне. Лёжа в тёплой воде с ароматами жасмина и фиалки, она расслабилась. Даже в самых потаённых мечтах Алена не могла представить себя в такой роскоши, замужем за богатым красавцем, а о том, что он богат, кричало всё вокруг: и дом, и обстановка, и, наконец, наличие прислуги.
   - Неужели все происходит наяву? - резкая тревога заставила ее сесть. Все перемены, круто изменившие её привычную жизнь, не имеют будущего. Ясно без слов, что мужу как женщина она не интересна, он просто вежлив по отношению к ней, при этом предпочитает одиночество общению с женой. А может быть, он привыкает к мысли, что теперь женат? Чувство благодарности заполнило Алену. Андрей увез ее от нищеты, тяжелой работы, теткиной грубости. Что ж, она должна соответствовать, должна привыкнуть ко всему, ради мужа, ради их будущего, ради себя самой, в конце концов.
   Ничего конкретного не придумав, Алёна закончила купание и решила попытаться вечером поговорить с мужем об их дальнейших отношениях.
   Она высушила и расчесала свои длинные волосы (после душа они стали пушистыми и слегка завились), надела самое красивое платье, голубое, с белыми ромашками по полю, и вышла из комнаты. Спускаясь по лестнице, Алена услышала заразительный женский смех. Красивая блондинка, с ярко накрашенными губами, обнимала за шею её мужа, прижимаясь к нему всем телом и кокетливо подёргивая оголёнными плечами.
   Эта картина болью отозвалась в сердце Алёны, она почувствовала себя лишней. Робко спустилась вниз по лестнице и остановилась в нерешительности, не зная как себя вести. Её заметили не сразу. Андрей, увидев жену, спокойно выпустил из объятий блондинку и представил их друг другу:
   - Это Лика, моя знакомая!
   - А это моя жена Алёна.
   Блондинка дернулась, как от удара, но, вовремя сообразив, что такое поведение будет неверно истолковано, профессионально взяла себя в руки и вежливо улыбнулась. Она протянула Алёне руку с длинными накрашенными ногтями, а потом обернулась к Андрею:
   - Ну, с тобой не соскучишься, прямо кладезь таинственности, я и не предполагала, что ты на такое решишься. Пропал неизвестно куда, а теперь заявляешь, что женился. Представляю, что будет! Сенсация года и шок для половины женского населения, которое мечтало тебя заарканить. Если не секрет, где ты откопал такое сокровище?- ядовито пропела Лика.
   - Это дочь Барышникова, - кратко сказал он и отвернулся.
   - Тогда всё ясно.
   Скривив красивые губки, блондинка придирчиво осматривала Алёну с головы до ног, как манекен в витрине.
   Алёна молчала, необходимо было как-то отреагировать, но слова не находились. Андрей уловил состояние жены, молча взял за руку и повёл в столовую.
   - Извини, Лика, предполагался семейный ужин, и мы гостей не ждали, сейчас распоряжусь, чтоб поставили ещё один прибор.
   Андрей вышел из столовой, оставив женщин наедине.
   - Неужели ты наивно предполагаешь, что удержишь возле себя такого мужчину, как Андрей? Посмотри, на кого ты похожа, пугало огородное. Он был и останется только моим, - в глазах Лики сквозил вызов.
   Алёна смотрела на женщину, и неизведанное ранее чувство ревности и страха постепенно заполняло душу. Она понимала, что не сможет соперничать с такой красавицей.
   Вернулся Андрей, и они сели ужинать. Алёна постоянно нервничала, она никак не могла освоить, как правильно пользоваться ножом и вилкой. А под пристальным и насмешливым взглядом Лики и вовсе терялась. Руки её дрожали, и она, не удержав бокал, пролила сок на скатерть.
   - Где, интересно, вы обучались хорошим манерам? Уж точно не в пансионе благородных девиц! Там хотя бы учат, как вести себя за столом, - сладким голосом спросила Лика, но при этом смотрела не на Алёну, а в глаза Андрея.
   - Она научится! - Андрей стрельнул в Лику злым взглядом, - принёс же чёрт её не вовремя!
   Ему по-настоящему стало жаль Алёну, которая смотрела вниз, не смея поднять головы. Он твёрдо был убежден, что она должна суметь постоять за себя, ведь ее внешность и воспитание постоянно будут мишенью для издевок. На каждый роток платка не накинешь, да и он не всегда будет рядом, чтобы прийти на помощь.
   Казалось, ужин никогда не кончится, кусок не лез в горло, и Алёна молча ковыряла вилкой в тарелке, так и не притронувшись к еде. Зато блондинка старалась вовсю, отдавая дань каждому новому блюду, не забывая при этом весело ворковать, и вспоминать общих знакомых. В отличие от Алёны она, похоже, прекрасно проводила время.
   Ужин был испорчен. Алена, сославшись на усталость после переезда, ушла к себе в комнату. Андрей старался поддерживать разговор и смеялся, хотя ему было не до веселья. Он представлял, как будут шептаться злые языки, когда отвергнутая Лика в красках опишет его жену. В глаза-то никто не посмеет сказать, мол, слишком долго выбирал, вот Бог и наградил "красавицей". Ведь не станешь всем объяснять, что слово, данное крёстному, перевернуло его жизнь с ног на голову. В ближайшие пять лет он вообще не собирался жениться. Не то, чтобы не хотел, просто не встретил ту, которая запала бы в его душу, заставила б сердце выпрыгивать из груди, в которую влюбился бы без памяти. Но так уж вышло, что теперь его мечтам не суждено сбыться.
  
   После ухода Лики, Андрей чувствовал себя отвратительно. Он выпил два бокала бренди, но успокоение не приходило. Он убеждал себя, что девчонка не виновата в том, что не родилась красавицей; в том, что отец, желая хоть как-то загладить вину, решил перед смертью её осчастливить, подарив богатство и красавца-мужа. Досада и раздражение не покидали его, но где-то в потаённом уголке сознания шевелился маленький чертёнок, упорно напоминая, что у его жены великолепные волосы и стройная фигурка, которую он видел в примерочной магазина. А какая восхитительная грудь, чуть прикрыта прозрачным кружевом лифчика...
   В его силах постараться не превратить жизнь обоих в кромешный ад, в котором они сгинут заживо. Приняв решение, Андрей поднялся на второй этаж и решительно открыл двери спальни жены. Алёна удивлённо и насторожённо посмотрела на мужа, но не произнесла ни слова. Стараясь не смотреть ей в глаза, Андрей быстро разделся и лёг рядом, он чувствовал напряжение жены, похоже, она его боялась.
   - Я не сделаю тебе больно, расслабься, будет всё хорошо.
   Алёна закрыла глаза и улыбнулась. Наверное, она слишком впечатлительная, и муж не любит эту блондинку. Ведь если бы было всё иначе, он бы не пришёл к ней сегодня, а остался с этой Ликой. Все мысли улетучились, когда Андрей наклонился и поцеловал её губы, сначала несмело, потом всё настойчивее. Рукой он нежно водил по маленьким бугоркам грудей, и она непроизвольно выгнулась навстречу. Как путник, жаждущий воды, нуждалась она в ласке, которой была обделена всю свою жизнь. Его рука тем временем продолжала своё путешествие по упругому и бархатному девичьему телу. Сначала по животу, обведя пальцем пупок, затем ниже, а когда он дотронулся до самого чувственного сокровенного места, Алёна вздрогнула и напряглась. Но его губы шептали нежные слова, а легкие поцелуи едва касались разгорячённой кожи, успокаивая и подбадривая. Алёна практически растворилась в ласках мужа, тело стало мягким и податливым как расплавленный воск. Сквозь забытьё до неё долетел его тихий шепот.
   - Будет немного больно, потерпи, родная! - Алёна скорее поняла, чем почувствовала, что муж придавил её мощным телом, но резкая боль пригвоздила к кровати и разлилась внутри живота. От ужаса Алёна вскрикнула, муж накрыл поцелуем её губы, не давая крику вырваться наружу. Нежные прикосновения успокаивали, боль отступила и волна страсти, пугающая, доселе неизведанная, поглотила её, заставив сильнее прижаться к мужскому телу, обхватив его руками и ногами. Утомлённая, она тут же уснула. Проснулась она оттого, что чьи-то руки обнимали её, а возле уха слышалось тихое дыхание. Повернув голову, Алёна всё вспомнила, значит, это был не сон. Она, кажется, любила этого мужчину, и, что греха таить, боится теперь его потерять.
   Андрей проснулся, почувствовав на себе её взгляд. Лежа с закрытыми глазами, он проклинал себя за то, что обманывает её надежды, что выпил вечером слишком много, а сексуальный голод оказался силен. Но обидеть её своим невниманием теперь он не смог бы. Ночью она была прекрасна, неопытна, но именно это и придавало особую прелесть. Она познавала мужское тело, с удовольствием принимала его ласки, отдавая всю себя без остатка. Сделав вид, что только что проснулся, он открыл глаза и улыбнулся жене, притянул к себе и нежно поцеловал в приоткрытый рот. Алёна покраснела до корней волос, но не отодвинулась, а только крепко зажмурила глаза.
   - Ну вот, теперь мы настоящие муж и жена. Я не очень больно сделал тебе вчера?
   - Терпимо.
   - Хорошо, тогда давай, соня, поднимайся, корми мужа, он чертовски голоден.
Схватив её в охапку, он выпрыгнул из кровати, и понёс в ванну. Её зелёные глаза смотрели на него с любовью и доверием.
   - Верь мне, дорогая, я сделаю всё, чтоб ты была счастлива, и никогда не обижу тебя.
   - Я верю, - просто ответила она и доверчиво прижалась к нему.
  
   Когда они были одни, Алёна вела себя непринуждённо, оставаясь сама собой. Они много смеялись и подшучивали друг над другом. Вместе завтракали и обедали, а она больше не стеснялась своей неуклюжести. Ненавязчиво Андрей учил её, как обращаться со столовыми приборами, и примерная ученица всё впитывала, как губка. Через два дня они зарегистрировались. Брачный договор Алёна подписала, не читая, хотя нотариус несколько раз настойчиво предлагал ей хоть одним глазком заглянуть в бумаги. Она просто ответила, что полностью доверяет мужу, а он наверняка читал договор и больше в этом разбирается. Нотариус только беспомощно качал головой.
  
   Новые будни Алены были похожи на праздники.
   - Мне жаль расставаться с тобой, дорогая, но работа не ждёт, я и так потерял много времени. Постараюсь вернуться к шести. А ты займись чем-нибудь и постарайся не скучать, - слова Андрея звучали музыкой. Какая тут скука? Так было приятно сознавать, что это твой дом, провожать каждое утро мужа на работу, прикасаться губами к его губам и ощущать аромат одеколона, силу и мужество, исходящие от его тела. А потом ждать его к ужину. Андрей каждый раз удивлял её очередными сюрпризами, то позвонит с работы и попросит быть готовой через час, заезжает и увозит её в ресторан, то везет на ипподром (зная, что она очень любит лошадей), то просто вывозит на природу. А то разносчик цветов приносит целую корзину роз, с запиской, что сегодня они идут в театр.
   Андрей радовался быстрой перемене в жене: из забитого серого существа она постепенно превращалась в уверенную женщину, которая может постоять за себя, а иногда уже давала отпор и ему, если он был в чем-то не прав. Но все приглашения на салонные вечеринки старался вежливо отвергать, говоря, что много работы. В компании разряженных женщин, кичащихся своей красотой, его Золушке пока делать нечего, эти акулы не пощадят её. Она еще слишком ранима для водоворота светских тусовок и пристального внимания светских львиц. А потому он, как мог, развлекал её сам. Его не волновали пересуды о том, что он, якобы, не показывает свою жену, боясь напугать всех её красотой. Можно было с уверенностью предположить, кто стоит за всеми этими сплетнями.
   Иногда Андрей задумывался, как мог общаться с Ликой и не уставать от её выходок, беспрестанных капризов. Алёна была другая: нежная, ласковая, ничего не требовала взамен, была внимательной слушательницей и все чаще приятной собеседницей.
  
   Моросил небольшой дождик, и Алёна вернулась с прогулки раньше обычного, погода совершенно не испортила настроения. Андрей обещал свозить ее в картинную галерею, и надо было успеть до его прихода, переодеться. Из кабинета мужа доносились голоса, значит, Андрей вернулся раньше, чем обещал. Алёна собиралась открыть дверь кабинета, как внезапно услышала звонкий женский голос. Кому он принадлежал, можно было догадаться (Лику ни с кем не спутаешь), в огромном холле витал запах дорогих духов. Что нужно здесь этой женщине? Сердце сжалось от предчувствия беды.
   - Боже мой, Андрей, ты пытаешься меня или себя убедить в том, что эта колхозница, с огромным, как у цапли, носом, подходит тебе? Да не смеши меня! Кто в здравом уме тебе, образованному, умному, не обделённому женским вниманием, поверит. Только твоя идиотка-жёнушка.
   - Заткнись, - услышала Алёна голос мужа.
   - И не подумаю! Ты же боишься показаться с ней в обществе; как же, ещё отобьют такую "красавицу". Все, кому посчастливилось увидеть её, сочувствуют тебе. Бедный Меньшиков, угораздило же тебя так вляпаться! Даже ради всех денег Барышникова не стоило на такой жениться. Ты и без его денег мог сделать прекрасную партию, - Лика исчерпала все доводы и замолчала.
   - Ты на себя что ли намекаешь? Это не ты ли прекрасная партия для меня? Не суди о том, чего не знаешь, и оставь в покое мою жену, она здесь совершенно не при чём.
   Смысл всего произошедшего дошел до Алёны, теперь понятно, почему Андрей женился на ней. Она всего лишь мешок с деньгами! Наивной мечте, что он со временем ее полюбит, никогда не сбыться! Судьба шутит очень жестоко. Природная гордость взбунтовалась в Алене: в этом доме ей больше делать нечего! Она бросилась вверх по лестнице в свою комнату, переоделась в старое платье, которое сохранила неизвестно зачем, взяла документы и перед уходом написала мужу записку: "От слова, данного моему отцу, я тебя освобождаю. Я не хочу быть тебе обузой. Жалость мне не нужна. И деньги отца мне тоже не нужны. Не ищи меня.

Твоя бывшая жена Алёна."

  

Глава 4

   Выбежав на дорогу, Алена села в автобус, чтобы доехать до ближайшего метро, но её попросту высадили, так как денег у неё не оказалось. Ошеломленная, она даже не подумала о деньгах. А ведь стоило, но назад пути нет! Как она теперь будет жить? Куда идти? Потеряв голову от горя Алёна брела, не разбирая дороги. Хотелось умереть, слезы туманом застилали глаза, и она не видела ни людей, ни проезжающие машины. Внезапно она услышала визг тормозов, и успокоительная темнота поглотила её.
  
   Вениамин Александрович Гаврилов машину всегда водил осторожно, скорость не превышал, и вообще был законопослушным гражданином. Женскую фигуру на обочине он заметил ещё издали и, как обычно, решил предложить помощь. Вечер, темнеет, одной в пригороде ходить опасно, так и до неприятностей недалеко. Он едва успел затормозить, когда фигура метнулась прямо под колёса его машины. Вениамин Александрович выскочил и бросился к женщине. Слава Богу, жива! Он тщательно проверил, нет ли переломов - всё обошлось. Возможно сотрясение мозга - худенькая, бедно одетая девушка все еще была без сознания. Доктор, а Вениамин Александрович таковым и являлся, бережно поднял с земли безвольное тело и аккуратно устроил на заднем сидении, сел за руль и через несколько кварталов свернул во двор дома в Климентовском переулке.
   - Ну вот, деточка, вы и очнулись. Я очень этому рад. Скажите-ка, что заставило вас тягаться силами с моей машиной? - доктор держал одну руку на пульсе Алёны, а другой рукой тихонько гладил по голове.
   - Я что, в раю? Вы Бог? - человек в белом халате действительно чем-то напоминал святого. Седые волосы обрамляли доброжелательное лицо, от добрых серых глаз лучиками разбегались морщинки, а руки были мягкими и тёплыми.
   -Ну, что вы, я всего лишь врач. А вы у меня дома. У вас небольшое сотрясение, от столкновения с капотом. Вы помните, как Ваше имя, где живёте? Если дадите мне номер телефона, я позвоню Вашим близким, чтобы не волновались.
   - Меня зовут Алёна. Я не здешняя, приехала искать работу и заблудилась.
   Алёна не любила говорить неправду, но сейчас выбора не было. Ложь во спасение. Она ни за что не вернётся к мужу, ему нужны только деньги, а не она.
   - Так, так, так.... А знаете, мне как раз нужна домработница, моя, к сожалению, уехала нянчить внуков, вернётся только через год. Её дочь родила двойню, и рук катастрофически не хватает. Я человек занятой, всё время в клинике, прихожу поздно, а к домашним делам совсем не приспособлен. Поможете мне с хозяйством?
Предложение было спасительной соломиной, к тому же было невозможно отказать обаятельному человеку. Естественно, Алёна, не задумываясь, согласилась. Так еще раз началась её новая жизнь, но теперь в роли прислуги.
   Господин Гаврилов был выдающимся хирургом-косметологом, имел собственную клинику в Подмосковье. Он любил говорить: "Сосновый бор, свежий воздух и отличный аппетит сопутствуют скорейшему выздоровлению пациентов". Все дни он проводил на работе, а с домашними делами успешно справлялась Алена.
   Вениамин Александрович был доволен новой домработницей. Когда бы он ни вернулся с работы (а это могло быть и за полночь), она всегда его встречала, подавала тапочки, кормила ужином и поила горячим чаем, обязательно с лимоном.
   Однажды вечером Вениамин Александрович увидел Алёну, зачарованно смотревшую на портрет, который вчера принёс художник.
   - Надо бы не забыть пригласить слесаря, чтобы он повесил его над камином,- услышала девушка голос доктора. Когда надо было вбить гвоздь или отремонтировать полку, доктор прибегал к услугам жэковского слесаря, и тот за сходную плату всегда был рад помочь.
   - Нравится?- Вениамин Александрович подошел ближе.
   - Да, очень! Это самая красивая женщина, которую я когда- либо видела. Кто она? Лицо мне кажется очень знакомым.
   - Это величайшая актриса, Людмила Заречная. И не без гордости могу сказать, она мой лучший друг вот уже восемнадцать лет. У неё сложная судьба, однажды она пережила большое горе, но нашла в себе силы бороться. Добилась колоссального успеха, популярности, не растеряв при этом человечности и добропорядочности. Это очень волевая женщина, с прекрасным добрым сердцем. Я вас обязательно познакомлю. Вы чем-то с ней похожи. Нет, нет, не смотри на меня с таким укором, я имею в виду обстоятельства нашей встречи. Мы с ней встретились тоже случайно, как и с тобой. Если она захочет, то расскажет обо всем сама, я не вправе раскрывать эту тайну.
   - Как бы я хотела быть такой же красивой, как она!
   Вениамина Александровича поразило затаенное отчаяние в голосе. Он внимательно посмотрел на Алену и впервые подумал, что ничего о ней не знает. Полгода девушка живет рядом, в одной квартире, а он ни разу не поинтересовался, что заставило ее покинуть свой дом и отправиться в неизвестность искать работу в огромной Москве. Всякий раз, слыша по ночам ее горькие вздохи, а иной раз и всхлипывания, Гаврилов давал себе слово выяснить причину, а наутро забывал, убегая к своим пациентам.
   - Девочка моя,- осторожно начал он, - может быть, пора нам поговорить и разобраться, что тебя мучает. Расскажи мне, какая тяжесть давит на твои хрупкие плечики.
   Горькие чувства взяли верх, и Алёна расплакалась навзрыд, уткнувшись в грудь доктора. Вениамин Александрович терпеливо молчал, поглаживая девушку по плечу успокаивающим жестом. Глубоко вздохнув, она взяла со столика журнал и протянула доктору. На обложке красовалась фотография видного мужчины, обнимающего за талию очаровательную блондинку, по виду, фотомодель. Лицо на фотографии было знакомым, кажется, это известный бизнесмен, вот только фамилии сейчас не вспомнить.
   - Чем тебя расстроила эта фотография? Ведь ты из-за неё так плачешь, или я ошибаюсь?
   - Это Андрей Меньшиков, мой муж.
   - Да-да, Меньшиков... Он твой муж? - доктор был поражен. Он всерьез опасался, что у провинциальной девочки разыгралась болезненная фантазия.
   - Присядь-ка в кресло, - озабоченно сказал Гаврилов, а сам устроился напротив. Он регулярно читал светскую хронику, но нигде не сообщалось о том, что Меньшиков женился. Может быть, он что-то пропустил?
   - Рассказывай все по порядку.
   - Мы были женаты всего месяц, потом я от него ушла, - промямлила Алена.
   - Если и так, я не понимаю, как он мог допустить, что ты ушла почти в лохмотьях, без денег. И что, чёрт возьми, произошло в тот день, когда ты оказалась на дороге, а потом и под машиной?! - Вениамин Александрович встряхнул испуганную его реакцией девушку, и заставил посмотреть себе в глаза.
   - Я сбежала.
   - Почему? И почему он тебя не ищет?
   Глотая частые слёзы, Алёна рассказала все: что она внебрачная дочь Антона Алексеевича Барышникова; что Андрей Меньшиков, по просьбе отца, женился на ней, и получил большое приданое (насколько большое, она не знает); о своей жизни у тетки, а потом у мужа; и, наконец, о том, как стала свидетельницей разговора с Ликой. Доктор слушал, не перебивая, давая ей высказать все, что наболело.
   - Ради всего святого, Вениамин Александрович, не выдавайте меня. Я не хочу, чтоб он меня нашёл, я не вынесу его жалости! Вы же видите, на кого я похожа! Разве такой мужчина, как Андрей, сможет любить мое убожество?! Возле него такие..., такие женщины! Одна эта блондинка чего стоит!
   Доктор пересел на диван, откинулся на спинку и задумался. Лицо его было непроницаемо. Потом он засмеялся, хлопнул себя по коленям и закружил по комнате, бормоча что-то под нос. Успокоился он так же неожиданно, как вскочил, и Алёна вздохнула с облегчением, теперь уже она стала опасаться за психику хозяина.
   - Конечно, я не выдам тебя. Я даже знаю, как тебе помочь. Прости дурака старого, я и подумать не мог, что ты так переживаешь из-за внешности. Поверь мне, красота не снаружи, а внутри! По мне, так ты красавица. Только глупец не заметит, как добра, наивна и прекрасна твоя душа. Нежная, милая девочка, да ты сокровище для любого мужчины. И муж твой, прости за выражение, полный осёл. Ну, что ж, мы приготовим ему огромный сюрприз.
   - Что вы подразумеваете под словом "сюрприз"? Вы ведь обещали не сообщать ему обо мне.
   - Конечно, обещал и слово не нарушу. Мы преобразим твою внешность так, что, даже столкнувшись с тобой нос к носу, он ни за что тебя не признает. Ты согласишься на операцию? Как? Будем готовиться?
   - Я и мечтать об этом не смела! Но где я возьму столько денег? Операция ведь очень дорогая.
   - Пустяки! Увидеть вытянутую физиономию твоего благоверного, вот это дорогого стоит. А для тебя я сделаю исключение.
  

Глава 5

  
   Алёна сидела перед зеркалом и осторожно прикасалась к повязке, полностью закрывшей лицо. Мысли о том, как она теперь выглядит, не отпускали. Доктор пока не разрешал снимать бинты - швы должны хорошенько затянуться. В дверь постучали.
   - Можно?
   -Да, да, входите!
   В комнату вошла Людмила Заречная. Она уже неделю, как приехала из Санкт-Петербурга, где была с театром на гастролях. Когда Вениамин Александрович в телефонном разговоре поведал ей об Алене, она, ни минуты не раздумывая, приехала, чтобы поддержать девушку. А когда ближе с ней познакомилась, решила взять под свою опеку.
   - Не переживай, милая, я тоже прошла через это. То, что ты видишь перед собой, весь мой облик - творение волшебных рук нашего доктора. Из гадкого утёнка он превратил меня в прекрасного лебедя. А уж о моральной стороне и говорить нечего. Если бы не Веня, где бы я была?.. - женщина помолчала и, глубоко вздохнув, продолжила, - когда умерла моя дочь, жизнь потеряла для меня всякий смысл. Я стала прикладываться к спиртному, вначале понемногу, а потом не заметила, как втянулась. С работы выгнали, кому нужна работница, которая уже с утра "под шафе"? Одно время даже бутылки собирала, среди бомжей оказалась (за квартиру-то не платила, вот и попросили убраться). Меня видение преследовало, каждый раз одно и то же: моя дочка тянет свои ручонки, маленькие, худенькие, и просит есть. Я была на грани помешательства: казалось, если не выпью - свихнусь, а денег не было. Однажды, чтобы выпить и забыться, не видеть умоляющие глазки доченьки моей, я пошла на воровство, хотя это не оправдание. Такой меня и встретил Вениамин. Я украла у него кошелёк.... Ну, что-то я разболталась, вот и у тебя слезы наворачиваются. Девочка моя, Веня рассказал мне твою историю. Разве в твои годы это трагедия? Ты будешь самая красивая на свете, и самая счастливая. Ты мне веришь?
   Алёна хотела верить и действительно верила этой женщине. Какая-то сила тянула к ней, может быть, из-за того, что девушка не знала матери.
   - Вы и Вениамин Александрович так много для меня делаете! Спасибо вам, я никогда этого не забуду.
   - А знаешь, я ведь была знакома с твоим отцом, но никогда не слышала, что у него есть дочь. Он был неплохим человеком, и мне очень жаль, что его не стало.
   - Так получилось, обо мне просто никто не знал. Мне сейчас трудно говорить об этом, но я обещаю, что я обязательно расскажу вам всё.
   -Конечно, дорогая, у нас впереди масса времени. Быстро ты от меня не отделаешься, - она прижала девушку к груди, и обе надолго замолчали, каждая, думая о своём.
  
   Меньшиков терялся в догадках, что могло произойти?! Всё у них с Алёной вроде стало налаживаться, и, что самое удивительное, он начал испытывать потребность в постоянном общении с женой. Другие женщины обычно старались просто затащить его в постель, либо им нужны были его деньги. Андрею всегда было невыносимо скучно с ними, а вот Алёнка... Она была другая, умная, ласковая. Он всё чаще приходил к выводу, что не в красоте счастье, Алена понимала его, как никто другой. Но она ушла, исчезла из его жизни. Почему? Почему судьба опять играет с ним?
   Андрей заволновался, когда жена не вышла к обеду, а прочитав записку, кинулся на поиски. Но она, как сквозь землю провалилась. Даже хваленый детектив, чёрт бы его побрал, нигде ёё не нашёл.
   Взрыв в метро произошел вскоре после исчезновения Алены, много тел было раскидано и не опознано, там и оборвались следы. Но как, как поверить в такую чудовищную несправедливость?! В милиции объявили розыск, но на том всё и закончилось. Сколько Меньшиков ни звонил, говорили: "Ищем". Прошло уже восемь месяцев и никаких результатов. Утешало только одно, что и мертвой её тоже не нашли. Лучше жить надеждой, чем вовсе без неё.
   - Опять хандришь?
   В дверном проёме появилась Лика, вызывающе прекрасная, в красном экстравагантном костюме.
   - Что тебе опять от меня нужно? По-моему, я уже не раз просил, чтобы ты оставила меня в покое. Неужели у тебя совсем нет гордости?
   - Дорогой, когда дело касается нас, ни о какой гордости и речи быть не может. Ты себе даже не представляешь, как я мечтаю оказаться с тобой на необитаемом острове. Только ты и я...
   - И дикари обязательно.
   - Зачем дикари-то тебе понадобились?
   - А ты догадайся сама.
   - Фу! Не смешно! Я хочу тебя, прямо здесь и прямо сейчас, на полу, возле камина.
   - Опомнись, женщина, о чём ты говоришь? Чем вообще забита твоя голова?
   - В отличие от тебя, говорю то, что думаю. А ты делаешь вид, что я тебе безразлична. Кто поверит в это, после нашего бурного романа?
   - Меня не интересует, кто, и что об этом думает. Успокойся, наконец! Пойми, я не хочу тебя.
   На этот раз Лика обиделась по-настоящему, хлопнула дверью так, что чуть косяк не вылетел. Андрей вновь погрузился в свои невесёлые думы. Работа, работа, работа, которая выматывала до изнеможения, но он был этому только рад, хоть и валился с ног от усталости. Решение возникло подсознательно.
   - Всё! Перегрузка полнейшая, нервы на пределе. Хоть бы не переклинило в голове, иначе конец, необходим отдых. В Сочи, что ли махнуть? Там, кажется, сейчас кинофестиваль, может, хоть развеюсь.
  
   Свободных мест в отеле, где он обычно останавливался, не было, но чего не сделают деньги и самая обаятельная улыбка в придачу к хорошему коньяку и дорогим французским духам. Ни одно женское сердце не выдержит. А на самый крайний случай, чего Андрей не любил делать, придётся обратиться к директору отеля Вано Гаспаряну. Этот тип потом не отстанет, а Меньшикову хотелось покоя.
   Получив брелок с ключами, Андрей поднялся в номер, бросил вещи на кровать и отправился в душ. Благодать! Впереди желанный отдых, море, солнце, и никаких мрачных мыслей! В ресторан спустился в приподнятом настроении, желудок отчаянно требовал пищи. В ожидании заказа он откинулся на спинку стула и принялся незаметно осматривать публику. Его внимание привлёк шум в вестибюле, взгляд выделил молодую и очень красивую девушку, а шум подняли репортёры из-за её спутницы - известной актрисы.
   - Неужели это дочь Заречной? Вполне возможно, что так и есть, они потрясающе похожи.
  
  

Глава 6

  
   Вениамин Александрович любезно согласился сопровождать женщин на кинофестиваль. Во-первых, он предпочитал "крестницу", как он теперь любовно называл Алёну, пока одну не оставлять, а во-вторых, не всегда выпадает шанс побыть рядом с Людмилой. Он совсем не рассчитывал на встречу с Меньшиковым, да ещё так скоро. Они с Людмилой решили, что вначале Алёну надо повозить по тусовкам, пусть попривыкнет к общению со знаменитостями, а потом уже можно планировать сценарий встречи с Андреем. Но, как видно, раскладом располагает кто-то свыше, да еще и посмеивается при этом над нами, грешными.
   Несколько раз Вениамину Александровичу приходилось иметь дело с господином Меньшиковым, периодически делавшим инвестиции в частные клиники, в том числе и в его.
   Андрей также узнал доктора, он наблюдал, как тот вошёл со своими спутницами, и расположился за столиком недалеко от него. Там шла оживленная болтовня, и доносился смех. Меньшиков больше не мог умирать от зависти, глядя, как веселится эта троица. Он поднялся и пружинистой походкой направился к ним. Когда он здоровался, улыбка сияла на лице вполне довольного жизнью человека, ни один мускул не выдал страданий, перенесенных им в последние месяцы. Это было только его горе. Андрей прекрасно владел собой, и выставлять проблемы напоказ не в его правилах. Вениамин Александрович встал, протянул руку для приветствия и познакомил бизнесмена и дам.
   - Людочку ты заочно знаешь, я о ней тебе рассказывал, а вот с Аленой ты вряд ли встречался, это моя крестница, - Вениамин Александрович говорил серьёзно, но глаза чуть не выдали его, и если бы Андрей в это время был достаточно внимателен, то очень удивился бы поведению доктора. Тот как-то нервно потирал руки и смотрел вниз, когда, в конце концов, пригласил Меньшикова за их столик. Это было рискованным шагом: девушка могла сорваться, и вся задумка была бы испорчена.
   При виде мужа Алёна вначале окаменела, а когда доктор их знакомил, и Андрей поднёс к губам её холодную руку, боялась закричать. Но Людмила сильно сжала ей под столом колено, и Алёна пришла в себя. Взгляды друзей ободряли, их присутствие вселяло надежду, и страх постепенно отпустил. Даже побледневшие щёки порозовели, а губы смогли произнести что-то вразумительное.
   - Давненько ты не захаживал к нам в клинику, давненько...
   - Когда, доктор, вы говорите таким невинным тоном, чует моё сердце, опять какое-нибудь дорогущее оборудование хотите приобрести.
   - Да разве же я о себе пекусь? О пациентах душа болит. Зачем женщинам нашим, чтоб сделать, например, глубокую депиляцию или мезотерапию, не говоря о серьезных операциях, ездить за рубеж и выкладывать тамошним профессорам бешеные деньги? Когда всё, понимаешь, абсолютно всё можно сделать у нас с тем же качеством. Андрей, всё оборудование окупится, самое большое, года за два, а с соответствующей рекламой - и того меньше!
   Алёна и Людмила переглянулись, если Вениамина Александровича не остановить, а он сел на любимого конька - работу, то разговор может затянуться на несколько часов.
   - Веня, дорогой, господин Меньшиков, я уверена, очень заинтересовался твоим проектом, но если разговор пойдёт в том же духе, мы все рискуем остаться голодными,- ласково проговорила Заречная, поглаживая доктора по руке.
   - Да, что это я вдруг, извините... - стушевался доктор.
   - Вениамин Александрович, даю честное слово, что, как только вернусь из плавания, обязательно приеду к вам, и мы всё обговорим. Вы подготовьте смету расходов и список оборудования.
   - Ты, как всегда, прав, это решается не за одну минуту и не здесь.
   Обед продолжался в приятной, дружеской атмосфере. Андрей не мог отделаться от чувства, что Алёна ему знакома. Она напоминала ему жену, а это было полнейшим абсурдом. Но волосы, голос, улыбка, манера разговаривать - все напоминало о той, забыть которую было просто невозможно. И Андрей решился:
   - Знаете, Алёна, как ни кажется банальным, Вы очень напоминаете мне одну женщину, очень дорогую для меня женщину. Мы раньше не встречались?
   - Если бы мы с Вами когда-либо виделись, то поверьте, я бы не забыла, но, к сожалению, мы встречаемся впервые. Вы здесь по делам или, как и мы, приехали отдохнуть?
   Алёна решила сменить тяжёлую для нее тему разговора, а выражение "дорогая" она поняла в прямом смысле слова - "мешок с деньгами".
   - В последнее время я много работал, поэтому решил устроить себе небольшой отдых, пройтись на яхте. Я люблю море, как, наверное, каждый, кто хоть раз побывал на нём.
   - Не думала, что вы романтик, вы скорее похожи на гранитную скалу, которая даже шторму не по зубам.
   - Странно, не думал, что произвожу такое унылое впечатление, - рассмеялся Андрей. Его называли тяжёлой артиллерией, непробиваемым, жестоким и ещё Бог весть кем, но гранитной скалой - ни разу, это было что-то новенькое.
   Вениамин и Людмила с интересом наблюдали за этой парочкой. Людмила очень гордилась тем, как вела себя её подопечная. За последнее время, она очень привязалась к девушке, и каждый раз, глядя на нее, укреплялась в чувстве, что никакая сила не сможет их разлучить. Ей хотелось защитить её от всех жизненных невзгод, помочь преодолеть все препятствия, возникающие на пути, подарить всю свою нерастраченную материнскую любовь. Людмила так и не смогла объяснить себе, что произошло, когда она увидела перебинтованное лицо девушки. Её душа странным образом повела себя, чуть не выпрыгнув из тела. За последние 20 лет, ей ни разу не приходило в голову пустить кого-либо в свою жизнь, она намеренно окружила себя тайной и ни перед кем не раскрывала свое сердце. Ни перед кем, кроме Вениамина, но он был исключением, она любила его, хотя ни одним намёком не выдавала своих чувств. Публика преклонялась перед её талантом и красотой, и хотя возле неё постоянно было много народа, близких друзей Людмила не имела. Выворачивать же душу наизнанку перед посторонними она не собиралась, и только ради этого растерянного, так чем-то похожего на неё саму, ребёнка готова была на всё.
   - А чем Вы, Алёна, занимаетесь?
   - Она учится на курсах по подготовке моделей, - быстро отреагировал Вениамин, пока Алёна пыталась придумать хоть что-нибудь правдоподобное.
   - Конечно, я и сам мог бы догадаться. С Вашими данными это не проблема, Вы обязательно станете королевой подиума.
   - Значит, Вы считаете, что внешность для женщины, как визитная карточка? Если внешность отвечает нужным параметрам, всё возможно, всё для неё, все двери открыты; а если дурнушка - то, извините, мест нет, - долго сдерживаемое чувство обиды прорвалось, стремясь выплеснуться наружу.
   - Я не делю женщин на категории, каждая прекрасна по-своему, главное, что б человек был хороший, а не озлобленный на весь свет за то, что природа его чем-то обделила. Ведь и красоту каждый воспринимает по-разному.
   Признаться, Меньшиков не мог понять, чем мог обидеть эту красавицу. Такой не грозит стоять в сторонке, когда другие снимают сливки, она, наверняка, будет первой, кто это сделает.
   - Простите! - Алёна испугалась, что ещё немного и высказала бы мужу всё, что о нём думает, но она пока не готова к этому. - Знаете, мне ужасно жаль некрасивых женщин, Вы даже представить себе не можете, как они несчастны.
   Заречная не стала дожидаться развязки этой опасной дискуссии, накрыла ладонью руку Алёны, предостерегая таким образом, и заговорила с Андреем, переключив разговор на безопасную тему.
   - Андрюша, Вы позволите Вас так называть, и даже на ты, мне это доставит огромное удовольствие? Ты сказал, что собираешься в плавание. По путёвке?
   - Нет, предпочитаю на своей яхте. Она пришвартована здесь, на частном причале. Пока меня нет, за ней присматривает отставной капитан, дядя Слава. Он местный, старый морской волк, и забота о судне для него удовольствие, а не работа. Тем более, я не так часто сюда наведываюсь, и дядя Слава подрабатывает на ней: курортникам морские экскурсии устраивает. Я не возражаю.
   - Как здорово. Я не разу не была на яхте в открытом море, - мечтательно произнесла Алёна.
   - Так это не проблема, я приглашаю вас всех. И вы прекрасно отдохнете, и мне будет с кем общаться, а то, если честно, одичал я в своём огромном доме.
   - Вы это серьёзно, насчёт яхты? Это не стеснит Вас? - не унималась Алёна. Она не знала, плакать ей или радоваться тому, что муж обратил на неё внимание. Даже пусть на ту, другую Алёну, в которую она превратилась.
   - Плавать в хорошей компании всегда приятнее, чем скучать в одиночестве. Милости прошу завтра на яхту. Дядя Слава приедет за вами к семи утра, в восемь отплытие. А сейчас я вынужден вас покинуть, дела. Я не успел предупредить своего капитана, что прибыл, да и провизией надо будет запастись.
  
   Андрей сказал неправду, дядя Слава уже два дня, как готовил судно. По телефону отрапортовал, что провиант на корабль доставлен и всё в полном ажуре. Странные чувства одолевали Меньшикова, он как бы раздвоился: одна половина всё ещё скучала по жене, а другая рвалась к незнакомой, но до странности родной и притягательной девушке. Весь обед ему до умопомрачения хотелось дотронуться до её волос, погладить пальцем чем-то обиженные губки. Такие манящие, как лепестки розы, припасть к этому прелестному алому бутону, и раздвинув языком, пить из него божественный нектар. Когда Алёна произнесла, что мечтает покататься на яхте, он тут же предложил свои услуги, так как битый час ломал голову, как устроить, чтобы они не расстались; он даже подумывал, не отложить ли временно своё путешествие.
   Андрей так переволновался, опасаясь их отказа, что, как только все вопросы были улажены, поспешил сбежать, дабы чересчур довольная физиономия не выдала своего хозяина. Но каково же было его удивление и разочарование, когда он, окрыленный, открыл дверь своего номера, и обнаружил вначале чемодан, а затем и его хозяйку. Лика полулежала на диване с бокалом шампанского и улыбалась.
   - Какого ..., ты здесь делаешь? - грубо спросил он, - не помню, чтобы посылал тебе приглашение.
   - Ты не рад? А мне хотелось доставить тебе удовольствие и скрасить твоё одиночество. Дорогой, я простила тебе нашу последнюю ссору, мне было так тоскливо, неужели ты позволишь женщине умереть от скуки?
   - Послушай меня хоть раз внимательно. Ты мне не нужна! Не нуж-на! - отчеканил Андрей,- постарайся найти другой объект для развлечений, не стоит терять время на женатого мужчину! Устраивай свою жизнь, где хочешь, только подальше от меня.
   - Женатого? Что-то у меня со зрением плоховато, я не вижу твоей жены. Ау! Жена-а! Может, ты её в ванной прячешь, или под кроватью? - хихикая, Лика опустилась на корточки и попыталась протиснуться под кровать, - ну - дела, и тут её нет. Её нигде нет, и в твоей жизни тем более! Значит, вопрос о мифической жене отпадает сам собой! Лучше пригласи меня куда-нибудь, я проголодалась.
   - Нет! Я с утра ухожу на яхте, мне надо подготовиться,- Андрей смертельно устал от постоянных перебранок с Ликой, она ничего не желает слушать. Знал он также и о том, что завтра эта хищница непременно окажется на яхте, не спрашивая при этом его согласия. Он сел в кресло, закурил и мысленно отомстил:
   - Ты любишь сюрпризы? Ты их получишь. Не одной тебе откалывать номера.
  
  

Глава 7

  
   Алёну и её друзей поразил размер яхты. Все ожидали увидеть небольшое судёнышко, но на волнах величественно покачивался настоящий корабль, сверкая свежей краской. Девушку охватило непонятное волнение.
   - Он намного богаче, чем я предполагала, - заметила Заречная, поднимаясь по трапу.
   - Несомненно! Если честно, никто не знает размера его состояния, - констатировал доктор.
   - Деньги, деньги! Разве они в состоянии заменить радость общения и любовь? - думала про себя Алёна, не решаясь открыто высказаться, что на самом деле испытывала к хозяину этой яхты.
  
   Море было спокойное, отливало изумрудным цветом, чайки с криками кружились над водой, высматривая очередную добычу. И если у кокой-то из них в клюве оказывалась серебристая рыбка, она стремительно улетала подальше, чтоб сородичи не затеяли разбой.
  
   Все поднялись на яхту, и Алёна сразу заметила Лику, которая с ленивой грациозностью развалилась в шезлонге, подставив почти обнажённое тело тёплым утренним лучам. Несомненно, и Лика была неприятно удивлена появлением гостей, которые рушили все её планы. Атмосфера заметно накалялась, разрядил ее хозяин яхты, неожиданно появившись на палубе. Вид у Андрея был слишком эротичный, чтоб не обратить на это внимания: он был босой, в шортах, расстегнутая рубаха навыпуск полностью обнажала грудь, ветерок играл чуть вьющимися волосами. При виде его интимные воспоминания обрушились на Алёну, засосало под ложечкой, грудь под лёгкой футболкой напряглась, соски свело сладкой судорогой. В это мгновение ей до безумия хотелось только одного: остаться с ним наедине, и чтоб он ласкал и ласкал её тело. Но он, казалось, не замечал, какое впечатление производит.
   -Здравствуйте, прошу прощения, что не встретил у трапа. Теперь, кажется все в сборе, можно отчаливать. Стюард покажет ваши каюты.
   Только сейчас все обратили внимания на невысокого молодого человека, в белых шортах и такой же ослепительно-белой рубашке с коротким рукавом.
   - Да, чуть не забыл вас познакомить, это моя знакомая - Анжелика. Лика, это мои друзья - доктор Гаврилов со своими очаровательными спутницами, Людмилой (он намеренно не стал говорить, что знаменитой актрисой, это было не обязательно) и Алёной.
   - Значит, они должны были плыть одни. А я нарушила их планы, напросившись на яхту, - прошептала тихо Алёна, чтоб только Людмила могла услышать.
   - Не беда, ты имеешь гораздо больше прав находиться здесь, чем его подружка, - также тихо ответила Людмила, - так что наслаждайся отдыхом, и ни о чём не думай. Поверь моему опыту, если кому и следует переживать, то явно не тебе. Посмотри на выражение лица этой мадам, и тебе сразу полегчает.
   Взгляд Лики и на самом деле не предвещал ничего хорошего, она явно готова была растерзать Алёну, конечно, если бы это ей позволили. Давно она не была так близка к истерике, как на этот раз. Лика была неглупой женщиной и прекрасно сознавала, что Алёна - единственная, кого нужно воспринимать как потенциальную соперницу, все остальные были не в счет. До этого момента Лика была спокойна, как удав, никто, по её мнению, не мог составить ей конкуренцию.
   - Ну, что ж, мы на равных, - подумала про себя Алёна. Теперь-то она была уверена в себе, своих силах, и, что греха таить, в своей красоте. - Посмотрим, чья возьмёт, и чем все это закончится.
  
   Понять женскую логику невозможно. Только вчера она боялась даже встретиться с мужем лицом к лицу, а сегодня готова пойти на всё, чтобы Андрей влюбился в неё. А когда влюбится, рассказать, кто она на самом деле, и бросить его. Пусть он, наконец, поймет, что такое быть отвергнутым, пусть помучается, как мучилась она. Человеку, который не получает отказа, имеет любую женщину, какую захочет, когда и где захочет, будет невыносимо сознавать, что им пренебрегли. А она, Алёна, ни за что не покажет, как любит его и как ей трудно с ним расстаться. Она понимала, что игра с таким мужчиной, как её муж, для неё вдвое опасней, чем для него. Но эта игра стоила свеч, оскорбленная Алена хотела наказать Меньшикова за свои страдания.
   На яхте оказалось достаточно много одноместных кают, где были кровать, шкаф для вещей, столик, прикрученный к полу, и пара стульев, так что каждый мог разместиться с максимальным комфортом. Команда состояла из десяти человек: капитана дяди Славы, штурмана Бориса, стюарда Лёши, кока Анатолия Константиновича - весёлого краснолицего корейца; механика Артюши, он так представился, и пятерых матросов - Антона, Сени, Гоши, Володи и балагура Аркаши, который сыпал анекдотами, а вечерами развлекал всех игрой на балалайке. Все на корабле жили одной дружной семьёй. Алёна была удивлена, когда к ужину в большой каюте, служившей столовой, собрались не только гости, но и все не занятые вахтой члены экипажа. Муж не делал различия между собой - хозяином яхты, гостями и экипажем. С последними вёл себя, как с друзьями. Лику это панибратство раздражало до чёртиков, временами она буквально скрипела зубами, находясь в отчаянии оттого, что не может поставить всех на место.
   Меньшиков не замечал хмурых взглядов, которые она бросала на него, или делал вид, что не понимает её раздражения. Посмеивался про себя: ведь на этот раз Лика чувствовала себя, как рыба на раскаленной сковороде, а двусмысленность положения, ибо на неё не обращали внимания, больно ранило её напыщенное самолюбие.
  
   Распаковав вещи, Алёна вышла на палубу, её манило и, как магнитом, притягивало море, величественное, без конца и без края. Морской воздух опьянял, и, казалось, заполнял каждую клеточку тела; она вздохнула всей грудью, так хорошо не было уже давно. И если бы не присутствие на корабле соперницы, было бы ещё лучше, но Лика не могла испариться, она мирно беседовала с Людмилой.
   - Присоединяйся к нам! - помахала Алёне Людмила, приглашая включиться в разговор.
   Деваться некуда, раз заметили, надо делать вид, что компания устраивает всех, а особенно её, Алёну.
   - Людмила Фёдоровна, почему пресса до сих пор молчала, что у Вас есть дочь? В Ваших интервью Вы не разу о ней не упомянули. На сколько мне известно, все звёздные личности: Алла Борисовна, Боярский, Валерия, да все, у кого дети, стараются показать их всему свету, проталкивают на сцену, в кино. У Пьехи вон вся семья поёт: и дочь, и внуки.
   - Я с тобой не согласна, независимо от того, из звёздной семьи ребёнок или нет, он в жизни обязательно пробьётся, если конечно обладает талантом. Зрителя не обманешь, он всё равно почувствует фальшь, и никакие знаменитые родители не помогут. Тут или пан, или пропал, третьего не дано. А почему ты решила, что Алёна моя дочь, кажется, я этого не говорила.
   - Вот-вот, это секрет для всего человечества или ход для поддержания имиджа? Ведь очевидно то, что Вы пытаетесь скрыть: вы похожи, как две капли воды, с той лишь разницей, что одна, старше другой, - не унималась Лика. Разгадать тайну, которая для всех была за семью печатями, хотелось страшно, да и обыкновенное женское любопытство не давало покоя. Людмила удивлённо смотрела на Лику. Мысль представить всем Алёну как дочь не приходила ей в голову, но могла решить многие проблемы девушки. И прежде, чем Алёна собралась решительно опротестовать нелепые домыслы, заговорила сама:
   - Я никогда не делала из этого тайны, просто оберегала свою дочь от слишком назойливых и любопытных людей, у девочки своя жизнь, так зачем кому бы то ни было влезать в неё. Она носит фамилию отца, а не мою. И ещё: что касается отца Алёны, то его нет в живых, поэтому теперь не имеет значения, кто он. Я полностью удовлетворила твоё любопытство, или тебя интересует что-нибудь ещё? - и, помолчав лишь секунду, добавила, - дочь выросла, и я намерена всему свету, как ты выразилась, поведать о ней, она это, поверь, заслужила.
   Алёна с обожанием смотрела на старшую подругу, которая так изящно скрыла её настоящую фамилию, и кем она на самом деле является. Как бы ей хотелось иметь такую чуткую, всё понимающую мать!
   Лику умело, со знанием дела, поставили на место. И, чтобы не выглядеть смешной в глазах ненавистной соперницы, ей ничего не оставалось, как только извиниться за своё любопытство.
   Три дня яхта плыла в открытом море, и все это время Алёна чувствовала на себе пристальный взгляд Андрея. Он как будто спрашивал: - Кто ты? - но удовлетворить своё любопытство был не в состоянии: она старалась не оставаться с ним наедине. Друзья повсюду сопровождали её, и поговорить начистоту можно было только, если сломать дверь её каюты. Но это противоречило всем законам гостеприимства, да и нахалом выглядеть тоже не хотелось.
  
