Vizivul: другие произведения.

Книга первая.Знамя химеры (1-6 главы)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние Истории на ПродаМане
Peклaмa
  • Аннотация:
    Выходит в Альфа-книге. Убрано по договору с издательством. Империя эльфов на вершине своего могущества. Люди, гномы и орки склонились перед величием эльфийских владык. Но близится новое время - время меча, время топора, сумеречное время войны и смуты. Все, кто был тебе дорог, мертвы. Все, во что ты верил, оказалось ложью. Еще вчера ты был наследным принцем, а теперь отчаянно борющийся за жизнь изгой. Но в твоих жилах течет кровь императоров эльфов и правителей орков. Ты должен выжить! Назло врагам и вопреки судьбе. Ты должен выжить и отомстить. Но какова будет цена? Империя эльфов на вершине своего могущества, но дальше... пропасть.


Книга первая.

Знамя химеры.

Часть первая.

За честь короны мы умрём...

  

Глава 1. Утро эльфийской казни.

  
   Скоро рассвет. С первыми лучами солнца, стряхнув с себя покрывало ночи, город проснётся. Но пока город спит и видит сны. Его сон, защищённый тройным кольцом крепостных стен, спокоен и крепок. Этот город стар, он очень стар, но, подобно своим создателям, эльфам, не дряхлеет со временем. Стены его бастионов и домов не покрывают морщины трещин, башни дворцов блестят золотом, а в многочисленных парках и скверах цветут растения, собранные со всех концов раскинувшейся на большую часть континента империи.
   Скоро рассвет. Наверное, я увижу солнце последний раз в этой жизни. День обещает быть крайне насыщенным. Нас ждёт суд, приговор, залп лучников и чернота забвения. Справедливый суд. Ха! Приговор мне уже тайно вынесен и одобрен императором и Советом Домов. Эльфы оказали невиданную для полукровки честь, приговорив меня к "ветру стрел". Сегодня в полдень. Казнят как равного себе. Сволочи! Лицемерные ушастые сволочи! Им было мало победить, решили сделать из моей казни концерт на потеху публике. Применить казнь, предназначенную для принцев императорского дома. Можно подумать, хоть одного из этих спесивых ублюдков когда-то казнили! Скоро рассвет...
   Странно знать время своей смерти, странно и страшно. В битве на страх не оставалось времени, а ведь это была моя первая битва! Похоже, она останется моей единственной битвой.
  
   Будет сталь править бал,
   Вздрогнет в танце клинок...
  
   Книги и легенды всё врут. Пение стрел, танец мечей, заклинания боевой магии, трепещущие на ветру штандарты и благородные рыцари в сверкающих доспехах. Очередное не видевшее войн молодое поколение впитывает эти знания. И с радостью включается в игры правителей, щедро проливая свою и чужую кровь во имя высших интересов. "Во имя Света!" "С нами Творец!" "Во славу добра!" "За честь империи!" - как много можно придумать благородных девизов, во имя которых вчерашние мальчишки и седоусые ветераны будут с радостью умирать. Никто не хочет умирать ради власти и богатства правителей, а ведь именно эти цели преследует большая часть войн.
   В той мясорубке я потерял веру в благородство войны. Мы резали драконитов, они резали нас. Стоны раненых и хрип умирающих. Запах крови и горелого мяса. Жалобное ржание недобитых лошадей с переломанными ногами или "чесноком" в копытах. В кровавой грязи корчились свои и чужие. Как быстро пролитая кровь стирает все различия меж созданными Творцом расами... Одна красная кровь на всех. Да и есть ли эти различия? У всех две ноги и две руки, одна голова. Гномы довольно низкорослы по сравнению с другими расами. Эльфы, в отличие от прочих, не старели, да и средняя продолжительность их жизни вдвое превосходила длину жизни остальных рас. Отличия между людьми и орками были и вовсе минимальны: орки отличались зеленоватым оттенком кожи и несколько более длинными клыками. Хотя в плане клыков все расы явно проигрывали вампирам. А кровь у всех одинаково красная.
   Утро выдалось удивительным, поле предстоящей битвы было покрыто сверкающей росой, блестящей на солнце подобно жемчугу. К вечеру в том грязном месиве вряд ли можно было найти хоть одну травинку.
   Битва началась с наступления объединённых армий. С левого фланга наступали гномы Горного королевства, сбитые в хирд, похожий на бронированную черепаху. Центр наступающего войска составляли люди, собранные со всех людских королевств, вассальных империи. Хотя там были и представители малочисленного анклава вампиров. Правый фланг ощетинился пиками орков и полукровок Восточного королевства. Командовал правым флангом Уритрил III - мой дядя.
   В череде прерываемых редкими передышками атак, отступлений, манёвров и контратак прошёл день. Казалось, ещё немного - и враг дрогнет, но тут над полем боя появились драконы, все шесть драконов-повелителей, владык Драконьих земель, а в спину наших наступающих отрядов ударила эльфийская армия. Армия стоящих в резерве союзников, армия правителей империи...
   Мы были обречены, нас даже не убивали, нас просто резали, как жертвенных овец. По сути, мы ими и были. Да, мы пытались прорваться. Поодиночке и группами. Неорганизованными ордами потерявших надежду рыцарей и простых солдат вместе со стоящими плечом к плечу, ощетинившимися подобно встревоженному ежу, спаянными отрядами ветеранов. Хаос битвы перемешал армии. В одном строю рядом стояли крепыши-гномы и яростные орки, спокойные флегматики-вампиры и люди. Крестьяне и короли, ремесленники и дворяне, простые воины рядом с принцами крови: все вместе, плечом к плечу. С трудом держащие в руках выщербленное оружие, в порубленных доспехах, покрытых копотью и грязью. Лучшие из лучших. Элита империи. Обречённые. Преданные. Непокорные. Смертельно уставшие и всё же атакующие свежих эльфийских воинов. С единственным желанием: забрать к Творцу как можно больше ушастых выродков перед смертью. Лучники выкашивали нас целыми рядами, с небес лился огонь и молнии, задние шеренги вырезались драконитами. А всё-таки мы дошли...
   Я рубил мечом, принимал удары на измочаленный щит. Сколько это продолжалось? Секунды? Минуты? Часы? Казалось, что эта битва длится вечность. Мышцы стонали от усталости, лёгкие горели огнём и плевались кровью, сознание стремительно рвалось прочь из измученного тела. Чей-то удар сбил с меня шлем, глаза стали застилать тёплые струйки. Последнее, что я помню, - сгорающий в пламени отряд рыцарей во главе с моим дядей и двоюродным братом. Потом была темнота. Жаль, что это была не смерть.
   Очнулся в плену. Эльфийские маги были столь любезны, что даже заживили мои раны, чтобы я не испортил длинноухим праздник и не скончался раньше запланированного срока.
   Спустя три недели меня доставили в Иллириен - столицу империи. В столице, как лицо королевской крови, меня поместили на верхнем этаже одной из башен императорского дворца, в комнате для "почётных пленников".
   Толпа всегда жаждет хлеба и зрелищ. Поэтому Император решил публично казнить оставшихся в живых "мятежников", в том числе и принца Леклиса из Восточного королевства, то есть меня. А в умении умерщвлять преступников на потеху толпе палачи не знали равных, во славу Света очищая мир и развлекая народ. Преступников жгли огнём и магией, травили животными, рубили руки и головы, топили. Около ста лет назад одного убийцу сначала четвертовали, потом повесили, затем, ещё живого, вынули из петли и отрубили бедняге голову. Так что можно сказать, что в плане казни мне повезло. Меня просто привяжут к столбу и расстреляют из луков.
   Отхожу от окна и, обогнув широкое ложе в центре комнаты, подхожу к зеркалу. Из него на меня смотрит на редкость мрачный тип. Средний рост, тонкие эльфийские черты лица, смуглая, зеленоватого оттенка, кожа, вполне человеческие уши, розоватые белки глаз и короткие тёмные волосы. Полукровка, принц полукровок. Среди моих предков были, наверное, все разумные расы этого проклятого богами мира, исключая, пожалуй, кентавров и горных великанов. Родоначальником считается Леклис Эйкин Эльфиниил - один из племянников эльфийского императора Элберта IV, правившего около восьмисот лет назад. Среди моих предков были люди, эльфы, орки, пара гномов и даже один вампир. Полукровок в империи не любили, большинство из них переселялись в плохо освоенные восточные провинции. Впоследствии там образовалось Восточное королевство. Около двухсот лет назад после ряда кровопролитных пограничных войн с Рассветной империей, в которых ни одна из сторон не добилась успеха, наше королевство вошло в состав империи на довольно выгодных условиях. Мы обязались охранять восточные рубежи от нашествия драконитов, взамен, как "добровольно присоединившимся", нам было дозволено не платить налогов в императорскую казну. На территорию королевства не распространялись законы империи.
   Теперь мы просто очередная провинция.
   Шаги за дверью... Похоже, это за мной.
  
  
  
  

Глава 2. Гонец.

Средь оплывших свечей и вечерних молитв,

Средь военных трофеев и мирных костров

Жили книжные дети, не знавшие битв,

Изнывая от мелких своих катастроф.

(Владимир Высоцкий)

  
   Тремя месяцами ранее.
  
