Истратова Ирина: другие произведения.

Скарабей

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Три путешественника потерпели катастрофу в поясе Койпера. Никто не спешит им на помощь...
    Полная версия.

1

Рассел Д. Кроссвайт, исполнительный директор корпорации "Транссол", пользовался лучшим сном, какой можно купить за деньги. Это отнимало всего шестнадцать минут в сутки - и не более двадцати пяти, если спать через день. Тревожить его в это время позволялось лишь в самом крайнем случае.
Пятьдесят девятого числа 2208 года, в 683 минуты по всемирному времени мистер Кроссвайт очнулся в своём релакс-кресле. Мышцы подрагивали, сознание напоминало впопыхах собираемый паззл. На потолке кабинета горел вызов из ситуационного центра.
Кроссвайт сел; босые ноги коснулись травы, покрывающей пол кабинета. Трава была почти настоящая. Питалась она от электрической сети и водопровода, и раз в неделю приезжал техник из "Бриллиант Радикс" поменять картридж с генным материалом. Дорогое удовольствие - но куда деваться. Главными корпоративными ценностями "Транссола" считались толерантность и стремление к самореализации, поэтому сотрудникам было предписано завести себе какую-нибудь безобидную особенность или простительную слабость. По тщательном размышлении директор Р. Д. Кроссвайт решил, что будет любить природу без отрыва от работы.
Трудно сказать, что Рассел Кроссвайт любил на самом деле - ну, кроме денег и вещей практически полезных. Ему вообще казалось глупым взять и пристраститься к чему-то одному; выбрать одно - значит отказаться от всего остального. Деньги - другое дело, деньги - это всеобщий эквивалент, и любя деньги, Рассел Д. Кроссвайт любил мир во всём его многообразии.
Безобидной особенностью Фила Мёрфи, старшего диспетчера ситуационного центра корпорации "Транссол", были его эмо-волосы. Сейчас они стояли дыбом, транслируя панику.
- Сэр! Катастрофа на рейсе KB1127, - зачастил Мёрфи. - Взорвался термоядерный двигатель.
У Кроссвайта перехватило дыхание. О, только не снова! Ещё одна "Каледония" похоронит его карьеру.
- Сколько... сколько пассажиров на борту?
- Сэр, это было грузовое судно.
Директор Кроссвайт перевёл дыхание.
- Экипаж?
- Нет, сэр. Судном управляла автоматика.
- Так. И когда это случилось?
- Четыреста двадцать минут назад.
- Правильно ли я понимаю, мистер Мёрфи? - холодно поинтересовался Кроссвайт. - Вы подождали четыреста двадцать минут, чтобы оторвать меня... от важного дела и сообщить, что какой-то беспилотный грузовоз...
Старший диспетчер опустил глаза, волосы поникли.
- Простите, сэр. Я позвонил вам почти сразу же, как приборы засекли вспышку. KB1127 следовал с Макемаке на Шибальбу, а это транснептуновые объекты, это очень далеко, сэр. Сорок пять астрономических единиц. Свету нужно...
- Я знаю, где находятся транснептуновые объекты, - оборвал Кроссвайт. - Ладно, что с кораблём?
- Пока неизвестно, сэр. Есть основание полагать, что он испарился, хотя груз, возможно, цел.
- Изволите шутить, мистер Мёрфи? - рявкнул директор. - Как это может быть - судно испарилось, а груз цел?
Фил Мёрфи вздрогнул, волосы затрепетали.
- В поясе Койпера, сэр, обычное дело. Там не строят из металла, это выйдет чересчур дорого. Вот как они поступают, сэр: заливают груз льдом и примораживают двигатель. Выходит такая одноразовая конструкция, называется "snegurka".
- Значит, груз можно спасти?
- Да, сэр. Но боюсь, спасение себя не окупит. Груз разметало взрывом, да и вряд ли везли что-то ценное. Это же пояс Койпера, задворки цивилизации...
- В таком случае, мистер Мёрфи, мы не станем спасать груз, - сказал Рассел Кроссвайт. -Дешевле возместить стоимость грузоотправителю. Или нет, мы поступим так, как скажет его страховая компания. Пусть вопрос решают наши юристы. Это такая рутина, мистер Мёрфи! Я не понимаю, чего ради вы побеспокоили меня.
- Простите, сэр. Пришло странное сообщение из нашего филиала на Макемаке. Они пишут, что на корабль проникли зайцы.
- Мм... Проникли, да? На ледяную глыбу? Ну-ну. Сколько, вы говорите, лететь от Макемаке до Шибальбы?
- Расстояние небольшое, сэр, десять астрономических единиц. Если грузовым кораблём - двадцать пять суток.
- Двадцать пять суток - на корабле, совершенно не приспособленном для перевозки пассажиров? - уточнил Рассел Кроссвайт. - Вам не кажется, мистер Мёрфи, что зайцам понадобится система жизнеобеспечения?
- Да, сэр, выглядит подозрительно. Наверно, это... - старший диспетчер смолк и втянул голову в плечи.
- Что, мистер Мёрфи? Выкладывайте, раз уж начали.
- Я не знаю, сэр, просто слышал... И не буду утверждать, что здесь как раз тот случай... В общем, говорят, это налаженный бизнес - особенно там, в периферийных филиалах. Возят людей грузовым транспортом - а деньги кладут себе в карман.
- Интересные факты всплывают, - сквозь зубы сказал Рассел Кроссвайт. - Мистер Мёрфи, я хочу знать определённо: сколько людей на борту, кто они - но прежде всего, кто виноват, что они там оказались. Сделайте это быстро, мистер Мёрфи, и без лишнего шума. Вы меня поняли?
- Да, сэр... Но ведь правда всё равно откроется, когда мы их спасём.
- Кого, мистер Мёрфи? Грузовое судно потерпело катастрофу, груз фактически погиб. По вашим словам, спасательная экспедиция убыточна.
- Да, но люди...
- Возможно, уже мертвы. В любом случае, никто не знает, что они на борту, не так ли?
На голове у старшего диспетчера зашевелились волосы.
- Хотите получить повышение, Мёрфи? Тогда заведите рыбок и молчите.