   Алёне не спалось, она поднялась на палубу подышать морским воздухом. Яхта, легко покачиваясь, скользила по волнам, а красавица-луна, выныривая из облаков, была единственным молчаливым спутником её невесёлых мыслей.
   Андрей сидел в тени рубки и, боясь вздохом выдать свое присутствие, наблюдал за девушкой. Как она была прекрасна! Ветер трепал её волосы, и они переливались в лунном свете, на губах играла таинственная улыбка. Как ему хотелось прочитать её мысли, узнать, что творится в этой красивой головке. Она была подобна русалке, выплывшей из морской пучины, а всем известно, что русалка не доступна для любви смертного, и тому, кто с ней повстречается, не видать спокойствия до конца своих дней, сердце будет разбито. Ему же больше жизни хотелось, чтоб эта сирена с глазами цвета изумрудного моря полюбила его, растворилась не в морской пучине, а в его горячих объятиях. Мечтал насладиться её губами, вдохнуть аромат прекрасного тела, ощутить прикосновения нежных пальчиков на своей коже, и заставить её дрожать от желания. От таких мыслей жар в его теле разрастался, и мужское естество, как он ни сдерживался, конкретно заявило о своей потребности.
   Такие муки переносить было выше его сил, он чувствовал себя зверем, загнанным в клетку. Из груди вырвался стон, больше похожий на рычание. От неожиданности девушка подпрыгнула на месте, как горная лань, сорвалась с места и стремительно пронеслась мимо него. Но некто, кем бы он ни был, даже не пошевелился, чтоб догнать беглянку. Алёна остановилась так же быстро, как убегала. Отругав себя последними словами, которые пришли в это время на ум, вернулась назад. Она же не в дремучем лесу, а на яхте, где точно не водится диких зверей или приматов, которые осмелились бы на неё напасть.
   Андрей, а в этот момент он был самым опасным представителем цивилизованного поколения приматов, сидел с закрытыми глазами и ...... стонал.
   Алёна подумала, что он спит, и удивилась, что такому могучему человеку тоже могут сниться кошмары. Она тихонько подошла и нежно дотронулась до его щеки. Его глаза открылись и внимательно посмотрели на неё, как будто он только и ждал её прикосновения.
   - Тебе снился кошмар, ты стонал, - извиняющимся тоном быстро проговорила Алёна и отдёрнула руку, как будто обожглась.
   -Почему ты её убрала? Тебе неприятно ко мне прикасаться?
   -Нет! Не знаю!
   -Для того, чтобы это понять, необходимо ещё раз прикоснуться. Дотронься до меня, прошу тебя, - простонал Андрей, - твои пальчики, как волшебные перышки, ты сама, как глоток воды в пустыне, как дуновение освежающего ветра в знойный день. Умирающему ты придашь силы, чтобы выжить.
   - Что за бредовые мысли, ты же не собираешься, в самом деле, умирать? - Алёна с ужасом смотрела на мужа. Про себя она метала в него громы и молнии, но никогда не желала ему смерти. Даже после всех обид и мучений о таком наказании для него и мысли не возникало.
   - Конечно, нет, милая, ты не правильно истолковала мои слова, - он был поражен,- она что, настолько наивна, что не распознала в его словах попытку соблазнения?
   Алёна расслабилась и присела рядом: - Слава Богу, он не собирается умирать из-за Лики.
   Андрей медленно, чтобы не напугать девушку, склонился к ней и пальцем аккуратно обвел контур её губ, потом палец опустился к шее, где пульсировала жилка. От этих прикосновений у Алёны закрылись глаза, а сердце готово было выпрыгнуть наружу. Но мучитель не остановился, теперь его губы проследовали тем же курсом. Девушка не выдержала натиска мужского обаяния и потянулась губами к источнику наслаждения. Неистовый язык-искуситель раздвинул губы и по хозяйски начал обследование её рта. Ощущение можно было сравнить только с разрядом электрического тока. Оба потеряли голову, захватившее чувство мешало им осмыслить ситуацию, в которой оказались. Андрей притянул девушку к себе на колени, обхватил одной рукой за голову, а другая уже ласкала грудь, которая, как испуганная птичка, трепетала, но улетать не собиралась.
   - Как ты прекрасна, девочка моя, я хочу тебя, хочу насладиться тобой, хочу увидеть тебя всю. Что ... ты ... делаешь... со мной...! - шептал он, задыхаясь, как в бреду.
   Ответа он не услышал, их оглушил громовой раскат, а молния ослепила глаза. Как будто небеса разверзлись, и в отместку за что-то разразилась буря. Андрей ничего не успел предпринять, когда огромная волна накрыла их с головой, и унесла за борт. Алёна захлёбываясь горько-солёной водой, не могла вздохнуть, в лёгкие не проходил воздух. Последнее, что почувствовала девушка, были чьи-то руки, подхватившие её и вынесшие из тьмы.
  
  

Глава 8

  
   Меньшиков старался справиться с волной, отбросившей Алёну далеко от него. Он успел поймать спасательный круг, также смытый волной, и теперь усилием воли и мышц плыл к девушке, из последних сил старавшейся удержаться на поверхности. Он подхватил её в тот момент, когда чёрные волны сомкнулись над головой Алёны.
   Шторм закончился также внезапно, как и начался. Андрей поддерживал над водой Аленину голову, ее саму он устроил на круге. Наконец девушка пришла в себя. Её взгляд красноречивее любых слов выразил весь ужас, когда Алёна поняла, что находится не на палубе, а вокруг вода.
   - Всё в порядке, лежи спокойно, ты должна беречь силы, - шептал он распухшими губами, - мы в море, ты помнишь, что произошло?
   - Не совсем, - воспаленное сознание с трудом восстанавливало картины происшедшего.
   - Что с нами будет? - всхлипнула она, - я такая солёная, что меня можно подавать к пиву.
   - Раз ты не растеряла чувство юмора, значит, ещё поживём. А к пиву нас всегда успеют подать. Лучше закрой глаза и постарайся успокоиться. Береги свои солёные сокровища, когда выберемся, мне непременно захочется попробовать их на вкус.
  
   Рассветало. Андрей потерял счёт времени, напрягая зрение: на сколько хватало глаз, было только море, яхты нигде не видно. Помощи ждать неоткуда, кричи - не кричи. Пока что его сил удерживаться на поверхности хватало на обоих. Прошло ещё несколько часов, надежда с каждой новой волной убывала, и Андрей готов был попрощаться и с Алёной, и с белым светом, и даже с чайками, кружившими над их головами... Чайки...
   - Чайки! Значит недалеко земля...- он старательно пригляделся, - Земля!!!! Спасибо, Господи!
   Откуда силы взялись?! Меньшиков яростно стал грести к берегу, вытащил почти безжизненное тело девушки на песок и потерял сознание.
   Чувства вернулись оттого, что кто-то лизал лицо и повизгивал. Он разлепил глаза и обнаружил огромную собачью морду. Пёс не проявлял агрессивности, а внимательно смотрел в лицо лежащему человеку. Андрей с трудом поднялся, ноги плохо слушались, в голове гудело, язык прилип к нёбу. Собака завиляла хвостом и отошла немного, будто приглашая за собой, а потом бросилась вверх по тропинке, часто останавливаясь, когда обессиленный Меньшиков не успевал за ней. Умное животное уже добежало до дома и подняло отчаянный лай, когда ноги Андрея подкосились, и он приземлился на траву. На голос собаки вышел хозяин и поспешил на помощь. Андрей, где словами, а где жестами, когда язык переставал слушаться, объяснил, что на берегу осталась девушка, и ей срочно нужен врач.
  
   Алёна открыла глаза, незнакомая женщина смачивала водой её пересохшие губы.
   -Где я?
   На ломаном русском языке, женщина объяснила ей, что она находится в их доме, а место это можно назвать раем, особенно после того, что с ними случилось..
   - Мужчина? Где мужчина? Он жив? - с тревогой Алёна оглядывала комнату, но Андрея видно не было.
   - Да, да, он живой, всё хорошо, они с мужем завтракают. Сейчас я скажу, что Вы проснулись.
   Андрей, как ураган, влетел в комнату, отчего она стала казаться очень маленькой, мощное тело заняло почти всё пространство.
   - Наконец-то, а то я, грешным делом, начал думать, что ты нарочно прикидываешься спящей, чтобы лишить меня удовольствия попробовать тебя с пивом, - самая обаятельная улыбка на свете озаряла его лицо. Он с тревогой осматривал девушку: под ввалившимися глазами образовались чёрные круги, губы потрескались, а кожа на маленьком носике сильно порозовела и местами облупилась. Засмущавшись, Алёна быстро прикрылась простынёй.
   - Пока ты спала, я связался с яхтой, скоро она будет здесь. Там страшный переполох, все подумали, что мы утонули. Доктор в шоке, Людмила в панике, я еле убедил их, что с тобой всё в порядке. Она почему-то решила, что я на тебя разозлился и решил утопить. Ерунда какая-то, почему я должен тебя топить, что на неё нашло? Да я в жизни мухи не убил.
   - Она славная и очень добрая. Мне ужасно не удобно, что заставила их волноваться.
   К вечеру Алёна почувствовала себя значительно лучше и попросила разрешения где-нибудь помыться. Хозяйка любезно проводила гостью в глубину сада, и показала небольшое деревянное строение, где вполне можно было сполоснуться. Едва Алёна закончила, как послышались тихие шаги, а когда по спине поползли мурашки, даже не оглядываясь, поняла - Андрей. Он прижал девушку к своей груди и стал осыпать поцелуями её затылок, мокрые волосы Алёны щекотали его лицо.
   - Ну вот, не успел, ты уже нисколечко не солёная, - прошептал он. Алёна боялась пошевелиться, ноги ослабли, а по всему телу стал разливаться невыносимый жар, готовый спалить дотла. Не хватало воздуха, и девушка учащённо задышала. Андрей поглаживал её затвердевшие соски, его рука стала опускаться ниже, ласково касаясь живота. Алёна вздрогнула, но он сильнее прижал её к себе, не давая вырваться. Целуя её нежную шею, он положил руку на холмик Венеры, покрытый золотистым пушком. От этого интимного прикосновения, она затрепетала, ей хотелось только одного, чтобы он продолжал, уже не останавливаясь. Андрей подхватил свою драгоценную добычу на руки и вынес в сад.
   Трава была мягкая и шелковистая. Он осторожно положил девушку на траву и придавил её своим телом. Больше он не мог контролировать себя, страсть поглотила все мысли, и, кроме разгорячённого тела Алёны, для него ничего не существовало. Она прижалась к нему, призывая и поощряя, вся пылала и знала, что потушить это пламя может только он, единственный любимый мужчина. Пика наслаждения они достигли одновременно. Андрей видел, как долго Алёна приходила в себя, и ликовал от счастья. Теперь она его, только его. Но в глубине души росла уверенность, что эту женщину он когда-то уже держал в своих объятиях, запах её тела был до боли знаком. И когда-то он уже наслаждался этими сладкими губами, слышал её стоны....
   - Нет, не может быть! Эта родинка?... Или я схожу с ума, или только что занимался любовью со своей женой. Кажется, у меня бред! - Андрей вскочил на ноги. Алёна лежала растерянная и смотрела на изменившееся лицо Меньшикова.
   - Помоги мне, Боже, неужели он смог узнать меня. Помоги мне выдержать, - как заклинание повторяла она про себя.
   - Что случилось, я сделала что-то не так, тебе не понравилось? Ты сожалеешь о том, что произошло между нами?
   - Нет, всё в порядке, просто твоя родинка между грудей напомнила мне кое о чём. Да, я сожалею о том, что случилось. Я не имел права терять голову, держать тебя в своих объятиях, любить тебя. Я... ничего не могу обещать тебе. Моё сердце отдано другой женщине, и здесь я бессилен что-либо изменить. Только моя вина в том, что было здесь.
   - Да, конечно, я понимаю, что заняла на какое-то время чужое место. Просто я наивно полагала, что ты не так сильно любишь её. Что ж, ты прав, мы оба потеряли голову.
   Странный все-таки народ - мужчины, любят одну, а поиграть в любовь могут со многими, например, такими дурочками, как она. Что ж, она сильная, она всё выдержит.
   Алёна поднялась, накинула халат, и с гордо поднятой головой, пошла в сторону дома, ни разу не оглянувшись. Андрей смотрел ей в след с таким тяжёлым сердцем, как будто от него уходила жизнь, но ничего не предпринимал, чтобы вернуть её. Только не мог понять, откуда Алёна узнала, что он женат. Очевидно, Лика. Да, вероятно.
  
   Лика с проворностью кошки выпрыгнула из лодки и бросилась навстречу Андрею. Не подхвати он во время, она кубарем бы скатилась на песок. Повиснув на шее, она яростно впилась в его губы. Потом, заливаясь слезами, стала повторять, как она переживала, в каком находилась горе, думая, что он утонул, и они больше не увидятся. Андрей успел заметить презрительный взгляд Алёны, прежде чем она сорвалась с места и побежала к доктору и Людмиле, которые тоже торопились её обнять. С шумом и радостными криками компания, наконец, оказалась на борту яхты в полном сборе. Всю обратную дорогу Лика ни на минуту не отходила от Меньшикова, ревностно следила за каждым его шагом, не позволяя ему даже на секунду остаться одному. Андрей и не возражал против такой опеки. Своим присутствием Лика не возбуждала его, чего не скажешь об Алёне. Он и сам не рискнул бы остаться с ней наедине, не было никакой гарантии, что сможет держать себя в руках. А ещё больше он боялся увидеть презрение или равнодушие в изумрудных глазах. Этого вынести он бы не смог.
  
   Андрей попытался наладить отношения с Алёной, ему нелегко было представить, что они расстанутся навсегда, хотя он прекрасно понимал, что когда-нибудь на одном из раутов их пути пересекутся, ведь Алёна в скором времени станет моделью.
   Когда яхта благополучно прибыла в Сочи, он предложил всем вместе поужинать в ресторане, и с тяжёлым сердцем отправился на встречу. Они вчетвером сидели за столиком, Лики не было, да никто по этому поводу и не переживал. Андрей не только не пригласил её в ресторан, но вдобавок они крупно поссорились, и Лика, собрав чемоданы, отбыла ближайшим рейсом в Москву. Разговор не клеился, Алёна смотрела в свою тарелку, постоянно теряя суть разговора.
   - Что с тобой, девочка моя, ты не заболела? - ласково спросила Людмила и потрогала лоб Алёны, - странно, совсем холодный, но ты бледна и ничего не ешь.
   - Я решила сегодня раз и навсегда покончить с этой игрой. Пусть Вениамин Александрович всё объяснит Меньшикову. Я хочу развода, а больше мне ничего от него не нужно.
   Андрей посмотрел в её сторону, а потом на доктора, ожидая объяснения, так как ничего не понял, особенно про развод.
   - Ты хорошо подумала?
   - Да. Это моё твёрдое решение. Пусть он узнает правду.
   Вздохнув, доктор начал свой рассказ. С каждым словом лицо Меньшикова мрачнело всё больше, наконец, он взорвался.
   - Ты!... Как ты могла так поступить? Сначала сбежала, даже не поговорив со мной, а потом решила сделать из меня марионетку, чтоб, когда посчитаешь нужным, дёргать за верёвочки? Я не кукла! Что ты хотела доказать, какой у тебя жестокий муж? Бросил непривлекательную жену и увлёкся манекенщицей? Так вспомни, ты сама ушла. Или я ошибаюсь? Банальная сцена из дешёвой пьески! Чего тебе больше хотелось: чтоб я чувствовал себя подлецом или дураком? Так вот, ты сильно просчиталась: я ни то, ни другое. Я такой, какой есть, и меняться не собираюсь! Ты желаешь развода - пожалуйста, ты его получишь, хоть завтра. Мне, тем более, от тебя ничего не нужно, думаешь, буду страдать? Да, возможно, буду, вспоминая твои прелести, которые ты, как приманку, предлагала мне. Но ничего, меня с радостью утешит Лика. И поверь, уж она-то не станет делать из меня идиота!
   - Ты всё сказал? - деревянным голосом спросила Алёна, - деньги отца можешь оставить себе. Ведь ты же из-за них женился на мне!
   - Я от женщин подачек не принимаю, тем более от тебя! - Андрей говорил ужасным тоном, а взгляд был такой, что Алене стало страшно. Она готова была провалиться сквозь землю, или оказаться где-нибудь подальше от него и его гнева. Если бы он только сказал, что она нужна ему, что он скучал по ней, любит ее, она бросилась бы ему на шею и все-все простила. Но Андрей резко поднялся, чуть не опрокинув стул, бросил деньги за ужин и прорычал: - Я жду адвоката.
   Он ушел, а Алёна осталась сидеть и молча выслушивать нотацию друзей.
   - Ну, знаешь, девочка, если б я знал, что ты такое выкинешь, ни за что не принял бы приглашение на ужин. Ты хоть соображаешь, что потеряла его навсегда, даже не попытавшись завоевать.
   - Да, кажется, потеряла, - Алёна тихо глотала катившиеся по щекам слёзы, тупо уставясь в тарелку.
   - Ладно, Веня, не мучай её. Видишь, девочка и так на грани срыва. Я считаю, нам лучше подняться в номер.
   Людмила усадила Алёну на диван, принесла стакан воды, и устроившись рядом, обняла девушку за плечи.
   -Что случилось, почему ты так внезапно решила открыться ему?
   -Не знаю.... Не смогла больше... Я думала, что справлюсь.... У меня сегодня день рождения, мне исполнился 21 год.
   -21 год...- машинально повторила за ней Людмила,- ... моей дочери сегодня исполнилось бы столько же. Расскажи мне о своей жизни, девочка.
   -Так получилось, что родителей своих я не знаю. Отец бросил маму, когда меня на свете ещё не было. Поэтому никто и не знал, что у Барышникова была дочь. Мама умерла, а я воспитывалась у тётки, злобной и жестокой женщины. Я думаю, она меня взяла на воспитание только за тем, чтобы, когда я подрасту, у неё была бесплатная прислуга. Иметь наёмных работников ей не по карману. С четырёх лет, я практически сама делала уборку в доме. Меня спасало то, что в моём возрасте большего я не умела. А когда подросла, ходила на ферму доить коров. И все равно, тётя Катя всегда была чем-то не довольна. Хорошо хоть в школу отпускала.
   - Как ты сказала, тетку звали?
   - Катерина.....
   - А жили вы не под Сухиничами?
   - Да. Так и есть.
   - И фамилия тётки - Рогозина?
   - Да...?
   - А твоя, стало быть, Савельева... - прошептала Людмила и как-то странно стала оседать на пол.
   - Да. Но ... откуда ... Боже, Людмила, что с Вами? - Алёна бросилась к упавшей женщине, и стала звать на помощь.
   Перепуганный криками Вениамин Александрович влетел в комнату, увидел распростёртое на полу тело Людмилы и стоящую на коленях Алену в слезах.
Обморок длился несколько секунд, но когда Людмила пришла в себя, слабость была во всём ее теле. Вцепившись в руку Алёны так крепко, что сводило кончики пальцев, она все повторяла: - Доченька моя, доченька моя...
   Алёна в растерянности переводила взгляд с Людмилы на доктора и обратно. Краска сбежала с лица девушки, когда до неё дошёл смысл произнесенных слов.
   - Вот так дела, вот так заноза...- Вениамин Александрович суетился и бегал вокруг женщин. Он всегда так вёл себя, когда был сильно взволнован. А сейчас было от чего: мать и дочь обрели друг друга! Случись такое в кино, оно понятно, а тут в его реальной жизни - у кого угодно нервы разыграются.
   Прошло немало времени, пока женщины успокоились и, обнявшись, притихли на диване. Доктор тактично молчал. Просто не знал, что надо говорить, ведь не каждый день такое случается.
   -Расскажи мне об отце, почему он нас бросил? Из-за того, что ты была некрасивой?
   -Теперь, когда я вновь тебя обрела, могу смотреть в прошлое спокойно, без горя и сожаления. Нет, девочка моя, это я оставила твоего отца. Я уже говорила, что в молодости была гадким утёнком, но гордости хватило бы на лебедя. Мы с твоим отцом познакомились, когда он был ещё студентом. Я работала в баре, он немного выпил и решил поразвлечься, а я влюбилась в него с первого взгляда. Он частенько стал наведываться в наше заведение, дожидался меня после работы, чтоб проводить. Так продолжалось три месяца. Барышников предложил снять комнату и поселиться вместе. Я была счастлива и согласилась. Полгода мы прожили душа в душу. Хотя денег катастрофически не хватало, и питались мы одной картошкой, он умудрялся покупать мне цветы и конфеты. Я была ужасной сладкоежкой. Всё изменилось в одночасье, когда я поняла, что беременна. Твой отец очень расстроился и предложил сделать аборт. Он начал убеждать меня, что заводить детей ещё не время, надо немного подождать, что он с однокурсником затевает серьезное дело, вот когда встанем на ноги, тогда - на здоровье. А я представить себе не могла, как избавлюсь от зародившейся во мне жизни. Через две недели я от него ушла, сказав, что всё между нами кончено, а ребёнка больше нет. Я сменила работу и до родов стояла на заводе возле станка. В декрете была всего два месяца, пришлось выйти на работу, чтоб прокормить нас обеих. Вскоре начальник цеха "тактично" предложил уволиться, мотивируя тем, что маленькие дети имеют нахальство часто болеть, а потому такие работники, как я, не нужны. Из заводского общежития меня выселили, а снять комнату с ребёнком было практически невозможно. Работы тоже найти не могла - как только узнавали, что маленький ребёнок, везде отказывали. Соседки по комнате меня не гнали из жалости, но я понимала, что это не надолго. Я не знала, куда деться. Во рту уже несколько дней не было ни крошки, грудного молока становилось всё меньше и меньше, ты отчаянно плакала. Были такие минуты, что хотелось покончить с нами обеими, чтоб не мучиться. Но потом, прижимая тебя к груди, я осознавала, что невинное дитя не может отвечать за грехи своей непутёвой матери. Однажды я пришла в бар, где когда-то работала, спросить, не возьмут ли меня обратно. На меня, правда, без слез смотреть тогда было нельзя: худая, дальше некуда, старая одежда, как на вешалке болталась, ни макияжа, ни какой-нибудь хоть маломальской причёски. Огородное пугало по сравнению со мной, королевой красоты могло показаться. Там я и столкнулась с Барышниковым. В красивом костюме, с галстуком, он выглядел сногсшибательно. Он рассказал, что организованная фирма приносит неплохой доход, что они с Меньшиковым собираются расширяться, и в завершение предложил выйти за него замуж. Очевидно, он вспомнил, как мы расстались, и предложение сделал из жалости. Красавец и уродина! Я отказалась. Тогда я была твёрдо убеждена, что мои проблемы - только мои, и дочь тоже только моя. Прости, родная, мне в первую очередь надо было подумать о тебе, а не своих амбициях.
   - Ну, что ты мама, ты не в чём не виновата, так сложилась жизнь.
   - Я посчитала, что самым правильным решением будет, отвезти тебя в деревню к сестре. Они со Степаном жили уж три года, а детей не было. Когда я привезла тебя им, они, вроде, обрадовались, а может, только сделали вид. Катерина работала на ферме и могла большую часть времени, в перерывах между дойками, находиться с тобой, в молоке тоже недостатка не было. Мы договорились, что, пока я найду комнату и приличную работу, ты поживешь у них. Прошло около года, когда я, наконец, смогла найти что-то подходяще для нас с тобой из жилья. Как же я по тебе скучала! При первой возможности, как только отпустили с работы, помчалась в деревню. Сестра встретила меня у электрички холодно, как будто была не рада моему приезду. Всю дорогу до дома я расспрашивала Катерину о тебе, но она отмалчивалась. Не успев переступить порог, я позвала тебя по имени, потом, как шальная, бегала по дому в поисках, но никаких признаков пребывания ребенка не обнаружила. Сестра спокойно наблюдала, а когда моё терпение иссякло, и я потребовала объяснить, где моя дочь, Катерина ответила, что месяц назад ты умерла от воспаления лёгких, а так как моего адреса они не знали, то и сообщить не могли. Я просила показать могилку, но получила жестокий ответ:
   - Не ты кормила, не ты растила, не ты хоронила, так и горевать не тебе, уезжай лучше отсюда.
   Земля уходила из под ног, зачем мне теперь жить, дышать, если тебя не было. Вот в таком состоянии, не дав даже опомниться, Катерина и Степан выпроводили меня из своего дома. Я кое-как доехала до Москвы, а потом начались бесконечные попойки, я водкой пыталась заглушить своё горе. Ну, последствия моего падения ты знаешь, а потом судьба послала мне Вениамина, - Людмила повернула заплаканное лицо к доктору, который, как школьник, тихонько сидел на стуле и боялся пошевелиться, что для подвижного доктора было не характерно.
   - Веня, милый! Ты наш ангел хранитель! Ведь это ты спас меня и мою дочь, ты вернул мне её. Доктор, дорогой, я так тебя люблю!
   - С ума сойти! Алёна! Впервые за всё время нашего знакомства она сказала, что любит меня. Я, право, сбит с толку! Дорогие дамы, у нас, определённо, есть повод праздновать!
   Доктор, казалось, обрёл второе дыхание, и, словно юноша, побежал за шампанским. Алёна настолько была поражена всем услышанным, что боль от потери Андрея отступила на второй план. Эту потерю она переживёт и перестрадает потом, а сегодня будет радоваться жизни! Она нашла мать! Вениамин Александрович принёс ведёрко с шампанским, усадил женщин за стол, и весь вечер они смеялись и радовались, не вспоминая больше горького прошлого. Все сошлись на том, что впереди их ожидает только любовь и счастье, так как они все вместе, и ничего им не страшно.
  

Глава 9

  
   Теперь Алена была свободна, красива и... богата. Андрей, как и обещал при расставании, по первому требованию дал развод. Его адвокат уладил формальности с наследством Барышникова, передав Алене все бумаги. Муж ни разу не появился, даже в суде не присутствовал, поручив вести дела постороннему для нее человеку, своему поверенному. Но радости от свободы совсем не ощущалось. Меньшиков сидел в сознании, как заноза под кожей, не давая затянуться ране. Время шло, Алёна соорудила небольшой кокон в своём сердечке, куда и поместила любовь и переживания о бывшем муже, продолжая жизнь без него. Окружённая заботой и лаской матери и Вениамина, который был частым гостем в их доме, девушка, на радость всем, отогрелась и сердцем, и душой.
   Сегодня Алёна знакомится с элитой как дочь знаменитой актрисы Людмилы Заречной, легенды кинематографа и самой обворожительной женщины. И нет у неё права подвести мать, поэтому она будет весёлой, счастливой и жизнерадостной, чего бы это ни стоило. Девушка понимала, что избежать встречи с Меньшиковым рано или поздно не удастся. После развода он везде появлялся с Ликой, открыто демонстрируя свою связь с ненавистной блондинкой. Его пассия сообщала всем по секрету, что в скором времени они поженятся, а так как никто этого не опровергал, можно было принять Ликины слова за правду. Не успела Алёна об этом подумать, как в зал вошли её бывший муж и Лика, воркуя, как влюблённые голубки. Он так увлёкся разговором со своей подружкой, что прошёл мимо, даже не кивнув.
  
   Андрею тяжко было видеть счастливое Аленино лицо, ее распущенные волосы, горящие глаза и прелестный румянец на щеках, а потому маска безразличия, которую он постарался "наклеить" на лицо, пришлась как нельзя кстати. Его гордость была сильно уязвлена: Алена захотела развода; он не мог его не дать. Отказ показал бы, как трудно ему с ней расстаться. Краем глаза он заметил, как при их появлении бывшая жена перестала улыбаться и побледнела. Бросая на неё быстрые незаметные взгляды, Андрей отмечал всех поклонников, ходивших за ней по пятам. Так хотелось отогнать этих мальчишек, остаться с ней наедине и целовать, целовать, пока она не попросит пощады, не станет задыхаться под напором его жаждущего тела. Часто просыпаясь по ночам, он зарывался лицом в ее подушку, рыча от бессилия, как раненый зверь, снова и заново переживая те чувства, которые испытывал в её объятиях.
   - Да что с тобой, Андрей, ты выглядишь прямо как хищник, перед броском на очередную жертву, - Лика дёргала его за рукав, не понимая причины резкой перемены его настроения.
   - Да так, просто нет желания веселиться. Ты же знаешь, что мне всегда быстро надоедают эти сборища.
   - Ой, ли? Могу заметить, что ты слишком часто впадаешь в депрессию, и я, кажется, догадываюсь, чем, а вернее, кем, это вызвано, - Лика нахмурилась и проследила за его взглядом, - так и есть, я оказалась права.
   - Знаешь что? Это моё личное дело, я никому не позволяю в него вмешиваться, и тебе не советую, - зашипел Андрей прямо в ухо Лике, сильно сжав её руку выше локтя, и не забывая при этом мило улыбаться.
   - По-моему, ты спятил. Отпусти, мне больно. Возьми себя в руки, на нас начинают обращать внимания. Если тебе так неприятно здесь находиться, лучше уйдём, от греха подальше.
   Людмила обняла дочь за плечи и ласково прошептала, что она самая красивая женщина из всех присутствующих, поэтому не должна падать духом.
   - Выше носик, доченька.....
   Молодые люди подходили к ним в надежде познакомиться с Алёной. Девушка им улыбалась, как автомат, не запоминая ни лиц, ни имён. Со стороны всё выглядело так, будто она была довольна всем и всеми.
   Самый настойчивый молодой человек вызвался проводить её домой. Алёна не отказала лишь потому, что Игорь представлял собой полную противоположность Андрею. Светлые волосы, серо-голубые глаза и открытая улыбка. Его, без натяжки, можно было назвать очень привлекательным. Он выгодно выделялся из толпы молодых повес, не повышал голоса и не позволял себе вольностей, как иные, пытавшиеся уговорить Алёну провести с ними незабываемый вечер, а там, возможно, и ночь.
  
   Игорь Шубин - директор рекламного агентства "Элегия", учредитель туристической фирмы "Фортуна" был еще и хозяином трех магазинов спортивных товаров. Со временем он собирался расширить свой бизнес и открыть рекламные агентства в нескольких зарубежных странах.
   Алёна очень понравилась Игорю, именно о такой девушке он всегда мечтал: хрупкой, нежной и красивой. И если бы он был уверен, что она согласится, то, не раздумывая, предложил бы руку и сердце. Но, как всякий нормальный человек, понимал, что не следует торопить события, чтоб ненароком не напугать и не оттолкнуть её от себя. Да разве сможет она поверить, что, увидев её сегодня впервые, он влюбился, как школьник, с первого взгляда.
  
   Машина остановилась у ворот особняка, Игорь открыл дверцу и подал руку девушке, помогая выйти. Протянутая для прощания ладошка утонула в руке Игоря, и от маленьких пальчиков пошло возбуждающее тепло. Не удержавшись от соблазна, он притянул Алёну к себе и поцеловал в губы. Она не сопротивлялась, но поцелуй не вызвал в ней никаких эмоций, как поцелуй брата, не более.
   Алёна поднялась в свою комнату и, не раздеваясь, бросилась на кровать. Слёзы жалости к себе лились ручьём. Только один вопрос крутился в голове, почему она такая несчастливая. Так и не сумев на него ответить, она уснула, уткнувшись в подушку.
   Людмила заглянула в комнату дочери пожелать спокойной ночи, но, увидела её спящей, накрыла пледом и тихонько вышла, притворив за собой дверь. Дочь для неё стала воздухом, солнцем, вселенной. Ей хотелось защитить её от всех жизненных невзгод и ударов судьбы. Материнское сердце подсказывало, что Алёна несчастна, несмотря на то, что они с Вениамином всячески старались развлечь её, много путешествовали, знакомили с новыми людьми. Они искренне надеялись, что дочь увлечется каким-нибудь молодым человеком и забудет Андрея. Сегодня Алёна держалась на удивление спокойно при появлении Меньшикова, почти не смотрела в его сторону, стойко перенесла его уход задолго до окончания вечера. Кажется, даже заинтересовалась молодым человеком. Как это его зовут? Ах, да, Игорь... Людмиле он также понравился. И засыпая, мать молилась, чтобы дочь обратила на него внимание, и чтобы всё у них наладилось. Наутро она поделилась своими соображениями с Аленой.
   Сердцу не прикажешь, но чтоб не огорчать мать, Алёна согласилась на встречу с Игорем, когда он позвонил и предложил вместе поужинать. Собираясь на первое свидание, Алёна улыбалась и всячески демонстрировала матери радость, якобы от предстоящей встречи. По ее совету она надела изумрудное, под цвет глаз, платье с глубоким вырезом сзади, плотно облегающее её стройную фигурку. Стилист, проколдовав целый час над волосами девушки, создал на голове шедевр. Из зеркала на Алёну глядела загадочная красивая незнакомка с печальными глазами.
  
   В зале царил полумрак, играла тихая музыка, светильники под абажурами на столиках создавали интимную обстановку, разливая мягкий свет. Официант принёс меню и шампанское. Пока Алёна делала выбор, Игорь развлекал её байками; надо отдать ему должное, рассказчиком он оказался неплохим. Вечер обещал пройти приятно, и девушка расслабилась, маленькими глотками отпивая из бокала шампанское. Улыбка тут же сбежала с лица, когда в вошедшем мужчине она узнала Андрея. Судьба, как нарочно, сталкивала их вместе, не давая покоя. Он держал свою спутницу за талию, а та прижималась к нему и сияла от счастья.
   Не надо иметь семи пядей во лбу, чтобы догадаться, что за женщина была с ним рядом. Конечно же, Лика. Она не выпустит из своих хищных лапок такой лакомый кусочек, как Меньшиков.
   От волнения - пара направлялась прямо к их столику - Алёна сделала большой глоток шампанского и чуть не поперхнулась. Горящий взгляд Андрея ни на минуту не отпускал девушку, но, натолкнувшись на её спутника, стал холодным и равнодушным.
   - Привет! Ты потрясающе выглядишь, Алёна! А это что, новый объект для твоих опытов? О, сочувствую тебе, парень. Смотри, не сгори в пламени обманчивых ласк прекрасной ведьмы. Она только с виду такая робкая, но если копнуть глубже... Я прав, дорогая?
   Алёна покраснела, как от пощёчин. Игорь с вызовом посмотрел на обидчика и нежно положил ладонь на подрагивающие пальцы девушки.
   - Всё в порядке. Не обращай внимания, Игорь, просто у него шутки такие, -Алёна пыталась хоть как-то спасти ситуацию.
   - Ну, ещё бы, такому чувству юмора я научился у тебя. Никто не сравнится с такой, как ты, мастерицей на выдумки.
   - Не заводись, милый, она не стоит того. Нам лучше пойти к своему столику, оставим влюблённых наедине, - Лика тянула Меньшикова прочь, она боялась этой хрупкой девушки, боялась её влияния на Андрея. Сильнее прижав к себе Лику, Андрей повёл её от столика, чтобы, действительно, не наделать глупостей.
   - Что он имел в виду, когда говорил всё это? Объясни, пожалуйста, а то я, как третий лишний. Я готов набить морду этому снобу, защищая тебя, но я ничего не понял. На что он намекал? - Игорь, и правда, чувствовал себя по-дурацки.
   - Да так... Я однажды очень глупо над ним пошутила, за что и расплачиваюсь по сей день. Как видно, он меня не простил, а может, и не простит никогда. Всё в прошлом, и я не хочу больше вспоминать об этом, а говорить - тем более.
   Вечер был окончательно испорчен, но виду Алена не подавала, улыбалась и мило беседовала с Игорем, хотя временами от задумчивости не совсем понимала, о чём идет речь. Она ловила на себе жесткие взгляды Андрея, и, если бы не уверенность, что он любит Лику, могла бы дать голову на отсечение, что в них кипела ревность. Но это было бы слишком похоже на сказку.
   Адмистратор вызвал такси, и Алёна села на переднее сиденье, назвав водителю адрес.
   - Ты действительно не хочешь, чтоб я тебя проводил? - Игорь был обижен и не собирался этого скрывать, в душе он надеялся на продолжение вечера.
   - Не дуйся, дай мне время, пожалуйста.... У нас еще всё впереди.
   - Не сомневаюсь в этом, но так не хочется с тобой расставаться. Не пойми меня превратно, я обязан тебя доставить домой в целости и сохранности.... Я твоей маме обещал.
   - Я уже вполне большая девочка и в состоянии найти дорогу домой сама. До свидания, Игорь.
   Девушка, не спеша, подходила к дому, спать не хотелось, ночь была тёплая, и огромная луна ярким пятном освещала дорогу. Алёна вздрогнула от неожиданности, когда от двери отделилась тёмная фигура и двинулась навстречу. От страха у Алёны отказали ноги, и она остановилась, как вкопанная, даже голос, чтоб звать на помощь, пропал. Вот когда она пожалела, что не позволила Игорю проводить себя. Алёна считала, что неизвестный решил ограбить её, но, поравнявшись с ней, тот заключил ее в объятия, и стал целовать губы, как будто хотел растерзать их. Придя в себя, Алёна изо всех сил отбивалась от нападавшего.
   - Тихо, милая, тихо! Ведь ты не думаешь, что можешь со мной справиться.... Силёнок не хватит, - страх мгновенно улетучился, когда девушка узнала голос, уступив место злости за пережитый ужас.
   - Прекрати сейчас же! - прошипела она, - ты делаешь мне больно!
   - Так.... Значит, мои поцелуи, кроме боли, у тебя ничего не вызывают? Он что, целует тебя нежнее? Вот так? - поцелуи стали необычайно нежными и долгими. У Алёны перехватило дыхание, а руки непроизвольно обхватили шею Андрея.
   - Ты также задыхаешься в его объятиях, как в моих? А как он в постели? Удовлетворяет твои потребности, ты с ним тонешь в волнах наслаждения? Говори....
   - Что ты хочешь от меня услышать? - пытаясь освободиться от его объятий, простонала Алёна, - какое тебе до этого дело?
   - Мне есть до этого дело. Я хочу уберечь этого парня от тебя, а то сгорит по молодости от твоего темперамента, если не сумеет утолить твой разбушевавшийся голод.
   - Ты соображаешь, что говоришь? Я что, по-твоему, чудовище?
   - Нет, сладкая моя, ты слишком красива, скорее, это ты меня почему-то считаешь чудовищем. Но только я, слышишь, я могу и знаю, как доставить тебе наслаждение.
   - Самоуверенный болван! Запомни, ты ничего для меня не значишь. Ты что, представить себе не можешь кого-то лучше себя? Так вот, я люблю Игоря, и он вовсе не мальчик, всего на два года моложе тебя. Я скоро стану его женой, а ты катись к своей ненаглядной и её ублажай. Я прекрасно обойдусь без тебя, а мой разбушевавшийся голод есть, кому утолить. Игорь куда лучше тебя в постели! Ты это хотел услышать?
   Андрей оттолкнул её от себя так, что Алёна ударилась о стену, а её мучитель ушёл в ночь, даже не оглянувшись. Вскоре его силуэт исчез в темноте, и тишина обступила Алену со всех сторон. Девушка присела на ступеньку, оглушённая и обиженная.
   - Господи!!! Что я наделала? Да он меня окончательно возненавидит, - она потрогала пальцами распухшие губы и почувствовала во рту привкус крови, - завтра будут синяки, - пронеслось в голове, - как всё это объяснить маме, она такая внимательная....
   Так и случилось. Не успела Алёна спуститься к завтраку, как Людмила только взглянув на дочь, естественно, задала вопрос.
   - Вчера свет не включила, чтобы тебя не будить, вот и результат - ударилась об дверной косяк, - мечтательно проговорила она, трогая губы. Даже в ярости "косяк" был великолепен.
   - Ну-ну, - Людмила сделала вид, что поверила. Подумав про себя, что так может целовать только сильно влюбленный человек, а уж дверной-то косяк к этому точно не причастен.
   - Не скучай, я на репетицию, - чмокнув дочь в щёку и на ходу допивая кофе, проговорила она.
   - Да, чуть не забыла, звонили из агентства, через две недели отбор девушек. Если тебя ещё интересует это предложение. Ты не отказалась от своей мечты стать моделью?
   -Нет, не отказалась. Только бы приняли.
  
   Чуть позже позвонил Игорь и поинтересовался, как она добралась до дома.
   - Нормально. А что со мной может случиться? Такси довезло до ворот, а во дворе волков не водится. Так что моей драгоценной жизни ничего не угрожало.
   - Это точно?
   - Да что с тобой, почему ты спрашиваешь?
   - После того, как ты уехала, Меньшиков, забыв прихватить свою подружку, метнулся из ресторана. И знаешь, мне показалось, поехал в том же направлении, что и ты.
   - Да нет... Тебе показалось. Я уж точно его больше не видела, - скороговоркой произнесла Алёна, поглаживая припухшие губы, - может, они просто поссорились, а ты напридумывал себе Бог знает чего.
   Игорю ничего не оставалось, как поверить Алёне на слово. Он и представить себе не мог, что она что-то скрывает. Холодность девушки он отнёс к скромности, поэтому старался не торопить события, иногда позволяя себе невинный поцелуй после долгих прогулок по парку или, вечерних свиданий в баре или кафе. В рестораны, где была большая вероятность встретить Меньшикова, они не рисковали ходить. Алёна с восторгом поведала, что в пятницу состоится отбор девушек, и желающие могут принять участие в голосовании за лучшую модель.
  
   Без особого энтузиазма Игорь пришёл на просмотр. Его не вдохновляла возможность Алёниной победы, так как не о такой профессии для будущей жены он мечтал. А о том, что он собирался сделать ей предложение, напоминала небольшая бархатная коробочка в кармане пиджака. Пробираясь к своему месту, он натолкнулся на Меньшикова, мужчины холодно поздоровались. Игорю хватало здравомыслия, чтобы не верить в такие случайности: значит, Меньшиков намеренно появляется там, где бывает Алёна. Он терялся в догадках: что происходит?
   Алёна выступала под десятым номером. Когда она появилась на сцене, Шубин машинально посмотрел в сторону Меньшикова: лицо почти ничего не выражало, но вот глаза!...Он пожирал её взглядом, и казалось, откровенно раздевал. Это было настолько очевидным, что Игорю стало неуютно. Сами собой напрашивались вопросы: что же между ними было? Кем была Алёна для этого человека? Была или есть?
   Сразу же после выступления Алёны Меньшиков начал пробираться к выходу. Игорь, не долго думая, последовал за ним, догнав возле самой машины.
   - Погоди! - запыхавшись и не давая захлопнуть дверцу, выкрикнул Шубин.
   - Тебе чего? - проговорил Андрей, недовольно морщась.
   - Что было между вами?
   - Лучше тебе не знать. Спать крепче будешь.
   - Не считай меня кретином. Если Алёнка ничего не видит, то я не слепой, ты же с ума по ней сходишь.
   - Тебе показалось.
   - Показалось? Как бы не так, ты же глаз сегодня с неё не спускал. Предупреждаю, оставь её в покое, сердцеед паршивый. Она слишком чиста для такого авантюриста, как ты.
   - Неужели? Может, тогда поинтересуешься у своей зазнобы, с кем ей лучше, с тобой или со мной? Я-то знаю, как ей нравилось заниматься со мной любовью. А как она прекрасна в пылу охватившей ее страсти, как покрываются дымкой её глаза, когда ..... Да, пошёл бы ты! Сам, наверняка, всё уже испытал! - такого эмоционального всплеска Игорь не ожидал и совершенно опешил. Андрей, выпаливший всё это, с силой захлопнул дверцу прямо перед его носом. Машина рванулась с места, обдав Шубина пылью из-под колёс.
   - Спросить у неё? - а смог бы он это сделать? Хватило бы у него мужества выслушать ответ, после которого он, наверняка, её потеряет. Он припомнил, как несколько раз пытался пробудить в ней страсть поцелуями, но никаких эмоций, кроме грусти в глазах, это не вызвало. Он даже испугался, вспомнив слова Меньшикова о том, как горяча была Алёна в его объятиях. Неужели она любит Андрея? Ответ напрашивался - да.
   - Игорь! Что с тобой? У тебя вид человека, который что-то потерял, а где, не может вспомнить, - Алёна смеялась и тормошила его до тех пор, пока он не улыбнулся.
   - Всё, сдаюсь. Ты права, я кое-что потерял. Но ты пришла и вернула мне мою потерю. Как просмотр, тебя приняли?
   - А ты сомневался?
   - Скорее, надеялся на чудо. Не могу представить, что тебе чуть ли не голой придётся позировать перед камерой, и сотни глаз будут разглядывать твою наготу.
   - Не преувеличивай. Я ведь не в порно журналах буду сниматься. А рекламировать нижнее бельё. Ты же не противник того, что на пляжах загорают, ну, почти голые. И, заметь, никто не видит в этом ничего зазорного. Так что это такая же работа, как и любая другая.
   - Всё равно, не хочу, чтоб на тебя раздетую смотрел всякий, кому попадётся твоя фотография.
   - Уж не ревнуёшь ли ты? - удивлённо спросила Алёна.
   - Ты серьёзно считаешь, что я не способен на чувства, или просто не хочешь их замечать? Скажи мне правду, что я значу для тебя? Я, как слепой щенок, бьюсь головой о стенку, тщетно пытаясь найти выход.
   - Ты очень хороший, Игорёк, но не требуй от меня пока никаких признаний. Только не сейчас. Даю тебе слово, что в будущем всё тебе расскажу и объясню.
   - Как бы мне хотелось быть для тебя гораздо больше, чем просто другом. Но я терпеливый, буду ждать столько, сколько потребуется, - о разговоре с Меньшиковым он, естественно, не упомянул.
   - Скажи, этот очаровательный букет случайно не мне предназначен?
   - Прости, конечно, тебе. Я, точно, не в своей тарелке сегодня. Я очень рад за тебя, поверь мне. Правда. И мне стыдно, что пытался тебя отговорить. Может это твоё призвание.
   - Честное слово, Игорь, если пойму, что это не моё, брошу немедленно. Спасибо, что понял и одобрил меня. Это первая настоящая работа в моей жизни.
   - Тогда чего стоим, кого ждём? Надо срочно отпраздновать. Куда бы ты хотела пойти?
   - На Седьмое небо. Получится?
   - Как скажешь. Хоть на луну, лишь бы с тобой....
  

Глава 10

   Через месяц Алёна ехала со съёмочной группой на Черноморское побережье, делали рекламный плакат для популярного журнала. Она прислонилась к стеклу и, так как никто не мешал ей думать, предалась своим невесёлым воспоминаниям. С Андреем она больше не встречалась, но в столбиках газетных сплетен о знаменитостях часто читала о его похождениях. Жёлтая пресса писала, что в скором времени женится самый известный холостяк, разбивший немало женских сердец. Выбор богатого жениха остановился на фотомодели, очаровательной Лике. Два голубка счастливы, и мечтают о медовом месяце в Париже.
   От всего прочитанного Алёну выворачивало наизнанку, она ненавидела Лику, ненавидела Меньшикова, который разбил ей сердце. А представить их вместе в постели было выше ее сил. Она страдала и доводила себя работой до головной боли. Так что, приходя домой, падала с ног от усталости. Но это мало помогало, почти каждую ночь во сне она стонала в объятиях бывшего мужа, умирала от желания его неистовых поцелуев. Просыпалась вся в слезах, а от возбуждения потом долго не могла уснуть, ворочаясь с боку на бок.
  
   Остановились в частном отеле, дороговато, зато близко от моря, и оборудование тащить не далеко. На пляже даже в вчерне время народу было много, и толпа зевак очень мешала съемкам. Алёна и партнер выходят из моря, нежно обнявшись, на коже бисером сверкают капельки воды, над головой кружат чайки, как символ любви и чистоты их отношений. Сделали пятьдесят дублей, а фотографу всё не нравилось: то в кадр кто-нибудь залезет, то солнце не так светит, то у Алёны волосы не в ту сторону развеваются, то партнёр не достаточно любовно на нее смотрит. А в чём его можно обвинить, когда сотый раз из воды выходить приходиться, сбивая ноги о камни. Для красоты сюжета выбрали пляж с крупной галькой. Ну вот, на сегодня закончили. Завтра опять всё начнётся сначала, только в другом месте. Коллеги разбрелись по пляжу, проклиная камни, о которые постоянно спотыкались.
   После двухнедельных Московских ливней, Анапа казалась сказочным солнечным раем, в отель идти не хотелось, и Алёна бродила по городу. Вечерние сумерки радовали прохладой. Алёна погуляла по набережной, дошла до песчаного пляжа и решила искупаться. На удивление, пляж был пуст, только невдалеке одинокий мужчина отдыхал после купания, а возможно спал, растянувшись во весь свой немалый рост. Девушка скинула сарафан и, сняв босоножки, зашла по колено в воду. Море было мелким, метров двадцать пришлось пройти, прежде чем нырнуть. Плавала Алёна до тех пор, пока тело не заныло от усталости, и только тогда повернула к берегу. Она уже выходила на берег, когда заметила, что мужчина поднялся и направляется в её сторону. Душа ушла в пятки: отступать некуда - позади море, впереди незнакомец, а на пляже больше ни души. Страх быстро сменился изумлением, когда она узнала подошедшего. Андрей!? В эти несколько секунд она пережила такой ужас, что теперь могла поверить в любое чудо, а то, что они встретились на ночном пляже, и было тем самым, необъяснимым и загадочным явлением.
   - Какой сюрприз! Здравствуй, дорогая! Неужели ты сегодня одна, а где же твой телохранитель? Как там его называют? Ах, да, Игорёк, кажется! Я не ошибся?
   Девушке не нравился язвительный тон Меньшикова, впрочем, он, как всегда, в своём репертуаре, напрягало другое: пока плавала, тонкая бретель купальника оборвалась, обнажив грудь.
   - Откуда ты, Андрей? Что тебе надо? Я начинаю думать, что тебе доставляет удовольствие издеваться надо мной. Или это хобби у тебя такое?
   - Издеваться? И в мыслях не было. Просто мы с тобой часто сталкиваемся в пикантных для тебя обстоятельствах: то ты стоишь возле кучи навоза и смотришь на меня, как на дьявола во плоти, то - как вышедшая из морских пучин русалка с обнажённой грудью, а твои бутончики так и просят, чтобы их согрели. Какая из этих двух женщин настоящая? Кто ты, прекрасная незнакомка? - Алёна инстинктивно прикрыла грудь руками. Меньшиков рассмеялся, чем ещё больше вогнал её в краску.
   - Ну что ты, Алёнушка, если не забыла, я уже имел удовольствие лицезреть тебя всю. Помню каждую клеточку твоего тела. А ты? Ты не забыла меня? Помнишь, как тебе доставляло удовольствие ласкать меня, целовать? Помнишь, родная? - Андрей приблизился вплотную, чуть осевший голос и знакомый блеск глаз говорили о переполнявшем его желании. В низу живота девушки занимался пожар, чувство было такое, что она заживо сгорает изнутри. Но, когда Андрей попытался её обнять, отчаянно стала сопротивляться.
   - Ты пытаешься доказать мне, или себе, что не хочешь меня?
   - Отпусти... - но он уже ласкал её груди, которые, как два предателя, поднялись ему навстречу, отвечая на нежные прикосновения, целовал волосы, и она чувствовала, как дрожат его руки, учащается дыхание. Андрей взял на руки уже податливое тело и осторожно уложил на песок.
   Алёна не сопротивлялась. Да и зачем! Было так хорошо, лишь бы он больше не останавливался. Но признаваться в этом она не собирается. Он снял с неё остатки бикини - маленький, но совершенно не нужный в этот момент предмет одежды, и прижался всем телом. Алёна раскрылась вся, без остатка, подлаживаясь под заданный им ритм, награждая его стонами страсти. Вздох облегчения вырвался у обоих одновременно. Всё ещё прижимаясь к любимому мужчине, обнимая его руками и ногами, она думала о том, как опять будет жить без него, когда он уйдёт. Как будто прочитав её мысли, Андрей поднялся и натянул плавки на ещё не остывшее тело. Алёна лежала, не шелохнувшись даже тогда, когда он принёс её сарафан и босоножки
   - Я провожу тебя до отеля. В таком состоянии ты сама не доберёшься, - он, как всегда, оказался прав; её всю трясло. Поймав такси, Меньшиков назвал адрес. Ехали в полном молчании. Андрей довел Алёну до ворот, и лишь когда он так же молча ушёл, девушка разрыдалась.
  
