Иванов Дмитрий Викторович: другие произведения.

Занимательная история некромантии. Часть I. Глава 1.

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
Оценка: 5.41*5  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Худенький голодный юноша, совершенно неприспособленный к жизни, выброшен на улицу. Мысли о неминуемой смерти занимают его сознание. Одна за другой картины собственной кончины встают в больном воображении. Но вскоре к замерзшему мальчику подходит загадочный человек в чёрном и протягивает ему руку.


Занимательная история некромантии. Поиски истоков

Читателю

   Книга эта адресована, прежде всего, юношеству, всем тем, кто делает свои первые шаги по пути постижения некромантии. Все вы, как я знаю, хотите больше практиковать заклинания, обряды, изготовление амулетов и производство зелий, а к истории никто особой тяги не имеет. Есть ли Вам дело до пыльных скучных книг? Да и учебники по истории некромантии написаны так, словно это всего лишь сухое перечисление событий и фактов, дат и имён. При этом Вы даже и представить не можете, сколько удивительных приключений и ярких событий пережили ваши предшественники. Те титаны некромантии, которые сейчас кажутся недостижимыми в своём величии сверхлюдьми, полубогами, достойными поклонения, кода-то были такими же, как и вы, молодыми, стеснительными юношами и девушками, у которых не всё сразу получалось, а иногда и вовсе шло наперекосяк. Но благодаря неустанному труду, находчивости, целеустремленности, и где-то небольшой доле удачи, они достигли вершин магического искусства, они подарили вам знания и сделали так, что сейчас ежегодно сотни будущих некромантов впервые переступают пороги школ магии, вставая на путь удивительных открытий. И написана эта книга так, чтобы вы, её читатели, не скучали за изучением истории тёмных искусств, а отдавались атмосфере удивительных приключений и таинственных историй, рассказанных в ней с интересом и увлечением. Впрочем, все факты, изложенные тут, есть и в Ваших, написанных сухим научным языком, учебниках, и если Вы будете готовиться к занятию или экзамену по этой книге, то ответите ничуть не хуже, а, может быть и лучше, чем тот, кто читал скучный учебник. А если я для живости повествования и домыслил чего, так это официальной истории никак не вредит и не противоречит.
   Данная часть сочинения повествует о том времени, когда общества Папоротника, Плюща и Мха ещё не полностью оформились, когда тайное знание было утеряно, а его поиски, а тем более, практики, находились под строжайшим запретом, где бы то ни было. Вот тогда-то и были вновь найдены три старинные книги, дабы восстановить и преумножить наследие предков, чтобы дать начало собственным исследованиями на пути к становлению великой некромантии, тончайшего из магических искусств. Именно эти вновь обретенные труды стали называться Трёхкнижием, затем на основе них были созданы 'Основы некромантии', без которых сейчас не обходится ни одна из наших библиотек.
  

Глава I, в которой герой сидит на ступенях собственного дома и рассуждает о превратностях судьбы и погоды

