Рахлецов Иван Александрович: другие произведения.

Горький рассказ о царе Орьке

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
 Ваша оценка:

  
   Раздавались ленивые аплодисменты.
  -Для меня трон, - вещал хитрый царь Орька с огурцом в руке, тяпнув водки стакан-другой, - как священная корова, за вымя которой щупать не дам никому. Накося выкуси!
  Это была чистая правда: с трона царь Орька слазить ни за что не хотел, дневал и ночевал на нём.
  И страха Орька почти не ведал перед врагами. Но вот рельсы железнодорожные боялся он как огня. Потому как, чтобы стать царём, обещал голову на рельсы положить, если народ станет хуже жить, - и наврал, не положил. Сберегая голову, хитрый Орька приказал все рельсы распилить на куски мелкие: так он себя чувствовал куда надёжнее и спалось ему крепче.
  А стерегли Орькин покой, от всяких лиходеев и лихоимцев, кривая царица с кочергой и хромая царевна с метлой. Осушив по жбану молока и стрескав по тазу пельменей, резво скакали они вкруг трона.
  Вот пожаловал на доклад главвельможа - Дивный Реформатор... то есть, чёрт возьми, извиняюсь, оговорочка вышла, Деформатор он! Такой весь лысенький, кругленький, жирненький... а розовенький-то! - до смерти боящийся ледяной золотозубой Колымы и жаркой клыкастой Африки. Перед входом в царские палаты Дивный Деформатор, считая себя самым умным на свете, долго и тщательно начищал лысину о стену, для того чтобы ослепить и охмурить Орьку величием своих планов.
  Блистательно сияя лысиной, царю докладывал:
  -Демос-то у нас, хе-хе, неповоротлив и с менталитетом у него шибко звонько! Нет, вы только подумайте, - Деформатор в глубочайшем негодовании возносил руки к небесам, призывая их во свидетели, - раньше, в те времена, красные, на прилавках, ох-ох, были одни иксы, игреки да многоточия... гм, гм. Но сейчас балыки, колбасы, кусь-кусь, всех сортов! А икра, осетринка, а заморские кушанья, а сладости - кругом одна вкуснятина! Чего им дуракам, олухляндцам, не хватает? Может у них денег нету, так надо раздать им медяки.
  Царица колотила по мухам кочергой и ехидничала:
  -Ты нам очки не втирай ананасами, колбасами, выкрутасами. Лучше покайся, куды девал гробовые сокровища, замученных тобою пенсионеров. И сдай в царскую казну всё до копейки, разбойник!
  Деформатор вывернул пустые карманы.
  -Я не разбойник и никого не ограблял. Если вы имеете ввиду вкладчиков в Сберкассу: всех этих пенсионеров, мелкую интеллигенцию и прочий рабочий люд, то они по закону капитального рынка сами ограбились.
  -Варит же бестолковка у человека! - восхитился Орька.
  -Ну что вы, маменька, впились как клещ, - вступилась и царевна за Дивного Деформатора. - Ну придушил государственный муж маленько старичков и нищий люд, но совсем почти и не до смерти. И не было у них сокровищ, так, одна мелочёвка. Политика и экономика, маменька, дело прехитрое: если не ты, то другой украдёт. Нонсенс сейчас заключается в дилемме, что они, сирые, жрать-то будут - силос или солому? Извечный крестьянский вопрос.
  -Наверно, сено жрать будут! - рявкнула царица, озлившись на всех, и треснула кочергой по комару.
  Дивный Деформатор щурился и вслух рассуждал:
  -Сено? Гм,гм, а что, неплохая идея! Сено - не солома и не силос, и даже как-то сродни английскому овсу. На всех хватит, всех прокормим!
  -Ух ты! - обрадовался Орька и, свалившись с трона, закатился под него и орал: - Эй говори Москва, а Рассея слушай!
  Его наихитрейшее величество, пьяного вдупель, за ноги вытаскивали из-под трона сообща и осторожно, как младенца.