   Скоро рассвет. Как болит голова и хочется пить! Похоже, мешать вино, пиво и "воду орков" было дурацкой идеей. Кстати, где я нахожусь? Чуть-чуть, буквально на волосок, раздвигаем ресницы и, стараясь не делать головой резких движений, с любопытством разглядываем обстановку. Хм. Похоже, это моя комната, но она как-то странно выглядит: если раньше в ней был просто бардак, то теперь - первородный хаос. Одежда и бумаги вперемешку с пустыми бутылками разбросаны по всей комнате. Из оружейного сундука, перевёрнутого набок, вывалены доспехи. На стене чернеет пятно - похоже, поработала магия. И как я буду всё это убирать?
   Когда мне было лет десять, убирающий мою комнату слуга нашёл много интересных вещей, которые считались потерянными. В том числе свиток с каким-то боевым заклинанием. Мне не удалось проверить с каким. А жаль, всегда мечтал снести одну из стен своей комнаты. После этого меня ждала лёгкая экзекуция от отца и наставительная лекция от матери. Все мои оправдания, что это были боевые трофеи и случайные находки, были игнорированы. После этого случая в своей комнате я всегда убирался сам. Ещё бы: только допусти постороннего человека копаться в моих вещах и бумагах!
   Да, кстати, а что я делаю на полу, и что на мне надето?
   Странно... я закутан в чёрную медвежью шкуру. Если мне не изменяет память, она должна находиться в центре комнаты, как раз напротив двери. Судя по звукам, в моей кровати кто-то спит. Интересно кто?
   Со второй попытки удаётся встать на ноги.
   "Так что мы, ваше высочество, видим на кровати?" - ехидно вопрошает внутренний голос.
   На кровати - два обнажённых женских тела. Клорина и Дэя, полуэльфийки, помощницы главного мага королевства магистра Тиллита, ректора Академии общей магии, первого министра королевства. Обе обладали вспыльчивым характером и терпеть не могли друг друга. Девушки имели в отношении моей скромной персоны далеко идущие планы. Сейчас они спали в обнимку друг с другом, словно сёстры или любовницы.
   "А на кровати наше высочество видит большие проблемы", - отвечал я внутреннему голосу, стараясь стоять более-менее ровно.
   "Надеюсь, ваше высочество приятно провело ночь?"
   "А что нам подсказывает наша память?" - задал я резонный вопрос.
   Память услужливо продемонстрировала несколько довольно фривольных картин прошлого вечера и ночи, после чего отключилась. Судя по ним, время мы провели действительно неплохо.
   "Надеюсь, ваше высочество понимает, ЧТО ожидает наше драгоценное здоровье, когда эти два ангела проснутся в объятьях друг друга?" - злорадно проговорил внутренний голос, продемонстрировав картину с колюще-режущими предметами и боевыми заклинаниями, направленными на мою скромную особу с целью нанесения этой особе урона, не совместимого с полноценной жизнедеятельностью.
   "Я думаю, чем дальше мы окажемся в это время отсюда - тем лучше!"
   Натянув на себя штаны и сапоги, я вышел из комнаты и спустился вниз, стараясь ступать как можно тише по скрипучим деревянным ступеням Южной башни замка.
   Клорина и Дэя были чудесными девушками. С каждой из них я поддерживал более чем дружеские отношения. Но каждая из них считала себя моей единственной и хотела осчастливить меня до самой смерти. А так далеко мои планы в неполные двадцать лет не простирались. Слава Творцу, благодаря специальным заклинаниям дети у наследников престола могли появиться только в официальном браке.
   До сегодняшнего дня мне удавалось крутить роман с обеими без особых последствий. Видимо, теперь настало время расплачиваться. Девушки обладали поистине огненным темпераментом, их совместные ссоры нередко сопровождались применением слабых вариантов огненных шаров. Обычно после этого девушки проводили несколько дней в своих комнатах, магически ускоряя рост сгоревших волос и бровей.
   Замок ещё спит. Только на внешних стенах слышится перекличка стражников. Стараясь производить минимальное количество шума, спускаюсь по лестнице на первый этаж и через одну из окованных медью дверей выхожу к колодцу во внутреннем дворе замка. Достав из колодца ведро обжигающе холодной воды, с наслаждением припадаю к вожделенной жидкости. Опрокинув остатки воды себе на голову, опускаю ведро обратно в колодец с целью повторения оздоровительной процедуры. Молоточки, усиленно стучащие в голове после пробуждения, стали успокаиваться, оставив мою голову в покое до следующего раза.
   - Приятно видеть, Лекс, что не одному мне плохо в этом замке, - с оттенком ехидства в голосе замечает подходящий к колодцу Ольден, мой двоюродный брат.
   - Какая честь, ваше высочество! - стараясь сохранить серьёзное выражение лица, отвешиваю в его сторону поклон согласно этикету. - Чем объясняется ваш столь ранний визит?
   - Тем же, чем и твой. - Отвесив не менее официальный поклон, Ольден совершает с ведром ту же процедуру, что и я до него. - Вот теперь я ощущаю себя живым, а не думающей разновидностью мертвяка.
   - Надо меньше пить!
   - Но чаще это делать!
   Дружно смеёмся.
   Пару раз хлопнув меня по плечу, Ольден уходит в сторону Северного замкового крыла. Кажется, именно там располагаются покои его невесты, и именно там он предпочитает ночевать последний месяц.
   Мы с Ольденом одногодки. Он старше меня всего на два месяца. Мы были с ним неразлучны с детства, что бы мы ни делали и где бы мы ни находились. Вместе обучались, вместе шалили, вместе росли. В горном обвале, унёсшем жизнь моих родителей, погибла и его мать. Нам тогда не было и тринадцати. Опеку над королевскими недорослями взяла восемнадцатилетняя сестра Ольдена, Ларгорита. У дяди Уритрила времени на наше воспитание не было, ему приходилось управлять Восточным королевством - самым крупным королевством Рассветной империи.
   Ларгорита отчаянно пыталась сделать из нас образцовых принцев, наследников престола. Надо отдать ей должное: с помощью десятка учителей она умудрилась привить нам все должные знания. Но привить нам серьёзность и ответственность было выше её сил. Если какая-либо церемония казалась нам скучной, мы самым наглым образом сбегали с неё.
   Промучившись до нашего восемнадцатилетия, Ларгорита вышла замуж за своего давнего воздыхателя графа Сердрика, правителя граничащих с землями драконов оркских территорий. Объявив, что мы теперь вполне самостоятельны, Ларгорита вместе с осчастливленным Сердриком уехала в Приграничье.
   Дядя назначил нас на пару должностей и предоставил самим себе. Я получил должность смотрителя королевских арсеналов, Ольден - коннетабля королевских рыцарей.
   Следующий год нашей жизни стал чередой непрерывных рыцарских турниров и не менее бесконечных попоек. Вскоре дяде Уритрилу это надоело, и в недрах королевского двора созрел заговор, направленный против наследных принцев. Целью заговора под руководством короля Уритрила III и магистра Тиллита была женитьба наследного принца Ольдена и принца Леклиса. С этой целью был проведён Большой Королевский бал. Частично заговорщикам удалось воплотить свои коварные планы в жизнь.
   На балу Ольден познакомился с милейшим семнадцатилетнем созданием. Это была Аэлита, одна из младших принцесс граничащего с нами на западе людского королевства Итанол. Их внезапно вспыхнувший роман был главной темой сплетен в течение нескольких недель. Последовавшая за ним быстрая помолвка стала для меня шоком. До сих пор думаю, что не обошлось без заклинаний магистра Тиллита. Сложно было представить Ольдена, признанного балагура и сердцееда, связанного узами брака.
   Меня заговорщикам так просто взять не удалось. Утром я мог проснуться в спальне Клорины, а ночью заснуть в спальне Дэи. До сегодняшнего дня данное положение меня вполне устраивало.
   Вновь включившаяся в работу память подсказала, что же мы вчера праздновали.
   За день до этого дядя Уритрил с большей частью двора отправился на Большую Королевскую охоту. Ольден и я под разными благовидными предлогами постарались избежать этой незавидной участи. Это, впрочем, не вызвало подозрений: охотиться мы предпочитали вдвоём. Благословение Создателя! Какое удовольствие можно получить, гоняясь с толпой придворных за парой оленей?
   Так что на целых три дня замок был в нашем распоряжении. Именно поэтому было решено неофициально отпраздновать помолвку Ольдена в "узком" (сотня, не больше) дружеском кругу. Все заинтересованные лица были предупреждены за пару дней до охоты.
   Похоже, повальные заболевания среди замковой молодёжи не осталось без внимания дяди. Уж больно со скорбным лицом он уезжал на охоту. Отбывающий вместе с ним Тиллит предупредил: на королевскую сокровищницу он установил свои самые сильные заклинания. Ха! Было время, когда он таким же образом пытался защитить от наших набегов винный погреб. Именно тогда я и закрутил роман с его ученицами. Каюсь, вначале я собирался, используя свою несравненную внешность, красноречие и природное обаяние (всегда был скромным мальчиком) попросить их помощи в проникновении в винный погреб. Но после более близкого (очень близкого) знакомства с обеими девушками решил, что разбивать сердца таких красавиц будет жестоко (да и небезопасно). К тому же их появление сразу же решило несколько задач: во-первых, в винном погребе появился новый тайный вход. Во-вторых, были решены проблемы с другими претендентками, если не на моё сердце, то на титул. Познакомившись с несколькими портящими внешний вид заклинаниями моих новых подружек, несостоявшиеся фаворитки резко ко мне охладели. Чему я был несказанно рад.
   Отослав внутреннюю стражу, мы веселились весь день. Последствия лично моего веселья я уже видел. На последствия общего веселья я смотреть не рискну (по крайней мере, внешне замок не пострадал). В конце концов, Ольден - будущий король, вот пусть он и разбирается со своими подданными.
   Работа моей многострадальной памяти была прервана дикими криками, раздающимися около Южной башни.
   "Началось... - прокомментировал внутренний голос. - Да благословит нас Создатель!"
   - Л-Е-К-Л-И-И-И-С!!! - От Южной башни ко мне направлялись две восхитительные женские фигурки, обтянутые остатками того, что вчера было платьями.
   - Доброе утро, дамы! - послав одну из своих самых обаятельных улыбок, я поклонился и стал озираться по сторонам в поисках ближайшего укрытия.
   "Продолжаем заговаривать зубы, - снова заголосил внутренний голос, - и м-е-е-едленно двигаемся куда-нибудь, где крепкие двери и тяжёлые засовы".
   - Как вам спалось? - Продолжая улыбаться, делаю несколько шагов в сторону конюшни. Проклятье Падшего! Слишком далеко! Не добежать.
   "Да, про сон - это ты зря спросил",- прокомментировал внутренний голос, в то время как тело совершало прыжок в сторону, под прикрытие стенок колодца. Спасаясь от пущенного общими магическими усилиями (редкое единодушие!) булыжника мостовой.
   От неминуемого и довольно болезненного возмездия меня спас рёв боевых сигнальных труб на внешних стенах. Последний раз так трубили более пяти лет назад, во время окончания последней войны с драконьими владыками.
   Втроём мы кинулись к внутренним воротам. В тех остатках платьев, что на них были, быстро бежать магички не могли. Так что бежали мы чуть ли не в обнимку: Дэя висела на моем правом плече, Клорина - на левом. Было тяжело, но приятно.
   Добежали мы туда как раз, чтобы увидеть въезжающего эльфийского гонца, одетого в зелёное с золотом одеяние Императорского Дома. Над гонцом развевалось красное полотнище с чёрным мечом.
   Знак войны.
  
  

Глава 3. Подготовка к походу.

