Vizivul: другие произведения.

Ворон. Подлинная история... (11-15)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние Истории на ПродаМане
Peклaмa


Глава 11. Здравствуй школа!

 

А ланиты бледны, как терновник весной,
И, как ворон, чернеет наряд расписной.

И шагов его эхо наполнило зал,
Взор потупили лорды, и каждый молчал.

Удивился король: "Кто велел, чтобы он,
Этот мальчик прекрасный, был так облачён?

Почему, моё сердце, явился ты в зал,
Точно для похорон я придворных созвал?"

И склонился ребёнок тот пред королём,
По лицу его слёзы струились ручьём.

"Ты о чёрном спросить, о король, повелел:
Изменился цвет смерти, сегодня он бел.

Данте Габриэль Россетти

    
   Дальнейший путь прошел без эксцессов. Мародеры уползли к себе, зализывать раны и строить планы мести. За ними ушли Люпин и Лили.
   Наконец по поезду эхом пронёсся голос: "Мы прибудем в Хогсмит через пять минут. Пожалуйста, оставьте свой багаж в поезде, его доставят в школу отдельно".
   Проверив запирающие и сигнальные чары на своем багаже, и наложив парочку новых, я посадил Петра себе на плечо и вышел в коридор.
   Поезд катился всё медленнее, пока, наконец, не остановился. Народ проталкивался к дверям и выходил на маленькую тёмную платформу. Невольно поежившись от вечернего холодного воздуха, я неторопливо огляделся. Неподалеку темнели улочки Хогсмита, а далеко за озером сверкал огнями Хогвартс. Над головами учеников появился качающийся фонарь, и знакомый голос произнес:
   - Первогодки! Первогодки -- все сюда!
   Большое волосатое нечто, именуемое Хагридом, возвышалось над морем голов.
   Что за ерунда! Если раньше полувеликан у меня вызывал легкую неприязнь. То теперь при его появлении меня охватила почти животная ярость. Хотелось выхватить палочку и приложить его авадой или еще чем убийственным.
   - Вот оно значит как, - пробормотал Хагрид, увидев меня. Позабыв о первогодках, он крепко вцепился в свой зонт с остатками некогда сломанной волшебной палочки.
   Не зря кодекс советовал Принцам держаться от великанов подальше. Неужели древняя вражда фоморов и сидов была столь сильна, что даже их столь далекие потомки готовы вцепиться друг другу в горло просто при встрече. Слава Мерлину, что Хагрид сейчас всего лишь лесничий, а не преподаватель по уходу за магическими существами. Впрочем, я этот предмет брать и не собирался. В магических существах мне интересен не уход за ними, а их разделка на составляющие.
   Повернувшись спиной к лесничему, я направился к выходу с платформы. Оказывается, что в пробуждении Крови Рода есть и неприятные стороны. Впрочем, дружить с Хагридом я не собираюсь, да и враждовать, признаться, тоже. Я не воюю с убогими (мародеры исключение).
   Постепенно полутемная платформа пустела. Хагрит увел первокурсников к лодочному причалу. Остальные ученики Хогвартса занимали места в подъезжающих к платформе экипажах. Длинная вереница карет медленно уползала в давящую со всех сторон тьму, весело сверкая фонариками.
    
   Петр расправил крылья, подставляя их холодному вечернему ветру. Хрипло каркнув, ворон улетел в темноту. Похоже, что тряска в вагоне поезда его порядком утомила.
   Никого из знакомых поблизости не было. Не особо мучаясь с выбором, я залез в ближайшую карету, в ней как раз было одно свободное место. Моими соседями оказалась троица совершенно незнакомых мне хаффлпаффцев, курса второго-третьего. При моем появлении они как-то разом побледнели. У меня возникло ощущение, что они сейчас выскочат из кареты, но тут наш экипаж тронулся с места.
   Скользнув равнодушным взглядом по притихшей троице, от чего те побледнели еще больше, я отвернулся к окну.
   По темной глади озера скользили яркие фонарики, такие же что и на каретах - Хагрид начал переправу первокурсников.
   Путешествие до Хогвартса не заняло много времени. Шагнув из кареты, я невольно замер разглядывая столь знакомые стены.
   Хогвартс, Хогвартс. Мой дом и мое проклятие.
   Вестибюль сиял факелами и оглашался эхом шагов учеников, топавших по вымощенному каменными плитами полу к двустворчатым дубовым дверям в Большой зал, на банкет в честь начала учебного года. Древние доспехи в нишах были начищены до зеркального блеска, также как и медные подсвечники, что светились едва ли не ярче свечей. Уверен, что вся хогвартская община домовиков трудилась весь день не покладая рук.
   Большой Зал был, как всегда, великолепно убран для пира. На стенах были развернуты большие знамена факультетов. Золотые тарелки (вообще-то все это гоблинская медь, которая лишь по цвету неотличима от золота) и кубки поблёскивали в свете сотен свечей, парящих над столами. За длинными столами четырех факультетов оживлённо болтали ученики. Во главе зала стоял пятый стол, за которым, лицом к ученикам, сидели преподаватели. В центре стола, в большом золотом кресле (тоже медь, я проверял), восседал САМ директор школы чародейства и волшебства, величайший белый волшебник современности, герой Войны с Гриндевальдом, глава Визенгамота, кавалер ордена Мерлина первой степени, председатель Международной Конфедерации Магов, просто добрый, честный, благородный, справедливый и скромный человек (а также редкостная скотина) Альбус Персиваль Вулфрик Брайан Дамблдор.
   Стараясь не слишком пристально рассматривать своего старого учителя-покровителя-врага, я с тоской посмотрел на еще недавно свое место за столом преподавателей и прошел к слизеринцам.
   Припозднившиеся ученики неспешно расползались по своим столам, нетерпеливо обменивались летними новостями, свежими сплетнями, громко здоровались с приятелями из других факультетов, оценивающе разглядывали друг у друга новые мантии и стрижки, кокетничали и ссорились.
   Я обратил внимание, что стоит мне пройти мимо, как все тут же наклоняются друг к другу и начинают шептаться. А ведь еще недавно все они Снейпа в лучшем случае не замечали. Даже слизеринцы.
   Сев на самом краю длинного стола, я осторожно рассматривал преподавателей Хогвартса. Знакомые все лица. Бессменные деканы: Флитвик и Спраут о чем то переговаривались со Слагхорном, нынешний деканом Слизерина. Вектор и Бабблинг, как всегда сидели рядом и лениво разглядывали зал. "Почти целый" Кеттлберн - живое напоминание того что "Уход за магическими существами" предмет для сильных духом... и слабых умом, дремал в своем кресле.
    Грюм Грозный глаз по сравнению с Кеттлберном совершенно здоровый человек. Многие магические зверушки те еще существа. От нанесенных ими ран весьма сложно исцелиться. Преподаватель Ухода - живое (причем чудом) тому подтверждение. Вместо левой руки у Кеттлберна был магический протез, на правой отсутствовала добрая половина пальцев. Не помню что там у старика было с ногами, но он всегда ходил с клюкой, напоминавшей клюку старьевщика Шелка. Добавим к этому парик, постоянно съезжавший с совершенно лысой макушки старого преподавателя (ходил слушок, что это на него чихнул детеныш дракона)... Вы все еще хотите возиться с этими "милыми" магическими животными? Это они только Хагрида за своего принимают. Впрочем, это неудивительно.
   На краю стола скучала мадам Хуч. Невзрачный преподаватель астрономии Кеннет Эджворт пытался ухаживать за Адели Колтон, молодой преподавательницей магловеденья пришедшей в Хогвартс в прошлом или в позапрошлом году.
   Ну и конечно в центре преподавательского стола восседал САМ. Интересно, а кто-нибудь обращал внимание на то, что кресло нашего "доброго дедушки" весьма напоминает королевский трон.
   И вот, наконец, отворились двери, ведущие в вестибюль. Появилась длинная колонна испуганных первокурсников, во главе с профессором Макгонагалл, которая несла табурет с лежавшей на нем старой волшебной шляпой, многажды залатанной, заштопанной, с широкой дырой у потертых полей.
   Гул голосов в Большом зале стих. Первогодки выстроились в ряд перед столом преподавателей, лицом ко всем прочим ученикам, профессор Макгонагалл аккуратно поставила табурет перед ними, а затем встала за их спинами. В полумраке лица первогодок ярко выделялись своей бледностью. Вся школа ждала, затаив дыхание. И вот дыра у полей шляпы широко, словно рот, раскрылась, и Распределяющая шляпа запела.
   Сожалея о невозможности использовать магию, я, оперев голову на руки, плотно заткнул уши и сделал вид, что с восторгом внимаю песню шляпы. Дурацкие песенки древнего артефакта за почти двадцать лет преподавательской карьеры успели мне порядком осточертеть. Тем более их текст год от года практически не меняется. Первая часть, дань уважения собственному эго древнего полуразумного артефакта. Часть вторая, стандартный набор. Ну там:
   Коль заучка и ботан попадешь на когтевран (это второе шуточное название Равенкло).
   Если смел и идиот Гриффиндор тебя зовет... и прочее.
   Шляпа наконец-то заткнулась, я перестал подпирать голову. Макгонагалл шагнула вперёд, держа перед собой длинный свиток пергамента.
   - Когда я назову ваше имя, надевайте шляпу и садитесь на табурет, чтобы вас распределили, - сказала она. - Аврора Синистра!..
   Новички один за другим садились на табурет и надевали себе на голову распределяющую шляпу. Шляпа называла факультет на котором им предстоит учиться. Иногда она это делала сразу, порой спустя какое-то время. Ученики за факультетскими столами изображали бурную радость, когда шляпа отправляла очередного ученика к ним.
   Старшекурсники откровенно скучали, за столько лет в Хоге праздник распределения успел им уже приесться. Тихо переговариваясь, они с тоской поглядывали на пустые тарелки и думали: "Скорей бы все это закончилось".
   Наконец, последний первогодка был распределен.
   Дамблдор поднялся со своего импровизированного трона. Окинув отеческим взглядом разом притихший зал, он радостно улыбнулся,  словно для него не было ничего приятнее, чем видеть всех нас здесь, и произнес:
   - Пусть начнется пир.
   Что-то кратко сегодня. Где обычный набор бессмысленных глупых слов - попытка разыграть прогрессирующий старческий маразм?
   На блюдах появилась разнообразная снедь. Оголодавшие ученики бодро набросились на нее.
   Положив себе сочный стейк и немного овощного гарнира, я приступил к ужину. Кубок с тыквенным соком был отставлен подальше в сторону. Хотя я бы с удовольствием запустил его в стену. На вкус эта дрянь была даже мерзостней чая Дамблдора.
   Мясо было, как всегда, прекрасно прожарено, в меру посолено, сдобрено специями и просто таяло во рту. За что уважаю этих магических паразитов, именуемых домашними эльфами, так это за превосходную готовку.
   Коротышки мазохисты научились быть полезными волшебникам. Рабский труд? Ха! Маги могут прожить без домашних эльфов, а вот домашние эльфы без магов - нет.
   Домашние эльфы странные существа. Обладая магией они не обладают магическими силами. Вот такой вот парадокс. Заключая договор с волшебником, эльф пиявкой качает из него часть сил, это дает ему возможность использовать свою самобытную и так и не изученную до конца магию. Обычный маг в редких случаях может себе позволить больше одного домашнего эльфа - сил не хватит. В мэнорах древних родов их численность может исчисляться десятками, это зависит от места силы мэнора. Бесхозный эльф постепенно теряет свою магию, начинает стремительно стареть и в конечном итоге умирает. Редкий "освобожденный" домашний эльф может протянуть больше десяти лет. Именно поэтому "получить свободу" одно из страшнейших наказаний для домашнего эльфа.
   Добби исключение. Похоже, что Люциус просто переборщил с пытками и домовик сошел с ума.
   Хогвартское место силы одно из самых мощных в Британии и именно поэтому здесь самая большая община домашних эльфов.
   Доступ к Хогвартскому месту силы - это одна из причин, почему Дамблдор столь цепляется за директорское кресло и почему именно сюда был направлен сильнейший удар Пожирателей во время последней войны. Столь плачевно окончившийся для одного двойного агента.
   Хотя... почему плачевно? Я то здесь!
   Торжественный ужин подходил к концу, Дамблдор снова поднялся со своего места. В зале наступила тишина.
   - Кхм... теперь, когда мы все наелись и напились, скажу ещё пару слов. Перед началом учебного года для вас у меня есть несколько объявлений. Первокурсники должны принять к сведению то, что лес на территории школы запрещено посещать всем воспитанникам. Было бы неплохо, если бы некоторые из наших старших учеников тоже об этом не забывали.
   Да, теперь-то уж точно не забудут... залезть в этот лес при первой же возможности.
   - По просьбе мистера Филча, нашего смотрителя, также напоминаю, что запрещается использовать магию в коридорах в перерывах между занятиями.
   Спасибо, посмеялся. На это правило забивали абсолютно все ученики.
   - В этом году ЗОТИ вызвался вести наш многоуважаемый профессор Флитвик. Дружно поаплодируем ему.
   Флитвик привстал на своем высоком стуле, сделанным как раз под его рост. Все дружно захлопали, даже я пару раз хлопнул в ладоши. Декана Равенкло я уважал.
   Затем последовало еще несколько малозначимых и ничего не значимых объявлений.
   - А сейчас, - улыбнулся Дамблдор.
   О нет! Только не это! - взвыл я про себя.
   - ...прежде чем мы отправимся спать, давайте споем школьный гимн, - объявил директор.
   Улыбки на лицах остальных преподавателей стали натянутыми, а Миневра едва заметно поморщилась.
   Дамблдор легонько тряхнул палочкой, словно сгоняя муху, усевшуюся на её конце, и из палочки вырвалась длинная золотая лента. Она поднялась высоко над столами и, извиваясь подобно змее, сложилась в слова.
   - Выберите каждый свой любимый мотив, - сказал Дамблдор. - И начали!
    
   Хогвартс, Хогвартс, ненавистный Хогвартс,
   Как же ты меня задолбал,
   Малолетними дибилам,
   Престарелым манипулятором,
   И всеми остальными.
   Зачем я угробил свои лучшие годы в твоих стенах?
    
   Беззвучно открывая рот, напевал я. Может это не канонический текст, да и слог хромает, зато от души.
   Наконец, нестройный хор голосов закончил петь гимн. Расчувствовавшийся Дамблдор снял очки и вытер несуществующие слезы.
   Старик, ну хватит уже лицедеить. Признаю, актер ты знатный, хоть порой и переигрываешь. Отпускай нас по спальням. Спать охота.
   Старосты начали уводить первогодок. За ними потянулись и остальные ученики. Долго уговаривать себя я не стал и направился в подземелья. Дом, мой милый и ненавистный дом.
   - Грэм! - окликнул я старосту шестого курса, шедшего впереди.  - Какой у нас пароль?
   - А это ты Снейп, - оглянулся Селвин, будущий один из самых опасных боевиков Темного лорда. - Превосходство!
   Я с трудом подавил усмешку. Некоторые вещи не меняются.
   В гостиной Слизерина шла веселая кутерьма посвящения новых Слизеринцев. В подземельях весьма прохладно, а потому каждого новичка обучали одному простому, но весьма действенному заклинанию. И отпускали спать только тогда, когда новичок его окончательно усвоит. Пока старосты учили молодняк, остальные Слизеринцы язвительно комментировали попытки первогодок сотворить заклинание. Сделать в таких условиях что-то дельное с первого раза получалось только у тех, кто успел поднатореть в магии дома. То есть у представителей древних чистокровных родов. Остальным приходилось туго, они же еще и палочку то толком в руках не держали. У большинства первогодок что-то начинало получаться только когда старшекурсники, устав насмехаться, расползались по своим комнатам.
   Возможно, что кому-то подобная практика покажется немного жестокой, но зато ни разу не было такого чтобы первогодка не выучивал это заклинание. Это Слизерин! Слабаков и неумех тут не переносят.
   С трудом вспомнив, какая из спален была моей на пятом курсе, я направился прямиком туда. Двери в спальню были гостеприимно распахнуты. Мои вещи уже стояли перед одной из четырех кроватей. На одном из чемоданов дремал налетавшийся Петр. Как я и думал, птица смогла найти путь в подземелье.
   Пересадив Петра на спинку стула, я затолкал чемоданы под кровать, стянул с себя одежду и завалился спать. Завтрашний день обещает быть сложным. Уверен, что Дамблдор вызовет меня к себе при первой же возможности.
   Проснулся я рано. Старая привычка, въевшаяся в меня еще во времена учебы, да так и оставшаяся со мной на всю жизнь. Мои соседи по комнате, Уилкис, Кэрроу и Малисбер, еще спали.
   Сделав короткую зарядку, я поспешил в душ.
   Многие предпочитают по утрам принимать холодный или чуть теплый душ, я же любил горячий душ. Такой, что пробирает все тело до самых костей. Слизеринцев называют змеями и, наверное, во мне есть что-то от хладнокровных. Стоя под горячими струями воды, я почти чувствовал, как быстрее бежит кровь по венам, и уходят остатки сна.
   Вытерев полотенцем разом запотевшее зеркало, я внимательно рассмотрел татуировку-страж на плече. Тонкие линии замысловатого узора ничуть не изменились, они въелись в кожу и стали частью меня самого.
   Несмотря на все испытания, в первый раз я не стал рисковать. Простенькая татуировка-страж на правое плечо - вот и все чем я пока решил украсить свое горячо любимое тело. Мародеры в Хогвартс-экспрессе прекрасно показали, что магия полузабытого искусства отлично действует. Теперь я уверен, что не зря разрешил зачарованной игле резвиться на моем правом плече.
   Praemonitus praemunitus!
   (*Кто предупрежден - тот вооружен).
   Лишней татуировка-страж точно не будет, а позже можно будет подумать над нанесением чего-то более сложного.
   Закончив с водными процедурами, я вернулся в спальню и оделся. Вытащив из под кровати один из чемоданов,  я открыл его.
   Ровные ряды тщательно упакованных флакончиков с зельем - отрада для моих глаз. Проведя кончиками пальцев по их хрустальным бокам (для себя любимого я естественно не стал использовать более дешевые стандартные стеклянные флаконы), я вытащил несколько пузырьков с ярко красным зельем. 
   Изобретенный лично мной универсальный антидот против дамблдорского "чая". Называется - рвотное. Эффект соответствует названию. Опытным путем мне удалось установить, что данное средство самое эффективное. Особенно если учитывать то количество зелий которое рекомендуется выпить перед походом на дружеские посиделки с директором.
   Пополнив свои скрытые в поясе запасы флакончиками с рвотным, я надел пояс и спрятал его под складками мантии.
   В спящем замке царила умиротворяющая тишина. Большинство учеников еще спали в своих теплых кроватках.
    
