Рахлецов Иван Александрович: другие произведения.

Горький рассказ о царе Орьке

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
 Ваша оценка:

  
   Раздавались ленивые аплодисменты.
  -Для меня трон, - вещал хитрый царь Орька с огурцом в руке, тяпнув водки стакан-другой, - как священная корова, за вымя которой щупать не дам никому. Накося выкуси!
  Это была чистая правда: с трона царь Орька слазить ни за что не хотел, дневал и ночевал на нём.
  И страха Орька почти не ведал перед врагами. Но вот рельсы железнодорожные боялся он как огня. Потому как, чтобы стать царём, обещал голову на рельсы положить, если народ станет хуже жить, - и наврал, не положил. Сберегая голову, хитрый Орька приказал все рельсы распилить на куски мелкие: так он себя чувствовал куда надёжнее и спалось ему крепче.
  А стерегли Орькин покой, от всяких лиходеев и лихоимцев, кривая царица с кочергой и хромая царевна с метлой. Осушив по жбану молока и стрескав по тазу пельменей, резво скакали они вкруг трона.
  Вот пожаловал на доклад главвельможа - Дивный Реформатор... то есть, чёрт возьми, извиняюсь, оговорочка вышла, Деформатор он! Такой весь лысенький, кругленький, жирненький... а розовенький-то! - до смерти боящийся ледяной золотозубой Колымы и жаркой клыкастой Африки. Перед входом в царские палаты Дивный Деформатор, считая себя самым умным на свете, долго и тщательно начищал лысину о стену, для того чтобы ослепить и охмурить Орьку величием своих планов.
  Блистательно сияя лысиной, царю докладывал:
  -Демос-то у нас, хе-хе, неповоротлив и с менталитетом у него шибко звонько! Нет, вы только подумайте, - Деформатор в глубочайшем негодовании возносил руки к небесам, призывая их во свидетели, - раньше, в те времена, красные, на прилавках, ох-ох, были одни иксы, игреки да многоточия... гм, гм. Но сейчас балыки, колбасы, кусь-кусь, всех сортов! А икра, осетринка, а заморские кушанья, а сладости - кругом одна вкуснятина! Чего им дуракам, олухляндцам, не хватает? Может у них денег нету, так надо раздать им медяки.
  Царица колотила по мухам кочергой и ехидничала:
  -Ты нам очки не втирай ананасами, колбасами, выкрутасами. Лучше покайся, куды девал гробовые сокровища, замученных тобою пенсионеров. И сдай в царскую казну всё до копейки, разбойник!
  Деформатор вывернул пустые карманы.
  -Я не разбойник и никого не ограблял. Если вы имеете ввиду вкладчиков в Сберкассу: всех этих пенсионеров, мелкую интеллигенцию и прочий рабочий люд, то они по закону капитального рынка сами ограбились.
  -Варит же бестолковка у человека! - восхитился Орька.
  -Ну что вы, маменька, впились как клещ, - вступилась и царевна за Дивного Деформатора. - Ну придушил государственный муж маленько старичков и нищий люд, но совсем почти и не до смерти. И не было у них сокровищ, так, одна мелочёвка. Политика и экономика, маменька, дело прехитрое: если не ты, то другой украдёт. Нонсенс сейчас заключается в дилемме, что они, сирые, жрать-то будут - силос или солому? Извечный крестьянский вопрос.
  -Наверно, сено жрать будут! - рявкнула царица, озлившись на всех, и треснула кочергой по комару.
  Дивный Деформатор щурился и вслух рассуждал:
  -Сено? Гм,гм, а что, неплохая идея! Сено - не солома и не силос, и даже как-то сродни английскому овсу. На всех хватит, всех прокормим!
  -Ух ты! - обрадовался Орька и, свалившись с трона, закатился под него и орал: - Эй говори Москва, а Рассея слушай!
  Его наихитрейшее величество, пьяного вдупель, за ноги вытаскивали из-под трона сообща и осторожно, как младенца.
