Чваков Димыч: другие произведения.

И на старуху бывает проруха

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние конкурсы на ПродаМан
Открой свой Выход в нереальность
Peклaмa
  • Аннотация:
    Курортная сказка в мемуарном муаре


И НА СТАРУХУ БЫВАЕТ ПРОРУХА

(смех и грех)

  
   История эта насколько давняя, настолько же и не вполне приличная. Точнее сказать, греховная. Конечно же, не в том смысле, который могут вообразить себе славные представители жёлтопрессового воинства, коим несть числа на просторах постсоциалистического общества имени авторов "Утопии" и "Города Солнца".
  
   Читатели, как мне кажется, поймут меня правильно и не предадут анафеме за то, что им предстоит прочесть далее по тексту. Впрочем, слабонервным эстетам я вовсе не рекомендую этого делать, ибо тогда их моральные устои могут поколебаться настолько, что они впадут в уныние, свойственное Викторианской эпохе во всей её нарочитой чопорности, на какую только смогут оказаться способными пресыщенные жизнью колонизаторы в пробковых каскетках. Что, не верите? Дескать, не только "плавали - знаем", но и "читали с отвращением - остались непоколебимы в своих нравственных устоях". Что ж, вольно вам. Тогда и не станем откладывать счастливый миг посвящения вас в когорту богохульников.

_ _ _

  
   В незапамятные времена нашего иссиня-фиолетового гафовского флёра1 учились на курсе выпуска 1980-го года трое друзей. Звали эту троицу так: Лакки, Гёрл и Чик. Первый получил счастливое прозвище, как я думаю, за свою перманентно-нежную чеширскую улыбку, не покидающую миловидного лица. Второго называли странным ником Гёрл (странным для высокого широкоплечего юноши), по всей видимости, за девичий румянец, будто нарисованный на его щекастости свекольным соком, приводящий в восторг представительниц противоположного пола. Что ещё мне удалось выяснить по поводу этого уникального румянца? А вот что: стоило его обладателю выпить хотя бы граммов двадцать алкоголя, как румянец увеличивался и багровел. Почему? Оставим эту физиологическую особенность на совести академика Павлова, а сами продолжим повествование. Он ведь с нашим знаменем цвета одного... румянец, в смысле. Третьего из друзей звали Чиком просто по производной от его фамилии Марьянчик.
  
   Все трое были киевлянами, но в нашем общежитии их можно было встретить "сплошь и рядом": и сразу после занятий, и вместо занятий, и, вообще, в любое время. В моей памяти эта троица ассоциируется с песней "Отель Калифорния", наверное, потому, что эпохальная композиция группы "Иглз" была их любимой песней из мира фантазий и рок-н-ролльных видений.
  
   В миру Лакки и Гёрл носили вполне подходящие советские имена и фамилии (если мне не изменяет память, фамилия Гёрла была Герасимов, а Лакки - Мельников).
  
   Итак, я подробно рассказал вам предположительную историю возникновения прозвищ замечательной троицы. Но было ещё и коллективное название ребят, когда говоривший хотел подчеркнуть их неразрывную связь. Вот оно, это совокупное прозвище - MGM. Нет, вы ошиблись относительно трактования аббревиатуры. Вовсе не Metro Goldwin Mayer, а Мельников - Герасимов - Марьянчик. Собственно, так оно всё и было.
  
   Вы спросите, каким таким непостижимым образом я вписался в эту компашку киевлян, хотя на первом курсе в общежитии не проживал и захаживал туда не так часто? А именно там, как было объявлено выше, обитали замечательные парни из мира моих грёз. Тут, вероятно, подспудно мной управляло мужское либидо, безуспешно направленное на "комсомолку, спортсменку, отличницу" и Ленинскую стипендиатку Таню Заяц, которая как раз и училась на курсе с выше представленной троицей. Это либидо и легло в строку вместо избитости банального лыка.
  
   Таня высоко несла свою красивую голову, целеустремлённо рассматривая что-то такое невероятно небывалое за горизонтом, о чём остальные-прочие даже не догадывались. Она сдержанно-спокойно терпела вокруг себя сонм красивых мальчиков-киевлян, изредка удостаивая их малозначительными знаками внимания. Вы правильно поняли, трое друзей тоже в силу каких-то малообъяснимых причин были не прочь покружить вокруг шляпки красавицы в качестве ленивых шмелей, которым "это, в принципе, не нужно, но просто - привычка". А, стало быть, шанс пожужжать немного в орбите этой идеальной фемины появлялся и у меня, сойдись я потеснее с киевским трио MGM.
  
   Родители у Тани были, как тогда говорили, упакованы выше крыши. В соответствии с этим вся её жизнь, наверняка, была расписана в папиной партитуре. Места для провинциала со вздорным характером там, в этом ролевом расписании, явно не находилось. Я понял сей факт очень быстро и не стал настаивать на своём непременном присутствии в районе дальней орбиты звезды первой величины. Отошёл, так сказать, к роялю. Ну, вы помните, надеюсь, постоянное место этого музыкального инструмента.
  
   Сказка закончилась, а знакомство осталось. Потеряв свою первоначальную актуальность, наше знакомство с Чиком, Лакки и Гёрлом переросло в спокойную фазу, в которой было выпито немало напитков разной степени крепости и содержания сахара. Понимаете, о чём я? А что касается до Тани Заяц, то, скорей всего, она так никогда и не узнала о моём существовании.

_ _ _

  
   Теперь вернёмся непосредственно к рассказу. Извините, соврал. Не сразу вернёмся. Чуть позже. И вот почему. Действие истории будет происходить в Крыму; в Крыму, который я впервые увидел во всей красе, начиная с Южного Берега и фруктовых садов центральной части полуострова, заканчивая Сивашом - заливом, захлёбывающимся атмосферой гниения и лечебной грязью, летом 1978-го года. Вот, как говорят на современном телевидении, теперь разрешите воспользоваться предоставленной счастливой возможностью и передать привет! В общем, пару строк, связанных с Крымом. И не только с ним. Можете считать, что я даю вам дополнительный шанс избежать грехопадения. Есть надежда, что читать надоест раньше, чем начнётся... ну да, да-да - страшное и непотребное...
  
   Крым пронзил моё сердце остроконечными шпилями мечетей Симеиза, каким-то особенным травяным духом жаркого полдня: и вроде, сеном пахнет, но сеном не обычным, сеном с привкусом лекарственной лавки, волшебных сказок времён расцвета Блистательной Порты и где-то даже - благовониями ханского гарема. А как прекрасны эти тёмные, как дёготь, крымские ночи с россыпями звёздных льдинок по всему небу, от которых веет прохладой совсем не так значительно, как хотелось бы молодому разгорячённому телу, - так они непередаваемо далеко! Значительно дальше лунного блюда, местами потемневшего серебра наивысшей пробы. Значительно дальше далёких гор, притормозивших свой стремительный бег, чтоб не растоптать жемчужин курортных, распростёршихся у самых их скалистых ног, вымытых ветром и дождями до идеально белого, костяного оттенка.

