Иванов Валерий Григорьевич: другие произведения.

Попаданец. Проникновение в Империю под видом обозника

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Реклама:
Новинки на КНИГОМАН!


Оценка: 10.00*3  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Я не сомневался, что средство сообщения между ярусами представляет собой разветвленную сеть тоннелей, типа метрополитена. И, если уж, обычные обозники умеют с ним управляться, то я, напичканный различными знаниями выше крыши, сумею это без проблем.

  Попаданец. Проникновение в Империю под видом обозника
   []
  
  
  Наконец, обе боковые луны полностью скрылись за боковыми горизонтами. Вот-вот должны были прибыть обозники. К этому времени у меня уже был подготовлен план проникновения на главный имперский ярус.
  Точнее говоря, я разработал три варианта плана. Можно было во время их прибытия использовать режим невидимости, пробраться в транспортал и совершить переход на нужный ярус. Я не сомневался, что средство сообщения между ярусами представляет собой разветвленную сеть тоннелей, типа метрополитена. И, если уж, обычные обозники умеют с ним управляться, то я, напичканный различными знаниями выше крыши, сумею это без проблем.
  Второй вариант заключался в том же способе проникновения в транспортал, только при отбытии обозников восвояси. Они везут с собой массу имущества - можно спрятаться среди ящиков и коробок.
  Самым надежным, но и самым сложным, был третий вариант. Он предусматривал замену субъектов транспортировки. Я должен был отбыть в имперский ярус вместо одного из обозников. Каким образом его осуществить, пока не решено - здесь придется импровизировать. Смертоубийство, конечно, исключалось. Но существовали такие старые и надежные методы, как подкуп или временное обездвижение кого-то из членов обозного экипажа.
  Старейшина вовсю развернулся с торговлей самогоном и подумывал послать гонцов в другие становища яруса с рекламой крепкого зелья и заключением с тамошними торговцами договоров его поставки.
  Я оставил ему пятьдесят золотых горошин, передав их завернутыми в плотную ткань Тилне и взяв с нее слово, что она отдаст сверток мужу только на следующий день. Это было, более чем щедрое возмещение убытков Мальена за полное обрушение рынка самогона, ведь с отъездом, я собирался полностью разрушить свою потайную пещеру. Кроме того, следовало поблагодарить старейшину и его семью за очень доброе ко мне отношение.
  С самого утра обитатели становища принялись выносить кипы тканей и складывать их штабелями у порога своего дома. Это был верный признак приближения момента прибытия обозников, и я затаился за обломками известняковой породы, валявшимися подле каменоломни. Мое бинокулярное зрение было настроено прямо на цельнометаллический куб, выполнявший функции транспортала.
  Пригревшись под лучами двух дневных светил, я задремал и чуть не прозевал выход обозников. Лишь какое-то шестое чувство толкнуло меня в бок, я встрепенулся и увидел, как лицевая часть куба стала уходить под землю, открывая его черный зев. Значит, транспортал закрывался металлической плитой, управляемой подъемным механизмом.
  Из черноты появился высокий сутулый человек и внимательно огляделся вокруг. Мне даже показалось, что мы встретились глазами, хотя из-за расстояния это было невозможно, и я инстинктивно прикрыл глаза. Не увидев никакой непредвиденной опасности, человек прокричал команду и из куба вывалились все остальные обозники. Их было четырнадцать человек, не считая старшего, который выходил первым. На всех была одинаковая темно-серая униформа: комбинезоны, поверх которых были накинуты короткие куртки, а на головах кепи с длинными квадратными козырьками.
  Они размялись, потряхивая руками и ногами, после чего последовала новая команда сутулого. Тотчас половина из них скрылась внутри куба и через некоторое время эта семерка вновь показалась, толкая перед собой вместительные двухколесные тележки. Теперь уже внутри скрылся старший и появился оттуда с увесистым кожаным мешком, который нес на плече.
  - Деньги для расчетов с тканщиками, - догадался я.