  
  Министр Проблем Захватных, Ненасытный Золотистый Вурдалак, как и всегда, ворвался внезапно - грохнулся на пол с потолка, который оплетал паутиной. Приветствуя, щекотал он всех присутствующих вельмож клешнями сердито и гладил их то по шёрстки, а то против. Но с Дивным Деформатором Ненасытный Золотистый Вурдалак обнялся по-дружески. Облобызав Деформатора в сияющую лысину и полив её обильно клейкою слюною, успел-таки опробывать лысину на зуб - не золотая ли? - и оплести паутиной.
  -Ничего себе! - пискнул Деформатор, вытираясь платком. - Лысина-то вам, светлейший князь, не казённая, а частная собственность.
  А министр Проблем Захватных гоголем пошёл по дворцу вить паутину и щёлкал клешнями:
  -Прихвачу, захвачу, всех озолочу.
  -Ура, сена мне, сена! - крикнул Орька не к месту, видно в голове попутавшись.
  Орьку заткнули стаканом водки и солёным грибочком на золочёной вилочке.
  Прибыл на доклад изысканный министр Престранных дел, с сахарной косточкой, зажатой крепко в руке. А побывал он на другом конце земли, в самой могущественной Империи на свете, у императора Флирта. И вот, что называется, прямо с самолёта на доклад с особо секретным сообщением, ещё благоухая амбрами и миррами Флиртовских гаремов. А так как он был душка безотказная "всё отдам, на всё согласен", то он и его дама сердца вошли - голые.
  -Ваше величество, не вели казнить, а вели наградить! - бухнулись они, голые, Орьке в ноги. - Наконец-то свершилось... не верится даже!.. - со слезами на глазах взрыдал радостно министр Престранных дел. - Ваше величество, господа вельможи, дождались наконец-то! Поздравляем от души всех! Во всём просвещенном мире окончательно и бесповоротно победила Великая Сексуальная Революция! Насексуемся теперь все обильно! Ура, товарищи... господа!
  -Ура-я... - жиденько подхватили румяные вельможи и шаловливо улыбнулись дамам. Вспыхнув, дамы потупили взгляды в пол и сделали реверанс.
  В распахнутые дворцовые окна донеслись отдалённые скандирующие голоса:
  -Сек-су, сек-су, сек-су...
  -Что это? - грозно насупился Орька, прислушиваясь.
  Ему ответили:
  -Голодный народ требует свободу сексу.
  -Понятно, - усмехнулся Орька, - секс, дело известное, занятие хлопотное, но очень полезное для государства. Дадим свободу. Пусть пополняется народ.
  Кто-то из вельмож ехидно добавил:
  -Голодранцами и беспризорниками.
  -Ну да, детдома и так переполнены, - вздохнула царица, поднесла к глазам бинокль и стала разглядывать толпу.
  Послышался жалобный всхлип царевны.
  Царица досадливо сказала:
  -Господи, ну и хари уголовные, да ещё и пьяные.
  -Народ с похмелья, разгорячён,- объяснили царице,- и требует не только секса, но и водки, чтобы остудиться.
  -Нет, как хотите, а это не наш народ, - уверенно заявила царица, - это подставные наймиты. Наш народ в основном мозолистый, костлявый и одевается скромно. А эти розовые и здоровенные как боровы, в фирменных шмотках и при золотых цепях. Одним словом, наймиты.
  -Райская жизнь перед нами открывается, - напевал сладко министр Престранных дел и сахарную-то косточку, в интервалах между фразами, умудрялся аппетитно грызть. - Свобода - это как понравится: можно - по-обезьяньи на деревьях, хочешь - в лесу по-волчьи или даже в воде по-акульи. Проще говоря, возможности открываются фантастические.
  -Вкусна ли кость заграничная? - поинтересовался желчно Орька.
  -Очень, мня-мня, вкусна, - ответил министр, - я не жадный, будешь - на грызни.
  -Я с чужих столов объедки не употребляю.
  -Это не объедки. Мне новенькую подарили, в фирменной упаковке, потому что я - очень хороший человек. И обещали ещё вкуснее дать.
  -Ну жри, жри, "очень хороший человек", да гляди, не подавись. Уж не продался ли ты, братец? - выдавил горестно Орька, узрев в нём сейчас - аспида и разрушителя.