  
  Министр Проблем Захватных, Ненасытный Золотистый Вурдалак, как и всегда, ворвался внезапно - грохнулся на пол с потолка, который оплетал паутиной. Приветствуя, щекотал он всех присутствующих вельмож клешнями сердито и гладил их то по шёрстки, а то против. Но с Дивным Деформатором Ненасытный Золотистый Вурдалак обнялся по-дружески. Облобызав Деформатора в сияющую лысину и полив её обильно клейкою слюною, успел-таки опробывать лысину на зуб - не золотая ли? - и оплести паутиной.
  -Ничего себе! - пискнул Деформатор, вытираясь платком. - Лысина-то вам, светлейший князь, не казённая, а частная собственность.
  А министр Проблем Захватных гоголем пошёл по дворцу вить паутину и щёлкал клешнями:
  -Прихвачу, захвачу, всех озолочу.
  -Ура, сена мне, сена! - крикнул Орька не к месту, видно в голове попутавшись.
  Орьку заткнули стаканом водки и солёным грибочком на золочёной вилочке.
  Прибыл на доклад изысканный министр Престранных дел, с сахарной косточкой, зажатой крепко в руке. А побывал он на другом конце земли, в самой могущественной Империи на свете, у императора Флирта. И вот, что называется, прямо с самолёта на доклад с особо секретным сообщением, ещё благоухая амбрами и миррами Флиртовских гаремов. А так как он был душка безотказная "всё отдам, на всё согласен", то он и его дама сердца вошли - голые.
  -Ваше величество, не вели казнить, а вели наградить! - бухнулись они, голые, Орьке в ноги. - Наконец-то свершилось... не верится даже!.. - со слезами на глазах взрыдал радостно министр Престранных дел. - Ваше величество, господа вельможи, дождались наконец-то! Поздравляем от души всех! Во всём просвещенном мире окончательно и бесповоротно победила Великая Сексуальная Революция! Насексуемся теперь все обильно! Ура, товарищи... господа!
  -Ура-я... - жиденько подхватили румяные вельможи и шаловливо улыбнулись дамам. Вспыхнув, дамы потупили взгляды в пол и сделали реверанс.
  В распахнутые дворцовые окна донеслись отдалённые скандирующие голоса:
  -Сек-су, сек-су, сек-су...
  -Что это? - грозно насупился Орька, прислушиваясь.
  Ему ответили:
  -Голодный народ требует свободу сексу.
  -Понятно, - усмехнулся Орька, - секс, дело известное, занятие хлопотное, но очень полезное для государства. Дадим свободу. Пусть пополняется народ.
  Кто-то из вельмож ехидно добавил:
  -Голодранцами и беспризорниками.
  -Ну да, детдома и так переполнены, - вздохнула царица, поднесла к глазам бинокль и стала разглядывать толпу.
  Послышался жалобный всхлип царевны.
  Царица досадливо сказала:
  -Господи, ну и хари уголовные, да ещё и пьяные.
  -Народ с похмелья, разгорячён,- объяснили царице,- и требует не только секса, но и водки, чтобы остудиться.
  -Нет, как хотите, а это не наш народ, - уверенно заявила царица, - это подставные наймиты. Наш народ в основном мозолистый, костлявый и одевается скромно. А эти розовые и здоровенные как боровы, в фирменных шмотках и при золотых цепях. Одним словом, наймиты.
  -Райская жизнь перед нами открывается, - напевал сладко министр Престранных дел и сахарную-то косточку, в интервалах между фразами, умудрялся аппетитно грызть. - Свобода - это как понравится: можно - по-обезьяньи на деревьях, хочешь - в лесу по-волчьи или даже в воде по-акульи. Проще говоря, возможности открываются фантастические.
  -Вкусна ли кость заграничная? - поинтересовался желчно Орька.
  -Очень, мня-мня, вкусна, - ответил министр, - я не жадный, будешь - на грызни.
  -Я с чужих столов объедки не употребляю.
  -Это не объедки. Мне новенькую подарили, в фирменной упаковке, потому что я - очень хороший человек. И обещали ещё вкуснее дать.