   Дэймон Гратц угрюмо сидел на крыльце родительского дома, скрестив руки между колен и положив на них голову. Тогда ему было 16 лет. Это был совсем худенький, вечно голодный паренёк, чьи рёбра проступали даже через одежду, постоянно бледный, с копной спутанных волос цвета намокших пшеничных колосьев и с большими выразительными зелёными глазами. На нём была тёмно-зеленая, ставшая ему уже слегка короткой, курточка котгарди, слишком жаркая для солнечных дней и недостаточно тёплая для холодов, старые потёртые штаны и грязные, порванные в нескольких местах ботинки. Мы начали знакомство с нашим героем в переломный момент его жизни, а переломные моменты, как известно, никогда не бывают приятными. Отец Дэймона, городской ремесленник, наделавший в своё время долгов, умер двумя годами ранее, а безутешная мать отошла в мир иной три дня назад. И вот теперь, на следующий день после похорон, в дом Дэймона нагрянули работники городского суда в сопровождении бородатых стражников описывать имущество за долги. Конфискации подлежал, как сам дом, так и всё, что в нём находилось. Главный судебный исполнитель, толстый дядька, больше похожий на повара (видимо жизнь его была сладкой от присвоения чуждого добра), в потёртом бархатном гард-коре до земли с прорезями для рук в длинных рукавах, отороченном чьим-то скатавшимся мехом, по пришествии поспешил сообщить, благой и человеколюбивый закон королевства Гарнация предусматривает, что, если после полной конфискации всего имущества в счет долга несовершеннолетнего лица, указанный долг таки полностью покрыт не будет, то данная непокрытая часть долга будет милостиво прощена, и Дэймона не заставят его отрабатывать. Какая неслыханная благость!
   Мальчик уже не плакал, к чему слёзы, когда они никого не разжалобят? Его одолевали мрачные раздумья. Хоть он и был сыном ремесленника, делать Дэймон ничего не умел. Родители, лелея радужные надежды обеспечить ребенку богатое будущее, работу с бумагами и чистые ненатруженные руки, отдали его в школу. Там он учился писать, читать и считать, а учитель, не потому, что Дэймон блистал знаниями, а только из соображений того, чтобы ребенка не забрали из школы, а, следовательно, не престали платить за обучение, не переставал расхваливать его способности к обучению. Теперь же уже поздно учиться. Все книжки и тетрадки, чернильницы и перья, на которые родители не жалели последних денег до самого конца, оказались описаны, к каждому из этих предметов была приклеена этикетка с ценой, по которой данные бесполезные орудия знаний уйдут с молотка. Юноша мог податься в наёмные рабочие, но мало кто согласился бы нанять худенького мальчика, который бы и десяти шагов с мешком зерна на плечах не смог бы пройти, и уж тем более ни кому бы и в голову не пришло поселить такого помощника у себя в доме. Стать попрошайкой - ещё хуже. Как и сейчас, тогда все нищие города контролировались той или иной уличной бандой, которая отбирала большую часть подаяния, и страшно подумать, что случалось с теми несчастными, кто по каким-то причинам не смог собрать дневную норму. Можно, конечно, уйти жить в лес. Но тайн съедобных ягод и кореньев Дэймон не знал, охотиться не умел, а защититься от хищного зверя и тем более. К тому же царём леса в наше время уже давно является не медведь, не волк, не король эльфов и даже не тысячелетний энт, а лорд, на чьей территории данный лес расположен. И существует-то указанный лес только потому, что досточтимый пэр имел потребность держать охотничьи угодья в угоду своей забаве, иначе все деревья оказались бы спилены, пни выкорчеваны, а земли засеяны какой-нибудь культурой, приносящей хороший доход. И, как уважаемые читатели уже догадываются, никакой лендлорд не позволил бы проживать в своих охотничьих угодьях маленькому бродяге.
   Итак, оставалось только одно - умереть здесь на улицах города, быть втоптанным в дорожную грязь и съеденным дарующими плодородие почве червями. Но умирать так не хотелось, а потому Дэймон медлил, сидя на ступенях своего бывшего дома и думал, думал, думал. Слух паренька притупился, истерзанный переживаниями и мрачными мыслями, мозг ограничил общение с внешним миром, всё его существо свернулось в клубочек где-то глубоко внутри, и как барсук, спрятавшийся в самом дальнем тоннеле своей норы в грозу, совершенно не хотело показываться наружу. Мальчика тоже никто не замечал, будто заезжий маг нарочно окутал его плащом-невидимкой. Мимо, поскрипывая колёсами, проезжали груженые товарами телеги, окрестные лавочники подметали брусчатку перед своими заведениями, не стесняясь сметать мусор на территорию соседа, брезгливо поднимая платья и нижние юбки, шествовали богатые дамы в сопровождении служанок и мальчиков, несущих впереди фонари. То плёлся мужик-работник с рынка с тяжёлым мешком на спине, то несколько подмастерьев катили тачку с глиной в мастерскую. В глубине дома несколько пар цепких рук двигали мебель, доставали из шкафов посуду, трясли пыльную одежду, брезгливо осматривали прохудившиеся подушки. Главный судебный исполнитель, потирая руки от скромной, но всё-таки наживы, скрипел пером, внося новые и новые строчки в длинную ведомость. Усталые стражники зевали, погруженные в дремоту, опершись на древки своих ржавеющих алебард.
   Тем временем пошёл дождь, крупные капли, размером с ягоды бузины, падали на голову Дэймона и стекали по его прямым, цвета тусклого золота, волосам за шиворот. Несколько порывов холодного ветра на мгновение прервали горестные раздумья, но, дав обещание более не реагировать ни на ливень, ни на холод и ветер, пока его кровь медленно не замёрзнет и глаза полностью не померкнут, мальчик вновь отдался скорбным мыслям. Да, хорошо было бы сейчас промокнуть до нитки под дождём, смертельно простыть и умереть от лихорадки здесь же на крыльце. Тогда бы они все узнали, тогда бы им стало жалко, тогда бы они прочувствовали всю бесчеловечность собственных законов и правил. Но другой голос в душе, более рациональный, говорил обратное. Никто не будет думать о нём. Никто не скажет, что у него приятное лицо, и что Бог в своей милости одарил его благодатью. Они уберут никчёмный трупик и скинут в придорожную канаву, где даже не расстараются на то, чтобы полностью присыпать его землёй, и там, среди слизней и многоножек, разлагающееся тело найдут бродячие собаки, съедят и растащат зловонные кости по всей округе. А жалко его не будет никому, и все сразу же отправятся по своим делам, как только такой портящий облик города, предмет, как труп, будет унесён из зоны видимости, и никто из них даже не испортит себе аппетит.