  Он сбросил мешок в одну из тележек и достал из кармана комбинезона черную квадратную коробочку, наподобие телевизионного пульта. Я немедленно увеличил кратность еще в два раза и сконцентрировал свое зрение на ней. Коробочка имела три разноцветных кнопки, расположенные равнобедренным треугольником самым острым углом вниз. Вверху на одной линии находились синяя и зеленая кнопки, а внизу желтая. Старший обозник нажал на синюю кнопку, и плита медленно вылезла из-под земли, закрывая вход в куб.
  Логично было предположить, что зеленая кнопка открывала вход. При помощи желтой, вероятно, запускался механизм перемещения на другой ярус. Какой-нибудь поезд, а может скоростной лифт.
  Старший подождал пока плита полностью стала на место, и махнул рукой в сторону селения. Вереница тележек по одной из радиальных улиц двинулась в сторону центра селения. Возле каждого дома в тележки загружались кипы ткани и сутулый, исполнявший по совместительству обязанности казначея, производил расчет с владельцами кип.
  Все тележки были наполнены, не пройдя и треть улицы, и обоз тронулся обратно к транспорталу, где внутри была произведена его разгрузка. И так они мотались туда-сюда до самого вечера. Причем каждая тележка обслуживалась парами. Один из обозников тащил ее за собой, а другой сзади помогал, придерживая одновременно, кипы, чтобы они не упали на землю. Лесом я подобрался поближе к кубу и при одной из разгрузок, включив режим невидимости, проник внутрь транспортала вместе с суетившимися обозниками. Так и есть - здесь был лифт. Но он был размером с куб, стоявший наверху и всего лишь опускал под землю еще метров на пять вниз.
  А там было что-то типа прихожей и две двери, одна из которых вела в громадный полупустой зал с тремя рядами металлических контейнеров, а другая в небольшую каморку с двумя плотно стоящими рядами кресел. В этих помещениях абсолютно все было сделано из неизвестного мне металла: пол, стены, потолки, кресла, любые мелкие детали их убранства. И все. Никаких элементов, присущих управлению техникой - всяких там встроенных пультов, клавиатуры, экранов, рычагов, рулевых колонок и тому подобного. В большом зале и складывались прямо на пол, вплотную друг дружке, привезенные кипы тканей.
   А контейнеры были вывезены к центру селения. Позже я увидел, что там, рядом с трактиром, стал работать импровизированный магазин под открытым небом. Внутри открытых контейнеров, прямо на стеллажах, лежали всякие товары, начиная от стопок предметов одежды и заканчивая сельскохозяйственными орудиями. Кроме того, лежали груды всякой бытовой и хозяйственной мелочевки - своеобразный минимаркет "Тысяча мелочей".
  Первый вариант проникновения на ярус отпадал, поскольку я не имел пульта управления, а управлять изнутри было нечем. Возможно, оба помещения были вагонами, которые тащил локомотив, находившийся где-то впереди. Изучать, собственно, было нечего, да и время режима невидимости поджимало, и я выскочил назад.
  По моим расчетам работы в становище тканщиков у обозников было дней на пять, не меньше. Еще пару дней они потратят на доставку в транспортал добытой рудокопами руды. Время обдумать дальнейшие действия у меня было.
  Вечером трактир был набит до отказа, еще и очередь снаружи образовалась. Местные пропивали деньги, полученные от продажи заготовок ткани. Ну, а приезжие впервые познакомились с егоровкой, и надо сказать, самогон им пришелся по вкусу. Точнее, не по вкусу, который был все же горьким, а по своим постприменительным ощущениям коварного крепкого алкоголя. Из чего я сделал вывод, что и на главном имперском ярусе высокоградусных хмельных напитков не существовало. Следовательно, и там можно наладить производство самогона. Или запатентовать свое изобретение, а затем продать тамошним крупным дельцам, чтобы не возиться с продажей самому.
  Обозники не чурались подходящих к ним селян, и охотно делились столичными новостями. Правда, как выяснилось позже, хоть и проживали они в столице, но знали очень немногое. Как и было заведено, Мальен в одни руки больше одной порции самогона не отпускал даже обозникам, хотя те и просили об этом. Впрочем, стаканчика егоровки вкупе с парой кружек местного эля хватало для нужных ощущений любому здоровяку, а их среди обозников не наблюдалось.