_ _ _

  
   В тёмные, по крымски тёмные, но не по крымски промозглые зимние вечера, уже будучи в Киеве, я частенько заваливался к Шурику Веренину, тому самому, с которым мы "прошли весь Крым в лаптях обутые...". Шурик учился на электротехническом факультете (позднее - факультет А и РЭО). С ним мы дали старт эпопее стройотрядовской в квартирьерском звании, с ним начинали строить первое сооружение на территории будущего санатория МГА (министерства гражданской авиации) - ангара, в котором позднее располагался склад строительных материалов.
  
   В 1978-ом году сам санаторий грезился нам в будущем роскошным белым дворцом, где первых строителей привечают как героев - приглашают "в нумера", зовут к столу, поят за завтраком простоквашей "утренней дойки". Похоже, что и теперь, спустя десятки лет, он остался для нас всех там - в будущем. Светлом будущем, насколько это возможно.
  
   И настолько меня данный момент занимает нынче, что порой приходит в голову завиральная идея такого порядка: собираемся мы все "гафовцы", которые бывали в стройотрядах в районе Понизовки, вполне возможно, что и со своими детьми, приезжаем в Крым и на общественных началах достраиваем то, что уже сумели развалить разворотливые правительства одинаково индифферентно-сопредельных держав за годы своего премилого управления.
  
   Впрочем - мечты. Мечты, сладость которых наяву познать не удаётся. Но, чу! Веренин нас заждался. В зимнем Киеве поры нашей институтской юности. Вернёмся же в прошлое.
  
   Да, значит, так: заходил я к Шурику в гости, он жил тогда в районе Окружной дороги (снимал квартиру). Мы брали с ним бутылочку, другую "аллигаторов" или "свиней"2 и предавались ностальгическим воспоминаниям лета 1978-го года, благоухающего божественными ароматами узеньких улочек Кореиза и Гаспры, экспроприированного у нетрезвого колхозного сторожа винограда и - славься, великий Гамбринус! - чешского пива с пляжа санатория "Криворожский горняк", близ Паркового. Вспоминали мы и частые поездки в посёлок Симеиз, которые случались вечерами после работы или по выходным.
  
   Симеиз мог прельстить наши неокрепшие организмы двумя замечательными чудесами цивилизации. И что примечательно, оба эти чуда располагались в совершеннейшей близи от автостанции, буквально в одной половине штыковой атаки, если судить по меркам военной кафедры.
   Во-первых, сразу вниз от автостанции в сторону моря располагалась поселковая танцплощадка, где за весьма умеренную плату каждый желающий мог скрасить свой досуг с юными прелестницами из числа отдыхающих, а, если повезёт, то даже из местных жительниц. Сами понимаете, последнее предпочтительней, хотя бы уже в силу того, что после окончания танцев наверняка найдётся уютный уголок, где можно будет переночевать, а не, проводив партнёршу до дверей санатория, уныло плестись на автотрассу и голосовать там до покойного промiня3, неспешно топая в сторону Понизовки.
   Во-вторых, если проследовать в генеральном направлении зюйд-зюйд-вест от того места, где происходила посадка на междугородный (вернее - межпоселковый) транспорт, то можно натолкнуться на вершину Симеизского общепита - летнее кафе с огромной - размером со штрафную площадку футбольного поля - верандой. Запахи оттуда преследовали нас по всему курортному местечку. После небогатого выбора рабочей столовки из нескольких сдвинутых вместе вагончиков, куда нас возили в обеденный перерыв, эти ароматы казались стройотрядовцам чем-то похожими на нематериальную амброзию небожителей.
  
   Мы с Шуриком танцы не любили, поэтому путь за новыми знакомыми особами немужеского пола нам был заказан. А поесть, как всякий студент в пору шпаргалочного нереста, а, особенно, в период трудового семестра, мы были готовы, несмотря на жару, время суток и то, когда вышли из-за обеденного стола. Одна беда, в кафе, где господствовала прогрессивная форма сервиса - самообслуживание, с верандой-стадионом питались все отдыхающие Симеиза, которые приехали "дикарями".
  
   Понятно, что очереди к вершине пирамидально устроенного общепита были, как в мавзолей какого-либо державного деятеля и прогрессивного тирана в одном лице. Причём, очередь завивалась спиралью на самую верхушку, где располагалась касса с предварительным шествием за металлической ширмой специально обученных загорелых лодыжек и дрессированных затылков. Именно там, за этой ширмой, происходило всё самое удивительное. Там радостно сопели проголодавшимися ноздрями, уверенно елозили вилками по чему-то фарфоровому, ценой 37 копеек за тарелку, и спрашивали друг друга: "Милый, я, пожалуй, возьму две порции гарнира и три котлеты. Доешь, если что?"
  
   На выходе из-за ширмы широко улыбающиеся, потные отдыхающие небрежно расплачивались, извлекая деньги из потайных карманов, пришитых к внутренней стороне плавок или специальных фетровых шляп, которые предназначены были для парилок в русской бане, но очень легко и весело расходились в местных лавках под логотипом "Шляпа курортная, солнцеударная". Ну, что я вам буду рассказывать. Право - не стоит. Те, кто отдыхал неорганизованным "дикарским" способом во времена всеобщих советов, и без меня прекрасно знают все эти бархатистые нюансы.
  
   Итак, как вы, наверное, легко угадали, на первоначальном этапе в Симеиз нас влекла именно сия кулинарная обитель, но время на очередь тратить вовсе не хотелось. Потому - когда в один из первых своих приездов в посёлок, мы обнаружили в середине очереди гафовских соплеменников с радиотехнического факультета, то сомнений не осталось - ЭТО случится сегодня: мы пообедаем в кафе. Оно, собственно, и случилось, но совсем не с тем результатом, на который можно было рассчитывать неизбалованным студенческим желудкам.
  
   Выходя из-за стола, Веренин ссыпал остатки почти нетронутого второго блюда на газетку и, отдавая "понадкусанное" месиво не в меру игривой дворняге, сказал:
   - Чтоб я ещё на этот тошницель купился! Лучше пошли винца выпьем.
   Я был целиком и полностью солидарен с приятелем. Действительно, нельзя же так вот запросто обманывать вкусными запахами ни в чём не повинных отдыхающих.
  
   С этих самых пор время на общепит мы не тратили. Шли в гастроном, покупали портвейн "777" или, пуще того, "Кавказ", в количестве, обусловленном наличием присутствия непротивленцев этого божественного напитка. И распивали его в полумраке крымского вечера, плавно переходящего в украинскую ночь, тишину которой тревожат только цикады, женское хихиканье и треск кустов, создаваемый группой индивидов стремительно выдвигающихся на автотрассу Ялта - Севастополь. Да, а на закуску обычно брали копчёную скумбрию и плавленые сырки. Что поделать, выбор у местного курортторга был небогат. А ведь, если честно, портвешок с копчёной хамсой - тоже нечто душевное, к возвышенной беседе располагающее.
  