  
   Посланник Императора наделал шуму в замке.
   Ольден, срывая голос, гонял слуг, стараясь навести подобие порядка в тронном зале. Я, найдя в своей комнате наименее пострадавшую одежду, оделся и стал ему помогать. Не прошло и часа, как на взмыленных лошадях в окружении охраны прибыл дядя. К его приезду нам удалось совершить маленький подвиг, приведя тронный зал в надлежащий вид. Войдя, он окинул его придирчивым взглядом, после чего подошёл к нам и совершенно не по-королевски погрозил сжатым кулаком. Затем проследовал к трону. Гонец вошел в зал и, согласно этикету 1 опустившись на одно колено перед королём, протянул свиток. Свиток был перевязан красным шнуром и скреплён императорской печатью.
   Дядя, сидя на троне, углубился в чтение свитка. По мере прочтения лицо его становилось мрачнее и мрачнее. В зале стало непривычно тихо. В гнетущей тишине он позвал слугу с письменными принадлежностями. Быстро набросал ответ и скрепил его печатью.
   Получив ответ, гонец поклонился и покинул зал, у ворот его ждали свежие лошади. С уходом гонца все взгляды были устремлены в сторону короля, было ясно, что королевство ожидает война. Но с кем?
   Встав с трона, король окинул притихший двор хмурым взглядом, на секунду его взгляд остановился на нас с Ольденом.
   - Собрать войска. Армия должна выступить на драконов, - голос дяди был непривычно глух. - Магистр Тиллит, составьте указ о сборе войска и разошлите гонцов по королевству. Принц Ольден, подготовьте королевских рыцарей. Принц Леклис, на вас - организация ополчения. Поднявшись с трона, дядя в сопровождении магистра быстро удаляется в свои покои.
   Позже в покоях короля собрался военный совет. Помимо меня и Ольдена там присутствовал магистр Тиллит. Лорд-маршал граф Ранитар, ветеран пограничных конфликтов. Капитан королевской стражи барон Глок, прекрасный мечник и образцовый солдат. В детстве он был одним из моих учителей. Лорд-казначей граф Браен. Гроза разбойников - лорд-шериф граф Фирст.
   - Ваше величество, кто возглавит войско? - мрачно спросил лорд-маршал.
   - Войско возглавлю я сам, моей правой рукой будешь ты, Ранитар, - дядя грустно улыбнулся. - Тебе не привыкать, старый друг.
   - Кого из принцев оставите регентом на время вашего отсутствия? - спросил магистр Тиллит. Похоже, этот вопрос его интересовал особенно остро.
   Мы с Ольденом мрачно переглянулись. Обычно в случае долгого отсутствия короля один из его родственников принимал титул лорда-хранителя королевской печати или регента.
   На наше счастье, у дяди Уритрила были другие планы. Оглядев наши разом поскучневшие лица, дядя заявил:
   - Лордом-хранителем будете вы, магистр. Принц Ольден как коннетабль возглавит рыцарей. Принц Лексиан возглавит оркскую пехоту, а пока займётся формированием ополчения. Барон Глок, окажите принцу помощь. - Глок молча кивает и ударяет сжатым кулаком правой руки по левой стороне груди чуть ниже сердца. - Тебе, Леклис, советую прислушиваться к советам барона.
   - Только ближе познакомившись с войной, они научатся ценить краткие мгновения мира, - добавил король, видя, что магистр Тиллит хочет что-то возразить. - Я не хочу, чтобы кто-то из них, получив в руки власть, развязал войну из-за скуки или ради интереса.
   - Приму любое решение вашего величества. - Было видно, что магистр недоволен.
   Выражения наших с Ольденом лиц сменилось на притворно-серьёзное.
   - Через месяц армия должна быть в месте сбора - в глубине ничейных территорий, это почти в десяти пеших переходах от столицы. Учитывая большое количество ополчения, нам понадобится все пятнадцать переходов, - продолжил дядя. - Таким образом, у нас есть две недели, чтобы собрать тридцать пять тысяч пехотинцев и две тысячи рыцарей. Согласно договору, именно такое количество войск мы должны предоставить Императору на срок до шести месяцев.
   - Магистр, - обратился дядя к Тиллиту, - подготовьте приказ графу Сердрику. Мне нужна половина пограничной армии. Для прикрытия границ мы пошлём ему десять тысяч ополчения. Его войска должны быть сосредоточены на северо-востоке королевства для прикрытия фланга наступающих армий. В случае наступления вглубь территории драконов, на графа ложится обеспечение постоянного снабжения3. Граф Фирст, на вас - внутренняя безопасность в королевстве. Воры и разбойники всех мастей могут решить, что с уходом королевской армии их некому будет ловить. Вам придётся их разубедить. На время отсутствия армии разрешаю пойманных разбойников вешать прямо на месте. Да, магистр, что там у нас с боевыми магами?
   - Ваше величество, как вы знаете, в нашем королевстве всего две сотни практикующих магов. Боевыми можно считать только десять из них. Включая меня. Как минимум трое нужны в приграничье, я остаюсь в столице. Значит, с армией пойдёт шесть боевых магов и сорок стихийных.
   - Да, не густо, - хмуро подытожил дядя.
   У всех рас, за исключением вампиров, магические способности были редкостью. Обычно они проявлялись у одного из нескольких тысяч детей в возрасте от десяти до тринадцати лет. Появление магических способностей после двадцати считалось невозможным. Сначала будущие маги в течение восьми лет проходили обучение в Академиях общей магии, разбросанных по всей империи. На седьмом году обучения ученикам присваивалось звание адептов, и присваивалась одна из четырёх стихийных специализаций: Огонь, Вода, Земля или Воздух. Следующие два года адепт находился в учениках при практикующем его специализацию маге.
   Маги Земли наиболее распространены - в основном это полевые маги, оказывающие помощь шахтёрам и крестьянам. К магам Земли также относятся лекари-алхимики.
   Маги Воды повиливают водной стихией. Они могут укрощать наводнения и штормы, но в первую очередь их ценят как целители. Именно они лечат серьёзные болезни и травмы, принимают роды.
   Маги Воздуха. На них лежит множество обязанностей, главная из которых - контроль над погодой. Они следят, чтобы дожди шли вовремя, когда нужно, а когда не нужно - не шли.
   Довольно редко встречаются Маги Огня - наиболее пригодный для боя класс магов, в каждой приграничной крепости мечтают получить такого мага. В городах основной их обязанностью является присмотр за пожарами.
   Отдельно стоят боевые маги, которым в равной степени подчиняются все стихии. Таких магов всегда были единицы.
   Совет между тем продолжился. Пошло обсуждение налогов, видов на урожай, формирования обозов и путей снабжения. Мне стало, откровенно говоря, скучно. Все эти доходы и расходы всегда вызывали у меня сонливость. Я не считал себя созданным для королевской власти. Вместе с короной на твою голову ложится слишком много забот. Так что меня вполне бы устроила "скромная" должность лорда-маршала. Эльфийско-оркское происхождение позволяет графу Ранитару выглядеть на сорок лет, но он уже давно разменял седьмой десяток. Конечно, пока ещё он лёгко согнёт в бараний рог и меня, и Ольдена, но его время истекает.
   - Совет закончен. За дело, господа. Да поможет нам Создатель! - Голос дяди разогнал сонливость.
   Все поднялись со своих мест и стали расходиться, лица всех, за исключением меня и Ольдена, были мрачны.
   Я направился в главный арсенал, расположенный во внешнем дворе. Именно в нём хранилась большая часть оружия, предназначенного для ополчения. На выходе из тронного зала меня догнал барон Глок.
   - Какие будут приказания, ваше высочество? - обратился старый вояка ко мне, вытягиваясь по стойке смирно.
   От подобного обращения я, признаться, опешил.
   - Глок, ты что? - удивлённо спрашиваю его. - Перепутал меня с дядей? Разве не ты учил меня, с какой стороны держаться за меч? Или ты забыл, как пару лет назад лично вытаскивал нас с Ольденом за уши из многочисленных злачных мест Старого города?
   - Леклис, Леклис, когда же ты вырастешь, - вздохнул старый стражник. - Вспомни, чему я тебя учил? Армия строится на единоначалии. А единоначалие держится на авторитете. Перед солдатами я всегда буду называть тебя "ваше высочество". Ты же забываешь просто Глока и вспоминаешь, что я ещё и капитан.
   - Но сейчас-то мы не перед строем! - Не люблю, когда другие правы.
   - Должен же ты привыкнуть. Так какие будут указания, ваше высочество? Ну же, мальчик, командуй. Вспомни, чему тебя учили.
   - Капитан Глок! - От звука собственного голоса хочется самому встать смирно, всё-таки у меня были хорошие учителя.
   - Я, ваше высочество! - Спина барона прямая, грудь колесом. Левая рука придерживает ножны меча. Правая вытянута вдоль тела. Взгляд направлен в бесконечность перед собой.
   - Согласно распоряжению нашего короля Уритрила III мне поручено в течение двух недель сформировать и подготовить городское ополчение. Приказываю: вне городских стен возвести временный лагерь для размещения и тренировок войск. Всех прибывающих в лагерь делить на три группы: лучников, копейщиков и мечников в соответствии с их знаниями. Разбивать на десятки и сотни, десятниками приказываю ставить простых городских стражников, имеющих военный опыт. Сотниками назначать десятников городской стражи. Командиров тысяч я назначу лично. Исполняйте!
   - Служу королю и королевству! - гаркает Глок, ударяя кулаком по левой стороне груди чуть ниже сердца. Мне ничего не остаётся, как сделать то же самое. Ненавижу ритуалы!
   - Похоже, мальчик, ты ещё не безнадёжен, - окидывая меня взглядом гордого своим произведением мастера, произносит Глок. - Знаю, ты терпеть не можешь ритуалы, но они - один из тех китов, на которых строится армия. Именно Армия, а не сборище вооружённого сброда.
  