   Большой зал был практически пуст. Несколько домовиков бодро левитировали подносы с посудой и сервировали столы. Еще один домашний эльф тщательно надраивал золотой трон нашего скромного директора.
   За слизеринским столом было занято только одно место. Оливия Бирн тоже была ранней пташкой. Новоиспеченная староста сосредоточенно перечитывала какой-то свиток.
   - Привет, - поприветствовал я девушку, усаживаясь рядом. - Что там с нашим расписанием?
   - Утро доброе Северус. Вот держи, - с этими словами она протянула мне свой свиток.
   - И что тут у нас?
   - История магии, сдвоенные Зелья и ЗОТИ, - ответила Оливия. - Так что еще успеешь вдоволь отоспаться на истории.
   Я поморщился. История Магии - интереснейший предмет, позволявший проследить путь развития магического искусства, оказался практически уничтожен совершенно никаким преподаванием.
   Катберт Биннс - призрак, а по совместительству преподаватель Истории магии, и при жизни был отвратительным учителем. Свою манеру безостановочно и бесцветно бубнить исторические факты, превращая даже самые зажигательные страницы истории в навевающие сон мантры, он сохранил и после смерти.  Его лекции могли бы с успехом использоваться как лекарство от бессонницы. Стоит ли удивляться, что большинство современных Британских магов крайне плохо осведомлены об истории маги, а следовательно и проистекающих из этой истории особенностях магического мира. Какое-то представление об истории осталось только у представителей Древних Родов. Да и то в основном оно касается только истории Рода и все что с ней связано.
   Благодаря двухвековому "преподаванию"  Биннса Британские маги потеряли интерес к наследию предков. К примеру: мало кто из современных магов знает, что современные магические палочки произошли от магических посохов. Семейство Олливандер со своим извечным "изготовители волшебных палочек с 382 года до н. э." несколько лукавят. Магической палочкой того времени можно только в ухе поковырять. Возможно Магический мир и не пережил нечто подобное магловской промышленной революции. Но прежде магическое искусство вовсе не топталось на месте, как это произошло после восстания Гриндевальда. Чары совершенствовались, плетения упрощались. Если во времена Мерлина маги красовались с посохами*, то  ко времени основателей использовались жезлы, а веку к четырнадцатому дошли и до современных палочек.
   (*Знаю что у Ро Мерлин почему-то перекочевал во времена основателей, но сие есть ересь. А потому Мерлин был раньше и естественно учиться в Хогвартсе не мог).
   Признаюсь, я и сам знаком с магической историей весьма поверхностно. Толковых Британских книг по этой теме практически не осталось. А в иностранных исторических книгах акценты расставлены совершенно по-другому.
   - Что у нас сегодня на завтрак? - спросил я у одного из домовиков, когда тот оказался рядом с нами.
   - Овсянка, сэр, - с достоинством поклонился тот.
   Сервировав стол, домовик щелкнул пальцами. Передо мной и Оливией появились тарелки с кашей, вазочка с печеньем и кубки с ненавистным тыквенным соком. Поковыряв ложкой в тарелке, я снова поморщился и встал из-за стола. Мой молодой растущий организм нуждается в более приличной подкормке.
   Не знаю, за какие заслуги, но в этот день звезды были на моей стороне. На выходе из зала я встретился с Лили, что было весьма странно - она не страдала любовью к ранним подъемам.
   - Привет Сев, - тепло улыбнулась мне девушка. Я против воли почувствовал, как мои губы сами кривятся в улыбке. Улыбающийся Северус Снейп... Видели бы меня мои старые ученики - такого позора я бы не пережил. Хотя, если всем свидетелям почистить память...
    - Куда ты собрался в такую рань? - спросила Лили, после моего ответного приветствия.
   - На кухню.
   - Ты знаешь, где находится кухня Хогвартса? - удивилась она.
   - И уже давно. Там домовики не связаны запретами директора и можно потребовать от них что-то более съедобное чем овсянка, - я с неприязнью покосился на столы.
   - Подожди я с тобой! - заявила Лили, проследив за моим взглядом.
   Покинув Большой зал, мы направились к подземельям Хаффлпаффа, которые столь разительно отличаются от привычных мне Слизеринских. Тут было не столь мрачно, довольно светло и тепло - эти барсуки такие неженки! Вскоре мы уже стояли перед большим натюрмортом. Стоило мне потрогать большую зеленую грушу на крае полотна, как она превратилась в дверную ручку.
   - Только после вас, леди, - сказал я, с легким полупоклоном открывая дверь перед девушкой. - Настоящий джентльмен всегда пропускает даму вперед... вдруг там ловушка.
   После такого моего заявления, Лили стремительно повернулась лицом ко мне. Протянув руки к моей голове, она принялась ее тщательно ощупывать, словно что-то ища под волосами.
   - Что ты делаешь? - осторожно поинтересовался я.
   - Шишку ищу, - рассмеялась девушка, перестав, к моему сожалению, массировать мою голову. - Сев, тебя летом по голове точно не били? В последнее время ты как-то странно себя ведешь.
   - В последнее время мне многие это говорят. - Возможно у меня старое пятнадцатилетнее тело (такой вот каламбур), но сам я уже давно не тот подросток. Даже при всем моем таланте притворщика, я не смог бы изображать того старого Снейпа. Да и, если признаться, нет у меня такого желания. - Все течет, все меняется. Может быть, я просто повзрослел?
   - Да уж. Ты за одно лето стал таким всезнающим и мудрым, что мне просто страшно становится.
   - Меня не надо бояться, - криво усмехнулся я, - меня надо любить, ценить, холить и лелеять.
   - Кто ты такой?! И куда ты дел прежнего милого и занудного Северуса?! - Лили выхватила палочку и грозно повадила ею перед моим носом.
   - О, Мерлин! Меня раскусили, - воскликнул я. Что-то уже лицо начинает болеть от постоянных улыбок. Я уже и позабыл сколь веселый характер у моей единственной любви. - Но прежде чем ты начнешь меня убивать может мы все же позавтракаем?
   Под эту веселую пикировку мы и зашли на кухню.
   Кухня Хогвартcа была огромна. Никак не меньше Большого зала, если не больше. Вдоль каменных стен стоят друг на друге кастрюли и сковородки, начищенные до блеска. Множество больших и маленьких столов с высокими, под рост домовиков, скамейками. В конце кухни расположилась огромная печь. На кухне стояла рабочая суета. Что-то чистилось, резалось, мешалось, варилось, парилось, жарилось, выпекалось и прочее...
   - Что угодно молодым хозяевам? - Едва мы переступили порог, как нас тут же окружили домовые эльфы, которых просто распирало от желания услужить.
   Нас чуть ли не отнесли в сторону стоявших неподалеку от входа столов с рассчитанными на людей стульями. Лили заказала себе какой-то легкий салатик, тосты и чай. Я же предпочел "легкий" английский завтрак: яичницу глазунью, пару ломтиков обжаренного до золотистой корочки бекона, пару жаренных колбасок и гарнир из тушеной фасоли и обжаренных томатов.
   Эх. Еще бы кубок легкого вина, но в распоряжении домовиков  нет ничего алкогольного.
   - Сев, если ты будешь каждый день так завтракать, то скоро в камин не сможешь пролезать, - сказала Лили, услышав мой скромный запрос домовикам.
   - Буду просто аппарировать, - отмахнулся я.
   - Ты же не умеешь, и до совершеннолетия это запрещено.
   - Я уже два месяца как совершеннолетний.
   - Может ты и аппарацию уже изучил? - подозрительно прищурив глаза, спросила Лили.
   - Все может быть.
   - Северус, но это же опасно! Бывали случаи, что неправильно аппарировавший маг погибал: оказывался в стене дома или перемещался не целиком.
   - Я научился прекрасно аппарировать, тут нет ничего сложного. И опасно это только для криворуких неумех. Не хочу ни на кого показывать пальцем, но намекну, что учатся оные на одном с тобой курсе и факультете.
   - Когда ты прекратишь это глупое противостояние с мародерами? - покачала головой Лили.
   - Как только эти придурки перестанут меня доставать, - поморщился я.
   Домовики наконец-то принесли нашу еду и мы принялись за завтрак.
   Спустя полчаса, основательно подкрепившись, мы вернулись в Большой зал. Народу в нем существенно прибавилось. Даже господа мародеры выползли из своей норы. Донельзя кислая физиономия Поттера, заметившего меня вместе Лили, и скрип сжимаемых со злости зубов были превосходным дополнением к прекрасному началу учебного дня.
   Проводив девушку до ее места, я вернулся к змеям.
   - Ты слышала! Говорят Поттер, Блэк и Петтигрю устроили оргию в одном из купе поезда, - донесся до меня разговор сидевших неподалеку слизеринок с шестого курса.
   Да, слухи в Хогвартсе распространяются со скоростью темномагического проклятия.
   За слизеринским столом, да и вообще в зале, стало как-то тихо. Верный признак появления Дамблдора. Интуиция меня не подвела, директор появился в Большом зале. Проигнорировав свое место за столом преподавателей, он направился прямо ко мне.
   - Северус, мальчик мой, будь добор зайди ко мне перед обедом. Мне нравятся медовые тянучки. - С добродушной улыбкой оглядев притихший стол Слизерина, Дамблдор развернулся и неспешно двинулся к столу преподавателей.
   Началось! - подумал я, глядя в спину старого волшебника, что был одним из самых опасных моих врагов.
   История магии прошла как-то незаметно и быстро, как ни странно, меня даже сон не успел сморить.
   Завернув в боковой коридор, ведущий к одной из неиспользуемых аудиторий, я вытащил два флакончика с зельями. Посмотрев через флакончики на свет, я поморщился и выпил первый из них. Нейтрализатор Веритасерума - необходимое дополнение любых чаепитий с Дамблдором. Выждав десять минут, я опустошил второй флакончик, с обычным тонизирующим зельем.
   Путь до кабинета Дамблдора я мог бы проделать с закрытыми глазами. Сколько раз я его ходил этим маршрутом за свою не такую уж и долгую жизнь? Повернув за угол, я остановился возле огромной и жутко безобразной каменной гаргулии.
   - Медовые тянучки! - поморщившись, сказала я. Пароли у Дамби всегда были совершенно идиотскими.
   Гаргулия ожила и отступила в сторону, стена за ней разделилась надвое. За стеной располагалась спиральная лестница, которая плавно двигалась вверх. Стоило мне ступить на лестницу, как стена за моей спиной с шумом захлопнулась. Поднимаясь кругами всё выше и выше, я с тоской думал о левитации, хотя сошел бы и обычный магловский лифт. Наконец, я добрался до дубовой двери, на которой висел медный молоток в форме грифона.
   Не успел я постучать, как дверь бесшумно открылась.
   Кабинет директора ничуть не изменился. Это была большая красивая круглая комната. Стены были увешаны портретами прежних директоров и директрис, и все они мирно дремали в своих рамках. Ещё там стоял огромный стол на когтистых лапах, а за ним на полке лежала изношенная и потёртая Распределяющая Шляпа. На золотом насесте рядом с дверью сидел любимец Дамблдора - феникс.
   - Северус, хорошо что ты пришел. Присаживайся. Лимонную дольку? -  а взгляд такой добрый-добрый. Так и хочется вытащить палочку и треснуть его авадой.
   - Спасибо, - я вытащил из протянутой вазочки одну мармеладину и отправил себе в рот. Дамблдор уже разливал свой фирменный чай. Люблю запах фирменного дамблдорского Веритасерума по утрам. Классический рецепт не имеет ни вкуса, ни запаха, но у старика ослабленный вариант с легким сладким привкусом. Для учеников  хватит и этого. К тому же, после классического Веритасерума, человек долго не может прийти в себя.
   В голове тут же образовалась приятная легкость, как после хорошего стакана огневиски. Слава Мерлину мои мысленные щиты способны противостоять и боле сильному вторжению.
   - В последнее время вокруг тебя ходит множество слухов, - Дамблдор просто лучился дружелюбием. Я почувствовал первое, мягкое и едва ощутимое вторжение в свое сознание. - Ты же понимаешь. Твое вступление в наследие Рода Принц. Ни одному полукровке никогда прежде не удавалось совершить ничего подобного. У тебя появилось множество новых знакомы. Весьма опасных новых знакомых.
   - Вы говорите о лорде Волдеморте? - спросил я, смущенно буравя взглядом дно чашки и не решаясь поднять глаза на директора. Не смотреть собеседнику в глаза - довольно простой прием позволяющий усилить защиту разума.
   Ты любишь играть, старик. Что же, играть могут и двое. Лорд Волдеморт научил меня убивать, но именно ты, старик, научил меня врать, притворяться и лицедеить. И смею заверить, я был хорошим учеником.
   - Да. Когда то он был моим учеником, - тяжело вздохнул Дамблдор. Я позволил себе бросить на директора короткий, смущенно-заинтересованный взгляд. - Том Мавроло Реддл был весьма выдающимся и подающим надежды юношей, прям как ты, Северус. - Лесть? Это хорошо, это я люблю. Еще один короткий смущенный взгляд на директора. - Он стал моей величайшей ошибкой, - вторично вздохнул Дамблдор, - и я не хотел бы чтобы и тебя постигла такая же участь.
   - Мы просто беседовали. Не знаю почему, но я ему крайне интересен, - поспешил сознаться я, позволяя директору увидеть в своем сознании слегка подправленные обрывки встречи с Темным лордом. Опытному окклюменту, вроде меня, не сложно создать краткие ложные воспоминания. Пусть директор порадуется, что может видеть через мои щиты - мне не жалко.
   На несколько секунд Дамблдор замолчал, словно собираясь с мыслями. Давление на мой разум немного усилилось. Я потер лоб и невозмутимо потянулся к очередной мармеладине.
   - А что ты сам думаешь об этом? - спросил Дамблдор.
   - Не знаю, профессор, - я смущенно пожал плечами, - все это так внезапно навалилось. Я... я в растерянности. Раньше меня просто не замечали, но едва выяснилось, что я лорд Принц, я тут же стал центром внимания. Не за мои знания или какие-то заслуги, которых нет, а просто из-за древней крови. Мне кажется это глупым.
   - Твои слова греют мою душу, мой мальчик, - взгляд у директора вновь стал таким добрым-добрым, что мне опять с трудом удалось подавить в себе желание выхватить палочку. - Несмотря на все произошедшее, ты остался тем же умным и старательным молодым человеком. Ты прав! Одной древней крови мало чтобы стать хорошим магом.
   Но все же она дает преимущества, старик, и тебе это прекрасно известно, - подумал я, усиливая мысленные щиты - одна из привычек въевшихся в меня за время долгого знакомства со стариком.
   - Мир вокруг нас стремительно меняется, - продолжал монотонным голосом увещевать Дамблдор. - Мы уже не можем, как это было раньше, полагаться только на статус секретности. Рано или поздно нам придется открыться маглам. Магия может многое сделать для всеобщего блага человечества! Разумеется, открывать магический мир нужно постепенно - шаг за шагом, но это уже давно назревшая необходимость. Нам все сложнее прятаться. Столь радостно тебя принявшие чистокровные роды и лорд Волдеморт живут прошлым. Их путь - это путь в пропасть.
   Твой путь ведет туда же старик. Чем больше запретов накладывается на древние магические ритуалы, тем сильнее деградирует магическое искусство. Маглов слишком много и то, что мы можем им предложить без ущерба для себя, просто крохи. При пресловутой "открытости" этого им будет слишком мало.
   Но тебе этого не объяснишь, старик. Ты фанатик, а значит слепец. Точно такой же слепец, как и Волдеморт. Между вами нет разницы, вы мечтаете переделать мир, и считаете, что именно выбранная вами модель идеальна. Волди даже получше будет, он хотя бы делает вид, что прислушивается к чужому мнению. Да, как бы парадоксально это не звучало, но Темный лорд был благороднее и честнее величайшего светлого волшебника современности. Это после раздробления души на семь частей он стал постепенно скатываться в безумие.
   - Я согласен с вами профессор, - неуверенно кивнул я. - Но боюсь, что теперь древние роды и лорд Волдеморт от меня не отстанут. Они уже строят на меня планы и вряд ли  от них откажутся.
   - Мальчик мой, как твой директор, я просто обязан тебе помочь. Главное что ты осознаешь всю нелепость и пагубность выбранного лордом Волдемортом пути.
   - Спасибо профессор, ваша вера много для меня значит, - я с надеждой и неуверенностью посмотрел на директора.
   - Не за что, Северус, отныне ты можешь обращаться ко мне в любое время...
    
   Интерлюдия.
    
   Когда Северус Снейп ушел, Дамблдор легким взмахом палочки избавился от чая и сладостей. Перед директором появился золотой, украшенный рубинами кубок и простой на вид глиняный кувшин. Лорд Альбус Дамблдор не любил вино, зато слыл большим ценителем медовухи.
    - Какой интересный молодой человек, - пробормотал Дамблдор, смакуя напиток.  -  Да моя дорогая? - повернулся он к фениксу. - Он может быть нам полезен, весьма полезен. Ради всеобщего блага!
    
   Конец интерлюдии.
  
  

Глава 12. Обычный учебный день.

  
   Во рту стоял отвратительный привкус смешанных зелий и рвоты. После встречи с Дамби я добрых минут десять провел в обнимку с лучшим другом пьяницы. Флакончики с рвотным помогли избавить желудок от того коктейля всевозможной магической дряни, что попали в него после чая и сладостей "доброго директора".
   Несло сейчас от меня как от несвежего мертвеца. Хотя, нет - трупы пахнут гораздо приятней. Склонившись над раковиной, я в очередной раз тщательно прополоскал рот, но мерзостный запах отказывался проходить. По опыту знаю, что сейчас весьма кстати было бы принять пару стаканов огневиски. Но стратегические запасы сего животворного напитка, прежде расположенные в моем кабинете, сейчас недоступны - они еще просто не существуют.
   Подобрав мантию, чтобы не мести ею влажный пол туалета, я присел на корточки и закурил. Надеюсь, что табак перебьет этот трупный запах. Дожили, Северус. Еще недавно я сам гонял малолеток с сигаретами из туалетов, нещадно назначая отработки, и вот теперь уподобился им. Чертова магловская привычка! Избавлюсь от Дамби и Волди брошу курить. Колдомедицина, колдомедициной, а здоровье здоровьем.
   Время было обеденное. Но при одной только мысли о еде, к моему горлу вновь подкатывала тошнота. Докурив сигарету, я встал, снова прополоскал рот, умылся и посмотрел в большое настенное зеркало.
   Бледная кожа стала еще бледнее и приобрела какой-то мертвецкий синий отлив. Зубы пожелтели, словно их не чистили как минимум пару недель. Знакомая картина из будущего. Остаточный эффект зелий - чтоб его! В прошлом на свой внешний вид мне было плевать, а теперь придется с этим что-то делать. Не хочу пугать Лили. Я и так далеко не красавец, а после посиделок у Дамблдора выгляжу как несвежий покойник.
   Наложив на себя простенькую иллюзию, я вновь посмотрелся в зеркало. Да. Так, пожалуй, получше. У маглов хотя бы не появится желание использовать святую воду, распятие или осиновый кол при встрече. А маги к палочкам не потянутся.
   Теперь, правда, любой сильный маг поймет, что я что-то использовал, но это не запрещено.
   Подняв сумку с учебными принадлежностями, я покинул свое убежище и отправился в сторону кабинета зельеварения.
   Зайдя в аудиторию, я по привычке направился к столу преподавателя, но быстро спохватился и занял один из первых столов. Кабинет зельеварения мало изменился. За годы, что я тут преподавал, я мог написать краткое эссе по каждому расположенному в нем предмету мебели. Школьные парты, с укрепляющими чарами, массивный стол преподавателя, шкаф с ингредиентами, доска.
   - Добрый день, Северус. Что-то случилось? - раздался рядом голос Слагхорна. Повернувшись, я увидел вошедшего в класс декана Слизерина.
   - Просто решил прийти пораньше, профессор.
   - Все бы мои ученики так рвались на уроки, - по-доброму хохотнул Слагхорн, устраиваясь за столом преподавателя.
   Достав из футляра очки, он долго и тщательно протирал их носовым платком, рассматривая на свет. Наконец, торжественно водрузив их на свой мясистый нос, Слагхорн достал из саквояжа журнал и полностью погрузился в чтение.
   Я рассматривал своего старого учителя, еще не поседевшего, и с только наметившимся брюшком, и размышлял.
   Профессор Гораций Слагхорн был неплохим зельеваром, и не самым дурным человеком. Умный и тщеславный, он был осторожным и даже слегка трусоватым - именно такой декан мне сейчас и нужен.
   - Ты что-то хочешь спросить? - Слагхорн оторвался от журнала и посмотрел прямо на меня.
   - Да, - кивнул я, требовалось кинуть Слагхорну сладкую косточку, и она была заготовлена заранее. - Летом во время самостоятельных экспериментов, мне пришла в голову идея как улучшить Бодроперцовое зелье.
   - Интересно, весьма интересно. Ты составил рецепт?
   - Вот, профессор, - я встал со своего места, подошел к Слагхорну и протянул ему загодя написанный свиток. Правда идея с этим рецептом пришла мне отнюдь не летом. Точнее летом, но не 1975 года, а 1995. Ну да это недостойные внимания мелочи.
   - Так, посмотрим, - сказал Слагхорн, изучая свиток. - Позволь, Северус, - воскликнул он спустя некоторое время. - Ты добавил к мандрагоре ягоды остролиста, а как же реакция Фладда?
   - Мы нейтрализуем ее, добавив, спустя двадцать пять секунд, три капли медовой воды, - я указал на нужную строчку. - А затем стабилизируем состав при помощи трех унций сушеной мяты растертой в порошок, добавленной на тридцатой минуте интенсивного кипения.
   - Твой рецепт получается несколько сложнее стандартного, - справедливо заметил Слагхорн, закончив изучать свиток.
   - Зато мы используем две унции корня мандрагоры вместо шести и совершенно не используем порошок из рога двурога. Вы же знаете сколь дороги эти ингредиенты! К тому же рог двурога входит в список условно опасных ингредиентов, и его свободная продажа ограничена.
   - Да, в этом что-то есть, - Слагхорн поправил очки. Со зрением у него, кстати, все было в полном порядке. А о причине, по которой декан Слизерина носил очки один в один похожие на очки Дамблдора, я умолчу. - Как далеко ты продвинулся в исследованиях?
   - Я несколько раз успешно варил зелье по данному рецепту. К сожалению, от стандартного побочного эффекта - дыма из ушей, избавиться не удалось. К этому добавился еще один побочный эффект - сильная икота. Избавиться от него мне так и не удалось. Тут моих знаний недостаточно, и я сразу же подумал о вас, учитель. Думаю, что зельевару с вашим опытом, не составит труда убрать этот новый побочный эффект.
   В общем-то, я и сам прекрасно знал, как это сделать. Но немного лести не повредит. А в случае Слагхорна лучше много лести. Декан Слизерина на нее весьма падок. Вот и сейчас Слагхорн стал просто лучиться от счастья. Чувствую, что из лучшего ученика, я в его глазах вырос до самого лучшего ученика. Ведь практически я подарил ему улучшенный вариант Бодроперцового зелья. На номинирование на "Зельевара года" данный рецепт, конечно, не тянет, но вот на обложку ежемесячного "Зельевара" Слагхорн наверняка попадет. Про меня естественно не вспомнят. В лучшем случае Слагхорн упомянет мою неоценимую помощь. Впрочем, он в своем праве. Показанный мною рецепт действительно нуждается в доработке. Кто оную проведет, тому и достанется вся слава. Ну да ладно, мне не жалко. Патентные отчисления с усовершенствования старых рецептов столь смешные, что чтобы рассчитывать на них заработать, нужно быть очень наивным зельеваром. Каковым я и был когда-то. Зачастую на ингредиенты для исследований уходит столько, что патентные отчисления за десять лет не смогут возместить потери.
   А слава меня уже давно не прельщает.
   Моя годами выращиваемая жаба вздумала было взбрыкнуть. Мол: "Позаботься о кнатах, а галеоны сами о себе позаботятся".* (* слегка переделанная англ. поговорка: Позаботься о пенсах, а фунты сами о себе позаботятся. Отечественный вариант - Копейка рубль бережет). Ты, Северус, еще не настолько богат чтобы отказываться от небольших, а все же денег. Но я напомнил ей, что улучшенное бодроперцовое, далеко не единственный известный мне рецепт из будущего.
   - Я всегда знал, что ты далеко пойдешь, Северус. - Слагхорн довольно погладил свиток. - Прошу тебя только не зарывать свой талант зельевара в землю. А то в пророке про тебя такое понаписали...
   - Журналисты, что с них взять, - пожал плечами я.
   - Да... хорошо... верно, что Пророк, конечно, часто преувеличивает... - сказал Слагхорн, немного разочарованно. - Я помню, как дорогой...
   Упомянув несколько громких, известных фамилий, он пустился в длинные пространные воспоминания. В такие моменты на лицо надо нацепить восторженное выражение, и молча слушать монолог профессора.
   - Наследство и титул - это конечно замечательно, но на поприще зельеварения ты можешь немалого добиться, - Слагхорн закончил свою речь.
   Ага. Например - стать преподавателем Хогвартса и угробить в его стенах лучшие годы. Просто предел моих мечтаний, - внутренне поморщился я.
   - Об этом я хотел бы с вами поговорить. Я хотел бы уже в этом году сдать ЖАБА по зельеварению.
   - Ты считаешь, что это возможно? - удивился Слагхорн. - Северус, ты конечно талантлив, но не думаю, что за год ты сможешь освоить программу трех курсов.
   Мне не нужно "осиливать" то, что я преподавал более десяти лет.
   - И все же я хочу попытаться.
   Слагхорн аккуратно свернул свиток с практически полным рецептом улучшенного бодроперцового, но не отдал его мне, а убрал в свой стол.
   - Что же, не вижу для этого никаких препятствий, - доброжелательно улыбнулся он.
   Я вернулся за свое место, Слагхорн принялся готовиться к новому уроку. Постепенно аудитория заполнялась учениками.
   Появились мародеры. Люпин и Крыса молча проследовали к своим местам. Крыса, проходя мимо, посмотрел на меня с каким-то нескрываемым торжеством. Судя по показательному игнорированию меня со стороны Блэка, Блохастый готовит какую-то гадость. Из всех мародеров Блэк наиболее неадекватный, его даже Азкабан не особо исправил.
   Татуировка-страж слабым, едва заметным покалыванием, подтвердила мое предположение. На зельеварении придется держать ухо востро.
   Следом за мародерами появилась Лили, в сопровождении Макдональд.
   - О чем ты разговаривал с директором? - спросила она, по привычке заняв свое место рядом со мной.
   - Ерунда, ничего важного, - тихо сказал я.
   - Прошу внимания! - начал урок Слагхорн. - Сперва, мои дорогие, я хотел бы поздравить вас с началом нового учебного года. Напоминаю, что летом вас ждет СОВ, а потому надеюсь, что вы приложите все силы, чтобы не ударить в грязь лицом. Тема сегодняшней лекции универсальное противоядие. Кто мне расскажет, чем универсальное противоядие отличается от обычных противоядий? Может быть мистер Снейп?
   - В большинстве случаев универсальное противоядие позволяет лишь временно нейтрализовать яд, - не раздумывая, ответил я. - И только в случае ряда относительно опасных ядов и их малой концентрации, универсальное противоядие может полностью устранить отрицательное воздействие. Для ядов класса "однозначно опасен" и "смертельно опасен" необходимо скорейшее принятие противоядия исходя из использованного яда.
   - Как всегда великолепно мистер Снейп, - благосклонно кивнул Слагхорн. - Десять балов Слизерину. Рецепт на доске, можете приступать.
   Это будет скучнее чем я думал, - вздохнул я.
   Главенство в изготовлении зелья я отдал Лили. Учиться варить зелье, сварить которое я могу с закрытыми глазами и связанными руками - это просто издевательство над моими выдающимися талантами, а Лили необходима практика и не только по зельям.
   Признаться, ни Лили, ни тем более Поттер после школы звезд с небес не хватали. Они были неплохими волшебниками, но не более того. То, что они несколько раз уходили из рук Темного лорда, связано не с их силой, а с тем, что Темный лорд просто не обращал на них внимание. Комары мешают спать, иногда больно кусаются, но они не опасны. А первый укус для комара часто становится и последним.
   Стоило Волди заинтересоваться четой Поттеров, и их судьба была предрешена. Впрочем, против Волди не выстояли бы и более опытные и сильные волшебники. Боеспособность же Авроров ускоренного выпуска и ордена феникса и вовсе оставляла желать лучшего.
   Что бы там не рассказывала потом Светлая сторона, изначально Пожирателей было мало. Гораздо меньше, чем Авроров и солдатиков Дамби. Но надо отдать Волдеморту должное - нас прекрасно натаскали, прежде чем кинуть в пекло. Да и учителями были отличные маги сведущие в боевой магии и темных искусствах: Долохов и Каркаров. Даже сам Темный лорд не брезговал заниматься с молодым пополнением. А вот авророрат и Фениксы похвастаться должной подготовкой своих кадров не могли. Именно поэтому столь велики были их потери. К слову, потом после войны, чтобы оправдать столь большие потери аврората была придумана эта сказочка про подлые нападения на семьи авроров. Мол, пока мы мирно казнили или сажали в Азкабан любого заподозренного в причастности к Пожирателям, эти твари подло нападали на авроров и их семьи.
   Пожиратели, конечно, не были святыми. В той войне святых не было ни с одной стороны баррикад. Но вот практику индивидуального террора Пожиратели переняли именно у светлой стороны.
   За время войны ближний круг потерял всего шесть человек. За каждого из этой шестерки аврорат и фениксы заплатили как минимум десятком жизней. Потери внешнего круга были несколько сотен, это с учетом Пожирателей, членов их семей и просто случайных жертв попавших под горячую руку карателям аврората. Но даже с учетом этого, на одного убитого Пожирателя приходится три-четыре погибших аврора. Прибавим к этому почти сотню погибших Фениксов. Да, да - почти сотню! И пусть вас не смущает фотография первого ордена феникса. На ней присутствует лишь аналог ближнего круга пожирателей, а не обычные боевики.
   Чертова война! Сколько же жизней она унесла. Магов и так мало, а мы еще и радостно пускаем кровь друг другу, словно какие-то маглы.
   - Сев, не спи. Порежь мне корни маргаритки. Только аккуратно, - отвлек меня от размышлений голос Лили.
   Татуировка-страж сильно кольнула плечо. Краем взгляда я заметил, как мерзостная ухмылка исказила и так уже давно просящую хорошего кулака рожу Блэка. Время словно замедлилось, как это часто бывает в бою или дуэли. Я отчетливо видел, как в наш с Лили котел летит одинокий дремоносный боб.
   При желании я мог бы отправить его обратно отправителю. Палочку выхватить я бы не успел, но беспалочковая магия это вовсе не что-то запредельное для опытного мага. Просто в случае с беспалочковой магией даже в самое простейшее заклятье приходиться вбухивать уйму сил. Толковое атакующие заклинание без палочки и вовсе не создать. Точнее, создать-то его можно, но скорее всего оно будет единственным, а потом маг свалится от истощения.
   Впрочем, раскрывать свое знание беспалочковой магии, как и знание невербальных заклятий, по такому незначительному поводу было бы глупо.
   Боб, вращаясь в воздухе, продолжал медленно лететь прямо в стоявший рядом со мной котел. Можно было просто попытаться поймать его в воздухе, но я здраво оценивал свои силы. Я не ловец вроде Поттера. Моя реакция заточена для сотворения заклинаний, а не для хватания всего летящего и блестящего. Это у Поттеров загребущие руки, это у них семейное. Будущий (вернее уже не будущий) младший Поттер тоже только ловкостью рук похвастаться и мог. Мозгов Лили он, к сожалению (а может и к счастью), не унаследовал.
   Самым простым вариантом было просто опрокинуть свой котел и не дать бобу вступить в реакцию с полуготовым зельем, но количество геройских деяний у меня сегодня строго лимитировано, а потому будем совмещать приятное с полезным.
   Дремоносный боб плюхнулись в котел. Лили так ничего и не заметила. Я сделал вид, что поглощен нарезанием корешков. Физиономия у Блэка стала торжествующей. Таковой она оставалась даже тогда, когда я неспешно накинул на голову капюшон школьной мантии. Если уж Блэк смог просчитать реакцию универсального противоядия этой стадии на добавление дремоносного боба, то что уж говорить обо мне.
   Где-то с минуту ничего не происходило. Зелье нетерпеливо булькало на огне, пуская в воздух облачка не слишком ароматного пара. Лили добавила в котел, нарезанные мной корни и тщательно размешало варево длинной ложкой. И вот тут-то зелье зашипело, словно клубок рассерженных змей.
   Схватив Лили в охапку, я прижал ее к себе и резко развернулся спиной к котлу. Шипение перешло в пронзительный свист. Ученики, кто поумней да поопытней, нырнули на всякий случай под парты. За моей спиной что-то громко ухнуло и недоваренное зелье фонтаном ударило мне в спину.
   - Мистер Снейп, мисс Эванс, что это значит? - раздался недовольный голос Слагхорна.
   - Ты как? В порядке? - спросил я, выпустив девушку из объятий.
   - Я жду ответа! - напомнил о себе Слагхорн.
   - Это моя вина, профессор, я случайно смахнул рукавом в котел дремоносный боб, - равнодушно сказал я, снимая капюшон. Моя черная мантия, в тех местах, куда на нее попало испорченное зелье, приобрела мраморно-белый цвет.
   Слагхорн поправил очки.
   - Не ожидал от вас подобной халатности, мистер Снейп. - вздохнул он, разглядывая котел с остатками разлитого зелья и белые пятна на столе и полу. - Думаю, что два дня отработок приведет вас в нужный тонус, и вы более не будете допускать столь глупые ошибки. А пока можете сходить переодеться, - смилостивился зельевар. Похоже, что до конца он мне так и не поверил, но вмешиваться не стал.
  
