Lixta Crack: другие произведения.

Потусторонним вход воспрещен

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:

    Однажды я услышала голос в своей голове. Уже много лет он говорит со мной. Он обучил меня многим столь странным и в то же время чудесным вещам. Он рассказывает истории, дает советы и заставляет вспоминать. Вспоминать то, чего никогда не происходило со мной. С некоторых пор он является во сне. Он объяснил, насколько важны сны. Это едва ли не самая важная часть жизни. Та часть жизни, которая протекает в других мирах. Та часть жизни, которая не кончается.






  Погасить свет, заткнуть уши, завязать глаза, чтобы даже тусклый свет звезд в оконном стекле не напоминал о мире. Завернувшись в одеяло, я исчезаю. Меня здесь больше нет. Потерять себя на границе сна и бодрствования, когда уже не видишь внешнего мира, но помнишь о его существовании. Раствориться в тишине и услышать сухой шелест кожистых крыльев. Он пришел. Нет, это я пришла туда, где слышатся шорохи крыльев нетопыря и воздух пахнет дымом и опавшими листьями. Ранняя осень. Здесь всегда ранняя осень. Еще достаточно тепло, чтобы ночевать под открытым небом, но листья уже опадают, прямо в костер. Они вспыхивают и умирают, напоминая человеческие жизни. Там, далеко, в реальном мире, я так же падаю в костер, но этот миг кажется таким долгим, длинною в целую жизнь. Не то, что здесь, в сравнении с вечностью. Еще влажные листья успевают иссохнуть за свое короткое падение, вспыхнуть в последний раз и тут же истлеть, разнося запах смерти.
  В руке я сжимаю кифару, она не моя, я даже играть не умею, но все-таки провожу пальцами по струнам, разбудив тишину грубым треском.
  - Рея, - слышу тихий шепчущий голос, его хозяин стоит вдалеке меж деревьев, но голос слышен отчетливо.
  - Я не Рея, - отвечаю, - Мне не нравится, когда ты зовешь меня этим именем.
  - Я хочу, чтоб ты помнила, - произносит он и садится за моей спиной. Бесшумно, но я знаю, что он уже там. Его лица я не вижу. Он не всегда его показывает.
  - А я не хочу, - он протягивает руку и проводит длинным черным когтем по струнам кифары, как медиатором. На это раз струны отзываются приятным звуком, а не тем, что извлекаю я своими человеческими пальцами, режущим тишину скрежетом.
  - Ты все еще злишься, - говорит он.
  - Я этого не помню, - отвечаю и оборачиваюсь. Его лица я все еще не вижу, оно скрыто под капюшоном.
  - Ты ведь останешься, - это не вопрос, это утверждение, - Рано или поздно ты останешься. А я буду ждать тебя здесь.
  - Я не могу, - отвечаю, - Ты же сам знаешь.
  - Все-таки, ты - Рея. И ты все еще злишься на меня.
  - Я этого даже не помню! - встаю с места и ухожу к побережью. Это место больше не кажется мне приятным. Костер все еще проглядывается среди деревьев, а на его фоне отчетливо видна сидящая человеческая фигура. Костер кажется таким большим, а темный силуэт будто бы находится в огне. Слышатся звуки кифары.
  Действительно злюсь, но не на демона, злюсь на себя. Потому что я не та, кем он считает меня, потому что мне нравится та, кем я становлюсь рядом с ним, потому я проснусь, и ничего этого не будет, потому что хочу домой, но не знаю, где он, мой дом. Потому что не помню. Совсем не помню ничего из того, что он рассказывает обо мне самой. Потому что сама хотела бы соответствовать этому образу. Но не выходит. Я смотрю на свои руки и вижу привычные линии человеческих ладоней. И вспоминаю, что все это только снится мне. Мне не нравятся мои руки, и они превращаются в призрачные линии, едва видимые. Я поднимаюсь над землей став облаком пара, вижу, что он все еще сидит у костра и смотрит на небо. Поднимаюсь все выше и выше, но вдруг обилие неприятных звуков заставляют меня вывернуться наизнанку и закричать от боли. Почему я опять не осталась?! Не хочу назад!
  ***
  Повязка для глаз уже не спасает от пронзительных солнечных лучей. Я просыпаюсь, но все еще испытываю мучительную боль от того, что все закончилось, от того, что все-таки помню, что есть другие миры, от того, что опять не осталась. Боль почти физическая. Очередное утреннее нигредо.
  Привожу обыденную реальность в порядок, постепенно забывая сновидения. Явный мир снова закружит делами, сердце забьется в привычном ритме. И все окажется не таким ужасным, как кажется в первые мгновения после пробуждения. Тяжелая свинцовая тоска по несбывшемуся спрячется в глубине позвоночника и не станет рвать меня на части, лишь слегка отяжелит поступь, да заставит ссутулиться. Я уже научилась загонять ее настолько глубоко, чтобы она не могла отравить мне день. Цитринатас, - вспомню я. Очередной переходный этап.
  Все в порядке. Ведь у меня все хорошо, правда?
  - Давай, проверь почту, - слышу чужие мысли, - Там что-то важное.
  Раньше он жил только в моей голове. Но он становится сильнее, это я помогаю ему. Днем я не испытываю тех чувств, которым даю волю в иных мирах. Я научилась их не испытывать, после того, как прошла через полное нигредо несколько лет назад. Просто делаю то, что должна, утешая себя тем, что есть и другая жизнь. Да и явная реальность становится все пластичнее, практически ничего не случается без моего на то согласия. Разобраться бы еще, чего я хочу на самом деле. Пожалуй, это самая сложная задача. Иногда мне хочется, чтобы реальность приобрела яркие краски, интересные повороты сюжета, ведь я же не должна желать покоя. Или это снова не мои желания? Я ведь не книжку пишу, а живу, так какая разница, насколько интересно будет выглядеть это со стороны? Вон, живут же люди в одном городе всю жизнь, на одной улице, в одной квартире, вдруг они и счастливы?
  И умирают они в том же доме, где родились. Нет, это точно не для меня. От одной этой мысли страшно становится. Чем однообразнее дни, тем быстрее они проходят. Только проснулся, уже вечер, моргнул - утро. И вот уже тебя не мама будит утром в школу, а сам просыпаешь и идешь стоять в очереди за пенсией. Я так не хочу. Они мне кажутся живыми мертвецами, какая разница, умрут они завтра или через полвека, велико ли различие? Смотрю на них, как на те листья, что падали в костер. Нет, это не про меня, у меня ведь точно по-другому, ну скажи?
  - Не про тебя, не волнуйся так, - снова слышу его голос в своей голове, - Ты особенная, не сомневайся, ведь у тебя есть я.
  - Только тебя нет! - отвечаю вслух, - Я тебя выдумала!
  - А может это я тебя выдумал? - он смеется.
  - Ты меня до психиатра доведешь, - отвечаю.
  - Ты не могла выдумать меня, помнишь, как я помогал тебе с уроками истории? Откуда бы ты все это узнала? А когда ты читала Тору на арамейском? Ты ведь не знаешь арамейского.
  - Вот пойду и сдамся в дурдом, посмотрим, как ты выстоишь против галоперидола.
  - Тебе его не назначат, - уверено заявляет он.
  Интересно, где он пропадает, когда я не слышу его?
  ***
  Этой ночью мне снился кошмар. Я не могла пошевелиться, веревки больно впивались в запястья. В нос ударил ядовитый запах серы и дыма. Жарко, очень жарко. Ничего не вижу. Пламя лижет ступни, но мне не больно, только очень жарко. Слышу, как трещат поленья. Не могу дышать. Я кричу хриплым обожженным голосом. Да будьте все вы прокляты!
  - Я хочу, чтоб ты вспомнила, - слышу знакомый голос в треске костра.
  Я все еще кричу и извиваюсь, но запаха дыма больше не чувствую. И жара тоже.
  - Ну, тише, успокойся уже, тебе ведь не было больно, - он пытается удержать меня руками.
  - Отвали, падла, - кричу и отбиваюсь от его рук. Я знаю, что все закончилось, теперь я просто злюсь.
  - Ну, прости меня, я не хотел тебя обидеть, - говорит он и отпускает.
  Действительно, не хотел обидеть, просто сжег на костре, было бы с чего обижаться?
  - Зачем? - наконец открываю глаза, полные слез и злости.
  - Я хотел, чтобы ты вспомнила, - спокойным голосом психиатра говорит он.
  - Чтоб вспомнила, как ты сжег меня?
  - У нас не так много общих воспоминаний. Я лишь выбрал самое яркое.
  - Офигеть просто! Ты мне всю ночь испортил!
  Поднимаюсь на локтях и понимаю, что лежу на каком-то высоком каменном постаменте. Обстановка мне знакома, я бывала уже здесь. Это один из залов храма, освещенный факелами. Стол, на котором я лежу - единственный предмет мебели. Зато по углам валяется кучи какого-то хлама.
  И костер мне тоже снился не раз. И я помню, почему мне не было больно. Не потому, что это сон. Он дал мне что-то выпить перед этим. Наверное, морфий какой-нибудь, или чем там еще делали анестезию в средние века?
  Кажется, я знаю, что это за стол. Это жертвенник. Вот, черт! Я резко вскакиваю, но, не рассчитав высоты алтаря, спрыгиваю неудачно, больно ушибив коленку.
  - Какого черта, я здесь делаю? - спрашиваю Крона, поднимаясь с пола, - Может ты меня еще и в жертву собрался принести?
  - Хм, может и собрался, - издевательски улыбается он, - Тебя что-то смущает?
  - Ты задрал лезть в мои сны!
  - Так не зови меня, - он снова так же мерзко улыбается.
  - Я не звала! По крайней мере, не сегодня. Ты здесь живешь? - спрашиваю, окидывая надменным взглядом помещение.
  - Жил когда-то. Давно это было.
  - Оно и видно.
  - Хочешь яблоко? - вдруг спрашивает он.
  - А что не гранатовые зерна? Не следуешь традициям? - теперь пришла моя очередь поиздеваться, - Яблоки на меня не действуют, знаешь ли.
  - Ты меня с кем-то путаешь. Разве ты видишь вокруг мертвецов? Да и я на роль Гадеса не тяну.
  - Да черт тебя знает.
  - Не знает. Так ты будешь яблоко? Сегодня пятница, - его логика всегда казалась мне немного странной, но со временем я начала ее понимать. Или просто привыкла.
  - Буду.
  На самом деле, я знаю, почему он предложил мне именно яблоко. Во снах все весьма символично. Яблоко ассоциируется с плодом от Древа Познания. Он хочет, чтобы я запомнила. Не уверена, что мне эти воспоминания приятны, но все же помнить лучше, чем забывать, что бы ни говорила ему вслух. Поэтому не отказываюсь от фрукта. К тому же после акта аутодафе мне всегда хотелось поесть. И я с удовольствием впилась зубами в сочную яблочную мякоть. Наяву никогда не пробовала таких вкусных яблок.
  - Не надо меня больше сжигать, хорошо? - произнесла, зашвырнув огрызок в угол, - Мне это не нравится.
  - Правда, что ли? - демон удивленно вскинул бровь, а я пожалела, что не кинула огрызок в него.
  - Как же ты бесишь меня порою! - выпалила.
  - Бесы бесят, это нормально, - он холодно и звонко расхохотался, а потом вдруг придал своему лицу отрешенный вид, посмотрел куда-то в угол и серьезно произнес, - Тебе пора.
  - Весь сон мне испортил, - пробормотала и проснулась.
  ***
  Не могу сказать, что жизнь моя не удалась. Скорее наоборот, мало кто может похвастаться теми событиями, которые со мной происходили. "Такое счастье и на свободе" - это про меня. Иногда даже сама себе завидую. Практически все мои желания, даже самые нелепые, рано или поздно сбывались. Но в один прекрасный день наступил момент, когда я попросту разучилась желать. Нет ничего такого в этом мире, чего мне по-настоящему хотелось бы. Все кажется каким-то суррогатом, дешевой подделкой того, что действительно достойно моего желания. Материальные блага как таковые перестали интересовать. Есть минимальный уровень комфорта, электричество и водопровод, продукты в магазине, теплое одеяло, разве мне нужно что-то большее? Нужно. Но оно настолько большее, что в реальном мире вряд ли этому найдется место. Поэтому я снова затыкаю уши берушами, завязываю глаза поплотнее и растворяюсь в темноте. Только тихий шорох кожистых крыльев слышен за окном. Но мне не удается уснуть. Стук металлических когтей по стеклу, такой громкий, что даже беруши не спасают. Снова стук. Выбираюсь из-под одеяла, открываю окно.
  - Ну, заходи, раз пришел, - кричу в темноту.
  - Лучше ты выходи, - из темноты протягивается когтистая длань.
  - Подожди, проверю реальность, - сосредотачиваю взгляд на стекле: "Пусть оно станет жидким, как вода", - а затем протыкаю стеклянную гладь пальцам. По прозрачной поверхности идут волны, как от брошенного в воду камня, а палец утопает в жидкости. Не слишком-то жидко вышло, скорее похоже на желе. Ну да ладно, в реальности такого точно не бывает, значит, я все-таки сплю.
  Забираюсь на подоконник распахнутого окна, хватаюсь за протянутую руку и шагаю в окно. Мы идем по воздуху. Земля где-то далеко внизу. Воздух немного проваливается под нашими ногами, будто идешь по мягкому снегу, только он еще мягче, но все же достаточно плотный, чтобы выдержать наш вес. Или же мы попросту ничего не весим.
  - Я бы хотел попробовать воплотиться, - вдруг заявляет демон.
  - Ну, так воплощайся, ты же делал это раньше.
  - Я не хочу рождаться заново, - немного замявшись, отвечает он, - Не хочу заново все вспоминать. Это слишком долго. Не хочу еще несколько тысяч лет тебя искать.
  - Так, ты чего-то хочешь от меня?
  - Придумай меня живым.
  - У меня сил не хватит, ты же знаешь, - сейчас мне действительно не хотелось ему отказывать, но я знала, что то, о чем он просит, слишком затратно для меня.
  - Используй Эрума, - иногда он удивляет меня своими просьбами.
  - Он не для этого. К тому же привязан. И когда я в последний раз его видела, он пытался открыть глаза. Я боюсь теперь с ним связываться.
  Эрум - созданное мной существо в бестелесной форме, призванное служить моим не самым высоким целям. Давным-давно он выполнил свою миссию, и я благополучно сковала его, обеспечив свою безопасность. Если же это существо откроет глаза, то сможет действовать самостоятельно. Я боялась утратить власть над ним, потому заключила его так далеко, как было возможно. Видеть его мне хотелось сейчас меньше всего.
  - А клякса? Помнишь кляксу? Такая большая и уродливая, - с неподдельным энтузиазмом спрашивает он. Вот только кляксы этой мне не хватало.
  - Я его убила. Он пугал меня. Надеюсь, достаточно качественно. Нет, эту хрень я даже искать не стану.
  - Тогда используй людей. Расскажи всем, кому возможно обо мне. В интернете напиши. Найди себе последователей.
  - Глупо это как-то, мне никто не поверит, - засомневалась.
  - Не важно, поверят или нет. Пусть просто знают.
  - И все? И однажды ты постучишься ко мне в окно наяву? - от этой мысли меня передернуло. Одно дело слышать голоса в голове и смотреть интересные сны, но воплощать в реальность фантазии - это как-то слишком. Мне казалось, что он хочет меня использовать в своих целях. А какие вообще цели преследует это странное существо? В голове всплыли кадры из фильмов ужасов. Кажется, мне вовсе не хочется этого.
  - Давай на чистоту, - заговорил он снова, - Все друг друга используют. И люди в том числе. Я сам не раз был человеком. К тому же, тебя ведь не смущает, что ты постоянно используешь меня. Когда в очередной раз совершаешь глупости, кого ты зовешь на помощь? Разве я мало обучал тебя? Мало отвечал на твои вопросы? Нет, не думай, что настал час расплаты и все такое. Если ты не хочешь помогать мне, не нужно, я, ведь не требую, просто прошу. И я никогда и ничего у тебя не потребую. Никогда не причиню тебе вреда, разве ты в этом еще не убедилась? К тому же, я не прошу от тебя человеческих жертвоприношений, ничего такого. Просто написать. Что тебе стоит это?
  - Ты ничего не требуешь, пока не обрел достаточной силы. Откуда я знаю, как ты поведешь себя в дальнейшем?
  - Я столько искал тебя, а ты до сих пор мне не доверяешь, - с наигранной обидой выдал демон.
  Его рука больше не сжимала запястье. Обернулась и увидела пустоту. И почему-то решила, что тотчас же упаду вниз. Но нет, это ведь мой мир. И я всегда умела летать.
  ***
  Когда я проснулась, мне стало немного совестно из-за своей подозрительности. Я знакома с Кроносом с самого детства. Наверное, мне было лет пять, а может и меньше, когда он появился. Он говорил, что я сама позвала его. Конечно, я не помню этого. Говорят, что иметь воображаемых друзей - это нормально. Ненормально иметь их, когда тебе под тридцать, у тебя есть муж и двое детей. Иногда он уходил надолго, и я успевала почти забыть о нем. Но всегда возвращался. Однажды я даже попыталась избавиться от него. Его не было со мной почти полгода, я даже посчитала, что убила его. В это время жизнь моя наполнилась какими-то скучными и обыденными проблемами. И я очень обрадовалась, когда вновь услышала знакомый голос в своей голове. И за все эти годы он ни разу не дал мне дурного совета. Другое дело, что следовала им далеко не всегда. Он действительно многому научил меня. В том числе и осознанным снам. Да и что я собственно теряю, если поделюсь информацией о нем на каком-нибудь захудалом форуме? И я поделилась.
  ***
  Полы сошли с ума и страшно раскачивались, я едва могла устоять на ногах. Тесное помещение без каких-либо источников света, за исключением узкой щелки под потолком, заменявшей окно, по-видимому. В щель то и дело залетали брызги.
  - Что это такое? - возмутилась я.
  Демон приблизился сзади, положил руки мне на плечи.
  - Я думал, тебе понравится, - ответил он с нотками разочарования в голосе.
  - Вихляющиеся полы?
  - Шхуна, - пояснил Крон, а я пыталась понять, не употребил ли он это слово в качестве ругательства. Потом все-таки вспомнила, что это все-таки не ругательство, впрочем, как и шлюпка.
  - Сплю, - дошло до меня, наконец, а Крон тяжело вздохнул.
  - Я хотел сказать спасибо.
  - За тот пост? И что, помогло? Ты теперь живой?
  - Нет, но мне было приятно, - демон широко улыбнулся, - Знаешь, давай пока отставим эту тему. Поднимись на палубу.
  - А там есть еще люди? - во мне заговорил внутренний социофоб.
  - Одной невозможно управлять кораблем, - он пожал плечами.
  На палубе морской бриз приятно обдавал свежестью. Судя по одежде, это был XVI или XVII век, по крайней мере, помимо холодного оружия, я заметила и мушкеты с фитильным замком, пищали и кремневые ружья, но черт угадаешь, что и когда могло быть в обиходе у пиратов. А судно, по всей видимости, было именно пиратским. Увидев Крона в историческом костюме, я почему-то рассмеялась. Не то, чтобы он выглядел нелепо, просто черный балахон мне казался более привычным. Хотя, выглядел он весьма эстетично, как в кино, что вряд ли соответствовало реальности того времени. Ну, что ж, это же мой сон. Так пусть все будет несколько идеализировано.
  - Они думают, что ты их капитан, - тихо шепнул мне Крон, - Не смотри на них таким диким взглядом, а то они заподозрят неладное.
  - Подожди, это что, все настоящее?
  - А что вообще в твоем понимании настоящее? - ответил он вопросом на вопрос.
  Промолчала в ответ. Сжала рукоять сабли, болтавшейся на поясной перевязи, и придала своему взгляду уверенности. Крон посмотрел на меня и попытался подавить смешок.
  - А ну прекратить! - скомандовала ему, вживаясь в образ, - Не то отправишься на корм рыбам.
  - Все, все понял, - замахал он руками, - Капитан.
  - А как меня зовут?
  - Аннелина Диэрванмакт, - ответил он.
  - Я даже выговорить это не смогу.
  - Судно прямо по курсу, - закричали откуда-то сверху.
  - Что делать? - шепотом спросила у Крона.
  - А я знаю? - он усмехнулся, - Это твой корабль.
  - Эй, - остановила я пробегающего мимо паренька, - Иди, узнай, одно ли там судно. И какое, торговое или военное.
  Через минуту кто-то сверху проорал:
  - Вижу британский флаг на фрегате. Больше никого на горизонте, - а парень протянул мне бинокль.
  Флага я так и не увидела, даже во сне зрение было не важным, а фрегат это или что иное, понятия не имела. И мне так и не ответили, торговое судно или военное. Но ведь военные корабли по одному не ходят? Я махнула рукой, в конце концов, все-таки это всего лишь сон, и своим хорошо поставленным голосом скомандовала:
  - Поднять паруса! Полный вперед! - и зачем-то добавила, - Дави на газ! - вряд ли кто-то оценил шутку, кроме Кроноса.
  - Ты хоть представляешь, как с этой штуки стрелять, - тихо произнес Крон, указывая на пищаль.
  - Нет, конечно, а должна?
  - Ну, как тебе сказать... Ой, потопишь ты кораблик, - засмеялся он, отчего мне стало как-то не по себе. Его смех всегда звучал неприятно. Демон, что еще взять с него.
  - Зато я фехтовать умею. Правда, только рапирой, но какая разница?
  - Рапира весит меньше. Может, тебе лучше в трюме отсидеться?
  - И пропустить все самое интересное?
  - Умирать - это больно, - серьезно ответил он, но затем все же добавил, - Но не смертельно.
  - Я хочу попробовать. Может, все получится. Не надо меня пугать своим пессимизмом.
  - Просто предупреждаю.
  - В первый раз что ли? Хватит уже... - я взглянула на то место, где только что стоял Крон, его уже не было. И весь мой энтузиазм улетучился.
  Все-таки ощущения здесь были куда более реалистичными, чем в обычных снах. А что, если этот мир настоящий? Вдруг я здесь застряну? Под кожу забралась липкая паника, а по барабанным перепонкам застучал пульс. Да и от качки начало тошнить. Во сне тошнить. Пепел, - вспомнила я, - надо съесть пепел. Где-то слышала, что это помогает от морской болезни. И еще мне вдруг захотелось закурить. Все сильнее и сильнее я убеждалась, что этот мир так же реален, как и тот, где пребывала наяву.
  "Умирать - это больно, но не смертельно" - вспомнила слова демона и немного успокоилась. Не смертельно - это хорошо.
  Подошла к одному из моряков и потребовала принести мне пепел и покурить, а сама задумалась, привезли ли уже табак в Европу? И какой же сейчас год? Или хотя бы век? Пират взглянул на меня несколько удивленно, но все же отправился выполнять поручение. Вскоре он вернулся с небольшой коробочкой и курительной трубкой. При всех жрать пепел мне не хотелось, и я, пошатываясь, скрылась в темном трюме. Боже, и как я собираюсь драться, если даже ходить нормально не могу?
  В темноте трюма с трудом открыла коробочку и принялась пальцами засовывать в рот ее содержимое. Пепел действительно снимал тошноту и довольно быстро. Думая, что уже пришла в себя в достаточной степени, решила попробовать местный табак. В кармане нашарила огниво, вот только искры высечь мне не удалось, и уж тем более раскурить трубку. Ну, ничего же, если я попрошу огоньку у кого-нибудь из команды? Покинув трюм, заметила, что пираты как-то странно смотрят на меня и улыбаются. Ну и черт с ними, подумала я и зыркнула злобным взглядом. Подошла к уже знакомому моряку и попросила огоньку, но тот вдруг заулыбался, показав желтые кривые зубы, и ответил:
  - Капитан, ты б лицо вытерла. А то подумают, что трубочистом подрабатываешь, - и захохотал, но по-доброму.
  Чертов пепел! Но я не дала волю своей растерянности, а тут же утерлась рукавом куртки.
  - Прикури, - протянула ему трубку, - Зажигалку потеряла.
  - Нос вытри, капитан, сажа осталась, - скривилась, но послушалась, а моряк ловко щелкнул кресалом по кремнию, и трут вспыхнул. Вернул он мне уже раскуренную трубку. Но лучше бы я обошлась без сигарет. В общем, современные сигареты и близко не похожи на настоящий табак. Сразу почувствовала приятный табачный дым, но, когда попробовала затянуться, рот моментально наполнился слюной, а из глаз потекли слезы. Постаралась не закашляться, отчего и вовсе едва не задохнулась. Моряк снова засмеялся и предложил что-то выпить из его фляги. Замахала рукой и выдавила из себя вместе с дымом:
  - Хороший табак.
  Закружилась голова и я опустилась прямо на палубу. Курить трубку не смогла, даже не затягиваясь. Как хорошо, что это просто сон. Отрешенно уставилась в небо, по которому плыли большие пушистые облака. Как настоящие.
  - Капитан, с тобой все нормально? - спросил светловолосый парень, касаясь моего плеча. Я уже немного отдышалась и грызла трубку зубами.
  - Все в порядке, просто съела с утра не то что-то, - ответила ему.
  - Хорошо. А то бритты уже близко.
  Вот черт! Мне захотелось выпрыгнуть за борт и отправиться вплавь куда подальше от своего позора. Но вспомнив об акулах и о том, что "умирать - больно", отбросила трусливую мысль. Бритты - это такой жаргон или я все-таки ошиблась с веком? Какие к черту бритты?
  - Готовьтесь к бою, - скомандовала я и заметила, что голос мой вдруг стал хриплым. Кажется, еще и связки повредила. Команда заряжала орудия, кто-то точил сабли, а кто-то таскал небольшие бочонки с порохом. Мне было страшно. Но я не так боялась погибнуть, как опозориться даже перед этими пусть и несуществующими людьми. А еще знала, что Крон наблюдает за моими приключениями. Наблюдает и наверняка издевательски хохочет. Это вполне в его духе. Пусть только появится, сама его убью. С другой стороны, мне хотелось доказать ему, что могу и пиратской шхуной управлять, и торговые суда захватывать. Но одно дело читать о приключениях в книжке, совсем другое принимать в них непосредственное участие.
  Фрегат подошел совсем близко. Он был не плохо оснащен, виднелись пушки, да и люди на палубе не походили на торговцев, они были одеты в одинаковые некогда белые мундиры
  - Разве это торговое? - пробормотала, глядя на приближающийся корабль.