  -Ну жри, жри, "очень хороший человек", да гляди, не подавись. Уж не продался ли ты, братец? - выдавил горестно Орька, узрев в нём сейчас - аспида и разрушителя.
  Орька от расстройства ущипнул первую попавшуюся задницу, которая принадлежала заслуженной грудастой особе. Издав радостный возглас "ай", особа выставила розовый пальчик и игриво пригрозила:
  -Но-но, цариша, не шали. - И подмигнула заманчиво, и затрясла грудями, как в танце.
  Вельможи захихикали и поздравили царя. Показав ему и грудастой особе кочергу, царица предупредила:
  -Глядите у меня, а то я вас кочергой огрею.
  Сунула царица два оттопыренных пальца в рот и лихо свистнула. Незамедлительно явилась на помощь царевна с метлой. Они с кочергой и метлой пошли в атаку. Заслуженная особа не дура: немедля, без лишних слов пустилась галопом в бегство.
  У Орьки с похмелья сильно трещала башка, словно в ней пробудилось сразу несколько злющих вулканчиков, которые то там, то сям по очереди извергались огненной массой. Но как Орька серьёзно ни страдал, "аспид и разрушитель", вертевшийся на уме, беспокоил его куда больше. Да и вообще, честно, пахло натуральной изменой. Особенно сахарная косточка приводила Орьку в бешенство, и, стиснув челюсти, он цедил сквозь зубы: "Ну, я тебе!"
  Прескверного министра Престранных дел отправили в отставку.
  Потом, обмывая "отставку" аспида и разрушителя, вельможи, придворные надрались дружно с царём, в дымину. Царь, возлежа на душистом сене, шевелил ноздрями и носом вбирал в себя, как грёзилось ему, славный народный дух. Уважал его Орька. А вот кислый душок житейских проблем - не переваривал органически.
  "Народ у нас золотой, - любил говаривать Орька, - цены ему нет. Но пока проснётся, раскачается с похмелья, слезет с печки - век пройдёт. А зимы у нас суровые, бесконечные, эх ..." Сокрушенно махнув рукой, лез он с ведёрным жбаном первача на русскую печь, лечить хандру. И, напившись там, ревел как медведь.
  
  Притянув за галстук Дивного Деформатора, тыкал ему Орька сеном в физиономию и, выдыхая синий алкогольный пламень, говорил:
  -А ты будешь, лысый акселерат, сено жрать?
  Акселерат, вдрызг пьяный, очумело глядел на двоившегося Змея Горыныча, крестился и отвечал:
  -Что ты, ваше шестиглавое величество... Орька, да ты совсем офонарел. И п-про-шу огнём на меня не пшикать.
  -Дурак ты, шарлатан. Отдам я тебя на съедение сбервкладчикам. Боишься? То-то попляшешь! - Орька ржал.
  Икая, Деформатор рыдал громко:
  -Нет, лучше мне в геенну огненную, нет, лучше в пасть к кровожадным акулам, но только не в руки к сбервкладчикам.
  -Всем сено, - рявкнул повелительно Орька. - Как народ чтоб!
  Пряча насмешливую улыбку, разносил сено на золочёном подносе услужливый и подвижный в любую сторону, как флюгер, первый министр...
  Припорхнули дружной стайкой за наградами служители муз и суетливо щебетали. А удостаивать, жаловать, премировать Орька, щедрая душа, любил.
  Награды сверкали, музыка гремела. Кучеряво было!
  На вертелах в огне костров, истекая салом и шипя, жарились тяжёлые туши оленей и кабанов.
  Водка, шампанское лились рекою.
  -За народ наш, за кормильца подымем бокалы! Ура!
  -Ура-а-а!Ура-а-а!
  За народ объедались вкуснятиной, за народ с шиком веселились, пили. Пир горой стоял; дым коромыслом!