   Использовать действия своих врагов на пользу себе - нет вещи сладостней. Именно в такие моменты я начинаю лучше понимать Дамблдора. Когда твой злейший враг добровольно идет заботливо проложенным для него путем прямиком к гибели, еще при этом радостно повизгивает от счастья - это настоящее мастерство. Впрочем, считать врагами мародеров - это себя не уважать. Мелкие поганцы, на большее они не тянут, сколько бы ни пытались.
   Хотя, в этот раз их выходка принесла мне только пользу.
   Во-первых, я пропускаю добрую половину зельеварения. Отвык я уже от занятий, на которых я должен учиться, а не учить (или хотя бы пытаться это делать, что чаще всего невозможно ибо большинство учеников головой только едят, а отнюдь не думают).
   Во-вторых, надеюсь, что моя выходка произвела впечатление на Лили. Хотя и предвижу, что с ней еще придется объясниться. В мою версию произошедшего она точно не поверит. Знаю, что я слегка одержим своей первой любовью... Да ладно, Северус, будем честными перед собой. Слегка - это не то слово. Да и Мерлин с ним! Я рад быть одержим ею. Во многом именно благодаря этой одержимости я могу пройти свой путь заново.
   В-третьих, и это самое главное, у меня появилось время для одного маленького предприятия. Я не планировал его на сегодня, но раз уж так сложилось, то грех упускать такую возможность.
   Третья причина даже посильнее двух первых вместе взятых. Мое горячо любимое тело не та штука, которой я люблю рисковать без нужды.
   Мне очень нужно кое-что позаимствовать из закрытой секции библиотеки, и меньше всего мне хочется, чтобы об этом кто-то узнал. Все преподаватели и ученики сидят на занятиях, хранительница библиотеки - мадам Пинс, сейчас должна быть у Аргуса Флинча. В эти годы роман пожилой, но моложеватой волшебницы и нового завхоза Хогвартса был у всех на слуху. Так что лучший момент для краткого визита в библиотеку найти сложно. Надо не забыть поблагодарить господ мародеров за предоставленную возможность - в идеале чем-нибудь тяжелым. Впрочем, ладно - пусть живут... пока. Грешно издеваться над детьми и убогими, а мародеры попадают под оба критерия.
   Просчитать реакцию недоваренного зелья на дремоносный боб и все что за тем последует, было несложно. Такая мелочь, что в первую очередь могла пострадать Лили, мародеров, похоже, не волновала. Сразу видно руку Блэка. Поттер все же поумней остальных мародеров будет - вот уж не думал, что когда-нибудь признаю подобное - да и Лили вредить он бы не стал, ведь и сам к ней неровно дышит.
   Быстро, едва ли не бегом, я достиг гостиной Слизерина, поднялся по лестнице и влетел в свою комнату, спешно стягивая с себя испорченную мантию.
   Проснувшийся ворон встретил меня недовольным карканьем.
   - Прости, твой хозяин редкостная скотина. Он совсем забыл тебя покормить, - повинился я, насыпая птице корм.
   Пока Петр насыщался, я кинул испорченную мантию на кровать. Достав из чемодана запасную мантию, я быстро натянул ее на себя.
   - Отлично, у меня есть где-то полчаса, этого должно хватить. Впрочем, лишняя страховка не повредит, - пробормотал я.
   Положив на кровать свои часы, я несколько раз поводил над ними палочкой, накладывая мощный слепок своей ауры. Когда работа была закончена, я достал очередной флакончик с зельем и, поморщившись, его опустошил. Зачем нам два Снейпа? Правильно, незачем. Следующие полчаса любые следящие заклинания или аналог карты мародеров будет показывать, что Северус Снейп весь остаток урока зельеварения провел в своей комнате.
   Жаль, что создать подобный долгосрочный эффект мне пока не по силам. Да и то, что я долгое время совершенно не двигаюсь, внимательному наблюдателю должно показаться подозрительным. Над этими вопросами еще предстоит поработать.
   Убедившись, что в гостиной Слизерина пусто, я надежно запер за своей спиной двери в комнату и направился в библиотеку.
   Коридоры, лестницы. Сколь бы не кичились господа мародеры знанием Хогвартса, мои познания ничуть не меньше, если не больше. У них было всего семь лет на изучение древнего замка, а я провел в этих стенах половину своей жизни.
   Библиотека Хогвартса практически не отличалась от любой другой библиотеки, находящейся в стенах иных учебных заведений. Разве что книги в ней хранились несколько другие.
   Многие говорят, что Хогвартская библиотека наиболее полное собрание магических книг в Британии, но смею вас заверить, что это полнейшая чушь. По-настоящему серьезных магических книг здесь нет даже в закрытой секции. За настоящими магическими книгами нужно лезть в библиотеки Древних Родов. Та мелочевка, что находится в свободном доступе, это в лучшем случае продвинутый средний уровень или древние фолианты, представляющие больше коллекционную, а не магическую ценность. Книг по Темной магии (а к ней отнесли столько видов магического искусства, что и не перечесть) в свободной продаже и вовсе не найдешь. Дамблдор отнюдь не оригинален. Гонения на темную магию начались в конце девятнадцатого века, а после войны с Гриндевальдом достигли своего расцвета. Количеству попавших под запрет и уничтоженных книг позавидовала бы и святая инквизиция.
   Миновав лабиринты высокие книжных стеллажей, я остановился перед запертой решеткой закрытой секции.
   - Дисцендо, - сказал я, вскинув палочку. Стена рядом с решеткой послушно отъехала в сторону. Как я уже говорил, о потайных ходах Хогвартса знают не только мародеры.
   Если внешняя система безопасности Хогвартса весьма сильна и эффективна, то внутренняя просто смех. Мало того, что с ней может разобраться любой более-менее толковый ученик. Впрочем, таковые в этих стенах редкость. Так еще и тайными ходами замок изрезан, словно сыр дырками.
   Запретная секция встретила меня тишиной. Пройдя мимо слегка запыленных полок с уже наизусть заученными магическими трактатами, я остановился перед одиноким стеллажом, спрятавшимся в самом дальнем углу. Если мне не изменяет память, здесь хранилась в целом никому не нужная школьная документация. Так считали все. Так же, до 1997 года, считал и я.
   Во время памятного разговора с Дамблдором, во время которого старик просил меня убить его "когда придет время" (тогда я не придал этим словам значения), мне на глаза попалась весьма интересная книга. Дамблдор, уговаривая меня, крепко сжимал ее в своих руках. Я тогда отказал старику, но, как оказалось, мой отказ не имел особого значения. Дамби и тут все просчитал. Разумеется, я не мог позволить Драко убить директора. И дело вовсе не в пресловутых рассказах о душе. Драко просто был еще не готов отнимать чужую жизнь, тем более делать это по чьему-либо приказу. Заключение отца и превращение Малфой мэнора в штаб Волдеморта, постоянная опека тети Беллы - все это не слишком способствовало его душевному состоянию. А убийство Дамблдора сломало бы его окончательно. Допустить для крестника такой судьбы я не мог, а потому вновь сыграл по правилам старика.
   Ту книгу, что держал Дамблдор во время нашей беседы, я запомнил весьма хорошо. Старая, но не древняя. Светло-коричневый кожаный переплет и золоченые цифры на корешке "1890 - 1910 год". Именно из-за года я и обратил на нее тогда внимание, ведь с 1892 по 1899 в Хогвартсе учился Дамблдор.
   После "смерти" старика, во время моего недолгого директорства, я тщательно искал эту книгу, но все усилия были тщетны. Тогда-то я и обратил внимание на этот стеллаж в закрытой секции. Нужной книги я так и не нашел, зато на стеллаже присутствовали книги с таким же переплетом, вот только года там стояли другие. Таинственная книга оказалась Хогвартским журналом учащихся. Как я потом выяснил, ведение подобного журнала одна из обязанностей директора.
   Я не знаю, почему старик уничтожил (иначе, почему я его так и не нашел?) журнал времен своего ученичества, но сегодня я это выясню.
   Долго искать нужный журнал не пришлось. Он оказался аккурат между своими собратьями с предыдущими и последующими годами. Коричневый кожаный переплет и золотая гравировка на корешке "1890-1910 год". Да! Это он! Точно он!
   Радостно дернув руку к журналу, я резко остановился, так и не коснувшись вожделенного корешка с золотой гравировкой.
   А вдруг это ловушка! - любезно заявила мне моя горячо любимая паранойя. Не только ты, Северус, славишься своей предусмотрительностью. По сравнению со стариком ты просто несмышленый младенец.
   Вняв совету обострившейся паранойи, следующие минуты четыре я провел размахивая палочкой над нужным журналом и стеллажом в целом.
   Проверив наличие сигнальных и охранных чар, и убедившись, что все чисто, я взял журнал с полки и запихнул его под мантию.
   Обратно в свою комнату я не шел, а просто летел на крыльях, позабыв об осторожности. Удалось! Мне удалось!
   Ворвавшись в свою комнату и тщательно заперев двери, я уселся на кровать, достал "позаимствованный" из библиотеки журнал и с трепетом его открыл.
   Спустя пару минут меня постигло легкое разочарование - это был не секретный архив Дамблдора, а именно те самые обычные списки учеников, строго разделенные по годам и факультетам. Пролистав весь журнал, и так и не найдя в нем ничего интересного кроме списков, я закрыл его и задумчиво почесал лоб.
   Что-то тут не так! Раз Дамблдор уничтожил этот журнал перед своей смертью, значит в нем было что-то, что он посчитал себе угрозой. А раз так, значит нужно обследовать, облазить, обнюхать и если нужно облизать этот журнал от корки до корки. В прошлом старика слишком много белых пятен. Жаль, что на это сейчас нет времени. Скоро ЗОТИ и мне вновь придется изображать прилежного ученика.
   Журнал я запрятал на самое дно чемодана. Не думаю, что старик его хватится. Почти сотню лет ему не было до него дела. Я не сомневаюсь, что в этом журнале что-то есть. Но сильно сомневаюсь, что это что-то серьезное, представляющее для старика реальную опасность. Если бы это было так, то Дамблдор уничтожил бы его гораздо раньше. В 1997 он готовил свою героическую гибель и просто подчищал последние хвосты, способные бросить хотя бы призрачную тень на величайшего светлого волшебника современности. А заодно он подготавливался к своему триумфальному возрождению, после того как Мальчик-без-мозгов исполнит, любезно состряпанное Дамби же, пророчество.
   Забрав с кровати свои часы, я откинул крышку и посмотрел на время. Быстро я управился. До ЗОТИ еще целых пятнадцать минут. Вновь переться в аудиторию впереди всего курса мне было лень.
   Вынул палочку, и задумчиво почесав ею подбородок, я посмотрел на испорченную мантию. Бытовая магия не моя стихия. Ко мне обращаются, когда надо что-то сжечь, а не починить.
   Ну да ладно! Если хочешь быть хорошим магом, то надо усвоить, что лишняя практика, лишней не бывает.
   Ободренный этим простым правилом, я аккуратно разложил испорченную мантию на полу и вскинул палочку.
   Первые три попытки привели к тому, что белые пятна переползли на грудь, затем наверх, словно причудливый воротник, а после третьей попытки белыми стали рукава мантии.
   Четвертая и пятая попытка привели к тому, что моя пострадавшая мантия стала напоминать магловский военный камуфляж.
   После шестой, мантия стала в черно белую полоску, словно морская жилетка.
   После седьмой попытки, на месте испорченной мантии осталась только горстка пепла, ибо практика по бытовой магии меня окончательно достала.
   Снова сдвоенные занятия и снова Гриффиндор, будь он неладен.
   Флитвик был одним из немногих преподавателей ЗОТИ оставивших о себе добрую память. Постоянная чехарда с преподавателями защиты не могла не сказаться на качестве знаний учеников. Про то, что творилось во времена учебы в Хогвартсе "последней надежды света", и вспоминать не хочется (впрочем, Клыкастый и лже-Грюм были неплохи). Слава Мерлину, что Поттеру хватило мозгов (странно, но факт) почерпнуть хоть какие-то знания самостоятельно.
   Флитвик собрал нас на третьем этаже, в том самом Запретном коридоре. Именно здесь находилась специальная аудитория для занятий ЗОТИ. Это потом, благодаря стараниям Дамблдора, ЗОТИ приходилось преподавать в обычных классах, а показательные дуэли устраивать в Большом зале.
   Аудитория ЗОТИ представляла собой длинный и довольно широкий зал, чем-то напоминающий Большой, но немного скромней. Школьные парты находились вдоль стен, а все центральное пространство зала было свободно. На сверкающем мраморном полу были вычерчены защитные руны.
   Грифы и змеи выстроились вдоль стен, друг против друга, словно изготовившиеся к битве вражеские армии.
   - Все собрались? Значит можно начинать. - Флитвик неторопливо прошелся по залу. - В этом году наш многоуважаемый директор так и не нашел преподавателя ЗОТИ и поэтому я временно взялся вести этот курс. К сожалению, вынужден констатировать, что уровень преподавания Защиты в последние годы неуклонно снижается, - практически озвучил он мои мысли. - Сегодня мы проведем день дуэлей, чтобы я посмотрел на каком уровне находятся ваши знания предмета.
   Маленький преподаватель взмахнул палочкой, и руны на полу налились изумрудным цветом, очерчивая дуэльное поле. Эх, Дамби, как ты мог закрыть эту аудиторию. Благодаря этим милым рунам, только здесь ученики могли швыряться сильнейшими заклинаниями, не боясь покалечить или убить соперника.
   - Думаю, что начнем со старост, - сказал Флитвик. - Пусть они покажут пример остальным. Разрешены любые заклинания кроме непростительных и темномагических выше среднего уровня. Впрочем, ни первого, ни второго вы и знать-то еще не должны... Мистер Уилкис, мистер Люпин!
   Уилкис и Люпин заняли места в разных концах зала. Настоящая магическая дуэль происходит именно так, чтобы там себе ни воображал в свое время Локхарт.
   - Достали палочки! - приказал Флитвик, поднимаясь на кафедру возле дальней стены. - Поприветствовали друг друга! Напоминаю, что выход из защитного круга считается за поражение. Начали!
   Дуэль между Люпином и Уилкисом вышла довольно интересной. Может я и не люблю мародеров, но должен признать, что Люпин среди них единственный небезнадежный маг. Звезд с небес он может и не хватал, но всегда был крепким середнячком. Также как, впрочем, и Уилкис.
   Арсеналом атакующих заклятий оба похвастаться не могли, а потому перебрасывались в основном Ступефаями и простенькими проклятиями: вроде Слагулус Эрукто, которое в шутку называют "Ешь слизней".
   Наконец, один из отраженных Протео Люпина Ступефаев полетел прямиком в Уилкиса, тот успел отскочить в сторону, но слегка растерялся и пропустил усыпляющее заклинание Люпина. Староста Слизерина повалился на пол и захрапел.
   Грифы оживились, Змеи слегка расстроились. Оливия стала поглядывать на Лили, нетерпеливо поигрывая палочкой. И взгляд подружки Уилкиса не предвещал второй старосте Гриффиндора ничего хорошего.
   - Мисс Брин, мисс Эванс! - Уилкиса, сраженного подлым гриффиндорским ударом, унесли из круга, и Флитвик вызвал следующую пару.
   Вторая дуэль продолжалась недолго. После команды Флитвика, разозленная Оливия просто засыпала Лили градом заклинаний. И хотя среди них также не было ничего серьезней Ступефая, Лили приходилось тяжко. Оливия творила одно заклинание за другим и просто не давала ей времени на контратаку. Продержалась Лили секунд тридцать, а затем Оливия просто выбросила ее из круга.
   Лили упала на пол. К ней тут же подскочил Поттер и помог подняться. Вот гаденыш! Успел раньше меня, да и Лили неудачно (для меня) упала прямо ему под ноги.
   Оливия, под аплодисменты Слизеринцев, гордо покинула круг и стала приводить в чувство все еще похрапывающего Уилкиса.
   - Мистер Поттер, мистер Кэрроу! - возвестил Флитвик.
   Вот ведь невезуха, а я так надеялся, что тушка Поттера достанется мне!
   Эта дуэль завершилась дружеской ничьей. Спустя пару минут, оба противника зарядили друг в друга особо мощными Ступефаями и чуть ли не синхронно вылетели из круга.
   Флитвик продолжал зачитывать фамилии. Ученики входили в круг дуэлей. Кто-то потом выходил, кого-то выносили и над ним колдовали приятели, спеша привести его в порядок. Я скучал. Что я, прошедший две жестокие войны, мог вынести из этой детской возни в песочнице?
   - Мистер Снейп, мистер Блэк!
   Каюсь - был неправ. Сегодня звезды мне решительно благоволят, - мысленно восхитился я, входя в дуэльный круг (по форме, правда, дуэльная площадка была овальной).
   И где же наша жертва? А вон она встала в противоположном конце зала.
   Блэк выглядел расслабленно и смотрел на меня как на пустое место. У этого поганца даже хватило наглости (скорее глупости) ухмыляться. Впрочем, все это была лишь показная бравада. Блэк любит играть на публику.
   Придется мне изменить своим принципам и устроить ему показательную порку (сугубо в воспитательных целях).
   - Поприветствовали друг друга! - сказал Флитвик.
   Блэк поморщился, словно целиком съел лимон, и слегка склонил голову. Я сложил руки на груди и лишь презрительно улыбнулся.
   - Начали!
   Блэк решил не мелочиться. Доступ к родовой библиотеке и кодексу научили паре сильных фокусов даже позор рода подобный ему.
   Едва Флитвик отдал команду, в меня полетел вполне приличный Экпульсо. Стоит прозевать этот милый лучик и эффект будет сродни взрыву магловской гранаты.
   Не двинувшись с места, я небрежно отразил его Протего. Никакиких невербальных чар я вновь решил не использовать. Незачем светить свои подлинные знания перед таким количеством свидетелей.
   Следующими прилетели сразу два Ступефая, но от них я просто уклонился. Причем сделал это все также стоя на месте. Первый ступефай я пропустил, просто отклонив голову в сторону, а чтобы пропустить второй, пришлось слегка качнуть бедрами.
   Дальнейшая дуэль проходила в том же духе. Блэк надрывался, выкрикивая заклинания. Я отражал их Протего или уворачивался, стараясь по возможности стоять на месте, и не атаковал. Блэка это жутко бесило. Он стал аж пунцовым от злости. Не прекращая посылать в меня заклинания, мародер двинулся прямо на меня.
   Приглашающе поманив Блэка рукой, я картинно зевнул. Разумеется, все это попахивало дешевым выпендрежем, но я ничего не мог с собой поделать.
   Гриффиндорцы кричали что-то подбадривающее Блэку. Слизеринцы делали ставки (надеюсь, что на способ, которым я побью Блэка).
   Блэк был уже в шагах десяти от меня. Отражать атаки на такой дистанции стало весьма сложно, и я нанес свой удар.
   - Экспеллиармус! - палочка Блэка отлетает в сторону. - Левиускулус. Локомотор.
   Обезоруженный Блэк взлетел в воздух. Подчиняясь движению моей палочки, он сделал круг над моей головой и с небольшим ускорением полетел прямо в Поттера. Стоило его телу миновать круг защитных чар, как мое заклинание спало, но Блэк по инерции пролетел оставшееся расстояние и врезался в не успевшего среагировать приятеля.
   Падая под весом Блэка, Поттер ухватился за Хвоста, но тот не устоял на ногах, и вскоре на полу образовалась куча-мала из тел трех мародеров.
   - С-с-снейп... - полузадушено прохрипел Блэк. В этот раз честь оказаться в самом низу досталась ему.
   - Знаю, знаю. Ты меня убьешь. Если бы мне давали галеон за каждое такое обещание, то я бы удвоил свое состояние, - презрительно бросил я и добавил, не удержавшись от укола: - Интересно, а почему ты влетел именно в Поттера? Неужели слухи правдивы и у вас и вправду роман?
   - Мистер Снейп извольте прекратить этот балаган, - грозно отчитал меня подскочивший к нам Флитвик. - Десять балов Слизерину, за отличное знание мистером Снейпом предмета. И минус десять балов за неспортивное поведение.
   Я равнодушно пожал плечами и вышел из круга дуэлей. Кубок школы интересовал меня, когда я был деканом Слизерина, а теперь мне на него плевать.
  
