Чваков Димыч: другие произведения.

Инсталляция или 98 1/2

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние конкурсы на ПродаМан
Открой свой Выход в нереальность
Peклaмa
  • Аннотация:
    Трудовые будни, весёлые праздники, невесёлые мысли и трогательные воспоминания...


ИНСТАЛЛЯЦИЯ ( 98 1/2 )

(психоделика не по Феллини, или полуправда полуночи половинит полутонов полый сполох полынный)

Вступление (часть 1). Накануне или 98 1/2

КВИНТЭССЕНЦИЯ АБСИНТИЗМА В АБСОЛЮТЕ

   Приступая к написанию этой душераздирающей истории, я призадумался, к какому жанру её прицепить методом литературной классификации социалистического реализма. Всегдашняя загадка для начинающего графомана. Поиграю-ка вновь вашим воображением, если не возражаете, в поисках определённости, насколько это возможно. Право слово, ничего умного в голову не идёт, только какие-то псевдо-восточные словечки. Что-то из области советского развитого наследия, безусловно, Средней Азии. Культур-мультур, эссе-глясе... Никакого полёта фантазии, сплошные очумелости. Хотя... Разве не смело: стать основоположником такого психоделического жанра, как эссе-глясе? Думаю, не только смело, но и просто запредельно. То есть за пределами разумного. Но если вы наберётесь терпения и смелости, то нам с вами по пути. И ещё, давайте, в конце-то концов, определимся, кем непредсказуемое эссе приходится мало изученному глясе. Опять не возражаете? Положим, про эссе мы когда-то слышали, и осознаём вполне трезво - это из литературы эстетов. Да, точно, я сам вам об этом и рассказывал в серии баек "Про Наумова". С эссе мы, можно вполне обоснованно предположить, что определились. Ну, а глясе? Вот, к примеру, сказать, крем-глясе готовится так. В кастрюлю положите 4 столовых ложки сахара и 2 яйца, подогревайте, взбивая венчиком до увеличения объема в 2-2,5 раза, снимите с огня и продолжаете взбивать до охлаждения, постепенно вбивая (молотком что ли?) 200 г размягченного сливочного масла (или маргарина), добавьте ванилин. Теперь совершенно понятно, что, чем больше взбиваешь, тем лучше готовая продукция. С точки зрения художественного слова в эссе-глясе сюжета просто быть не дОлжно. Какой, скажите на милость, может получиться сюжет, когда все факты тщательно взбиты и перемешаны? К тому же, ещё и эстетом! Это я так про себя осмелился, пока Зураб Церетельевич отвернулся. Он же считает себя последним эстетом на планете. Этакий Брюс Виллис от монументалистики. Не стану его разочаровывать при личной встрече, а для вас - совсем другое дело: назовусь эстетом, и дело с концом. Что ж, тогда, пожалуй, на этом и остановимся, да, и приступим к взбиванию ваших несвежих после напряжённого трудового дня мозгов, соблюдая пропорции, ведомые одному лишь автору, возомнившему себя человеком с восточными кореньями. Не слишком вас это шокирует? А, собственно, ничего иного читателю и не остаётся, как принять жанр в качестве данности, приступая к чтению, или попросту запустить в автора табуретом с молодецким: "Достал, нехристь пескоструйчатый! Вот я тебе ужо!"
   Как водится, в неказистых триллерах, всё начинается с пустяка. Так случилось и сейчас. Только в этот раз не было ни утечки радиоактивного топлива на атомной электростанции города Голема, ни тайного клонирования мыше-людей в лабораториях Пентагона, ни посещения чужих из Галактики Ксю-эпсилон-дребодана в городок Верхние Клозеты в разгар хэллоуина (по-нашему - "привет, на..."). Никто не вставал из гроба, чтобы полакомиться свежей кровушкой, сумасшедший профессор с забавной Трансильванской фамилией Вычьёвский не изобрёл никакого сладкого яду в стиле вишнёвого коктейля пополам с "розовым наркотиком", которым в отдалённых к западу от Урала Европах кличут запрещённый ныне абсент.
   Да, не все знают, что представляет из себя напиток художников, страдающих тяжёлой формой сюрреализма, каковым и является абсент. Или абсинт, если угодно. Залезаем в какую-нибудь умную энциклопедию и находим там вполне сносное толкование терминов "абсент" и "абсинтизм". Ну, скажем, такое:
   Абсент, абсинт, полынная водка (Франция).
   Абсинтизм, отравление абсентом, вызываемое содержащимся в нем полынным эфиром.
   Теперь, уважаемые читатели, вы знакомы в первом приближении с понятием нетрадиционной полынной водки. Почему только в первом? Так ведь для полноты картины не мешало бы еще, и попробовать этого разудалого продукта в разгар зимней спячки, переходящей в весеннее пробуждение. Я вам не смогу предложить и даже на словах рассказать об этом, поскольку в моей истории дело до абсента так и не дошло. К сожалению или к счастью - про то не ведаю. Но попробую с чего-нибудь начать, а то совсем уже заговариваться начал. Надеюсь, упоминание французской полынной водки ещё всплывёт где-то далее. Не стану загадывать.
   Итак, всё началось с пустяка, хотя середина декабря ничего выдающегося, кроме раздачи 13-ой зарплаты, не предвещала...
  

98 1/2

   "Комп скорее мёртв, чем жив..." - Kin-Soft многозначительно пощёлкал по BIOS-у ногтем, цинично обозвал материнскую плату с обрезанным функциональным рядом "недоделанной" и пошёл курить. Он всегда так поступал, когда случалось столкнуться с бестолковым "железом" или несообразительными людьми. Молодой ещё. Что с него взять? Пусть себе. На месте Kin-Soft-а Слава Салеев непременно бы заявил: "Понаставили рогаток, Рабиновичи нерусские". Но его с нами не было. Вся тяжесть превентивного удара пришлась на нас двоих. Как обычно, неожиданность событий была гарантирована местным руководством. Поясню: появление значительного количество денежных знаков в рублёвом эквиваленте поставил нашего директора перед дилеммой - либо поменять всё, что только можно, либо ублажить сибаритов от диспетчерской составляющей предприятия покупкой очередного дивана или какого-нибудь иного развлекательного объекта, скрашивающего досуг ночных смен. Всегда же лучше наблюдать за фильмами и спортивными передачами "из тарелки НТВ+" лёжа, а на всю смену пока таких комфортабельных спальных мест в дефиците. Не совсем, значит, хорошо живём. Диспетчера, как люди жутко образованные, требуют к своим персонам особого подхода. Они для всех бездельников, вроде технических служб, денежку куют с усердием. Им и отдых положен прямо на рабочем месте с домашним комфортом. И напора им хватает, и натиска в нелёгкой доле - добычи себе дополнительных привилегий. К чести нашего "отца родного", он не стал ни мелочиться, ни идти на поводу у местечковой аристократии, а поручил нашему мифическому (поскольку его в штатном расписании не существует) отделу совершить глобальный апгрейд и модернизацию компьютерной сети общего пользования, включающей настройку и наладку 18-ти компьютеров в течение двух недель без потери данных и остановки работы пользователями. Если учесть, что дело сие предстоит провернуть нам вдвоём с Kin-Soft-ом, а пользователи не должны почувствовать никаких неудобств (так им директор показал, в смысле врачебных действий апгрейда), то дело предстояло не совсем обычное. Шеф, когда давал задание, сообщил: "Можете не спешить. Главное - с бухгалтерией закончить побыстрее, а остальное можно и на январь оставить..." Однако в междустрочии откровенно читалось, что до Нового года все юзеры должны стать практически одновременно счастливы за наш инженерный, разумеется, счёт. Мои с Kin-Soft-ом обстоятельства личного плана в расчет не брались. Мы обязаны... успеть, а остальные, в смысле - пользователи, должны... обрадоваться. При этом директора ничуть не интересовало то, что его заместитель по ЭРТОС не снимет с нас обязанность обеспечения стабильной радио и телеграфной связи. Что ж, делать нечего. Как говорится в одном классическом фильме, взялись мы за работу, не щадя своего таланта.
   - А что нам за это будет, за этот ударный труд? - поинтересовался Kin-Soft перед началом авральных работ.
   - Будем не только в шоколаде, но и по уши в сахарной пудре, которая после бухгалтерских чаепитий остаётся, - невесело пошутил я.
   Мне было доподлинно известно, что руководство вряд ли вспомнит о тебе при распределении пряников, если сам об этом не намекнёшь. Хорошо бы - от кнута увернуться.
   Теперь пару слов о том, кто такой Kin-Soft. Это прозвище мой молодой коллега Илья Ковалёв (отсюда и аббревиатура Kin - Ковалёв Илья Николаевич) получил ещё с тех времён, когда учился в Печорском речном училище на электромеханика. В те времена молодёжь очень здорово западала на процессоры Z80, а также их аналоги. Отъявленных фанатиков от Z80 называли "синклеристами" по имени самого распространённого компьютера "Синклер". Про подобных людей говорили буквально следующее: "Синклеристы" такие звери, что им даже нормальный компьютер никто не доверит". И в этой фразе достаточно много справедливого. Возьмём хотя бы один пример. При загрузке "Синклера" с магнитофонной кассеты на экране возникает мерцающий бордюр одного цветового оттенка. Так вот специалисты, причисляющие себя к фанатам из группы "синклеристов" Code Basters ухитрились дописать загрузочный модуль таким образом, что вместо мерцания на экране идёт прорисовка текста, который смещается из запрещённой области бордюра через весь экран по диагонали, снизу вверх. Для этого пришлось произвести согласование луча развёртки с кодом подмены цвета. Сами представляете, сколько нужно затратить времени и сил, чтобы вычислить в каждый момент времени, где находится луч развёртки (в каком месте экрана). И это всё нужно изобразить в кодах. Илья был одним из таких "зверей" в эпоху своей нежной юности, за что и получил своё прозвище.
   С тех самых "синклеровских" пор Kin-Soft так увлёкся программированием, что теперь для него нет никакой разницы, на чём писать проги. Хоть на "Паскале", хоть на "Си", хоть на "Делфи", хоть на языке запросов SQL-серверов, хоть на Visual Basic-е, хоть на санскрите с элементами идиш. Одним словом, если Салеев мастер на все руки, то Илью можно окрестить мастером на всю голову.
   Kin-Soft курил в коридоре, а в это время браузер под моим неустанным присмотром с отвращением копировал подозрительные файлы эротического содержания, обзывая их порнухой законченной. Биты искривляло в погнутом кабеле с витой парой и тормозило значительно на особо крутых поворотах. Новый компьютер директора сопротивлялся, не желая иметь ничего общего с коллекцией домашних, специально обученных скрипт-вирусов, принесённых нашим начальником на самолично записанном диске. Позднее шеф недоумевал: "Ничего, кроме игрушек не инсталлировал. Нигде, кроме Интернета, не бывал... И, откуда только, вирусы взялись?"
   Делать нечего, запустили антивирусную прогу на директорском компьютере, а там уже взялось. Причём так полыхнуло, что пришлось звать на подмогу AdAware. Дело пошло веселее. Только один неугомонный несанкционированный процесс всё никак не хотел сдаваться. Он верещал: "Аз есмЪ процэсс... Удалять меня не моги! Я ещё могу пригодиться... Не тронь, а то всю system дестриктну!" Но перезагрузкой мы его убили окончательно. Новый "винчестер" был чист, аки бумажный лист графомана в минуты полного отсутствия вдохновенного состояния экзистенционального литературного пёра.
   "А я маленький такой, унесёт меня прибой, - спел Кин-Софт голосом 98-ой "винды", возвращаясь на поле софтово-хардовых ристалищ к очередному компу, - лучше я в "дрова" зароюсь с головой. Вот ведь какая бестолковина, этот 98-ой. Всё ему покажи, расскажи, где лежит. Совершенно ничего самостоятельно вынюхать не способен". Я подтвердил это замечание, роясь в шкафу с системным программным обеспечением в поисках нужного. А сам по Салеевскому участию слегка взгрустнул.
   У Славы из обширного парка инструментов, коими пользуются электронщики всего мира, наличествует всего два. По крайней мере, судя по названию: ибала и мандала. Мандалой крутят, а ибалой лупят. Так примерно. Однако, по данным ЮНЕСКО Мандалай - курорт в Бирме, прежняя столица государства, близ реки Иравади, население 183 тысячи жителей. Но Славика этот вопиющий факт нимало не смущает. "Спионерили бренд", - говорит он, добродушно посмеиваясь.
   Тем не менее, в нашем деле Салеев нам не помощник нынче. У него своих забот полон рот. В РЭМе всегда так под Новый год, да, и с софтом ему как-то не очень привычно. Славику лучше в железяки погрузиться по самый хвост. В этом его призвание. А вторым призванием Салеева является педагогическое. Он ещё, когда в лицее информатику преподавал, за собою это приметил. Откуда что взялось, коли, не получил Славик никакого образования специального за всю свою не короткую жизнь правоверного мусульманина. Салеев, как педагог по призванию, да, ещё и с фантазией, не стал ограничиваться стандартными методиками и натаскивал своих юных воспитанниц, обучающихся специальности "оператор ПЭВМ" разборке-сборке системного блока на время. Представляете себе, девчоночья группа, состоящая из хрупких ангелоподобных созданий 15-17-ти лет, начинает по сигналу Славика раскидывать системники, вплоть до изъятия "мамки" из корпуса. А потом из полученных запчастей они, как по мановению волшебной палочки, восстанавливают исходный аппарат. Заметим, кстати, что лишних крепёжных деталей (как это обычно случается) практически не остаётся, а система грузится без проблем. Причём делают это Славкины девчушки практически не бездумно, как солдаты-первогодки с хорошими рефлексами при сдаче нормативов по автомату Калашникова, а вполне осмысленно, со знанием дела. Птенчики из гнезда Салеева, несмотря на кажущуюся инфантильность и эфемерность, смогут запросто собрать вполне приличный комп, подобрать комплектовку по оптимизации критерия цена-качество или исходя из имеющейся суммы. И Славику не будет за них стыдно. В общем, не девчонки, а Интернет-воительницы современности. Да, но эта Славкина ипостась уже в прошлом осталась. А его ученицы, между прочим, до сих пор пользуются спросом у работодателей.
   Вспоминаем... Некогда нынче Салееву прийти к нам с Kin-Soft-ом на помощь. И Ромке тоже некогда - его документами по самую маковку загрузили. Как-никак комиссия по сертификации грядёт после праздников. Облепили его инженеры с сертифицируемых объектов, продыху не дают, жилы, кто как умеет, из парня тянут. Да, периодически кто-то из бухгалтерии подбегает с просьбами различными и жалуется, и причитает с надрывом в голосе, выручай, дескать, Ромка-свет, совсем не хотят компьютеры на человеческом языке говорить, только по системному юзеров ругают и к диспетчеру задач допускать не спешат.
   Так что трудимся мы с Kin-Soft-ом из последних героических сил, превозмогая непонимание домашних от нашего рвения и другие мало объективные обстоятельства. Трудимся, периодически вспоминая одну широко известную в узких кругах истину отношения государства к работающему гражданину. Государство: Мне не нужно, чтобы ты хорошо работал, мне нужно, чтобы ты устал. А на подмогу ему, государству то есть, всякие неумелые юзеры приходят, звонками донимают. Ну, что бы вы, к примеру, ответили вот на такую жалобу пользователя "я не вижу принтер"? А мы с Ильёй к окулисту отправили. Думаю, так больше пользы будет. Для них обоих. Для принтера в первую очередь, а для пользователя во вторую. Что же до окулиста, то такова его доля. Отвертится, если с лекций по психофизическому состоянию пациентов в пивнушку не сбегал в своё время.
   Электрический чайник "Тефаль" запыхтел в углу, как бы говоря: "Запарился я, ребята, о вас всё время думать! Всё работаете и работаете, а чай когда же пить?" Но нам до него не было никакого дела, мы были увлечены очередной загадкой, поставленной неадекватным компьютерным железом.
   Как-то во второй половине дня нас зашёл проведать Ваня. Поговорили с ним о том, о сём, о системе резервирования электропитания, качестве бисквитов в магазине "Юность", о видах на сдачу курсового проекта (Ваня учится заочно вместе с Ильёй и Ромкой) и извлечении исходного кода некоторых "шароварных" программ. А потом Ваня спросил:
   - Илья, ты знаешь игру "Need for speed"? Почему там полицейский говорит с грузинским акцентом?
   - Потому что штат Джорджия! Там же так и написано... Тщательнее нужно инструкцию изучать...
   "Ну, что, - спросил Kin-Soft, - будем ставить в основном WinXP, а куда эта шняга встать не сможет по причине убогости хардовин, туда - 98 с модернизацией?" "Что это за 98 с модернизацией?" - спросил я, немного удивившись. Оказалось, что всё просто, как бублик. Просто после инсталляции Windows 98 SE (Second Edition) наваливаешь на компьютер Microsoft Office XP. Офисное приложение апгрейдит систему, бесконечно ковыряясь в её реестре, после чего операционка становится SE+ или же чем-то похожим на Windows третьей редакции. Вы правы, конечно, третья редакция системы не проводилась, следовательно, будет более справедливо назвать полученную в итоге систему Windows 98 1/2. Почти как у раннего Феллини. Я сообщил о своей лингвистической находке Kin-Soft-у, и мы условились так и называть этот суррогатный программный продукт.
   А пока же мы неутомимо следили за процессом копирования очередного пакета данных по сети, какая-то новая софтина пыталась привязать себя к харду, как самая пронырливая и вредная тварь. Надавали ей по контрольной сумме, и она перестала.
   С ИксПишкой у нас с Kin-Soft-ом проблем никаких, зато 98-ая система постоянно что-то отчебучивала такое, от чего мы всё время ощущали себя недообразованными пользователями с крайне пониженным рейтингом по шкале Microsoft-а. Но в конечном итоге железо не выдерживало нашего напора и сдавалось. Иногда приходилось жесткие диски привешивать гирляндами к нашему родному компьютеру с административной подкачкой, слегка упирая их уголком торца в стол, чтобы "слить" информацию, которая никак не желала по перекрёстному сетевому соединению скачиваться должным образом. И ещё для того, чтобы пользователям не перекрывать вентиль доступа к нашей библиотеке инсталляшек. Сетевая-то карта у нас одна всего и к двум "ланкам" относится, как Боливар из знаменитого рассказа О'Генри. Иногда Илья замечал мне, между прочим, поглядывая в сутулую спину старенького Seagate-а на 10 гектар информации в кожаном комбинезоне от малайзиских кутюрье:
   - Всё, пора снимать этого кренделя. Устал уже диск на дыбах стоять... Как бы стоп-кран на гироскопе не сорвало.
   - Не на дыбах, а на цыпочках, - отвечал я и одновременно с этим производил освобождение железяки от временного интерфейсного ошейника и разноцветных верёвочек вторичного питания.
   Правильно мы на 98-ую "винду" ругались. Очень уж она безмозгло себя при установке ведёт. Особенно, когда спешка. Особенно, когда позволишь ей самостоятельно найти P&P устройства. Ткнётся такая бесхозная система в железяку. Ты кто, типа? Ой, ёёё... Никому не известный зверь СиДи ром. И такое бывало. А тут ещё проблемы с новым железом от D915PCY Intel. Такая вся из себя интегрированная и продвинутая "маманя", что даже слышать ничего про 98-ой не желает. Сразу экран монитора гасит, будто издевается. Попробовали обойти обманным путём эту рогатку. Вместо встроенной видеокарты поставили старенькую PCI-ную. Процесс установки худо-бедно зашевелился. Правда, скорее худо, чем бедно. "Лишь бы "винда" успела показать всю свою интерфейсную мощь", - думалось нам по наивности. Но она не смогла... Монитор горестно пожаловался, что у него проблема с герром Герцем и отказывался что-либо показывать, кроме знаков вопроса поперёк свеженькой, от Самсунга, трубки.
   И при первой же загрузке с жёсткого диска монитор опять потерялся без малейших шансов отыскаться. Для чего нам потребовалось на современный компьютер старую систему ставить? Это для того, чтобы прога по начислению зарплаты с интегрированным пакетом отчётов для пенсионного и налоговой заработала. С XP у неё возникают проблемы в полноэкранном режиме, и, до всего прочего, ещё некоторые кириллические шрифты, от DOS в наследство оставленные, не поддерживаются.
   А с другими компьютерами из новых вышло всё удачно. Поставили систему ИксПи на один, а на другие её же Norton Ghost-ом перекатали, поскольку железяки все одинаковые. Главное в этом деле - не спешить зарегистрировать операционку, с которой "козлишь" зеркальным манером, а то потом грузиться не станет.
   В эти дни мы с Kin-Soft-ом общались с внешним миром, в котором обитало организованное начальство, только посредством селектора. Я, приходя на работу, обычно спрашивал:
   - Селектор уже верещал?
   - Да, малая перекличка состоялась (её в 7:30 сменный инженер службы проводит), а большой ещё не было.
   - Тогда уже не перекличка, а линейка. Звеньевой провёл, а вожатый чуть позже...
   Впору такие селекторные совещания с единообразными утренними докладами с объектов назвать "Пионерской зорькой". Заранее знаешь, что скажут, но спать мешает. Следом за неминуемым селекторным обрядом мы рассупонивали очередной корпус и производили операцию на внутренних органах подвернувшегося компьютера. Потом следующий. И этим вот изумительным образом часов до 8-ми вечера.
   А пока мы так с нежной настойчивостью приводили в порядок компьютерный парк предприятия, где-то высоко в небесных сферах стряхивали осадочный слой с древних правительственных манускриптов. Золотая пыльца, поднятая при этом, возбуждала и слепила начальственные взоры, призывая осенённых мудростью, жаждой наживы и азартом игроков в беспроигрышную лотерею высокопоставленных клерков разродиться знаковым документом, приводящим к общему знаменателю труд инженерно-технических работников и санитаров из психушки. Вскоре докатилось и до нас. Докатилось и окатило!
  

ЛИХАЯ ЗОЛОТУХА

   Ни для кого не секрет, что в России что-то не так с экологией. А иначе, почему тогда у русских, что бы они ни пытались создать, хоть супер-микро-процессор, хоть жевательную резинку со вкусом хрена и холодца, обязательно выходит автомат Калашникова? Просто напасть какая-то. А все, отчего происходит? Никто не знает. Вот и кивают на неудачную экологию, с которой держава вынуждена бороться из последних сил. А граждане тоже из последних сил борются с этим государством, которое за их же деньги пытается сгноить поколение призывного возраста в отстойниках чьих-то амбиций, которое за те же самые деньги пытается наехать на собственное население, переодевшись из бандитских кожанов в форму милицейского беспредела. Много бы ещё чего доброго можно было сказать о неусыпном беспокойстве государства к своим детям, но времени нет. Отмечу только, что в народе не все такие уж и непримиримые противники строя беспринципных и нагловатых недоучек, как фиговым листочком, прикрывающихся президентом и его командой, большая часть купилась на яркие фантики от евро-упаковок. Но существуют и другие, с верноподданнической прослойкой вместо спинного мозга, которые добровольно выполняют все указания властных структур, как бы абсурдно эти директивные предписания не выглядели. И, ладно бы, их подкупали немалыми взятками. Так ведь нет. Большинство совершает глупые гадости совершенно бескорыстно, не задумываясь о том, что здравого смысла в их действиях чуть больше, чем в действиях мухи, стремящейся разбить оконное стекло бестолковой головой. Что из этого получается? А вот посмотрите.
   Не успела госкорпорация по организации воздушного движения прибрать под себя все бывшие предприятия (числом чуть более 65-ти) и назвать их своими филиалами, как немедленно строго указало своим подчинённым привести в соответствие учтённое количество драгоценных металлов с тем, что значится в формулярах на основное производственное оборудование. Ничего, конечно, в том плохого нет. Порядок должен иметь место. Но вот, что было дальше. Немного погодя, московские умники решили, что давно отработанного порядка мало и указали на то, что строгий учёт необходимо осуществить не только для основных средств, но и для расходных материалов, вплоть до радиодеталей и предохранителей. Собственно говоря, не их это изобретение. Здесь бредовость ума масштабом покруче требуется. Ушёл бывший премьер, господин, Касьянов в отставку, но оставил после себя этакий пакет документов, которым только в "жёлтом доме" печурку-буржуинку растапливать. Первое время на это вздор никто внимания не обращал. А потом враз все клерки прозрели: власть ушла, а указания оставила - хошь, не хошь, но выполни. Дисциплинированный у нас административный народ. Хорошо он себя мироощущает, особенно если все глупости за него придумали другие. Самому то есть напрягаться нет необходимости. Во что это выливается, в частности, для нашего ведомства, довольно легко вообразить. Представляете себе картинку, как начальник объекта наподобие Пушкинского скупого рыцаря собирает сгоревшие предохранители, чтобы потом вернуть государству невероятно огромное количество серебра - 10-9 граммов в одной штуке. А если насобирать миллиард сгоревших предохранителей, то это же ЦЕЛЫЙ ГРАММ СЕРЕБРА. Интересно, а сколько всего за год предохранителей выпускает наша промышленность?
   Чуть позднее и такого подхода к строгому следованию заветам Касьяновским стало недостаточно. Все наши филиалы обязали произвести учёт драгоценных металлов и в импортной технике, в паспортах на которую нет никаких вразумительных данных на этот счёт вообще. Рекомендация такая - если нет данных, то нужно взять их с отечественных аналогов. Хорошо, пусть так. Но кто мне подскажет, содержание золота, платины, серебра и прочего в отечественном аналоге процессора Intel Pentium 1200 MHz (Tualatin) или же в чип-сете AMD 761TM ? Ясно - никто. Но и на такой, казалось бы, безнадёжный случай столичные самовароподобные чиновники изобрели ещё одно предписание. Если не существует аналогов на иностранные микросхемы крайне высокой степени интеграции, то необходимо комиссионно утвердить данные по содержанию в них драгоценных металлов, пользуясь житейской и профессиональной логикой. Понимаете, к чему это может привести? Допустим, комиссия посчитала, что в неизвестной импортной микросхеме содержится, скажем, 0,0012 г золота. Затем её списали, а при извлечении драгоценных металлов золота оказалось не 0,0012 г, а 0,0009 г. Как вы думаете, чем всё может кончиться? Да, элементарным судебным разбирательством с обвинением в хищении государственной собственности. Помните, как говаривал тесть Димы Семицветова из незабвенного фильма "Берегись автомобиля"? И эти слова его с роскошными Папановскими интонациями можно использовать в качестве эпиграфа ко всей золотушной возне, взбаламученной безмозглой синекурой. Вот эта фраза: "Твой дом - турма! А ты не воруй!" Лучше бы себе по шаловливым ручонкам надавали, милые голубые воришки.
   Позднее, правда, из высоких московских кабинетов разрешили сделать небольшое послабление. Теперь так всё происходит. Комиссия не пытается умничать, определяя количество драгоценностей в импортном оборудовании, на которое нет сведений, а просто записывают в карточку обтекаемую формулировку. Нечто вроде: "по нашим соображениям в данном агрегате имеются драгоценные материалы, количество которых не поддаётся подсчёту". Теперь списание происходит удивительно быстро. Отправляешь акт о техническом состоянии оборудования в Сыктывкар. Оттуда тебе через месяц-другой семафорят "добро на списание", а потом передают в твой подотчёт НЕКОТОРОЕ (то самое - не поддающееся подсчёту) количество драгоценных металлов. Для того чтобы окончательно избавиться от пришедшего в негодность устройства, нужно отправить его в тот же Сыктывкар для извлечения сокровищ. После обработки специализированная фирма выдаёт тебе справку о конкретном содержании драгметаллов. И вот теперь ты чист перед вышестоящими и законом. Понятное дело, никто из-за одного списанного устройства или горсти радиодеталей машину за 600 вёрст к горнилу златодобывающей промышленности гонять не станет. Таким образом, у материально ответственных, наподобие меня, появится шикарная возможность стать обладателем, к примеру, шестикратного НЕКОТОРОГО количества КАКОГО-ТО, пока не известного, драгоценного металла. Дурдом? Несомненно. Но такие у нас в руководстве госкорпорации имеются в наличии дилетанты с купленными дипломами и любящими родственниками, отягощёнными толстыми мошнами, в которых таятся всевозможные кредитные карточки вместо "фантиков", каковые большинство население условилось считать деньгами. Иначе эту вакханалию я объяснить не в силах. Единственный способ борьбы с ОТКРОВЕННОЙ дуростью - это прикинуться чайником, который свистит на каждый начальственный чих: "так точно, сэр!", а всё импортное оборудование принимать с пометкой: "По данным паспорта драгоценные и редкоземельные металлы в оборудовании ОТСУТСТВУЮТ". Но это стратегия на будущее - ни под каким соусом не соглашаться, проводить оценку содержимого в драгоценных материалах. Мы таки, в конце концов, не ювелиры, а некоторым образом инженеры. А вот теперь всё же нужно переоценить то, что имеется, как предписали бестолковые головы из столицы. Об этом всему честному КРС поведали заместитель директора по ЭРОтической службе (так у нас службу ЭРТОС величают) вместе с главным инженером на очередном разборе для крупного рогатого скота. Я давно понял, что ломать СИСТЕМУ - дело зряшное. Гораздо лучше сообщить этому нерасторопному монстру, что ты с ним заодно и далее - косить по полной, не забывая, впрочем, иногда встать навытяжку с верноподданным рапортом и фигой в кармане. Возлюбит ли меня система после этого к себе отношения? Все-не-пре-мен-но! Система не настолько глупа, чтобы избегать незаслуженной к себе лести. Иначе можно самоликвидироваться только по причине комплекса всеобщей к себе нелюбви. Итак, административная стройность любой система пытается создать себе подобных уродов из вполне приличных людей, а эти приличные люди не хотят создавать из вышестоящей системы ничего приличного, ибо всё приличное систематически стремится выродиться в массовое уродство и всеобщее стукачество. Такова суть системных начал. Так сказать, архитектура власти. Но хватит о грустном. Пора поговорить о скорбном. А то есть, об учёте драгоценных металлов, преподлейшим образом затаившихся в самых неудобных местах, и сдаче их в переработку в соответствии с приказом родимой госкорпорации.
   Перво-наперво, в бухгалтерии нам объяснили, что под драгоценными металлами имеется в виду не только золото, серебро и платина. Также в эту группу относятся иридий, молибден, другие редкоземельные металлы. Я же про себя продолжил данный определённый свыше ряд: а также пестициды, карбониты, апатиты (вместе с Хибинами и их матерью), портупеи (всё тупее и тупее), широкополосный дуст и другой стиральный порошок.
   И всё время не оставляет мысль. Пока мы тут миллиграммы золота из гантелей гражданина Корейко добываем, даже предохранители стороной не обходим, не говоря уже о тиристорах с реле, кто-то умный десятки погонных километров медного кабеля главному в Европе производителю цветных металлов, Эстонии, подвозит прямо на блюде с сине-бело-чёрно полосами. А, ведь, надо думать, кого-то наградят после нашего рапорта о невиданных успехах в деле золотодобычи. Дескать, порядок навели в небе России. Нет там бесхозного золота. Нет, и больше не будет!
   Итак, предстояло выдать на-гора ещё "алмазов из каменных пещер". Всему КРС надлежало разрисовать перед Васильичем и Главным самым верноподданническим способом своё стремление обогатить предприятие. Поскольку из списанного ничего, кроме телеграфных аппаратов и двух кособоких четырнадцатидюймовых мониторов у меня на объекте не было, я лично так и заявил: "А, давайте, отвезём в Сыктывкар пару мониторов". Лично мне расхристанных РТА-80 было жалко отдавать в чужие, загребущие лапы. Всё-таки два рабочих места нам нужно было перекрывать. И, к тому же, Инту и Усть-Цильму тоже мы поддерживаем аппаратно. А там по два агрегата (на приём и на передачу). Васильич и Главный внимательно выслушали мои пропозиции и ответствовали не только зримо, но и почти грубо в доступном нетренированному взгляду обычного обывателя спектре ассоциативного ряда: "Так на приёмном пункте очень строго с этим. На мониторы же нет паспортных данных о содержании драгметаллов. Их просто не возьмут. Там всё жёстко. С неверно оформленными документами, или, пуще того, с отсутствующими, официально подтверждёнными данными о наличии "злата-серебра" железяки назад заворачивают". Интересно, а как же тогда обстоит дело с аппаратурой с содержанием НЕКОТОРОГО количества драгметаллов? Как намерено руководство сдавать этот лом в переплавку? Как преодолевать препоны с капканами, которые приёмщики понаставили, намереваются? Озадаченный этим вопросом, чуть позднее, я подошёл к завидущему инженеру РЭМа Лёхе Пронину и спросил, как проистекает процесс оформления сырья для добычи из него "вторичных" драгметаллов на самом деле. Это именно он недавно сдавал металлолом с золотым песком в лавку старьёвщика в Сыктывкаре. Ему и карты, как говорится, в руки. А вот, что я узнал. Коробки со сдаваемым в переплавку оборудованием и вложенными описями (строго по формулярам!) выгрузили во дворе кособокого деревянного здания, отдалённо напоминающего салун в поселении Клондайк конца 19-го века. Потом немногословный Квазимодообразный "мальчишечка" сорока с лишком годочков, покидал всё на багажные весы и промычал нечто неподдающееся разуму инженера среднего звена, в сторону милого разворотисто-мордоворотистого приёмщика, сидящего за компьютером. Но Леха человек далеко не средний. Он спросил, сколько принимают по описи драгметаллов в этом богоугодном заведении, ибо ему потом предстоит отчёт перед князьями держать. Увесистый приёмщик хохотнул и сказал: "А скока тебе надо, братка, стока и запишем. И Печать пришпандорим для красоты". Лёха сразу доложил, "сколько ему нужно". Составили акт, который набивал сам Пронин, поскольку приёмщик на компьютере умел только пасьянсы раскладывать. Да, и то - самые несложные. После окончания процедуры приёмщик закричал: "Юрец, блин, твою-то маму, мня, через коромысло! Дуй сюда мухой. Нужно акт подписать". Примчался увалень Квазимодо и что-то промычал. Приёмщик ощетинился и учинил правёж: "Ты что, Юрец, офанарел! Думаешь, твои родители тебя сюда послали только кувалдой махать? Нужно же и мозгой немного потрудиться, твои мати! Давай, блин, ставь сюда свою подпись. И, чтоб не как в прошлый раз... чёрте что мне тут изобразил, деятель науки и техники! Я же тебя учил, зараза такая! Вот. Так. Это почти подпись... Иди уже, колошмать своей кувалдой". Чтоб не как в прошлый раз?.. Как понял Лёха, в прошлый раз этот богатырь ухитрился изобразить крестик вместо подписи в официальном документе на приёмку лома.
   Кстати, опись содержания драгоценных металлов согласно формулярам приёмщик на глазах Лехи выбросил в урну, предварительно изрезав в мелкую мерзкую лапшу на портативном уничтожителе документов. И какому из оппонентов в споре о методах приёмо-сдачи оборудования, содержащего, наяву или в начальственном сне, драгоценные металлы вы бы поверили? Тому, кто говорит, что всё должно быть оформлено самым, что ни на есть, надлежащим образом, или тому, кто у Юрца документы подписывал? Я лично с начальством спорить не стал. Я попросту выкинул мониторы на свалку. У меня же нет всех надлежащих документов. Да, и наплевать. Главное, что Салеев выпаял оттуда пару нужных импортных деталей. А какое там злато-серебро в тех мониторах? Смех на палочке!
   А золотушный разбор, меж тем, подходил к логическому концу, который лучше назвать завершением. Всё было спокойно. Народ устал спорить о мудрости удалённого от нас на безопасное расстояние московского начальства, полагаясь на безотказное русское "авось", согласно которому инициатива хороша только на первоначальном этапе. Потом она и авторов начинает раздражать и приводить в неистовое томление. Подтверждением тому послужил ответ ведущего инженера ВПС, одного из самых старейших в базе, на оптимистичный вопрос Васильича:
   - Напомни, Максим, сколько раз на твоей памяти такой строгий подход к учёту драгметаллов декларировался?
   - Никак не меньше трёх. Это четвёртый раз. Переживём, думаю.
   При последних словах Максим улыбнулся, осветив кабинет Васильича многограммной золотой улыбкой своих коронок. Ведущий инженер РСП (радиолокационной системы посадки), Серёга Шишелов даже рот раскрыл от изумления. Раньше он как-то не задумывался, какими зубами его коллега ходит на обед. А тут! Не выдержал Серёга:
   - Знает Максим, как правильно учёт драгметаллам вести. Такую зубастую улыбку отрастил - всем на зависть! Ишь, как усмехается красиво! Не зря же три "золотых" революции пережил!
   Весь КРС пришёл в приятное расположение духа. Серёге Васильич предложил остаться "после уроков" для обсуждения подробностей учёта, а Максим незлобиво усмехнулся:
   - За зубы ответишь...
   Слово за слово, золото золотом, а жизнь текла своим чередом. Один только господин Касьянов не находил себе места, поминаемый сотнями тысяч материально-ответственных ИТР, не зная куда конкретно ему идти: В, НА или куда-то ещё. Оставим его за этим увлекательным занятием, а сами пробежимся по рабочим местам. Вдруг, там требуется инженерное вмешательство.
   И точно...
   Между тем, абсентом ещё и не пахло....
  