  Орька от расстройства ущипнул первую попавшуюся задницу, которая принадлежала заслуженной грудастой особе. Издав радостный возглас "ай", особа выставила розовый пальчик и игриво пригрозила:
  -Но-но, цариша, не шали. - И подмигнула заманчиво, и затрясла грудями, как в танце.
  Вельможи захихикали и поздравили царя. Показав ему и грудастой особе кочергу, царица предупредила:
  -Глядите у меня, а то я вас кочергой огрею.
  Сунула царица два оттопыренных пальца в рот и лихо свистнула. Незамедлительно явилась на помощь царевна с метлой. Они с кочергой и метлой пошли в атаку. Заслуженная особа не дура: немедля, без лишних слов пустилась галопом в бегство.
  У Орьки с похмелья сильно трещала башка, словно в ней пробудилось сразу несколько злющих вулканчиков, которые то там, то сям по очереди извергались огненной массой. Но как Орька серьёзно ни страдал, "аспид и разрушитель", вертевшийся на уме, беспокоил его куда больше. Да и вообще, честно, пахло натуральной изменой. Особенно сахарная косточка приводила Орьку в бешенство, и, стиснув челюсти, он цедил сквозь зубы: "Ну, я тебе!"
  Прескверного министра Престранных дел отправили в отставку.
  Потом, обмывая "отставку" аспида и разрушителя, вельможи, придворные надрались дружно с царём, в дымину. Царь, возлежа на душистом сене, шевелил ноздрями и носом вбирал в себя, как грёзилось ему, славный народный дух. Уважал его Орька. А вот кислый душок житейских проблем - не переваривал органически.
  "Народ у нас золотой, - любил говаривать Орька, - цены ему нет. Но пока проснётся, раскачается с похмелья, слезет с печки - век пройдёт. А зимы у нас суровые, бесконечные, эх ..." Сокрушенно махнув рукой, лез он с ведёрным жбаном первача на русскую печь, лечить хандру. И, напившись там, ревел как медведь.
  
  Притянув за галстук Дивного Деформатора, тыкал ему Орька сеном в физиономию и, выдыхая синий алкогольный пламень, говорил:
  -А ты будешь, лысый акселерат, сено жрать?
  Акселерат, вдрызг пьяный, очумело глядел на двоившегося Змея Горыныча, крестился и отвечал:
  -Что ты, ваше шестиглавое величество... Орька, да ты совсем офонарел. И п-про-шу огнём на меня не пшикать.
  -Дурак ты, шарлатан. Отдам я тебя на съедение сбервкладчикам. Боишься? То-то попляшешь! - Орька ржал.
  Икая, Деформатор рыдал громко:
  -Нет, лучше мне в геенну огненную, нет, лучше в пасть к кровожадным акулам, но только не в руки к сбервкладчикам.
  -Всем сено, - рявкнул повелительно Орька. - Как народ чтоб!
  Пряча насмешливую улыбку, разносил сено на золочёном подносе услужливый и подвижный в любую сторону, как флюгер, первый министр...
  Припорхнули дружной стайкой за наградами служители муз и суетливо щебетали. А удостаивать, жаловать, премировать Орька, щедрая душа, любил.
  Награды сверкали, музыка гремела. Кучеряво было!
  На вертелах в огне костров, истекая салом и шипя, жарились тяжёлые туши оленей и кабанов.
  Водка, шампанское лились рекою.
  -За народ наш, за кормильца подымем бокалы! Ура!
  -Ура-а-а!Ура-а-а!
  За народ объедались вкуснятиной, за народ с шиком веселились, пили. Пир горой стоял; дым коромыслом!
  Обнявшись со знаменитым артистом, лакал с ним Орька горькую стаканами. И, напившись до чёртиков, лобызался со всеми напропалую. А одному юмористу-хохмачу вцепился зубами в нос. Тот дико завопил. Какая-то певичка, толстая, заморская, полезла было выручать знакомый нос, но царица с царевной быстро осадили её.
  Классно было, высший сорт: танцевали, визжали, друг друга за волосы, за уши, за носы таскали, кусались и дрались...
  На следующий день, вспоминая потешную попойку, царь Орька был страшно доволен.