  Я же внимательно присматривался к приезжим. Мне нужен был обозник, похожий на меня хотя бы ростом и фигурой. Двое из них по этим параметрам подходили, а один даже отдаленно напоминал чертами лица меня. Но сходство было слабеньким, и уж, конечно, остальные враз опознали бы чужака. Но у меня и на это существовали свои контрмеры...
  Как вы уже догадались, я выбрал третий вариант плана. Второй не подходил, так как кипы складывались вплотную - еще и задохнешься, пока доберешься до имперского яруса. В течение какого времени проходит переезд в другой ярус я понятия не имел.
  Выбранный мной обозник, к тому же, буквально пожирал Эмату глазами. Веселая толстушка ему явно нравилась, если не сказать больше, и он замирал, когда она появлялась в зале трактира. А уж, когда дочь трактирщика приносила ему заказанное, бедняга впадал в полное оцепенение, неподвижно уставившись на предмет своего обожания. Что тоже было немаловажным фактором - этот парень был психологически готов остаться в селении ради Эматы.
  На второй день я подсел, а точнее подстал, так как сидеть в трактире было не на чем, к избранному мной обознику. Людей в трактире было уже меньше, но за его столом стояли еще двое местных. Вскоре они допили свое пиво и удалились восвояси. Обозник не спешил. Как и его товарищи, он сидел до самого закрытия трактира, а затем они все вместе отправлялись в транспортал, где и проводили ночь.
  Я начал издалека, типа, почем овес в ваших краях и какие виды в этом периоде на урожай овощей. В общем, обычный треп ни о чем конкретно. Сначала он слушал меня рассеянно и отвечал короткими фразами, не содержащими никакой полезной информации. И все время поглядывал на дверь, ведущую в кухню. Ясно, ждал Эмату, которая сегодня куда-то запропастилась.
  Но вот пухлощекая дочь старейшины, наконец, появилась и, завидев меня, направилась прямиком к нам, чтобы поинтересоваться, что я хочу заказать. Ко мне здесь было особое отношение, а Эмата и вообще просто таяла при виде моей персоны. Пока она оживленно щебетала, едва не касаясь плечом моего неразговорчивого собеседника, тот натурально обалдел и застыл безмолвным изваянием.
  Да так и стоял, пока она не принесла нам по пиву. Кружку эля я заказал для него за мой счет. Парень очнулся лишь, когда Эмата пожелала нам стандартное: - приятного хмеля, - и с тем удалилась в свои кухарские чертоги. Бедолага обозник принял это пожелание исключительно в свой адрес и совсем засчастливел от сказанного.
  - Ты слышал, она пожелала мне приятного хмеля! - с восторгом произнес он, видя во мне свидетеля своего неслыханного успеха и потому проникаясь к таковому самыми теплыми чувствами.
  - Конечно, - поддакнул я, - и, по-моему, ты ей очень понравился.
  - Да?!? Ты это заметил? - и с этой минуты он стал моим лучшим другом.
   Теперь мы встречались в трактире каждый вечер. Его звали Кастл. И поскольку Эмата, по понятным причинам, всегда особо отмечала наш столик и неизменно задерживалась возле него, моя потенциальная жертва уже не впадала в обычный ступор, а просто молча пожирала ее жадными глазами.
  К четвертому вечеру я уже знал об обозниках многое и кое-что о жизни в столице.
  Обозники были особой кастой. Их жизнь проходила в специальных закрытых казармах и на свободу их не выпускали. Единственным их развлечением были настольные игры, типа нашего домино и костей. Каждая группа обозников обслуживала определенный ярус, поэтому узнать что-то о других ярусах мне не удалось. Свободный выход в город имели лишь старшие обозники и то по специальному графику.
  - Значит, ты никогда не знал женщин и тебе нельзя жениться? - спросил я.
  - Да, - ответил он зардевшись.
  - А, как же старшие обозники, они тоже не имеют семей?
  - У них есть общие жены.
  - Общие жены? - поразился я.