СОПРЯЖЕНИЕ СЛОВЕЙ ИЛИ СКЛОНЕНИЕ ПАДЕЖОВ

   Прохудился на рабочем месте руководителя полётов монитор. Да, так прохудился, что никакой мочи на нём работать не стало. Развёртку схлопнуло вверху, где шляпа, а на трубке прогар выглядывал звериным оскалом интерфейса АРМа "Рабочее место РЦ". И ничего здесь удивительного нет. Попробуй-ка, поработай в круглосуточном режиме почти 6 лет, когда на экране практически никакой динамики, а Screen Saver-а не предусмотрено. Тут дело тоже вполне объяснимое: Screen Saver c АРМом на базе обрезанной Windows NT 4/0 (SP6) никогда бы не смог так мило отрабатывать свой "хлебушко" по полтора-два месяца без перезагрузки. Это же не рабочие места диспетчеров, где картинка на мониторе меняется в соответствии с локационной обстановкой. Там всё равномерно выгорает, и глазу почти недоступно в видимой части спектра, если ты с этим монитором сроднился, как с верной собакой.
   Таким образом, вопрос с заменой назрел, как фурункул на шее простуженного бушмена, попавшего в открытое море. Привожу новёхонький ЭЛТ-монитор прямо из магазина и затаскиваю его вместе со Славиком в единый зал системы УВД. Вот вам и пример неудачного выражения. Не понятно, кто кого затаскивает. Но, если брать в расчёт мою остеопатическую спину, то вариант, когда я поднимаю на второй этаж Салеева верхом на мониторе, отпадает просто и естественно, как перхоть с непокрытой головы на капитанском мостике. Вот вам и ещё пример неупорядоченного использования словарным запасом на грани фола. Вы когда-нибудь лицезрели одинокую голову, полную перхоти, на капитанском мостике? Мне, честно говоря, не доводилось. Обычно голова всегда находится при ком-то конкретном. Укорочение деятелей Великой Французской Революции методом Конвентированного Гильотена в расчёт брать не станем. Теперь в Парижском городу очередная республика не балуется такими изысками, а Воланд в Москве не появлялся с тридцатых годов прошлого века. Но я совсем забылся с этим изучением литературного цинизма. Вернёмся в начала абзаца, где мы с Салеевым поднимаем монитор в единый зал (гражданские плюс военненькие) системы УВД.
   - Что, опять какую-нибудь рухлядь притащили? - строго спросил руководитель полётов.
   - Нет. Новьё! - отвечаем мы дуэтом.
   - А плоский?
   - Экран класса "флэтрон", плоский, как гладильная доска.
   Достаём агрегатину из коробки. Начальник диспетчерской смены кривит губы и говорит:
   - А говорили, что плоский... А он обычный, только форма немного другая, не как у старого. А отчего нам плоский начальство не хочет купить?
   Я хотел, было, начать объяснение о том, что диодная матрица в статическом режиме выгорит ещё быстрее, чем "трубка", и вот именно поэтому, а не по какой другой причине... Но Славик решил проблему быстрее. Он вытащил из-за спины руку с одним из своих личных инструментов класса "мандала" и хохотнул:
   - Хотите плоский? Ща, сплющим!
   Больше руководитель полётов вопросов нам задавать не стал, поскольку принял мандалу за ибалу, а слово "сплющим" немного и на свой счёт. Куда потом с камбалой вместо монитора (или головы) податься... Такое невесёлое подозрение... А нам-то что, мы сделали дело - можно и перекурить.
   Стоим мы со Славиком Салеевым в курилке и сами себя развлекаем различными литературно-грамматическими играми. К примеру, одну общеизвестную фразу про "два пальца" пытаемся в удобоваримый эстетический конвертик завернуть.
   - Как бык по асфальту, - задаю я темп.
   - Как бык по сусалам, - подхватывает Салеев выпавшее, было, из моих рук знамя слуховых аналогий.
   - Как бык по салу, - не сдаюсь я.
   В этот самый момент Славик светлеет лицом, видимо вспомнив нечто такое, что привело его в довольно приятное расположение духа. Он прокашливается и говорит:
   - А, кстати, ты видел, как бык елдой трясёт на ходу? Я имею в виду, в процессе... Тут не до геометрических изысков. Летом, конечно, не заметно. А зимой на снегу отчётливо видать. Знаки Зорро, что ж такого! Помнишь фильм? Вот, и у быка такой же в точности. Да, знак этот, а не то, о чём ты подумал.
   Мы стояли и курили в тамбуре. Я одетый, а Славка в пиджачишке поверх лёгкой сорочки. Ему в "предбаннике", видите ли, душно. Ветер был, хоть и не достаточно северный, но всё же на май не поворачивал. Разве татар на севере понять можно? Не люди - один только импульс, один стремительный порыв в светлое завтра. Причём безо всякого разумного объяснения. Близко это мне... И, если бы не мой остеохондроз...
   - Ты не слишком погорячился, - заботливо осведомился ваш покорный слуга, - когда курить в такой неглижовости выполз?
   - Для меня дело привычное. - Ответил Салеев. - Я с детства к этому приучен. Меня отец с малолетства холодной водой окатывал по утрам на крыльце в любое время года. Нас у родителей 7 братьев и сестёр было. Я самый младший. В школе учился. Остальные уже работали. Жили скудно, и меня особо не баловали. Чувствовал себя иждивенцем. Остальные-то мои единоутробные трудовую копейку в дом несут, а я один в школе прохлаждаюсь. Старшие братья, бывало, мою порцию съедали, пока на улице с пацанами бегал. Но один раз я им отомстил крепко за такое к себе отношение. Прихожу как-то к ужину, а они сидят и мечут. Без меня начали трапезничать. Чего, дескать, шляешься так долго. Я им и говорю, что ходил мотыля мыть, а там, в кустах кошка дохлая. Сам же руку за пазуху, и на стол старую кроличью шапку выкладываю. Братьёв враз из-за стола сдуло. Прямо на улицу. Удобства же во дворе. С тех пор они уже никогда больше меня объесть не пытались. Вот так-то. В большой семье едалом не щёлкай!
   Дальше курили почти что молча. И, чтобы хоть как-то скрасить наше совместное отравление никотином, я снова завёл беседу: "Вот, пора бы шапку новую покупать. Хороша норка. Знатная. Но уже старовата стала".
   - Так на работу ж ничего, носить можно, - успокоил меня Салеев.
   - А если по городу? Просто так...
   - Главное, чтоб не летом. Летом никаких нервов не хватит объяснять всем любопытным, что тебе некогда новую шапку купить...
   Курили, не включая вытяжной вентилятор, так как строго следовали наставлениям и указаниям о сбережении драгоценной электроэнергии. Перед глазами, как живой, вертелся навязчивый маэстро Чубайс с денежным счётчиком под мышкой. Лёгкий поворот ручки, наподобие той, какие приделывались к патефонам фирмы Thorens-Excelda, Швейцария, в 30е годы ХХ века, и уже очередной миллион попадал "рыжику" в карман. А на кармане кто-то неловко написал нитроэмалью: "Закрома государства. Охраняется законом и ПОНЯТИЯМИ о чести и совести нашей эпохи!"
   Прошло время. А, может, немного больше, и я снова зашёл в РЭМ, где Салеев оставался за старшего почти до самого конца января. Слава сидел, как старый филин и руководил процессом сбора ёлки, напоминая всем старую истину о том, что человеку никогда не наскучит смотреть на пламя, бегущую воду и то, как другие работают. Получалось у него такое странное дело довольно успешно. Ёлка была искусственной и по этой причине никакого сопротивления лапам, жаждущим завесить её игрушками, не оказывала. Боже, как мы далеки от природы! Уже точно не вспомню, кто это подумал, я или Славка. Возможно, мы с ним в унисон для двух славных персон. И, кроме того, ёлка вызвала в памяти моей какую-то странную ассоциацию, которая вряд ли приходила в голову разработчиком дизайна принтеров фирмы "Хьюлетт Паккард". Она, ассоциация эта, напоминает о себе всякий раз, когда я посещаю кабинет, где сидят диспетчера-инструкторы со своим любимым принтером. Тамошний каповый нарост сканера на НР 1100А походит на пивной животик начинающего бюргера. Я обычно стараюсь быстро выйти из этого офиса, чтобы не стать жертвой пивной жажды.
   Обед ещё и не думал начинаться. Позиционирование атмосферных потоков не предвещало чего-либо экстраординарного. Но тут вошёл Рома. Накануне ночью он не спал, поскольку посетил биллиардную "Три туза" со своим новым цифровым фотоаппаратом наперевес и желанием кого-нибудь обыграть в "пирамиду" или "американку". С партнёрами ему везло не очень, поэтому домой он так и не попал. А вот какая сила заставила парня прийти на работу - для меня лично осталось непонятным. Рома контролировал себя достаточно уверенно, только посторонние ароматы вызывали опасения, будет ли он верно понят начальственными особами при личной встрече. В биллиардной Ромик пил джин, настоянный на еловых шишках до самого утра. И, действительно, от него всё ещё пахло хвойным лесом в жаркий солнечный день, запоздалым похмельем и кое-какой закуской из бара "Трёх тузов". Вполне возможно, что это было фондю. Абсента ему не подавали - это точно! Или не точно? Другие, возможно, угощались полынной горечью... И, кстати, причём здесь абсент, вообще говоря?
   - Иди отсюда, шишка еловая! - Пошутил Салеев. - Такого перегара мне ещё не доводилось употреблять натощак.
   - Так мог бы, и отвернуться, - возразил слегка озадаченный Рома.
   - Как же, отвернёшься. Ты у нас, как пострел, который везде поспел. От тебя сегодня, как от жёлтых листьев, не спрятаться, не скрыться... А с виду, вроде, на шишку больше похож...чем на Яка Юлу. Рабинович, ничего не скажешь...
   - Что, и даже ролик, который я снял в биллиардной, не посмотришь?
   - Была охота в твой телевизор для грызунов смотреть (Слава имел в виду Ромкин цифровой фотоаппарат Minolta звычайной портативности). И так уже одни очки не спасают, а ты меня на телескопические линзы подписываешь. Иди лучше чаю крепкого попей... Может, человеком станешь...
   Рома увлечённо рассказывал об устройстве мира с точки зрения биллиардного клуба. О том, на каких трёх столах стоит наша земля, и какой "живой" и "мёртвой" водой потчуют в тамошнем баре. Про джин мы и сами догадались, а вот остальное... О том Рома поведал на словах, руках и движениях непослушной не выспавшейся головы. Опять всплыло название розового абсента. Пока только в качестве непонятного позывного из сеанса связи, к которому меня не допустили в связи с отсутствием пароля. Но тогда я не придал этой странности ровным счётом никакого значения. Тем более что Ромка заявил вдруг, что там, в "Трёх тузах", снабжение от газовиков. Так и сказал, что в биллиардной маза "Севергазторга". "Не маза, а мыза. - Подумалось мне. - Хотя, причём здесь эстонцы? Наверное, всё-таки - база". Оказалось, действительно, речь шла о базе, просто у меня после второго тоста оказался банан в ухе. Так-так-так, а причём здесь тост, если ещё рабочий день? Ах, да, вспомнил. Просто Рома повторил свою историю позднее, уже за столом, посвящённым проводам старого года. Я что, про это ещё не рассказывал? Тогда слушайте.
   Абсент мы снова не пили...
  
  

КАНУНЫ

   Труды наши по апгрейду компьютерного парка закончились под самый Новый год. Только вздохнули с облегчением, а тут сверху спустили несколько распоряжений по введению в действие новых руководящих документов. Пришлось оперативно реагировать. "Ну, пока отдыхаешь... от уничтожения монстров, роди мне пару документиков", - сказал я Илье, разбираясь в очередной пачке макулатуры. Kin-Soft безропотно подгрузил MS Word и мерно застучал запонками по краю стола. Конечно же, вру. Отродясь Kin-Soft запонок не носил. Это у него просто пальцы такие. Проворные, до клавиатуры охочие. Плодить документы вдвоём не в пример способней, чем одному, поэтому справились быстрёхонько, и я пошёл доложить об очередном небывалом успехе Васильичу. Заодно и документы завизировать. На полпути и настигла меня мысль о том, что праздник одной ногой на дворе, а мы и не шевелимся. Нужно народ поднимать. Баррикад строить не станем. Лучше по кондовому, по-простецки, так сказать, водки попьём за беседами наукоёмкими. Так оно завсегда способней будет.
   О проводах старого года условились заранее и приступили к их подготовке со всем тщанием, на какое были способны, выгадывая перерывы между питьём чая и рабочими буднями. И вот наступила назначенная дата. Народ подтягивался медленно. У всех, как назло, оказалось много дел в конце трудовой смены. Ваня вообще не смог прийти, а Салеев задерживался по производственной нужде на одном из приводов. "Так-так-так, а где же Славик?" - поинтересовался я у пространства. "Так он же с дизелем разбирается на ОСПе, - ответило пространство голосом, ужасно напоминающим голос Виталика, - тот, говорят, потёк. Критические дни под самый Новый год". Вскоре появился и Салеев. Теперь нас оказалось пятеро: Славик, Ромка, Kin-Soft, Беляев и я. Лучшие представители своих интересов в нашем предприятии. Принялись накрывать на стол, а Kin-Soft возился с компьютером. Интегрированный звук в это вечер нас никак не мог устроить, а посему решили осчастливить своё новое железо отдельно взятым Sound Blaster-ом от Audigy. Когда у тебя стоят деревянные колонки Sven с сабвуфером, негоже довольствоваться среднестатистической звуковой микрухой, прилаженной к "материнке" для отмазки и торможения системы.
   - Всем отвёрткам отвёртка. - Торжествовал Kin-Soft, приворачивая звуковуху к PCI-слоту. - Хрен отвертишься! Это вам не дешёвая китайская подделка дешёвого турецкого инструмента!
   - А что это там написано? Корея? Южная? Да, уж, наверное, никак не Северная... Скорее всего, это китайцы под корейцев косят. У них даже глаза к этому с детства приспособлены.
   Заключение Салеева решено было взять за основу и выразить протест супостату путём внеочередного и почти внезапного наполнения бокалов.
   Эстетствующий Рома не согласился пить с жирными руками, которыми он из любопытства трогал свежепросоленную сёмгу. Зашёл он помыть свои лапки в соответствующее заведение на этаже и сразу опешил. В первозданной кафельной чистоте откровенным вызовом сиял непорядок. Здесь вопиющим позором взывали ко всему прекрасному, что есть в человеке, остатки лётного отряда, а, может быть, и кого-то из штурманского обеспечения аэропорта. По крайней мере, автографов поблизости не было.
   - О, да я смотрю, у вас здесь прямо с наложенным платежом... который долгом красен... Салат из свеклы, вероятно...
   Слова Ромы произвели на меня неизгладимое впечатление, и я подумал, что хорошо бы завтра уборщице начать свою трудовую деятельность именно с этого конца коридора. Подумал и тут же забыл по причине бытовой и, в то же время, застольной. Разливали. Намотав на вилку охапку квашеной капусты, порезанной изумительно тонкими и длинными полосками, будто шинковали её на уничтожителе секретных документов в один проход, я приготовился закусить. Вероятно, упоминание об этом энтропическом устройстве вам пока ничего не скажет, но я твёрдо знаю, что в моём креме-глясе оно обязательно встретится. Да, что я говорю - уже встретилось. Достаточно перечитать главу о золотодобытчиках.
   Напряжение бешеного декабря после первой уходило, смысл жизни становился отчётлив и безразмерен, как никогда. Голова работала ясно и привольно. Знаете, так бывает ранним утром на рыбалке, когда над рекой стелется пепельная дымка и манит зайти в воду, похожую на парное молоко. Эх, рыбалка. Давненько я на ней не был. Но довольно о лете, вернёмся в наше расторможенное логово пятерых вольных мужчин разного возраста, но единого социального статуса. Статуса индивидов, у которых УЖЕ налито по второй. Вот он я сижу в глубине. И что это там такое виднеется в моей холёной гедонистической длани? Не иначе, как изрядный клубок невероятно ароматной капусты из закромов Виталия. Две капельки жёлтого пота оттеняли соломку моркови, скромно украшавшую мой навильник. Это завораживало, очаровывало и делало вечер по-особому торжественным и значительным. А, может, это и не пот блестел на спинках морковной стружки, а самое обыкновенное подсолнечное масло. Но разве такой нюанс мог хоть что-то изменить в генеральной концепции бытия? Так, не забыть бы, ещё уцепить веточку петрушки. Ага, вот и под рукой оказалась свободная рука. Но теперь конечностей стало катастрофически не хватать - есть же ещё и рюмка с выдавленным загадочным заклинанием "100 грамм от РОСБИО". То есть, даже биологи подтверждали полезность пития такими именно дозами. Петрушка повисла в уголке моего рта, зацепившись за неострые (как у всех скромных графоманов) зубы. Раскрепощение состоялось. Теперь и у рюмки появилось законное место, согретое теплотой моего безумно роскошного тела. Нет, не подумайте, что я страдаю комплексом Нарцисса, просто в этот созерцательный момент мне так казалось.
   Полынная горечь покуда не ощущалась...
  

ВНЕЗАПНОЕ ОТРАВЛЕНИЕ ИЛИ ЧТО ЕДЯТ И ЧЕГО НЕ ЕДЯТ В ШВЕЙЦАРИИ

   - Ну, что вы, обычное отравление... Я, что ли не отличу? Точно отравление... причём пищевыми продуктами. Самое, что ни на есть ординарное. С цианида же меня обычно тошнит... - Славик говорил, будто бы оправдываясь, когда отказывался плотно поужинать вместе с остальными участниками предновогодней концессии.
   Когда это случилось, до или после второго разлива? Сейчас уже и не вспомню точно. А вот то, что было ещё до первой, вижу отчётливо...
   Сервировку стола завершили привнесением ложек и вилок, позаимствованных у наших женщин с объекта. "Фамильное серебро", - так назвал этот посудный набор Виталий. Салеев тут же отреагировал вполне адекватно: "Жаль... у меня и карманов для этого не предусмотрено. Серебро серебром, а гостеприимные хозяева еще должны бы предоставить фарфор династии Мин". Одно оправдывало Славика - он был отравлен неизвестными злоумышленниками недоброкачественной водкой буквально накануне. Но он не хотел верить про водку и утверждал другие версии, самая правдивая из которых была - отравление цианидом в растворимом кофе. Эге, выходит, про отравление мы узнали значительно раньше.
   То, что Ваня так и не пришёл, немного портило державность нашего общества, но не могло сломать атмосферу повсеместного праздника.
   - Расставим приоритеты, - сказал Салеев после пробы сёмги, на неё воспоминания о яде, подсыпанном в кофе, не распространялись.
   - А это как же? - Удивился я.
   - А как наш директор их расставляет...
   - В приказе или в устном распоряжении?
   - В душе, когда закусить желает. Мне вот, к примеру, по старинному татарскому обычаю способней редькой с подсолнечным маслом заесть, чем рыбные деликатесы переводить под водку. Рыба, такая как сёмга, - она вдумчивого к себе отношения требует и полного адекватного понимания её жирной сущности.
   На том и порешили: питаться лососёвым изделием глубокомысленно, без спешки или каких иных проявлений непристойного внутриутробного вожделения.
   Так, кажется, припоминаю, именно после второй Славик снова обратил на себя внимание. "С цианида меня просто тошнит, а тут полоскало всего не на шутку, буквально весь организм наизнанку выворачивало. Выходит, серьёзно отравился... не какой-нибудь там мышьяк", - поведал нам бледный Салеев сквозь натренированную годами улыбку специалиста по всякого рода связям и связям всякого рода. Собутыльники не стали перебивать очередной экскурс в Славкино вчера. Нужно же человеку выговориться, в конце концов.
   Потом разговор от токсинов плавно перешёл на кулинарию. Заспорили о фондю с пресными профитролями. "Что касаемо до этих самых лягушачьих лапок, то я не брезглив. - Начал Салеев. - Мне и не такое на флотах едать доводилось". Потом он подумал немного и добавил со значением: "... в Южно-Китайском море... или Северо-Корейском ли? Не важно, в общем. Но второго "Потёмкина" у командования нашей флотилией не получилось... Как ни старались отцы-командиры. Экипаж у нас крепкий на желудок попался, что твои лайки из упряжки. Но, с другой стороны, до рагу из ножен офицерских кортиков дело не дошло. Они же не из натуральной кожи... Так, пластик. Не продукт, а срамота одна. Нормальному человеку даже и отравиться с такого бульона стыдно". Тут же у празднующего кануны коллектива возникли сомнения, а имеет ли, так называемое, фондю отношение к земноводным или, в крайнем случае, к слизнякам неполножаберным. Мнения разделились, но большинство было уверено, что это блюдо из разряда дурно пахнущих перетопленным сыром и скисшим вином. Сами же знаете, что у французов (да, и швейцарцев тоже) принято не выбрасывать сильно подгулявшие продукты. И не из экономии, а из принципа. Дескать, нам, таким кулинарно продвинутым, ничего не стоит приготовить деликатес из того, что просто так есть всухомятку абсолютно невозможно. Полезли в Интернет, где и узнали всё об этом самом фондю. Полегчало. Действительно про лапки Салеев слегка преувеличил. Нет, я не имею в виду гигантских лягушек с размером ноги 10 в американской системе измерения. Отнюдь. В рецептуре, которую нам сразу же удалось обнаружить, не было ни слова про земноводных. Рассудите сами на основе предложенной ниже информации.
   А именно: в Интернете оказалась самая исчерпывающие данные о фондю, как таковом. Правда, написано там всё было на каком-то странном языке, но мы его поняли безоговорочно. Загалдели, переглянулись... Вот этот текст в том самом виде, в каком он светился на экране 17" монитора с прожилками муаровой апертуры. Кстати, не знаете, что это такое - муаровая апертура? Я так уже забыл за давностью лет. Раньше помнил и даже другим рассказывал во время перекуров. Нынче совсем не то. Не то и не так. Но хочется по-прежнему. Непонятно только чего хочется, или кого. Ну, да не беда. Лучше давайте про фондю.

Fondue

   I have a favorite fondue recipe for those very special occasions handed down through the family from my grandmother Suzanne de Plouge Carlan-Neufchatel from Chaux des Fonds. His Husband, Henri Plouge Carlan-Neufchatel from Chaux des Fonds made watches when the work was all hand-done in his shop in Chaux des Fonds. Yes, the recipe. Take 2/3 kilo of Emmenthal (Our name for all genuine Swiss Cheese and divide the 1/3 left equally between Grayer and Appenzeller. For those not a restricted diet, the traditional Swiss cheeses are seasoned rather liberally with salt and a soupcon of pepper. Slow bake your own recipe for a French loaf a little longer than the book may call for in order to slightly harden the exterior and make it very crusty (also, naturellment, brush frequently with butter), and the inside will be firmer. Use ONLY a recipe that promises a coarse dough. We do not want the bread to be able to be rolled up into little balls and inserted in the ears for sound suppressor, which is the use most American breads have. COARSE bread is the staff of life; it stands up, not the limp imitation we call bread. Grate the cheese coarsely in a fondue pot and add half a liter of GOOD white wine, preferably the fine Swiss wine from the canton of Neufchatel or, at least, from the Vaud or Valais. The fondue concept and these wines were adapted to each other over hundreds of years. Mix continuously because the wine will never fully blend into the cheese, of course, on a low flame. If the plot threatens too much, add WHOLE milk just to keep the mix slightly looser than putty. It is definitely NOT a sauce, and if it is at that consistency you haven't been following the recipe or you cheated somewhere. Did you buy "Swiss" cheese from Uzbekistan or say, "god the price of Appenzeller" is appalling!" You only need a small piece. The problem is that you will get hooked on it. It is great with roast beef or ham and fruit. But that is not the fault of the recipe. When your guests arrive, cut up. No, this is serious business. Slice the bread into cubes and put them on skewers. Put a the pot on a portable burner and heat ONLY until it begins to bubble. Add wine liberally for color, flavoring and joie de vivre. Sprinkle some hand-ground pepper corns top of the fondue. Serve with a plate of fine meats and hard fruits. You can see why peaches would not do. Pears, Apples, etc. But it is part of the tradition to have fruits like strawberries, raspberries and peaches in season to pour the fondue OVER. It is definitely NOT DE RIGUER to dip such fruits into the common pot. Serve with a dry rose, like a Tavel (not an Anjou--too sweet) or a Beaujolais either from the Burgundy region of France or, again, Neufchatel in Switzerland. OF course, American, Australian, Chilean, Argentinean or South African Vintage wines will substitute nicely as would a Gerwerztraiminer or a Moselle.
   Так-так-так, кажется не все, присутствующие на уроке поняли, о чём речь. Вы же не пили водку "ЯтЪ артельную" вместе с нами. Отсюда и лингвистический барьер. Придётся перевести на язык моих предков. Что-что, вы хотите на язык своих предков? Извините, мы с ними не знакомы. Придётся потерпеть. Берите, что даю, а то потом и этого не останется.
   Но перед рецептом разрешите пару слов о водке "ЯтЪ артельной". Откуда она, вообще говоря, взялась. Наткнулся на этот замечательный продукт Виталий. Он так и рассказал:
   - Иду домой со смены, захожу в магазин за хлебом. А там стоит эта самая водка "ЯтЪ артельная". Дальше всё, как в КВН-е. Стою и думаю: взять, не взять.
   - Ну, и что?
   - Взял, не взял.
   - И как она?
   - Рекомендовано к застолью.
   - Кем?
   - Мною.
   У Беляева нюх отменный. Уж, если сказал, что рекомендовано, то пить следует. Позднее мы об этом не пожалели. Причём очень многократно.
   А вот теперь приступим к приготовлению фондю по старинному рецепту из Интернета.

Фондю

   У меня есть любимый фамильный фондю-рецепт для очень специальных и торжественных случаев, доставшийся в наследство по женской линии семейства от моей бабушки Сюзанны, основательницы рода Поедателей Вонючих Сыров сорта Carlan-Neufchatel из земли Шо-де-Фондю. Её муж, Генрих (Анри) Поедатель Вонючих Сыров сорта Carlan-Neufchatel из земли Шо-де-Фондю любил самолично наблюдать, как блюдо фондю бывало приготовлено его собственными руками, а после продавать получившееся посредством комиссионного магазина в местечке Шо-де-Фондю же. Да, а что ж с, собственно, рецептом? Возьмите 2/3 килограмма сыра Эмменталь (наша фамилия, кстати, образовалась в честь всего истинного Швейцарского Сыра) и разделите его пополам, между непосредственно сыром (желательно с серым оттенком) и окружающей его фактуру плесенью (Appenzeller на старинном наречии швейцарских Сыроедов). Замечу, что не стану ограничивать себя строгостями диеты, поскольку традиционные Швейцарские сыры приправляют довольно свободно солью и намеками перца (лучше бы просто перцем приправляли и не парились, где взять эти намёки). Перво-наперво испеките Французскую булку по своему рецепту, размером не более длинную, чем книга академического издания. Впоследствии эти габариты хлеба могут вам пригодиться, когда булка зачерствеет и покроется толстым слоем пыли. Тогда её придётся отчищать щёткой с растительным маслом, плотно прижимая эту щётку к заколдобевшей поверхности. Согласитесь, всегда приятней чистить небольшую поверхность, чем огромную. Рекомендую хлеб готовить из муки грубого помола. Всё равно засохнет продукт быстро, а вам удастся сэкономить на разнице цен. Мы, вместе с покойной бабушкой Сюзанной, основательницей рода Поедателей Вонючих Сыров сорта Carlan-Neufchatel из земли Шо-де-Фондю, не хотим, чтобы приготовленный вами хлеб имел тенденцию к сворачиванию в небольшие шары или полоски, которые значительная часть американских телевизионных и радио комментаторов привычно развешивает на ваших ушах (на сленге тинэйджеров этот процесс называется "ездить по ушам"). ГРУБЫЙ хлеб является персонифицированным посланником жизни; это вам не какая-то хромая имитация, которую мы называем ПРОСТО хлеб. Потрите сыр крупной стружкой в горшке для фондю и добавьте туда поллитру ХОРОШЕГО белого вина, предпочтительнее всего тонкое Швейцарское вино из кантона Вонючих Сыров Neufchatel или, по крайней мере, из Vaud или Valais. Понятие фондю и этих как раз вин были приспособлены друг к другу на протяжении сотен лет. Смешивание вина и сыра осуществляйте непрерывно, поскольку вино никогда полностью не сольётся с вонючим сыром в едином экстазе. И делайте эту процедуру, конечно же, на низком и не сильном пламени. Если получаемая плотность конечного продукта угрожает оказаться слишком низкой, добавьте немного молока просто, чтобы удержать смешивание полученного фондю в консистенции немного пожиже чем оконная замазка. Это - определенно НЕ соус, и если в процессе приготовления вы не следовали моему рецепту самым тщательным образом, то не получите того, что нужно в рамках мирового Швейцарского качества. Или же вы обманулись при подборе ингредиентов и также не получили превосходный продукт. Стоит вам только купить для приготовления фондю сыр "Швейцарский" из Uzbekistan, ужаснувшись цене натуральной сырной плесени Appenzeller, то ничего толкового не получится. Это фондю можно будет предлагать к употреблению только незваным гостям с залежалым ростбифом или ветчиной от кабанчика, которого забили к позапрошлогоднему Рождеству. Ваше полученное таким образом неправильное фондю будет стоять колом и приятно отвлекать гостей от нездорового волчьего аппетита. Когда гости уйдут, не выбрасывайте приготовленное вами блюдо. Оно может ещё не раз пригодиться, когда в ваш дом снова нагрянут друзья. Разогрейте фондю на малом огне, пока продукт не собьётся в пузырь резиновой вязкости. Слегка подкрасьте его красным вином, и смело выносите к столу. Уверяю вас, гости засиживаться и надоедать вам дурацкими разговорами не станут. Ещё хорошо в такое фондю покрошить несозревшие плоды фруктов. Всё равно же никто этого есть не станет, а вы прослывёте знатоком национальных кулинарных рецептов - достояния Швейцарского местечка Шо-де-Фондю. Фондю обычно запивают сухим вином из любой части света. И вообще, лучше просто пить хорошее вино, скажем, Мозельское, Бургундское и другие, чем есть фондю. В этом секрет моей бабушки Сюзанны, основательницы рода Поедателей Вонючих Сыров сорта Carlan-Neufchatel из земли Шо-де-Фондю.
   А дальше давайте посмотрим на классический рецепт:

ФОНДЮ-КЛАССИК

   Приготовьте:
   - 1/2 зубчика чеснока;
   - 450 гр. сыра Грювьер (швейцарского твердого);
- 225 гр. сыра Эмменталь;
- 3/8 л сухого белого вина (Neuchatel - лучше всего);
- 1 ч л свежевыдавленного лимонного сока;
- 4 ст. л крахмала;
- 1 1/2 ст. л кирш;
- немного черного молотого перца;
- щепотку мускатного ореха.
   Перед первым использованием непокрытого глазурью глиняного горшочка для фондю в нем нужно прокипятить молоко с водой. Покрытые глазурью или чугунные горшки могут быть сразу же использованы.
  
Натереть горшок изнутри долькой чеснока. Крупно натереть оба сыра и перемешать их в горшке. Добавить вино, лимонный сок и крахмал, перемешать на среднем огне, пока сыр не растает (это нужно делать на плите). Лимонный сок очень важен - он придает сыру ароматный цитрусовый вкус и заставляет его быстрее плавиться. Перемешать деревянной ложкой, как бы вырисовывая цифру 8, чтобы сыр не стал волокнистым и тягучим, как жвачка.

Добавить кирш, перец и мускатный орех, готовить немного дольше, пока смесь не станет однородной. Перелить в горшок для фондю и поместить на горелку, стоящую на столе, где фондю будет слегка кипеть.
   Остаётся непонятным, кто такой этот кирш. Но мы решили, что вместо него вполне сгодится маленький стакан огуречного рассола. Рассол, сами же знаете, никогда не помешает ни одному блюду, а фондю - так и подавно.
  
   Подавать:
Надевать кубики хлеба на длинные вилочки и макать в сыр. Помешивать, пока хлеб полностью не будет покрыт сыром, затем достать и продолжать крутить вилку, чтобы сыр не капал на стол и на колени - он очень горячий. Извращенцы всё-таки эти французы со швейцарцами, да, и свиньи порядочные. Какому же здравомыслящему человеку придёт на ум крутить вилкой, будто пропеллером? А газетку на колени слабо?
  
Сыр должен продолжать кипеть, пока он полностью не закончится. Профессионалы в потреблении фондю, каждый раз макая свою вилку в горшок, помешивают сыр, чтобы смесь оставалась такой же однородной и сливочной, как в начале. В этом они, видать, сильно преуспели. Их бы, этих профессионалов с вращающимися вилками в недоразвитые районы Чукотки. Пусть там электричество вырабатывают, и аккумуляторы на вездеходе губернатора заряжают. А то ему, бедолаге, даже в тундру нет возможности выбраться.
  
Обратите внимание!
  
Отмеряйте крахмал очень четко. 4 чайные ложки без верха - это 10 гр., но с верхом они будут весить до 12 гр.
  
Какой выбрать хлеб:
  
Рассчитывайте примерно 4 куска (200 гр.) хлеба на человека. Мы используем французский или итальянский хлеб с хрустящей корочкой. Он должен быть не слишком свежим, чтобы не сваливаться с вилки, но не сушите его в сухарики.
  

Ставлю вопрос ребром: легко ли отравиться несвежим фондю с непривычки? Нет ответа. И кто, скажите на милость, сообразит такую странность обстоятельств, какими являются широко разрекламированные в Европе рецепты фондю. Придётся их изучить на всякий случай. Вам не кажется? А то, что заговариваюсь, так это вилкой в фондюшном горшке крутил, внимание своё на это потратив.
  

ВАРИАЦИИ НА ТЕМУ

   Основной рецепт фондю можно изменять так, как подскажет фантазия. Например:

1). Карри фондю:
   Добавлять порошок карри до тех пор, пока фондю не примет желтую окраску и не приправлено по вкусу.
   Подавать с кубиками хлеба и маленькими кусочками свежего имбиря. Окунать кубики хлеба в соус манго, а затем в фондю.
  
2). Тминное фондю:
   Для очень сильного аромата добавить 1-2 ч л тминного ликера (Kummel) в готовое фондю. Как альтернатива, ликер можно подавать отдельно в вазочках - каждый гость окунает кубик хлеба в ликер, а затем в фондю.
   Вместо Kummel можно использовать 1/2 - 1 ч л молотого тмина.
  
3). Дьявольское фондю:
   Добавить за столом в готовое фондю 1 чайную ложку соуса Табаско.
   К этому очень острому фондю лучше всего подавать хлеб с сильным ароматом или блины Weisham. Креветки и лобстер тоже очень хорошо подходят для окунания в дьявольское фондю.
  
4). Фондю с горчицей:
   Перед тем как подавать фондю на стол, добавить либо 1 ст. л острой готовой горчицы, либо 1 ч. л порошка горчицы вместе с 1 каплей соуса Табаско и свежемолотым черным перцем.
   Подавать с кусочками сосисок или холодным копченым мясом.
  
5). Чесночное фондю:
   Для этого фондю нужно не только натереть горшок чесноком, но и в сыр нужно положить 3 раздавленных зубчика чеснока или сок из 3х раздавленных зубчиков.
  
6). Фондю с мясным соусом:
   За столом, добавить в готовое фондю 2 ст. л мясной подливки (оставшейся от запеченного или консервированного мяса - gravy).
  
7). Фондю с эстрагоном:
   За 3 дня до приготовления фондю положите несколько веточек эстрагона в вино. Перед приготовлением достать эстрагон и готовить по основному рецепту.
  
8). Грибное фондю 1:
   Добавить в готовое фондю по 50 гр. обжаренных грибов на человека.

9).Грибное фондю 2 :
   Растереть в ступке или в кухонном комбайне 50 гр. сушеных грибов, пока они не превратятся в порошок. Смешать с 1/2 ч л мускатного ореха. Добавить 1 ч. л смеси в готовое фондю и перемешать.
  
10).Итальянское фондю:
   В готовое фондю добавить 1 ст. л томатной пасты, 1 ч .л сушеного базилика и 1 ст. л мелко порезанной салями.
  
11).Фондю с шнитт-луком:
   Перед тем, как подавать фондю на стол, добавить в горшок 8 мелко порезанных фаршированных оливок, 3 порезанных анчоуса и 1 мелко порезанный зубчик чеснока.
  
12).Фермерское садовое фондю:
   За столом добавить 2 ст. л порезанных свежих трав (больше частью петрушку с небольшим количеством эстрагона и мяты) и 50 гр. мелко порезанного и обжаренного до корочки бекона.
   Беконом можно посыпать фондю сверху, а не размешивать его в сыр, на ваше усмотрение.
  

На двоих:

   Приготовьте:
- 1 спелый Камамбер (а мы-то, дураки, думали, что неспелые продукты по определению не продают);
- 1 длинная полоска апельсиновой цедры, мелко порезанная;
- 1 большая веточка розмарина, только листья, мелко порезанные;
- 1 крупный зубчик чеснока, очищенный и мелко порезанный;
   - немного черного перца;
- 50 мл оливкового масла;
- 50 мл белого или розового вина;
   Легкое и восхитительно ароматное фондю с прованским ароматом, идеально для окунания в него хрустящих сухариков. Им также можно поливать картофель. Для приготовления этого фондю даже не нужен специальный горшочек.
   А вот теперь начинаем готовить...
   1. Разогреть духовку до 180 градусов Цельсия. Очистить коробочки с камамбером от верхней бумаги и положить сыр на большой лист фольги. Сделать сверху несколько отверстий и посыпать апельсиновой цедрой, розмарином, чесноком и черным перцем. Полить вином и оливковым маслом, завернуть в фольгу и запекать в разогретой духовке 20 минут. Когда готово, внутри сыр будет жидким.
   2. Для заварного теста: 150 мл воды, 30 г масла или маргарина, 70 г муки, 2-3 яйца, 10 г соли, 1 пакетик ванильного сахара. Для крема: 400 мл жирных (33 процентных) сливок, сахарная пудра, щепотка лимонной кислоты.
   3. Для крема: В кастрюльку налить горячую воду, посолить, положить сливочное масло, довести до кипения. Снять с огня. Затем, непрерывно помешивая, всыпать в горячую массу муку и опять поставить на огонь, пока густая масса не станет отставать от кастрюли (около 1 минуты). В горячее тесто добавить яйца и хорошо взбить до образования гладкого теста. При помощи кондитерского шприца или чайной ложки выложить шарики из теста (размером с грецкий орех) на противень, покрытый промасленной бумагой. Поставить в духовку, нагретую до 200o C. Между шариками теста оставить довольно места, т.к. они сильно увеличиваются в объеме. Печь до золотисто-коричневого цвета (духовку не открывать до готовности, т.к. профитроли могут осесть). Затем остудить и наполнить кремом при помощи кондитерского шприца или разрезав пополам. Для крема: Охлажденные сливки взбить с сахарной пудрой и щепоткой лимонной кислоты до густоты. Еще профитроли можно наполнить кремом из творога (творог сбить со сливками и сахаром) или еще одним кремом: 0,5 л молока, пакетик с пудингом, 50 г. сахара, 200 мл. сливок (готовый и охлажденный пудинг смешать со сливками).
   В общем, так, господа, я таки понял, что подобную зияющую кулинарную дыру, как фондю, редко встретишь в мировой рецептуре. То ли дело салат из тёртой редьки с морковью. Главное дело, что всего четыре компонента (редька, морковь, подсолнечное масло и соль). Зато как божественно! Это вам не хлеб несвежим сыром умазывать. Редкостной мерзостью питаются в швейцарских кантонах, доложу я вам по секрету. А ещё и абсентом всё это запивают.
   Да, а причём здесь этот абсент?
  