  
  * * *
  
  Не много с тех пор воды утекло, не много с тех пор в мире перемен произошло. И в Орькином государстве - всё по-старому. Как скакали кривые-хромые царица с царевной вкруг трона на кочерге и метле, так и скачут.
  А царь заметно одряхлел и часто хворал - что ж, года; но по привычке делателей государственных тасовал азартно - опытный игрок.
  Короткую печальную весточку принёс Орьке сизокрылый голубь-почтарь от императора Флирта: "Мои дела, Орька, плохи. Сгубили чёртовы бабы! Уж лучше бы я был импотентом! Представляешь, застукала моя тигра меня прямо в постели с секретаршей. Теперь готовлюсь к обструкции и импичменту. Не знаю, свидимся ли? Прощай, может быть, навеки! С пожеланием всего, Флирт."
  Орька тоскливо глядел в окошечко на беспросветную унылую погоду и бормотал:
  -Вот тебе и киски силиконовые, окорочка фиговые... Связался дурень с бабами. А жаль мужика, пропадёт!
  Распахнув широко рот в зевке, он задумчиво скреб седую гриву. Писарь, с испачканным чернилами лицом, опасливо глядел на его зубы и думал: "Эка у нашего царя пасть львиная. Лучше в неё свой нос не совать!"
  Раздался рык, и писарь отчаянно заскрипел гусиным пером по пергаменту.
  "Ну их, всех этих мамзель, - диктовал Орька, - от них все неприятности. Приезжай-ка ты лучше, Флирт, к нам на приволье. Жизнь узнаешь настоящую! Насчёт импичмента и обструкции не беспокойся и не дури себе голову, я думаю, авось обойдётся. Я сегодня же, если хочешь, прикажу своим орлам, и они загонят в космос "говнососку" и оттуда обольют дерьмом всех твоих недоброжелателей. Что тогда с ними, дерьмовыми, станет? Смех один! Ни одна санэпидемстанция их не отмоет. Так что не дрейф, мужайся и приезжай в гости, гульнём по-нашенски, во всю ширь необъятной русской души! Правда, казна у нас теперь совсем пуста, в ней ни копейки. Сволочи коррупционеры всё растащили и на менталитет спирают. Но ты не переживай, обещаю: водки будет море! Жду тебя, ух как напьёмся! Царь Орька."
  Свернувшись калачиком на троне, он уснул под привычный грохот кочерги и шорох метлы. В эту ночь снился Орьке рыжий красавец Флирт с лихо оттопыренными ушами, облачённый в блистающие доспехи кирасира. Флирт в серебристо-розовом сиянии луны стоял на колене перед силиконовой Киской, играл на гитаре и пел серенаду. А потом кирасир Флирт и Киска, в обнимку, неслись на тройке куриных окорочков под звон бубенчиков по заснеженному приволью... Вдруг затянуло воздух белою мглою, и Александр Сергеевич Пушкин, с тающими снежинками на пушистых бакенах и лице, нагнувшись, кричал Орьке сердито в самое ухо: "Достукался, царь, доигрался! Беда, инфляция!"
  День, как и всегда, начался отвратительно. Не успел Орька продрать глаза, как дура царица, гоняясь кочергою за стрекозой, поставила ему на лоб лиловую шишку. Облаяв царицу и умывшись, Орька сел испить горяченького чайку из самовара и вкусить медовых крендельков, но сколько ни рылся в столешнице, так и не нашёл своей любимой серебряной ложечки.
  "Украли, - подумал он со смесью горести и злорадства. - Все воры." И сразу ему вспомнился кучерявый красавец министр Немчура, который вчера, за чашкой чая, восхищался ложечкой с разгоревшимися алчными глазами.
  "Пригрел ворюгу на груди!" - Орька рассвирепел не на шутку, схватил посох и пошёл по дворцу куда глаза глядят.
  И раздавался крик его:
  -Воры, все воры! Только два было в моём государстве честных человека: я и Немчура. А теперь я остался один. Пригрел, обласкал, возвысил. Но он оказался тоже вором! Он украл у меня ложечку!