   Андрей ненавидел себя: после того, что наделал сегодня, Алёна никогда его не простит. Но едва увидел её на пляже, а потом - выходящей из воды, он будто лишился рассудка. Он до безумия хотел её, хотел прикоснуться, обнять, показать, как сильно любит. Но даже себе Меньшиков не мог признаться, что не может жить без неё; что с тех пор, как он впервые овладел её телом, она завладела его душой, а сказать ей - тем более. Тяжело произнести слова любви, если ни разу в жизни не был влюблён. А он никого до неё не любил.
   Когда Андрей узнал, что она со съёмочной группой уехала в Анапу, то ближайшим рейсом вылетел следом. Растворившись в толпе зевак, он наблюдал за ней, и всё в груди у него обрывалось и рыдало. Его душила ревность, когда для очередного дубля партнёр обнимал её в воде. Ему хотелось разогнать всех, а партнера отшвырнуть подальше, когда Алёна подставляла губы для поцелуя. Не выдержав такой пытки, он ушёл и долго бесцельно ходил по городу, пока не наступили сумерки. Ноги сами привели его на пляж. Вот и не верь после этого в судьбу. Как будто насмехаясь над ним и его страданиями, появилась она. Андрей быстро разделся, лёг на песок и притворился спящим.
  
   Алёна плакала навзрыд над своим горьким счастьем. Пусть так, с привкусом унижения, но она была с ним счастливой, и эти минуты ей очень дороги. Андрей погасил пожирающий изнутри огонь неутолённого желания, она чувствовала себя лёгкой и освобождённой. Но возникал вопрос: зачем он появился здесь, в этом городе, на этом пляже, почему страстно хотел обладать ею, если ненавидел? Ответить на все вопросы мог только он, но его нет, исчез так же внезапно, как появился. А она снова осталась одна. Стой - не стой, его не вернуть, надо идти в номер. Алёна долго стояла под душем, из состояния транса её вывел телефонный звонок. Накинув полотенце, она схватила мобильник и чуть не закричала в трубку:
   - Андрей, не бросай меня больше, я люблю тебя! - но это был всего-навсего Игорь.
   - Алло, Алёнка, привет!
   - Привет....
   - Что-то голос у тебя совсем не весёлый, ты, часом, не заболела? У тебя всё в порядке?
   - Да всё в порядке, устала очень. Я уже спать легла, когда ты позвонил, -Алёна глотала слёзы, не замечая их.
   - Прости, что разбудил. Я очень, слышишь, очень по тебе скучаю. Аленушка, ты выйдешь за меня замуж!
   - Замуж? Ты случайно не пьян?
   - Нет.
   - Значит, сошёл с ума.... Сейчас ночь, и почему ты спрашиваешь об этом по телефону?
   - Погоди, не перебивай! Не отказывай сразу, подумай, я подожду до твоего возвращения. Но если решишь ответить, позвони, я буду ждать. Ждать и надеяться.
   Игорёк, милый, добрый друг, что может она ему ответить, как может обмануть его надежды? Она никогда не полюбит его, никогда. Даже если она перешагнёт через себя, и они поженятся, то рано или поздно он поймёт, что ничего для неё не значит, и будет несчастен, как сейчас она.
  
   Неделя съёмок пролетела, Алёна возвратилась домой. Игорь звонил часто, в Москве его не было, налаживал деловые контакты в Германии. С ответом, как и обещал, не торопил, и она была благодарна за эту передышку.
   Встреча в Анапе не уходила из памяти, и Алёна решилась на безумный, как ни посмотреть, поступок. Рано утром, чтобы Андрей не успел уехать в офис, припарковалась возле ворот его дома.
   Здесь она жила, здесь стала женщиной, женой, а теперь была чужой. Она быстро пробежала по знакомым тропинкам через сад, к чёрному ходу. Дверь, к счастью, была открыта. Незаметно пробралась по лестнице на второй этаж, подошла к двери Андрея и тихонько вошла в комнату.
   Успела! Андрей спал, закутавшись с головой одеялом. На цыпочках, чтоб ненароком не разбудить, подошла к кровати и... набросилась на него с кулаками. Ей очень хотелось наказать его за то, что он молча ушёл после любви на пляже, а внезапность нападения даёт ей преимущество. Возможно, после нескольких затрещин он захочет наконец-то её выслушать. Но стоило ей на него наброситься, как раздался оглушительный женский вопль. Это было слишком..... На кровати Андрея (а он после ухода жены спал в её комнате) сидела взлохмаченная и напуганная Лика и визжала так, что сбежалась вся прислуга.
   Алёну скрутили в два счёта - после перемены внешности никто её не узнал- и, не дав объясниться, вызвали охрану. Лика же, конечно, быстро сообразила, кто на неё напал, но даже не думала что-либо объяснять и злорадно улыбалась.
   - За то, что ты хотела меня убить, придётся отвечать по закону.
   - Убить? Голыми руками? Ты шутишь?
   - Да нет, какие уж здесь могут быть шутки.
  
   Приехал наряд милиции, с дубинками и пистолетами.
   - Лейтенант Дробышев, а это мой напарник-сержант Колобков. Что произошло, мадам?
   - Вот эта женщина тайком проникла в мою спальню и пыталась убить.
   - Всё ясно, но Вам придется проехать с нами в участок, написать заявление о нападении, а пока Вы собираетесь, мы опросим свидетелей.
   - А тебя, - повернулся он к Алёне, - задерживаем для выяснения личности и по факту проникновения в чужой дом. Если у тебя нет адвоката, тебе его дадут.
   - Обойдусь без адвокатов....
   - Напрасно. Тебе он обязательно понадобится.
   Лика гордо восседала в своём автомобиле, наблюдая, как два здоровенных милиционера грубо впихнули Алёну в УАЗик и повезли в отделение.
  
   Меньшиков прилетел из Гонконга, куда ездил по делам фирмы, поставил в холе чемодан и прошёл в кабинет. Перелёт вымотал изрядно, он налил в стакан водки и устало присел в кресло. Вторую неделю он был на взводе, не выходила из головы Алёна. Выглядела она ужасно, когда, не простившись, он оставил её у ворот отеля. До сих пор стоят перед глазами, её такие родные, полные мольбы и слёз глаза.
   - О, дорогой, уже вернулся? Почему не позвонил, я бы тебя встретила. Как поездка, всё прошло нормально, договор подписали? - Лика тараторила, не переставая, а Андрей молча рассматривал пустой стакан.
   - Ну, что ты молчишь? - она начинала злиться, - меня в твоём доме чуть не убили два дня назад! - Меньшиков поднял голову и натянуто улыбнулся.
   - Я тебя прекрасно слышу, поэтому совершенно не обязательно прибегать к уловкам, чтоб со мной поговорить.
   - Это никакая не уловка, а чистая правда, меня пыталась убить твоя бывшая жена. Ворвалась в комнату и налетела на меня, как фурия. До сих пор не понимаю, как мне удалось в живых остаться, - стакан выпал из рук Андрея. Он, резко поднявшись, приблизился к Лике.
   - Что ты предприняла? Где теперь Алёна?
   - А как ты думаешь, где может находиться преступник? В милиции, дорогой, ей там самое место.
   - Ты что, написала заявление о нападении? - Андрей со злостью тряс Лику за плечи.
   - Да, да, да...... Я хочу, чтоб эта выскочка получила своё. Я её ненавижу! Всеми фибрами души ненавижу!
   - Мне плевать, какими фибрами ты её ненавидишь, сейчас мы едем к следователю, и ты заберёшь своё проклятое заявление.
   - Ни за что, и никогда!
   - Посмотрим. Ещё и скажешь следователю, что произошло недоразумение. Иначе...
   - Иначе что?
   - Я сверну твою красивую шейку, если, не дай Бог, она окажется в тюрьме.
  
   Боясь навредить матери, Алёна наотрез отказалась назвать своё имя и фамилию. Она представляла, какая поднимется шумиха, если журналисты узнают, что ее задержала милиция.
   - Вы зря не хотите давать показания, это для вас может закончиться весьма плачевно.
   - Я устала и ничего не собираюсь говорить. Отправьте меня в камеру.
   - Да нет, девочка, ты видно и впрямь не понимаешь, что тебя ждёт. Ты пойдёшь по нескольким статьям: незаконное проникновение в чужой дом, попытка убийства, сопротивление органам при задержании.
   - Я не сопротивлялась.
   - А кого это интересует, главное, что это есть в рапорте, да и свидетелей полно. Вот и считай, от 8 до 12 лет, в лучшем для тебя случае. И то, если адвокат толковый будет. А хорошие адвокаты, в наше время, ох и дорогущие.
   - Вы пытаетесь меня запугать?
   - Да кому ты нужна, чтоб на тебя давить, просто сгинешь в тюрьме не за хрен собачий. Думаешь если мент, то дурак? Дамочка эта, что на тебя телегу накатала, ведь прекрасно тебя знает. Мужика что ли не поделили? Ну, молчи, молчи. Тебе же хуже, - следователь вызвал дежурного, - в камеру её, пусть ещё немного подумает.
   Следователь Якименко, уже двадцать лет занимался уголовными делами, но в такую двусмысленную ситуацию попал впервые. Дело яйца выеденного не стоит - бабьи разборки, но заявление - это основание для возбуждения дела. Он не сказал девушке, что, если хотела остаться неизвестной, с её стороны глупо было парковать у ворот машину с полным пакетом документов. Было чему удивляться, когда после звонка к ней домой, примчалась мать - Людмила Заречная. Это была его любимая актриса, он, по возможности, не пропускал ни одного спектакля с её участием, пересмотрел все фильмы, где она снималась. А с её другом - доктором он был немного знаком. В 1980 году его племянник Дениска получил сильные ожоги, так ему, восьмилетнему ребёнку, тогда ещё никому неизвестный доктор Гаврилов сделал несколько пластических операций. Бесплатно. Ни копейки за свои труды не взял. Сейчас Дениска уже Денис Павлович, занимает должность помощника депутата от партии ЛДПР. И не подумаешь, что когда-то его лицо, шея и плечи, были сплошной раной. Спасибо доктору за его золотые руки. И вот следователь Якименко стоял перед дилеммой: девчонка (упрямая дурочка) из уважаемой им семьи, помочь этим людям - святое дело, с другой стороны, заявление тянет на несколько серьезных статей. Как тут и законность соблюсти, и людям по совести помочь?
  
   После звонка следователя Людмила была в полной растерянности.
   - Это какая-то ошибка, Веня, наша девочка не способна на убийство, нелепость какая-то.
   - Конечно, нелепость. Ты, главное, успокойся, поедем и во всём разберёмся. Ты собирайся, а я позвоню своему знакомому адвокату.
   - Веня, а ты уверен, что твой знакомый, действительно хороший адвокат?
   - Самый лучший в России.
   Людмила, Вениамин Александрович и адвокат постучали в кабинет следователя Якименко в половине третьего. Следователь по полочкам разложил ситуацию, показал заявление потерпевшей и показания пяти свидетелей.
   - Ваша дочь ничем не пытается себя оправдать, на вопросы отвечать отказывается, только твердит, чтобы её отправили в камеру.
   - Но вы же понимаете, что всё это ерунда, - включился в разговор адвокат, - моя подзащитная не собиралась никого убивать. По показаниям свидетелей, орудия предполагаемого убийства никто не видел. Вы не допускаете, что потерпевшая вводит вас в заблуждение, преднамеренно оклеветав девушку.
   - Допускаю. Но факт нападения налицо. А факты - вещь серьёзная.
   - Могу я увидеться со своей дочерью?
   - Да, конечно. Сейчас я прикажу её привести, - следователь вышел, из коридора доносилась его негромкая речь. Через пятнадцать минут, следователю доложили, что подозреваемая заболела и её необходимо госпитализировать.
   - Что, что случилось с моей девочкой? - заметалась Людмила, она так боялась вновь потерять дочь, что никакие тюремные стены её бы не остановили.
   - Я категорически заявляю, что если с моей подзащитной, которой ещё не было предъявлено обвинение, обращались не должным образом, а на её теле будет хоть одна царапина, я подниму такой шум, что мало никому не покажется. Сегодня же пресса и телевидение узнают обо всех творящихся здесь нарушениях, - возмущался адвокат.
   - Я могу вас заверить, что у девушки простуда и высокая температура. Никакого физического воздействия к ней не применялось.
   Для обсуждения дальнейших действий они покинули кабинет следователя и устроились в коридоре.
   - Слава богу, Андрей, ты пришел! - Людмила вскочила со стула и бросилась к Меньшикову.
   - Здравствуйте, Людмила, доктор... Я в курсе всего, что произошло.
   - Скажи им, умоляю, моя девочка не способна на убийство! Скажи им правду.
   - Знаю. Сейчас Лика заберёт своё заявление. Не правда ли?
   - Как вы могли, Лика, так поступить? Не думала, что вы способны на такую подлость!
   - Ах, меня ещё и в подлости обвиняют? В таком случае я ни за что не заберу заявление. И не смотри так на меня, дорогой.
   - Неужели? - у Андрея играли желваки,- тогда тебя убью я, и поверь, у меня это получится гораздо лучше, чем у Алёны.
   Лика не на шутку перепугалась, таким Меньшикова еще не видела.
   - Ладно, ладно, я всего только хотела её попугать, конечно, я заберу заявление.
   - Иди. И очень прошу, не доводи меня до греха.
   Следователь внимательно выслушал потерпевшую, дал ручку и попросил всё рассказанное написать на бумаге.
   - Вы что, не понимаете, я не хочу, чтобы заводили дело, я же всё вам объяснила.
   - Да нет, это вы меня не слышите. Дело уже заведено, иначе я с вами бы здесь не разговаривал. И заберёте вы своё заявление или нет, дело начато по факту задержания на месте преступления.
   - Разрешите?
   - Да, пожалуйста.
   - Я Андрей Меньшиков, вот мои документы. Я по делу Савельевой.
   - Внимательно слушаю вас.
   - Андрей, я не виновата, они не хотят прекращать дела.
   - Почему?
   - К моему сожалению, незаконное проникновение в чужой дом - это статья, - объяснил следователь.
   - Почему вы решили, что Савельева проникла не законно.
   - По заявлению потерпевшей.
   - Вот документы на дом, который принадлежит Савельевой Алёне Антоновне, по отцу Барышниковой. Именно она, является законной хозяйкой дома. И знаете, если госпожа Савельева посчитает нужным, она подаст встречный иск за незаконное задержание её в собственном доме, - Лика сидела с открытым ртом, до неё медленно доходил смысл услышанного.
   - Тогда - другое дело. Приношу извинения за действия сотрудников. Можете забирать вашу Савельеву. Слава Богу, а то, право, жаль девушку, - следователь впервые за два дня вздохнул с облегчением.
   Алёну отпустили, и они с матерью, Вениамином и адвокатом вышли на улицу. Возле машины, скрестив на груди руки, их встречал Андрей.
   - Прошу у всех прощения, но нам с Алёной нужно кое-что обсудить, - и, не дожидаясь разрешения, схватил девушку на руки (она не сопротивлялась, сил не было), посадил на переднее сиденье, захлопнул дверцу, сел за руль и был таков. Приехав в парк, Андрей остановил машину и повернулся к Алёне.
   - Почему ты это сделала? - Алёна молчала, - не молчи! Иначе я из тебя душу вытрясу! Неужели ревность довела тебя до такого безумия?
   - Провались пропадом ты и твоя подружка. Мне стоило догадаться, что она спит в твоей постели. Это на тебя я покушалась, тебя собиралась поколотить.
   - Поколотить меня? - Андрей уставился на Алёну, а потом оглушительно расхохотался.
   - Прекрати смеяться, я тебя ненавижу! - девушка набросилась на него с кулаками. Меньшиков, не переставая смеяться, увёртывался от ударов.
   - Всё, всё, будем считать, что ты отомстила мне сполна, мы квиты,- Алёна выглядела бледной, борьба с Андреем отняла последние силы, - ты неважно выглядишь, давай-ка я отвезу тебя домой.
  
   Глеб Зарубин ждал Андрея в загородном доме, как только тот появился, начальник охраны поспешил к нему в кабинет.
   - Привет Андрей, я только что узнал, что тут у вас произошло, как Алёна?
   - В порядке, отпустили. Одного не могу понять, как Лика могла так поступить.
   - Женщины. Нам, наверное, никогда их не понять.
  
  

Глава 11

  
   Уже несколько дней по утрам Алёна чувствовала себя отвратительно. Аппетит пропал, один только вид еды вызывал невероятное отвращение.
   - Послушай, дорогая, ты слишком много работаешь, это сказывается на твоём здоровье. Посмотри на себя, одни глаза остались, так и до больничной койки не далеко.
   - Всё со мной в порядке, это просто реакция на повторное замужество.
   Алёна приняла предложения Игоря, хотя решение это далось ей нелегко. Мать и Вениамин не возражали; если девочка будет счастлива, то и они тоже.
   Целую неделю женщины ездили по магазинам, покупали какие-то вещи, заказали свадебное платье. Алёна была, словно робот, двигалась по инерции, встречалась с Игорем, обсуждала с ним список приглашённых и со всем соглашалась. Меньшикова в списках, естественно, не было. Шубин не желал его видеть, а Алёна до смерти боялась, что в последний момент не выдержит и сбежит из-под венца к нему. А уж если он оттолкнёт её и посмеётся над чувствами, тогда и жить незачем будет. Поэтому лучше для всех держать его как можно дальше.
   За завтраком Алёне стало совсем плохо. Еда, которую, чтоб не обидеть мать, она практически впихнула в себя, просилась наружу. Алёна даже до ванной не успела добежать. Взволнованная Людмила поспешила к дочери, помогла добраться до дивана и вытерла вспотевшее лицо девушки.
   - Что со мной, мама?
   - Я думаю, нервный срыв, милая, так часто происходит с невестами.
  
   Игорь приехал в половине двенадцатого. Бракосочетание было назначено на час дня. Жених поддерживал Алёну за талию, опасаясь, что его невеста вот-вот упадет в обморок. Вид у неё был отрешённый, будто она шла не в загс, а ни дать - ни взять, на гильотину. Со всех сторон поздравляли жениха и невесту, но Алёна ничего не слышала.
   Никто не обратил внимания на красный "Пежо", припаркованный напротив; из машины полубезумным горящим взором за невестой наблюдал Меньшиков. Он так вцепился в руль, что побелели костяшки пальцев. Кто теперь смог бы дать ответ, почему, почему всё так вышло? Зачем они так глупо вели себя, всеми силами отталкивая друг друга? Не хотели понимать, что они одно целое, что оба страдают, что гордость помешала сделать шаг навстречу. И вот теперь та, которая дороже и любимее всех на свете, выходит замуж за другого. Впервые Андрей плакал из-за женщины и не замечал своих слёз. Он понимал, что заслужил это, заслужил сполна, и теперь пьет свою горькую чашу.
  
   Алёне было трудно дышать, почему-то вдруг не хватило воздуха, всё поплыло перед глазами, и черная успокоительная пустота закрыла ее от действительности. Игорь едва успел подхватить на руки оседавшую на землю Алёну, среди гостей прокатился недоумённый шёпот. Родные были не на шутку встревожены, а представители прессы непрерывно щёлкали камерами, не стесняясь и расталкивая всех, чтоб заполучить душещипательный кадр. Алёну привезли домой, где уже дожидался врач. Когда несостоявшаяся невеста открыла глаза, над ней склонился доктор.
   - Как вы себя чувствуете?
   - Я? Не знаю.... А где мой муж? Я что, потеряла сознание?
   - Сколько вопросов, милая леди. Насколько я понял, вы потеряли сознание, так и не успев расписаться.
   - Игорь, наверное, сильно расстроился.
   - Ваш жених очень за вас переживает. Но я со всей ответственностью заявляю: нет ничего такого, что вызывало бы у меня беспокойство за ваше здоровье.
   - А мой обморок? Что это было?
   - Ничего страшного. В вашем положении такое вполне могло случиться.
   - В моём, что?
   - У вас беременность, думаю, около двух месяцев, точнее можно будет сказать после УЗИ.
   Алёна была не в состоянии произнести ни слова. В памяти всплыли пляж и горячие объятия Андрея. Конечно, именно после этого она потеряла аппетит, по утрам донимала тошнота, и всё это приписали переутомлению.
   - Бедный Игорёк, он этого не перенесёт. Теперь ни о какой свадьбе и речи быть не может, - доктор не мог разобрать её бормотаний и, улыбнувшись, вышел.
   - Как она, доктор, что с ней?
   - Всё в полном порядке, причин для беспокойства нет. Будущая мама чувствует себя намного лучше, ей просто необходим покой и усиленное питание, - и, повернувшись к жениху, весело проговорил, - поздравляю, молодой человек, пусть у вас родится сын, похожий на вас.
   Ничего не говоря, Игорь бросился в комнату к Алёне. Она сидела, облокотившись на подушки, и улыбалась.
   -Не понимаю, что тебя веселит. Постарайся объяснить мне, о чем только что говорил врач.
   - У меня будет ребёнок. Понимаешь, мой ребёнок, который будет любить меня и никогда не отвергнет. Он всецело будет принадлежать мне, только мне! А я буду любить его ещё сильнее, чем его отца. Как ты думаешь, он будет похож на него?
   - Господи, Алёна, ты соображаешь, что говоришь? Да если бы не твой обморок, мы поженились бы сегодня!
   - Прости, пожалуйста! Кажется, я действительно немного свихнулась от счастья. Но клянусь, я не знала, что беременна. Я бы не стала тебя обманывать. Это случилось два месяца назад, когда были съёмки в Анапе. Не знаю, зачем и почему там появился Андрей. Он напугал меня на пляже, а потом ....
   - Значит, вы встречались, а ты водила меня за нос?! Хоть сейчас можешь сказать мне правду, что между вами происходит? Я никогда не задавал тебе лишних вопросов, но всегда чувствовал что-то не то.
   - Задолго до нашей с тобой встречи он был моим первым мужем. Теперь ты понимаешь, что нас связывало.
   - И ты до сих пор его любишь ...
   - Да. Больше жизни. Прости меня, Игорек, я понимаю, что сделала тебе больно.
Шубин постарался не хлопнуть дверью и, ни на кого не глядя, ушёл. На следующий день он уехал из Москвы.
  
   - Послушай, дорогая, я как-то не поняла, чей это ребёнок? Ясно только, что отец не Игорь. Он вылетел, будто за ним гналась свора разъяренных псов.
   - Ты права мама, отец не Игорь, а Андрей.
   - Андрей? Да вы же, как кошка с собакой, пять минут не можете мирно разговаривать.
   - Я люблю его, мама.
   - Ну, Америку открыла, я это давно подозревала. Скажи, что делать собираешься, расскажешь ему о ребёнке?
   - Нет. Он презирает меня, я не переживу, если он опять посмеётся, да ещё заявит, что ребёнок не от него.
   - Хорошо. Пусть будет так, как ты хочешь. Время все расставит на места.
   Через пару дней Алёна поднялась с постели, она чувствовала себя вполне здоровой и светилась от счастья.
   Людмила едва привыкла к тому, что вновь стала матерью, как дочь готовит ей роль бабушки.
  
   Меньшиков не стал дожидаться, когда молодые выйдут из загса, рванул с места машину. Алена потеряна навсегда! Он знал только один способ заглушить боль: напиться до чёртиков. Андрей заперся дома; в пьяном угаре потерял счёт дням, но легче не становилось.
   Глебу Зарубину приходилось не сладко: Андрей всегда и везде предпочитал обходиться самостоятельно, считая, что может сам позаботиться о себе. В последнее время вообще никого к себе не пускал, а такой махине, как империя Меньшикова, жизненно необходимо постоянное руководство. У директоров возникали вопросы, между филиалами - соперничество, грозящее конфликтами. Глеб больше не мог все это сдерживать, ведь он всего лишь начальник охраны. На его плечи свалилась весьма трудная задача - уговорить шефа приступить к работе, ибо любой налаженный механизм способен дать трещину. Терпенье Зарубина лопнуло и он, не обращая внимания на грозный рык Меньшикова, вошёл в комнату.
   - Убирайся!
   - Обязательно, но только после того, как приведу тебя в чувство.
   - Не хочу, ничего не хочу, и жить тоже.
   - Молодец, замечательно придумал. Всё, завязывай, иначе человеческий облик потеряешь окончательно. Видела бы тебя Алёна.
   - Что ты наделала, милая моя? Что наделал я сам?
   - Давай, давай, жалей себя, родимого. Сейчас разрыдаюсь от сочувствия, особенно, глядя на твою обезьянью физиономию.
   - Я, что, действительно так плох?
   - Хуже. Можно фильм снимать "От олигарха до бомжа один шаг". Да ты уже его почти сделал, осталась самая малость. Хватит, говорю! Пошли в ванну, я тебе помогу, если сам не в состоянии.
   - Издеваешься, да? Может, ещё подгузник предложишь для полного счастья.
   - Ну, может, и предложу, от пьянства иногда случается недержание.
   - Я не пьян.
   - Угу. Вижу, и ты посмотри, - Зарубин сгреб Андрея в охапку и подвел к зеркалу.
   Видок был ещё тот: всклокоченные волосы торчали во все стороны, отекшее лицо посерело от щетины, мятая одежда. Он так и ни раздевался с того злополучного дня.
   - Да, друг, ты прав, пора завязывать.
   Холодный душ прояснял голову, а горячий приносил облегчение. Наконец Андрей появился перед Глебом в более-менее сносном виде.
   - Кажется, у меня есть идея.
   - Слава Богу! Не хочешь поделиться?
   - Нет. Потом сам узнаешь.
   - От того, как ты это говоришь, становится не по себе. Что ты задумал?
   - Не спрашивай. Всё равно не скажу, иначе ты постараешься помешать, а мне не хочется с тобой ссориться, - Андрей, пошатываясь, снова побрёл в ванну, побрился, надел деловой костюм и отправился к Лике. Глеб с ужасом понял, что собрался сделать Меньшиков, но предотвратить это было не в его силах.
   - Ты зачем явился? Я тебя не звала, - Лика встретила гостя с надутым видом.
   - Ну, что ж, до свидания. А я хотел сделать тебе предложение.
   - Ой, Андрей! Я думала, не дождусь этого, я так люблю тебя, - Лика бросилась к нему, не давая уйти.
  
  
   Глава 12
  
   Принесли почту, разбирая корреспонденцию, Алёна увидела письмо от Меньшикова. Дрожащими руками она вскрыла конверт, нарядная открытка была приглашением на празднование помолвки Андрея Меньшикова. Случилось то, чего она боялась больше всего на свете, и не было сомнений, кого он выбрал в невесты. Больно задетая, Алёна держала в руках открытку, а солёные ручейки успели обозначить два русла на бледных щеках. Такой её и застала мать. Взяв из ее рук открытку, она сочувственно посмотрела на дочь.
   - Надо бороться за любовь, девочка моя. Однажды гордость сыграла со мной злую шутку, когда я отвергла твоего отца, а время показало, что он любил меня по- настоящему: ведь он так никогда и не женился. Не совершай моих ошибок, детка, не позволяй своей гордыне разрушить ваше счастье. Вы же любите друг друга, но никак не хотите в этом признаться.
   - А вдруг уже поздно, мама, вдруг он и выслушать меня не захочет.
   - Прежде, чем утверждать это, надо проверить. Вы обязаны поговорить и, наконец, выяснить ваши отношения.
  
   Лимузин, заказанный Вениамином специально для парадного случая, плавно подкатил к дому Меньшикова. Доктор помог обеим женщинам выйти из машины. Андрей всех подъезжающих гостей встречал лично на ступеньках крыльца. Лика ни на минуту не оставляла его одного, поэтому у Алёны не было шансов даже приблизиться.
   - Дорогой, когда ты объявишь гостям о дне нашей свадьбы, многие уже перешёптываются, - проворковала Лика, теснее прижимаясь к нему.
   - Как только мы с тобой поговорим.
   - Тогда пошли, закончим побыстрее этот разговор, - молодые люди прошли в кабинет и Андрей поплотнее закрыл дверь.
   - Так о чём разговор, я вся во внимании.
   - Лика, ты согласна выйти за меня, если у меня не будет столько денег, как сейчас?
   - О чём это ты? У тебя что, проблемы?
   - Ты не ответила на мой вопрос, - Андрей с вызовом смотрел Лике прямо в глаза.
   - Что происходит, Андрей, что за странный допрос ты мне устраиваешь?
   - Как честный человек, я должен сказать тебе правду. Завтра меня могут объявить банкротом, я разорён. А максимум через неделю, возможно, всё, что я имел, пойдёт с молотка на погашение долгов. Теперь ты всё знаешь, и я вновь повторяю свой вопрос, выйдешь ли ты за меня замуж, - пауза затянулась, Лика переваривала услышанное.
   - Ты однажды уже дал понять мне, что этот дом принадлежит твоей бывшей, но я не предполагала, что ты ..... Ты, конечно, очень красивый мужчина, Андрей, но поговорка, что с милым рай и в шалаше, поверь, не для меня. Спасибо, что предупредил. Надеюсь, ты не считаешь меня полной дурой. Я не гожусь на роль жены декабриста. Прощай! С гостями объясняйся сам, а меня уволь от такого унижения.
   - А знаешь, я был уверен, что именно так ты и поступишь. Прощай, дорогая! - Лика выскочила из кабинета, хлопнув дверью, а на губах Андрея появилась странная улыбка.
   - Поздравляю тебя, Анжелика, Меньшиков хорошая партия.
   - Увы, свадьбы не будет, уважаемый доктор! Я не идиотка, чтоб связывать свою судьбу с нищим. Меньшиков банкрот, и скоро все об этом узнают!
   Алёна не верила своим ушам. Бедный Андрей, для него это такой удар. Она поспешила в кабинет, Меньшиков стоял возле стола, спиной к дверям.
   - Это правда, Андрюша? Лика сказала, что ты банкрот.
   - Да, чистая правда, - он обернулся, и Алёна увидела в его руке пистолет.
   - Нет!!!! - в ужасе закричала она, стремительно пересекая комнату. Не смей! Ты не сделаешь этого!
   - Почему? Кто может мне помешать? Да и зачем мне жить? - во взгляде сквозил вопрос, он будто ждал, что же будет дальше. Алёна не могла понять, как он мог оставаться таким спокойным, когда она умирала от страха за него. Она бросилась к нему, обняла и прижалась к его груди.
   - Почему? - вновь раздался его тихий голос.
   - Да потому, что я люблю тебя, дурак несчастный.... И поверь, мне совершенно безразлично, есть у тебя деньги или нет. Да будь ты хоть сто раз банкротом. Мне нужен только ты, понимаешь, ты, а не твои деньги.
   - А как же Шубин?
   - Поверишь ты или нет, но с ним у меня никогда ничего не было, да и, признаться, быть не могло. Я никогда не переставала любить тебя, с самой первой минуты нашей встречи.
   - Тогда почему ты меня бросила? Почему?
   - Я случайно услышала ваш с Ликой разговор, и ее слова, что ты живёшь со мной из жалости, только по обещанию, данному отцу, и еще из-за денег, которые я унаследовала.
   - Что ещё ты слышала?
   - Больше ничего, я убежала. Дальше ты знаешь.
   - А зря. Надо было дослушать. Я говорил, что люблю тебя. А денег у меня и самого слишком много.
   - Ты, и правда, меня любил?
   - А разве я не говорил тебе об этом?
   - Нет. Значит, ты смог полюбить меня, когда я была некрасивой?
   - Боже, дурочка моя, да ты цены себе не знаешь. Только глупец не разглядел бы в тебе женщину, самую нежную и преданную.
   - Неужели доктор говорил мне правду? Я считала, что он просто успокаивает меня.
   - Милая моя, я так соскучился по тебе, и... так хочу тебя.
   - Погоди - погоди, а что ты только что наговорил Лике? А если бы я не пришла, ты бы на самом деле застрелился?
   - А как, ты думаешь, я смог бы от неё избавиться? Ведь когда ты вошла в загс, я решил, что навсегда потерял тебя. Недели две пил, а когда проспался, поехал и сделал предложение Лике. Я тогда не знал, что ваша свадьба не состоялась. А сегодня ты так на меня смотрела.... А это, - он показал на пистолет, - обыкновенная зажигалка, я собирался закурить.
   - Никогда не пугай меня больше так. Мне вредно волноваться.
   - Вредно? Ты больна? Что-нибудь серьезное?
   - Да, Андрюшенька, серьезное, но не то, что ты думаешь. На меня с некоторых пор пляжные игры плохо действуют. От них по утрам сплошное недомогание, - до Андрея, наконец, дошло, о чем говорила Алёна, ласково поглаживая свой ещё плоский живот.
   - Ты хочешь сказать, что у нас, что я .....
   - Да, любимый, уверена! Будет обязательно сын, и такой же упрямый, как ты.
   - Вот вы где, а я обыскался тебя, Алёна, мать волнуется, - доктор приоткрыл двери и заглянул в образовавшуюся щель. Затем голова исчезла, а из коридора донёсся его голос, - они здесь, Людмила, иди сюда.
   - Ребята, гости уже заждались, надо что-то сказать, многие видели, как Лика уехала. Мы с Веней тоже в нетерпении, что, помолвка состоится? - Людмила, улыбаясь, вошла в кабинет и строго посмотрела на обнимающуюся пару. Доктор не отставал от неё ни на шаг.
   - Состоится обязательно! А знаете, нет худа без добра, я, возможно, никогда до конца не осознал бы, насколько дорога мне Алёнушка, - и, повернувшись к Людмиле и доктору, не выпуская девушку из кольца объятий, торжественно произнёс, - уважаемые Людмила Федоровна и Вениамин Александрович, прошу руки вашей дочери и крестницы.
   - Мы согласны, - в два голоса заявили они, - не томите уже людей.
  
   - Ну, что, разобрались, всё в порядке? - Глеб без стука влетел в кабинет и в ожидании ответа переводил взгляд с одного на другого.
   - Как видишь. Я же тебе говорил, что мой план сработает.
   - Да, говорил, но с той рассерженной фурией, которая вылетела из дома, пришлось столкнуться мне. Уф, пока провожал до машины, думал она меня на запчасти разберет. Представляю, что будет, когда она поймёт, что осталась в дураках.
   - Это уже её проблемы, Глеб. А у нас и своих хватит.
   - Согласен. Такие проблемы мне по душе. Можно поцеловать настоящую невесту, а?
   - Я за тебя это сделаю.
  
   В ярко освещённом зале играла музыка, официанты разносили напитки. Андрей, не отпуская от себя Алёну, громко и торжественно произнёс:
   - Господа! - все повернулись в их сторону, - сегодня самый прекрасный день в моей жизни! Эта чудесная девушка согласилась стать моей женой, - с этими словами он прижал к себе Алену и тихонько шепнул на ушко,- во второй раз,- и, получив в ответ сияющий взгляд, продолжил:
   - Я с радостью прощаюсь с холостяцким положением и очень счастлив. Свадьба состоится через месяц. Я и моя невеста просим всех к столу отпраздновать нашу помолвку.
  

Глава 13

   Уже сидя в самолете, Игорь Шубин обдумывал своё поспешное бегство из Москвы и правильность своего поступка. А что, в конечном счете, он мог сделать? Без пяти минут жена оказалась беременной. Безусловно, он мог бы простить свою возлюбленную и даже признать ребёнка, если бы не одно но: Алёна, как выяснилось, любит его по-дружески, и ясно дала понять, что кроме Меньшикова ей никто не нужен. Чёртов любовный треугольник, он любит её, она любит другого, а тот другой..... Игорь припомнил все встречи с Меньшиковым, все их стычки и пришёл к выводу, что и Андрей, похоже, любит Алёну не меньше. Тут он бессилен изменить что-либо. Бегство от ситуации, как посчитал Игорь, самый лучший выход из создавшегося положения. Он позвонил своему другу по Гарвардскому университету, сыну Дубайского шейха, предупредил о своём приезде, и вот- прощай Москва, да здравствуют Эмираты.
  
   Объединённые Арабские Эмираты расположены в восточной части Аравийского полуострова на побережье Персидского и Оманского заливов. Официальный язык - арабский, но большинство местного населения свободно говорит и по-английски. Али давно приглашал Игоря, но времени, как всегда, не хватало, бизнес требовал постоянного присутствия, пока он налаживал связи, приобретал помещения, раскручивал рекламное агентство. Теперь весь запущенный им механизм мог работать и без его непосредственного участия, так что можно позволить себе немного расслабиться и отдохнуть.
  
   Али встретил Шубина в аэропорту и повёз в свой дворец, недавно подаренный отцом.
   - На улицах людно, праздник? - выглядывая в открытое окно машины, поинтересовался Шубин.
   - Ты, возможно, в курсе: наша государственная религия Ислам, на котором во многом строится законодательство страны.
   - Знаком в общих чертах, и что?
   - Сейчас священный месяц Рамадан. Это месяц большого поста, когда мы, мусульмане, с рассвета и до заката воздерживаемся от пищи, питья, курения, и даже от исполнения супружеских обязанностей.
   - Ничего себе. И как ты выдерживаешь? - удивился Игорь, зная по себе, как трудно отказаться от бокала хорошего вина и приятной женской компании.
   - Всего-то тридцать дней, можно и потерпеть.
   - И скоро закончится Рамадан?
   - Конец поста отмечается в первый день месяца Шавваля, следующего за Рамаданом. Зато Рамадан кончается праздником разговения, который длится три-четыре дня. Вот в эти дни на улицах особенно оживлённо, все друг друга поздравляют.
   - Это что-то схожее с нашей Пасхой, у нас так же все друг дружку поздравляют, только ещё добавляют: "Христос воскрес!".
   - В Росси, насколько мне известно, законы с религией не связаны. У нас во время Рамадана нарушения рассматриваются как преступления и подлежат суду Шариата. Даже приезжим не рекомендуется есть, пить и курить в общественных местах в знак уважения к нашим обычаям.
   - Строго! А что же туристам делать, отдыхать ведь приехали?
   - Спиртные напитки разрешены, но только в барах и ресторанах при отеле или в номере.
   - И как вы справляетесь с русскими, нам ведь всё по барабану?
   - Закон для всех один, употребление алкоголя в общественных местах, или появление нетрезвым на улице может повлечь уголовную ответственность или депортацию из страны.
   - С ума можно сойти.
   - Это ещё ничего, вот в эмирате Шарджа вообще сухой закон. Да, Игорёк, ещё необходимо знать: по правилам приличия, с местными жителями, а особенно с арабскими женщинами, нельзя разговаривать на улице, фотографировать без их согласия, смеяться над ними и делать непристойные жесты руками.
   - Знаешь, по крайней мере, сейчас мне не хочется общаться с женщинами. Но на всякий случай, расскажи, чем это может грозить, если вдруг попадётся знойная арабка.
   - Полиция, мой друг, в таких случаях не церемонится, штраф, и депортация из страны нарушителю обеспечена.
   - Штраф в каком размере?
   - За оскорбление женщины - 60000 дирхам.
   - А ещё за что могут оштрафовать, ты уж расскажи, а то не охота на каждом углу с вашей полицией дело иметь.
   - Ни в коем случае не бросай мусор на улице, у нас хватает урн. А на автострадах имеются специальные съезды к мусорным бакам.
   - Понятно, усвоил. Теперь объясни условия обмена валюты и оплаты по кредитным картам. У меня с собой не слишком много наличных.
   - Проблем с валютой не возникнет, имеется большое количество обменных пунктов. Практически все торговые предприятия принимают валюту любой страны и кредитные карточки, в том числе. На улицах, в банках, супермаркетах есть банкоматы, которые работают со всеми платёжными системами. Да, кстати, ты какую визу оформил? Гостевую?
   - Многоразовую.
   - По твоему звонку я понял, что ты собираешься открыть здесь свой бизнес?
   - Да, поможешь с лицензией?
   - Без проблем.
   - Хочу открыть рекламное агентство и параллельно наладить поставку сотовых телефонов в Россию.
   - Тогда тебе лучше посетить магазины, поскольку у нас свободная торговая зона с низкой ввозной пошлиной, а импортируемые товары, зачастую, дешевле, чем их оригинал в стране-производителе. Если предложишь наличные, получишь большие скидки.
  
   Загородная вилла находилась в двадцати километрах от столицы, всю дорогу друзья вспоминали студенческие годы, как беззаботно и весело им жилось.
   - А ты изменился с нашей последней встречи, Игорь, возмужал, стал солиднее. Вот только настроение мне твоё не нравится, пасмурный ты какой-то. Ты что, не рад нашей встрече, или серьезные проблемы?
   - Ну, что ты Али, я безумно рад встрече. Ты совершенно не причастен к моему настроению, наоборот, красота ваших мест поможет мне зализать душевные раны.
   - Как радушный хозяин я не хочу задавать лишних вопросов. Но как друг я имею право знать, что за раны такие ты собираешься зализывать, что тебя тревожит, ты меня, честно признаться, заинтриговал. Есть проблемы? Ты говори, не стесняйся, может, деньги нужны, ты же знаешь, все, что в моих силах, сделаю.
   - Эх, Али, если бы все проблемы решали деньги, то их у меня бы не было.
   - Денег?
   - Проблем. Нет, друг, здесь всё гораздо сложнее. Я потерял невесту.
   - Не понял.... Как можно потерять невесту, она же не носовой платок, засунул в карман, а костюм надел другой. Что-то не понимаю.
   - Да не в том смысле потерял, мы расстались. Два метра, как говорится, не дошли до алтаря, то есть чуть не расписались, но всё пошло кувырком, свадьба не состоялась. И вот я здесь у тебя, а она там, в России.
   - Всё интересней, ты продолжай, дорогой, продолжай, я внимательно тебя слушаю, - Шубин достал бумажник и вынул фотографию девушки. Вздохнул и протянул другу.
   - Вот та, которую я люблю больше жизни, Али, и которую обязан вырвать из сердца, чтобы забыть навсегда. Иначе тронусь, - и Игорь поведал другу все подробности.
   После рассказа о несчастной любви, Али долго сидел молча, разглядывая фотографию девушки. По выражению лица, Игорь не мог понять, о чём тот думает.
   - Скажи, Игорь, - наконец произнёс он, - а вот та девушка, подруга Меньшикова, она что, действительно настолько ненавидит твою бывшую невесту, что готова была в тюрьму её упрятать?
   - Да уж, ты верно подметил, именно ненавидит. Ревность - страшная штука.
   - Борьба за мужчину.... Как перевернулся мир! Раньше войны устраивались из-за женщин, а сейчас наоборот.
   - Ну, Меньшиков - это одна причина, а другая - деньги. Понимаешь, Анжелика манекенщица, богатства большого таким трудом не заработаешь, век модели не долог, молодость пройдёт быстро, а к роскошной жизни она уже привыкла. Если не подцепит богатого муженька, все - крах надеждам на беззаботное будущее. Вот поэтому для неё деньги играют не последнюю роль. Меньшиков для неё не только прекрасная партия, но и до неприличия огромный банковский счёт.
   - Одним словом, эта девушка гоняется за деньгами, а Меньшиков как мужчина ей не очень то и нужен.
   - Этих подробностей я не знаю. Близко с ней не знаком. Ладно, всё в прошлом.
   - Как знать, дорогой, как знать, - Шубин удивился словам друга, но не придал им значения, и вскоре вовсе забыл о них.
  

Глава 14

   Али сидел в небольшом уютном ресторанчике на Старом Арбате, где назначил встречу Анжелике. По приезде в Москву он навел справки об интересующей его девушке, позвонил её менеджеру, представившись директором рекламного агентства. Услышав предполагаемую сумму контракта, который может получить Анжелика, и, представив свои проценты по договору, менеджер поперхнулся кофе и чуть не свалился со стула. Он наотрез отказался дать координаты модели и предложил свои услуги для переговоров. Но неизвестный директор настаивал на личной встрече с девушкой: без этого не будет контракта. Надо рисковать, хоть это и против правил. Изменившимся голосом, в котором проскальзывали заискивающие нотки, менеджер заверил, что модель в назначенный час прибудет на встречу, даже если ему придётся смотаться за ней на необитаемый остров.
   - Извините, Вы случайно не меня дожидаетесь? - Лика игриво отбросила волосы назад и улыбнулась, показывая белоснежные зубы.
   - Если вы Анжелика, тогда Вас. Разрешите представиться - Али.
   - Но мой агент назвал совершенно другое имя, - растерялась Лика, оглядываясь по сторонам, - или я что-то перепутала? Вы действительно собираетесь предложить мне работу, или это уловка, чтобы познакомиться со мной? Если так, то прощайте.
   - Вы именно такая, какой я Вас и представлял. Надеюсь, мы найдём общий язык.
   - Вы так думаете?
   - Уверен. Вы ведь не откажетесь от кругленькой суммы? Не так ли?
   - Хорошо, я Вас внимательно слушаю. О каком контракте пойдёт речь, на какой срок и, естественно, на какую сумму? Я деловая женщина, не будем тратить зря ни Вашего, ни моего времени, обсудим всё прямо сейчас, чтоб убедиться, подойдёт ли мне Ваше предложение.
   - Отлично, мне такая хватка импонирует, - Али снял очки и потёр глаза. Сказывался перелёт, разница во времени, он устал, - перейду сразу к делу. Вы присаживайтесь, разговор у нас будет довольно долгий. Вот меню, выбирайте, что Вам по вкусу, - Али позвал официанта.
   - Я Вас слушаю,- напомнила о себе Лика.
   - Вы должны помочь мне похитить одну известную Вам девушку. Надеюсь, поняли о ком речь?
   - Простите? Я не ослышалась, похитить? За кого вы меня принимаете? - искренне возмутилась она.
   - Не горячитесь так, это и в Ваших интересах тоже. Известная нам особа испортила жизнь не только Вам, но и моему другу. Он потерял покой, не ест, не спит, бледный, раздавлен судьбой. Кажется, через неделю, если не врут газеты, у неё свадьба, а Вы, извините за грубость, остались с носом. Я достаточно правильно информирован или нет?
   Лика, поражённая, слушала и прикидывала, какую выгоду может извлечь из ситуации. Слишком свежо было в памяти, как зло подшутил над ней Меньшиков, говоря о своем банкротстве. Как вскоре выяснилось, это был только трюк, чтоб избавиться от неё ради проклятой выскочки. Этого она Андрею никогда не простит. Богатство, которое она так хотела заполучить, уплыло из рук. И вот судьба вновь преподносит ей подарок, она сможет избавиться от ненавистной соперницы раз и навсегда и, возможно, сумеет вернуть Андрея.
   - Надо признать, что Вы в курсе всех событий. Сколько? Я должна знать точную сумму моего вознаграждения. И отметьте, я не задаю лишних вопросов. Впрочем, знаете, мне безразлично куда она, в конце концов, денется, лишь бы не путалась под ногами.
   - Вы страшная женщина....
   - Думайте что хотите, но мне нужно много денег. Я слишком рискую.
   - Рискуете? Но, позвольте узнать, чем? Об этом разговоре кроме нас никто не знает. Кроме нас, и, естественно, Игоря Шубина, - быстро поправился Али - я действую в его интересах. Вы, наверное, догадались, кто заказчик похищения?
   - Мне плевать на заказчика, он-то действительно в безопасности, а я после этого могу лишиться головы. Вы не знаете Меньшикова, это зверь. И если умыкнуть то, что принадлежит ему, он начнёт рыть копытами землю и метать громы и молнии. Я предпочитаю держаться подальше от его гнева, а не подставлять свою голову, она, знаете ли, у меня не лишняя. Поэтому, как только все произойдёт, я хочу сразу же выехать из страны на некоторое время, пока бушующий ураган стихнет.
   - Договорились. Вы получите всё, что причитается. Я закажу отель, оплачу проживание на любой указанный Вами срок, дорогу туда и обратно.
   - И десять тысяч долларов помимо всего.
   - Жадность Вас погубит.
   - Так я могу считать, что мы договорились?
   - Да.
  
   Алёна примеряла свадебное платье. Она была безоблачно счастлива. Они с Андреем практически не расставались, каждое утро, просыпаясь, она получала букет красных роз и записку, в которой он писал, как сильно её любит, и сколько дней осталось до свадьбы. Переехать к нему Алёна наотрез отказалась.
   - Нет, любимый, на этот раз у нас всё будет по-настоящему, ты, как полагается жениху, заберёшь невесту из родительского дома.
   Кроме того, хотелось ещё немного побыть вместе с матерью. Вскоре после свадьбы дочери они с Вениамином тоже поженятся. Милый доктор, наконец-то он преодолел свою скромность и признался Людмиле в любви. Когда раздался телефонный звонок, Алёне доставили очередной букет.
   - Да, слушаю....
   - Алёна, это Лика, срочно приезжай, несчастье с Андреем! - она назвала улицу, где перевернулась его машина.
   Алёна мчалась по дороге, не замечая светофоров, чудо, что сама не угодила в аварию. Через сорок минут она подъехала к месту происшествия; ничего и никого, кроме Лики, не было.
   - Лика!!! - Алёна выскочила из машины с заплаканными глазами, кинулась к ней, ничего не соображая от горя, - Андрей, он жив, где он? В больнице? Да что ты молчишь, что с ним, ну не молчи, пожалуйста, не молчи!
   - Мне жаль, Алёна, поверь, очень жаль...
   - Что ты имеешь в виду? Что? - Алёна сделалась белее стенки.
   - Он погиб, его пять минут назад увезли санитары, ты опоздала. Я искренне тебе сочувствую, - ноги Алёны ослабли, и Лике пришлось быстро приблизиться, она подхватила теряющую сознание девушку, чтоб та не упала на проезжую часть улицы.
   - Помогите! Кто-нибудь, вызовите неотложку...
   Скорая помощь приехала через три минуты, высокий молодой врач осмотрел больную, сделал укол и, положив девушку на носилки, увез в больницу. Толпа зевак потопталась ещё немного и разошлась по своим делам.
  