ПЕТУХ ГАМБУРГСКИЙ, ИЛИ ТОРЖЕСТВЕННОЕ МЕТАНИЕ ИКРЫ

   "Сейчас почистим, начешем петушка азиатского", - приговаривал Виталий, пользуя игрушечного попугая со встроенным динамиком парикмахерской щёткой. Гребешистый добряк, петух, сидел смирно, передразниванием Беляева не баловался. Он гордился отведённой ему участью - играть роль новогоднего талисмана, коим как раз и является петух, предположительно синей (или зелёной) масти. Конечно, попугай с начёсанным рок-н-рольным коком на петуха походил мало, но кто нас осудит за такое вольное толкование восточных гороскопов? "Да, - рассуждал Беляев, выполняя функции личного цирюльника для разноцветной птицы, - на стандартного дворового куриного топтуна наш попка не тянет. Тогда, пожалуй, обзовём его петухом гамбургским. В самом деле, кто видел этого гамбургского представителя славного рода петушиных? То-то и оно, что практически таковых встречается в жизни сколь угодно мало. Значит, никто нам и возразить не сможет. Что, де, не бывает таких новогодних талисманов ни по китайскому, ни по японскому гороскопам. Вот и здорово. На том и остановимся. Правда, Петюня?" Попугай благоразумно промолчал. Он то ли опасался, что за разговоры его могут разжаловать в рядовые плюшевые попугаи, то ли просто в него забыли поставить батарейки.
   Это было с утра... А теперь уже вечер. Масть ложилась нужным манером, создавая такие причудливые атмосферные фронты, как внутри, так и снаружи пятерых жизнерадостных объектов, что расширению душ не мешал размах рук, как это обычно происходит с аккордеоном, баяном или обычной гармошкой.
   Кстати о конечностях... Руку сдающего... пардон, разливающего в процессе не меняли ни разу. Примета дурная. А мы хоть и не верим в эти, так называемые, бабушкины сказки, но по мере возможности стараемся не нарушать... Так, из осторожности житейской.
   "Три-шешнадцать", - скомандовал Салеев, и все приготовились проводить старый год. Петух гамбургский поприветствовал это решение задорным подмигиванием. И мне даже показалось, что он отметил Салеевский тост аллавердирующим заключением "Добрый вечер!" Поддразнить тамаду он, что ли, пытался?
   Не помню, говорил ли вам раньше, что любую беседу по телефону Салеев начинает обыденной фразой "Добрый вечер!" Значение её не меняется от времени суток. Вечер - что-то доброе и хорошее. Так почему же отказывать себе в удовольствии - подчеркнуть этот замечательный факт? Земфира совершенно определённо не была знакома с Салеевым, когда разгадала знак бесконечности... Славику иногда от этого немного грустно... Но обычно Салееву просто чего-то хотелось... И не обязательно заварных пирожных... или, там, пива какого.
   Внезапно накатило так кудревато, что стало очень весело. Разница в возрасте ушла даже не на второй план. Откуда-то из-под подвесного потолка единственный из нас холостяк Рома проинформировал:
   - А, что, судари мои, не пойти ли нам в "Клизму" (замечу в скобках, что "Клизмой" у нас принято называть ночной клуб "Плазма", который обосновался в бывшей столовой для пилотов)? Там такие Снегурочки... Не Снегурочки - нимфетки-переростки.
   - Нимфетки на вырост? Это весьма забавно. - Я просто опешил оттого, что на горизонте, в углу кабинета замаячила невероятно помятая фемина в костюме дедушкиной внучки с синюшными руками, выглядывающими из подсевшего изрядно полушубка. Или это она просто так выросла со времени нашего счастливого детства?
   - Полноте, господа о нежном возрасте! - Снегурочка "на заказе" зашлась прокуренным дискантом в районе нижнего "ля-минор" 3-ей октавы. - Вам не о молоденьких думать нужно, а об опыте, замешанном на бесстыдстве.
   Я потряс головой. Видение исчезло.
   - В "Клизме" Снегурок нет, - заявил Слава, - там одни девки срамные, до сладенького охочие, моралью не изнасилованные. Оно вам нужно - таких приключений?"
   - Там этих Снегурок кишмя кишит, - не унимался возбуждённый Ромка.
   - А зачем нам путаться с этими шмякишами? Никому, судя по всему, не ведомо, что у них на уме. И, кстати, кто это такие, твои шмякиши? У них, поди, и справок медицинских на руках не имеется. Непорядок. Резолюция - отказать!
   Народ согласился с удовлетворением, но всё же казалось, что без Снегурок в этот вечер пяти славным дедам Морозам - ни-ку-да! И что бы вы предприняли на нашем месте? А мы решили достать из холодильника ещё пару беленькой. Если присмотреться, то фигурные бутылочки вполне тянули на Снегурочек небольшого росточка. А нам большие и ни к чему. Мы же такие добрые и славные сегодняшним вечером. Наши начальники веселятся в ресторации со странным именем "Надежда", где обычно гуляют русские, из невероятно новых. Но мы туда не пошли. Душевный разговор под Новый год всегда лучше, чем непереносимый запах бифштекса, подгоревшей картошки фри и несвежего салата из морепродуктов, прилипающий к блузке твоей верной подруги на все времена. Они, наши надёжные спутницы жизни, нас дома нынче дожидаются. А Рома? Так что, Рома - ему любая современная дедова внучка готова отдать всё самое сокровенное, включая ключи от квартиры, где проживать изволит. Не верите? Тогда вам точно до Снегурочки далеко. Собственно, потом так и оказалось. Рома гулял почти до Рождества, не заходя в родительский дом. И я его не осуждаю. Человек находится в непрекращающемся творческом поиске. Это ли не нужно приветствовать?
   Икра была местами зернистая. То есть - абсолютно лососёвая. Салеев припал к бутерброду и, сверкнув очками, начал рассказывать о достоинствах дальневосточной НАТУРАЛЬНОЙ икры. То есть, о той самой, которая не из запаянных банок фабричной выделки. Складывалось такое впечатление, что во время его флотской службы перед каждым подъёмом лично командующий Тихоокеанским флотом прибывал в отсек на героической субмарине С-613, где досматривал предпоследний утренний сон корабельный электрик Ислям Хуснуттдинович, с тем, чтобы подать Салееву в постелю разлюбезный бутерброд с кетовой икрой ещё до завтрака. Я несказанно возмутился: "Даже в походе икру ложками трёхведёрными трескали? Не верю, сдавай в обратку. Полный назад, капитан!". Славка мелко-мелко рассыпал дробь добродушного смеха и сказал так: "Что там, на морях было, то государственная тайна. И не мне вас, капитан Иванов, учить порядку на борту. Не пристало офицеру ВВС запаса представителю дружественных военно-морских сил не доверять. Расскажу-ка я вам другую историю. Это было в годы пламенной перестройки, когда все почти продукты в сельпо и других продуктовых лавках сгорели от этого жара гласности. Дело так было: прихожу я в гости с Верочкой Ивановной к одним знакомым. Фамилию называть не буду - она вам ничего не скажет. А звали их так: мой друг Гульбарий и его супружница. Не помню, уж, точно, что был за праздник. Быстрее всего - 7 Ноября. Точно - с демонстрации мы сразу в гости и попёрлись. 1 Мая, говоришь? Тогда, возможно, что и 1 Мая было. Или одно из двух. Одним словом, приходим в гости. Для порядку сначала за стол не садились, изображали культурное общение. Женщины фотографии в домашнем альбоме рассматривали, а мы с хозяином прошли в другую комнату. Там телевизор стоит неисправный. Для праздничного настроения самое время его ремонтом заняться. Но я человек покладистый, спорить не стал, починил эту железяку, между прочим. Там и неисправность-то какая-то пустяковенькая была, как сейчас помню. Однако дело такое, что время совсем за обеденное перевалило. Сели за стол. Хозяйка на него того-сего наметала со словами: "Это Серёжа (Гульбарий, в смысле) в командировку ездил. Ветчину из Москвы привёз. За этой колбасой мы два часа в очереди стояли, все талоны отоварили. Мёрзли, ругались. Повезло. А этого гуся Серёжа на охоте подстрелил, в морозилке держали... для гостей, стало быть, дорогих. Вот, угощайтесь. Грибочки, морошка. Огурчики солёные (с дачи Серёжиной мамы). Я сама всё пропалывала". Зудит и зудит, как муха весенняя. Точно! 1 Мая всё случилось! Или всё-таки 7 Ноября? Не сбивайте меня, я и сам собьюсь за милую душу. Грибы, морошка, огурцы солёные. Выходит, осень была. В гости в те засушливые времена пустым приходить не рекомендовалось, вот мы с Верочкой Ивановной и прихватили вино-водочный талон, который мне удалось по случаю овеществить в натуральном (как слеза!) продукте. Её тоже на стол поставили, рядом с самогоном, изготовленным нехитрым способом в скороварке. И под занавес всего предварительного действа приносит хозяйка тарелку с чем-то красным с рыбным запахом. С ума сойти! Да, это же икра. Ещё так много, полная суповая тарелка на полторы столовских порции. Я такого обилия с флотских времён не видел. И нечего на меня так подозрительно коситься, капитан Иванов. Я того рыбного продукта съел больше, чем ты за свою жизнь снов видел, включая быстрые и те, которые забыл, по нечаянности проснувшись не вовремя. "Это омулёвая икра", - говорит хозяйка и предлагает бутерброды делать на закуску. Закусил я маленьким бутербродиком из скромности, чтобы не приняли за босяка, посмаковал. Икра, вроде бы, обычная. Рыбная. Но что-то в ней не так. Не пойму что конкретно. Гульбарий говорит: "Вы не стесняйтесь, ребята, икру берите. У нас её много. Если нужно, ещё сделаем". "Это как это - сделаем, - удивился я, - намечете что ли?" Хозяин засмеялся: "Точно, намечем!" Мне второй раз предлагать не нужно. Я сразу приобщился к продукту. Всё в порядке, лишь ощущение нехорошее меня не покидает. Но после третьей, какие, там, ощущения. Да, ещё самогон такой ядрёный. Посидели хорошо, даже программе "Время" подпевать пытались. Ну, как не помните, ё-моё? Там ещё Игорь Кириллов таким приятным тенором говорил о небывалых успехах социализма в создании самой современной продуктово-карточной системы, Горбачёва хвалил за перестройку. Но мы не хвалили, мы только пели что-то про потолок ледяной и несмазанные нерадивым хозяином двери в сенях.
   Просыпаюсь утром. Голова не моя. Во рту что-то гадкое. Отдаёт низкосортной рыбой. Чувствую, качка усиливается. Тут уже никакие таблетки не помогут. Говорю Верочке Ивановне: "И какой мандалой мы вчера закусывали, если такие мучения с утра?" А она мне отвечает, как каждая любезная супруга имеет обыкновение это делать, ощущая своё физическое превосходство в трудную для мужиков минуту: "Так ты, паразит, вчера всю тарелку икры один сметал. Никому не оставил". Удивился я не на шутку. Не бывало ещё такого, чтобы подводника Салеева с какой-то омулёвой икры наизнанку выворачивало на радость врагам социализма. Прочухался слегка, скушал граммов сто, головой подобрел и начал кой-чего соображать. Узнай, говорю супруге, у этих липиздронов, свежей ли икрой они меня накануне потчевали. Долго ли, коротко ли, только дозвонилась моя верная боевая подруга до этих Кириллов гульбаристых. Что-то там похихикала в ладошку и ко мне идёт. А я, сами понимаете, терплю всю несправедливость жизненную, в собственном, родном, организме эту неизвестность вынашивая. Так вот, капитан Иванов, оказалось всё настолько худо, что не в сказке, как говорится, поле обнести. Эти гады икру свою знаменитую сами готовили. Заваривали манную крупу до состояния дикого разбухания. Потом остужали, добавляли селёдочный экстракт, немного рыбьего жира и подкрашивали... этим самым... ну, как его... Гудрон такой красный... Ну? Верно, паста томатная. И ещё, наверное, какую-нибудь гадость туда подмешивали. Вот так и попался мореман с гневной С-613 на обычную манку. Эту же крупу для прикорма разной шмупердонной рыбы используют. Вот и меня зацепили. Стыдно, ей-богу... Больше к этому Рабиновичу я в гости не ходил. И Верочке Ивановне наказал туда не стремиться. Пусть других травят. А моряку не пристало.
   Славик тяжело вздохнул, словно заново переживая пережитое унижение, а затем перевёл стрелки на сидящих за столом:
   - Дома что ли не наелись? Мечут и мечут, как ... в зоопарке... Да, нет, впрочем, мечете вы нормально - закуска даже на ушах... Лапша что ли? Не пора ли налить?
   Выпили и закусили. Салеев же отдал должное воспоминаниям из своей прошлой жизни в НПО "Геотехнология", где директорствовал небезызвестный Фарид Еникеев:
   - Еникеев, хоть и хитрый татарин, но предсказуем, как "дважды два", и потому мне абсолютно не интересен. Вам бы было занимательно исследовать внутренний мир картонной коробки с красивыми надписями на сторонах? Я имею в виду не товар, а духовную составляющую. И чего вы прикалываетесь, если прекрасно меня поняли? Фарид мне так и сказал, что для него комп - это всего только печатная машинка... А я подумал про себя, с каких это пор татары поумнели?
   Рома вставил своё ехидное: "Кстати, мне это тоже интересно..." Кого он имел в виду, всем было понятно. Я отчего-то сразу вспомнил историю с ведром снега ("Как поссорились Ислям Хуснуттдинович с Романом Валерьичем") и побыстрей начал прятать всю не убранную ещё документацию из поля зрения Салеева. Но до рукоприкладства дело не дошло. Славик ответил просто и доходчиво:
   - А для прочих штатских могу заявить, что мне дальше БИОСа обычно лезть и не нужно. Это у вас, у современных всё нужно у Интернета выспросить, а мне и своих шишек набитых на этих железяках хватает.
   Если водки не достаточно, то все застольные мужские разговоры заканчиваются на женщинах. А если наоборот - то на производстве. Славик с Ромой вспомнили Леху Пронина, ведущего инженера РЭМа, который наконец-то обрёл уголок релаксации - мини-кладовую для хранения радиодеталей. В отремонтированном помещении установили стеллажи с сортовиками, и теперь Лёха там имеет непринуждённую возможность с наслаждением любовно рассматривать коробочки, ящички и шкатулки с несметным радиотехническим скарбом. Что он, собственно, и делает практически каждый день, смахивая со своего добра пыль влажной тряпочкой и умиляясь порядку и благолепию, которые так ловко сумел организовать. Одним словом, никак надышаться не может... Как у Пушкина. "Царь Кощей над златом чахнет..." там добрый дух, там РЭМом пахнет... Виталик прокомментировал: "У человека смысл в жизни появился! А вы смеётесь, ироды". Таким образом, вечер можно вполне расценить как удавшийся, а заключительные речи - производственными.
   В завершение посиделок мы все получили почётные звания "Освободителей... вино-водочной тары". А нечего было... эту тару наполнять продуктами, из-за которых Минздрав вынужден постоянно предупреждать неграмотных граждан об опасности.
   Такси вызвали прямо к зданию вокзала. Потом долго будили медсестру из стартового медпункта, чтобы она открыла входную дверь. На пути к машине Виталий всё норовил обнять Kin-Soft-a, задавая всё время один и тот же неожиданный вопрос:
   - Мадам, а что это у вас на шубе, дырка?
   - Это не дырка, это норка!
   Ответы Kin-Soft-a казались уже не такими искромётными и оригинальными. И всё почему? Он просто засыпал на ходу.
   В машине Виталик каждые две минуты переживал, что у него денег не хватит... Ему же выходить последним, а, значит, и расплачиваться за аренду колёс. Всякий раз мне с Kin-Soft-ом приходилось скрести по сусекам и выдавать беспокойному пассажиру очередную порцию банкнот. Наутро оказалось, что кроме нашего полтинника с прицепленной сотней у него было ещё рублей 400. Просто руки Виталия никак не попадали в нужный карман. А один раз водитель даже рассердился и строгим голосом приказал его не щупать, а то всех немедленно высадит. Но нельзя сказать, что Беляев впал в детство, поскольку по дороге к дому он выдал очень нестандартную философскую идею о том, что человек вечен. Он зайдёт, как и выйдет. А частично останется на бумаге... И, вообще, кто-то из современных доказал, будто дактилоскопию отдельно взятого индивида можно производить и по геморроидальным узелкам... Позднее я пытался найти автора этого сокровенного высказывания в мировой сети, но она торжественно безмолвствовала. Молчал и Беляев, который напрочь отвергал свою причастность к данному открытию и подельников не сдавал.
   Провожали обезьянами, а встречали петухами. Позднее Беляев озвучил и это ещё одно своё достаточно спорное суждение, подразумевая проводы старого и встречу Нового года. Тем не менее, несмотря на свою эпатажность, утверждение Виталика имело место быть. Но справедливость этой синекдохи я прочувствовал несколько позже, ощущая себя неизвестным науке куром - петухом гамбургским, которого укатали крутые горки, как того сивку, объевшегося развесистой полыни, из которой хитроумное народонаселение старушки-Европы приловчилось гнать абсент...
  

КОГДА УСТАЛАЯ ПОДЛОДКА ИЛИ ЗАВИДНЫЙ ЖЕНИХ

   Вы, наверное, помните, как будет на местном наречии (языке коми) "холодно"? Кэджит. Точно. Я сам вам об этом рассказал в одной из глав мини-повести "В тихом омуте". А тогда как же сказать, что очень холодно в таком случае? С этим вопросом обратился ко мне Салеев, заходя в кабинет. Я стоял в растерянности, ничего в голову не шло. Но Славику вовсе и не нужен был мой ответ. Он выждал театральную паузу и торжествующе произнёс: "Очень холодно - фуфайка кэджит. Нельзя так неуважительно относиться к родной речи, Дмитрий Александрович. Это вам не к лицу". Я не стал доставать из стола с инструментом набор надфилей, чтобы заточить на Салеева какой-нибудь из клыков, а попросту предложил ему раздеться. А сам ответил в тему, которую было бы более уместно поместить в главу "Сопряжение словей или склонение падежов". Но, что ж теперь поделать, не возвращаться же обратно. Пусть так и остаётся. Глясе у меня неважно перемешалось. Ответил я так, собственно: "Кстати, мне известно с двумями буквами "ф" только три слова: фуфайка, философия и заффтра. А тебе?" Славик немного подумал и добавил: "Ещё: "Немирофф" и "Смирнофф" фуфло. Бери. Дарю".
   Когда это было? Возможно, за день до облачения разнопёрого попугая из семейства лори с плюшевым отливом в костюм праздничного петушка. Какая теперь разница, если так всё смешалось неудачно? Правдивый автор увернулся от летящего в него стула и решился продолжить. Хорошо бы, с ним пара читателей осталась. Того и гляди, все разбегутся.
   Славик раздевался и пел при этом с лёгким татарским акцентом, временами переходящим в говор народов Севера: "И пить будем, и гулять будем, а картридж придёт - заправлять будем. Да, кстати, а нет ли у тебя, чего попить. Пива алкаю... ещё с утра, да скакать в лавку, как молодому, не хочется..."
   - А чай тебя устроит?
   - Временно, конечно, устроит... Но не навсегда.
   - А если я тебя пивом угощу, прямо не сходя с места?
   - Тогда я тебе скажу спасибо и скажу: "Спасибо, Дмитрий Александрович!"
   - Годится, тавтологичный ты мой, - хмыкнул я, открывая холодильник, куда ещё с обеда завезли литрушку "Оболони". Не Бог весть, какая радость, пить "Оболонь", которая не совсем охладилась, но, как говорится, за неимением гербовой пишем на простой.
   - А какую кружку можно пользовать? - спросил дотошный Славик.
   - А, любую... только "Афанасия" не тронь. Он мне ближе всех. Дело в том, что на 23 февраля наши женщины подарили мужской половине коллектива год назад, или, может быть, два четыре кружки (Рома тогда у нас на объекте стажировался четвёртым)....
   - Ну, Кирилл! - Салеев вернул мою кружку в буфет, меняя её на "Витязя".
   - Ты вчера, что ли погулял?
   - Как обычно, гости ворвались неожиданно. Я уже лёг, собрался телевизор посмотреть, а пришлось баранину жарить, татарский байрам его подери...
   - Стой, стой... А с какой стороны ты собрался телевизор смотреть, спереди или сзади?
   - Да, в том-то и дело, что спереди. Это у меня так редко случается. Обычно же как: я почти по пояс в эти телевизоры залезаю. Представляешь, телевизор задом, а сзади я...тоже задом... Что правоверные заподозрить могут, ты только вообрази? Я всю жизнь, как себя помню, всё больше, с тыла. Тыловая крыса какая-то, а не боевой подводник. Надоело... Видел рекламу дышащих подгузников? Так вот, я как тот самый подгузник. Всё так, как и в рекламе, за одним значительным исключением: вместо ребёнка у меня телевизор. И, понимаешь, что обидней всего: ребёнок-то здоровый, такой бутуз развитой, смеётся и ксерит в тот подгузник без устали. А телевизоры мои, как правило, вовсе не дышат. Так и пасёшься во внутренностях недостойного ящика, будто патологоанатом какой...
   - Врёшь ты всё, Слава. Какой ты патологоанатом! Ты самый настоящий реаниматор!
   - Сути дела сие обстоятельство не меняет нимало. А вчера я хотел, чтоб эта тварина с кинескопом мне сама послужила... Не вышло... Так, и где твоё пиво? Не жалко?
   - Для тебя? Ни капельки. Всё, что хош, Михал Лукич! Вот она, бутылочка в холодильнике валяется-лежит.
   Не правда ли, что-то знакомое для тех, кто уже мог самостоятельно смотреть телевизор в начале 70-ых? Я про Михал Лукича. Вы правы, это из сериала "Вечный зов". Был там кулак и мироед с такими позывными. Но фразу киношную не я придумал в обиходе употреблять. Это от Коли повелось, с которым мы в Москву вместе ездили ("За компьютером"). И второе словосочетание "валяется-лежит" тоже из его арсенала. С Колей мы вместе на объекте два с лишним года трудились, покуда его на КДП сменным инженером не перевели. Можно, пожалуй, из его фраз даже маленький цитатничек издать. Так говорит Заратустра... извините... так говорит Коля. Вот, к примеру, пара фраз из этой умозрительной книги. "Мне мобильник нужен, только чтобы позвонить куда или ответить на звонок, а не для того, чтобы всякими Блюю Туфовыми "синими зубами" развлекаться. Для этого дела, для развлечения, стало быть, лучше на Тверскую выйти и девчонок свистнуть. Никакой телефон не нужен". И ещё он такую GSM-пословицу приплёл на новоязе: "Скажи мне, кто твой оператор мобильной связи, и я не стану тебе звонить". Приведу также Колино замечание, относящееся к производственной деятельности: "Я не для того мешками кровь проливал, аппаратуру изучая, чтобы каждый недалёкий РП (руководитель полётов) строил меня в разгар смены, будто мальчика".
   Что-то понесло меня с пятого на десятое. Соберёмся, стряхнём груз стеаринового склероза с плешивого отростка, который многие принимают за мою голову. Итак...
   И тут, братцы, призадумался я основательно. Не могу вспомнить, когда же мне довелось Салеева пивом привечать. До ТОГО или же после... после Нового года. Вот ведь память капризная. Не даёт однозначного ответа... И не я ли, собственно, Славку пивом ТЁПЛЫМ отравил?
   Но было и другое утро. Утро следующего после проводов старого года на отдельном производственном объекте дня. Тогда кто-то из заботливых ангелов на календаре повесил троечку и симпатичный пузан нуля. Я же, заручившись поддержкой руководства, проигнорировал трудовой распорядок по причине отгула. Смену стоял один Виталик. Стоять ему было нелегко, и поэтому он сидел. Но перед этим заглянул во чрево холодильника со сказочным прозвищем "Морозко". И как вы думаете, что ему там показали? Показали вторую производную вчерашнего стола с похудевшими коэффициентами перед каждым из дифференциалов. А именно: половину тарелки с сёмгой, немного мясного ассорти, салаты в пластмассовых ведёрках, бутылку с пивом (непочатую) и даже практически полную бутылку с водкой. Ваня же не пришёл, а мы умеем вовремя остановить затянувшийся процесс. Опыта, знаете ли, с годами всё больше, а застольное мастерство всё стабильнее. Вот и оказался Виталик, так сказать, не только при чинах и регалиях, но и почти с полным холодильником сказочного содержания. Тепло ли тебе, вьюнош, тепло ли тебе, непохмелённый? Ну, чем не завидный жених, когда приданого столько, что одному не осилить? Но Беляеву невеста ни к чему. Он уже столько лет прожил со своей милой Иришкой, что мне его не догнать, хоть мы и с одного года. С трудом дождавшись обеда, Виталик позвонил мне с, сами понимаете, каким предложением. Начальству выпал короткий день, а ему ещё до 16 часов по мировому времени здесь, на рабочем месте, горе мыкать. Так что уже можно. Но не с кем. Потому и позвонил. И что же ответил своему коллеге вредный автор?
   - Я не могу, я босикомый... ещё... В одних трусах и бороде на голое тело.... Не проснулся толком... В другой раз как-нибудь... - а сам зеваю, вчерашним сном подавившись.
   Таким образом, Виталию не выгорело найти себе партнёра для манипуляций с пока ещё не опустевшей стеклотарой в одночасье. И тут неожиданно на помощь пришёл Салеев. Глаза его были чисты, помыслы прозрачны, а рука тянулась к кобуре... Но на её месте всякий раз оказывался мобильный телефон. А зачем он в таких крайне стеснённых для ума, закованного в Йориковой темнице, обстоятельствах? Тут бы в самый раз кобуру с чекушкой и пупырчатым огурцом несказанного колорового грина. Согласны со мной? Салеев тоже понял вовремя, что мобилка с лесопилки фирмы INAKO (извините, без очков что-то перепуталось) ему не помощница в решении вопроса об "наладить голову". Так, так, вы не догадались, причём здесь лесопилка? Где Славик, а где та самая Финляндия? Вот-вот, я про то же: фирма NAIKO (не те очки!) как раз и образовалась на базе лесопильного предприятия. Потом мудрые финны стали опилки в шины для автомобилей подмешивать, потом в радиоприёмную и радиопередающую аппаратуру, и только уже вслед за этим научились делать из опилок самые надёжные в мире мобильные телефоны. Но оставим в покое Финляндию с продвинутым городом Тампере и попытаемся сказать уже нечто более вразумительное, чем байки старого кота, устремлённого по спирали золотой цепи в даль неведомо сказочную. Уфф, лучше бы я согласился с Виталиком и пришёл на работу с утра... Хотя, какое утро в 10:00 по Гринвичу? Разве что, где-то в Оксфорде. А там принято употреблять не раньше файф'о клока. Такая незадача. И тут подобная, если не сказать больше, извините за выражение, полная KONAI с трёхдюймовым выхлопом по отвороту пропахшего табаком обшлага. Или даже табачным дымом, что ли... Но кого это теперь заинтересует...
   Славик оказался куда решительней меня. Он совершил обряд сваливания с работы методом "в отгул" чуть позже вашего покорного слуги, но всё остальное ему удалось более тонко и проникновенно. А, главное - прямо в лучах северного светила, прибитого морозом к самой линии заснеженного горизонта. Пока я с подушкой обнимался по соседству с Морфеем Иванычем, он направил свои стопы прямо к месту канунешних игрищ.
   Стук каблуков по лестнице, отдававшийся в чугуне Беляевской головы, стал предвестником светлого завтра. На пороге материализовался Салеев. Рука его сжимала пожухлую веточку петрушки (в кармане нашлась после вчерашнего).
   - Вот... Принёс посылку вашему мальчику... - Вместо приветствия вымолвил Слава. - Ну, не Kin-Soft-у, разумеется, а петушине славному... Гамбургскому, в смысле... На завтрак... От благодарного потомства... Выпить осталось чего?
   Салеев проникся каким-то особым и тёплым чувством к редьке с морковью и тут же к ней приник. А что было до этого, надеюсь, догадались и сами. Тут мудрено не сообразить, когда я вам столько про богатства Виталия рассказал.
   Ближе к обеду (по Гринвичу, как самый настоящий распэристый аристократ) подошёл к аэровокзалу и я. Старенький Samsung SyncMaster 3 одиноко смотрел на улицу, выглядывая из-за новёхонькой рамы... Скучно ему там одному маяться без ног-то на подоконнике. И на автобусе не уедешь, хотя все они вот - под окном останавливаются, и такси не вызовешь, хотя телефон рядом лежит. А хоть и вызовешь, как со второго этажа без посторонней помощи спускаться? Жалко мне монитор стало. Зашёл я в кабинет, форточку открыл. Пусть немного проветрится.
   Ага, да здесь что-то происходило буквально недавно. Вот и рюмочки ещё не убраны, вот и бутылка пустая из-под пива предательски торчит в мусорной корзине, вот и крошки хлебные, и дух сёмужный. Вот и перчатки забытые в шкафу лежат. Точно - Салеев наведывался на огонёк. Кто же ещё мог у нас перчатки в мороз оставить? Только горячий татарский джигит... Все уже ушли, видно по всему. Так сказать, покинули гостеприимную обитель. Ну, Виталий-то, ладно. Он просто обедать домой отправился и задержался слегка. Вахта-то длинная. А вот Салеева теперь в этом году уже мне повидать не удастся.
   Не успел я ничего про Виталия додумать, как раздался звонок. Телефонный, разумеется. Говорил Васильич. Опа-на, ещё не покинул кабинет наш горячо любимый шеф. Я конечно, как водится, поздравил его с наступающим. Прямо в трубку при этом дышал (хорошо, что у Васильича известного дорожного прибора, которым пользуется патрульная служба, под рукой не оказалось). Нажелал он мне всяких благ, здоровья и прочего. Я не замедлил с ответом в том же предпраздничном витиеватом ключе. "На следующее утро" у меня всегда такая манера речи. Васильич ответствовал очень осмысленно и прочувствованно, прерывая моё словесное недержание: "Уговорил... Пусть у меня всё так и будет..."
   "Хочешь, я покажу тебе все свои трещинки?" - пропел Виталик, входя, голосом Глафиры Побарабановой... уроженки славного города Уфы, землячки Салавата Юлаева и, вообще, прекрасной во всех отношениях рокерши от женского баскетбола. Я благоразумно отказался от процесса созерцания незнакомых мне трещинок, хотя песня в это утро мне понравилась. Не знаю, как насчёт Земфиры с похмелья, а вот у Виталия тембр был хорош! Тут же пришла на ум другая старинная народная песня производства всё той же рокерши. И я медленно и со значением подумал: "Как, впрочем, хорошо, что мы вчера не оказались её соседями, а то я уже и не знаю, дожили б всем своим весёлым квинтетом до утра или нет". По крайней мере, спать на рабочем месте мы накануне кому-то здорово помешали. Но этот кто-то включил погромче телевизор и заслонился от нашего воркования предновогодним концертом от большой попсы.
   А, между тем, голубой призрак розового абсента возметал свои эфирные крыла над моим горизонтом. Но я об этом пока не догадывался.
  

Наступление (часть 2). Не абсентом единым, или порвало снасти

ПРОРВА ИЛИ НЕРВНЫЙ СРЫВ

   А сразу после Нового года я заболел. Похоже, гриппом. На улицу не выходил, но всё порывался. Температура, слабость и всё прочее. Дальше - хуже. Температура пропала вместе со сном. Ну, температура, скажем так, пропала не вовсе. Просто опустилась ниже планки 35,7. Зато сон исчез полностью. В ТУ первую ночь я открыл глаза в половине первого утра с тем, чтобы не сомкнуть их более 100 часов. Сначала было вполне сносно. Казалось: ну, подумаешь - не посплю немного, так и ладно. Но через час начало меня преследовать необъяснимое беспокойство, дурные мысли полезли в ослабленную болезнью голову, и началось самоедство с лёгким креном на нервные окончания, которых оказалось неожиданно много.
   Из воспоминаний. По какой-то непонятной причине вот уже долгое время не могу заснуть раньше пяти утра. А разве можно назвать сном те 5-10 минут кошмарной дрёмы под самое утро. Залез с перепугу от собственного состояния в Интернет и обнаружил там вдруг упоминание абсента. Текст на жутко-кристаллическом мониторе гласил: "...чтобы успокоиться, читал Фаулза. Приятно читать Фаулза, потому что у него мысли - текут... Но не успокоился, а наоборот - после сцены с выдиранием гениталий у пленного греческого партизана возле виллы Кончиса захлопнул книжку и дал себе слово читать на ночь только Пристли. Потом был сон - будто мы с Аквалангом сидим в Советское Время в песочнице детского сайта и распиваем почему-то розовый абсент, а Аква читает мне наизусть Библию... Интересный сон, к чему бы это? Слушаю вперемешку Guns'n'Roses и Жасмин, размышляю о бренном..."
   "Эге, - подумалось мне, не у одного меня проблемы со сбитыми биоритмами. Попробовать, что ли, почитать этого, чёртова Пристли под розовый абсент?" Пробовать не стал. Дорого всё это, а гарантий на выздоровление никаких. Больничный? Боже, упаси. Находиться целый день дома одному с красными, как у печального кролика, глазами, а потом ещё пережидать ночные бденья с элементами клаустрофобии. Никогда! Что ж, прибегнем к другим средствам. Например, к погружению в работу. Но работа в мгновение ока превратилась из приятного времяпровождения в жутко скучное дело, которое, к тому же, никак не отвлекало от собственного подавленного состояния. А через "не могу"? Так получилось лучше. Рабочий день, заполненный заботами, немного отвлекал, но полностью излечить не мог.
   Через двое изматывающих суток начал впадать в прострацию. Не удивительно это, если делать вечером ничего невозможно. Ни лежать, ни сидеть, ни стоять, ни читать, ни, даже, думать о чём-то позитивном. С ужасом ожидал наступления сумерек. В январе это так быстро происходит... И здесь начиналось самое страшное. Мысли были вялыми и убийственными...
   ...он проживал свою жизнь так, как пишут домашние сочинения. То есть, надеясь впоследствии переписать всё набело, совершенно упустив из виду, что чистой бумаги остаётся всё меньше и меньше...
   И даже обычные маленькие радости перестали радовать. К примеру, когда идёшь спозаранку на трудовую вахту, заворачиваешь по дороге в "Чайник", едва успеваешь раскрыть дверь, а там продавщица уже кладёт тебе на прилавок пачку неизменного синего "Бонда". Такое милое сердцу название. "Чайник". Почему так, коли, на рекламе значится, что у этого магазина есть совершенно другое имя - "Встреча"? А вот почему. Раньше в этом здании располагался единственный на весь город пивной бар. Потом его разжаловали в горбачёвские сезоны вырубки виноградников до звания чайной где кроме унылого грузинского напитка, заваренного старинным зековским методом (кипячением), имелись в наличие противные "пирожки с котятами" и бутерброды со вспотевшим сыром. Ввиду неординарности приготовления чая по старинным рецептам и продуктового ассортимента, здесь постоянно наличествовал устойчивый запах использованных берёзовых веников и привокзального буфета на каком-нибудь дремучем полустанке. Позже здание взяли в аренду кооператоры из первой когорты, организовали там магазин и, отдавая должное коммунистической старине и традициям, назвали его "Русский чай". Теперь здесь магазин "Встреча". Хозяева у него сменились, но по старой памяти лавку эту величают "Чайником".
   Открываю дверь, скорее, по привычке, чем по необходимости. Раннее утро. Спешу на работу, чтобы снять с себя дурманные кошмары бессонной ночи. Продавщица натренированным жестом кладёт на прилавок неизменную пачку сигарет. Бонд. Не Джеймс, но уже вполне Бонд. Слегка облегчённый от никотина, как одноимённый Джеймс чуточку отяжелён моральными принципами, супер-агент его подери! Вальяжный охранник (магазин-то всё-таки круглосуточный) шутит: "Будет весело, если клиент бросил курить". Я хочу улыбнуться, но нет никаких сил. И всё-таки честно отзываюсь: "Да, именно так. Курить я бросил... По крайней мере, сегодня. О чём и пришёл вам заявить". Но чтобы немного поддержать растерянную женщину за прилавком, беру бутылку минеральной воды и тащусь на работу, как контуженный ослик Иа. А в голове по-прежнему роятся бестолковые глупости рокового толка. Скорей бы уже дойти. Там полегчает.
   Иногда хотелось упасть в том месте, где застал тебя разгар процесса стрессового самокопания и больше не вставать. Быстрей бы всё кончилось. В любом, даже самом фатальном, смысле. Понимая, что без позитива в данной ситуации далеко не уедешь, я пытался настроить струны своей неподвластной даже Гамлету флейты на что-то смешное. Получалось глупо и отвратительно. Что-то вроде клича анархистов: "Хотите бархатные портянки с бахромой от переходящего красного знамени по краю? Мы доставим вам это удовольствие!" Удовольствие? Ниже среднего. Вот-вот стошнит.
  
   Смертью её звали вчера.
  
   А что сегодня? Сегодня - обычная бессонница, бесконечной петлёй обвивающая твоё неумело непослушное тело... Но на ум приходят совсем иные видения, и хочется написать про ночь по-другому. Так, как, например, делает это мой анонимный дружок, скрывающийся под псевдонимом Алексей в своей родной Костроме. Он немного похож на моего сына Илью. Тем более подозрительно что, называется эта литературная подборка "Ночи Ильи". Возможно, Илье близко то, что вы обнаружите ниже в закавыченном виде. Вот он и дал такое название. Не знаю точно. Одним словом, авторство пока не установлено. Но не будем акцентировать внимание на этом странном факте...
  
   "Ночь. Душно, и одновременно спокойствие и умиротворение, которого так не хватало. Давно начавшие свой стрекот кузнечики с усердием в этот поздний час выполняли, порученную им работу. Во многих окнах погас свет, и погас давно, если так можно сказать, поскольку в царящей, в этот момент времени, темноте нельзя было увидеть и собственных рук, а тем более окон...
  
   Воздух пах теплом. Теплота, окружающего воздуха уже не душила, а, наоборот, завораживала. Одинокий фонарь, не казавшийся в светлое время, одиноким, бережно освещал пустоту. Казалось, что он знает столько много...
  
   Не знаю, что владело мной тогда, возможно эйфория после победы над местными, а ведь это был мой первый нешуточный матч (стоит учесть, что он достаточно серьёзно относился к футболу и замечания Вадима о том, что ему прилично удалось выступление на месте защитника, стало наилучшей похвалой, беря во внимание тот факт, что он уважал этого человека и восхищался его игрой; Вадим действительно был блистательным нападающим, с колоссальным чутьем и неисчерпаемым запасом всевозможных финтов, и, кроме того ещё, стал ему хорошим другом), или необыкновенное чувство понимания непреложного факта, что смог сблизиться с прекрасным... А впереди была ночь. Ночь после триумфа...
  
   Незаметно для себя, я оставил одного Юру, с которым мы ехали в автобусе и распевали песни Виктора Цоя. Настроение было удивительное: ничто не беспокоило, то же умиротворение и легкая усталость. Нельзя сказать было, что людей, возвращавшихся домой и, готовых в бессилии упасть в кровать и поскорее уснуть, не затронула волна нашего замечательного настроения... Густая темень плыла вслед за автобусом, высекая жёлтый подмигивающий свет из ночных светофоров...
  
   Она (ночь) следовала за нами, неведомым для меня способом...
  
   Ночь. Реальность показала ещё одну свою грань. Оказывается, больше всего я люблю теплый ветер, мягкость и спокойствие звуков, какими были звуки природы. Тишина людского мира открыла всю прелесть природы..."
  
   Бесплатный кошмар четырёх подряд бессонных ночей, когда ничего невозможно сделать, чтобы подавить в себе стремление к самоуничтожению нетрадиционным методом примитивного психоза и накручивания самых нездоровых фантазий до размеров головы изнутри. Когда невозможно не только сидеть или лежать, но даже стоять. Повторяюсь? Пускай. Всё загадочно устремляется по кругу, завлекающему в тупик. Единственное, что остаётся - только ходить, будто сомнамбула в полнолуние и молить кого-то Главного, чтобы всё это быстрей прекратилось. Пусть даже с фатальным исходом. Опять повторяюсь. Круг. Замкнутость. Безысходность. Уныние... Нет. Не стоит так с собой... Ибо, как сказано у того же автора, закрытого от нас псевдонимом Алексей:
  
   "Природа - она непременно сильная, ведь никто не может произвести на человека такого воздействия, что он добровольно готов совершить глупость, за которую, возможно, придется впоследствии расплачиваться...
  
   Но я знал, что не совершу глупостей, лишь потому, что казавшееся мне безумием безумие уже происходило со мной...
  
   Первые признаки, происходившего бреда осознавались..."
  
   Пожалуй, одно из моих старых стихотворений передаст лучше это стойкое состояние собственной ничтожности... Я только немного концовку заточил под описываемую ситуацию. Послушайте...
  
   Послушайте, кто мне расскажет,
   Как дожить до утра,
   Когда затянувшимся джазом
   Визгливые лампы кричат?
  
   Вы знаете, это же странно,
   Что я не владею собой,
   Когда негативного плана
   Меня беспокойство накроет...
  
   Задумайтесь, что ж так несмело
   Дрожит над душой моей плед
   И молит ленивую стрелку
   Скорей окровавить рассвет?
  
   Поймите, ведь это же главное
   Под ворохом ждущих гудков -
   Моё пробуждение странное
   В стране, где ни сна, не стихов.
  
   Как известно, сон разума рождает чудовищ. А если нет сна? Оказалось, что чудовища вполне прекрасно рождаются и бодрствующим организмом. Просто за милую душу. К примеру, такие...
  
   менестрельские напевы неизбывного наследства
   и усердного сиденья на продавленном диване
   гуттаперчевого гнева всевозможные главенства
   стяги новых потрясений, обожаемые вами
  
   апельсиновые рощи карамелевые страны
   нету сказок в мире проще, ветром выворот кармана
   презентованные мощи позумент аэропланов
   это вписываем точно в разворот всего экрана
  
   пуритане однодневки, дети веских обстоятельств
   разрываемые к счастью на виду дежурной части
   отшлифованное древко на плече несёт приятель
   знамя культовых ненастий и обломок чьей-то страсти
  
   Или что-то вроде...
  
   Аденоиды вечной клепсидры заалели в глубинах заката,
   Где рубиновым выстелен выстрел...
   На запятках роскошная гидра, а в карете самой пустовато,
   И рутиной утерянный смысл.
  
   А это уже чуть-чуть позже...
  
   И от всяческих странных мистерий
   Я устал, затаившись в постели.
   Оголтелость пузатых метелей
   Тех, которые дружно насели...
   Свеженинки дрожащей наелись
   Под своё завывание стерео...
  
   Вечером, уконтропупенный местным доктором, из поликлиники аэропорта, оптимистично посоветовавшим мне обратиться к личному психотерапевту, наглотавшийся глицина и валерьяновых таблеток, я выгуливался верной супругой по затемнённому городу. Интерес к жизни отсутствовал напрочь. Я просто подчинялся судьбе. Зашли в продуктовый магазин фирмы "Берёзка". И там я встретил дядю Женю. Ели кто помнит, это программист-одиночка. Накануне Нового года он довольно успешно продавал свою игрушку Ice Jam добропорядочным немецким бюргерам. Всего за 15 единиц "американский зелени". Должен заметить, что игрушка того стоит. Настоящее новогоднее чудо с элементами тетриса и забавным Санта-Клаусом. Женька сейчас на распутье. Он давно бросил "Севергазбанк", где его боготворили и жил с проданных "шароварных" программ в Интернете. У дяди Жени очень своеобразный взгляд на окружающий мир, на который он взирает сквозь призму программера по рождению. "Главное, чтобы кэш побольше был. - Уверяет он при каждом удобном случае с пивом и без оного. - Ничто так не радует программиста, как штуковина с офигительным кэшем". В таких случаях Kin-Soft обычно добавляет, намекая на Женькины ночные увлечения: "И ничто так не радует "шароварщика", как количество зарегистрированных доменов". Так вот и живёт Женька, выбираясь из Интернета только в минуты редкого творческого застоя, чтобы купить в магазине чего-нибудь к пиву. Нет-нет, не к чаю. Чай он и так пьёт. С удовольствием. И всё бы было ничего, и даже здорово, но его угораздило жениться под самые праздники. Новая ипостась немного озаботила дядю Женю. Стабильность заработка вышла на первый план. Он никак не мог перестроиться со своего ночного образа жизни и стать примерным семьянином. Как это не выглядит странным, в гастрономе, и встретились два "одиноких странника". Совсем не романтическое местечко, доложу я вам. Но, что случилось, то случилось. Не исправить, не заменить место встречи нам суждено. Пусть уж будет гастроном "Берёзка". Всё лучше, чем какой-нибудь тёмный закоулок с разбитыми фонарями. Я поведал дяде Жене свою бессонную проблему. На что он мне отвечал довольно резонно: "Тебе сейчас самое время принимать розовый наркотик, по 100 граммов перед сном". Я поинтересовался, что это за "розовый наркотик". Вот тут-то я и узнал всю правду о розовом абсенте.
   - Сто грамм перед сном, и будешь по крышам бегать, - уверял меня дядя Женя.
   ... по крышам... бегать... и взлететь... с абсентом во главе... или в голове?.. феерия! Не про это ли я в Интернете обнаружил? Судьба, будто в насмешку, баловалась дежавю...
   - Как у Шагала? - Спросил я, невероятно взволнованный навеянной ассоциацией.
   - Нет, как у Циолковского, с полной потерей веса...
   - Не-а, по крышам - это не для меня, - отвечаю, - лучше я корвалолчиком обойдусь.
   - Ну, как знаешь, - отозвался он с печалью в голосе, - от абсента нельзя отказываться таким категорическим образом. У нас же не Европа...уже. Или ещё не?
   Мы расстались не совсем удовлетворённые друг другом и присутствующими рядом жёнами, которые одним только фактом своего цветущего существования в данной области пространственно-временного континуума обломили хрупкую веточку свежей мечты об упоительном розовом наркотике по имени абсент. А я вдруг понял для себя, что, являя собой лёгкое наркотическое вещество, абсент назван очень удачно. Ибо, если проассоциировать немного его имя с английским "is absent" - отсутствует, то становится вполне понятным отсутствующий взор любителей взглянуть на творение Эдуара Мане с точки зрения профессионального любителя от литературных изысков.
   98 Ґ градусов - это моя теперешняя температура. Возможно, по Фаренгейту, если вам от этого станет легше. Мне-то уж точно не станет. Так я тогда подумал.
   И вот мы дома. Вечер не навевал опасений, поскольку я долго себе внушал ЭТО. Тем более, двухчасовая прогулка на морозе поселяла определённые надежды. Пью перед сном горячее молоко с мёдом. Сон не идёт. Сильнейшее французское снотворное действует совершенно неожиданным образом. Вскакиваю от ужаса, который удалось разглядеть в минутном забытьи. Бегу на кухню. Единственное средство, чтобы отвлечься - это занять себя чем-нибудь. Лезу в морозильник и достаю огромную налимью тушу. Посмотрел я этому замороженному дураку в глаза. А они такие пустые! Пустые и холодные. И так мне себя жалко, что решил я разделаться с этим бандитствующим рыбомонстром с морского дна Печоры, во что бы то ни стало.
   Кто из вас разделывал замороженного налима, этакую мордуленцию килограммов на 5, и чтобы при этом вам было звычайно хреново? Занятие не очень, скажем, достойное, но весьма полезное. Когда вы пассатижами наворачиваете шкуру этого речного монстра, к вам приходит спокойствие. А что потом? Потом, главное, не потерять чувство ритма и продолжить разделку. Такой огромный налим в одну сковороду явно не поместиться. Значит, что? Значит, его нужно жарить, последовательно обваливая в муке, специях и соли в очередь. Или же выпростать из духовки весь наличествующий парк сковородок-скромниц с тефлоновыми украшениями и сковородок ветхозаветных во всей их чугунной красе. Но среди ночи греметь посудой я не решаюсь. Значит, в очередь, глядишь, и время скоротать удастся. Главное, что на него, речного гиганта, и смотреть-то в тот момент не хочется. Но нужно. Совсем как у Славика с цианидом... До утра дотянуть удалось с небольшими потерями. От уверенности в благоприятном исходе осталась малая толика.
   А если бы я выпил предписанные дядей Женей 100 граммов розового наркотического чуда?
  