   А где же отыскать место для этих славных бесед? Непременно в виду скалы Парус4 (другое название - скала Дива). Чтобы попасть к ней, следовало пройти через территорию курортного парка санатория (сейчас не припомню его названия) в ранее указанном направлении зюйд-зюйд-вест. Дальше начинался пляж с той самой чудной скалой. Но нам выходить к воде ни к чему, мы свернём немного раньше с дорожки и, продравшись сквозь кусты, поднимемся на каменный балкончик-терассу, нависший над пляжными просторами. Вот это и есть то самое местечко, где рождались необычайные идеи мирового масштаба, где под гитару с раздолбанным резонатором пелись песни из репертуара тогда ещё неизвестного никому Владимира Маркина. "... я готов целовать песок, по которому ты ходила..." Или куплеты, известные каждому прогрессивному "гафовцу". Не забыли ещё - "Какой-то маленький вассал или Пол Анка в ГВФ"? Хорошо, рискну напомнить пару куплетов. Слушайте, раз до сих пор читать не бросили, сами и виноваты:
  
   Какой-то маленький вассал
   Все двери в замке обошёл,
   Но ничего он не нашёл,
   И на последней написал:
   "Меня простите, бога ради!
   Я думал, здесь собрались... девы...
   Так доставайте же тетради,
   Я вам спою куплеты Евы"
  
   А на волнах качался буй,
   К нему подплыл какой-то дядя.
   Ты, дядя-дядя, не балуй,
   А то дельфин откусит... ногу!
  
   Себя от холода страхуя,
   Купил доху я на меху я.
   Но, видит Бог, дал маху я -
   Доха не греет... абсолютно!
  
   После каждого куплета полагалось исполнять лялякающий припев из знаменитой вещицы канадского рокера Пола Анки. Примерно так: "Ляаааа...Ля-ля-ля-ля-ля...Ля. Ля-ля-ля-ля-ля..."
   Но это ещё не всё. Главная песня о странном - это, несомненно, "Бэллочка", Веренинский бренд...
  
   Бэллочка в лесу одна жила,
   Девочкою бэллочка была,
   Зайчик как-то лесом пробегал
   (тра-ля-ля-ля)
   И покой у бэллочки украл...
  
   Дальше, как водится у зверей, закипела любовь нешуточная, но закончилось всё печально.
  
   Ну, а где же, где же наш косой?
   У лисы гуляет холостой.
   У него любовь давно прошла,
   Ему бэллка больше не нужна!
  
   "Бэллочка", которая в горно-пляжном варианте была несомненным хитом, в Киеве слушалась не так всепобеждающе, вызывала ностальгию и пьяную слезливость. Но нас это не останавливало, воспоминания жили своей совершенно особенной жизнью, абсолютно независимо от тех мыслительных материализаторов, которыми становились мы с Шуриком в процессе овладевания приёмами скоропития "капель плодовитого Мичурина". Воспоминание, например, такое.

_ _ _

  
   С автостанции Симеиза отправляется последний автобус в сторону Фороса. В нём находимся мы с Шоней (Сафоновым), комиссаром нашего стройотряда, несколько обычных обывателей, две девушки и пьяный мордоворот размером с небольшой паровой молот и гидроприводом на рулевую тягу. С момента выезда на основную трассу Ялта - Севастополь мордоворот начинает разговаривать на языке своих предков, паровых молотов без гидропривода, то есть - исключительно матом. При этом он стремится порвать одежды на обеих девчонках для каких-то тайных, одному ему и понятных, целей.
  
   Водитель и контролёр пытаются возмущаться, но не могут справиться с напором хамоватого мужика. Понятно, что кроме нас с Шоней, в автобусе нет никакой иной силы, способной остановить безобразие. Но ясно и другое - мордоворот уделает нас обоих одним ударом. Прямая схватка могла привести только к усугублению ситуации, а то и человеческим жертвам.
  
   И тут Шоня подмигнул мне, прошёл к водителю, о чём-то с ним пошептался и вернулся на место. Мне стало понятно - уроки театральных капустников на вечернем отделении киевского института культуры не прошли для Сафонова даром, что-то будет, не иначе!
  
   Через минуту автобус остановился в зловещей темноте, взявшей в плен шоссе Ялта - Севастополь. Задняя дверь открылась ленивыми баянными мехами, и Шоня выскользнул в неё лёгкой ящеркой с рыжим росчерком характерной мулявинской усатости на решительном лице. Выскользнул он не просто так, а задев мордоворотистого индивида хорошим ударом в район ватерлинии. К моему удивлению, Сафонов не побежал, а встал спокойно в дверях и сообщил "этому братскому чувырлу, что он пацан позавчерашний, Николая Второго Кровавого, кочерыжку мать, ходил пешком под стол и говорил кошке: "Дяденька, подвиньтесь", когда сам Шоня уже проверял девчонок на предмет созревания плетушек и..."
  
   Вы видели, как работает паровой молот, когда у него отказал гидропривод? До того времени я тоже не видел. Рёв был жуткий. Оскорблённый громила вывалился на улицу сквозь заднюю дверь автобуса, едва вписав в её габариты свои наливные бока с рельефными несуразностями мускулистых отростков, называемых по ошибке руками, а не хваталами. Дверь за ним немедленно закрылась. Зато открылась дверь передняя, через которую в автобус, набирающий ход, вскочил разгорячённым тореадором сеньор Шоня.
  
   Против автобуса ПАЗ даже паровой молот бессилен. Неловкий двуглазый циклоп сначала поскрёбся в задраенные двери, неуклюже перебирая короткими ногами в тщетных попытках выровнять скорость, потом отцепился, поблажил немного и остался на обочине жизни, уносящейся от него согласно расписанию. В результате корриды никто не пострадал, а спасённые девицы позднее сами отдали всё самое дорогое своему сердечному избавителю. Я при этом не присутствовал, как раз свечи кончились, поэтому подробности мне абсолютно неизвестны.

_ _ _

  
   Или ещё одно воспоминание, крымского разлива.
  
   Самый первый выходной в период квартирьерства в СУ-34 треста "Ялтакурортстрой". Ялта. Набережная. "Эспаньола". Та самая "посудина", на которой происходили съёмки "Острова сокровищ"5. Отслужив своё для кинематографа, "Эспаньола" перепрофилировалась, став судном морского общепита. Это была та самая "Эспаньола", которой посвятил песню Андрей Макаревич6. Та, да не та. Не помню точно, сколько квартирьерствующего народа решило посетить столь замечательный ресторанчик, благо только что нам выдали аванс. Ну, наверное, было таковых никак не меньше шести человек.
  
   Меню нас так вдохновило обилием разносолов, что на ассортимент спиртных напитков мы даже смотреть не стали. Заказали маринованных и солёных грибочков, огурчиков, мясных салатиков и... конечно, водки. Вот тут-то и случился конфуз. В этом заведении из всех напитков присутствовали только марочные десертные мускаты. И больше ничего. Ни пива, ни водки, ни сока, ни пепси Новороссийского завода. Ничего! И это с такой, несомненно, водочной закуской. Ребята, да нас здесь не хотят уважать! Ни разу!
  