***

   - Слёзы Творца! Это что?! Меч?! - ору я на толстого начальника арсенала, размахивая перед его мясистым носом кончиком изъеденного ржавчиной клинка. - Если ты мне ещё раз поставишь гнилые луки и проржавевшие мечи, я заставлю тебя лично полировать каждую железку в лагере, включая подковы лошадей! Всю вчерашнюю партию мечей отдать в кузницы на переплавку!
   - Будет исполнено, ваше высочество, - следя глазами за кончиком меча, нервно сглатывает он.
   Покидаю арсенал в сопровождении конного эскорта из четырёх стражников. Теперь мой путь лежит обратно, в выросший три дня назад за крепостными стенами шумный военный лагерь. Формирование столичного ополчения (к которому я приступил с гораздо большим энтузиазмом, чем мог сам предположить) поглощало всё свободное время. Уже третий день я с помощью капитана Глока гонял ополченцев. Разбивал их по отрядам, назначал командиров из числа стражников, ругался со слугами арсенала.
   Охотники и лесные рейнджеры формировались в сотни лучников. Большинство из них были наполовину эльфами, так что стрелять научились раньше, чем ходить. Встречались представители и других рас, особенно меня поразил огромный полуорк Трок. Я мог смотреть ему прямо в глаза, сидя на лошади и не наклоняя голову. Под стать хозяину был и его лук со стрелами, больше подходящими для баллисты. Трок был следопытом, причём одним из лучших. Глядя на его размеры, с трудом можно было представить, что этот Чёрный медведь передвигается тихо, как лесная кошка. Трок стал одним из моих личных телохранителей.
   Крестьяне и ремесленники, впервые взявшие в руки оружие, назначались в сотни копейщиков. По большей части они будут использоваться для разбивки и установки лагеря, наведения переправ и постройки полевых укреплений. В бою они будут играть вспомогательную роль, оказывая поддержку оркским пехотинцам и феодальным дружинам.
   Все умеющие обращаться с мечами формировали сотни мечников. В основном это были охранники купеческих гильдий, кузнецы-оружейники, осуждённые преступники (за участие в военных походах все прегрешения перед короной, за исключением убийств, прощались). Эти воины составят центр знаменитого "кулака орков" - боевого пехотного порядка из пяти - восьми тактических единиц, "пальцев", численностью в две - три тысячи воинов. Каждый "палец" имел сто человек по фронту и тридцать человек в глубину. Первые четыре шеренги по фронту и флангам составляют пикинёры и алебардисты, дальнейшую формацию составляют мечники, в середине построения находятся знамёна. На поле боя "пальцы" располагались в две или три линии в шахматном порядке. Интервалы между ними занимали лучники. Во главе каждого "пальца" стоит "военный вождь". Командир "кулака" именовался "рукой". Возможно по силе удара "кулак орков" уступал "гномьему хирду", зато превосходил последний в скорости передвижения и маневренности.
   Падший дёрнул меня согласиться с предложением Глока и устроить вечером пятикилометровый марш-бросок в полной выкладке. "Армия Восточного королевства всегда славилась своими стремительными маршами" - усмехаясь, заявил он мне. К сожалению, причина его усмешки стала понятна мне гораздо позже. Причём Глок настаивал, чтобы я лично возглавил это мероприятие и задавал темп. По его плану, это должно было способствовать увеличению моей популярности! К концу марш-броска я был готов лично себя придушить за согласие на эту пытку; думаю, у большинства добежавших были такие же мысли. Я-то рассчитывал задавать темп, сидя на своём жеребце Шторме. Но у Глока на этот счет были другие планы, и мне пришлось бежать на своих двоих, вспоминая дни загубленного этим садистом детства. Хорошо ещё, что в тот день я не одел тяжёлые доспехи, ограничившись лёгким гномьим "хауберком" (кольчужной рубашкой до колен с длинными рукавами и капюшоном). Те, кто считает, что в тяжёлых доспехах нельзя быстро двигаться и уж тем более бегать, никогда не проходили обучения под руководством Глока. Если бы дядя Уритрил приказал старому капитану научить меня и Ольдена летать, я почти уверен - Глок бы нас научил.
   Забег прошёл в тёплой дружеской обстановке. Путаясь в ножнах, ударяясь головой о пристёгнутые к спинам щиты, матерясь и проклиная Падшего (а заодно и меня), воины уже сформированных сотен нарезали круги вокруг лагеря. Бойцы, ещё нераспределённые по отрядам, радостно наблюдали за нашими мучениями. Правда, радовались они недолго. Пробежав, я первым делом отдал приказ Глоку на следующий день устроить марш-бросок для всех не бежавших сегодня, пусть без оружия и доспехов, но в три раза длиннее.
   Из-за недостатка времени последние несколько дней я ночевал прямо в лагере, в разбитом походном шатре. За день я выматывался настолько, что обычно заваливался спать, едва содрав доспехи. В этот день всё происходило так же, только в палатку я не вошёл, а, скорее, вполз с единственным желанием: чтобы меня кто-нибудь добил (желающих в тот день стало гораздо больше, сотен на семь). Развалившись на прекрасно знакомой медвежьей шкуре, заменявшей мне постель, я потянулся к стоящей у изголовья "ложа" корзинке. Там была припрятана целая бутылка вина. К моему удивлению, корзинка была пуста! В ней лежала только небольшая записка. В которой две до БОЛИ знакомые мне особы извещали одного знакомого им принца, что вечером завтрашнего дня ожидают его высочество в его замковых апартаментах. В случае неявки указанного высочества в означенное время, высочеству предлагалось искать для дальнейшей жизни место подальше от королевского замка.
   Искуситель - внутренний голос - сразу же предложил несколько вариантов решения проблемы. Особенно многообещающим показался вариант с толстым суком и крепкой верёвкой.
   Тяжело вздохнув и сунув записку обратно в корзинку, я завалился спать.
  
   Днем, свалив на капитана Глока руководство ополченцами, я стал основательно подготавливаться к предстоящей встрече. Разумеется, никаких мечей брать с собой я не собирался. А вот с особо прочными гномьими доспехами и наиболее сильными защитными амулетами расставаться не стал. Время военное всё-таки. Здраво рассудив, решил, что брать на свидание шлем и щит - плохая мысль.
   Прибыл поздно вечером в замок. Захватив на кухне пару бутылочек хорошего вина и немного фруктов, я пошёл на место назначенной встречи.
   Уже на подходе к башне меня насторожило полное отсутствие охраны и слуг. В то время как остальная часть дворца, несмотря на позднее время, гудела, как пчелиный улей.
   Соблюдая все мыслимые меры предосторожности, подхожу к входу в башню и открываю дверь. Пока всё тихо. Можно поздравить себя с успешным началом первой фазы встречи. Поднимаюсь наверх, в свою комнату, открываю дверь и застываю в состоянии полнейшего удивления. Клорина и Дэя - обе - находятся в моей постели. Одеты они... Хм... Легче сказать, что они раздеты. Прозрачные ночные рубашки признавать одеждой разум решительно отказывается. Сердце начинает бешено ускорять свой ритм. В лёгких ощущается недостаток воздуха.
   Моё появление не вызывает никакой реакции, кроме обольстительных улыбок на двух совершенных лицах.
   "Кажется, обошлось", - комментирует внутренний голос, а дрожащие руки в это время судорожно пытаются отстегнуть пряжки доспехов. В это время два ангела превращаются в беснующихся фурий. Отреагировать на столь резкое превращение капитулировавший мозг не успевает.
   "С каждым разом совместное заклинание телекинеза им удаётся всё лучше и лучше", - даёт комментарии внутренний голос, тело в это время летит вниз по лестнице. Всё-таки надо было одеть шлем!
   Всё вокруг чернеет, я теряю сознание.
   Я очнулся и почувствовал, что две пары рук осторожно обследуют моё покрытое доспехами тело.
   - Лекс, с тобой всё в порядке? - спросила Клорина.
   - Леклис, прости, - плакала Дэя.
   Я был уверен, что умер, но в настоящий момент меня это не волновало. Под моей головой вместо подушек были четыре прекрасные груди, а надо мной склонились два встревоженных ангельских лица.
   Решив, что в чертоги Создателя ещё успею, я громко застонал.
   - Лекс, не умирай! - всхлипнула Дэя целуя меня.
   - Дай ему воздуха, ты, похитительница чужих женихов! - возмутилась Клорина. - Ты виновата, что мужчина, которого я люблю, лежит здесь и умирает.
   - Я виновата?! Это твоя глупая затея с телекинезом чуть не убила его! - закричала Дэя.
   Похоже, назревает скандал.
   Я снова громко застонал и сделал вид, что с трудом могу открыть глаза.
   Обе девушки стали меня успокаивать, гладя по голове.
   "Хорошего помаленьку", - решаю я, поизображав пару минут израненного героя. С трудом поднявшись на ноги и пошатываясь, пытаюсь подняться по лестнице. Уже на третьей ступеньке жутко кружится голова, и я начинаю заваливаться назад. Видимо, столь скорый спуск подействовал на меня гораздо сильнее, чем я думал. Дальнейшая картина напомнила картину четырёхдневной давности, но с точностью до наоборот. Не я нёс девушек, а они несли меня. Клорина поддерживала меня с левой стороны, Дэя - с правой. Совместными усилиями им удалось довести меня до моей постели.
   Вынув меня из доспехов и стянув с меня одежду, девушки усиленно принялись разминать моё ушибленное тело.
   "Кажется, поспать мы сегодня не сможем", - вновь влез с комментариями внутренний голос. В этот раз он был абсолютно прав.
  
   Разбудил меня настойчивый стук в дверь.
   Глаза удалось разлепить только с четвёртой или пятой попытки. Стараясь не разбудить лишь под утро угомонившихся девушек, с трудом умудряюсь встать. Прикрыв себя какими-то тряпками, иду принимать раннего посетителя, твёрдо решив спустить оного с лестницы, если он меня разбудил из-за какой-то ерунды.
   На пороге, смущённо переминаясь с ноги на ногу, стоял Торк.
   - Простите, ваше высочество, капитан Глок просит вас скорее прибыть в лагерь.
   - Торк! Ты не мог бы передать капитану, что я занят.
   - Ваше высочество, капитан просил передать, вам... вас... они... - Торк смущённо уставился в пол. Несмотря на свой рост, Торк был на удивление добродушным и застенчивым малым. Проводя большую часть времени в одиночных рейдах по бескрайним лесным просторам королевства, он испытывал явные трудности при общении.
   - Что ещё просил передать капитан?
   - Он просил передать, что если вы не прибудете в лагерь сами, он притащит вас в него за уши.
   - Хм, он может. Ладно, Торк, проследи, чтобы подготовили моего жеребца Шторма.
   - Слушаюсь, ваше высочество. - Немного замявшись, он кланяется и уходит.
   Стараясь не шуметь, быстро одеваюсь. Похоже, тайные побеги из собственных покоев становятся традицией.
   - Лекс, даже не думай снова сбежать! - Садится в кровати Дэя, её огненно-рыжие волосы растрепанной гривой спадают на спину.
   - Солнышко, я бы рад остаться, но не могу.
   - Ты нас совсем не любишь! - Соблазнительно покачивая бёдрами, подходит ко мне Клорина, закутанная в простыню. Растрёпанные после сна волосы искрятся чернотой.
   С трудом проглатываю слюну, любуясь совершенной формой груди, обрисовывающийся под тонкой тканью простыни. Это всё моё?
   - Тут вы правы: не люблю, - улыбаюсь я.
   - Наглец! - Получаю пощечину от Клорины по левой щеке.
   - И от меня добавь, - улыбается из постели Дэя.
   Получаю пощёчину по правой щеке.
   - Почему мы тебя любим? - заявляет Дэя, подобно кошке потягиваясь на кровати.
   - Потому что я силён, красив, умен и необыкновенно скромен.
   - Скорее, потому что ты - наследный принц, - усмехается она.
   - Девушки, если вы метите в королевы, спешу вас огорчить: королём становиться я не собираюсь. Пусть у Ольдена болит голова от налогов, законов и дипломатии, - ухмыляюсь я. - Ладно, мне пора, дня три я в замке не появлюсь.
   - У-у-у как скучно, можно нам отправиться с тобой?
   - Может, среди твоих подчинённых мы найдём парочку более симпатичных мальчиков, - поддерживает подругу Клорина.
   - Только попробуйте - и останетесь без десерта! - Обхватываю Клорину за талию; притянув к себе, нежно целую в губы.
   - А мне десерт? - обиженно надувает губки Дэя.
   - Я могу получить его за тебя, - ещё крепче прижимаясь, шепчет Клорина, легко кусая мою шею.
   - Попробуй, и тебе придётся учиться летать! - вспыхивает Дэя.
   - Не ссорьтесь, девушки. - Отпускаю Клорину, подхожу и целую Дэю. - Мне пора.
  