  Обнявшись со знаменитым артистом, лакал с ним Орька горькую стаканами. И, напившись до чёртиков, лобызался со всеми напропалую. А одному юмористу-хохмачу вцепился зубами в нос. Тот дико завопил. Какая-то певичка, толстая, заморская, полезла было выручать знакомый нос, но царица с царевной быстро осадили её.
  Классно было, высший сорт: танцевали, визжали, друг друга за волосы, за уши, за носы таскали, кусались и дрались...
  На следующий день, вспоминая потешную попойку, царь Орька был страшно доволен.
  
  * * *
  
  Не много с тех пор воды утекло, не много с тех пор в мире перемен произошло. И в Орькином государстве - всё по-старому. Как скакали кривые-хромые царица с царевной вкруг трона на кочерге и метле, так и скачут.
  А царь заметно одряхлел и часто хворал - что ж, года; но по привычке делателей государственных тасовал азартно - опытный игрок.
  Короткую печальную весточку принёс Орьке сизокрылый голубь-почтарь от императора Флирта: "Мои дела, Орька, плохи. Сгубили чёртовы бабы! Уж лучше бы я был импотентом! Представляешь, застукала моя тигра меня прямо в постели с секретаршей. Теперь готовлюсь к обструкции и импичменту. Не знаю, свидимся ли? Прощай, может быть, навеки! С пожеланием всего, Флирт."
  Орька тоскливо глядел в окошечко на беспросветную унылую погоду и бормотал:
  -Вот тебе и киски силиконовые, окорочка фиговые... Связался дурень с бабами. А жаль мужика, пропадёт!
  Распахнув широко рот в зевке, он задумчиво скреб седую гриву. Писарь, с испачканным чернилами лицом, опасливо глядел на его зубы и думал: "Эка у нашего царя пасть львиная. Лучше в неё свой нос не совать!"
  Раздался рык, и писарь отчаянно заскрипел гусиным пером по пергаменту.
  "Ну их, всех этих мамзель, - диктовал Орька, - от них все неприятности. Приезжай-ка ты лучше, Флирт, к нам на приволье. Жизнь узнаешь настоящую! Насчёт импичмента и обструкции не беспокойся и не дури себе голову, я думаю, авось обойдётся. Я сегодня же, если хочешь, прикажу своим орлам, и они загонят в космос "говнососку" и оттуда обольют дерьмом всех твоих недоброжелателей. Что тогда с ними, дерьмовыми, станет? Смех один! Ни одна санэпидемстанция их не отмоет. Так что не дрейф, мужайся и приезжай в гости, гульнём по-нашенски, во всю ширь необъятной русской души! Правда, казна у нас теперь совсем пуста, в ней ни копейки. Сволочи коррупционеры всё растащили и на менталитет спирают. Но ты не переживай, обещаю: водки будет море! Жду тебя, ух как напьёмся! Царь Орька."
  Свернувшись калачиком на троне, он уснул под привычный грохот кочерги и шорох метлы. В эту ночь снился Орьке рыжий красавец Флирт с лихо оттопыренными ушами, облачённый в блистающие доспехи кирасира. Флирт в серебристо-розовом сиянии луны стоял на колене перед силиконовой Киской, играл на гитаре и пел серенаду. А потом кирасир Флирт и Киска, в обнимку, неслись на тройке куриных окорочков под звон бубенчиков по заснеженному приволью... Вдруг затянуло воздух белою мглою, и Александр Сергеевич Пушкин, с тающими снежинками на пушистых бакенах и лице, нагнувшись, кричал Орьке сердито в самое ухо: "Достукался, царь, доигрался! Беда, инфляция!"
  День, как и всегда, начался отвратительно. Не успел Орька продрать глаза, как дура царица, гоняясь кочергою за стрекозой, поставила ему на лоб лиловую шишку. Облаяв царицу и умывшись, Орька сел испить горяченького чайку из самовара и вкусить медовых крендельков, но сколько ни рылся в столешнице, так и не нашёл своей любимой серебряной ложечки.
  "Украли, - подумал он со смесью горести и злорадства. - Все воры." И сразу ему вспомнился кучерявый красавец министр Немчура, который вчера, за чашкой чая, восхищался ложечкой с разгоревшимися алчными глазами.