  
  

ПОД ЧАЙНЫМ ДЕРЕВОМ

   Пришёл в РЭМ. Сижу потерянный, ни разу не спавший "ещё с той войны", как бы выразился Салеев. Себя жалею очень. И чего это мне милому и умному такие напасти? Народ непорядок в моём светлом, но побитом бессонницей, образе приметил, запереживал, сопереживая. Чаю поднесли с конфетами из сверхсекретного детского подарка к Новому году. О нём даже главный бухгалтер ничего не знал, хотя, конечно, догадывался. Но догадываться одно, а ты, попробуй, угадай, отчего в РЭМе столько бесхозных детей обитает. Но тут на арену нашей бессистемной упорядоченности выходит Его Величество Фактор Внезапного Рождения. Таким образом, каждый год главный бухгалтер перестраховывается тремя лишними подарками, в результате чего добрым людям тоже есть, чем чай поутру закушать. Ничего себе, такой подарок оказался. Толстый. На троих, в общем. В другое время и в другом состоянии я бы даже порадовался за ребят от души. За новорожденных в РЭМе, естественно. А тут такое дело - от той самой души осталась только незначительная вибрация "под ложечкой", поганенькая такая, будто кто в причинно-следственное место угодил случайно. Правда, не сильно. Если бы сильно, то я б уже и написать ничего не смог. Итак, сижу себе в позе неразвернувшегося по причине засухи лотоса, РЭМ своим присутствием украшая. Впрочем, не очень. Скорее, объект не украшаю, а, наоборот, привожу к энтропическому упадничеству. В тёплой кожаной куртке сижу, не снимая оную, и чай хлебаю помаленьку с конфетиком подарочным. И так мне гадко и постыло, что хочется из кружки прямо по чакрам кому-нибудь противному всю жидкость-то выпростать. Но нет никого противного, одни милые и знакомые лица кругом. А Салеев - тот и вовсе раскрылся, как бутончик розовый. Глазки горят, чубчик весёлым орликом вразлёт, на щеках румянец. Так вдруг мне захотелось ему что-то гадкое сказать, просто сил никаких не осталось. А что? Я тут муки мученические принимаю, незнамо за какие прегрешения, а ему, гаду, так вдруг хорошо. И, к тому же, задарма. Несправедливо. Собрал я все свои морально-волевые и говорю еле слышно: "Что-то ты, Славик, после праздников, будто, похорошел с лица. Помолодел и так далее..." "Так это я каждый день на лыжах бегал, потом душик контрастный. Милое дело", - отвечает растроганный Салеев. Вот тут я ему и врезал: "А-а-а-а, - говорю, - я то думал, что ты в бане, наконец, помылся". Салеев не обиделся, а так только, глаз татарский хитро прищурил. С него станется - удар хорошо держать умеет, даже такой подлый. "Нет, - говорит, - в бане не был. Всё больше на лыжне". Тогда я продолжил свою гадкую гадость вершить. "Вот и то-то, я смотрю, что ты до сих пор в лыжных ботинках форс по полу пускаешь, девок с ума сводишь", - говорю. А у самого сил нет, даже собственной пакости порадоваться. У остальных силы были. Кто посмеялся, кто просто мою закипающую желчь подарочной конфетой загасил, а сам же Славик подошёл ко мне и сказал: "Жить будет... этот Кирилл, раз зубки показывает". И вот именно тогда я произнёс судьбоносную фразу, которой впоследствии не мог вспомнить по причине слабости и полного безволия. Мне её уже потом озвучили. А сказанул я следующее: "В нашем досужем и регочущем обществе, господа, находится один психически нездоровый субъект, которому по всем канонам матетерезии полагается неотложная братская помощь, сладкий чинарик на две затяжки и безразмерная любовь с индексом "XXXL". Но не могу я, братцы, всего этого от вас принять, ибо тошно мне так, что и слов не хватает. И даже вылить остатки чая в кадку с "чайным деревом" сил никаких нет!" "Чайным деревом" в РЭМе называют нагловатое растение из семейства теплолюбивых, размером с небольшую пальму. Уж, не знаю, как его величают по латинскому, но любит оно, когда его поливают кипятком, особенно вместе со спитой заваркой. Причём абсолютно не важно, какой был чай - чёрный, зелёный, мате или каркаде. Со временем культурный слой в безразмерной кадке с экзотическим растением стал напоминать перегнивший чайный лист с редкими вкраплениями земли. Уборщица, тётя Дуся (по научному - Евдокия Ивановна) однажды даже хотела отсадить себе домой такой милый образчик зарвавшейся флоры. Но не прижилось. Видать, этому растению нужен не только спитой чай, а ещё и крепкая мужская компания. Но разговор совсем не об этом. Я Салееву заявляю со всей прямотой, на каковую сейчас могу сподобиться: "Знаю я одного человека, который меня вылечить способен. Знаю и методу его кардинальную и общечеловеческую... Но не поможет это сейчас, дорогой мой Слава... Меня алкоголь в такой угол загоняет, что страшно становится..." Тут и Салеев свою ответную речь мне навстречу выдвинул. Он тогда за ведущего инженера оставался, поскольку Пронин в отпуске Новый год пугал своим нерабочим состоянием. Впрочем, я вам об этом ещё в первой части доложить успел. Это всё тщательное взбивание. Одну фразу по разным местам крема глясе растащило. Но хватит об этом. Напомню, о чём речь, а то вы уже, чувствую, забывать начали. Мне слово дадим, хорошо? "Знаю я одного человека, который меня вылечить способен.." - так я примерно сказал. Вспомнили? "И я тоже, - Славик сказал, - готов поклясться, что знаю такого человека. И зовут его Ислям Хуснуттдиновичем уже более полусотни годочков. И спиртовая твоя проблема мне тоже знакома до боли в щиколотках и... немного "под ложечкой". Вот остался я за Лёху, за главного. Всё он мне отдал, вплоть до ключа от склада. Но вот спирт где-то заперт. Так что я его, родимого, ни списать, ни выпить не могу. А начальство, между прочим, давит мне на нежность собственной диафрагмы, всё пытает, где отчёт, где отчёт..."
   Салеев горько прискорбел в свежий носовой платочек, взглянул на меня глазами отзывчивого тюленя и угостил ещё одной конфетой из заветного РЭМ-овского ящика. Чайное дерево расправляло листокрылые руки-ветви, предчувствуя скорую подпитку чайным листом своего нижнего бюста. Мне оставалось только принять это как неизбежную данность, предоставленную мне в моих галлюцинациях. И то!
  

ДОБРЫЙ ВАНЯ, ИЛИ НАЧАЛО ОБРАТНОГО ОТСЧЁТА

   Потом к нам на объект пришёл Ваня и начал ковырять знаменитый турецкий выключатель, у которого непосредственно халявная сущность торчала прямо из-под евросоюзовской упаковки, сделанной из краденного, где попало (обычно, в странах бывшего СССР) пластика. Он принёс дурную весть, что 1100 тонн китайской свинины, сданной в реализацию торговой сети Владивостока, оказалась начинённой ртутью. По телевидению объявили потребительскую бдительность, а Ваня откомментировал очень душевно:
   - Вот сволочи, эти китайцы! Транспортировали свинину в нездоровом состоянии. Наверное, даже в рефрижераторах. Там не мудрено простудиться. Никакого же отопления в вагонах! И, кроме ртутных градусников, никакого медицинского оборудования. И куда только ООН смотрит? А там и птичий грипп, и всё, что хош!
   Ваня у нас очень добрый и, вместе с тем, невероятно справедливый. На него бы подравняться странам НАТО, тогда бы всё было здорово в мире. Так и представляю себе, как иракские сепаратисты вешаются на могучую Ванину шею, создавая ему незатейливый ПиАр в грядущей компании по выборам нового Коффи Ананда. То есть, так называемый, Коффи Ананизм.
   - Кошачий что ли? - обязательно поинтересовался бы инженер КДП Коля Сорвачёв и был бы не прав, поскольку заглавная буква здесь совсем не та, в термине этом. Но Колю понять можно... Он же со слуха бы воспринял... А если по писанному, то очки что ли одевать?
   Между тем, одухотворённый внутренним экстазом Kin-Soft решил поиграть в "Doom3". Он потянулся и огласил окрестности боевым кличем: "А не замочить ли мне каких-либо злобных монстров?"
   - А давай! - откликнулось эхо. Оно у нас здесь такое причудливое. Особенно, когда селектор отключен.
   - И не жалко тебе монстров? - Спросил справедливый Ваня. - Может, у них семья, дети. А ты в них плазменной пушкой... с разгона.
   - Ну, скажи, какая может быть семья у летающего огненного черепа? Какие тут дети?
   - Летающие уши, - не растерялся добрый Ваня.
   Потом каждый занялся своим любимым делом. Ваня сверлил в турецком выключателе подходящее для православных отверстие. Kin-Soft "мочил" монстров в сортире марсианской станции, как посоветовал ему компьютерный босс Ты-Ин-Поу. "Мочил" он их и в других компьютерных пределах, и при этом тихонько порыкивал, как первобытный добытчик мамонтов. Хорошо, одним словом, охотился, душевно. Я же рылся в документации на новый ЦКС, с трудом представляя себе, как возлюбить неведомый доселе UNIX (дело недалёкой перспективы). И лишь наш компьютер совершенно бездушно изрыгал стоны умирающей нечисти посредством колонок Sven в комплекте с сабвуфером. Прошло несколько минут, прежде чем Kin-Soft чертыхнулся:
   - Кажися, меня сейчас убивать начнут. Ах ты, гад, ещё толкаешься!
   Ваня заметил скромно:
   - И чего тут сетовать? Ты же его за это убил?
   - А ты бы, что сделал на моём месте? Разве б не убил?
   - Вообще-то, нет.... Нужно быть добрее и интеллигентнее...
   И в этом весь Ваня. Наверное, поэтому при сетевой "рубиловке" в "кваку" он всегда оказывается на последнем месте. Губит Ваню его врождённая скромность и человеколюбие.
   Незаметно для себя я присел на мягкое кресло-кровать. Его привёз из гаража перед Новым годом Виталий. "Для уюта", - так он выразился. Присел я и... задремал под крики уничтожаемых 3D-монстров. Организм брал своё. И кресло так кстати подвернулось, спасибо Виталику.
   С того момента я временно переехал жить на работу. Дома мне после этой показательной дрёмы повторить победоносное шествие волшебных гипнотических видений не удалось. Коли так, то будем закреплять успех там, где он проявился. На работе мне почти всегда удавалось заснуть хотя бы ненадолго под смутное бормотание программы-говорилки на движке diagolo, которая читала для меня научную фантастику. Конечно же, несомненно же, было бы куда лучше, если б "говорилка" декламировала на память, как выше упомянутый (упомянутая?) Аква, но... Но, по-видимому, я слишком многого хочу от безмозглого набора виртуальных скриптов. Увы. А так, что мы имеем? 15 капель корвалола, два банана, два часа бессмысленного ворочанья на принесённой из дома постели, и, если повезёт, то пара-тройка часов прерывистого сна. Но и это радовало, поскольку наметился положительный сдвиг. Так прошло недели полторы, а потом приехал на каникулы мой сын, и всё дурное стало забываться. Но пока до его приезда больше десяти дней, и я сплю на работе... А встревоженные телеграфистки и радиооператорши считают, что я с женой в большой ссоре. Иначе они попросту не могут объяснить моего странного поведения. Головой кивают на мои рассказы о бессоннице, а сами нимало в них не верят. Не будешь же их переубеждать, право слово...
   ...центральная площадь уездного городка. Феминистки шли против домашних хозяек. Стенка на стенку. Плакаты. "Все мужики сволочи!" "Кто женщину одевает, тот её и раздевает! Кто её раздевает, тот и согревает!" Содержание последнего утверждения явно указывало на положительную обратную связь между одеждой, мужчиной, женщиной и теплом. Хотя, вполне возможно эту связь назвать и отрицательной. Я предался размышлениям о качественном составе обратных связей... "Звёздочка, звёздочка, звёздочка, звёздочка. Звёздочка, звёздочка, звёздочка", - закрыла "говорилка" абзац бесстрастным несмазанным голосом космического Буратино (того, что происходит из плотников-пришельцев). Открываю глаза. За окном в фонарном свете валит снег, монитор светит синеватой кнопкой Power. Ленивые часы сдвинулись только на час вперёд. Завожу ещё одну историю. Свою любимую. "Понедельник начинается в субботу" Стругацких. Начало меня ужасает. Как непрофессионально выписаны диалоги. Сплошные тавтологии. Сказал - сказал, сказал - сказал. А раньше я следил только за сюжетом, не вникая в суть литературной подоплёки. Зажрались вы, Дмитрий Александрович, однако. Ничего не скажешь. Так и норовите классиков лягнуть, совершенно упуская из виду, что написана сказка для научных сотрудников среднего школьного возраста была в начале 60-ых совсем молодыми авторами. И не стыдно? С этими размышлениями засыпаю опять.
   ...три раза подходил гражданин так называемый больной к лечебному снаряду. Крутил его, мял, подбрасывал с утробным воем, без воя подбрасывал. Ничего у него толкового не выходило. Тогда расхохотался он демоническим смехом во всё своё больное горло и растворил жутко вибрирующую физическую сущность, собственно, личного органона в туманном мареве зимнего утра, которое легко поглотило почти невесомую субстанцию своей неспешной обстоятельностью...
   Тут такое дело: только разоспался после многочасового бестолкового ворчанья чугунной чушкой опостылевшей своим умничаньем головы, ан, тебя уже выпинывает из сладостных грёз, словно нашкодившего щенка и даже слова тявкнуть поперёк незнакомого сценария не даёт. Кто писал его, этот сценарий? Кто дал право так надо мной измываться?
   Что, уже утро? Так скоро?
   Kin-Soft зашёл со словами: "Стандарт, стандарт..."
   - То есть как это стандарт? - Возмутился я. - У тебя начальник спит на работе, а тебе всё по номиналу стандартному?
   - Да, нет же... - Опешил Kin-Soft. - Это я со своей мобилкой так разговариваю через гарнитуру... Хочу, чтобы больше меня вибрировать не заставляли, чай, не в автобусе...
   - В автобусе, в автобусе... Со спальными местами, - съязвил я и начал одеваться, пытаясь осознать пока не обременённым интеллектом утренним мозгом, какие во мне случились положительные изменения. Ага, уже зеваю. Хорошо. Раздражительность и отвращение к окружающему миру, помноженные на клаустрофобию, сбросили обороты. Выходит - путь мой правильный и к нужному месту в мироздании прикрученный самой замечательной отвёрткой в мире, которую никаким китайским туркам с закошенными под корейцев глазами вовек не изготовить.
  

СЕКРЕТНЫЙ ФАРВАТЕР

   Вспомнилось. Техника начинает отказывать чаще, когда её боишься. В процессе ремонта или настройки ни в коем случае нельзя злиться, если что-то не получается. Это главный принцип Салеева. Я бы даже назвал его постулатом. Лучше всего рассмотреть проблемную ситуацию в ироничном ракурсе вместе с кем-либо, из себе подобных. Не замечали никогда такую закономерность? Странно. Это же я не придумал. Просто такая теория "железной души" у любого механизма. Вот, к примеру, замечено, что автомобиль красного цвета нужно любить и обслуживать особенно тщательно, ибо такая машина склонна к самоуничтожению. Дама, в общем, капризная и вздорная. Как доказательство: была красная "десятка" у одного нашего техника с передающего радиоцентра. Техника этого зовут Славка. Так он на своей "лайбе" несколько раз в аварии залетал. Чуть имеется какая-нибудь маленькая возможность стукнуться, красная "десятка" уже здесь. И ещё, Славкина машина вместе со склонностью к суициду имела невероятное предубеждение к кладбищам для людей. Как только нужно ехать в сторону кладбища, двигатель тут же глохнет. Над Славкой долго смеялись, дескать, дорога к погосту ему заказана. По крайней мере, на колёсах. Но после очередной аварии, наш техник перекрасил автомобиль. Теперь, вот уже года четыре, никаких ДТП. Правда, и хозяин у машины теперь другой, поскольку Славка изменил своей железной подруге с какой-то иномаркой, а перекрашенную "ласточку" продал в хорошие руки, но это же не меняет сути дела. Ведь и на "иностранке" он тоже в аварии не залетает. Она у него теперь цвета "мокрый асфальт". Вот такая история. И я думаю себе: есть у механизмов душа, есть...
   А моя-то где, кстати, затерялась. Нигде её не найти. Спит вместо хозяина беспробудным сном? Как знать...
   Начинаю ощущать потерянный, было, вкус к жизни. Даже некоторая игривость появляется в голосе. Пока только по телефону.
   - А скажи мне, Слава-свет, Роман Валерьевич у вас нонче не водится?
   - Его-то дивизию! Да заводился минут 20 назад, какую-то базу данных по драгметаллам, будто царь Кощей, по закромам Пронинским разыскивал. Но такие, как этот Кирилл в неволе долго не разводятся, ищи-ка, Дмитрий Александрович, его лучше в чистом поле, у бухгалтеров или иных, каких, бабусЕй.
   Вспоминаю, что Беляев оставил Салееву телевизор для ремонта и попросил меня справиться о его, голландского "Филипса" здоровье.
   - А как у Виталика телевизор поживает? Не кашляет ли, готов ли цветами в RGB транскрипции налиться?
   - Да, процессорную "таблетку" я уже выкусил и поменял. Только теперь вместо красного какой-то розовый кажет...
   - А вместо синего неприлично голубой?
   - Да-да-да, что-то неприличное...
   - Порнографию что ли?
   - Хуже, значительно хуже. Какой-то извращённый этот "Филипс"... А тут как раз "Секретный фарватер" показывают...
   Меня осенило. Я понял, что пока не закончится показ этого самого фарватера, не видать Виталию отстроенного телевизора. Славу хлебом не корми, только дай на субмарины посмотреть. Пусть в сериале, пусть со свастикой... Но зато серии С! Это, сами понимаете, цимус для подводника. Амброзия! Чуть, было, не сказал "для бывшего подводника". Нет, ребята, подводники бывшими не бывают. Они всегда в невидимом строю. Так и учтите себе на адмиральском носу, господин Куроедов, всё ещё командующий... всё ещё при деле...
   - Но я обязательно сделаю. Местное пионерское! - поклялся Салеев, согнув руку в локте между 1-ым и 2-ым дорожными просветами. Именно так, салютующим, я и представил себе Славку, хотя и был от него на значительном удалении.
  

БОЛЬШОЙ РАЗБОР

   - Почему на разборе не был?
   - У меня депрессия...
   - Тогда записывай... - Васильич не удивился, и не стал грубо пенять на низкий уровень моего поведения в плане дисциплины трудовой, дисциплины связиста не по призванию, а по обстоятельствам. Душа-человек у нас заместитель по ЭРТОС. С таким бы в разведку пойти... куда-нибудь в тыл к немцам... Чтобы в землях Мюнхенских сосиски с пивом баварским уничтожать, рискуя здоровьем.
   - Значит так, шабашка (шабашкой наш зам по РТО и связи любую бумажную работу называет) такая: нужно представить анализ работы объекта за год. Форма произвольная. Отразить в нём необходимо все свои подвиги, и на разгильдяев особо внимание обратить... если таковые мешали вам краснознамённо трудиться.
   Ну, если форма произвольная, тогда заполучите скандал с больной-то головы. Четыре пункта с огромными резюмешками (они же выводы, скорее, напоминающие тявканье ленивой Моськи, чем львиный рык). И главный вывод такой: начальству ничего не остаётся другого, как только сучить ногами в творческом порыве и при этом не изображать ИБД, а заниматься этой деятельностью, как повелевает контракт с генеральной дирекцией. Таких я в анализе перспектив разрисовал в 32-ух битном цвете, что залюбуешься. Любоваться-то, конечно, можно, а вот для того чтобы привести прожекты в соответствие с действительностью, большого начальственного напряжения потребует. Отправил свои уверения и прочее Васильичу по сети, а сам опять Салееву названиваю:
   - Ромка-то где? Опять где-то скрылся... Ветром, что ли сдуло?
   - Как же, сдует этого Рабиновича? Жди. Сидит в кадрах, помогает открытку генеральному распрекрасную разрисовать на день ангела. Ну, не еврей ли?..
   - А что, Славик, завтра "витушку" до механика протянем? Пора бы и ему к сети приобщиться...
   - Лишь бы не ноги. А всё остальное - запросто!
   Разговоры с Салеевым привносили в моё скверное состояние капли элементарного оптимизма, ещё пока слабо осознаваемого.
   На следующем разборе я уже присутствовал. Васильич объявил громогласно:
   - Хорошая новость, господа инженеры, - едет сертификационная комиссия с особыми полномочиями... Теперь дата точная известна. Определённость она уже вселяет какие-то надежды, что сумеем достойно встретить. Не так ли?
   - Опять расстреливать будут, а потом в бане нажрутся, - не смешно пошутил Лёха (он уже из отпуск вышел), памятуя вредного сертификационного деда, которому никак не хватало пара.
   - Если это хорошая новость, то какая же плохая? - спросил я.
   - А почему эта-то плохая? Приезжают не в декабре, а в феврале. Вам в радость. Чтоб не расхолаживались. И, вообще, плохих новостей сегодня не будет. Комиссия из генеральной дирекции уехала вчера довольная.
   - И зачем только приезжала? - кто-то из аудитории спросил неуместно.
   - Да, водки попить вдали от семейного очага, - сказал рассудительный Володя, ведущий инженер ОСП.
   - Нет, не все пили водку! - Васильич знал, что говорил.
   - Остальные пили коньяк. - Не унимался Володя. - И при этом пытались ввести в грех наше любимое руководство.
   Последняя фраза прозвучала, скорей как вопрос, нежели чем утверждение. Володя толк в комиссиях знает - не зря на министра обороны 20 лет служил службой верною, службой ратною, защищая собственным телом рубежи и просторы после окончания Житомирского высшего командного училища радиоэлектроники войск ПВО. В обсерватории АН СССР служил. Это так для мирного населения нашу печорскую "горку" зашифровали. А на самом деле там подразделение РВСН базируется, оплот противоракетного щита державы. Раньше к западу ещё один подобный объект был в Скрунде под Ригой. Но теперь от него одни воспоминания остались. О секретном назначении т.н. обсерватории говорить не стану, поскольку военная тайна. Скажу только, что представляет он собой два здания 45 и 70 метров высотой с боковыми зеркальными стенами, спиленными под углом. Это антенны. Приёмная и передающая. И ещё под землёй неведомо сколько этажей. Здания напичканы техникой, системами резервирования и охлаждения по самые "не могу".
   Об одной военной комиссии Володя как-то под настроение рассказывал нам за чаем в РЭМе (со знаменитыми конфетами из безразмерного ящика). Было это в аккурат в год его увольнения из рядов "несокрушимой и легендарной". Должен был приехать сам начальник штаба РВСН с сопровождающими его лицами. Командир части за месяц теребил командиров боевых расчётов на предмет полного военного соответствия и напутствовал их таким примерно спичем:
   "Главное не в том, чтобы вовремя ответить супостату-ворогу несимметричным и болезненным способом, как обещал мировой общественности президент вольной России за номером два, а в том, чтобы встретить генерала точнёхонько возле лифта на вверенном этаже обсерватории с лицом, исполненным благоговения и пр."
   Подполковник Володя готов был к комиссии целиком и полностью. Казалось, обстановка не предвещала ничего дурного. Но так только казалось. В самый ответственный момент Володю отвлёк звонок дежурного по части, и он не успел нарисовать свою улыбку у дверей лифта. Когда подполковник положил трубку, те уже открывались. Делать нечего, Володя стремительной строевой рысью проследовал к лифту, где и доложил всё честь по чести. Генерал-полковник поздоровался с ним за руку и попросил показать вверенный этаж. Володя шёл несколько впереди, за ним, по правую руку начальник штаба РВСН, за ним свита. А слева затесался командир части, который делал страшные глаза и тихо материл подчинённого за нерасторопность. Генерал-полковник остался доволен увиденным, о чём и не замедлил сообщить. Всё, вроде отстрелялся. Но не тут-то было. Володе объявили строгий выговор, чуть на суд офицерской чести не вызвали. Как же - не сумел прогнуть свой тренированный за долгую службу хребет САМОМУ ВАШЕСТВУ из РВСН! Такой, стыдно сказать, позор. Но одним этим дело не кончилось.
   Травля продолжалась месяца три-четыре. Командир части считал своим воинским долгом смешивать имя Володи в одном флаконе с остатками из солдатской столовой и содержимым бочки с чем-то вонючим, что стоит в углу каптёрки старшины-переростка, который наподобие помещика Плюшкина тащит в свои личные закрома всё, что не успевали подобрать расторопные лица из числа бойцов срочной службы. Генерал-майор (он же - командир части) на каждом разводе гневался по поводу жуткого безобразия ДАЖЕ в рядах старших офицеров (напоминаю - Володя в тот экзотический миг своей военной карьеры находился в звании подполковника), доводил себя до экстазного самоварного кипения с тульским трубным акцентом (командир части был родом из колыбели печатных пряников и так же как они припечатан к здравому смыслу трёхдюймовыми дюбелями, если не сказать больше), а вслед за этим устремлялся писать приказ на очередное взыскание нерадивому офицеру. Володя был доведён до нервного срыва, попал в больницу, госпиталь - по военному. Но и когда его оттуда выписали, преследование командира продолжалась с таким же неистовством, как и раньше. И неизвестно, чем бы эта история закончилась, если бы не подоспел срок окончания контрактных обязательств подполковника Володи с министром обороны лично.
   Когда опальный офицер, зашёл к командиру части в последний раз, чтобы подписать обходной листок, тот встретил его как закадычного дружка.
   - Володенька, проходи, дорогой, проходи. Чего вдруг сбегать на гражданку надумал? А, может, передумаешь уходить? У нас таких опытных офицеров не так много. А с молодых лейтенантов много ли толку? Ну, что они, по большому счёту, могут сразу после училища? - Вещал он, как-то немного поджавшись, сделавшись ниже ростом и гурцуя подобострастным петушком вокруг нашего героя. На последний вопрос ответ был дан немедленно. И как раз тот самый... несимметричный... Уроки Главнокомандующего не пропали даром.
   - А могут они, товарищ полковник, послать вас в задницу, а также в другом направлении, менее презентабельного звучания. И ещё много куда могут послать. Именно потому как молодые...
   Командир части сломал ручку, только что подписавшую обходной листок, исполнился праведным негодованием и заорал:
   - Да, вы! Да, ты! Ты!... Да, я!... Товаррррищщщ подполковник!.. Уволю! Сгною! Сгноблю! Разжалую! В штрафбат! На Колыму!
   - Насчёт уволю - это он зря, - думал гражданский человек Володя, - меня же министр обороны уволил... в запас. И, кстати, никогда я ему, этому Держиморде, товарищем-то и не был. А теперь уже и подполковником для него быть перестал.
   А впереди сияло бешеное летнее солнце Севера, в лучах которого терялся отважный вертолёт МИ8, осмелившийся подставить свои дюралевые бока грозному светилу. Володя не знал тогда, что это знак свыше. Гражданская жизнь связала его с авиацией, хотел он того или нет. Но я склоняюсь к тому, что хотел.
   Ну, а что касается командира части, то поговаривают, что теперь его любимое занятие захаживать в архив и с нежностью рассматривать приказ о наложении строгого выговора на подполковника Володю. Акты комиссионной проверки штаба РВСН он предпочитает не видеть. А молодых лейтенантов командир части с тех пор на дух не переносит. Как только завидит издалека, сразу старается куда-нибудь свернуть. Как бы не вышло чего неуставного! Старый служака, наш генерал-майор. Не может, так сказать, посрамить... и в грязь лицом... А что ему ещё остаётся?
   Теперь снова поспешим в кабинет Васильича. Большой разбор в самом разгаре.
   Одним из вопросов, обсуждаемых на совещании, был такой: внести предложения о каких-либо мероприятиях, связанных с годовщиной победы в Великой Отечественной войне. Большинство КРС пропустило эту тему из виду, напирая в основном на свои внутриобъектовые проблемы. Один только Пронин дисциплинированно уделил животрепещущему вопросу скрупулёзное внимание педанта по рождению. В конце своего выступления, связанного в основном с проблемами, как вести метрологический учёт, если поверку некоторых приборов не делают даже в Сыктывкаре, он, скромно потупив глаза и залившись румянцем, сказал: "А что касается празднования 60-летия Победы, то я предлагаю произвести праздничный салют... в Москве... из 60 орудий... 60 залпов..." Думаю, не нужно пояснять, какое оживление внесло это передовое суждение в наши провинциальные ряды.
   В преддверии грядущей проверки говорливый Володя спросил: "А как мне быть с табличками по охране труда? В прошлый свой приезд комиссионеры мне такое замечание написали. Но там и коню понятно, что к чему, поскольку доступ посторонним на территорию привода просто не возможен. Ну, навешивал я этих табличек несколько раз, но это до первого паводка. Каждый раз мои предупреждения уплывали вместе со льдом в сторону Карского моря. Кому там изучать, как нужно правильно работать с ограждениями и электроинструментом, белым медведям? А снимать перед ледоходом, и потом снова устанавливать - дело не совсем правильное. Нам бы дизеля успеть вывезти вовремя, не до жиру..."
   Главный инженер оживился: "Ты вешай, не сомневайся, у нас в док-складе этого добра ещё много лежит. Тебе до пенсии хватит".
   Ведущий инженер КДП Мальцев не преминул заметить: "Понятно всё: сначала вешаем таблички, а потом сами идём вешаться..."
   - Ну, это уже позже, - жизнерадостно прокомментировал Васильич, - и не в рабочее время. Не хватало ещё уборщиц своим видом пугать. А теперь, кто ещё что-то имеет сообщить, что осталось незамеченным?
   - Комиссия заметит, - мрачно заявил Максим Ананьевич. Это тот самый, который в предприятии инженером по внутрипортовой связи работает.
   - Фаталист ты наш! - не забыл похвалить Максима Васильевич.
   - Вы заканчиваете уже, - то ли спросил, то ли утвердил Мальцев, - у меня дел накопилось...
   - Спасибо за внимание, - пошутил заместитель директора с лёгким сердцем.
   Тогда разбор стремительно подошёл к концу, и все КРС коротенько доложили об итогах недели. Но тут Володя снова завёл нескончаемый разговор об отсутствии надлежащей связи на удалённых объектах. А все уже засобирались по родным вотчинам. Креста на нём нет, на этом Володе.
   - Ну, ведь уже решили, что будем покупать мобильники всем техникам и пользоваться корпоративным тарифом. К чему опять-то? - Главный даже приподнялся поверх очков от возмущения.
   - Чтобы вопрос встал во весь рост, - отразил выпад Володя, - его нужно постоянно возбуждать!
   - У кого есть ещё НЕВОЗБУЖДЁННЫЕ вопросы, сомнения, пожелания? - разрядил обстановку Васильич.
   Неожиданно слово взял техник с ПРЦ, по наивности и малому опыту общения с руководством, приняв риторический вопрос за прямой. Ведущий находился в отпуске, и на объекте работали исключительно техники. Он сказал:
   - А вот как нам быть? В регламенте на некоторые виды оборудования записано, что работы необходимо проводить вдвоём, причём один из бригады должен быть ИНЖЕНЕРОМ. А если у нас нет инженера в наличии, что делать? Напишем в формуляре, а комиссия придерётся. Если же не писать, то ещё хуже - спросит, почему плановые работы не выполнены.
   Володя опять не растерялся. Он сказал просто:
   - Лучше ничего не писать. А потом кого-нибудь из комиссии попросить поучаствовать, если, конечно, образование позволит. А что, Николай Васильевич, так улыбаетесь? Это же будет самым правильным выходом.
   Разбор, начавший, было, угасать наподобие лесного пожара, разгорелся с новой силой. Дальше зашёл разговор о нововведении, которым правительство внезапно решило осчастливить Северные окраины тухлой империи (я про голову говорю, не про хвост же!) В городе уже начали на многих предприятиях следовать руководящей роли Кремля и жёстко урезать все северные надбавки. У нас в госкорпорации по результатам заключённого коллективного договора пока всё остаётся по-прежнему. Только вот, надолго ли? Об этом и шла речь. Володя снова был первым в дебатах.
   - А мне лично до фонаря, какие будут северные, лишь бы платил достойно, - заявил он принародно.
   - Как в Москве? - спросил кто-то с трибуны.
   - Почему это, как в Москве? Вот уж и ни хрена себе! Они там зимой без шапок ходят, а мне приходится свои ушки от мороза беречь. Почему им можно за большие "бабки" греться, а мне нужно за маленькие мёрзнуть? Москвичам что - съел банан за день и рад повсеместно, а мне ещё сала нужно, чтобы не замёрзнуть.
   Мудрости Васильича стоит поразиться вместе со мной. Он прервал бесполезное сучение ногами одной только фразой:
   - Вот комиссия столичная приедет - будет вам не только сало, но и дыни... Числом ровно столько, сколько вас здесь сидит...
   - А огурцами не обойдёмся? - спросил любопытный Лёха.
   - Огурцы только для тех, кто у меня зарегистрируется, - засмеялся Васильич, - что у него все бумаженции в ажуре!
   Вернулись к теме комиссии. Главный намекнул Мальцеву, что любого из его техников могут запросто заставить провести регламент на старинной технике (новую АКС УВД "Альфа" московские гости не знали по определению) в полном объёме. Готовы ли они к такому повороту, дескать? Всем присутствующим было вполне понятно, что проводить регламенты по технологическим картам, никаких нервов не хватит. Сплошная свистопляска выйдет, а не управление воздушным движением. Диспетчера с ума сойдут практически мгновенно. Но тут же высокая комиссия приезжает. Нужно бы показать мастерство. И опять Володя ответил разумно:
   - Для этих целей имеется специально обученный Мальцев. Пусть он и прикрывает всех своих сменных с КДП.
   На этой жизнеутверждающей ноте разбор был прекращён, как опрометчиво начатый ремонт. А, вообще говоря, можно было ещё долго сидеть в кабинете у зама по ЭРТОС. Свежий воздух здесь поступает в форточку непрерывно вместе с юго-западными ветрами, впрочем, как и с любыми другими, создавая кислородный бум в разгорячённых инженерных головах. Общество, большей частью, спетое и, до некоторой степени, спитое. Друг друга по имени отчеству называют только в какой-то дурашливой манере. Чтобы подразнить. Милое дело - разбор! Там душа начинает отдыхать, и ты забываешь, что где-то рядом стучат подкованными сапогами министерские клерки, согбенные от груза собственного величия, неподалёку пасутся бездельники из сертификационных комиссий, которые мечтают превратить такой коллектив, как наш, в общество послушных идиотов. Не даром столичные штучки из разных авиационных департаментов, которым посчастливилось проверять Северные окраины, всегда с тайной завистью спрашивают: "Неужели вы и в самом деле так друг к другу относитесь? Неужели это ещё возможно в наше поганое время?" Именно так, господа! Именно! Север не любит рисовки, здесь всё по-честному. Но вам, господа, наверное, хорошо живётся и в западне по имени Москва. И что тогда жалиться, будто там вам тошно и продолжать лизать по инстанции в соответствии с субординацией? Ах, вы уже забыли, какая бывает настоящая жизнь? Вы не можете жить от зарплаты до зарплаты? Вам подавай халявные круизы в разлюбезный Зарубеж. В таком случае, единственное, что вам остаётся в этой жизни - это обзавестись собственным валютным психоаналитиком и, отвечая на его безумный вопрос: "Вы хотите поговорить об этом?", тайком мечтать о несбыточной чистоте человеческих отношений. За этим унылым занятием я вас и оставляю. Смотрите, чтобы ваше тайное стремление не переросло в какую-то манию. А мне тут с вами некогда. Я пойду на морозный воздух, выпью кружку пива в бистро или гастрономе. И, конечно, я буду при этом не один, а с теми, кто мне по-настоящему дорог, и кому, судя по сводкам Информбюро, я тоже не безразличен, хотя давно потерял свою цветущую привлекательность внешнего проявления.
   - Значит, справитесь (?) - Со Жванецкой улыбкой не то осведомился, не то утвердил Васильич.
   Народ потянулся к выходу, но всех остановил главный инженер, попросив минуточку внимания. Такой в этот раз получался долгоиграющий разговор, что на моей памяти подобного и не случалось. Когорта ведущих инженеров, недовольно ворча, расквартировывалась по своим насиженным гнёздам.
   - А теперь речь пойдёт о конкурсе по профессиональному мастерству, - заявил Главный, слегка заикаясь на неспрягаемую букву "И"... Хотел на следующем разборе осветить... Но, коль, вам расходиться не хочется, то не стану под сукно убирать.
   - И чего вдруг? Неужели подождать нельзя было до грядущей пятницы? - посетовал кто-то анонимный из массовки.
   - Ничего, ничего, - успокоил Главный, - это много времени не займёт. Скажу буквально пару фраз...
   И... вы правильно всё поняли. Подполковник в отставке по имени Володя и тут не растерялся. Его выступление оказалось довольно неожиданным по контексту и, кроме всего прочего, фривольным по содержанию. Он сказал:
   - Если уж я начну рассказывать в двух словах, то... что знаю, то вы уснёте... буквально через полчаса...
   - Ну, что ты выпендриваешься? - Спросил Главный. - Я только про конкурс по профессиональному мастерству...
   - Это что, что-то вроде состязания за звание "Супер-ультра-пупер-техника связи"? - полюбопытствовал подполковник запаса в отставке Володя, беспардонно перебивая "отца родного" по технической части.
   - Примерно... Какие будут мнения, предложения?
   - Если без этого конкурса никак не обойтись, то посылать необходимо Рому. Ну, и что, что инженер. Временно в техники переведём. Главное, что он на все руки: и с паяльником может, и со сканером не растеряется, а, в случае чего, так и морду лица набить может. Он и практиковался на всех объектах, он и программером может быть, он и коня на лету, он и даму в любом экстремальном пожаре... спасёт... за нужные места ухвативши. А если будет конкурс на количество употреблённого пива в единицу времени, то ему трудно соперника найти... Из молодёжи, разумеется... Нам-то, старым пивным волкам, и он не конкурент. Хотя бы вот Дмитрия Александровича взять...
   - Вот и славно, - заключил зам по РТО и связи, - есть, чем будет позаниматься!
   Такой вот у нас Васильич, любитель посклонять падежов во временном разрезе. Не одни мы со Славиком подобным заниматься любим.
   - А идея о создании центров технического обслуживания АКС УВД "Альфа" на местах, не умерла ли случаем? - спросил я, уже открывая двери.
   - Идея не должна умирать! - Ответил Васильич. - Буквально два дня тому обратно на совещании в генеральной дирекции об этом шла речь.
   - Так, глядишь, и три года ждать не придётся...
   Вот теперь точно всё. Быстрее в РЭМ. Встряхнуться от долгого сидения и минут десять занять себя необязательными свободными разговорами. Наш подполковник в отставке радовался жизни. У него все документы к комиссии находились в полном порядке. Приводные радиомаяки вылизаны, дизеля резервного питания запускаются с первого предъявления. Отчего же не порадоваться? И Володя весело напевал неприличную частушку:
   - Как завижу Акулину, сердце бьётся о штанину...
   Продолжать не стану, чтобы не нервировать женскую часть аудитории.
  