  - Не, капитан, военные, - ответил пожилой пират, начищавший саблю.
  - Так чего ж вы мне не сказали?
  - Так один корабль всего, капитан. Может ценное что везут. Или кого.
  Он говорил очень тихо и спокойно, будто никакой опасности нам вообще не грозило. Будто мы просто мимо пройдем. Но флаг наш был поднят, а орудия заряжались. Шхуна шла на удивление быстро, и вскоре послышался залп орудия. Ядро с шипением плюхнулось в воду. Или не ядро. Откуда мне знать, чем стреляют фрегаты?
  - Заряжай! - крикнула я, но, кажется, канонир и без меня знал, что делать. Одновременно с моим выкриком, мы нанесли удар, правда, промазали.
  Пираты заняли свои позиции с мушкетами в руках. Послышалось еще несколько залпов из орудий, началась ожесточенная стрельба. А я, поскольку все равно не умела стрелять из подобных ружей, нашла укрытие и присела у борта, но увидев, как что-то проломило борт прямо рядом со мной, выскочила из своего ненадежного схрона. Выхватив саблю из ножен, проорала:
  - На абордаж! - но вдруг заметила, что крюки полетели в нашу сторону. На абордаж брали мою несчастную шхуну. Над головой пролетел крюк и зацепился за какую-то часть такелажа. Бросив взгляд в сторону фрегата, увидела, как человек в форме уже полз на шхуну, недолго думая, чиркнула саблей по веревке, послышался крик и шлепок об воду. Вообще-то я не отличаюсь кровожадностью, да и эти люди ничего мне не сделали, чтобы желать им смерти. Но в этот миг во мне заиграл какой-то дикий кураж. Никогда прежде такого не испытывала. Наперевес с саблей, с визгом выскочила туда, где уже шел бой. Борта кораблей стояли почти вплотную. Ухватившись одной рукой за веревку, уже хотела вскочить на борт, чтобы перебраться на фрегат, как передо мной возник человек. В руках у него была длинная шпага, с размаху он хотел вонзить ее прямо в меня! Я зажмурилась и, схватившись за рукоять своего клика обеими руками, попыталась заслониться. Мне удалось парировать его удар, поскольку кто-то метнул нож в моего противника, и тот вонзился в его правое плечо. Шпага скользнула по лезвию сабли, но враг даже не вскрикнул, а лишь поморщился. Попыталась нанести удар низом в область печени, но противник успел перехватить шпагу левой рукой и, хоть и не слишком ловко, но все-таки сумел отвести мое лезвие. Левой рукой он владел заметно хуже, правая же безвольно висела, но все равно сражался куда более умело, чем я. Если б он только знал, что до этого я вообще не имела никакого опыта, то вряд ли стал бы так опасливо биться со мной. Он почти не нападал, лишь парировал удары. Я же в конец измоталась махать тяжелой железякой, лоб покрылся испариной и влажные растрепанные волосы то и дело лезли в глаза. Я все больше наносила удары низом, дабы саблю было не так тяжело поднимать. Целясь в корпус, мой клинок наткнулся на шпагу в очередной раз, он вывернул руку и слегка задел мне бедро, проткнув ткань штанов и кожу. Резкая боль пронзила тело так, что я едва не выронила саблю, заорав хриплым и одновременно визгливым, но точно не своим голосом. Может быть, мне было не столь больно, сколь страшно. Штанина стала влажной от крови, сразу подумала об артерии, но нет, укол пришелся по внешней стороне. Однако, от моего крика, противник вдруг застопорился. Конечно, сам-то он просто слегка морщится от ран. Меня это жутко разозлило, я сделал резкий выпад, опираясь на здоровую ногу, он попытался парировать удар, но я крутанула саблей, и острое лезвие распороло его брюшину вдоль. Он выронил шпагу и беспомощно смотрел на вываливающиеся из живота кишки. На этот раз я не испытала столь же приятного чувства, зато боль в ноге отступила, и слегка прихрамывая побежала по палубе, уже изрядно залитой кровью. Выстрелы стихли, лишь кое-где слышался металлический лязг.
  - Эй, капитан, - услышала голос, доносящийся с фрегата. Обернулась и увидела, что на меня нацелен арбалет, а рядом со стрелком в неестественных позах сидят несколько членов моей команды, - Они ведь ничего не стоят, не правда ли? Не для тебя, не для меня.
  - Отпусти их, - прокричала, - Мы просто уйдем.
  - Забавно, - он недобро захохотал, - но я потерял многих людей.
  - Я тоже, - ответила, хотя понятия не имела, какие у нас потери.
  - Брось оружие. И иди ко мне, капитан.
  - Отпусти моих людей! - крикнула, совершенно не зная, что делать. Среди пленников был совсем юный парнишка, которого я посылала узнать о приближающемся корабле, старик, что раскуривал трубку, остальных не знала.
  - Я отпущу их. Прикажи своим людям отступить.
  - Отступаем! - скомандовала, и лишь после начала озираться. Некому было уже отступать.
  - Теперь иди сюда, капитан. И без оружия.
  А что мне оставалось делать? Нет, никакое это было не благородство. Просто мне все равно некуда было бежать. Я и кораблем управлять не умею. Это тебе не машина, где можно дать по газам и свалить. Поэтому пошла, надеясь, что убьют меня быстро и это будет не так уж и больно, как обещал Крон. Сейчас бы самое время проснуться, да не тут-то было.
  Пираты обычно так ловко перепрыгивают с корабля на корабль, я же перевалилась через борт, как раненная индюшка. Ну, ничего, у меня нога пострадала, мне можно.
  - Отпусти моих людей! - снова потребовала.
  - Они свободны, - ответил он, перерезая веревки, но, не опуская арбалета. Ребята осторожно попятились в сторону шхуны.
  - Мы уходим, - прокричала в надежде, что меня все-таки отпустят.
  - Они уходят, - поправил меня человек с арбалетом, - выбрось оружие за борт.
  Эх, отстегнула перевязь и кинула в воду.
  - Все оружие, - скомандовал человек.
  Я вынула кинжал, какую-то хрень с камушками на веревках, метательный нож и свинцовый кастет. Все это булькнуло в воду.
  - Мы не оставим тебя, - крикнул старик уже стоя на палубе шхуны.
  - Уходите, - ответила ему.
  - Теперь иди сюда, капитан, - враг опустил арбалет, а судно начало отдаляться от моего корабля.
  Проснуться, пора проснуться, - повторяла сама себе, но кажется, действительно тут застряла. Ну почему мы не свернули? Сделала несколько шагов навстречу своему врагу. У него были такие же черные длинные волосы, как у Крона. Мелькнула спасительная мысль, что это он и есть. Но нет, просто немного похож. Совсем чуть-чуть. Он выглядел старше и казался злее.
  - Ты на судне адмирала Алмера, - сказал он так, будто это о чем-то должно было мне говорить, - Зачем ты напала на мой корабль?
  - Так вышло, - ответила, пожимая плечами, не сумев выдумать никакой достойной причины, - Зачем ты взял меня в плен?
  - Забавно, - ответил он, - Аннелина Диэрванмакт. В Португалии и Испании тебе уже вынесен приговор, в Британской Империи назначена приличная награда, да и любое государство будет радо захватить тебя. Заметь, Аннелина, я поступил с тобой весьма благородно. Не вздернул твоих разбойников на рее, дал им шанс. И ты до сих пор жива. Прошу за мной, - он повернулся ко мне спиной, будучи уверенным, что я полностью безоружна. Что ж, так оно и было, разве что могла бы попробовать свернуть ему шею или задушить. Но что-то я не была уверена в своих силах. Да и что помешало бы потом убить меня его людям?
  - А может я не Аннелина, - пробормотала ему в спину.
  - А я африканский король, - рассмеялся адмирал.
  Меня отвели в крохотную каюту, здесь едва умещалась кровать и небольшой столик, на котором стояла масляная лампа. Окон не было, а дверь запиралась снаружи на засов. Я без сил упала на кровать. Все, хватит с меня приключений, пора просыпаться.
  - Крон, - тихо позвала вслух, но ответа не последовало, ни в мыслях, никак.
  Интересно, а как обстоят дела с туалетом? Очень просто, в углу притаилось ведро. Хоть бы проснуться раньше, чем придет нужда. Или я все-таки останусь здесь навсегда? Вот только перспективы в этом веселом мире меня совсем не радуют. Сколько там награда за мою голову? Самое обидное, что я никакая не Аннелина и не Диэрванмакт.
  Доигралась, блин, в ролевые игры. Можно мне загрузиться в сохраненку?
  Прошло не так много времени, даже задремать не успела, как дверь распахнулась. В каюту вошел адмирал, вооруженный провиантом и бутылкой. Кажется, события принимают интересный оборот.
  - Разрешишь войти? - тактично поинтересовался Алмер.
  - Входи, - вяло ответила, аппетита не было, поэтому смотрела на еду весьма равнодушно.
  Он поставил поднос на стол, присаживаясь на кровать.
  - Надо обработать рану, - сказал он сочувственным голосом.
  - Зачем? - удивилась, - Боишься, что сдохну раньше, чем получишь награду?
  - Нет. Просто боюсь, что ты сдохнешь. Знаешь, я рад нашей встрече, - последнее предложение прозвучало даже не без теплоты в голосе.
  - А я как-то не слишком, - пробурчала с недоумением.
  - Оно и понятно. Жалеешь, что тогда отпустила меня? - он вольготно откинулся назад.
  Так мы, оказывается, знакомы, вот оно что.
  - Я ни о чем не жалею, адмирал, - если б еще знала, о чем мне следует жалеть.
  - Твоей смерти я не желал. И награда мне ни к чему. Рад тебя видеть. Давай все-таки перевяжу рану.
  Бросив взгляд на свою ногу, ответила:
  - Я сама перевяжу. Дай только бинт и кипяток.
  - Хорошо.
  Алмер скрылся за дверью, не забыв задвинуть засов. Вскоре вернулся с парящим ковшиком и не слишком чистыми тряпками.
  - Может прижечь надо, дай взглянуть, - адмирал вдруг протянул ко мне руку, отчего я резко отпрянула.
  - Не надо. Ты ведь не врач.
  - Как скажешь. Перевязывай сама, если хочешь.
  - А ты так и будешь смотреть?
  - Ладно, выйду. Не думал, что могу смутить тебя, леди, - последнее слово он произнес с явным сарказмом и отвесил шутливый поклон, после чего вышел за дверь.
  Кровь успела запечься, и штанина с неохотой отрывалась от кожи. Рана, к слову, была совсем не серьезной. Наверное, настоящая Аннелина и не заметила бы. И точно не стала бы так позорно орать. Если когда-нибудь еще проснусь в реальном мире, больше никогда не стану визжать от царапин. Промыла порез и, наложив повязку, натянула штаны.
  - Можешь входить, - крикнула я, не сомневаясь, что адмирал стоит за дверью.
  - Когда я был твоим пленником, ты вела себя иначе, - произнес он входя.
  - Еще бы, - хмыкнула в ответ, а про себя добавила: "То, ведь, была совсем не я".
  - Я запомнил, как твои глаза горели ненавистью, - произнес он, снова присаживаясь рядом, - До сих пор не понимаю, почему ты отпустила меня. Но как тебе пришло в голову напасть с одним лишь кораблем? Где твоя флотилия?
  - В последнее время мне не везло, - выкрутилась, как могла.
  - Могла бы просто свернуть с курса, ты ведь заметила меня. Мы бы не стали преследовать пиратское судно в одиночку. Скольких людей ты потеряла?
  - Не знаю. А ты? Много?
  - Шестерых, - спокойно ответил он, - И еще двое тяжело ранены.
  Мне стало не по себе. Столько нелепых смертей и никакого смысла. Все-таки, хорошо жить в XXI веке, где жизнь имеет хоть какую-то цену.
  - Мне жаль, - выдавила из себя.
  - Не ожидал, - удивился Алмер, - Они прожили хорошую жизнь. Не нужно сожалеть. Просто мы с тобой по разные стороны, вот и все.
  - Да, ты прав, - его понятия казались мне совершенно дикими. Чего хорошего-то было в их жизни? Или это я чего-то не понимаю? Наверное, не понимаю. Или не хочу понимать.
  - Ты тогда говорила, что тоже будешь рада новой встрече. И непременно перережешь мне глотку, - он усмехнулся, - Что-то не вижу в тебе радости.
  - Так ты оружие у меня отнял, чем же мне тебе глотку перерезать теперь? Подумываю, не придушить ли тебя голыми руками.
  - Не советую. Моим людям, что еще живы, вряд ли это понравится.
  - Так что ты собираешься со мной делать?
  - Еще не решил. Почему ты ничего не ешь? - спросил он обеспокоенным тоном любящей бабушки, - Угощайся. Выпей вина. Считай, что ты почти в гостях, - не спросив моего мнения, он откупорил бутылку и наполнил бокал.
  - Что-то аппетит пропал, - от ассоциации с бабушкой поперхнулась.
  - Неужто леди смутил вид мертвецом на ее палубе?
  - Издеваешься?
  - Считай, это моя маленькая месть. Не волнуйся, вино не отравлено, - он наполнил свой бокал и сделал глоток в знак подтверждения. Нехотя последовала его примеру.
  - Так куда мы движемся?
  - Давай обойдемся без ответов. Сегодня я праздную победу. Мне ведь посчастливилось разбить Аннелину Диэрванмакт. Твое здоровье! - он опустошил свой бокал.
  Я внимательно уставилась на Алмера. Нет, он не станет меня вешать, это точно. Все-таки этот мир совсем не настоящий. Так не бывает, опять Крон подсунул мне очередную фантазию. Мою же фантазию, по всей видимости. Я перестала переживать морально-этические мучения по поводу убитых, ведь это всего лишь плод моего воображения. Будь все по-настоящему, вряд ли бы распивала сейчас вино со своим врагом.
  И подняла свой бокал:
  - С победой, Алмер.
  Кажется, у меня закружилась голова, но не от качки и не от алкоголя, мир завращался вокруг меня с бешеной скоростью, а спустя мгновения обнаружила себя лежащей на мягком диване. Не где-то в трюме, а в нормальной квартире с чистой постелью, пластиковыми окнами и твердо стоящим на месте полом. Что ж, это был весьма интересный сон. Даже в какой-то степени было жаль просыпаться. Но с другой стороны, давно мне не приходилось с облегчением осознавать, что это был всего лишь сон.
  Попыталась встать, но голова немного закружилась, а бедро отозвалось тупой болью. На нем красовалась лиловая гематома. Все-таки сон оказался слишком плотным. Ну почему я не умею извлекать из снов хоть что-то хорошее? Одни синяки и шишки.
  ***
  Несколько дней Крон не появлялся ни днем, ни ночью. Сначала мне хотелось наговорить ему кучу гадостей за то, что бросил меня там. Но потом немного успокоилась и уже вспоминала о своем приключении не без удовольствия. Мне было интересно узнать, что же задумал Алмер, попытается ли кто-нибудь меня спасти, раз у меня где-то еще и флотилия есть, а это как минимум три корабля. Но как ни старалась, мне не удавалось вернуться туда.
  - Я здесь, - демон вторгся в мои мысли так внезапно, что едва со стула не упала.
  - Ты в курсе, чем все кончилось?
  - Конечно. Я знаю все то, что знаешь ты, и чуть-чуть больше.
  - Почему ты не остался? - в голосе прозвучала обида.
  - Было бы не так интересно, - протянул демон.
  - Нет, ты кино что ли смотрел, пока меня чуть не убили?!
  - Да, - с издевкой ответил он.
  - Понравилось?
  - Очень.
  - Убью тебя!
  - Если только разобьешь голову об стенку. Я ведь внутри.
  Немедля встала и сделала вид, что собираюсь последовать его совету.
  - Стой! Стой, я пошутил. Не надо, пожалуйста, - делая вид, что верит, запричитал демон, - Твоя голова - слишком ценная вещь, чтобы работать тараном.
  - Почему ты ушел? Мне было страшно.
  - Я хотел, чтобы ты научилась действовать самостоятельно.
  - Кажется, я провалила квест.
  - Это не важно. Проинтегрируй опыт. Пригодится.
  - Да, мне безумно пригодится опыт ведения морского боя, - возмутилась я.
  - Да не об этом. Проинтегрируй не как частный случай. Обобщай.
  - А что там дальше будет?
  - Там? Там ничего не будет.
  - Жалко. Мне интересно.
  - Ты опять ничего не поняла. Все, что нужно, уже произошло. Дальнейшие события, может, будут и интересными, но совершенно бессмысленными. Не зацикливайся.
  - Я подумаю над этим.
  - Сейчас подумай, а то забудешь. В чем был смысл?
  - Я в предлагаемых обстоятельствах. Что там еще было?
  - Нет, это не то.
  На некоторое время погрузилась в свои мысли. Что же там могло быть важного?
  - Я поняла, - наконец дошло до меня, - Там жизнь не имела особой ценности. "Умирать это - больно, но не смертельно"
  - Надо же, ты запомнила. Поздравляю.
  - И Алмер не держал на меня зла за то, что понес потери. Ты ведь об этом? Там действовала другая система ценностей.
  - Правильно. Именно это тебе показалось самым странным и нереальным. А ведь это правильно, не находишь?
  - Я об этом подумала, прежде чем проснуться.
  - И еще одно. Умей сохранить лицо.
  - С этим пока не важно, - расстроено пожала плечами.
  - А я тебе говорил, эмоциональное тело тебе мешает сильно.
  - Мне страшно совсем без него. Давай пока так.
  - Тогда держи его под контролем. Хотя бы негатив. Или блокируй время от времени.
  - Знаешь, мне все еще нравится быть человеком.
  - Рано или поздно тебе это наскучит.
  - Но у меня ведь еще есть время?
  - Время есть. Я есть время.
  - Опять холодно, - передернула плечами, - Уходи, - когда он говорит со мной, почему-то в комнате сразу становится заметно прохладнее. Хорошая способность для лета, и совсем никудышная для дождливой осени.
  - До вечера.
  ***
  Пахнет дождем. Лесная тропинка петляет между деревьев. Вдали виднеется человеческая фигура в плаще. Или не человеческая, так сразу и не разберешь. Подхожу ближе, лица все еще не разглядеть, но я его знаю, только пока не могу вспомнить, откуда. Он смотрит на карманные часы.
  - Рея, - говорит он, заметив меня. Его голос похож на шепот, но звучит достаточно громко, чтобы я услышала его за несколько метров. Будто бы сам лес говорит со мной.
  - Я не Рея, - отвечаю и делаю еще несколько шагов на встречу.
  Отчетливо вижу его руки с загнутыми черными когтями, длинные черные волосы, но лица не могу разглядеть, черты будто размыты.
  - Кто же тогда? - спрашивает он, подойдя вплотную.
  Молчу, потому что не помню.
  - Осознайся, - говорит он, - Меня зовут Крон, - в этот момент понимаю, что сплю, а затем вспоминаю и себя. Он жестом указывает присесть на только что появившуюся скамейку.
  - Почему ты так долго не приходил? - спрашиваю.
  - Хотел дать тебе побыть в одиночестве. Иногда это идет на пользу.
  Вспомнила историю с пиратами и согласилась. Ему действительно не стоило приходить сразу после этого.
  - Тот мир, он продолжает жить без меня? Или уже исчез?
  - Не знаю, - равнодушно ответил он, - Это же твой мир.
  - Интересно, что будет дальше с Алмером?
  - Ты все-таки хочешь доиграть? Это может оказаться не слишком приятно.
  - Мне просто интересно. Он не собирался меня убивать. И вообще, что-то он не идет у меня из головы.
  Кронос сверкнул зеленью глаз и хитро улыбнулся.
  - Да понял я, - украдкой посмотрел на часы, - Ты еще успеешь, беги.
  - Куда бежать-то?
  - На фрегат. Ну же, беги!
  Мне не хотелось уходить прямо сейчас. Вообще никак, но Крон вдруг поднялся, ухватил меня за руки и легким движением зашвырнул в воздух, как молот. Я побежала. Прямо по воздуху, под ногами мелькали деревья, а затем показалось море. Бежала, пока совсем не выбилась из сил. Кажется, падала, но мне не было страшно. Проваливалась в другой сон. Когда вновь пришла в себя, то ощутила мерное раскачивание, будто лежала в люльке. Открыв глаза, поняла, что подо мной жесткая и очень узкая кровать. Голова кружилась, а содержимое желудка предательски подобралось к горлу. Чертова морская болезнь. Усилием воли подавила тошноту, но все еще ощущала во рту премерзкий вкус блевотины. Ох, не стоило мне пить вина даже во сне. Черт бы подрал этого Алмера. Надо было остаться в лесу. Дурацкое любопытство точно когда-нибудь меня погубит.
  Стараясь не потерять равновесия, шаткой походкой я направилась к двери и принялась колотить в нее.
  - Чего надо? - спросил грубый незнакомый голос.
  - Позови адмирала, - ответила, заметив, что голос снова стал хриплым.
  - Еще чего? - ответил противный незнакомец.
  - Пепел принеси, идиот, - потребовала, со всей силы пнув деревянную дверь.
  - Сейчас, - неохотно ответил он.
  Ужасно хотелось пить, но единственным источником влаги оставались початая бутылка да ковшик, в котором я смачивала бинты. Сделала совсем крохотный глоток кислого вина, и снова пожалела, что не осталась в лесу. До чего же реальные здесь ощущения и до чего же отвратительные.
  Послышался звук отодвигаемого засова и дверь распахнулась. Говорят, что человек видит во сне лишь те лица, которые встречал наяву, пусть мельком, пусть этого не осталось в памяти, но обязательно встречал. Но во снах, которые создавал Крон, все более-менее значимые персонажи имели хоть одну сходную черту с ним самим. Уж не знаю, в чьем облике представал передо мной демон, но Алмера явно вылепил с самого себя. Добивался ли он, таким образом, моего доверия или же просто был ужасным нарциссом, можно только гадать. Разве что волосы были чуть короче, до плеч, черты немного острее, от чего Алмер казался старше на несколько лет, а в глазах плескалось море вместо зеленого яда. Он предстал передо мной в белом парадном мундире, а я подумала, что это как минимум конец XVII века, поскольку выглядел он вполне сносно. Насколько я помню, в более ранние века в моде была куда более нелепая одежда. Если бы он явился в эти дутых верхних чулках, я бы не смогла сдержать смеха.
  Он протянул мне холщовый мешочек и произнес:
  - Неуловимая Аннелина страдает от качки?
  - Просто съела что-то не то, - ответила, принимая мешочек.
  Мне было так хреново, что, не дожидаясь ухода Алмера, начала поглощать пепел.
  - Мне бы воды еще, - попросила жалобно.
  Он безмолвно вышел и даже задвижку не стал закрывать. Интересно, он считает, что я не смогу или не захочу сбежать? Однако, пока размышляла, он уже вернулся с флягой. Во сне утолить жажду сложнее, но все-таки возможно. Особенно, если жажда тоже снится тебе. Напившись вдоволь, плюхнулась на кровать. Алмер по всей видимости не собирался покидать мою тюрьму, вместо этого, он вынул несколько свечей из-под койки и принялся их зажигать, наполняя каюту уютным светом, более живым, чем тусклая масляная лампа.
  - Я был бы рад встретиться при других обстоятельствах, - сказал он, присаживаясь рядом и как бы невзначай коснувшись моей руки. И тут я напрочь забыла о том, что никакая я не Аннелина, что вообще сплю и скоро снова проснусь в мягкой чистой постели. Полностью погрузилась в поток чужих мыслей и чувств, кажется даже вспомнила нашу первую встречу. Выдуманный демоном образ полностью поглотил меня.
  - Теперь это вряд ли возможно, - ответила, ощутив всю горечь сожаления.
  - Аннелина, я не жду от тебя снисхождения.
  - И правильно делаешь, - ухмыльнулась, - Даже не надейся на это теперь, адмирал.
  - Но, все-таки, я бы не хотел, чтобы это была наша последняя встреча. Ты ведь понимаешь, о чем я.
  Понимала, действительно понимала. Достигнув цели, порою теряешь к ней всякий вкус. И ему это тоже известно.
  - Не хочешь терять врага? - спросила прямо.
  - Ты ведь отпустила меня.
  - Вряд ли я поступила бы также, будь за твою голову объявлена награда, - рассмеялась, но тихо.
  - Казнь могли бы заменить каторгой.
  - Ну, уж нет, лучше вешайте.
  - Прости, но мне совсем этого не хочется.
  - Ну, так отвези меня назад на мою шхуну. Или что? Долг не позволяет? Убеждения?
  - Что ты можешь знать о долге? - зло произнес Алмер.
  - Знаешь ли, нет у меня долгов ни перед кем, кроме моих людей, тобою убитых. Но я сама принимаю решения. Ты же зависишь от дурацких убеждений. Только не подумай, я не опущусь до того, чтобы просить тебя отпустить.
  - Я не просил, - процедил адмирал сквозь зубы.
  - Налей вина, адмирал. До Британии еще долгий путь. Многое может измениться.
  - Долгий, - согласился Алмер и стал разливать вино по бокалам, а я бросила взгляд на его кинжал у пояса. Узкое лезвие, ножны, украшенные самоцветами, изящный эфес. Этакий дамский стилетик, не слишком подходящий грозному адмиралу. Совсем рядом. Не тратя время на раздумья, я схватилась за рукоять кинжальчика, но вынуть из ножен не успела. Он выронил бокал, и тот рассыпался звонкими осколками, а его рука успела сжать мое запястье. Локтем левой руки я ткнула по ребрам, Алмер отшатнулся и на мгновение ослабил хватку, этого было достаточно, чтобы высвободить руку, но не завладеть кинжалом. Отступать было поздно, и я не придумала ничего лучше, как резко развернуться сидя на койке, упереться локтями и как можно сильнее ударить обеими ногами. Он свалился с кровати, но успел хватить меня за ногу и вывернуть ступню. Я полетела следом, плюхнувшись прямо на Алмера. От тупой боли перехватило дыхание, кулак ударил в живот. Застонала, но злость пересилила боль, и я с размаху задела его по лицу, но промазала, кулак прошелся вскользь и лишь слегка рассек бровь. Замахнулась снова, но что-то острое уперлось в бок, прорезав одежду. И тонкого стилета в его левой руке было бы достаточно, чтобы проткнуть мне печень. Но Алмер не сделал этого. Он схватил мою руку в замахе и больно выкрутил. Я не сопротивлялась, не забывая о кинжале. Он перевернулся, и я оказалась на полу. Адмирал прижал мою руку к полу, продолжая выкручивать, а лезвие приставил к горлу. Свободной рукой, я пыталась отстранить кинжал, но было ясно, что жест мой носит лишь символический характер. Он не убил меня лишь потому, что сам не хотел этого. Адмирал все еще может легко сделать это. Теперь же он просто смотрел на меня, наслаждаясь моей беспомощностью.