Глава 15

   Очнулась Алёна от толчка, первые несколько минут после пробуждения, не могла понять, где находиться, уши заложило, как в самолёте, голова немного кружилась, а во рту было, как в пустыне, сухо. Девушке очень хотелось пить, и она попыталась подняться с кресла, но первая попытка оказалась неудачной, мешали ремни, плотно прижимавшие её к сидению. Непослушными руками Алёна все-таки сумела с ними справиться, она поднялась и пошла между креслами. Да, это, действительно, был самолёт, но как она в нём оказалась, было для девушки полнейшей загадкой. Память медленно возвращалась.
   - Авария.... Позвонила Лика, потом она сказала, что Андрей погиб.... Господи!!! Его нет! Больше нет! Как жить после этого, как? Но при чём здесь самолёт?
   Навстречу девушке по проходу шёл высокий довольно симпатичный мужчина, с аккуратными усиками, которые подчёркивали красивый рот и выделяли упрямый подбородок с ямочкой. Поравнявшись с Алёной, мужчина улыбнулся и тихо проговорил:
   - Вам уже лучше, мадам? Вы нас очень напугали, несколько часов находились без сознания. Я начал волноваться.
   - Кто Вы? И почему я здесь нахожусь?
   - Вы в самолёте.
   - Это я поняла. Но что я здесь делаю?
   - Хороший вопрос. Вы летите ко мне на родину, в Эмираты. Будем знакомы, я Али
   - Ничего не понимаю. Как я к Вам попала, откуда Вы меня знаете?
   - Вам что-нибудь говорит имя Игорь, Игорь Шубин?
   - Да, конечно. Но при чём здесь Игорь?
   - Это он рассказал мне о вас и показал вашу фотографию.
   - Игорь? Господи, нежели он опустился до того, что решил похитить меня? Это же глупо. При нашей последней встрече он ясно понял, что мы можем остаться только друзьями, не более.
   - Нет, мадам, Вы не справедливы к моему другу, он вас не похищал, и даже не в курсе того, что сейчас с Вами происходит. И искренне надеюсь, никогда не узнает.
   - Вы совсем меня запутали. Если это не Игорь приказал вам меня похитить, тогда кто?
   - Мне никто не может приказать, приказы отдаю только я сам. И похитил Вас я.
   - Зачем? - искренне недоумевала Алёна,- зачем я Вам понадобилась?
   - Я увидел Вашу фотографию и решил, что Вы - прекрасный цветок для моего гарема. Но признаю, в жизни Вы превзошли все мои ожидания. Вы божественно красивы. Вы, как ангел, спустившийся с небес, чтобы покорить моё сердце. Ваш чарующий голос, как колокольчик, звенящий весенней порой, а Ваши алые губки, напоминают персик, который так хочется съесть.
   - А вы не боитесь подавиться косточкой? - холодно спросила она.
   - О.... Даже чувство Вашего юмора восхитительно.
   - Мне неприятно слушать Ваши слащавые излияния, приберегите их для кого-нибудь другого. Я гражданка России и требую, чтобы Вы отправили меня немедленно домой. Иначе в Вашей стране я объявлю протест.
   - Ну, что Вы, милая, Вам такого удовольствия не доставят. Вы даже на улице не покажетесь. А что касается посольства, то туда Вы вообще никогда не попадёте. На моей вилле можете заявлять протест, сколько Вам заблагорассудится, всё равно никто ничего не поймёт. А если такое и произойдёт, помощи не окажут. Уж поверьте мне на слово. Выбора у Вас нет, кроме как выйти за меня замуж.
   - Поживём, увидим, - пробормотала про себя Алёна, вслух же произнесла,- каким образом Вы вывезли меня из страны без документов, как прошли таможенный досмотр?
   - Секрет. Но раз Вам так интересно, расскажу. Как Вы, наверное, успели заметить, в салоне мало пассажиров, это самолёт моего отца. А все эти прекрасные женщины - мои наложницы. Я ещё не женат официально, так что подумайте, место старшей жены в моём гареме свободно. Так вот, в Россию я привёз шесть наложниц, и увёз тоже шесть, теперь вместе с Вами.
   - Куда же делась одна из Ваших женщин? Вы, что, бросили беднягу на произвол судьбы? Не зная языка, без родных, как она выживет? Вы обрекли ее на смерть ради удовлетворения своей похоти? Простите, но это бесчеловечно.
   - Ну, что, Вы, я не такой изверг, как Вы меня сейчас описали. Таня из Смоленска, бывшая Мисс Европа, жила со мной по своему согласию три года. Сейчас она находится у себя дома, с родителями. Получила хорошее вознаграждение, надеюсь, будет счастлива. Вот по её документам Вы и прошли таможенный досмотр.
   - Прошла? Да я не помню, как вообще здесь оказалась.
   - Конечно. Вас привезла скорая помощь. Моей, как у вас называется, гражданской жене стало очень плохо, из-за этого мне срочно пришлось прервать визит и вылететь на родину.
   - Но ведь таможенники не слепые, они должны были увидеть, что фотография на паспорте не совпадает с оригиналом?
   - Какая же Вы, в сущности, наивная. Нет такого права у моих женщин показывать лица посторонним мужчинам, за это им грозит смерть, если я захочу. Какой таможенник возьмёт на себя смелость подвергнуть такому риску ни в чём не повинную женщину. Вот так, моя дорогая, Вы и попали сюда.
   - Но, в таможенную службу досмотра входят и женщины, - не унималась Алёна, - чего нельзя мужчинам, то вполне в состоянии сделать женщина. Так, что здесь у Вас полная нестыковка.
   - Примите мои поздравления, мадам, Вы неплохо информированы, но,
   как видите, всё получилось, и вы в моём самолёте, так что не стоит забивать свою головку моими маленькими хитростями, которые помогли доставить Вас на борт.
   Недоумение, растерянность и глухое отчаяние владели Аленой. Она представляла, какой переполох дома. Сердце болело от жалости к Людмиле, а от мыслей о потере Андрея желудок скручивался жгутом, и в сознание вливался поток пустоты.
  
   По прилёте всё произошло именно так, как и предсказывал Али. К трапу подъехала машина с затемнёнными стеклами, всех женщин, вместе с Алёной, пересадили туда; машина, нигде не останавливаясь, пересекла город, выехала на трассу и минут через тридцать заехала во двор, огромные ворота закрылись, и машина двинулась дальше, еще минут через пять она остановилась возле особняка похожего на дворец.
  
   Чтобы не потеряться, Алёна не рисковала уходить далеко от своей комнаты, а свежим воздухом могла дышать исключительно на балконе, двери которого были постоянно открыты. С балкона хорошо просматривался великолепный сад, под окнами был бассейн, в нем резвились золотые рыбки. Ощущение было такое, что она попала в сказку "Тысяча и одна ночь". Красиво и .... вероломно.
   На удивление, Али всегда был очень вежлив и предупредителен.
   - Когда Вы, наконец, поймёте, что сопротивление бесполезно, уже два месяца как я привёз Вас, но, как видите, никаких поисков не ведётся. Алёна, никто и никогда вас здесь не найдёт.
   - Скажите, Али, а что говорит Ваш закон о беременной женщине, заметьте не от Вас, на которой Вы собираетесь жениться? Разве такое возможно?
   - А кто знает, что Вы ждёте ребёнка не от меня? А?
   - Я!!!
   - Но ведь Вы не останетесь беременной вечно, когда-нибудь это перестанет быть помехой. После родов я отошлю ребёнка подальше от Вас. Ну.... Не делайте такого испуганного лица, Вы сможете его навещать, когда я разрешу. Всё будет зависеть от Вашего поведения и сговорчивости. Его или её будет воспитывать другая мать, а Вы будете для всех чистой и непорочной. И вот тогда я без стыда для своей семьи смогу на Вас жениться. Таков мой план.
   - Одного не понимаю, неужели ради похищения было необходимо убивать моего жениха?
   - Не понял?
   - А что тут непонятного, зачем Вы убили Андрея?
   - Убил? - Али был обескуражен таким обвинением, - почему Вы решили, что Ваш бывший жених мёртв? Кто Вам сказал такую глупость? С ним, на сколько мне известно, ничего не случилось плохого. По моим сведениям, у Вашего мужчины роман с его бывшей подружкой, Анжеликой. Точнее сказать не могу, так как не доверяю словам этой женщины.
   Алёна сердцем почувствовала, что Али говорит правду. Душа её возликовала: Андрей жив! Значит, жива и надежда, что он найдёт её. Ведь могла же Лика солгать и на этот раз, и нет между ними никакого романа.
   Али, глядя на изменившееся лицо Алёны, решил, что девушка раздумывает о предстоящем замужестве, и успокоился.
   Как же она переживала всё это время, считая, что любимого нет в живых. От горя она чуть не покорилась судьбе, навязанной ей незнакомцем. Но вот луч надежды опять засиял в её тоскливой жизни.
  
  
   Глава 16
  
   Лика гордилась собой, она придумала великолепный план, убила сразу двух зайцев: избавилась от соперницы и отвела от себя подозрение в причастности к похищению. В те времена, когда она жила в доме Меньшикова, ей на глаза попалась прощальная записка его жены, до сих пор Лика не могла понять, зачем прихватила этот клочок бумаги. Зато теперь он сильно выручил её. Подделать почерк не составило большого труда, и вот послание для Андрея лежало перед ней на столе. Когда бесчувственное тело Алёны увезла скорая, в которой вместо врача находился Али, Лика преспокойно села в её машину, доехала до их дома и поставила автомобиль в гараж. Открыла двери ключами девушки и положила записку на видное место. После проделанной работы лишь на полчаса заскочила домой за вещами. Билет в кармане, счёт за проживание в отеле оплачен, её ждёт двухмесячный отдых на Канарах. Вылет через два часа, времени добраться до Домодедово вполне хватит.
  
   Людмила и Вениамин молча сидели на диване, выслушивая грозную тираду Меньшикова:
   - Нет, знаете ли, это выше моего понимания! Ваша дочь опять решила выкинуть финт! Она, видите ли, не может и не хочет связывать свою судьбу с человеком, уже однажды изменившим ей. Мы же все выяснили! Уму не постижимо! Да я никогда, чёрт возьми, не изменял ей. С тех пор, как встретил её, на свою погибель, у меня не было женщины, с которой бы я спал! Нет, я разорву эту взбалмошную девчонку на части, пусть только попадётся мне в руки! А сейчас больше не желаю ничего о ней слышать, она как женщина для меня больше не существует! - круто развернувшись, забыв даже попрощаться, он вылетел из гостиной.
   - Господи! Что на этот раз задумала моя дочь? Что скажут люди? За два месяца вторая несостоявшаяся свадьба. Вряд ли найдётся мужчина, который в здравом уме сделает ей предложение в третий раз. Ну, вот где она сейчас, что с ней? Даже мобильник с документами в машине оставила. Какое легкомыслие! Ах, Веня, я так за неё волнуюсь!
   - Я тоже, дорогая. Надеюсь, наша девочка знает, что делает. Она ведь ясно пишет: не хочет, чтобы её разыскивали, когда посчитает нужным, сама даст о себе знать. Подождём.
   - Только бы ничего не случилось с ней или с ребенком!
  
   И эти два человека, постаревшие за один день, но не сломленные, будут ждать столько, сколько хватит сил, ожидая возвращения своей любимой девочки.
  
   Лика не сразу узнала Меньшикова: он похудел, во взгляде его уже не чувствовалось былого огня, он как будто потерял интерес к жизни. В чёрном вечернем костюме, он все равно выглядел потрясающе, только смокинг подчёркивал бледность его лица.
   - Привет, Андрей, сколько лет, сколько зим! Давненько мы с тобой не виделись. Что-то ты неважно выглядишь, случилось что? Может, смогу тебе помочь?
   - Лучше не надо. Ты, Лика, как пиявка, уж если попадёшь на кожу, избавиться от тебя сложно.
   - Ты, как обычно, в своём репертуаре, - Анжелика рассмеялась, - пиявкой меня ещё никто не называл, но на тебя я не обижаюсь
   - Возможно, у других повода не было.
   - Ты можешь мне не верить, но я от всего сердца хочу тебе помочь. Меня долго не было в городе, я только по приезде узнала, как подло поступила с тобой невеста. Признай, я хоть была честна с тобой, ушла без какой-либо таинственности. Не хочешь пойти ко мне, я помогу тебе скоротать одиночество. Я так по тебе соскучилась, - Лика без стеснения на глазах у всех прижалась к Андрею, который, к великой радости, не оттолкнул её, а лишь горько вздохнул, прикрыв глаза.
   - А почему бы и нет. Пошли. Теперь мне уже всё равно, Алёне я не нужен и волен распоряжаться собой, как захочу.
   Лика праздновала победу, теперь она была уверена, что сможет вновь заполучить Меньшикова.
  
   - Послушай, Андрей, прошло почти полгода, как она тебя бросила, а ты всё ещё по ночам называешь меня Алёной. Я не слишком щепетильна, но и моего терпения надолго не хватит. И о каком ребёнке ты постоянно спрашиваешь её во сне?
   - Я что, произношу это в слух?
   - А откуда бы я всё это знала? Знаешь, мне надоело, может, объяснишься?
   - В конце этого месяца Алёна должна родить, а я даже не узнаю, кто будет, мальчик или девочка. Это не справедливо. Пусть она на меня в обиде, но при чём здесь наш ребёнок, почему она уготовила ему участь безотцовщины? - Андрей сидел, обхватив голову руками, раскачиваясь из стороны в сторону.
   - Ребёнок? Погоди, ты хочешь сказать, что Алёна, когда тебя бросила, была беременна? Я правильно тебя поняла?
   - Да, на третьем месяце. До сих пор не понимаю, зачем она это сделала, - Лика поразилась глубине горя и отчаяния, которые терзали Андрея. Она и раньше часто заставала его в подавленном состоянии, но гнала от себя мысли, что причиной тому была Алёна. Всё надеялась, что со временем он забудет её. Но вот ребёнок.... Об этом она ничего не знала. Лика упала перед Меньшиковым на колени и зарыдала:
   - Прости меня, Андрей, умоляю, ради всего святого, прости! Если, конечно, сможешь. Я ведь, правда, ничего не знала, ничего! Смогу ли я когда-нибудь вымолить у тебя прощения? Господи!!! Что я наделала!..
   - Да о чём ты? В чём ты-то провинилась? Ведь это она меня снова бросила, нет? - но, посмотрев внимательно на Лику, на её зареванное лицо, умоляющий взгляд, в этом засомневался. Схватив девушку за плечи, он повернул ее к себе, чтоб видеть выражение её лица.
   - Говори! Всё что знаешь, говори, а там будет видно. Но предупреждаю, не лги мне больше, не то я за себя не ручаюсь! - от страха, что проговорилась, Лика побледнела, но назад пути не было. И она рассказала все, что ей было известно: и про встречу с Али, и как помогла тому в похищении, и кто заказчик. На душе, когда она выговорилась, стало легче и даже спокойнее. Андрей слушал внимательно, не перебивая. Потом, издав приглушенный стон, повернулся в сторону притихшей, испуганной женщины.
   - Ладно, живи пока, я тебя не трону. Но запомни, не попадайся больше мне на глаза, и не смей вставать на моём пути. Я сотру тебя в порошок, если не найду Алёнку. Теперь убирайся. Не искушай судьбу, я могу и не выдержать.
   Лика была не слепая, и прекрасно видела, что Андрей на грани срыва, она быстро оделась, собрала вещи и ушла. Ушла навсегда, понимая, что проиграла, он никогда простит ей того, что она натворила.
  
   Андрей мог бы убить Шубина, если бы тот попался ему сейчас.
   - Что он вообразил? Что может просто так украсть Алёну, мою Алёну? Я доберусь до тебя, выродок, ты мне за всё ответишь! И за моего ребёнка, и за мои бессонные ночи, и за страдания моей любимой!
   Он срочно переговорил со своими арабскими партнерами по бизнесу, переслал через Интернет данные Шубина и его фотографию. Когда спускался по трапу самолёта, про Шубина было известно всё. Вот только об Алёне никаких известий. О ней никто ничего не смог разузнать. В аэропорту его встретили, дали на прокат машину и объяснили, как доехать до офиса.
   Андрей, поплутав порядком по городу, наконец, нашёл то, что искал: большое здание современной постройки, где располагался офис Шубина. Поднявшись на лифте до четырнадцатого этажа, он спросил у проходившей девушки, где располагается рекламное агентство, и, отыскав, рывком открыл дверь приёмной. Секретарша Шубина была женщиной на редкость проворной, она преградила дорогу в кабинет шефа и без боя явно не собиралась сдавать позиции.
   - У шефа совещание, к нему нельзя! - категорически заявила она, поправляя съехавшие на нос очки в старомодной роговой оправе, - запишитесь на приём, оставьте свои координаты, когда вам будет назначено, я сообщу.
   Самым нежным голосом, на который только был способен в этот момент (в душе клокотал вулкан), Андрей произнёс:
   - Вы, как жрица, бесстрашно охраняющая божьи врата, но если не уйдёте с моего пути, мне придется внести вас вместе с этой дверью в кабинет, - и с угрожающим видом, который не предвещал бедной женщине ничего хорошего, двинулся на неё. Секретарша в испуге завизжала, но не тронулась с места. Андрей тоже не остановился, а только сильнее сжал кулаки. Конечно, он вовсе не собирался ударить женщину, но она же этого не знала. Нервы её не выдержали, и она ретировалась, предпочитая быть подальше от безумного посетителя.
   - Позвольте хотя бы узнать ваше имя и доложить...- но не успела она произнести последние слова, как дверь кабинета открылась, и на пороге возник шеф собственной персоной. Он собирался отчитать нарушителя порядка, но нос к носу столкнулся с Меньшиковым, весь облик которого являл странную картину. Игорь в первую секунду даже растерялся, глядя на взбешенного Андрея.
   - Чем обязан Вашему появлению, господин Меньшиков? Не припоминаю, чтоб приглашал Вас в гости. Мне гораздо приятнее находиться подальше от Вашего бешеного нрава, - Андрей, не говоря ни слова, схватил Шубина в охапку и потащил в кабинет. Там, поставив его на ноги, зарычал так, что все присутствующие на совещании поторопились скрыться, чтоб не быть сожжёнными заживо горящим взором этого огромного и чертовски рассерженного господина. С холодным равнодушием Шубин поправил костюм и съехавший набок галстук и в упор, без страха посмотрел в глаза Андрея.
   - Ты всё же попытайся объяснить мне своё идиотское поведение. Здесь не Россия, и в кабинеты не вламываются, распугивая своим видом сотрудников. Они же не в курсе, что у тебя такой стиль поведения. Это мне как-то пришлось столкнуться. То, что ты вытворил сейчас, переходит все рамки дозволенного, - и будто в подтверждение его слов в кабинет ворвалась охрана, в любую минуту готовая пустить в ход оружие. Меньшиков даже не взглянул в их сторону. Подкрепление шефу вызвала перепуганная секретарша.
   - Всё в порядке, мне ничего не угрожает, это мой друг, - и, чуть помолчав, добавил, - из России.
   Охранники убрали оружие, но всё ещё оставались на месте, не решаясь уйти сразу: вид "друга" вызывал у них большие сомнения. Шубин твёрдо стоял на своём, и, они покинули кабинет.
   - То, что я вытворил сейчас, тебе покажется невинной шуткой в сравнении с тем, что я намереваюсь сделать. Но только после того, как ты мне скажешь, чёртово отродье, где спрятал Алёну, - Шубин во все глаза уставился на Андрея, пытаясь понять, что от него хотят.
   - Знаешь, у меня такое чувство, что по нам обоим плачет психушка.
   - По тебе - точно.
   - Когда я в последний раз видел Алёну, она счастливо улыбалась от мысли, что беременна от тебя. После сорвавшейся женитьбы это Я должен на тебя обижаться, это к ТЕБЕ ушла моя невеста, это Я тебя должен спросить, что теперь с ней стало! - теперь уже Андрей ничего не понимал.
   - Ты говоришь правду?
   - А такими вещами шутят? Что произошло?
   - Тогда где же она, что с ней могло случиться? Ничего не понимаю, - бормотал Андрей, - ты действительно больше не видел её? Только не лги, я и так потерял голову от горя, боюсь, что больше не вынесу.
   - Давай-ка сделаем вот что: сядем и спокойно во всём разберёмся, - Игорь по селектору попросил секретаршу принести коньяк и кофе.
   Женщина с опаской заглянула в кабинет и нерешительно вошла, оставив дверь открытой. После пережитого страха руки её дрожали, и посуда на подносе чуть позванивала. Видя, что мужчины спокойно сидят в креслах, она понемногу успокоилась, но гостя всё же обошла стороной. Поставила поднос и быстро удалилась.
   Андрей налил себе коньяка и залпом выпил, не ощущая вкуса, а потом рассказал Игорю всё, что сообщила Лика о похищении Алёны.
   Игорь слушал, расхаживая по кабинету, и мрачнел всё больше и больше. Наконец он резко остановился посередине ковра и повернулся к Меньшикову всем корпусом:
   -Ты сказал - Али,- ты не ошибся? Если сопоставить твой рассказ и то, что мне приходит в голову, меня действительно мало убить. Ведь это я, дурак, поведал Али о своём романе с Алёной, так печально для меня закончившимся, показал её фотографию. Я должен был задуматься, когда он так тщательно выспрашивал меня о ней, о тебе, а о Лике - в особенности. Но, честное слово, мне и в голову не пришло, что он замыслил что-то. Ему и в университете доставляло удовольствие шокировать окружающих. Страстным хобби Али было уводить девушек из-под носа у ребят, а потом бросать их. Но это были невинные шалости, не приносившие никому вреда. Девушки оставались с дорогими подарками, а парням ставились бутылки с шампанским, и никто в накладе не был. Значит, он не изменил себе. Черт! Даже если он сын шейха, ему никто не давал права решать судьбы других людей. Я сейчас же поеду к нему и потребую объяснения, скажу всё, что об этом думаю, пусть даже ценой нашей дружбы. Бедная Алёна, сможет ли она простить меня за то, что пришлось ей пережить?
   - Нет! - резко проговорил Андрей, - ты совершишь большую ошибку, если скажешь, что тебе всё известно о похищении. Не забывай, он имеет огромное влияние в своей стране, в лучшем случае, нас с тобой вышлют, а Алёну упрячут так, что мы, действительно, никогда её не отыщем. А в худшем - нас найдут где-нибудь на свалке с перерезанным горлом. Лучше поступим так... - и он стал набрасывать на листке приблизительный план действий.
  
  

Глава 17

   Минуло две недели, как Алёна встала с постели, роды прошли без осложнений, ребёнок, а это был прекрасный черноволосый крепыш, родился здоровеньким. Но материнское счастье омрачалось тем, что лишь небольшую долю минуты она видела красное кричащее тельце своего малыша. Али, как и обещал, сразу же забрал его, и она не знала, что с ним, и где он. Она думала лишь о том, что её ребёнка ожидает знакомая тяжкая участь - детство без ласковых материнских рук. Её невесёлые мысли были прерваны появлением Али. Он шёл, улыбаясь, полы его халата, украшенного золотой вышивкой ручной работы, развивались при каждом шаге. Он протянул к Алёне руки и попытался прижать к своей груди. Как от прокажённого, девушка устремилась от него в сторону и приняла воинственную позу. Лицо ее не было прикрыто вуалью, которую наложницы не имели права снимать при мужчинах, так что Али имел возможность видеть его. Прозрачные шаровары и лифчик - всё, что позволялось ей носить из одежды - не оставляли поля для воображения. Такой наряд действовал самым немыслимым образом на хозяина дома, но никак не на хозяйку одежды.
   Али уже несколько дней пытался соблазнить Алену, используя всяческие приёмы: обнажённые женщины извивались перед ней в самых фантастических танцах, служанки старались разбудить ее страсть массажами и благовониями, купали в ароматических ваннах. Больше всего на свете Алёна боялась того, что ничего не добившись уговорами, Али применит грубую физическую силу, которой она не сможет противостоять. Боже правый, как пережить всё это? Даже после того, как Али убедил ее, что Лика добилась своего, благополучно атаковав крепость Меньшикова, а его бастионы сдались, вывесив флаг побеждённого, она не могла найти в себе силы изменить своей любви. Хотя вся дрожала от злости и удушающей ревности. Неутешительный вывод напрашивался сам: Андрей никогда не любил её по-настоящему, иначе, почему он не пытается ее найти. Может, его мнимое банкротство было настоящим, и опять не она была нужна ему, а эти проклятые деньги? А тут ещё и наследник, так вовремя собиравшийся появиться. А она так верила и надеялась, что Андрей найдёт её, спасет. Но, видно, только в сказках принц спасает свою принцессу. А вот у неё конец получается точно сказочный: осталась одна у разбитого корыта. Ей теперь никогда не видать счастья, но надо выжить, чтоб найти и вернуть сына.
  
   Однажды, проснувшись среди ночи, она придумала, как обмануть Али. Ей необходимо убедить его, что она сдалась, но попросить не трогать до свадьбы, дать прийти в себя после родов, и, усыпив его бдительность, попытаться сбежать.
   Али был очень удивлен переменой, произошедшей с Алёной. Она поднялась к нему навстречу, как только он открыл двери её комнаты, и ласково улыбнулась. Нежным прикосновением руки провела по его щеке, от чего по всему его телу пробежала судорога. И он, схватив её в горячие объятия, сильнее прижал к себе, ища губы для поцелуя. Алёна ловко увернулась и застенчиво прикрыла лицо вуалью, опустив трепещущие ресницы. Немного отодвинулась от горящего желанием мужчины и нежно проворковала:
   - Мм, я вижу, мой господин, ты переполнен желанием, я чувствую твое возбуждение. Но всему своё время, не торопи события. Я не совсем оправилась после родов, ведь ты же не хочешь намеренно причинить мне боль? - и подняла на него вопрошающие, искрящиеся таинственной зеленью глаза.
   - О, Аллах! Женщина, что ты делаешь со мной! При одном твоем прикосновении я сгораю от страсти, во мне поднимается пожар неутолённого желания. Но ты права, по нашим законам я не могу заняться с тобой любовью сорок дней, не осквернив себя. Но по истечении срока, милая газель, я постараюсь возместить всё потерянное время. Мне приятно сознавать, что в твоём сердце я занял самое большое место.
   - Я рада, мой господин, что сумела доставить тебе радость, но мне скучно находиться постоянно в доме, хотя здесь и очень красиво. Я мечтаю бывать с моим господином на людях, хочу чувствовать на себе завистливые взгляды женщин, и упиваться счастьем, что ты только мой. Я так давно не надевала красивых нарядов, нигде не была, не видела даже твоего прекрасного города. Могу сознаться, что одежда, которую на меня надели, мне нравится, но думаю, ты не захочешь, чтобы я так появилась в обществе, - она озорно на него посмотрела.
   - Никто не смеет видеть то, что предназначено для услады моего взора, - и его жадный взгляд хищника остановился на ложбинке между её грудями.
   Алёна вздохнула с облегчением, сознавая, что выиграла, возможно, самую сложную партию в своей жизни. Ей необходимо было время, чтобы придумать, как жить дальше, нужна передышка, и она её получила. Теперь у нее была возможность свободно передвигаться по саду, понемногу осваивать территорию дворца.
  
   Через неделю вечером ей принесли шикарное вечернее платье из тончайшего зелёного бархата и, в тон ему, туфли. Сверху всего этого великолепия лежала коробочка. Алёна открыла её и зажмурилась от ослепительных бликов: серьги и колье были из настоящих изумрудов, видимо, ручной работы, сделанные специально под цвет её глаз. Радости такой подарок не принёс, только заставил о многом задуматься. Что же будет дальше?
   Али радовался, как ребёнок, тому, что может порадовать женщину. Собственные чувства поражали его до глубины души, так как обычно он быстро охладевал к очередной пассии. А женщин у него было очень много! Но эта русская красавица полностью перевернула его представления о чувствах, завладела всеми мыслями. В таком блаженном состоянии его и застал Шубин.
   - Привет, Али! Не в моём стиле говорить комплименты мужчинам, но ты, действительно, потрясающе выглядишь: как-то светишься весь, будто приз выиграл. Собрался на приём к очередному послу или на свидание?
   После того, как Алёна признала в нём господина, Али больше не собирался прятать её. Его восточная гордость жаждала одного: полностью насладиться триумфом победы.
   - Ты, как всегда, преувеличиваешь, мой друг. Я просто намереваюсь вывести в свет самую очаровательную из женщин, возможно, мою будущую жену. Да, кстати, ты с ней знаком, это Алёна. О, Игорь, ты и представить не можешь, как мы счастливы, что нашли друг друга, она от меня просто голову потеряла. Прости, я не говорил тебе раньше, что она здесь: она категорически отказывалась появляться на людях в своём интересном положении, не желала, чтоб её видели толстой и некрасивой. Теперь же она вновь стройна и свежа, как утренняя роза. Ты можешь увидеть её сегодня, приглашаю тебя поужинать с нами в ресторане.
   Поражённый всем услышанным, Игорь стоял с открытым ртом, не в силах произнести ни одного нормального слова.
   - Ничего не скрывает! Вот это сюрприз... - размышлял он про себя, возвращаясь от Али, которому после некоторого замешательства, не ускользнувшего от хозяина, дал согласие на приглашение отужинать, - вот только сумасшедшему Меньшикову это все вряд ли понравится. Боюсь, за такую новость он отвернет мне голову, но ничего не поделаешь, рассказать надо.
   Шубин предупредил Али, что будет не один, а с другом, приехавшим по делам фирмы. Если, конечно, доживёт до этой встречи.
   Меньшиков хранил гробовое молчание, не зная, как реагировать на то, что разузнал Игорь об Алёне. Он чувствовал себя, как в лабиринте, где за каждым поворотом возникает тупик, и нет возможности отыскать выход. Голова гудела как с похмелья, может, и правда, напиться до чёртиков, чтоб ни о чём не думать и не чувствовать?
   Шубин старался некоторое время не попадаться на глаза приятелю по несчастью, опасаясь необузданного гнева Меньшикова. Он посчитал, что этот вулкан должен потухнуть без него, дабы, ненароком, не быть изжаренным заживо. Его собственные чувства были не меньше растрепаны, он тоже собирал по осколкам свое сердце, а потому и утешитель из него был никудышный.
   - Дьявол бы побрал всех этих женщин, - наконец взорвался Андрей, - никогда не знаешь, что от них ждать. Не я буду, если не разберусь со всем этим, или постригусь в монахи!
   Игорь вздохнул с облегчением и даже немного развеселился. Уж лучше пусть кричит, чем мрачнеет, как грозовая туча перед бурей. Перебесившись каждый на свой манер, они решили реализовывать придуманный план, в случае чего действуя по ситуации. Без особого энтузиазма они отправились на роковую встречу; что она им готовит, никто из них не знал, да и не мог предположить.
  
   Алёна вошла в зал ресторана с высоко поднятой головой знающей себе цену женщины. Её спутник гордым орлиным взором осматривал зал, пока не заметил Шубина. Помахав ему рукой, он жестом собственника прижал к себе девушку, явно давая понять, кому теперь она принадлежит. Под восхищённые взгляды мужчин и ревнивые женщин пара прошествовала к столику приятелей. Алёне были безразличны все эти праздно проводившие время люди, они не могли ей ничем помочь. Но вдруг сердце её подпрыгнуло, душа рванулась наружу, будто ей стало тесно в теле. Девушка растерялась, пытаясь сообразить, что с ней происходит, почему так разволновалась. Лишь на мгновение встретила она взгляд в упор, и силы оставили ее. Алёна грохнулась бы на пол, не придержи её Али вовремя.
   - Что с тобой, душа моя?
   - Так, пустяки, разучилась ходить на каблуках, и вот результат, - на ходу придумала Алёна. До боли знакомые чёрные глаза не отпускали ни на минуту, смотрели вопросительно и холодно. Она готова была вынести всё, но только не это.
   Мужчины, как по команде, поднялись со своих мест, протянули руки Али для приветствия, а с ней поздоровались как с незнакомкой, на которую и внимания то обращать не следует. Али ничего не заметил и сел, довольный, как будто выиграл приз. Алёна лихорадочно соображала, что привело сюда Шубина и Меньшикова, и как эти два заклятых в прошлом врага вдруг разом сделались приятелями, и мирно беседуют, не замечая её. Они приехали за ней? Может, у Андрея и Лики медовый месяц? Тогда, где она? И что здесь делает Игорь? Алёна, по выражению лиц, пыталась найти хоть какую-нибудь разгадку, и не могла, глаза их были бесстрастны.
   Девушка не принимала участие в беседе мужчин, и на редкость прекрасно держала себя в руках, намертво приклеив улыбку лицо. В этот момент ей могла позавидовать любая, даже самая опытная актриса. Она твердила про себя, как заклинание, что, раз Андрей не любит её, он никогда не узнает, как ей больно, она больше не позволит смеяться над её чувствами.
   - Вы выглядите вполне счастливой, - услышала Алёна чарующий бархатный голос Меньшикова, - я очень рад за Вас, от всего сердца примите мои поздравления.
   - Спасибо, меня тронула Ваша наблюдательность, - колко ответила она, - Вас также нельзя назвать несчастным. Очевидно, жена доставляет Вам массу удовольствия. Где же она? Или Вы так утомили новобрачную, что она решила отдохнуть? - Андрей удивлённо поднял бровь, но учтиво произнёс:
   - Нет, конечно, ответ прост: она не захотела встречаться с Вами, чтоб не разжигать любопытства нашего друга Али. Но просила узнать, как Вы себя чувствуете после родов, и ей интересно знать, с кем Вас можно поздравить.
   Это был удар ниже пояса, но улыбка, которая появилась на лице Алёны, шокировала не только Андрея, но и всех сидящих за столиком мужчин. Эта улыбка была под стать Мадонне, держащей на руках младенца и с любовью смотрящей на него.
   - Спасибо за заботу, со мной, как видите, всё в порядке. Правда, мой господин?- повернувшись к Али, промурлыкала она. - У меня очаровательный малыш, но, к сожалению, я мало его вижу, - помимо её воли глаза наполнились слезами.
   Али в замешательстве смотрел на говоривших, тщетно пытаясь понять, что происходит: они никого не замечали вокруг, будто были одни. Заиграла тихая медленная музыка, и Андрей попросил разрешения пригласить Алёну на танец. Али кивнул в знак согласия, в душе проклиная себя за глупость: зачем пригласил Шубина и его приятеля на ужин. Но привычки дипломата взяли верх, он притворился, что нисколько не возражает и всем доволен.
   У Алёны кружилась голова от магического аромата, исходившего от тела Меньшикова. Обворожительная улыбка сияла на его чуть изогнутых губах, а глаза горели знакомым огнём, от которого тело наполняли давно забытые трепетные ощущения. От прикосновения его рук Алёна ожила, как будто проснулась от зимней спячки.
   Андрей уловил её состояние, так как отлично знал, когда она возбуждена, и он с радостью утолял тоску любимой, да и свою тоже.
   - Мм, дорогая, мне льстит, что ты всё ещё так реагируешь на мои прикосновения. Рад, очень рад, что не забыла меня в объятиях басурмана, - уткнувшись ей в шею, прошептал Андрей.
   Из горла Алёны вырвался стон, и она попыталась отодвинуться на безопасное расстояние от соблазнявшего её тела. Но Андрей не позволил ей этого сделать, ещё теснее прижав к себе.
   - У нас мало времени, поэтому прошу, выслушай меня внимательно и не отталкивай от себя. В моём левом кармане лежат деньги, постарайся незаметно их взять, и не дёргайся, чёрт возьми, или я сейчас на глазах у всех унесу тебя отсюда на руках. И пусть твой любовник, попробует меня остановить. Моему терпению приходит конец.
   Девушка притихла и стала внимательно слушать. Она сознавала, что скандала необходимо избежать, они в чужой стране, подвластной Али, который так просто, не причинив вреда, в том числе и Игорю, не даст им уйти. Страх за Андрея и сына превысил всё, даже желание подольше оставаться в его объятиях.
   - Завтра будь готова к восьми утра, мы с Игорем приедем за тобой. Постарайся выбраться из дома, машина будет стоять недалеко от ворот, за первым поворотом.
   Музыка закончилась, и она не успела сказать Андрею, что не знает, где находится их сын. Незаметно засунув деньги для подкупа служанки, которая выведет её за ворота, в рукав платья, Алена села и придвинулась поближе к Али. Выход в свет, так неудачно начавшийся, закончился для её истерзанной души ликованием, которое она тщательно скрывала. До конца вечера Али не выпускал руку девушки, при каждом удобном случае прижимая её к себе. Когда привёз домой, крепко, по-хозяйски поцеловал в губы и, не прощаясь, удалился.
  
   Под утро Алёну разбудила служанка, ничего не объясняя, сказала только, что господин приказал прийти в гостиную. Девушка быстро накинула халат, выскочила из своей комнаты, пересекла коридор и по лестнице спустилась в зал. При взгляде на озабоченное лицо Али, сердце ее сжалось в предчувствии беды.
   - Что-нибудь с сыном? Не молчи, пожалуйста, что случилось с моим малюткой? Что? Отвечай же!!!
   - С сыном? А что с ним может случиться, за ним хорошо смотрят, он ни в чём не нуждается, и, как мне докладывали, вполне здоров, - искренне ответил Али, - а вот за тебя я беспокоюсь, мне совсем не нравится твоя бледность. Ты мне жаловалась, что тебе скучно постоянно находиться в доме, вот я и подумал, что морской воздух поднимет твоё настроение. Мы сейчас же отправляемся в круиз по Средиземному морю. Как тебе моя затея, дорогая, нравится? - Али насмешливо наблюдал, как изменилась она в лице, - не вижу улыбки радости, - разозлившись на её молчание, прокричал он, забыв про всякую вежливость.
   - Так, час от часу не легче. И только, чтоб сказать мне об этом, ты поднял меня среди ночи? Я хочу спать. Поговорим утром, - зевая на ходу, Алёна развернулась, собираясь покинуть разъярённого господина. Одним прыжком Али преградил ей дорогу и впился в неё горящим от негодования взглядом.
   - Ты решила, что сумеешь провести меня? Ты не учла, детка, что я сам всегда строю козни! Я раскрою твои планы прежде, чем ты успеешь о них подумать.
   Алёну охватила настоящая паника, к тому, что Али все вычислит так быстро, она не была готова, поэтому ничего не могла придумать в своё оправдание, как все высказать всё, что о нём думает.
   - О чём ты, какие планы, разве я не сказала, что мне нравится находиться в твоём плену? Я счастлива - у меня отобрали сына, и я не имею права видеть его! Я в восторге - ты сделал из меня рабыню, не имеющую права голоса, - Алёна всё больше и больше распалялась, надвигаясь на него и сжимая маленькие кулачки. Весь гнев, который копился месяцы заточения, она выплеснула Али в лицо, больше не скрывая своей ненависти и не выказывая страха перед ним.
   - Ты всё сказала, женщина? А теперь иди и собери свои вещи, через час отплываем! Я больше повторять, не намерен. Не будешь, одета, перенесу на яхту в том, что тебя сейчас прикрывает. Вот будет потеха морякам разглядывать голую бабёнку.
   Спорить было бесполезно. Все планы на побег рассыпались, как карточный домик.
   - Хорошо. Но только с одним условием, ты прикажешь принести сына, он поедет с нами.
   - Здесь условия ставлю я, а ты их выполняешь. И я не позволю ни тебе, ни кому-либо другому диктовать мне приказы.
   - Как знаешь. Но, если ты не выполнишь мое условие, я брошусь в море, как только мы отплывём.
   - Решила стать кормом для акул, дорогая?
   - Уж лучше так, и не думай, что меня сумеют удержать твои запоры или охрана. Ты, очевидно, ещё не знаешь, на что способна русская женщина, тем более мать.
   Нутром Али чувствовал - она не шутит - и сдался, удивившись тому, что в очередной раз уступает женщине. Он вышел быстрым шагом и отдал распоряжение принести мальчика. Слуга со всех ног бросился исполнять приказание.
   Через два часа, Алёна стояла на палубе яхты, прижимая к груди посапывающего во сне сына. Глядя на родное личико, она счастливо улыбалась, наконец-то они вместе. Теперь уже никогда она не позволит, чтоб их разлучили.
  
  
   Глава 18
  
   Мужчины уже час ждали Алёну в условленном месте, но она так и не появилась.
   - Что могло произойти, Игорь, неужели она, действительно, счастлива в этом гареме? Но, чёрт возьми, я не мог ошибиться, я же чувствовал, она рада, что мы её нашли. Не могла же она за короткий срок научиться так притворяться? Или могла? А? Что ты думаешь? Ты больше меня знаешь, как здесь живут, какие нравы, обычаи.
   - Погоди, не горячись. Есть только один выход, проверить, где она - встретиться с Али. Зная изобретательность моего друга, я опасаюсь худшего. Или мы не всё продумали, или он раскусил Алену. Тебе не стоило идти на встречу, но разве тебя что-нибудь остановило бы? Если он нас вычислил, значит, все намного хуже, чем я думал. Неужели он спрятал Алену? Невероятно!
   - Но факт. Она же не пришла.
   - Будем надеяться на лучшее, может, просто что-то сорвалось, и Алёна ждёт удобного случая, чтобы сбежать. Может, служанку сменили, и из опасения, что та выдаст, она отложила побег. Мне не вериться, что она влюблена в Али, хотя очень старалась, чтоб именно ты в это поверил. Возможно, наш друг сумел убедить её, что ты женился на Лике. Или шантажирует ребёнком.
   - Возможно, ты прав. Мне тоже показалось странным: она уверена, что мы с Ликой проводим здесь медовый месяц. Вот подлец, и что я не задушил его прямо там, в ресторане, а сидел и, как идиот, созерцал его самоуверенную физиономию. Ух, руки так и чешутся!
   - Погоди немного, может, на твою долю и выпадет такой случай, хотя не думаю, что нужно провоцировать третью мировую войну. А! Кому я говорю, от тебя всего ожидать можно, - Игорь направился прямиком к воротам виллы.
   - Вам кого? - охранник преградил дорогу, хотя было видно, что узнал гостя, - хозяина, нет, и не будет в ближайшее время. Доступ во дворец запрещен.
   - Тогда позови управляющего. Я друг вашего господина, и не думаю, что он обрадуется, когда я расскажу о приёме, какой ты мне тут устроил. Живо доложи о моём приходе.
   - Здравствуйте, уважаемый, вы не сердитесь, что с них взять, тёмный народ.
   - А вы кто?
   - Я управляющий.
   - Ни разу вас не видел здесь. А где Абдула?
   - Его уволили.
   - Понятно. А хозяин ваш ничего не просил передать мне?
   - Хозяин приказал всем сообщать, что он и его невеста отправились в путешествие. Куда и на сколько не говорил. Да и зачем мне знать, я человек маленький, мне приказывают, я исполняю, - хитрые глаза метались, было очевидно, что врёт.
   - Когда он уехал? И на чём? - Игорь терял терпение.
   - Часа три тому назад. Их яхта давно в море.
  
   Приехав в порт Джебель-Али, друзья первым делом решили разузнать, куда отправилась яхта. Как в любой стране во все времена деньги творят чудеса. За немалое вознаграждение им стал известен приблизительный маршрут в королевство Саудовской Аравии. Никто не давал гарантий, что он верен, ведь Али мог и передумать, кто же ему запретит, он хозяин.
   Меньшиков дозвонился до своего начальника охраны Глеба Зарубина.
   - Привет, Глеб. Срочно собери человек десять - двенадцать ребят, покрепче, из бывших спецназовцев, желательно, кто прошёл Чечню, и немедленно отправляйтесь сюда ко мне.
   - Проблемы, шеф?
   - Да. Но это не по телефону. Чтоб не привлекать внимания, возьми мой самолёт, будете сопровождать знаменитую актрису и её мужа. Ты меня понял?
   - Да, конечно. Всё сделаю, как можно быстрее.
   - Тогда действуй, - Андрей сунул мобильник в карман и невесело улыбнулся Шубину:
   - Доходит до смешного, Игорь, я ощущаю себя Рескатором, который в поисках Анжелики колесит по Средиземному морю. Слава Богу, сейчас нет рабства, а то мне, того и гляди, пришлось бы выкупать любимую на невольничьем рынке.
   - Кто знает, что придется делать...
   - Что ты имеешь в виду?
   - Знаешь, Андрей, иногда мне кажется, что ты пришелец с другой планеты. Ты, что, газет не читаешь или телевизор не смотришь?
   - Я работаю. Мне времени не хватает всякой ерундой заниматься.
   - Вот-вот, оно и видно. А сейчас, между прочим, не секрет, работорговля набирает силу, это очень выгодный бизнес. Молодых девушек продают в бордели, детей в бездетные семьи. И это в лучшем случае.
   - А в худшем? Хотя куда уж хуже?
   - В худшем - убивают для донорских органов.
   - Не пугай! У меня и так мозги набекрень.
   - Я не пугаю, а говорю, что может случиться, если Али вдруг надоест играть роль любовника.
   - Я убью этого выродка!
   - Если убьёшь, то никогда не узнаешь где Алёна, а так хоть какая-то надежда остается.
   - Какой ты умный, и чтоб я без тебя делал!
   - Не психуй, я здесь не при чём.
   - Ладно, извини.
   - Проехали, - оба сидели молча, думая каждый о своём.
   - Скажи, Андрей, только честно. Если такое на самом деле произойдет, и Алёна попадёт в бордель где-нибудь в Гонконге, ну, сам понимаешь, что там с ней могут сделать.
   - Да уж не дурак, понимаю.
   - Я не об этом. Будешь ли ты продолжать искать её и дальше, сможешь любить как прежде?
   - Да всю жизнь, пока дышу, - просто, не задумываясь, ответил он.
   - Тогда ты всегда можешь на меня рассчитывать. Будем искать вместе. В том, что произошло с Алёной, есть и моя вина, и мой долг помочь тебе вернуть ее.
   - Я в этом и не сомневался. С тех пор, как узнал тебя ближе, твоя порядочность не вызывает сомнения. Я бы с тобой в разведку пошел.
  
   С тяжелыми мыслями Людмила и Вениамин сидели на диване в салоне самолёта, тесно прижавшись, друг к другу.
   - Знаешь, дорогая, я иногда начинаю думать, что совершил большую ошибку, превратив её в красавицу. Может, не возникало бы столько проблем, как сейчас. Немыслимо, но мужчины, которые хоть однажды её видят, начинают сходить с ума от любви.
   - Не терзай себя так, что случилось, то случилось. Ведь ты желал нашей девочке только добра. Будем надеяться, что Андрей найдёт Алёну.
   - И я надеюсь на это. У него слишком большое чувство, он искренне любит её. Не удивительно, что не находит себе места, зная, в какой она беде. Я думаю, что он будет искать её, даже если не останется никакой надежды на встречу. По истине, любовь творит чудеса, если даже такой, как Меньшиков, всегда холодный и рассудительный, потерял голову. Но, к сожалению, любовь не всегда бывает счастливой.
  
  

Глава 19

   Алёна вышла на палубу подышать свежим воздухом. Сынишка спал, сытый и убаюканный материнской лаской, он был далёк от всего плохого, что происходило с его матерью. Облокотившись о перила, она вспоминала ту ночь, когда увидела спящего Андрея, и как потом их смыло волной в море... Мысли девушки были прерваны голосом капитана, который обращался к Али.
   - Вы были правы, господин, после нашего отплытия, двое мужчин интересовались маршрутом яхты. Судя по их поведению, они намерены вас преследовать. Тот, что повыше, черноволосый, произнёс, что когда отыщет Вас, пощады от него не будет. Он не шутил, мой господин. Вы уверены, что нам не стоит повернуть назад?
   - Нет, мы продолжим наше путешествие, как я и задумал. Меня возбуждает такой риск. Впервые мне встретился достойный противник. А нашим преследователям в конце пути понадобиться немало мужества, чтоб пережить то, что я для них приготовил. Если, конечно, эта дикая козочка не перестанет брыкаться, после того, как я уложу её на своё ложе. Ты же знаешь, я не привык проигрывать. Так что не будем говорить о том, что собирается сделать этот сумасшедший влюбленный. Мне не до его проблем. У меня начинает закипать кровь, когда представляю, как она будет дрожать от желания, я сумею заставить ее забыть остальных мужчин.
   - И все же, мой господин, может, стоит отказаться от этой женщины. У неё чересчур горячие родственники, откупиться, как от той, что Вы украли в прошлый раз, будет сложно. Та девушка была из бедной семьи, а эта, похоже, не бедствовала.
   - Заткнись. Не твоего ума дело. Советов мне не нужно, сам разберусь. И если тебе дорога твоя ничтожная жизнь, убирайся с глаз моих, займись своими делами, а в мои - не суйся.
   Капитан не на шутку испугался, он позволил себе вольность - давать совет хозяину. Он знал, что если Али в таком настроении, от него можно ожидать любой подлости, обид он не прощает. Многие поплатились за это головой. Всех сбивает с
   толку его чарующая улыбка, тихий голос, но никто лучше капитана не знает истинно-чёрной души хозяина. Много гнусных делишек творил он на этом корабле, а сколько девушек, попавших сюда, больше не увидело родного берега! Кого продали, а наиболее строптивых поглотило море.
  