   За дельнейшими дуэлями я не особо наблюдал. Эйвери довольно жестоко отделал Хвоста (лучше бы он его убил). Макдональд победила Роули. Хотя, по-моему, тот ей просто поддался - он всегда питал слабость к рыжим. В целом Слизерин одержал победу по очкам. Что не удивительно. Гриффиндор это все же факультет храбрецов. Такие мелочи как сила и знания грифов никогда не интересовали - это их факультетская традиция. Мужество, доблесть и отвага - три признака гриффиндорца... и алкогольного опьянения.
   Напоследок Флитвик задал написать к следующему уроку небольшое эссе по патронусам, и это наводило на мысль, что несколько следующих занятий будут посвящены именно этим довольно сложным чарам. Хех, а ведь всего через десять лет это заклинание будут преподавать только на шестом-седьмом курсах.
   Занятия закончились, ученики стали расползаться по своим делам. Я поспешил исчезнуть из аудитории ЗОТИ до того как горевшие жаждой мщения мародеры доберутся до моего тела. Я ведь тоже не железный, будут слишком доставать, могу и Авадой ударить.
   - И к чему был этот спектакль на зельеварении? - спросила Лили, догнав меня в коридоре.
   - Ты о чем?
   - Зачем ты сказал Слагхорну, что зелье взорвалось по твоей вине? Я-то прекрасно помню, что никаких дремоносных бобов у нас на столе не было, - сказала она. Нечто подобное я и предполагал. Лили, в отличие от мужской половины Гриффиндора, прогрессирующим слабоумием не страдала.
   - Всегда ценил тебя за наблюдательность.
   - Не увиливай от вопроса, Северус!
   - Мне просто стало скучно, а Блэк предоставил прекрасную возможность улизнуть с остатка урока, - равнодушно сказал я, пожав плечами.
   - Блэк?! Так это была очередная шуточка мародеров! Они хотя бы знают сколь опасно стороннее вмешательство при изготовлении зелий!? - возмутилась Лили.
   - Все закончилось относительно благополучно, а с Блэком я посчитался на ЗОТИ. Хотя я сильно сомневаюсь, что урок пойдет ему на пользу.
   - Летел он весьма красиво, - неожиданно хихикнула девушка. - Правда до этого из круга дуэлей не менее красиво вылетела я, - слегка поморщилась она.
   - Тебе нужно больше практиковаться в ЗОТИ, а не сидеть над книгами. Отличное эссе не замена скорости реакции и быстроты плетения.
   - Да знаю я, - вновь поморщилась Лили. - Но где мне практиковаться и с кем? - Она задумчиво посмотрела на меня и спросила: - Сев, а ты не мог бы помочь мне с практикой?
   - Я рад, что ты понимаешь мои "тонкие" намеки, - усмехнулся я.
   - Ах ты хитрый и коварный...
   - А также одаренный, гениальный, а главное скромный Слизеринец. Спасибо Лили, я все это прекрасно знаю.
   - Нет, летом ты точно головой ударился, - она сокрушенно покачала головой. - И когда мы начнем?
   - Со следующей недели. Тебя это устроит?
   - Спасибо Сев, ты настоящий друг.
   Друг... Я криво улыбнулся. Быть просто другом - для меня это слишком мало. Надеюсь, что когда-нибудь ты это поймешь.
   - Ты сейчас в библиотеку? - спросил я.
   - Да. Пока есть время, надо написать эссе по патронусам.
   - Тогда я с тобой.
   Не то чтобы я рвался делать задание по ЗОТИ, но более делать мне было совершенно нечего. И это притом, что дел накопилось немеряно. Даже изучение позаимствованной из библиотеки тетради лучше отложить до первых выходных, когда мне никто не будет мешать.
   В библиотеке мы оказались единственными посетителями. Оно и понятно, не у всех была Лилина любовь к учебе. Большинство учеников справедливо полагали, что делать заданное надо не в вечер после урока, а в вечер перед ним.
   Вежливо поздоровавшись с мадам Пинс, мы прошли мимо ее стола. Приметив небольшую пачку свежих газет, я перехватил утренний номер "Пророка" и направился следом за Лили.
   Устроившись в небольшом укромном закутке, коих было немало в этом книжном лабиринте, мы приступили к работе. Свежий номер "Пророка" я оставил неподалеку от Лили, так чтобы ей была прекрасно видна статья на первой странице.
   При всех неоспоримых достоинствах у Лили есть и недостатки. Один из них это общая беда всех маглорожденных магов - плохая осведомленность о мире, частью которого они теперь являются. Слава Мерлину, что хотя бы про домовиков Лили в курсе, а то бы сражалась за их свободу похлеще Грейнджер. Но это незнание не вина маглорожденных, тут я был совершенно искренен с Волдемортом. Маглорожденным никто даже не стремится разъяснить, почему Магический мир устроен так, а не иначе. Отсюда и возникает львиная доля проблем во взаимоотношениях между чистокровными, полукровками и маглорожденными. Проблем, которых можно было и избежать.
   Вторым недостатком Лили была потрясающая своей наивностью вера в непогрешимость Дамблдора и правильность его идей. Даже не стань Эванс впоследствии Поттер, она бы оказалась в рядах Фениксов.
   Теперь же я планировал это изменить. И начинать надо уже сегодня, ибо большую часть времени Лили проводит в окружении гриффиндорцев, а потому завтра может быть уже поздно.
   Эссе мы закончили довольно быстро. Благо я прекрасно знал все необходимые нам книги. Хотя надо признаться, что я не столько писал эссе, сколько просто любовался девушкой.
   Отложив законченный свиток в сторону, Лили закрыла книгу. Ее взгляд тут же наткнулся на заботливо оставленный мною "Пророк". Девушка придвинула газету к себе.
   - Министерство приняло положение о дальнейшем снижении статуса секретности! - восхитилась она, изучая статью.
   Я презрительно фыркнул.
   - Ты не согласен с этим? - поинтересовалась Лили.
   - Прежде чем ответить на этот вопрос, я хочу тебя спросить: ты мне доверяешь?
   - А это тут причем? Конечно, я доверяю тебе, Сев.
   - Тогда закрой, пожалуйста, глаза на минуту и не подсматривай!
   - Не понимаю, зачем тебе это нужно, и какое это имеет отношение к моему вопросу, но хорошо.
   Девушка закрыла глаза. Посмотрев по сторонам, я убедился, что в библиотечном закутке, где мы засели, никого нет. Вот и хорошо! Быстро достав палочку, я коснулся ею лба девушки, ставя небольшой мысленный блок. Теперь не стоит беспокоиться, что кто-то выудит этот наш разговор из ее головы. Нет, при желании и наличии времени мой блок можно обнаружить и сломать. Но это если только целенаправленно искать что-то подобное. Занятие это весьма утомительно и я не думаю, что Дамблдор будет этим заниматься. Директор слишком привык копаться в головах беззащитных учеников и не должен заметить подвоха.
   Долго блок не протянет, но на первое время хватит и его, а потом я всерьез займусь с Лили легилименцией. Незачем Дамби знать подлинное содержание наших бесед.
   - Ау! - воскликнула девушка, открывая глаза и потирая лоб. - Меня что-то укололо! Что ты сделал?
   - Ничего страшного или противоправного, просто небольшой фокус. Обещаю, что расскажу и даже покажу его тебе, когда мы начнем заниматься.
   - Хорошо, но не думай, что я забуду о твоем обещании! - пригрозила она мне, с подозрением косясь на мою палочку. - Ты не согласен с этим новым начинанием министерства? - вторично спросила она.
   - Нет, - поморщился я.
   - Открытие Магического мира могло бы принести множество пользы. Одно твое любимое зельеварение может спасти множество жизней! - с горячностью заявила девушка.
   - Это все лишь наивные мечты, не имеющие никакого отношения к реальности, - холодно возразил я. - Лили, во всей многомиллионной Британии магов от силы тысяч двадцать. Из них более половины владеют только бытовыми чарами и позабыли даже Хогвартскую программу. Две трети из оставшихся магов, тоже не представляют из себя ничего выдающегося.
   Те вещи, что действительно не имеют аналогов у маглов, может создавать лишь весьма небольшая группа волшебников. К примеру чтобы обеспечить все магловские больницы обычным Костеростом все эти волшебники должны трудиться сутки напролет, да и то на всю Британию зелья не хватит. Ладно, допустим мы найдем способ производить зелья в промышленных масштабах, словно магловские таблетки. Но возникает второй вопрос, а где брать ресурсы, чтобы обеспечить всех страждущих? Проблем нет только с обычными растительными ингредиентами. А как же магические растения и животные? Для того чтобы обеспечить массовый выпуск волшебных зелий придется пустить под нож всех драконов и прочую волшебную живность. А после Войны с Гриндевальдом ее и так очень мало осталось.
   Именно поэтому мы не можем открыться миру маглов. Нам нечего ему предложить. Более того, я считаю, что это просто опасно. Маглы не любят все непонятное. Надо будет, они магам все обиды прошлого припомнят. Раскопают и припомнят! И Десять казней египетских - причиной которых была одна из первых крупных магических войн. И Черную смерть - чье победное шествие началось из-за неудачного ритуала одного из сильнейших восточных некромантов того времени. Стоит открыться хотя бы этому, и на нас запишут все войны и катастрофы. И те в которых маги действительно виноваты, и те к коим не имеют никакого отношения. Маглы уничтожат нас, как угрозу их миру. И они буду не так уж и неправы.
   - Ты сгущаешь краски, - Лили помрачнела и нервно передернула плечами, но я видел, что она всерьез задумалась над моими словами. Да, они слегка нарушали картину привычного ей мира и противоречили всему, что она слышала все эти годы. Но делает ли это их ложью?
   - Возможно, что все будет не так плохо, - не стал спорить я, пока с нее достаточно. - Сильные маги станут обслугой магловской элиты. Слабые будут заниматься производством мелких магических поделок на потеху маглов: вроде тех же шоколадных лягушек. Но нужна ли нам такая судьба?
   Мне почему-то вспомнились близнецы Уизли. Несмотря на хаос, творимый ими в Хоге во времена ученичества, это были, наверное, самые одаренные волшебники из рыжего семейства. Но на что они пустили свой талант? Лучше гибель, чем подобная деградация магического искусства.
   - Почему же Дамблдор поддерживает эти начинания Министерства? - спросила Лили.
   - Не знаю. Никто не застрахован от ошибок. Дамблдор великий волшебник, но он уже стар... - Не стоит ей пока показывать, как я на самом деле отношусь к старику.
   - Раз Дамблдор и Министерство не видят в большей открытости угрозы, то это значит, что у них есть план, - сказала Лили, но вот уверенности в ее голосе не чувствовалось.
   - Все может быть, - Разговор пора было заканчивать. Посмотрев на часы, я поднялся из-за стола. - Мне пора на отработку к Слагхорну. Увидимся завтра.
   - До завтра, Сев, - задумчиво кивнула девушка. Наш разговор явно запал ей в душу. Большего и не надо, к нужным выводам она в состоянии прийти сама.
   Как это не странно, но на пути в подземелья меня не поджидала засада мародеров. Они что, решили провести перегруппировку сил и подумать? Хотя о чем это я: мародеры и подумать - вещи несовместимые.
   Достигнув дверей кабинета зельеварения, я деликатно постучался и вошел.
   - Северус? Что ты здесь делаешь? - вышел из подсобного помещения Слагхорн.
   - Пришел на отработки. Вы же сами мне их назначили.
   - Ах, отработки. Я вам прощаю их, мистер Снейп. Сомневаюсь, что вы могли допустить такую нелепую ошибку. Решили покрасоваться перед мисс Эванс и взяли на себя вину за ее ошибку? Эх, молодость, молодость! Помню на одном из моих занятий будущий министр магии... - Слагхорн вновь занялся своим любимым занятием - пересказам историй, в которых фигурировал он и сильные мира сего. Я вновь нацепил на лицо подобающую обстоятельствам заинтересованно-восторженную мину. Мне оно ничего не стоит, а декану приятно. - Через неделю я возобновляю работу клуба, - сказал Слагхорн, закончив свое повествование. - Надеюсь увидеть и вас.
   - Всенепременно, профессор, - я кивнул головой, скрывая гримасу. Этот "Клуб слизней" - пустая трата времени. Но отношения с деканом Слизерина лучше не портить. Он хоть и выглядит добродушным и веселым толстячком, но на самом деле весьма злопамятен. Сильно навредить он не сможет в силу своей осторожности, граничащей с трусостью. А вот попортить кровь - запросто.
  

Глава 13. Что день грядущий нам готовит?

  
   День начался с утреннего объявления Дамблдора. Ученики бодро поглощали завтрак. В этот раз эльфы не стали испытывать терпение юных магов и приготовили не кашу, а вполне приличное овощное рагу.
   В конце завтрака Дамблдор поднялся со своего места. Окинув зал своим излюбленным взглядом отца народов, он посмотрел прямо на меня.
   - Сегодня у меня есть небольшое объявление, - начал Дамблдор. Я едва заметно поежился, что-то мне это не нравится. - Согласно пункту девяносто восемь устава Хогвартса, подпункту "о привилегиях древних фамилий" мистеру Снейпу... Прошу прощения, - директор замялся и сделал вид, что немного смущен. - Лорду Снейп-Принц предоставляется отдельная комната для проживания. Отныне преподавателям запрещено назначать ему отработки. Все наказания за нарушения лордом Снейп-Принц правил школы, буду назначать ему лично я. Также лорду дозволяется покидать Хогвартс во время выходных, не спрашивая разрешения у декана своего факультета. У меня все!
   Дамблдор сел. А моя скромная персона стала объектом внимания всего Большого зала. Я мысленно поаплодировал старику.
   Чертов сукин сын! Гениальный сукин сын! Каким позабытым во времени годом датируется этот закон, старик? Старый Снейп сейчас бы раздулся от гордости. Смотрите мол, какой Я значимый! Что поделать, тщеславен я был в эти годы, тщеславен. Да, если признаться, таковым и остался. Про школьные времена и вспоминать не хочется, я столь стремился доказать окружающим свою значимость, что мое вступление в ряды Пожирателей было лишь делом времени.
   Но старик великолепен! Каков хитрец! С одной стороны он выказал мне свое расположение, а с другой... недоброжелателей у меня теперь прибавится. Даже среди слизеринцев. Особенно среди слизеринцев! Выскочек нигде не любят. Лорд там или не лорд. Нет, в лицо-то мне это никто не выскажет, но вот шептаться за спиной будут. Разумеется, кое-кто будет набиваться в друзья, но к черту таких друзей.
   Вот характерный пример действий старика. Стоит ученику слегка заинтересовать Дамблдора, и он тут же пихнет ему под нос сладкую, хрустящую морковку. О, он найдет морковку для каждого! Например, для младшего Поттера это был квиддич. Самый молодой ловец! Отец бы тобой гордился! Ура, ура! Гром аплодисментов и толпа преданных фанатов, которые весьма плохая замена настоящим друзьям. Единственным настоящим другом Мальчика-которого-все-пытаются-использовать можно было назвать только Грейнджер, но вряд ли у Поттера хватило бы мозгов это понять.
   День прошел весьма нудно (гербология до и после обеда), но довольно быстро. Отстрадав положенные занятия - хорошо, что сегодня у нас были не сдвоенные пары - я направился осматривать выделенные мне "добрым директором" апартаменты.
   Мои новые комнаты, а их оказалось три: спальня, гостиная и рабочий кабинет, весьма напоминали мне мою старую учительскую берлогу. Даже мебель была похожа.
   Заперев дверь, я достал палочку и стал тщательно проверять свое новое пристанище.
   В гостиной было чисто... почти. Что-то мне не нравилось в самой входной двери. Но я никак не мог понять, что именно меня беспокоило.
   Обычная деревянная дверь, никаких скрытых сюрпризов в ней не было. Единственное украшение - круглая медная ручка с встроенным замком.
   Если только...
   Усмехнувшись, я направил палочку на дверную ручку.
   Да! В довесок к замку на ручке лежали весьма хитрые чары. Не будь у меня моей горячо любимой паранойи, приобретенной за долгие годы карьеры двойного агента, то я бы их и не заметил. Чтобы открыть дверь нужно повернуть дверную ручку, но стоит ее коснуться и она тут же срисует ауру вошедшего или вышедшего из моих комнат. В случае нужды добрый дедушка просто прогуляется возле моей новой комнаты и случайно дотронется до дверной ручки своей палочкой. Затем у себя в кабинете он при помощи омута памяти получит подробнейшее представление, кто и когда входил или выходил из моей комнаты.
   Слабое место заклинания - дверь можно открыть и палочкой, но настолько ленивых магов просто не бывает.
   Закончив проверку гостиной, я перешел в рабочий кабинет. Черт! То ли старик прекрасно знает все мои привычки, то ли он тоже пришел из будущего. Рабочий кабинет был практически идентичен моему кабинету во времена преподавания в Хоге. Большой массивный стол с единственным стулом (гостей в своих комнатах, а тем более в рабочем кабинете, я не терпел), два огромных стеллажа под книги, закрытый шкаф для хранения ингредиентов. Добавился разве что массивный пюпитр, словно просящий чтобы на него водрузили Кодекс Рода.
   Старик что, и вправду надеется, что я совершу подобную глупость? Нет, я подумывал взять Кодекс в Хогвартс, но после размышлений решил отказаться от этого и запер его в родовом хранилище.
   Рабочий кабинет, как это ни странно, оказался чистым. Я досконально изучил каждый предмет, каждый закуток, но ничего подозрительного так и не нашел... Моя горячо любимая паранойя тут же встала на дыбы и заявила, что это-то и подозрительно! И я с ней был совершенно согласен.
   Обследовав кабинет во второй раз и так ничего и не найдя, я все же слегка успокоился. Старик вполне мог оставить эту комнату и без скрытых подарков, что вовсе не означает, что таковые не появятся тут в дальнейшем.
   Спальня меня не разочаровала, и не в плане убранства. Скрытых сюрпризов тут оказалось пруд пруди. В стене слева от двери обнаружился тщательно замаскированный тайный ход. Причем на нем стояли весьма сильные маскировочные и сигнальные чары. А это значит, что мне им воспользоваться не светит. Дамблдор это тут же засечет, и у него появятся ненужные вопросы по поводу моих способностей. А мне оно надо? Вступление в наследие рода - это замечательно, но вот знание некоторых магических техник моего старого учителя-врага это не объяснит.
   Да, в положении двойного агента были не только минусы, но и плюсы. Немного, но они были. И Дамблдор и Волдеморт лично поднатаскали меня, особенно в плане различных шпионских заклятий. А обострившаяся с годами паранойя заставила довести эти знания до совершенства. Я бы вполне потянул на Мастера Шпионских чар, но такого звания в магическом мире нет.
   На тайном ходе сюрпризы не закончились. За второй стеной спальни обнаружился параллельный стене ход. Могу поспорить, что там и без всякой магии есть отличное слуховое окно. Хотя...
   Неторопливо подойдя к большому настенному зеркалу, я вскинул палочку. На зеркале также оказались хитрые чары. Находясь в скрытом за стеной коридоре, через это зеркало можно видеть все, что происходит в моей спальне. Вот ведь старый извращенец!
   Санузел и душевая оказались чистыми, видимо какие-то остатки совести у Дамби все же остались. Хотя лично я в этом сильно сомневаюсь.
   Так! В первую очередь надо озаботиться безопасностью своего нового пристанища. Плохо, что мне нельзя использовать ничего сильней среднего уровня. В том, что я накладываю на свои покои защитные чары, нет ничего странного - все ученики так делают. А вот если эти чары будут слишком сильными, у Дамблдора опять же появятся ненужные вопросы.
  
   Установив стандартные чары от прослушивания и нежелательного проникновения, я поставил на все комнаты простенькую защиту.
   Самой большой головной болью был Тайный ход. Зачарован он был весьма дельно. Ничего магического ни с ним, ни рядом с ним не сделаешь.
   Я задумчиво осмотрел спальню. Мой взгляд зацепился за массивный комод из красного дерева. Усмехнувшись, я взмахнул палочкой и сдвинул его к тайному ходу. Так чтобы комод перекрыл две трети хода - это не должно вызвать подозрений.
   Вытянув из рукава мантии шовную нитку, я натянул ее между стенкой комода и стеной, и надежно закрепил. Если комод сдвинут с места, нитка порвется, и я узнаю, что кто-то бывал в моих покоях. Элементарнейший магловский прием и никакой магии. Посмотрим, как ты справишься с этим, старик.
   Закончив с защитой, я перенес свои вещи в новые комнаты. Петр окинул нашу новую квартирку задумчивым взглядом и довольно каркнул.
   И все же интересно, как Дамби подобрал обстановку мне по вкусу.
  