  - Так ты хотела перерезать мне глотку? - спросил он, улыбаясь.
  - Ну, давай же! - выкрикнула хрипло.
  В ответ он отрицательно покачал головой и отвел стилет, однако меня не выпускал. Рука занемела, и тягучая боль разлилась в предплечье. Я стиснула зубы до скрежета от боли и безысходности. Он явно превосходил меня в силе. Алмер провел лезвием по моей одежде, но не резал, играл как кошка с полудохлой мышью.
  - Тебе нет смысла меня убивать. За дверью вооруженные люди. Знаешь, что они сделают с тобой? - он тяжело вздохнул, - Что же мне делать с тобой, Аннелина?
  Ответить не успела, корабль накренился, и мы оба покатились. За дверью послышались крики. Каким-то образом в каюте появилась вода. В одно мгновение мы оставили все разногласия и поспешили выскочить из каюты.
  Море плескалось на палубе, люди метались в панике, кричали и отчего-то выпрыгивали за борт безо всякой надежды на спасение. Я подняла взгляд к небу, но его не было.
  Море встало вертикальной стеной, загородив большую часть небосвода. Невозможно было определить, ночь сейчас или день, вода, словно заполонила весь мир.
  - Никогда не видел подобного шторма, - проговорил Алмер, вцепившись в мою руку.
  В следующую секунду обезумевшая стихия обрушилась прямо на нас. Не было больше корабля, неба, Солнца или звезд, было лишь бескрайнее море, поглотившее все. Но мы все еще были живы каким-то образом. И другие люди все еще были здесь. Мертвые люди. Очень много мертвецов плавало в этой бесконечной пучине. Они тянулись ко мне, но тут же исчезали в густой непроглядной тьме моря. Я видела оголенные кости, исказившиеся гримасы полуразложившихся трупов. Некоторые из них все же касались меня.
  - Алмер! - закричала, но он уже выпустил мою руку, и его затягивала темно-зеленая бездна. Я видела, как под кожей адмирала проступают кости черепа, - Алмер! - прокричала снова.
  - Меня зовут Винсент, - ответил он, едва шевеля оголенными челюстями, а затем скрылся среди этих ужасающих волн.
  "Они все давно уже мертвы", - вдруг подумала, а потом вспомнила, что можно проснуться.
  ***
  За окном едва забрезжил рассвет, можно еще немного поспать, вот только моя постель стала мокрой. Самое лучшее время для непрямого вхождения. Отправилась на кухню и выкурила сигарету, после чего наспех перестелила белье. Взяла еще одну подушку и легла на спину, так проще осознаться. Только бы не шевелиться. При следующем пробуждении нужно попытаться разделиться с телом. Осознанный сон, астральная проекция, фаза быстрого сна, по сути все это одно и то же.
  Сразу не выходит, и я начинаю вращаться мысленно, всматриваться в образы, возникающие под закрытыми веками, плавать и качать ногой. Все только в моей голове. Никаких движений физическим телом. Наконец, падаю с дивана и ощущаю под собой холодный пол. Еще не знаю, проснулась ли я или все-таки разделилась с телом. Проверяю реальность как всегда, протыкая оконное стекло пальцем. Прозрачная гладь нехотя поддается.
  На кухне слышны шаги, кто-то отодвинул стул. Мне вдруг становится страшно, будто в мою квартиру действительно забрался посторонний. Но, пересилив оцепенение, выхожу из спальни.
  Демон сидит за столом и крутит в руках мою зажигалку, будто собирается закурить, но увидев меня, протягивает мне сигареты.
  - Что там произошло? - спрашивает он.
  - Где? - спросила, закуривая.
  - На фрегате.
  - Ничего хорошего, разве сам не видел?
  - Я-то видел, только не понял, что это было, - иногда он кажется мне совсем человеком.
  - Хочешь сказать, ты тут не причем?
  - Хочу сказать.
  - Я тебе не верю, - бросаю на него подозрительный взгляд.
  - Теперь и ты видела, как рушатся миры.
  - Он умер?
  - Он умер задолго до того, как присниться тебе. А если точнее, в 1690 году.
  - Все-таки конец XVII, так и думала, - и тут вдруг опешила, - Погоди, так это все реально было?
  - Теперь да.
  - Поясни.
  - Время пластично. И совсем не линейно. И любая реальность реальна. Вероятности могут переплетаться. То, что могло бы случиться, обязательно случается рано или поздно. Это один из базовых законов бесконечности, ты знаешь. Я взял вполне реальную дату, когда создавал этот мир, и теперь он с равной вероятностью мог быть как частью твоего мира, так мог и не быть. Ты совершила наблюдение за состоянием, что вызвало воплощение, волна приняла форму частицы. А значит, все было на самом деле, пусть не здесь и не сейчас, - демон ответил короткой лекцией.
  - А что с ними со всеми стало?
  - Видимо, просто затонули. А мертвыми ты увидела их потому, что одновременно пребывала в двух временных отрезках. Они были и живыми, и мертвыми.
  - Как кот Шредингера?
  - Нет, по-другому. С котом дела проще обстояли, но эффект на выходе мы имели тот же.
  - И я больше не смогу туда попасть?
  - Откуда мне знать?
  Он вытащил сигарету из моей пачки и тоже закурил.
  - Не знала, что демоны могут курить, совсем как люди.
  - Я еще жрать могу совсем как люди и все остальное тоже могу, - рассмеялся Крон так, что меня передернуло.
  - Прекрати, - прошипела я.
  Его глаза сверкнули холодом, а губы растянулись в ядовитой улыбке. Он отрицательно покачал головой, а потом резко схватил меня когтистыми лапами, и мы стали проваливаться в какую-то бездну. Вскрикнула, но не от страха, а от злости. Почему-то мне никогда не было страшно рядом с Кроносом, что бы ни происходило. Но иногда он вызывал у меня дикий приступ бешенства. Ни в одном из миров я не испытывала подобного.
  Падение было жестким, несмотря на то, что Крон все-таки упал первым, а я приземлилась уже сверху. В свой храм он приводил меня уже не в первый раз. Не могу сказать, что мне нравилось помещение, но оно было привычным, своим. Здесь я чувствовала себя как дома, несмотря на то, что восседать мне приходилось на холодном каменном жертвеннике. Но порою таковое сидалище казалось мне самым удобным креслом. Свет факелов немного разгонял темноту, позволяя ей копошиться лишь в углах среди полусгнившего хлама.
  Демон поднял меня одной рукой и усадил на жертвенник.
  - Вот мы и дома, - произнес он.
  - Хоть бы раз прибрался тут, - я брезгливо поморщилась.
  - Ничего-то ты не понимаешь, - вздохнул демон, - эти вещи символизируют ход времени.
  - Эти вещи гниют, - я изобразила на лице отвращение.
  - Скажи спасибо, что не воняют.
  - Разве какие-нибудь жрецы не обязаны убираться в твоем доме?
  - Ты видишь хоть одного из них? - он обвел помещение руками, - У меня уже несколько тысяч лет нет никаких жрецов. Ну, кроме тебя, разумеется. Не хочешь разобрать хлам?
  - Я тебя убью сейчас, мерзкий демон! - встала на ноги и сжала кулаки, собираясь наброситься на Крона, но тот быстро отлетел от стола.
  - Ой, не грозилась бы ты, стоя на жертвеннике, - послышался его ледяной смех, хотя было видно, что рта он не открывал.
  - Сними меня отсюда! - затопала ногами.
  Кронос плавно приблизился, но руки подавать не спешил, а пристально уставился на меня, как на обезьянку в зоопарке.
  - И почему ты совсем не боишься меня? - спросил он с неподдельным интересом исследователя.
  - А должна?
  - Хотя бы из уважения к моей потусторонней природе.
  - Знаешь, на самом деле я ни с кем не чувствовала себя настолько спокойно, как с тобой. Бояться и ты - вещи несовместимые. Так что, плевала я на твою природу.
  - Все еще хочешь слезть?
  - Если ты не прячешь за спиной ритуальный нож, то нет, - снова села, на этот раз скрестив ноги.
  - Была у меня такая мысль, признаюсь, ну да ладно, - он махнул рукой.
  - Почему-то я думала, что у тебя в храме должно быть свое место, трон что ли какой-нибудь. А тебе тут и присесть некуда.
  Он снова рассмеялся.
  - Ты думаешь, боги реально слонялись по собственному храму вот прямо как я сейчас? И со жрицами своими пиво пили? Ну, ты даешь!
  - А что, не так разве?
  - К тому времени, когда его построили, я давно уже был мертв.
  - Почему же ты привязан к этому месту? Не мог получше дом себе выбрать?
  - Это место, оно помнит обо мне. Все эти жертвования Ваал Фагору, это же не просто так придумали. Когда ты умрешь, поймешь, насколько важно, чтобы о тебе помнили.
  - И тебе приносили человеческие жертвы? - я поморщилась
  Он отвел взгляд и замолчал. Обошел жертвенник и провел пальцем по канту.
  - Люди довольно глупые существа. Я об этом не просил.
  - Там, где я сижу сейчас?
  - Только не говори, что тебя это смущает, - он всплеснул руками.
  - Да нет, я понимаю, правда.
  - Иногда они отдавали самое дорогое, что у них есть, - печально произнес он, а я, кажется, поняла, о чем он.
  - Если тебе неприятно, можешь не рассказывать.
  - Не приписывай мне человеческих комплексов. Видишь кантик? - я кивнула, - На самом деле это желоб. По нему стекала кровь вот в эту чащу, - он поднял каменный сосуд, стоявший у подножия постамента. Потом они пили ее, обмазывались и впадали неистовство. Обычно все заканчивалось оргией.
  - Они так тебя вызывали?
  - Ага, пытались, - усмехнулся он, - Я даже не знал тогда, что тут такое происходит. Мне от таких дикостей удовольствия не много.
  - Да ладно, - усомнилась я.
  - Не, ну оргии - ладно еще, но трупы, кровища меня не прельщают. Я ведь в первом воплощении жил вполне цивилизованно. Кто ж знал, что они начнут поклоняться таким образом. Теперь я понимаю, почему секта христиан после получила такое распространение. Я ж говорю, люди очень глупые существа. Они делают то, что, по сути, не нужно ни богам, ни им самим. Могли бы просто фрукты приносить и жечь благовония, эффект был бы тот же.
  - Откуда ты знаешь? Смотри, как ты теперь привязан к этому месту. Несмотря на то, что храм давно разрушен, ты все еще приходишь сюда.
  - Мне от твоих постов в сети и то больше толку. Я не пойму, ты своих соплеменников оправдываешь?
  - Какие они мне соплеменники? Это вообще, кто был-то? Аккадцы?
  - Это был Вавилон.
  - Просто пытаюсь разобраться в метафизике. Вообще было бы неплохо, если бы ты изложил последовательно все, что помнишь.
  - Ага, если б я все еще помнил! Ты вот все события своей жизни помнишь в подробностях?
  - Ну, большую часть.
  - Вот и я помню последние лет тридцать. А вспоминать все, что было до, все равно, что вспоминать себя в младенчестве.
  - Ну, ты все-таки не человек.
  - Ты тоже, но почему-то о прошлом ничего не помнишь, Рея.
  - Мне просто кажется, что ты ошибаешься.
  - Я вижу больше.
  - Все, что я знаю про твою Рею, никак не вяжется со мной. Вообще никак. Вот ничего общего не нахожу. Нет, может быть, я и бывала чем-то другим, не спорю. Но с чего ты взял, что я именно твоя сестра?
  - Да потому что только она имела надо мной хоть какую-то власть. И еще ты.
  - Не знаю, Рея связана со стихией земли, я же с водной частью огня. Я ничего не смыслю в земледелии, ее культ не вызывает у меня даже никаких эмоций.
  - Ну, Сатурн тоже считался богом посевов, ты можешь представить, чтоб я работал в поле? Мало ли что там люди себе придумывают, - презрительно произнес он.
  - Так у Сатурна есть и другое значение, в твоем случае, понятно, что это приписанные свойства.
  - А ты культ Кибелы помнишь? А твой фригийский акцент?
  - А на аккадском я говорю с шумерским акцентом. А на древнеегипетском акцент будет коптский. Может это от учебника по фонетике зависит? Да и фригийский от греческого не сильно отличается. Но почему сходств с Нинлиль или Нуит ты во мне не углядел?
  - Ну, какая из тебя Нуит? Она ж корова.
  Я рассмеялась. Нуит - древнеегипетская богиня неба, которую изображали в виде гигантской коровы цвета ночного неба со звездами, если кто не в курсе. Самое интересное, что Нуит отождествлялась с Реей, но Крон продолжал:
  - Я помню Рею с детства, и тебя тоже. У вас действительно много общего. Можешь думать, как хочешь, но я хочу думать так. Было бы очень обидно, если бы я снова ошибся.
  - У тебя просто мания какая-то на этот счет. Ну, какая к черту разница? Все же идет правильно.
  - Рея всегда все делала правильно, с самого начала она была очень рассудительной, знала на все ответы. Мне же всегда хотелось все сделать наоборот. Я понимал, что ты старше, умнее, мне бы следовало послушать тебя тогда. Но я вдруг вспомнил свое еще более древнее происхождение, во мне взыграла кровь Хаоса и... Вот чем все кончилось.
  - Мне кажется, ты слишком много копаешься в своем прошлом. Все это было так давно, что вряд ли имеет теперь какое-то значение. Да и было ли вообще?
  - Просто у тебя время линейно, - эту фразу он произнес так, будто говорил с умственно отсталой, я немного обиделась, - Я же могу видеть все и сразу. И даже больше. Поэтому для меня все до сих пор имеет значение.
  - Для меня все еще твое восприятие времени остается не совсем понятным. Я сижу с тобой здесь и сейчас, а ты можешь видеть то, как я родилась или как умру одновременно?
  - Пока что я тоже нахожусь здесь и сейчас. Я воплощен. Одновременно я могу все видеть, будучи невоплощенным. Это похоже на то, как ты видела гибель того фрегата. И кстати, я не вижу, как ты умрешь. Я вижу лишь все множество вариантов. Какой из них ты выберешь, не могу знать.
  - А, так я тоже умею, - ответила не без гордости, - Это когда я каждую ночь умирала в нигредо.
  - Да, почти так. Или, когда ты в трансе пролистываешь миры. Только я вижу больше. От того и не могу четко ответить, что было на самом деле, а что нет.
  - Знаешь, больше всего я боюсь, что, в конце концов, ты окажешься всего лишь плодом моего воображения. И все закончится. Помнишь, что ты мне обещал в детстве?
  - Помню. И помню, как ты отказалась в угоду мимолетным желаниям. Неужели ты не жалеешь?
  - Иногда, - я смутилась, - Но ведь ты все равно не уходишь.
  - И не уйду. Все еще будет, - люблю, когда он говорит эту фразу, она обнадеживает, - Я ведь обещал тебе твои любимые игрушки. Они у тебя есть.
  - В том-то и дело, что это просто игрушки. Я несколько иначе себе это представляла.
  - Все дело в приемлемости формы, - заговорил он тоном профессора, - Все сбывается, но лишь в возможной для тебя форме. Еще один из базовых законов. Небось, ожидала, что разверзнется портал, и ты попадешь из реального мира в свой выдуманный? В том же теле, исчезнув из одного места в другое?
  - Вообще-то да, - ответила и засмеялась, теперь мне тоже казалось это довольно нелепым. Неприемлемая форма, что еще сказать.
  - До сих пор вспоминаю твой дом миров, надо ж было такое придумать, - он тоже рассмеялся, но на этот раз не так холодно, как обычно.
  - В тринадцать лет мне казалось, что это просто идеальная модель. Собрать всех персонажей прочитанных книг в одном месте.
  - Ты скоро проснешься, - сказал он с некоторым сожалением.
  Понимаю, что совсем не хочется уходить. Я могу разговаривать с ним часами напролет, совершенно не замечая хода времени. Наверное, все-таки сказывался дефицит общения. Мне нравится, что я не должна пояснять значение тех или иных слов, подбирать метафоры. С Кроносом все просто и понятно. Он знает все, что знаю я, и чуть-чуть больше. Ну почему же среди живых людей не нашлось ни одного, способного говорить со мной на одном языке?
  - Ненавижу просыпаться, - пробормотала, снимая с глаз повязку. День не сулил ничего хорошего. После всего того, что возможно во сне, сложно заново обретать вкус к простой человеческой жизни. Каждый день я ищу какой-то бессвязный смысл и снова его не нахожу. А может быть разом прекратить это существование? Ведь я точно знаю, что ждет меня после смерти? И зачем только сказала, что хочу пройти до конца? Это же неимоверно глупое занятие. Настоящая жизнь начинается после. "Когда ты умрешь, поймешь, насколько важно, чтобы о тебе помнили" - всплыла фраза из памяти. А потом включила музыку и отправилась к мольберту. Нужно же хоть что-то сделать для вечности.
  ***
  - Есть у меня к тебе просьба одна, - услышала в голове знакомый голос.
  - Сразу предупреждаю, я не стану воздвигать тебе храм. Я, знаешь ли, не слишком смыслю в монументальном строительстве.
  - Нет. Не надо строительства, этих каменоломен, ничего такого. Это уже прошлый век. Сейчас же время цифровых технологий.
  - Хочешь аккаунт на одноклассниках? - рассмеялась.
  - Почти. Я хочу сайт. Чтоб я мог там писать.
  - Фигасе, ты хочешь вести блог? Нет, это уже слишком, - снова не смогла сдержать смеха.
  - А что такого? Я многое помню, а мифопедия не отражает всего того, что я мог бы донести. Я ведь так многое вспомнил, а кроме тебя, мне некому этого рассказать.
  - Я подумаю. И как ты писать собираешься?
  - Через тебя.
  - Не, так не пойдет. Мне и так кучу текстов надо писать каждый день. Своей работы полно, а тут еще и за тебя работать.
  - Давай заключим сделку.
  - Как это банально для демона. Не ожидала от тебя.
  - Я серьезно. Ты делаешь мне сайт, помогаешь писать, там будут уникальные тексты интересные, а ты можешь собирать пожертвования и вешать любую рекламу. Все доходы твои.
  - Какое-то не серьезное предложение. А как же все богатства мира к моим ногам?
  - Ну, я же не душу твою прошу взамен. Всего лишь самый простенький сайт. А ты сразу - все богатства мира к ногам. Дороговато.
  - Тогда ищи вебмастера по объявлениям. Кстати, ты так и не пояснил эту историю с Крайоном. Что за чувак там книжки пишет?
  - Я никакого отношения к этому не имею. Ну, мало ли, кто к нему приходил. И вообще, мы ж смотрели, там столько бреда, я бы такого точно не написал.
  - О некоторых вещах он говорил твоими словами. Когда я курить бросала, ты мне то же самое говорил. И в той же манере. И еще некоторые вещи. Может, все-таки объяснишь?
  - Ничего не знаю. Просто совпадения.
  - Ты в моей голове, думаешь, я не понимаю, когда ты врешь? Ты с кем-то общался, кроме меня?
  - Как ты могла подумать такое? Я тебя столько искал!
  - Вот именно, пока искал. Ни с кем и никак?
  Он замолчал, но я твердо ощущала, что он никуда не ушел.
  - Ну, пытался пару раз, но ничего не вышло. Ты же видела, сколько там откровенного бреда про инопланетян и всякую позитивную хрень. Я такого просто не мог придумать. Меня всегда понимали неправильно.
  - Значит, все-таки общался, - обиженно произнесла я.
  - Это было в восемьдесят девятом году! Думаешь, легко было с тобой сразу контакт установить? Ты еще и пугалась тогда, как сумасшедшая. Естественно, что я мог попробовать и с другими. Но ничего не вышло. Все, что они пишут - это их весьма субъективное восприятие того, что я говорил тебе! - это так странно, когда чужие мысли в голове срываются на крик, - Только ты смогла меня слышать по-настоящему, без интерпретаций.
  - Ты мне столько лет говорил, что я тебя сама позвала, а оказывается, что ты просто искал достаточно способного медиума, чтоб в интернете публиковаться! - я заговорила вслух, - Ты мне соврал! И откуда мне знать, что у тебя сейчас нет десятка запасных вариантов? А то вдруг я интерпретирую все не так, как надо!
  - Да я каждый день прихожу. И ночью. Когда бы я еще с кем общался? Ты мне сейчас предъявляешь за то, что было почти тридцать лет назад. Я просто тебя искал. Потратил на это десять тысяч лет. И естественно, что где-то может всплывать информация обо мне. Ты же ничего не предъявляешь за мифы?
  - Оставь меня. Не хочу говорить.
  - Нет, не оставлю, пока ты не поймешь.
  - Я все поняла. Просто оставь. Иначе пойду сдаваться психиатрам, потому что моя галлюцинация хочет стать блогером.
  В комнате заметно поднялась температуры, а значит, он действительно ушел. Некоторое время была этому даже рада, но потом гнев мой утих, и я уже начала жалеть, что прогнала Кроноса. Мало ли с кем он мог общаться до моего рождения. Мои эмоции показались низменными и недостойными проявления. Все-таки мне еще многому предстояло научиться. Легко быть разумным и рассудительным существом на фоне еще более низших форм жизни. И червяк для амебы божество. Но когда сталкиваешься с силами более высокого порядка, понимаешь, что никуда твои инстинкты не делись.
  Я все еще сомневалась в том, что Крон на самом деле реален. С одной стороны, мне хотелось убедиться, что не схожу с ума, искала подтверждения во всем и конечно находила, впрочем, как и любой шизофреник. С другой же, больше всего я боялась узнать, что все выдумала. На отсутствие фантазии никогда не жаловалась.
  Гадать на картах самостоятельно было бесполезно. Прекрасно понимала, что из всех значений буду выбирать лишь то, которое меня больше всего устроит. Но мне было к кому обратиться по этому вопросу. И я попросила погадать мне вечером другого живого человека, наверное, впервые в жизни.
  - Могу тебя порадовать, это точно не галлюцинация. Он вполне реальное существо, - такому ответу я действительно скорее обрадовалась, хотя теперь во мне поселилось некое сомнение на счет всего, что мог говорить мне Крон. Сейчас он хочет сайт, мало ли что, потребует позже. Все-таки те легенды, которые он о себе рассказывал, могли бы напугать кого угодно. О таких существах интересно читать в книжках, но не иметь с ними дел в реальности.
  - Хоть это радует. А что ему вообще от меня нужно?
  - Вообще, он ведет себя как типичный демон. Но конкретной цели у него нет. И угрозы от него тоже не исходит. Ему нужно от тебя общение, как и тебе. И еще он испытывает вину перед тобой. Он что-то такое совершил, очень страшное.
  Однако подробнее обсудить это вопрос нам не удалось ввиду некоторых внешних обстоятельств. Пришлось прервать сеанс, хотя мне безумно хотелось узнать подробности. Но нам было ясно дано понять, что дальше задавать вопросов не стоит. Да и к чему гадать, когда я могу спросить Кроноса напрямую, раз он все-таки существует. Еще немного поговорив на отвлеченные бытовые темы, я со спокойной душой отправилась заниматься своим любимым делом, то есть спать.
  ***
  Ночь не удалась. Сны были, но совершенно обычные. Никаким способом осознаться не получалось. От этого проснулась совсем расстроенной. Зря все-таки разругалась с Кроном. Целую ночь проспала впустую. Обидно до слез.
  Внезапно ощутила во рту вкус крови. Даже не так, почувствовала, что очень хотела бы ощутить вкус крови. До того сильно и внезапно, что даже губу прокусила. Но этого показалось мало. Я решила, что дело в низком уровне гемоглобина.
  В последнее время соблюдаю одну странную диету. Это случилось спонтанно, я не собиралась придерживаться какого-либо особого питания, но, тем не менее, выходило так, что около двух недель питалась одними овощами, затем наступал день голодовки, у меня просто не было желания принимать пищу, а после около недели потребляла мясом. Затем опять все повторялось. Не знаю, с чем это связано, но мой организм четко давал понять, чего именно ему хочется. А я и не спорила. Но крови мне еще ни разу не хотелось.
  Обвинив во всем гемоглобин, отправилась в магазин и купила кусок свежей говяжьей печени. Похожая на губку, истекающая кровь, ароматная вкусная печень. Даже в сыром виде она возбуждала аппетит, но тогда мне не пришло в голову съесть ее без термической обработки. Но и никаких рецептов не стала выдумывать, а решила просто ее пожарить. Почему-то мне казалось, что оттенок горечи только придаст оригинальности блюду. Порезав печень на аппетитные ломтики, принялась обжаривать ее на сковороде. Мне хотелось, чтобы лишь корочка слегка схватилась, а внутри она оставалась такой же мягкой и сочной. Совсем чуть-чуть поджарить и сразу вынуть.
  Острая вилка проткнула тонкую корку и из кусочка брызнула свежая кровь. В конце концов, едят же некоторые бифштекс с кровью, а чем печень хуже?
  Как же мне приятен отдающий металлом и горечью вкус печени. Вдруг представилось, что я вгрызаюсь в еще живую теплую плоть. Вспомнились степняки, сжирающие печень убитого врага, пока она еще теплая, живая, трепещущая. Вкус крови вызывал во мне странные экстатические ощущения.
  Но чем больше поглощала этой незамысловатой пищи, тем меньше удовольствия она вызывала. В конце концов, я с отвращением посмотрела на остатки блюда и содрогнулась, видя кровоточащие премерзкие куски, источающие аромат разложившегося трупа. В тарелки лежала мертвечина. Без малейшего сожаления, отправила остатки завтрака в мусорку. Какую же гадость я только что съела! От одной мысли готова была вывернуться на изнанку. Чтоб мне всю жизнь одним хумусом питаться.
  ***
  Сегодня на удивление быстро стемнело, день прошел быстро и незаметно. Меня всегда пугает быстро убегающее время. То, что уходит так быстро, рано или поздно закончится. Предпочитаю, чтобы часы тянулись медленно и вальяжно, иногда застывая на месте, давая возможность оглядеться по сторонам и подумать. Конечно, ничего критичного не происходило, просто дни становились короче из-за банального прихода осени.
  - Все еще злишься? - с долей вины спросил Крон.
  - Неужели ты думаешь, что я стану тратить время на плохое настроение?