ИНДЕКС ПАНИКИ В ПАРИЖЕ

   В гражданской авиации существует ведомственная телеграфная связь. Каждый абонент, как то: авиакомпания, предприятие или завод, в ней озаглавлен четырёхбуквенным индексом. Ещё четыре буквы обозначают отделы, подотделы и конкретных лиц в этих аэропортах или же иных структурах гражданской авиации. Все данные обозначения сведены в стандартизированный сборник телеграфных индексов. Но в нынешние времена зачастую авиакомпании создаются только для отмывания денег. Просуществуют год-другой и разваливаются. А тут новые абоненты подоспели. С этой целью, чтобы не возникло путаницы, централизованно рассылаются поправки к сборнику. Заинтересованные лица сидят во всех предприятиях державы, где есть сеть АФТН, и правят свои сборники в поте лица. С середины 1998 года по нынешний день поступило уже свыше 160 поправок, в каждой из которых содержится порой до 20-ти изменений. Большая часть этих изменений, как правило, тебе не нужна. Телеграфистки наизусть помнят адреса тех абонентов, с которыми постоянно работают. За последние 6 лет сборник нам понадобился раза три, не больше. Но по утверждению Каверинского Гаера Кулия из "Двух капитанов" "палочки должны быть попендикулярны". Так вы не поняли, о чём я? А я о том, что любая маломальская комиссия непременно ударит тебя мордой об table, если сборник телеграфных индексов не обновляется. Причём сделают это с нескрываемым удовольствием. За другие, так называемые провинности ловить ИТР стало сложнее, вот комиссии и отыгрываются на малозначимых мелочах. А теперь представьте себе тот самый сборник телеграфных индексов сети АФТН, залитый "штрихом", блистающий заплатами вклеек и с приписанными от руки данными, со страницами, которые готовы высыпаться на пол от стыда за свою некрасивость (ещё бы - рукописным по типографскому!) и оттого, что сшивка листов оставляет желать. Причём не только лучшего, но даже посредственного. Вы скажете, дескать, можно и компьютерный вариант сборника забубенить. Но как тогда проверяющий тебя клерк увидит, что спущенные свыше поправки внесены и используются? Чего там, в монитор пялиться, им на бумаге - вынь да положь. Причём исключительно в рукописном варианте. Только в этом случае можно мудро умозаключить: "Работа с документами ведётся". Но сейчас разговор не об этом. Так сказать, была только присказка, изрядно вам надоевшая. А вот сказочка-то совсем коротенькая. Слушайте.
   Как я уже заметил несколько ранее, поправки в сборник телеграфных индексов вносятся по мере поступления телеграмм аж С САМОГО ВЕРХУ. Не знаю, как другим, а мне процесс внесения поправок (причём сразу в несколько разделов сборника) настолько противен, что я стараюсь отложить это дело до последнего момента. Мутит меня от его бредовости. И, тем более, сборник-то у меня не один, а два. Второй в телеграфном зале лежит. Так что, как представлю себе процесс, сразу начинаю искать причину, чтоб его не начинать. Но всё-таки приходится. Дисциплинированный я всё-таки в некотором роде, хоть и разгильдяй изрядный. Так вот, сижу как-то, никого не трогаю, поправки в сборник вношу. В основном по республике Саха (бывшая Якутия). Там у них что-то пооткрывалось до хрена великого точек, которым телеграфный индекс присвоили. Что-то около тридцати. Значит, дела в этом регионе в гору пошли, раз столько новых вертодромов появилось. Вот там настоящие алмазы, не то, что злАта-сЕребра у нас в резисторах. Жаль только, всё за бесценок "Де Бирсу" достаётся. Из-за этого мы и вынуждены предохранители в кучки складировать, дай Бог здоровьичка "АлРоссу" и всем ея руководителям по самые кикерешки. Кстати, на самом деле внесение поправок в сборник индексов - дело увлекательное. Вся экономика страны, как на ладони. Где, что позакрывалось или вновь возникло. Или же ликвидировалось, не успев возникнуть. Последнее, вполне очевидно "прачечной" олигархически-бандитской работало. Сами понимает, что "стиральную машину" долго в режиме отмывания не продержишь. Так и "хату" "спалить" недолго. Одним словом, вы поняли, что процесс поправочный очень полезен для пытливого ума. Это я просто такой ленивый.
   Опять отвлёкся и вас заодно от темы в сторону увёл наподобие Крысолова. Всё ещё присказку излагаю. Ну, теперь хватит. Ни шагу назад! Буду байку баять, на ночь глядя. Нет никакого глубокого смысла в этой фразе. Просто мне каламбурчик понравился, сам не знаю почему. Вношу я, стало быть, поправки по Якутским вертодромам. И тут мой взгляд пружинит шестислойным батутом от такого указания: "В раздел 4 добавить, внеся соответствующие изменения в раздел 6. Пункт 1.15. Наледная//СахаТУ//-// УЕБЯ + (знак звёздочка)". Что за пункт такой удивительный, площадка (вертодром) Наледная в республике Саха (Якутия)? Это как же так - УЕБЯ? Вот так индекс телеграфный! Вот так чей-то сын! Вот так что-то с чем-то! Какая же должна быть извращённая фантазия у должностного лица, присвоившего довольно двусмысленный ярлык вертолётной площадке Наледная? Или это была месть или пьяная шутка? Сижу я себе, рассуждаю таким, скажем так, непринуждённым и вольным образом. Другим населённым пунктам повезло несколько больше. Вот, скажем, для Батагая, в той же Якутии, индекс тоже не очень удобоваримый придумали - УЕБЦ. Но всё-таки не совсем уж неприлично. Оставляет надежду на какую-то неоднозначность. Если глубоко не копать. А вот с Наледной вообще прямое указание... Ох, не хотел бы я на этой площадке оказаться! С Виталиком, между прочим, поделился лучшими авиационными традициями в русском языке. И тут звонит Васильич. Как раз в тему. Многие пункты по республике Коми, которые в справочнике имеются, не действуют давным-давно. Нужно бы список вышедших из употребления вертодромов отправить в Сундук. Там данные со всей республики скомпонуют и в столицу пошлют тем самым людям, которые поправки плодят почём зря. Мне это не в тягость. Список был на принтере у Васильича через 10 минут.
   Проходит дня три. А, может, и четыре. Сижу я у себя, ни о чём худом не думаю. Вдруг Васильич мою эйфорию в клочья разрывает таким информационным посылом:
   - Что там у тебя с Медвежкой? Туда что ли летают?
   - Не понял вопроса.
   - Работаете вы по телеграфу с Медвежкой?
   - Снова не понял. Как мы с этой деревней работать можем, если там вертодрома уже лет десять, как нету.
   - Я и сам знаю. А, может, кто-то там из иностранцев вертится?
   - Какие иностранцы, Васильич! В Медвежке народу-то полтора человека с четвертью. Причём тут иностранцы! Разве что, кто-то из малочисленных народов Севера случайно приблудился по пьяному делу. Ты лучше объясни, в чём дело...
   - Париж КАТЕГОРИЧЕСКИ против, чтобы мы закрывали телеграфную связь с Медвежкой.
   - Тот самый расфранцузский Париж, где жила Коко Шанель, и куда Люк Бессон иногда душ принять приезжает со съёмок?
   - Он.
   - Это какой-то бред. На моей памяти не было ни разу, чтобы телеграмма в адрес УУРЖ на ЦКС приходила. Тем более из Парижа. Причём здесь Франция? Чепуха и только...
   - Понимаю, но Сыктывкар утверждает, что делают вам переадресовку на Медвежку, чуть не каждый день.
   Тут я понимаю, что - либо сам сошёл с ума, либо то же самое сделали все французы разом вместе с Тьерри Анри и Зенеттдином Зиданом. И далась им наша захолустная деревня Медвежка? Ладно, вывозят во Францию замороженные туши северных оленей и полярных куропаток. Но причём тут Медвежка? Нет там заготовительного пункта, и никогда не было. Прошу у Васильича тайм-аут и начинаю выяснять, в чём дело. Итак, ещё раз: чем может микроскопическое поселение на севере республики Коми заинтересовать официальный Париж до такой степени, что они забили во все колокола, НЕ МОГИ, дескать, Димыч нам доступ к Медвежке закрывать? Вроде, лягушек там не разводят, заготовительного пункта полярных куропаток и северных оленей не имеется, и не было никогда. Да, говорил уже об этом. Но не беда, если и повторюсь для убедительности. И, по правде говоря, в Медвежке и домов-то всего с десяток осталось. Населения, конечно, несколько больше. Монте-Кристо проживать в Медвежке не мог, значит сокровищ для Пятой (хотя, вероятно, что уже и Шестой) республики не оставил. Генерал де Голль Печорский район в период своей борьбы с фашизмом не посещал. Луи де Фюнес в наших краях замороженного наследника не откапывал... Так в чём же, собственно, дело? Иду в телеграфный зал за консультацией. И здесь всё проясняется. Хватило двух минут моего объяснения ситуации и тридцати секунд комментария. Наши телеграфистки и радиооператоры считаются лучшими в филиале. Сыктывкар же пошёл по скользкому пути ЖОРиков (жёны ответственных работников) и ЛОРиков (любовницы ответственных работников). Потом к этим двум анекдотическим категориям добавились ещё ДОРики и НОРики (дочери ответственных работников и, соответственно, их же невестки). Эти милые создания не только не имеют представления об азбуке гражданина Морзе, но и даже о контрольных точках в зоне ответственности РЦ. Так вот, порой приходится прямо в эфире объяснять этим столичным (в местечковом плане) бестолочам их должностные инструкции или какое-то название, которое они обязаны почитать, как "Отче наш". Поэтому и необходимо опекать означенных сингапурских выхухолей (или выхухолиц?) круглые сутки. Это только в Печоре по штатному расписанию на ЦКС для технарей ночная смена не предусмотрена. А Сингапурских синекур оставь-ка одних. Не оберёшься аварийных ситуаций. И эти расфуфыренные фифы спутали телеграфный индекс Медвежки (УУРЖ) с индексом Внуково (Московский центр АСУ ВД) - УУВЖ. Вот где сыктывкарская такса порылась. Всего-то одна буква. Но для сингапурских телеграфисток эта разница ровным счётом ничего не значит. Когда у тебя "тройка" по географии, откуда возьмётся понимание разницы между деревней в Печорском районе и Московским предместьем. О предместье столицы Франции вообще не говорю. Хотя здесь я, кажется, поспешил. Сыктывкарское предместье Париж известно всем местным жителям. Но не все знают происхождение этого названия. Вы правильно догадались, дорогие читатели. В город Усть-Сысольск (так раньше Сыктывкар назывался) ссылали французов, пленённых во времена Отечественной войны 1812-го года. А местечко, где они обособленно жили, с тех пор называют "Парижем". Отзвонился Васильичу и "телегу" на бестолковых сыктывкарских коллег виртуально тиснул. А то вздумали меня учить, что в Медвежке государственные интересы Франции зарыты. Но вина телеграфисток не так уж и велика. Они только букву перепутали, когда к ним за консультацией обратились. А вот, кто заявил московским клеркам, что желает исключить аэропорт "Внуково" из списков, фигурирующих в сборнике телеграфных индексов, осталось не известным никому. И, как водится, в наших властных структурах в трудную минуту, право ОТВЕТИТЬ ЗА ВСЁ предают куда-нибудь в низы. Так и в этот раз. Париж восстал против Димыча, и хотел его привлечь и развенчать. А виновных в ситуации, как водится, не нашлось. Вот как... Французы обиделись, судя по всему, не на шутку и дали нашим генералам по соплям. И до всего прочего, оказалось, что я являюсь главным врагом французского народа. На всякий случай заглянул в свой файл, в котором предложения по корректировке перечня телеграфных индексов делал. Нет, в нём всё правильно. Тогда одно из двух остаётся. Либо при отправке в Москву мои предложения неверно оттранслировали. Либо сыктывкарский люд решил поумничать, не имея на то никаких оснований. Тихо-тихо, успокойтесь, господин Ширак. Димыч не желает вам ничего плохого. Но, тем не менее, Медвежку мы закроем не только де-факто, но и де-юре. Париж может спать спокойно. Его официальных интересов я не затрону.
   Затравлен сегодня работой, аки волчина пожарный, красноватой флажковостью загонщиков злобных, поставленный перед фактом непременного производственного подвига... О чём это, бишь, я? Так о понедельнике грядущем.
   Потом выяснилось, что в понедельник случится аванс. Выходит, день пропал. Так заявил подполковник Володя, имея в виду разбор на запчасти дальнего привода, который из регламента уже давно вывели. А там такая штука. Чтобы не платить за землепользование, необходимо весь объект "под ноль" снести. То есть даже фундамент выкорчевать и землю вспахать. Дурость какая-то. Наш дальний привод с курсом 340 за рекой обосновался, неподалёку от посёлка Саратовка. Нет, чтобы передать вполне нормальное кирпичное здание со всеми коммуникациями в ведение поссовета, так вместо этого громим всё на глубину до полутора метров к центру земли.
   Вскоре уехала ведомственная комиссия из Москвы. А от неё осталось лишь одно нехорошее воспоминание. Какие-никакие кровопийцы наши ведомственные, но всё же свои... А таких всё меньше и меньше остаётся... Причём тут милиция!? Помните? Когда авиация дохнет...
   Министерство транспорта занимается строевой подготовкой. Вот уже несколько лет перестраивается, вместо того, чтобы заниматься делом. Раньше там были люди и от авиации. Теперь речники в основном сидят по обе стороны коридора власти... Мало нам было капитана дальнего плавания...
  

СЕКРЕТНЫЙ ФАРВАТЕР -2

   - Привет, кучерявый!
   - Рабиновичу пламенный!
   - Как подводники поживают с секретного фарватера?
   - А, что, уже началось?
   - Нет, так просто спросил. Для связки речи. Скажи-ка мне, любезный Славик, не хочешь ли ты меня окончательно от депрессии вылечить? Помнишь, я тебе как-то говорил, что только ты сможешь это сделать?
   - На лыжах тебя, что ли с собой взять?
   - Какие лыжи! У нас с тобой одни лыжи на двоих, да, и ботинки лыжные тоже.
   - А если тандемом пойти. Тоже неплохо.
   - Я совсем о другом. Не желает ли мужчина угостить другого мужчину пивом в приличном заведении? Например, в "Бистро".
   - Якши! Только учти, я больше двух кружек за раз не могу... Размеры организменного пивного привода не позволяют.
   - А я не могу меньше трёх. Что делать будем?
   - Насладимся, как придётся. Не пресекать же процесс на корню.
   Рабочий день стремительно катился под гору, вопреки утверждению, что последний час работы самый длинный. Минут за десять до времени, обозначенном в трудовом распорядке, как окончание трудового дня, позвонил ваш покорный слуга Салееву и напомнил об уговоре. Я же пообещал ему, что он напоит меня пивом. Нельзя человека разочаровывать.
   Таким образом, на пути к дому выросло почти непреодолимое препятствие, в котором дают разливное чувашское пиво из серии "Пенная коллекция". В дороге Салеев мурлыкал себе под нос одну известную песенку из татарского мультфильма: "Кая барАбас с Пятачком, бикзур, бикзур секрет!" Вероятно, он предчувствовал, как будет в традиционном стиле поглощать свои две кружки: одну залпом, а вторую не спеша. Я же ничего не предчувствовал, мне просто хотелось пива.
   По дороге я спросил Славку, куда пропал Толик (один из наших водителей). Что-то давненько его не было видно. Салеев отвечал мудро, тщательно смакуя слова, исходившие из глубины его тёплого нутра: "Толик загнал машину на эстакаду... Правда, сначала он загнал трёх коней, как Д'Артаньян по дороге в Лондон. И только потом уже принялся за эстакаду". "А эстакада-то здесь причём?" - удивился Рабинович. Тьфу, пардон, господа, не Рабинович, а я. Со Славиком наобщаешься - быстро вероисповедание сменишь. "А эстакада, как обычно, сделала вид, что выше всех. Но Толик своё дело знает туго. Не долго ей теперь расфуфыренной стоять, как ёлка новогодняя. У него же на "батоне" и масло подтекает, и другие коллизии случаются".
   Хорошее состояние - ещё не пьяный, но уже не грустный. Спасибо тебе, человек и гражданин моего внутреннего мира, Славик Салеев. И спасибо тебе, Ислям Хуснуттдинович! Якши?
   Разум отошёл на второй план... А эмоциональная составляющая так хрупка...
  

ВИЛЬКАМ, КАМРАДЫ!

   Древняя всё-таки утварь - голова. Столько в ней всякого напихано, что порой диву даёшься, к чему там хранится некоторая часть знаний и частных же разумений, приводящих в уныние собственную персону?
   А тут новая напасть... Когда ещё курага-байрам наступит?! Это Славик так свой праздник курбан-байрам называет. Видимо, потому что сладко ему в этот период. Не в пример слаще, чем во все остальные времена года. Или случился уже такой праздник?.. Я, собственно говоря, не помню ничего толком...
   ...и накапал при этом 200 капель негрустина.... Это точно из Евангелие... От кого? От Димыча, разумеется....
   Тут услышал одну историю у штурманов. Собралась как-то в УТО (учебно-тренировочный отряд) тёплая компания за выпивкой. И один из присутствующих спрашивает:
   - Все слышали микро-анекдот "Колобок повесился"?
   Компания дружно подтверждает.
   - А у него есть продолжение, у этого анекдота. В общем, так, дед сообщил бабке, что колобок повесился, а та запричитала: "И где же мы гроб для внучка найдём?"
   Рассказчик замолчал. Над столом возникает неловкая минутная пауза. Никто не может понять, чему смеяться. И тут из салата выныривает лохматая рожа, которая уснула на предыдущей бутылке и ставит жирную ритуально-географическую точку в конце темы:
   - Подумаешь там, где гроб взять... В глобусе пусть хоронят!
   А я бы ещё добавил от себя, что похороны должны состоятся в глобусе, рекомендованном личным врачом-диетологом нашего покатого круглобокого друга.
   Вышел покурить... Всё ещё сомневаюсь в приходе праздничного байрама... Точно, давно это было тому назад... Дней несколько, пожалуй. Или недель? Как теперь поздравлять прикажете мусульманско-подданного?
   В коридоре штурман БАИ Слава Михайлов травил залётному экипажу историю о диверсии в здании нашего аэровокзала. История такая.
   Дело летом было. Обычный рабочий день. Впрочем, не совсем обычный. Воскресный. Народа в вокзале и в округе не так много. Только смены несут свою вахту. Экипажи погалдели с утра в штурманской и разлетелись. Михайлов сидел и сам себя развлекал внесением поправок в НОТАМы. Они поступают несметным количеством по служебному телеграфу. В общем, ничего не предвещало. По трансляции объявили посадку какого-то внерейсового борта с буровой. Прошло минут несколько, прежде чем случилось нечто. В штурманскую вбежал разгорячённый сержант из линейного отделения милиции со словами: "Слава, возле телефонного автомата стоит большая чёрная сумка. Одна! Вокруг - ни души! Не иначе - бомба!" Михайлов хладнокровно прикинул план аэровокзала и переспросил:
   - Возле автомата?
   - Да. Большая и чёрная...
   - А тикает?
   - Я не прислушивался...
   - Так какого рожна мы здесь сидим?! Это же у меня ПРЯМО под задницей! Валим! Давай, звони в МЧС, а я народ эвакуирую...
   Эвакуация прошла организованно и быстро. На улице собрались телеграфисты, радиооператоры, метеорологи из аэромета и "Росгидромета", кассиры и работники службы перевозок, тот самый сержант и, конечно же, Слава Михайлов. Обсуждали вероятность взрыва и его возможную силу. На всякий случай отошли поближе к зданию штаба, под козырёк, чтобы выбитые взрывной волной стёкла не падали на голову и не портили причёски женщинам. Мужчины, впрочем, больше за ум опасались, который под той причёской спрятан. (Тут в памяти того самого ума всплыла некая фраза. "УМ безводный". Откуда бы? Что-то с расшифровкой полётной информации связано. Не иначе). Вскоре привокзальную площадь оцепили пожарные, милиция и МЧС-овцы. Внутрь вокзала впустили специально натренированную на взрывчатые вещества собаку. Та потёрлась немного у телефонного автомата, презрительно задрала ножку на зловещую сумку и легла в теньке подремать. На улице было жарко. "Вперёд!" - скомандовал старший из службы спасения, и закованный в специальное снаряжение "доброволец" пошёл к предполагаемой бомбе. Не прошло и минуты, как выяснилось, что внутри "челночного" предмета первой необходимости плотно закатаны прочные полимерные пакеты из-под канадского цемента. Эти тара была из разряда супер-прочной, готовая выдержать трансокеанскую перевозку с навязчивой упругой волной по левому борту на всём протяжении пути. И единственное, что не позволяло удивительным пакетам классифицироваться в категории бронежилетов, это несвоевременное прохождение испытаний на военном полигоне НАТО. Теперь вам, надеюсь, ясно - такому пакету в домашнем хозяйстве сносу не будет. Удивительной канадской тары было обнаружено столько, что поднять сумку оказалось не каждому под силу. Ведер шесть, не меньше! "Всё ясно, - констатировал Михайлов, - с буровой кто-то вывез, а унести не смог". И точно, хозяин уже проник сквозь редеющий кордон и рвался к прихватизированному добру. "Не потерплю! - Орал мужик геологического телосложения. - Где мои пакеты? Почему не пускаете?" Оказалось, что он, прилетев вместе с вахтой, преспокойно бросил свой нелегальный груз на вокзале и пошёл в гараж за машиной, чтобы вывести сумку позднее. Не получилось. Во-первых, ему было предъявлено обвинение в хищении собственности какого-то нефтедобывающего концерна. Во-вторых, - в провокации незаконного вмешательства в деятельность организации, связанной с безопасностью людей на транспорте. Третий пункт присобачили тут же, не сходя, как говорится, с места, бдительные милиционеры, которых вхолостую отвлекли от игры в домино, где наклёвывалась знатная "рыбёшка". Запах перегара от буровика был таким стойким, что его немедленно лишили водительских прав с последующим сопровождением транспортного средства на штрафную стоянку. Молодой лейтенант из МЧС попытался, было, вменить злоумышленнику в вину расхолаживание служебной собаки в рабочее время, но его уже никто не стал слушать. Хватило и вышеперечисленного. Все вернулись на рабочие места, машины спецслужб разъехались. И лишь из пассажирского зала ещё долго доносился пронзительный голос лейтенанта МЧС: "Вулкан, Вулканчик, пошли уже... Хватит дрыхнуть! Ах, ты, Вулканище, ещё и огрызаешься! На службу пора. Вперёд, за мной!" К вечеру дежурному сержанту надоело, что на вверенной ему территории находятся посторонние. Он схватил ленивого барбоса за ошейник, нимало не считаясь с его боевыми заслугами, и вышвырнул на улицу. Лейтенант, говорят, выходил самостоятельно.
  
   За повседневными заботами и попытками выхода из состояния прострации незаметно подкрался славный праздник 23 Февраля. Буквально накануне Виталий Беляев попытался окончательно вызволить меня из плена горьких дум самым обычным и вполне доступным способом.
   - О, смотри-ка, - удивился Виталий, заглядывая в холодильник, - у нас ещё кусок колбасы копчёной имеется...
   - Ты намекаешь или предлагаешь? - скромно поинтересовался я.
   - А сам-то как думаешь?
   Думал я правильно, и мы отметили благополучную кончину ещё одной высочайшей комиссии дегустацией спирто-технических изделий на уровне мировых стандартов, а на выдохе даже превосходящие их. Только стандарты Евросоюза в стороне остались. Не умеют они с таким высоким накалом спирт хлебать, хоть ты им яблоко на закусь помой, хоть луковицу от шкурки отшелуши. Что же тут про фондю говорить? Так и верно: сказать абсолютно нечего. Никаковская закуска - ихнее распрекрасное фондю.
   А на следующий день решили пожарить грибов с картошкой в честь армейского прошлого нашим немногочисленным коллективом мужчин. Сказано - сделано. Беляев принёс из дома огромную чугунную сковородку, на которой мы сначала обжарили лук, а потом вывалили банку отварных лисичек и покромсали отварную же картошку. Дачный дух прошлого лета распространялся по коридору и не давал спокойно дышать всем, кто ещё не начал праздновать. Но ещё до начала процесса к нам заглянул инженер КДП Серёга Трофимов (см. байку "Дело - табак") и спросил:
   - А зачем вам сковородка? Девок жарить?
   Мы ответили достойно, не углубляясь в неоднозначные подробности:
   - И грибы тоже...
   Чуть позже огромная сковородка была опустошена мгновенно, остался только запах лета, который неумолимо продолжал распространяться по этажу с необъяснимой настойчивостью. Беляев заглянул в телеграфный зал, чтобы удостоверится, что процесс приёмо-передачи посредством магистральных каналов происходит надлежащим образом. Сменная телеграфистка спросила его:
   - Как вкусно у вас пахнет. Вы что ли грибы жарили? Так давно грибов не ела...
   Виталий, как истинный джентльмен, который был готов отдать всё милым дамам, но не имел такой возможности, ответил уклончиво:
   - Так ведь нет уже ничего. Всё съели... А хочешь, дам сковородку понюхать? Её ещё не мыли...
   Февраль оказался настолько коротким (и кто бы мог подумать!), что не хватало ни слов, ни дней ... чтобы им насладиться в полной мере. Теперь ещё год ждать.
   Наступило послепраздничное завтра. Народ (в нашем с Kin-Soft-ом лице) потянулся в технический отдел по служебной надобности. Рядом с новым помещением серверной нас встретил Рома в футболке с надписью "Kazakhstan" и изображением юрты, двух коней ретивых белым по тёмно-синему. Ширину раскрытия глаз, судя по всему, он тренировал в уже известных вам "Трёх тузах". Один затренированный прицеливанием глаз не раскрывался полностью. Зато второй вполне соответствовал надписи на футболке. А биллиардный шар багрового оттенка, торчащий из середины лба, явно указывал на то, что "биток" Роминого соперника по партии сделал "козла" над зелёным сукном. Зря Рома рядом стоял. Отошёл бы в бар - глядишь, и обошлось бы.
   Kin-Soft не пожалел нашего инженера техотдела ни чуточки. Он всегда мне говорит, что Рома боец по рождению, и без шрамов ему живётся невесело. Вот и в этот раз Илья осмотрел боевые ранения друга, а внимание обратил только на футболку. "Не ходи в больших городах в этом одеянии. Опасно, примут за лицо специфической национальности", - слова Kin-Softa были полны сдержанного сочувствия.
   - Так я же больше на Есенина...
   - Тогда фанаты достанут...
   - Но в волейболе фанатики не очень крутые... Это вам не футбол... А майку эту, кстати, в таких же точно сборная Казахстана по волейболу играет, вчера в "пирамиду" выиграл у какого-то кренделя... Подумаешь, юрта... У нас же за одну символику морду бить не станут... К чему такие сложные поводы искать, если можно и без всяких причин...
   На том и порешили.
   На стыке зимы и весны случаются порой юбилеи. Не миновала сия традиция и наш объект. Не стану рассказывать, что там происходило... Это видеть нужно. Но пару диалогов не могу не отметить:
  
   - Вы мне Вовчика подгоните, пожалуй... Не для услады... Для танцев исключительно... Быстрые он только один из мужиков и может толком... чтоб за мной угнаться.
   - Я тебе, что, портной? А Вовчик, что ли, пиджак, чтоб его подгонять?
  
   - Тётя Ира, это мама вас поздравляет, и подарок чисто для вас?
   - Чисто конкретно? Или чисто для отмазки?
  
   Зима заканчивалась на высокой ноте. А тут ещё необычное пиво подвезли в "Чайник". По ободку этикетки надпись: "Золотое кольцо" - местное лагерное пиво, малые партии, эксклюзивное качество". Что касается до качества, то тут сомневаться не приходится - всё самое лучшее у нас в лагерях обычно. Ну, сами вспомните. В лагерях раньше были в основном лучшие умы (политические) и наше будущее (дети). Для детей, конечно, режим был несколько более щадящий. Потому и лагеря пионерскими назывались...
   А вы сами-то пивали лагерный beer эксклюзивного качества малыми партиями? Ну, вот видите, а спорите со мной... Я же только о собственной реанкарнации пытаюсь вам рассказать. Что, не тот термин опять употребил? Обычно, я, что попало, не употребляю. Только из спирта "Люкс"... Точно, вспомнил. Не реанкарнацию ваш покорный слуга имел в виду, а реабилитацию...
   Инсталлировать себя на программном подсознательном уровне оказалось немного сложнее, чем я мог себе представить, но перезагрузка уже была в штатном режиме и, как говорят в ЦУПе, все системы функционируют нормально. В международной космической станции тоже, кажется, началось... Там пробуют нарушить ориентацию... В том числе и сексуальную...
   И вам не хворать!
   А на небе вечернем кто-то могучий и великолепный наносил небрежной морозной кистью сполохи северного сияния, которое никак не хотело набирать цвет и белело, как развешенное после стирки бельё, слегка поигрывая швами на еле слышном ветру.
   И жизнь покатилась дальше под горочку, изредка вздрагивая на ухабах, которые не удалось обогнуть заветным и залихватским противолодочным зигзагом...
   ...а жизнь покатилась дальше и завертела хвостом-трубой, отгоняя нерасторопных прохожих с унылыми, как у манекенов, лицами, следующих параллельным курсом.
   Не ищите аналогий, ибо они валяются на поверхности. Какой смысл искать что-то под диваном, когда оно лежит посреди стола?
  
   Но каким бы ни был коротким этот куцый февраль, у нас, бывших работников вычислительного центра Колвинской геофизической экспедиции, состоялась традиционная встреча, мгновенно переросшая в лихое застолье. Это коллективное свидание тоже, вероятно, помогло вывести меня из состояния унылого самосозерцания в микроскоп. Обратимся же к третьей порции эссе-глясе, культур-мультур его возьми. Эта именно часть и посвящена неугасающим традициям нашей памяти.
  

Отступление (часть 3). Невязка методом априорной суммы или инсталляция.

ПАРА ПИВА В БЧМ

(ностальгия в стиле давешней давности)

   С детства я был самолюбив, как говорили многие. Но они ошибались. Я просто тогда не распустился. Потом раскрылся всё же. Уже в зрелом возрасте. И теперь супруга опасается. Мол, сглазить меня могут, потому как слишком открытый. Не знаю, имеются ли основания под этими сомнениями, но одно осознаю точно: раньше я был интровертом, а позднее смог экстравывернуться почти наизнанку. Причины назвать не сможет ни одна академия невероятно важных наук.
   Итак, попытаюсь вспомнить, с чего всё началось. Думаю, это будет не трудно. Некоторые моменты тех знаменательных для меня дней врезались в память накрепко.
  

ТРЕБУЕТСЯ ИНЖЕНЕР-ЭЛЕКТРОНИК СО СТАЖЕМ

   В конце весны 1985-го года в нашей местной газете с гордым названием "Ленинец" появилось объявление в разделе "Требуются". Там сообщалось, что Колвинской геофизической экспедиции требуется инженер-электроник со стажем для работы на вычислительном центре. Я как раз начал задумываться о том, куда приложить свои достаточно скромные таланты после окончания срока трудового договора с Печорским авиапредприятием. Знаменательная дата приближалась. "12 августа" маячило в моих технических снах, и это не давало покоя. Перспектива обслуживать "Луч-74" долгие годы меня не прельщала, да, и аэрофлотовская бумажная бестолковость начинала доставать до печёнки. Вместо работы творческой - сплошные проверки, изучение несметного количества приказов, большинство из которых не имеет к твоей деятельности ровным счётом никакого отношения. Да, ещё постоянная техучёба, которая по воле некоторых руководителей превращается в краснознамённую показуху и бесчисленные зачёты по различным темам, от которых тошнит ещё на стадии прочтения названия. Таким образом, провидение само обо мне позаботилось и заставило прочесть газету, которую я обычно отправлял пылиться куда-нибудь в кладовку. Немного беспокоило замечание про стаж. Хватит ли моего трёхлетнего опыта? Звоню по указанному номеру и еду на встречу со своей судьбой. Пообщавшись с главным инженером экспедиции, понял, что работа здесь серьёзная и, возможно, поначалу придётся заняться другими делами, поскольку здание под ВЦ ещё не готово. Его предполагалось разместить в помещениях старой пожарки. Вернее, даже не так. Здание пожарного депо, которое передали экспедиции, было одноэтажным. По проекту первый этаж отходил геофизической мастерской, где будут заниматься ремонтом и наладкой сейсмических станций в период межсезонья, а вычислительный центр по плану переоборудования здания должен был разместиться на втором этаже. Этого второго этажа и в помине пока не было. Но, как говорится, лиха беда - начало. Главный инженер уверил, что хозспособом недостающие помещения возведут за каких-нибудь 7-8 месяцев. А, с учётом того, что с 1 сентября по 25 декабря текущего года вновь принятому специалисту предстояло обучаться на Северодонецком НПО "Импульс" по самой расширенной программе, то и вовсе ерунда. Я практически не сомневался, что здесь моё место. На прощание главный инженер попросил не подвести его, поскольку уже был прецедент. До меня взяли какого-то мужичка из бывших военных. Он поработал пару недель и сбежал. Помогать в ремонте сейсмостанций ему не хотелось, ехать на курсы тоже. Интересно, на что рассчитывал этот крендель, когда устраивался? Но, с другой стороны, что-то же заставило опытного специалиста с дипломом Пушкинского высшего военного училища радиоэлектроники быстро ретироваться, едва вкусив плодов гражданской жизни. Не спешу ли я, опрометчиво бросая пригретое место? Вы пробовали уходить в неизвестность? Тем более, когда там до тебя работали монстры с "горки"... Я решил попробовать, о чём впоследствии ни разу не пожалел.
   Одним словом, получив отношение на перевод, я поспешил к своему руководству. Они не стали препятствовать трудовому законодательству и отпустили меня с миром, позволив отгулять отпуск. Один только начальник штаба съязвил, что обратно меня ни за что не возьмут, когда я буду стоять с протянутой рукой у порога. Не довелось ему увидеть такого счастья, не довелось. А то, что в 1997 году я вернулся в аэронавигацию (заметьте, не в авиапредприятие!) так это не выглядело, как возвращение блудного сына. Времена нынче сильно изменились. Такие дела. А где теперь сам, тот начальник штаба, Бог весть. Говорят, что где-то в Сыктывкаре пенсионерствует.
  

"ТАБЛЕТКИ" В АССОРТИМЕНТЕ

   Я тогда уже почти два года, как носил бороду. Но моя бородёнка никак не могла сравниться с развесистой растительностью этого замечательного человека. Он был большой, несуразный, очень симпатичный и, судя по треснувшему стеклу на очках в простенькой оправе, невероятно умный. Первые впечатления редко обманывают. Гена мне сразу пришёлся. Почему-то сразу вспомнилось институтское представление Хабиби о крутом электронщике с ВЦ. А именно: лохматость, небритость, вспузырение локтей на горелом во многих местах от задумчивого почёсывания горячим паяльником свитере, который свалялся, как спальный мешок из верблюжей шерсти после десяти полевых сезонов, пронзительный взгляд и вечная папироса в излучине губ, как непреложный факт подтверждения вхожести их обладателя в небесные сферы, где самое место рыцарям от Её Величества Геофизики. Владик (до этого и позднее - главный инженер экспедиции) представил нас друг другу и произнёс сакраментальное: "Ну, теперь вам до осени нужно "спарку" (спаренную сейсмостанцию "Прогресс-2") восстановить". С чем и ушёл в неведомую для меня даль. Возможно, Гена знал несколько больше, но он не стал меня посвящать в святая святых, а попросту сделал вопросительный знак папиросой в мою сторону. В нём, в этом знаке, я почувствовал очаровательную силу кабалистики и нарождающегося ристалища, от которого мне никак не отвертеться. Нужно заметить, что по дороге к точке, заключающей знак вопроса, папироса Шаевича, именно такую фамилию носил симпатичный бородач, совершила ещё несколько стремительных эволюций, весьма схожих с фигурами Лиссажу, в результате которых его боевой свитер опытного полевика украсился ещё парой прожженных отверстий для орденов. На моём джемпере это тоже отразилось. Я удостоился небольшой дырочки на груди, вероятно, для прикрепления боевого знака "Первое знакомство с неизведанным". Гена протянул мне шершавую мозолистую руку, но его интеллигентность не смогли испортить такие геофизические мелочи. Как выяснилось позднее, в Шаевиче был намешан гремучий букет ассимиляции народов, что оставалось только диву даваться, как эта адская окрошка из лейкоцитов и эритроцитов уживается в его вполне упитанном теле организма. Гена на четверть был украинцем, на четверть русским, на четверть поляком, а оставшаяся часть его сущности упиралась корнями в потомков Моисеевых и оттуда же подпитывалась методом кровотока. Не слабый замес, доложу я вам.
   - Ну, что, будем знакомы, - ввёл он меня в круг причастных к земляным недрам. После этого Гена сделал вид, что усиленно покоряет глубины своей обширной оперативной памяти, в завершении чего выложил давно заготовленное: "Ты, говорят (интересно - кто мог говорить, если я ни с кем, кроме главного инженера ещё не общался), в КИИГА учился... В Киеве, да? А я вот днепропетровский универ закончил, геологический факультет... Всю сознательную жизнь по Северам. В Лабытках большей частью (Лабытки - посёлок Лабытнанги на западном берегу устья Оби, с другой стороны реки располагается Салехард). Представляешь, чем геофизики занимаются?
   Я отрицательно покачал головой, чем вверг Шаевича почти в религиозный экстаз.
   - А "таблетки"... в смысле, микросхемы менять доводилось?
   Я позднее понял, почему у Гены такое отношение к замене микросхем. В полевых условиях бывало такое, что срочно нужно произвести ремонт. А ты, вместе с сейсмостанцией, на выкидном лагере, где нет дизеля, а единственный источник электроэнергии - автомобильный аккумулятор. В этих условиях паяльник разогревался буквально на печке. И ничего, всё путём... Аппаратура продолжала служить. Так вот, Гена пытался, вероятно, показать, что в поле работают совершенно особенные люди, которым нипочём даже восстановить сейсмостанцию при помощи первобытного костра и куска проволоки. Я быстро проникся, но это не помогло мне сразу, то есть тотчас же. Гена хитро прищурил мудрые еврейские глаза и сказал: "Знал я одного выпускника КИИГА. Я тогда в Лабытках работал. Так вот, этот парнишка даже паять не умел... Руки, что ли, из жопы росли?" Последняя фраз прозвучала скорее огорчительно-сочувственно, чем злорадно-поучительно. Лёгкое грассирование Шаевича подчёркивало почти неосознанную вселенскую скорбь, связанную с выпускником нашего института, у которого всё так плохо обстояло с руками. " И ещё, этот герой путал триггер с триппером, а... Ты, часом, не из таких будешь?" Я немного смутился, а Гена тем временем, будто прицениваясь, изучал мои верхние конечности. Связи их с известным местом не обнаружил и успокоился. Про триггер я помнил твёрдо, что это, не так себе, нестойкое соединение летучих газов, а совсем даже наоборот. Триггер -- это электронная схема, широко применяемая в регистрах компьютера для надёжного запоминания одного разряда двоичного кода. Триггер имеет два устойчивых состояния, одно из которых соответствует двоичной единице, а другое -- двоичному нулю. Вот так я, вот так парень-молодец! Ещё помню кой-каких определений из жизни электроники. И, кстати, не мешало бы и вам припомнить, что такое...
  

ТРИГГЕР В ПОВСЕДНЕВНОСТИ

(лирический экскурс в частную жизнь триггеров с элементами лёгкой эротики)

   Термин триггер происходит от английского слова trigger -- защёлка, спусковой крючок. Для обозначения этой схемы в английском языке чаще употребляется термин flip-flop, что в переводе означает "хлопанье". Это звукоподражательное название электронной схемы указывает на её способность почти мгновенно переходить ("перебрасываться") из одного электрического состояния в другое и наоборот. И, кроме того, указывает явным образом на связь с кинопроизводством. Хлопушку ассистента режиссёра тоже можно назвать триггером, не правда ли? У меня лично при слове "триггер" возникает ассоциация с тугой резинкой на семейных трусах, которая очень смачно чпокает по животу.
   Самый распространённый тип триггера -- так называемый RS-триггер (S и R, соответственно, от английских set -- установка, и reset -- сброс). Условное обозначение триггера -- на рис. 1

RS-trigger [автопортрет] Рис. 1

   Он имеет два симметричных входа S и R и два симметричных выхода Q и Не КУ [не пацак], причем выходной сигнал Q является логическим отрицанием сигнала Не КУ [не пацак].
   На каждый из двух входов S и R могут подаваться входные сигналы в виде кратковременных импульсов ( Таки импульс [Таки YES]
).
   Наличие импульса на входе будем считать единицей, а его отсутствие -- нулем.
   На рис. 2 показана реализация триггера с помощью вентилей ИЛИ--НЕ и соответствующая таблица истинности.