2

- Чё за хрень? - раздался в темноте сиплый спросонья голос. - У меня будто зубы вынули через задницу. Миха, Док! Ребята, вы целы? И свет чего-то не горит...
- Я убедительно прошу вас, Колян, не называйте меня Миха, - откликнулся другой голос, с неприятной скрипучей интонацией. - Для вас я Михаил Юрьевич, можно доктор Карась.
- Не, Миха. Я пока выговорю имя-отчество, забуду, чего хотел сказать-то. По фамилии звать человека невежливо, а Док у нас уже есть. Эй, Док, ты там живой? Док!
Они замолчали и прислушались.
- Что гудит? - спросил Михаил Юрьевич. - Слышите?
- "Пш-пст-уфф"? Это воздушный компрессор.
- Он работает.
- Конечно. Чего бы ему не работать? - удивился Колян. - Глянь, и свет врубился.
Из темноты проступило небольшое помещение, кубометров не более двадцати пяти. Одну стену занимал старинный терминал с 3D-интерфейсом и креслом оператора; под сиденьем болталась авоська, набитая завтраками быстрого приготовления. К другой стене крепились вакуум-клозет, диспенсер влажных салфеток, мусорный контейнер и кран с питьевой водой. В третьей стене была дверь шлюзовой камеры. Возле остальных стен комнаты, прихваченные за углы, покачивались три спальных мешка.
Колян расстегнул молнию, оттолкнулся и подлетел к Доку, лежащему в своём мешке в позе эмбриона.
- Живой он! - радостно заорал Колян. - Вот заспанец! У нас о нём душа болит, а он знай дрыхнет.
Спящий зашевелился, и Колян по-дружески двинул его кулаком в бок. Из мешка высунулась всклокоченная голова:
- А? Что такое?
- Говорю, ну и сон у тебя, Док.
- Обычный сон, майкрософтовский, - буркнул тот. - Ты зачем меня разбудил, Николай?
- Да тут такая фигня случилась... Слышь, Миха, чё конкретно за фигня?
- Мы в невесомости. Двигатель не работает, и как следствие, пропала сила тяжести.
- Блин, и впрямь невесомость! - Колян хлопнул ладонью по стене и перекувырнулся через голову. - А чё так рано? Вроде, дней десять ещё должны разгоняться.
Док пожал плечами и зевнул:
- Раз двигатель отключили, значит, так надо.
- Его не отключили, - сказал Михаил Юрьевич. - Всё гораздо хуже.
- Давайте без паники, - попросил Док. - Скоро двигатель вновь заработает, вот увидите. Подождём - а лучше поспим.
- Блин, Док! Я чё тебе пытаюсь втолковать? Мы спали - а тут эта хрень. Тряхануло так неслабо, и со светом непонятки... Чё-то тут не то.
- Нас разбудила сейсмическая волна, - сказал Михаил Юрьевич. - А освещение отключил электромагнитный импульс.
Колян поскрёб бритый затылок:
- Звучит хреново.
- Вообще говоря, нам повезло, что система жизнеобеспечения не пострадала. Сейсмическая волна - тоже хороший знак, она распространяется только в твёрдых телах, и следовательно, между нами и центром взрыва оставался лёд. Будем надеяться, он остановил большую часть первичного излучения.
- Блин, Миха! Какой на фиг взрыв?
- Термоядерный, - сказал Михаил Юрьевич, криво улыбаясь. - Двигатель был термоядерный, и он взорвался. Полагаю, корабль разрушился и наш модуль летит в космосе сам по себе. У нас запас пищи, воды и воздуха на двадцать пять дней, но если мы будем всё время спать, то продержимся в два раза дольше.
- Миха, не гони. Щас глянем, чё там снаружи.
Колян ловко оттолкнулся, перевернулся в воздухе и приземлился в операторское кресло. Из сиденья и спинки выдвинулись фиксаторы и сомкнулись на ногах и груди. Колян щёлкнул пальцами, и в воздухе перед ним загорелась трёхмерная заставка медиацентра. Он запустил в неё пятерню, пошарил и вытащил старинный кинопроектор с вращающимися катушками.
- Чё-то не понял... Тут одно кино и ни фига полезного! - Колян отшвырнул кинопроектор, тот сжался в точку и пропал. - А где настройки и контроль?