  - Так ты подумала над моим предложением?
  - Подумала. И что ты хочешь там писать?
  - Все, что я помню. Ты ведь разрешишь воспользоваться твоим телом?
  - Чего?! - от такого предложения я выпала в осадок.
  - Δεν είναι αυτό που νομίζεις . Я могу писать через тебя. Твоими руками.
  - Если честно, мне не слишком нравится такая идея.
  - Я не останусь надолго, у меня у самого не так много сил.
  - Слушай, я видела одержимых, эпилептические припадки меня совсем не прельщают.
  - Я ж не собираюсь занимать твое тело насильно, просто впусти меня и будешь наблюдать как бы изнутри. Это совершенно безопасно. Побудешь медиумом.
  - Мне кажется, ты слишком многого просишь.
  - Все доходы от сайта твои.
  - Не, только все богатства мира к моим ногам. Иначе не пойдет.
  - Издеваешься.
  - И даже не пытайся занять мое тело, пока я сплю. Я знаю, о чем ты думаешь. Все, потусторонним вход воспрещен.
  - Тогда сама будешь писать.
  - Я подумаю. Извини, но в своем теле я предпочитаю жить в одиночестве. Достаточно того, что ты есть в моей голове.
  - Это не так. Просто ты меня слышишь в голове. Я стою за твоей спиной.
  Инстинктивно обернулась и мельком заметила прозрачную тень, которая тут же исчезла. Я могла чувствовать, где именно он стоит и даже видеть временами, но эти ощущения были столь мимолетными, что можно было списать на "показалось".
  - А чем докажешь, что ты реален?
  - Часы. Могу сломать все часы в квартире.
  - Твой фетиш что ли? - рассмеялась.
  - Ага, фетиш.
  - Ну, сломай.
  - Не сейчас. Позже.
  - Ничего-то ты не можешь, глюк позорный.
  - Как знаешь.
  Когда уже собиралась заткнуть уши берушами и отправиться в очередное путешествие к иным мирам, послышался звук падения в другой комнате. Я вышла и обнаружила, что настенные часы упали, а те, что висели в гостиной, остановились. "И все-таки он настоящий", - не без удовольствия отметила.
  ***
  Слышен шум дождя за окном. Пахнет сыростью. Небо озарилось яркой вспышкой и разразилось грохотом. На окне почему-то нет стекла, а подоконник выложен из камня, на котором вдруг появляются пальцы, длинные, тонкие с черными когтями. Рука хватает меня за ворот ночной рубашки и утаскивает в окно. Даже вскрикнуть не успела. Но мы не падаем, мы летим.
  - Вот я и освободил тебя из башни, - смеется Крон.
  Оборачиваюсь и вижу, за его спиной хлопают два гигантских кожистых крыла, а глаза с тонкими вертикальными зрачками светятся в темноте. Давненько я не видела его в этом облик. Обычно он сторонился этого зооморфизма и все чаще представал передо мной в человеческом обличии.
  Он держал на вытянутых руках перед собой, меня обдувало ветром, а дождь острыми осколками впивался в тело, но мне было все равно. Казалось, что я лечу на собственных крыльях. Мы резко взмывали вверх, чтобы снова устремиться к земле. Вскрикнула, но не от страха, а от избытка чувств. Так кричат дети в лунапарке, от удовольствия. А я ведь до сих пор люблю все эти карусели и качели. А тут такой потрясающий аттракцион.
  Промокшую и довольную он принес меня к воротам готического замка. Здесь я еще ни разу не бывала. Обернулась и увидела, что крылья его исчезли, а тонкие длинные зрачки округлились и приобрели почти человеческий вид.
  - Я так и не успела разглядеть, был ли у тебя хвост, - пожаловалась демону.
  - Конечно, а как же без хвоста? - он смеется, - И рога в полметра как у оленя. И копыта. Все, как положено, - рогов и копыт у него точно не было, не сомневаюсь, а вот на счет хвоста не была уверена. Почему-то мне казалось, что хвост должен быть обязательно для лучшей аэродинамики, но Крон не любил этого обличия, и редко показывался в таком виде при свете.
  Ворота открылись самостоятельно, а подъемный механизм опустил широкий деревянный мост через ров. Жестом он пригласил проследовать внутрь.
  - Ты сменил апартаменты? Почему мы не идем в храм?
  - Квартирку снял в XIII веке.
  - А тут кто-нибудь еще есть? - поинтересовалась, входя внутрь и оглядывая свою одежду. На мне все еще была одна хлопковой рубахе, кое-где разорванной когтями. Не хотелось представать в таком виде даже перед несуществующей челядью.
  - Я и сам не знаю, - пожал он плечами, - Недавно снял.
  - Мне бы переодеться, - указала на рубашку и босые ноги.
  - Ты же спишь. Какая разница, что на тебе надето?
  Мы шли по длинному коридору, никаких признаков присутствия других людей так и не заметила. Остановились перед дубовой двустворчатой дверью, за которой моему взору открылся просторный зал с деревянными креслами, обитыми кожей и небольшим столом, уставленным алхимическими приборами и склянками. С потолка свисал огромный бронзовый канделябр, а окна были завешаны тяжелыми шторами, которые едва колыхались от порывов ветра. И тут я увидела, как из дальнего угла комнаты на нас надвигается самый настоящий тигр.
  Кронос заметил мои округлившиеся глаза и заулыбался:
  - А, это Мурзик, он не кусается. Можешь погладить.
  Мурзик подошел ближе, а я, подавляя инстинкт самосохранения, протянула руку. Тигр прикрыл глаза и басовито замурлыкал.
  - Что это вообще за мир? Тигр, замок, XIII век. Насколько он настоящий?
  - Достаточно плотный, как видишь. Играть будем?
  - Во что?
  - В осаду замка. Я пригласил тебя поиграть. Скоро придут жители ближайшего селения с вилами, может, даже несколько рыцарей и мы будем отражать нападение. Как тебе идея?
  - Умирать опять будет больно?
  - Ну а как ты хотела? Надо же, чтоб все реалистично было. Как в прошлый раз.
  - Понятно. А ты опять исчезнешь в самый неподходящий момент?
  - Не, сегодня они будут нападать на меня.
  - Расскажешь предысторию?
  - Ты сама все видела. Ничего особенного, самый обычный сюжет. Злой демон похищает девушку, а жители отправляются ее спасать.
  - Ага, а они не в курсе, что девушка не очень хочет-то спасаться?
  - Не, не в курсе, им не положено. Ну, так что, будем играть?
  - Ну, давай поиграем, - согласилась, но что-то подсказывала, что это не просто игра.
  - Только один момент. Ты ведь знаешь, что это сон и меня знаешь, правильно?
  - Ну, знаю.
  - Так тебе не интересно будет. Давай, чтоб все по-настоящему было. Отключим память на время. Чтоб все прям совсем по-настоящему. Чтоб страшно.
  - Я смотрю, ты знаешь толк в развлечениях. Мне уже страшно.
  - Брось, ты ведь знаешь, что спишь. Ну, так что, давай?
  - Крон, скажи сразу, в чем подвох?
  - Я тоже ничего не буду помнить. То есть буду думать, что реально похитил тебя. Иначе могу проболтаться. Но все это в любом случае безопасно. Ну, разве мы не справимся с селянами? Тебе понравится.
  - Хорошо. Но ты будешь тогда в облике именно демона, а не как сейчас. И с хвостом.
  - Черт с тобой, буду с хвостом. Пойдем тогда в башню, а Мурзик будет тебя охранять.
  - Ой, что-то меня твоя затея реально попугивает, - пробормотала, но все же проследовала за демоном.
  Мы поднялись по крутой винтовой лестнице под самую крышу. Подъем был таким тяжелым, что я едва не проснулась, но все же сдержала позывы, внимательно всматриваясь в рельеф каменной кладки. В маленькой комнатке в башне, освещенной масляной лампой, находился соломенный топчан и маленькое узкое окошко, в которое даже кошка не пролезет.
  - Ты тигров вообще не сильно боишься? Оставить Мурзика с тобой или лучше за дверью?
  - А он не нагадит? - почему-то этот вопрос занимал меня больше всего, - А то все настроение испортит.
  Крон потрепал Мурзика за холку.
  - Я лучше с ним к тебе зайду. А то не знаю, насколько этот мир окажется плотным. К тому же, никогда не угадаешь, как поведет себя твое создание. А ты ложись спать. И начнем.
  Дверь комнаты закрылась, и я улеглась не топчан в предвкушении приключений.
  ***
  "Все-таки, это было на самом деле", - с ужасом подумала, переворачиваясь на бок на узком соломенном топчане. Помещение явно не походило на мою комнату. За узким проемом окна все еще была ночь. Подошла к двери, но, как и следовало ожидать, она оказалась заперта. Несколько раз с силой ударила дверь ногой, но та стояла намертво, даже не шелохнулась. Зато за дверью послышалась возня и какое-то рычание. Кажется, мне не стоило шуметь. В скором времени дверь со скрипом отварилась, и я увидела его. Ядовито-зеленое пламя глаз рассекали тонкие вертикальные зрачка, казавшиеся фитилями. На лице, будто высеченном из камня, застыла недобрая улыбка. На голову был накинут капюшона, а за спиной виднелся странного вида плащ. Но потом до меня дошло, что никакой это не плащ. Это сложенные крылья. Существо передо мной не было человеком. Именно так изображали демонов на картинках, и проблема в том, что я в них не верила. Совсем. Позади этого существа мелькнула тень, и раздался рык. Какое-то животное, но толком не разглядеть.
  - Не думаю, что башня - подходящее для тебя место, - заговорил он тихим, но проникающим под кожу голосом, - И давай без глупостей, не пытайся сбежать или убить меня. Ни то, ни другое попросту невозможно. Можешь обращаться ко мне Ваал Фагор. Твое имя мне известно.
  - Что тебе от меня нужно?
  - Ничего особенного. Иди за мной.
  Он повернулся, зашуршав крыльями, а я увидела, что за существо пряталось в тени. Тигр! Огромный и полосатый. Да я ж ему на один зуб!
  Лестница круто уходила вниз, ступени были едва различимы в слабом свете редких факелов. Спуск показался ужасно долгим, насчитала более сотни ступенек, а потом сбилась со счета. В голову пришла мысль столкнуть демона, чтобы он покатился кубарем и наверняка свернул шею. Но идея была не лучшей. Даже если он и впрямь убьется, меня точно не оставит в живых эта полосатая тварь.
  Демон привел меня в комнату с несколько большим наличием мебели, но с такими же узкими проемами окон. Мой пленитель уселся в кресло, слегка расправив крылья, а тигр лег у его ног. На столе красовалась ваза с фруктами. Он указал на них рукой и произнес:
  - Угощайся. Не нужно меня бояться, - снова улыбнулся, видимо, пытаясь показать свое радушие, но у него не слишком хорошо это вышло.
  Не стала спорить, а заняла соседнее кресло и потянулась за виноградом, делая вид, что совсем не боюсь. Тигр внимательно следил взглядом за моей рукой. И я бросила взгляд полный ненависти на его хозяина.
  - Мне нравится огонь в твоих глазах, - он усмехнулся.
  - Зачем я здесь? - спросила, стараясь предать голосу как можно больше твердости.
  - А сама ты как думаешь?
  - Думаю, что ты сумасшедший. За мной придут.
  - Если придут. И это будет их самая большая ошибка.
  - Думаешь, ты бессмертный? Ты вообще знаешь, кто я? - в памяти всплыли картины из прошлой жизни, красивые наряды, менестрели, замок, но образы показались каким-то тусклыми, нереальным. Хотя, кажется, это именно моя жизнь.
  - Знаю. Я долго за тобой наблюдал. И поверь, твой строптивый нрав меня ничуть не пугает.
  - Отпусти меня, по-хорошему прошу.
  Демон рассмеялся холодным звоном ледяных колокольчиков так, что у меня уши заломило. Когда мне страшно, всегда становлюсь заносчивой и наглой, чтобы никто не догадался, какая на самом деле я трусиха. А сейчас мне было очень страшно. И больше всего меня пугала эта неопределенность. Даже тигр не так пугал, по крайней меня было ясно, чего можно ожидать от него. А вот Ваал Фагор ничего не говорил. Только смотрел обжигающим огнем зеленых глаз.
  - Не могу я тебя отпустить. На самом деле никто за тобой не придет. Они сами отдали тебя.
  - Что?! - вскочила с места, но заметив, как оскалился тигр, села обратно.
  - Они отдали тебя мне, чтобы спастись.
  Меня эта новость, мягко говоря, не обрадовала. Хотя удивляться тут было нечему, в селении ко мне не слишком хорошо относились.
  - И что теперь?
  - Я хочу, чтобы ты осталась. Никто не придет.
  Тяжко вздохнула, пытаясь придумать хоть какое-то подобие плана, но ничего путного в голову не лезло. Тем временем Ваал Фагор налил что-то в бокал и протянул мне. Со злости выпила залпом и ощутила обжигающей жар. Разум почти моментально помутнел, едва тепло разлилось по внутренностям.
  - Что это было? - спросила осипшим от крепости напитка голосом.
  - Настой на травах. Это не яд.
  Но затуманенный алкоголем разум решил иначе, и я запульнула опустевшим бокалом в демона. Однако он успел увернуться, а тигр прыгнул за бокалом, как котенок за шариком. Я же хотела хоть как-то атаковать демона, пока тигр разглядывал осколки, но тот резким движением пересек расстояние между нами и сжал мое горло когтистой лапой.
  - Даже не думай, - прошипел Ваал Фагор и все-таки отпустил, а после вышел из комнаты вместе с тигром, громко хлопнув дверью.
  Кажется, я его разозлила. В голове крутились варианты развития событий. Зачем я здесь? Хотел бы убить, убил бы сразу, но не сделал этого даже после того, как я начала его провоцировать. Сожрет? Вряд ли. Принесет в жертву какому-нибудь своему божеству? Возможно. Но тогда зачем тянуть? Он хочет, чтобы я осталась, - вспомнила его слова.
  Ничего-то он мне не сделает, просто пугает, вдруг пришло в голову. Может я выдавала желаемое за действительное, но страх забился в самый темный уголок сознания и не спешил выползать из своего укрытия. На его место пришла наивная уверенность, что демон не причинит мне вреда. А что мне, собственно, терять?
  Сначала я съела весь виноград и пару яблок, а потом начала колотить дверь. Кулаки быстро начали болеть, потому принялась долбить ногами. Но и это показалось мне малоэффективным. Тогда я схватила кресло и начала швырять его об дверь. Мебель была тяжелой, но на створках оставались четкие следы от ударов. Однако, в конце концов, выбилась из сил. Дверь оказалась слишком крепкой. От усталости рухнула на кровать и некрепко задремала. Сквозь сон слышала шаги за дверью. Скрип открывающихся створок вывел меня из сонной одури, но вставать не хотелось. Знала, что это он пришел. Ваал Фагор присел на кровать и осторожно провел когтем по моей руке, а потом шепотом заговорил:
  - Как хорошо, когда она спит. Такая тихая, - с кем он говорил, не видела, но мне сразу подумалось, что с тигром.
  Демон взял меня за руку, а я все еще притворялась спящей. Он вдруг наклонился совсем низко ко мне и прошипел:
  - Тебе нельзя спать.
  От неожиданности резко подскочила и непонимающе уставилась на демона. Почему это мне спать нельзя?
  - Да что тебе нужно от меня? - голос сорвался на писк.
  - Хочу, чтобы ты осталась. И ничего более, - он сидел рядом и мило улыбался.
  - А если я этого не хочу?
  - Разве тебе есть, куда идти? Разве тебе нравилась жизнь в селении?
  - Мне нравилось быть свободной.
  - Думаешь, там ты была бы свободной? - прошипел демон, склоняясь ко мне.
  - Я могла бы сбежать.
  - Может, ты уже сбежала?
  - Нет.
  - Ну, тогда смотри. За тобой уже идут. Только тебе это вряд ли понравится. До рассвета у тебя есть время выбрать, на чьей ты стороне. А сейчас я тебя оставлю.
  Демон расправил крылья, встряхнул ими, но тут же сложил и покинул комнату шагом. Оно и понятно, пространства для полета явно недоставало. Я лишь швырнула ему вслед подушку, но та шлепнулась об закрытую дверь.
  Вряд ли можно верить тому, что он говорил. Кто бы ни пришел за мной, нужно уходить отсюда. Мало того, что оказалась в плену у демона, так он ко всему оказался совершенно невменяемым. Даже сожрать не пытается. Заладил, как ненормальный: "Хочу, чтоб ты осталась". Только бы за мной пришли. А там, в суматохе я уж как-нибудь выберусь.
  В окне забрезжили первые солнечные лучи, заглянула в щель и увидела, как с холмов к замку плывет целое море людей. Они шли стройными рядами и совсем не были похожи на селян с вилами и факелами, в доспехах, со знаменами. Вскоре они приблизились, и я смогла разглядеть их знамя. Это был орел в красно-белую клетку на синем фоне. Мне всегда казалось, что только полный идиот мог придумать такой герб. И этот идиот шел за мной. Ему-то если я и была нужна, то лишь для решения политических проблем, хотя может он просто решил захватить соседние земли? Уже видела этого маркграфа однажды и точно знаю, быть спасенной им не хочу. Отвратительный мерзкий индивид. Скорее я пешком в ад пойду, чему стану женой моравского маркграфа.
  Снова начала колотить дверь и истошно вопить.
  - Ваал Фагор!!! - орала я, избивая деревянные створки.
  Дверь открылась так внезапно, что я едва не сбила с ног демона.
  - Что-то случилось? - невинным голосом спросил он.
  - Я передумала! Там, в окне, - указала рукой, - это не селяне, это моравский маркграф. Не отдавай меня ему!
  - Да чего ты так испугалась? Не отдам, не волнуйся.
  - Их там много. Нужно подготовиться. У нас есть еще люди, способные воевать? Нужно вооружиться.
  - Тебе полководцем стоило бы стать, - усмехнулся демон.
  - Стоило бы,- передразнила его.
  - В замке только я, ты и тигр. Оружие найдется, но вооружать мне некого, - демон пожал плечами, точнее крыльями.
  Закованные в железо воины вскоре окружили замок со всех сторон, но через стены перебираться не спешили. Мы смотрели на происходящее через окна верхних этажей. С улицы слышались глухие удары. Они пытались вышибить ворота тараном. Даже и не думала, что у маркграфа может оказаться так много людей. А нас было всего трое, включая тигра.
  Удивительно, но, увидев моравских солдат, напрочь забыла, что нахожусь в плену у демона. Теперь же сложилось ощущение, что я просто в гостях у старого друга.
  Тигр подошел сзади и как котенок потерся об меня, едва не сбив с ног. Я даже решилась погладить полосатого. Может он и не ест людей. Или вообще вегетарианец. Почему нет?
  Ваал Фагор облачился в старинный кожаный доспех, а на поясной перевязи я заметила тяжелый двуручный меч без каких-либо изысков.
  - Будешь прятаться или сражаться? - спросил демон ухмыляясь.
  - Прятаться точно не стану, - сжав кулаки, гордо вскинула подбородок.
  - Если они пройдут внутрь, то подожгут замок. Одевайся, - он бросил мне дорожный костюм, куртку из свиной кожи с нагрудной металлической пластиной и высокие сапоги, - Если я дам тебе оружие, ты не вонзишь его мне в спину?
  - Нет, - уверенно ответила, натягивая одежду поверх рубашки. В демонических глазах заплясали веселые огоньки.
  - Тогда идем.
  Мы спустились на самый нижний этаж замка. Здесь располагался арсенал. Оружие, много оружия. Некоторые предметы видела впервые и даже не догадывалась об их предназначении. Множество мечей висели на стенах, с прямыми лезвиями и изогнутыми, тяжелые и легкие. Некоторые были настолько огромными, что вряд ли человек смог бы вообще владеть таким оружием. Хотя, не стоит забывать, что хозяин замка не человек. Неизвестно, какие еще обличия у него могут быть. Помимо всевозможного холодного оружия, имелись луки и арбалеты, аркебузы и пищали, палицы и моргенштерны, какие-то стальные кольца и шипастые звезды, копья, секиры, дубины. Некоторые были настоящим произведением искусства, другие же напротив, представляли собой грубые, но не менее смертоносные орудия. Я с интересом разглядывала арсенал, представляя себя в том или ином образе.
  - Выбирай то, с чем лучше всего сможешь управиться, - сказал демон.
  Выбрала короткий легкий меч и пару кастетов, хотя последние взяла скорее для красоты, чем для защиты. Ваал Фагор также нацепил на меня уродливый шлем и всучил щит, который я посчитала слишком тяжелым и все же бросила.
  - Нужно идти на задний двор, они сожгут замок, - напомнил демон.
  Наверху уже слышались шаги и лязг металла. Почему-то обрадовалась тому, что оказалась здесь, а не у себя дома. Сомневаюсь, что там позволительно было бы самой отстаивать свою жизнь.
  Демон повел меня на улицу через лабиринты подземных катакомб. В коридорах не было никаких источников света, однако это никак не сказывалось на возможности видеть. На поверхность мы вылезли через старый иссохший колодец и тут же были замечены одним из солдат. Я немного растерялась, но демон легким движением руки испепелил воина.
  - Ваал Фагор! - крикнула своему пленителю, - Зачем тебе меч, если ты можешь вот так легко испепелять?
  - Никогда не знаешь, каким будет твой наилучший способ убийства в следующий момент. Вообще-то, я никогда не любил убивать. А ты?
  - Если честно, не знаю. Не пробовала.
  - Обернись, - совершенно спокойно произнес демон, будто позади меня увидел красиво облако, а не бегущего с двуручной секирой наперевес воина. Обнажила меч и выставила перед собой. Фехтовать я училась, но только тупым мечом, к тому же особых успехов не делала. А тут настоящий солдат, убивший десяток, а может и сотню таких же неумех, как я.
  Первый удар он нанес сверху, если бы я не отпрыгнула сперепугу в сторону, мой череп треснул бы как спелая дыня, забрызгав солдата кровью и мозгами. Удар пришелся по земле, а я попыталась атаковать наклонившегося воина так, чтобы нанести удар в шею. Но тот поймал лезвие стальным напульсником, однако вывернуть из рук меч не сумел. Клинок не попал в борозду, тем не менее на ногах я не устояла, шлепнувшись на задницу. Он снова поднял секиру и навис сверху, когда я вместо того, чтобы откатиться в сторону, скользнула как можно ближе к противнику. Тяжелый удар обрушился прямо за моей спиной, зацепив край куртки, а мой коротки меч вонзился аккурат в закованное в железо пузо нападавшего. Воин покачнулся и всем весом упал на меня. Послышался смех демона, я, нелепо дергаясь, пыталась выдернуть клинок из мертвого тела, да заодно и самой выбраться. Ваал Фагор легким жестом откинул труп в сторону и тут же сразил своим огромным мечом подоспевшего сзади ратника, вращая при этом двуручное оружие одной рукой. И это существо еще опасалось, не всажу ли я ему нож в спину? Да он меня одним крылом прихлопнет.
  Вскоре войска противника практически окружили нас, и я уже не могла замечать, кого рвет тигр, кого сжигает или рубит демон. Я же все больше уворачивалась от случайных атак и пряталась за спину демона, потому что вопли раненых, тигриный рык, вспышки адского пламени и брызжущая отовсюду кровь меня полностью дезориентировали. Двор покрылся сплошным кровавым месивом, мы двигались к воротам, наступая на человеческие тела, некоторые из которых еще стонали. Перед глазами мелькали клинки моравов, я отмахивалась от них наудачу своим легким мечом, а демон прикрывал меня крылом от долетавших из-за стены горящих стрел. Ему же они не причиняли вреда.
  - Их слишком много, - донесся до меня крик Ваал Фагора, - Спрячься в срубе, я не могу тебя защищать!
  Пригнувшись, рванула к бревенчатой постройке, а добежав, прижалась спиной к стене, пытаясь перевести дыхание. Но передо мной возник один из моравов. Его лицо было покрыто волдырями от ожогов, на плече зияла глубокая рана, а рука болталась плетью, но это не мешало ему крепко сжимать другой рукой палицу. От него пахло паленым мясом и свежей кровью, он приблизился, и меня начало мутить. Сжала клинок так крепко, будто собиралась раздавить рукоять. Он замахнулся палицей и угрожающе заорал. Я тоже закричала и сжалась в комок, он промахнулся, послышался деревянный треск. Вдруг он схватил мой клинок рукой в железной перчатке и вырвал меч из моих пальцев, а я повалилась на бок. Мне ничего не оставалось, как отползать в сторону, но он снова собирался нанести удар. Сейчас ему ничего не стоило раздавить меня как таракана. Одна его нога была обнажена, уж не знаю, где он умудрился потерять сапог. Тогда я ударила кастетом прямо по голой ступне. Раздался противный хруст ломающихся пальцев, а ратник дико взвыл, попытался пнуть меня здоровой ногой, но не смог устоять на раздробленной ступне и грохнулся на спину. Встать ему уже не дала, напрыгнув сверху, а после чего начала наносить удары в голову обеими руками в кастетах. Сначала слышался крик, потом треск и хлюпанье. Он все еще сучил ногами, но его лицо уже превратилось в бесформенную жижу. Поняв, что вреда он мне уже не причинит, перестала месить то, что некогда было человеческой головой.
  - Пособницы демона! - послышался голос откуда-то сверху, - Никак не ожидал.
  Стоя на четвереньках над трупом, обернулась и увидела самого маркграфа верхом на лошади. Лицо было скрыто забралом, но я точно знала, что это он. Во мне вспыхнула безумная ненависть. Нащупала рукой палицу убитого мной солдата и со всей злостью запустила во всадника. Промазала. Конь заржал и встал на дыбы, а маркграф обнажил меч.
  - Станешь сражаться с безоружной? - выкрикнула я.
  - Ты пособница черта! - заладил он.
  - А ты тварь трусливая! Дай хоть меч взять и спешься, если у тебя есть хоть капля чести!
  - Я не стал бы сражаться с женщиной, не будь она ведьмой, - ответил маркграф, но все же отступил настолько, чтобы я могла достать свой клинок.
  - Спешься и сражайся как воин! - прокричала ему.