   И одному только Богу известно, сколько бы ещё продолжалась упоительная меланхолия, если бы все процедуры в доме не были практически завершены, а славно потрудившийся главный судебный исполнитель, думая уже о пинте тёмного, как воды торфяного болота, эля, в любимом кабаке, не встал из-за стола и, подгоняя других служак быстрее сворачивать дела, не проследовал на выход. Там он нашёл промокшего, съёжившегося в комочек мальчика и, ничуть не смутившись его убогого положения, бегло зачитал официальное заключение, по которому всё имущество считается конфискованным, оно будет распродано, а вырученные деньги пойдут в уплату долгов. Непокрытые же стоимостью имущества двенадцать золотых, пятнадцать серебряников и восемь с половиной медных монет были великодушно прощены вследствие несовершеннолетия должника. Дэймон Грац теперь объявлялся свободным человеком, который с чистой совестью мог идти на все четыре стороны. Не вставая, юноша протянул озябшую ручку, сжал врученный ему листок бумаги и положил на колени, продолжая сидеть и смотреть прямо перед собой вниз на серые камни ступеней родного, ставшего чужим, дома, на который уже успели повесть новый замок. Глянув ещё разок на мальчишку, чиновник одёрнул полы гард-кора, и в сопровождении всей свиты удалился.
   Время как будто остановилось для Дэймона. Вся одежда его была уже насквозь мокрой, он сам будто слился с этой не прекращающей падать стеной дождя, холод не мучал его, а, наоборот, убаюкивал в ласковых объятиях смерти. Ведь чтитель наверняка знает, чем заканчивается долгое пребывание под холодным дождём - пелена стужи навевает сон, который сменяется жаром лихорадки, а затем и мертвенным холодом, если, конечно, толковый лекарь не вмешается в естественный ход событий, или молодой организм сам не победит болезнь силой своего духа. Внезапно кто-то тронул юношу за худое костлявое плечо. От неожиданности, Дэймон напрягся, как испуганный зверёк, содрогнулся всем телом и, пошатнувшись, поднял голову со скрещенных рук. Через туманную пелену полусонных глаз проступал образ человека в чёрном плаще с капюшоном. 'Здравствуй, Дэймон', - произнёс ровный мужской голос. 'Здравствуйте', - испуганно ответил мальчик, попятившись назад. 'Я твой родственник, дальний, мы ещё никогда не встречались. Я знаю, у тебя больше нет дома, и я хотел бы, чтобы ты жил у меня', - всё так же ровно произнёс незнакомец. 'Я Вас не знаю, я не знаю, что Вы хотите со мной сделать. Может, Вы продадите меня в рабство, изнасилуете, убьёте? Нет-нет, я не пойду с Вами', - Дэймон попытался встать на затёкших ногах, и тут же обнаружил, что это не так-то просто, он только и смог что отползти на ступеньку выше. 'Дело твоё, юноша, но тут ты умрёшь на улице, это лишь вопрос времени, день, два, десять дней, ты, наверное, уже успел, или ещё подхватишь простуду или воспаление лёгких, и умрёшь, захлебнувшись в собственной кровавой мокроте вперемешку с гноем. А, может, тебя пустят по рукам, а потом убьют бродяги? А сейчас у тебя есть хоть какая-то надежда, что я не вру, и что тебя ждёт дом, еда и сухая постель. Ну а если я тебя всё же обману и убью, не всё ли равно, как это будет, смерть неизбежна?' - невозмутимо и так же ровно проговорил человек в чёрном, присев напротив мальчика. Надо сказать, родители Дэймона строго-настрого запрещали ему разговаривать с незнакомцами, особенно, если те представлялись их родственниками или друзьями. Но сейчас не к кому было обратиться за защитой, и убежать-то он и не мог - ноги совсем перестали слушаться и стали похожи на таковые у тряпичной куклы, продаваемой на рынке за восемь медяков. Мир для паренька полностью изменился. За последнее время он привык думать о смерти, поэтому соображение незнакомца о том, что всё равно, где и как умирать, показалось вполне разумным. Тем временем человек в чёрном протянул мальчику руку в тугой кожаной перчатке, приглашая пойти с собой. Дэймон, опьянённый холодом, грустью и гипнотизирующим голосом незнакомца, оставив все страхи и опасения, протянул свою побелевшую от холода ладонь и вложил её в чёрную перчатку, которая тот час же сомкнулась над ней. Его подняли и повели по залитым дождём улицам, сначала медленно, чтобы дать усталым членам разойтись, а потом всё быстрее. Теперь мальчик понял, что замёрз и дрожал от холода, что не ел уже целый день, и его желудок урчал, доставляя ужасную крутящую боль. Тошнота подступала к самому горлу, голова кружилась, а перед глазами стояла серая полупрозрачная пелена. Как он смог передвигать застуженными ногами, Дэймон не понимал, но всё шёл и шёл, ведомый за руку кем-то, чьего лица наш герой даже не смог разглядеть. И этот кто-то, чёрный и незнакомый, уводил паренька дальше и дальше от родного дома, от прежней жизни. Стало темно: то ли это серые тучи так заволокли небо, скрыв и без того тусклое солнце, то ли ночь начала вступать в свои права. Дэймон не знал, сколько прошло времени, но вот они подошли к большому серому дому на незнакомой широкой улице, где мальчику ещё ни разу не доводилось бывать. Здание казалось толстостенным, сложенным из крупных каменных блоков со стрельчатыми окнами. Больше деталей измученный юноша разглядеть не мог. Человек в плаще взял кольцо массивной бронзовой ручки и громко три раза постучал в тяжёлую кованую дверь.