   Обиделись мы не на шутку, серьёзно обиделись. Настолько серьёзно, что уходили, не прощаясь. Как настоящие пираты. Английские пираты. Украдкой, по одному. И вот теперь я думаю, что после этого нашего посещения "Эспаньолы" в 1978-ом году она и превратилась из псевдо-шикарного заведения в то самое, куда "... любой всегда зайдёт за пятачок, чтоб в пушку затолкать бычок..." А при нас предоплаты ещё не было. Как, впрочем, не было до нас на "Эспаньоле" и забывчивых гостей с Туманного Альбиона.

_ _ _

  
   Но вернёмся к нашим с Шуркой осеннее-зимним встречам. Веренин подрабатывал тогда в консерватории декоратором, поэтому застать его дома бывало не всегда просто. Однако и пылью закулисья мне тоже дышалось легко и приятно, без каких-либо аллергических признаков, поэтому наши саммиты, иногда с закуской, но чаще без оной, легко перемещались то в оркестровую яму, то в гримёрку, то в подсобку с декорациями. Театральные застен... ой, подмостки так порой украшает скудость закусочного ассортимента.
  
   Иногда наши не слишком широко анонсируемые встречи становились всё же хорошо известны рабочим окраинам (впрочем, равно, как и звенящему брюликами бомонду). Но не хочу сказать, что народ нас с Шуриком узнавал повсеместно. Всё-таки Киев в конце 70-ых - начале 80-ых был не настолько прогрессивен, как кварталы "красных фонарей" Амстердама. Нет, господа, не в смысле непотребства, а совсем, наоборот - в значении восприятия чего-либо передового и важного, отличного от знаковой армандовой морали, позволяющей товарищеское однопартийное сожительство с вечно живым вождём при живой супруге.
   Вы удивлены, вы ничего не поняли? Хм... я тоже. Просто шутил. Беда, когда шутка норовит ускользнуть из-под твоего контроля, устремившись в самостоятельную жизнь очертя голову... и не только себе.
  
   Однажды наша с Верениным встреча выпала на день знаковый для Киева. В столице Украины внезапно (не зависимо от партийной непримиримости товарища Щербицкого7) начались микро-гастроли Александра Калягина. Актёрская игра, в недавно вышедшем фильме 1977-го года "Неоконченная пьеса для механического пианино" по драматическим произведениям Чехова довольно здорово напугала республиканские партийные структуры, которые даже "Подранков" отсылали в окраинные кинотеатры городов на самые неудобные сеансы. "Зеркало" и "Андрея Рублёва" Тарковского на Украине не показывали вовсе, а "Гараж" с "проданной родиной актёра Георгия Буркова" вверг местных функционеров от советской культуры в такой ступор, что единственный сеанс этого знаменитого Рязановского фильма в отдалённых клубах можно считать сказочным нонсенсом.
  
   Я представил себе, что бы случилось, если б в Киев внезапно приехал тот самый Бурков или Лия Ахеджакова! Но приехал "всего лишь" Калягин. То, что он не понятен партийным бонзам в классической пьесе, не страшно. Главное - не говорит крамолу с высокой трибуны гаражного кооператива "Фауна". Итак, запретить гастроли Александра Калягина не могли на высочайшем уровне. Но и разрешить совсем не спешили.
  
   В результате на весь двухмиллионный Киев ответственные за организацию и рекламу театрально-концертной деятельности удосужились повесить не более десятка малюсеньких афишек... Одну из них я даже увидел. В подземном переходе на Кресте (Крест - сленговое название Крещатика - центральной улицы Киева, прим. автора). Честно. Но эту афишу тут же заклеили анонсом выступления медвежьего цирка на льду.
  
   Да, я тогда не поверил своим глазам и спокойно отправился в общагу по разгару февральской слякоти, ничуть не теша себя никакими странными надеждами. Однако чудеса случаются. Бывают, уверяю вас. Буквально на следующий день в нашей трёхэтажной "тошниловке", в которой изобрели новое национальное блюдо, нет-нет, не шницель - это Симеизский бренд, - а борщ с кальмаром, я встретил Веренина.
   Кстати, с данным незатейливым произведением кулинарной индустрии у меня связаны самые замечательные воспоминания. О борще с кальмарами помнят, надеюсь, все. Все, кто когда-либо посещал трёхэтажный пищевой комбинат нашего института - КИИГА (киевский институт инженеров гражданской авиации), а ныне - НАУ (национальный аэрокосмический университет Украины).
   А вот у кого-нибудь сохранились в памяти воспоминания о фруктовом желе? Что, редко кто-то из вас брал это незатейливое блюдо в институтской столовке на первом этаже? А вот мой дружок сердешный Наумов, извините за выражение, Игорь Андреевич, предпочитал сие кушанье на десерт вместо компота из сухофруктов. Именно на этом замечательном продукте Игорь учил необстрелянных первокурсников целоваться взасос, или, как там говорят нынче? По-французски, что ли?
  
   Ах, да...
  
   В тот судьбоносный час, не Наумовым духом пахла Киевская Русь. Она прогибалась половицами под Шуркой Верениным. А я оставался всё тем же приверженцем постоянства в дружбе и приятельстве в далёкую студенческую эпоху, несмотря ни на какие коллизии. Странное дело, но мои тогдашние друзья считали, что на меня можно положиться. И это - речь о легкомысленном человеке, который в то время даже не мог определить, какая из прелестных дам станет дамой его сердца.
  
   Шурка подошёл ко мне за столик с двойной порцией чего-то очень калорийно-сметанного и произнёс после приветствия вполголоса:
   - Димыч, завтра будет сольный концерт Калягина. У нас в консерватории. Как раз моя смена. Догадался, куда я клоню? Он будет читать стихи и прозу. Сам понимаешь, что не на виолончели играть... Пойдёшь? Стульчик в оркестровой яме гарантирую.
   - А как же музыканты? - спросил я. - У них же места, должно быть, бронированы? Не погонят ли они постороннего со своих пригретых гнёзд?
   Шурик засопел, выражая крайнюю степень озабоченности, а потом сказал:
   - Скрипачу страдиварьево, а работникам сцены - вынь, да, положь!
   Я понял, что у мастеров закулисья тоже имеется своя собственная гордость, которую пропить в районе Окружной дороги нам в тот день так и не удалось. Решено! Я еду!
  
   Завтрашний вечер по театральному киевскому времени (18:30, как сейчас помню, в отличие от московского - 19:00 и питерского - 20:00) я встретил в оркестровой яме в обнимку с "первой скрипкой". С ней (этой замечательной еврейской женщиной) мы никак не могли поделить стул с довольно удобной спинкой. С тех пор я очень уважаю еврейских женщин, которым ничего не стоит даже студенту-гафовцу указать его истинное место. И не только в истории государственности.
  
   Возлежать на полу оказалось тоже достаточно удобно. За одним исключением - видна было только голова Калягина. А руки его попадали в поле зрения лишь, когда актёр подносил их к лицу. Но вскоре всё переменилось.
  