- Они считают, что нам это ни к чему, - сказал Михаил Юрьевич. - Приспособили какой-то негодный хлам и везут людей, как скотину.
- Это "Скарабей", - сказал Колян. - И ни разу не хлам, а горный комбайн устаревшей модели. Мы такой изучали в техникуме. Во, снёс нафиг медиацентр, загружаю систему из резервной копии. Щас всё будет.
Док и Михаил Юрьевич выбрались из своих мешков и зависли за спиной у Коляна. Воздух замерцал, и из него соткался объёмный макет "Скарабея", действительно похожий на жука с зазубренными лапками. Металлический панцирь был испещрён крепёжными гнёздами для дополнительного оборудования, теперь по большей части пустыми. Колян покрутил "Скарабея" в руках, разглядывая со всех сторон.
- Камеры вроде на месте, - пробормотал Колян себе под нос. - Ну-ка, глянем...
Он ткнул пальцем в модель - открылось пустое чёрное окошко с надписью: "Видеокамера ? 1".
- Ну, что я тебе говорил, Миха! Темно, как... Короче, лёд вокруг.
Вторая и третья камеры тоже показывали черноту. Колян небрежно щёлкнул ногтем по четвёртой - и распахнулось звёздное небо, перечёркнутое размытой полосой Млечного Пути. В углу сияла яркая точка Солнца. Колян выпучил глаза и вцепился в подлокотники. За его спиной Док и Михаил Юрьевич, точно зачарованные, смотрели, как перед ними проплывают звёзды - медленно и торжественно, словно похоронная процессия в траурном бархате.
- Нас спасут, - сказал Док.
- Нет, - отстранённо сказал Михаил Юрьевич. - Никто не знает, что мы здесь.
- А мы подадим сигнал бедствия. Николай, на "Скарабее" есть передатчик?
- Щас... - Колян сделал несколько пассов и вытащил из воздуха трёхмерный виджет в виде старинной радиостанции. - Да, вот он, исправен. Эй, чё за дела? - он покрутил чёрную карболитовую ручку и растерянно обернулся. Кажется, у нас нет антенны.
- Снесло взрывом, - меланхолически предположил Михаил Юрьевич.
- Щас гляну. Так, камера номер шесть...
Открылось окошко с видом звёздного неба; половину обзора заслоняла бесформенная тёмная масса. Звёзды, медленно вращаясь, выходили из-за неё, словно из-за горы. Колян включил прожектор, и тёмный силуэт засиял ослепительной белизной.
- Лёд! - радостно объявил Колян. - "Скарабей" вмёрз в здоровенную такую ледышку. Передатчик не работает, потому что антенна похоронена подо льдом. Щас я её почищу манипулятором.
Колян пошевелил пальцами, и металлическая рука на экране, блестя суставами в свете прожектора, повторила движение. Голубым пламенем вспыхнул плазменный резак, облако пара на минуту затуманило линзы - и вот уже Колян, споро орудуя манипулятором, вынимает из ледяной горы вырезанный кусок.
- Стой, не выбрасывай! - воскликнул Док. - Его можно занести внутрь?
- Через шлюз? Манипулятор не дотянется, но попробую докинуть. А на фига?
- Это же лёд! Значит, у нас будет вода, а будет вода - будет и кислород. Сколько угодно.
- Лишь в том случае, если лёд водяной, - скучным голосом уточнил Михаил Юрьевич. - Возможно, это замёрзший этан, или углекислота, или что-нибудь ещё.
- Николай, ты можешь определить химический состав?
- Не, без спектрометра не могу, придётся на авось. К примеру, если там этан или этен - словим кайф, а если циановодород - задохнёмся до смерти. Ну так чего, забрасывать внутрь или не надо?
- Мы всё равно умрём, - сказал Михаил Юрьевич.
- Забрасывай, - кивнул Док.
Колян открыл внешнюю дверь шлюза, прищурился, замахнулся... Кусок льда влетел по прямой в шлюз, отскочил от внутренней двери - бамм! - и унёсся куда-то в космос.
- Блин, - сказал Колян. - Попытка номер два.