Вентиля-вентиля [Водопровод здесь не при чём]

Рис. 2

S

R

Q

Не КУ [не пацак]

0

0

запрещено

0

1

1

0

1

0

0

1

1

1

хранение бита

   Проанализируем возможные комбинации значений входов R и S триггера, используя его схему и таблицу истинности схемы ИЛИ--НЕ.
      -- Если на входы триггера подать S="1", R="0", то (независимо от состояния) на выходе Q верхнего вентиля появится "0". После этого на входах нижнего вентиля окажется R="0", Q="0" и выход Не КУ [не пацак]
    станет равным "1".
      -- Точно так же при подаче "0" на вход S и "1" на вход R на выходе Не КУ [не пацак]
    появится "0", а на Q -- "1".
      -- Если на входы R и S подана логическая "1", то состояние Q и Не КУ [не пацак]
    не меняется.
      -- Подача на оба входа R и S логического "0" может привести к неоднозначному результату, поэтому эта комбинация входных сигналов запрещена. Даже не пытайтесь. Не поможет.
   Одним словом, RS-триггер является носителем правильной ориентации, если что-то ему подавать на вход. А вот в случае, когда триггер остаётся с нулевым состоянием обоих входов, следует его немного остерегаться, ибо неопределённость ориентации всегда оставляет возможность для опасного манёвра.
   Поскольку один триггер может запомнить только один разряд двоичного кода, то для запоминания байта нужно 8 триггеров, для запоминания килобайта, соответственно, 8 х 210 = 8192 триггеров. Современные микросхемы памяти содержат миллионы триггеров.

D-триггер

   Из нескольких разновидностей D-триггеров в серии К155 наибольшей популярностью у радиолюбителей пользуются триггеры микросхемы К155ТМ2 (рис. 1,а). В ней два D-триггера, связанных между собой общей цепью питания,  но работающих независимо один от другого. То есть примерно так, как в армии: каптенармус у всех один, но каждый делает, что попало. У всякого из них четыре логических входа и два выхода-прямой и инверсный. Вероятно, инверсный выход нужен для обозначения инверсной струи отработанного топлива. Хотя это было засекречено ещё в 50-ые годы 20-го века.
   Вход D -вход приема цифровой информации, а С - вход тактовых импульсов синхронизации, источником которых обычно служит генератор прямоугольных импульсов. И опять, как в армии. Без тактового офицерского матерка никакая работа не начнётся. По входам R и S D-триггер работает так же, как RS-триггер: при подаче на вход R напряжения низкого уровня D-триггер устанавливается в нулевое состояние, на вход S - в единичное. Что-то вроде - "упал-отжался". По входам D и С он может действовать как ячейка памяти принятой информации или как триггер со счетным входом. Это как у рядовых срочной службы. Ты считаешь кусочки масла, которые тебе осталось срубать до дембеля, а служба тем временем идёт своим параллельным курсом.
   D-триггеры микросхемы К155ТМ2 на принципиальных схемах устройств цифровой техники изображают обычно не слитно, как на рис. 3, а, а раздельно в различных участках схем (рис. 3, б). При этом допускается не показывать выводы, которые в устройстве не используются. Этих правил будем придерживаться и мы. Где будем придерживаться, уточнять не стану. И так всё понятно.

К155 ТМ2 [типа микросхема]

Рис. 3 D-триггер К155ТМ2

   Предлагаю несколько опытов и экспериментов, которые помогут осмыслить логику действия D-триггера в разных режимах работы.
   Микросхему К155ТМ2 разместите на макетной панели, соедините вывод 14 с плюсовым, а вывод 7 с минусовым проводом питания. К выводам прямого и инверсного выходов одного из ее D-триггеров, например, к выводам 5 и 6 (рис. 4, а), подключите светодиодные (или транзисторные с лампами накаливания в коллекторных цепях) индикаторы, по свечению которых будете судить о логическом состоянии триггера. Такой же индикатор подключите и к выводу 3 - к входу С. По свечению этого индикатора будете наблюдать за появлением и длительностью тактовых импульсов синхронизации. На панели смонтируйте также кнопочный выключатель SB1 и резистор R4, но к входу D (вывод 2) триггера эту цепь пока не подключайте. Ну, что - ручки вспомнили? А голова?
   Включите питание. Сразу же должен загореться один из индикаторов, подключенных к выходам триггера. Если это светодиод HL3, значит, триггер оказался в единичном состоянии, а если HL2-в нулевом. Теперь поочередно кратковременно замкните несколько раз сначала вывод 1, а затем 4 (входы R и S) на общий провод. Такой опыт вас убедит, что по этим входам D-триггер работает так же, как RS-триггер. Не убедил? Что ж, я умываю руки. Объяснял, как мог.

Опыты на живом D-триггере [Лучше бы потренировались на кошечках]

Рис. 4 Опыт с D-триггером

   Далее подключите к информационному входу D (вывод 2) резистор R4 с кнопочным выключателем SB1, Запишите начальное состояние триггера, а затем несколько раз подряд нажмите на эту кнопку. Как на это реагирует триггер? Никак - продолжает светить тот же индикатор. Кратковременным соединением входа R или S с общим проводом переключите триггер в другое устойчивое состояние и вновь несколько раз нажмите на кнопку SB1. И теперь, как видите, триггер не реагирует на входные сигналы. Это происходит потому, что на вход С не поступают синхронизирующие импульсы высокого командного уровня. Армейская теория с командным голосом во главе сработала снова.
   Источником тактовых сигналов синхронизации для опытной проверки D-триггера может служить генератор испытательных импульсов переменной частоты. Соедините его выход с входом С триггера (вывод 3), установите наибольшую длительность генерируемых командных импульсов и, включив питание, следите за входными индикаторами. Если до этого триггер находился в нулевом состоянии, а контакты кнопки SB1 были разомкнуты, то по положительному перепаду напряжения первого же импульса на входе С триггер должен переключиться в единичное состояние и не реагировать на последующие тактовые импульсы. Но стоит нажать на кнопку, чтобы подать на информационный вход сигнал низкого уровня, и триггер по фронту очередного тактового импульса тут же переключится в противоположное состояние. Каково, а?
   Работу D-триггера в таком режиме иллюстрируют графики, показанные на рис. 4, б. Считаем, что в начале опыта, когда контакты кнопки SB1 были еще не замкнуты и, следовательно, сигнал на входе D соответствовал напряжению высокого уровня, триггер был в нулевом состоянии (на прямом выходе - низкий, на инверсном - высокий уровень напряжения). Первый же положительный перепад напряжения на входе С переключил триггер в единичное состояние. На отрицательный перепад я на очередной положительный триггер не реагировал и сохранял принятое состояние. Вот так-то Команду вышестоящего офицера не в состоянии отменить никакой мелкий сержант или крупный прапорщик. Но это ещё не всё. Продолжим эксперименты.
   Затем нажимаем на кнопку SB1, чтобы изменить уровень входного сигнала. В результате третий тактовый импульс сразу же переключил триггер в нулевое состояние, которое сохранялось до прихода шестого импульса, когда кнопку отпустили, и на входе D уже был сигнал высокого уровня. Далее при изменении уровня входного сигнала триггер переключился в нулевое состояние по фронту седьмого тактового импульса, а по фронту восьмого - в единичное. Фронт есть фронт, да, и кнопку командирскую никто не отменял.
   Эти опыты и графики, характеризирующие логику действия D-триггера в режиме приема информации, позволяют сделать некоторые выводы. Если на входе D сигнал высокого уровня, триггер по положительному перепаду напряжения тактового импульса на входе С устанавливается в единичное состояние, а если низкого, - то в нулевое. На спад синхронизирующих импульсов D-триггер не реагирует. Каждое изменившееся   состояние триггера означает запись в его память принятой информации, которая может быть считана или передана   для расшифровки другому логическому устройству цифровой техники.
   Следующий опыт-испытание D-триггера в режиме счета, т. е. как триггера со счетным входом. Для этого от входа D отключите резистор R4 с кнопочным выключателем SB1 и соедините его с инверсным выходом, как показано на рис. 5,а. Теперь информационным входом триггера станет вход С. Подайте на него от генератора серию импульсов большой длительности. 
   Как ведет себя D триггер? Фронт первого же входного импульса переключает его в единичное состояние, а фронт второго - в нулевое, фронт третьего - снова в единичное и т. д. Следовательно, в таком режиме работы каждый входной импульс изменяет логическое состояние триггера на противоположное. В результате частота импульсов на каждом выходе триггера оказывается вдвое меньшей частоты входных.
   По проведенному опыту постройте графики, иллюстрирующие работу D-триггера в этом режиме. Они должны получиться такими же, что и изображенные на рис. 5,б.

D-trigger что-то там считает [может деньги?]

Рис. 5 D-триггер в режиме счета

   Вывод напрашивается сам - в таком режиме D-триггер делит частоту входного сигнала на 2, т. е. выполняет функцию двоичного счетчика.
   Ну, что - не устали ещё заниматься воспоминаниями на стенде? Ах, вы даже и не пытались. Понимаю, частная жизнь триггеров осталась для вас загадкой. Но это беда небольшая. Гораздо серьёзнее то, что рассказывают в народе. Вот послушайте.
  

Очевидное-невероятное: "Тёмные" на стороне RS-триггеров

   Существует "темная сторона" работы самого простейшего из триггеров - RS-триггера. О ней мало кто знает, поскольку немногочисленные свидетели были запуганы компетентными органами или заточены в Бастилии, где впоследствии ассимилировали с грызунами. Их поклялись оставить без сладкого в случае утечки (для запуганных) или зерновых (для заточённых). Но нашёлся один смельчак по фамилии Лукьяненко. Он записал свои воспоминания в известной трилогии, и пресса возликовала - будет, чем народ удивить. Связана "тёмная сторона" с проблемой запрещенных состояний триггера. Это те его состояние, в которых выходы триггера принимают одинаковое значение (две единицы или два нуля). И всё это вопреки договору между "тёмными" и "светлыми"! А, всё-таки, кто или что запрещает триггеру в них находиться, в этих состояниях? Но, во-первых, как говорится, если очень хочется и/или надо, то почему бы и не попробовать в них "загнать" триггер и посмотреть, что из этого получится (обратимся, например, к схеме генератора на базе RS-триггера в...) (загадочная ссылка, вымаранная придирчивым редактором)? А, во-вторых, многое случается помимо нашей воли, возникая подобно торнадо или "слепому дождику". Так что же произойдет, если триггер в силу обстоятельств попадет в любое из своих запрещенных состояний? А, может, он просто не ведает про наши запреты и упорно в них стремиться? И есть ли гарантия, что триггер в них не попадет никогда спросонок, не разобравши, что к чему? На эти вопросы очень сложно получить ответы. Но далее мы на них ответим (три злобных "ХА!" от редактора). Также оказывается, что та "запретная зона", которую от нас скрывали и продолжают скрывать (в общем-то, надо признать, в силу объективных обстоятельств) сначала партия и правительство, а потом олигархи с банкирами, выявляет достаточно серьезные проблемы, от которых мы не застрахованы. Но вот как их избежать, если, как выясняется, мы почти не знаем, как справляется с подобными проблемами простейший, но главнейший из всех триггеров (на нем основаны все остальные известные схемы триггеров) - RS-триггер из НОЧНОГО ДОЗОРА? (далее весь текст вытерт ластиком, хлебным мякишем и измельчён на кофемолке).
  

"ТАБЛЕТКИ" В АССОРТИМЕНТЕ-2

   Вот, собственно, и всё. Что я твёрдо помнил о триггерах, за исключением материалов с индексом "Вскрыть только г-ну Лукьяненко". Но, вероятно, Гена знал об этих братьях наших меньших несколько больше. И это знание, разделённое с неожиданным напарником, помогало мне впоследствии жить и строить переразвитый социализм, нимало не сомневаясь в том, что для полного счастья ещё что-то нужно от этой жизни, кроме бессонных ночей на восстановлении "осыпанного харда", бесконечных разговоров с супругой, что пора бы побольше уделять внимания семье и неизмеримого везения - жить почти семь лет в любимом коллективе, который отвечает тебе взаимностью. По крайней мере, я так себе придумал.
  
   Две недели вместе с Шаевичем пролетели незаметно, хотя про "Толстяка" тогда ещё и слыхом не слыхивали. Каждый желающий мог обнаружить нас в геофизической мастерской в клубах папиросного дыма с паяльниками и осциллографом под мышкой, приведёнными в боевую готовность в режиме "штыковая атака". Перед нами стояли две трёхлитровые банки, которые к концу моего испытательного срока наполнились доверху. Одна - окурками, вторая - выкушенными микросхемами. Я поначалу удивлялся, отчего сейсмостанция пришла в такое удручающее состояние. Шаевич усмехнулся невесело и пояснил:
   - Из поля мою "ласточку" вывезли в мае почти в исправном состоянии, только нужно было восстановить ЗИП. Я в отпуск ушёл, а Владик поручил ремонт неисправных ТЭЗов этому косорукому чучелу...
   Дальше Гена произнёс такую тираду, которую я не рискну представить на ваше обозрение из человеколюбия. У него наболело, видно. А вам-то, зачем такие переживания? Сначала я толком не понял, как было дело, но в процессе ремонта проникся полностью, хотя Шаевич после второй фразы срывался на нецензурную брань (иногда на странной смеси польского с ивритом). Не вдаваясь в подробности, расскажу, что мне стало известно.
   Ремонтом ЗИПа на "спарку" занимался летом инженер геофизической мастерской (собственно, мастерской тогда ещё не было в полноштатном понимании, только один инженер имелся). Звали этого любимца богов, и, в особенности, расторопного Гермеса Мишей Аракчеевым. Он позднее у нас на ВЦ снабженцем работал. Таких снабженцев ещё поискать. А вот с техникой у него не заладилось. Миша окончил Питерский электротехнический институт имени Попова с отличием. Был большим умницей. Но только до той пора, пока дело не касалось конкретных дел, связанных с ремонтом электроники. Диагностировал он прекрасно, но доверять ему паяльник было страшной ошибкой. Он "набычил" таких ужасающих "соплей" на печатном монтаже, что нарочно такого не сделать при огромном желании. Но, как ни странно, сейсмостанция даже задышала. Миша перевёл её в полевой режим, то есть запитал от аккумуляторов и начал прогонку. Но, как говорят у нас в авиации, там, где раздолбай, - там всегда несчастье. Аракчеев передавил питающий кабель двумя стойками, и 24 Вольта постоянного напряжения уютно растеклись по всему корпусу станции, вытесняя и подпаливая всё, что встречалось по дороге. Дымовуха была знатная. Миша долго думать не стал. Он повыдёргивал все ТЭЗы из стоек, числом около сотни и трудолюбиво "насоплил" навесным монтажом гору микросхем, даже не удосужившись почистить платы от остатков сгоревших корпусов. После чего он доложил главному инженеру о готовности и убыл на "Большую землю", греть пузо. Проверять свою, с позволения сказать, работу Аракчеев не рискнул. Да, особо и некогда было. Вот-вот должен был появиться Гена, и тогда бы за Мишину жизнь я не дал и ломаного гроша. Шаевич, когда впервые увидел, что сотворила с его детищем "эта жопа с корявыми руками", даже прослезился чуток. Но расслабляться нельзя. Станцию к сезону необходимо готовить в любых обстоятельствах. Таким вот образом мы с Геной и образовали тандем, поскольку для одного подобная задумчивая работа в цейтноте попросту невозможна, а я всё равно до командировки в Северодонецк болтался без дела. И, нужно заметить, к моему отъезду на курсы "спарка" вновь приняла человеческий облик с сейсмическим уклоном на все четыре стойки.
   Кстати, именно тогда, в период "большого паяльного бума", я впервые повстречался с Салеевым. Он как раз уволился из вооружённых сил, где тянул по контракту лямку прапорщика, и искал работу. Поиски привели Славку в нашу прокуренную богадельню, чтобы, так сказать, выяснить, "что здесь на хлеб намазывают, кроме гуталина". Вероятно, даже очень, что он бы устроился в нарождающуюся геофизическую мастерскую, и мы бы задружились несколько раньше, чем это случилось по жизни, но всё дело испортил дотошный Гена. Он начал приставать к Салееву с подначками про "кривые ручки" из-за которых мы с ним, собственно, и сидим в этом табачном чаду с утра до ночи. Салеев обиделся и ушёл. Что он, лох, какой - первому встречному показывать пайку под микроскопом! Позднее, когда моё знакомство с Салеевым состоялось, я так и не смог помирить его с Шаевичем. Хотя с Аракчеевым Гена начал разговаривать всего через два года после описанных событий. Но тут вот что: не хотел пойти на мировую именно Славик. Выходит, кондовая татарская кровь значительно крепче по составу, чем смесь от Шаевича. Не берусь утверждать однозначно, но, судя по всему, именно так дело и обстоит. История не терпит сослагательного наклонения, будь она хоть всемирной, хоть местечковой. И нет в том нашей вины. В этом наша беда... А. может, как раз таки и нет. Не стану про это думать, а лучше попытаюсь продолжить повествование.
   Вскоре я высадился близ НПО "Импульс", чтобы поучиться уму разуму. А Гена выехал в поле со своей "спаркой". На будущем ВЦ мы с ним встретились только спустя два с половиной года. К тому времени Шаевич тоже расширил свою квалификацию, закончив курсы обработки посредством прикладного пакета СОС-ПС (сейсмическая обрабатывающая система переменной структуры) в Поваровке, что находится под Москвой.
  
   А дальше хотелось бы стенограммно отразить этапы моего не очень большого пути в геофизике таким вот нетрадиционным способом: невязка, отстрел, пикет, профиль, структура, площадь, сплошняком, отражённые упругие волны, априорная сумма, невязка, фильтры по вторичным отражениям, демультиплексация или препроцессинг, коса, косомот, заряд, сейсмокаротаж, вторичная обработка без полевых работ с детализацией. Пожалуй, что и хватит.
  

ПАРА ПИВА В БЧМ, ИЛИ ТАКИ ВЕК УЧИСЬ

   Северодонецкий сентябрь встретил меня изнуряющей жарой и группой, таких же, как и я, жаждущих почерпнуть новых знаний из области эксплуатации и ремонта комплекса ЭГВК ПС-2000. Аббревиатура ЭГВК ПС расшифровывается легко - экспедиционный геофизический комплекс переменной структуры. А вот, что означает 2000 так никто толком мне объяснить не смог. Возможно, хотя я могу ошибаться, это число относится к летоисчислению. То есть создатели предполагали, что их детище будет прорывом в области технологий. В принципе, так и было. Распараллеливание вычислительного процесса по одному алгоритму на 128 (64, 32 или 16) отдельно взятых мультипроцессоров давало большую прибавку в производительности. На тот момент ни один стандартный комплекс не мог сравниться с этим монстром по быстродействию на первичной обработке большого объёма однотипных данных. Но до Миллениума дело не дошло. Всё закончилось раньше. Человеческая мысль работает значительно быстрее, чем хочется кому-то из создателей новинок. Не успеешь оглянуться, а тебя уже обштопал на вороных парень Билли, опираясь на международный разум силиконовой долины и фирмы IBM. Но сейчас не об этом. Но всё же отвлекусь. В настоящее время один из авторов идеи о "распараллеливании", который, кстати, читал нам архитектуру ЭГВК ПС-2000, живёт и благоденствует в Хьюстоне, где находится государственный центр геофизической информации США. Фамилия его - Итенберг. Несмотря на то, что "итенбергов" в Хьюстоне очень немало, НАШ Северодонецкий Итенберг там один из первых. Хотя нет, соврал. Итенберг читал нам что-то другое. Кажется, из программного обеспечения. А вот архитектуру тоже один из "отцов-основоположников" - Набатов А.С.
   Занятия у нас были интенсивные. По четыре пары в день, включая субботу, а потом ещё начались и лабораторные с 8 утра до 8 вечера (два раза в неделю) с перерывом на обед. Не каждый такое выдержит. А тем более, совершенно неподготовленный прапорщик с секретного НПО "Атолл", которому командование сказало: "Надо, Федя! Надо!" Он, было, скис на второй день, перестал интересоваться противоположным полом, пивом и поставил на себе жирный артиллеристский крест, не имеющий ничего общего с подводными лодками вероятного противника (тс-с-с, это секрет). Но всё закончилось довольно банально. Две огромных упаковки с гольцом (полярным лососем) решили всё дело с зачётами и экзаменами в пользу расторопного прапорщика. Из центральной штаб-квартиры "Атолла" с нами учились ещё двое: Валера и Антоха. Про них я упоминал в одной из миниатюр микро-сборника "Поехали". С ними, собственно, я в основном и общался. Хоть и москвичи, но ребята хорошие. И ещё в нашей команде "смертников" (так в учебном центре называли всех, кто сумел пройти четырёхмесячное обучение на ЭГВК) был один выпускник нашего родного КИИГА. Только заканчивал он радиотехнический факультет в 1981 году. Не помню его имени, но одну его фразу забыть не могу до сих пор. Радист в институте изучал немецкий язык, поэтому его всегда смущало название заголовка процедуры, и он меня всё время спрашивал: "Я всё понимаю, но почему так странно начинается программа - "жоп намес"? Это что, сленг такой?" Он имел в виду JOB NAMES и спрашивал на полном серьёзе. Как вы думаете, что я мог ему ответить?
   Что ещё запомнилось из Северодонецких будней конца осени - начала зимы 1985-го? Удивительное тепло, сбор маслят на песчаных холмах в середине декабря и, конечно же, встреча с Вохой. Он приехал ко мне из Донецка на личном авто и на три дня отвлёк от бесконечного изучения электронных потрохов, забрав с собой на родину своих предков. Там и родилась идея о покорении Уральских рек Приполярья, где мы с ним побывали впоследствии три раза ("Щугор-87" и "Пробка или принц Датский").
   Теперь о пиве. Моя супруга, несомненно, усмотрит в этом чью-то злую волю или дух противоречия (страшно она эту мою страсть не одобряет, вплоть до тавтологии), но оставить без внимания данную отрасль человеческих знаний я просто не в силах. Северодонецк поразил меня не то чтобы обилием пенного напитка, но его расфасовкой. На севере так было не принято. Мало того, что разливным пивом здесь торговали практически в каждом овощном магазине, но и затарить его можно было, придя туда с пустыми руками. Пиво носили в полиэтиленовых пакетах. Или это ноу-хау, или просто я в своей отдалённой Печоре слишком привык к традиционным трёхлитровым бидонам? А это что за прелесть - пивбар без названия, неподалёку от нашего учебного корпуса, сейчас уже и не вспомню название улицы! Он походил формой на БЧМ (блок частичный монтажный - конструктив нашего комплекса). Этакое одноэтажное прямоугольное здание с одним входом и одним чёрным выходом. Я, собственно, так его и назвал - БЧМ. С моей лёгкой руки это прозвание закрепилось за знаменитой пивнушкой. "Идём в БЧМ!", "Сегодня встречаемся вечером у БЧМа". Все наши, из Колвинской экспедиции, которые потом ездили на курсы в Северодонецк, исключительно так этот пивняк и величали. Прижилось название. Извините, опять я не о том. Вместо того чтобы по делу говорить, решил посамолюбоваться. Хотя в моём возрасте грех Нарцисса не так уж и страшен, не так ли? Внутри БЧМ напоминал собой пресловутый киевский "Янтарь", только места сидячие. А контингент очень похож. Большинство из них - немного пост студенческого возраста с разных концов страны. Поэтому и рыба такая же, как в "Байконуре" к пиву полагалась. Нас, например, камчатской кетой снабжал зашифрованный "охотник на подводные лодки" Антоха, проводивший большую часть времени в командировках на Камчатке. Частенько мы в этом заведении обозначали своё присутствие. Но не каждый день, ни, Боже мой. Учёба к тому не располагала. По чётным воскресеньям была у нашей группы другая традиция - собираться в центральной гостинице, где проживала наша саратовская диаспора. Тогда уже в ход шла привычная для города тара - прозрачные пакеты. Дежурные администраторы только вздыхали вслед нашим ячменного цвета шарикам, когда мы следовали в нумера: "Что поделать - они на повышении квалификации. Разве же их не пустишь..."
   Северодонецк напоминал мне Сыктывкар одной не очень весёлой деталью: здесь так же полным-полно одиноких женщин самого звонкого возраста от 25 до 35. Конечно, здесь я не совсем прав, поскольку на самом деле одинокими таких женщин называть нельзя. С ними проживают их возлюбленные чада. А я всего лишь имел в виду, что отцы не спешили в лоно семьи. И, как водится в таких городах, женское население, лишённое мужской ласки от местного Адамова потомка, увлечённо играющего в домино под звуки разливаемого портвейна, начинает искать своё счастье в среде командированных. Но Северодонецк всё же имел одно неоспоримое преимущество перед своим северным собратом - приезжих по служебной надобности здесь встречалось неизмеримо больше. На повышение квалификации в НПО "Импульс" приезжало такое количество нашего брата, инженера, что хватало на всех завсегдатаев клуба одиноких сердец в женском обличье. Но особенным спросом всегда пользовались специалисты, приехавшие на курсы "ЭГВК ПС-2000". Дело понятное - курсы длинные, четырёхмесячные: за это время можно полноценный роман закрутить со всеми вытекающими: с отметками в паспорте и переменой места жительства. Вероятность получения официального статуса, конечно же, не велика, но ведь и малая надежда всегда лучше, чем утомительное бездействие и ожидание чуда. Счастье женщины в её руках, не так ли? Я имею в виду, несомненно, женский ум и сообразительность, а не буквально... вот так излагаю. Таким образом, вам теперь вполне ясно, что наша учебная группа ФПК не осталась без внимания женской половины человечества, населяющего Северодонецк. Права "снятия первой пробы", как обычно, удостоились ассистентки из лабораторного корпуса, все, как на подбор, в возрасте "около 30-ти", не замужние или разведённые с наличием детей. Почему? По той простой причине, что они всегда рядом, практически целый день перед глазами ошалевающих от избытка информации слушателей ФПК. И единственным светлым образом в такой напряжёнке остаётся упоительно короткая длина юбок (значительно меньше ширины!) ассистенток в небесном аромате французской косметики. Из нашей группы (четырёх представительниц женского пола с курсов "ЭГВК ПС-2000" не считаю, поскольку все они были замужем и в сапфических играх не нуждались) не удостоенными внимания оказалось лишь трое. Один из них был слишком юн (только что закончил Рязанский политех). Другой - наш незабвенный прапорщик, которого заботило только одно: как себя не ударить в грязь лицом перед лицом командования секретного НПО "Атолл" в условиях непрерывного напряжения собственных мозговых извилин. Сами догадываетесь, что в таком состоянии его боевой потенциал вряд ли заинтересовал бы и кривобокую уборщицу из числа сильно пьющих. А кто был третьим, надеюсь, вы поняли и без пояснений. Единственное, на что я был способен в ту тяжкую годину - это морально поддерживать завязывающиеся романы. Нет, вы не так соорентировали свою сообразительность. Не по причине физического изъяна я не был востребован женским легионом одиноких сердец Северодонецка, а попросту из-за своего старомодного воспитания. И, к тому же, доброе имя автора, как и жена Цезаря, должно быть вне всяких подозрений. Не так ли? Кстати, а один из вспыхнувших романов закончился вполне продуктивно: счастливым браком с выездной сессией в Красноярск, или, вполне вероятно, Свердловск. Сейчас уже точно не помню. Под конец учёбы мужская половина группы так сдружилась с обитательницами лабораторного корпуса, что проводы превращались в мировой потоп местного, восточно-украинского, значения.
   Особенно преуспел по женской части москвич Серёга Цеханович. На мой взгляд - тип очень скользкий и подозрительный. Он сначала говорил, что приехал от какого-то министерства, потом стал намекать, что принадлежит к Одному Секретному Ордену имени Железного Дровосека. Народ сомневался, что в контрразведку берут таких балаболов и бабников. Про людей, сходных по стилю поведения с Цехановичем в народе говорят: без мыла в... мыльницу влезет? В пору килограммовых очередей за "огненной водой" агент Серёга был нам полезен, поскольку всегда мог ввинтиться без непродуктивного топтания прямо к прилавку - был у него такой талант. Но, несмотря на свои боевые ликероводочные заслуги, Цеханович любовью в нашей учебной группе не пользовался. Одинокие же дамы из города вешались на смазливого Серёгу виноградными гроздьями, хотя для них он водку не покупал. Я до сих пор не понимаю, в чём тут фокус, почему женщинам симпатичен именно такой типаж. Неужели всё дело в смазливости и пустозвонстве? Да, женское сердце хранит вселенскую загадку, которую разгадать практически невозможно. Правда, я слышал, что для этого существует два надёжных способа. Но только их ещё НИКТО не придумал. Вот такова суровая правда нашего нелёгкого бытия сибаритов и гедонистов. Мизантропам же это не грозит: они сердиты и надуты на людей, как американец на кукурузные хлопья, им нету времени, чтобы подумать о прекрасном. Тогда и говорить о них не станем, пусть себе ворчат потихоньку в уголке. Не будем слишком близко к сердцу принимать этот неуклюжий негатив. И, кстати, пресловутый попкорн, упомянутый мной немного выше, можно с успехом назвать и поп-кормом, то есть популярным кормом, как для пап, так и для поп.
   А гедонист и жиголо, Серёга Цеханович перед отъездом домой всё же заработал себе на подсветку под оба глаза. Били его свои ребята из группы. Били не сильно, но обидно, а он не понимал за что. Как же ему было сообразить, что нехорошо внушать одинокой женщине надежду на светлое будущее, залезть ей не только в кошелёк, но и в душу, ведь в его лексиконе слово "порядочность" отсутствовало как таковое? Но остальная часть группы ещё осознавала, что это такое - моральный кодекс строителя... сейчас уже не вспомню, чего. Таким образом, проводы Серёги были не скорбными и не долгими, о чём, собственно, никто не пожалел. Всем остальным налили шампанского, и они тут же чокнулись во весь опор. Никто из присутствующих дам, не остался в обиде, поскольку отношения между командировочными и местными лаборантками были честными и вполне чистыми. А про Цехановича все уже успели забыть. Ему же лучше.

КУРАТОР ИЛИ ТАЙНЫЙ СОТРУДНИК ПРОВИНЦИИ ШАМПАНЬ

   Возвращение в Печору меня не очень обрадовало. Строительство ВЦ хозяйственным способом затягивалось, и я оказывался в качестве старшего инженера-электроника не только без подчинённых, но и без рабочего места вовсе. То есть - по штатному расписанию должность имеется, а рабочее место отсутствует. Здесь нужно было включать фантазию и начинать готовить себе гнёздышко. Меня, собственно, никто не опекал. У начальства хватало собственных производственных забот. В принципе, мечта для бездельника. Никто с тебя ничего не спрашивает, а деньги платят отменные. Но, согласитесь, так жить скучно и грустно. Того и гляди, козлёночком станешь. И начал я немного влезать в строительные проекты по второму этажу, изучил теоретически организацию заземляющих устройств и систем бесперебойного снабжения электропитанием. Про кондиционирование и электромагнитные помехи не погнушался осведомиться. Скука прошла. Строители завибрировали, только завидев мою фигуру на горизонте. Знали они, что спрошу по полной, почище прораба. А Владик с Купером (начальник экспедиции - Куприянов Александр Михайлович) дали мне полномочия достаточно обширные. Что и говорить, курировать строительство не в пример проще да интереснее, чем организовывать строительную бригаду на трудовые свершения. И я этим пользовался. То есть бригадира строителей из экспедиционного РСУ я мог заставить отчитаться, как еврея-ювелира из Амстердама вынуждает отчитываться его брат, налоговый инспектор. Впервые, собственно говоря, оказался ваш покорный слуга в такой ситуации. Когда полномочия позволяют сделать всё, а знаний не хватает. Зачастил я в Ухту, в головную организацию НПО "Печорагеофизика". Там вычислительный центр давно был организован. К тому моменту располагал 4-мя комплексами (ЕС-1060, ЕС-1045, "Ciber" и ЭГВК ПС-200). И в Воркуту наведывался к Толику Грызлову. Туда как раз комплекс наш отправили по не готовности здания. Так что "живую" комплектацию поставки я увидел несколько раньше, чем ощутил свою взаимную к ней привязанность.
   Итак, зачастил я в Ухту. А в геофизике как, только уезжаешь к месту обработки полевых материалов, тут тебя и нагружают по самую макушку разными субстанциями, в которые обработанную информацию можно упрятать. Как правило, никогда я один с нагруженным рюкзаком на вокзале не торчал. Обычно с Геной время коротал. Шаевич в тот сезон 86-87 года перебазировался на камеральную обработку. Из поля разве на учёбу в Поваровку вырвешься? Вы когда-нибудь видели настоящего геофизика на воле? Не доводилось? Тогда расскажу в двух словах, кто такой этот индивид с высшим техническим образованием и шаркающей походкой грузчика, взвалившего на себя значительно больше того веса, который предусмотрен КЗОТом. На спине у него, этого умозрительного индивида, рюкзак. Не обычный какой-то, а станковый с пришитой верхней частью для большей вместительности. И чего только нет в этом безразмерном рюкзаке, мама дорогая! И полудюймовые бобины с магнитной лентой, на которую полевой материал записан, длиной 750 метров количеством не менее 15, и несчётные рулоны карт и схем на кальках и "синьках", и тонны пояснительных записок.
   Бывало так, что мы с Геной поселялись в какую-то не то полугостиницу, не то полуобщагу, где на один квадратный метр половой площади располагаются два геофизика или иных, каких, субъекта геологической формации. Вы правы. Это ничто иное, как ведомственная общага, где одновременно отдыхают, как люди с высшим геологическим образованием, как говорится, от Бога, так и фигуры достаточно простые в своих притязаниях. Такие обычно идут не в космонавты, а в "косомоты". А по штатному расписанию этот люд величают - рабочие ГФР. ГФР - геофизических работ. Вы, что ли, не знали?
   Между тем, строительство второго этажа двигалось достаточно быстро... если вспомнить те времена и способы строительств внутрихозяйственным способом. Долго ли, коротко ли, но дело подоспело до специального оснащения машинного зала. Тут уже пошли в ход мои невеликие познания. С разводкой воздуховодов разобрался достаточно быстро. Жестянщик понимал меня с одного только полуслова. А иногда даже с полубуквы, если она была согласной.
   Но самым главным в процессе оставался вопрос с защитой от высокочастотных помех. Тут мне ни Ухта, ни Воркута не были подмогой, поскольку на стадии строительства зданий там ни о чём таком и не помышляли. А у меня время подумать было. Думал я долго и почти всё время непродуктивно. Начальника экспедиции я никак не мог убедить в том, чтобы собрать сплошную арматуру из специальной сетки на стены (под фальш-плиты). Выходило дороговато. Купер на уступки не шёл. Но мысль инженерная продолжала работать. Работала она исподволь, не создавая помех своим внешним проявлением. Однажды поехал я на производственную базу экспедиции, не помню, по какой причине. Там, в кабинете начальника отдела снабжения, рассматривая каталоги материальных ценностей из числа предлагаемых к заказу организациями на год, натолкнулся я на удивительную графу в разделе "Товары и материалы для предприятий лёгкой промышленности". Что увидел? Лента алюминиевая, рулонная, в бобинах по 50 погонных метров, шириной 50 мм, для изготовления пробок шампанских и прочих шипучих вин. Это именно то, что нам нужно! Купер подписал заявку, несмотря на то, что минимальное заказываемое количество было в 10 раз больше, чем требовалось для изоляции будущего машинного зала от высокочастотных помех. Всё равно выходило значительно дешевле, чем, если бы брать специальные изоляционные плиты. А нашей шампанской полосой алюминия строители обшили все стены вертикально с горизонтальным пояском, который зацепили на земляной корпус здания. Кто-то может меня заподозрить в тайном сотрудничестве с производителями шампанских вин. По крайней мере, судя по пробкам на бутылках и оболочкой под звукоизоляционными плитами машинного зала, наш вычислительный центр оказался довольно близким родственником "Советскому игристому".
   А что произошло с теми излишками рулонной фольги, которая оставалась на складе ОМТС? Вы же помните, что меньшее количество рулонов заказать централизованно не представлялось возможным. С этим всё оказалось замечательно. В середине 90-ых годов алюминиевую фольгу благополучно вывезли через фирму-посредника в одну из стран Балтии. Я остался чист перед лицом экспедиции. Никто не пострадал материально по моей вине, а даже наоборот - перестал страдать финансово... на некоторое время...
   Но пока ещё только весна 1986-го года...Представляете? Мне более полутора лет оставалось ходить беременный нечеловеческими знаниями о мироустройстве комплекса ЭГВК ПС-2000, не имея возможности выплеснуть их из себя. Но, с другой стороны, вся суета по курированию строительства, обустройству земляного контура, системы электропитания, звукоизоляции, системы кондиционирования и защиты от электромагнитных помех сделали из меня не простого инженера, а инженера, который знает, откуда произрастают ноги у вычислительных систем специального применения.
  

ТЁПЛАЯ ОСЕНЬ 1987-ГО ИЛИ НАЧАЛОСЬ

   Ближе к осени 1987-го года произошло интенсивное шевеление в верхах. Второй этаж здания построен, оборудован всем необходимым и сдан. Пора бы и за свадебку. Тьфу, за какую свадебку!? За подбор коллектива пора приниматься. К тому времени в штате будущего ВЦ нас было двое. Уже примерно с год в экспедиции работал Сашка Гурин. Пока я за строительством следил, он запускал синьковальный аппарат, а потом его обслуживал. Начальство из Ухты дало добро на набор специалистов, и началось. Почти одновременно наш коллектив пополнился будущим начальником ВЦ, а пока руководителем группы технического обслуживания ЭГВК ПС-2000, Колей Пелевиным и ещё тремя специалистами. До Колвинской экспедиции Пелевин работал в одном из подразделений "Севергазпрома" в Ухте ведущим специалистом СМ-2М. Кроме него в штат попали Серёга Насоновский, мой сосед по дому. Сергей заканчивал Киевский политех, женился на киевлянке. Но что-то у него не заладилось с работой, и он вместе с семьёй вернулся в Печору. Сейчас он трудиться в столице Украины в какой-то частной фирме системным администратором. Почти одновременно пришли на ВЦ программистка Татьяна Круть и небезызвестный Серёга Пастернак, или попросту Пастор ("О чём молчат учебники").
   В целом коллектив сразу начал подбираться отменный. Но случались и осечки. Работал у нас одно время (весьма непродолжительное) некий дух по имени Серёга Смирнов. С виду вполне нормальный, и даже в меру интеллигентный. За спиной пять лет Горьковского политеха по специальности "электроника". Но что-то стали за ним замечать некоторый скепсис и упадничество почти в каждую дневную смену. Тем не менее, запах отсутствовал начисто. Вероятно, оттого что являлась Серёге с рассветом мировая скорбь на дне иссохшего стакана. Закончилось всё довольно быстро. Однажды я приехал на работу на час пораньше и застал следующую картину. Комплекс стоит, в производственном смысле, разумеется, операторша затаилась в комнате отдыха с красными испуганными глазами. Зато Серёга мирно почивал на выдвижном столике главной стойки. Здесь же находился и стакан с принадлежностями. Из стакана разило спиртом, а принадлежности своей малой незначительностью явно указывали на то, что пил Смирнов с закуской. То есть - обстоятельно. Оказалось, около полуночи начались сбои системы. Серёге сделалось невыразимо грустно оттого, что вместо спокойного сна предстоит унылое тестирование с неясным исходом и возможным вызовом "центровиков" (тех, которые знают мультипроцессорный комплекс и мониторную подсистему), то есть нас с Пастором. Смирнов решил, что эту ночь он не станет делить ни с кем. Взял дежурную бадейку со спиртом и, как истинный джентльмен, предложил напарнице: "Люба, давай втетярим!?" Но та отказалась, откупившись домашними пирожками и маринованным огурцом. Серёга втетярил один, после чего ему стало веселее. Запущенная диагностика задорно сверкала светодиодами на добродушных "мордах" обоих процессоров и напоминала ему ярмарку. Однако, что требуется делать в том или ином случае, когда тестовая программа рассыпается сообщениями, Смирнов забыл начисто. От этого расстроился ещё больше и продолжил тетярить, пока не устал. Вот таким я его и застал поутру. Заспанным, но не сломленным. Серёга рассказал мне, как ему удавалось замечательно запускать тестовые программы, и что он при этом чувствовал. Но я не стал разделять с ним восторга и упоения от его могущества. Ещё бы - человек умелыми движениями смог заставить железные ящики помигать в такт его храпу! Через два дня мы со Смирновым расстались. Потом я несколько раз встречал его в городе. Серега лет пять проработал экспедитором в какой-то частной конторе, а потом и вовсе исчез из Печоры. Он уехал, а фраза "давайте втетярим!" осталась с нами. Я, вообще говоря, не зря повторился. А у вас, что ли совсем сухо в месте сочленения фужерного ободка и бутылочного горлышка? Тогда мы идём к вам!
   Немного забежал вперёд. Нашей команде в невеликом составе из пяти человек предстояло ещё принять комплекс. Происходила приёмка и установка ЭГВК ПС-2000 в середине ноября. Обычно в это время уже лежит снег, и начинаются морозы. Но не в 1987-ом году. Тогда, как на заказ, началась великая оттепель, а деревья, обманутые прихотливой погодой, разрешили своим почкам набухнуть и даже продемонстрировать, какого цвета будет листва следующей весной. Природа словно радовалась вместе с нами. Автокраном закидывали малые стойки и ящики через небольшой балкончик, а большие затаскивали волоком на второй этаж. Что самое удивительное - ничего не повредили при этом. Разгрузку вели прямо с колёс и справились довольно быстро. Затем была пуско-наладка, которую проводили специалисты из Северодонецкого НПО "Импульс". Про Салеевскую ибалу, прости, Господи, они, вероятно, не знали и доводили монтаж "до ума" при помощи специального резинового молотка и вводных слов в свою многоэтажную оборотистую речь.
   Проскочили опытную обработку весело и дерзко, а потом начались трудовые будни. Начались они с того, что бухгалтерия попыталась произвести инвентаризацию комплекса вплоть до последнего ТЭЗа. Но, поработав дня два только над незначительной частью ЗИПа, финансисты запросили пощады у главного бухгалтера. На этом попытки сосчитать и присвоить инвентарные номера каждому изделию благополучно прекратились. Я думаю, что здесь не обошлось без указаний Купера, который понимал, что иначе, чем членовредительством, эта работа бы не завершилась.
   По совокупности своих стоек, печаталок, рабочих мест операторов и геофизиков; с учётом купленного впоследствии дополнительного мультипроцессора, комплекс ЭГВК ПС-2000 стоил значительно больше миллиона рублей. Не нынешних, а тех, хрестоматийных советских рублей, обеспеченных золотым запасом, густотой бровастой броневой мощи генерального... И, поверьте, он (комплекс наш) ДЕЙСТВИТЕЛЬНО стоил того... Хотя бы уже одна идея Итенберга, Набатова, и иже с ними, о распараллеливании вычислительных процессов, реализованная в "ЖИВОМ" железе.
   В период запуска комплекса мне посчастливилось познакомиться с Кэпом. С ним мы прошли не один десяток километров по Приполярному и Северному Уралу, как пешим, так и водным манером. Кэп (для большинства - Ботинов Владимир Константинович) работал в экспедиции инженером по охране труда и технике безопасности, а также совмещал должность инженера по ГО (гражданской обороне).
   Про Кэпа не стану много распространяться. Всё равно лучше, чем написал мой сын в своём домашнем сочинении, не смогу. Сочинение на тему: "Главное, чтобы человек был хороший" ученика 11 "А" класса Печорской средней школы N3 Иванова Ильи прилагается.
   "Когда мне становится трудно и не с кем посоветоваться, я вспоминаю Кэпа. Это прозвище я дал ему, когда был ещё маленький. Кэп всегда говорил, что не надо падать духом, если что-то не получается. Важно, что ты попытался сделать это. И не нужно идти на крайности, ведь главное, чтобы человек был хороший.
   Что можно сказать про Кэпа? Он бывший военный. Служил начальником штаба одной из закрытых военных обсерваторий. Но в отличие от других военных штабистов - душа-человек. Кэп отличается очень характерной внешностью. Он невысокого роста, крепкого телосложения. Морщинистое лицо и многочисленные шрамы на нём выдают нелёгкое прошлое. Рыжая борода с седыми подпалинами и очаровательная улыбка старого доброго пирата. Он большой любитель рисовать карты. При этом Кэп очень тщательно выводит каждую линию. Как и любой военный он любит "потявкать трубочку", то есть сделать пару затяжек трубочного табака. Надолго мне запомнились его рассказы о приключениях рыцарей, флибустьеров, о завоевании разных стран. Запомнился и тот удивительный блеск в глазах, с которым он вёл увлекательное повествование. Сейчас Кэп на пенсии. Живёт в маленьком городке под Ярославлем. Занимается не свойственным себе делом - лечит разных зверушек. Бесспорно, мне повезло, что я познакомился с таким человеком".
   Илья в гостях у Кэпа любил лакомиться дарами леса в чистом виде и в виде сладких пирожков, испечённых женой Кэпа, Татьяной Михайловной (она в экспедиции в камеральной группе у топографов работала). Эту удивительно добрую и отзывчивую женщину мой сын называл Кэпкой, но ни разу за это бит не был. Наоборот, его всё время потчевали разносолами гостеприимные хозяева. Хорошо помню момент, когда Кэпу старший сын прислал с Камчатки литровую банку красной икры. Илья заметал её практически один, то и дело приговаривая: "А, что, солёненькие ягодки у вас ещё остались?"
   Кэп умер в прошлом году, в мае. Но со мною живёт память о наших Уральских приключениях, его неуёмной фантазии и его желание раскрасить жизнь в цвета своих фантастических проектов, многие из которых сбылись.
  