  Маркграф помедлил, но все же сошел на землю и осторожно двинулся ко мне. К сожалению, я не обладала способностями, полагающимися пособнице демона, а потому, трезво оценив положение, поняла, что шансы мои стремятся к нулю. Маркграф был умелым воином, выше меня на пару голов, в сияющих начищенных доспехах и с длинным клинком в руках. Он наверняка заметил страх в моих глазах и ощерился, показав гнилые зубы в щелях забрала. Маркграф принялся наносить удар за ударом. Я уклонялась, парировала, но все больше отступала. Мой клинок был намного короче, я просто не могла дотянуться до противника, чтобы нанести разящий удар. Продолжала отступать, рука ослабла, несмотря на то, что меч не был таким уж тяжелым. Он в конец вымотал меня. Сил не осталось даже на парирование, об атаке я и думать забыла, лишь позорно пятилась назад.
  - Ваал Фагор! - закричала от беспомощности. Но демон был в плотном кольце окружения. Тигра я не заметила вовсе. Сделав очередной шаг назад, споткнулась о чье-то тело и не устояла на ногах. Острое лезвие маркграфа уперлось в незащищенное горло.
  - Ваал Фагор! - выкрикнула в последний раз. Демон рванулся было ко мне, но опоздал. Я почувствовала, как сталь прорезала тонкую кожу, обжигая смертельным холодом. Во рту ощутился соленый вкус крови. Затрещала трахея, звук был таким громким, что заломило в ушах. Попыталась сделать вдох, но захлебнулась собственной кровью. Захотелось кашлять, но сил на это уже не было. "Как долго", - подумала я. И как же больно. Хотелось кричать, но воздух ледяным камнем застыл в легких. Конечности свело судорогой. "Умирать - это больно" - вдруг вспомнила я. Наконец, сознание начало покидать меня, а где-то вдалеке знакомый голос кричал:
  - Проснись! Слышишь, ты должна проснуться! Не вздумай! Проснись!
  ***
  Что-то холодное и твердое подо мной. Холодное и твердое как камень. Мне неудобно, но пошевелиться пока не могу. Сонный паралич. Шевелю кончиком пальца.
  - Ну же, просыпайся, - слышу тихий знакомый голос, - Ты дома, все закончилось. Проснись.
  С трудом поднимаю свинцовые веки и вижу обеспокоенное, но улыбающееся лицо Кроноса. Я дома.
  Сжимаю и разжимаю пальцы рук, чтобы разогнать кровь, а затем неловкими движениями ощупываю горло. Целое, хоть и влажное. Подношу пальцы к глазам и вижу кровь.
  - Что произошло? - хриплым голосом спрашиваю у демона.
  - Когда-нибудь ты научишься умирать, - произнес он и осторожно помог мне подняться. Мы снова были в его храме. И я действительно дома. Наконец, вдыхаю полной грудью. Воздух приятно заполняет легкие.
  - Как хорошо, - выдыхаю.
  - Дурацкая игра вышла, - с чувством вины произнес Крон.
  - Ну, надо же было как-то ее заканчивать? - усмехнулась я.
  - Неприятно было?
  - Еще бы, сам не знаешь разве?
  - Если бы ты умела это делать, было бы совсем не больно. Смерти не стоит сопротивляться. Ничего, научишься еще.
  - Вообще-то, я не собиралась умирать.
  - Ага, зная, что замок будет осаждать целая армия. Вообще-то, я собирался победить. И победил бы в конце концов, но пришлось идти за тобой. Ты зачем так сильно поверила в происходящее? А когда ты по-настоящему умрешь, мне потом опять искать тебя десять тысяч лет?
  - Да я пока что не собираюсь, не волнуйся.
  - Да уж! Вы, люди, такие ненадежные. Попробуй тут не поволнуйся.
  - Фу ты, разворчался! Научусь еще. И я почти все вспомнила. Я вспомнила, как ты говорил, что умирать больно.
  - Да ты до последнего верила в реальность происходящего. Думаешь, я не видел?
  - Сказала же, научусь. Можешь ты хоть иногда не ворчать? Я и без того устала.
  - Проснуться хочешь?
  - Нет, не хочу. Отдохнуть хочу.
  - Яблоко хочешь?
  - А разве сегодня пятница?
  - Понятия не имею.
  - Не, не хочу. Горло болит.
  - Оно и наяву может болеть. Не каждый день тебе его вспарывают.
  - Попить дай чего-нибудь.
  Он протянул мне взявшийся из ниоткуда кубок с фиолетовой жидкостью. С трудом поднялась и выпила маленькими глотками кислый напиток, горло все еще болело, но внутри начало разливаться приятное тепло, но не такое, какое бывает от алкоголя, а такое, какое бывает от горячего чая. Последние глотки были обжигающими.
  - Ты ведь поняла, что это была за игра?
  - Дай подумать. Ты знал, что меня убьют?
  - Догадывался. Но суть была не в этом. Когда-то мой замок действительно спалили моравы. Я не был демон, каким ты видела меня, но они все равно меня убили. Тебя там, кстати, не было. С тех пор я проживаю этот день в разных вариантах и пытаюсь изменить прошлое. Но почему-то не выходит. Сидит какая-то гадость где-то в глубине и не дает освободиться от этого. Поэтому я и решил попробовать с тобой. Но все равно не вышло.
  - Так чего ты мне память стирал?
  - С памятью каждый дурак может переиграть. А вот так, чтобы как в реальности, ничего не выходит.
  - То есть, в этот раз ты решал свои личные проблемы?
  - Можно и так сказать.
  - А мне никакого опыта интегрировать не надо?
  - Как это, не надо? - он всплеснул руками, - Не каждый день ведь умираешь. Тут было два варианта, либо я переиграю этот день и успокоюсь, либо ты получишь опыт достаточно реальной смерти.
  - Кажется, мне нужен отдых. Крайне неприятные ощущения.
  - От чего неприятные? - в этот раз он спросил без издевки.
  - Не знаю пока. Как будто я это не я была.
  - Ты и была не ты. Помнишь, я тебя учил тебя в неприятных ситуациях как отходить, смотреть на все со стороны? Не принимать все телесные ощущения.
  - Да, я вот про это и пыталась вспомнить, но не смогла.
  - Вот смотри, как легко я смог сбить твою память. И что угодно сможет. О чем это говорит?
  - О том, что я еще не готова.
  - Не готова. И осознаешься ты не всегда. И тебе еще предстоит много работы.
  - Все, поняла, хватит меня критиковать. Я поняла, что неприятно мне было из-за того, что как раз не могла вспомнить. И что зря понадеялась на тебя. Но это уже не важно.
  - Теперь тебе точно пора, уходи уже, - он снял меня с жертвенника, и я проснулась.
  ***
  Сидела на кухне и размышляла над тем, не захочется ли мне сегодня повторить гастрономический эксперимент. Заглянув в холодильник и увидев оставшийся кусок печени, содрогнулась. Нет, что-то мне совсем не хочется крови. Сегодняшний день точно будет вегетарианским.
  - Неужели ты не помнишь? - спросил Крон в моих мыслях.
  - Что именно я не помню? - поинтересовалась, захлопнув холодильник.
  - Я говорил, что тебе захочется крови. Давно говорил, лет десять назад.
  - Ты знал?
  - Когда-то я тебе сказал, что придет момент, и тебе потребуется есть живую плоть. Это одно из условий пути.
  - Но, печень же не была живой?
  - Но тебе уже хотелось.
  - Хочешь сказать, в следующий раз я захочу съесть кого-нибудь живьем?
  - Возможно. Но пока тебя полностью удовлетворила говяжья кровь. Это нормально. Просто хочу, чтобы ты не боялась своих желаний.
  - Я не стану жрать живых мышей!
  - Ой, не зарекайся. Когда-то ты говорила, что и мяса есть не можешь.
  - Ну, это совсем другое. Это все-таки продукт. Тем более я ее все-таки пожарила. Но съедать животное в шерсти, пока оно дрыгает лапками. Это ужасно!
  - Пока хватит и печени с тебя. Не надо так волноваться. Я уже говорил тебе.
  - Мне до сих пор тошно.
  - Ничего, привыкнешь. Время от времени ты все равно будешь хотеть крови.
  - В ближайшее время вряд ли, - ответила, а потом поинтересовалась, - От чего так происходит?
  - Ты же хочешь жить в этом теле достаточно долго? - мысленно кивнула, - А сама все время пребываешь на границе жизни и смерти. Ты редко чувствуешь себя живой. А тело хочет ощущать жизнь. Не твою, так чужую.
  - Извини, но это на бред похоже. По-моему, ты сам толком не знаешь.
  - Может оно и бред, но все происходит именно так.
  ***
  Когда-то меня пугали ночные шорохи, тени, блуждающие по стенам, чужое дыхание в пустой квартире. Теперь же только этого и жду. Нет ничего приятнее осознавать, что этот мир населяет куда больше разумных существ, нежели одни лишь люди. И самое главное, среди них есть куда более разумные, чем простые смертные. Они были здесь до нас и наверняка будут после. Их не нужно бояться, они не несут ни добра, ни зла. И уж тем более не стоит пытаться прогнать их с принадлежащей им по праву территории. Это совершенно бесполезная затея, только испортите отношения. Они не любят конфликтов, и именно по этой причине предпочитают не вступать в контакт с человеческими обитателями своего жилища, если, конечно, вы не станете вредить им намеренно или просто бояться.
  Вопрос о том верить или нет в подобные вещи передо мной не стоит. Слишком много я видела, чтобы задаваться подобными вопросами. И, несмотря на то, что бывает больно и страшно, а смерть по вкусу совсем неотличима от настоящей, мне до безумия нравится моя потусторонняя жизнь. И пусть меня будут жечь на костре, брать в плен, убивать в сражениях, я ни за что не променяю эту жизнь даже на самую счастливую простую человеческую. Все рано или поздно приедается.
  Крон не появлялся почти неделю. Конечно, я и без него могла смотреть любимые сны, развлекаться между мирами, но всегда помнила, что все это сама придумала сама. Было не так интересно. Теперь понимаю, почему мертвецы пьют воду из Леты. Не для того, чтобы не тосковать о прошлом, а для того, чтобы новая жизнь казалась настоящей. Если помнить обо всем, чем больше жизней ты проживаешь, тем меньше ты чувствуешь. Не знаю, что бы я выбрала. С одной стороны, мне хочется понимать суть происходящего, но с другой - я еще не наигралась в свои игрушки.
  ***
  Мерное раскачивание убаюкивало, но сон не шел. Под закрытыми веками я не видела привычных картинок. И вообще, мне не хотелось спать, хотелось только лежать и раскачиваться. Это от того, что я уже сплю.
  Открываю глаза и вижу плывущие по ночному небу серебристые облака и сумасшедшие звезды, прыгающие по небесной тверди как лягушки. Я лежу на водной поверхности, но не намокаю, будто море покрыто пленкой, не позволяющей соприкоснуться влаге с моим телом. Как же тут хорошо...
  Вода не принимает меня не потому, что ее сдерживает какая-то невидимая пленка. Это я развоплотилась. Меня здесь нет. И вообще нигде. Не могу вспомнить, как это называется. Не могу вспомнить... А что я вообще теперь есть? Или чем был? Не помню...
  - Проснись, - слышу, как шепчут волны, - Кому сказал, проснись! - голос становится более настойчивым. Я помню этот голос.
  Невидимая пленка рвется, и я медленно погружаюсь в воду. Она обволакивает меня, принимает в свои объятия, тянет на дно, давит своей тяжестью.
  Не могу дышать!
  Вода сдавливает все сильнее, я сжимаюсь в одну точку. Это смерть? Нет, смерть была до. Воздух острым лезвием режет легкие, но с этой болью возвращается понимание того, что я все-таки существую, не развоплощенной, а самой, что ни на есть живой, настоящей, человеческой. Это не смерь. Смерть совсем не такая. Это рождение.
  Мне страшно. Страшно и холодно. Это так неприятно, что я начинаю безудержно кричать. Не могу открыть глаза от столь яркого света. Не могу дышать этим колким воздухом.
  - Проснись уже, наконец, - слышу отчетливый голос.
  Мне все еще холодно, но не страшно. Просто жестко. Но могу шевелить руками и ногами. И могу сесть. А только потом открыть глаза. Я дома.
  - Что это за хрень была? - спросила, приходя в себя.
  - Ты же, кажется, сама все поняла. Так я существовал перед тем, как ты меня позвала. Это очень похоже на момент рождения. Его ты и вспомнила.
  - Это я так родилась?
  - А кто же еще?
  - А облака? А звезды скачущие? Откуда оно взялось? Я как-то не так представляла изнутри утробу.
  - Мало ли как ты это теперь представляешь, когда побывала снаружи. Изнутри все иначе кажется. Ты ведь не глазами видела это.
  - Так это как бы галлюцинации были?
  - Можно и так сказать, если мыслить в рамках твоего человеческого сознания. На самом деле с момента зачатия и до рождения ты пребывала в несколько ином мире. В коем я пребывал перед тем, как ты позвала меня.
  - И ты тоже мог родиться?
  - Я и родился, только не человеком. Но я хотел, чтобы ты увидела, что между нами не столь велика разница. Все, кто обретает себя как отдельную личность, проходят одним и тем же путем. Просто внешне это может выглядеть по-разному.
  - То есть, все сущности, какие только бывают, перед рождением были в одном и том же месте.
  - Да, если это можно назвать местом. Хотя, почему нет?
  - Интересный опыт.
  - Тебе нужно отдохнуть. Без снов, - категорически заявил он.
  - Но я совсем не устала.
  - Мне лучше знать. Ложись прямо здесь. Наяву будешь отдохнувшей.
  - Да я не хочу спать. И тут жестко, неудобно... - договорить не получилось, рот растянула мучительная зевота, глаза стали закрываться, и сознание медленно уступало место небытию.
  ***
  Некоторые люди думают, что у них есть дом, где они живут. Но живут ли они в самом деле вообще? Они бесконечно прокручивают события прошлого в памяти или строят планы на будущее, при этом так и не успевают побывать в настоящем. Прошлое и будущее соткано из тех же тончайших нитей, что и сны. Одно неверное движение, и эти нити переплетутся морским узлом, опутают пленника, а то и вовсе задушат. Отчего-то считается, что прошлое все-таки более статично, но это не так. Оно так же изменчиво, вы вправе интерпретировать, вспоминать никогда не пережитые события, врать, в конце концов. А если никто не будет знать, что именно было когда-то вашим настоящим, да и было ли вообще, то кто в состоянии решить, как оно было на самом деле? И что вообще такое, это самое дело? Вы есть на самом деле здесь и сейчас, в том самом неуловимом моменте, который сразу же становится прошлым, если вы его уловили. И поэтому вы еще никогда не просыпались.
  Я тоже думаю, что у меня есть дом, где я живу. И он точно не здесь. Мой дом там, где только настоящий момент имеет значение, где нет прошлого и будущего. Есть только давно разрушенный храм, о котором никто не помнит, кроме Кроноса. Там и есть мой дом. Потому что только там и можно жить. В Здесь и Сейчас.
  - Я хочу в шапке сайта изобразить свой храм, - говорит Крон в моих мыслях.
  - Не уверена, что смогу изобразить его достаточно достоверно. Да и не видела я его снаружи.
  - Ну, хоть что-то похожее. Давай посмотрим в интернете картинки, а я буду говорить, похоже или нет. Он там точно будет.
  Я открываю изображения по запросу "храм" и в первую очередь вижу купола церквей и соборов.
  - Нет, это точно не оно, - недовольно отвечает Крон, - Древнее намного.
  Показываю античные храмы, колонны, по крайней мере, похожи, но демон отвергает мой выбор.
  - Это слишком новые. Там другой храм был.
  -Ты хоть скажи, египетский, шумерский? Или опиши, - открываю картинки зиккуратов, но и это демону не нравится.
  - Похоже, но не то, - говорит он, - Погоди, да вот же он, - если бы он мог показать пальцем, наверняка проткнул бы мне монитор, такая уж энергетика была вложена в эти мысли. На мониторе отображается Вавилонская башня.
  - Стоп, ты же говорил о храме, - недоумеваю я, - причем тут Вавилонская башня?
  - А что это, по-твоему? Это храм и есть. Мой храм. И ты там была не раз.
  - Нет, я все понимаю, но какое отношение ты вообще имеешь к башне?
  - Самое непосредственное. Неужели незаметно? Спираль, время...
  - Хочешь сказать, башня символизирует время?
  - А зачем еще строить ее такой формы?
  - Погоди, но ведь башня не была достроена, языки смешались и все такое.
  - Она была достроена и прекрасно функционировала в течение нескольких веков. А потом разрушена яхрурумами. Вавилон действительно был центром всеобщей глобализации, это было место, где любой народ мог обрести дом. Тогда город назывался Кадингирра. Люди и без того говорили на разных языках, но использовали шумерский как международный. Храм действительно был призван объединить все народы, жрецы рассказывали о "Золотом веке", где я когда-то родился, потому я и поселился после в этом храме. А легенды о том, что башня не была достроена потому, что люди заговорили на разных языках, была придумана намного позже. К тому времени храм уже был разрушен, а восстановить его не смогли лишь потому, что все записи были на шумерском, схемы, чертежи. Этот язык к тому моменту был уже мертв. Люди пытались восстановить храм, но утратили многие умения и попросту забросили сию деятельность. А иудеи уже переделали историю на свой лад.
  - Дингир - знакомое слово, означает - бог, насколько я помню?
  - Ка - путь или вход. Врата богов. И Вавилон также переводится, просто слово несколько исказили на латинский манер.
  - Ладно, будет тебе башня в шапке.
  - Не, не надо в шапке, - серьезно ответил Крон, - Просто башня.
  ***
  Город за окном причудливым образом изменял свои очертания. Исчезали привычные огоньки окон пятиэтажки, а небо наливалось зеленью окислившейся меди. Вдалеке появлялись невысокие холмы, усеянные яркими игрушечными домиками.
  Открываю окно и чувствую знакомый запах ментолового ветра. Очень знакомый. Воздух стремительным порывом врывается в легкие, проникает в кровь, течет леденцовым холодком по венам. Я помню этот холод. Не раз наяву он пробегал по коже. Так бывает, когда говоришь с мертвыми. Теперь же он этот холод внутри. Не ледяной и сковывающий, а свежий и пронзительный, как падение с высоты в соленое море.
  Взбираюсь на подоконник, смотрю вниз, но почему-то не вижу земли. Ее там нет. Не просто не видно, а вообще нет. Вместо нее лишь живая, шевелящаяся темнота. Это граница между мирами. Нужно хорошенько оттолкнуться, чтобы попасть туда, где игрушечные домики обросли холмы.
  Стараюсь не смотреть на манящую тьму, посильнее отталкиваюсь от подоконника и лечу вперед. Во сне бывает трудно отличить полет от падения. Вот и сейчас мне не понять, лечу ли я или просто падаю. Хотя, собственно, какая разница?
  Влажная колючая трава уже щекочет босые пятки, а вскоре и принимает меня в свои объятия. Я люблю это место, оно мое. Интересно, что во сне невозможно попасть в одно и то же место просто идя пешком. Такое случается крайне редко, только если сон почти такой же плотный, как и объективная реальность. Если же в обыкновенном сне выйти из комнаты, вернуться тем же путем вряд ли получится, заплутаешь в изменчивых лабиринтах, забудешь дорогу и потеряешься окончательно. Все равно, что пытаться дважды прочитать один и тот же текст, второй раз буквы начнут скакать и складываться в новые слова. Зато в один и тот же сон попасть труда не составит. Достаточно иметь представление о том, куда хочешь попасть. Но чтоб оказаться в том же месте, которое покинул минуту назад, придется проснуться и провалиться в этот сон заново. Двери же чаще всего ведут не туда, куда следовало бы. Даже если дверь прозрачная и прекрасно видно, что находится за ней. На деле же, за стеклянными дверями может оказаться все, что угодно. Вообще-то, двери должны поддаваться контролю, но меня они категорически отказываются слушаться.
  Домики уже не кажутся игрушечными, они выросли до вполне реальных размеров, что я легко могла бы поселиться в одном из них. Холмы оказались изрезаны узкими дорожками, выложенными цветными камушками. Иногда возникали редкие прохожие в замысловатых одеждах, похожих на большие полосатые полотенца или пледы, некоторые из них мне улыбались и махали рукой, будто мы знакомы.
  Увидев забавную вывеску с зелеными ромашками, обещавшую всевозможные кулинарные изыски, я заглянула внутрь, напрочь забыв о том, что выйти обратно у меня вряд ли получится. За чашкой кофе с невообразимой соленой булочкой я вспомнила, что жила здесь когда-то, очень давно. Воспоминания об этом месте причудливо смешивались с образами из самого раннего детства. Сижу я на старом кресле, обитом желтым потертым плюшем, а кофе пью из детского керамического поильника.
  Когда я покинула кафе, пластмассовые домики образовали уже целый город с узкими извилистыми улочками, и почему-то пошел снег. Деревья быстро превращались в заледенелые хрупкие скульптуры, а трава покрылась инеем и звонко хрустела под ногами.
  Пришло понимание, что я иду домой, ноги сами несли к трехэтажному домику с зеленой крышей. Вблизи дом оказался самым обычным, из посеревшего от времени кирпича, с деревянной подъездной дверью, выкрашенной некогда голубой краской, давным-давно облупившейся, обнажающей в трещинах древесное нутро. Подъезд как подъезд, каких полно видела наяву, стены его хранят надписи нескольких поколений, но прочесть их не могу, ни одной знакомой буквы.
  Обитая черным дерматином дверь оказывается не запертой, за ней темный коридор, а в нос бьет неприятный кислый запах. На стенах виднеются остатки обоев, изодранных и пожелтевших, кое-где из-под осыпавшейся штукатурки виднеются кирпичи. Зеркало, обрамленное медной чеканкой, закрыто тканью. Почему-то меня это радует, мне совсем не хотелось увидеть здесь свое отражение. В комнате я вижу те же кресла, что и в кафе, а под ногами валяются сломанные игрушки, кукла с дыркой в спине, изуродованный огнем пластмассовый чебурашка, половина резинового мячика. Здесь неприятно, но почему же мне совсем не хочется уходить?
  В соседней комнате кто-то есть. Седая длинноволосая женщина сидит на разложенном диване. Лица не видно, фигура сгорблена, повернута спиной. Но знаю, что она видит меня. Зачем-то подхожу ближе.
  - Вместо меня, - полушепотом бормочет она, - Хотела вместо меня. Вместо меня...
  Ее тощая фигура обтянута платьем не по размеру, будто бы она его носила лет с пяти, при этом ни разу не снимала, отчего ткань на спине лопнула, и в прорехе виднелась сизая плоть. Она перебирала волосы скрюченными пальцами и продолжала бормотать:
  - Будешь, будешь вместо меня. Гнилье к гнилью, плоть к плоти. Расползешься как гнилой тюфяк.
  Я подходила все ближе, манимая ее словесами. А ведь у меня тоже было когда-то такое платье. Интересно, куда оно делось?
  - Ходи сюда, никуда не приди, - бубнила старуха.
  Кто-то резко схватил меня за руку, да так, что я взвизгнула. Бабка замолчала и начала медленно оборачиваться. Я успела увидеть ее хищный взгляд и недобрую беззубую улыбку. Но кто-то дернул за руку так, что я повалилась на бок.
  - Ты чего здесь забыла?! - услышала разгневанный мужской голос.
  - Я просто сплю! - возмутилась и обнаружила, что нахожусь уже не в ужасной квартире, а лежу в куче опавших листьев.
  - Ты зачем вообще туда пошла?! - произнес Крон, глядя на меня сверху.
  - Ты чего на меня голос повышаешь? - выкрикнула, поднимаясь с земли, - Может мне у тебя еще спрашивать, какие сны смотреть?
  - По крайней мере, могла бы поговорить со мной, если у тебя проблемы.
  - У меня только одна проблема, - зло прошипела в ответ, - Один демон повадился влезать в мои сны!
  - Но зачем вот так? - сказал он с некоторой обидой, будто я последнюю конфету съела.
  - Стоп, ты вообще, о чем сейчас говоришь?
  - Тебе еще не время ходить по собственным вариациям. Ты хоть представляешь, куда хотела сбежать?
  - Да никуда не хотела сбежать, я сон смотрела и все.
  - Хочешь сказать, что не собиралась оставаться в другой жизни? - он недоверчиво смотрел зеленым пламенем глаз.
  - Мне нравится моя жизнь. Что не так было с тем миром? Объясни хоть раз нормально!
  - Ты же знаешь, как устроено время. Свое будущее ты выбираешь сама, но версии, где ты совершила иной выбор, не менее реальны. И если ты будешь бродить в таких местах, то можешь попросту застрять там, вспомнив другое прошлое. Ты же не можешь существовать как я, тебе нужно выбирать, как человеку.
  - Я это и так делаю постоянно.
  - А сегодня едва не осталась в совсем далеком варианте своей жизни. Как она тебя заманила-то?
  - Подожди, так эта старуха хотела оставить меня в том мире? Чтоб я с ней жила?
  - Чтобы ты жила вместо нее. Уж не знаю, какой ворожбой она занималась, но ей хватило бы сил поменяться местами.
  - Хочешь сказать, какая-то бабка способна вернуться из сна вместо меня? Я хорошо учила метафизику, хватит меня страшилками пугать, мне известно, как меняются телами.
  - Она - это ты, - ох, как нехорошо он улыбнулся.
  - То есть я закончу жизнь в убогой квартире безумной старухой?! - испугано завопила я.
  - Могла бы закончить. Но я помешал.
  - Я ведь просто спала, - обхватив голову руками, снова плюхнулась на опавшую листву.
  - Просто будь осторожна, когда спишь. Все версии твоей жизни реально существуют, но осознаешь ты лишь те, что сама выбрала. Если бы в твоем далеком прошлом некоторые обстоятельства сложились бы иначе, ты сейчас ощущала бы себя ею. Если бы ты могла видеть все так, как я вижу, ты бы поняла, - этот снисходительный тон всегда страшно раздражал. Он протянул руки, чтобы помочь подняться
  - Я и так понимаю, - ответила, отталкивая его помощь, а потом добавила, - В теории. И одновременность событий я тоже вижу. Не всех, но многих, если ты не знал.
  - Просто будь осторожна, - повторил он, - Не все жизни стоят того, чтобы их проживать.
  - Буду иметь в виду, - ответила, поднялась с земли, а после направилась темную глубь леса.
  За спиной слышались его шуршащие шаги, а мне же хотелось побыть сейчас одной. Ненавижу, то чувство, которое возникает, если совершаешь ошибку. И уж тем более не хочу это обсуждать. Он прекрасно это знает, потому молчит, но все же не оставляет меня, следит, чтобы снова не забрела куда-нибудь не туда. Хотя я все еще не до конца верю, что опасность была реальной. Другие же спят безо всяких заморочек и ничего, просыпаются. И кошмары смотрят, и в реальность происходящего верят, но пока никто от этого не умер. Может, он опять какую-то игру затеял, а я еще не знаю правил? Или все-таки не все имеют возможность проснуться? Странное предчувствие неприятным холодком пробежалось по спине.