3

Исполнительный директор Кроссвайт злился - на коррупционеров с периферии, на старшего диспетчера Мёрфи, на самого себя и на весь мир в придачу.
Филиалом на Макемаке управляла Лиза Эллиот. Её отцу Артуру Ван Далену принадлежало четыре процента акций "Транссола", а весь клан Ван Даленов мог наскрести достаточно голосов, чтобы снять его, Рассела Д. Кроссвайта, с должности исполнительного директора. И если он хоть пальцем тронет одного из Ван Даленов, именно так и будет. Хуже того, ему придётся прикрывать эту дуру Эллиот, чтобы продемонстрировать лояльность.
В ситуационном центре было тихо и пусто - не то что год назад, когда "Каледония" налетела на метеороид. За длинным столом в зале совещаний сидел сам Кроссвайт, старший диспетчер Мёрфи и ещё Эд Герритсен из юридического отдела. Герритсен собирал марки, звёзд с неба не хватал и приходился роднёй Ван Даленам. Пусть знают, что директор Кроссвайт делает всё возможное.
- Сэр, мы установили личности пассажиров, - сказал Фил Мёрфи.
Рассел Кроссвайт поморщился, разглядывая три объёмные фотографии. Ну и морды! Прямо-таки "Их разыскивает Солпол".
- Слева - Николай Лобанов. Двадцать пять лет, не женат, работает механиком в "Xice" - это небольшая горнодобывающая компания, зарегистрированная на Шибальбе. Возвращался с Макемаке из отпуска.
- Отпуск на Макемаке? - недоверчиво переспросил юрисконсульт Герритсен. - Что там хорошего?
- По сравнению с Шибальбой Макемаке просто рай, - сказал Фил Мёрфи. - Да и много ли нужно шахтёру? Выпивка, женщины, азартные игры.
Мистер Лобанов брил голову по горняцкой моде, чтобы не затрудняться мытьём волос в невесомости. С грубого вылепленного лица смотрели голубые глаза, круглые и бессмысленные, как у ребёнка.
- Справа - Михаил Карась, - продолжил Мёрфи. - Тридцать четыре года, не женат, доктор физико-математических наук. Направлялся к месту работы - на Шибальбе строят новый телескоп.
- Вроде приличный человек, - удивился Эд Герритсен. - Как он оказался на KB1127?
- Ему забронировали билет на пассажирский рейс, - сказал Фил Мёрфи. - Но не оплатили, потому что телескопу урезали финансирование.
Доктор Карась выглядел старше своих лет. У него были испуганные брови, надменные глаза и жалобный рот. Нытик, зануда и неудачник. По мнению Рассела Кроссвайта, доктор Карась оказался именно там, где следовало.
- А кто в центре?
- Мы не знаем имени, сэр, - замялся Мёрфи. - Его провёл кто-то из низшего персонала.
- Коррупция в квадрате! - не удержался Кроссвайт.
- Это какой-то бродяга, - брезгливо разглядывая снимок, сказал Герритсен.
Похоже на то. Косматые волосы, лицо, заросшее дикой бородой по самые глаза. Взгляд грустный и внимательный, с отблеском безумия. В добрые старые времена таких ловили и отправляли в работный дом.
- Бесполезные члены общества, которых никто не хватится, - резюмировал Рассел Кроссвайт. - Это хорошо. Мистер Мёрфи, вы узнали насчёт груза?
- Да, сэр. Завтраки быстрого приготовления "Старфаст".
- "Старфаст", "Старфаст"... Что-то смутно знакомое.
- Да, сэр. Десять лет назад был большой скандал в средствах массовой информации, после которого "Старфаст" запретили. Но только в цивилизованном мире. Запасы "Старфаста" вывезли на Плутон, Макемаке и Хаумеа. А недавно несколько больших партий отправили с Макемаке на Шибальбу, так что, судя по всему, скоро "Старфаст" запретят и на Макемаке.
- Запрещённые продукты? - оживился юрисконсульт. - Можно снизить возмещение за утрату груза. Или вовсе не платить.
- Действуйте, мистер Герритсен, - одобрил директор. - А теперь скажите мне, мистер Мёрфи, каковы шансы на выживание у этой троицы.
- Довольно высокие, сэр. Они находились в рубке горного комбайна "Скарабей-19Л". Модель очень старая, но надёжная.
Рассел Кроссвайт покривил лицо:
- Но они не подали сигнал бедствия, не так ли?
- Не знаю, сэр. Их передатчик работает по устаревшему стандарту QDAP. Возможно, "Скарабей" запрашивает помощь, но его никто не слышит. Такая аппаратура осталась разве что в Музее освоения космоса.
- Я хочу знать наверняка, мистер Мёрфи. Достаньте её и послушайте эфир.
- Где же я её достану, сэр?
- В Музее освоения космоса. Мы столько жертвуем на культуру, что не стесняйтесь, изымайте любой экспонат.
- Да, сэр. А может, всё же отправим спасательный корабль?
- Мистер Мёрфи! Если мы пошлём корабль, возникнут неудобные вопросы. К тому же, спасательная экспедиция дорого стоит. А я не вижу смысла в лишних тратах, когда всё и так складывается удачно.