   Шурик Веренин явился внезапно в волшебной волглости оркестровой ямы. Как сон, как утренний туман? Ха-ха, далеко не так! Он притащил волоком какой-то вздутый от долгих на себя посягательств диванчик и предложил на нём располагаться всем желающим, свободным от участия в концертной программе мастера художественного слова.
  
   А дальше были два незабываемых часа с Александром Калягиным, который читал Пушкина и Рабле. Вы помните разговор Пантагрюэля и Панурга о женитьбе? В исполнении Калягина, специально похудевшего для съёмок "механического пианино", которого видишь снизу, из оркестровой ямы киевской консерватории - это незабываемое впечатление. Тут даже неразворотливые пожарные, при помощи которых меня пытались удалить из числа избранных в оркестровый партер для VIP-персон, не могли ничего испортить. Да и слишком поздно они явились на разборки. Не "по щучьему велению", а по чьему-то наущению.

_ _ _

  
   Так-так, кое-кто всё ещё продолжает читать? Что ж, я не виноват. Вы сами хотели услышать то, что дальше услышите. Не понятно только одно - зачем я тут кормил вас битый час всякими несвежими баснями, не приступая к основной теме? Просто всё, очень просто. Из памяти постоянно выплывают мелкие нюансы былых событий, приключений, если угодно, главное - успеть сложить эти мгновения, рассыпанные жемчугом по всей твоей жизни в шкатулку фамильных драгоценностей.
  
   Там уже давно лежит запах той самой грозы, которая случилась в день вручения дипломов нам, выпускникам ФАВТ КИИГА 1982-го года, когда мы с Кузнечиком и Светой Кузьминой, перепрыгивая лужи, бежали к институтскому ДК. Там же, среди прочих моих драгоценностей, хранится и запах тушёной капусты, которую готовит на кухне в общежитии по одному известному адресу некто Казурчик (Казуарчик - в другой транскрипции). Любит он это занятие, да, не дадут мне соврать господин Андросов с господином Погосовым. Но одним из самых ярких моих воспоминаний, уложенных в "сачок натуралиста" является всё-таки эта невероятно циничная по своей простоте история. Вот теперь я предупредил в последний раз. Назад дороги уже не будет.

_ _ _

  
   Когда и от кого конкретно из троицы друзей MGM услышал я крымский "ужастик", сейчас точно не вспомню - слишком много с той поры накопилось годовых колец в моём животе в виде трудового стажа. По одной версии дело происходило непосредственно сразу же после описываемого события и в Крыму же. То есть - ваш покорный слуга встретился с участниками событий, скажем, в очереди в ялтинский пивной бар "Краб", где и узнал всё, что будет изложено ниже.
  
   Так, в Крыму я был в 1978-ом году, а затем уже в 1981-ом - после окончания военных сборов. Тогда, следуя, законам формальной логики большая вероятность связана с 1978-ым годом, поскольку в 1981 году "киевские мушкетёры" уже год, как работали. Хотя, почему бы и нет. В конце концов, могли же они взять отпуск одновременно и поехать вместе в Крым. Кто бы им помешал?
   Так или иначе, я был ознакомлен с судьбоносной историей, скорее всего, из уст Гёрла в присутствии понятых - его верных друзей за бокалом пенного напитка. И именно в год полутора тысячелетнего юбилея "матери городов русских".
  
   Другие версии рассматривать не станем.
  
   Суровая штука история, суровая, но справедливая - она легко смыла из моей памяти время, место встречи и сорт употребляемого в процессе напитка, но она не смогла сгладить эффект от полученного пивного удовольствия. Пена на моей кружке в масштабах Галактики до сих пор не сдута. Давайте попробуем общими усилиями?

_ _ _

  
   Итак!
  
   Славная троица киевлян в тот год отдыхала по путёвкам на турбазе, расположенной в районе горы Ай-Петри. За первую неделю друзья успели освоить первоначальные навыки горного туризма и даже сходить на какой-то не очень сложный маршрут, а на выходные их повезли в экскурсионную поездку.
  
   Как можно легко догадаться, никакие другие экскурсии, кроме тех, которые касаются дегустационных заведений, нашу троицу не интересовали. Они покинули турбазовский автобус в Ялте, когда была дана команда "девочки направо, мальчики налево". Что вы удивляетесь? Это же на автовокзале происходило. Место вполне цивилизованное, просто двери так там располагались. Да, кстати, нужно бы подумать над одним вопросом - почему "мальчики всегда налево"? Это обескураживает.
  
   Так вот, сошли Лакки, Гёрл и Чик в большой мир большой Ялты весёлые, румяные и при деньгах. А какими они объявятся на своей турбазе, о том пока говорить не стану. Дело-то только с виду пустяшное оказалось, а если вдуматься, то могло запросто на чью-то судьбу потенциально повлиять, понимаете, о чём я? Нет? Ну, как бы это объяснить... Про потенциал я уже намекнул...
  
   Так, теперь вот ещё что - помните английское слово "важный"... Вижу какие вы умницы! Дальше сами догадались. Но, обо всём по порядку, хотя туману я уже немного напустил. Ничего-ничего, скоро сказка сказывается, а дело ещё быстрей делается... если после ускорителя... Что я в виду имею? Ну, тут вам, мои милые, придётся немного поднапрячь воображалку, не при Задорнове8 будет сказано.
  
   Ускорителем сказочных процессов может служить любой напиток, который не рекомендован к употреблению сурами Корана или ему подобный. С волшебным ускоряющим напитком в Ялте как раз в те годы всё обстояло в полном порядке. Сначала наши друзья овеществили его в виде янтарной жидкости в наборе с креветками, такой мелковатой породы, что в Одессе их иначе, чем "рачки" никто бы не назвал. Другое дело в ялтинском пивном баре "Краб". Здесь эту вырождающуюся членистоногую мелочь могли и омарами наречь-окрестить и, мало того, цену за них, как за лангустов, заломить - никто бы даже не удивился. Курортные города так порой непредсказуемы, в них даже ощипанный петух вполне может за павлина сойти, а продавленная бронебойными задами раскладушка в сарае, где неделей ранее неслись куры - за пятизвёздный номер гостиницы "Royal Palace Hotel of Ukraine-mti".
  
   Но пивной бар пивным баром, а дальше путь отважной троицы лежал в бар дома торговли. Помните, на последнем этаже... с ожерельем веранды по периметру? Да, нет, что вы. Та веранда, которая в Симеизе попроще, и там спиртного не подают... если, конечно, с собой не принесёшь. Так вот, означенный бар в ялтинском доме торговли работал, кажется, до трёх часов ночи. Волшебных напитков там водилось очень много, причём - самых разнообразных оттенков.
  
   Смешав всё, что только возможно было смешать в означенном заведении, ребята убедились, ускоритель действует безотказно. Казалось, только что зашли в бар, а он уже закрывается. Лакки, Гёрл и Чик решили ещё сильнее скоротать время до рассвета на пляже, прихватив с собой от щедрот бармена пару бутылок столового вина. Добравшись до воды, немедленно искупались, по дороге вступив в локальный конфликт с представителями правопорядка, который ко всеобщему удовольствию закончился ничем: милиция не поспевала за ускорившейся троицей и быстро потеряла её из виду.
  