  - Они занимают отдельную казарму, и на закрытой ее половине живут только женщины. Дети, которые рождаются у них от старших обозников, воспитываются там же и затем сами становятся обозниками.
  - И тебе нравится такая жизнь?
  - Какая есть, другой мне не положено, - горько вздохнул он. - Я родился обозником и умру обозником - такова моя доля.
  - Но деньги-то вам платят за вашу работу?
  - Платят немного. Да и зачем они нам? Нас кормят и одевают бесплатно, за счет императорской казны. Деньги тратить некуда и копить бессмысленно. Вот и проигрываем их в кости. И раз в период наслаждаемся свободой в этом и других становищах, пьем пиво, общаемся с другими людьми. Это длится долго.
  - Ты никогда не хотел сбежать из своей казармы?
  - А, куда? И потом все равно ведь поймают и тогда приговорят навечно к каторжным работам на рудниках. А я видел, как живут рудокопы... Нет, лучше быть обозником, чем рудокопом.
  - На рудниках, сказал он, - отметил я про себя, - выходит этот ярус не единственный, где есть рудник?
  - Ты бывал на других ярусах?
  - Нет. Уже много периодов мы посещаем только этот ярус. Но здесь так хорошо, что на другой никто не хочет.
  - А рудники? Они есть и на других ярусах?
  - Не знаю. Но слышал от старшего обозника, что самых отъявленных преступников ссылают совсем в другой мир, вне нашей империи. Там тоже есть рудник, там не бывает дня - только ночь, и оттуда никто не возвращается.
  - Старший обозник что-нибудь знает, где находится этот другой мир? - осторожно поинтересовался я.
  - Вряд ли. Он тоже слышал от кого-то. А тебе зачем? Хочешь туда попасть?
  - Нет, просто интересно. Я ведь, кроме нашего яруса вообще нигде не бывал, - ушел я от этой темы, - ты вон в столице живешь...
  - Только что живу..., - вздохнул Кастл.
  - И я бы очень хотел туда попасть, - закинул я удочку.
  Но мой собеседник заскучал, вспомнив о своей постылой жизни в казарме, и ушел в себя. Я не стал форсировать события. Пусть попереживает. Я ведь и раны разбередил ему не напрасно. Мы еще вернемся к теме о лучшей жизни.
  К вечеру пятого дня обозники закончили сбор кип у тканщиков и завтра должны были пойти к рудокопам. Я знал, что грузовой отсек уже почти полон и в другие становища яруса обозники пойдут следующими рейсами. Об этом говорил еще Мальен. Мне следовало начинать решительные действия.
  Как обычно, мы встретились с Кастлом вечером в трактире. Он был грустен. Работа на нашем ярусе заканчивалась, и Эмату он сможет увидеть лишь в следующем периоде.
  - Скоро уезжаете? - поинтересовался я.
  - Да, - он тяжело вздохнул и окинул зал трактира тоскливым взглядом.
  - Слушай, а как вы перемещаетесь на другой ярус? Большая тележка вас везет, что ли? Столько груза-то...
  - Я не знаю, как это происходит, - бездумно ответил он, уже шаря взглядом в поисках Эматы.
  - Как это не знаешь? Не хочешь рассказать старому другу о своих дорожных ощущениях? Мимо чего проезжаете, что видите?
  - Ничего мы не видим. Садишься в кресло, старший нажимает какую-то кнопку на штуковине, которая открывает и закрывает вход и все.
  - Как это все? - поразился я, - а дальше то - что?
  - Все. Как бы теряешь сознание, а когда очнешься - мы уже на месте на складах, которые находятся рядом с казармами.
  - Вот здорово! - притворно восхитился я, - и сколько времени это занимает?
  - Неизвестно. Даже старший обозник этого не знает.
  - Хотел бы я попробовать!
  - Ничего приятного. Надо пристегиваться металлической сеткой. Потом сильно сдавливает грудь. А затем сплошная чернота. И больно.
  - Жаль. Мне так хочется побывать в столице.
  - Может, еще побываешь.
  - Давай, махнемся!
  - Чем?