  - Лучше бы ты сейчас проснулась, - тихо произнес он позади меня.
  - Ты все мои мысли подслушиваешь? - спросила не оборачиваясь.
  - Только самые громкие, - услышала совсем близко.
  Сильный толчок в спину заставил меня упасть, но земли подо мной не оказалось. Я стремительно падала в пропасть, нелепо кувыркаясь в воздухе, дрыгая ногами и руками, пока не ударила всеми конечностями по поверхности дивана.
  - Да что ты вообще себе позволяешь?! - выкрикнула, обнаружив себя в постели. Ненавижу, когда меня будят.
  ***
  - Я придумал! Я придумал, что мы будем писать! - выдернул меня из потока собственных мыслей восторженный голос демона.
  - Ну и что же ты придумал? - без особого энтузиазма спросила, будучи все еще не в настроении из-за утреннего пробуждения.
  - Я буду писать о себе.
  - Никогда не сомневалась в твоей эгоцентричности.
  - Ну, давай сейчас. Хоть попробуем.
  - Я тебе говорила, что предпочитаю жить в одиночестве хотя бы в своем теле?
  - Это ненадолго. И вообще, мне нужны только твои руки. Хотя бы одна рука.
  - Да ты, небось, и печатаешь одним пальцем, - рассмеялась я, - зачем тебе вся рука?
  - Я нормально печатаю, - обиделся демон.
  - Ну, хорошо, - положила руки на клавиатуру, - Дальше что?
  - Просто отключи поток мыслей и не сопротивляйся, а лучше выйди.
  - У меня не выходит прямое вхождение. Так что я тут побуду.
  В легкий транс войти труда не составляет. И поток мыслей отключаю я довольно легко, если Крон, конечно, не трещит без умолку. Но сейчас он молчал, это ведь было в его интересах. Даже глаза не успела закрыть, как все случилось. Стало вдруг ужасно холодно. Намного холоднее, чем при обычном диалоге. Настолько холодно, что уже не чувствовала своего тела, даже дрожать не могла. Наверное, очень неприятно, если в тебя вселяются против твоей воли. Вот так и сидела, пялившись в монитор, когда руки вдруг начали довольно быстро набирать текст. С ошибками, без знаков препинаний, со множеством пробелов, я так никогда не пишу.
  "Кто я или что я? Хотел бы я сам знать ответ на сей животрепещущий вопрос. Мои воспоминания разнятся тысячелетиями, а некоторые из них восходят к Большому Взрыву, несмотря на то, что у меня есть большие сомнения на счет того, что он вообще имел место быть.
  Когда-нибудь позже я непременно поделюсь многочисленными историями своей жизни, но сейчас я хотел бы определиться с тем, что я представляю из себя сейчас, в данный момент в начале XXI века.
  Я есть мысль, сознание. Я осознаю себя. Вот, собственно, и все. В последние годы я называю себя Крон по аналогии с персонажем древнегреческих мифов о титане, сожравшим своих детей, и именем созвучным с персонификацией времени, поскольку именно ко времени я имел некогда непосредственное отношение. Но не стану претендовать на сие место в мифологии, поскольку вряд ли подобные вещи вообще отражают реальный ход вещей, но лишь еще больше запутывают. Хотя, не спорю, некогда меня и прежде звали этим именем, как и многими другими, хотя, возможно, это мог быть совсем не я.
  Естественно, будучи одной лишь мыслью, я не способен самостоятельно набирать текст на клавиатуре, поэтому действую через своего посредника, пожелавшего остаться инкогнито, медиума, если Вам будет угодно. Именно с этим человеком мне удалось наладить контакт, прежде я предпринимал подобные попытки не раз, но люди часто интерпретировали мои слова сквозь призму собственных взглядов, и все, что я пытался донести, выливалось в очередной религиозно-философский бред. Лишь в последнем случае меня, наконец, понимают правильно, чему я несказанно рад. Конечно, связь эта образовалась неспроста, однако, все события, предшествующие этому, оказались похоронены под толстым слоем веков, но когда-нибудь я обязательно вспомню об этом в подробностях и расскажу Вам. А сейчас я могу лишь сказать, что давным-давно я нарушил один из фундаментальных законов, совершил невозможное, но это убило меня. Я помню, что достиг цели, но, к сожалению, умер в самый последний момент. С той поры я был занят тем, что по крупинкам собирал свое сознание по всем Вселенным. Я несколько раз воплощался в человеческом и не очень теле, но воспоминания об этих событиях похожи на полустертые петроглифы, которые я все еще пытаюсь расшифровать. Когда-то меня называли богом, когда-то демоном. Мне поклонялись и просили о помощи, в другие же времена боялись и проклинали моим именем.
  Пребывая в небытие, я услышал, что меня зовут. Не по имени, не словами вовсе, но зовут настойчиво и весьма раздражающим образом. И тогда я проснулся как от пронзительного звона будильника. Так началась моя странная потусторонняя жизнь, когда я вновь научился быть.
  Зачем я здесь? У меня нет ответа. Впрочем, как и у Вас самих. Вряд ли кто-то из вас способен внятно объяснить, зачем родился и к чему идет. В этом не слишком отличаюсь от вас. Но мой опыт оказался несколько шире простой человеческой жизни, возможно, Вам будет интересно. А возможно во мне сказывается дефицит общения многолетнего небытия. Я же говорил, что между нами не так много разницы, как кажется на первый взгляд".
  Закончив редактировать текст, написанный не мной и мною в одно и то же время, опустила потяжелевшие руки. Воздух вдруг показался густым и плотным, как бывает во сне. Шевелиться совершенно не хотелось.
  - Ты здесь еще? - спросила вслух и добавила одну из своих картин на сайт. Мне показалось, что мой "Видящий" подходит к статье.
  
   - Ну, а где мне быть? - ответил он насмешливо, - Как себя чувствуешь?
  - Странно. Было так холодно.
  - Это от того, что я мертвый. А давай сайт так и назовем, Храм Мертвого Бога?
  - Знаешь, чем все это пахнет? Обыкновенным сектантством. Я чувствую себя основателем "Свидетелей Иеговы".
  - Не, я к ним никакого отношения не имею, - запротестовал демон, - Да и какая секта? Просто блог веду, ничего такого.
  - Меня смущает, лишь что блог ведет моя галлюцинация.
  - Никакая я не галлюцинация, я настоящий, живой.
  - А только что говорил, будто мертвый. Ты уж определись.
  - Почти живой. А ты неплохо перенесла мое вторжение.
  - И не хорошо. Как-то неприятно было.
  - А другие потом встать не могут, лежат пластом.
  - То есть, я бы могла сейчас валяться полудохлой, а ты даже не предупредил? - возмутилась я.
  - Я знал, что ты справишься. Но все равно, помедитируй и покачайся.
  - Вот ты меня и качай теперь!
  - Не могу, я устал. Может ночью.
  - Уходи тогда, не могу уже, замерзла в конец.
  - Ладно, но, если что, я тебя все равно услышу.
  Теперь понимаю, почему медиумы после контакта бывают истощены, тут дело не в потере энергии, ее-то практически не требуется. Просто, когда живое и мертвое встречаются в одном теле, время ломается, оно становится холодным и хрупким, будто в кровь вливают жидкий азот. Жизнь в теле останавливается, не вся, но некоторая ее часть, тогда ты ощущаешь себя живым и мертвым одновременно. По крайней мере, эффект трупного окоченения чувствуется в полной мере. Будто ты умер уже, но продолжаешь находиться внутри.
  Еще стало очевидно, насколько мы с Кроносом все-таки разные, сотканные из разных материй. Как бы мне ни казалось, что ведет он себя совсем как человек, он совершенно не был таковым. Теперь не могу даже сказать, пытался ли он казаться человеком или же я сама наделяла его такими качествами. И дело даже не в разнице между живым и мертвым, различий было куда больше. Нечто совсем чуждое проникло в меня, отравило кровь мертвенным холодом. Наверное, так чувствует себя атом при встрече с антивеществом.
  Отчего-то я верила, что вреда он мне не причинит. Хотя и сама не понимала, почему. Забавно, но единственное существо, с которым я могла говорить на одном языке, отличалось от живых людей сильнее, чем инопланетяне с другого конца Вселенной.
  ***
  С неба срываются первые снежинки. Город за оконным стеклом в вечерних сумерках выглядит, так, будто его попросту нарисовали сиреневым карандашом, а после разлили несколько клякс золотистого света.
  - Я ждал тебя, - слышу тихий, как ночной шорох, голос.
  Оборачиваюсь и вижу, что Крон сидит на старом округлом диване, накрытом выцветшим красным пледом. Это единственная мебель в квартире. Стены из обнаженного кирпича исписаны нечитаемыми надписями и одно окно с желтой шторкой. Под потолком затаилась одинокая лампочка.
  - Что это за место? - спрашиваю, продолжая озираться. Почему-то дверей здесь нет вовсе.
  - Просто место. Какая разница?
  - Странное какое-то место. Я здесь не была.
  - Обычный сон, выбрось из головы, - он махнул рукой, - Что у тебя за мысли дурацкие сегодня были?
  - У меня много мыслей было. Какие тебе показались особенно дурацкими?
  - Обо мне, - он встал и принялся мерить шагами комнату, а я заняла его место на диване, - Нет, понимаю, что быть медиумом не всегда приятно, но ведь это не значит, что я порчу твое время. И не такие уж мы и разные, просто ты живая, а я не очень. У тебя слишком богатая фантазия.
  - Мне было неприятно.
  - И ты решила обвинить во всем меня? Неужели ты думаешь, что я способен причинить тебе вред?
  - Не знаю, - неуверенно отвела глаза.
  - Нет, ты знаешь, - он остановился напротив меня и как-то зло посмотрел, - Никакого вреда от того, чтобы быть медиумом, нет. Да, время замирает, но не ломается. А холод - это естественно, от любого потустороннего существа возникает такой эффект. Даже если ты сотворяешь заклятие, чувствуешь то же самое. Вспомни.
  - Мне не понравилось. И сейчас не нравится, как ты говоришь, - я постаралась придать голосу уверенности, отчего он зазвучал басовито и хрипло, будто в горле пересохло.
  - Если бы тебе не нравилось, тебя бы здесь не было. Никогда.
  - И чего ты взъелся из-за одной мысли? - вскрикнула, - Мало ли, что мне в голову приходит. За каждый вздох пред тобой отчитываться? - я вдруг вскочила с дивана, будто собиралась наброситься на него с кулаками, но так и осталась стоять, - Мог бы спокойно все разъяснить.
  - Я и разъясняю, но ты не веришь.
  - Вот когда я думала, насколько мы с тобой разные, я имела в виду как раз то, как ты сейчас себя ведешь! Ты хочешь что-то мне показать, но избираешь такие запутанные пути, какими я не умею следовать!
  - Научишься еще, - он рассмеялся металлическим звоном.
  - Почему за окном город нарисованный? Почему здесь нет дверей? Почему ты никогда сюда меня не приводил?
  - Я хочу, чтобы ты сама научилась отделять бред от истины.
  - Если нет выхода, всегда можно выйти через окно, - дошло до меня, наконец.
  - Правильно. Я хотел, чтобы ты ощутила себя в безопасности. Ведь я действительно не желал тебе зла. Дальше?
  - Город нарисовал ты сам? - неуверенно спросила.
  - Не я.
  - Значит я.
  - Реально лишь то, что ты сама считаешь реальным. Если ты будешь видеть во мне врага, я стану таковым. Неужели так сложно?
  - Не сложно. Просто, не понимаю, зачем? Я прекрасно понимаю по-человечески.
  - Тебе это только кажется. Ты веришь только себе. Чтобы я ни сказал, ты все будешь проверять. Я пытался по-человечески, но некоторые вещи нельзя объяснить словами.
  - Зачем эти надписи на стенах, если я не могу их прочитать?
  - Зачем в твоей голове столько мыслей, если ты ничего не можешь понять?
  - Это метафора или оскорбление?
  - Метафора.
  - Ну надо же, - возмущенно сложила руки на груди.
  - Я про стены.
  - Ты меня когда-нибудь с ума сведешь своей загадочностью.
  - С этой задачей ты и без меня прекрасно справишься. Мое дело как раз не дать тебе заплутать.
  - И все-таки, я совсем не правильно интерпретировала свои ощущения?
  - Дело не в интерпретации, а в том, кто автор рисунка за окном. Я не порчу твое время. Но ты сама, будучи слишком живой, его можешь испортить.
  - Ты предлагаешь мне стать немножко мертвой?!
  - Совсем немного. Будто спишь. Чуть больше, чем спишь.
  - Как нигредо?
  - Нет. Совсем не как нигредо. Как небытие. Не надо наблюдать, я ничего не сделаю. Просто перестань быть на какое-то время.
  - Извини, но я не могу позволить тебе вот так бесконтрольно пользоваться моей бренной перстью. В конце концов, я не одна живу.
  - Не доверяешь. Можно подумать, ты что-то контролируешь, когда смотришь.
  - При мне ты не посмеешь.
  - Хорошо, но тогда научись, наконец, не испытывать эмоций.
  - Я их и так не испытываю. Можно подумать, ты сам просто само холоднокровие!
  - Мне можно уже. Я не хочу, чтобы ты вредила себе. Я думал, ты справишься.
  - Справлюсь. И не такой уж ты другой. Почти, как живой.
  - Идем домой, - с этими словами он залез на подоконник, а затем прыгнул вниз. Мне ничего не оставалось, как последовать его примеру. Ведь я всегда умела летать.
  Падение было жестким, коленка противно заныла, не так уж хорошо я умею летать, видимо. Огляделась, но Крона нигде не увидела. Да и место с одной стороны было знакомым, но что-то показалось неестественным. Здесь больше света, краски ярче, а хлам в углах отсутствует. Неужто Крон прибрался в храме? Или я залетела не туда?
  Точно, не туда. В помещении были люди. Не сразу заметила их, а может они появились из ниоткуда. Их было несколько. Четверо мужчин, совершенно лысых, в богатых пурпурных одеждах с бахромой и золотым узором, их лица показались мне совершенно одинаковыми, с крупными чертами лица, будто вырубленные топором. С ними была темноволосая девушка в одной некрашеной льняной тунике. Они медленно приближались к алтарю, на котором я обыкновенно восседала, а теперь же стояла за ним. Эти люди меня будто не замечали. Кажется, я знаю, что сейчас произойдет. Девушка самостоятельно возлегла на алтарь. Один из жрецов, показавшийся мне старшим, воздел руки к потолку и произнес нараспев:
  - Lepaka A"arab zaraq dorak samalo zarak. Baal Romerak!
  Звучание было непривычным, но значение мне было понятным. "Рассеются скорлупы тьмы, оттуда вылетит ворон и будет лететь над пустыней, сея ночь, из которой произойдут победители всех воинов". Он продолжал петь про ворона, и про разверзнувшуюся тьму, и про расколотые миры, но я не прислушивалась, а вместо этого попыталась оттолкнуть одного из жрецов. Но ничего не вышло. Такое часто бывает во сне, когда пытаешься нанести удар, но воздух становится густым, желеобразным, и удар выходи совсем слабым. Жрецы даже внимания не обратили.
  Тот, кого я посчитала главным, достал серпообразный нож и резким движением вскрыл грудь девушки. Она коротко вскрикнула, содрогнулась и вся выгнулась. Грудная клетка раскрылась, и я увидела в прорехе бьющееся сердце. Она все еще прерывисто дышала, и с каждым вздохом из груди изливалась темная кровь
  Потоки крови бежали по желобам и стекали в каменную чашу. Ту самую чашу, которую мне показывал Крон. Теперь у меня уже не осталось сомнений, что это тот самый храм, куда я возвращалась каждый раз после ночных приключений. Ощутила, как внутри меня начинает жечь ярость. Мне хотелось немедленно вышвырнуть этих последователей культа из своего дома. Во мне не было жалости к убитой девушке, ее я воспринимала таким же чужаком на моей территории, как и жрецов.
  Служитель культа распорол живот несчастной, ее ноги с силой забились о каменный жертвенник, и я увидела, как из раны выползают кишки, будто гигантские склизкие черви. Они расползались вокруг ее бьющегося в конвульсиях тела, кровь уже не стекала в чашу, а хлюпающими сгустками капала на пол.
  В реальной жизни я никогда не испытывала неприятных чувств при виде крови, мертвых и расчлененных тел, но в этот момент почувствовала дикое отвращение. Они пачкают мой дом, размазывают свои кишки по моему жертвеннику!
  Ярость вырвалась из меня всепоглощающим пламенем вместе с криком. Это не метафора, я действительно жгла их своим голосом. Видела, как из моего рта изливается самый настоящий огонь. Видела, как они чернеют и корчатся, будто сгоревшие спички. Как покрывается волдырями и лопается кожа. Чувствовала запах паленого мяса. И видела, как огонь очищает это место от чужого присутствия.
  - Да перестань ты! - кто-то тряс меня за плечи, но я все продолжала жечь, - Здесь уже никого нет, все ушли, прекрати же!
  Пламя иссякло, и я сделала вдох свежего прохладного воздуха. Не было больше запаха горящей плоти, стонов и криков, не было кишок на алтаре. Место было чисто.
  - Я знал, что ты мизантроп, но не думал, что до такой степени, - обернулась и увидела, что он тихо смеется, не как обычно, а совсем как человек.
  - Зачем ты пустил их сюда? - с упреком спросила.
  - Это было очень давно. Меня тут еще не было. Почему ты разозлилась?
  - Ненавижу тупых людей.
  - С чего ты решила, что они тупые? Жрецы были самыми образованными в этом обществе.
  - Образование не есть признак ума. Можно и идиота обучить интегралы вычислять. Только идиот станет выполнять дурацкие ритуалы, опираясь на слепую веру. У них даже зачатки логики отсутствовали.
  - Ну, тогда их вряд ли удалось бы обучить вычислению интегралов, - демон усмехнулся, - Без зачатков-то логики.
  - Я образно выразилась. Но ты же их все равно не слышал? Какого черта они это делали? Ничего же не происходило!
  - Кто знает, может быть, все это имело смысл. Я же все еще здесь.
  - То есть, ты действительно приходил полакомиться их кровавыми жертвами?
  - Я не врал тебе, когда говорил, что меня там не было. Я вовсе не пытаюсь казаться лучше, чем есть, но этого действительно не делал. И жертв никаких не просил. Но я все еще здесь.
  - Ага, сработали ритуалы с опозданием.
  - Я этого не знаю наверняка, но это место меня держит. И помогает держаться. Но показал тебе это для другого. Хотел увидеть твою реакцию.
  - Думал, испугаюсь?
  - Хотел понять, какие эмоции ты все еще можешь испытывать.
  - Ну и как? Понял что-нибудь?
  - Если честно, ожидал несколько другого поведения. Ты страшный человек, Рея.
  - Хотел напугать, а испугался сам, - рассмеялась и залезла на алтарь, демонстрируя, что ничего не изменилось.
  - Почему ярость?
  - Они испачкали мое место.
  - А девушку тебе не было жаль? Почему ты просто не остановила их?
  - Нельзя навязывать благо. Какой толк спасать жертву, которая добровольно взошла на алтарь? Это просто вершина идиотизма. Я уже говорила, что ненавижу тупых людей.
  - Она верила, что это поможет, приняла свою судьбу, не вижу в этом тупости.
  - А я вижу. Ты сам меня этому учил. Таких страдалиц с комплексом жертвы я и наяву встречала. Не столь ярко выраженных, конечно, но сути это не меняет.
  - И ты также предавала их огню?
  - Ну, в реальности я обычно так себя не веду. Не пойму, ты хочешь привить мне чувство вины?
  - Я хочу разобраться. Хочу понять, чем ты становишься и чему тебя учить дальше. Я считал тебя более... Как бы выразиться точнее, более человеком. Человек в такой ситуации с любыми убеждениями не станет плеваться огнем. Кто научил тебя этому?
  - Никто. Само вышло. Я разозлилась, что они испачкали жертвенник. Мне же на нем еще сидеть, - шлепнула ладонями по камню.
  - Нет, ты все еще человек, - вдруг разочаровано произнес демон, - Просто ты психопат, я не учел этого.
  - Я что-то не поняла, это оскорбление?!
  - Это констатация факта. С точки зрения морали, принятой в твоем мире, ты психопат. Рациональный, высокоразвитый и сдержанный психопат. Это не хорошо и не плохо, это данность и не более.
  - А ты ли не психопат? С точки зрения человеческой морали?
  - Мне можно.
  - Знаешь, что?! - я вскочила на ноги и оказалась немного выше демона, - Это мое место! И я не желаю здесь видеть твоих безмозглых жрецов и их не менее безмозглых жертв! В прошлом они или где, не важно! Я хочу, чтобы здесь было чисто!
  Его глаза вспыхнули зеленым ядом, а ноги оторвались от земли, и демон громогласно прошипел:
  - Ты не понимаешь! Тебя! Не было бы! Здесь! - он чеканил каждое слово, поднимаясь все выше, - Это мой дом! И, возможно, благодаря им! Линейные твои мозги!
  Он хотел напугать меня, но я снова впала в то же состояние, в котором метала пламя в древних ассирийцев. Но огня на этот раз не было, просто выхватила из ниши жертвенника каменную чашу и метнула в демона, хоть и знала, что вреда ему не будет, но сам факт доставил мне немалое удовольствие.
  - Прекрати, - прошипел он, отбивая сосуд.
  - Не прекращу! - прошипела не своим голосом, - Это мой сон! И я сделаю все, что захочу!
  - Не смей! - прокричал он совсем по-человечески, - Ты не справишься! Не впускай это!
  Я рассмеялась тем самым холодным смехом, которым он всегда пугал меня.
  - Я помню, что я есть!
  - Давай поговорим, пойдем в лес, я сыграю тебе на кифаре, ты посмотришь на огонь. Еще не время. Все еще будет, но не сейчас. Подожди немного!
  Внезапно ощутила, как эта странная сила покидает меня. Никакой ярости больше не было, внутри зияла пустота. Снова опустилась на алтарь и почувствовала себя немного глупо, но виду старалась не подавать, дескать, хочу молнии мечу, хочу постигаю пустоту. Некоторые выдают желаемое за действительное, я же умею наоборот, выдавать действительно за желаемое. Не знаю, в кого я там превращаюсь, но голову морочу отменно.
  Демон опустился передо мной, схватил за плечи и пристально посмотрел в глаза.
  - Не надо пока так делать. Ты пока не можешь контролировать эту силу. Она истощит тебя.
  - Кажется, ты обещал отвести меня в лес? - улыбнулась, стараясь изобразить, что совсем не истощена и все под контролем.
  ***
  Еще ведь слишком рано для пробуждения. Не открываю глаз, но знаю, что еще темно. Совсем не хочется просыпаться, но постель такая холодная и жесткая. Где-то совсем рядом слышится потрескивание, будто бы горит костер. Переворачиваюсь, шелестя опавшей листвой, а сквозь веки видится пляшущее пламя.
  Кажется, снова проснулась не в том месте. Обыкновенно не имею привычки засыпать на голой земле.
  - Я ждал тебя, - слышу знакомый голос демона, поднимаюсь и открываю глаза.
  - Ждал?
  - Я пришел несколько раньше. Вижу, ты уже в порядке.
  - А была не в порядке?
  - Я же предупреждал, та сила тебя истощит. Но теперь все хорошо.
  - Вообще-то я не чувствовала такого уж истощения, - начала спорить.
  - Это хорошо. Не играй так больше.
  - Я думала, во сне можно делать все, что захочешь. Это ведь все не на самом деле.
  Он вдруг рассмеялся.
  - Ты, правда, так думаешь?
  - Ну, я как-то и на Марс летала...
  - Не все сны одинаково полезны, - снова смеется.
  - И то был всамделишный Марс?
  - А кто знает, какой Марс всамделишный?
  - Тот, на который летают на космическом корабле, а не путем левитации.
  - Да ну? То есть, если ты приснишь космический корабль, Марс тотчас же станет всамделишным?
  - Да нет же, ну ты же понимаешь, о чем я. Есть же какая-то разница между сном и явью.
  - Для меня вообще нет разницы. А уж те миры, которые ты навещаешь регулярно, ничем не отличаются от того, где ты имеешь привычку просыпаться каждый день.
  - Почему же я наяву летать не умею? Или ты приходишь только в бесплотной форме?
  - В каждом мире свои правила. Ты ведь не умела летать, когда была пиратом, не залечивала раны мгновенно, чувствовала боль.
  - Я думала, что просто вжилась в образ. Забыла о такой возможности.
  - Такой возможности там попросту не было. Есть миры с разными законами физики, но нарушать их нигде нельзя. Теперь понимаешь, в чем ты сегодня была не права?
  - В твоем доме запрещено плеваться огнем?
  - Людям запрещено. Ты всегда приходишь, как человек. А если уж плюешься огнем, изволь быть чем-то другим. А теперь вспомни, что происходило в этом храме. И догадайся, кто бы мог такое вытворить? Хочешь стать тем божеством, которому приносили кровавые жертвы? Они взывали к своему богу, а вызвали тебя. Ясна логика? Такие метаморфозы могут быть для тебя опасны.
  - Да чем опасны-то?
  - Помнишь свои эксперименты с неодушевленными предметами? Неприятно быть табуреткой, правда? А есть вещи похуже табуреток.
  - Мне надоел это разговор. Я не стану превращаться кровожадную табуретку, уговорил.
  Он не ответил, а достал откуда-то из темноты свою кифару и начал играть. Струны звучали не так, как должна звучать кифара, звук был тягучим и металлическим. Жилы не могут издавать таких звуков, острых, как лезвия, режущих темноту леса, остужающих пламя костра.
  Вскоре не осталось ничего, ни леса, ни огня, один лишь только этот пронзительный звук. И меня здесь тоже не осталось. Наступало утро.
  ***
  - Нарисуй что-нибудь про меня, - зазвучал голос в моей голове.
  Я уже вырезала картонку, на которой собралась рисовать, но образы не шли. Перерисовывать же дурацкие цветочки совсем не хотелось, но руки тянусь к краскам.
  - Потом на моем сайте вывесишь, - продолжил он уговаривать, - Я хочу, чтобы там были твои картины.