   Как только солнце наладилось просовывать свои не по утреннему жаркие руки-плети в щели расхристанного горизонта, троица наша уже заспешила к началу трассы типа "серпантин" в сторону горы Ай-Петри. Автобусы на турбазу ходили крайне редко и поэтому, чтобы, поспеть к завтраку, необходимо было просто поймать попутку. Ускоритель сработал на третьей. На третьей попутке, а не на третьей скорости, как успели себе навоображать любители быстрой езды.
  
   Прямо возле обочины остановился бортовой грузовик с тентом, каких немало ездило по крымским дорогам в те времена. Знаете, там под тентом вдоль борта скамеечка такая узенькая, а на самом тенте надпись "для перевозки людей"? Да, да, именно такой грузовик и тормознул перед мушкетёрами из Киева.
  
   Из кабины - с места пассажира - на начавший уже разогреваться по июльской жаре асфальт выскочил невеликий дедок и изрёк:
   - Вот, и славно! Вас, ребята, мне, того, сам Господь послал. В такую рань разве кого найдёшь. Я вот, всё думал, что без третьего нам с Коляном (старик кивнул в сторону водителя) никак не справиться... Вам куда, ребятки, нужно?
   Ничего не понимающие из лепетаний старика Лакки, Гёрл и Чик, объяснили, что им на турбазу нужно. Дедок ещё сильней оживился:
   - Вот как всё удачно, того, складывается. Вы нам, мальцы, поможете слегка, а потом мы вас прямо, того, к вашей столовой подвезём. Недолго, буквально, минут двадцать на всё - про всё. И денег с вас не будем брать. Наоборот, даже выпить дадим.
  
   Упоминание о халявной порции ускорителя внесло небольшой оживляж в лагерь будущих пассажиров. Сами же знаете, что ускорение должно быть равномерным. Если ему подпитку оборвать внезапно, то могут произойти всякие незатейливые глупости, головная боль, расстройство системы пищеварения или иной какой клинический хондроз.
  
   Чик, как самый внушительный из компании в плане массовости своего роскошного организма, спросил:
   - Вы там не темните, говорите толком, что нужно будет делать, чем помочь? Нам бы к завтраку поспеть нужно... Кто знает, что у вас за дело, может проваландаемся часа два.
   Старичок успокоил:
   - Ну что вы, что вы, ребятушки... Какие там два часа. Только, того... гроб в могилу опустить и закопать. Лопат в машине четыре штуки. Быстро, того, управимся. Я-то вот всё переживал, как мы с Коляней будем вдвоём гроб опускать... Я вот, того... слабый... Силы уже не те, поймите меня правильно...
   - Стоп! Стоп! - оборвал разговорчивого деда Гёрл. - Какой ещё гроб? Откуда гроб?
   - Эх, милай мой! Так вот же он в кузове гробик-то с супругой моей, царствие ей небесное! Третьего дня преставилась, болезная. Тихонько так, как ангел... - старик смахнул предательски выползшую слезу и продолжил:
   - Хоронить-то её, супругу мою, в посёлок везём, откуда она родом. Сама меня перед смертью просила. В том краю, почитай, и не живёт уже никто, а хоронить-то всё равно, того, возят на тамошнее кладбище. Вчера мне, считай, соседи помогли могилку вырыть, я с утра и повёз мою бабульку в последний путь, пока не так жарко...
  
   Гёрл деловито заглянул в кузов и сообщил приятелям:
   - Точно, есть тут гроб. Не врёт старик. Поехали!
   Конечно, лично мне остаётся непонятным, что было бы, если бы гроба в кузове не оказалось? Неужели б наши герои отказались поехать? Обманули, дескать. Но это слишком частный вопрос, чтобы забивать им ваши светлые головы.
  
   Погрузить в кузов бортового автомобиля троих молодых людей, даже отяжелённых ночными возлияниями, - дело минутное. Да, никто бы мне и не поверил, вздумай я утверждать, что процесс посадки оказался более длительным. Машина тронулась вверх по "серпантину", разрезая жаркую упругость июльского воздуха. Утомлённые ночным бденьем друзья стали придрёмывать, нимало не озаботившись нестандартным соседством в виде гроба. Лакки вообще заснул накрепко, потеряв бдительность и чуткость, так необходимые молодым бойцам спецназа во вражеских джунглях. Гёрл и Чик периодически открывали сонные совиные глаза, большей частью - в моменты преодоления автомашиной крутых изгибов дороги.
  
   Как известно, чем выше в горы, тем ближе солнце. Крымские горы невысоки, поэтому эффект разряжённого воздуха не мог понизить температурный нагрев с подъёмом. Как известно, чем ближе к обеду, тем солнце ярче. Как известно, чем выше по "серпантину", тем дорога становится более сложной. Вот я и назвал вам три фактора, которые сыграли в дальнейшем немаловажную роль. Но были и другие, как то: два гвоздя, которыми крышка была слегка прибита к гробу "на живую нитку", и законы термодинамики, стремящиеся выровнять давление внутри гроба с его окрестностями.
  
   Одним словом, на одном из крутых поворотов Гёрл приоткрыл свои чудесные глаза с длинными чудесно-пушистыми ресницами. Одновременно с визуальной информацией до его размягчённого сознания донёсся и странный скрежет, напоминающий звук выламываемой из забора штакетины. В общем, и целом, панорама вырисовывалась достаточно примечательная. По крайней мере, многие художники (из классиков) за такую натуру отдали бы полжизни.
  
   Помпаж крышки гроба произошёл, как я уже заметил, в силу целого ряда объективных факторов, законов физики и стечения обстоятельств, которые привели к абсурдной в данной ситуации натурализации нездорового бреда. Итак, вернёмся к полотну а'ля Айвазовский... Хотя, нет, конечно же - а'ля Верещагин. Там ещё стервятники поверху летают... Не кондоры кордильерские, разумеется. Но вполне себе черные грифы (Aegypius monachus).
  
   На переднем плане живописного полотна Гёрл впитывал в себя следующий триллероподобный ролик.
  
   Крышка гроба, сорванная "с живой нитки" отлетела к борту кузова. Внутри домовины оказалась действительно аккуратная старушка-покойница. "Не соврал заказчик из первого класса", - механически констатировал Гёрл, имея в виду под первым классом кабину водителя. В результате произошедших механических и термодинамических воздействий обитательница гроба раскинула руки в разные стороны за счёт внутренней силы духа, как я полагаю.
  
   Чик устроился под тентом в уголке и не обращал внимания на происходящее, поскольку ему сию минуту показывали сладкий утренний сон с ним же в главной роли. Чик играл роль хозяина Бахчисарайского сераля в момент делового свидания с любимыми наложницами. И я его понимаю, сам бы, ни за какие коврижки, не проснулся, если бы мне такое показывали. Ну, ладно, Чик... он, собственно, был в безопасности, поскольку сидел в другом углу.
  