  - Места-а-ами, - внушительно произнес я, растянув это слово, - ты останешься здесь, а я смотаюсь в столицу.
  - Ты шутишь? - Кастл даже рассмеялся от нелепости такой перспективы.
  - Ничуть. Поменяемся одеждой, никто и не заметит.
  Он опять засмеялся и помотал головой: - Ну, ты и подкольщик!
  - Я говорю вполне серьезно, - я понизил голос, - и не кричи так громко!
  - Но это невозможно! - он перешел на шепот, хотя еще и не осознав, что я не шучу.
  - Почему?
  Вот здесь он задумался и поглядел на меня искоса. До него начала доходить вся серьезность моего предложения.
  - Почему..., повторил он, - старший обозник все равно не разрешит.
  - А, кто его спрашивать будет?
  Кастл разинул рот. Вбитая в него с молоком матери железная дисциплина не допускала такого варианта. Он пожевал губами, думая над ответом.
  - Он просто не пропустит тебя в бальдмейкс.
  - Я же переоденусь в твою одежду...
  - Ну и что, - теперь Кастл включился в игру и начал полемизировать, - когда мы отбываем в имперский ярус, он запускает нас по одному и пересчитывает, чтобы никто не остался. Ты будешь проходить мимо него вплотную. Он увидит твое лицо, его не обманешь.
  - Это мои трудности, - сказал я, - и вообще ты хочешь зажить нормальной жизнью? С собственным домом, со своей семьей. С женщиной и всем таким прочим?
  - Это невозможно, - глаза его потемнели, - зачем ты надо мной смеешься?
  - Еще как возможно! Вот бери!
  И я сунул ему в руку четыре золотых горошины. Он разжал ладонь и недоуменно посмотрел на сверкнувшее золото.
  - Откуда у тебя такие деньги? Я никогда даже не видел золотых монет.
  - Это твои деньги. Спрячь их и слушай меня внимательно.
  Кастл повиновался и осторожно опустил горошины в карман комбинезона, придерживая их внутри пальцами, будто боялся, что они ускользнут. Это был старый трюк. Известно, что за деньги можно купить не все. Но за очень большие деньги продается все, даже душа. А, положив громадную сумму в свой карман, потом невозможно с ней расстаться.
  - Лучшая жена стоит здесь восемь ларгов. Тебе же нравится Эмата?
  Он ошеломленно кивнул головой.
  - Вот и уплатишь за нее старейшине. Она будет счастлива с тобой, тем более что ты ей нравишься.
  Здесь я покривил душой, но на карту было поставлено все. Но, кто знает, может действительно дочь Мальена обретет свое счастье?
  - Да, - произнес Кастл, как во сне, - я ей определенно нравлюсь.
  - На остальные деньги ты построишь дом. Свой дом, - подчеркнул я, - обзаведешься хозяйством и прочим необходимым. И у тебя еще останутся деньги. Ты представляешь, что такое целых четыре дарга?
  Он утвердительно кивнул головой, но затем стал мотать ей отрицательно. Парень был в панике.
  - Будешь жить поживать, да добра наживать, - закончил я известной русской присказкой.
  - Это невозможно! - прохрипел Кастл, но было видно, что нарисованная мной картина вольной жизни ошеломила его, и он даже представил ее хоть крохотным кусочком.
  - Возможно! - настаивал я, и все это сбудется, вот увидишь.
  - Старший обозник тебя не пропустит!
  - Опять, двадцать пять! Говорю же - это я беру на себя. Твое дело...
  В это время возле нас нарисовалась незаметно подошедшая Эмата и невинно поинтересовалась, будут ли пить спорщики, может это собьет их пыл?
  Не знаю, помогло ли ее присутствие или наоборот, но только почти ухвативший наживку обозник внезапно замкнулся. Он молча цедил свое пиво и не отвечал на мои попытки возвратиться к этой теме. Глаза у него были полубезумные.
  - Как бы он не спятил на этой почве? - не на шутку обеспокоился я про себя.
  Так в молчании мы и провели остаток вечера. Но руки из кармана Кастл так и не вынул и денег не возвратил. Значит, шанс на мирное урегулирование проблемы оставался.