   Интерлюдия
  
   Днем ранее
  
   Эйлин Снейп мыла посуду на кухне, когда длинный и противный звук дверного звонка разрезал тишину пустой квартиры. Вытерев мокрые руки о свисавшее с плеча полотенце, она направилась открывать двери припозднившемуся визитеру.
   Открыв дверь, Эйлин замерла. На пороге квартиры стоял Дамблдор.
   - Директор?! Что-то с Северусом?! - разом побледнела она.
   - Здравствуй Эйлин. Не беспокойся с твоим сыном все хорошо. Вот был в ваших краях и решил зайти проведать свою старую ученицу, которая теперь также приходится матерью одного из лучших моих учеников, - немного напыщенно произнес Дамблдор, оглядывая скудную прихожую.
   - Рада вас видеть, директор. Прошу вас, проходите, - сказала Эйлин, жалея об оставленной на кухне палочке. Она не страдала болезнью излишнего доверия, особенно по отношению к Дамблдору. Впрочем, Эйлин Снейп прекрасно понимала, что от ее магии сейчас мало толку. Даже в свои лучшие годы ей бы не удалось справиться с директором.
   - Может чаю? - спросила Эйвилин, проводив нежданного и незваного гостя на кухню.
   - Буду тебе весьма признателен, девочка моя. Денек выдался холодным, а это весьма плохо для моих старых костей.
   Стараясь скрыть охватившую ее нервозность, Эйлин разлила по чашкам чай.
   - Я должен с тобой серьезно поговорить о Северусе. - сказал Дамблдор, обманчиво лениво наблюдая за ее действиями. - Ты не заметила ничего странного в его поведении? Новые друзья, странные гости или отлучки?
   Задавая наводящие вопросы, Дамблдор ненавязчиво и мягко начал проникать в сознание женщины, чтобы самому найти ответы. Но увидел в ее ауре уродливые черные пятна, осознал опасность подобного вторжения для себя и поспешил остановиться.
   Посмертное проклятие, слухи не врали! - пораженно подумал директор, разглядывая перекореженную ауру еще не старой женщины. - Жаль, очень жаль. Она могла бы многое рассказать и стала бы прекрасным рычагом давления на Северуса.
   Не обратив никакого внимания на ответ Эйлин, Дамблдор отстраненно отпил несколько глотков чая из чашки. Он слишком хорошо знал силу посмертных проклятий и прекрасно понимал, что Эйлин Снейп вряд ли проживет дольше года.
   - Я, если ты не против, хотел бы осмотреть комнату мальчика? - дружелюбно улыбнулся Дамблдор, взяв себя в руки.
   - Разумеется, директор, - Эйвилин стоило большого труда выдавить из себя ответную улыбку.
   Проводив директора в спальню сына, Эйлин нерешительно замерла на пороге комнаты.
   Дамблдор оценивающе оглядел все убранство спальни. Заглянув в шкаф, он отметил несколько оставленных на верхней полке флакончиков с зельями. На другой полке были аккуратно разложены ингредиенты. Плотно закрытый крышкой и явно не пустой котел, рядом со шкафом, директор трогать не стал. Явно основа какого-нибудь высокоуровнего зелья - лучше не лезть, чтобы не испортить.
   - Вы закончили, директор? - спросила Эйлин.
   - Да, моя дорогая.
   Мгновенно выхватив палочку, Дамблдор поводил ею перед лицом Эйлин, стирая ей воспоминания последнего часа. Перешагнув через осевшую на пол женщину, он поспешил покинуть квартирку в Паучьем тупике...
  
   Конец интерлюдии
  
   Очередная лекция Флитвика навевала тоску. С начала учебного года не прошло и недели, но учеба успела мне порядком надоесть. Нет, я всегда любил учиться. Хороший маг обязан постоянно совершенствоваться, стремиться к новым знаниям, экспериментировать. Иначе он скоро станет просто средним магом.
   В этом, кстати, одна из бед чистокровных волшебников. Многие представители древних родов предпочитают не возиться с высшей магией. Изучат родовые магические техники и прекращают свое развитие как маги. А у некоторых и вовсе из всех способностей, только способность к просаживанию денег рода. Да, да - это я о Поттере и Блэке. Впрочем, не смотря на крупные магические войны (а может и благодаря им), вражда Древних Родов практически прекратилась. Даже родовые кровники уже не рвутся метать друг в дружку авады. Раньше от знаний лорда зависела его жизнь и жизнь его близких. Теперь же, как это ни парадоксально, именно знания делают тебя первоочередной мишенью в случае очередной крупной дрязги. Все игроки будут стремиться перетянуть тебя на свою сторону или убрать, чтобы ты не достался противоположной стороне. В таких условиях лучше быть живым и никому не интересным середнячком, чем выдающимся, но немножко мертвым Высшим магом. Можно конечно, как тот же Фламель, укрыться за надежными стенами родового поместья, стараясь лишний раз не высовываться. Но это отнюдь не гарантия выживания. Тот же Фламель это прекрасно понимал, поэтому и предпочел "доверить" хранение и защиту философского камня Дамблдору. Иначе бы этот великий и весьма умный маг рисковал бы не дотянуть до своего шестисот семидесятилетия. И я не рискнул бы делать ставку на то, кто прибил бы его первым. Дамби или все же Волди?
   Запреты последних лет так же весьма поспособствовали тому, чтобы чистокровные волшебники не рвались развивать родовые магические знания. Корни древнейших и благороднейших произрастают из Средних веков, а те времена не были рассветом гуманизма и человеколюбия. Большинство родовых техник имеют весьма характерный и отнюдь не светлый окрас. Впрочем, такова практически вся Высшая магия.
   Да, хороший маг обязан постоянно учиться. Но проходить второй раз весьма слабую программу Хогвартса - это выше моих сил! Хорошо теперь хоть личная лаборатория есть, можно занять себя хотя бы простенькими экспериментами. Спасибо дедушке Дамблдору за счастливое детство! С морковкой для меня старик угадал. Хотя, это же Дамблдор. Можно его ненавидеть, но глупо недооценивать.
   - Мистер Снейп! Наша новая хогвартская знаменитость, - нагло присвоил себе авторство моей фразы Флитвик. - Вы столь внимательно меня слушали, что не откажитесь продемонстрировать заклинание Патронуса всему классу.
   Крысеныш подобострастно хихикнул со своего места, но остальные мародеры его не поддержали и энтузиазм крыски быстро сошел на нет.
   Мародеры в последнее время вообще хмурые какие-то. Неужели переживают из-за назначенных отработок? И главное, что в очередную историю они встряли без моего участия... ну или почти без моего. Вчера кто-то из Равенкловцев (имя этого без сомнения достойного человека осталось мне неизвестным) обозвал Поттера и Блэка сладкой парочкой. Возможно (хотя я в этом сомневаюсь), шутник не имел в виду те грязные слухи, что в последние время бродят по Хогвартсу. Какой-то мерзавец посмел углядеть в дружбе Поттера и Блэка нечто большее чем дружбу! Из-за этих слухов Поттер и Блэк были слегка на взводе. Брошенная фраза стала началом крупной драки. Подлые мародеры с одной стороны, доблестные Равенкловцы с другой. В ход сразу пошли кулаки, а не палочки. Закончилось все с появлением Макгонагалл. Декан Гриффиндора не стала особо разбираться, с чего все началось, а просто назначила всем участникам потехи двухнедельные отработки у Флитча. Теперь, вместо очередных каверз, мародеры по вечерам вынуждены драить хогвартские туалеты. Работа под стать их способностям.
   Флитвик приглашающе махнул рукой. Подавив тяжелый вздох, я неспешно встал со своего места. Вот еще одна сторона Дамблдорского подарка - я стал объектом самого пристального внимания со стороны Флитвика и Макгонагалл. Похоже, что деканы львов и воронов поставили себе цель периодически спускать меня с небес на землю, чтобы я не слишком зазнавался. Нет чтобы к Дамби претензии выдвинуть!
   Выйдя в центр аудитории и встав рядом с Флитвиком, я поднял палочку.
   - Экспекто патронум! - произнес я, слегка изменив конечное движение палочки, а потому ничего не произошло.
   - Неправильно! - заметил мой промах Флитвик. - Повторяйте за мной.
   Еще несколько попыток так ничем и не закончились. Я постоянно совершал умышленные ошибки при взмахах палочкой, но Флитвик не унимался. Вместо того чтобы отправить меня обратно на место, он заставлял меня вновь и вновь повторять вызов патронуса.
   Скоро мне это надоело. Ладно, если декану воронов так приспичило поглядеть на моего патронуса, то пожалуйста. Вспомнив лицо умирающего Дамблдора (самое приятное воспоминание последних лет, исключая мое возвращение в прошлое), я вскинул палочку.
   - Экспекто патронум!
   С острия моей палочки сорвалась серебристое дымчатое облако. Осев на пол, оно приобрело форму волка. Не понял! А куда подевалась лань! Этот наглый волчара ее часом не сожрал? Волк высунул язык. Подошел ко мне и ткнулся призрачным носом мне в руку, я машинально погладил его по голове. Не смотря на призрачную форму, телесные патронусы вполне материальны, словно живые существа.
   - Телесный патронус, - кисло заметил Флитвик. - Поздравляю вас мистер Снейп, можете вернуться на свое место. Десять балов Слизерину. Кто хочет повторить успех мистера Снейпа? - спросил он, оглядев учеников...
   Мы с Лили в очередной раз сидели в библиотеке, делая домашнее задание. Точнее делала его только Лили, я же просто наслаждался ее обществом.
   - Давно хотела тебя спросить на счет всех этих слухов. А теперь еще и это объявление Дамблдора. Это все правда?
   - Да, я прошел ритуал в Гринготтсе и вступил в наследие рода.
   - Прости если обижу, - осторожно сказала Лили, - но я читала, что полукровка не может пройти подобную проверку.
   - Видимо никто из полукровок просто не пытался, - равнодушно пожал плечами я.
   - Это же опасный ритуал, Северус. Стоило ли так рисковать? Чистая кровь, древний род - кого это сейчас интересует.
   - Это интересует любого, кто занимается магией, - возразил я.
   - Что ты имеешь в виду? - нахмурилась Лили.
   - Не хочу об этом говорить, не думаю, что тебе это понравится.
   - Нет скажи! Я хочу это услышать.
   - Хорошо, ты сама этого захотела, - слегка поморщился я. Надеюсь, что этот разговор не станет причиной нашего нового разрыва. - Прошу только сперва выслушай меня до конца, и не обижайся. Знаю, что все эти бредовые магловские идеи про всеобщее равенство и прочее прочно обосновались и в магическом мире. Но все это полнейшая чушь. Этого нет и в магловском мире. Так, лишь видимость. А для мира магического это и вовсе нелепица. Маги не равны! Это не какой-то там снобизм чистокровных, а вполне реальный факт. Назови мне хоть одного великого маглорожденного волшебника. Таких нет! Маглорожденный может стать хорошим зельеваром, приличным колдомедиком, отличным артефактором, но Великим магом он не станет никогда. Даже редкому полукровке это под силу.
   - Ты считаешь, что маглорожденные хуже чистокровных? - зло процедила Лили, сверкнув глазами.
   - Да дело не в этом! - слегка разозлился я. - Лучше, хуже... Просто маглорожденные волшебники слабее чистокровных и неспособны к Высшей магии. Это реальность, глупо от нее прятаться. Это не делает маглорожденных ненужными Магическому обществу. Не всем дано быть гениальными художниками или великими музыкантами, но это не значит, что всем кроме избранных нужно запретить заниматься музыкой.
   - Магия не музыка!
   - Вот в этом то и дело, - вздохнул я, потерев лоб. Этот тяжелый, но необходимый разговор меня жутко нервировал. Как же ей объяснить помягче, чтобы не обидеть и не оттолкнуть? - Я считаю, что маги должны быть честными с маглорожденными, а не дарить им несбыточные надежды. Маглорожденный может стать лишь хорошим магическим ремесленником. Увы, но это так.
   - Хорошо. А как же вырождение древних родов? Скажешь что его нет? - хмуро заметила Лили.
   - К сожалению это есть.
   - Ага! - слегка оживилась девушка.
   - Но это не отменяет того факта, что маглорожденные волшебники неспособны к Высшей магии. Вырождение древних родов - это катастрофа! С древней кровью уходят и знания. И вовсе не потому, что гадкие чистокровные не хотят ими делиться. Для использования секретных родовых техник нужна кровь. К примеру, если уйдет Фламель, то мы потеряем секрет создания философского камня.
   - И что же делать?
   - Лили, ты задаешь вопросы, которые нужно задавать не мне, а министру магии.
   - Ну что бы сделал ты? - не унималась девушка.
   - Для начала я бы существенно изменил Хогвартскую программу обучения, - ответил я, после коротких размышлений. - Нельзя скрывать от маглорожденных волшебников истинное положение вещей. Еще я бы восстановил преподавание ряда старых дисциплин. Изменил ряд не столь давно принятых законов... Когда стану министром, вот тогда и посмотрим.
   Лили грустно улыбнулась моим последним словам и вновь насупилась. В эти годы ее увлечением была магия, а не придурок Поттер. Похоже, что Лили всерьез намеревалась стать Великой волшебницей. А мои слова только что лишили ее мечты. Рассказать ей про Обретенных или пока не стоит?
   - Значит, что без древней крови все усилия бесполезны? - обиженно спросила она.
   - Усилия и тяга к знаниям никогда не бывают бесполезны. - Я успокаивающе погладил девушку по руке. - Маглорожденный волшебник может встать у истоков в будущем Древнего рода. - Следовало добавить, что в весьма и весьма отдаленном будущем, ну да ладно. - Для этого, разумеется, надо весьма постараться не только ему, но и нескольким поколениям его потомков. Ни что в этом мире не дается просто так, в том числе и магическая сила...
   Выходные! Как много в этом слове, для сердца ученика. Для сердца учителя, кстати, не меньше, а то и больше. Два дня без малолетних спиногрызов - вот оно счастье!
   С этими радостными мыслями я ступил на главную улицу Хогсмита.
   Хогсмит называют деревушкой, но по сути это небольшой городок и самое крупное поселение магов в Британии. Возможно в Лондоне, с учетом диаспор, магов и больше, но они раскиданы по городу.
   Именно в Хогсмите проживает большинство полукровок и маглорожденых, решивших всерьез заниматься магией, но не работающих на Министерство.
   Хогсмит милое местечко, весьма уютное и тихое. Одно время я даже подумывал прикупить тут домик, но для этого пришлось бы забыть про эксперименты и связанные с ними траты. На это я пойти не мог.
   Мимо меня прошествовала раздражающе гомонящая группка третьекурсников. Да, Хогсмит весьма спокойное местечко, но на выходных на его улочки выплескивается волна учеников Хогвартса. И это единственный недостаток этого городка.
   Главная улица шла от вокзала до городской ратуши и пестрела витринами многочисленных магазинов и кафе. Одно время тут даже была лавка Оливандера. Но во время Восстания Гриндевальда знаменитое и весьма многочисленное семейство выбили едва ли не подчистую.
   Миновав "Три метлы" и "Сладкое королевство" - любимые пристанища Хогвартских спиногрызов - я свернул на узкую боковую улочку. Тут ютились магазинчики попроще: бакалейная лавка, пекарня и прочие. Волшебникам ведь тоже надо что-то есть.
   В конце улочки притаилось ничем не примечательная кофейня "У синей бутылки". Возможно, у этого места нет славной истории "Кабаньей головы" и выдающихся буф... в смысле внешних данных хозяйки "Трех метел", но именно эта кофейня стала моим излюбленным местом отдыха еще во времена учебы в Хоге.
   Тихое, спокойное местечко, с весьма умеренными ценами, вдали от лишних глаз. Здесь можно было ненадолго спрятаться от суеты внешнего мира. Не торопясь выпить ароматного кофе и спокойно почитать интересную книжку, не обращая внимания на редких посетителей.
   Сев за дальний угловой столик и заказав у подскочившего домовика кофе по-турецки, я достал спрятанный под мантией журнал. Вне стен Хогвартса ослабевала даже моя горячо любимая паранойя. Я еще не настолько заинтересовал старика, чтобы тот наблюдал за мной сутками напролет. И если в Хоге стоило быть предельно осторожным, то в Хогсмите можно чувствовать себя свободней. Сам старик со мной возиться не будет, а его шестерок я без труда вычислю. К тому же я их всех в лицо знаю, также как и ближний круг Волди.
   Единственная предосторожность, что я все же предпринял - это самодельная бумажная обложка, что скрыла под собой легкоузнаваемый кожаный переплет хогвартского журнала.
   Домовик принес поднос с туркой кофе и чашкой. Бодро запрыгнув на соседний стул, он поставил поднос передо мной. Аккуратно выложив в чашку пену, он осторожно долил кофе по стенкам чашки, следя за тем, чтобы не повредить пену. Закончив этот ритуал, домовик поклонился и с хлопком исчез, чтобы появиться рядом с пожилой парой за дальним столиком. Это были единственные посетители, помимо меня.
   Немного посмаковав отлично приготовленный кофе, я открыл журнал и углубился в чтение.
   Списки, списки, списки. Год, фамилия, имя, факультет, переведен, зачислен. Я внимательно их изучал, страница за страницей. Вчитывался в каждую фамилию и пытался вспомнить что-либо известное о ее обладателе. Чашка кофе давно опустела, домовик принес новую, затем еще одну и еще.
   Где-то на тридцатой странице я нашел и Дамблдора. В 1892 будущий великий белый волшебник поступил на, кто бы мог подумать, Гриффиндор. Интересно, а почему на Гриффиндор? Решил спрятать свои властолюбивые замашки среди храбрецов и глупцов. Если подумать, то это весьма хороший ход, достойный истинного Слизеринца.
   Год 1895. Все те же опостылевшие имена, фамилии.
   Хм. Оказывается, что в это же время учился дедушка Люциуса. Жаль, что у него ничего не спросишь, Люциус рассказывал, что его дед погиб во время войны с Гриндевальдом. Так, что там дальше? Дамби переведен на четвертый курс. В Хогвартс поступил его младший брат Аберфорт, нынешний хозяин "Кабаний головы" и хранитель экстренного пути эвакуации из Хога. Кстати, именно в этом достойном заведении Сивилла Трелони произнесла свое злосчастное пророчество, частично услышанное мной. Пророчество, которое стало причиной первого поражения Волдеморта и гибели Лили. Разумеется, это все было совершеннейшей случайностью, простое стечением обстоятельств и ничего более.
   Год 1896. Все то же. Большинство этих фамилий мне теперь как родные. Дамблдор переведен на пятый и назначен старостой. Аберфорт переведен на второй. Список первокурсников...
   Я подавился не вовремя отпитым глотком кофе и закашлял, расплескивая напиток из чашки. Третья строчка списка первокурсников гласила: Ариана Кендра Дамблдор, факультет Слизерин...
   Неужели это оно?! - думал я, машинально вытирая пролитый кофе рукавом мантии и судорожно вспоминая, что мне известно о младшей сестре Дамблдора.
   Единственной биографией, в которой подробно упоминались молодые годы старика (все остальные биографии этот кусок жизни величайшего светлого волшебника современности тактично обходили) была книга "Жизнь и обманы Альбуса Дамблдора" печально известной Риты Скитер. Эта госпожа, конечно, та еще лгунья, и всецело ей доверять не стоит, но в раскапывании горячих фактов и грязного белья она знает толк. Если мне не изменяет память, в книге Риты утверждалась, что сестра не могла держать свой дар под контролем... точно не помню. Но если это так, то откуда эта запись про учебу, да еще и на Слизерине!
   Пролистав страницы журнала, я открыл список второкурсников 1897. Ариана присутствовала и здесь. А вот в списке 1898 года ее фамилия была вычеркнута из списков учащихся. Интересно, весьма интересно.
   Ариана Дамблдор. Теперь я уверен - это именно то, что я так искал, и что старик хотел спрятать.
   Нужно вспомнить, что мне о ней известно. Вроде бы считается, что младшая сестра Дамблдора, трагически погибла в результате спонтанно вспыхнувшей дуэли между Дамблдором и Гриндевальдом. До этого именно она была повинна в гибели матери Дамблдора. Однако также утверждалось, что она в шесть лет перестала контролировать свою магию и жила, по сути, под домашним арестом. Но согласно школьному журналу передо мной, она училась в Хогвартсе, да еще и на Слизерине. У меня нет причины сомневаться в этих записях.
   Живых свидетелей тех лет осталось мало, но один и весьма осведомленный находиться у меня прямо перед носом. Пожалуй, самое время пропустить бутылочку сливочного пива в одном не слишком респектабельном пабе...
  

Глава 14. Несколько обычных выходных.