   То есть не в том, куда направляла груз, опосредованный в виде гроба с хозяйкой, злая сила инерции, усугублённая ещё более безжалостной силой Кориолиса. В опасности был Лакки. Гёрл понимал это, но предотвратить неизбежное было не в его силах. Гроб со скоростью разогнанного по жёлобу боба лучшей из швейцарских олимпийских команд подлетел к безмятежному Лакки и, ударившись о его колени, начал завершать эволюции высшего пилотажа. Но закон инерции останется законом инерции, господа, будь ты хоть в ракете, хоть в подводной лодке, хоть в гробу. Пассажиру всегда трудно удержаться на месте в моменты резких торможений...
  
   Когда Лакки раскрыл глаза, первое, что ему подумалось - будто он в гостях у бабушки, которая пришла его будить, как это она обычно делала в летние школьные каникулы, принося в постель внука парного молока. Лакки улыбнулся и попытался потянуться, но совершить физкультурное движение ему мешала невероятно холодная бабуля. Что это с ней такое стало? Что с его бабушкой случилось? Почему она внезапно охладела к любимому Лакки и не хочет порадовать внучка ласковым словом?
  
   Гёрл невероятно проникся ситуацией, готов был прийти на помощь другу, но ощущение ватности всех внутренних и наружных органов, в том числе, и органов первой необходимости, сильно путало расклад в колоде Таро. Наш не спящий герой чувствовал себя так же, как Хома Брут в процессе ночной службы. А тем временем, случилось буквально следующее: Лакки сообразил, в конце-то концов, что не знает бабушку, которая настойчиво на нём пытается повиснуть. Это новое знание добавило ему столько скорби, что он немедленно заорал нечеловеческим покриком, каким в старину Соловей-Разбойник склонял своих соперников к полной капитуляции.
  
   Однако нервы у бабули оказались крепче, чем могло показаться на первый взгляд. Она нимало не испугалась и не прекратила своих действий. Железная старушка! И к тому же, невероятно молчаливая! Такое полное небрежение опасностью может, кого угодно в замешательство привести. Лакки кричал всё пронзительней, а бабушка висла на нём с прежней цепкостью, будто время первого раунда ещё продолжалось, и она совсем не устала.
  
   От криков Чику пришлось бросить свою любимейшую наложницу прямо в Бахчисарайский фонтан. Не он первый, кстати. Только у предшественника вместо фонтана оказалась под рукой целая Волга. Гёрл тоже сумел преодолеть режим ватности в членах, и они вместе с Чиком приступили к операции спасения. Ситуации и друга. И она и он оказались в аховом состоянии.
  
   Если бы в ту пору существовало МЧС и мобильная связь, то, возможно бы, всё и обошлось. А так... вышло - как вышло. То есть, практически "через чёрный ход". Лучше попытаюсь разрисовать картинку ликвидации аварии на борту транспортного средства в том виде, в каком я услышал это от участников событий.
  
   Чик и Гёрл сумели поймать непослушную бабушку, освободив Лакки, который уже начал тихонько скулить от фантасмагоричности происходящего, забыв, что ему по сценарию нужно продолжать истязать себя и окружающих криком. С некоторыми усилиями Гёрлу и Чику удалось поместить почти всю покойницу в её скромную обитель. Оставалось только сложить бабуле на груди руки и закрыть гроб крышкой.
  
   И всё бы у них получилось, если бы в кабине не заметили что-то неладное на "верхней палубе". Да тут ещё крик израненного дельфина, издаваемый Лакки несколько мгновений назад, не мог бы оставить равнодушным и самых отважных героев.
   Промежуток времени, в который уместились все вышеописанные кузовные приключения, было столь незначительным, что мой рассказ оказался в десятки раз длиннее, чем сами события. Тут ещё немаловажную роль сыграл вчерашний ускоритель в виде волшебной жидкости. О его роли у нас порою частенько умалчивают из соображений ложной стыдливости. А ведь зря!
  
   Но, вернёмся к эпицентру, так сказать, нашего безумного вальса с неодушевлёнными предметами на ограниченном пространстве.
  
   ... и всё бы у них получилось, если бы в кабине не заметили что-то неладное на "верхней палубе". Машина резко затормозила, произведя резкую передислокацию объектов в кузове. Старик-вдовец заглянул через борт автомобиля и был шокирован увиденным.
  
   Во-первых, в крышке гроба, как в длинном, но неглубоком корыте, в позе эмбриона, уютно расположившегося между двумя гвоздями, лежал бездыханный Лакки. Но этот экзотический дизайн только для очень впечатлительных. А таковым старик явно не был. Тем не менее, дальний план подкосил и его. Толчок тормозящей машины приземлил Гёрла и Чика прямо на гроб в затылок друг другу. Представляете себе такой велосипедный тандем с бабушкой-тренером в качестве пассажира - тире - багажа? Дед на несколько мгновений потерял дар речи, во время которых мужественный Гёрл продолжал укладывать руки усопшей внутрь гроба, склонившись над его обитательницей в достаточно двусмысленной, если не сказать фривольной, позе. Он приговаривал, заглядывая вдовцу в глаза:
   - Ничего, ничего, отец! Сейчас мы тут всё поправим. Как живая будет покойница...
  
   Вы хотите спросить, что случилось дальше? Странно, могли бы и сами догадаться. Сначала наше славное трио метров четыреста бежало по пересечённой местности в гору, преследуемое двумя монтировками и истошными криками деда:
   - Извращенцы! Некрофилы! Того! Убью!
   Но тут у меня есть некоторые сомнения. Маловероятно, чтобы советский благостный старичок знал что-то про некрофилов. Наверное, он кричал про нехристей... Но, как вы правильно догадались, это всего лишь мои догадки. Да, а теперь закончу мысль.
  
   Сначала наше славное трио метров четыреста бежало, не разбирая дороги, а потом ещё несколько часов плутало по горному лесу в поисках завтрака. Но сдаётся мне - они и к обеду не поспели. И всё это на жарком июльском солнце, готовом сыграть ещё какую-нибудь злую шутку с зазевавшимися отдыхающими из числа, казалось бы, обычных граждан, а не каких-нибудь там разнузданных извращенцев.

_ _ _

  
   Что ж, история рассказана. Ажиотаж повествовательного экстаза, владевший автором, увял. Теперь пора подумать и о последствиях. Готов выслушать претензии от всех конфессий и понести заслуженное наказание за мужество. Но если участники событий захотят уличить меня в, якобы, подлоге, заключающемся, например, в том, что старушка обнимала не Лакки, а Гёрла или, что Чику во сне являлись не одалиски, а переполненные заказами официанты, то я просто сошлюсь на юношеский склероз и скроюсь в Баден-Бадене. Поди, потом, докажи, кто чего кому рассказал. А вы думали, я люблю подставляться?
  