  - Ничего в голову не идет, - пожаловалась, откладывая кисть, - Я не могу рисовать просто так.
  - Давай сделаем так. Сейчас мы напишем текст, а потом ты сможешь по нему нарисовать. Я уже все придумал.
  - Ну, уж нет, я не пущу тебя снова.
  - В этот раз легче будет. А как ты хотела учиться?
  - Я не хотела учиться быть медиумом! И вообще, у тебя очень странная манера обучения.
  - Ну, извини, я тебя не арифметике все-таки учить взялся.
  - Остальное мне еще кое-как понятно, но от этого никакой пользы не вижу.
  - Ты помогаешь мне, а я тебе.
  - Мне не хочется быть мертвой.
  - Опять ты за свое! Ты не становишься мертвой. Я думал, ты поняла.
  - По ощущениям, точно мертвая. И мне это не нравится. Хуже, чем нигредо.
  - Это не хуже, потому что безопасно.
  - Откуда я знаю, что ты не врешь?
  - Просто сядь за компьютер. Сама увидишь. Будет иначе.
  - Хорошо, но если я снова почувствую что-то не то, в следующий раз буду писать под диктовку.
  - Давай скорей, пока я текст не забыл.
  Мне вдруг показалось, что на диване будет удобнее. Ноутбук положила на колени. От аккумулятора исходило приятное тепло.
  В это раз тело очень быстро оцепенело, но этого запредельного холода не было, разве что в самом начале. Вообще никаких ощущений. Тело больше не принадлежало мне. Я его отпустила.
  Глаза следили за появляющимися буквами на мониторе.
  "Я видел, как распадается материя, как то, что было всем, вдруг становится ничем. Это не страшно, нет. В этот момент невозможно осознать свой страх. Он приходит потом, когда вспоминаешь об этом. Сила, удерживающая атомы, заставляющая гореть звезды, сейчас ее принято называть гравитацией, исчезает. Эта же сила отвечает за сохранение любой информации. Ей подчинено движение электронов, тахионов, фермионов, и других -онов, как Вы их там еще называете. Когда она перестает существовать, частицы не просто теряют массу, они перестают быть. Они больше не существуют ни в прошлом, ни в будущем, никогда. Это движение, эта сила, и есть само время. В нем распространяются волны. И мы существуем в нем. И мне не было страшно, когда время перестало существовать, и я вместе с ним.
  Пространство и время неразрывно связаны. Без одного не может существовать другое. Именно время я считаю материей, поскольку находимся мы внутри него, внутри материального мира. Ведь если что-то не существует какое-то время, оно вовсе не существует. В то же время пространство задает свои правила течения времени. Одно понятие вправе влиять на другое.
  Я не силен в квантовой механике и не могу оперировать нужными терминами, да и не хочу. Я могу говорить лишь о том, что видел. Остановив ход мыслей, я наблюдал за миром. Мне хотелось подчинить его своей воле. И я знал, как следует это сделать. Выйдя за пределы своего разума, мое сознание вдруг стало таким огромным, что сумело поглотить Вселенную. Но все оказалось не так, как я ожидал. Мир был не просто разрушен, оказалось, что он не существовал вовсе. И я никогда не рождался в нем. Так я перестал быть.
  Но ничто не может исчезнуть в никуда, если закон сохранения энергии в действии. Вселенная лишь разделилась надвое подобно клетке. Я не знаю, что стало с прежней Вселенной, но я оказался в новом месте и в новое время. И мне снова не было страшно, поскольку я даже не мог вспомнить, что это".
  Я перечитала текст еще раз, и только потом осознала, что снова могу шевелиться. А еще практически сразу увидела картинку. Человек в мыльном пузыре. Недолговечный, иллюзорный мир, с одной стороны он стесняет движения и несет тебя, гонимый ветром, но, когда он лопнет, тебя не станет. С другой стороны, его необходимо взорвать изнутри, без этого невозможно развитие. Это прорыв.
  - Сегодня было не так? - спросил демон.
  - Не так. Я знаю, что нарисую тебе.
  Взявшись за краски, перестала слышать Крона. Часто, когда рисую, то впадаю в какое-то особое состояние, своеобразное неистовство. Могу не видеть и не слышать ничего вокруг. Иногда мне кажется, я нахожусь внутри картины и не могу выбраться, пока не допишу ее до конца.
  Картина выходила мрачной, в темно-коричневых тонах. Человек рвался из мыльного пузыря. Я назвала ее "Прорыв", прорыв сквозь реальность, освобождающий, но и разрушающий. Иногда, чтобы освободиться, нужно разрушить свой мир.
  
  Фото картины прикрепила к написанной статье. Вообще-то, я не собиралась использовать страничку Крона для публикации своих работ, но так уж получалось, что подходили они сюда как нельзя лучше. Мне вдруг подумалось, если тексты пишу не я, то может, и картины не принадлежат моей кисти?
  - Картины твои, - ответил моим мыслям демон, - Я так не умею. Это только твое. Просто ты питаешься мной, как и я тобой.
  - Информационный обмен?
  - Да, именно так. Это хорошо. Через картины ты получаешь силу. Без них тебе было бы плохо. И еще, спасибо. Мне нравится твой "Прорыв".
  - Похож? - я рассмеялась.
  - Немного. Ты же не хотела меня рисовать?
  - Не хотела. Это просто символ. Не моя вина, что он смахивает на тебя. Ты сам себя нарисовал.
  - Может и так. Но я не специально. Ты хорошо справилась. Намного лучше, чем в прошлый раз.
  - Мне не было холодно. Почему?
  - Потому что ты не сопротивлялась. Когда ты напряжена, то нагреваешься как бы. Вот я и кажусь таким холодным.
  - Все равно ощущаю твою чужеродность. И свою в этом мире.
  - Ты меняешься, так должно быть. Идти этим путем нелегко, но только это имеет смысл. Рано или поздно любое существо ступает на эту дорогу.
  - Почему ты сделал это?
  - Я имел силы больше, чем разума.
  - Ты помнишь, как давно это было?
  - Может и помню, но неужели ты думаешь, что время осталось прежним?
  - Нет, мне интересно, когда мир стал таким, каков он сейчас?
  - Таким он стал сегодня, - он усмехнулся.
  - Ты же понимаешь, о чем я спрашиваю.
  - Хочешь знать, как отразила это ваша история? Ищешь подтверждения?
  - Я ведь люблю докапываться до сути вещей.
  - Слишком глубоко. Когда-нибудь ты напишешь об этом.
  - Ну, хоть просто расскажи.
  - Не слишком давно, несколько тысяч лет назад. Десять, двадцать, какая разница? История если и отразила, то извратила до сумасшествия. Хватит уже копаться в этих мифах! Отправляйся туда и смотри своими глазами, если хочешь! - голос зазвучал металлическими молоточками в голове.
  - Ты чего злишься? - удивилась я.
  - Мне неприятно вспоминать, разве не понимаешь?
  - Ну, знаешь, мне тоже неприятно вспоминать, как ты сжигал меня! Но ты заставлял помнить!
  - И буду заставлять впредь! Есть вещи, которые имеют значения, другие же такового не имеют.
  - Не тебе это определять! Иногда ты совсем, как человек.
  - Мне уже можно. Я просто не хочу помнить. Не заставляй.
  - Я и не заставляю. Но считаю, что это как раз и имеет значение. Неужели ты сам не видишь?
  Демон молчал. Его присутствие ощущалось довольно слабо, будто он сейчас был где-то далеко, а вскоре я перестала чувствовать его вовсе. И только тогда поняла, почему ему так не хотелось вспоминать. Он сам был истощен. Я не испытывала неприятных ощущений не потому, что сделала все правильно. Просто он отдал мне силу, защитил от своего могильного холода. Как бы там ни было, но быть медиумом весьма энергозатратно. Он же не взял от меня ничего.
  ***
  Каждый шаг сопровождался громким хрустом сухих листьев. Не без удовольствия прислушивалась, как иссохшие листочки разрушаются под моими ступнями. Крон же шел навстречу мне совершенно бесшумно, несмотря на то, что подошва его сапог плотно прилегала к земле.
  - Прости меня, - тихо произнес демон, подойдя вплотную.
  - Не часто приходится слышать от тебя подобное.
  - Не часто и я бываю не прав, - усмехнулся демон.
  - Ты ведь взял все на себя?
  - А ты стала прозорливей. Взял. И слишком устал. И впредь буду брать.
  - Но теперь с тобой все в порядке?
  - Не все, но мне уже лучше.
  - Не бери больше на себя. Я научусь сама справляться.
  - Конечно, научишься. Но не сейчас. У тебя и так мало времени, чтобы тратить его на мои прихоти. Это нужно мне, а не тебе, значит, мне и расплачиваться.
  - Мне это нужно не меньше, сам знаешь.
  - Знаю. Но я так решил.
  - А ты не исчезнешь? Ты вчера так внезапно ушел, я испугалась.
  - Просто устал. Люди тоже устают, но никто не исчезает.
  - Иногда они просто умирают. Крон, ты точно не рискуешь?
  - Не волнуйся, все скоро наладится. Я получу больше, чем потеряю. И еще больше смогу дать тебе.
  - Почему-то мне кажется, ты врешь. Давай закончим эти эксперименты с подселением. Я могу писать под диктовку.
  - Ты не понимаешь, мне нужен этот опыт. Я хочу чувствовать себя живым.
  - Другого способа нет?
  - Только если кто-то еще согласится впустить меня. Входить насильно я не могу пока.
  - Да уж, таковых на примете у меня нет.
  - Чего ты так испугалась? Я еще не такое проделывал.
  - Ага, и к чему это привело? Одна разрушенная Вселенная и десять тысяч лет скитаний. Что я буду делать, если ты исчезнешь?
  - Не исчезну, обещаю. Просто сегодня обойдемся без приключений. Разведем костер, ты расскажешь мне свои мысли. Мне просто нужен отдых.
  - Отдыхать и дохнуть - однокоренные слова.
  - Не в этот раз. Идем.
  Он взял меня за руку и повел вглубь леса. Безо всяких фокусов, никаких резких смен декораций, падений в пропасть и всего того, к чему уже успела привыкнуть в своих сновидениях. Мы пробирались меж деревьев по узкой, едва различимой тропе. Солнце поспешно двигалось к закату, и его лучи пробивались сквозь листву, изливая золотистые потоки, отчего листья казались черными.
  Тропа привела нас к небольшой поляне, поросшей вьющимся зеленым ковром, когда догорали последние лучи заката.
  - Мы пришли, - тихо произнес Крон и отпустил мою руку, - Сейчас разведу костер.
  Демон огляделся, а затем быстрым шагом направился в лесную чащу. Меня же с собой не позвал, и я осталась совершенно одна в холодных сумерках леса, растеряно глядя в темноту, куда ушел Крон.
  В голову пришла мысль, что он снова меня обманул, задумал какую-то проверку, очередной фокус, из которого мне предстоит сделать определенный вывод. И никакого отдыха. Но в этот раз я ошиблась. Демон вернулся с двумя большими валунами и бросил их в середину поляны.
  - Что это? - спросила, тронув носком ботинка камень
  - Сейчас еще принесу, - ответил Крон.
  - А зачем?
  - Ты ведь не хочешь, чтобы огонь сжег весь лес?
  - Хочешь сказать, что потом ты еще и дрова таскать будешь?
  - Разве ты никогда не разводила костер?
  - Это новая игра? Почему не как обычно?
  - Я же говорил, что устал. Сегодня я побуду простым смертным.
  - И разжигать будешь спичками? Крон, даже я во сне прикуриваю от щелчка пальцами.
  - Твое право, - он хмыкнул и удалился в темноту леса.
  Если это не очередная игра, дела у демона совсем плохи. Миры сновидений настолько пластичны, что практически не требуют усилий для того, чтобы формировать реальность своими желаниями. И сил на это практически не требуется, хоть человеку, хоть демону. Просто невозможно истощиться настолько, чтобы не суметь создать пламя из воздуха или просто прийти туда, где уже есть костер.
  Демон разложил валуны, а затем набросал веток. Потом вытащил из-под плаща какое-то подобие зажигалки.
  - Крон, объясни мне, как есть, что с тобой происходит?
  - Мне просто нужен отдых. Человеческий отдых. Разве я не имею права пожить обыкновенной человеческой жизнь хотя бы несколько часов?
  - Решил поиграть, так и скажи. Но сейчас ты меня пугаешь. Твое состояние пугает.
  - Ладно. Со мной и впрямь что-то не так. Но я разберусь сам.
  - Это из-за меня?
  - Нет. То есть, не должно быть из-за тебя. В общем, я не знаю.
  - Черт, я лучше научусь быть медиумом, только не делай так больше.
  - Я же говорю, не должно было так случиться. Может ты тут и не причем.
  - Давай восстановим цепь событий. Что еще могло повлиять на тебя? Что ты сделал?
  - Да чего только не делал. Давай сегодня просто посидим у костра. Хочешь, я лемминга поймаю.
  - Не хочу.
  - Тогда давай не будем портить вечер неприятными разговорами, - он присел на корточки, чиркнул кремнием и поджег трут, - Вдруг он окажется последним, - с этими словами он принялся раздувать огонь так, будто ничего не произошло.
  - Хочешь сказать, ты можешь умереть?! - присела рядом, испуганно глядя на демона.
  - Я давно уже мертв. Не страшно, выберусь.
  - Еще через десять тысяч лет?!
  - Смотри, разгорается, - радостно сообщил он, - Сто лет этого не делал.
  - Мне страшно. Я привыкла, что ты - это что-то незыблемое, ты был всегда. Мое мироздание держится на этом. И я представить не могла, что с тобой что-то может случиться.
  - Каждый день, - он поднял глаза к небу, - Каждую минуту с тобой что-то может случиться. Существуют миллионы способов умереть. Я постоянно помню об этом. Потому так внимательно слежу за тобой. В любой момент тебя может не стать. И мне снова придется искать тебя по всем мирам. Думаешь, мне легко осознавать, что ты смертна?
  - Это другое. Я знаю, что ты все равно меня найдешь, поможешь вспомнить. А вот что я буду делать, если по ту сторону никто не будет меня ждать? Я ведь собьюсь с пути, забуду что-нибудь важное, заблужусь, потеряюсь. Мне без тебя никак нельзя.
  - Давай не будем об этом. Меня не так-то просто убить. Навсегда. Я всегда возвращаюсь.
  - А кто-то мог попытаться?
  - А почему нет? Всякое может случиться. Но сегодня я не хочу думать об этом.
  - Крон, ты неправильно сейчас делаешь. Нельзя вот так взять и отпустить ситуацию. Ты сам меня учил менять реальность, но не оставаться там, где тебе плохо. Пойди и возьми свое. А потом отдыхай, сколько влезет.
  - Нет у меня сил, - он опустил голову и закрыл лицо ладонями.
  - Помнишь, когда я бывала в том же состоянии, ты заставлял меня медитировать?
  - Хочешь, чтоб я представил пронзающую меня трубку? - он усмехнулся, - Или к проводам подключился? Не поможет. Эти методы я придумал для тебя. А я все-таки немного отличаюсь.
  - Говори, кто это сделал?
  - Я сам разберусь.
  - Знаешь ли, я тоже кое-что могу. А сейчас я гораздо сильнее тебя. Говори!
  - Не кричи, голова раскалывается, - лицо его исказила вполне правдоподобная страдальческая гримаса.
  - Говори, или я заставлю, - заявила, чувствуя преимущество над демоном.
  - Да ты же! Только ты могла так заманить меня. Она сделала вызов. Очень серьезный вызов. Когда я был внутри тебя, я отдал добровольно свою силу.
  - Та старуха? Не называй ее мною.
  - Хорошо. Я думал, что ты взяла слишком много. Хотел забрать назад. Но это не ты. Я только сейчас это понял. Ты взяла лишь столько, сколько нужно.
  - Я убью ее, - прошипела, сжав кулаки.
  - Нельзя. Она - это ты.
  - Одна из версий, не более. И почему в том мире нет другого тебя? Почему она не призвала его?
  - Ты опять ничего не поняла. Это ты, живущая во времени, можешь иметь тысячи вариаций себя. Я же один на все вероятности. И это мое самое главное отличие от людей, - он поежился и протянул руки к огню, - Что-то холодно.
  - Ты знаешь, как именно она призвала тебя?
  - Откуда ж мне знать? Я могу только чувствовать, как меня зовут.
  - Но ты хоть знаешь, как из этого выпутаться?
  - Знаю. Она уже старая. Нужно подождать. Не вмешиваться, просто подождать.
  - И сколько ждать? А если время там идет медленнее? Или вообще в другую сторону?
  - Не знаю. С этим никогда не угадаешь.
  - Должен быть другой способ.
  - Помнишь, как я казнил тебя?
  Кивнула и ощутила, как внутри все сжалось в ледяной комок. И дело не в том, что это не самое приятное воспоминание. Я прекрасно понимала, что напомнил он об этом не просто так.
  - Я долго не мог тебя найти. Но нашел не там, где хотел. Может быть, и в этот раз все стоит отложить на пару жизней. Что успел, я дал тебе.
  - Да уж, действительно, слишком тяжелый разговор для спящего.
  - Хочешь знать, как оно было в тот раз? Я все помню.
  Во мне не было сил на то, чтобы ответить. В голове просто не укладывалось, что это действительно наш последний день. И теперь меня ждет простая человеческая жизнь. И разве что в предрассветных сумерках я буду блуждать по пустому заброшенному храму, вдыхая прах свершившегося волшебства.
  Он заговорил, не дождавшись ответа:
  - В XIV веке с образованием дела обстояли не важно. Это сейчас можно купить книги в магазине или скачать в сети, тогда же едва ли человеку не знатного рода вообще возможно было обучиться грамоте. Мне не повезло родиться в знатной или зажиточной семье, поэтому моим образованием никто не занимался. Да и к чему крестьянину уметь читать и писать? До десяти считать - уже достижение. Нет, так было не везде, просто в этот раз мне крупно не повезло. Единственным оплотом знаний оставалось духовенство. К нему я примкнул уже во взрослом возрасте, но вовсе не потому, что хотел посвятить себя служению церкви, а лишь для того, чтобы иметь уединение и доступ к библиотекам. А также к запрещенной литературе. По этой лишь причине вышло так, что стал я инквизитором. Я имел возможность участвовать не только в сожжении еретических книг, но также предварительно прочесть их, иногда переписать. Я жадно поглощал тексты, заучивал наизусть, переписывал в свои журналы. Меня заботили лишь тайные знания, о судьбах людей я не задумывался. Людей я не столь сильно любил, сколь книги. К тому же, будучи самому инквизитором, я мог без опаски практиковать свое искусство.
  - Ты был человеком?
  - Да, лишь некоторые воспоминания порою будоражили мое сознание. Я помнил тебя и жаждал отыскать где-нибудь и когда-нибудь, но без особой надежды. Тебя привел какой-то францисканец. В тот момент я вспомнил все, настолько отчетливо, будто оно случилось вчера. Конечно, ты выглядела иначе, как сейчас помню спутанные рыжие волосы, запекшаяся кровь под вздернутым носом, а на щеке виднелся след от каленого железа. Ты смотрела на меня темными влажными глазами, полными ненависти. Этот взгляд я и узнал, - он тяжело вздохнул, пристально глядя мне в глаза, которые обыкновенно вспыхивали зеленым огнем в такие моменты, но в этот раз оставались человеческими, - Я знал, что суд уже был и день казни назначен, приурочен к какому-то празднику. Мне же полагалось распорядиться тобой до намеченного дня по своему усмотрению. Прочесть необходимые заклинания ведьм и прочее. Но ничего этого я делать не стал, а просто запер тебя в пыточной и велел никому не входить. Некоторое время я и сам не решался войти, потому что знал, что снова увижу эту знакомую ярость в глазах, - он замолчал, подбирая слова, - Совсем не так я представлял нашу встречу спустя тысячелетия. К тому же ядовитое чувство вины принялось разъедать внутренности по новой. Я вспомнил, как ты всегда сдерживала мои безумные порывы. Я и сейчас не отличаюсь благорассудством, а в начале жизни был непомерно амбициозен и глуп. Мне хотелось всего и сразу, могущество казалось безграничным, а Вселенная податливой и пластичной, как пластилин. И ведь я должен был тебя послушать тогда, но вера в собственные силы предала здравомыслие, - он снова сделал паузу, - Когда я умер впервые. Иногда мне кажется, лишь чувство вины заставляло меня каждый раз вспоминать об этом. Мне нужно было признать свою ошибку и, если не попросить прощения, то хотя бы сказать: "А ведь ты была права". И вот теперь ты сидела в моей пыточной, но какое тебе было дело до того, что ты была права несколько тысяч лет назад, если через неделю тебя ждёт сожжение.
  - Ты всегда додумывал мои мысли, - я усмехнулась, но демон не обратил внимания и продолжил монолог.
  - Конечно, ты не вспомнила меня. Я рассказывал о разделении Вселенной, о том, как долго искал тебя, о своей вине за разрушенный мир, я очень много всего наговорил, а ты молчала и по-прежнему ненавидела. Когда моя речь иссякла, я увидел, что взгляд твой сменил гнев на любопытство. И ты попросила воды. Голос был таким знакомым, бархатным. А я дурак и не догадался, что ты наверняка захочешь есть и пить. Тогда я принес воды и две булочки. Больше ты ничего не говорила, а я обещал что-нибудь придумать, обещал вытащить, я рассказывал, как мы убежим, отправимся на край света и будем постигать тайные знания, обещал, обещал, обещал... А потом... - он снова замолчал и некоторое время отсутствующим взглядом смотрел на огонь, - Саванарола собирал костер тщеславия. И я хотел взять несколько книг. Также мне нужно было собрать свои записи, какие-то вещи. Я оставил тебя, будучи уверенным, что вернусь к утру. Только я опоздал. Если бы я не пошел за этими дурацкими книжками, ты была бы жива, - он с силой ударил кулаком по земле.
  - Крон, это было давно, - попыталась его успокоить, - И я помню, но не держу зла.
  - Это теперь. А последние пятьсот лет я жил с этим! - на последних словах голос сорвался на крик.
  - Никогда не думала, что была флорентийкой.
  - Ты и не была. Некоторое время ты жила во Флоренции, но приехала сюда, кажется, из Страсбурга, где изучала алхимию. Но это я узнал только со слов францисканца.
  - Если не хочешь рассказывать до конца, не надо.
  - Я должен рассказать, - он сделал паузу и продолжил повествование, - Я задержался, а ты попыталась бежать. Я ведь не держал тебя в кандалах, даже не связывал. Мне рассказали, что утром в пыточную зашел один из францисканцев, уж не знаю, кто дал ему ключ. Его ты ударила клещами и выбежала из места заключения. Тебя поймали почти сразу. Мне теперь светила какая-нибудь страшная кара за попустительство, но самое страшное, что теперь тебя охраняли францисканцы. Я же принадлежал к домениканцам, потому отношение были, мягко говоря, не дружескими с представителями другого ордена. Я не знал, где именно тебя держат, и не видел до самого дня казни, - он снова сделал паузу, - Казнь должен был проводить я сам. До последнего я надеялся, что смогу изменить ход событий. Что-нибудь придумаю, подвернется случай, прокручивал в голове варианты. Вот только когда тебя уже привязали к столбу, до меня дошло, что ничего не выйдет. На самый крайний случай я припрятал за пазухой склянку с зельем из белены, дурмана и макового молока. Сильный наркотик, который снимет боль и убьет быстро. Это был конец. Я подошел к тебе и буквально заставил выпить зелье. Ты снова смотрела на меня с бешеной ненавистью. "Больно не будет" - выдавил я из себя. Скорее всего, после казни меня самого ожидало судебное разбирательство, я мог бы развернуться и уйти, чтобы хотя бы не видеть. Но не сделал этого. Я хотел, чтоб ты помнила. И чтобы я снова нашел тебя после. Поэтому, как и положено, я зачитал приговор, стараясь затянуть декламацию как можно дольше, чтобы наркотик успел подействовать. Но ты все еще была в сознании. Толпа взревела, и я поднес факел к хворосту у твоих босых ног. Ты горела, а я стоял и смотрел. Стоял и смотрел. Я все запомнил. А ты кричала, страшно кричала. Я никогда не слышал, чтобы так кричали казненные. Я видел, как кожа вздымается, покрывается волдырями будто нарывами, которые тут же лопаются, изливая кипящую жидкость, - его голос стал глухим и хриплым, будто каждое слово он через силу выдавливал из себя.
  - Все, хватит, не надо! - запротестовала я.
  - Знаешь, почему именно сейчас я это рассказал?
  - Потому что, ты вбил себе в голову, будто это твой последний день?
  - Нет, не поэтому. А потому, что ты теперь должна сделать то же самое.
  - Что?! Сжечь тебя?!
  - Нет. Ты должна принять, что иногда нет выхода.
  - Ты всегда был склонен к меланхолии. Безысходность, все тлен, ты всегда таким был. А я знаю, что всегда есть выход.
  - Я тебе привел недостаточный пример?
  - Крон, я не хочу тебя расстраивать, но так оно и есть. Всегда можно попытаться хотя бы.
  - Это сейчас я могу так думать, но тогда я не мог поступить иначе. Просто не мог. И давай и впрямь не будем об этом.
  - Если бы я знала тебя меньше, я подумала бы, что ты просто струсил.
  - Нет! - закричал он, - Я умирал вместе с тобой! И после я столько раз проживал это!
  - Извини, не хотела тебя обидеть. Но сейчас не то же самое. Избавься, наконец, от своих средневековых комплексов.
  - Этой же ночью я казнил сам себя. На том же месте.
  - Крон, да пойми же, это уже не имеет значения! Все прошло. Избавься, наконец, от своей вины. Ты сейчас сам себя изводишь, демон ты закомплексованный!
  - Если я исчезну, ты найдешь меня.
  - Мы вместе пойдем к этой старухе и освободим тебя.
  - Я не могу. Я заперт!
  - Тогда я сама пойду.
  - Не смей!
  - Все равно пойду, - упиралась я.
  Он вдруг посмотрел на меня как на зверушку в зоопарке, с любопытством исследователя, дескать, доберется мартышка до банана сама иль палкой подтолкнуть надобно.
  - Пойдешь ведь, - хитро произнес он, - Но прежде я кое-что сотворю.
  - Ну, так сотворяй! А то я проснусь.
  - Я напою тебя своей кровью.
  - Это еще зачем?