  
   Трактир "Кабанья голова" притаился в тупике небольшой улочки, отходившей от центральной улицы Хогсмита. Но в отличие от "У синей бутылки" об этом месте не знал только самый ленивый ученик Хога. Несмотря на свою мрачную репутацию чуть ли не бандитского притона, а во многом и благодаря ней, трактир пользовался популярностью среди старшекурсников Хогвартса. Этакое обиталище "плохих" парней, показатель взрослости и прочей подростковой чепухи. Девушку на свидание сюда, конечно, не приведешь, а вот завалиться в компании друзей - самое оно. Кстати, данное место было весьма любимо Мародерами.
   Старая дверь надсадно скрипнула, я вошел в трактир и огляделся. Н-да, все как всегда. Грязно. Свет едва пробивался сквозь давно немытые окна, везде царила полутьма. Земляной пол при ближайшем рассмотрении оказывается никаким не земляным, просто на нём лежит такой слой грязи... в общем, весьма милое местечко.
   В трактире было несколько посетителей, но это были не какие-то там темные личности, а ученики Хога и завсегдатаи. Цель моего визита в эту мечту магловской санитарной службы - Аберфорт Дамблдор, дремал за барной стойкой, возле которой крутился живой козел. О странной любви младшего Дамблдора к этим животным ходило множество слухов, порой весьма неприличного содержания.
   Я подошел к стойке и постучал по ней пальцем, привлекая к себе внимание. Аберфорт открыл глаза и сладко зевнул, прикрыв рот широкой ладонью. Затем он недовольно на меня покосился.
   - Сливочного пива, - сказал я, разглядывая брата Дамблдора.
   Из всех участников Ордена огненной курицы, Аберфорта я знал хуже всего. Он был редким гостем на собраниях, да и вообще мало участвовал в жизни ордена. Раньше мне казалось, что это из-за натянутых отношений между Аберфортом и Альбусом, но теперь я так не уверен. Возможно, что Дамблдор старший специально держал его в тени.
   Аберфорт хмуро засопел, вынул из-под стойки стакан замызганный, давно немытый и бутылку с пивом. Ловко открыв пиво, он поставил стакан и бутылку передо мной.
   Проигнорировав стакан, я взял бутылку и приложился к горлышку. Аберфорт с неприязнью на меня покосился, но я все также равнодушно потягивал пиво. Немного побуравив меня взглядом, он закрыл глаза и вновь задремал.
   Стоило ему сомкнуть глаза, как я начал аккуратно прощупывать его разум.
   Существует несколько видов легилименции. Самая простая - чтение того о чем человек думает сейчас. Для этого даже не обязательно лезть в его разум: достаточно просто интуиции. Второй уровень - это чтение недавних воспоминаний. Третий - просмотр воспоминаний далекого прошлого. Даже тех, которые человек вроде бы и не помнит. Теоретически можно прочитать даже воспоминания о пребывании в утробе матери.
   У подобного копания в чужих мозгах есть еще одна сторона: прочитанное воспоминание вспоминает тот у кого его прочитали. Неважно, помнил он о нем или нет.
   Потягивая пиво, я осторожно, шаг за шагом пролезал в разум Аберфорта. Легилименцию сложно описать словами. Если сами воспоминания ты видишь, словно магловский фильм, то их поиск сродни блужданию в темном лабиринте, наполненном неясными звуками и непонятными образами. Я не рассчитывал прямо сейчас найти там что-то ценное, а просто оценивал свои возможности и уровень его защиты разума.
   О Мерлин! Из разума Аберфорта я выскочил прежде, чем сумел в него толком влезть. Его память оказалась запечатана огромным количеством печатей: вроде тех, что я ставлю на Лили, если наши разговоры заходят в опасное русло. Но если мои печати были временными и тщательно сокрытыми, то тут они были прямо на виду. Словно грозное предупреждение: "Не лезь!". Да и сами печати внушали уважение: явно работа настоящего мастера! Н-да, задача только что усложнилась. Мягким прощупыванием подобную защиту не взять... жаль. Впрочем, отсутствие результата, тоже результат. Не сложно понять, кто столь яростно стремился оградить разум Аберфорта от чужого вмешательства. Что-то подсказывает мне, что дело тут вовсе не в братской заботе. Директору очень не хочется, чтобы кто-то копался в его прошлом. А значит, ему есть, что скрывать!
   Допив пиво, я положил деньги на стойку и быстро покинул "Кабанью голову".
   Неспешно шагая по центральной улице Хогсмита, я лениво разглядывал красочные витрины и размышлял. Ариана Дамблдор... Что же ты, старик, так стремишься спрятать? То, что она училась на Слизерине? Вряд ли: Слизерин всего лишь факультет, ни лучше и не хуже остальных. Его еще не успели облить черной краской, и его мрачная слава еще впереди. Кстати, позволю себе заметить, что в рядах Пожирателей было ничуть не меньше представителей других славных Хогвартских факультетов. Ну... кроме Гриффиндора, от него был только Петтигрю. Львята, по большей части, шли к ребятам из Аврората - на большее они все равно не годились.
   Погода начала стремительно портиться, небо заволокло серыми тучами, усилился ветер. Подругу Лили я категорически не перевариваю. Впрочем, она меня тоже не любит.
   Оставаться в Хогсмите более не имело смысла. Посмотрев на часы, я направился в сторону Хогвартса.
   После коротких размышлений, я направил свои стопы в библиотеку. Журнал надо вернуть на место, а то вдруг Дамблдор его все же хватиться.
   Библиотека была погружена в полумрак. Стояла тишина. Стол мадам Пинс был пуст. Как я и думал, ученики 1975 не отличались от учеников начала девяностых и вовсе не рвались гробить свои выходные в хранилище знаний.
   Мне же проще.
   Стена, рядом с входом в Закрытую секцию, привычно отъехала в сторону. Я вошел внутрь, достал спрятанный под мантией журнал и направился к уже знакомому стеллажу. Судя по слою пыли на полках, в этой части закрытой секции так никто и не появлялся.
   Несколько легких пасов и журнал охватило ровное изумрудное сияние. Заклинание стерло все следы моей ауры. Теперь невозможно установить, кто его брал в последнее время. Простая перестраховка, конечно, через два-три дня все следы ауры спали бы и сами. Впрочем, постоянная перестраховка - это не самая дурная моя привычка. Да и кому она мешала?
   Освобожденный из плена самодельной бумажной обложки журнал занял свое место на полке книжного стеллажа, а я спешно покинул библиотеку.
   В Зале трофеев меня ждала небольшая награда за не слишком удачный день. Мародеры за отработкой! Рогатый сосредоточенно натирал до блеска медный бок большого кубка. Блохастый, Крысеныш и Люпин протирали влажными тряпками столы, полки и постаменты (на любых отработках было запрещено использование палочек). Отрада глаз моих. Черт, я готов прослезиться от умиления! Эх, смотрел бы и смотрел. Правильно говорят, что бесконечно можно любоваться на три вещи: как течет вода, как горит огонь, и как другие люди работают. Сейчас сюда бы еще мягкое кресло, хорошую сигару и стакан огневиски. Мечты, мечты...
   Поттер закончил с кубком, отставил его в сторону и потянулся за следующим. Тут то он и заметил меня.
   - С-с-снейп! - прошипел он. В ответ я издевательски помахал рукой. У Поттера подозрительно задергалось левое веко, а его правая рука стала шарить в левом рукаве в поисках палочки.
   - Не буду мешать! Труд - он облагораживает! Хотя вам это не грозит, - гнусно усмехнулся я, спешно направляясь к выходу. Не то чтобы я боялся встрять в драку с Мародерами, просто мне было жаль тратить на нее свое время. Еще не хватало самому отработку получить. Дамблдор вполне может ее назначить "ради всеобщего блага", а у меня на завтра уже есть планы.
   Как это ни странно, но быстрее всех среагировал не Поттер, а Блэк. Блохастый не стал терять время на вытаскивание палочки, а просто метнул в меня мокрую тряпку. К счастью (для Блэка), от нее я увернулся.
   Даже не знаю, почему мне столь нравится выводить Мародеров из себя. Вроде и не мальчик уже давно (тело не считается) и должен быть выше этой детской возни, но ничего не могу с собой поделать. Видимо подсознательно я всю жизнь мечтал отыграться за свои школьные годы, и теперь просто не могу не воспользоваться подвернувшимся случаем.
   Остаток дня я провел у себя за варкой зелий. Как я уже говорил - для меня это был лучший способ, чтобы обдумать полученную из журнала инфрмацию. Результатом стал расплавленный из-за элементарной ошибки котел и дурное настроение на остаток дня - ничего дельного я так и не надумал.
   Над проникновением в память Аберфорта еще предстоит поломать голову. Видно, что Старик хорошо защитил свое прошлое. Теории тут можно выстраивать одна другой краше. Гадать можно бесконечно, а мне нужна правда, и только она.
   Спустя какое-то врямя я поймал себя на мысли, что всерьез прикидываю свои шансы на штурм Нурменгарда. Где томится еще один свидетель юных лет нашего добрейшего старика. Уж Гриндевальд-то должен что-то знать. Ведь именно в это время произошла их знаковая ссора с Дамблдором, которая и развела их по разные стороны баррикад.
   К сожалению, и от этого плана придется отказаться. Я реально оцениваю свои силы. С этими безрадостными мыслями я и завалился спать.
   В воскресенье, вместо того чтобы провести свой последний выходной, как это полагается приличному ученику, я покинул Хогвартс и направился к почте Хогсмита. Именно в этом ничем не примечательном на вид здании находился общий рабочий портал, благодаря которому я мог попасть в Лондон. Аппарировать на столь большое расстояние было весьма проблематично. Можно, конечно, преодолеть путь в две-три аппарации, но это крайне утомительно и довольно опасно. В идеале аппарировать нужно на небольшие расстояния и только в те места, которые тебе хорошо знакомы. Аппарация не прощает ошибок и лучше не рисковать. Страшные рассказы про неудачно аппарировавших волшебников, это не просто страшилки для юных магов. Они имеют под собой довольно серьезное основание. Даже мои постоянные перемещения из Лондона в Паучий умеренно опасны, но мне не привыкать. Стоит заметить, что случаев гибели от неправильно сваренных зелий ничуть не меньше, чем от неудачных аппараций.
   Аппарация, зельеварение, да и вся магия в целом не терпит пренебрежения и не прощает неумех. Следуй устоявшимся правилам или уповай на удачу, но последняя - дама крайне ветреная, капризная и непостоянная. Хотя, иногда именно тот, кто пренебрегает устоявшимися правилами, может совершить выдающееся открытие или настоящий переворот. Некоторым при этом удается еще и выжить...
   В здании почты было тихо. Крылатые почтальоны мирно дремали на своих насестах. За конторкой сидел маг в форменной мантии Министерства и скучающе листал журнал.
   - Что желаете, молодой человек? - спросил он, отложив журнал в сторону и чинно поправив отблескивавшее пенсне.
   - Лорд Снейп-Принц по делам Рода. Мне нужно в Лондон, - без предисловий сказал я, сразу пресекая множество лишних вопросов.
   - С вас пять сиклей, - чиновник сделал необходимую пометку в рабочем журнале, хотя это было скорее просто дань уважения всех чиновников к различным бумажкам. Вся информация об использовании стационарных порталов и так самостоятельно попадала на стол Министерства. Там для этого существует специальный отдел.
   - Приятного путешествия, - скучающе сказал чиновник, протягивая мне поднос с летучим порохом - необходимым дополнением для активации портального камня.
   Взяв щепотку пороха, я направился к камину.
   Достоверно неизвестно, кто впервые предложил использовать камины для создания портальной сети, но без сомнения этот человек был гением. Многие волшебники живут среди маглов. Иссеченный рунами портальный камень в их доме неизбежно привлек бы к себе ненужное внимание. А обычный камин, кого этим удивишь? Не смотря на все магловские навороты, камин в загородном доме некий признак статуса и вкуса. Для магов, проживающих в крупных городах, есть подобные этой почте общественные порталы. Секретность соблюдена, а маги получили в свое распоряжение прекрасную портальную сеть. Стоит заметить, что действует она только в пределах Англии. Для путешествия в другие страны будьте любезны использовать магловский транспорт. Ну, или метлу, но это только для помешанных на полетах извращенцев. Есть еще портключи и различные ухищрения вроде летающих карет, кораблей и прочее, но они слишком сложны и дороги для использования обычными магами.
   Ступив в портал, вышел я уже в Лондоне, в небольшом боковом зале, рядом с парадным холлом Гринготтса. Дежуривший в зале маг проводил меня в парадный холл, где ужа ждал работник банка. Как это ни странно, но вместо привычного Сербокрепса меня встретил какой-то другой гоблин. Разумеется, он представился, но его имя я так и не запомнил. Какой-то набор шипяще-рычащих звуков. Меня проводили в хранилище (чертовы тележки!), забрав Кодекс Рода, я покинул банк и аппарировал домой.
  
   Моя комната в Паучьем встретила меня идеальным порядком. На книжных полках не было ни пылинки. Свежее постельное белье пахло крахмалом. Даже сама неказистая комната казалась какой-то более уютной и светлой.
   Проверив котел с основой для Феликс Фелицис, оставленный в углу, и удостоверившись, что выдержка идет нормально, я вышел в гостиную.
   - Ма, я дома.
   - Северус? - раздался из спальни родителей столь знакомый и любимый голос матери. - Почему ты не в школе?
   - Меня отпустили на выходные.
   - Разве ученикам это не запрещено? - удивленно спросила она, выходя в гостиную.
   - У меня личное разрешение директора. - Вообще-то разрешение касается только посещения Хогсмита, но матери это знать не обязательно. Да и старик должен закрыть на мои отлучки глаза. Надеюсь, что он уже строит на меня планы, отличные от тех, что были в прошлом, и не станет портить отношения из-за такой ерунды. К тому же у него появится прекрасный повод сделать мне замечание или назначить отработку, если потребуется.
   - А... - оборвавшись на полуслове, она вдруг начала заваливаться на пол. Мне едва удалось ее перехватить и не дать упасть.
   - Ма! Что с тобой?!
   Меня охватило уже давно позабытое чувство паники и страха. Паника еще больше усилилась, когда я так и не получил ответа. Положив тело матери на диван, я дерганным, рваным движением выхватил палочку. Руки мои дрожали.
   Целительная магия не была моей сильной стороной. Зелья - это да. Это мое. Я могу сварить любое медицинское зелье. А вот целительные чары... Даже я не могу быть гением во всем. Впрочем, по мелочи я знал и их. Заговорить кровь, облегчить боль, смягчить последствия поражения рядом боевых заклятий - всему этому научили всех Пожирателей. Как я уже говорил, Волдеморт порядком нас натаскал, а затем бросил в пекло...
   Кончик моей палочки засиял ровным голубым светом. Известные мне диагностические чары внешним эффектом напоминали обычный Люмос. Судорожно поводив палочкой над телом матери, я весьма грязно выругался. Хорошо, что она меня не слышит.
   Общая слабость и магическое истощение - это воздействие проклятия. А вот частые обмороки и провалы в памяти последние несколько дней, все это похоже на последствия обливиэйта!
   Дамби или Волди?
   Учитывая недавние события, ответ мне известен. Чертов старик! Это явно его рук дело! Точно его! Как же мне хочется зарядить в него авадой, но нельзя, пока нельзя. Он нужен мне как противовес Волди. Да и стоит реально оценивать собственные силы - я не справлюсь со стариком... пока. А это значит - покрепче стиснем зубы, щиты на разум попрочней, на лицо почтительное выражение. Продолжаем играть немного своенравную, но в целом послушную и нужную марионетку. Мне не привыкать.
   Вихрем ворвавшись в свою комнату, я кинулся к шкафу. Полки были полупусты. Последние заказы Шелка принесли деньги на мой счет и запустение на полки ингредиентов. Да и моя подготовка к Хогу, когда я запасался зельями на все случаи жизни, не способствовала сохранению обширных запасов компонентов зелий. Кое-что на полках все же оставалось. Этого мне должно хватить!
   Думай, Северус! Ты же все-таки Мастер зелий!
   Повинуясь жесту палочки, из шкафа вальяжно выкатился один из запасных котлов. Едва он успел самостоятельно разложиться, как оказался наполовину наполнен водой, а под его днищем бодро полыхал огонь.
   За основу возьмем тоник из мандрагоры - идеальное средство для ослабления или лечения последствий магического воздействия. Для восстановления сил добавим в него толченую чешую дракона. Можно еще капли три лунной росы. Хотя - нет! Три слишком много. Лучше две. Теперь нужно что-то усиливающие память. Асфодель? Не зря же его считают символом забвения. А противоядия нередко готовятся на основе яда. Или лучше имбирь? Восточные маги до сих пор считают, что он очищает душу.
   А если добавить и то и другое?
   Пока в голове роились все эти мысли, совершались прикидки и расчеты, мои руки сами совершали необходимые действия. Мелко нарезали имбирь на разделочной доске, перемалывали в ступке до порошка сушеный корень асфоделя.
   Обливиэйт грубые чары и весьма мерзкая штука. Обычно это заклинание применяют, когда нет времени, желания или знаний на более тонкую работу: создание ложных воспоминаний или выборочное стирание воспоминаний. Обливиэйт просто уничтожает кусок памяти. Вырывает его с корнем, и это не проходит бесследно. Многие после обливиэйта долго не могут прийти в себя. А в том состоянии, в котором находится моя мать, обливиэйт, да и любые другие игры с разумом, довольно опасны для ее здоровья.
   Какая же мразь этот Дамблдор! Впрочем, я уже давно не строю на его счет ни каких иллюзий. Растить ребенка в качестве послушного орудия - запросто. Подставить под удар своих сторонников - само собой. Ведь все это "Ради высшего блага!", а это значит - цель оправдывает средства. Упертый фанатик этот мнимый маразматик! Хм... опять рифма. Что-то я в последнее время поднаторел в их создании.
   Когда зелье было готово, я вытер со лба пот и посмотрел на часы. Четыре часа на расчеты и специфические изменения в уже известном рецепте. Да, приятно осознавать, что я все же не растерял своих навыков Мастера зелий.
   Выудив из коробок на дне шкафа десяток флаконов, я перелил в них готовое зелье. Расставив флакончики на прикроватной тумбочке, я захватил один из них и вернулся к матери. Выглядела она уже лучше, но все еще неважно. В сознание она уже пришла, но обессилено лежала на диване, даже не пытаясь встать на ноги, и безучастно смотрела в потолок.
   - Выпей вот, - протянул я ей флакончик с зельем.
   - Что это? - слабо спросила она.
   - Тонизирующие зелье, оно должно восстановить тебе силы и улучшить самочувствие. Прости, что не подумал об этом раньше.
   Безропотно осушив флакончик до дна, мама скривилась. Да, на вкус должна получиться та еще гадость. Все тоники на основе мандрагоры не вкуснее рыбьего жира.
   - Спасибо, сынок. Мне уже гораздо лучше.
   - Я изготовил этого зелья с запасом. Флакончики у меня в комнате. Их десять штук. Зелье надо пить два раза в день. Лучше всего утром и вечером. На эту неделю тебе хватит, а потом я сварю еще.
   - Теперь я быстро приду в норму и смогу вернуться на работу.
   - Зачем тебе и дальше гнуть спину на этих маглов? - разозлился я. - Разве я оставил тебе мало денег, чтобы ты навсегда позабыла об этой мерзкой работе?
   - Так я умру со скуки гораздо раньше, чем меня добьет проклятие, - грустно улыбнулась мать, погладив меня по руке.
   - Почему ты такая упрямая? - вздохнул я, перехватив ее руку и поцеловав ладонь.
   - Это родовое у всех Принц.
   - Хорошо, хотя бы пообещай мне не выходить на работу, пока полностью не восстановишь силы.
   - Обещаю.
  
   Интерлюдия.
  
   Трибуны были заполнены до отказа. Первая игра школьного сезона. И какая игра! Гриффиндор против Слизерина. Противостояние уже ставшее легендарным.
   На правой трибуне колыхалось красно золотое море фанатов львов. Левые трибуны были окрашены в изумрудные цвета Слизерина.
   - Реглус Блэк уворачивается от бладжер, - надрывался комментировавший матч Дирк Крессвелл - Обходит одного, обходит второго. Бросок! Гол! Вратарь Гриффиндора попался на простейший финт и прозевал мяч. Счет становится 80-10 в пользу Слизерина. Ловцы бестолково болтаются в воздухе не в силах обнаружить снитч. Но мужественная команда Гриффиндора и не думает сдаваться подлым зме... сборной Слизерина...
   Увернувшись в очередной раз от бладжер, ловко отбитого в его сторону загонщиком Слизерина, Джеймс взял еще немного выше, стараясь не выпускать из поля зрения ловца противоположной команды. Тот держался несколько в стороне и тоже отчаянно высматривал снитч.
   Минуты шли за минутами. Гриффиндор отыграл один мяч, но тут же получил ответ от Слизерина. Счет стал 90-20, а ловцы все также нарезали круги на высоте, так и не обнаружив снитч.
   Наконец Джеймс заметил золотой блик возле одного из флагштоков. Отметив краем взгляда, что ловец Слизерина ведет себя спокойно, Джеймс сделал вид, что хочет забраться еще выше. Ловец Слизерина тут же рванул на высоту, стараясь занять позицию выше гриффиндорца. Джеймс резко пошел на снижение и рванул к снитчу. Юлой проскользнув мимо двух слизеринских нападающих, пытавшихся его перехватить, он устремился в погоню за золотым мячиком, выскочившим из-за флагштока. Взявший слишком высоко ловец Слизерина тщетно пытался упасть ему на хвост, но было видно, что проигрывает эту гонку.
   Трибуна львов бесновались.
   - Лови его! Лови! - кричали одни, размахивая флагами и шарфами.
   - Только бы поймал, - шептали другие, скрестив пальцы на удачу.
   Но ничего этого Джеймс не видел и не слышал. Он полностью погрузился в эту стремительную погоню за золотой звездой. Сегодня у него все получится. Пусть она увидит, как он принесет ей звезду с неба. Да, пока это всего лишь снитч. Но кто сказал, что он неспособен на большее?
   - Еще чуть-чуть! Еще чуть-чуть! - шептал Джеймс, вцепившись в древко метлы. Вот золотая искорка оказалась прямо перед ним, он вытянул руку и перехватил ее за тонкое крыло.
   - Да-а-а! - в едином порыве взревела трибуна Гриффиндора.
   - Не-е-ет! - вторили им Слизеринцы.
   - Какая великолепная игра! На двадцатой минуте Джеймс Поттер поймал снитч и в очередной раз принес победу команде Гриффиндора, - громогласно возвестил Крессвелл.
   Подняв снитч над головой, Джеймс медленно продефилировал вдоль трибуны Гриффиндора и едва не грохнулся с метлы. Место Лили Эванс было пустым.
  
   Конец интерлюдии.
  