   Дни шли своим чередом. Королевство готовилось к войне. В столицу прибывали рыцари, стягивалось ополчение и дружины. Прибыли пять тысяч орков графа Сердрика под руководством полковника Луска, героя последней войны. Формировались обозы, запасался фураж для лошадей, ковались запасные гвозди и подковы, точились мечи, штопались кольчуги. Украшенные шрамами ветераны обучали молодых новичков.
   Наконец к назначенному сроку приготовления были закончены, выход армии был назначен в полдень.
   Проснулся я в тот день довольно поздно. Вчерашним вечером девушки устроили мне прощальный ужин, закономерно закончившийся в постели. Поцеловав на прощание Клорину и, разумеется, Дэю, уставший, но довольный, я, одев доспехи и захватив сложенные в поход вещи, отправился в лагерь. Там Торк должен был позаботиться о моём шатре и сменных лошадях.
   В лагере завершались последние приготовления к походу, снимались пехотные палатки и рыцарские шатры. Войска выстраивались в две колонны вдоль городской стены напротив ворот. На стенах наблюдать за выходом войска, казалось, собрался весь город.
   Затрубившие сигнальные трубы сообщили о приближении короля. Дядя в сопровождении свиты выехал из городских ворот, по правую руку от него ехал Ольден. Что-то в его виде подсказывало мне, что спал он в эту ночь довольно мало. Слева ехал лорд-маршал. За ними следовали две сотни королевских рыцарей под пурпурным штандартом королевства со вставшей на дыбы химерой, украшенной коронами. Внушительное зрелище!
   Терпеть не могу эти утомительные ритуалы! Добрых полчаса пришлось ждать пока дядя объедет и поприветствует выстроившиеся отряды. Наконец вновь затрубили сигнальные трубы и дядя направил коня по дороге на север. Следом двинулись сотни всадников, цвет рыцарства королевства. За ними пошли пехотные колонны, которые я и возглавил совместно с полковником орков Луском.
   Поход начался...

Глава 4. Битва.

  

Звонко лопалась сталь под напором меча,

Тетива от натуги дымилась,

Смерть на копьях сидела, утробно урча,

В грязь валились враги, о пощаде крича,

Победившим сдаваясь на милость.

(Владимир Высоцкий)

  
  
   - Скоро рассвет. Как ты думаешь, сколько их там? - хмуро спросил Ольден; в последний месяц он вообще редко улыбался. Да и я, признаться, тоже.
   Мы сидим прямо на земле около походного шатра. Вокруг встревоженным ульем гудит просыпающийся лагерь. В предвкушении нашей первой битвы спать мы не ложились. Дядя и лорд-маршал обладали большим опытом и после окончания совместного с другими руководителями похода совещания отдыхали.
   - Разведчики говорят, что более ста тысяч, и к ним продолжают подходить подкрепления.
   - Будь проклят Падший, их столько же, сколько и нас! - Ольден со злостью втыкает в землю кинжал. - Когда и, главное, как дракон узнал время и место вторжения?
   - Ты думаешь, они знали заранее?
   - Почему заставы на границе были пустыми? Почему все селения драконитов оставлены без суеты, задолго до появления наших войск. Обычно бегут, схватив только самое необходимое. Где это видано, чтобы беженцы оставляли в домах только голые стены? Дракон знал, что мы идём, поэтому заранее отвёл жителей и войска!
   - Может, магия? - пожимаю плечами я.
   - Нет, с армией идёт куча магов. Весь поход они контролировали магическую активность на несколько лиг вокруг.
   - Но мы же сняли кучу войск с восточных границ! Да и шпионы дракона не спали.
   - Ну и что? Они могли знать только о выходе войска, но не о цели удара. Ничейные земли граничат с тремя драконьими королевствами. Как они узнали, что целью будет Утар-Ар-Лог? Кто-то его заранее предупредил о наших планах и указал направление главного удара, и этот кто-то был явно не из простых воинов!
   - Да ладно тебе ворчать, Ольден, признайся, что ты просто соскучился по своей ненаглядной Аэлите, - вкрадчиво произношу я, проверяя, как выходит из ножен лежащий на коленях меч. - Сегодня мы наконец-то завершим эту проклятую Падшим компанию. А в подарок своей драгоценной невесте привезешь драконью голову. Сам знаешь: всё затевается ради этой головы.
   Эльфийские маги придумали какое-то хитрое заклинание, которое сможет убить дракона. В этом походе были все шансы его испытать.
   Ольден улыбнулся:
   - В отличие от тебя, мне не приходится ходить к своей невесте закованным в латы.
   Слухи о моих похождениях не могли долго оставаться в тайне.
   - Кстати, о латах, - вставая, продолжает он. - Помоги мне в них влезть, а то мой оруженосец куда-то пропал.
   Идём в шатер, где помогаю Ольдену натянуть поверх плотного стёганого поддоспешника "двойную" гномью кольчугу и кольчужные штаны. Пристёгиваю подвижный нагрудник, так называемую "рачью грудь", с юбкой, наспинником и набедренниками. Ольден возится с наручами, с привязными налокотниками в форме полураковины. Поверх нагрудника одеваю воронёное "ожерелье" (высокий стальной воротник с гибкими наплечниками). Завершают одеяние пластичные поножи и рифленые перчатки с выступами на суставах.
   - Вот теперь я готов к подвигам, - комментирует Ольден, беря шлем и полуторный клинок эльфийской ковки с пламевидным лезвием и длинным долом (углублением в виде желобка овального, треугольного или четырехугольного сечения, идущим вдоль клинка, для облегчения веса клинка и увеличения его сопротивления изгибу). - Тебе помочь собраться?
   - Обойдусь. Лучше проследи, чтобы подготовили Шторма,- выходя из шатра, бросаю я.
   - Ладно, прослежу.
   Зайдя к себе, довольно быстро влезаю в привычный "хауберг" и кольчужные штаны с увенчанными небольшими шипами наколенниками. Поверх - холщовая налатная накидка со своим гербом: увенчанная коронами химера на чёрном фоне. Химера - герб Восточного королевства, короны показывают принадлежность к Королевскому Дому, чёрный цвет означает верность. Закидываю за спину круглый щит. К поясу слева пристёгиваю простой и надёжный двухфутовый оркский палаш. Справа пристёгиваю узкий четырехгранный кинжал милосердия - клинок с вогнутыми гранями, с рукоятью и ножнами из черного рога. Взяв под локоть шлем, покидаю шатёр и направляюсь к импровизированной конюшне для королевских лошадей в центре лагеря.
   Небо на востоке стало ярко-алым. Цвет крови. Скоро над горизонтом поднимется солнце. Многие сегодня увидят его в последний раз.
   У конюшни меня уже ждёт Ольден, держа под уздцы двух вороных жеребцов: моего Шторма и своего Лорда. К седлу Лорда приторочено длинное копьё и треугольный щит с такой же химерой, как и у меня, но на синем фоне, символе чести.
   - После свиданий разлюбил тяжёлые доспехи? - поглядев на меня, хмыкает он.
   - В них слишком больно падать, - улыбаюсь я, - и я сомневаюсь, что здесь кто-то умеет делать массаж.
   - Попроси Торка.
   - Я сказал массаж, а не отбивную.
   - Пойду собирать рыцарей, - Ольден вручает мне поводья Шторма, - присмотри за ним.
   - Конечно, присмотрю; это мой любимый конь.
   - Я не к тебе обращаюсь, а к Шторму... Удачи, Лекс, - Ольден неожиданно стискивает меня в объятьях. - Сегодняшний день запомнят в веках, он многое изменит.
   - Удачи, тебе, Ольден! - Хлопаю его по спине. - Только не вздумай умирать! Как я это объясню Аэлите?
   - Аэлита не может угостить тебя огненными шарами, так что лучше сам поостерегись. Объясняться с твоими тигрицами я не буду. Мне ещё дорога моя жизнь, - размыкая объятия произносит Ольден. - Ладно, хватит обниматься. Сегодня вечером мы отпразднуем нашу первую битву. До встречи!
   - Пожалуй, пора будить пехотинцев, - говорю сам себе, провожая взглядом его удаляющуюся фигуру.
   Ольден помогает лорду-маршалу командовать рыцарской кавалерией. Мне, как всегда, поручили пехоту. Моим заместителем был полковник Луск, хотя говоря по правде скорее это я был заместителем Луска. Всё моё командование зачастую сводилось к озвучиванию его "советов".
  