  "Пригрел ворюгу на груди!" - Орька рассвирепел не на шутку, схватил посох и пошёл по дворцу куда глаза глядят.
  И раздавался крик его:
  -Воры, все воры! Только два было в моём государстве честных человека: я и Немчура. А теперь я остался один. Пригрел, обласкал, возвысил. Но он оказался тоже вором! Он украл у меня ложечку!
  Орька, cо страшной гримасой, шлёпал босиком, корона съехала набок, на лбу лиловела шишка, а из распахнутого парчового халата пестрели залатанные трусы. Матерился он, стучал посохом о пол, и все - слуги, вельможи, министры разбегались, блея, кто куда, точно овцы от волка. И даже лошади, в дворцовых конюшнях, дико ржали и били серебряными подковами в стены.
  Разгневанный Орька долго бродил по дворцу как призрак, пугая род людской. Незаметно для себя он очутился в потаённой палате, в которой хранился древний идол - позолоченная статуя, подарок одного восточного принца. Свирепо-фантастический вид этого идола Орьку всегда восхищал. Подойдя к нему, Орька перекосился физиономией и окаменел: у идола вместо большого лопоухого уха зияла ложбина с рваными краями и тянущимися золотыми иголками. Ухо было вырвано! Не спилено, не отрезано и, наконец, не откручено, а именно вырвано с чудовищной силой, что называется, с корнем.
  Через минуту, придя в себя, Орька вопил:
  -Варвары! Ложечку украли, ухо оторвали! Где этот чёртов начальник стражи!
  -Тута я, ваше величество, - послышалось из воздуха.
  -Где - тута? - желчно спросил Орька, озираясь.
  -Да вот же, рядом.
  Воздух зарябил, и в нём, синим дымком, появился полупрозрачный начальник стражи, с каждой секундой всё более густея и уплотняясь. Показывая царю своё лицемерное рвение, он шумно часто дышал и уфал ртом, как паровоз, будто бежал на зов со всех ног и запыхался.
  -Это что, как называется? - сказал разъярённый Орька.
  -Что "это", ваше венценосное величество? - зевая, спросил начальник стражи. Лукавое лицо его с кошачьими усами, закрученными на концах, было сладко заспано.
  -Вот это, я тебя спрашиваю, что? Да, да, это, это!
  -Чудище, ваше венценосное величество.
  -Сам ты - чудище, дурак. Объясняю: это - не чудище, а иноземный идол, харя ты не крещёная.
  -Ну?
  -Не нукай, не запряг. Где, я тебя спрашиваю, у идола ухо?
  -Да вот же ухо, ваше величество.
  -Дурак, - поморщился Орька, - я тебя спрашиваю, где ухо, что росло вот на этом самом месте?
  -Почём я знаю. Он же, дело известное, идол, железяка. Чёрт поймёт его.
  Угрожающе вздымая посох, Орька в бешенстве глядел на начальника стражи. Тот покосился на посох и отступил на шаг.
  -В последний раз спрашиваю: вот здесь, олух, гляди, торчало ухо. Кто посмел оторвать?
  -Невозможно без спросу оторвать, украсть... мониторы, лазер, другая хитрая сигнализация. А под полом, ваше величество, за сто метров вглубь, червяк незамеченным не проскользнёт.
  -Ух, шельма! - замахнулся Орька посохом.
  Начальник стражи растаял бесследно. Озадаченный Орька принюхался и поводил рукою по воздуху: было пусто и пахло крепко сивушным перегаром.
  -Ничего не скажешь, ловкачи, умеют следы заметать... - он покачал головой. - Надо бы наградить... - И, подумав, строгим тоном добавил: - За конспирацию.