   - Не так! Последнее движение нужно делать более плавно, - встав позади Лили и аккуратно взяв ее за запястье, я показал ей правильное движение палочки.
   Это конечно было не обязательно, но так процесс обучения более приятный... для меня. Вечность бы так стоял, прижавшись к ней, вдыхая едва уловимый запах травяного шампуня от ее волос.
   Идея утащить Лили со зрительских трибун возникла у меня спонтанно. Вот уже вторую неделю мы периодически встречались в Выручай комнате, но сегодня никаких занятий мы не планировали.
   С начала учебы прошел уже практически месяц. Каждые выходные я возвращался домой. Отложив на время поиски разгадки прошлого Дамблдора и прочие дела, я вновь и вновь штудировал Кодекс Рода, пытаясь найти рецепт спасения матери. Происшествие во время моего первого выходного порядком меня отрезвило и показало, как мало у меня осталось времени.
   Пока все мои поиски были тщетны, но сдаваться я не собирался. Не в этот раз!
   В школе дела в целом шли неплохо. Я скучал на уроках. Спрашивали - отвечал. Не спрашивали - молчал, даже если знал ответ. Один раз меня вызывал к себе Дамблдор. Поблескивая хитрым взглядом из-под очков. Он мягко поинтересовался, понравилась ли мне столь тщательно подготовленная им морковка. Пришлось нацепить на лицо смущенно-восторженное выражение и подтвердить, что личные покои и свободный выход в Хогсмит (при этих словах Дамби хитро прищурился) это больше чем я мог даже мечтать. Похвалив за успехи в учебе и мягко пожурив за склоки с Мародерами, старик меня отпустил.
   Что касается Мародеров, то в целом вели они себя довольно тихо. Правда, пару раз мне удалось избежать их детских попыток слегка мне подгадить. Но попытки эти были настолько беззубыми, что я начал всерьез опасаться за душевное равновесие неразлучной четверки. Либо с ними что-то не то творится, либо они замыслили какую-то особую сверх гадость. Вариант того, что они просто решили оставить меня в покое, я даже не рассматривал.
   Следуя данному Лили обещанию, я всерьез занялся ее обучением. Даже алмаз нуждается в огранке, чтобы стать бесподобным брильянтом. Не став изобретать ничего нового, для уроков с Лили я стал использовать Выручай комнату. Столь секретная комната, что вовсе не секрет.
   А в конце месяца, когда я уже планировал в очередной раз удрать из Хогвартса на выходные, случилось Это! И имя этому - квиддич.
   Я не особо люблю квиддич. Нет, в бытность мою деканом змей, я ходил на каждую игру Слизерина. А в последние лет шесть приходилось еще таскаться на все игры Гриффиндора. Те где участвовал мальчик-персональный-геморрой-профессора-Снейпа. Избранный должен свернуть себе шею ради всеобщего блага, а не дурацкого снитча. Впрочем, на свернутую шею Поттера старшего я бы с удовольствием посмотрел. Последнее, к сожалению, пустые мечты. Да, в воздухе наш Рогоносец просто бог. Должно же быть хоть что-то чем он может гордиться.
   На мой взгляд, квиддич весьма глупая игра. Нет ну правда! Три охотника, два загонщика, вратарь! Но в девяти случае из десяти все зависит не от слаженной командной игры, а от ловца. Ловца, маячущего где-то в небесной вышине и плюющего на все (в том числе и командную игру) кроме снитча и другого такого же ловца. В принципе, эти плебеи, гоняющие квоффл, нужны лишь для потехи толпы. Ведь окончание игры, да и ее счет зависят от Его Великолепия ловца.
   Как это оказалось, разрешение директора не распространялось на выходные, во время которых играла Слизеринская команда. Об этом мне радостно сообщил ухмыляющийся Флитч, развернув от ворот Хогвартса в направлении поля для квиддича. Причем игра шла в начале дня, а запрет покидать Хогвартс был на целый день. Вот ведь гадство!
   Смотреть за выкрутасами Поттера в воздухе без скрежета зубов было невозможно. Финты, красивые, стремительные пролеты вдоль трибун гриффиндорцев. Я то прекрасно знаю перед кем он тут красуется. Не в этот раз Рогатый. Не в этот раз. Теперь ты и Дамблдор получите ее только через мой труп, а это весьма хлопотная затея.
   Поскучав минут пять на стадионе, я провел невообразимый по наглости маневр - прошел на трибуну гриффиндора. Лили не являлась ярым фанатом квиддича и убедить ее разменять это идиотское зрелище, на очередное занятие со мной было несложно. МакДональд сидела на скамейке запасных игроков, и помешать мне не могла. Вот уж кого бесили наши с Лили тайные встречи.
   - Да поняла я, - нервно передернула плечами Лили. Отстранившись от меня в сторону, она вновь подняла палочку и воскликнула: -
   Получив в очередной раз только тоненькую струйку тумана, девушка непреклонно покачала головой и опять подняла палочку. Да, после демонстрации мной на уроке у Флитвика телесного патронуса, идея овладеть этим заклинанием стала у нее просто навязчивой.
   Теперь каждое занятие у Флитвика начиналось с демонстрации учениками вызова патронуса. Даже если тема занятия была другой. Успехом в вызове телесного патронуса пока никто похвастаться не мог. Кроме одного гениального зельевара, естественно! Большинство не могло вызвать даже тоненькую струйку серебристого тумана, что уж говорить о полноценном защитнике. На их фоне достижения Лили были весьма неплохими. Для всех, кроме девушки. Магия была ее страстью.
   Усердия и упрямства Лили было не занимать, а тут еще и мое обещание подтянуть ее в магии. Так что насела на меня она плотно. Практически потребовав, чтобы я научил ее вызову полноценного патронуса.
   Чары защитника весьма сложны. В будущем их начнут давать только на шестом-седьмом курсе. Патронусов называют защитой от дементоров, но на самом деле у защитника немало полезных возможностей. Патронус неплохо борется с любой потусторонней сущностью, особо сильный патронус мог справиться даже с младшим демоном. С помощью патронуса можно передавать сообщения, а одно их присутствие нейтрализует целый сноп темномагических проклятий.
   - Представь себе свое самое светлое воспоминание. Желательно со мной, - напутствовал я девушку, сложив руки на груди.
   - Сев, не сбивай меня, пожалуйста, - попросила она.
   Передернув плечами, я замолчал.
   Собравшись с духом, Лили вновь взмахнула палочкой.
   - Экспекто патронум! - воскликнула она.
   С кончика ее палочки сорвался бело-серебристый дым. Осев на пол, он сформировался в хорошо знакомую мне лань. Точь-в-точь такую же, как была у меня когда-то. Лань поводила головой из стороны в сторону и подошла к девушке. Лили замерла, мило приоткрыв рот от изумления. Все еще не веря, она протянула руку и погладила лань.
   - У меня получилась! Сев, у меня получилось! - Развеяв заклинание, Лили с радостным взвизгом повисла у меня на шее. Это было весьма неожиданно, но довольно приятно. - Спасибо Сев. Ты лучший учитель!
   Хе-хе, слышали бы тебя мои ученики из будущего. Они бы с тобой не согласились, ибо считали меня главным злом Хога. Впрочем, что ждать с тупоголовых ослов, не способных отличить требовательность от придирок. Ну, хорошо... к ряду учеников, обойдемся без имен, я и вправду иногда придирался. Но он это заслужил!
   Вызвав патронуса еще два раза, Лили устало вытерла пот со лба.
   - Выпей, - выудив из пояса флакончик, я протянул его девушке.
   - Что это за зелье? - спросила она.
   - Название тебе ничего не скажет, да его еще просто нет. Это зелье на основе тоника из мандрагоры, оно поможет восстановить тебе силы.
   Взяв флакончик, Лили с подозрительностью принюхалась и сделала небольшой глоток.
   - Ну и гадость, - скривилась она.
   - Выпить нужно все.
   Тяжело вздохнув и с неприязнью покосившись на жидкость во флакончике, Лили все же выпила зелье до капли.
   - И в правду помогает, - заметила она, прислушиваясь к своим ощущениям.
   Девушка вновь вскинула палочку, но я перехватил ее руку и, покачав головой, сказал:
   - Хватит на сегодня магии. Ты слишком устала, а мое зелье отнюдь не всесильно. Да и злоупотреблять им нельзя, как и любым другим магическим эликсиром.
   - Тогда расскажи мне что-нибудь, - попросила Лили, послушно убирая свою палочку и присаживаясь на каменную скамейку.
   Ее тяга к знаниям не ограничивалась только изучением заклинаний. Она и раньше с интересом изучала тот мир, частью которого она теперь являлась. Его законы, волшебных животных и существ. Это, правда, не отменяло того факта, что ее знания все еще были чуть больше нуля. Но будь подобная тяга у всех маглорожденных, Магический мир избежал бы многих бед.
   - Что тебе рассказать? - поинтересовался я.
   - Расскажи мне про чистокровные роды, - попросила Лили.
   - Благороднейшие и древнейшие, - усмехнулся я. - Хорошо. Древним чистокровным родом называют устойчивую линию магов, у которых в роду было не меньше семи колен только чистокровные волшебников. Впрочем, это ты и так знаешь. Но это не все. Далеко не все. Сила древнего рода складывается из трех вещей. Крови - силы магов входящих в род. Кодекса рода - накопленных родовых знаний. И места силы рода - обычно это мэнор. Раньше потеря любой из этих трех составляющих: отсутствие наследников, утрата мэнора или кодекса, лишала род звания древнейшего. Обычно это "лишение звания" проходило путем лишения жизни всех представителей оного рода. Древние рода за века своего существования успели основательно перессориться друг с другом, - тут я позволил себе еще одну усмешку и продолжил монотонным, лекторским тоном: - Можно сказать, что древний род без кровных врагов и не древний род вовсе. Это последние полвека, после принятия "Договора согласия" стало довольно тихо. А до этого попытки подсократить количество древнейших родов или слегка укоротить их фамильное дерево случались весьма регулярно. Еще чаще враждующие стороны старались добраться до кодекса рода соперника.
   - Я читала, что кодек нельзя уничтожить, - заметила Лили.
   - Его можно спрятать, - пожал плечами я. - Хоть это и довольно сложно. Кодекс Рода подобен говорящей шляпе и прочим полуразумным артефактам. Помимо навешанной на него всевозможной защиты и следящих чар, он обладает собственной магией и всегда стремится вернуться к хозяину. Но и их можно обмануть. Те же Уизли потеряли свой Кодекс Рода. Поговаривают, что к этому приложили руку Поттеры. Хм... забавно, раньше мне это как-то в голову не приходило, - задумчиво пробормотал я. - Вполне возможно, что добраться до родовых хранилищ Поттера Узли хотели не только из-за денег.
   - Кто такие Уизли и при чем тут Поттер? - непонимающе спросила Лили.
   - Да так... неважно, - отмахнулся я. - Теперь уже точно неважно...
   - Итак, пункт первый - кровь. Хотя сейчас это тщательно скрывается, но чистокровные волшебники более предрасположены к магии, а их дети почти всегда немного более сильные маги, чем родители. Подробно этот аспект осветил не безызвестный тебе Салазар Слизерин в своей "Conceptus puritatem sanguis" - Концепции чистоты крови. Кстати, эта книга больше полувека является запрещенной, а обладание ею карается годом заключения в Азкабан.
   - Но ты ее читал?! - то ли вопросительно, то ли утвердительно сказала Лили.
   Только усмехнувшись в ответ, я продолжил:
   - Для своего времени Концепция была хороша. Даже великолепна! Маглов было несравнимо меньше, а магов, как это ни странно, больше. Сейчас соотношение магов к маглам в Европейских странах примерно один к восьми-десяти тысячам. Причем в этом соотношении учитываются как чистокровные, так и маглорожденные волшебники. А в то время это соотношение было один к трем тысячам и это только чистокровные волшебники. После исхода из нашего мира Волшебного народа - не нужно путать их с магическими существами, вроде великанов, гоблинов, вейл и прочих - у нас осталось немало их потомков от смешанных браков. Сиды, фоморы, цвеги - их кровь была сильна, все их потомки были сильными магами и жили гораздо дольше людей. Об этом сейчас не вспоминают, но большинство древних родов, так или иначе, имеют связь с ушедшим Волшебным народом. Так что в то время идеи Салазара Слизерина: о закрытии маглорожденным доступа в Магический мир, имели право на жизнь.
   - А теперь нет?
   - Древние роды постепенно вымирают. Сначала их косили междоусобицы, кровная вражда, войны. Святая инквизиция тоже потрудилась на славу - наглядный образец попытки открытия Магического мира. Думаешь маглы с тех времен сильно изменились? А я вот сильно сомневаюсь в этом. Теперь над чистокровными родами дамокловым мечом висит кровосмешение. В Британии уже практически не осталось древних родов не связанных между собой кровными узами. Это только кажется что чистокровных волшебников довольно много. Разумеется, можно поискать супругов среди представителей иностранных древних родов, большинство чистокровных так сейчас и поступает, но это даст в лучшем случае лишь отсрочку. Да и древние роды европейских магов заметно поредели после войны с Гриндевальдом. Восточные маги всегда недолюбливали западных, браки между восточными и европейскими родами крайне редки. Америка - там древних родов и вовсе нет, в лучшем случае полукровки и чистокровные во втором, третьем поколении. Вот и выходит, что маглорожденные теперь единственный выход. Небольшое ослабление рода лучше, чем полное вырождение. Так думают те, кто следует за Дамблдором и поддерживает его политику постепенного открытия Магического мира.
   - Ты говоришь это таким тоном, словно не согласен с этим.
   - Я уже говорил тебе, что ничего не имею против маглорожденных, но идея слияния магического мира и магловского кажется мне глупой и опасной. Впрочем, не менее глупы и опасны идеи сторонников Концепции чистоты крови. Мир изменился и изменился бесповоротно. Маги должны приспособиться, а не пытаться повернуть его вспять. Да и невозможно это... Ладно, хватит об этом. Спасением магического мира мы можем заняться сразу после окончания Хогвартса, но никак не раньше. Ты хочешь спросить что-то еще?
   - С кодексом и чистокровностью мне ясно, но что такое место силы? Я не раз слышала это название, но в книгах написано довольно мало.
   - Мэноры - это не просто фамильные поместья. В первую очередь это подконтрольные владельцам места силы. Что такое место силы? Над этим вопросом ломали головы бессчетное число магов, но ответа так и не нашли. Существует множество теорий появления мест силы: прорывы в нижние, верхние планы, неизученные свойства самой планеты, (астрономическое) прочее. К местам силы тяготеют маги и магические существа. Рядом с ними лучше произрастают волшебные растения. Да что там маги - даже маглы нередко устраивали на них храмы для своих богов или делали местами обрядов. Стоунхендж, пирамиды Гизы - это из наиболее известных.
   Путем ряда ритуалов маг может подчинить место силы, поставить его себе на службу. На подконтрольной земле сила такого мага возрастает в разы. В настоящее время три четверти заклинаний и ритуалов Высшей магии вне места силы просто невозможны, с ним же связана и львиная доля родовых магических техник.
   - Хотела бы я побывать хотя бы в месте силы. Просто чтобы понять, что это такое, - вздохнула Лили.
   - В одном из них мы сейчас и находимся, причем самом сильном в Британии.
   - Хогвартс? - удивилась она.
   - Разумеется. Летающие лестницы, призраки, младший дух хаоса, город подводного народа, Запретный лес. Поверь, даже для школы магии это все слишком много. В Шармбатоне и Дурмстранге нет и половины этого. Про менее значимые магические школы и говорить нечего. Хогвартс уникален - Основатели не мелочились и застолбили для себя лучшее из возможных мест силы Британии, а возможно и всей Европы. Ты думаешь, почему Дамблдор столь упорно отказывается занять место Министра магии? Тут не только не желание лезть в политику...
   Ну, да Дамби у нас не политик. Совсем не политик. Это, правда, не мешает ему крутить политиками и всем Министерством магии, как ему вздумается.
   - Любовь к преподаванию....
   Которым он не занимался со времен учебы Волди.
   - Наш многоуважаемый директор не хочет терять контроль над Хогвартсом и его местом силы. Наверное, он считает себя кем-то вроде хранителя, - неуверенно пожал плечами я. Хотя в последнее предположение ничуть не верил. - Он не является полноправным владельцем Хогвартского места силы, но может использовать его как директор школы. В прошлом Основатели позаботились об этом. В стенах школы Дамблдор невероятно силен. В мире нет мага, способного бросить ему вызов в стенах Хогвартса.
   - Это и к лучшему! Лучшего хранителя сложно представить.
   После этих ее слов мне с трудом удалось сохранить нейтральное выражение лица и не поморщиться. Да, тут предстоит работать и работать. Восторженность Лили перед Дамблдором наводит на определенные неприятные мысли. Не успел ли старик основательно покопаться в ее голове? Признаться, я с трудом сдерживался, чтобы самому не применить к Лили легилименцию. А соблазн был велик. Ох, велик. Узнать ее мысли, чувства, желания, а может и внушить что-нибудь свое...
   Чувствуя, что начинаю машинально проникать в разум Лили, я отвел глаза. Нет! Есть вещи, на которые я не пойду никогда. Я могу притворяться, обманывать. Могу и убивать. Но я не стану копаться в голове тех, кто мне дорог!
   - Дамболдоры вроде бы древний чистокровный род? - спросила между тем Лили, не заметив моих душевных терзаний. - Разве у них нет своего мэнора с местом силы?
   - Хороший вопрос. Ответа я, правда, не знаю. О мэноре рода Дамблдор я ни разу не слышал.
   Еще одна из загадок прошлого старика. Хотя у старика все прошлое одна сплошная загадка......
   - А про Высшую магию - это правда? Вне места силы она невозможна.
   - В большинстве случаев. Заклинания высшей магии требуют колоссального количества энергии, больше чем есть у самого сильного мага. Ты выдыхаешься после четвертого вызова патронуса, а это заклинание относится к сложным, но его едва ли можно назвать Высшим.
   В мэнорах владельцу помогает само место силы, там есть специально подготовленный жертвенник, круг призыва и прочие.
   - Жертвенник? - прицепилась к знакомому слову Лили.
   - Родовой камень, краеугольный камень, жертвенник, алтарь - выбирай любое название себе по вкусу. Кстати, это весьма важная вещь для любого древнего рада. Пошло это еще до Основателей. Многие темномагические техники, запрещенные ныне, требовали жертвоприношений.
   - Хорошо, что их запретили.
   Плохо. Лично я не видел в жертвоприношении животных ничего зазорного. Да и два определенных волшебника неплохо бы смотрелись на жертвенном алтаре... Говорить об этом я, разумеется, не стал.
   - Все может быть, но помимо жертвоприношений с родовыми алтарями связано множество ритуалов чистокровных. Отречение от рода, принятие в род, брачная клятва, - я вновь криво усмехнулся и добавил таинственным, заговорщицким полушепотом, склонившись к самому уху девушки. - В некоторых родах до сих пор практикуют обычай, что первую брачную ночь молодожены проводят на родовом алтаре.
   - Ты ведь шутишь? - изумилась она.
   - Нисколько. Все эти магловские легенды о невинных девах на алтарях, не такие уж и легенды. Их, правда, не в жертву драконам да чудовищам приносят. Хотя кровь там тоже проливается, - подмигнул я разом заалевшей девушке.
   - Пошляк! - воскликнула Лили, отпрянув от меня.
   - Что естественно, то не безобразно, - парировал я. - А с браком у чистокровных волшебников вообще много чего связано. Бывает, что и наследников пытаются зачать, высчитав определенное положение звезд и фазы луны. Далеко не все это замшелые обычаи. Раньше сила и знания рода была основой его выживания, и за любую кроху силы шла жестокая борьба.
  
   Я в очередной раз подумал о том, стоит ли говорить Лили об Обретенных, и опять решил отложить этот разговор. Странно это было. Лили обретенная. В этом я уверен. Но почему ее столь старательно игнорируют остальные чистокровные кроме Рода Поттер? Редкость появления обретенных не причина пускать дело их поиска на самотек. Уверен, что на этот счет чистокровные ученики имеют целый ряд инструкций. Сейчас за внимание Лили должна идти настоящая драка. А вместо этого мы имеем только навязчивые ухаживания одного Поттера. Почему так? Древние и благородные боятся Дамблдора? Смешно. Опасаются, это да, но не боятся. Слишком сильны еще древние роды.
  
  

Глава 15. То, что не убивает нас, делает нас сильнее!

  
   Зелье изменило свой цвет с изумрудного на лиловый, в воздухе повис отвратительный запах прорванной канализации. Зло ругнувшись, я погасил огонь под котлом. Четыре капли крови саламандры были все же лишними.
   "Благоухающие" содержимое котла отправилось прямиком в унитаз. Проветрив кабинет простеньким заклинанием, я потянул из кармана сигарету и закурил.
   Третий месяц моего пребывания в Хоге, и пятый с момента возвращения в прошлое, начался не особо радужно. Я топтался на месте. Поиски лекарства для матери зашли в тупик. Кодекс Рода ответа на этот вопрос не дал. Признаться откровенно, кроме магических татуировок, Кодекс дал мне крайне мало. Четыре пятых родовых магических техник рода Принц оказались невозможны без мэнора с местом силы. Место силы у меня вроде бы было, но использовать его я не мог из-за проклятия и окопавшегося рядом келпи.
   Неудачи в поисках сделали меня раздражительным и угрюмым. Меня все раздражало. Скучные занятия, идиоты ученики (ну и что, что они не мои!), мародеры - эти одним фактом своего существования. Меня стала раздражать даже неуемная энергия и веселость Лили. Боясь сорваться, я, сославшись на занятость, временно приостановил наши совместные занятия.
   Втягивая табачный дым, я размышлял над своими дальнейшими шагами.
   Итак, кодекс оказался бесполезен, значит остается только одно...
   Самое время для Мародеров и их шуточек. Признаться, в низком внимании к моей скромной персоне со стороны мародеров была моя заслуга. После уроков я практически не покидал своих апартаментов. Ужинать предпочитал на кухне Хогвартса. Оставались еще занятия с Лили, но в присутствии девушки Мародеры меня старались не цеплять. Все же у Поттера есть некоторые зачатки мозгов. Свою дурную сторону перед девушкой он старался не светить.
   В прошлом обычной тактикой мародеров было перехватить меня на дороге между подземельями и библиотекой. Но теперь Хогвартская библиотека не представляла для меня никакого интереса, и бывал в ней я редко. Да и то, по большей части, только за компанию с Лили.
   Ладно, сегодня на их улице будет праздник. Мне надо пообщаться с Дамблдором. И желательно, чтобы тот думал, что такового желания у меня не было.
   Затушив окурок, я покормил Петра, поправил пояс с зельями и палочкой и направился на поиск приключений. Будь они не ладны! Эх, так ведь и гриффиндор головного мозга не за горами.
   Долго искать приключений не пришлось. То ли у мародеров других дел кроме высматривания меня на карте не было. То ли мне просто не повезло, но приключения нашли меня довольно быстро.
   Едва я покинул подземелья, как тут же оживилась татуировка-страж, покалыванием извещая меня о скорых неприятностях. И они не заставили себя долго ждать. Стоило мне подняться на балкон третьего этажа, как кто-то налетел на меня со спины, толкнул, а когда я едва не впечатался лицом в стену, развернул к себе. Я не особо удивился, увидев перед собой торжествующую физиономию Джеймса Поттера. Шагах в семи за ним, возле лестницы, стояли остальные мародеры, направив прямо на нас магические палочки.
   Хм. Все же Поттер не безнадежен. Засада вышла что надо. Хотя, может это не его задумка, а плод труда коллективного разума?
   - Нюниус, оставь Эванс в покое! Она не для таких как ты! - сказал Джеймс, с силой прижимая меня к стене. В левой руке у него была магическая палочка, хотя я уверен, что колдовать ею он бы не смог. Правой рукой Джеймс схватил меня за пояс, возле ножен с моей палочкой, лишив меня возможности ее вытащить. Надеюсь, что он не побьет зелья в карманах пояса!
   Частые отлучки Лили естественно не остались без внимания на ее факультете. Гриффиндор - что с него взять. То ли дело Слизерин - у нас не принято лезть в чужие дела.
   Обеспокоился и наш доблестный рыцарь Поттер. Почувствовал во мне конкурента? Это приятно!
   - И кто мне помешает? - нагло ухмыльнувшись, поинтересовался я.
   - Я! - вспыхнул Поттер, еще плотнее вдавив меня в стену. - Без своей палочки ты ничто. Что теперь будешь делать Нюнчик?
   Молча пожав плечами, я с силой заехал Поттеру коленом в пах. На войне как на войне. В конце концов, нападать вчетвером на одного тоже не особо по-джентельменски. Смешно пискнув неожиданно тонким голосом, Джеймс отпустил чехол с моей палочкой и начал заваливаться вперед, схватившись руками за промежность. В тот же момент я ударил его лбом в переносицу. Остальные мародеры кинулись на помощь товарищу. Нелепо тыкая палочками в воздух, они так и не выпустили ни одного заклинания. Видимо некоторые зачатки мозгов были не только у Поттера, но и у его приятелей. Хотя на счет Крысы я не уверен. Скрюченное тело Поттера, которым я отгородился от них, надежно укрывало меня от возможных атак.
   -Экспеллиармус! Экспеллиармус! Экспеллиармус! - выкрикнул я, выхватив палочку.
   Не успев среагировать на мое заклинание, Мародеры разом лишились своих палочек. А те отправились в дружный полет вниз по лестнице. Надсадно взвыв, Петтигрю в длинном прыжке в падении (не ожидал от него подобного, при его-то комплекции) попытался поймать свою палочку. Зря...
   С такими друзьями и врагов не надо. Этому ходячему недоразумению без живительных Круцио никак нельзя, - отстраненно подумал я, наблюдая как Люпин и Блэк, сбитые телом Петтигрю, катятся вниз по лестнице вслед за своими палочками.
   Грохнуло будь здоров. Закон всемирного тяготения штука страшная и действует даже в Хогвартсе. У подножия лестницы образовалась живописная куча-мала.
   - Это становиться традицией. Чертовски хорошей традицией, - прокомментировал я, оттолкнув скрюченного Поттера к перилам балкона, чтобы тот не закрывал обзор.
   Люпин стоически пытался выбраться из-под тела Крысы. Блэк полусидел у стены и грязно ругался, баюкая явно сломанную левую руку.
   - Что здесь происходит! - В боковом коридоре, ведущем к лестнице, раздался чей-то строгий и сердитый голос.
   О, а вот и Минерва пожаловала. Как по заказу. Вот теперь встреча с Дамблдором мне обеспечена.
   - Снейп, Поттер, Петтигрю, Блэк, Люпин, - пересчитала нас Макгонагалл, оценив взглядом место происшествия. - Кто же еще! Я жду объяснений?! - тяжело вздохнув, добавила она.
   - Мы споткнулись и упали с лестницы, мэм, - простонал Блэк, кинув злой взгляд на меня.
   Да, жаловаться господа мародеры не любили. Да и за свои проступки всегда отвечали сполна... если их, конечно, ловили.
   - Все трое? - скептически прищурилась Макгонагалл. - Допустим. Мистер Поттер, почему у вас разбито лицо? Тоже с лестницы упали?
   - Нет, мэм... я поскользнулся и ударился о перила, - просипел Джеймс, кое-как выпрямляясь и стараясь остановить кровь, сочившуюся из разбитого носа.
   - В медицинское крыло. Немедленно! - не терпящим возражения тоном приказала мародерам Макгонагалл. - И четыре дня отработок у мистера Флитча. Каждому! - добавила она им в спину. - Надеюсь, что впредь это научит вас... осторожности на лестницах. Мистер Снейп, будьте столь любезны, проследовать за мной к директору.
   Да! Люблю, когда все идет согласно моим планам. Я уже почти готов простить Минерве то нападение незадолго до моей "смерти".
   Резко развернувшись на каблуках, декан Гриффиндора направилась в апартаменты директора. Убрав палочку в чехол на поясе, я последовал за ней, мысленно прикидывая, удастся ли мне незаметно выпить одно из моих многочисленных зелий.
   Много времени путь не занял. Горгулья у входа отъехала в сторону, подъем по лестнице и вот мы уже в кабинете директора.
   - Хо-хо, Минерва. Зачем ты привела ко мне лорда Снейп-Принц? - сказал Дамблдор, адресовав нам одну из своих лукавых улыбок, когда мы с Минервой оказались в его кабинете.
   - У мистера Снейпа произошла очередная стычка с моими учениками, - отчеканила Макгонагалл.
   - Присаживайтесь, нечего стоять, - перебил ее Дамблдор, указывая на два кресла напротив стола. Продолжая играть радушного хозяина, он протянул нам вазочку с мармеладом, заботливо приправленным какой-нибудь магической гадостью. - Лимонную дольку?
   - Поттер, Блэк, Петтигрю и Люпин сильно пострадали, я направила их в медицинское крыло, - продолжила Минерва, проигнорировав угощение директора.
   В тайне посочувствовав своему несчастному желудку, я с робкой улыбкой взял одну из лимонных долек и положил сладость-гадость в рот.
   - Ну, не будем слишком строгими, Минерва, - Дамблдор с отеческим умилением смотрел, как я ем его угощение. Казалось, что он вот-вот пустит слезу. - Они всего лишь мальчишки - что с них взять? К тому же я уверен, что мистер Снейп не был зачинщиком. Он очень спокойный молодой человек. И один из лучших учеников, что видели эти стены.
   Еще одна робкая улыбка и восхищенный взгляд на Дамби привели директора в весьма благостное расположение духа. Я практически кожей ощущал исходившие от него волны доброжелательности. Чертов комедиант!
   - И все же я настаиваю на наказании мистера Снейпа наравне с моими учениками, - не сдавалась Макгонагалл. Всегда уважал ее за настойчивость и решимость.
   - Думаю, что устного замечания от меня будет вполне достаточно, - властно сверкнул на нее глазами Дамблдор, на мгновение растеряв всю свою доброжелательность.
   - Пусть будет так, - согласилась Макгонагалл с кислым выражением лица. Ох, чувствую, что на трансфигурации меня ждут веселые деньки.
   - Можешь идти, Минерва. А мне надо поговорить с лордом Снейп-Принц. - Директор был единственным, кто величал меня этим титулом. Остальные преподаватели ограничивались стандартным "мистером". Впрочем, согласно своду правил Хогвартса, они были в своем праве.
   Признаю, мое слегка забитое в прошлой жизни эго радостно трепетало при этих словах директора. Тщеславен я, тщеславен. Люблю заслуженную похвалу... да и не заслуженную тоже люблю, что уж скрывать. Вот только и первого и второго в моей жизни было очень мало.
   - Как идут твои дела, Северус. - Дамблдор перешел на неофициальный тон. Сейчас с нас можно рисовать картину "любимый внук в гостях у своего доброго дедушки". Упаси меня Мерлин от такого родства!
   - Спасибо все хорошо.
   - Что там произошло, что Минерва так всполошилась, - делано участливо поинтересовался Дамблдор.
   - Мистер Поттер с друзьями споткнулись и упали с лестницы, - сделав картинно невинный взгляд, ответил я.
   Театр двух актеров. Нам бы на сцене выступать, был бы аншлаг.
   - Северус, ты должен прекратить эту глупую вражду с Джеймсом, - мягко пожурил меня Дамблдор. - Мне больно видеть, как на нее два моих столь подающих надежды ученика тратят свои таланты.
   Ну, я то понятно гений. А какие надежды подает тебе Поттер? Ты уже определил его в отцы Избранного? Это плохо. Лучше бы ты остановил свой выбор на мне. Хотя, последнее вряд ли. Ты всегда не любил слишком умных сподвижников-шестерок. Орден Феникса - большего сборища посредственностей магическим мир еще не видел. Из хороших магов там были только Я и Дамби.
   - Да! - сказал Дамблдор, словно что-то вспоминая. - Профессор Слагхорн говорил мне, что ты уже в этом году хочешь сдать ЖАБА по зельеварению. Ты так уверен в своих силах?
   - Да, я хотел бы попробовать.
   - Это несколько против правил. Ведь ты еще не сдавал даже СОВ, - строго заметил Дамблдор. Хех. Спорим, сейчас он сделает вид, что делает мне большое одолжение и даст разрешение! - Но раз ты так уверен в своих силах, то я, разумеется, не буду мешать... Знаешь, ты очень похож на своего деда. Он был моим учеником, когда я только начал работать в Хогвартсе. Хороший был маг. Сильный, целеустремленный. Несчастья, обрушившиеся на ваш древний род, могли бы сломать кого угодно, но только не его! Жаль, что он так рано ушел от нас.
   Опа! Как говорят маглы: "В ход пошла тяжелая кавалерия". Не удивлюсь, если старик сейчас расскажет про связь родов Дамблдор и Принц. Ну там, шурин пра-пра-прадеда сводной сестры двоюродного дяди отца Дамблдора был родственником деверю сестры друга одного из Принц.
   Но ничего подобного Дамблдор к моему удивлению заявлять не стал. Ограничившись странным обозначением своего знакомства с моим дедом.
   - Как поживает твоя досточтимая мать? - неожиданно спросил он с заботой в голосе.
   Я помрачнел, холодным разумом давя вспышки ненависти к сидевшему напротив меня старому магу. Ненависть слишком трудно спрятать. Хорошо, что у меня была богатейшая практика. Я обязательно поблагодарю за нее Волди и Дамби... перед их смертью.
   После Дамблдорского обливэйта мама так до конца и не оправилась. Мои зелья давали ей небольшое облегчение и прилив сил, но она почти не покидала постель. Работу у маглов ей все же пришлось бросить, но это был единственный положительный момент в ее состоянии. Я разрывался между желанием быть с ней, поисками способа ее спасения и вынужденным прозябанием в Хогвартсе. Бросить школу я не мог, она бы мне этого не позволила, да и слишком многое завязано на этот проклятый Хогвартс!
   - В последнее время она сильно болеет и ее состояние ухудшается. Я не могу ей помочь, - Отчаянье в моем голосе было не наигранным.
   - Мне жаль, но среди светлых ритуалов нет ничего, что может спасти твою мать, - горестно вздохнул Дамблдор.
   Великолепная оговорка, Старик. Старый Снейп вцепился бы в нее как клещ. В очередной раз убеждаюсь, что все ходы у тебя расписаны на несколько шагов вперед. Раз нет среди светлых, значит ответ среди темных. Ты сам подталкиваешь меня к Волдеморту. Знаешь, что ради матери я готов пойти на все.
   Значит темный лорд...
   Ну что же, нечто подобное я и предполагал. Волдеморт и правда может знать! В том будущем я просто не успел обратиться к нему за помощью. Да и кто тогда был я, чтобы Темный лорд был заинтересован мне помочь? Один из множества последователей-учеников. Подающий надежды, но не более того.
   Теперь же я лорд. Пусть без богатства, власти и влияния, но все же лорд. Лорд, появившийся из ниоткуда. Полукровка, которого признала родовая магия. Одно это делает меня как минимум интересным. И хотя интерес Волдеморта к моей скромной персоне после приема у Малфоев никак не проявлялся, я уверен, что он в курсе всей моей школьной жизни. О заботливой опеке со стороны Дамблдора он уже точно в курсе.
   Старик мне помогать не хочет. Действительно не знает рецепта спасения? Или просто притворяется, что не знает? Помощь в спасении матери может стать сильным козырем для привлечения меня на свою сторону. Я не верю что Дамби этого не осознает. Значит он хочет чтобы я оказался в стройных рядах Пожирателей. Или он просто знает, что и Волди не сможет мне помочь?
   К черту! Теперь Волди - это последний шанс. Если ради спасения матери мне вновь придется принять метку, то пусть будет метка!
  