   Эта дурацкая кампания не задалась с самого начала (думал я, направляясь к полковнику орков). Благословение Создателя! Во имя чего нашему славному Императору понадобилось вновь развязывать войну с драконьими владыками?! Обычно эти войны заканчивались, после массового кровопускания в паре-тройке битв, возвращением враждующих сторон на исходные рубежи. Это в том случае, если в битву не вмешивались сами драконы-повелители. Если от одного дракона при поддержке стрелков и магов можно было хоть как-то отбиться, понеся большие потери и не нанеся дракону существенного вреда, то с появлением на поле боя второго дракона битва превращалась в бойню. К счастью, альянсы друг с другом у них были достаточно редки и недолговечны, да и направлены такие альянсы бывали только против других драконов.
   Мы двигались на восток. Почти месяц пришлось трястись в седле, продвигаясь с объединённой армией вглубь Драконьих земель. На пути движения не было никого, редкие поселения и заставы драконитов были пугающе пустынны. Сохнущая трава, редкие рощи, дневная жара и ночные насекомые. Жуткая скука. Вот и вся романтика Великого похода во имя Света. Наша почти сорокатысячная армия составляла авангард основных сил. Войска шли двумя колоннами. Впереди и по флангам на расстоянии одного перехода двигались лёгкие конные разведчики. Армии человеческих королевств двигались вслед за нами. Десятитысячная армия гномов составляла арьергард. Пятидесятитысячное эльфийское войско двигалось в двух переходах позади. Наконец, уже на подходах к цитадели Утар-Ар-Лога, разведчики сообщили о преградившей дорогу армии дракона.
   Основу драконьих войск составляли дракониты: покрытая змеиной кожей, сотворённая Падшим жуткая пародия на создания Творца. Все созданные Творцом расы могли иметь детей в межрасовом браке - полукровок. С драконитами такого не было.
   Сражались дракониты обычно в пешем строю или на ящерах, которые были чуть ниже и в два раза шире лошади, с длинным, украшенным шипами хвостом. Сидели на них обычно парами: один драконит управлял ящером, другой удерживал длинное, с тройным наконечником копьё. Эффективность такой "кавалерии" была крайне низкой, ящеры были слишком медлительны для таранного удара. И брали, скорее, своей массивностью и живучестью.
   Иногда во главе войска выступали драконы.
   Убить дракона. Ха! Раньше такое случалось только в детских сказках с благородными рыцарями и прекрасными принцессами. Драконы абсолютно не восприимчивы ко всем видам магии, в том числе и боевой. Чешую дракона не могло поцарапать даже зачарованное оружие. Пробить кожу на крыльях не могли эльфийские длинные луки и тяжёлые гномьи арбалеты. Тяжёлые баллисты могли пробить крылья дракона, но были слишком медлительны и неповоротливы. Попробуйте сбить поливающую поле боя огнём и магией бронированную тучу, двигающуюся со скоростью хорошего скакуна. Сложно представить, что дракон будет ждать, пока в него прицелятся и выстрелят. Драконов часто называли злобными и коварными, но глупыми - никогда. В бою они уничтожали в первую очередь всё то, что может им повредить.
   Всего Падшим было сотворено десять драконов-повелителей для руководства другими своими творениями - драконитами. Они поделили между собой большую северо-восточную часть материка, образовав десять драконьих королевств. Шесть из них прекрасно себя чувствуют и по сей день. Если бы не взаимная ненависть и постоянные междоусобные войны, в которых погибло трое драконов, они давно бы уже были правителями мира.
   Во время Великого Вторжения, около полутора тысяч лет назад, объединённой армии тогда ещё молодой Рассветной империи удалось уничтожить руководившего вторжением дракона-повелителя Штар-Ар-Лога. Именно на его землях спустя семь веков образуется королевство полукровок, позднее названное Восточным. Дракон и его армия, преследуя разбитые войска империи, вошли в одно из ущелий Железных гор. Именно там совместными усилиями лучших магов империи была приготовлена ловушка. На зажатого в ущёлье дракона и его армию маги обрушили горные склоны. Как утверждают легенды, ущелье было засыпано до вершин гор, а сами горы, окружающие ущелье, стали вполовину ниже. Одно известно точно: заваленное ущелье разбирали около десяти лет. Найдя тело Штар-Ар-Лога, маги не увидели на нём сколь-нибудь заметных ран. Заваленный скальными породами, дракон просто задохнулся.
   Все эти мысли крутились в моей голове, пока я вёл Шторма вдоль развёрнутых пехотных палаток, направляясь к полковнику Луску. Задумавшись, я чуть не налетел на Торка, бесшумно возникшего откуда-то сбоку. Если мне малая пехотная палатка была где-то по пояс, то ему - по колено.
   - Служу королю и королевству, - как всегда пряча взгляд, поприветствовал меня он. - Ваше высочество, полковник Луск приказал вас разбудить. Время поднимать войска.
   - Спасибо, Торк, но я не ложился, так что будить меня не надо. Как видишь, я и сам направляюсь к полковнику. И буду рад, если ты меня проводишь.
   - Служу королю, и королевству, - опять начал ту же песню он.
   Простую просьбу этот здоровяк принимал как приказ.
   Дальше идём вместе.
   - Торк, почему мы воюем с драконитами?
   - Ваше высочество?
   - Я спрашиваю: для чего этот поход?
   - Мы должны убить дракона-повелителя, ваше высочество, - смущённо отвечает он, - он - создание Падшего и служит злу.
   - Создание Падшего - да, - соглашаюсь я. - А при чём тут зло? Торк, мы уже месяц бредём по "проклятой" земле. И что ты видишь? Покинутые селения мало отличаются от селений в нашем королевстве. Нет ни заборов из костей, ни ужасных капищ для кровавых жертвоприношений. Почему мы решили, что они зло? Кто нам дал такое право? И почему мы несём добро на кончике меча?
   - Но, ваше высочество, мы же с ними постоянно воюем.
   - Мы воюем от времени Сотворения. И чаще всего - друг с другом. Драконы делают то же самое.
   - Не знаю, ваше высочество, я простой следопыт, - оправдывается он.
   - Ладно, Торк, не бери в голову, наверное, я просто устал, - промолвил я. - Просто устал.
   Прикрывая ладонью глаза от солнца, поднявшегося над горизонтом, я осматривался вокруг. С высокого холма на левом фланге, где находилась королевская ставка, открывался вид на место предстоящей битвы.
   Войска уже заняли свои позиции.
   Прямо передо мной в две линии разворачивались пять "пальцев" "кулака орков" с рыцарями на флангах.
   Далеко на правом фланге я с трудом различил несокрушимый плотный строй щитов десятитысячного "гномьего хирда". Огромная квадратная масса в сто рядов по фронту и сто шеренг в глубину. Гномы оставались верны своим секирам и топорам, категорически не признавали пики и алебарды, мечи делали только на продажу. Помимо этого у каждого гнома имелся короткий арбалет, закинутый за спину. Атаку хирда всегда предварял ливень пущенных с близкого расстояния арбалетных болтов и метательных топоров.
   В центре завершали построения войска человеческих королевств. Тут балом правили почти пять тысяч тяжёлых рыцарей, настоящая конная лавина. За рыцарями в три расположенные друг за другом баталии выстроились отряды пехоты.
   На долю Восточного королевства остался левый фланг.
   Войска драконитов сплошной линией вытянулись по гребням расположенных на востоке холмов, надёжно скрывающих большую часть их армии от любопытных взглядов.
   Неожиданно в центре людского войска запели трубы, и конная лавина медленным шагом двинулась в сторону темнеющих рядов противника.
   Рядом со мной грязно выругался дядя:
   - .........ь! Проклятье Падшему! Что они творят?! - в бешенстве размахивая выдернутым из ножен клинком, ревёт он. - Ведь решили же начать сражение с фланговых ударов пехоты! Славы захотели?! Кретины, они даже не стали ждать свою пехоту!
   В это время конная лавина постепенно начала убыстрять бег, разгоняясь для удара. Даже на расстоянии чувствовалась дрожь земли под тысячами копыт. Неожиданно атакующая кавалерия растворяется в воздухе. На месте тысяч всадников - только дрожь земли и катящаяся волна сминающейся травы. Полог невидимости. В бой вступили боевые маги.
   С небес срывается ветвистая молния, ударяя, казалось бы, в пустое место; словно из воздуха в месте удара падают лошади и люди, полог невидимости мгновенно слетает с несущихся во весь опор всадников. Маги врага тоже не спят. Вот кавалерийская лавина появляется уже в ста ярдах перед вражеским строем. Со стороны драконитов хрипят рога, неожиданно весь центр их армий разворачивается и отступает назад, почти скрываясь за гребнем холма. Перед изумлёнными рыцарями вырастает лес глубоко вбитых толстых кольев. Лошади переднего ряда просто нанизываются на них словно дичь на вертел, кажется, что лавина натыкается на невидимую стену. Ржание покалеченных лошадей и крики людей сливаются в жуткую какофонию звуков. По флангам смешавшейся конной лавины ударяет пехота драконитов, начиная избиение гордости семи королевств. Рыцари отчаянно сопротивляются, но, сбитые в кучу и окружённые с флангов, лишённые своего главного преимущества - таранного разгона, падают один за другим. Помочь рыцарской кавалерии некому: пехотные части только приготовились выступить. Остатки рыцарей начинают спешно отступать, оставляя на земле своих менее везучих товарищей. В спину им срывается ливень стрел, но, не долетая, подобно мотылькам, летящим на огонь, сгорает в воздухе. Сорвавшаяся с небес молния также не наносит вреда, разбиваясь веером искр.
   - Надеюсь, идиот, скомандовавший эту атаку, остался в гостях у драконитов! Леклис, мальчик мой, - поворачивается ко мне дядя. - Начинай атаку.
   - Служу королю и королевству! - Ударяю рукой по груди, и, пришпорив Шторма, рысью устремляюсь к замершему у холма "кулаку", за моей спиной грохочут копытами три десятка королевских рыцарей - мои телохранители.
   Подлетев к стоящему между первой и второй линиями "пальцев" Луску, киваю головой:
   - Командуйте, полковник, начинаем.
   - Будет исполнено, Рука! - кивает он. - Сигнальщик, два коротких, три длинных!
   Над полем боя играет сигнальный рог.
   - П-р-р-риготовится! - гуляют по шеренгам крики сотников.
   - Барабаны, счет! - продолжает командовать Луск.
   По команде начинают бить барабаны, под их счет "кулак" вместе с лучниками начинает движение. С левого фланга похожим образом начинает наступать гномий хирд.
   Под бой барабанов "кулак" начинает обманчиво медленное движение.
   Триста ярдов.
   - Держать строй!
   Со стороны вражеских войск прилетает несколько слабеньких огненных шаров, разбивающихся о магическую защиту.
   Двести ярдов.
   - Сигнальщик! - снова командует полковник, - три коротких, один длинный!
   По полю гуляет сигнал рога, ему вторят сотники лучников:
   - Стой! - Лучники останавливаются в промежутках между "пальцами", "пальцы" продолжают движение.
   - Готовься! - Стрелы накладываются на тетиву.
   - Дуга три пальца! Целься!
   - Огонь! - Лучники второй линии делают залп, стрелки первой линии пропускают "пальцы" второй.
   Сто пятьдесят ярдов.
   Первые два залпа лучников сгорают, остановленные магической защитой. Зато два последующих залпа достигают целей. Похоже, магам удалось снять защиту. Туча стрел, прилетевшая из-за гребня холма, бессильно сгорает, не долетая до наступающих пехотинцев. Очередной залп лучников проходит над головами. Поняв, что обстреливать наступающий "кулак" бесполезно, лучники драконитов начинают обстреливать наших лучников. Первые убитые и раненые падают в траву. Маги не всесильны, и магической защиты над стрелками нет. Пожертвуй меньшим, чтобы сохранить большее. Кровавый, но по-своему честный закон войны.
   Сто ярдов.
   - Мечи из ножен! Пики, товьсь! Бегом а-р-р-рш!
   Пики опускаются, чаще бьют огромные оркские барабаны, "пальцы" начинают ускоряться.
   Пятьдесят ярдов.
   "Пальцы" второй линии занимают промежутки первой линии, образуя единую колючую волну.
   Над рядами проносится оглушающий боевой клич орков:
   - У-Р-Р-Р! ("Ур" с оркского - "бей")
   Сшибка.
   Пикенеры самозабвенно колют всё, что движется. Стена щитов начинает прогибаться, дракониты отчаянно рубят концы пик, метают копья. Всё смешалось. Треск ломающихся пик, крики и шипение ярости и боли, отрывистые команды.
   Я и Луск с резервом и моей охраной располагаемся за вгрызающимся в драконьи порядки стальным "кулаком орков".
   Позади нас лучники начинают посылать стрелы за гребень холма, пытаясь поразить драконьих стрелков. Те яростно отвечают им и их стрелы собирают обильную кровавую дань. Неожиданно моё внимание привлекает начавшая странно сминаться трава на склоне одного из холмов, в четырёхстах ярдах левее кипящей свалки.
   - Торк! - Молчаливый гигант возникает рядом со мной.
   - Да, ваше высочество!
   - Ты можешь послать стрелу вон в тот склон?
   Торк кивает и скидывает с плеча свой восьмифутовый лук. Накладывает на тетиву, больше похожую на корабельный канат, длинную стрелу, ещё четыре стрелы втыкает в землю перед собой. Пять сухих щелчков тетивы о напёрсток перчатки лучника - стрелы по крутой дуге устремляются к склону далёкого холма. Ниже. Ниже. Четыре стрелы втыкаются в землю, одна, казалось бы, застревает в воздухе. Внезапно далёкий склон холма становится усыпан сотней ящеров, строящихся для атаки. Полог невидимости - крайне не стабильное к внешнему воздействию заклинание, порой снять его может даже сильный порыв ветра. Интересно, зачем маги попытались укрыть им атаку рыцарей? Хотели напугать драконитов?
   - Проклятье Падшего! Полковник, у нас неприятности! - Показываю Луску на склон холма. - Эти долбаные маги прозевали вражеских ящеров! Нужно спасать лучников!
   - Сигнальщик, три коротких, три длинных. Слёзы Творца, где наша кавалерия?! - ревёт он.
   Перекрывая гвалт битвы, поёт рог. Лучники начинают откатываться назад, они уже и сами заметили опасность. Слишком поздно. Ящеры уже начали ускорять движение. Лучникам не успеть, стрелами ящеров не остановишь. Нужен удар тяжёлой кавалерии. В голову приходит единственно правильное решение. Пожертвуй меньшим, чтобы сохранить большее.
   "Тебе жить надоело? - вопрошает внутренний голос. - А так хорошо всё начиналось!"
   - За мной! - надевая шлем и легко пришпорив Шторма, командую я своим телохранителям.
   Наверное, со стороны эта безумная атака выглядела красиво. Три десятка рыцарей, идущих наперерез наступающему валу. Копыта лошадей вздымают комья земли. Солнечные лучи отражаются от сверкающих доспехов. Ветер колышет нашлемные плюмажи и флажки на концах копий.
   Дракониты разворачивают ящеров на нас, решая сначала раздавить кучку сумасшедших всадников, оставив лучников напоследок.
   Мои телохранители опускают копья и выстраиваются в линию.
   Со страшным грохотом ряд рыцарей врезается в свободный строй ящеров. Отчаянное ржание лошадей перебивается треском ломающихся копий и криками всадников. Шторм проносится между двумя массивными тушами. Слегка наклоняя щит, отражаю удар копья слева. Мечом рублю копейщика справа. Шторм легко перепрыгивает через качающиеся из стороны в сторону, волочащиеся у самой земли хвосты и едва не сталкивается со вторым рядом ящеров.
   Скользящий удар проходит по шлему: не успел среагировать. Меч пробивает плотную чешую ящера справа. Такая рана - лишь царапина для этого гиганта.
   Неожиданно Шторм встаёт на дыбы, копьё с тройным наконечником входит в его грудь. Выпрыгиваю из седла начавшего падать коня. Вокруг меня мешанина ящеров, ещё не выбитых рыцарей и лишившихся седоков лошадей. На земле хрипит Шторм. Подскакиваю к боку ближайшего ящера. Драконит пытается поразить меня копьём. Отвожу удар щитом и зарубаю невезучего копьеносца. Второй драконит сбивает меня с ног, с диким шипением бросившись на меня прямо со спины ящера. Падаем, я теряю меч, драконит наваливается сверху, пытаясь ударить узким кинжалом. Перехватив правой рукой руку с кинжалом, сильно ударяю его краем щита по голове. Тело драконита обмякает на мне, с виска тонкой струйкой течёт кровь. Поднимаюсь с земли, недалеко бьёт хвостом лишившийся наездников ящер. Бросив щит, забираюсь по широким ремням на его спину. Поднявшись наверх, достаю из ножен узкий клинок. Пристраиваю кинжал в месте соединения головы и толстой шеи: как мне рассказывал Луск, именно тут находится одно из уязвимых мест ящеров. Всем телом наваливаюсь на рукоять кинжала. Ящер ревёт от боли, его передние ноги подгибаются, он медленно оседает. Во второй раз оказываюсь на земле. Наконец уши жадно ловят близкий длинный звук рога. Сигнал, предвещающий атаку тяжёлой кавалерии. Оставшиеся дракониты начинают отступать. Ложусь за телом уже переставшего биться в предсмертной агонии ящера, накрываюсь подобранным щитом. Глупо умереть под копытами собственной конницы не входит в мои планы.
   Через несколько мгновений прокатывается вал тяжёлой кавалерии. Несколько лошадей перепрыгивают моё импровизированное убежище. Кажется, всё. Теперь можно перевести дух. Устало поднимаюсь с земли и, сев на тушу ящера, оглядываю место битвы. Все мои рыцари мёртвыми лежат на земле, если среди них и были раненые, то они погибли, затоптанные лошадьми. "Они тебе верили, Лекс, а ты обрёк их на смерть. Как ты будешь смотреть в глаза их родным? Сможешь ли объяснить, почему выжил сам?" Вперемешку с ними валяются несколько десятков драконитов и четыре ящера. Взгляд останавливается на лежащем Шторме, благородное животное ещё живо. Подхожу к своему коню и встаю перед ним на колени, осматривая рану. Плохо. Очень плохо. С такой раной ему не сможет помочь даже квалифицированный маг. Проклятье Падшему! Мне предстоит сделать грязную работу. Взгляд умного животного полон боли и понимания. ПОМОГИ, ТЫ ЖЕ ВИДИШЬ, КАК МНЕ БОЛЬНО! Достаю уже послуживший мне сегодня кинжал. Руки противно дрожат. Обнимаю лошадиную голову и пристраиваю стальное остриё снизу. Прости, друг, покойся с миром! Закрываю глаза и крепко прижимаю к себе голову Шторма...
  