В ПРОЦЕССЕ ИЛИ ОБРАБОТКА В ОХОТКУ

   Вскоре после начала производственной эксплуатации комплекса руководство решило полностью отказаться от обработки в Ухте. Но вычислительных мощностей не хватало. Тогда и родилась идея демонтажа старенького ЭГВК из ВЦ НПО "Печорагеофизика" и передачи его в Колвинскую экспедицию. Демонтаж и запуск производили своими силами. Опыт к тому времени уже появился изрядный. Тем паче, второй мультипроцессор из Северодонецка запустили самостоятельно, без наладчиков. С ним, правда, изрядно повозиться пришлось. Обнаружился обрыв в монтаже. Кто знает, что такое монтаж методом накрутки, легко сможет себе представить, что значит, пробросить "соплю", не имея специального монтажного пистолета с использованием одного паяльника. В этом отличился Юра Конасов, с которым мы до этого три года работали в аэропорту на "Луч-74". Запаял так, что никакие температурные режимы и различные механические коллизии впоследствии не смогли прервать эту "внебрачную" связь в монтаже.
   Итак, после разворачивания второго комплекта, места в двух машинных залах осталось только для движения очень ловких и фигуристых людей. Таковыми и были наши славные операторы. Обычно они ходили в смену по двое. На основном комплекте гнали сразу две задачи в разных разделах памяти, а на втором (Ухтинском) производился препроцессинг (предварительная обработка полевого материала). Кроме того, два раздела памяти занимали программисты и геофизики, неустанно компилируя геофизические задания впрок. Но случалось и такое, что один оператор выходил врукопашную сразу на два комплекса. Особенно хорошо это удавалось Эдику Вокуеву (он сейчас живёт в Сыктывкаре). Именно в его ночную смену был установлен рекорд производительного времени ВЦ - 33,5 часа (в трёх разделах) из 36 возможных. Это как же ему приходилось бегать с лентами по двум машинным залам, просто ума не приложу.
   И ещё у нас на ВЦ с некоторого момента начал работать тот самый Миша Аракчеев, о котором я упоминал в начале этой части. Шикарный мужчина с бородой-шкиперкой, 45-ти лет, а звали его все просто Мишей. Хотя с первого взгляда было видно, что до Миши этому Моисею, как до луны пешком. Очки огромной диоптрической силы. Умница, но руки "под фуй заточены". Зато нашёл себя в снабжении. С ним мы никогда не испытывали затруднений с запасными частями.
   Начальник ВЦ, Николай Пелевин слыл известным либералом. Но если Коля называл собеседника "уважаемый" по трезвянке, то он тебе не доверяет. А вот если он при этом ещё и "подшофе", то, скорее всего, скоро случится сражение близ Ноттингема с возможными жертвами в живой силе и технике. Зная эту его особенность, народ научился ловко уворачиваться из-под раздачи. А с установлением начала постсоветских времён наш начальник на паях организовал в Ухте свою фирму "Каскад", занимающуюся поставкой персональных компьютеров. В те времена этот род деятельности был весьма актуален и приносил неплохую прибыль. С момента создания "Каскада" мы стали видеть своего начальника очень редко. Коля всё время находился в отпуске без содержания. Но это, однако ж, не мешало ему давать подзаработать техническому персоналу и нашего центра. Подробности я упоминал в байке "О чём молчат учебники" и новелле "В забое или 4-е тарифное руководство". В этот период наш горячо любимый шеф даже пожертвовал собственным кабинетом, чтобы организовать в нём учебный класс для освоения персональных компьютеров. И мы, технари, достаточно продуктивно обучали работников разных организаций владению текстовыми редакторами и электронными таблицами. В 2001 году в самолёте рейса Сочи - Сыктывкар я случайно встретил Галку Молодцову. Она как раз прошла курс молодого бойца на нашем ВЦ, бряцая по клавишам ПЭВМ фирмы "Шнайдер". Спустя год после обучения она вышла замуж и уехала в Квебек. Канадский муж просто обалдевал оттого, как сразу по приезду Галка планировала семейный бюджет на канадской же программе Supercalc4. Занятия наши не прошли даром. И это приятно осознавать.
   Теперь вернёмся к Пелевину. В середине 90-ых дела в Ухте у него пошли наперекосяк. Он рассорился со своими партнёрами, во многом благодаря Печорскому филиалу фирмы "Каскад", где я одно время директорствовал. Коля уехал в Москву и, пользуясь старыми связями, вновь "оброс мясом". Теперь у него своя фирма в столице, квартира в пределах Садового кольца и сеть магазинов электроники в Печоре, Ухте и Инте.
   В геологии в те времена свобод было выше крыши. Не в пример аэрофлоту. Сезонность работ в КГЭ тоже способствовала продвижению свобод из тундры в город. Скажем так, город менял свободы на "огненную воду". Из города (несмотря на строжайшие запреты и "сухой закон") в полевые партии поступала отнюдь не пустая водочная тара, а оттуда разносился запах такой желанной, такой, ещё не изгаженной свободы, свободы, как таковой, а не разукрашенной разными цветами в угоду гордыми сынами Джорджа Вашингтона. Они так гордились своей беспримерной независимостью и демократией, что топтали и до сих пор топчут всех, кто с ними не соглашается по поводу главенства в мире. Совсем как в каком-нибудь задрипанном колледже ниже Среднего Запада. Безо всякого удовольствия, впрочем. Просто так нужно. Просто так этих америкосов учат любить всех, кто не любит комиксов про Спайдермена и считает, что кока-кола вредна для желудка. Вот и всё. Демократичность налицо. Никакого насилия, один елей с мармеладной пропиткой. В этом месте и в этой связИ мне на ум пришёл старый анекдот, который, как уверяют некоторые гражданские лица, имел-таки место быть в нашей современной действительности. Пожалуй, предложу его высокому собранию, полностью закавычив, чтобы не вызывать нездорового ажиотажа на предмет моей жажды чего-нибудь стибзить из анналов истории.
  

ЁРНИЛИРИЧЕСКОЕ ОТСТУПЛЕНИЕ

   Знаете, чем америкосы от нас отличаются? Если бы им довелось жить здесь, то они бы принялись учиться выживать. А мы-то просто себе живём, и ни о чём экстраординарном не думаем. И, вроде, люди те же, Да, вот не те. Измучены жители Нового света собственной демократией, как котёнок бабушкиным клубком. И, надобно заметить, что демократия по-американски не всегда однозначна. Есть демократия для внутреннего пользования, и есть демократия для всего остального мира, который не желает плясать под музыку кантри, жвачить резину, говорить "ва-а-у!" и "у-пс!", наслаждаться комиксами и биг-Маками, пить диетическую колу и кофе без кофеина, считать, что "Матрица" - вершина философского кинематографа, и, наконец, принимать всерьёз нелепые высказывания микроцефала младшего, однофамильца микроцефала старшего.
   Бомбардировки Югославии, господа? Так это, ей Богу, такая малость! Ничего необычного... Направленные удары... Мы просто уничтожим вашу экономику, чтобы потом дать вам кредиты на её восстановление... Просто какой-то Санта Клаус, а не Пентагон.
   Любят господа оттуда поучать население иноземных стран. До одури любят. И нимало в своей правоте не сомневаются. А что из этого порой выходит, вы сможете убедиться, прочитав небольшой исторический экскурс, приведённый ниже. Это-то и есть обещанный ранее анекдот. А, может быть, и быль. Судите сами.
  

Реально зарегистрированный разговор между испанцами и американцами на частоте "Экстремальные ситуации в море" навигационного канала 106 в проливе Финистерра (Алисия). 16 Октября 1997 г.

   Испанцы: (помехи на заднем фоне) ... говорит А-853, пожалуйста, поверните на 15 градусов на юг, во избежание столкновения с нами. Вы движетесь прямо на нас, расстояние 25 морских миль.
   Американцы: (помехи на заднем фоне) ...советуем вам повернуть на 15 градусов на север, чтобы избежать столкновения с нами.
   Испанцы: Ответ отрицательный. Повторяем, поверните на 15 градусов на юг во избежание столкновения.
   Американцы (другой голос): С вами говорит капитан корабля Соединенных Штатов Америки. Поверните на 15 градусов на север во избежание столкновения.
   Испанцы: Мы не считаем ваше предложение ни возможным, ни адекватным, советуем вам повернуть на 15 градусов на юг, чтобы не врезаться в нас.
   Американцы (на повышенных тонах): С ВАМИ ГОВОРИТ КАПИТАН РИЧАРД ДЖЕЙМС ХОВАРД, КОМАНДУЮЩИЙ АВИАНОСЦА USS LINCOLN, ВОЕННО-МОРСКОГО ФЛОТА СОЕДИНЕННЫХ ШТАТОВ АМЕРИКИ, ВТОРОГО ПО ВЕЛИЧИНЕ ВОЕННОГО КОРАБЛЯ АМЕРИКАНСКОГО ФЛОТА. НАС СОПРОВОЖДАЮТ 2 КРЕЙСЕРА, 6 ИСТРЕБИТЕЛЕЙ, 4 ПОДВОДНЫЕ ЛОДКИ И МНОГОЧИСЛЕННЫЕ КОРАБЛИ ПОДДЕРЖКИ. Я ВАМ НЕ "СОВЕТУЮ",
Я "ПРИКАЗЫВАЮ" ИЗМЕНИТЬ ВАШ КУРС НА 15 ГРАДУСОВ НА СЕВЕР. В ПРОТИВНОМ СЛУЧАЕ МЫ БУДЕМ ВЫНУЖДЕНЫ ПРИНЯТЬ НЕОБХОДИМЫЕ МЕРЫ ДЛЯ ОБЕСПЕЧЕНИЯ БЕЗОПАСНОСТИ НАШЕГО КОРАБЛЯ. ПОЖАЛУЙСТА, НЕМЕДЛЕННО УБЕРИТЕСЬ С НАШЕГО КУРСА!!!!
   Испанцы: С вами говорит Хуан Мануэль Салас Алкантара. Нас двое человек. Нас сопровождают пес, ужин из креветок и салата, 2 бутылки красного вина и канарейка, которая сейчас спит.
   Нас поддерживают радиостанция "Cadena Dial de La Coruяa" и канал 106 "Экстремальные ситуации в море". Мы не собираемся никуда сворачивать, учитывая, что мы находимся на суше и являемся маяком А-853 пролива Финистерра, Галиcийского побережья Испании. Мы не имеем ни малейшего понятия, какое место по величине мы занимаем среди испанских маяков.
   Можете принять все грёбаные меры, какие вы считаете необходимыми и сделать все что угодно для обеспечения безопасности вашего грёбаного корабля, который прямо сейчас разобьется вдребезги об наши родные скалы. Поэтому еще раз настоятельно рекомендуем вам сделать наиболее осмысленную вещь: изменить ваш курс на 15 градусов на юг во избежания столкновения.
   Американцы: Ok, принято, спасибо.
  

НЕ РАБОТОЙ ЕДИНОЙ

   1990 год. Почти одновременно защитились три партии по результатам нашей ВЦ-шной обработки. Защитились, это значит - сдали структуры под разведочное бурение заказчикам. Ведущий эти проекты геофизик Саша Закамалдин пригласил всех, кто на момент 20:00, то есть пересменки, находился на территории ВЦ, разумеется, без остающихся в "ночном", к себе домой. Отметить же нужно как-то это знаменательное событие, как вы себе думаете? Пока не официально. Выпили три трёхлитровых кастрюли молотой арабики, которую Саша покупал зелёной (помните, так наше правительство поощряло передовиков производства - разрешало купить без талонов нежареных зёрен кофе?), съели все макароны, которые были в доме, лишив почтенное семейство возможности достойно питаться до начала следующего рыжковского благолепия, обозначенного началом нового квартала. Пили спирт, который я прихватил с центра. А что поделать, если талоны на водку отоварить - целая проблема. Нужно либо потерять всё человеческое и пойти по головам, либо несмело и безрезультатно толкаться в очереди несвежих алкашей в те три часа, на которые, согласно постановлению Правительства, разрешалось торговать напитками не последней необходимости. И при всём при том, производство продукции Воркутинского ликероводочного завода, который тогда обслуживал Печору, оставалось прежним. Базы лопались по швам своих складов, распухши от водки и сопутствующего коньяка. А продавать в неурочное время, а, тем, более, без предъявления покупателем талона на право называться гражданином своей державы - не моги. Такая вот метаморфозина с милой улыбкой на меченой лысине. Нет, мы в эту тусню с поддельными талонами и борьбой за место в очереди не ввязывались. У нас, у "яйцеголовых" (так нашу братию с ВЦ называли в геофизической мастерской), собственно, гордость совсем обычная, настоянная на продукте ГОСТ 18300-72. На этом и остановимся. Вы не станете меня пытать, откуда у меня столько спирта, что хватало на месяц активной жизни довольно большого коллектива, а я не буду удручать ваши мысли талонно-мыльными воспоминаниями. После этого мероприятия от избытка кофе и макаронных изделий начались невиданные коллизии в организме. Я лично после этого не спал двое суток. Думаю, что у остальных участников банкета происходило нечто подобное. Событие не, бог весть, какое, а вот запомнилось навсегда.
   Между тем, жизнь на ВЦ текла каким-то своим еле уловимым ритмом. Обработка не прерывалась ни на день. Пока всё работало относительно хорошо, казалось, что это милое состояние будет продолжаться всегда. Но с довольно низкой степенью интеграции комплексов впадать в эйфорию не следовало. Случались неисправности такого рода, что даже в специальной литературе их никто описать не удосужился. Помню, однажды пришлось прожить на центре целую неделю, не уходя домой, чтобы найти, в чём причина непредсказуемых сбоев. Обработка мелким бесом протекала на втором комплекте, а мы с Пастором, как два призрака, барражировали по главному машинному залу, стараясь попасть в такт окаянной неисправности. Неисправности любят, когда начинаешь жить с ними в одном ритме, понимать их интересы. Ты сам становишься куском электронной железяки. Живёшь её токопроводящими интересами, чувствуешь как она. Этому не учат. Это нужно именно пропустить через себя, и тогда вас ждёт несомненный успех. В тот раз получилось также. Правда, пришлось ещё немного постучать в шаманский бубен для ускорения процесса. Но это, скорее дань традициям предков, чем обязательный атрибут. После ритуальных танцев мы сократили круг наших с Пастором интересов до небольшой корзины согласователя ввода-вывода и решили оставить более радикальные действия до утра. Серёга побрёл домой, а я решил вздремнуть на надувном матрасе. Не спалось. Вскочил, как ужаленный и осмотрелся, кто из сменных на вахте. По-моему, если не изменяет память, сменным оказался Коля Бебех (сейчас, по слухам, программно обеспечивает Подмосковье). Мы вдвоём извлекли пресловутую корзину на свет божий, после чего меня начали оставлять силы. Я попросил Колю померить номиналы емкостей в пресловутой корзине на измерительном мосту. Больше в ней, в корзине из этого БЧМ, не водилось никакой электронной живности. "Все? - спросил удивлённый сменный. - Даже не электролиты?" "Все!" - подсказала мне чёртова интуиция. После всего вышеизложенного у меня не осталось желания даже выпить свежезаваренного чая, предложенного операторами. На дворе ночь. Которая по счёту? Не вспомню, хоть тресни. Спать, немедленно спать... Разбудил меня Коля часа через четыре. Оказалось, что одна из емкостей на корзине выползла за номинальные параметры процентов на 40. Меняем ёмкость, возвращаем железяки на место. Пробуем комплекс за вымя. Дышит, и хорошо дышит. Пробуем на предмет выполнения геофизических заданий. Выполняет, зараза, без сбоев! Вот что измерительный мост творит. Ничуть не хуже моста Ватерлоо... Или в этом самом Ватерлоо не было моста? А почему тогда фильм одноимённый есть?
   Позднее я рассказывал опытным технарям эту историю. Мне никто не верил. Говорили, что, мол, такая ерунда, как "слив" номинала ёмкости на корзине СВВ, согласователя ввода-вывода (тем более - не электролита!), не могла привести к столь серьёзным последствиям. Но ведь БЫЛО! Один Салеев мне верит. Хочется надеяться, не только потому, что мы с ним друзья, причём из одной ухи (это по гороскопу!), а в связи с тем, что он видел Марчеканскую вспышку. А разница в днях рождения, к слову, у нас всего в один день.
   И снова уйдём от производства. Побываем на новоселье у Татьяны Филипповой, нашего технолога. Вообще говоря. У нас на ВЦ работало четыре Татьяны и три Юры. Представляете себе, какое счастье, когда они собирались вместе и ухитриться встать таким образом, что вокруг тебя образовывалось, по меньшей мере, два кольца? Не Сатурн и не Юпитер, конечно, но что-то близкое к этим космическим планетным гигантам получалось. И желаний тогда можно было загадать не меньше, чем Золотой рыбке.
   В Татьянину однокомнатную квартиру набилось человек пятнадцать. В том числе и ваш покорный слуга. Меня буквально силой сорвали с работы, где я пропадал уже третью смену в тщетных попытках что-то наладить. За столом мне стало тепло и хорошо, почувствовалось расслабление, и сознание очень быстро отгородилось от темы общего разговора разноцветными шариками в закрывающихся глазах. Проснулся я оттого, что где-то в неведомом доселе измерении заливался свистящий чайник. С трудом растопырил на мир чугунные веки. И не понял ровным счётом ничего. Когда это я успел переехать? А если не переехал, то где имею удовольствие находиться? Мои сомнения рассеяла Татьяна, которая поставила на журнальный столик поднос с завтраком, омлет, бутерброды с сыром и кофе. Мысли закрутились странные и подозрительно эротические: "Так, Таня в халатике. Это минус. Но я одет. И это плюс! Ночевал не дома. Огромный минус! Но и не на улице. Отнесём это к положительной части баланса. Завтрак в постель... Минус с минусом... А где ещё столько плюсов набрать?" Я решил сразу разрубить все точки над "Ё" и спросил улыбающуюся хозяйку: "А кто видел, что я у тебя остался?"
   - Все, разумеется. Вместе же уходили.
   - И что, острили?
   - Не без этого...
   - А было что?.. Ну, у нас... с тобой...
   - А ты можешь предположить это?
   Что за странная манера, отвечать вопросом на вопрос? Да, ещё под утренний кофе. Да, ещё с такой хитрой улыбкой.
   - Я, наверное, просто спал! - вскричал я, всё ещё немного не веря в это.
   - Точно. И даже не храпел...
   - А ты?
   - И я тоже спала... На раскладушке, на кухне...
   - Представляешь, если бы я проснулся раньше...в разгар белой разнузданной ночи? И попить бы на кухню отправился...
   - Тогда бы нам пришлось работать сегодня без главного инженера. У меня же весь кухонный арсенал под рукой. - Татьяна залилась своим характерным смехом со звоном колокольчиков в районе верхнего "ля".
   - Неужели ты так бы и поступила?
   - Конечно, даже можешь не сомневаться. Мы ведь вчера позвонили твоей жене, сообщили, что ты находишься в надёжных руках. Как же можно было после этого не убить? Мне и Довгуля так завещал, когда тебя пледом укрывал.
   Вот и пойми после этого технологов... Точно... убила... Хотя от Довгуляна можно было и не такого ожидать. Трудное детство, оловянные солдатики, папа генерал, суворовское училище... Одним словом, полный набор для формирования личности начинающего садиста.
  

ФЛАГИ НА БАШНЯХ

(род - муж.+ женск., число - единств.)

   Познакомлю вас с двумя представителями нашего славного ВЦ, которые стали героями, коих незаслуженно лишили наград. Про них нужно бы слагать легенды, да, видать, время ещё не приспело. Попробую его поторопить. Настал исторический момент, я думаю.
   Первой из этой пары была Света Чурякова, одна из самых опытных наших операторов. Девица очень своеобразная и порою даже самоуверенная. Но нужно отдать ей должное: всего за год работы так наблатыкалась, что могла свободно сама исправлять после компиляции геофизические задания, написанные для системы СОС ПС на языке ЯУЗ (язык управления заданиями). Она и за сменного электронщика в некоторых ситуациях могла сработать. Ходить с ней в смену (особенно в ночную) было одно удовольствие. Сменный инженер или техник имел возможность спокойно спать до утра, зная, что Светка из-за пустяков не потревожит. А геофизики могли быть спокойны за свои задания, которые не успели вычистить в процессе компиляции. К утру всё будет в полном порядке. Чурякова на смене! Ещё Светка любила рисовать, и вскоре изобразила на огромной проплешине из многослойной фанеры, покрашенной в белый цвет и вмонтированной в перегородку машинного зала весь персонал ВЦ в виде Зодиакальных (ой ли!?) животных по восточному календарю. Понятно, что одинаковая живность там встречалась. Одинаковая по отряду и биологическому классу, но, что касается внешнего вида - все звери походили на своих двойников-хозяев с точностью дружеского шаржа, а, стало быть, рисунки никогда не повторялись. Сначала наш начальник Коля Пелевин хотел закрасить это "дружибельное панно", но потом передумал, когда увидел себя в образе бравого петуха с косой на плече. С тех пор так и повелось: придёт кто-то новенький на работу, Светка тут же его приобщит к народонаселению нашей панорамы в машинном зале. Потом, чтобы случайно не стереть пастельные рисунки задами или спинами, придумали покрывать лаком готовые изображения. Говорят, что когда ломали ВЦ в 1993-ем году, панно куда-то исчезло. Я не удивлюсь, если узнаю, что оно и по сей день хранится у кого-нибудь в гараже или даже дома. Но следов геофизического стено-арта никому до сих пор обнаружить не удалось.
   Вторым человеком, принимавшим участие в незаконных действиях... Что-то я вперёд забежал. Так вот, этим человеком был Сергей Рыбалко, техник и мастер "золотые руки". В смену он не ходил. Ему и по пятидневке работы хватало. Серёга отвечал за ремонт вторичных источников питания, которых в работе было никак не меньше сотни, поддерживал в исправном состоянии вентиляторные блоки в ещё большем количестве, и при этом на его совести числилась исправность синьковального аппарата (за совершенно отдельный оклад жалованья). В пору сдачи отчётов на этом агрегате в аммиачном чаду плодилось такое умопомрачительное количество карт, структур и топографических схем, что мы удивлялись, как Серёга не задыхается стоять у синьковального станка несколько часов кряду.
   Серёга Рыбалко по определению мучался извечными 4-мя вопросами русской интеллигенции:
      -- Кто виноват?
      -- Что делать?
      -- Почём продают?
      -- Кто станет чемпионом страны по футболу, московский "Спартак" или киевское "Динамо"?
   Последняя тема волновала его даже несколько больше, чем первые три. Такова современность, доложу я вам. Но инфантильным Серёгу можно назвать с такой большой натяжкой, как, примерно, средневекового кнехта бойцом мотопехоты. В курилке всякий раз, когда там собирался народ в количестве Рыбалко + N (где N - величина целая, но непостоянная >0), оттуда всегда летели пух и перья политического толка. Здесь Серёга бился за свои убеждения, не щадя оппонентов. За что и сам порою страдал. Это я к тому рассказал, чтобы вы поняли, что человеком двигало не озорство, а глубокие убеждения. Куда они его двигали? Об этом ниже.
   Август 91-го. В то время, когда я устремлялся всей семьёй в сторону Черноморского побережья Кавказа ("Дельфины в лебедином озере"), а в Москве происходит чёрте что под нежную до тревоги музыку Петра Ильича, вычислительный центр Колвинской экспедиции не дремал. Здесь кипели стихийные волнения, бурления и прочие мало управляемые общественные процессы, временами перетекающие через край здравого смысла. Пастор, который оставался в тот трудный для агонизирующей державы за старшего... Нет-нет, за старшего по большому счёту выдвинули некоего товарища Ясина, а Пастор только за ВЦ отвечал. Так вот, продолжу. Пастор, который оставался за главного... Тьфу, опять не так выразился. Заглавного не было на месте, он в застенке комфортабельном сам себя развлекал, находя бессчетные консенсусы с обслуживающим персоналом форосской дачи. "Главное - вовремя нАчать, а только потом уже углУбить", - текли неспешные мысли заглавного... Да, а Пастор тем временем не мог успокоить коллектив. В связях с милицией Серёга тогда ещё замечен не был, поэтому обошлось без стрельбы в потолок с обязательным падением планирующего светильника на голову кому-нибудь из не вовремя подвернувшегося начальства. Пастор просто треснул по столу кулаком и сказал: "Хватит!!! Спокойно. Хотите поддержать Ельцина, поддерживайте. Но только нечего бездельничать. В общем, так - объявляйте хоть забастовку, хоть голодовку в пользу или, там, наоборот, против хунты, но чтобы обработка шла по плану!" Пастор он такой - пока по столу кулачить не приступит, все его считают этаким добродушным и пушистым. Понял люд служивый, к комплексу электронному приближенный, что не до шуток. Понял, и работать пошёл. Но активный ненавистник коммунистов Серега Рыбалко не успокоился. Они вдвоём со Светкой Чуряковой (той самой, что панно в центре машинного зала нарисовала) о чём-то пошептался в курилке, после чего наша славная операторша досрочно ушла на обед и досрочно же оттуда вернулась. В руках Светлана несла сшитый на скорую рук из трёх кусков российский "триколор". Во второй половине дня 19 августа над пожарной каланчой, в которой у нас был устроен склад ненужных запчастей, взвился настоящий российский флаг. Вычислительный центр выразил своё отношение к закорючистой аббревиатуре ГКЧП. Утром 20-го начальнику экспедиции звонили из горкома партии с неумолимым пожеланием - "устранить несоответствие псевдо-государственной символики с непримиримой борьбой трудящихся масс всего мира за прогресс и процветание". Ещё та формулировочка, не так ли? Умели комиссары застоя (или застолья?) задвинуть так, что глобальностью своей людей в трепет и неосознанный экстаз привести. Начальника экспедиции на месте не оказалось, так что пожелание передали секретарю. Секретарь, кустодиевского типа женщина, была больше озабочена своей пышной внешностью, которую нужно СОДЕРЖАТЬ, нежели эфемерными понятиями коммунизма. Она не замедлила забыть БЕСОДЕРЖАТЕЛЬНОЕ СОДЕРЖАНИЕ разговора прямо в его процессе, а сама выдвинулась на передовые рубежи магазина "на Московской", где как раз раскредитовывали контейнер с редким дефицитом - рижской парфюмерией и косметикой. Да, и кто на месте нашей секретарши, поступил бы по-другому? Таким образом, островок свободы (второй после Кубы) на территории экспедиции продолжал гордо выполнять производственный план обработки геофизической информации под флагом независимого государства. Вскоре и в столице поддержали. Но потом всё испортили. А героев "Колвы" (так сокращённо называли нашу экспедицию) знают немногие. Теперь ещё и вы попадаете в их число. Ничего, не тяготят эти знания?
  

РАЗНЫЕ ВСЯКОСТИ ИЛИ ГДЕ НОЧЕВАЛ ДЕД МОРОЗ

   Разве можно рассказать в двух словах об огромном жизненном отрезке, на котором ты порою чувствовал себя античным греческим полубогом от одной только мысли, что "эти железяки" тебя слушаются? Вам никогда не приходилось переживать подобный экстаз? Особенно когда опытные электронщики говорят тебе, что все твои затеи полная чушь, ничего, мол, не получится. А ОНО получалось. Это можно назвать счастьем? Тогда, пожалуй, назову. Знаю, что многие из тех, кто эксплуатировал комплексы подобные нашему Колвинскому, посмотрят на мою персону в микроскоп и скажут: "Мания есть, о величии говорить нечего!" Так я и вовсе не стану настаивать. Мы всем нашим коллективом скромно трудились на окраинах, где мозгам быть не положено. Просто по определению. А мы были, порой легкомысленные, иногда скорые на выводы, но всегда с головой на плечах и верой в себя и коллектив. И комплекс Ухтинский для индустриального института подняли из таких руин, что Ганнибалу было бы стыдно замарать об них свои модные сандалии, захваченные в качестве трофея у консула Гая Теренция Варрона в битве при Каннах. Это ещё до эпохи кинофестивалей было. Уже значительно позже, в 20-ом веке Канны переехали с Апеннин во Францию, а наш табор с Колвинского ВЦ расселился по Восточной Европе и её окрестностям.
  
   ...печаталка А522-5 венгерского разлива очень скорострельна и удобна в работе. Но как сломается, то хоть ту самую стюардессу из Голливудского фильма-катострофы зови. Она с помощью шпильки запросто УКВ передатчики научилась ремонтировать. Так нам пресловутая "фабрика грёз" и заявляла ещё в самом начале эпохи видеомагнитофонов...
   А жизнь в экспедиции и, стало быть, на ВЦ тоже, кипела, уверенно перетекая из одного полевого сезона в другой. Но такая специфическая цикличность ничуть не мешала отмечать праздники, связанные не с производственными достижениями, но и просто с календарём. Сменялись времена года, сменился и начальник экспедиции. Менялось практически всё. Одно оставалось неизменным. Каждый Новый год Гена Шаевич был дедом Морозом. Именно тем самым славным зимним дедом, который ездит на машине начальника экспедиции по детям работников и раздаёт им подарки взамен на рассказанный стишок или спетую песенку. Мы с Серёгой Рыбалко жили несколько в стороне от остальных сотрудников экспедиции, у которых были дети дедморозовского возраста. По этой причине Гена всегда рассчитывал свой маршрут таким незамысловатым образом, чтобы оказаться в наших краях в последнюю очередь. Понятно почему? Любим мы с Серёгой дедов Морозов на кухню приглашать. И тут всегда вопрос закономерный возникает, к кому последнему Гена Шаевич, обряженный в ватную бороду поверх своей и красный кафтан с носом из папье-маше. Оно и понятно. У последнего поздравляемого и на кухне можно посидеть подольше. Мало того, можно и не только на кухне. В тот раз очередь быть крайним в списке выпала Сергею. У меня Мороз только пару рюмок пригубил под солёные грибки. Снегурочка всё переживала, что домой нужно бы поспеть. Она тоже из наших была, из ВЦ-шных, по имени Люба, то есть с понятием девушка. Не мешала тосты произносить особенно злостно, только сначала от шампанского отказывалась. Но потом всё сопряглось в лучшем виде. Даже Серёга позвонил по телефону с претензией, чего, мол, я так долго дед Морозовым вниманием овладел, когда у него сын скоро в постель должен отправляться, а подарок ещё не получен. Что ж, делать нечего. Дети превыше всего. Мой-то уже свежеподаренный конструктор потихоньку ломает. Его и не видно, и не слышно. А Серёге каково? Отпустил я Шаевича с миром, о чём и не замедлил доложить крайнему клиенту в предновогодней очереди.
   Прежде чем наступит следующее утро, поясню один нюанс. Мой сын Илья уже тогда был знаком с сыном Сергея Рыбалко, Гурием. Потом они ещё десять лет проучатся в одном классе средней школы, а пока наши дети посещают разные детские сады. Итак, утро. Случайно становлюсь свидетелем беседы Ильи с Гуркой по телефону. Естественно, слышал я только то, что говорил мой сын. Но домыслить остальное труда не составило. Особенно после того, как я вышел из дома и повстречался с одним из действующих лиц. А телефонный разговор был примерно такой:
   - Привет, к тебе вчера дед Мороз приходил?
   - Приходил, усталый только...
   - А чего подарил?
   - Машину, которую мне папа позавчера купил. Потом дед Мороз с папой на кухне сидели, мама не возражала. А Снегурочка уехала. Сказала, что олени ждать притомились. Я на улицу выглянул, а она в машину села. Убежали олени...Потом дед Мороз у нас вообще спать остался. Утром я посмотрел - никакой это не дед Мороз, а дядя Гена Шаевич, только помятый какой-то... и про геологию ничего не рассказывает... Заколдовали его, что ли?
   А вы ещё спрашиваете, куда исчезает детская наивность. Постыдились бы, товарищи взрослые.
  
   Встреча 1990-го года. Молодёжный состав экспедиции (камеральные группы, вычислительный центр и геофизическая мастерская) гуляет в настоящем китайском кафе "Димпана". Работали в нашем Печорском аэропорту два брата китайца. Один в службе УВД, а второй у наземников. Вот кто-то из них и открыл заведение в помещении бывшей пельменной. И назвал его кооперативным кафе "Димпана". Родственники помогли. В Китае родственников много. Конечно, не все полтора миллиарда, но тоже хватает.
   Довгулян живёт рядом с Татьяной, и поэтому в кафе они едут вместе на одном такси. Довгуля гуляет, сегодня он везёт даму за свой счёт! Широкой души эти бывшие военные. В машине между Татьяной и Сашкой происходит такой примерно диалог:
   - Саша, только учти, мне нужно до 12-ти вернуться. Андрей с вахты может приехать... - Говорит Таня, имея в виду очевидное: кто привёз даму на бал, тот её и увозит обратно. - Подумай сам, муж на Новый год в город приезжает, а я где-то гуляю...
   - А я тоже жене обещал к 12-ти ... - Отвечает Довгулян, думает же совсем о другом. О том, как ухитриться до этого времени выдержать темп употребления, на который он сегодня окажется способным.
   Татьяна подняла глаза и, тихонько умирая от смеха, подмигнула в изумлённое зеркало заднего вида, в котором застенчивый таксист пытался спрятать любопытное лицо. Наивная, она ещё не знала, что если кавалер таки привёз даму на бал, это не обязательно указывает серьёзность его намерений на обратную дорогу.
   И верно. В кафе Довгулян заключил пари с одним из наших операторов Володей Еремеевым. Бились об заклад на тему, кто дольше сможет давать отпор жидким огнеопасным смесям. Сашка понял, что темп, на который он сегодня рассчитывал, может оказаться, не достаточно скор, и собрал всю волю в кулак. Довгуля спор выиграл, но остановиться после процедурных обязательств так и не смог. Домой увезли обоих одновременно. Татьяне выпала честь сопровождать смертельно измученных дуэлянтов. Но к их чести домой все трое поспели вовремя.
  
   В ту осень 1991-го года моему сыну Илье исполнилось четыре года, он в первый раз побывал на Чёрном море, в первый раз остался один в лесу. Дело было так. Мы переправились с ним на левый берег Печоры, воспользовавшись услугами парома, и углубились в осенний лес, сказочно богатый грибами и ягодами. Когда я отбежал за грибами, Илья остался на поляне и поедал ягоды (чернику с брусникой), сидя в белом мху на корточках. Перед тем, как покинуть поляну, я серьёзно разъяснил сыну: "Илья, мне нужно ненадолго тебя покинуть, чтобы грибов на ужин насобирать. Ты не испугаешься здесь один? Я же рядом буду. В случае чего, крикнешь. Я услышу и приду". Илья, увлечённый поеданием ягодных ресурсов северного леса, машинально кивнул, махнул мне свободной рукой, как бы говоря, что я могу идти на все четыре ветра (так, по-моему, любили говаривать лоцманы архангеоргородцы). Я гулял неподалёку, выискивая вдоль лесной дороги заскорузлых от песка маслят, ядрёных подосиновиков (у нас они называются "красноголовиками") и неловко инфантильных в своей размягчённости подберёзовиков. У подберёзовиков всегда так: нужно быть размягшим и податливым, чтобы тебя главный Берёзовых дел Абрамастер возлюбил, как самоё себя и денежкой щедро одарил из ручек с волосатыми от неустанного вожделения к собственному богатству ладонями. Илья мне не кричал. Я был спокоен, постоянно контролируя место, где оставил сына. Но такое спокойствие обманчиво. Оно меня спровоцировало перейти через дорогу и углубиться в лес на другой её стороне. Еле-еле я расслышал ор своего сынули. Видно, далеко ушёл, сам того не заметив. Бросился обратно, на ходу крича что-то ободрительное. Но Илья всё не унимался. Когда я вышел на полянку, где оставил сына мирно обклёвывающим ягодные угодья, то был приведён в состояние такого изумления, что долго стоял с разинутым ртом. Представьте себе картинку: посреди поляны сидит мой возлюбленный сын со спущенными штанами для совершения самой громоздкой из всех желудочноочистительных процедур. При этом он обеими руками засовывает подвернувшиеся ягоды в рот и орёт благим матом что-то вроде: "О-о-ой! О-ёй! Папочка! Меня сейчас волки съедят!" Огромным усилием воли я сдержал смех и сказал вполне серьёзно: "Илья, сейчас волки к тебе за версту не подойдут. Они очень боятся таких... ароматных мальчиков!"
  
   В тот же год, числа 30 декабря я засобирался за ёлкой и взял с собой Илью, благо за город ехать не было необходимости. Гена Шаевич жил в посёлке Восточный рядом с ГРЭС. Там-то как раз, отойдя метров 300 от дома, можно было выбрать красивое деревце для новогоднего празднования. Гена ещё за год до этого меня приглашал на настоящее почти браконьерское мероприятие. Для маскировки взяли с собой полотняный мешок, чтобы в автобусе никто не подстерёг с нелегально спиленным деревцем. Гена встретил нас с Ильёй радушно и предоставил широкие охотничьи лыжи, чтобы быстренько форсировать неширокую полосу сугробов до ближайшего леска. Когда вышли на дело, уже стемнело. Мы с Шаевичем оставили Илью на тропинке, наказав строго, чтобы никуда не думал убегать, а сами, взяв пилу, пошлёпали по глубокому снегу. Возвращались практически в полной темноте, подсвечивая себе дорогу фонариком, поскольку луна предательски закатилась за тучку, взбитую Хозяином Ночи, как пуховую подушку. Илья стоял на тропинке в позе пограничника Карацупы (только без верного пса Ингуса), мужественно сжимающего кулаки в вязаных варежках. Нас с Геной он завидел издалека и очень этому обрадовался. Я показал сыну маленькую лесную красавицу и спросил, не боялся ли он нас поджидаючи. Илья правдиво ответил: "Было страшно, волки глазами сверкали! Но я их не боялся, как осенью. У меня же лыжная палка. Честное пречестное, папа! Правда же, я взрослый теперь?" Мы с Геной подтвердили, что одним взрослым мужиком на планете стало больше. Вы спросите, действительно ли волки сверкали глазами, стараясь испугать моего отпрыска? Нет, это были не волки. Просто лесок, где водятся новогодние деревья, находится в низинке, и оттуда хорошо видно, как вдалеке сверкают автомобильные фары машин, спускающихся с горки в направлении ГРЭС. В темноте вполне сойдёт за глазища страшных голодных волков. Особенно в воображении мальчика четырёх лет от роду.
  