  А откуда-то с потолка раздался голос невидимого начальника стражи:
  -Комар не просочится, а вы говорите, украсть, ваше величество. А вчерась здесь ошивались Яблоковский, Чохин и ещё с ними какие-то подозрительные личности. О чём-то все перепирались и спорили. А рядом крутился этот, конь... Жирибовский. А ещё за ними следил, как его, лысый, ну... фантомас с уголовной мордой... во, Чуганов. Шляются тут всякие, где за всеми уследишь! С них и спрашивайте. Деньги, дело известное, всем нужны, чтобы балдеть с девками по кабакам. А мимо нас и блоха без спросу не проскачет. Так что обижаете, ваше величество.
  Орька погрозил посохом и отправился в свою вотчину, на трон, бормоча:
  -Ложечку украли, ухо оторвали - кругом воры... Я один честный человек. - Вдруг подумалось:"А Флирт-то, эге-ге, бабник конченный. Я один - во всей Вселенной!"
  Эта мысль Орьку так поразила, что закружилась голова, а перед глазами расцвела яркая радуга. Он остановился и опёрся на посох, чтобы не упасть.
  "Головокружение от успехов" - такой бы поставил Орьке диагноз товарищ Железный - могущественнейший император не так давно ушедших в быль времён. И не сносить бы, ох не сносить бы Орьке, в те времена, еретической головушки.
  Орька постоял несколько минут, свыкаясь с мыслью, что он один порядочный царь на весь белый свет, и головокружение прошло.
  Радостным шагом он возвращался на трон.
  Громыхая кочергою, дорогу ему преградила насупленная царица. Орька сразу ей:
  -Ты, знаешь, цариха, какую тебе новость сообщу!
  Она, шумно принюхиваясь, вытаращилась с подозрением на сияющего Орьку.
  -Ну-ка, дыхни...
  -Ну, баранки гну, - ответил ей в тон Орька и выматерился.
  
  Царь Орька, в общем-то человек не злой, не жадный и желающий процветания и могущества своёму государству, ломал голову: как бы все эти мечты воплотить. Эх, хоть бы какая-нибудь захудалая путная мыслишка! Ну хоть убей, ничего у Орьки не придумывалось!
  Орька потребовал у царицы колоду карт.
  Колоду он тщательно перетасовал. Вытянул из средины карту, перевернул - туз; вытянул ещё карту и с закрытыми глазами ею покрыл туза; поглядел, а покрывшая карта туза оказалась валетом. Поморщился недовольной миной, вздохнул и произнёс:
  -Так посему и быть.
  Был у Орьки на примете один такой мальчик, шустренький, умненький, о четырёх глазах, - глядун одним словом. Всё насквозь зрит в очках... Вот его-то Орька и двинул на пост. Долго жал радостному мальчику руку, благославляя... Так, по воле судьбы в роли Орьки матёрый туз был бит умненьким мальчиком валетом.
  И всё бы ничего, да вот беда, у новоявленного первого министра на губах молоко толком не высохло, и дела экономные и без того дрянные, стали ещё дрянней.
  Хитрый царь Орька от мальчика сразу же открестился, а народу вешал лапшу на уши:
  -Меня нагло обманули, очки не те подсунули, когда я назначал этого молокососа!
  Выступал по телевизору и бывший матёрый туз, который с политической сцены не сошёл, и, надувшись как индюк, язвил: "Электорат-то, те-те-те... совсем не те."
  Олухляндцы, бедные, с тощими животами, все кривые и косые, в бессильной тоске вздыхая, отставляли свои никчемные зубы на полки и мрачно глядели - что там маячит впереди?
  Какие там величественные фигуры грядут?
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com М.Зайцева "Трое"(Постапокалипсис) М.Атаманов "Искажающие реальность-6"(ЛитРПГ) Л.Лэй "Пустая Земля"(Научная фантастика) В.Соколов "Мажор: Путёвка в спецназ"(Боевик) А.Верт "Нет сигнала"(Научная фантастика) Е.Кариди "Черный король"(Любовное фэнтези) В.Соколов "Мажор 3: Милосердие спецназа"(Боевик) К.Федоров "Имперское наследство. Сержант Десанта."(Боевая фантастика) Н.Изотова "Последняя попаданка"(Киберпанк) А.Ардова "Жена по ошибке"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"