  - Еще день тебе на размышление, - прошептал я на прощание, -смотри, не упусти своего счастья - всю жизнь жалеть будешь, а она у тебя и так хреновая...
  Он опять ничего не ответил.
  И вот настал день Х. Я был настроен очень решительно, вплоть до применения, если понадобится, силовых методов. Нет, убивать я никого не собирался, а вот обездвижить помеху намеревался без церемоний. Другой шанс попасть на имперский ярус мог представиться только через период - такое время меня не устраивало ни при каких условиях.
  Вечером все обозники собрались на прощальную выпивку. Пришло и немало местных, так что зал был почти полон.
  Кастл подошел к своему обычному месту, и это меня ободрило. Я еще некоторое время наблюдал за ним издали. Казалось, он принял нужное решение - полубезумная гримаса исчезла с его лица, а на губах даже блуждала легкая улыбка.
  - Как дела? - вопрос заданный мной был стандартным, но за ним скрывалось многое.
  - Я согласен, - прошептал обозник, хотя надобности в понижении тона не было, кругом стоял гвалт подвыпивших любителей эля.
  - Нам нужно поменяться одеждой, - сказал я.
  - Я готов.
  - Не сейчас. Немного позже, пусть народ еще поразойдется.
  - А что, если все-таки старший обозник узнает, что это не я и не пропустит тебя.
  - Я его уже подкупил, - эту ложь я заготовил заранее, и она подействовала на Кастла успокаивающе.
  - А, если другие заметят?
  - Не заметят, я об этом побеспокоюсь.
  У меня на этот счет были свои соображения, которые я начну воплощать в жизнь чуток позже, когда присутствующий в трактире люд дойдет до определенной кондиции.
  Некоторое время мы пили пиво молча. Но все же сомнения терзали обозника.
  - А как ты сбежишь потом? Территория складов и лагеря огорожена и охраняется стражами.
  - Старший обозник меня выведет, - вновь соврал я, - у нас уже все оговорено.
  - А потом меня хватятся и станут искать.
  - Тебя здесь искать никто не будет, ты ведь выбрался вместе со всеми из становища тканщиков. Будут считать, что ты совершил побег там, и начнут твой розыск тоже там. И пусть себе ищут - имперский ярус большой.
  - Ты все продумал, - с уважением сказал Кастл.
  - Я отлучусь по делам, - вместо ответа на похвалу, произнес я, - жди меня здесь - я скоро вернусь.
  И я пошел на кухню. Там вовсю кипела работа. Мальен отмерял порции самогона и разливал в кружки пиво, Тилна возилась, готовя посуду, а Эмата носилась в зал и обратно, разнося заказы.
  - Я хочу, - сказал я, подходя к старейшине, - чтобы ты угостил обозников егоровкой. По два стаканчика каждому, за счет заведения.
  - Еще чего! Пусть платят, как положено! Ты меня за дурака считаешь - торговать себе в убыток?
  - Ты меня не понял. Платить буду за всех я. А ты просто объявишь, мол, по случаю успешных торгов трактир раскошеливается на бесплатную выпивку.
  С этими словами я положил на прилавок, где стояла пустая посуда, восемь серебряных ларгов.
  - Хватит?
  - Мальен пошевелил губами и энергично кивнул головой - по его подсчетам выходил еще недурной приварок.
  - Старшему обознику, - дополнил я, - поднесешь один за другим три стаканчика. Лично. Договорились? Начинай прямо сейчас.
  Мальен кивнул головой и принялся разливать самогон по стаканчикам.
  - Что ты задумал? - спросил он, когда порции были готовы.
  - Ничего. Просто я провернул со старшим обозником очень выгодную для меня сделку и хотел бы их всех поблагодарить. Они мне кое-что должны привезти, когда прибудут со вторым рейсом в становище растенщиков. Ты тоже в накладе не будешь.
  Не знаю, поверил ли умный старейшина в эту мою, на ходу придуманную ложь, но намек, что и ему кое-что достанется, успокоил его. Он поставил на поднос пятнадцать стаканчиков с самогоном и двинулся в зал.