4

Очередной кусок льда оттаивал в шлюзовой камере, и у Коляна образовался вынужденный перерыв в работе. Сразу вносить добычу в рубку было нельзя: переохлаждённый лёд примерзал к коже намертво, а свободная вода в невесомости стягивалась в круглые капельки и норовила попасть в лёгкие.
Даже упаковки "Старфаста", летающие по комнате, могли наделать бед. Одна такая врезалась Коляну в затылок. Он разинул рот и застыл, беззвучно шевеля губами, глаза выражали адскую муку. Док тронул его за плечо:
- Николай, тебе плохо?
Тот помотал головой:
- Всё путём. Это я прошился, чтоб не матюгаться. Только открою рот загнуть по-матерному - тотчас мне горло перехватывает и звёздочки в глазах.
- Бедняга, - посочувствовал Док. - Как же тебя угораздило?
- Хотел жениться. Женщины - они ведь ушами любят... Но не срослось.
- Так снеси прошивку, не мучайся.
- Жаба душит, - признался Колян. - Ползарплаты отдал - и что, впустую? Ничего, я насобачился использовать эвфигизмы. Ну, это такая фигня, когда говоришь "хренотень", а подразумеваешь "херовина".
Михаил Юрьевич поймал "Старфаст", пролетавший в опасной близости от лица, и жёлчно поинтересовался:
- Не достаточно ли мы набрали этой дряни? И воды хватит надолго. Давайте уже выбрасывать лёд в космос. В конце концов, наша цель - очистить антенну, а не запасаться на голодный год.
- Выкидывать еду и воду нехорошо, - возразил прижимистый Колян. - И фиг знает, сколько там осталось "Старфаста". Может, всего ничего. Может, потом пойдут какие-нибудь памперсы в синильной кислоте. И будешь ты, Миха, локти кусать.
Док забрал упаковку у Михаила Юрьевича и сунул в мусорный мешок. Штук восемь таких мешков, полностью набитых и завязанных, были принайтованы в разных местах комнаты, отчего в ней стало тесновато.
- "Старфаст" - это не еда, - заметил Михаил Юрьевич. - Он вреден для здоровья.
- Он вкусный! - возмутился Колян.
На ярко раскрашенной крышечке были три кнопки, подписанные "рыба", "мясо" и "курица". Колян выбрал "мясо", и корытце мелко завибрировало. Внутри шёл некий процесс.
- "Полностью натуральный продукт", - прочитал Колян, - "обогащённый витаминами и кальцием". Точняк, нам нужен кальций! А то костям в невесомости капец.
Он снял с ёмкости крышку - та свернулась трубочкой и превратилась в ложку - и принялся с аппетитом закидывать в себя "Старфаст".
- Мы полюбим этот вкус, - вздохнул Док, открывая свою порцию.
- Помню, как-то раз мы нашли богатый астероид, - сказал Колян. - Надо было поспешать, пока не налетели остальные. А из еды у нас - только просроченный "Старфаст". И вот он начал глючить. Какую кнопку ни нажми - однофигственно, внутри этиловый спирт...
- Сколько можно?! - раздражённо бросил Михаил Юрьевич. - Нужно что-то делать, а вы байки травите!
- Миха, не кипишись. Мы почти докопались до антенны.
- Вот именно! Антенна должна уже работать на приём, но мы ничего не ловим. Следовательно, приёмник неисправен.
- И что вы предлагаете? - спросил Док. - Только конструктивно, пожалуйста.
Михаил Юрьевич сверкнул глазами:
- У "Скарабея" имеется двигатель, не так ли?
- Ага, на водяной плазме, - согласился Колян. - Воды у нас хоть залейся - а толку? Изотопная батарея одна, да и та выработала половину ресурса. Большую тягу нам не развить. Будем разгоняться лет двадцать, а потом тормозить ещё.
- Нас затормозят лазером на подлёте, - сказал Михаил Юрьевич. - И мы не станем разгоняться, а скорректируем траекторию. Я могу рассчитать новый курс... Да, пожалуй, я смогу.
Он сел в кресло, открыл схему Солнечной системы и задумался.