  

Глава 5. А гибнуть во цвете, уж лучше при свете...

  
   столица Рассветной империи
  
   Двери отворяются. Входят два эльфа-стражника. Поверх доспехов - зеленые плащи, расшитые золотом. Золотой и зеленый. Цвета Императорского Дома.
   На мой вопросительный взгляд один из них утвердительно кивает головой:
   - Пора, ваше высочество.
   Не спеша шагаем по прекрасным залам императорского дворца. С удовольствием оглядываю богатое убранство залов. С ещё большим удовольствием я разнёс бы этот дворец по камешку.
   Бежать я не пытался. Да и как? Из дворца не выбраться, он нашпигован стражниками и магами охраны. Так что придётся доставить эльфийским ублюдкам радость и сыграть спектакль до конца, благо мне в нём отведена одна из главных ролей. Осталось недолго.
   Через некоторое время путь нам преграждают ещё два эльфа императорской охраны, скучающие на страже около большой позолоченной двери. Увидев нашу процессию, они резко вытягиваются по стойке смирно, нацепляя на лицо мину внимания и невозмутимости. Похоже, один из моих конвоиров - важная шишка. Но, впрочем, это уже не важно. Двери отворяются, я оказываюсь в огромном зале Императорского Трибунала2 с галереями по двум краям широкого длинного прохода, оканчивающегося перед ступенчатым возвышением в конце зала с тремя креслами на нём. Стены зала украшены многочисленными стягами с гербами Старших эльфийских Домов. Несмотря на ранний час, зал забит эльфами. Причём явно не из Младших Домов. Старшая знать... Garone и jallile, лорды и леди империи. Похоже, тут присутствует даже несколько garonel'lare (эльф. Высоких лордов). Для полноты картины не хватает лишь самого Светлого императора.
   Скорчив на лице презрительную мину, в звенящей тишине начинаю путь к возвышению. Охранники молчаливо топают рядом. С двух сторон по всей длине прохода - двойная цепь стражников. Интересно, это меня так боятся? Эта тешущая самолюбие мысль сделала путь к возвышению гораздо приятней.
   Останавливаюсь перед возвышением. За двойным кольцом стражников, на креслах, расположенных около стены, сидят три эльфа. За ними висит огромный зелёный стяг с белым лебедем в императорской короне, взлетающим на фоне восходящего солнца, - гербом империи. С интересом рассматриваю судей. Эльфы как эльфы, на вид всем не дашь больше двадцати пяти - тридцати лет, сколько им на самом деле - знает только Падший. Именно поэтому меня никогда не прельщали чистокровные эльфийки, которые довольно регулярно бывали при нашем дворе. Сегодня она молода, свежа и обольстительна, а завтра ты узнаешь, что она умерла от старости. На центральном кресле сидит эльф, тонкие черты лица выражают равнодушие и скуку.
   Высокий лорд Уриэль! Глава Дома Восходящего солнца! Именно он командовал эльфами в том злосчастном походе. Эльф осматривает меня с ног до головы полным презрения и ненависти взглядом. Я не остаюсь в долгу и отвечаю ему тем же. Наши взгляды скрещиваются, и мы пару минут играем в игру "прогляди дырку в своём противнике". Первым не выдерживает Уриэль. Он отводит взгляд и машет рукой:
   - Начинайте!
   Худой высокий эльф, стоящий справа от возвышения, начинает монотонно зачитывать обвинение:
   - Милостью Творца и повелением Императора Элберта VII Эльфиниила Императорский Трибунал приступает к рассмотрению дела наследного принца Леклиса из Восточного королевства, обвиняемого в заговоре и мятеже против Императора и империи...
   Речь была длинной, нудной и лживой. Я обвинялся в возмущении покоя в империи, разжигании войны и мятежа с преступной целью захвата власти, убийстве граждан империи и прочие... Исходя из обвинения выяснялось, что во время похода на драконьи королевства все союзные армии под руководством моего дяди взбунтовались против империи. Только мудрость Императора и храбрость верных долгу эльфов, сумевших окружить и уничтожить мятежников, не позволили заразе распространиться по землям империи. Бред больного, а не обвинение!
   - Обвиняемый, вы признаёте свою вину? - обратился ко мне с центрального кресла Уриэль.
   Сейчас я вам всё выскажу!
   - Я полностью признаю свою вину. - На тело напало странное онемение: я не могу шевелиться, мои губы сами произносят слова. - И отдаю себя на милость Императора.
   Я это сказал?! Проклятье Падшего! Что тут творится? Кто контролирует меня? Управление сознанием - особый раздел магии, запрещенный, наряду с некромантией, на всей территории империи. Пытаюсь вернуть контроль над своим телом и пошевелить рукой. Неудача. Единственное что удаётся - это двигать глазами в бессильной ярости. Похоже, выступить мне не удастся. Кто-то очень хорошо подготовился к процессу.
   - Отлично, Трибунал учтёт ваше искреннее раскаяние! - Уриэль торжествующе улыбнулся... Похоже, он прекрасно знает цену моей искренности. - И вынесет справедливый приговор.
   Ещё одна ложь: приговор мне уже вынесен и подписан Императором. Весь этот судебный процесс - лишь концерт на потеху толпе, призванный поддержать иллюзию справедливости и непредвзятости императорского правосудия.
   Между тем процесс продолжается, начинают выслушиваться свидетели обвинения. Естественно, свидетелями были эльфы (около десятка), руководившие эльфийской армией в походе на восток. Они живо обрисовали всю картину подлой измены и вероломного нападения наших армий на своих эльфийских союзников, а также собственный героизм и мужество своих солдат ОКРУЖИВШИХ (большую в два раза) и полностью уничтоживших армию мятежников. Если бы я мог контролировать своё тело, то давно бы катался по полу со смеху. Всех этих свидетелей я запомнил в лицо, клятвенно обещая себе дождаться их в чертогах Творца и устроить им там весёлую жизнь.
   Наконец судебный фарс завершился, в звенящей тишине глава Трибунала огласил приговор:
   - Принц Леклис, ваша вина полностью доказана. Злодеяния, совершённые вами, настолько серьёзны, что Трибунал единогласно приговорил вас к смертной казни. Принимая во внимание ваше раскаянье, - ещё один торжествующий взгляд в мою сторону, - а также далёкое родство с Императорским Домом, Трибунал приговаривает вас к "Ветру стрел" сегодня в полдень на Арене казней.
   По толпе зевак, стоящих на галереях, прошёл восторженный гул. Ещё бы: последний раз эту казнь использовали около двух сотен лет назад. При неудачном мятеже младшего принца Императорского Дома.
   Паралич, охвативший моё тело, спал. Похоже, маги сняли свой контроль. Я не стал кричать, что ВСЕ ЛОЖЬ, всё было не так, нас предали. Не бросился на стоящего за кольцом охраны главу Трибунала. Это ничего бы не изменило, а только позабавило бы толпу. Толпа остаётся толпой, она равнодушна ко всему, кроме сплетен, скандалов и денег. Поглядев в глаза главе Трибунала, я тихо задал только один давно мучивший меня вопрос:
   - ПОЧЕМУ?
   Молчание было мне ответом. Развернувшись, я под конвоем покинул зал. Впереди меня ждала Арена казней.
   Почему эльфы предали нас? Почему драконы выступили вместе? Кто в императорском дворце использует запрещённую магию? Слишком много вопросов, Лекс, и слишком мало времени. С этими невесёлыми мыслями я вместе с конвоем проследовал из императорского дворца. Во внутреннем дворе меня уже ожидала черная карета, в которую было запряжена четверка вороных лошадей. Узкие окошки кареты были прикрыты толстыми решётками. Что, на мой взгляд, было совершенно лишним. В такое узкое окошко я бы не пролез даже будучи младенцем. Присутствовал также конный эскорт из десятка эльфов и двух магов. Неужели я настолько страшен? Залезаю в полумрак кареты, эльфы закрывают дверь. Маги несколько раз взмахивают руками, накладывая какое-то заклинание. Наша процессия не торопясь трогается с места.
   Поездка по улицам города запомнилась смутно. Страх и отчаянье, мешавшие мне спокойно спать по ночам, отступили. В душе воцарился покой и полнейшая апатия. Чудес не бывает, меня не спасут. Да и некому меня спасать: все остались на том поле.
   Монотонный цокот копыт убаюкал меня, я погрузился в сон.
  