   Одно время было модным такое поветрие, когда организациям предлагались через бюро трудоустройства трудновоспитуемые подростки. Не миновала сия участь и наш ВЦ. Молодые парни-операторы поступали в институты, уезжали. А нам взамен навязывали разного рода экземпляров от детской комнаты милиции, на которых уже клейма ставить было некуда. Несколько первых подопытных растворились в атмосфере после недели стажировки. А один из них остался, и оставался до самой кончины ВЦ. Фамилия у этого 18-летнего субъекта, который обладал "белым билетом" и, соответственно, служба в рядах СА ему не грозила, оказалась самая, что ни на есть, легкомысленная - Чиж. Был он немалого роста, под два метра и носил длинные патлы. В начале 90-ых мода на рокеров ещё не прошла. За длинные волосы сынишка одной из наших операторов Любы называл Чижа "дядя-тётя" и страшно любил висеть на длинной шее трудновоспитуемого. Чиж оказался вполне нормальным парнем. В меру компанейским и, порой, даже излишне скромным. Вероятно, в "доколвинскую" эпоху он просто попал под дурное влияние, и его без устали подставляли властным органам, так называемые, друзья-покровители. Но был у парня и один недостаток. Он совершенно не знал русского письменного. На его особенность не записывать в машинном журнале всё, что произошло за смену, обратила внимания Татьяна Круть. Она отчитала оператора, глядя с высоты своего роста куда-то под облака: "Чижик, ты, давай, не сачкуй. В журнале всё пиши, что за ночь случилось. Электронщикам нужно знать, чтобы отремонтировать, если что. Ты же рано убегаешь, никто с тобой даже пообщаться не успевает". "Тётя Таня, - взмолился бедный Чиж, - а можно я лучше на словах расскажу? Я не буду домой спешить. Честное... слово!" Но порядок - прежде всего. Пришлось Чижику делать записи в машинном журнале собственной рукой. Одна из первых была такая: "Плоттир зажувал бамагу". Лист с этим откровением от Чижа Татьяна позднее вырвала и унесла домой. И я не удивлюсь, если он до сих пор хранится где-то среди её личных писем. А вы думали, что всё проходит бесследно? Так тогда вам в другую очередь, уважаемые...
   6 лет по трудовому договору и ещё один год по контракту с Печорским филиалом фирмы "Каскад", где я был директором, работал ваш покорный слуга в геофизике. Последний год вместе с Довгуляном и Пастором в качестве приходящих технических нянь. Что-то вроде "мы цыгане с одной стороны, а КГЭ - с другой стороны, обязуемся содержать комплекс ЭГВК в полном..." Как быстро всё закончилось... Но, что характерно, коллектив, который прожил вместе всего пять с половиной лет на одном производстве, продолжает существовать не только в воображении. Об этом немного ниже...

СБОРЫ БЫЛИ НЕДОЛГИ

   Боевой посвист традиционного сбора работников ВЦ Колвинской геофизической экспедиции в отставке протрубили мы с Серёгой Рыбалко. Вскоре количество участников вечера приобрело более или менее точную математическую оценку. Дюжина - самое подходящее число для встречи бывших сослуживцев. Приглашён был также и Славик Салеев в качестве "всехного друга" и "мочалок командира", а также вечного сочувствующего и примкнувшего. Приглашён был, но так и не явился. Как он сам позднее объяснил, всему виной была неясная тревога и беспокойство. Не захотел Салеев стать 13-ым. Мусульманин-то он мусульманин, но европейская арабистика мистических чисел ему тоже покоя не даёт. Выбрали для встречи кафе "Черёмушки", отталкиваясь от его местоположения относительно центра Галактики.
   Предыдущая наша встреча проходила весной 2002 года в кафе "Колибри". Его к тому моменту только недавно открыли, и телефон заведения ещё не зазвучал призывной хрипотцой операторов службы "09". По крайней мере, в ответ на мой запрос о предоставлении городского номера директора или заведующей производством, телефонная барышня уныло прошептала томным басом: "Абонент Колибрик в справочной системе отсутствует". Кроме того, что телефонного номера таинственного гражданина Колибрика (или Колибрина?) до сих пор не появилось в телефонном справочнике, нашу группу организаторов беспокоило и другое. Не понравилось и запало в память с 2002-го года то, что в кафе примерно за полчаса до полуночи официантки с вылинялыми вежливыми улыбками начинают намекать, мол, не пора ли вам и честь, как говорится... через час закрываемся. С "Черёмушками" не так. Здесь официально можешь сидеть до 3 часов ночи, и никто тебя не попросит. И позже тоже не попросит. Работают в этой обители злака, злачной, в смысле, обители, "до последнего посетителя". Европа, как никак... хотя и очень восточная.
   И вот кто здесь собрался в порядке прибытия:
   Иванов Димыч - бывший главный инженер ВЦ, а ныне работник связи в авиационных кругах.
   Серёга Рыбалко - бывший техник "золотые руки" вычислительного центра, в настоящее время электромеханик 6-го разряда Печорской ГРЭС. Всегдашний желчный оценщик политической ситуации, как внутри, так и снаружи.
   Саня Гурин - инженер-одиночка без мотора (по призванию), но с личным "недобумером" (BMW-ха старой модели), на котором таксует в минуты вдохновения.
   Татьяна Филиппова - инженер-технолог "во времена Колвы" на нашем ВЦ, хорошо готовит завтраки.
   Расима (Рая) Батыргареева - геофизик-интерпретатор. Рая, Расима Темирхановна. Это я произнёс лишь с лёгким придыханием... Почувствовали, как повеяло запахом пересохшей полыни и стрел, затмевающих солнце и застревающих в жарком желе раскалённого воздуха сарматских степей, где лениво гарцует конница Бату-хана? Таня и Рая работают в Печорском отделении Пенсионного улуса Зурабовской Золотой Орды, причём в одном отделе, в котором Рая начальствует.
   Юра Конасов - сильно накрученный техник ВЦ. В смысле, сам - как монтажный пистолет. Сейчас очень частный и честный предприниматель. Занимается ремонтом бытовой электроники и компьютеров. Поддерживает дружеские отношения с налоговой инспекцией и Пенсионным фондом.
   Юра Клещ - сменный инженер ВЦ, ныне системный администратор в налоговой инспекции.
   Люба Жаворонкова - старший оператор центра, держатель архива магнитных лент. В настоящее время - просто роскошная женщина.
   Татьяна Круть - системный программист комплекса ЭГВК ПС-2000. Читает меня где-то в Москве, но ни разу не удосужилась ответить.
   Гена Шаевич - ведущий геофизик-интерпретатор в прошлом, ещё раньше начальник сейсмостанции, геофизик камеральной группы и почётный дед Мороз Колвинской экспедиции. Ныне - челнок-эстет.
   Серёга Пастернак (Пастор) - ведущий инженер-электроник ВЦ. А скоро, осенью, уже уйдёт на милицейскую пенсию. Служит в звании майора заместителем (а, может, уже и начальником) линейного отделения милиции на транспорте. Про доктора Живаго - это не он. И Горбатого из подвала - тоже не его работа.
   Вовчик Еремеев - оператор ЭВМ, проигравший в споре с Довгуляном. В настоящее время стал, как и Конасов, очень честным предпринимателем. Торгует аудио-видео аппаратурой и разной электронной мелочовкой. Налоги платит. В махинациях замечен не был.
   Гена Шаевич из кафе сразу принялся звонить жене Наталье. Обещал прибыть к 12. Сразу вспомнился случай, когда Гена зашёл ко мне попить пивка. Это случилось после развала державы. Я пристроился на мясокомбинате, а Гена был вынужден заниматься поставкой всякой всячины для местных ларьков. С этой благородной целью Шаевич мотался в столицу с неподъёмными баулами. Не раз ему приходилось вступать в непримиримые противоречия с лицами, которых я называю "серые... шинели с милли...метром морщин на мозгу". Это не про Пастора! Боже, упаси! Чаще всего, такие милые Генины встречи с прекрасным в лице милицейского наряда предобрейшей наружности и беседами в стиле протокола, заканчивались тривиальнейшим изъятием денег, которые Шаевич не умел тогда толком прятать от пытливых провинциальных умов, заполонивших коридоры московской милиции. Достойное занятие для геофизика-обработчика с 14-летним полевым стажем, про обработку на ВЦ я вообще скромно умолчу, ничего не скажешь! Тогда, в середине 90-ых, в моде был незабвенный "Монарх", который представлял собой, скорее, не пиво, а крепкий эль. Мы с Геной взяли по три литра, имея в виду обычное "Жигулёвское", и, как вы, наверное, поняли, не угадали с количеством. Тогда, как и сегодня, Шаевич позвонил своей Наталье и обещал прибыть в 10. Он и сдержал своё слово. Только не в 10 вечера вернулся домой, а в 10 утра. У меня условия для сна оказались несколько лучше, чем мог предложить таксомотор.
   Кто только у меня не ночевал, когда супруга предусмотрительно отлучалась из дома. Салеев, Гена, Беляев с Ромой. Но всегда всё заканчивалось одинаково. Я засыпал, а гости до утра либо смотрели видик (Гена), либо ели арбуз (Салеев), либо танцевали латинских мотивов до утра (Беляев). Только лишь Рома запал на т.н. эротическое шоу, которое обнаружил в ночном канале телевидения. Молодой ещё. На нём пахать можно.
   Но что-то я всё о себе, да о себе. Пусть и другие что-нибудь расскажут...
  

ОХОТА ПУЩЕ НЕВОЛИ

   Всё, что произошло в разгар банкета в "Черёмушках", случилось немного позже. А поначалу, в процессе первого (и самого, кстати сказать, затяжного) перекура народ долго присматривался друг к другу, стараясь разглядеть в умудрённых опытом лицах визави своё боевое прошлое. Один только Сашка Гурин вёл себя настолько непосредственно и вольно, что показалось, будто не было тех 12-ти лет, которые отделяли нас от сказочного момента "времена Колвы" и всего, что приключилось с нами после...Уже с каждым в отдельности, а не со всеми вместе.
   А рассказывал Сашка об охоте. Не о той охоте, которая владеет умами половозрелых особей в мужском и женском обличье, а совсем даже, наоборот - об охоте на дичь. Послушаем?
   Гурин, как это ему свойственно, интенсивно жестикулировал, помогая себе немногочисленными конечностями и мимикой выразительного лица. Порой его движения выходили за рамки приличия, но это никого не смущало. Все были свои и внимали с пониманием.
   - Поехал я в тот раз на охоту осенью. Можно даже сказать, что поздней осенью. На болотах уже кое-где ледок начал поблёскивать, пока его солнце не растапливало ближе к полудню. Проехал на поезде по Усинской трассе до... Не буду уточнять, а то ещё кому расскажете. Про мою избушку немного народу знает. Лишние нам ни к чему. Хвосты лучше обрубить заранее, чем потом маяться. Одним словом, вылез я из вагона один и быстро пошёл в неизвестном (для скрытности) направлении. Добирался часа три-четыре. В избу зашёл, когда темень северная упала прямо под ноги. Потому, собственно, и спешил, чтобы не плутануть сослепу. Сразу печку натопил жарко. Дрова у меня там под навесом всегда припасены. С этим делом, с растопкой печи, имею в виду, всегда лучше поспешить, а то начнёшь остывать с дороги - мигом простудишься. И вот уже согрелась избушка на Гуриных ножках, можно и вещи разобрать. Потом переоделся я в сухое, приготовил что-то на ужин и, махнув "соточку" из заветной фляги под домашние ещё припасы, спать завалился.
   Проснулся часов в 5 утра. В окно лениво заглядывало сердито-свинцовое осеннее солнце. Потянулся, из спальника выпрыгнул, и, как был, босиком и в технических штанах на крыльцо отправился, на ходу освобождая предметы первой утренней необходимости. Я же прямо с крыльца хотел... Кроссовки-то лень одевать, чтобы в лесок зайти. Да, и от кого скрываться, когда кругом глухомань? Дело обычное, в общем. Открываю дверь, делаю шаг навстречу заспанной природе. Батюшки мои! А там возле стола на летней кухне курочка погуливает. Ко-ко-ко, ко-ко-ко... (Здесь Гурин очень потешно изобразил тетёрку, гордо вытягивающую шею в сторону предполагаемой избы). Вот, думаю, незадача какая... Посс..мотреть толком по сторонам не успел, а тут уже дичь сама припёрлась. Как же её взять? Нужно за ружьём отползать потихоньку, чтобы не спугнуть тварь пернатую. Хорошо, что у меня один ствол всегда заряжен даже в походе. Мало ли чего... края-то дикие. Лихорадочно вспоминаю, какой ствол заряжен, правый или левый, а сам задом пячусь. Рукой позади себя ружьё на скамейке нащупываю и при этом дверь ногою придерживаю, чтоб не скрипнула. Дальше всё произошло, как в фильмах о Диком Западе. Стрелял навскидку, наполовину из избы высунувшись. Сам Иствуд бы мне позавидовал - точнёхонько курочку под уличный стол положил. Не успел обрадоваться, как тут же испугался. Даже пригнулся от неожиданности. С другой стороны дома снялась целая стая тетеревов, и шум подняла, как эскадрилья ночных бомберов. Вот тут я себя долго проклинал, что в окно не выглянул, перед тем, как выйти. Тогда бы точно дуплетом десяток штук положил, как говорится, не сходя с места. Да, кстати, а зачем же я выходил-то? Посмотрел на себя и рассмеялся от души. Ну, вы же помните, что инструмент для утренних процедур у меня заранее был подготовлен. Вот так я и стоял босиком на крыльце с ружьём в ковбойской позе и с распахнутой на весь мир ширинкой, откуда ещё один ствол готов был прицельно выстрелить. А надо мной сверху насмешливо ввинчивалась в серую мокроту неба тетеревиная стая. За это я и люблю охоту, за такие вот неожиданные ходы. А вы говорите, что рыбалка увлекательней. С рыбами всё очень уж предсказуемо. Нет там такого куража, это я вам ответственно заявляю!
  

ВОРКУТИНСКОЕ ЧАЕПИТИЕ

   Историю эту вспомнила Татьяна Круть. Ироничность её речи мне не передать, как бы я ни старался, поэтому, положившись на извечное русское "авось" перескажу всё, что услышал, своими словами.
   Стояла ранняя северная весна 1993 года. Дело шло к тому, что наш вычислительный центр закроют 1 июля, а всю обработку полевых материалов передадут в Ухинское ПГО "Печорагеофизика". Настроение у коллектива было ещё то. Как говорит один мой знакомый: "Ещё тех кораблей..." Одним словом, всё не так, чтобы паскудно, но уже скорее отвратительно, чем ничего себе. Тем более что больше половины технических специалистов, уподобившись по характеру одному очень несимпатичному серому зверьку, покинуло палубу значительно раньше крушения. В их числе был и ваш покорный слуга. Почувствовав слабину со стороны обслуживающего персонала, комплекс задурил, принялся беспрерывно ломаться и чудить. Так продолжалось до тех пор, покуда не произошло нечто из ряда вон. Перестали читаться все диски с минимальным набором для компиляции операционной системы. Все разом. Даже секретный пакет Гены Шаевича, который хранился не в гермозоне, а в совершенно недоступном для злоумышленников месте. Такой вариант, в принципе, не совсем безнадёжный, если воспользоваться вводом с перфоленты. Но, надо же такому случиться, что старинный фотосчитыватель тоже перестал общаться с центром надлежащим образом. Дело в том, что его ещё в мою бытность упростили "за ненадобностью" и отнесли на склад. Из тех, кто оставался на ВЦ, никто этого чуда-зверя в глаза не видел, когда он с весёлым свистом засасывал аппетитные рулоны перфоленты. И, то ли, подключить FS-ку с бортовым номером 1501 не смогли правильно, то ли в процессе хранения эта железяка перестала себя ощущать единым целым с вычислительным комплексом, не ясно. Так или иначе, "сыстэма спортилась" по словам оператора Чижа, и работа встала. Хотя до ликвидации осталось меньше квартала, но обработку же никто не отменял. Нужно было что-то предпринимать. Собрались всем весьма немногочисленным ВЦ-шным миром думать думу скорбную. Сообща всегда веселей, сами знаете. И придумали. Позвонили в Воркуту на аналогичный центр, только тамошней геофизической экспедиции. Здесь, в Заполярье, ещё не все спецы разбежались, и дело обстояло несколько лучше. Договорились, что приедут в командировку "по систему" со своим дисковым пакетом и даже двумя (на всякий случай!)
   Поехали вдвоём. Татьяна и Олег Шаталов, самый опытный на тот момент специалист по "железякам". Времена постсоветского развала не самым выдающимся образом отразились на качестве постельных принадлежностей и вагонов в поезде сообщения "Москва - Воркута". Так что прибыли командированные в Заполярье изрядно усталые и не выспавшиеся. Потом состоялся марш-бросок до посёлка РУдник, где базировалась геофизическая экспедиция. Время было позднее, поэтому печорским гостям сразу выдали направление в местный отель с тем, чтобы они отдохнули, а производственные проблемы постановили решать завтра поутру, то есть на свежую голову. Помните, как переживала первая статс-дама в "Обыкновенном чуде": "На кой мне чёрт нужна голова, когда она три дня не мыта!"? Думаю, что нечто подобное испытывала Татьяна после ненавязчивого железнодорожного сервиса. В мечтах она уже представляла себе отдельный номер с душем и прочими прелестями цивилизации. Но одно дело фантазии, а совсем, однако ж, другое - суровая геофизическая действительность. Отелем оказался двухэтажный барак. В глубине неказистой комнаты, претендующей на гордое звание холла, притаилась ключница, возомнившая себя администратором. Не найдя никого более достойного для демонстрации направления со штампом экспедиции, кроме этой странной особы в замызганном халате уборщицы, командировочные предъявили свои кондиции именно ей. Тётка долго копалась в амбарной книге, потом извлекла из письменного стола, в котором подозрительно звенела пустая водочная тара, ключ и сказала:
   - Идите в двенадцатую комнату, на второй этаж.
   - Не поняла, - удивилась Татьяна, - а почему ключ только один? Мы же, вроде как, разнополые... и не муж с женой?
   - Чего?! - Возмущению администратора не было предела.
   - Ну, в общем... если так не понятно... Мы командировочные. Мальчик и девочка. Нам бы отдельно... как-нибудь...уж...
   - Ишь чего удумали! Каждому по комнате! Идите уже скорей. Там пять коек, не переживайте. Хватит на всех. Может, ещё, кого до утра к вам подселю.
   Вот так просто и совсем прозаически рухнули надежды на чистую голову, отдельные номера и другие буржуинские излишества, которым полагалось быть в отеле. Надеюсь, понятно, что дУша, а, тем более, ванной в этом здании времён очаковских попросту не полагалось. Ну, не было у той воркутинской гостиницы, вероятно, кроме знака качества, других звёзд, что поделаешь.
   Ребята поднялись в номер и, кроме пяти продекларированных коек военного образца довоенных времён, обнаружили в "нумерах" ещё старый покосившийся двухстворчатый шкаф с алюминиевыми крючками вместо плечиков и небольшую тумбочку, куда с трудом можно было поместить средних размеров щенка беспородного обыкновенного. Он, кстати, там и помещался. Как он там оказался - загадка. Первым делом Татьяна проверила качество постельного белья и пришла в ужас. На её справедливое замечание тётка с первого этажа ответила довольно разумно с весьма скромной долей агрессии в голосе:
   - Вас тута вона скока целыми днями шляется, а мне на всех стирай! Никакого же терпения не хватит. Иди-ка ты, девонька и не зли меня понапрасну.
   Впрочем, администраторша была не такой уж и пропащей. Во-первых, она очень живо радовалась потерявшемуся накануне щенку, а, во-вторых, без особых препятствий выдала Олегу пузатый облупленный чайник, получив в залог паспорт гражданина несуществующего государства, но с обязательной пропиской.
   Печорские гости вернулись в свои апартаменты. С потолка на них свесилась тусклая 40-ваттная лампочка в импровизированном абажуре из засиженной мухами газеты. Уют всё не приходил. Необходимо было, каким-либо образом разруливать кислую ситуацию, иначе наших героев могла ожидать вторая бессонная ночь со всеми вытекающими из этого обстоятельства дурными веяниями, которые некоторые зарубежные психологи называют неконтролируемой депрессией. Олег взял чайник и пошёл искать кухню, чтобы наполнить заполярную атмосферу домашним теплом. Татьяна разобрала сумку и прилегла, не раздеваясь, на крякающую при каждом неосторожном движении панцирную сетку. Её сморило быстро, и когда она, проснувшись, сориентировалась во времени и пространстве, то поняла две прелюбопытных вещи: прошло уже почти три часа и... Она спала не одна! В её ногах мирно похрапывал давешний щенок, жалобно поскуливая, когда у него отбирали косточку взрослые барбосы в его примитивном сновидении. По всей видимости, Олег так и не возвращался со своего боевого задания. Странное беспокойство овладело Татьяной. Она тихонько встала и, стараясь не встревожить мохнатого соседа по комнате, выскользнула в коридор. Там стояла гробовая тишина, только где-то неподалёку отбивали ритм механические ходики. В самом конце коридора одиноко поблёскивала электрическая лампочка, родная сестра той, которая висела в арендованном номере. Осторожно и с опаской Таня потянулась к ней, как любопытный мотылёк, но не бездумно, как он, а, имея в виду лестницу на первый этаж, по которой можно будет в случае крайней нужды прорываться к администратору. Какая-никакая, а всё же защита. Вскоре показался проём без дверей, как раз в единственном освещённом месте на весь коридор. Это был вход в кухню. В дальнем углу выявленной в центре полумрака территории для местных гурманов, на подоконнике обнаруживалась кемарящая фигура Олега. Единственная электрическая плита дышала на ладан, из последних законов Ома пытаясь довести воду в чайнике до кипения. Процесс, по-видимому, подходил к завершению. На это явно указывал парок, лениво вьющийся над носиком. Олег открыл глаза и спросил:
   - Тань, а ты чего пришла? Я уже сейчас принесу кипяток.
   - А ты знаешь, сколько сейчас времени?
   Шаталов взглянул на часы, с недоверием потряс рукой и изрёк:
   - Ничего себе укатайка! Да, я тут почти три часа ждал!
   - И чего ждал? Видишь же, плита еле дышит. Шёл бы в комнату.
   - Нет, нельзя. Мне тут объяснили знающие люди, что нельзя чайник оставлять. Сопрут. А как я потом паспорт заберу из ареста?
   Вот, собственно, и вся история. Никаких приключений, ничего экстраординарного. Просто жизнь. Наша прошлая жизнь, от которой, я думаю, мы ушли навсегда. Но почему сейчас эти житейские неудобства выглядят так заманчиво и романтично? Вы и сами знаете, почему. Молодость, отличный коллектив, любимая работа. Будет, о чём рассказать детям. Хорошо бы поняли. Кажется, я уже где-то подобную фразу зафиксировал. Да, простят меня читатели.
   И, кстати, поездка "по систему" завершилась успешно. Вычислительный центр досрочно закончил ещё до своей ликвидации обработку полевых материалов сезона и был немедленно расформирован с нечеловеческой жестокостью. В последний день работы силовые и связные кабеля вырубались топором на цветные металлы, стойки громили ломами совершенно посторонние люди, которым не было никакого дела до того, что большинство из нас провели здесь, на ВЦ, лучшие свои годы. Немного грустно. Если прогресс должен быть неумолимо жесток, то почему обязательно с монтировкой и с лицом стальных людей, продающих за бесценок цветные металлы? Хоть убейте, не понимаю.
  

ПИСЬМО К ТАТЬЯНЕ

   Я к Вам пишу, чего же боле?... Стоп, стоп! Это же письмо Татьяны ко мне. Ко мне ли? Ведь, если допустить, что я вполне и гений, но сегодня ещё не ЕВ...ши. Слово произнесённое есть ложь - сказал кто-то из великих и соврал... Слово - ложь вообще. И не только то, которое вывалилось наружу с кончика вашего языка. То слово, которое осталось в голове ничем от своего выпавшего собрата не отличается. И не надейтесь! Ибо то, что формируется в нашей голове - не более, чем какое-то странное изображение всего сущего с точки зрения ОДНОГО КОНКРЕТНОГО индивида. Для других человеков это уже не приемлемо, ибо у каждого внутри СВОЙ мир. Отсюда и непонимание, которое разделяет людей и мучает их. Так говорят великие. Но, с другой стороны, в каждом из нас живёт Бог. Именно он владеет нашими мыслями и чувствами. Именно он учит нас проявлять всякую эмоцию осмысленным звуком. Люди ленивы по своей натуре, им трудно вникать в суть слов произнесенных другими. Они и свои-то понять не всегда готовы. Но только лишь ты начинаешь прислушиваться к тому подсознательному, которое лежит в основе твоей речи, случается чудо - ты начинаешь СЛЫШАТЬ других.
   Извините, ушёл не в тую степь. Итак, от какой же печки мне оттолкнуться в своей нелепой эпистоле, открытой всем научным, мало научным кругам и просто миру обывателей? Письмо Онегина к Татьяне? К чему мне это заочное состязание с Пушкиным? Цену истине знает только тот, кто отдал за неё не только жизнь, но и пожертвовал своим добрым именем. Я ещё не готов... Не дорос пока.
   Начну по-другому. Чтобы не гневить почтенную публику. Пожалуй, так начну... Вы мне писали, не отпирайтесь... Где-то мне раньше попадался этот замечательный текст. Стало быть, и этаким манером тоже приступать к письму не годится. Опять пытаюсь перебежать дорогу великому предшественнику... Тп-р-ру, братец! Эк, тебя занесло... Мол, Александр Сергеевич предшественник твой. Умерьте, пожалуй. Укротите своих амбиций. Просто проанализируй, дружок, беспристрастно... Похоже, что с ЕвГением связана воистину русская эпистолярная традиция - начинать послание с таким неистовым напором, как сделал это Онегин. Вы мне писали, не отпирайтесь... Не правда ли, в стиле новорусского сленга? Что-то вроде: за базар ответишь, красотка! Мне определённо не нравится такое начало. Да, и не писала Татьяна никаких писем. Ни мне, ни Онегину. Она всё больше что-то из жизни SQL-серверов поперёк TFT-панели чирикала, да ещё немножко на C++ исходничала. Необходимо, просто-таки до ужаса, начать письмо иначе. Но как?
   Давным-недавно, почти вчера по среднеевропейскому времени, сидели мы с Колей Пелевиным за таким странным, казалось тогда, рассуждением - КАК у нас ВСЁ будет на новом ВЦ. А в коридорах строители устраняли недоделки, в машинном зале поскрипывал алюминием фальшпол, будто тренируя свою наливную мощь для удержания на собственном горбу нескольких тонн аппаратуры. Одним словом, ничего не предвещало. И тут в огромном дверном проёме белоснежной больничного колора двери появилась маленькая ты. Татьяна, сколько в этом звуке... Опять с кого-то спопугайничал. Извини...те...
   Или всё было не так? И Пелевин появился позже? Да, не важно это, собственно. Главное - первое ощущение. А его я запомнил. Такая маленькая хрупкая девочка... Ей бы ещё учиться... А, между тем, у тебя уже была Дашка. Или нет, не так. Дарья - как ты её по-взрослому называла с пелёнок... И уже больше года прошло с того момента, когда ты защитила диплом в Куйбышевском авиационном институте. Что-то по расчёту фюзеляжа или плоскостей летательного аппарата. На Фортране? Не помню... Ты говорила. Не помню...
   Ты говорила, что я к тебе придираюсь и не считаю хорошим программистом. Ты говорила... А это было не так. Как мог я судить о программировании, когда сам никогда этим делом не занимался? Я просто мыслил всегда очень логически, как хороший постановщик задач... А какой же постановщик станет хвалить программиста, который с ним работает? И ещё, всегда больше всего спрашивают с тех, в кого верят и любят. Любят? Полно, о чём это я? Хорошо, признаю вполне ... я и сейчас нахожусь в состоянии перманентной влюблённости в твой смех, в твою ироничную улыбку и злой язычок. В твои нетрадиционные суждения обо всём. Маленькая женщина с зелёными ведьмиными глазами, я вольно или невольно, зачастую походя, обижал тебя своим невниманием и нарочитым небрежением. Сладко ли мне было делать тебе болезненные уколы в сердцевину самолюбия? Сознаюсь... нет. Я только по прошествии времени осознал это. Такой комплекс самца, что ли, ревновать ко всем, кто хорошо относится к симпатичной тебе женщине? И в связи с этим делать ей мелкие гадости. Вот уж воистину - почему же не им, тем которые, в общем? Помню, как однажды довёл тебя до слёз. Память не сохранила причину... Я до сих пор жалею об этом... С этого ли началось непонимание?.. Ты говорила...
   В последние годы мы очень редко встречались. Очень. Но наши долгие телефонные разговоры 25 января, на день святой Татьяны, были мне - как некий жизненно необходимый допинг. Порой, казалось, что ты не прерываешь разговор из вежливости. Но так хотелось верить, что ты чувствуешь то же, что и я... Тешу себя надеждой. Знаешь, милая моя Танюшка, этот наш традиционный разговор вспоминался мне целый год и поддерживал меня в эмоциональной форме. А сейчас этого не будет больше... По мобильнику нельзя так долго разговаривать не словами, а нюансами и милыми намёками... Что ж, научусь жить без твоего голоса, я уже не маленький.
   Круть. Танюшка Круть. В те старые, добрые времена такая фамилия ничего, кроме умиления, не вызывала. Не то, что нынче... Да за метрику с такой фамилией любой браток готов будет удавиться. Таня, милая моя Танюшка, я сейчас почему-то сравниваю тебя с андерсеновским гадким утёнком, прости за аналогию. На нашем вычислительном центре работа для тебя была рутинной и однообразной. Ну, что такое генерить системы под разные конфигурации "железа", что такое придумывать невеликий сервис под технологически отлаженный программно-аппаратный комплекс? И талант твой дремал до поры. Но случилась экстремальная ситуация. Ты осталась без привычной работы. Так время сработало на твой дар программиста. Кого-то оно загнало в угол, а тебе позволило раскрыться. Танюшка, сейчас ты далеко от Печоры. Ты, возможно, никогда не прочитаешь это моё послание. Но пусть его прочитают другие, и тогда силою мысли мы всем миром сможем оттранслировать посредством эфира эти простые слова.
   Говорят, что женщины любят ушами. Так я бы тоже любил ушами. Но в мои-то уши как раз редко кто говорит милых глупостей. Вполне осознавая факт приятности этого вида лести, хочу недвусмысленно заявить следующее. Танюшка, ты всегда останешься незабвенной и любимой в моём мире грёз, где воспоминания органично переплетаются с фантазиями и современностью. Ты помнишь, как на вечере нашей встречи в "Черёмушках" я назвал тебя "моим сладким палачом"? Я не шутил. Высоко ценил и ценю твоё мнение о том, что и как я написал. И запретить, гордиться тем, что мне довелось вращаться в твоей орбите некоторую часть твоей, и, некоторым образом, нашей совместной (во сказанул-то!) жизни, тебе не удастся.
   Что тебе пожелать, в твоём новом далЁко? Просто немножко удачи... Всего остального тебе не занимать... Я даже не намекаю на фамилию... Знай, что в Печоре у тебя остаются друзья. Может быть, не настолько верные, как тебе того хотелось бы, но всё-таки друзья. Шутка. Про верность...
   Ты говорила...
   Мне только и остаётся, что помнить. Только и остаётся, что любить такие, теперь далёкие, глаза цвета тягучего волшебного шартреза...
  

ДО НОВЫХ ВСТРЕЧ

   Смешение и взбивание воспоминаний "старины глубокой", спорных умозаключений и нелепых аналогий подошло к концу. Рука бойца, в общем... и так далее. Но какое же литературное (хотя бы в понимании автора) произведение может обойтись без капельки яда? Согласитесь, что цианид в растворимом кофе из первой части существовал только умозрительно, ни разу не дав нам возможности унюхать запах горького миндаля. Попробую восполнить упущение, возникшее по собственной вине (пожалел автор героев, не стал их травить ни ядами химического происхождения, ни банальным ботулизмом) и добавлю капельку желчи в почти готовый продукт. Позволите?
   Когда НЕКТО по имени Сергей со странной фамилией, не испорченной обилием букв "эс" в начале, который заигрался в "Предпоследнего героя" (в первой, так сказать, версии) утверждает, что он писатель, то я невольно спрашиваю, а что же написал имярек. Лезу в милейший Интернет и нахожу там два опуса, так называемого, писателя. О чём они? Наваять за 6 лет около 200 машинописных страниц неадекватного бреда - и это писательская ипостась? Причём сии тексты изобилуют необоснованным количеством пустых строк после каждого абзаца... Вероятно, для создания иллюзии массивности и мастеровитости? Хорошо, тогда я мне остаётся только тихонько отползти в уголок и попробовать понять, кому могут понравиться измышления псевдо-наркомана с манией философского величия, побитого ненормативной лексикой, словно мех изрядно поношенного полушубка личинками моли? Короткие мальчиковые штанишки давно не вмещают повзрослевших ягодиц, а подобному писателю так и хочется из них не вылезать, и он с упорством, достойным лучшего применения, натягивает на себя этот истрёпанный предмет, бывший когда-то вполне приличными брюками для шкодливого мальчонки. Какой-то литературный инфантилизм, и только. Неужели перевелись на нашей стороне люди, которым доступен русский язык во всём его величии и многообразии, а не в сленговых оковах декаденствующего молодчика в маске эстета? С другой стороны, так или иначе, писатель (если он таковым является, а не просто называется) стремится в той или иной форме выразить свою душу. А если вместо души затасканный пятипенсовик? Вот то-то и оно. Всё, больше не стану злословить и придираться к новым веяниям в русской словесности. Довольно с меня и того, что попытался насладиться изделиями вышеозначенного Сергея. Впрочем, не изделиями, а любительскими поделками с пластиковым подбрюшьем вместо предполагаемого теста литературной сдобы. На профессиональное качество этот свеаброд... Эй, ну кто там меня хочет поправить?
  
   ... никакого отношения! Какой скандал!.. укоротить автору нескрываемые амбиции по самые не могу... никому не посоветую прочитать эту чушь... Тогда пойдём на книжную ярмарку прогуляемся... там светло и достойно... нет места дилетантам... классика современности... кладезь словесности... отстойник мастерства... Нет-нет, просто выговорил не совсем... достойные мастерства Достоевского и Толстого... какого не возьми... а этот беспредел... никогда!... никому!... горбатого могила... загнётся от самомнения...
  
   -...всё равно без дела сидишь (водку не пьёшь), так хоть пустые бутылки считай... - Юра Конасов не обиделся на этот экзерсис, а только хохотнул, в свойственной ему манере честного предпринимателя...
   Поручили мы дело подсчёта освобождённой тары правильно. Ничего не пропало в бездонных закромах кафе "Черёмушка". Всё шло прекрасно, но потом произошла какая-то краткосрочная потасовка нашего бессменного сменного инженера в виртуальной плоскости, Юры Клеща, с одним из малосимпатичных отпрысков легализованного бизнесмена Комарика ("Ограбление по..."). Как оказалось, повод для стычки был пустяковым, а причин так и не оказалось вовсе. Массовка бритоголового окружения Комариковского наследника изготовилась почесать залежавшиеся без дела в карманах спущенных до самого пола штанов-полномудов (классификация Салеева) кулаки, но тут в предбаннике (он же - курительная комната) случилось явление разъярённого представителя власти в ореоле святого нимба и с милой улыбкой на нетрезвых устах.
   Пастор перекрестил всех милицейской "ксивой" с майорской звездой на облучке (которую некоторые спьяну приняли за образ Андрея Первозванного). "Да, пребудете вы в мире! - Сообщил в религиозном экстазе Пастор. - А не то вам так воздастся, что вы и не могли себе никогда представить такого изысканного воздаяния. Да, и сами вы так воздать просто не в силах. Да, пребудут также с вами ваши не совсем преЧИСТЫЕ девы. Возвращайтесь к ним и к пречистому, как слеза херувима напитку... и сделайте такое одолжение - не чешитесь кулаками о разных посторонних объектов". И было так. И все пребывали в мире, и даже такси друг у друга из-под носа уводить не пытались.
   Утром я доложил жене, что мероприятие прошло вполне успешно. Ударили всего один раз, да, и то не меня. Потом позвонил Серёге Рыбалко с целью уточнения, куда пропало две бутылки водки, одна полная, а вторая тоже непочатая. Я их видел в раздевалке упакованными в пакет. Пакет был мой. Точно. Но когда мы приехали в гости к Юре, кроме фотоаппарата, мне ничего отыскать в анналах не удалось. Печаль была скоротечной и не очень глубокой. Зелёный чай оказался более кстати. Поиски пропавшей живительной влаги продолжились с первыми лучами припозднившегося февральского светила.
   И, наконец! Мы выяснили, куда делись две бутылки водки "ЯтЪ"... Серёга до этого момента истины всё на меня валил... Дескать, мы оттого чаи гоняли с Юркиной женой, что я не уследил...
   Оказалось всё проще... Татьяна Круть уехала с Гуриным и Пастором, лукаво сжимая в пакете с туфлями пресловутые бутылочки... Нет, правда, она всех к себе приглашала... Но оказалось, что не все услышали.
   По дороге мужикам было анонсировано, что из закуски в Татьянином холодильнике, кроме повесившейся мыши, только кефир... Положение выправили быстро... Заехали в лавку, где на закусь купили... бутылку водки... Теперь вам легко будет представить, сколько раз Татьяна варила кофе с целью реанимации российской недвижимости... К 7 утра наболевшее в квартире Татьяны рассосалось... посредством службы такси... А я, дурак, ещё гордился, что проснулся раньше всех - в 8:15... Некоторые ещё и не ложились.
   Теперь года через три мы встретимся снова. Возможно, в следующий раз нас будет значительно больше.
   А то, что встречи бывших работников бывшего ВЦ Колвинской геофизической экспедиции ещё ожидают, я нисколько не сомневаюсь.
  
   Ну, вот, хотел нацарапать в заключительной части забавные воспоминания, а получилась история образования и крушения одного ВЦ в картинках со скучными комментариями. Такая штука, эта ностальгия по юности, что никак с ней и не справится, никаким заговором не заговорить, никакими телодвижениями (как любит говаривать наш бывший начальник Коля Пелевин) не отогнать. Приговорены мы к ней пожизненно, вот что.
   Что же касаемо до моей личной инсталляции в качестве жизнерадостного гражданина, то она завершилась полным успехом. Спасибо всем, кто принял в ней участие.
   В последних строках своего нелепого псевдо-художественного варева спешу поздравить ту немногочисленную часть аудитории, которая, не смотря ни на какие обстоятельства, смогла дочитать до этого абзаца. Значит, на белом свете существуют, причём, весьма не плохо и такие люди, которым настолько грустно, что они готовы сканировать весь хлам из моей завиральной головы. Честь им и хвала от литературного кулинара, мастера испортить фондю и лягушачьи лапки под соусом "Miracle". Мы ещё покувыркаемся!
   А пока автор тут с вами беседовал и понуждал выслушивать свои (и не только свои!) измышления, розовые пятна мифического абсента растворились без следа, насладив атмосферный столб месье Паскаля видениями рыхловатой фактуры с еле ощутимым привкусом горькой полыни. Даже вспомнить теперь не о чем...

...И НАПОСЛЕДОК Я СКАЖУ ИЛИ P.S.

   ...а Пост Скриптум - это уже Пасха...
  
   2005, апрель, где-то в самом начале
  
  
  
  
  
  
  


Популярное на LitNet.com В.Соколов "Мажор 4: Спецназ навсегда"(Боевик) Л.Свадьбина "Секретарь старшего принца 3"(Любовное фэнтези) К.Юраш "Процент человечности"(Антиутопия) А.Минаева "Академия Алой короны-2. Приручение"(Любовное фэнтези) Н.Александр "Контакт"(Научная фантастика) П.Роман "Искатель ветра"(ЛитРПГ) Д.Сугралинов "Мета-Игра. Пробуждение"(ЛитРПГ) Д.Черепанов "Собиратель Том 3"(ЛитРПГ) В.Соколов "Мажор 3: Милосердие спецназа"(Боевик) A.Delacruz "Real-Rpg. Ледяной Форпост"(Боевое фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Д.Иванов "Волею богов" С.Бакшеев "В живых не оставлять" В.Алферов "Мгла над миром" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Вектор силы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"