5

Волосы Мёрфи отплясывали джигу.
- Сэр, они вышли на связь! Николай Лобанов, Михаил Карась и третий, называющий себя "Док". Прошло тридцать пять дней, а они ещё живы.
- Просто чудо, - процедил Кроссвайт.
- Воды и пищи хватит надолго, - доложил Мёрфи. - "Скарабей" вморожен в огромный ледяной обломок, и они там добывают "Старфаст", словно полезное ископаемое. Кислород они получают электролизом, так что, считайте, у них неограниченный запас воздуха.
- Хм. А что они собираются делать с углекислым газом? Вряд ли на "Скарабее" неограниченный запас картриджей к воздушному фильтру. Не так ли, мистер Мёрфи?
- Сэр, это пояс Койпера, там никогда не меняют картриджи. Дикие люди! Нагревают картридж в вакууме или продувают водяным паром - в зависимости от модели. Поглощённая углекислота выделяется, и картридж можно использовать повторно.
- Какое упущение! Производители фильтров теряют прибыль. Надо придумать, как сделать их одноразовыми.
- Да, сэр, производители так и поступили, и тогда шахтёры просто перестали покупать системы жизнеобеспечения. В горном комбайне, сэр, есть криогенный сепаратор. Он предназначен для физического разделения льдов, но если пропатчить драйвер, то с его помощью можно вымораживать углекислый газ из дыхательной смеси. У "Скарабея" действительно неограниченный запас воздуха. А ещё они включили двигатель и направляются на Эрешкигаль.
- На Эрешкигаль? Не на Шибальбу?
- На Эрешкигаль, сэр, это ближе. Тем не менее, путь займёт два с половиной года. Это так долго, сэр! Мы пошлём за ними спасателей?
- Никого спасать мы не станем! - скрипнул зубами Кроссвайт. - Запомните, мистер Мёрфи.
- Да, сэр, - Мёрфи покусал губу. - Но что будет, когда "Скарабей" прилетит на Эрешкигаль?
Исполнительный директор откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза. Ах, как всё хорошо шло - и как плохо повернулось! Когда "Скарабей" прилетит на Эрешкигаль, эта история как пить дать попадёт в новости. Журналисты докопаются до махинаций Лизы Эллиот, грянет скандал, акции "Транссола" рухнут, и Ван Далены назначат его, исполнительного директора Кроссвайта, козлом отпущения. Ему припомнят "Каледонию", на него повесят всех собак.
Ну уж нет.
- Пригласите сюда Герритсена, - сказал Кроссвайт. - Будем составлять контракт.

6

- Картошка с грибами.
- Зелёный горошек.
- Картошка со шкварками.
- Шоколадное мороженое.
- Картошка с курицей.
- Только не с курицей!
- Ладно, тогда с лучком. На подсолнечном масле, - Колян зажмурился. - И чтоб, знаешь, хрустела.
- Изверги вы, - бессильно сказал Михаил Юрьевич. - Садомазохисты.
Док покрутил в руках лоток "Старфаста":
- А как это вообще работает? Быть может, здесь есть другие программы? Кроме тех трёх, что вынесены в интерфейс. А, Николай?
- Зуб даю. Было дело, наш "Старфаст" взломали хакеры, и он превратился в этиловый спирт...
- Извините, что прерываю, - ядовито сказал Михаил Юрьевич, - но из монитора торчит какой-то треугольник.
Моментально посерьёзнев, Колян дёрнул загадочный треугольник за угол и вытащил почтовый конверт.
- Ребята, чтоб мне сдохнуть! Нам письмо.
- Вы что-то путаете, - сказал Михаил Юрьевич. - Этого не может быть. Радио не работает.
- Почему они связались с нами только сейчас? - нахмурился Док. - Странно...
Колян вскрыл конверт и вытащил заполненный мелким шрифтом лист с логотипом "Транссола". Док и Михаил Юрьевич придвинулись, вытянув шеи. Колян читал, шевеля губам, и на его лице проступало недоумение.
- Это "Скарабей"-то ценное имущество? Которое мы должны спасти с места катастрофы и доставить на Эрешкигаль? А нам за это заплатят три миллиона баксов? Они там спятили, в ихнем "Транссоле"! Мы так и так летим на Эрешкигаль, совершенно за бесплатно. Чё-то я не въехал... Мы спасём "Скарабей" - а кто спасёт нас?
- Они не хотят нас спасать, Николай, - объяснил Док. - Видимо, посылать за нами корабль слишком дорого, дешевле дать нам отступного.
- Как унизительно, - сказал Михаил Юрьевич. - Мы не должны это подписывать.
- Но, блин, три мегабакса! По мегабаксу на рыло... Охренительные деньжищи.
- Проголосуем, - предложил Док и помахал упаковкой "Старфаста". - "Рыба" - за то, чтобы заключить сделку, "мясо" - "против", а "курица" - "воздержался".
Загородив ладонью крышку, Док нажал кнопку и положил лоток в мусорный пакет. Вслед за ним проголосовали Колян и Михаил Юрьевич. Пакет завибрировал, обрабатывая результаты референдума. Док вынул первый лоток, снял крышку, понюхал и объявил:
- Рыба.
Достал второй лоток, понюхал:
- Снова рыба.
В третьем бюллетене тоже оказалась рыба.
- Никто ничего не перепутал? - спросил Док. - Неужели единогласно?
- Я хочу эти деньги, понятно?! - вызовом сказал Колян. - Хочу миллион баксов. Мне всю жизнь надо вкалывать, чтобы столько заработать. И какая у меня работа? Думаете, очень интересная? Сидеть в том же комбайне, колупать тот же лёд и жрать тот же "Старфаст".
- Понятно, - кивнул Док. - А вы, Михаил? Как же ваш телескоп?
- А никак, - Михаил Юрьевич горько усмехнулся. - Финансирование урезали, строительство заморожено. Что я буду здесь куковать, что там. В деньгах нет счастья, но есть некоторое утешение.
- А я кое-что искал, - туманно сказал Док, - и кажется, нашёл то, чего мне не хватало.
- Денег, что ли? Да ты, блин, философ.