   Алёна стояла, ни жива - ни мертва: то, что она слышала, не плод её воображения? Нет, своим ушам она ещё может верить. Значит, Али ещё опасней, чем она себе представляла, и ей вдвойне надо быть начеку. А что она, одинокая беззащитная женщина, может противопоставить ему, сильному и беспощадному? Как оградить себя от его посягательств? Ей стало ясно, что Али и не собирался жениться на ней, им двигала только похоть. И объектом для своих развлечений на сей раз он выбрал её, Алёну. Удивляло то, что столько времени он себя сдерживал, но ведь его терпение кончится. По лицу девушки текли горячие слёзы, слёзы жалости к себе, слезы бессилия и отчаяния. О том, что может её ожидать в будущем, она старалась не думать, иначе можно сойти с ума. Тяжело передвигаясь, как будто на неё давила вся вселенная, она побрела в каюту и, закрывшись на замок, упала на кровать, провалившись в беспокойный с кошмарами сон.
   Алёна не знала, сколько прошло времени с того момента, как она отключилась, но пробуждение было продолжением кошмара. С трудом она начинала понимать, что это не сон, и в дверь каюты действительно кто-то ломится. Приподнявшись, она с испугом спросила:
   - Кто там, что вам нужно?
   - Открывай, это я, твой хозяин! - гневный голос Али сотрясал стены. От нетерпения он стал выбивать дверь, и под натиском она треснула, слетела с петель и с бешеным грохотом свалилась на пол. Али стоял в дверном проёме, сжимая от злости кулаки, глаза, налитые кровью, светились в темноте двумя алчными огнями. Медленно, как в замедленной съёмке, он стал приближаться к испуганной, притихшей женщине. Разбуженный шумом малыш захныкал, а так как к нему никто не подошёл, разразился громким плачем, требуя внимания. Душераздирающий крик ребёнка не остановил насильника, а лишь взбодрил его больное воображение. Навалившись на девушку всем телом, он придавил её к кровати, лишая возможности сопротивления. Его рот отыскал губы Алёны, практически насилуя их, будто он хотел растерзать её. Задыхаясь под тяжестью, она из последних сил старалась оттолкнуть его от себя, извивалась как змея, что ещё больше возбуждало Али. Он был пьян, от него несло как от винной бочки, ей становилось нечем дышать. Хриплые стоны мужчины становились всё громче, он терял остатки человеческого разума, разрывая одежду, мешающую ему увидеть обнажённое тело жертвы. Алёна увернулась, ещё от одного поцелуя, если таковым можно было его назвать. Из покусанных губ девушки струйкой стекала кровь. Собрав всю оставшуюся силу, на которую была способна, она изловчилась, и, уперев ноги ему в живот, отшвырнула от себя. Не ожидая такого от хрупкой женщины, Али отлетел на пол. Но, быстро встав на ноги, с новой силой обрушился на неё. Алёна успела соскочить с кровати и влепила ему пощёчину, которая эхом отозвалась в каюте.
   - Ты совершила огромную ошибку, женщина, ещё никто не поднимал на меня руку, - прохрипел угрожающе Али, - ты за это поплатишься, сучка, я задушу тебя своими руками и выброшу за борт на корм рыбам.
   - Лучше быть съеденной рыбами, чем познать унижения от твоих мерзких прикосновений. Ты мне противен, я тебя ненавижу! - сквозь рыдания кричала Алёна, она уже не сомневалась, что скоро умрёт, и ей было всё равно
   - Ты хочешь смерти вместо моих ласк, но нет, такого подарка я тебе не сделаю, это будет слишком маленькой местью. Ты никогда больше не увидишь своего ублюдка, а для тебя это хуже смерти. Если ты надеешься, что твой любовник найдёт и спасёт тебя, то знай, я и для него приготовил сюрприз. Ты не захотела быть моей, но и он тебя тоже не получит. Хотя.... Я-то ещё могу поиметь тебя, как захочу. Но не сейчас. У меня пропало всякое желание прикасаться к шлюхе. Ты ещё не раз вспомнишь меня, когда тебя будут трахать все, кому не лень, и пожалеешь, что не отдалась мне. Я продам тебя, как надоевшую, ненужную вещь. Ты проклянёшь день, когда осталась жива! - и, злорадно хохоча, вышел из каюты. Как только затихли его шаги, Алёна бросилась к заходившемуся в плаче сыну, прижала к своей груди и, глотая слезы, стала успокаивать.
   - Всё, мой сладкий, успокойся, мамочка с тобой, теперь всё будет хорошо. Ну, родной мой, хватит плакать, - она гладила сына по маленькой головке, укачивая, и нежно целуя в заплаканные глазки, пока слёзы не высохли, и малыш окончательно не успокоился. Перепеленав и накормив ребёнка, Алёна стала размышлять над словами, брошенными напоследок Али.
   - Бред какой-то. На дворе двадцать первый век, а не средневековье. Торговля людьми давно запрещена. За это полагается сажать в тюрьму. Да, но это в той, прошлой моей жизни. А то, что происходит со мной сейчас, вообще никакой логике не поддается. В детстве на ферме, хоть и тяжело приходилось, но жизнь текла тихо, потом замужество, встреча с прекрасными людьми. Этим в принципе и заканчивался её жизненный опыт, её всегда кто-нибудь опекал. Вначале тётка, потом муж и мама. Мысленно Алёна попрощалась с родными и сыном.
- Прости малыш, если в трудные минуты, рядом не будет твоей мамочки. Видимо, там, наверху, кто-то забыл внести меня в список счастливых людей, полагая, что для меня такая щедрость не обязательна. Но если они решили, что ты получишь её за нас обоих, я не буду обижаться, а только скажу им за это спасибо. Видишь, твоя мамочка уже начинает сходить с ума.
   Часов не было, а за пределы виртуальной тюрьмы её не выпускали. Она была рада, что Али больше не пытался приставать к ней, и если бы не кусок лепёшки и стакан воды, который ей приносили, можно было подумать, что о её существовании попросту забыли.
   Но всё когда-то кончается. Дверь каюты внезапно открылась, вошли двое мужчин и, не говоря ни слова, выволокли Алёну на палубу. Яркий солнечный свет ударил в глаза, лишая девушку зрения. Грубые руки подхватили и бросили в лодку, на колени гогочущих, извергающих зловоние мужчин. Придя в себя от столь дикого обращения, Алена увидела, как они всё дальше и дальше отплывают от яхты. Её увозили одну, без сына. Когда уже на суше её пытались запихнуть в машину, взлохмаченная и обезумевшая от горя женщина с криком вырывалась и бросилась в воду, туда, где находился ребёнок. И двух метров не проплыла она, когда её настигли и вытащили за волосы на берег; сильный удар по голове увел жуткой из реальности.
  
   Али не стал спрашивать покупателей, для кого приобретают товар, лишь поинтересовался, в какую страну. Облегчения на этот раз он не ощущал, как обычно бывало после удачно проведённой сделки. Чувствовал себя отвратительно, а ведь радость всегда наступала, когда он избавлялся от надоевшей женщины. Но раньше всё было по-другому, он пресыщался ласками, ему требовалась новизна и очередной роман, женщина становилась нежеланной и ненужной. А к этой, строптивой, хрупкой, недоступной и такой прекрасной, помимо своей воли он испытывал любовь и уважение. После столь неудачной попытки овладеть ей, старался держаться подальше от ее каюты. Впервые не добившись своего, он боялся рискнуть вторично, чтоб вновь не быть отвергнутым и в порыве гнева, действительно, не убить её. Али в бинокль наблюдал за тем, что происходило на берегу, видел, как сбитая с ног кулаком женщина упала на землю и больше не шевельнулась. Как потом её бросили в багажник машины, и та рванулась с места.
   - Капитан, лодку, живо! Мы должны догнать их, я передумал, хочу вернуть её. О, Аллах! Быстрее!
   Попытки догнать машину оказались тщетными, когда добрались до маленького аэродрома, самолёт был уже в воздухе, увозя Алёну и неутолённое желание Али, которое грызло изнутри, как мышь корку.
   - Значит, на то воля Аллаха, - вздохнув, прошептал он.
  

Глава 20

   Четыре дня ожидания показались приятелям вечностью. Самолёт прибыл по расписанию, Людмила и Вениамин не могли дождаться, пока подадут трап, и они встретятся с Андреем.
   - Здравствуй, мой мальчик, как дела? - доктор волновался так, что руки его дрожали, а усы постоянно подпрыгивали вверх.
   - Здравствуй, Андрюша! - актриса от Бога, Людмила в любых обстоятельствах, умела держать себя в руках, - ты видел мою девочку?
   - Да. Но, к сожалению, не долго. При нашей последней встрече, она выглядела нормально. Я в смысле здоровья, роды прошли хорошо, у нас сын.
   - Боже мой, Людочка, у нас внук. Ты его видел, на кого он похож?
   - Доктор, я не видел сына, а теперь Али и Алёну увёз в неизвестном направлении. Мы с Игорем наняли яхту, и теперь, когда команда прибыла, отправимся вдогонку. Я обещаю вам, мы приложим все усилия, чтобы отыскать её.
   - Мы с вами, - в один голос заявили родители девушки.
   - Не обижайтесь, но вам необходимо остаться здесь, в отеле. Если с нами, не дай Бог, что-то случится, поиски Алёны придётся продолжать вам.
  
   Глеб руководил погрузкой, ребята осваивали каюты, а Игорь договаривался с капитаном судна об оплате. Андрей, не отрываясь, смотрел в морскую даль. Когда в трёх милях от берега показался корабль, судно наших приятелей отшвартовывалось от пирса. Один из грузчиков стал показывать вдаль и что-то кричал Меньшикову. Игорь прислушался к словам и перевёл дословно Андрею.
   - Это господин. Вы хотеть его видеть, надо ждать.
   - Что за чушь он несёт?
   - Погоди-ка, может, и нет. Смотри, куда он тычет пальцем, в яхту, что проплыла мимо нас.
   - Капитан, кому принадлежит этот корабль?
   - Господину Али. Его все знают, у него много яхт, очень много, он хозяин.
   - Разворачивай посудину, капитан, мы возвращаемся.
   - Значит, вы заберёте деньги обратно?
   - Нет, всё останется тебе за услугу. Как только стемнеет, пришвартуешься к самому борту яхты, да так, чтоб не одна муха не проснулась.
   - Как так? Это же хозяин Али, он сильно разозлится.
   - Ничего, как-нибудь переживёт. Зато ты хорошо заработаешь, а если всё сделаешь так, как тебе говорят, получишь ещё половину того, что мы тебе дали.
   Андрей, Игорь и спецназовцы тихо пробрались на борт и рассеялись по палубе. Они собирались без шума отыскать и забрать Алёну. Но их присутствие обнаружили, завязалась драка. Андрей без раздумий включился в бой, не замечая лиц, не задумываясь, что будет дальше. Схватка закончилась быстро. Люди Али, охая и корчась от боли, лежали по всей палубе. Спецназовцы слегка почёсывали ушибленные места, в любую минуту готовые к новой битве. Капитан с кряхтением сел на корточки и поднял руку в знак того, чтоб его выслушали.
   - Кто вы такие? Что вам нужно от нас? Эта яхта является частной собственностью. За нападение и угрозу нашему господину вас ожидает смертная казнь.
   - Меньшиков схватил капитана за шиворот, приподнял и жёстко произнёс:
   - Я знаю, чья эта собственность, и мне плевать на твои угрозы. Твой хозяин прячет здесь то, что принадлежит мне. И если ты не скажешь, где спрятана девушка, я вытрясу из тебя все внутренности, - Игорь еле успевал переводить, чтоб капитан понял, о чём идёт речь.
   - Отпусти его, мой слуга быстрее откусит себе язык, чем ответит на твои вопросы, - на палубе появился разбуженный шумом Али.
   - Где она? - Андрей терял терпение, Игорь успел придержать его, чтоб тот не наделал глупостей.
   - Хороший вопрос, - он просто-напросто издевался над ними, - а-а-а, вот и ты, мой несравненный друг, его я ещё могу понять, но вот тебя-то что сюда занесло? Или любовный пыл всё ещё не дает спокойно сидеть дома?
   - Знаешь, Али, - не выдержал и Игорь, - таким как ты, не место среди людей, сожалею, что считал тебя другом. Ты не имеешь права называться мужчиной. Я тебя презираю и рад, что могу сказать тебе это в лицо.
   Андрей не стал дожидаться, что скажет Али в своё оправдание, схватил в охапку и потащил в каюту. Тот даже не думал сопротивляться, сбитый с толку столь пренебрежительным отношением к своей особе. Притащив его, Андрей с такой силой швырнул об стенку, что оглушённый Али некоторое время приходил в себя. Потом вскочил на ноги и бросился на обидчика.
   - Стой, где стоишь, и не делай резких движений для твоей же пользы, - Али остановился как вкопанный, натолкнувшись на холодное дуло пистолета, и стал медленно отступать назад.
   - Мне бы не хотелось проделать дырку в твоей, хоть и гнусной, башке, тем самым лишая твоего папу- шейха будущего наследника престола. Но клянусь, я это сделаю, если ты не отдашь мне Алёну по-хорошему.
   Али оценил всю серьёзность ситуации, видя решительный настрой русского сумасшедшего. Он недооценил противника и проиграл.
   - Её, и вправду, здесь нет, можешь обыскать яхту. Я, как тебе сказать, отправил её в Мексику, погостить. Надеюсь, ей понравится новый хозяин, но вот незадача, я не спросил его адрес и фамилию, чтоб снова не поддаться искушению обладать ей.
   Подонок! - сквозь зубы прорычал Меньшиков,- запомни, если я не найду Алёну, или найду, но будет поздно, вернусь. И тогда, мразь, тебя не одна охрана не спасёт от моей мести.
   Андрей вышел, не обращая на будущего правителя внимания, как будто тот стал пустым местом. На яхте им делать больше нечего.
  
   - Так, ребята, пока Али не опомнился, быстро в аэропорт. Андрей, звони доктору, пусть мигом собираются, я за ними, встречаемся в самолёте.
   - Я не трус, Глеб, и не собираюсь бегать.
   - Угу, только мне от этого не легче, знаешь, очень хочется тебя домой живым доставить, а то, может статься, и в цинке не отдадут, зароют, как безымянного. Да хоть ты ему скажи, Игорь.
   - Он прав, Андрей, надо убираться, и быстрее.
   - Бойцы, твою мать, насмотрелись боевиков. Ладно, поехали, ребята, а то и впрямь за зря головы сложим, а мне ещё Алёну найти надо.
  
   Али было страшно, он хорошо понимал, что Меньшиков не шутил, и его драгоценная особа, действительно, была на волосок от смерти. Если Алёна не выдержит, месть этого русского будет страшной. Он поёжился от ужаса, змеей вползавшего в душу. Надо обязательно перебороть страх, иначе не избываться от постоянных опасений за свою жизнь. А жить он хотел, очень хотел. Значит надо уничтожить врага прежде, чем тот первым нанесёт удар. Нельзя выпускать Меньшикова и Шубина из страны. Мёртвый враг не опасен, а вот живой - другое дело.
   Проведению было угодно, чтобы Али и на этот раз опоздал. Русские оказались проворнее, а выбить их из самолёта, не привлекая внимания, было невозможно. Как назло, репортёры встречали футбольную команду Франции, приехавшую на отдых. Этим писакам палец в рот не клади, если шумиху поднимут, и дойдёт до отца, то несдобровать. Он никогда не пойдёт на то, чтоб между Эмиратами и Россией, начался конфликт, тем более Президент объединённых княжеств, глава государства и правитель города Абу-Даби может основательно подпортить репутацию его отцу. Через год высший консультативный орган - Федеральный Национальный Совет будет выбирать президента ОАЭ из числа монархов эмиратов сроком на пять лет.
  
   - Андрей!
   - Да, Глеб, вы в аэропорту?
   - Улетайте без нас, мы сами доберёмся.
   - Нет.
   - Всё оцеплено. Головорезы Али нас не пропустят к самолёту, а так, мы в полной безопасности. Билеты купил на ближайший рейс до Лондона. Уже оттуда будем добираться до Мехико. Улетайте, пока не поздно. Здесь полно журналистов, нас не посмеют задержать, а если что, я подниму скандал.
   - Глеб, на тебе родители, и ты отвечаешь за них головой. Понял меня?
   - Мог и не говорить. С нами трое ребят, ты же знаешь.
   - Будь осторожен. До встречи.
  
   Самолёт спокойно вырулил на взлётную полосу. Вылету никто не препятствовал. До приземления в аэропорту Мехико прошло несколько часов.
  
  
   Глава 21
  
   Алёна приоткрыла отяжелевшие веки, перед глазами кружились белые мушки, её подташнивало. Страшная головная боль мешала думать. А осмыслить то, что случилось, было необходимо. Что станет с ней, девушке уже было всё равно, но тревога о сыне не давала покоя.
   Сопровождающие - два гориллоподобных мужика, видя смиренное поведение пленницы, расслабились и потягивали через трубочку коктейли.
   - А ничего девочка, торговец был прав, нашему заказчику такая должна понравиться.
   - Надеюсь. А то плакали наши денежки. Нрав-то у неё, будь здоров какой.
   - Ну, с её кипучим характером он справится, не таких кобылок укрощал. А если что, эту красотку мы в любой бордель продадим, да и сами попользуемся, в накладе не останемся. Ишь, тигрица, так и сверкает глазищами.
   - Все-таки не возьму в толк, зачем нужно было тащить девицу за тридевять земель, их что, у нас не хватает. Да и риску было бы меньше.
   - Наше дело маленькое: заказ получил - товар доставил - деньги взял, и всё, дальше пусть клиент думает. Сам знаешь, похотливые выходки этого козла, тьфу, заказчика, не каждая выдержит, ему спокойнее чужих покупать. Без документов, без денег, куда она денется?
   - Да, это верно. А эта пигалица и месяца не протянет, посмотри на неё, ветром качает, бледная как смерть. Даром, что красива.
   - Ну ты даёшь, ты видел, как эта, с косой, выглядит? За тобой, что ли являлась?
   - Тьфу, ты, типун тебе на язык. Все, кажется, долетели. Пристёгиваемся. Эй ты, пристегнись!
   Самолёт мягко приземлился, мотор затих, подали трап. Санчо подошёл к Алёне и потряс за плечо, - вставай, приехали, - девушка не отреагировала.
   - Вот, чёрт! - он рывком поднял её с места, но, так как ноги не держали ее, вновь чертыхнулся, взял на руки и вынес из салона.
   Возле трапа их дожидалась машина. В утренние часы на маленьком аэродроме, принадлежавшем аэроклубу, кроме обслуживающего персонала никого не было. Ученики и их тренеры появлялись только к десяти часам утра. На женщину, которую вынесли на руках, никто не обратил внимания, мало ли с кем плохо в самолёте бывает, укачало, наверное.
   Машина проехала пропускной пункт и вырулила на трассу. Миновав несколько населённых пунктов, ни в одном из которых, однако, не остановилась, свернула на просёлочную дорогу, обсаженную огромными деревьями. За четвёртым поворотом показался трёхэтажный особняк с колоннами. Лужайки возле дома были ухожены, живая изгородь недавно пострижена, а вокруг благоухали ароматами всевозможные экзотические цветы. Солнце ещё не раскалило землю, и птицы заливались на разные голоса.
   Алёну принесли в комнату с плотно зашторенными окнами и уложили на кровать. Женщина оглядела неподвижное тело, горько вздохнула и стала раздевать. От прикосновения прохладной губки, которой её обтирали, девушка пришла в себя и открыла глаза.
   - Вам уже лучше? - спросила участливо женщина. Она была чуть выше среднего роста, смуглая, полноватая, чёрноволосая, аккуратно одетая и причесанная, в накрахмаленном белом переднике. Но девушка ничего не ответила, только застонала и снова погрузилась в глубокий сон.
  
   В столовую, где поставщики пили холодный лимонад, так как других напитков им не предложили, быстрой походкой вошел раскрасневшийся мужчина. От быстрой верховой езды волосы его растрепались, а костюм и сапоги покрылись пылью. На вид ему можно было дать лет 35 - 40.
   - Привезли? Проблем не было? Прошу в кабинет, там поговорим, - мужчины поднялись и поспешили за хозяином ранчо.
   - Проблем не было. Только вот девушка очень слаба, возможно, прежний владелец плохо заботился о товаре. Но красива, спору нет; мне, если честно такой ещё видеть не приходилось, разве что на картинках. Одни глазищи чего стоят, горят как у дикой кошки.
   - Хорошо. То, что слаба - не проблема, откормим. Деньги возьмёте у управляющего, он в курсе. А теперь прошу прощения, дела. Когда будет нужно, я вас сам найду, больше здесь не появляйтесь.
   Карлос, так звали хозяина, к которому попала Алёна, без стука вошел в комнату. Ему не терпелось взглянуть на девушку и убедиться, так ли она прекрасна, как её расхвалили. Вначале он увидел глаза, как два огромных изумруда, смотревшие на него, головку покрывала копна длинных пепельных волос. Брови, как крылья ласточки, разлетались в стороны, маленький аккуратный носик был немного вздёрнут, горделивый подбородок чуть подрагивал, розовые лепестки губ слегка приоткрылись, обнажая жемчужные зубы. Бледность лица подтверждала, что Санчо, похоже, был прав, когда говорил, что ей досталось. Бывший хозяин девушки предупредил, что она не сговорчива, и в постель её уложить трудно. Но в этом-то и весь кайф! Карлосу нравилось укрощать лошадей, да и девиц тоже, покладистых терпеть не мог, а натешившись вволю, быстро избавлялся от них. Санчо же доставлял очередную "игрушку" так быстро, что он не испытывал дискомфорта без женщин. Эта гордячка ему очень даже нравится, а укрощение строптивых - его конёк.
   При появлении незнакомого мужчины, который откровенно её рассматривал, как товар при покупке, Алёна содрогнулась и в ужасе отпрянула, когда он приблизился. Что ему от неё нужно, было понятно и без слов, стоило только увидеть его довольный взгляд и похотливую ухмылку. Девушка напряглась и приготовилась к обороне, хотя сил не было даже рукой шевельнуть, а при каждом повороте головы боль была адская. Но к её великому удивлению и радости, вдоволь насмотревшись, он покинул комнату, так ничего и не сказав. В течение двух недель он своими визитами Алёну не беспокоил.
   Молодой организм быстро шёл на поправку, Алёна вновь расцвела, как весенний цветок, щёки приобрели нежный румянец, бледность с лица исчезла. Головная боль прошла, и тошнота больше не беспокоила. Впервые девушке было позволено встать с постели и покинуть комнату. Ей разрешили совершать недолгие прогулки по саду, так как знали, что бежать ей некуда. Алёна была рада возможности побыть на свежем воздухе и старалась почаще выбираться в сад. Но долго блаженствовать в одиночестве ей не пришлось. Из-за дерева показался мужчина, которого она видела в первый день. Он шёл уверенной походкой хозяина, которому всё подвластно. Приблизившись настолько вплотную к Алёне, что она ощутила исходящий от него запах лошадиного пота, непринуждённо произнёс:
   - Вот и Вы, сеньорита, я с нетерпением ждал Вашего выздоровления. Разрешите представиться - Карлос. Я хозяин этого ранчо, и Ваш господин, - особое ударение он сделал на последнем слове и покровительственно улыбнулся.
   - Я не служанка и не рабыня, поэтому хозяина у меня нет и не будет. Вы можете насильно овладеть моим телом, я не смогу помешать Вам, но заставить признать Вас господином не удастся. Я свободная женщина, и если Вы потрудитесь навести справки о моей семье, то измените своё отношение ко мне. Могу только догадаться, что Вам меня продали. Моя семья с избытком возместит все Ваши затраты, получите столько, сколь посчитаете нужным.
   -Ты наивна, если бы мне нужны были деньги, то я давно навёл бы о тебе справки. Мне нужна ты, и пока я хочу тебя, я буду твоим хозяином. Если мне надоест с тобой возиться, продам другому, а будешь паинькой, возможно, подумаю насчёт твоего предложения обратиться за выкупом к твоей маме. И запомни, ты - моя рабыня, и будешь делать то, что я тебе прикажу. Твоя жизнь гроша ломаного не стоит. Такие, как ты, нужны для того, чтобы удовлетворять наше плотское воображение, исполнять все сексуальные прихоти. Все, без исключения, которые взбредут мне в голову. И запомни ещё, ты ведь не глупая девочка, что после всех наших игр, ради своей безопасности я и не подумаю отдать тебя родственникам. Это касается и других рабынь тоже. Так что, даже не мечтай, я пошутил о выкупе. Смирись и наслаждайся тем, что получишь от меня. А сейчас пойдём в мою спальню, и ты испытаешь на себе любовь настоящего мачо. О, кошечка моя, даю слово, тебе будет приятно. Алёна отбивалась, как могла от цепких лап негодяя, который настойчиво тянул её к дому. Силы девушки были на исходе, но сдаваться она не собиралась, даже ценой своей жизни.
   - Хозяин, хозяин! - навстречу им бежал слуга, - приехала Ваша невеста со своим отцом. Они послали сообщить Вам, что ждут в гостиной.
   Карлос отпустил девушку и зло отругал слугу, а когда бедолага скрылся из виду, прошипел:
   - Откроешь свой рот и попытаешься привлечь внимание, я просто тебя задушу. Ясно? Ты здесь только служанка и никто более. Иди и приступай к работе. Когда понадобишься мне, позову. И не переживай, крошка, у нас ещё будет достаточно времени поразвлечься.
   Алёна мысленно поблагодарила гостей, так вовремя появившихся в доме Карлоса, и, обессиленная, прислонилась к дереву перевести дух. Немного отдохнув, побрела в дом, чтоб приступить к своим обязанностям прислуги. Это было гораздо лучше, чем то, что могло случиться несколько минут назад.
   - Принёс же их дьявол, когда не надо, - бормотал Карлос. Беспутная жизнь и огромные деньги на покупку рабынь основательно опустошили его кошелёк, и женитьба стала практической необходимостью, которая спасёт от неминуемого банкротства. Приданое невесты закроет брешь в скудном бюджете и принесет немалый доход в будущем. Отец невесты имеет большое влияние в правительстве, занимает пост министра финансов, значит, будет возможность познакомиться с нужными людьми. По всем расчетам Карлоса, это была слишком выгодная сделка, чтоб упустить её. Даже ради таких огромных изумрудных глаз, как у этой девки. Его невеста не отличалась красотой, но, живя в Европе, наделала немало глупостей. Покуривала травку и меняла партнёров, как перчатки. Когда папаша узнал о проделках дочери, его чуть инфаркт не хватил. Спасти ее репутацию могло только замужество, но в своем кругу женихов не нашлось: сплетни распространяются быстро. Тут и подвернулся Карлос, которому было наплевать, на ком жениться, лишь бы деньги были. А их посулили, и не малые. Но папаша ясно дал понять, что с беспутной жизнью холостяка надо распрощаться навсегда. Рогов на голове своей единственной дочурки он не потерпит. И если что, свадьба не состоится. Жениха подыщут другого: таких, без гроша за душой, больше, чем богатых. А потому, раскрыв широко объятия, Карлос устремился в гостиную.
   - Я счастлив, дорогая, что вы приехали. И очень соскучился, любовь моя, -тараторил он, улыбаясь во весь рот, потом нежно поцеловал невесту в губы. - Вы, наверное, устали с дороги, велю сейчас же приготовить вам комнаты и подать напитки. Да, дорогая, я приготовил тебе сюрприз.
   - И что это?
   - Не что, а кто. Нанял служанку.
   - И только?
   - Она иностранка, кажется англичанка, точно не знаю, очень нуждалась в работе. А ты, я же помню, хотела практиковаться в английском языке. Вот я и подумал, что это для тебя станет неплохой школой. Да и девушку было жаль, она была больна и просила о помощи. Ты не сердишься за это на меня?
   - Ну, что ты, Карлос. Я так рада, что у меня будет такой заботливый муж. И не дождусь дня, когда мы поженимся.
  
   Дни проходили для Алёны практически одинаково: прислуживала за столом своей новой хозяйке, помогала укладывать волосы и наносила макияж; после обеда шла с ней в бассейн и натирала её кремом от загара. Алёна ещё в школе свободно говорила по-английски, помог самоучитель и преподаватель, обнаруживший в ней способность к языкам.
   Во дворце Али выучила арабский. Две наложницы были англичанками и с радостью общались с ней на их родном языке. От общения с хозяйской невестой тоже была польза: она обучала Алёну испанскому языку, а Алёна её английскому. Но рассказать девушке правду, что она русская, да ещё куплена как рабыня, боялась, помня разговор с Карлосом, который в красках расписал, что с ней сделает:
   -Ты думаешь, что признаешься, и на этом твои мучения закончатся, ошибаешься. Как личность без документов, без визы на пребывание в стране, тебя упекут в тюрьму. А я скажу ещё, что ты готовила теракт, и у тебя есть сообщники в стране.
   - Это ложь, Вам не поверят, да и доказательств у Вас таких нет.
   - Подумай сама, кто ты, и кто я. Ну, и на чьей стороне будет правда? А доказательства, что? Их легко можно состряпать, дело нехитрое. Однажды у тебя найдут оружие, и это буду я, листовки и ещё что-нибудь, вроде взрывчатки для бомбы. Всё, твоя песенка будет спета, а я окажусь героем, который предотвратит убийство министра - моего будущего тестя. И сгниёшь ты в тюремных отбросах. Да, ещё забыл, при твоей красоте, пройдёшь через постели всех тюремных надзирателей, да и не только их. Пока следствие, то да сё, не меньше армии пропустишь. Уж это я тебе обеспечу.
   После таких перспектив в мексиканской тюрьме по телу побежал холод, и, естественно, ей попадать туда не хотелось. Если признают террористкой, то - пожизненное заключение со всеми вытекающими последствиями, а если повезёт - электрический стул или как тут казнят, она не знала. Так что она решила: молчание-золото, и рта не раскрывала.
  
  

Глава 22

  
   Меньшиков встретил родителей Алёны в аэропорту.
  
   Мехико - это самый крупный, самый старый, и, в то же время, самый стремительно развивающийся город Нового Света. По численности населения он давно превзошёл Москву, Нью-Йорк и Токио.
   Мехико - это живой музей истории цивилизаций. Дата основания города уходит корнями к 1325 году, когда ацтекское племя теночников основало здесь своё поселение Теночтитлан. В 1721 году после долгой осады город пал под натиском конкистадоров, руководимых Эрнаном Кортесом, и только в 1921 году Мехико вновь обрёл независимость. В окрестностях Мехико множество таинственных следов древних цивилизаций. Наиболее значительные из них пирамиды Теотиуакана.
   Самый большой район тропических лесов на юге Мексики к северу от Амазонки. В Голубых горах расположен заповедник биосферы в Монтес Асулис.
В лагунах Монтебельо можно совершить лодочные экскурсии от археологической зоны Чиапа-дель-Корсо до ущелья Сумидеро. А в заповеднике биосферы Эль Триунфо, находящемся недалеко от города Эскуинтла, можно увидеть птицу кетсаль, самую прекрасную в мире.
   Все эти сведения почерпнули волею судьбы путешественники из общего путеводителя по стране, купленного в аэропорту.
  
   Пока дожидались багажа, Глеб вкратце докладывал Андрею:
   - После вашего отлёта оцепление сняли. Проделано всё было так, что никто ничего не понял. Все решили, что такая шумиха поднялась из-за приезда футбольной команды. Им повезло, такого горячего приёма они не ожидали. Мы спокойно дождались нашего рейса, прошли регистрацию и улетели. Если бы Али догадался, кем, на самом деле, приходится Алёне русская актриса, живыми нам вряд ли удалось бы выбраться: к русским туристам был повышенный интерес.
   - Хорошо всё, что хорошо кончается. Глеб, а что за женщина возле Людмилы Федоровны? Ты проверил её документы, может, это подсадная утка?
   - Ты меня поражаешь: недавно издевался, что мы детективов насмотрелись, а сам в шпиономанию ударился. Это знакомая Заречной, мексиканская актриса Ракель. Мы случайно встретились в Лондоне, и женщины договорились лететь одним рейсом. Да, Андрей, я выяснил кое-что об Али.
   - Рассказывай.
   - В ближайшие лет тридцать шейхом ему не стать.
   - Почему? Считаешь, что его отец вечен?
   - Да нет, лет десять или около того он еще будет править Дубаем, но у нашего Али есть два старших брата.
   - И что?
   - Да то: пока жив хоть один из братьев, места шейха нашему "другу" не видать, как собственных ушей. А еще наш уважаемый Али считается в семье белой вороной. Окончил Гарвард, за папины деньги выкупил порт, приобрёл парочку казино, несколько отелей. Поговаривают, что связан с мафией, но прямых улик нет, этот чёрт достаточно умён. Отец, якобы, очень на него сердит и обещает лишить наследства. А если отпрыск во что-нибудь вляпается, то отберёт и всё, что тот имеет. Как тебе новости?
   - Интересно. Может, нас не взорвали в самолёте не из-за журналистов, а из страха перед разгневанным отцом, а?
   - Возможно, ты и прав. Мудрый правитель ради капризов своего дитяти не пойдет на конфликт с другим государством. Будем считать, что шейх обеспечил нам безопасность.
   - Нам, возможно. А вот старшим братьям Али, если тот начнёт рваться к власти, я не завидую.
   - А вот и женщины с доктором, потом договорим.
  
   Ракель предложила Людмиле и её друзьям остановиться в её загородном доме с видом на залив, находившемся в небольшом городке в паре часов езды от Мехико.
   - Нас гораздо больше, Ракель, чем ты думаешь, - пыталась отговориться Заречная, не объясняя истинного мотива приезда.
   - Не беда, места хватит всем, ещё и останется. Отказа я не приму!
   Молодой женщине очень приглянулся высокий черноволосый красавец, и она всеми силами пыталась заманить гостей к себе в надежде на более близкое знакомство с ним. Его взгляд, как магнитом притягивал и опьянял, ей хотелось раздеться, не дожидаясь приглашения. Но, как истинная актриса, она умело скрывала свои чувственные порывы. Тем более, Андрей не спешил кинуться к ней в объятия, смотрел равнодушно, оказывая знаки внимания лишь в рамках вежливости.
   - Надо соглашаться, Андрей! - Глеб отвёл Меньшикова в сторонку и тихо зашептал: - Это нам на руку. В доме Ракель мы не вызовем столько подозрения, как в отеле. Мы больше похожи на ФСБешников, чем на туристов.
   - Ладно, звони ребятам, пусть заказывают микроавтобус и ждут нас. Поедем все вместе. Ох, не нравится мне вся эта затея. Странная она какая-то, эта Ракель.
Глеб рассмеялся:
   - Она женщина, Андрей, просто женщина, а ты с некоторых пор ослеп на оба глаза. Ты ей понравился, вот она и не сводит с тебя глаз, никакого криминала в этом я не вижу.
   - Да ну, тебя, я что, Казанова. Мне сейчас не до женского внимания.
   - Конечно, но она-то этого не знает. Так что терпи, казак, атаманом будешь.
   - Иди ты, сам знаешь куда.
   - Уже иду. Помогу с багажом и найду такси. Ваша машина для всех нас мала, о чём ты только думал, когда брал её в прокате?
   - Честно?
   - Угу.
   - Отвали.
   - Ясно. Вполне в духе влюблённого идиота.
   - За языком следи. Могу и обидеться, я все-таки твой шеф.
   - Но, прежде всего, друг. Уже лет сто, кажется, нет?
   - Всё, проехали, отвяжись! Ни слова о женщинах, а то заору на весь аэропорт. Нервы ни к чёрту, свихнусь скоро. Когда только это всё кончится?!
  
   Ракель не преувеличивала, когда говорила, что места в доме хватит для всех. Людмила и Вениамин заняли спальню на втором этаже, рядом с комнатами Андрея, Игоря и Глеба; сама хозяйка разместилась на третьем, в своих постоянных апартаментах. Ребят поселили в небольшом флигеле во дворе, рядом с домом. Сауна, бассейн и тренажёрный зал были в полном распоряжении гостей. Андрей разрешил денек отдохнуть прежде, чем вплотную заняться поисками Алёны.
   Вечером после ужина Игорь и Глеб вышли на веранду покурить, оставив Андрея на попечение Ракель, Людмилы и Вениамина.
   - Ну, ты даёшь, я бы не решился предложить ему такое.
   - Ничего, переживёт. Ему женское общество пойдёт на пользу, в их присутствии рычать меньше будет. А то почернел весь. Да и родителям с ним спокойнее, не так сильно на них одиночество давит.
   - А ты не боишься, Глеб, что он тебя уволит? Место начальника охраны непросто найти. Я, если честно, никогда не видел, чтобы с шефом разговаривали так, как ты с Андреем. Мои подчинённые так себя не ведут.
   - Нас с Андреем связывает гораздо большее, чем работа: мы - давние друзья. Начну с самого начала, чтоб ты понял. Моя мама работает главным врачом первой детской неврологической больницы, директор школы для одарённых детей с обязательным изучением иностранных языков (не по школьной программе, а гораздо глубже: все выпускники владеют двумя- тремя языками) - мой папа. Так что, понимаешь, мне сам Бог велел учиться именно там. Мы с Андреем с первого класса знаем друг друга. Я гением никогда не был, учился средне, и только благодаря отцу не вылетел из школы с треском, как обыкновенная посредственность. Требования у нас были раз в сто выше, чем в обычной муниципальной школе. Преподавали профессора, был даже один академик. Языки мне давались легко, так как с детства папа говорил со мной на английском, мама - только по-немецки, а бабушка - по-французски. Воспитывали меня, как паиньку, и до пятого класса водили за ручку. Но стоило мне попасть на улицу, где жизнь диктовала свои законы, я стал получать по полной программе. Вопрос встал так: или спрятаться за мамкину юбку, или научиться себя защищать, так как ежедневно приходил то с синяком, то с разбитым носом. Мама плакала, а папа сказал, что я будущий мужчина и отдал в секцию бокса. Уже через год, я перешёл в нелегальный тогда ещё клуб, где обучали кик-боксингу. К концу восьмого класса я сам, кому хочешь, мог надрать задницу: во дворе боялись, в школе уважали.
   Андрей же, в отличие от меня, был до неприличия способным. Учёба давалась ему легко, а трудные алгебраические задачки, он, как орехи, щёлкал. В школу и обратно его возил на машине телохранитель. Можешь себе представить, как он выглядел в моих глазах. Всегда чистенько одет, при бабочке, такой умненький мальчик в коротких штанишках. После смерти родителей крёстный чересчур уж опекал его. Так вот, однажды уроки закончились раньше обычного (заболел преподаватель), машина еще не пришла, и Андрей, по наивности, решил доехать до дома на метро. Метров двести от школы отошёл только, как его окружила местная шпана. Их привлек его вид, уж больно он был интеллигентным, а значит при деньгах. Вот после этого случая мы и стали друзьями.
   - Значит, ты спас его?
   - Спас? Громко сказано. Я подбежал, когда драка была в самом начале. Я ведь тоже всегда думал, что Андрей слабый, ну вот и решил помочь парню, все-таки из одной школы. Андрей стоял, окружённый пацанами, уже с разбитой губой, но не струсил, не просил пощады. Я и не помню, как влетел в этот круг и заорал, что, мол, Андрюха, не дрейфь, я с тобой и что-то в этом роде. Как в кино, честное слово, встали спина к спине и отражали удары.
   - Ну и отбились?
   - Куда там, ещё человек десять набежало. Здорово нам тогда досталось, но и им тоже. Они не ожидали, что мальчики в костюмчиках драться умеют. Оказывается, Андрюху тренер дома русской борьбе обучал. Вот так. Я тогда первый раз увидел, что это гораздо круче, чем самбо и кик-боксинг, вместе взятые. Только сами мы бы тогда все равно не отбились. Спасибо, телохранитель вовремя подоспел, он и был тем тренером. Пацанов местных за пять минут всех раскидал, нас запихнул в машину и отвез в больницу.
   Синяки прошли, царапины зажили, поломанные рёбра срослись. А мы с тех пор стали неразлучными друзьями, пока школу не закончили. Потом каждый пошёл своей дорогой: Андрей в университет, а я вместо института - в армию.
   - И как ты там оказался?
   - Как все, по призыву. Это отдельная история.
   - Расскажи, я ведь в армии не был.
   - Да по-дурацки всё вышло. На первом курсе института после занятий часто болтался в барах, на тусовках с компаниями балдел, девочек снимал. В то время как раз разборки крутые начались, раздел между братвой пошёл: кто, где хозяйничать станет. Вот на одной из таких разборок двух ребят застрелили, я попал под следствие. Три месяца в СИЗО просидел, отпустили из-за недостатка улик. Из института выперли. Дома с родителями большой скандал произошёл, я разозлился, пошёл в военкомат и попросился в армию. Мать, когда узнала, чуть с ума не сошла, единственное чадо кинулась выручать. Военкому всю плешь проела, доказывая, что они не имеют права меня из родительского дома забирать. Военком мужиком неглупым оказался, уверил родительницу, что дальше Москвы меня не отправит, она немного успокоилась.
   - Слово то сдержал?
   - Ага, просмотрел моё личное дело, и как физически прекрасно подготовленного отправил в Чечню.
   - Ничего себе, удружил. И кем?
   - Разведка, спецназ, всего хватало. На войне, как на войне, все средства хороши. Потом, когда вернулся, крыша совсем поехала. Опять всё закрутилось, старые дружки, попойки, разборки, Я ведь себя крутым мнил: на войне побывал. А чёрных ненавидел! От них меня просто трясло. Как вспомню, что они с нашими ребятами, которые в плен попадали, делали, совсем зверел. Одного так отделал, что не оттащи ребята вовремя, тот бы Богу душу отдал. Меня опять загребли, теперь уже надолго. Светило до восьми лет. Денег на хорошего адвоката не было, все сбережения скушал дефолт.
   Как удалось матери разыскать Андрея, ума не приложу, к тому времени мы с ним года три не встречались. Когда ко мне в тюрьму явился адвокат и стал уверять, что выиграет процесс, я, честно сказать, сильно засомневался. Ребята по камере, когда услышали фамилию адвоката, только присвистнули: обычным людям его не просто было нанять. Он защищал главарей криминального мира и олигархов, словом, тех, кто платил очень большие деньги. Меня отпустили из зала суда. Андрей так и не сказал, во что ему обошлось моё освобождение.
   Образования я не получил, значит, и на хорошую работу рассчитывать не приходилось. Антон Алексеевич пожалел меня - непутёвого, взял в охрану. Когда Андрей окончил университет и приступил к работе, меня определили к нему телохранителем. Наверняка, это опять Андрюхина забота. Вот только вопрос: кто чьё тело охранял, я его или он моё?
   - По идее, ты его, а как иначе, на то ты и телохранитель.
   - Угу. Да только всё наоборот получилось. Я решил выпендриться перед своей девушкой, пригласил в казино, бабками начал швыряться. По штуке баксов на кон кидал, иногда удваивал или утраивал. Мне чертовски везло, выиграл раз в двадцать больше, чем принёс. Светка, как могла, уговаривала остановиться, но, где там, меня понесло. Мы поругались, и я послал её куда подальше. Она расплакалась и убежала. А буквально через час, я остался без гроша за душой, даже за выпивку нечем было расплатиться. А влил в себя я немало. Помню только, что, когда охрана пыталась выставить меня, орал на всё казино, чтоб мне вернули мои деньги, что все - жульё и всё в таком роде. Меня скрутили, но я так разошелся, что расшвырял четверых, как котят. Мне дали по башке и доволокли до дверей, там я очухался и давай крушить в вестибюле зеркала; охраны набежало человек десять, прибили бы точно, но, появился Андрей с нашими ребятами. Как после этого в чудеса не поверить? Что там началось, сам можешь догадаться. Один из охранников казино выстрелил в воздух, мы все замерли, а тут, как назло, директор нарисовался, я его в охапку, и ну орать, что прикончу, если нас сейчас же не выпустят. А кто нас держал-то? У парня нервы сдали, он, с перепугу, и пальнул в меня, Андрей закрыл нас с директором собой. Кто бы из нас двоих Богу душу отдал, не знаю, но пулю эту получили не мы. Мы с ребятами его подхватили и в больницу. Когда держал Андрея с дыркой в груди на руках, протрезвел мигом, боялся - всё, умрет! Слава Богу, довезли, успели. Пять часов шла операция, всего на два сантиметра, пуля, выше сердца прошла и в легком застряла. Потом, он в коме долго был. Я, когда в больницу его вёз, зарок себе дал, если выживет, в рот больше спиртного не возьму и играть брошу. Даже учиться поступлю. Если бы ты только знал, что я тогда чувствовал, всё думал, а вдруг.... Как жить после этого буду?! Обошлось.
   - А как он в казино оказался?
   - Ему Светка позвонила, сказала, что я в большой опасности. Андрей за городом был, в гостях у крёстного, пока доехал, пока ребята вызвонил, час с лишним прошёл. Однако вовремя спасли мою шкуру.
   - А кто стрелял, нашли?
   - Да в тот же день. Я с ребятами, как только Андрюху в операционную увезли, вернулся обратно, по дороге позвонил своим бывшим друзьям, так что в казино нас человек около тридцати ворвалось.
   - С оружием?
   - Ну не с дубинками же, ты, как ребёнок, Игорёк. Кто же после того, что там произошло, с пустыми руками поедет. Но, как только мы вошли, вернее, вышибли дверь (заведение уже закрыли), директор того парня сразу сдал. На кой ляд он ему нужен? А чтоб мы его не растерзали, представляешь, сам его в милицию отвёз. Ну, тот чистосердечно признался, что стрелял в Андрея, вернее в меня, но попал в другого. Директор, когда узнал, кто пострадавший, чуть в бега не ударился, сердечный, но не успел.
   - Убили?
   - Да ты что? Зачем? Компенсацию выплатил пострадавшему и мне.
   - Много?
   - Игорёк, меньше знаешь - лучше спишь. И так много сегодня наболтал. Лучше о себе расскажи.
   - Ну, мне далеко до твоих подвигов, я вообще по сравнению с тобой, человек мирный. Папа банкир, мама музыкант, преподает в консерватории. Закончил Гарвард, там, кстати, и познакомился с Али. Он учился старше меня тремя курсами.
   - Он, что, и тогда таким же придурком был?
   - Да нет, нормальным, вроде. Чудил, конечно, но вреда от его проказ не было. Многим помогал, и в учёбе, и материально. Раз на рождество ёлка вспыхнула, один чудак свечи на ней зажёг, чтоб красивей было, мишура вокруг, как порох, вспыхнула, мы все перепугались и врассыпную. Моя однокурсница забилась в угол и от дыма стала задыхаться. В суматохе мы не сразу о ней вспомнили, а пожар не на шутку разошёлся, потом пожарные еле потушили. Так вот, Али один оказался на высоте, замотал голову курткой, облился водой, и прыгнул в огонь. Спас девушку. Он потом в больнице лежал, у него до сих пор шрамы от ожогов остались. Позже, когда он уже диплом получил и уехал на родину, мы узнали, что некоторым ребятам он оплатил проживание в общежитии за год вперёд. А Изабелла, та девчонка, которую он из огня вынес, каждый семестр получала чек для платы за обучение. Понимаешь, не он был таким отморозком.
   - Невероятно. Как в нём могут уживаться два разных человека. Я знаю, что у него есть старшие братья, какие у них отношения?
   - Нормальные. Он их уважает.
   - А как насчёт власти, ведь он третий?
   - Насколько мне известно, он к ней никогда не стремился, если ты имеешь в виду титул правителя. Он всегда говорил, что лучше от политики держаться подальше, хотя обожает бывать во дворце на приёмах, знаком со многими дипломатами. Нет, он не чурается светской жизни, любит выставить себя напоказ. Когда его называют наследником, никого не переубеждает, только улыбается. Только при мне, а я приехал в Эмираты недавно, он построил два интерната для одарённых детей из провинций, за обучение которых родители платить не могут. Намного больше, чем наши олигархи, занимается благотворительностью. Может, он, и правда, в Алёнку с первого взгляда влюбился? Ну, бывает же такое, а? Голову потерял.
   - И в расстроенных чувствах продал в рабство. Молодец, справился с женщиной. Герой, ничего не скажешь.
   - Ревность - страшная штука.
   - Да, страшная. Но из-за этого не продают, как товар, женщину, которую любят.
   - Тоже верно. Ну, не знаю я, не знаю, как это объяснить!
   - Вот и я не знаю. Всё, пошли спать, завтра дел много.
   - Пошли.
  
   Пошел второй месяц, как они находились в Мексике, но так ничего и не смогли узнать об Алёне. Она как сквозь землю провалилась. По всем злачным местам, где работали проститутки, прошлись, опасались больших неприятностей. Но обошлось. Трёх русских девушек выкупили и отправили в Россию.
   - Если так и дальше пойдёт, на всех у нас денег не хватит.
   - В смысле?
   - На выкупы я имею в виду. Всех не спасём, но засветимся по полной программе. На нас и так уже косо смотрят.
   - Точно. Я, Глеб, за всю свою жизнь, столько баб не имел, как за этот месяц. Уже тошнит от одной мысли, что сегодня опять надо в бордель идти.
   - Всё, Игорёк, завтра другие пойдут, с меня тоже хватит.
   - Глеб, опомнись, мы все в работе, кроме Андрея.
   - Он не в счёт. Родителей утешает. Да и не пойдёт он на это. У него одна Алёна на уме, а мы - люди свободные. Ребята вон, смотрю, довольны, не жалуются.
  
   Культура Мексики представляет собой смешение традиций и обычаев разных народов - от возникших на территории страны ранних цивилизаций майя, тольтеков и ацтеков, до испанского и современного американского образа жизни. Около 90% населения являются приверженцами католицизма, который принесли с собой испанцы в шестнадцатом веке.
   Ежегодный карнавал является главным объединяющим и самым массовым праздником в стране.
  
   Ракель позвонила школьная подруга и пригласила на день рождения.
   - А кто еще будет?
   - Ракель, дорогая, если всех перечислять, мы до утра не закончим. Папа хочет совместить два мероприятия: отпраздновать моё 25-летие и объявить о свадьбе.
   - Поздравляю, рада за тебя. Где собираетесь отмечать? В ресторане?
   - Нет. На ранчо будущего мужа. За городом места больше, двести человек это не шутка. Хотелось, конечно, с шиком в самом модном ресторане Мехико, но, понимаешь, карнавал спутал все планы. По городу и так с трудом можно будет пробиться, а о том, чтобы на машинах разъезжать, и речи быть не может. Так что лучше на природе, в пальмовых рощах. Обязательно приезжай, поболтаем, расскажу, как жила в Париже.
   - Конечно, приеду и не одна.
   - Да ты что, кто на этот раз?
   - Увидишь. Потрясающий русский! У меня от него голова кругом идёт. Но и это не всё, с нами будут ещё двое его друзей.
   - Такие же потрясающие, как твой кавалер?
   - Почти, но мой лучше. В каком духе будет проходить празднование, во что следует нарядиться?
   -В духе фиесты. Традиционные мексиканские танцы, национальные костюмы, зажигательная живая музыка. Для такого случая отец пригласил труппу профессионалов, обещали никого не оставить равнодушными. Если покажется недостаточным выбор национальных блюд, ночью сбежим в ресторан. Жду с нетерпением. Пока, мой жених идёт.
   - Пока.
  
   Ракель льстило, что рядом с ней шикарный мужчина, на которого с завистью посматривают замужние дамочки, не говоря о девицах. Даже прислуга не осталась равнодушной, особенно та, с зелёными глазищами. Прямо в лице изменилась, когда увидела Меньшикова. Бедняге, наверное, никогда не встречались такие, вот и оторопела от неожиданности. Надо было отдать Андрею должное, он ни на кого не смотрел, кроме своей спутницы. Ракель наблюдала за ним из-под ресниц: он был великолепен. Чёрные волосы отливали блеском, глаза светились обжигающим огнём, и в этих двух чёрных колодцах она согласна была тонуть хоть всю свою жизнь. Чёрный смокинг оттенял белоснежную рубашку, и она мысленно представляла его мускулистую фигуру под одеждой. У Ракель засосало под ложечкой. Она никогда не предполагала, что один вид мужчины может привести её в возбуждение.
  