  Я же быстро взял одну из кружек с пивом, отлил из нее немного и набуровил на место отлитого хорошенькую порцию самогонки. Затем схватил за руку пробегавшую мимо Эмату и сунул ей кружку в руки.
  - Отнеси это обознику, который стоит все время вместе со мной, - попросил я, - твоему отцу уже заплачено.
  Тем временем из зала донесся восторженный рев грубых мужских глоток - это обозники приветствовали желание хозяина трактира угостить их за счет заведения. Эмата же зарумянилась оказанным ей знаком внимания и понеслась выполнять мою просьбу.
  Смесь самогона с элем, который на моей родине метко окрестили ершом, сделает невозможным допустимое изменение решения все еще сомневающимся обозником. Такая порция уложила бы и привычного к лошадиным дозам земного выпивоху. Я хотел быть уверенным в исполнении своего плана.
  Мальен возвратился на кухню и взялся за приготовление следующих порций. Мое сердце наполняло внутреннее ликование - все шло, как и было задумано. Сделав свое черное дело, я со спокойной душой возвратился в зал.
  Как и следовало ожидать, Кастл, вдохновленный личным презентом своей будущей жены, выдул уже почти всю кружку и держался на ногах весьма нетвердо.
  - Пошли, - скомандовал я ему, - пора меняться одеждой.
  Ноги у него заплетались, но с моей помощью мы кое-как выбрались на улицу. Внимания на это никто не обратил, все были охвачены азартом дармовой выпивки. Мало ли куда мужикам надо выйти, до ветру, например.
  На улице несчастному обознику стало совсем плохо. Он отключился, повис на моих руках, и мне пришлось ввести дополнительную физическую мощь. Было уже темно и следовало торопиться.
  Укромное местечко я подобрал заранее. Между трактиром Мальена и домом его соседа была узкая щель, которая далее расширялась, поскольку соседний дом стоял несколько под углом к трактиру. Я втиснул туда сначала Кастла, а затем пролез сам. Переодевание заняло определенное время, поскольку обращаться с в стельку пьяным обозником пришлось, как с грудным младенцем. Он что-то мычал и упирался, оказывая пассивное сопротивление.
  Он был немного крупнее меня, и моя одежда на него влезла с трудом. Зато его комбинезон пришелся мне впору, так как на меня был надет дополнительный комплект местного одеяния, под которым находилось невесомое и неощутимое бронетрико. На бронике я предусмотрительно застегнул свой пояс с монетами, чтобы быть во всеоружии и уже не возвращаться в свое логово.
  Бедолага Кастл был бережно уложен на землю лицом вниз. Почему именно так? Дело в том, что неединичны случаи, когда перепившиеся пьянчужки захлебывались своими собственными рвотными массами, лежа на спине. На моей родной планете, разумеется. Рвотных рефлексов у представителей здешнего народа пока не наблюдалось, но береженого бог бережет. Сверху я накрыл его заранее приготовленной циновкой из грубой ткани, чтобы кто-то любопытный не сунул нос в эту щель и не обнаружил неподвижно лежащее на земле тело.
  Все, основные задачи были выполнены. Я надвинул козырек кепи на лицо, как можно ниже и возвратился в трактир. Веселье было там в самом разгаре. Все обозники уже приняли по второй, а их главарь уже нетвердой рукой прицеливался и на третью. Чем кардинально отличался местный выпивоха от своего земного собрата, так это сдержанностью своих агрессивных чувств. Если нашему, зачастую, хочется непременно закончить банкет с помощью оглобли или увесистого предмета мебели, будь это не на природе, то эти вели себя очень мирно. Единственное, на что их непреодолимо тянуло, это повращать поднятыми вверх руками и потоптаться по кругу. Прямо, птицы со сложенными крыльями, штопором медленно падающие на землю. Впрочем, в подобный пляс пустились только местные любители эля, сдобренного стаканчиком егоровки. Обозники стояли чинно, и лишь вытаращенные глаза, да внезапные резкие отклонения тел от вертикали свидетельствовали об уровне их опьянения.