7

Триста тридцатого числа 2208 года Тиму Мёрфи исполнилось восемь лет. Ровно в шесть утра он проснулся и увидел на полу детской две огромные коробки, перевязанные ленточками, - подарки от мамы и от папы.
Внутри той коробки, что от мамы, Тим обнаружил плюшевого медведя и торт со свечками. Медведь зажёг свечки и запел маминым голосом: "Happy Birthday to you, Tim!"
Тим редко видел маму. В последнее время она спала сутки напролёт, просыпаясь лишь затем, чтобы приготовить еду или пройтись по магазинам, и как-то проспала момент, когда сын вырос из мягких игрушек.
Тим глубоко вдохнул и задул свечи. Медведь разрезал торт и умолк, исполнив положенный ритуал.
Тим подошёл к папиному подарку и несмело протянул руку к ленточке. Папу Тим тоже видел редко, потому что тот весь день работал. Но папа старался быть хорошим отцом - и от этого открывать его подарок делалось особенно страшно.
В прошлом году папа подарил Тиму телескоп. Хотел порадовать - знал, как сильно сын мечтает о космосе. А Тим рыдал весь день до вечера, рыдал до тех пор, пока ровно в девять не отключился и не уснул. У Тима стоял детский сон - с девяти вечера до шести утра.
Он никогда не видел звёзды.

8

- Бурили мы как-то один астероид, а из еды у нас был только нелокализованный "Старфаст". Все надписи - иероглифами, и какую кнопку ни нажми....
- Внутри этиловый спирт? - предположил Док.
- Не-а. Внутри - что-то вкусное, а вот что конкретно, фиг его знает. Мы очень радовались, какое-никакое разнообразие. Но один рабочий, Юсуф, не на шутку забеспокоился: вдруг этот "Старфаст" - харам? Ну, то есть, вдруг мясо, которое там, от нечистого животного или его убили не по правилам.
- Я бы месте Юсуфа не волновался, - хмыкнул Док.
- Ах, помолчите вы, сделайте милость! - голова Михаила Юрьевича высунулась из спального мешка. - Вы мешаете мне спать.
- Разве мешаем? - удивился Колян. - Включи сон и спи себе.
- Мне всё время снится, будто я падаю с кровати, - пожаловался Михаил Юрьевич.
- Это, Миха, из-за невесомости. Ты в настройках сна отметь галкой "microG".
- Не могу, у меня кончилась лицензия, - мрачно ответил Михаил Юрьевич. - А как я, спрашивается, продлю её без Интернета?
- Надо было ставить пиратку, - сказал Колян. - Так на чём я остановился, Док?
- На Юсуфе.
- Ага. Значит, Юсуф был мусульманином, и сон у него тоже был мусульманский, лицом к Мекке... Эй, Док, а что ты там набиваешь на терминале?
Док оторвал руки от клавиатуры.
- Мне очень нравятся твои байки, Николай. Думаю, если их записать, то выйдет интересная книга. Разумеется, я тебя упомяну.
- Не, Док, так не пойдёт! Хочу в соавторы и половину гонорара. Будет справедливо, потому что половину я присочинил.
Док задумался, улыбнулся и кивнул.

9

Сто седьмого числа 2210 года Фил Мёрфи переступил порог директорского кабинета. Он уже чувствовал себя виноватым, топча газон, а бешеный взгляд начальника едва не отправил его в нокаут.
- Как вы объясните это, мистер Мёрфи? - Кроссвайт швырнул ему какую-то книжку.
"Транссол: деньги в космосе не пахнут", - прочёл Мёрфи. С обложки смотрели два легко узнаваемых лица - Николая Лобанова и Михаила Карася - и одно узнаваемое с трудом. Побритый и постриженный бродяга оказался известным журналистом Петром Докучаевым.
- Кто бы мог подумать, сэр... - выдавил Мёрфи.
- Вы, мистер Мёрфи. Эти материалы пришли в редакцию с вашего адреса.
- Нет, сэр! Клянусь, я ничего не посылал.
- Неужели? - процедил Кроссвайт. - А почему вы не вернули радиостанцию в музей? С какой целью вы два года держите её дома?
Фил Мёрфи опустил глаза.
- Это не простая радиостанция, сэр, а пульт управления зондом "Инфинити". В конце двадцать первого века его послали в облако Оорта, и он до сих пор там летает.
- Какая вам с этого польза?
- Никакой, сэр. Но у меня сын, ему девять лет, и он бредит космосом. И я подумал: когда ещё ребёнку предоставится возможность порулить космическим зондом? Простите, сэр, не понимаю, что на меня нашло.
- Мёрфи... Знаете что? Идите отсюда к чёрту.
- Да, сэр. Спасибо. До свидания. Удачи вам.