Глава 23

  
   Собираясь на работу, Лика открыла дверь и замерла на пороге. Прямо под ногами стояла детская переносная корзина. В ней что-то шевелилось и попискивало. В первую минуту девушку охватил страх, но любопытство, как обычно, одержало победу, и она заглянула внутрь. В коляске, посапывая, спал ребёнок. Наверное, сработал материнский инстинкт, присущий любой женщине, и Лика осторожно взяла малыша на руки. Под ребёнком на матрасике лежал конверт. Возвратившись в квартиру, она тихонько, чтобы не разбудить, положила ребёнка на диван, отошла на цыпочках подальше и распечатала письмо. Руки у неё затряслись, когда поняла, от кого оно.
   "Дорогая Анжелика, я отомстил за нас обоих, но месть не принесла чувства удовлетворения, а лишь оставила в душе неприятный осадок Можете не бояться Алёны, она далеко и не опасна для Вас. Уверен, что Вы никогда в своей жизни не встретитесь с ней. Этот подарок, надеюсь, утешит Вас ещё больше: сын её и Меньшикова в Вашей власти. Поступайте с ним так, как посчитаете нужным. Можете уничтожить или отдать в приют, чтоб отец никогда не нашёл его. Второе предложение более человечно, и надеюсь, что именно так Вы и сделаете. Как бы ни была сладка месть, мне не хочется, чтоб пострадал невинный младенец. Молю Аллаха, чтоб Вы оказались в своей мести менее кровожадной, чем я".
   -- Али--
  
   Лика с побелевшим лицом смотрела на исписанный мелким почерком листок. Что он сделал с Аленой? Она до сих пор не могла простить себе того, что натворила. Да, она любила Андрея, но любовь не может стать оправданием преступления. Ей было больно и стыдно за себя. Лика вздрогнула, плач голодного малыша привёл её в чувство. Прижав к себе кричащее тельце, она ласково стала его уговаривать, пока он не затих, чмокая маленьким ротиком. Благо, в холодильнике было молоко. Не выпуская ребенка из рук, девушка пошла на кухню, достала ковшик и поставила молоко на плиту.
   - Ладно, маленький, пока есть только это. Я же не знала, что ты в гости пожалуешь. Так что прости. Сейчас попьёшь молочка, и мы с тобой отправимся в магазин за кашкой.
   По подолу платья полилось что-то тёплое, и Лика рассмеялась:
   - Ну, герой, что ты натворил с тёткиным платьем? А? Зато про подгузники напомнил. Надо и их купить. Да, по-моему, тебе, солнышко, весь гардеробчик надо обновить. Так и сделаем. Ну вот, молочко готово. Спасибо, хоть бутылку оставил, ирод. Тихо, тихо, захлебнёшься, вот так, хорошо. Надо же, такой же буйный, как папаша, будет, когда подрастёт, - на губах девушки играла добрая нежная улыбка.
В этот миг она была прекрасна, как никогда до этого.
   - Ты ошибся, Али. Я не та корыстная женщина, какой ты меня запомнил. Но я благодарна тебе, ты отдал мне этого малыша, и я, обнимая его, поняла, на какие чувства способна. Я будущая мать, а не убийца!
  
  
   Глава 24
  
   - Ты, видел её, Андрей, видел? Это же она, наша Алёна...
   - Успокойся и делай вид, что наслаждаешься природой. За нами наблюдают. Конечно, видел, не думаешь же ты, что я ослеп. Даже не заметив её, сразу почувствовал, что она здесь, рядом. Как мне хочется, Игорь, обнять её, успокоить.
   - Я бы не рискнул на твоём месте, - вставил Глеб, - если не хочешь получить оплеуху. С её характером она на это способна. Везёт же тебе, а! Опять с повисшей на руке девицей. Могу поспорить, что знаю, о чём она сейчас думает.
   Видя, каким несчастным в этот момент был Андрей, приятели даже рассмеялись:
   - Да, тебе не позавидуешь. Не хотел бы оказаться на твоём месте. Хочешь, я сам с ней переговорю, попытаюсь убедить в обратном. Да и слинять мне легче, правда? Глеб, ты меня прикроешь?
   - Предпочитаю отвечать за свои поступки сам, мне дублеры не требуются, - грубо оборвал приятеля Меньшиков. Но, поняв, что перегнул палку, положил руку на плечо Игоря и проговорил:
   - Прости. Спасибо тебе за всё. Ты настоящий друг. Чтоб я делал без такого громоотвода? Даже и не знаю. Но, поверь, мне самому надо укротить эту бестию, иначе она при всём честном народе начнёт царапаться. Ох уж эта женщина, когда я, наконец, смогу приручить её навсегда?
   - Честно? Никогда. Она ведь только снаружи такая маленькая и хрупкая, воли у неё больше, чем у всех нас - мужиков, вместе взятых, - усмехнулся Игорь.
   - Но вот тебя, Андрюха, она уже точно приручила.
   - Глеб! Заткнись.
   - Ага, размечтался. Скажешь, я не прав, да? Прав. Иначе, зачем тебе гонятся за ней по всему свету, а? Молчишь? Ну-ну, правильно молчишь.
   - Думаю. Вы, как всегда, правы, ребята, - вздохнул Андрей.
   - О чём это вы тут шепчетесь, - поинтересовалась Ракель, приближаясь к ним, и слегка кокетничая.
   - Обсуждаем, не возьмешь ли ты шефство над Глебом, у него голова пошла кругом от обилия красивых женщин. Помоги ему, а то он растерялся, и мы не на шутку за него волнуемся. Он у нас такой стеснительный, ну прямо беда. Займись им, пожалуйста, пока он не остановил свой взгляд на ком-нибудь.
   - Да, я такой, меня необходимо водить за ручку, иначе умру прежде, чем найду свою вторую половинку. Ну, пожалуйста, не покидайте меня... - отчаянно вздыхая и поднимая глаза вверх, простонал Глеб.
   - Уговорили, уговорили. Никогда бы не подумала, что ты, Глеб, застенчивый, на тебя это совсем не похоже. Пойдем, посмотрим, что я могу для тебя сделать, - и, взяв его под руку, величаво поплыла прочь от улыбающегося Меньшикова.
  
   Алёна стояла, как вкопанная, Андрея и ребят она увидела сразу же, когда они выходили из машины. Сердце радостно забилось. Он нашёл её, о счастье! Он приехал спасти ее! Но радость быстро сменилась гневом и болью, в Меньшикова вцепилась яркая брюнетка ослепительной красоты.
   - Ну что за напасть! Как только вижу его, то обязательно с очередной пассией. Юбочник несчастный, чтоб его, - несмотря на отчаянное положение Алена задохнулась от ревности. Значит, она ошиблась, и он здесь не ради неё, а по случайному совпадению, ведь он не мог знать, где она!... От досады она так топнула ногой, что не удержала поднос с посудой, и он с грохотом полетел на землю. На этот шум оглянулся Игорь, вот тогда и заметил её. Ну а Меньшиков не оглянулся, даже бровью не повёл. Собрав быстро всё, что обронила, Алёна кинулась на кухню, в единственное, на её взгляд, безопасное убежище, куда не заходит Карлос.
   - Да не расстраивайся так, - успокаивала её экономка, - аж побледнела бедняжка, ничего же страшного не случилось. Подумаешь, посуда упала. Не разбилась ведь. Успокойся, никто за такую мелочь тебя не накажет, уж я-то знаю.
   Девушка расплакалась навзрыд, захлёбываясь слезами, не в силах остановиться. Экономка подошла, присела рядом и стала ласково гладить её по голове. Ей нравилась эта девушка, всегда опрятная, приветливая, она ни на кого не жаловалась и старательно выполняла свою работу. При её красоте было удивительно, что она не лезла на глаза мужчинам, а тщательно их избегала. Не как остальные молоденькие вертихвостки, которые с большой охотой прыгали в постель к подвернувшемуся парню.
   - Успокойся, милая, на-ка холодненькой водички, умойся. А то твои глазки покраснеют, и это не понравится нашему хозяину, он, страсть как, плаксивых не любит.
   При упоминании о Карлосе у Алёны мигом высохли слезы. Такое внимание, какое он может оказать, равносильно смерти. Ополоснув лицо холодной водой, она успокоилась, немного посидела и вышла на улицу. В это время начались танцы, и в угощениях отпала необходимость. Значит, можно было перевести дух в саду, где о ней никто не вспомнит, а хозяин же сейчас занят гостями и не сможет причинить ей вреда.
   Прижавшись спиной к дереву, она наблюдала за маленькой юркой птичкой, которая пыталась поймать бабочку, порхающую с цветка на цветок. Крепкие руки обхватили её железным кольцом, не давая возможности вырваться, а ладонь зажала рот, предотвращая крик ужаса.
   - Прости, любовь моя, за такие предосторожности, - прошептал ей на ухо знакомый голос, и рука отпустила зажатый рот.
   - Проклятье, Меньшиков, ты в своём уме?! Что, так доставляет удовольствие меня пугать?! Всякий раз душа вон вылетает от твоих выходок! Пусти меня, - зашипела она на него, - слышишь, ты, бабник!
   - Алена! Давай не будем уточнять, кто я такой. Об этом поговорим в другой раз, как-нибудь на досуге, - и склонился над ней, желая поцеловать манящие и такие притягательные губы.
   - Андрей, предупреждаю, если ты сделаешь то, что собираешься, я тетя укушу. Тогда тебе не покажется это смешным, - и на деле попыталась продемонстрировать то, что обещала.
   - Убирайся к своей любовнице, лучше я умру здесь, мне всё равно. Теперь уже всё равно!
   - Какая прелесть! А мне не все равно! Хотя мне нравится, когда ты вот так сгораешь от ревности. Что, решила назло мне остаться рабыней? А бедная Людмила, убитая горем, ждёт - не дождётся тебя. И доктор, который считает часы, когда сможет тебя обнять.
   - Мамочка, где она, Андрей, где? Ради бога, отвези меня к ней, ну, пожалуйста, умоляю тебя, отвези. Иначе я сума сойду.
   - Вот это уже другое дело, вижу, что к моей девочке вернулось здравое рассуждение. А то я начал сомневаться, хочешь ли ты вернуться домой. Скажи мне, только честно, - и глаза его наполнились грустью, а потом гневом, - Али, и этот, как его там, Карлос, прикасались к тебе, причиняли боль?
   - Да! - серьёзно сказала Алёна, но не физическую, а душевную. Ну, вот ответь, почему все мужчины обязательно пытаются уложить меня в постель? Это что, хобби у вас такое, а? - Андрей невесело усмехнулся.
   - Ну, и удалось им это?
   - Какая тебе разница, отпусти меня. Я ни говорить, ни вспоминать об этом не хочу.
   - Ну да, действительно, какая разница....
   - Вытащи меня отсюда, иначе долго я не вынесу, - в голосе звучала мольба.
   - Игорь нас ждёт в конце сада у машины Ракель.
   - Ага, значит, так её зовут, твою очередную...
   - Началось! Успокойся. Её мы заберём позднее и всё объясним, надеюсь, она поймёт, - оглянувшись по сторонам, он, как игрушку, поднял Алёну на руки, прижал к себе и стал выбираться из сада.
   Игорь от нетерпения топтался возле машины, посматривая на часы. Когда на тропинке показался Меньшиков с Алёной на руках, вздохнул с облегчением, нерешительно приблизился к поставленной на ноги девушке, обнял и поцеловал в щёку.
   - Можешь на меня не коситься, Андрей, я давно понял, что не соперник тебе. И даже приучил себя к мысли, что к Алёне у меня только братская любовь. И поцелуй тоже братский, ничего личного.
   - Игорёк, милый мой, хороший, я так рада, что снова вижу тебя, - защебетала от радости Алёна, не обращая внимания на Меньшикова, который, бормоча под нос проклятия, сел за руль и завёл машину.
   - Эй, меня забыли, - закричал запыхавшийся от быстрой ходьбы Глеб.
   - Ну, что ты, Глебушка, да разве могли мы тебя бросить, никогда!
   - Привет, солнце моё. Всё, быстро все в машину, поехали.
   - Раскомандовался, и сами знаем,- проворчал Игорь, помогая Алёне устроиться на заднем сиденье. Глеб сел возле Андрея, искоса наблюдая, как тот старается сдержать улыбку: Алёна все же не захотела сесть с ним рядом.
   До особняка Ракель добрались без проблем, тихо вошли в гостиную. Людмила сидела в кресле, смахивая непрошеные слёзы. Доктор уставился в телевизор и делал вид, что очень интересуется рекламой женских гигиенических принадлежностей.
   - Мамочка, - тихонько позвала Алёна. Мать посмотрела на неё, помахала перед глазами рукой и отвернулась. Через секунду повернулась опять и ахнула, не в силах произнести ни слова. Доктор прикрыл рот рукой и схватился за сердце.
   - Мамочка... - Алёна подбежала и присела перед ней на корточки.
   - Господи! Девочка моя, как же долго тебя не было! Веня, малышка наша нашлась, видишь, я же говорила! - обнимая дочь, она смеялась и плакала одновременно. Доктор встал, подошёл к женщинам и прижал обеих к себе. Слова были лишние, они и так понимали друг друга.
   - Ну что, Глеб, один поедешь за Ракель или Игоря с собой прихватишь?
   - Один. Зачем мне свидетели, глядишь, и уговорю нашу мексиканскую красавицу.
   - Ну-ну, ни пуха!
   - К чёрту!
  
   В неразберихе, происходившей возле дома Карлоса, Глеб насилу отыскал Ракель, которая пряталась за кустами декоративной ограды.
   - Ну, наконец-то, нашлась, пошли быстрее.
   - Глеб, ты? Куда, чёрт возьми, все провалились, где остальные?
   - Дома. Потом всё объясню, а пока давай-ка отсюда выбираться, пока не затоптали. А то носятся туда сюда, как табун диких лошадей.
   - Нет, ты мне все-таки скажи, иначе с места не двинусь, так и умру здесь под кустом от страха.
   - Ой, ли, на испуганную ты не очень смахиваешь, скорей на разъярённую.
   - А-а-а, и то и другое.
   - Ясно. Может, все-таки пойдём, как бы машину не угнали, запереть забыл. А то придётся нам с тобой на своих двоих до дома топать.
   - Да ты что, спятил? Я за неё столько заплатила! Ну, что ты стоишь, как статуя, побежали.
   - Всегда за!
   До автомобиля добрались даже быстрее, чем Глеб ожидал, - молодец, быстро бегаешь, садись, - и отключил сигнализацию.
   - Обманщик! Этого я от тебя не ожидала, - села с ним рядом Ракель и надула губы от обиды.
   - Это не обман, Ракель, а тактический ход для быстрого получения результата. И, как видишь, прекрасно сработало, тебя и уговаривать долго не пришлось, сама домчалась без посторонней помощи. А теперь рассказывай, что тут произошло, пока мы отсутствовали некоторое время. Из-за чего сыр-бор и полиция? Убили кого?
   - Хуже! Террористы!
   - Чего?
   - Да-да, самые настоящие. Мы ведь подумали, что вас в заложники взяли, когда эта смертница сбежала.
   - Погоди, давай по порядку. Какая смертница, и куда кто сбежал?
   - Да я же тебе и говорю, та самая... Служанка с зелёными глазищами. Она мне сразу подозрительной показалась, и как её раньше не раскусили? Карлос зашёл к ней в комнату и обнаружил, что она достает из сундука оружие. А на столе уже гранаты лежат и пистолет. Он схватил оружие и наставил на неё, а она предложила переспать с ним, взамен молчания. Она хотела убить министра и взорвать всех нас! Карлос разозлился, он уважает своего будущего тестя, и не позволит, чтоб с ним, что-нибудь случилось. Завязалась драка, он хотел скрутить убийцу, но она вырвалась и убежала. Теперь нам всем грозит смертельная опасность, у неё есть сообщники, которые готовят теракт. Карлос вызвал полицию, её ищут. Всё!- на одном дыхании протараторила Ракель.
   - Нестыковочка получается у твоего Карлоса. Во-первых, за какой такой надобностью он стал разыскивать служанку в разгар вечера? Тем более зашёл в её комнату, зачем? Ответ напрашивается сам собой: она ему приглянулась. Так? Потом, с трудом поверю, что такой здоровяк, как Карлос, не смог справиться с хрупкой девушкой. Ответ: он всё придумал для своего оправдания перед невестой. Она случайно не застукала его там? Может он фетишист? Например, бельё женское перебирал, а? Ты не в курсе? Нет?
   - С тобой сума сойти можно, Глеб. Я говорю только то, что знаю. То, что нам рассказал сам Карлос. Я же не присутствовала в комнате, когда, как ты утверждаешь, он в женском белье рылся.
   - Я не утверждаю, а предполагаю, это совершенно разные вещи, любимая, - он наклонился, и не выпуская руля, поцеловал Ракель в губы.
   - Как ты меня назвал? - сбитая с толку его поведением, спросила она первое, что пришло на ум.
   - Ты плохо слышишь? - Глеб притормозил, съехал на обочину и заглушил мотор, - я сказал, что влюбился в тебя! Кажется, и я тебе по нраву?- а так как Ракель только кивнула головой и не противилась его ласковому натиску, продолжил:
   - Ты когда-нибудь занималась этим в машине, любовь моя?
   - Нет, - чуть слышно, пересохшими губами прошептала Ракель, - как это, в машине?
   - О, ты много потеряла, дорогая! Я готов продемонстрировать, как это делается, прямо сейчас. В экстремальных условиях, девочка, ты познаешь много интересного, намного больше, чем в постели. Ты, как, не против такого обучения?
   - Мне нравится твое предложение, я буду примерной ученицей.
   - Ракель, ты прелесть, я счастлив! Мы вернемся к этому вопросу при первой же возможности, а сейчас нам нужно торопиться. Ты все поймешь, когда мы приедем домой.
  
   Было уже за полночь, когда Алёна окончила свой рассказ, где поведала матери всё без утайки о том, что с ней приключилось.
   - Ты не права, дочка! Ты даже не представляешь, как Андрей переживал. Он места себе не находил, бедный мальчик. Да только благодаря его настойчивости мы сумели найти тебя. Он любит тебя, детка, любит по-настоящему. А теперь, когда мы все вместе, будем искать и нашего малыша. Ведь не законченный же изверг этот Али, возможно, скажет правду, куда дел ребёнка.
   - Будем надеяться, мама, больше ничего не остаётся. А на счёт моих сомнений ты права, наверное, это плод моего уставшего воображения. Я очень боялась поверить, что Андрей приезжал за мной в Эмираты, чтоб потом не разочароваться и окончательно не пасть духом.
   - Скажи ему, что любишь, что веришь, а самое главное - осталась верной.
   - Постараюсь, но только тогда, когда будем одни.
   Но наедине им остаться не пришлось: Глеб ворвался в гостиную, за ним Ракель, которая при виде зеленоглазой служанки у себя в доме, заверещала, как резанная. На крик сбежались все, Андрей, Игорь, доктор, и даже ребята из флигеля.
   - Глеб, держи её, звоните в полицию, быстро!
   - Что случилось?
   - Террористы! - Ракель внимательно всех оглядела и медленно присела на диван, сраженная внезапной догадкой.
   - Вы меня убьёте? - тихо спросила она.
   - Ты в своём уме, Ракель, что на тебя нашло? - Андрей хотел приблизиться к девушке, но она вскочила с дивана, схватила со столика настольную лампу и отбежала к окну, готовая сейчас же разбить его и позвать на помощь.
   - Ракель, - мягко произнёс Глеб,- дорогая, успокойся, мы всё тебе объясним. Мы не террористы, мы приехали сюда за Алёной, дочерью Людмилы. Её похитили арабы и продали твоему Карлосу, как рабыню.
   - Ты что, за глупенькую меня принимаешь, какие рабы, думай хотя бы, прежде чем сочинять небылицы.
   - Это правда, Ракель, моя дочь была продана, прости, что не сказала тебе раньше. Ты же помнишь нашу встречу, в Лондоне, я тебе говорила, что проездом из Эмиратов. Помнишь?
   - Да, что-то припоминаю. И что из того?
   - Карлос страшный человек, Ракель,- заговорила Алена, - и если Вам дорога Ваша подруга, пусть держится от него подальше. Последнее время я много общалась с Марией, она славная девушка, хоть и немного взбалмошная. Карлос быстро станет вдовцом, так как ему нужны только деньги. Он и отца Марии готовится взорвать, а всё свалить на террористов, то есть на меня. Когда он домогался меня, собираясь взять силой, как раз приехала Ваша подруга. Он пригрозил: если я расскажу что-нибудь Марии, отправит меня в тюрьму. Так как у меня не было документов, пришлось помалкивать. В Эмиратах, в неволе, я родила сына, которого насильно отняли у меня. Я не знаю, жив ли мой малыш, и где он. Может, его так же, как меня, продали. Я тоже не подозревала, что в наш век существует рабство.
   - Да, именно так Карлос всё и объяснил нам. Всё, как ты нам сейчас тут рассказываешь, но только ваши версии расходятся. Я ни одному твоему слову не верю! Глеб, как ты мог так поступить со мной, как мог? Какая я дура, поверила твоим словам о любви! Так мне и надо!
   - Ракель, я не обманывал тебя! Всё, что я говорил, правда, поверь мне, любимая. Мои чувства к тебе не игра. Вспомни одну вещь, нас уже не было на ранчо, когда Карлос обнаружил исчезновение Алёны. К этому времени, я был на обратном пути, ехал за тобой. Сопоставь факты, Ракель, он просто взбесился, когда понял, что девушка сбежала, и деньги, которые он заплатил за неё, пропали. А чтоб её найти, требуется помощь полиции. Он же не может сказать правду, как она появилась в вашей стране, не имея ни документов, ни разрешения на проживание.
   -Точно! Примерно за полчаса или чуть больше Карлос прибежал из дома с разбитой головой и попросил всех нас соблюдать спокойствие. Он сказал, что вызвал полицию, так как террористы, возможно, заложили бомбу, а его служанка, которой удалось сбежать, является главарём банды. Мы в панике стали метаться по двору, обезумевшие от страха гости больше причиняли вред друг другу, чем помогали эвакуации. Меня сбили с ног, и, чтоб не оказаться растоптанной, я залезла в кусты, где и нашёл меня Глеб.
   - Ну вот, теперь видишь, что мы тебя не обманываем. Алёна никак не могла в это время оказаться в своей комнате, так как находилась в объятиях матери.
   - Вот зараза! А как всё представил! Голливуд много потерял, не имея такого актёра. Ну, я ему покажу, всё расскажу Марии и её отцу. Вы правы, моя подруга должна узнать, что представляет собой этот хамелеон. Но стойте! Значит, очень скоро вашу девушку будут разыскивать по всей стране, если уже не ищут, тогда вы не сможете отсюда выехать.
   - Умница, девочка, я в тебе не ошибся. Андрей, позволишь, я расскажу о своём плане, если он всех устроит, так и поступим.
   - Давай. Ты охрана, тебе и решать, а там дальше будем действовать по ситуации. Алёну я больше никому не отдам. Прежде чем выйдем из этого дома, я хочу всех вас спросить: ребята, кто не готов к тому, что может не вернуться домой, скажите сразу. Я не обижусь. Вам будут даны деньги на обратную дорогу и выплачено жалованье за три месяца вперёд.
   - Обижаете, Андрей Аркадьевич, - высказался за всех Илья Куликов, - мы ведь все знали, на что идём. Так что мы с Вами до конца, чем бы это ни кончилось.
   - Спасибо. Теперь, Игорь, что собираешься делать, ты с нами или нет?
   - Более дурацкого вопроса ты не мог задать! Ты за кого меня принимаешь? - обиделся на Меньшикова Игорь, - я, между прочим, не погулять вышел из своего дома в Эмиратах.
   - Ладно, не обижайся, я должен был спросить всех, дело предстоит серьёзное. Каждый должен понимать, что возможна погоня, перестрелка и потери среди нас. Это, если повезёт, а нет - все можем погибнуть.
   - Андрей, говорю сразу, пока ты не задал ненужный вопрос, и мне не пришлось дать тебе соответствующий ответ. Я еду с вами. Точка. Давайте приступим к плану. А то, пока мы тут пересудами занимаемся, полиция не ждёт.
После того, как Глеб описал во всех деталях, что предлагает сделать, Ракель робко предложила свои услуги:
   - У меня есть большой сундук, в котором я храню театральные костюмы, когда выезжаю на гастроли, можно проделать в нём дырки и в случае чего поместить туда Алёну. Вам придётся взять меня с собой, так как моё присутствие может пригодиться.
   - Ракель, радость моя, неужели ты подумала, что я уеду без тебя! Не получится. Если бы ты сама не предложила помощь, то клянусь, мне пришлось бы тебя прихватить, без твоего согласия.
   - Похищай, да побыстрее. Я согласна, - и кинулась в объятия Глеба, который счастливо улыбался. Людмила покачала головой, а Алёна в очередной раз подумала, что была не справедлива к Андрею. Игорь горестно вздохнул, доктор крякнул от удовольствия и тихо прошептал ему на ухо:
   - Не горюй, сынок, значит, не пробил еще твой час, и половинка где-то ждёт, пока ты её отыщешь.
   Антоша Свиридов, невысокий крепыш двадцати трёх лет от роду, сел за руль машины Ракель, в которую чуть не силком усадили родителей Алёны. Они наотрез отказывались покинуть дочь. Глеб тихо, чтоб они не слышали, приказал Антону:
   - Головой за них в ответе. И что бы ни случилось с нами, тормознут или еще что, не останавливайся. Понял? Никаким уговорам не поддавайся. Ни доктор, ни Людмила Фёдоровна пострадать не должны.
   - Слушаюсь, Глеб Сергеевич! Я вас не подведу. Оружие при мне, если что, буду действовать по обстановке.
   - Я тебе дам, оружие! Никакого криминала, не на разборку собрался. Не хватало ещё, чтоб тебя в тюрьму посадили да родителей в сообщники приплели. Ты вообще не должен привлекать к себе внимания. Вы - туристы и ничего более. Заруби себе это на носу!
   - Так точно. Всё понял. И на носу зарубку сделал. Разрешите отправляться?
   - Езжай уж, юморист.
   Как и говорила Ракель, сундук оказался действительно большой, Алёна поместилась в него, и места вполне хватало, чтобы набросать сверху несколько театральных костюмов, полностью прикрыв её.
   - Вы уверены, что я не задохнусь?
   - Вылезай. Поместим тебя в него в случае крайней необходимости, мы только решили убедиться, подойдёт ли тебе размер.
   - Ну и шуточки у тебя, Глеб.
   Глеб сел за руль микроавтобуса, Ракель твёрдо стояла на том, что её место рядом с водителем. Так как в случае чего она постарается отвлечь полицейских. Андрей кивнул головой в знак согласия; все понимали, что движет девушкой еще и желание находиться поближе к объекту воздыхания. Весь путь до Мехико они проехали без остановок, и только при въезде в город их остановил дорожный патруль. Глеб спокойно притормозил, вышел из машины, Ракель выпрыгнула за ним следом. Прежде, чем он успел открыть рот, она быстро затараторила по-испански, тряся полицейского за рукав:
   - Простите, пожалуйста, моего непутёвого водителя, если он что-то нарушил, я завтра же уволю этого недотёпу. Прошу вас, господа, я опаздываю на самолёт, завтра мне необходимо приступить к съёмкам, - как ни странно, это сработало, её узнали, обрадованные полисмены окружили Ракель с просьбой дать автограф. Она мило улыбалась, расписываясь на их ладонях.
   - А что случилось? Сколько народу собралось.
   - Ловим террористов. Велено осматривать все въезжающие в город машины. Вы ничего подозрительного не заметили?
   - Да нет. Если честно признаться, я и на дорогу то не смотрела, изучала сценарий. Но, прошу вас, если необходимо, обыщите и мою машину.
   - А кто у вас там, в салоне?
   - Моя группа. Музыканты. Их багаж и мои театральные реквизиты. Хотите взглянуть? Только умоляю, поторопитесь, самолет, к сожалению, меня ждать не будет.
   - Проезжайте. И счастливого вам полёта. Мы все вас любим.
   - Спасибо, огромное спасибо. Обязательно пришлю вам приглашение на своё ближайшее выступление, - щебетала она, при этом тянула за руку Глеба, который не понимал, о чём идёт речь. По-английски, чтоб не слышали полисмены, она прошептала, что всё в порядке, можно ехать. Машину с родителями остановили лишь на минуту, так как в салоне находилась пожилая пара, их отпустили, не проверив даже документы. Можно было предположить, что описание внешности Алёны, получили все проверяющие.
   В аэропорту на таможенном контроле произошла небольшая заминка: на чартерный рейс, кроме них, никого не было, поэтому досмотр производился наиболее тщательно. Их попросили раскрыть все чемоданы и сумки. А к сундуку проявили особый интерес. На передний план опять выступила Ракель, она запела, и все, кто был в зале, стали окружать её плотным кольцом, всё больше оттесняя группу к выходу на поле. Таможенники онемели от неожиданности: такого они не ожидали. Сама знаменитая Ракель поёт для них, простых смертных. Попасть на её концерты было практически невозможно из-за огромной стоимости билетов. Таможенники и все случайные зрители в такт песне стали прихлопывать в ладоши, а многие и подпевать. Закончив песню на высокой ноте, она окликнула Глеба, толпа расступилась, пропуская её к нему. Ракель подошла к сундуку, открыла крышку, так что все увидели его содержимое, достала платье, самое верхнее и протянула одной из девушек. Толпа заревела, громко аплодируя щедрому жесту. Атмосфера заметно накалялась, таможенники, боясь, что заведённая толпа набросится на актрису в надежде оторвать кусочек одежды на память, быстро пропустила её без досмотра. Пока уже в коридоре, ведущем на посадку, Ракель раздавала автографы, её спутники без проблем пересекали взлётное поле, не дожидаясь автобуса. Все быстро поднялись по трапу, и только в салоне самолёта вздохнули с облегчением. Саму же Ракель подвезли на машине, сопровождавший таможенный офицер поднялся за ней в самолёт.
   - Спасибо, господа. Я вам очень благодарна, теперь мы можем взлететь?
   - Да, конечно, сеньорита. Но только после того, как будут соблюдены все формальности. К сожалению, мы не смогли проверить документы, ваших музыкантов, а это не порядок. Садитесь, пожалуйста, на своё место, сеньорита. А вы, господа, предъявите документы. И направился прямо к напуганной таким известием Алёне.
   - Ваши документы, сеньорита! - таможенник протянул руку.
   - Мои? Но... у меня их нет, господин офицер! - близкая к состоянию обморока, она вцепилась в руку Андрея, который быстро запихнул её за себя. За его широкой спиной девушка почувствовала себя в безопасности.
   - Как нет? Тогда попрошу Вас выйти из самолёта и последовать за нами для дальнейшего выяснения личности. Пройдёмте, не заставляйте нас применять силу.
   - Я не пойду, Андрей, не позволяй им забрать меня, я боюсь!
   - Этот самолёт является моей частной собственностью и частью территории России, поэтому, господа, без предъявления ордера на задержание моя невеста не покинет его.
   - Алёна, девочка моя, какая же ты растяпа, постоянно теряешь свои документы, - подала голос Людмила Фёдоровна, поднимаясь с места и протягивая паспорт таможеннику, - конечно, у неё нет документов, они у меня в сумочке.
   Офицер с интересом вертел в руках красную книжечку, тщательно сравнивая фотографию с оригиналом.
   - По документам, Вы, мадам, не покидали Россию и не пересекали границу Мексики, как такое возможно? Ведь Вы же здесь.
   - Господин офицер, - Глеб подошёл к стражу порядка, взял из его рук паспорт Алёны и с пафосом произнес:
   - Насколько мне известно, она не покидала пределы самолёта, а значит, и не покидала пределы России. Не так ли?
   - Но такое невозможно, не станете же вы утверждать, что больше месяца, а именно столько самолёт находится здесь, не вылетая, девушка была в нем?
   - Именно это я и пытаюсь вам втолковать! - Глеб осторожно оттеснял таможенника к выходу подальше от Алёны. Позади него пустое пространство немедленно занимали встающие со своих мест крепкие парни, вид которых не предвещал ничего хорошего.
   - Вы считаете меня идиотом? - спросил офицер, доставая из кармана сложенный вчетверо лист бумаги, - сдаётся мне, фоторобот очень сильно кое-кого напоминает, - и показал всем присутствующим изображение на листке, которое действительно походило на Алёну.
   - Никакого сходства даже близко, - Глеб в недоумении развёл руками, - а вот эти бумажки больше подходят для вас, чем та, которую вы держите, - увесистая пачка долларовых купюр перекочевала из его кармана в офицерский.
   - Да, вы правы, совершенно никого сходства не наблюдается. Прошу прощения за задержку. Можете взлетать, господа.
   Довольный таможенник направился к выходу, сжимая деньги в кармане. Спускаясь по трапу, крикнул обслуживающему персоналу, что тормозные колодки можно убирать.
   Трап откатили, двери закрыли, и самолёт потихоньку стал выруливать на взлётную полосу.
   - Ох, и натерпелась же я страху! - произнесла Ракель, поудобнее устраиваясь в кресле. Но, переведя дух, вскрикнула и подпрыгнула на месте.
   Все повернулись в её сторону.
   - Что такое? Что с тобой, дорогая? - Глеб присел рядом с девушкой и нежно обнял за плечи, заглядывая в её встревоженные глаза.
   - Я совсем забыла! У меня же через два дня гастроли в Латинской Америке, завтра я должна буду вылететь, вернее должна была....
   - Ну и что.... Вместо этого посетишь Россию, и уверяю, у нас не хуже.
   - Ага, и неустойка обойдётся мне в маленькое состояние. Да у меня контракт на десять концертов, которые я обязана отработать за неделю.
   - Обещаем тебе, что к началу концерта, ты будешь на месте, и твоё состояние останется при тебе. Мой самолёт в полном твоем распоряжении. Это самое малое, что я могу предложить тебе за наш успешный побег. Ты наш ангел хранитель, Ракель, и все мы приносим тебе огромную благодарность! - Андрей склонился и поцеловал руку девушки.
   - Ракель, я искренне присоединяюсь к словам Андрея, если бы моя мама не встретила тебя, а ты, не пригласила бы их погостить, и случай не свёл бы нас на празднике твоей подруги, возможно, меня никогда бы не нашли!
   - Дорогая Алёна, это мне надо благодарить судьбу, что свела меня с вами, я нашла то, о чём и мечтать не смела. Я обрела свою любовь. Я думала, что моё сердце останется до конца дней не затронуто этим волшебным чувством. При моем образе жизни возле меня много мужчин, но не я им нужна. Моя слава и деньги, вот что, в основном, привлекает. Это не значит, что я не была кем-то увлечена, напротив, много раз. Даже ваш жених, Алёна, стал объектом моего внимания. Не нужно укоризненных слов, он никогда не смотрел на меня, как на женщину. А вот Глеб! Он перевернул мою жизнь. В таком перевёрнутом состоянии теперь и нахожусь. И знаете, впервые счастлива и не боюсь в этом признаться!
   Глеб расцвёл от таких признаний, это было самое восхитительное объяснение в любви, которое он когда-нибудь слышал в свой адрес.
  
  

Глава 25

   Через неделю после прилёта в Москву Игорь решился посетить Анжелику. Ему необходимо было во всем разобраться. Он хотел понять, что толкнуло девушку на такое страшное преступление. Возможно, думал он, это поможет объяснить и поступок Али. Позвонив в двери квартиры, он прислушивался к торопливым шагам по ту сторону. Громыхнула цепочка и дверь приоткрылась.
   - Вам кого? - раздался из-за двери мелодичный голос.
   - Анжелика, откройте, пожалуйста, это я, Игорь.
   - Какой Игорь? Простите, не помню.
   - Шубин. Мы встречались с вами в ресторане, я бывший жених Алёны Савельевой. Вспомнили?
   - Ах, ну да, припоминаю. Проходите. Что привело вас ко мне?
   Игорь был приятно удивлен: в домашнем ситцевом халатике, тапочках, без макияжа и замысловато уложенной причёски, вместо женщины Вамп на него глядела обыкновенная миловидная девушка. Из заколотых пучком волос выбивались непослушные пряди, падая на хрупкие плечи.
   - Проходите в комнату. Только прошу вас, потише.
   - Извините за непрошеный визит, но я должен, понимаете, разобраться, в том, что случилось. Как Вы могли...
   - Докатиться до жизни такой, это Вы хотите сказать?
   - В общем- то, да.
   - Если у Вас есть время, я поведаю одну историю, которую никому до этого слышать не приходилось.
   - Я никуда не тороплюсь.
   - Тогда слушайте.
   В одном провинциальном городе под названием Тверь жила-была маленькая девочка. Как-то однажды ночью её разбудил плач, девочка встала, прошлёпала босыми ногами по коридору и остановилась возле кухни. За кухонным столом сидела её мама, обхватив голову руками, и плакала навзрыд. Её одежда была разорвана, а папа девочки сильно кричал. Потом, выбрав самый большой нож, убежал на улицу. Больше девочка его не видела. Её папу посадили за убийство трёх человек, которые изнасиловали маму, когда она возвращалась со второй смены. Дали пятнадцать лет, учитывая состояние аффекта. А всё потому, что один из насильников оказался сыном депутата городской Думы.
   В скором времени предприятие, где работала мама девочки, обанкротилось, денег не было. Мама устроилась дворником и подрабатывала уборкой подъездов. Девочка подрастала. В тринадцать лет, глядя на своих сверстниц, ощущала себя обделённой. В то время, как подруги меняли наряды, ей приходилось ночами латать одежду и штопать поехавшие стрелки колготок. Не желая понимать такой несправедливости, девочка закатывала истерики, обвиняя мать во всех несчастьях, даже в том, что она стала причиной того, что папы не было рядом. Как-то вечером мама пришла домой с незнакомым мужчиной, который принёс бутылку водки, закуску и кулёчек конфет. Сладости отдали девочки, и мать попросила её не выходить из комнаты. Всю ночь девочка слышала за стенкой пьяные возгласы дяди и стоны матери. Через небольшой промежуток времени появился другой дяденька, потом ещё и ещё, они менялись очень часто. Теперь мама девочки и вовсе не заботилась о том, как одеть и прокормить дочь, она отдавалась каждому, кто поставит выпить. Каждый раз утром, не успев опохмелиться, она клялась, что покончит с выпивкой, всё у них наладиться, и они заживут по-человечески. Наступал вечер, и всё повторялось вновь.
   В день, когда девочке исполнилось пятнадцать, мать, как обычно, привела нового хахаля. Он не был похож на всех предыдущих: чисто выбрит, в дорогом синем костюме, галстуке, в руках огромный пакет с продуктами. Запах его одеколона заполнял всё пространство небольшого коридорчика. Как по волшебству, на столе появилась бутылка шампанского, тонко нарезанная копчёная колбаса, бутерброды с красной икрой и другие всевозможные лакомства. Девочка отродясь не видела такого изобилия. Гора фруктов и торт украшали праздничный стол. Впервые за много лет день рождения превратился в праздник. Откупорив шампанское, мужчина разлил содержимое бутылки по трём бокалам, чудом сохранившимся в доме. Девочка отказывалась пить, но мать настояла, и большими глотками ребёнок осушил бокал, задохнувшись от шипучего напитка. Следом последовал второй, третий, которые она уже пила потихоньку, в прикуску с конфетами. Голова кружилась, девочка беспричинно смеялась, но вскоре стала засыпать прямо за столом. Сквозь закрывающиеся глаза она увидела, как мужчина дал матери деньги, и их было очень много. Мать пулей вылетела из дома, хлопнув дверью. Опьяневшая девочка пошла к себе в комнату, разделась и упала на кровать. Очнулась она оттого, что по телу двигались чьи-то руки, большие и волосатые. В ужасе она хотела подняться, но ей не позволили. Дяденька стащил с девочки трусики, с силой придавил к кровати, яростно впихивая что-то большое и твёрдое между её ног. Боль была такая страшная, что девочка потеряла сознание. Когда она открыла глаза, мужчина всё ещё двигался на ней, всхлипывая, иногда издавая протяжные стоны. Самое страшное было в том, что родная мать продала невинность дочери за довольно круглую сумму, которая позволила ей беспробудно пить целый месяц.
   После этого случая девочка дала себе слово, что выберется из этого ада, где время от времени её насиловали очередные мамины любовники, которые не успевали дотащить засыпающую женщину до постели. Не получив того, за чем пришли, от взрослой женщины, они утоляли свои потребности с девочкой. Ей хватало ума понять, что надо бежать из дома!
   Будучи от природы привлекательной, к семнадцати годам она расцвела и превратилась в красавицу. В газете объявили набор девушек для конкурса "Мисс Тверь", не буду вдаваться в подробности, как она сумела туда пробиться. Заняв первое место, девушка отправилась покорять Москву. О возврате к прежней жизни не могло быть и речи! Во что бы то ни стало она должна быть богатой, чтобы не повторить судьбу матери. Сминая всех на своём пути, она двигалась к намеченной цели. Но все было мало: ни квартира, ни машина, ни даже драгоценности не радовали. Ей хотелось счастья, элементарного женского счастья и любви.
   - И тут вы встретили Андрея.
   - Да. Он представлялся мне пределом мечтаний. Красивый, а главное богатый. Я считала, что буду за таким мужем, как за каменной стеной.
   - Но Алёна разрушила Ваши планы, так?
   - Да. Она появилась не к стати. Когда Али предложил мне сделку, я искренне считала, что это Вы, Игорь, наняли его. Хотите вернуть свою невесту. Я и понятия не имела, что Алёна ждёт ребёнка. Клянусь, что никогда бы не причинила ей такого вреда. С тех пор я много передумала, и поняла, что чуть не превратилась в чудовище. Ради того, чтоб взлететь наверх, не стоит становиться преступницей.
   В соседней комнате заплакал ребёнок, и Лика, вскочив, бросилась на его зов. Прижимая к себе малыша, она ласково приговаривала:
   - Проснулся, мой сладкий, кушать захотел. Сейчас, малыш, я тебя перепеленаю и покормлю.
   Игорь глаз не мог оторвать от девушки, такой прекрасной и доброй она казалась с младенцем на руках. Внутри запели на разные голоса птицы, и теплая волна накрыла его. Он понял, что, выйдя отсюда, больше не сможет забыть её голоса и улыбки.
   - Это ребёнок Андрея? - теперь он твёрдо знал, что не отступится от неё и не позволит никому, даже своему другу, обидеть её.
   - Да, как Вы догадались?
   - По опыту общения с его папой, он такой же настойчивый. Но Андрей не упоминал, что у вас с ним ребёнок.
   - А я и не говорила, что он и мой тоже. Это сын его и Алёны.
   - Но, позвольте, как же так? Как он попал к Вам?
   - Это подарок Али. Вот письмо, прочтите, тогда Вам всё станет понятно, - и протянула конверт, - только он ошибся на счёт меня, я не смогу причинить зла ребенку!
   - Слава Богу, он не Ваш, какое счастье! - Лика в недоумении уставилась на Игоря, пытаясь понять, чему он радуется.
   - Всё, быстро собирайтесь, едем к Меньшиковым.
   - Куда? Я понятия не имею, где Андрей. Последний раз, когда мы виделись, он обещал меня убить, и отправился на поиски Алёны.
   - Теперь не убьёт, это я Вам гарантирую. Мы нашли Алёну, она здесь, в Москве.
   - Слава Богу!
   - Да, конечно. Но поторопиться следует, так как наш общий знакомый готов штурмом брать Эмираты, чтобы узнать, где его сын. А, зная его, допускаю, что он вполне может это сделать.
   - Вы серьёзно так считаете?
   - О, да!
   Лика осторожно подала Игорю ребёнка и помчалась переодеваться.
   - Я сейчас, мигом. Вы на машине?
   - Нет, на метро приехал, - пошутил Игорь, боясь пошевелиться, чтоб не уронить завёрнутый комочек.
   - Там, возле зеркала в прихожей ключи от моей машины, возьмите их, - за несколько минут она оделась и даже успела подкраситься, распустила волосы, которые водопадом спустились на плечи.
   - Готова. Да, Игорь, меня зовут не Анжелика, той женщины больше не существует, это был всего лишь псевдоним. Моё настоящее имя Настя.
   - Могу признаться, что оно вам больше подходит. Честное слово!
  
   Игорь без стука открыл двери и зашёл в холл, Настя несмело переступила порог, не решаясь идти дальше. По лестнице спускалась Алёна, но, увидав ненавистную гостью, остановилась.
   - Что ты здесь забыла? Не помню, чтоб присылала приглашение.
   - Привет, Алёна. Можешь отругать меня, это моя идея привести Настю сюда, она здесь не при чём.
   - Да, конечно, ведьма, в образе ангела. Андрей! - громко позвала она, и, когда он появился, произнесла, - объясни этой женщине, что я ни слышать, ни тем более видеть её не желаю.
   - Ты? Как ты посмела? Я ведь предупреждал, чтобы ты не показывалась мне на глаза! - он стал быстро приближаться к девушке, но дорогу ему преградил Игорь, закрыв собой, как щитом.
   - На твоём месте я бы не стал этого делать. Настя, да, да, это про неё я говорю, пришла с хорошими вестями, для вас, между прочим, хорошими. А Настя - это её настоящее имя, не знал? И я не позволю, чтоб хотя бы один волосок упал с её головы.
   - Да, вот это речь, слышишь, Андрей, не мальчика, но мужа. Похоже, пропал парень, - Глеб стоял, прислонившись к дверному косяку, наблюдая разыгравшуюся сцену.
   - Ладно, не томите, с чем пожаловали?
   Разбуженный громкими голосами, на руках Насти заплакал ребёнок. Все, как один замерли, даже Людмила Фёдоровна с полотенцем на плече прибежала из кухни. Следом, как обычно, появился доктор.
   - Уважаемые господа, вот эта девушка, - он подтолкнул вперёд Настю, которая старалась успокоить малыша, шепча ласковые слова, - спасла (да-да, в полном смысле этого слова) жизнь вашего мальчика. Смотрела за ним, как родная мать, пока вас не было. А теперь принесла его, чтоб вы, обезумевшие от горя родители, смогли обнять своего ребенка. И я спрашиваю вас: разве не заслуживает она прощения? Сможете вы осуждать эту женщину?
   - Игорь, не шути так, ты и вправду хочешь уверить нас, что это наш сын? - прогремел Андрей, подхватывая ослабевшую Алёну.
   - Ну, милая, очнись, посмотри на меня, - Алёна открыла глаза и протянула к малышу руки, - это он, Андрей! Мама, это он! Мой маленький, родной, крошка моя!
Она целовала маленькое личико, которое смешно корчилось от щекотки, - но объясни, как он попал к тебе, ничего не понимаю.
   - Объяснись, Лика, мы все ждём!
   - Ты что, Андрей, плохо понял, я ведь сказал, что её имя Настя, не так сложно запомнить, - Игорь злился не на шутку, готовый в любую минуту броситься на обидчика.
   Впервые за Лику-Настю так заступались, и девушка с огромной благодарностью посмотрела на своего неожиданного защитника.
   - Эй-эй, адвокат, потише! - Глеб сразу вспомнил, что он на службе, и попытался миром договориться, - без потасовки!
   - Вот письмо, которое всё объясняет, - конверт переходил из рук в руки.
   - Ладно, девочка, не обижайся, мы все в последнее время немного сошли с ума. Дай нам время. И, спасибо огромное за внука. Всё, ребята, война войной, а кушать хочется. Прошу в столовую, пироги стынут. Самое лучшее место для перемирия - это обеденный стол.
   - Вот это верно, Людмила Фёдоровна, Вы самая мудрая женщина на свете, я преклоняюсь перед вами! - Игорь так и сделал, поклонился женщине в пояс.
   - Слышишь, Андрей, по-моему, он спятил. Любовь, как вирус, заразиться им легко, а вот вылечиться невозможно. Настя, что ты сделала с нашим другом? А? Только вчера видел его, был нормальным. Всё, сдаюсь. Влюблённые, что чокнутые, с ними шутить опасно, - Глеб поднял руки в знак примирения, когда Игорь подскочил к нему, требуя объясниться.
   - Кино! Скажите, кто-нибудь из вас умеет писать сценарии, неплохой сериал мог бы получиться.
   - Сериал, говоришь? А что? Неплохая идея. Кто за? - Игорь поднял руку, призывая всех к голосованию, - многие сериалы смотрят с удовольствием, чем наш будет плох?
   - А ты, Игорек, будешь продюсером, из толстосумов будешь деньги выбивать.
   - Э, нет, дорогой Глеб, это бандиты деньги выбивают, а деятели культуры собирают пожертвования на развитие искусства. Понимать надо разницу.
  
   За столом продолжалась веселая болтовня, строились разные планы на будущее, звучали тосты, добрые шутки друг над другом, так что обед затянулся на неопределенно-долгое время.
   И пусть за этим столом собираются только друзья, и никогда в этом доме не погаснет очаг любви и доброты.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   Часть 2
   Рыцарь в белых доспехах....
   Глава 1
  
   Через три года у Андрея и Алёны родился второй ребёнок - девочка. Долгожданное семейное счастье несколько смягчило характер Андрея и даже породило в нем некоторую склонность к философии. Если друзьям требовался мудрый совет, они обращались к Меньшиковым. Философская рассудительность Андрея и спокойная практичность Алены всегда имели положительный результат, а постоянная готовность прийти на помощь делала их просто незаменимыми.
  