ГОРЧИЧНОЕ ПРИЛОЖЕНИЕ, ИЛИ УЛИЧЕНИЕ БЕССОВЕСТНОГО АВТОРА ВЫПУСКНИКАМИ ФАВТ КИИГА:

   СТАС:
   "А что касается до Тани Заяц, то, скорей всего, она так никогда и не узнала о моём существовании".
   Димыч, а как же Хабибина свадьба? Кто приглашал на танец упомянутую даму, кому она в этом отказала по весьма уважительной причине - кушала дыню. Сам понимаешь, в то время, в том месте, в то время года - БОЛЬШОЙ дефицит. А на следующий день - кого успокаивал Хабибин батя, предлагая штурмом взять горсовет (Таня, ко всем ее прелестям была еще и каким-то там депутатом). Нехорошо, Димыч - борода уже седая - а ты исторические факты искажаешь.
   Будь здоров, боярин. Стас.
  
   ДИМЫЧ (далее - АВТОР):
   Сознаюсь. Действительно, всё вышеописанное Стасом имело место быть. Почему мы не штурмовали горсовет нашей дружной половиной (со стороны жениха) свадьбы, я не помню. А вот рукав, для того чтобы прекрасная дама вытерла свои прелестные дынные пальчики, был готов предоставить. Разве ж мне жалко?
  
   ЛАРИСА БАБАК:
   Дима, спасибо за доверие и присланный опус! Жду свободные минуты, погрузиться в читалово, но, пробежав глазами, уже обнаружила несколько очень знакомых имен.
   Например, с Мельниковым (Лакки) мы вместе работали в КИВЦе несколько лет, я производственно дружила с ним и его женой - Таней Мельниковой-Константиненко(81), известной тебе как KASIA. Про сайты ФАВТа я от Тани и узнала.
   Мы тогда все работали вместе - они, Алла Задворная, Саша Березан, Володя Рябченко, я, еще, конечно, люди, приходящие на эти "этажи". В общем, там были почти поголовно наши выпускники, кто пораньше, кто попозже получившие диплом.
   А Таня Заяц, будучи аспиранткой, оказалась моим, так сказать, бесплатным руководителем по практическому программированию на модном тогда языке ПЛ/1. После 2-го курса я летом трудилась в спортлагере "Авиатор", именуемом среди нас "ЖукИн", на Десне. У меня была правильная должность - официантка в столовой, поэтому в часы еды ко мне и таким как я, периодически подходили желающие подхарчиться дополнительно. Когда-то с аналогичной темой подошел хороший знакомый препод с кафедры физкультуры здоровенный Вася Пахомов, и попросил подкормить товарища-гостя "из ваших автоматчиков". Гостем оказался зав. ОНИЛ по расшифровке полетной информации Аркадий (фамилию не смогла вспомнить, может, позже пробьет).
   В благодарность он предложил мне приходить после лета к нему в лабораторию, просить полставки и интеллектуально развиваться. Так и получилось. Вот Таню Заяц он и назначил водить меня "на машину"9 на своё время и вообще помогать.
   Долго объясняла, но вспоминать приятно.
  
   АВТОР:
   Лариса, ты мне рассказала много такого, что теперь я никогда не подниму глаза долу... от стыда... Думаю, Кася меня проклянёт и лишит наследства. Как минимум! Это по поводу того, что Лакки Касин муж.
   По-моему, я сморозил такую чудовищную чушь про поднятые долу глаза, что теперь меня точно помилуют, несмотря на какие-нибудь, вновь открывшиеся обстоятельства: или бабульки в гробу не оказалось, или Лакки, в кузове, или они вообще были в разных вагонах.
  
   Этот комментарий я поместил здесь не зря. Кто-то же должен смягчить разоблачительный удар в авторское мягкое место. Спасибо, Ларик!
  
   LUCKY:
   Димыча .... рассссссссстрелять!!!!
   Таких "моментов в биографии" не было. Другие были...
В Крыму действительно отдыхала наша "троица", однако все было не так и не там...
Возможно, расскажу при встрече, возможно, в мемуарах.
  
   АВТОР:
   Лакки, привет!
   Хорошо, что ты расшевелился немного... А подробности истории я, конечно же, нафантазировал, поскольку большей частью их позабыл... Не обижайся... на твоём месте мог оказаться каждый.
  
   KASIA:
   Привет Димыч!
   От души посмеялась над твоим опусом!!!
   Убивать никого не собираюсь...
   Живите все счастливо!!!
  
   АВТОР:
   Спасибо, Танюша! Именно этим я сейчас и решил заняться. В смысле, жить счастливо...
  
   1 - "иссиня-фиолетовый гафовский флёр" - имеется в виду цвет формы, в которую облачались студенты Киевского института инженеров гражданской авиации, отправляясь на занятия; термин "гафовский" в рассматриваемом выражении происходит от аббревиатуры ГВФ - гражданский воздушный флот.
  
   2 - "аллигаторы" и "свиньи" - сленговое название дешёвых ординарных вин "Алиготе" и "Совиньон", пользующееся популярностью в студенческой среда.
  
   3 - оборот "до покойного промiня" - цензурированная и украинизированная версия выражения "до покойного про*ба", означает очень долгое, практически бесконечное действие.
  
   4 - В 1927-ом году после землетрясения от мыса Лимен-Бурун отделилась скала Парус. После того, как перешеек был разрушен, "Парус" стал являться отдельно стоящей скалой в окружении прибрежных вод Черного моря.
  
   5 - на шхуне "Эспаньола", построенной специально для съёмок фильмов "Остров сокровищ" в 1954-ом году в Херсоне, позднее было открыто кафе. Но да этого знаменитый парусник был одним из "героев" новой версии "Острова сокровищ" 1971-го года и других фильмов, таких как "Жизнь и удивительные приключения Робинзона Крузо" (1972) и "Дикий капитан" (1971).
  
   6 - имеется в виду песня, исполняемая группой "Машина времени" "Старый корабль".
  
   7 - Щербицкий Владимир Васильевич -  советский партийный и государственный деятель.  В 1972 - 1989 гг. - первый секретарь ЦК КП Украины. Известен своей нетерпимостью к "инакомыслию" в области культуры и искусства.
  
   8 - имеется в виду писатель-сатирик М.М.Задорнов.
  
   9 - термин "водить/ходить на машину" в далёкие времена означал получение допуска к устройствам ввода ЭВМ практиканта с консультантом или программиста на строго определённое время.


Популярное на LitNet.com Л.Миленина "Ректор на выданье"(Любовное фэнтези) Д.Сугралинов "Мета-Игра. Пробуждение"(ЛитРПГ) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) В.Соколов "Мажор 2: Обезбашенный спецназ "(Боевик) А.Минаева "Академия Алой короны-2. Приручение"(Любовное фэнтези) В.Соколов "Мажор 4: Спецназ навсегда"(Боевик) Д.Черепанов "Собиратель Том 3"(ЛитРПГ) О.Дремлющий "Тектум. Дебют Легенды"(ЛитРПГ) Е.Флат "Свадебный сезон"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Д.Иванов "Волею богов" С.Бакшеев "В живых не оставлять" В.Алферов "Мгла над миром" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Вектор силы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"