   Быстрым, стремительным, но совершенно бесшумным шагом "ужаса подземелий", я шествовал по коридорам Хогвартса. Завидев мою мрачную физиономию младшекурсники тихо жались к стенам или торопились укрыться в боковых коридорах, а старшекурсники молча уступали дорогу.
   Распахнув дверь в свои покои, я проследовал в кабинет. Достав очередную сигарету и вновь пожалев об отсутствии огневиски, я постарался привести свои мысли в порядок.
   Как бы получить помощь Волди, но при этом избежать принятия его метки? Впрочем, почему я сразу подумал о худшем варианте? О Волдеморте можно сказать много плохого, но решение принять или не принять Темную метку его последователи принимали сами. И в это время это делалось вовсе не из страха, а чуть ли не с радостью. Мы же не знали и не могли знать, к чему это приведет! Не, к Мерлину. Я подобной "чести" еще просто недостоин. Вот от этого и будем играть, если Волди вообще решит предложить мне этот вариант. Он не глупее старика, а старик и без всяких меток вертит своими последователями как хочет. И далеко не всегда это результат копания в мозгах. У некоторых его сторонников этот ненужный орган атрофирован от рождения.
   Придвинув к себе перо и чернильницу, я быстро набросал вежливое письмо Волди с просьбой о личной встрече.
   - Что, Петр, пришла пора потрудиться, - я помахал свитком, стараясь привлечь внимание крылатого почтальона.
   Петр, дремавший на вершине книжного стеллажа, нехотя открыл глаза, посмотрел на меня, склонил голову, посмотрел на свиток в моих руках... и принялся чистить оперенье.
   - Эй, я все же твой хозяин! - возмутился я.
   Петр прекратил возню со своим опереньем и вновь посмотрел на меня с укоризной и вселенской печалью в глазах. Расправив крылья, он лениво поднялся в воздух, сделал круг по комнате, перехватил когтями письмо и улетел.
   Все, дело сделано, теперь остается только одно - ждать.
   Петр вернулся ближе к полуночи. Сбросив ответное послание мне прямо на голову. В это время я как обычно возился с варкой зелий и свиток едва не грохнулся в котел. Вот ведь вредная птица!
   Отправив в унитаз очередное испорченное зелье и затушив огонь под котлом, я развернул письмо...
  
   Я шел по мощенной камнем дорожке, утопавшей в пестром ковре опавших листьев. Давно осталась позади ажурная ограда и особняк Лестрейнджей - суровое, мрачное здание, таинственное, величественное, с башнями и башенками - был как на ладони.
   Стоило мне подойти к парадному входу, как двери медленно и величаво открылись.
   - Лорд Снейп-Принц, - поклонился мне, встречавший домовик. - Вас ждут.
   Отдав домовому эльфу зонт. Погода портилась день ото дня, и зонт стал совершенно необходимым атрибутом. Почему не воспользоваться заклинанием? Статус секретности, будь он не ладен.
   - Леди Лестрейндж, вы как всегда неотразимы, - поклонился я, спускавшейся со второго этажа Беллатрисе.
   "Особенно вам идет этот злой блеск в глазах и почти ощущаемая едва сдерживаемая ярость", - подумал я, целуя ей руку. Руку для поцелуя, она мне, кстати, протягивать даже не думала - это приветствие было старомодным даже в консервативном магическом мире - пришлось взять инициативу на себя.
   Безумно глупо и смертельно опасно дергать тигрицу за хвост, но как же это волнующе!
   Белла одернула руку, словно я приложил ее не к своим губам, а к раскаленному железу. Она стала пунцовой, но не от смущения, а от ярости. Глаза ее метали молнии.
   - Надеюсь, что я не опоздал? Не хотелось бы заставлять Лорда Волдеморта ждать.
   Упоминание Волди быстро привело Беллу в чувство.
   - Следуйте за мной, - сквозь зубы прошипела она.
   Миновав несколько мрачных комнат, всегда знал, что у Лестрейнджей совершенно нет вкуса, мы оказались в небольшом, погруженном во тьму, зале. В кресле возле полыхающего камина, единственного источника света, сидела знакомая фигура.
   Столь знакомая картина из моего будущего. Сколько их было таких встреч? Это сродни ритуалу чаепития у Дамблдора. Я подхожу к дремавшему в кресле волшебнику, почтительно припадаю на одно калено и целую край его мантии, словно это знамя. Да, пожалуй, так оно и было. Волдеморт был нашим знаменем, лидером, пророком нового миропорядка. Мы верили его словам, считали нашу цель благородной, а войну праведной. Как же мы были молоды и глупы.
   Спасение магического мира?
   Сколько талантливых волшебников и их семей заберет пламя войны? Сколько древних и благородных родов пресечется? Чистокровные, полукровки, маглорожденные - смерть уровняла всех. Эта почтенная леди умеет уравнивать как никто другой...
   Разразившаяся война отбросила британский магический мир на десятилетия назад. А ведь до нее магическая Британия считалась самым развитым магическим сообществом мира. Европа еще с трудом отходила от не столь уж и давней войны с Гриндевальдом. В Америке магическое сообщество всегда было представлено разношерстным сбродом, многочисленным, но весьма посредственным в плане силы и знаний. Магическая Азия жила закрыто. Не торопясь раскрывать свои секреты всяким там лаовай и презренным гайдзинам.
   В этот раз я не стал ни преклонять колени, ни целовать мантию Темного лорда. Время еще не пришло, а может оно и вовсе не придет.
   Волдеморт некоторое время смотрел на огонь, словно не замечая меня. Наконец он поднял голову и дружески улыбнулся.
   - Вы хотели меня видеть Лорд Снейп-Принц? - спросил он после обмена вежливыми приветствиями.
   Забавно все-таки его видеть почти нормальным (слегка покрасневшие белки глаз не в счет), а не полуразложившимся мертвецом. Не было этой мертвецки синюшной кожи и безносого лица сифилитика.
   - Да. В Британии нет мага более чем вы сведущего в Темных искусствах. Я хотел бы попросить вас о помощи. На моей матери лежит посмертное проклятие. Его можно снять?
   - Странная просьба. - Пронизывающий взгляд Волдеморта был тяжёлым, глаза его блестели: в них лихорадочно отражались блики огня. - Вы знаете, как я отношусь к изменникам крови? Ваша мать виновница гибели древнего и благородного рода. Вашего рода, лорд.
   - Она сполна заплатила за эту ошибку юности. Более того, она исправила ее.
   - Позвольте узнать как? - с неподдельным интересом спросил он.
   Мой ответ не заставил себя долго ждать.
   - Родив и воспитав меня, - я вновь легко кивнул головой. - Теперь судьба рода Принц в моих руках. И я намерен сполна распорядиться этим шансом.
   Некоторое время Темный лорд молча рассматривал меня, о чем-то размышляя.
   - Посмертное проклятие... - задумчиво протянул он. - Меня называют знатоком смерти, но тут даже я вам не помощник. Впрочем, среди моих последователей есть тот, кто сталкивался с посмертными проклятиями чаще, чем кто-то другой. Вам крайне повезло, сейчас он как раз в этих стенах. - Он повернулся к Беллатрисе, молчаливо сопевшей за моей спиной, и сказал: - Пригласи к нам Антонина.
   Хм, неужели тут Долохов? Других Антонинов среди Пожирателей я не знаю.
   - Слышал про ваши успехи в Хогвартсе, - сказал Волдеморт, загадочно улыбаясь и внимательно наблюдая за моей реакцией. - Говорят, что Дамблдор благоволит к вам.
   - Он знал моего деда. И, по-моему, с возрастом стал излишне сентиментальным. Мне не нравится его интерес ко мне. Но что я могу поделать? Ссориться с директором я не планирую... пока. Я вынужден играть по его правилам.
   - Вы вступаете на весьма опасный путь, - заметил Волдеморт, пристально буравя меня взглядом.
   Ответить я не успел. У входа в комнату появились две едва различимые в окутавшей нас полутьме фигуры.
   - Вы вызывали меня, господин, - раздался хорошо знакомый мне голос.
   - Не стой в дверях, Антонин, проходи, - сказал Волдеморт, качнув головой. - Лорд Снейп-Принц позвольте вам представить господина Долохова. Если он не сможет помочь вам с вашим делом, то уже никто не сможет помочь, - сказал он, когда Долохов и Белла вошли в круг отбрасываемого пламенем камина света.
   Я развернулся в сторону "незнакомца". Передо мной стоял маг среднего роста, с бледным, длинным, искривлённым лицом. С твердым, наглым и умным взглядом. Одет он был в магловскую одежду.
   Кстати, мантия вовсе не обязательный атрибут волшебника. Это скорее парадная, форменная или рабочая одежда. Мантии носят ученики и учителя Магических школ, чиновники министерства, авроры. Разуется, дорогие парадные мантии были обязательным атрибутом великосветских приемов.
   - Лорд, - Долохов весьма скептически посмотрел на меня, но протянул руку для рукопожатия.
   Ну да, понимаю, как я выгляжу. Едва оперившийся птенец с титулом лорда.
   Глядя прямо в глаза Долохову, я пожал его руку.
   Здравствуй, Палач!
   Это громкое прозвище Долохов получит через три года, когда на развалинах своего дома долго будет пытать попавшихся ему живыми Авроров и фениксов. Да и в дальнейшем именно он, а вовсе не полусумасшедшая Беллатриса, будет заниматься допросами пленных. Белла же пытками баловалась просто для души. Она и до Азкабана была весьма вспыльчива, а после долгого заточения с дементорами стала и вовсе безумной. Под стать своему обожаемому господину.
   Я прекрасно помню Долохова образца середины 90х. Равнодушный ко всему маг, с взглядом мертвеца или бездушной машины. Волдеморт даже не наказывал его своим любимым пыточным. Знал, что это просто бесполезно. Страшнее человека, которому нечего терять, может быть только все потерявший маг.
   Сложно поверить, во что превратиться Долохов в будущем. Но хватит об этом. Судьбы нет! Мы сами творим ее своими действиями или бездействием. Хочешь найти первого виновника собственных проблем? Подойди к зеркалу!
   Сейчас Долохов это сильнейший маг в окружении Волдеморта, искушенный в темных искусствах и боевой магии. Он и Каркаров станут обучать этих вчерашних школьников, колдографии которых вскоре будут смотреть с заглавной страницы Пророка и прочих газет с грозными надписями "Разыскиваются!".
   Считается, что Долохов учился в Дурмстранге - древней магической школе основанной самим Владом III Басарабом. Рыцарем ордена Дракона (надо ли напоминать, где в современной Европе находится главный заповедник этих милых зверьков?). Выдающимся некромантом и чернокнижником своего времени, заслужившим от своих благодарных подданных прозвище Цепеш - Колосажатель. Вампиром Влад Цепеш Дракула (*Dracul - дракон), кстати, не был. Чертовы маглы просто оболгали этого достойного мага.
   Впрочем, Каркаров - который подобно Дамблдору был последовательно учителем, деканом, директором Дурмстранга - ни разу не упоминал об этом. А потому уже в это время ходило мнение, что слухи о русских корнях Долохова не такие уж и слухи. И что он окончил ту таинственную русскую школу в сокрытом в водах озера Китеже. Возможно, что изначально Долохов был шпионом русских магов в стане очередного Темного лорда. Русские уже один раз прозевали одного Темного лорда, и повторять эту ошибку им не хотелось. Потом, потеряв семью - вырезанную аврорами и фениксами, Долохов полностью перешел на сторону Волди.
   Впрочем, все это лишь мои догадки. А в шпионы Долохова отрядила моя горячо любимая паранойя. У русских магических родов полно своих проблем. Они всегда были обособленными ребятами. Как и их страна, что еще не Европа, но уже и не Азия.
   - Лорд Снейп-Принц интересовался возможностью снятия посмертного проклятия, - сказал Волдеморт. - Кажется, что ты занимался чем-то подобным?
   - Без особого успеха, должен заметить, - ответил Долохов.
   - Но какие-то наработки у тебя должны остаться? Будь добр, поделись ими с лордом Снейп-Принц. И окажи ему всестороннюю помощь, если это потребуется.
   Я низко поклонился Темному лорду, прижав правую руку к груди. Демонстрируя, как я ему признателен.
   - Лорд Волдеморт, господин Долохов, если это поможет, то я ваш вечный должник.
   Что самое интересное - я ведь ни слова не вру. Долги свои я привык отдавать. Думаю, что спасение семьи Антонина будет достойной платой. А Волди?.. Легкая смерть - тоже неплохая плата. Жаль что до этого еще далеко...
  
   Интерлюдия
  
   - Почему вы решили помочь ему, мой лорд? - спросила Беллатриса, когда Долохов и Снейп аппарировали из поместья. Она вновь устроилась на ковре у ног Волдеморта.
   - Он похож на меня в юности. Та же тяга к темным знаниям, то же желание силы и власти. Пока даже перед самим собой он оправдывает эти устремления благородными целями: спасение матери, восстановление рода. Но я уже вижу эту жажду. Он умен, амбициозен и честолюбив - такие люди не любят быть на вторых ролях. Для них это хуже смерти.
   - Мне кажется, что тут замешано что-то еще, - неуверенно заметила Беллатриса. - Что-то личное, простите мой лорд, - девушка склонила голову в жесте повиновения.
   - Ты проницательна, моя дорогая Белла, - усмехнулся Волдеморт. Взяв девушку пальцами за подбородок, он приподнял ее голову и заглянул прямо в глаза. - Дело в его матери. Прожить столько лет с посмертным проклятием, да еще умудриться родить не сквиба, а весьма одаренного мага... - Темный лорд задумчиво покачал головой и перевел свой взгляд на огонь в камине.
   Некоторое время он молчал, словно что-то вспоминая.
   - В свое время она была очень сильной волшебницей. В Хогвартсе она не блистала, но ее потенциал был велик. Если бы лорд Принц был менее горд и согласился принять мою помощь в погубившем его ритуале, то этот мальчик мог бы быть моим сыном. В то время я всерьез рассматривал вариант вхождения в этот древний род.
   На мгновение Беллатрису охватил дикий приступ ненависти и ярости к совершенно незнакомой ей женщине.
   - Род Блэк ничуть не хуже! - горячо воскликнула она. - Может мы не столь древние, как Принц, но у нас хватило силы и мудрости сохранить свое богатство и влияние!
   Волдеморт с удивлением посмотрел на девушку и раскатисто рассмеялся.
   - Ты ревнуешь? - Его ладонь скользнула по волосам девушки, пропуская черные локоны между пальцев. - Моя дорогая Беллатрис, это просто глупо. В то время ты была еще младенцем. А потом я понял, что вхождение в любой древний род не позволит мне ничего изменить - время уже упущено. Я нашел другой путь! Свой путь!
   - Ради всеобщего блага? - с усмешкой поинтересовалась Беллатриса. Ее гнев стал отступать. Действительно, глупо ревновать обожаемого господина к прошлому... практически мертвому прошлому. Усмешка на ее губах стала злой.
   - Всеобщее благо оставим старику, - поморщился Волдеморт. - Мы боремся только за благо Магического мира. За законное право древней крови и силы решать его судьбу!
   - А Дамблдор знает об этой истории с матерью этого Снейпа?
   - В нашем мире есть мало того, что старик не знает.
   - Поэтому он столь благоволит этому полукровке?
   - Лорду, Бэла. Лорду. Я хочу, чтобы ты проявляла больше уважения к нашему юному другу. Магию рода не обманешь.
   - Если вы этого желаете, господин, - поморщилась Беллатриса.
   - Да, я так желаю! - отрезал Волдеморт. - А что касается твоего вопроса, то планы старика на лорда Снейп-Принц могут быть различны.
   - Он хочет заслать к нам шпиона! Я уверена в этом!
   - Возможно, но надо рассматривать и другие варианты. Дамблдор умеет планировать на несколько ходов вперед. Но что бы он там не задумал, пока что лорд Снейп-Принц мне не угрожает, не мешает моим планам. Кроме того, мне интересно посмотреть, что у него получится. Если ему удастся найти способ победить посмертное проклятие, то одно только это оправдает любую оказанную ему помощь. В мире найдется немало магов готовых заложить душу за подобные знания. Да и благодарность лорда Снейп-Принц будет нам весьма не лишней.
   - Даже если он найдет способ, вы думаете, что он отдаст нам эти знания?
   - Ты не веришь в человеческую благодарность?.. Правильно делаешь. Если лорд Снейп-Принц добьется успеха, то я найду способ получить эти знания!
  
   Конец интерлюдии
  


Популярное на LitNet.com Р.Цуканов "Серый кукловод. Часть 1"(Киберпанк) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) М.Атаманов "Искажающие реальность-5"(ЛитРПГ) А.Шихорин "Создать героя 2. Карманная катастрофа"(ЛитРПГ) А.Шихорин "Создать героя"(ЛитРПГ) В.Соколов "Обезбашенный спецназ. Мажор 2"(Боевик) А.Мороз "Эпоха справедливости. Книга вторая. Рассвет."(Постапокалипсис) Д.Черепанов "Собиратель Том 3"(ЛитРПГ) И.Иванова "Большие ожидания"(Научная фантастика) А.Дмитриев "Прокачаться до Живого"(ЛитРПГ)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Д.Иванов "Волею богов" С.Бакшеев "В живых не оставлять" В.Алферов "Мгла над миром" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Вектор силы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"