   Анастасия Селиванова стала продюсером и поставила сериал "Все дороги ведут к любви", в котором рассказывалось о бедной девушке, пережившей все круги ада в плену своих страстей к молодому богатому бизнесмену. Она завоевала любовь и уважение не только многих деятелей искусства, но и людей, которым когда-то принесла много горя. К великому сожалению Игоря, у них с Настей, кроме дружеских, почти братских отношений, ничего не получилось. Спустя пять лет Настя встретила человека, который представился ей обыкновенным небогатым строителем, живущим на зарплату. Ради того, чтобы не потерять любимого человека, она пошла на необычные для нее жертвы: отказалась от руки состоятельного бизнесмена, с которым познакомилась через Интернет. Глава крупнейшей строительной компании "Свирин и К®" Георгий Николаевич, тридцати пяти лет отроду, предложил ей руку, сердце и свои миллионы. Но Настя, которая дала себе слово никогда больше не ставить богатство выше своих чувств, отказала. Раньше даже не задумалась бы над тем, что лучше: деньги или любовь. Её строитель Гоша, неизвестно откуда узнавший об этом, был несказанно удивлен тем, что она отказалась от богатого жениха. Сам же он приходил к ней на свидания всегда в одних и тех же потрепанных джинсах и кроссовках, купленных на Черкизовском рынке. Гоша не спешил делать Насте предложение, говоря, что не хочет выглядеть в глазах знакомых альфонсом, женившимся на знаменитой продюсерше. Девушка не упрекала его за это, и, вспоминая своё прошлое, терпеливо ждала. Каждый раз, когда её кавалер выкладывал в небольших барах деньги за ужин, пыталась заплатить сама, зная, что ему надо и за квартиру заплатить, и мать с тремя сестрёнками на ноги поднимать. Но Гоша всегда возражал и сильно обижался, а потом пропадал куда-то на две-три недели. Настя беспокоилась за него, предлагала свою помощь, но каждый раз получала такой решительный отказ, словно натыкалась на непреодолимую стену. С семьёй Гоша также её не знакомил, мотивируя тем, что живут они бедно, и ему не хочется, чтобы она его жалела. Так продолжалось ровно год.
   Однажды посыльный принес билет на Боинг до Парижа и записку с координатами гостиницы, в которой надо остановиться. Несказанно удивившись отпечатанной в записке полной инструкции - когда и в каком ресторане ей назначена встреча, а также сообщению, что проживание в отеле и все расходы на поездку оплачены фирмой, Настя повертела в руках конверт и положила его на журнальный столик. Позвонив Алёне (к тому времени они стали закадычными подругами), она рассказала о довольно странном послании. Алёна внимательно выслушала и посоветовала поехать.
   - Что гадать на кофейной гуще, Настя, съезди и узнай. Только постоянно держи со мной связь. Мало ли что? Там точно ничего не указано, может, какая-нибудь конференция кинематографистов?
   - Да в том-то и дело, что даже отправитель не известен. Нет, погоди, есть печать туристической фирмы, "Уют", кажется. Всё смазано.
   - Никогда о такой не слышала, - Алёна долго молчала в трубку, вздыхая. - Попрошу Андрея, он наведёт справки, да и Глеб поможет.
   - Договорились. Что узнаешь, позвони. Пока.
   Алёна не на шутку испугалась за подругу и в тот же вечер поведала о своих сомнениях по поводу поездки Андрею. Тот внимательно выслушал, улыбнулся и сказал, чтоб не беспокоилась. Он что-то слышал об этом, только не помнит от кого. Всем продюсерам-женщинам прислали такие приглашения. Якобы, хотят преподнести подарок ко дню Восьмого марта.
   Алёна передала полученную информацию Насте. В назначенный день отвезла подругу в аэропорт, и они долго высматривали, не появятся ли её коллеги. Должна же быть хоть небольшая группа, но никого не дождались вплоть до посадки в самолёт. С тяжёлым сердцем Алёна махала на прощанье рукой, всё больше и больше переживая за Настю. Позвонив мужу по мобильному телефону, она прямо так ему и заявила:
   - Андрюша, я сейчас в аэропорту, беру билеты на Париж.
   - Куда? Зачем?
   - Ох, не нравится мне эта затея с приглашением. Волнуюсь я за Настю. Короче, лечу к ней на выручку. Кредитка у меня есть, все, что надо куплю себе там, на месте. Ой, да, чуть не забыла, пусть няня обязательно проследит за тем, чтобы Танюша не таскала из бара шоколадные конфеты. У ребёнка диатез, нельзя есть сладкое.
   - Солнце моё, тебе вовсе не следует беспокоиться за Настю. С ней всё будет в полном порядке. Это я тебе гарантирую. Всё объясню вечером. Целую, пока, - и отключился.
   Алёна некоторое время постояла, размышляя про себя:
   - Интересный кроссворд получается. Значит, мой милый муженёк знает гораздо больше, чем пытался внушить мне. Что-то здесь не чисто. Ладно, дождусь как-нибудь вечера, если прежде не умру от любопытства.
   Не успел Андрей появиться в доме, как Алёна потащила его в кабинет, не дав даже поужинать.
   - Быстрее умру я от любопытства, чем ты от голода, - заявила категорически она, - выкладывай всё, что тебе известно.
   -Хорошо, сдаюсь. Слушай. Ты же всё равно не отстанешь. Бедненький Гоша, как его называешь ты, никто иной, как Свирин Георгий Николаевич. Его семья ещё в двадцатые годы эмигрировала за границу. Бывшие дворяне обосновались в Париже.
   - Ничего себе! Так значит, жених из Интернета и строитель Гоша - одно и то же лицо?
   - Ну, да. Я же тебе об этом и говорю. Мне по работе пришлось несколько раз прибегать к помощи его компании. В Париже он увидел снимок, где мы все вместе: мы с тобой, Глеб, Игорь и Настя. Он спросил, что за девушка. Я и рассказал ему. Гоша заинтересовался и, спустя некоторое время, открыл фирму у нас, в Москве. Так он стал строителем. Я же, будучи в курсе того, где можно встретить нашу Настю, дал точные координаты времени и места. Остальное Георгий взял на себя. Нашлись, конечно, доброжелатели, которые поведали ему, что Настя любит деньги больше, чем всё человечество, вместе взятое. Я убеждал, что той женщины больше не существует, но, видимо, у него свои соображения. Так как она любит посещать чаты в Интернете, я подбросил ему идею познакомиться под настоящим именем. Он посылал ей фотографии своего двоюродного брата. А когда убедился, что Настя предпочла его бедного ему же богатому, решил, что пора раскрыть карты, и пригласил её в Париж познакомить с семьёй и сделать официальное предложение. Почему ты думаешь, несчастный Гоша-строитель обижался и пропадал неизвестно где неделями?
   - Теперь догадываюсь. В Париж летал, разгребать завалы своего недельного отсутствия.
   - Ну вот, ты же всё понимаешь, умница ты моя. Всё, есть хочу. Корми мужа.
   - Нет, погоди, а его семья согласна?
   - О, Господи.... У него мама - бизнес-леди, все три сестрички замужем за респектабельными мужчинами, которые от и до обеспечивают своих ненаглядных. Он сам хозяин своей судьбы. Алёнушка, ему тридцать пять, и мама его прыгает от счастья, что сын наконец-то изъявил желание обзавестись семьёй. Всё, если ты сейчас же не покормишь меня, я голодным не останусь, сгребу тебя в охапку и до утра не выпущу из спальни!
   Андрей встал с кресла, расстегнул пуговицы и засучил рукава на рубашке, потом поднял жену на руки, намереваясь на практике осуществить то, что обещал. Алёна не растерялась, обняла мужа покрепче и промурлыкала, что согласна.
   - Но только после того, как покормлю тебя. Не хочу всю ночь чувствовать себя виноватой перед твоим урчащим желудком.
  
  
   Глава 2
  
   Глеб через полгода после знакомства с Ракель вылетел к ней на гастроли на остров Малибу. Только два часа они побыли вместе. Ракель играла в фильме цирковую акробатку и решила выполнить трюк сама, не прибегая к помощи каскадера. Лопнул страховочный трос, и, упав с высоты, она сломала позвоночник. До больницы её не довезли. Пред самыми съемками, как будто предчувствуя беду, она составила завещание, где всю недвижимость: квартиру в Акапулько и виллу в Вилокруссе завещала Глебу. Юристы разъяснили, что после продажи домов и вычета всех налогов на банковском счёте останется около двух миллионов долларов, в переводе с мексиканских песо. Бедный Глеб слушал и не слышал. Два года после этого он активно искал смерти. Но, видимо, тот, кто за костлявой бегает, ей не нужен. Глеб разбивался на машине в гонках на выживание, и врачи еле собрали его по частям. Стал заниматься экстремальными видами спорта, откровенно презирая вероятность гибели.
  
   Прошло пять лет. Празднование дня рождения Андрея подходило к концу, и Глеб, попрощавшись с Алёной и остальными гостями, собрался в Москву. Надвигалась гроза, и друзья уговаривали переждать непогоду. При мощных порывах ветра ветви деревьев скрипели и изгибались, а пыльные вихри слепили глаза. Небо стало чернее земли, лохматые тучи катились по нему, и, казалось, угрожали миру всемирным потопом. Привыкший глядеть в глаза опасности, Глеб и на этот раз не собирался нарушать ритуала: стихия так стихия, отчего силами не потягаться. Завёл машину и напоследок помахал рукой приятелям. Андрей и Игорь переглянулись, но как удержать этого сорви-голову, никто из них не знал.
   - Вот чёрт окаянный, - в сердцах выругался Андрей.
   - Поеду-ка я с ним, что-то на душе свербит, как бы беды не было. Попрощайся за меня да извинись перед Аленой за то, что так скоро покинул ваш гостеприимный дом.
   Игорь, не теряя драгоценного времени, так как Глеб уже успел подъехать к воротам, бросился наперерез, размахивая руками с просьбой остановиться. Увидев друга в зеркало заднего вида, Глеб притормозил, ожидая, когда тот сядет в машину.
   В салоне наступило недолгое молчание, в течение которого было слышно только учащённое дыхание Игоря и хмыканье Глеба.
   - Ну, и долго ты собираешься стоять? Учти, я еду с тобой! - не выдержав внимательного взгляда друга, пробубнил Игорь.
   Автомобиль мягко тронулся с места и через открытые ворота выкатился на проезжую часть улицы. Миновав коттеджный посёлок, Глеб прибавил газу, притормозив только возле пропускного пункта на выезде, да и то потому, что замешкался охранник, вовремя не поднявший шлагбаум.
   - Эх, Глеб, и что за глупая мысль тебя посетила? Выехать в такую погоду! Перед нами был выбор между тёплой пастелью и бурей, между бутылочкой коньяка и ветром, между приятной компанией и дождём. А он вот-вот начнётся. А главное, - продолжал Игорь, - хоть бы на свидание торопился, или тебя в твоей пустой квартире ожидало бы какое-нибудь очаровательное создание с обольстительной улыбкой и бесконечной любовью во взгляде. Тогда бы не только я, но и все твои друзья смогли бы тебя понять и оправдать столь безрассудный поступок, мчаться сломя голову в загазованный город. Право, чем больше я раздумываю, тем больше прихожу к выводу, что мы с тобой поступили как круглые дураки. Вот объясни мне, неразумному, какого лешего тебе не сиделось в тепле возле камина? А я, как последний идиот, помчался с тобой. Что со мной не так? Почему я так устроен? Во всём тебе уступаю, да... и не только тебе...
   - Неужели? Так уж и во всём? - улыбнулся Глеб.
   - А как это, по-твоему, называется? Ты идёшь впереди, как поводырь, а я, как слепой, за тобой сзади. Потому что не знаю - не ведаю, чем вся эта поездка закончится.
   - А теперь ты на что жалуешься? На то, что сам, по своей воле, прыгнул ко мне в машину? - спросил Глеб слегка ироническим тоном. - Давай-ка держись покрепче, а ещё лучше пристегни ремень безопасности. Да не кисни ты, приободрись немного.
  
   Ливень бил в лобовое стекло, накрывая дорогу сплошной пеленой, и бурным потоком скатывался в придорожные канавы. Вообще, когда глаза не имеют возможности видеть и оценивать опасность, она вырастает выше всякой меры, и воображение скачками переносит нас за границы реального.
   Наперекор стихии Глеб прибавил газу, стрелка спидометра поползла вверх и достигла отметки 160, а ему и этого показалось мало, он до упора вдавил педаль газа и рассмеялся.
   - Смейся, коли тебе так весело. Ты ведь всех нас уже несколько лет стараешься убедить, что заключил договор со смертьтю, а она согласилась дать тебе отсрочку на неопределённый срок, вот ты ничего и не боишься. А я, между прочим, с этой старушкой никогда не виделся и не имел счастья, или несчастья, как выразиться даже не знаю, взять с неё слово, что после такой езды останусь в живых, мне она ничего такого не обещала. Ну, чего ржёшь?
   - Скажи, друг мой, Игорь, почему бы не посмеяться над судьбой? - ответил Глеб, но скорость всё же сбросил до 100. - Разве не смешно, хотя бы вот это: ты - взрослый мужик, плачешься на непогоду, на быструю езду, словно напуганная девчонка, которая забыла зонтик и боится вымокнуть. Нам это не грозит: крыша над головой имеется, а если тебя озноб донимает, могу печку включить.
   - Да не надо. Я же не против быстрой езды, но в пределах разумного. А ещё я Андрею обещал, что до дома мы доедем живыми и здоровыми. Хотелось бы без экстрима, и не превышая допустимой правилами скорости. Ты погляди, что за окном делается, ни черта не видно, а ты несёшься как угорелый!...
   - Ладно, давай без экстрима, тогда споём что ли, все лучше, чем жаловаться на погоду, - и Глеб принялся напевать громким вибрирующим голосом известную песню Ларисы Долиной: "Главней всего погода в доме, а всё другое - ерунда"...
   Будто в отместку, что к погоде относятся с таким пренебрежением, сверкнула яркая молния, озарив всё вокруг ослепительным сиянием.
   Застигнутый врасплох и ослепленный вспышкой, Игорь вздрогнул, вжался в сиденье и закрыл глаза. Глеб же, напротив, поднял голову и спокойно встретился с ней взглядом; через несколько секунд всё вокруг вновь погрузилось во тьму. За молнией ударил гром чудовищной силы, словно выпалили из тысячи пушек одновременно, и раскаты, казалось, докатывались до самого горизонта.
   - Глеб, прекращай играть жизнью и своей, и моей. Кажется, лучше будет остановиться. По законам физики молния всегда бьёт в движущуюся цель, и мы сейчас становимся прекрасной мишенью.
   - Ты прав только частично: да, у нас металлический корпус, но, шины резиновые, так что играют роль изолятора.
   И вместо того, чтобы остановиться, как предложил Игорь, расхохотался и вновь прибавил скорость, только струи воды разлетались из-под колёс летящей на огромной скорости машины.
   Новый удар грома, ещё ужасней, чем первый, разразился прямо над их головами. И чем сильнее грохотал гром, тем громче пел Глеб.
   Игорь не был трусом, но сейчас испытывал то особенное беспокойство перед лицом разнузданных сил природы, которого не избегают даже самые храбрые люди.
   А у Глеба в глазах сверкала дикая радость, казалось, он весь сиял от предвкушения борьбы со стихией, бросал ей вызов и от этого был счастлив, смеялся и пел. Внезапно его песня оборвалась, и он серьёзно посмотрел на друга:
   - Можешь считать меня сумасшедшим, - словно в каком-то вдохновении проговорил он, - но я не мог остаться, не хотел пропустить такой прекрасный небесный спектакль, будто специально для меня организованный кем-то там наверху. Мне жаль тебя Игорёк, ты не понимаешь, какой восторг испытываешь, несясь на всех парах по скользкой извилистой трассе, прыгая со скалы на парашюте, без всякой страховки преодолевая горы. Вот это жизнь - чистый адреналин!
   - Нет, Глеб, ты не сумасшедший, но психиатру показаться тебе не вредно. Я так считаю, потому что я-то - не камикадзе.
   - Ничего то ты не понял! У меня весь день нервы были на пределе, готов был в любую секунду взорваться, а теперь посмотри на меня, сразу вылечился и готов весь мир обнять, кричать "Ура" в честь ветра, дождя, грома и молнии. Да никакой психиатр так не поможет как эта буря. Поражаюсь я тебе, неужели ты не чувствуешь, как гроза гармонирует со всем окружающим, создавая поистине праздник вокруг себя. Можно подумать, что ты старик, и для тебя важно, чтоб вокруг была тишь, гладь, да Божья благодать. Моё сердце, слава Богу, ещё не мертво до такой степени, оно подвижно и с каждым ударом грома бьётся всё сильнее, разгоняя кровь по жилам, и я чувствую прилив сил, бодрости, молодости, и представь себе, страсти. Не бойся, я с тобой, и уверяю, ничего с нами не случиться. Я тебе обещаю. Да и на свадьбе твоей погулять хочется.
   - Если бы я тебе не верил или не доверял, меня бы с тобой сейчас рядом не было. Я все понимаю, но эти мощные разряды, которые беспрестанно грохочут и изрыгают пламя, как разъярённый дракон, меня слегка напрягают. Если честно, с детства грозу не переношу. Когда в третьем классе меня родители на лето отправили в деревню к тётке, она меня на сенокос потащила, а через час гроза началась, тётку Аграфену молнией убило прямо на моих глазах. Я тогда так перетрусил, что не помню, как до правления колхоза добежал, чтоб скорую вызвали. Понять тогда не мог, почему врачи её спасти не могли. А кого спасать-то было, обуглилась она вся....
   - Прости, я не знал. Согласен, правда твоя, кое-где это чудовище убивает, кое-где разрушает, но, в общем и целом придаёт рост и силу всему живущему на нашей грешной планете. Видно, пришла такая минута, когда мне хочется пофилософствовать, так что наберись терпенья, друг, и выслушай.
   - Я весь внимание.
   - Каждый человек должен в определённый период своей жизни пройти через зло, чтобы породить добро, приблизиться к смерти, чтобы произвести жизнь и прийти после этого к благим результатам.
   - Ты убил в себе философа. Эй..., полегче!.. - последнее восклицание вырвалось у Игоря непроизвольно, вследствие быстрого рывка железного монстра от края дороги на середину.
   - Дерево!
   - Что дерево? - не понял Игорь, - они повсюду, с обеих сторон дороги.
   - Одно из них рухнуло и лежало прямо на нашем пути, - спокойно прокомментировал Глеб свой внезапный, но вынужденный вираж.
   - Я не заметил.
   - В этом и состоит разница между гонщиком и автолюбителем. На трассе ещё и не такие препятствия встречаются, и ничего, преодолеваем.
   Небо вновь раскололось на две половины, лезвие огненного меча проскочило от края до края горизонта, ярко осветив всю местность.
   На противоположной стороне дороги молодым людям предстало странное видение. Глеб резко затормозил; автомобиль слегка занесло, но он умело справился с управлением и остановился.
   На обочине стояла совсем молоденькая девушка с длинными распущенными волосами, с которых водопадом стекала вода. Короткий кожаный плащ не защищал голые ноги, обутые в белые кроссовки, от тугих дождевых струй. Она зябко ёжилась от налетавших порывов ветра, одной рукой придерживая распахивающиеся полы плаща, другой - убирая с лица прилипающие пряди волос. Выглядела девушка, как неземное существо, словно спустившийся на землю ангел нечаянно потерял дорогу назад на небеса.
   Приятели затаили дыханье, боясь спугнуть увиденное чудо. Но виденье не исчезло, не испарилось, как фантом, а осталось стоять тёмным, поникшим силуэтом.
   - Ты видишь то же, что и я? - на всякий случай поинтересовался Глеб, вдруг перестав доверять своим глазам.
   - Угу, - прошептал Игорь, кивая головой, на этот раз соглашаясь с другом. - Что она делает на дороге одна, поблизости нет ни одного населённого пункта, да ещё в такую погоду? Глеб?
   - Да....
   - А ты уверен, что у нас не галлюцинация?
   - Массовым только гипноз бывает, а глюки у всех индивидуальные. Мы с тобой видим одно и то же, значит, вывод напрашивается сам собой: она, как и мы, из плоти и крови. Выглядит вполне настоящей.... А что она тут делает, понятия не имею. Спросим?
   - Давай.
   -Вам куда? Может подвезти? - приоткрыв боковое стекло, поинтересовался Глеб.
   Девушка будто ждала приглашения, сорвалась с места, быстро перебежала дорогу, но в метре от машины остановилась в нерешительности, раздумывая, стоит ли рисковать. Люди бывают разные, а здесь двое мужчин в машине.
   - Ну же, решайте, промокла вся, так и воспаление лёгких подхватить недолго! - подбадривал девушку Глеб, открыв заднюю дверцу.
   - Была - не была! - прошептала она, юркнув на сиденье. Поудобней устроившись, тряхнула головой и окатила мужчин дождевыми брызгами.
   - Ой, простите! - виновато пропищала она.
   - Ничего, не сахарные, не растаем, - весело откликнулся Глеб, вытирая капельки с лица. - Так Вам куда? Давайте уточним маршрут.
   - В Москву, если можно. Я заплачу! Если Вам не по пути, то до ближайшей остановки, откуда я могла бы уехать.
   - По пути, - подал голос молчавший до этого Игорь. - Как зовут Вас, красавица?
   - Милена.
   - Я Игорь, а это Глеб.
   - Очень приятно.
   - Чудное имя! И что заставило Вас в такой ливень покинуть дом? - Игорь был в своём репертуаре, так как считал подобное поведение неразумным. В такую погоду хороший хозяин собаку на улицу не выгонит, не то, что по доброй воле ... под проливной дождь.
   - Я..., мне..., - чуть заикаясь, прошептала она. - Мне было страшно, я испугалась..., очень..., испугалась.
   Голова девушки опустилась на грудь, и она, прикрыв ладошками лицо, разрыдалась.
   Остановив машину, Глеб заглушил мотор и вышел. Постояв немного под дождём и подумав, открыл дверцу со стороны пассажирки и вежливо попросил подвинуться. Девушка вздрогнула и с испугом посмотрела на рослого детину, мощным торсом загородившего проход, отрезав тем самым дорогу к бегству, с неохотой подчинилась, освобождая место рядом с собой.
   - Рассказывай! - чуть сдавленным хрипотцой голосом потребовал он.
   - Мне стыдно.... Я не могу, понимаете? Просто не могу Вам всё рассказать... Да и зачем Вам чужие проблемы? Своих что ли нет? - вновь заплакала она, размазывая по лицу основательно подмокшую косметику, которая на бледной коже превращалась в причудливые чёрно-синие узоры.
   - Ты говори, а потом мы с другом сами решим, стоит ли нам заниматься твоими проблемами, или своими ограничиться. Может статься, твои страхи яйца выеденного не стоят, тем более пролитых тобою слёз, девочка.
   - Стоят!.. - всхлипнула она.
   - Тогда, тем более, рассказывай. - Глеб вынул из кармана носовой платок и протянул девушке, она с благодарностью кивнула, принимая белый свёрнутый квадратик, - он чистый, оботрись.
   - Спасибо!..
   Версию о том, что девушка испугалась грозы, друзья откинули сразу, как не существенную. Нелепо убегать из дома в надежде, что под открытым небом будет не так страшно, как за толстыми стенами с крышей над головой. Значит, причина, заставившая вечерней порой, да ещё в такую непогоду покинуть жилище, куда серьезнее, чем девичьи страхи по поводу бури.
   - Брат проиграл меня в карты, - чуть помедлив, прошептала она непослушными губами.
   - Как это проиграл? - удивился Игорь. Невозможно было поверить столь чудовищному сообщению.
   - Он заядлый игрок? - спросил Глеб напрямую.
   - Да. Родители не смогли отучить его от этой привычки. Однажды папа не выдержал, выпорол его, но всё напрасно. Он с 15 лет играет. Вначале по подворотням со шпаной на деньги играл, а когда подрос, в казино проводил времени больше, чем дома.
   - Всё равно, не могу взять в толк, как можно проиграть человека. Человека! Это же не деньги, не имущество, движимое или недвижимое! - возмущался Игорь.
   - В наше время всё возможно, - с грустью проговорил Глеб. - Сейчас в элитных кругах придумали новую забаву, нервы себе пощекотать, да чтоб адреналин подпрыгнул выше головы: мужья проигрывают не только состояние, но и своих жён. Это, похоже, представляется очень забавным, вместо долга предложить ночь со своей супругой, или вообще отдать на постоянное жительство в чужой дом. Вот только не понятно в какой роли, супруги или женщины для ночных утех. Зато разом решаются две проблемы, и долга нет и жены. Сколько лет твоему брату?
   - Двадцать пять, - с нескрываемой ненавистью процедила она сквозь зубы. - Мне 23, в этом году окончила университет по курсу "Экономика и Право". Две недели назад брат, как обычно, проводил время в казино, и Костик - тот ещё катала - до нитки его обобрал, в самом прямом смысле слова без штанов оставил. И ведь знал же, придурок, с кем играть сел, но остановиться не мог. За их столик Чечен подсел, предложил брату его деньгами воспользоваться.
   - Вот так сразу и предложил? - засомневался Глеб, не понаслышке знакомый с правилами игры. На своей шкуре испытал как радости побед, так и горечь поражений, чуть не приведшую к гибели Андрея. Но он никогда бы не позволил себе поставить на человека.
   - Брат частенько пользовался кредитами, и все были в курсе, что Влад долги всегда вовремя отдавал. Вернее, не сам брат, а мама (у отца просить боялся), которую он ставил перед фактом, а иногда и запугивал тем, что, если он не вернет энную сумму, её чадо просто-напросто убьют. Отец не всё знал или делал вид, что не в курсе проделок сына. Да кто бы его убивать стал, просто лапшу маме на уши вешал. Пару раз бы не заплатили за него, больше бы ему никто в долг и не дал.
   - Не скажи!.. Вот здесь твой брат говорил чистую правду, добром для него это не кончилось бы. Так что Чечен?
   - Тоже мне, спонсор выискался! Влад и чужие деньги просадил, или его специально по-крупному подставили.
   - Скорей всего так и было. А кто такой Чечен? Это кличка или он по национальности чеченец? - поинтересовался Глеб.
   - Вот этого я не знаю, никогда его не видела, да и не горю желанием увидеть. Только и Чечен остался с носом, видно, не знал, что брат на полной мели, счёт в банке, на который мама ежемесячно, тайком от папы перечисляла деньги, заблокировали на неопределённый срок.
   - Отец обанкротился? Или узнал о маминых несоизмеримых с её запросами тратах?
   - Теперь я об этом никогда не узнаю, - горестно вздохнула Милена.
   - Что так? Родители по этому поводу объявили словесный бойкот?
   - Они погибли...
   - Когда это случилось?
   - Месяц назад. Машина взорвалась, а там..., там..., - слёзы ручьём катились из прекрасных по-детски наивных глаз девушки.
   - Месяц назад, месяц назад, - повторил за девушкой Глеб, пытаясь восстановить в памяти события, связанные с похожим случаем. - Твой отец был директором коммерческого банка "Орбита"?
   - Да... Вы его знали?
   - Приходилось встречаться. Слышал я про его гибель, тёмная история. Так и не нашли по горячим следам ни исполнителя, ни заказчика. И чем больше времени пройдёт, тем слабее надежда, что их вообще когда-нибудь поймают. Прости девочка, но заказные убийства практически не раскрываются.
   - Мне и в милиции так сказали. Но я не теряю надежды.
  
  
   Глава 3
  
   - Твой отец был спонсором нашей команды. Два месяца назад он приобрёл для нас три спортивных автомобиля. Хороший был мужик!.. - лицо Глеба стало серьёзным, черты лица будто окаменели, на лбу чётко выделились три продольные линии.
   - Что предпринял Чечен, когда понял, что твой брат не сможет расплатиться?
   - Потребовал отдать ему двадцать процентов акций банка, если брат не располагает наличными.
   - Ну и аппетиты у него я Вам скажу..., - поразился Игорь.
   - Брат на это согласился?
   - Может быть, и согласился бы, но он ничего не имеет, ни акций, ни недвижимости, которую можно продать или заложить на крайний случай. Только машина, на которой он ездит, на его имя записана. Но она даже и десятой доли долга не покроет при продаже. Влад пришёл к папиному заместителю (он сейчас исполняет обязанности директора), потребовал разблокировать счёт и положить на него требуемую сумму. Так дядя Слава приказал охране его взашей вытолкать, даже разговаривать не стал, и предупредил всех, чтоб на порог его не пускали. Чечен включил счётчик, теперь с каждым днём он тикает всё быстрее и быстрее. Влад в панике метался по друзьям, знакомым, но, как часто бывает, в самый трудный час все от него отвернулись. Кому он нужен без папиных связей и денег. А папы больше нет. Вот и помочь ему некому.
   - А в права наследства он сможет вступить по истечении отведённого законом времени, то есть через полгода, так? - поинтересовался Игорь.
   - Нет у него никакого наследства, иначе под будущие деньги и спонсоры бы нашлись. Папа составил завещание в мою пользу, я единственная наследница. Шестьдесят процентов акций банка принадлежат мне, как и всё остальное имущество, включая виллу в Испании и два загородных дома в Подмосковье, три квартиры в Москве, и ещё счёт в Швейцарском банке. Остальное не помню. Влад как узнал, озверел совсем, на всех бросается.
   - Да, детка, нелегко тебе придётся с таким наследством. Врагу не позавидуешь, - усмехнулся Игорь. - Только мой тебе совет, никогда и никому, тем более, незнакомым тебе людям, не рассказывай об этом. Кроме неприятностей на свою головку ничего не заработаешь.
   - Знаю. Меня и дядя Слава с адвокатом предупреждали, а вот нате, разнюнилась, откровенность из меня полезла.
   - С нами можно, - успокоил Игорь, - с другими не стоит. Мы - ребята надежные, на плохие поступки не способные.
   - С наследством мы разобрались, но вот что тебя так напугало, так и не поняли, - возобновил расспросы Глеб, а Игорь в подтверждение его слов кивнул головой.
   - Как это? А то, что меня как вещь в карты проиграли? Это что, испуга не вызывает? - в отчаянии выкрикнула Милена.
   - Прости, девочка, конечно, вызывает. Тебя, если я правильно понял, вместо кредитной карточки брат отдал в руки Чечена под залог?
   - Вроде того. Сплетни разносятся быстро, и этот поганец, узнав, что брату долг отдавать нечем, предложил сделку. Он ему долг прощает за право первой ночи, если, конечно, она у меня первая будет.
   - А это так? Действительно первая? - с интересом спросил Игорь.
   - Представьте себе, да! Вы что думаете, раз девушка взрослая и с деньгами, то невинной быть не должна?!.. - обижено проговорила она.
   - Нет, мы так не считаем, - серьёзно ответил Глеб и улыбнулся, - я тоже согласен с Игорем, это сейчас редкость!
   - Вы улыбаетесь, а мне не до веселья. Как я потом мужу в глаза смотреть буду, когда выясниться, что я..., я.... Ну, вы сами понимаете, что имеется в виду. Само собой, я от такого наотрез отказалась, даже ради спасения шкуры моего единственного братца.
   - Понимаем, - кивнули друзья.
   - Сегодня вечером Влад отпустил прислугу, двери на замки запер, чтоб я не сбежала, телефонный провод оборвал (я собиралась позвонить дяде Славе, он бы прислал парней покрепче, враз бы этого нахалюгу усмирили), мобильник мой вдребезги разбил. А со своего телефона позвонил Чечену, я разговор подслушала: "Всё в ажуре. Жду, дома никого нет, кроме меня и сестрички. Нет, как договорились, только ты появляешься, я быстро линяю. Разумеется, на всю ночь. Да и что мне вам мешать, я же понимаю. Только, как и договаривались, ты один, без охраны, не стоит пугать девочку сверх меры".
   - Вот подонок! - выругался Игорь. Глеб молчал. - У таких на лбу, чтоб все видели, калёным железом выжигать надо: "Я урод, не подходите близко, опасно для жизни".
   - Не получится.
   - Почему?
   - На лбу не поместится. Я простыни связала и по ним спустилась с третьего этажа, из моёй комнаты. Прихватила паспорт, а вещи взять побоялась, с ними далеко не убежишь.
   - Я вот думаю, если ты наследница, почему за брата не расплатишься? Это же гораздо лучше, чем быть изнасилованной, - поинтересовался Игорь.
   - Вы, вероятно, считаете меня скрягой? Сижу на миллионах, а брату несколько тысяч долларов пожалела, так? Пробовала!
   - Чечен выбрал тебя?
   - Откуда мне знать, что бы он решил, если бы ему предложили этот выбор. Я не могу воспользоваться наследством!
   - Ничего не понимаю! - совсем запутался Игорь. - Почему?
   - Папа всё точно рассчитал и оказался прав. Одной мне ни с братом, ни с деньгами не справиться, а вот будущему мужу, которого я сама себе выберу, вполне это будет по силам. С Владом он делиться не захочет, а обо мне позаботится.
   - Это, как сказать, смотря на кого нарвёшься, - с сомнением проговорил Игорь. - Смотри, девочка, не ошибись... Влад, видно, сильно насолил отцу, раз тот его без гроша оставил.
   - Нет, что Вы, кое-какие деньги и ему причитаются. Владику будет выделяться ежемесячное пособие в размере пяти тысяч долларов. Прожиточный минимум, как написал в завещании папа. Столько же и мне, пока не обзаведусь семьёй. Плюс расходы на машины, дома и квартиры. Это текущий ремонт, если понадобится, коммунальные платежи и выплата зарплаты прислуге. Всё это пока оплачивает дядя Слава, поверенный отца.
   - Где живёт дядя Слава? Вот к нему тебя и доставим, в целости и сохранности, - Глеб уже перебрался на водительское сиденье и завёл мотор.
   - Нет! - в ужасе закричала девушка.
   - Что опять не так? - повернул голову Глеб, удивлённый воплем девушки.
   - Пока мужа не найду, чтоб и от брата защитил и от Чечена спас, не объявлюсь. Пусть думают, что я испарилась, утопилась, в космос улетела, на другую планету.
   - Какие страсти, девушка, - засмеялся Игорь.
   - Я краем уха слышала, как дядя Слава с начальником охраны разговаривал, есть предположение, что это Влад родителей взорвал.
   - Почему они так решили?
   - В тот злополучный день Влад приходил к папе в банк, они крупно поссорились, а через два часа родители погибли - Милена вновь залилась слезами.
   Друзья молча сидели, давая ей выплакаться.
   - Если это так, кто ему помешает и дядю Славу так же, как родителей, убить. Нет, я не имею права так людьми рисковать, - она горестно вздохнула.
   - А мужем, значит, рисковать можно? - съязвил Игорь, покосившись на молчаливого друга. Глеб выглядел чернее тучи, закрывшей небо, а его взгляд не предвещал ничего хорошего.
   - Я всё на него перепишу, и даже после его смерти, дай Бог, чтоб он лет сто прожил, всё достанется нашим детям, а не мне. Я всё продумала, пока под дождём стояла. Так что ни смерть мужа, ни тем более моя, брату не принесут долгожданного богатства. Это, разумеется, надо будет обсудить с нотариусом и адвокатом, как правильно всё оформить, - она замолчала, устав от признаний.
   - Прежде всего, девочка, - нарушил тишину Глеб, - тебе необходимо вначале подыскать мужа, который готов будет пожертвовать ради твоего спасения своей головой, а только потом нанять и адвоката и нотариуса.
   - У нашей семьи есть адвокат, семейный, его искать не надо. Наберу номер, скажу, что он мне нужен, и через полчаса, где бы он ни был, примчится.
   - А дети?
   - Что дети? - не поняла Милена, - их же пока нет, да и в ближайшем будущем не намечаются.
   - Когда появятся, думать будет поздно. Ты понимаешь, что собираешься подвергнуть опасности жизнь своих ещё не родившихся детей? - уточнил Игорь.
   - Это почему Вы так думаете?
   - Если прав дядя Слава, гарантии, что твой брат и их не уберёт после вас, никакой нет. На твоём месте я бы всё детскому дому завещал, вот тогда и спать спокойно будешь, он тебя точно не тронет.
   - А что, идея! Надо подумать....
   - Игорёк, ты что, совсем спятил? - усмехнулся Глеб, - на что девушку подбиваешь?
   - Моё дело предложить, а там - как получится. Так куда мы едем в первую очередь, к дяде Славе? - решил на всякий случай перестраховаться Игорь, про себя подумав: "Вдруг одумается, а то хлопот с ней не оберёшься, не бросать же на улице".
   - Меня что, никто не слушает? Я же ясно сказала: "К дяде Славе не поеду". Не поеду, и точка!.. Высадите меня возле ближайшего метро. Вам же лучше - баба с возу, кобыле легче, - обижено засопела Милена и отвернулась к окну.
   - Моей кобыле без разницы, она твоего веса и не заметит, - угрюмо проговори Глеб, - а вот, что с тобой станет, мне не безразлично. Поэтому предлагаю такой вариант, я довожу Игоря до его дома, а мы с тобой, девочка, едем ко мне. Если кого-то мой план не устраивает, предлагайте свой.
   - Да, кажется, Глеб влип основательно. Она хоть и красивая девочка, но не для меня, по всему видно разбалованная, капризная да ещё с характером! Ох, и намучается он, бедняга, с этим "детским садом" в кроссовках на босу ногу, - размышлял про себя Игорь, вслух же произнёс совсем другое:
   - Меня вполне устраивает, устал я очень, - потянувшись до хруста, он зевнул, прикрыв ладонью рот, - так что я - спать....
   - Если Вас не стеснит моё присутствие, я поживу несколько дней. А там, там, что нибудь придумаю.
   - Значит, договорились, - кивнул Глеб, чуть растянув губы в улыбке.
  
   Друзья тепло распрощались возле подъезда Игоря.
  
   Девушка сняла кроссовки, и с разрешения хозяина пошла осматривать квартиру, шлёпая босыми ногами по паркету. Не выдержав, Глеб принёс ей свои тапочки сорок третьего размера, она весело рассмеялась, оглядывая их со всех сторон, всунула в них свои маленькие ножки и пару метров прошла с опаской, боясь потерять их на ходу и растянуться на начищенном до блеска полу.
   - Утро вечера мудренее, прими ванну и ложись спать.
   - Ну-у, всего одиннадцать вечера, детское время, и спать мне совсем не хочется. А ещё я есть хочу! - капризно протянула она.
   - Ну и нахалёнок же ты, сейчас чайник поставлю.
   - Ты один живёшь? - с лукавой улыбкой поинтересовалась маленькая гостья, заглядывая на кухню, где Глеб накрывал на стол. Встретиться с другой женщиной да ещё объясняться по поводу присутствия ночью в квартире мужчины ей решительно не хотелось, и сил на это попросту не было. А если женщина закатит сцену ревности и потребует немедленно удалиться, то кроме дяди Славы ей идти некуда, единственная подруга улетела со своим бой-френдом в Египет. Знакомых много, но ведь им придётся рассказать, почему она одна, без машины, да ещё в таком виде (без косметики и в спортивной обуви, которая совершенно не гармонирует с кожаным плащом).
   - Один. Я уже достаточно взрослый мальчик и живу вполне самостоятельно, без родителей и нянек. Всё осмотрела, пошли пить чай.
   - У тебя здорово, кто дизайном занимался?
   - Я сам и дизайнер, и маляр, и плотник. Всё, что ты видишь, сделано моими руками, я имею в виду ремонт. Вот мебель пришлось покупать в магазине и бытовую технику, конечно, тоже.
   Стол был заставлен сладостями: на блюде горка булочек, от которых шёл пар, они издавали приятный аромат свежевыпеченной сдобы и ванилина, в вазочке шоколадные конфеты, розетка с малиновым вареньем, сливочное масло и сахарница.
   - Ой, горячие!.. - обожглась, Милена.
   - Извини, забыл предупредить, я их в микроволновке разогрел, мама вчера принесла. Она почему-то считает, что я постоянно голодный, вот и балует меня печеным.
   - Вкусно!..
   - У меня родилась идея, пока ты ешь, я тебе о ней расскажу.
   - Угу, - это всё, что она могла ответить с набитым ртом, а потому еще и кивнула головой.
   - Ты подумаешь и составишь список своих друзей и знакомых мужского пола, расскажешь мне о каждом из них, и мы сообща подумаем, кого выбрать тебе в женихи. Согласна? - девушка вновь кивнула, уплетая третью булочку, намазанную толстым слоем масла, и запивая чаем с малиновым вареньем.
  
   Глава 4
  
   - Составила? - заглянул Глеб девушке через плечо.
   На листке бумаги аккуратными ровными буквами было написано шесть фамилий столбиком, напротив каждого вопросительный знак и галочка.
   - А почему знак вопроса? - заинтересовано спросил Глеб.
   - Вопрос - подходит или нет, галочка - ответ - нет, - серьёзно проговорила она и развела руками.
   -Погоди, значит, из всего списка ты никого не выбрала, но это противоречит нашему замыслу.
   - Из списка - нет, но кто станет моим мужем, я уже знаю. Ты!
   - Погоди детка, ты случаем не заболела, температуры нет? Я намного старше тебя, так что выкинь это из своей прелестной головки, и подыщи другой вариант, кого-нибудь помладше меня и кто больше подойдёт на роль твоего мужа.
   - Не хочу! Меня от молодых парней тошнит, да и кроме секса, травки и тусовок, в их головах ничего путного нет, не дозрели они для семейной жизни. А мне нужен мужчина, такой, как ты, на которого я могу полностью положиться и, главное, смогу доверять.
   - Ты знаешь меня всего несколько часов, о каком доверии может идти речь?! Может, я - волк в овечьей шкуре, и таких маленьких девочек, как ты, поедаю на завтрак без соли и хлеба.
   - Не убедил! Зачем ты на себя наговариваешь? Ты знал моего папу, а он плохих людей за версту чуял. Неужели ты хочешь, чтоб один из этих молодых хлыщей, пусть и богатых, просадил мои деньги в казино, как мой брат, или потратил на девиц или наркотики? Третья часть из этого списка наркоманы, другие хоть раз, но пробовали колоться, а травку курят почти все. Это такого мужа ты желаешь для дочери, пусть уже и погибшего, спонсора твоей команды? - глаза девушки смотрели с мольбой и каким-то затаённым страхом, на длинных ресницах повисла хрустальная капелька слезы, по-детски пухлые губы приоткрылись, обнажив безупречные зубы. Она сжалась в комочек, опустив худенькие плечики, и зашмыгала носом.
   - Да, задала ты мне задачку. Мы ничего не знаем друг о друге, мы даже не встречались до сегодняшнего вечера.
   - Узнаем! - твёрдо стояла она на своём, - у нас впереди целая жизнь.
   - Всё! В ванну и спать, иначе я за себя не ручаюсь!
   Под гипнозом его сверкающих глаз и улыбки на лице с небольшим шрамом на левой щеке, нисколько не портящим, а лишь придающим мужественности, Милена на этот раз подчинилась беспрекословно. Приняла ванну, выпила предложенный стакан "Колдрекса", чтоб на утро не свалиться с простудой, и, закутавшись в необъятный халат Глеба, уснула в его спальне.
   В отличие от девушки, мирно посапывающей в его кровати, он всю ночь не сомкнул глаз, ворочаясь с боку на бок на диване, и только под утро, когда на небе после вчерашней непогоды пробились робкие лучики солнца, принял решение.
   Милена появилась на кухне, разбуженная запахом свежесваренного кофе и шкварчащей на сковороде яичницей с беконом, втянула носом воздух и от удовольствия зажмурила глаза:
   - Какой запах, даже слюнки текут, так кушать хочется.
   - Присаживайся. Тебе кофе чёрный или со сливками.
   - Со сливками.
   После того как они позавтракали, и Милена вымыла посуду, Глеб усадил её на диван, а сам принялся нервно расхаживать по комнате, собираясь с мыслями. Девушка сидела, не шелохнувшись, лишь широко открытые глаза выдавали признаки беспокойства. Глеб перестал нарезать круги, вплотную приблизился к дивану и, присев перед гостьей на корточки, взял за руки.
   - Я принял решение! Признаюсь, далось оно мне с большим трудом, и стоило, похоже, не одного седого волоса. Сегодня же мы идём в загс и расписываемся.
   - Как? - удивилась Мелена, не на шутку растерявшись, - вот так, сразу?
   - А чего тянуть, раз подпирает? Ну, если я, конечно, тебе не совсем противен, и ты за ночь не передумала.
   - Ты мне нравишься, и я хочу стать твоей женой - без всякого кокетства ответила она. - А я тебе? - всё же не выдержав, поинтересовалась она.
   - С первой секунды нашей встречи сразила наповал. И это не шутка, я вполне серьёзно. Уже несколько лет, после того как погибла моя невеста, ни одна женщина не могла меня заинтересовать. До вчерашнего дня! - поправил он сам себя. - Но, даю тебе последний шанс передумать или пересмотреть условия нашего будущего союза.
   - Я не передумаю, это уже решено. А что ты имеешь в виду насчёт союза, что-то я не понимаю хода твоих мыслей.
   - Наш брак может быть попросту фиктивным, пока все формальности с наследством не утрясутся, и разборки с твоим братом не закончатся. Я тебе обещаю, что не прикоснусь к тебе без твоего согласия.
   - Не поняла? - искренне изумилась она.
   - Не претендую на исполнение с твоей стороны супружеских обязанностей.
   - Какое благородство! - язвительно проговорила она, - выходит что я, имея мужа, буду вроде и не замужем, так? Полная свобода...
   - Смотря что ты подразумеваешь под словами "полная свобода".
   - Бары, дискотеки, флирт на стороне и неявка домой в обозначенное приличием время.
   - Нет, ты точно нахалёнок! Тебе палец в рот не клади, норовишь сразу всю руку оттяпать. Всё это у тебя будет, но только после развода. Сможешь потерпеть годик или два?
   - А это ещё зачем? - фыркнула она.
   - Моя голова не такая крупная, ветвистых оленьих рогов не выдержит, - горестно усмехнулся Глеб, поднялся с корточек и сел рядом с девушкой на диван.
   - Хорошо, обойдёмся без этого украшения на твоей голове, - не раздумывая, согласилась Милена, чуть приподняв брови, - да и остальной "свободы" мне не нужно. Я хочу выйти за тебя замуж!
  
   Милена позвонила дяде Славе и адвокату, четко сообщила адрес, по которому находится, и слишком туманно, почему. Тревожась за девушку, они бросили все свои дела, и уже через час стояли возле двери Глеба, не решаясь нажать кнопку звонка.
   - Ты что-нибудь понял из того, что она сказала? - адвокат, вытирая пот с лица, нервно поглядывал на Вячеслава Сергеевича Горина (дядю Славу).
   - Почти ничего, но с девочкой явно что-то случилось. Звони, иначе так и простоим до второго пришествия.
   Глеб открыл дверь, приглашая гостей пройти в большую комнату, где на диване, поджав под себя ноги, с чашкой горячего чая, зажатой в ладошках, дожидалась Мелена.
   - Боже мой, девочка моя, что с тобой произошло? - кинулся к девушке Вячеслав Сергеевич, - что это на тебе надето?
   - Халат Глеба, разве не понятно? - ответила она, спокойно выдержав строгий взгляд дяди Славы. - Познакомьтесь, это мой жених.
   Повисла тишина, пауза тянулась достаточно долгое время, пока мужчины приходили в себя.
   Первой не выдержала Милена, расплакалась, мужчины кинулись к ней, сели по обе стороны и, словно маленькому ребёнку, один вытирал слёзы, другой, прижав к себе, чуть покачивал и повторял, как заезженная пластинка:
   - Кто обидел мою маленькую, кто посмел, я раздавлю его как клопа, как букашку-таракашку, - и так несколько раз подряд, пока слёзы не высохли, и девушка не затихла.
   Они так и сидели втроём, обнявшись, пока Милена, изредка всхлипывая, рассказывала о том, что произошло с ней накануне вечером. Она уже не пыталась изо всех сил казаться взрослой, сильной и решительной женщиной, принимающей решения, а походила на маленькую, напуганную и беззащитную девочку.
   Глеб не посмел нарушить идиллию бьющихся в унисон трёх сердец, стоял молча, скрестив на груди руки и прислонившись к дверному косяку.
   В дверь надрывно звонили. Не выдержав, Глеб нехотя оторвался от косяка и пошёл открывать. На пороге, сияющий, как начищенный самовар, стоял Игорь и с интересом рассматривал друга
   - Чего так долго не открываешь?
   - Задумался. Привет!
   - Привет! Может, всё-таки в дом впустишь, или так и будем на пороге разговаривать?
   Глеб отодвинулся, пропуская товарища:
   - Пошли на кухню, в комнате совет.
   - Дай я на тебя посмотрю, - он обошёл Глеба со всех сторон, остался доволен осмотром и весело проговорил, - смотри-ка - ничего выглядишь, и даже не помятый.
   - По-твоему, я на мусорной куче ночевал, а не в собственной квартире?
   - Не-а, на коврике возле входной двери, чтоб твоя красавица не сбежала. Да шучу я, шучу, - поймав на себе недовольный взгляд, поднял он руки вверх, словно сдаваясь, - кто там у тебя помимо вчерашней гостьи?
   - Дядя Слава с адвокатом.
   - Во дела, неужто уговорил строптивицу сдаться? Молодец, хвалю!..
   - Я женюсь, Игорь!
   - Что-о? - Игорь как стоял, так со всего маху и приземлился на стул, благо тот оказался рядом, так что падение было не столь болезненным. - Я так и знал, так и знал, что этим всё и закончится! Благородство, значит, проявил? Рыцарь в белых доспехах! А ты хорошо подумал?
   - Мне 30, рано или поздно всё равно надо будет жениться, так почему бы не сейчас.
   - Ну да, раньше сядешь - раньше выдешь.
   - Ей нужен муж, так почему это не могу быть я, мне необходима жена, вот и пришли к общему знаменателю.
   - Так, всё, я звоню Андрею! Может, хоть он тебя образумит, я исчерпал все доводы....
   Отыскав в мобильнике номер Меньшикова, Игорь в нетерпении отсчитывал гудки:
   - Андрюха, привет, у нашего экстремала окончательно крыша поехала! Он жениться собрался. Надо выручать!
   - Погоди, а что плохого в том, что наш друг женится, я вот нисколько не жалею об этом своём поступке, напротив - очень рад, очень!
   - Да что ты сравниваешь? Вы с Аленой любите друг друга. А наши голубки только вчера познакомились, и вот на тебе, сегодня уже решили заявление подавать, это как, нормально? - разнервничался Игорь, - ты ещё не всё знаешь, приезжай, тут такая история, в кино ходить не надо.
   - Хорошо, еду.
  