  Орька, cо страшной гримасой, шлёпал босиком, корона съехала набок, на лбу лиловела шишка, а из распахнутого парчового халата пестрели залатанные трусы. Матерился он, стучал посохом о пол, и все - слуги, вельможи, министры разбегались, блея, кто куда, точно овцы от волка. И даже лошади, в дворцовых конюшнях, дико ржали и били серебряными подковами в стены.
  Разгневанный Орька долго бродил по дворцу как призрак, пугая род людской. Незаметно для себя он очутился в потаённой палате, в которой хранился древний идол - позолоченная статуя, подарок одного восточного принца. Свирепо-фантастический вид этого идола Орьку всегда восхищал. Подойдя к нему, Орька перекосился физиономией и окаменел: у идола вместо большого лопоухого уха зияла ложбина с рваными краями и тянущимися золотыми иголками. Ухо было вырвано! Не спилено, не отрезано и, наконец, не откручено, а именно вырвано с чудовищной силой, что называется, с корнем.
  Через минуту, придя в себя, Орька вопил:
  -Варвары! Ложечку украли, ухо оторвали! Где этот чёртов начальник стражи!
  -Тута я, ваше величество, - послышалось из воздуха.
  -Где - тута? - желчно спросил Орька, озираясь.
  -Да вот же, рядом.
  Воздух зарябил, и в нём, синим дымком, появился полупрозрачный начальник стражи, с каждой секундой всё более густея и уплотняясь. Показывая царю своё лицемерное рвение, он шумно часто дышал и уфал ртом, как паровоз, будто бежал на зов со всех ног и запыхался.
  -Это что, как называется? - сказал разъярённый Орька.
  -Что "это", ваше венценосное величество? - зевая, спросил начальник стражи. Лукавое лицо его с кошачьими усами, закрученными на концах, было сладко заспано.
  -Вот это, я тебя спрашиваю, что? Да, да, это, это!
  -Чудище, ваше венценосное величество.
  -Сам ты - чудище, дурак. Объясняю: это - не чудище, а иноземный идол, харя ты не крещёная.
  -Ну?
  -Не нукай, не запряг. Где, я тебя спрашиваю, у идола ухо?
  -Да вот же ухо, ваше величество.
  -Дурак, - поморщился Орька, - я тебя спрашиваю, где ухо, что росло вот на этом самом месте?
  -Почём я знаю. Он же, дело известное, идол, железяка. Чёрт поймёт его.
  Угрожающе вздымая посох, Орька в бешенстве глядел на начальника стражи. Тот покосился на посох и отступил на шаг.
  -В последний раз спрашиваю: вот здесь, олух, гляди, торчало ухо. Кто посмел оторвать?
  -Невозможно без спросу оторвать, украсть... мониторы, лазер, другая хитрая сигнализация. А под полом, ваше величество, за сто метров вглубь, червяк незамеченным не проскользнёт.
  -Ух, шельма! - замахнулся Орька посохом.
  Начальник стражи растаял бесследно. Озадаченный Орька принюхался и поводил рукою по воздуху: было пусто и пахло крепко сивушным перегаром.
  -Ничего не скажешь, ловкачи, умеют следы заметать... - он покачал головой. - Надо бы наградить... - И, подумав, строгим тоном добавил: - За конспирацию.
  А откуда-то с потолка раздался голос невидимого начальника стражи:
  -Комар не просочится, а вы говорите, украсть, ваше величество. А вчерась здесь ошивались Яблоковский, Чохин и ещё с ними какие-то подозрительные личности. О чём-то все перепирались и спорили. А рядом крутился этот, конь... Жирибовский. А ещё за ними следил, как его, лысый, ну... фантомас с уголовной мордой... во, Чуганов. Шляются тут всякие, где за всеми уследишь! С них и спрашивайте. Деньги, дело известное, всем нужны, чтобы балдеть с девками по кабакам. А мимо нас и блоха без спросу не проскачет. Так что обижаете, ваше величество.
  Орька погрозил посохом и отправился в свою вотчину, на трон, бормоча:
  -Ложечку украли, ухо оторвали - кругом воры... Я один честный человек. - Вдруг подумалось:"А Флирт-то, эге-ге, бабник конченный. Я один - во всей Вселенной!"