10

- Сильнее! - потребовал Михаил Юрьевич. - Привяжите меня покрепче!
Его голова торчала из спального мешка, а Док затягивал стропы.
- Спина должна чувствовать твёрдую поверхность, - сказал Михаил Юрьевич раздражённо. - Не могу спать в невесомости.
- "Невесомость" происходить от слова "невесело", - заметил Колян, крепко спелёнатый в своём спальнике.
- И означает невозможность повеситься, - мрачно добавил Михаил Юрьевич.
- Потерпи, Миха, недолго уже осталось.
Док затянул последнюю стропу и отлетел полюбоваться.
- Ну, всем удобно? Все хорошо привязаны? Тогда у меня для вас две новости - плохая и хорошая. Начну с плохой. Наша история стала достоянием широкой общественности. Шишки из "Транссола" делают круглые глаза и пытаются от нас откреститься. Так что обещанных миллионов мы не получим.
- Кончай прикалываться, Док.
Тот смущённо развёл руками.
- Помните, я всё набивал что-то на компьютере? Это была книга про наше путешествие на "Скарабее". Я отправил рукопись в издательство, и её напечатали.
- Гонишь! У нас нет Интернета.
- Есть, но с узким каналом и большой задержкой. Ретранслятор почему-то в облаке Оорта.
- Но зачем вы так поступили? - спросил Михаил Юрьевич. - Зачем?
- Я журналист, и моя работа - говорить людям правду. Я долгое время скитался по Солнечной системе, писал статьи о страданиях простых людей и о жадности корпораций. Но всё это было не то. То есть, конечно, факты вопиющие, но об этом столько понаписано, что приелось. Собирая материал о махинациях на транспорте, я попал на "Скарабей". И когда "Транссол" предложил нам сделку, - в глазах Дока сверкнул энтузиазм, - я понял: вот она, моя тема!
- Сволочь ты, Док, - Колян задёргался в путах. - Тебе, значит, слава и почёт, а мы два года мучились задаром?
- Не задаром, и это хорошая новость, - сказал Док. - Я включил вас в соавторы, гонорар разделим поровну. Кроме того, мы продадим право на экранизацию. Плюс к этому, поскольку никто не признаёт "Скарабей" своей собственностью, по закону он принадлежит нам. Продадим его на Эрешкигаль, в сумме то на то и выйдет - по миллиону каждому.
- Вот это другой разговор! - сказал Колян. - Ещё можно сбагрить остатки "Старфаста".
- Может, не надо "Старфаст"? - нерешительно возразил Михаил Юрьевич. - Он вреден для здоровья...
- Да ладно, Миха. Мы ели и не померли.

11

Руслан Селиванов, громыхая магнитными ботинками, вошёл в диспетчерскую космопорта Эрешкигаль. На нём был списанный десантный бронескафандр и портупея с плазмоганом.
Вчера таможня конфисковала пиратскую копию блокбастера "Каледония", и теперь вся диспетчерская рыдала, не отрывая глаз от мониторов.
- Ой, девочки, не могу смотреть... - всхлипывая, сказала Мила Ким. - Вот этот момент, когда он сажает её в спасательную капсулу... А ведь это последняя капсула, и он это знает, но ей не сказал... Прям всё в душе переворачивается.
- Придумают же чушь, - сказал Селиванов.
- Так всё и было! - возмутилась Мила Ким.
- Да ну?
- Знаешь, кто писал сценарий? Бывший директор "Транссола", тот самый, который руководил спасательной операцией. Уж он-то знает, как оно было на самом деле.
- Например, почему спасательных капсул не хватило на всех.
- Селиванов, ты сухарь и зануда.
- Угу. Зачем вызывали-то? О фильмах поговорить?
- Помнишь триллер "Деньги в космосе"? - спросила Мила. - Сейчас у нас в шестом доке швартуется "Скарабей".
- Ну и что? Мне пойти и попросить для тебя автограф?
Мила промокнула глаза, высморкалась и сказала деловым тоном:
- Иди и арестуй их. У них на борту груз "Старфаста" на продажу.
Селиванов нахмурился.
- Слушай, они же два года болтались в космосе, бедолаги! Может, просто не знают, что "Старфаст" запретили ввозить на Эрешкигаль?
Мила Ким пожала плечами.
- Незнание закона не освобождает от ответственности. Пускай выбирают: два года тюрьмы или штраф в три миллиона баксов.




 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"