   Из комнаты раздались громкие голоса, больше похожие на скандал, чем на мирное обсуждение семейных неурядиц. Глеб и Игорь поспешили на помощь Милене, так как подумали, что это её распекают дядя Слава и адвокат.
Мужчины стояли посреди комнаты, бурные эмоции переполняли обоих, и они одновременно кричали, перебивая друг друга. Адвокат, сотрясая воздух кулаками, поминал мать и воодушевлённо орал:
   - Я ему уши бантиком завяжу на затылке...!
   - Голову ему оторвать и приставить место неё куриную гузку! Раз мозгами работать не умеет, пусть за него курья ж... думает! Паршивец! Ишь, чего надумал! Я ему устрою бартерную сделку по полной программе, - вторил Вячеслав Сергеевич.
   Милена сидела, понурившись, подавленная и растерянная, она, конечно, знала, что друзья отца возмутятся поступком брата, но не ожидала столь бурной реакции с их стороны.
   - Господа! - прервал словесный поток Глеб, - Влада отругать и наказать у Вас времени будет ещё предостаточно, давайте решать судьбу Милены, потому что тот, кто всё это затеял, просто так от девушки не отстанет, и охрана в этом случае вряд ли поможет. Так как родителей у неё нет, а Вы, - обратился Глеб к Вячеславу Сергеевичу, - являетесь доверенным лицом, я прошу у Вас руки Милены. Если есть возражения на этот счёт, прошу их высказать?
   - У меня нет! Что Вы скажете, Илларион Всеволодович?
   - Да я, так сказать, не против. Но!.. Есть одно "но".... И это не просто "но", а "НО", очень большое!!
   - Дядя Ларик, что Вы заладили: "Но, да но".... Говорите прямо, нечего ходить вокруг да около! - топнула ногой Милена, щёки её раскраснелись, она пришла в себя и теперь была рассержена тем, что с ней кто-то не согласен. Она ведь чётко обрисовала план, который они наметили с Глебом накануне вечером, и была уверена, что с ним все согласились.
   - А она хороша в гневе, - подумал Глеб, в слух же произнёс следующее:
   - Она права, объяснитесь! Я, кажется, догадываюсь, что это за "НО", которое стоит на пути нашего бракосочетания. Это я сам! Так, господа?
   - Увы, нет! - грустно покачал головой адвокат, - помеха не Вы лично, а маленький пунктик в завещании, оставленном отцом Милены, Коробовым Юрием Кондратьевичем.
   - Так не томите, - вконец разозлилась она, - что за пунктик, о котором я ничего не знаю! Говорите! - распорядилась она приказным тоном.
   - Твой будущий муж, дорогая, не может быть из малообеспеченных слоёв, но, судя по обстановке в квартире, могу предположить, что Вы, молодой человек, слава Богу, не бедствуете, значит, с этой стороны претензий не возникает. Проблема может возникнуть в следующем, - он оглядел всех с видом заговорщика, - на банковском счете претендента на руку и сердце нашей маленькой принцессы должно находиться не менее пятисот тысяч зелёных. И не обижайся на меня, детка, это не я придумал. Будь моя воля, я хоть сейчас дал бы Вам согласие на брак. Твой отец хотел защитить тебя и твоё будущее от посягательств на твоё имущество нечистоплотных на руку мужчин. Я не имею в виду Вас, Глеб. Понятие это растяжимое, касающееся всех претендентов на руку девочки.
   - И это все? - спокойно произнёс Глеб, явно озадачив таким вопросом присутствующих. Я уж думал, действительно есть проблема, а это, господа, не препятствие, для меня, во всяком случае. Спасибо на том, что не считаете меня альфонсом, я бы обиделся!
   Он прошёл в спальню и вернулся, держа в руках небольшой листок бумаги, который протянул адвокату,
   - Это реквизиты банка и номер счёта. Надеюсь, у Вас есть возможность по своим каналам навести справки. Могу Вас уверить, если, конечно, мое слово для Вас что-то значит, там гораздо больше названой суммы.
   Глеб после смерти Ракель ни разу не притронулся к оставленным ею деньгам да и не собирался этого делать. Но сейчас был не подходящий случай давать волю своей гордыне, иначе он не сможет помочь девушке. Да и терять её, если признаться самому себе, он не хотел, она запала в сердце. Таких, как она, он ещё не встречал, в ней сочетаются как детская незащищенность, так и своенравие избалованной красотки.
   - Значит, и эта проблема отпадает, у нас нет оснований не доверять Вам, одно название банка говорит само за себя. Но свадьба не должна быть скоропалительной, к ней необходимо тщательно подготовиться. Юра всегда мечтал, чтоб его дочь была самой красивой и счастливой в этот, такой торжественный для неё день. Это наше последнее слово, - мягко проговорил Вячеслав Сергеевич. - И не смотри так на меня, принцесса, это тоже небольшой пунктик в завещании.
   - Интересно, какие ещё небольшие пунктики я пропустила? - чуть вздохнув, прошептала Милена, - надеюсь, что Вы, дядя Ларик, в ближайшее время меня с ними ознакомите, чтоб я опять не попала впросак.
   - Ну, дела! - воскликнул молчавший до этого Игорь, - прямо средневековье какое-то, если денег нет, то и жены нет!!! Да, попал ты, Глебушка, по полной программе.... Но вы все здесь, кажется, отклонились от темы, что же будет с Миленой и её братом, пока они дожидаются дня свадьбы.
   - Точно, - стукнул себя по лбу Глеб, - кредиторы ждать не будут, это очень серьёзная проблема, господа.
  
   Глава 5
  
   Приехали Андрей и Алёна, которым вкратце объяснили ситуацию.
   - А что тут думать, - воскликнула Алёна, - мы с Миленой остаёмся здесь, ждать вашего возвращения, заодно ближе познакомимся, а вы, - она строго посмотрела на притихших, к её удивлению, мужчин, - поезжайте в дом девушки и поговорите с братом. Не верю я, что родной человек, вот так, ни за грош, может подставить сестру. В этом надо разобраться да помочь запутавшемуся парню.
   - Спасибо, Алёна, я и сама так думала, но сказать не решалась. Владик всегда относился ко мне хорошо, просто в последнее время слетел с катушек.
   - Да-а!!! Женщины есть женщины, и всех-то им жалко, и всех-то они готовы простить и понять, - недовольно пробурчал дядя Слава, - ладно, так и поступим. А вечером соберёмся здесь у Вас, Глеб, если не возражаете.
   - А почему я должен быть против? Сбор к восьми вечера, надеюсь, мы к этому времени что-нибудь узнаем.
  
   Не доезжая до коттеджа Коробовых, друзья остановились, чтоб осмотреться.
   - Вроде ничего подозрительного, - вполголоса произнёс Андрей, - выходим?
   - Придётся, - проворчал Игорь, - сам же он к нам не выйдет. Может мотор не заглушать, вдруг драпать придётся, если там засада, - чуть посмеиваясь над чересчур серьёзными друзьями, пошутил он.
   - Не придётся, будем стоять насмерть, - в тон Игорю ответил Глеб, - за нами Москва, отступать некуда, враг должен быть разбит, а победа остаться за нами!
   Троица дружно покинула салон автомобиля и прямиком направилась к дому. Глеб нажал на дверную ручку, толкнул от себя, и дверь беспрепятственно распахнулась. В полном молчании они пересекли холл; гнетущая тишина стояла вокруг, казалось, дом вымер. Побродив по комнатам и никого не обнаружив, друзья переглянулись: каждый в душе опасался, что они опоздали, и Влада, в лучшем случае, держат где-то в заложниках, а в худшем - его нет в живых. Из-за приоткрытой двери подвального помещения раздался глухой стук, словно что-то упало. Не теряя ни минуты, товарищи бросились вниз по лестнице.
   - Чёрт, - выругался Глеб, споткнувшись, - ищите выключатель, иначе нам самим неотложка понадобится - ноги переломаем.
   Под потолком вспыхнула яркая лампа, осветив помещение. Когда глаза привыкли к освещению, они оглядели комнату. На полу лежал связанный, весь в крови, парень, из его рта доносились булькающие звуки.
   - Берём его, - распорядился Андрей, - только осторожнее, кажется, у него рёбра сломаны, вон как дышит тяжело.
   Раненого со всеми предосторожностями подняли наверх, перенесли через холл и положили на диван в соседней комнате. Влад, а по описанию Милены, это был он, тихо застонал. Глеб развязал руки и ноги пострадавшего, Игорь принёс стакан воды и, раздвинув опухшие губы, влил немного жидкости ему в рот. Веки парня приоткрылись, и он оглядывал всех мутными глазами, переводя блуждающий взор с одного на другого.
   - Добивать пришли, суки, начинайте! - прохрипел он.
   - Ты знаешь, где твоя сестра? - Глеб наклонился, вплотную приблизив к нему своё угрожающее лицо.
   - Пошёл ты, - сплюнул парень в его сторону. - Передай своему хозяину, крыса, что не видать ему Милены, как собственных ушей. Меня вы можете грохнуть, да и, наверняка, сделаете это, но сестру он не получит, никогда.... - чуть задыхаясь при попытке подняться, выкрикнул Влад, но обессиленный вновь откинулся на подушку.
   - Погоди, что-то я тебя не понимаю. Разве это не ты решил подложить под Чечена младшую сестричку в счёт оплаты своих долгов? - презрительно проговорил Глеб. Его так и подмывало врезать этому молокососу по физиономии, но лежачих он бить не обучен, к тому же лицо парня и без его затрещины выглядело весьма плачевно. Один глаз заплыл, губы распухли, в уголках рта запеклась кровь, а всю щеку покрывала кровоточащая ссадина.
   - Пошёл ты, - вновь окрысился Влад. - Да я лучше ласты откину, чем отдам Милку в грязные лапы твоего босса, пусть он меня хоть четвертует, хоть в бетон укатает, хоть живым зароет. Так и передай ему, прихвостень поганый.
   - Я ничего не понимаю! - воскликнул Игорь.
   - А я начинаю думать, что моя жена оказалась права: парень не виноват, - Андрей подвел итог услышанному.
   - А я склонен доверять своей невесте больше, чем этому, - ткнул Глеб пальцем в стонущее тело.
   - Выслушай нас, Влад, только внимательно и не перебивая фразами: "Пошёл ты", мы тебе не враги, нас прислала Милена тебе на помощь, - как можно убедительнее высказался Андрей.
   - Милка? Вы знаете, где моя сестра, с ней всё в порядке? Она в безопасности? - поднялся Влад, превозмогая боль.
   - Да, в полной безопасности, она в моей квартире. По какому адресу, говорить, не намерен, пока не разберусь, что к чему, - Глеб всё с тем же недоверием, как и полчаса назад, когда впервые перешагнул порог этого дома, отнёсся к словам Влада.
   - Слава Богу! Да хоть где пусть находится, лишь бы подальше от этого козла! - Влад осторожно сел и глубоко с облегчением вздохнул. - Вы, вообще, кто?
   - Друзья Милены.
   - Это хорошо, у меня в последнее время их совсем не осталось. Все отвернулись, как от ненужного, выброшенного на обочину хлама.
   - Значит, они не были настоящими, друзья в беде не бросают, они всегда, при любом раскладе, приходят на помощь, - убедительно проговорил Глеб. - Просто не повезло тебе, парень.
   - Видимо, так оно и есть.
   - Теперь расскажи нам всё, с того самого дня, как ты проигрался в казино и задолжал крупную сумму Чечену. А кстати, сколько? - полюбопытствовал Глеб.
   - Сорок пять тонн, это в начале, потом сумма выросла до 80, а теперь он заявляет, что я должен отдать 150 и 50 - за моральный ущерб, компенсация за непроведенную с моей сестрой ночь. Козёл! - вновь обругал Влад своего кредитора.
   - Понятно, счетчик включен!
   - Пусть парень вначале умоется, мы ему раны обработаем, а потом обо всём поговорим. Где у вас аптечка? - Андрей вопросительно посмотрел на понурившегося молодого человека.
   - В столовой, в первом ящике буфета, справа от окна.
  
   Через час, намазанный йодом и обклеенный пластырем, Влад сидел на кухне с бокалом коньяка (для профилактики отбитых внутренностей) в окружении внимательных слушателей его невесёлой, но поучительной истории. Грудная клетка сильно болела при каждом неосторожном повороте туловища, и все пришли к выводу, что в рёбрах трещина или перелом, а потому наложили ему тугую повязку, вместо эластичных бинтов применив порванную на длинные ленты простыню.
   - Чуть больше месяца назад я сильно проигрался, вначале даже не понял, что меня прокатили. Я ведь с детства играю и неплохо, можно сказать, асс в этом деле. Но Костя по натуре великий катала, мне до него далеко. Будто чёрт в тот день попутал, играл, как сумасшедший, остановиться не мог. Тут ещё Чечен подвалил с кредитом, я и вовсе голову потерял. Проигрался начисто, а он мне так ласково говорит: "Деньги, малыш, для тебя немалые, понимаю, но игра есть игра, и долги надо платить! Срок тебе два дня". Я мгновенно протрезвел, и, как обычно, побежал к матери. Она как сумму услыхала, за сердце схватилась и говорит: "Прости сынок, но на этот раз я тебе не помощник, нет у меня таких денег! Придётся тебе к отцу обращаться".
   - К отцу, - передразнил я её, - да он мне и цента не даст!
   Но деваться было некуда, я пошёл в банк. Что там началось..., словами не передать! Он так орал, что стены содрогались. А потом показал мне составленное за пару дней до этого разговора завещание, где всё, чем владеет наша семья, после смерти родителей перейдёт в полное распоряжение моей сестре, как единственной наследнице. Мои глаза, наверно, в тот момент, как у разъяренного быка, кровью налились, воздуха не хватало, я вскочил, смёл все бумаги со стола родителя, разбил настольную лампу и выскочил на улицу. Около часа бесцельно бродил по городу, пока не успокоился. Отец прав, я ничтожная личность, от меня только одни неприятности. Вернулся к банку, забрал машину и поехал на дачу. Это наш второй загородный дом, он меньше этого, и наша семья там редко бывает, от дедушки с бабушкой остался. Там я и решил на время укрыться как от кредитора, так и от отца. Он у нас хоть и строгий был, но отходчивый. Только на следующий день в новостях по телевизору узнал, что родители погибли. Как чумной кинулся домой. Меня менты загребли как единственного подозреваемого, но на похороны отпустили, взяв подписку о невыезде.
   - Погоди, - перебил его Глеб, - Милена говорила, что ты две недели назад проигрался, уже после взрыва.
   - Это я ей о долге рассказал две недели назад, когда выхода не осталось, и никто мне взаймы не дал. А тут ещё до Чечена слух докатился, что я в дерьме по самые уши (могут посадить), он мне и предложил отдать ему 20% акций. Я выложил начистоту, что гол, как сокол, и всё принадлежит сестре, а он в отместку потребовал переспать с ней, вот тогда, возможно, и долг простит. Я хоть игрок, но не полный Даун. Как мне ни тяжело и ни обидно, что отец поступил со мной по-свински, лишив наследства, сестрой торговать я не собирался. Она единственный близкий и родной мне человечек. Да я за неё зубами глотку любому перегрызу, голыми руками разорву, как Тузик грелку.
   - Она слышала твой разговор по телефону в тот вечер, вот и решилась на побег.
   - Я все двери запер, не было гарантии, что шестёрки Чечена дом не стерегут, на тот случай, если я решу её спрятать. Ведь если бы она попала им в руки, её бы не только он, все его прихвостни использовали бы. Телефон разбил, она дяде Славе звонить собиралась, а я уже никому не доверял, тем более ему. Ведь это он сейчас банком руководит, а значит, как я думал, ему в первую очередь была выгодна смерть отца.
   - А он считает, что это ты его убил.
   - Я? Зачем? Живые родители мне куда полезнее, чем мёртвые. Да и люблю я их. Нет, у меня бы никогда рука на такое не поднялась, да и в мыслях ничего подобного не возникало. Мало ли детей обижается на своих родителей, но разве за это убивают.
   - Он прав, Глеб, никакой выгоды он бы не имел. Тем более, зная о завещании. Только полный кретин пойдёт на убийство, не попытавшись доказать своими поступками, что он достоин чего-то лучшего, чем небольшое ежемесячное пособие, - заступился за Влада Андрей.
   - Я виноват, не отрицаю, и нет мне прощенья ни за сестрёнку, ни за погибших родителей. Это до конца моей жизни будет на моей совести камнем висеть. Я дошел до ручки и вчера собирался убить Чечена, поэтому и настаивал, чтоб он пришёл один, без охраны. Но у меня ничего не получилось: этот козёл ворвался с пятью качками. Но и его план потерпел фиаско. Мне с ходу дали в лоб, и я отключился. Когда пришёл в себя, был уже связан, а Чечен, когда не нашёл Милку, матерился до пены изо рта. Из его излияний я понял, что сестрёнку собирались забрать (чего я и опасался), и ещё - отца он приговорил. Кинуть меня на деньги - это было только началом, затем, после устранения отца, (они не ожидали, что он завещание успел составить) с моей помощью запустить свои грязные лапы в банк. А дальше, я думаю, если бы дядя Слава встал на пути, его ожидала участь отца. Запугать его вдову и малолетних детей - Вячеслав Сергеевич женился, будучи сорокалетним, - пояснил Влад, - труда не составляло. Перед уходом отделали меня по всем правилам рукопашного боя, только в одни ворота - я был вместо боксерской груши. Возможно, я ещё нужен, вот и оставили пока в живых, уже и не помню, как в подвале оказался. И если бы не вы..., кто знает, что бы со мной стало, ведь я прислугу на несколько дней отпустил.
   - А если бы Чечен узнал о дополнительных пунктиках завещания, Милена никогда бы не увидела свободы, - с горечью прошептал Глеб.
   - Каких пунктиках? - не понял Антон.
   - Завещание вступит в силу после того, как твоя сестра выйдет замуж. А до этого времени будет, как и ты, получать ежемесячное пособие, - дополнил Игорь пробелы в знании всего содержания составленного отцом документа.
   - Боже! - воскликнул Влад, - если это на самом деле так и есть, он же на всё пойдёт, чтоб похитить Милку!... Если Вы, действительно, её друзья, помогите мне защитить от него мою сестру, придумайте что-нибудь! Одна голова хорошо, но четыре лучше, - взмолился парень.
  
   Глава 6
  
   Глеб созвонился с авторитетом по имени Стёпа, кличка Капрал, договорился о встрече, не объяснив по телефону причины такой спешки.
   - Привет, давненько мы с тобой не виделись - пожимая протянутую руку, проговорил Степан.
   - Да, это точно. Извини, что от дел оторвал, но мне нужна твоя помощь.
   - Всегда рад помочь, в особенности тебе. Я же твой должник, а долги рано или поздно надо платить. Что за проблема у тебя?
   - Ты знаешь кто такой Чечен?
   - Да. Скользкий тип. Хотя в бутылку не лезет, авторитетам палки в колёса не ставит, старается сохранять дистанцию, где надо. В остальном - крутится, как может, ему не мешают. Его настоящее имя Бетхан Авалиев. Чтоб ты понял, кто он такой на самом деле, расскажу одну историю. Другому бы не рассказал, тебе можно. Ты помнишь, как мы с тобой встретились? - Степан разлил по рюмкам водку, сам выпил сразу, наполнил вновь и поднял, - давай чокнемся за всё хорошее.
   - Такое не забывается... Мы же тогда кишлак этот двое суток отбивали, сколько ребят полегло.... Да всё напрасно, и откуда им только подкрепление пришло, ума не приложу. И ведь никто про эту операцию до последней минуты не знал, пока мы до места не добрались.
   - Эх, Глеб, и в командном составе крысы водились. На вашей кровушке они себе немалый капитал сколотили. Но, даже отступая, ты меня не бросил, километров двадцать на себе тащил. А кто я был для тебя? Даже не однополчанин, я же никогда в армии не служил. Грязный, заросший, зачуханый, я вообще на человека-то не походил, а ты меня пожалел.
   Вспомнив тяжёлые времена, Степан вновь опрокинул рюмку, выпил, не морщась, закусил бутербродом с икрой.
   - Кончай, Степан, какая разница, кем ты был, солдатом или гражданским лицом, я приказ выполнял и обязан был со своим взводом вызволить заложников, вот и всё.
   - Но согласись, вас тогда здорово обманули, военных в плену не было, вообще никого, кроме меня. Я полгода в сарае прожил один, правда, в компании с овцами, - кулаки его сжались, и на скулах нервно заиграли желваки. - Ты никогда не задавал мне вопросов, как я в плен угодил. Хочешь, расскажу? - невесело ухмыльнулся Степан, - ты не торопишься?
   - Нет. Я по природе не из любопытных, ты не говорил, а я к тебе в душу не лез. Это твоё право, но раз решил, значит, время пришло узнать и мне твою правду.
   - Мне поручили наладить канал по поставке оружия в Чечню, на половине пути между Москвой и Грозным меня ждал посредник. На нейтральной территории я должен был передать задаток за оружие, миллион зеленью. Кто посредник - тебе без разницы, но скажу - шишка в армии не маленькая. Так вот, в купе ко мне подсел чеченец, лет тридцати парень. Я без сопровождения был, чтоб не привлекать к себе излишнего внимания, кейс с деньгами в сумку дорожную запихнул и под сиденье положил. Веришь, даже в туалет боялся сходить.... Чеченцу представился как журналист. Проводнику на лапу дали, чтобы он к нам больше никого не подсаживал, а мы в картишки перекидывались, время коротали. Помню только, как стакан кофе выпил с утречка, а потом провал. Очнулся я в горах, в кишлаке, откуда ты меня и вытащил. Как туда попал, чёрт его знает, не помню ничего. Кто меня привёз, как доставляли, каким транспортом - глухо в мозгах, будто память стёрли на тот промежуток времени. Зачем меня там держали, я так и не смог понять. Когда пытался узнать, эти твари только в лицо мне гоготали.
   - Так из-за выкупа, это же ежу понятно.
   - Если бы! Никто за меня ничего не просил. Когда до Москвы добрался - опять же тебе спасибо, деньгами помог - вычислил я того мерзавца, который меня сдал: на моё место метил! Только три человека знали, что я бабки везу. Я тогда по-крупному облажался, еле выкрутился. Когда своего попутчика увидел, думал придушу гада, не дали. Он тогда уже нужным человеком стал, практически весь канал перевозок на нём держался.
  
   Бетхан Авалиев снял шапку с бритой головы, прижав к груди, приготовился слушать, проникнутый глубоким почтением к тем, кто его призвал. Одет он был в тёмно-серый костюм, обут в туфли фирмы "Salamander", и выглядел, как казалось ему, не хуже всех присутствовавших.
   Его не уговаривали, не обхаживали, как невесту, но дали ясно понять, что если что-то пойдёт не так, головы ему не сносить, говорили о его подвигах, вскользь упомянув об исчезновении Степана Разгуляева и пропавшем кейсе.
   Догадался из разговора, что его хотят сделать большим человеком, и в то же время козлом отпущения, если провалит дело. Скуластое лицо дёрнулось, как от тика, а маленькие усики дрогнули над тонкими капризными губами, растянутыми в нехорошей улыбке. Глаза его сверкали торжеством, на чисто выбритых щеках горели красные пятна. Его спросили, с кем знаком, какие шансы и гарантии он может предоставить на бесперебойные поставки оружия по его каналам.
   Говорил Авалиев всё быстрее, загораясь от собственных слов, то и дело поворачивался сторону Кирилла Абрамовича Гусейнова, понимая, что только от кивка его головы зависит окончательное решение. По частым кивкам он понял, что смог убедить не только его, но и всех остальных.
   Когда Бетхан покинул ресторан, где проходила встреча, он не смог сдержать выражения явного торжества на лице.
   - Наконец-то мои заслуги будут оценены, а в дальнейшем, если всё пойдёт так, как я наметил, моё положение укрепится ещё больше, они и шагу без меня ступить не смогут. Работа, конечно, опасная, потребуется максимум усилий, но она того стоит. Главное - осторожность и еще раз осторожность, чтоб сохранить свою жизнь и когда-нибудь вернуться жить на Родину, в свой родной Гудермес. Чтобы там, дома, наслаждаться тем, что сумею выбить из русских, занять высокую должность, а может со временем и баллотироваться в президенты республики. Начальный капитал уже есть, миллион мне пригодится, - такие планы роились в голове Авалиева.
  
   - Теперь ты понял кто такой этот Чечен?
   - Да. Он, возможно, и считает себя крутым, но мне наплевать. Он посягнул на то, что принадлежит мне, а я своим делиться не намерен.
   - Я тебя слушаю, в чём нужна моя помощь?
   - Нужен посредник, чтоб договорился с Чеченом о встрече и присутствовал при передаче ему наличности (долг одного паренька, карточный).
   - Не проблема, поговорю с кем надо.
   - Спасибо, я надеялся, что ты поможешь. Вот только позволь задать тебе ещё один вопрос: если ты узнал попутчика, почему с него деньги не вытрясли?
   - Хороший вопрос! Только ответ тебе не понравится. Спрашивали, но он клянётся, что ни о каких деньгах не знал, в глаза их не видел, только другу помог меня вырубить, да и то на время, ведь приказа убить не было. Это он так о моём заместителе. Бабки те так нигде и не всплыли до сих пор, я наводил справки. Но рано или поздно Чечен с ними засветится, если только банк себе не приобретёт, где никто никогда не узнает об этом его капиталовложении.
   - А как бы вы узнали, если бы он счёт открыл? Существует ведь тайна вклада.
   - Не будь наивным, Глеб, это не проблема.
   - Банк говоришь? Так вот зачем он на парня наехал.
   -Что за парень? - поинтересовался Степан, заинтригованный посапыванием Глеба и озадаченным выражением его лица.
   - Брат моей невесты. Слыхал про гибель банкира месяц назад?
   - Да, много было шума? И что?
   - Это родители моей девочки.
   - Ясно. Тебя устроит через час?
   - Вполне.
   - Встречу я тебе обеспечу.
  
   За столом сидели трое: Глеб, Степан и Авалиев, охрана расположилась неподалеку, за соседними столиками.
   - А что случилось с Владом, почему он сам не пришел долг отдавать? - прищурив глаза и презрительно улыбясь, поинтересовался Чечен.
   - Твои орлы постарались, с них и спрашивай, - спокойно ответил Глеб. - А что, есть какие-то проблемы в том, что не он принёс?
   - Да нет.
   - Здесь всё, - протянул Глеб завёрнутый в бумагу тугой пакет, - включая счётчик.
   - Я проверял, - подтвердил Степан, - впрочем, можешь пересчитать.
   - Ну что вы, верю на слово. Да и куда мальчик денется, если обнаружится недочёт.
   - Значит, с этим проблем больше не возникнет? - сухо спросил Глеб.
   - Никаких.
   - Тогда давай разберёмся со мной.
   - С тобой? - удивился Авалиев, - я тебя первый раз вижу, и никаких дел с тобой не имел.
   - К твоему счастью! - усмехнулся Глеб, - зато с моей невестой ты поступил очень плохо, не по-мужски.
   - Что-то не пойму, куда ты клонишь. В чём меня обвиняешь?
   - Пока только в том, что ты обманом пытался переспать с моей девушкой. Милену помнишь?
   - Смутно.
   - Позволю себе освежить твою память. Не далее как вчера вечером ты собирался взять её силой, и только по счастливой случайности тебе это не удалось. Так вот, держись от неё подальше, иначе...
   - Ты что, мне предъяву лепишь, пацан? Думай, на кого рот разеваешь, сявка! На погост захотел? Так я быстро тебе ящик определю!
   - По понятиям заговорил? Ты у нас, вроде, не в законе, даже нар никогда не нюхал. А предъява серьёзная, чем крыть станешь? А, Чечен? - усмехнулся Степан. Глеб парень честный, слово держать умеет, так что прислушайся, мой тебе совет. А то ведь 20% акций, которые ты собирался на халяву получить, братки могут и припомнить Гусейнову не понравится, что его банкира взорвали, банк-то под его юрисдикцией был, а ты большую сделку сорвал.
   - Это доказать надо! - зло зыркнув глазами, процедил сквозь зубы Бетхан, - я только долг собирался получить, а у парня с наличными туго было.
   - Так мы не менты, Чечен, мы разберёмся и докажем.
   - И вот ещё, я слишком долго эту девочку обхаживал, чтоб ты на банк, который в скором времени станет моим, заглядывался, - нагло врал Глеб, но иначе было нельзя, - Я ясно выражаюсь?
   - Так, может, всё-таки договоримся? - оживился Чечен, - я сделаю большие капиталовложения и стану соучредителем, - глаза Авалиева вспыхнули алчным пламенем.
   Глеб хотел возразить, но вдрг улыбнулся:
   - Ты меня за дурака держишь, Чечен? Мои слова мимо ушей пропустил, а теперь и аппетит у тебя, смотрю, быстро вырос. Начал ты с малого - всего с 20%, сейчас предлагаешь совместное управление, может, ещё захочешь и управляющего своего поставить?
   Он повернулся к Степану, который во все глаза смотрел на Авалиева.
   - Да любое предприятие не только под твоим руководством, даже просто с твоим участием, обречено на провал, так как вскоре все подельники останутся с большим носом или на погосте, а их наличность перекочует в твой бездонный карман. А я, Степан знает, своим делиться не люблю, - всё это Глеб проговорил, глядя в упор на своего собеседника.
   - Я был уверен, что мы с тобой поймем друг друга, и по здравом размышлении сумеем договориться. Прости, ты этого не хочешь.
   - Да ты, оказывается, такой же хищник, как и я, ничем мы с тобой не отличаемся друг от друга, а два зверя, ты прав, никогда не уживутся в одной берлоге. Значит, ты мне объявляешь войну?
   На этой почве вспыхнула ссора, и не вмешайся Степан, все закончилась бы столкновением двух сильных личностей. Со своих мест повскакивали телохранители. Бойцы Степана выхватили оружие и нацелили на охрану Чечена, те, в свою очередь, сделали то же самое.
   Боевые действия не входили в планы Глеба и, тем более, не нужны были Чечену. Он схитрил, позволив Разгуляеву смягчить последствия ссоры и мирно урегулировать назревающий конфликт.
   После короткого спора, в котором Степан встал на сторону Глеба, все разъехались. Каждый остался при своём мнении.
  
   Ветер свежел. Погода вновь портилась. Глеб остановил машину возле киоска с цветами, выбрал огромный букет алых роз и поехал домой, где его возвращения с нетерпеньем ожидали друзья, невеста и дядя Слава с адвокатом.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   Часть 3
  
   Раздвоение личности!..
  
   Глава 1
  
   Звонок из Лондона выбил Андрея из уже ставшего привычным спокойного состояния мужчины, наслаждающегося семейным уютом и тихим семейным счастьем.
   Чувствовалось, что Игорь взволнован и, казалось, находился на грани срыва.
   - Привет!
   - Здорово! Как отдыхается?
   - Нормально, - мрачно ответил Игорь, но Андрей уловил в голосе друга какую-то внутреннюю усталость и едва заметную раздражительность.
   - Я тебя предупреждал, что Лондон хоть и красивый город, но в нём почти всегда пасмурно, а ехать на отдых следует туда, где больше солнца и девушек в бикини.
   - Кажется, я влюбился...,- вздохнув, грустно признался Игорь.
   - Вот так новость, поздравляю, только что-то не слышу радости.
   - Ты прав. Видимо, на меня Туманный Альбион таким странным образом действует. Лучше бы мне и вправду на Майорку было рвануть, - ушёл от прямого ответа Игорь.
   - Не темни! Я тебя не первый год знаю, по-моему, ты не в себе. Должен радоваться, что, возможно, наконец-то встретил мечту своей жизни, а ты смурной какой то.
   - Что со мной не так, Андрей, объясни! Ты и Глеб женились, у вас прекрасная семейная жизнь, а мне никак не везёт с женщинами. Вроде не дефектный.... Может мне к колдуну какому обратиться?
   - На колдунов, гадалок и целителей мода уже пару лет как прошла, а то и больше. Шарлатаны они, по своей сущности, может, конечно, и есть настоящие, но в основной своей массе зарабатывают припудриванием мозгов наивному населению. Таким, как ты, например, отчаявшимся.... Ты что, решил венок безбрачия снять? - засмеялся Андрей.
   - Угу....
   - Понятия мудрости и глупости имеют большое значение в жизни человека, играя не последнюю роль в выборе того или иного поступка. Главное, не теряй веру в себя. Как, по твоему мнению, отдельные элементы бытия образуют единое смысловое пространство? Молчишь? А я тебе скажу. Если не вдаваться в философию, предлагаю воспользоваться советом со стороны, то есть моим: взять тайм-аут и подлечиться.
   - В психушке что ли? - обиделся на друга Игорь.
   - Нет. Принять контрастный душ, грязевые ванны, расслабляющий массаж. Удача, мой друг, покровительствует сильным, так что постарайся забыть о своих предрассудках, верь в судьбу, предназначенную нам свыше, а не ту, которую тебе навяжет прорицатель. Случившееся снаружи, во внешнем мире, всегда вначале происходит внутри самих нас. Вывод: ты сам не готов к созданию семьи, и твоё внутреннее Я, всячески этому сопротивляется. На этой почве ты и навыдумывал себе Бог весть что - о снятии какого-то там венка безбрачия. Поверь моему горькому опыту, Игорёк: если ЭТО придёт, я имею в виду настоящее чувство, забудешь обо всём на свете. Верно, как день, и к гадалке ходить не обязательно.... Так что у тебя на самом деле с этой девушкой? Поделись, легче станет, а вдвоём что-нибудь путное, возможно, и придумаем.
   - Я не специалист в области психиатрии, но, по-моему, она больна....
   - Не понял?! Она что, психически нездорова? - Андрей присвистнул от удивления.
   - Я же сказал, что не специалист, и точного диагноза поставить не могу, но, по всем признакам, у неё раздвоение личности, - сухо и довольно мрачно произнёс Игорь.
   - Ничего себе!.. Судя по фильмам, которые мне удалось посмотреть в период моды на американские боевики и фильмы ужасов, такие люди опасны для общества. В них проявляется одновременно две души, первая из которых является для всех окружающих в облике ангела, а вторая - в облике демона. Перед такими людьми стоит вечный выбор между добродетелью и пороком. И какая сторона натуры окажется сильнее, никому знать не дано. Поэтому большинство таких людей становятся маньяками или серийными убийцами. Словом, хрен редьки и не слаще, - заключил Андрей, не на шутку испугавшись за друга. - И как у твоей знакомой проявляется это раздвоение?
   - Начну с начала нашего знакомства. Мы встретились случайно в отеле, она попросила придержать лифт. Слово за слово, познакомились, стали встречаться, и, скажу тебе, весьма неплохо проводили время. До постели, правда, ещё не дошло. Стройная брюнетка, с параметрами модели, рост 170, умна, очаровательна, и, не побоюсь громкого слова, красавица, зовут Оксана.
   - И что?
   - Все дни была вполне нормальной, как мы с тобой, а сегодня утром.... Произошло нечто моему пониманию недоступное. Я решил почитать перед сном и спустился в вестибюль за журналом. Поворачиваюсь и вижу: она из лифта выпорхнула. Я, естественно, к ней подхожу, обнял и поцеловал в щёчку, совершенно невинный поступок, на мой взгляд.
   - Насчёт невинности полностью с тобой согласен. И что потом?
   - Она уставилась на меня дикими глазами и влепила мне пощёчину, до сих пор скула болит.
   - Ну, дорогой, это ещё не повод считать, что у неё раздвоение личности. Каждый из нас сталкивался с подобной ситуацией, когда очень хочется, но нельзя; или нужно, но нет ни малейшего желания. Мы сами контролируем свой выбор. А сделать выбор: позволить или нет поцелуй прилюдно, пусть и невинный, - это прерогатива женщины, а ее логика не подаётся осмыслению. Представь на минуту, что её душа в постоянном конфликте между долгом и чувством, сердцем и разумом, интуицией и железной логикой, и женщина не намерена выставлять на показ своих истинных чувств. А если не так длинно и нудно, то, может быть, у твоей девушки просто не было настроения? - пошутил Андрей.
   - Я так и подумал..., вначале. Если бы она развернулась и ушла, я бы решил, что дело в настроении, или чем-то вчера обидел её ненароком. Но... то, что произошло дальше, никакой женской логикой не объяснишь. Она заверещала на весь вестибюль и во всеуслышание заявила, что я маньяк, и видит она меня впервые в жизни. И так далее, и тому подобное. Честно признаюсь, после всего этого я так опешил, что даже не пытался ретироваться с поля боя. Вокруг нас стал собираться народ, охрана отеля прибежала. Я быстро принёс свои извинения и вынужден был признаться, что ошибся....
   - А она?
   - Ушла, одарив на прощанье надменным взглядом. Я поднялся в номер, минут через десять зазвонил телефон, поднимаю трубку - она! Как ни в чём не бывало, интересуется:
   - Надеюсь, наши планы насчёт экскурсии не изменились? Если нет, жду тебя на улице, возле входа в отель! До встречи!
   - Ты не послал её на хутор бабочек ловить?
   - Нет. Оделся и мы отправились изучать достопримечательности Лондона. Осмотрели Тауэрскую тюрьму, погуляли по мосту. Посетили музей Шерлока Холмса на Бейкер Стрит и пообедали в маленьком ресторанчике. Я даже не намекнул о её странном поведении утром. Она вела себя со мной вполне адекватно, как и раньше. В отель вернулись в половине восьмого, договорились пойти в ночной клуб потусоваться, как она выразилась.
   - Через пару часов жду на прежнем месте, пока, - попрощалась и пошла к себе в номер.
   - Ты же, я полагаю, всё забыл под напором обаяния и очаровательных глаз своей спутницы...
   - Правильно полагаешь, и даже оплеуху простил. На крыльях любви, переполненный счастливыми надеждами на совместное будущее, на полчаса раньше спустился вниз, купил цветов и, как последний придурок, дожидался появления своей возлюбленной.
   - Почему последний, ты не одинок в своём идиотизме, - хмыкнул Андрей, - я до сих пор так поступаю.
   - Ты слушай, что было дальше.... Появляется моя краса ненаглядная, я - к ней, лечу на всех парусах.... Она меня как увидела, даже в лице переменилась. Наученный горьким опытом, целовать прилюдно уже не решился, опасаясь за другую щёку, цветы протянул и ласково так, говорю
   - Пойдем, дорогая, покорять ночной Лондон!
   - И что?
   - Да то, она мне букетом по морде и опять в крик:
   - Забери свой чёртов веник, урод...! Это я-то урод? Алёна говорит я симпатичный, Милена утверждает - душка, каких поискать.... Людмила Фёдоровна - что я клад, сокровище для любой женщины.
   В трубке раздался заразительный хохот Андрея, он просто покатывался со смеху:
   - Понимаю твоё недоумение, Игорёк! Под словом урод, видимо, не имелась в виду твоя внешность, а ее вывод о твоем поведении.
   - А что я плохого сделал? Обозвал, проигнорировал? Я цветы подарил! И вместо "Спасибо, как это мило с твоей стороны"...., получил букетом по физиономии и гневную тираду.
   - Что за шутки, молодой человек, это переходит всякие границы приличия! Утром вы заявили что обознались, я поверила, с кем не бывает.... Но вы вновь пристаёте ко мне! Я подам на вас жалобу руководству отеля за сексуальные домогательства...!
   - У меня такое ощущение, Андрей, что у кого-то из нас с головой непорядок. Я, вроде бы, не сумасшедший. Если у нее не раздвоение личности, что тогда?
   - Не знаю.... Может игра, не доступная нашему мужскому пониманию.
   - Игра? Ничего себе, успокоил. Слушай дальше....
   - Я весь - внимание.... Кстати, за внушительный счёт, который тебе представит телефонная компания, можешь подать на неё в суд. Скажешь: после всего, что тебе пришлось пережить, советовался с личным адвокатом, который по совместительству подрабатывает психоаналитиком.
   - Подумаю... После громкой обвинительной речи, прозвучавшей в мой в адрес на весь холл, из-за стойки выбежала администраторша и поспешила ей на помощь, перед этим вызвав охрану и предупредив метрдотеля. Меня окружили плотным кольцом, правда, всё было очень вежливо, так как я тоже являюсь проживающим гостем. А тут ещё, ко всем прочим неприятностям и моему удивлению, подваливает франт лет тридцати, напыщенный такой, одетый в смокинг и с бабочкой, обнимает мою девушку, целует в губы и интересуется, что происходит. Она бесцеремонно тычет в меня пальцем и заявляет: "Этот кретин постоянно меня преследует!.." Франт строго смотрит на охрану и требует разобраться. Твоего покорившегося судьбе друга вежливо просят пройти в кабинет заведующего отелем для разборок.
   - И что?
   - Я был вынужден на ходу придумать оправдательную версию своему поступку. Объяснив это тем, что хотел извиниться перед девушкой за утреннее недоразумение и преподнести от чистого сердца цветы. Никаких дурных намерений по отношению к этой особе, посчитавшей себя пострадавшей и оскорблённой, у меня небыло.
   - Поверили?
   - Не знаю, но отпустили, попросив больше "к этой особе" не приближаться во избежание дальнейших недоразумений и скандала. Шепотом прибавили, что эта девушка - невеста хозяина отеля.
   - Вот тебе и ответ, Игорек, на её раздвоение. Боится огласки ваших отношений.
   - Если бы! Как нашкодивший школьник, получивший по заслугам взбучку от директора, я в растрепанных чувствах вылетел из кабинета, весь красный, как помидор. Подхожу к лифту и слышу её голос....
   - Простите, меня никто не спрашивал? - обратилась она к девушке за стойкой.
   - Нет! - слишком вежливо ответила та, озираясь по сторонам.
   - Странно!.. У меня назначена встреча с господином Шубиным из 625 номера, вы случайно его не видели?
   - Дальше я слушать не стал, рванул в лифт, и вот сижу в закрытом номере с телефонной трубкой на ушах, и битый час жалуюсь тебе на несправедливость судьбы.
   - Я полностью теперь согласен с тобой, дружище, что-то с ней действительно не так, уж слишком часто раздваивается её личность по отношению к тебе. Ради Бога будь осторожен, держись от этой эксцентричной бабёнки на безопасном расстоянии. Мало ли чего у неё на уме. Прыгнет в твою постель, а потом вдруг забудет, что сама, по собственной воле легла, без всякого на то принуждения с твоей стороны, вот тебе и статья за изнасилование. Доказывай потом, что я - не я, и лошадь не моя! В таком деле и свидетели найдутся, а работники отеля подтвердят на суде, что ты приставал к ней, да ещё на библии при этом поклянутся. И вынесут тебе приговор:- "Виновен! Приставание в общественном месте, нарушение закона о неприкосновенности личности, а после неоднократных просьб оставить девушку в покое ещё и изнасилование...". По-моему, у твоей знакомой не раздвоение личности, а определённый план действий: наложить лапу на твои денежки путём публичного скандала и нанести ущерба твоей кристально-чистой репутации. Один раз запятнают, не отмоешься до скончания века. Вот только кому это нужно?...
   - Типун тебе на язык, не каркай!.. - огрызнулся Игорь, понимая, что друг, вероятно, прав. Но что делать, если его, как магнитом, тянет к ней. А что если они оба не правы, и она не в поисках наживы ведёт себя так, а действительно больна и нуждается в медицинской помощи, страдая серьёзными психическими отклонениями? Он согласен оплатить лечение и ждать её выздоровления сколько потребуется. Всё это Игорь произнёс не терпящим возражения тоном.
   - По-моему парень, это тебе необходимо пройти курс психотерапии и постараться избавиться от такого подарка судьбы. Тебе же ясно сказали, что она - невеста хозяина отеля, следовательно, есть кому о ней позаботиться.
  
   Глава 2
  
   - Погоди, в дверь стучат! Возможно, оправдались твои предсказания, и полисмены пришли по мою душу, - не слишком весело пошутил Игорь.
   - Не бросай трубку, хорошо!
   - Ладно....
   Открыв дверь, Игорь застыл на месте. На пороге стояла сияющая Оксана, с обворожительной улыбкой на алых губах.
   - Ты? - только и смог произнести Игорь, растеряв на несколько минут весь свой словарный запас. Он рассматривал девушку с головы до ног в немом изумлении, поражённый её выдержкой и самообладанием.
   - Мне так и стоять в коридоре? - удивленно промурлыкала она, одарив лёгким прикосновением губ к его чуть дрогнувшей от такой ласки щёке. - В номер пригласишь?
   - Да, конечно, проходи..., - очнулся он словно медведь после зимней спячки, и освободил проход.
   - Я сорок минут прождала тебя внизу, а ты даже не одет, - с укоризной произнесла Оксана, разглядывая его распахнутую рубаху и взъерошенные волосы. - У тебя телефон постоянно занят, забыл положить трубку? - а так как Игорь упорно молчал, не отвечая на вопросы, она в недоумении подошла к нему, - Да что ты молчишь? - и потеряв терпенье, затрясла его, пытаясь заглянуть в глаза.
   - Трубку? Ах, да, трубка.... - очнулся Игорь, - я разговаривал. Подожди минутку, я сейчас.... Налей себе что-нибудь выпить....
   На другом конце провода, в Москве, Андрей напрягал до предела слух в надежде услышать и понять, что происходит в Лондоне, в гостиничном номере
   - Алло? Ты ещё здесь?
   - Где же мне быть? Если бы у меня были крылья, я был бы рядом с тобой, а не томился от неизвестности на этом конце провода, - хмуро отозвался Андрей. - У тебя всё в порядке? Кто это был, я слышал женский голос.
   - Это она! А я, как слышишь, пока жив и ещё на свободе.
   - По голосу не скажешь! - не унимался Андрей. - Очень прошу, продержись до завтра. Перезвоню Глебу, и мы к вечеру будем у тебя.
   - Не мели ерунды, сам справлюсь.
   - Всё пока, я тебя не уже не слышу, связь плохая...
  
   Игорь всё не решался положить трубку, из которой доносились короткие гудки, словно боялся прервать несуществующую уже связь с Родиной и остаться один на один с прекрасной, но чертовски опасной проблемой, так не кстати появившейся в дверях комнаты.
   - Тебе налить что-нибудь? - поинтересовалась Оксана, обхватив свой бокал длинными пальчиками.
   - Скажи, какую игру ты затеяла со мной, и что тебе от меня надо? - глядя в упор, задал наконец Игорь вопрос, так отчаянно мучивший его последние несколько часов.
   - Не поняла, о чём ты? - совершенно искренне удивилась девушка, медленно приближаясь к нему и соблазнительно покачивая бёдрами при каждом шаге.
   - Не подходи! - прорычал он, вытягивая впереди себя руки, словно пытаясь защититься от переполнявшего его жгучего желания наплевать на все последствия и увлечь её в спальню, а там - будь что будет.
   В памяти всплыло когда-то прочитанное им изречение Папюса: "Стучись во врата будущего, и они будут для тебя открыты. Но постарайся очень тщательно изучить маршруты своего пути. Храни молчание относительно твоих намерений, чтобы не вызвать противодействие людей".
   - Да что с тобой? - Оксана замерла на полдвижении, натолкнувшись на выставленную преграду. - Ты ведёшь себя довольно странно, может быть, вызвать врача? - участливо поинтересовалась она. - Я мигом!
   Как гласит одна китайская пословица: "Толчок вправо, толчок влево - и планета канет в космическую бездну". В данный момент Игорь ощущал себя именно такой планетой: если он позволит чувствам взять верх над разумом, совершенно запутавшись в любовных переживаниях, полетит в тартарары, и это в лучшем случае, в худшем же - его ожидает судебное разбирательство; а если оттолкнёт девушку от себя, вполне вероятно, что потеряет её навсегда. Женщины не прощают, когда их отвергают, по любым причинам.
   - Погоди-ка, - жестом остановил он Оксану, взял за руку и повёл к дивану, - раз ты первая заговорила о врачебной помощи, возможно, нам следует присесть и поговорить обо всё спокойно.
   - Хорошо! Давай поговорим, раз это так тебе необходимо..., да и мне, очевидно, тоже, я в полнейшем недоумении, - подчинилась нехотя она, присаживаясь, а когда тела их соприкоснулись, чуть отодвинулась на край дивана.
   - Я внимательно тебя слушаю....
   - Оксана, девочка моя, это тебе необходима помощь специалиста, - начал он издалека.
   - Мне? Ты не ошибаешься? Всего минуту назад это предлагала я и снова настаиваю на этом. Если бы ты видел себя со стороны, то полностью со мной согласился бы....
   - А что со мной не так?
   - Взгляд блуждает, руки трясутся....
   Игорь посмотрел на свои руки и быстро спрятал в карманы брюк, они действительно дрожали, как с глубокого похмелья. Постарался сфокусировать на девушке взгляд, затем как можно мягче продолжил:
   - Хорошо, не стану ходить вокруг да около.... Сейчас ты пришла ко мне и заявляешь, что прождала сорок минут, тогда как я, - он посмотрел на часы Швейцарской фирмы "Ролек-с", которые шли минута в минуту вот уже три года, - около часа назад получил от тебя букетом цветов по лицу. И вдобавок к этому, ты во всеуслышанье обвинила меня в сексуальных домогательствах. На моих глазах кинулась в объятия мужчины, затем он взял тебя под руку, и Вы ушли.
   - И куда же я с ним ушла, если сижу рядом с тобой?
   - Не следил! Не знаю! Не могу сказать!
   - Ничего, если честно, не понимаю!
   - Вот и я теряюсь в догадках. Если бы это случилось один раз... Утром ты меня за скромный, почти отеческий поцелуй в щёку, одарила звонкой оплеухой, обозвав при этом маньяком, - обижено засопел Игорь.
   - А ты уверен, что это была именно я?!.. - сообразив, похоже, что к чему улыбнулась Оксана.
   - Думаешь, я шучу? Между прочим, глазам своим я привык доверять! Кстати, не только я, тебя при этом видела обслуга отеля и даже участвовала в нашем недоразумении. Это, без сомнений, была ты!
   - Теперь мне понятно, почему при виде меня ты готов был бежать без оглядки, - звонко засмеялась девушка. - Я ненароком подумала, что ты..., что у тебя.... Ладно, проехали, всё нормально!..
   - Не совсем. Ты намекаешь на то, что это я поссорился с головой, и это у меня извилины коротнули и выпрямились?
   - Что-то в этом роде.
   - Ты права, почти так и было..., - протяжно вздохнул Игорь, - ты меня в упор не узнала, да и признавать, судя по твоему поведению, не собиралась. А вот теперь ты сидишь здесь и пытаешься убедить меня, что я...- ненормальный!
   - Уже не пытаюсь! То, что произошло вполне естественно!
   - Что-о?!!
   Игорь подскочил на месте и в изумлении уставился на девушку, которая, не обращая внимания на его реплику, продолжила:
   - Откуда моей сестре было догадаться, что ты перепутал нас? Значит, она всё-таки передумала и прилетела.... Вот негодница! Даже не соизволила сообщить! Сюрприз приготовила....
   - Сестре? Ты хочешь сказать, что сегодня утром я имел несчастье столкнуться не с тобой, а с твоей копией? Прости, сестрой? Боже правый, вы же на одно лицо....
   - Как же иначе? Мы близнецы. Альбина - младшая, на 15 минут появилась позже меня. Мы только внешностью схожи, а характер у нас разный. Я спокойная и, как говорят родители, слишком рассудительная, а она сущая бестия, "без царя в голове", всегда что-нибудь норовит учудить. Наверняка, сразу же, как только ты подошёл к ней, прекрасно поняла, что попутал и принял её за меня. Но такая уж у неё натура: раз обознался, получай..... Что за привычка шокировать публику? Может, и мне следует с её знакомыми выкинуть подобный фортель? А то, как благовоспитанная девица, всегда при подобных ситуациях краснею, начинаю извиняться и предупреждаю, что я - не Альбина.
   - Слава Богу!!!.. - с явным облегчением выдохнул Игорь, - прямо гора с плеч! - он издал при этом торжествующий вопль индейцев: "Иха-а", а затем: "Йес-с" и вихрем закружил по комнате. - Я решил, что у тебя раздвоение личности..., - успокоившись, нехотя признался он.
   - Нас, конечно, две, и это в самом прямом смысле, но.... Для тебя я хочу стать и всегда быть одной единственной!
  
   Засыпая, Игорь улыбался....
   Он представил, какой переполох поднимется в Москве после сообщения Андрея. Но переубеждать друзей, что он в полном порядке, бесполезно. Не поверят.... Не поверят, а значит, не позднее завтрашнего вечера надо ожидать прибытия группы поддержки.
   - Весьма кстати!.. Познакомятся с моей невестой.
   Игорь, наконец, сделал предложение руки и сердца, Оксана приняла его, согласившись стать его женой.
  
   Жёны пришли к соглашению, что нельзя отпускать мужей одних на столь важное и деликатное мероприятие как спасение Игоря.
   - Как бы дров не наломали, - единогласно решили они, и в отеле появилась дружная компания в составе четырёх человек. Через пару часов из Парижа должны были прилететь Настя и Гоша.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   89
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"