Спокойствие! Твой дух силён
Среди достойнейших имён!
Меня не кинешь ни на миг
Из-за сомнительных интриг.
Ты светлая отрада дней
Беспечной юности моей.
Покинув барк, на твёрдый берег я ступил,
Когда меня внезапный шквал остановил.
Тот, кто с покоем не дружил,
Не ведал помощь высших сил.
Пересыщение и Лень
Не скрасят бестолковый день.
Пустых надежд призывный звон
Рождает беспокойный сон.
И вот: пузырь надутый впереди летит,
А позади убогий призрак семенит.
Спокойствие ведёт как друг
Меня через знакомый луг,
Где в знойный солнечный сезон
Мне уготован мшистый трон.
Когда осенняя тоска
Нагунит тучи-облака,
Твоя поддержка лишь моей душе нужна:
Легка, как облако, спокойна, как луна.
Сердечный пыл, пытливый ум,
Вот властелины моих дум!
Я чувствую в душе моей
Величие грядущих дней.
Мне, как отшельнику, видней
Деянья нынешних людей:
В их диком ремесле морали грани зыбки,
Они до слёз тупы, и чужды им улыбки.
18 февраля 2026 года.
|
Tranquillity! thou better name
Than all the family of Fame!
Thou ne'er wilt leave my riper age
To low intrigue, or factious rage:
For oh! dear child of thoughtful Truth,
To thee I gave my early youth,
And left the bark, and blest the stedfast shore,
Ere yet the Tempest rose and scar'd me with its roar.
Who late and lingering seeks thy shrine,
On him but seldom, power divine,
Thy spirit rests! Satiety
And sloth, poor counterfeits of thee,
Mock the tired worldling. Idle Hope
And dire Remembrance interlope,
To vex the feverish slumbers of the mind:
The bubble floats before, the spectre stalks behind.
But me thy gentle hand will lead
At morning through the accustom'd mead;
And in the sultry summer's heat
Will build me up a mossy seat!
And when the gust of Autumn crowds
And breaks the busy moonlight-clouds,
Thou best the thought canst raise, the heart attune,
Light as the busy clouds, calm as the gliding Moon.
The feeling heart, the searching soul,
To thee I dedicate the whole!
And while within myself I trace
The greatness of some future race,
Aloof with hermit-eye I scan
The present works of present man-
A wild and dream-like trade of blood and guile,
Too foolish for a tear, too wicked for a smile!
December 4, 1801.
|