Оценка: 5.41*5  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com К.Вэй "Меня зовут Ворн"(Боевое фэнтези) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) Н.Волгина "Один на один"(Любовное фэнтези) Д.Гримм "З.О.О.П.А.Р.К. Книга 1. Немезида"(Антиутопия) В.Казначеев "Искин. Игрушка"(Киберпанк) О.Рыбаченко "Геном Варвары-красы и космические амазонки"(Боевая фантастика) У.Соболева "Пока смерть не обручит нас"(Любовное фэнтези) Д.Винтер "Постфинем: Цитадель Дьявола"(Постапокалипсис) Ф.Вудворт, "Особый случай"(Любовное фэнтези) А.Минаева "Академия запретной магии-2. Пробуждение хранителя"(Любовное фэнтези)
Хиты на ProdaMan.ru P.S. Люблю не из жалости... натАша ШкотСлепой Страж (книга 3). Нидейла НэльтеПеснь Кобальта. Маргарита ДюжеваПоймать ведьму. Каплуненко НаталияМалышка. Варвара ФедченкоТайны уездного города Крачск. Сезон 1. Нефелим (Антонова Лидия)Дурная кровь. Виктория НевскаяЧудовище Карнохельма. Суржевская Марина \ Эфф Ир��Дочь темного мага, часть 1��. Анетта ПолитоваТурнир четырех стихий-3. Диана Шафран
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
С.Лыжина "Драконий пир" И.Котова "Королевская кровь.Расколотый мир" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Пилигримы спирали" В.Красников "Скиф" Н.Шумак, Т.Чернецкая "Шоколадное настроение"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"