  Надо отдать должное старшему обознику, опрокинув третий стопарь, он не впал в прострацию, а встрепенулся и отдал своим орлам команду на выход. Приказ был исполнен беспрекословно и обозный народ потянулся на улицу. Здесь он построил подчиненных в шеренгу, пересчитал всех и, встав впереди, в качестве поводыря, повел колонну по радиальной улице в сторону транспортала. Я замыкал вереницу бредущих пошатывающихся фигур. Не потому что боялся лишний раз попасться на глаза старшему, а оттого, что опасался, как бы кто не потерялся в этой темноте. Это вызвало бы дополнительные разборки, стали бы выяснять, кто именно потерялся и меня могли расшифровать, как чужого.
  Уходя, я бросил прощальный взгляд на трактир. Семья Мальена стала для меня почти родной. Будут ли они вспоминать о странном пришельце, неожиданно появившемся в их становище и столь же внезапно исчезнувшим? Я был благодарен им за доброе отношение и поддержку. Тех денег, которые я им оставил, хватит да конца жизни, на них можно скупить все имущество становища тканщиков. Вероятно, разбогатев, они перестанут вести громоздкое хозяйство с джалмами, ограничившись трактиром. Что же до Эматы... В любом случае я не мог стать ее избранником. Уверен, что истосковавшийся по женской ласке и семейному уюту Кастл, будет ей превосходным мужем.
  Загрузка в транспортал прошла, как говорится, без сучка, без задоринки. Старший обозник, встав у входа, пропускал всех по одному и просто пересчитал личный состав своего экипажа по головам. В лица он не вглядывался - достаточно было характерных комбинезонов и кепи.
  Кресел оказалось шестнадцать, и одно из них осталось пустым. Как и другие, я пристегнулся висевшей сбоку металлической сеткой и стал с некоторой тревогой ждать старта. Перенесет ли мой земной организм это путешествие, может, тела обитателей внутри устроены по иному?
  Но все обошлось благополучно. Старший обозник поманипулировал своим пультом и меня резко вжало в кресло. Грудь сдавило, дышалось с большим трудом, я съежился и замер. Ощущения дальше были такими, будто огромная рука крепко сжала меня в кулак и зашвырнула в тартары. Я потерял сознание, а когда очнулся, увидел, что обозники уже освобождаются от своих сеток и спешат на выход.
  Вместе со всеми я приступил к разгрузке привезенных товаров в одно из помещений громадного склада, возле которого находился и куб транспортала, но на втором заходе включил режим невидимости и сбежал. Здесь уже начинался рассвет. В полумраке за складом возвышались длинные коробки двухэтажных зданий, видимо, это были казармы обозников. Рядом темнела стена забора, высотой более двух метров. Полагая, что его верхушка может иметь сюрпризы в виде колючей проволоки или битого стекла, я включил режим полета и легко его перемахнул.
  Город еще спал и был безлюден. Я снял комбинезон обозника и демонстративно положил его на самом виду, положив сверху кепи. Пусть убедятся, что Кастл совершил побег именно в этом месте и удачи им в его безуспешных поисках.
  Одежка моя мало отличалась от здешней, разве только более грубой тканью и некачественным пошивом. Но на всякий случай я сразу сменил ее, дождавшись открытия одной из многочисленных лавчонок, торгующих готовой одеждой и обувью. Начиналась новая жизнь, которая оказалась гораздо боле опасной и насыщенной, нежели на предыдущем ярусе.
  
  Продолжение следует.
   Полностью книга находится по адресу:
  http://samlib.ru/i/iwanow_w_g/ivg2002-100.shtml
Оценка: 10.00*3  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Межзвездный мезальянс. Право на ошибку" С.Ролдугина "Кофейные истории" Л.Каури "Стрекоза для покойника" А.Сокол "Первый ученик" К.Вран "Поступь инферно" Е.Смолина "Одинокий фонарь" Л.Черникова "Невеста принца и волшебные бабочки" Н.Яблочкова "О боже, какие мужчины! Знакомство" В.Южная "Тебя уволят, детка!" А.Федотовская "Лучшая роль для принцессы" В.Прягин "Волнолом"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"