  Эта мысль Орьку так поразила, что закружилась голова, а перед глазами расцвела яркая радуга. Он остановился и опёрся на посох, чтобы не упасть.
  "Головокружение от успехов" - такой бы поставил Орьке диагноз товарищ Железный - могущественнейший император не так давно ушедших в быль времён. И не сносить бы, ох не сносить бы Орьке, в те времена, еретической головушки.
  Орька постоял несколько минут, свыкаясь с мыслью, что он один порядочный царь на весь белый свет, и головокружение прошло.
  Радостным шагом он возвращался на трон.
  Громыхая кочергою, дорогу ему преградила насупленная царица. Орька сразу ей:
  -Ты, знаешь, цариха, какую тебе новость сообщу!
  Она, шумно принюхиваясь, вытаращилась с подозрением на сияющего Орьку.
  -Ну-ка, дыхни...
  -Ну, баранки гну, - ответил ей в тон Орька и выматерился.
  
  Царь Орька, в общем-то человек не злой, не жадный и желающий процветания и могущества своёму государству, ломал голову: как бы все эти мечты воплотить. Эх, хоть бы какая-нибудь захудалая путная мыслишка! Ну хоть убей, ничего у Орьки не придумывалось!
  Орька потребовал у царицы колоду карт.
  Колоду он тщательно перетасовал. Вытянул из средины карту, перевернул - туз; вытянул ещё карту и с закрытыми глазами ею покрыл туза; поглядел, а покрывшая карта туза оказалась валетом. Поморщился недовольной миной, вздохнул и произнёс:
  -Так посему и быть.
  Был у Орьки на примете один такой мальчик, шустренький, умненький, о четырёх глазах, - глядун одним словом. Всё насквозь зрит в очках... Вот его-то Орька и двинул на пост. Долго жал радостному мальчику руку, благославляя... Так, по воле судьбы в роли Орьки матёрый туз был бит умненьким мальчиком валетом.
  И всё бы ничего, да вот беда, у новоявленного первого министра на губах молоко толком не высохло, и дела экономные и без того дрянные, стали ещё дрянней.
  Хитрый царь Орька от мальчика сразу же открестился, а народу вешал лапшу на уши:
  -Меня нагло обманули, очки не те подсунули, когда я назначал этого молокососа!
  Выступал по телевизору и бывший матёрый туз, который с политической сцены не сошёл, и, надувшись как индюк, язвил: "Электорат-то, те-те-те... совсем не те."
  Олухляндцы, бедные, с тощими животами, все кривые и косые, в бессильной тоске вздыхая, отставляли свои никчемные зубы на полки и мрачно глядели - что там маячит впереди?
  Какие там величественные фигуры грядут?
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com М.Лунёва "Пропавшая невеста некроманта"(Любовное фэнтези) Кин "Система Возвышения. Метаморф!"(ЛитРПГ) М.Атаманов "Искажающие реальность-5"(ЛитРПГ) В.Василенко "Стальные псы 4: Белый тигр"(ЛитРПГ) Кин "Новый мир. Цель - Выжить!"(Боевая фантастика) У.Соболева "Пока смерть не обручит нас - 2"(Любовное фэнтези) В.Старский ""Темный Мир" Трансформация 2"(Боевая фантастика) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) Д.Черепанов "Собиратель Том 3"(ЛитРПГ) А.Эванс "Проданная дракону"(Любовное фэнтези)
Хиты на ProdaMan.ru От меня не сбежишь! Кристина ВороноваГорящая путевка, или Девяносто, помноженные на девяносто. Нина РосаСлепой Страж (книга 3). Нидейла НэльтеНевеста на уикенд. Цыпленкова ЮлияСвидание на троих. Ева АдлерНедостойная. Анна ШнайдерКруиз любви из Сингапура. Светлана ЕрмаковаАртефакт для практики. Юлия ХегбомПростить нельзя расстаться. Ирина ВагановаРаненный феникс. Грейс
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
С.Лыжина "Драконий пир" И.Котова "Королевская кровь.Расколотый мир" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Пилигримы спирали" В.Красников "Скиф" Н.Шумак, Т.Чернецкая "Шоколадное настроение"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"