   - Дракониты! Проклятье Падшему! Сколько их! Опять атакуют! - несётся по солдатским рядам.
   Солнечный диск, устав смотреть на битву, готовится опуститься за горизонт.
   - Держать строй! - командую я, пытаясь придать своему голосу как можно больше бодрости. - Держать строй!
   Полковник Луск погиб при отражении третьей атаки от глупой случайной стрелы, пробившей забрало шлема, так что командую теперь я сам. Или эта была пятая атака? А какая атака по счёту сейчас? Кажется, седьмая. Нет, седьмая была три или четыре атаки назад, в кавалерийской контратаке после неё погиб лорд-маршал граф Ранитар.
   Мы устали, мы смертельно устали. Мы всё ещё держим гребни холмов, цепляемся за каждый ярд. Дракониты накатываются подобно волнам. Мы держимся, потому что нам приказали держаться, - и мы держимся. Почему их так много? Какие сто тысяч, кажется, тут собрались войска со всех драконьих королевств! Нет, это невозможно. Где эльфийская армия? Мы же гибнем! Почему не подходят эльфы? В строю остались либо лучшие, либо удачливые. Хотя и те, и другие могут не пережить следующей атаки. Армии смешались, теперь мы удерживаем только три центральных холма. Вражеские маги сумели сотворить какое-то заклинание и одним ударом уничтожили всех лошадей. Рыцари дерутся в пеших порядках. Наши маги уже не помышляют о наступательных заклинаниях, сосредоточив остатки сил на отражении вражеских магических атак. Насколько их ещё хватит?
   Испуганный крик проносится над рядами:
   - ДРАКОНЫ!
   На начинающем темнеть небосводе замечаю постепенно вырастающие точки. Одна. Вторая. Третья... Шестая. ЭТО ЖЕ НЕВОЗМОЖНО! Над ещё несколько секунд назад сплочёнными и готовыми к бою рядами проносятся вопли отчаянья и ужаса. Ещё недавно казавшийся единым, ощетинившимся сталью монолитом, строй начинает распадаться.
   Над усыпанными трупами холмами проносятся пронзительные, больше похожие на плач, гудки сигнального рога. Один короткий, два длинных, один короткий, два длинных. Один короткий, два ....
   - Отступать! - срывая голос, кричу я. - Назад, все назад! Не бежать! Держать строй!
   Срываясь на бег, начинаем откатываться назад. У кого-то не выдерживают нервы, бросая оружие и доспехи, они начинают беспорядочное бегство в робкой попытке выиграть ещё хоть пару мгновений жизни.
   Где же эльфы?!
  
   Ударившие в лицо солнечные лучи вырывают меня из пелены сна. Что, уже приехали? Протираю глаза. У открытых дверей кареты, выпучив на меня глаза, стоит эльф с выражением удивления и растерянности на лице. Кажется, он впервые видит, чтобы осуждённый на смерть самым наглым образом спал перед самой своей казнью. Вылезаю из кареты и ободряюще хлопаю его по плечу. Лицо эльфа сначала белеет, потом краснеет. Похоже, он близок к обмороку. Его товарищ начинает тормошить его за плечи, остальные с опаской поглядывают на меня. После пары пощечин эльф приходит в себя и начинает что-то шептать конвоирам. Те бросают на меня взгляды, полные опаски и уважения, видимо, восхищаясь моей блистательной наглостью. Стражники проводят меня через арку окрашенных в красное ворот на Арену казней.
   Передо мной - окружённая большими трибунами овальная песчаная площадка длиной где-то ярдов сто и ярдов пятьдесят шириной. На этой территории огромное количество разнообразных средств умерщвления: плаха, несколько виселиц с верёвками и крючьями, пара почерневших от копоти столбов, здоровый котёл. Трибуны заполнены волнующимися толпами народа. Эльфы любят зрелищные казни. Впрочем, не только эльфы.
   Меня сажают в одну из небольших клеток по кругу песчаной площадки. Несколько соседних клеток также заняты. Рассматриваю своих соседей по несчастью. Несколько гномов и людей, пара орков и полукровок. Все они, похоже, подобно мне, - участники похода, причём явно не из простых воинов. Одного из гномов я узнаю - это Олаф, прозванный Весельчаком, глава одного из горных кланов. За время похода я успел с ним сдружиться: немногочисленные рыцарские попойки, постоянным участником которых он являлся, были единственным развлечением весь первый месяц похода. Увидев меня, он приветственно мне кивает, будто мы на дружеской пирушке.
   Под гром фанфар и рёв трибун на арене появляется палач. Хоть маска скрывает его лицо, я почти уверен, что это человек. Ушастые - натуры тонкие и ранимые сами мараться они не будут. Лицемерные ублюдки! Будут жадно и с наслаждением смотреть за казнью, смаковать каждый кровавый эпизод, а потом скажут: "Это было ужасно. Чувствительные они... твари! Ненавижу!
   На помост за палачом поднялись несколько подручных, один из которых несёт здоровый топор. Первого из осуждённых выволакивают из клетки. Это здоровый, обнажённый до пояса орк, украшенный многочисленными нитками шрамов. Где я мог его видеть? На секунду мы встречаемся взглядами, и я узнаю одного из военных вождей, командира центрального "пальца" первой линии. Пока я тщетно пытался вспомнить его имя, орк вырвался от державших его эльфов. Ударив головой в нос одного из преградивших ему путь помощников палачей, он кинулся на ряды охраны. Похоже, он просто хотел умереть сражаясь, а не под топором палача. Такой возможности ему не дали. Не успев добежать до кольца стражников, орк неожиданно упал, потом какая-то сила подняла его в воздух и бросила на землю. Удар был такой силы, что он потерял сознание. Маги охраны не спят. Ждать, пока он придёт в себя, эльфы не стали, распластав бессознательное тело на эшафоте. Взмах топора. Песок Арены жадно впитывает кровь. Обезглавленное тело утаскивают прочь.
   - Мятежник мёртв! - палач поднимает отрубленную голову за волосы и демонстрирует её зрителям. - Слава императору!
   Как же звали этого орка?
   - Давай второго! - командует палач.
   Следующего обречённого ведут к эшафоту. Взмах топора. Очередное тело утаскивают с Арены. Похоже, сегодня толпу ждёт на редкость однообразное зрелище. Меня пока не трогают, видимо, решив оставить напоследок. Очередной взмах топора и очередное обезглавленное тело покидает Арену. Кто-то восходил на эшафот сам, высоко держа голову, с вольным, непокорённым взглядом. Кто-то шел на подкосившихся ногах, покорно и механически. Одним из последних казнили Олафа. Стоя на эшафоте, Весельчак в очередной раз оправдал своё прозвище.
   - Это лекарство - снадобье острое, - глядя на топор, сказал он, - но врачует все болезни.
   Взмах топора. Я остался один.
   Под очередной рёв фанфар меня выводят из клетки и, проведя вокруг трибун, привязывают к деревянному столбу почти в самом центре Арены. Палач, вопросительно глядя, показывает мне тёмную повязку для глаз. Отрицательно качаю головой.
   "Какое синее сегодня небо..." - отстранённо думаю я. Под грохот аплодисментов на Арене появляется шестёрка затянутых в зелёное эльфийских лучников. Пройдя по Арене круг почёта, лучники выстраиваются в шеренгу в тридцати ярдах от меня. Жаль, что приходится умирать вот так, на потеху толпе. Все мы смертны, но именно сейчас, стоя у расстрельного столба, я понимаю, насколько люблю жизнь.
   - Pilin! - Командует один из эльфов. Лучники достают стрелы.
   Надо мной сверкающая синева небес...
   - Serto'uthili! - Стрелы ложатся на тетиву.
   Каждая частичка кожи впитывает солнечный свет...
   - Ilindith! - Эльфы натягивают луки.
   Свежий ветер, словно женские губы, ласкает лицо...
   - Sanare! - командир эльфов взмахивает рукой, ко мне устремляются стрелы...
  
  


Популярное на LitNet.com К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) LitaWolf "Жена по обмену. Вернуть любой ценой"(Любовное фэнтези) В.Свободина "Прикованная к дому"(Любовное фэнтези) О.Герр "Невеста на подмену"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) Д.Куликов "Пчелиный Рой. Уплаченный долг"(Постапокалипсис) Н.Александр "Контакт"(Научная фантастика) В.Василенко "Стальные псы 5: Янтарный единорог"(ЛитРПГ) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Д.Иванов "Волею богов" С.Бакшеев "В живых не оставлять" В.Алферов "Мгла над миром" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Вектор силы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"