  - Тогда она не сможет поменяться с тобой местами. Только и тебе нужно суметь совладать с моей сущностью. Ты перестанешь быть человеком. Я буду как бы внутри. Одну сущность старуха станет призывать, другой будет пытаться стать сама. Тебя на части будет рвать, но ты не поддавайся. Тебе нужно не выпустить меня. Но в этот раз я не смогу помогать. Можешь на всякий случай призвать всех, кого знаешь. Читай все заклинания подряд, призови как можно больше существ, запутай старуху, она иссякнет и все будет кончено.
  - Кажется, я поняла. Надеюсь, мне не придется впиться зубами тебе в горло?
  - Когда все закончишь, придешь сюда. Вернешь мою силу тем же путем.
  Он вытянул руку, а затем острым когтем разрезал запястье вдоль. Черная густая кровь медленно вытекала из раны, тягучая, как смола, и тяжелая, как расплавленный свинец. Капля со звучным шлепком упала на траву. Потом еще. И еще.
  - Ну же, пей, - скомандовал Крон.
  - Прям так? Стаканчика нет?
  - Поторопись, пока я жив.
  Несколько неловко взяла его руку и поднесла ко рту. Кровь пахла перепрелой травой и дымом, но не таким, какой бывает от костра, такой запах бывает в кузнице. Осторожно попробую ее на вкус. Соленая, но не как обычная, человеческая. Немного обжигающая, как кислота, но не кислая. Если вы когда-нибудь пробовали есть сожженные головки спичек, то это единственное, на что походила кровь демона.
  Он сжал кулак, и кровь брызнула мне в лицо.
  - Пей! - со сдавленным хрипом выкрикнул Крон.
  Подавив смущение, я впилась в руку демона, жадно поглощая густую кровь. Это доставляло мне странное животное удовольствие. Его рука время от времени вздрагивала, а демон издавал нечленораздельные звуки, свидетельствующие о том, что сей процесс ему не слишком приятен.
  - Довольно, - просипел он и попытался вырвать свою длань, но я вцепилась мертвой хваткой, - Хватит! Перестань! - надрывно заорал демон, и лишь тогда я взяла под контроль желания и выпустила его руку. Крон повалился на землю, прижимая израненную конечность к груди.
  - С тобой все будет в порядке? - конечно, нелепо спрашивать у лежащего на земле человека, потерявшего с литр крови как минимум, все ли у него в порядке, но все равно спросила.
  - Наверное, - хрипло ответил он и через силу улыбнулся, - Лицо вытри, ты вся обляпалась.
  - Не вытру. Пусть старуха в обморок бухнется.
  - Ох, вряд ли ты этим ее напугаешь, - он слегка приподнял голову, подперев ее здоровой рукой, но с земли подняться так и не решился.
  - Ты не умрешь от кровопотери? Может перевязать рану?
  - Нечего терять, - он усмехнулся, - Ты все выпила.
  - Все?! - удивилась я.
  - Неужели ты думала, что я действительно могу умереть как человек? Может умереть я и могу, но точно не от банальной потери крови.
  - Ты говорил, что мне придется совладать с твоей сущностью, но я пока ничего не чувствую?
  - Почувствуешь, когда меня не будет рядом. Когда все закончишь, приходи сюда же, тебе придется самой отвести меня в храм. Я могу быть без сил.
  - Я приду.
  - Беги уже, у тебя не так много времени.
  Вообще-то я понятия не имела, как следует бежать в тот мир, где обитала моя постаревшая копия. Оставалось лишь просто бежать, поддаваясь инстинктам. Я бежала через лес, сначала пыталась уворачиваться от веток, потом бежала напролом, не обращая внимания, как острые сучья ранят плоть. Ноги перестали касаться земли, лишь следуя привычке, били по воздуху.
  Мир проносился мимо с сумасшедшей скоростью, и вскоре я поняла, что стою на месте, лишь заставляю реальность меняться вокруг по своему разумению. И своим же желанием могу остановить эту бешеную карусель, вобрав в себя одну из мечущихся реальностей. Сейчас же я была невоплощенной, но не утратила возможность осознавать себя отдельно от Вселенной в отличие от мертвецов. Непостижимым образом знала, что делать, какую именно реальность следует выбрать, чтобы воплотиться в ней.
  ***
  На лестничной клетке было темно, а резкий запах экскрементов бил в нос. Я стою перед деревянной дверью, обитой потертым черным дерматином с позолоченными шляпками гвоздиков и медной цифрой двенадцать. Звонок с четырьмя кнопками, когда-то у каждой кнопки было свое звучание, но теперь звонок издавал только один звук, на какую из кнопок ни нажми. Это показалось мне весьма символичным. Сначала я позвонила дважды в звонок, а потом вспомнила, почему бы в моем кармане не оказаться ключу?
  Дверь закрыта лишь на один замок, второй на моей памяти вообще не использовался. Ключ нехотя провернулся и дверь со скрипом отворилась. Казалось, внутри никого нет, но я точно знала, что это не так. Она звала меня. Звала так громко, что невозможно было это ощущение игнорировать, но звала не голосом, не вслух. Однако что-то внутри слышало этот зов. Казалось, будто внутренности хотят стать наружностью, накатила дикая тошнота, мгновенно сделавшая меня уязвимой.
  "Не выпускать, не дать вывернуть себя наизнанку, спрятать глубоко внутри", - повторяла я, как мантру.
  Забежав в ванную, стала жадно пить воду из крана. Как ни странно, но тошнота отступала. Здесь же начала читать агмы, все без разбору.
  - Шам! Ра! Асха! - выкрикивала древние слова разрушения, созидания, стихий, даже на поиск пропавших вещей прочла, не знаю уж зачем.
  В старом потемневшем зеркале мелькнуло отражение, обернулась, но никого не увидела. А затем вновь посмотрела в отражение, она смотрела на меня из-за зеркальной глади, испугано и немного растерянно. Лицо изрезали глубокие морщины. Мое лицо! В зеркале отражалась я! И никого, кроме меня! В страхе поднесла ладони к лицу, в зеркале отражались костлявые, пожелтевшие руки, но перед глазами я видела свои нормальные ладони.
  Морок, просто морок.
  Не придумала ничего лучше, как попросту разбить зеркало кулаком. В разлетевшихся осколках успела заметить себя, перемазанную кровью, но не состарившуюся на сотню-другую лет. Это несколько успокоило.
  Покинула ванную и принялась осматривать квартиру. Казалось, здесь уже давно никто не живет, жилище пришло в полное запустение. По кухне свободно расхаживали тараканы, мебель покрывал вековой слой пыли, а с потолка свисала паутина. Даже представить не могу, что же такого со мной должно было произойти, чтобы я заканчивала свою жизнь в подобных условиях.
  Старуха неподвижно сидела в дальней комнате на диване, наполовину превратившемся в труху. Я помнила этот диван, когда-то внутри хранились мои игрушки. Она смотрела побелевшими глазами мимо меня.
  - Я ждала, что ты придешь, - проговорила она звонким приятным, совершенно не подходящим ей, голосом. Моим голосом.
  - Верни то, что взяла не по праву, - приказала ей.
  - Я ничего не брала, - ответила она, - Он сам отдал.
  - Прекрати свою ворожбу!
  - Не я владею магией. Она владеет мной. Я не выбирала эту судьбу.
  - Чего ты хочешь? - спросила, подходя ближе.
  Рот старухи разъехался в презрительной улыбке, обнажив острые осколки зубов.
  - А ты как думаешь? - спросила она.
  - На твоем месте я бы хотела лишь сдохнуть, - проговорила зло.
  - Надо же, угадала, - она тихо засмеялась.
  - Я что-то не совсем понимаю... - совсем растерялась.
  - Знаешь, какой сейчас год? Четыре тысячи четвертый.
  - Хочешь сказать, твоя квартира простояла две тысячи лет? И дом не рухнул? И электричество не отключили? - меня больше удивил факт сохранности дома, а не возраст старухи. Почему-то человека такого возраста еще могла представить, но постройку времен СССР, простоявшую пару тысячелетий - уж никак.
  - Простояла, как видишь. В этом году я должна умереть. Тогда буду свободна.
  - Что с тобой произошло?
  - Не со мной. С тобой, - ухмыльнулась старуха, - Демон обманул тебя. Я не какая-то несбывшаяся судьба, я - твое будущее.
  - Ты просто спятила. Зачем же ты пыталась украсть мою жизнь? Зачем ты призвала Крона? Почему бы тебе просто не взять и сдохнуть, если уж на то пошло?
  - Он покинул меня. Слишком многого наобещал, но смог исполнить лишь одно. То, что стало моим проклятием, - я увидела, как из ее рукава выполз таракан, и содрогнулась от отвращения, - Все умерли, а я нет. Все люди на Земле смогли умереть, а я так и не сумела.
  - Ты не я. Квартира эта давно продана, а я уехала из города, дом не простоит две тысячи лет, а я никогда бы не позволила ползать по мне тараканам! Ты не можешь быть мной. Всего лишь версия, недостойная существования!
  - За две тысячи лет многое может измениться. Твой демон труслив и глуп. Когда он совершил ошибку, то просто сбежал. И начал все заново. Но я все еще живу. Убей его, пока можешь. Убей, пока он внутри тебя. И отдай его мне, - ее рот напомнил пасть хищника, жаждущего крови жертвы.
  - Верни то, что принадлежит мне по праву! - неожиданно для самой себя, вдруг проорала.
  Старуха дернулась, ее глаза вдруг приобрели цвет, а лицо показалось мне хоть и старушечьим, но весьма милым, словно добрая баба Яга из сказки.
  - Уйди к теням, оставь ее, перестань делать с ней это, не нужна она тебе, - жалобно запричитала старуха.
  Не знаю, мои ли это были слова и действия, будто бы смотрела со стороны на себя. Видела, как мои руки стали огромными, настолько огромными, что могли всю землю ухватить, как теннисный мячик. Эти руки начали разрывать реальность, как бумажку. Мир превращался в ошметки, скомканные клочки материи, стонущие и сочащиеся кровью. В этих обрывках все еще продолжалась жизнь, как отражение в зеркальных осколках. И я не могла остановиться, пока вся эта Вселенная не прекратила существования.
  Старуха умерла, как и было предсказано в четыре тысячи четвертом году. Как и было предсказано мне. И теперь же она никогда не существовала. Не было никогда и этой отвратительной квартиры, так похожей на знакомое жилище детства. Я не верю, что она может быть моим будущим. Просто не хочу ей верить.
  ***
  Я шла через лес по узкой тропе на красный огонек догорающего костра. Этой странной силы, заставившей уничтожить целый мир, в себе более не ощущая. Зато ощущала неприятную метафизическую занозу, засевшую где-то между лопаток. Не было причин не доверять Крону, как и не было причин доверять старухе. Она могла соврать, могла сойти с ума, могла преследовать какие-то свои цели. И причин говорить мне правду у нее точно не было.
  Демон по-прежнему лежал у костра, скрючившись в позе эмбриона. Даже не было видно, что он дышит, хотя я как-то не задумывалась, дышит ли он вообще.
  - Ты жив? - спросила, опустившись рядом на траву.
  Демон нехотя открыл глаза, и улыбнулся, увидев меня, а затем спросил:
  - Что ты сделала?
  - Она должна была умереть сегодня. И еще... я уничтожила ее мир.
  - Ох... - демон тяжело вздохнул, - Ладно, забери меня отсюда.
  - Как?
  - Помоги встать. Помнишь, как я с тобой летал? Только теперь лететь будешь ты.
  - Она говорила о тебе.
  - Что именно? - в его глазах мелькнуло беспокойство.
  - Говорила, что ты наложил на нее проклятие. Она не могла умереть две тысячи лет. И что ты бросил ее. И она - мое будущее.
  - Она лгала, - спокойно ответил Крон, - Ты не станешь ею.
  - Но ты ведь посещал ее.
  - Не каждая твоя вероятность есть ты. Она - не ты. И ты ею не станешь, обещаю.
  - Хотелось бы верить, - произнесла с сомнением.
  - Ты ведь не бросишь меня здесь? - жалобно спросил демон.
  Протянула ему руку и помогла подняться. На ногах он стоял крайне нетвердо. Одна рука безвольно свисала, второй он ухватился за мое плечо, настолько крепко, что когти впились в кожу, прорезав рукав футболки.
  - Теперь домой, - сказал он с облегчением, - Чтобы не произошло сейчас в храме, не пугайся. Так и должно быть. Я просто должен забрать свое.
  - Хм, до этого момента я и не думала бояться.
  - И теперь не стоит. Лети.
  Подняла голову и взгляд устремился к угольно-черному небу. Редкие звезды тонули в черноте ночи. Это уже не небо над лесной поляной, она осталась далеко внизу. Это пустота, небытие, откуда все дороги открыты.
  ***
  Несмотря на то, что мы летели вверх, я больно стукнулась о каменный пол, будто упала вниз. Потерла ушибленный локоть и огляделась. Крона не было видно, надеюсь, не потеряла его по пути.
  Убранство храма несколько изменилось. Если раньше зал выглядел пустынным и заброшенным, то теперь не было просветов в стенах, вместо факелов горели масляные лампы, а одна из стен была завешана дорогой шторой из пурпура с изящным вышитым орнаментом.
  Засмотревшись на обновленный интерьер, не заметила, как меня окружили бритоголовые жрецы. И если в прошлый раз они не замечали меня, то теперь целенаправленно шли ко мне с четырех сторон.
  - Крон! - закричала, теша пустые надежды, что он спасет меня.
  - Ana aste matu da, - прошипел один из жрецов.
  Я не слишком хорошо знаю ассирийский, но matu da точно не светит ничего хорошего. Это значит "смерть близко".
  - Erset la tari eimu, - выкрикнула, сама не знаю, почему. Это единственная ассирийская фраза, которую смогла вспомнить. Означает "страна без возврата". Но жрецы не обратили внимания, а поспешно схватили меня за руки.
  -Dim, - кричали они, это значит связать.
  Вывернулась и попыталась ударить одного из них ногой. Но ступня оказалась тут же схваченной. Сделала еще несколько рывков, но меня уже укладывали на жертвенник. Оказавшись беспомощной, принялась звать Крона.
  - Крон! Ваал Фагор! Santas, Quisor, Carracos, Arne! Да где тебя черти носят! Явись!
  Но жрецы уже завели свое песнопение Baal Romerak, а демон все не спешил мне на помощь.
  - Чертовы придурки, отпустите немедля! Да вы знаете, кто я?! - продолжала орать.
  Наконец из сгустившегося тумана проступила черная тень, принимающая человеческие очертания. Фигура в черном балахоне, лицо скрыто, но из рукавов выглядывали длинные пальцы с черными когтями.
  - Ну, что ты так долго?! Они чуть не убили меня!
  Крон медленно обошел жертвенник, бритоголовые склонились, но хватку не ослабили. В его когтистой длани мелькнуло тонкое изогнутое лезвие, и вместо того, чтобы разить моих пленителей, он склонился надо мной, уперев клинок мне в живот, и прошептал:
  - Так нужно. Прости.
  С этими словами холодное жало вонзилось в тело. Я вскрикнула и выругалась на последнем издыхании. Внутри разливалось что-то холодное и одновременно жгучее, словно я выпила мятную настойку. Мне не было больно, но крайне неприятно и обидно. Я видела, как кровь течет по желобу, а Крон уже подносил чашу к губам. А потом мир начал таять, обращаясь тьмой. Сил на крики уже не осталось, тело занемело, а ощущения растворились. Лишь в мыслях я продолжала поносить демона на чем свет стоит.
  ***
  - Ну, я же говорил, ничего не нужно бояться, успокойся уже, - услышала его голос, а затем почувствовала, как тело бьется в конвульсиях. Каждый вздох отзывался ноющей болью, а видеть я не могла.
  - Открой глаза. Открой глаза, я тебе говорю, - продолжал он.
  - Ты... - выдавила я, - Ты... Падла... Безмозглая... Осторясина...
  - Горазда же ты ругаться, - он рассмеялся, а я, наконец, открыла глаза.
  - Что ты со мной сделал?!
  - Принес в жертву, - он снова засмеялся ледяными колокольчиками.
  - Нафига?!
  - Нужно же мне было как-то забрать свою сущность.
  - А предупредить нельзя было?
  - Я и предупредил, ничего не бойся, что бы ни произошло.
  - У меня мышление конкретное. И предупреждать меня надо конкретно. Я думала, ты так же выпьешь моей крови и все. Можно же все по-человечески сделать. Нет, жрецов притащил, устроил тут шоу.
  - Прости. Но это был лучший способ. Я тебе компенсирую все.
  - Не надо. Потом опять таскайся за всякими бабками.
  - Болит еще?
  - Нет. Почти, - ощупала себя руками и обнаружила, что футболка все еще мокрая, - Мою любимую футболку испортил.
  - Утром будет как новенькая, - успокоил меня демон
  - Длинная же сегодня ночь выдалась, - вздохнула, принимая сидячее положение, - Наверное, мне уже пора?
  - Хочешь уйти? Время еще есть.
  - Тогда я еще побуду. Знаешь, я все равно верю тебе, а не старухе.
  - Я рад этому. Она солгала. И это легко доказать. Ей ведь не было известно, что ты давно не живешь в той квартире. Кто знает, может дом и простоял бы две тысячи лет, но откуда тебе там взяться? И мебели той уже в помине нет, ты ведь узнала мебель?
  - У нее даже игрушки сохранились, - подтвердила.
  - Она рано потеряла родителей, это и свело ее с ума. Я видел ее до тебя, но с годами в ней не осталось ничего от тебя настоящей. Некоторые теряют сущность, такое бывает. И остается только персть с набором химических реакций, которые можно принять за эмоции, запрограммированные импульсы в мозгу, базовые физиологические инстинкты. Но человек уже мертв, просто выполняет предначертанные функции, вроде как живет. Только к жизни это уже не имеет никакого отношения.
  - По-моему, таких большинство.
  - Вот поэтому ты никогда не станешь ею.
  - Ты уверен? - спросила с сомнением.
  - Уверен. Я знаю, отчего такое случается. От недостаточно осознанных действий. Такие люди спят и никогда не просыпаются.
  - Почему она просуществовала две тысячи лет?
  - Не знаю, может программа сработала, может и впрямь я тому виною, а может, прошло вовсе не две тысячи лет. Мало ли, во что она верила.
  - А ее мир? Я ведь его уничтожила.
  - И что? Какое тебе до него дело?
  - Странно это как-то. Для меня.
  - Когда-нибудь тебе надо было начать, - он снова холодно рассмеялся.
  - Знаешь, мне не понравился сам факт жертвоприношения. Мне, конечно, не привыкать, что во сне иногда умираешь понарошку, но вот именно роль жертвы не моя. Покоробило меня это, понимаешь?
  - Просто ты неправильно поняла весь символизм. Я принес в жертву не тебя, а ту часть себя, которая находилось в тебе в тот момент. Я понимаю твои ассоциации, но они не верны.
  - Вспомнила ту покорность, с которой ассирийская девочка восходила на алтарь. И я не хочу уподобляться ей.
  - Да, я помню, как она тебя разозлила. Но неужели ты не видишь разницы?
  - Мне все кажется, что я оказала недостаточное сопротивление. В этом и уподобилась. Будто потеряла достоинство.
  - Ничего ты не потеряла, глупости, - отмахнулся он. - Их было несколько плюс я еще, ну каковы твои шансы были?
  - Я могла обратить твою силу против них.
  - Отличный был бы ход, - он всплеснул руками, - И убила меня бы, только в этом случае навсегда. Зато твое внутреннее равновесие не пострадало бы.
  - Понимаешь, это как "Колесница". Правильно - не обязательно хорошо.
  - Ты не могла обратить мою же силу против меня. Просто потому, что она моя. И хорошо, что не попыталась.
  - Я не просто забыла о такой возможности. Я понадеялась на тебя. Это же твое место. И это чувство мне не понравилось. Оно неправильное.
  - Понимаю, пустые надежды лишают воли. Да, очень неправильное. Но ведь все получилось.
  - Так я все-таки уподобилась?
  - Нет. Как бы тебе объяснить-то, - демон задумчиво обошел мое сидалище, - Я был слаб. Очень. Есть ситуации, в которых мне проще забрать свое, особенно если нет сил на это. Будь я некогда оборотнем, легенды о которых сохранились на тысячи лет, я бы непременно сожрал тебя. Поверь, это еще неприятнее. Но я не бы оборотнем, хотя в иной ситуации мог и таким путем забрать свое, символизм тот же. Но я не был оборотнем, я был богом, злым и кровожадным, как считали мои почитатели. И мне жаль, что тебе пришлось примерить эту шкуру. Она не по тебе, согласен. Но иным способом я не мог забрать свое.
  - Почему ты не мог просто попросить отдать?
  - Потому что некоторые вещи можно забрать только силой. Потому и тебе я передавал сущность через кровь, а не лепестками роз или дыханием ветра. Потому у тебя отнимал тем же путем. Знакомым путем, который пропитал меня настолько, что, будучи на грани небытия, помнил лишь его. Еще мог сжечь тебя, но это было бы дольше и больнее. Постарайся не брать в серьез эту роль. Она не твоя. И твоей никогда не была. И пустую надежду я дал тебе умышленно, чтобы лишить этой воли. Иначе мне было не победить.
  - Мне теперь не нравится это место. Хочу уйти.
  - Мне жаль. Можем больше никогда не приходить сюда. У нас еще есть лес и пляж с густым морем. Хочешь туда?
  - Не хочу, - обиженно ответила, - Это был дом. Мне он нравился. И я хочу, чтоб он нравился мне впредь.
  - Тогда поступи так. Отдели себя от образа. Образы ложны. Чтобы суть твоя не пострадала. Если не можешь пережить какое-то события, сделай так, что это совсем не ты. Распадайся на взвесь и осадок, как сказал бы алхимик. Заодно и от образа старухи избавишься. Тебе ведь эти символы более понятны?
  - Конкретнее можно? Я взвесь или осадок? - это вызвало очередной приступ смеха у демона.
  - Не то и не другое. Взвесь и осадок - две противоположности, осадок черный, белая взвесь. Это все наносное. Не ты. Ты - жидкость. Одна. Цельная. В ней нет разделения на белое и черное. Отбрось все наносное. И ты станешь чиста и прозрачна. Тогда воспоминания о том, что кажется тебе неправильным, перестанут мутить жидкость. Они будут отдельно от тебя.
  - А практическую часть можно?
  - Сверши ритуал. Остановишь ход мыслей, возьмешь дистиллированную воду, поместишь туда кровь и что-то более растворимое, например, ну или любых два вещества, не важно, потом возгонишь. Ну, слова сама придумаешь. Меня призвать не забудь.
  - Наяву?
  - Наверное. Сама реши. Скоро утро, ночью можешь не успеть.
  - У меня перегонного куба нет.
  - Тогда во сне. Но уже завтра. Я напомню, если не осознаешься.
  - Хорошо.
  - Пора тебе, - демон вытащил откуда-то карманные часы на цепочке и покачал ими передо мной.
  - Ты мне напомнил сейчас мартовского зайца, - я рассмеялась.
  - Ага, у меня время пить чай в компании с Безумным Шляпником. А тебе пора просыпаться.
  Вместо холодного камня подо мной расстилалась мягкая постель. Я не без удовольствия вытянула затекшие ноги.
  ***
  Редкое утро заслуживает того, чтобы зваться добрым. И это утро явно такого звания недостойно.
  Липкая слизь склеила веки так, что потолок увидела лишь сквозь решетку слипшихся ресниц. Потолок в свою очередь дрожал и грозил обрушиться с минуту на минуту. Тело отказывалось повиноваться, сопротивляясь упругой болью. Казалось, ночью кровь перестала циркулировать в организме, и теперь я пыталась пошевелить отмершими конечностями.
  - Закрой глаза, - сказал голос в моей голове, и веки послушно захлопнулись, - Не шевелись. Сейчас исправлю.
  Под закрытыми веками, сознание вновь начало проваливаться в небытие. Никаких картинок не возникало, здесь не было ни мыслей, ни ощущений, ничего. И до чего же приятно бывает просто не быть.
  - Так лучше? - выдернул меня из пленительной бездны знакомый голос.
  Глаза снова открылись, на этот раз легко, без физиологических неприятностей и сомнительных галлюцинаций.
  - Лучше, - ответила и попыталась встать.
  - Не вставай, привыкни пока.
  - К чему привыкнуть-то? - удивилась я, - Что ты еще со мной сделал?
  - Да, к возвращению привыкнуть. И ничего я тебе не сделал, вернул то, что взял.
  - Объясни по порядку. Почему мне нельзя вставать и что ты у меня взял?
  - Все, уже можно. Боялся, вдруг развоплотишься. Не пугайся, просто вся вот эта передача сил туда-сюда может нарушить баланс. Я его восстановил. Теперь ты - это ты, а я - это я. Все хорошо.
  Несмотря на столь насыщенную событиями ночь, поднялась раньше обычного и чувствовала себя даже чересчур бодро. Никаких признаков недомогания или банальной осенней депрессии.
  - Ты что-то оставил мне.
  - Только хорошее настроение. Остальное - следствие.
  - Что ж, спасибо. Давненько утро не выдавалось добрым.
  - Не благодари никого за свои же заслуги. Знаешь, что ты сделала? - последнюю фразу он произнес так, будто я разбила фамильную вазу.
  - Что не так? - возмутилась.
  - Та Вселенная, она теперь невоплощенная, значит, она воплотилась где-то еще. А старуха была сильна.
  - Где-то еще? Уж не... - демон не дал договорить.
  - Береги рассудок. Если ты сойдешь с ума, она может воплотиться. В тебе.
  - Она так и сказала ведь.
  - Это всего лишь вероятность. Но и ты стала сильнее. Держи мир под контролем. Никаких событий, этому способствующих. Иначе утратишь себя. Негатив изливай в своих играх. Желательно где-нибудь в далеком прошлом.
  - Но ведь квартиры той уже нет. И всех этих вещей. Этого же не может быть?
  - Две тысячи лет. За этот срок многое может измениться. Обходи это место стороной. Оно испорчено.
  - О, та квартира давно испорчена, - вспомнила не самые приятные эпизоды детства.
  - Теперь там еще и миры могут пересечься. Отвяжись от своего прошлого. И никогда не возвращайся туда.
  - Да я и не собиралась.
  - За две тысячи лет многое может измениться. Ты знаешь, от какого чувства следует избавиться.
  - Давно уже избавилась.
  - Меня пугает, что ты вернулась в этот город. Смотри, как бы болото тебя не затянуло.
  - Я уеду. Сейчас, отдохну немного и уеду.
  - Отдыхать и дохнуть имеют один корень.
  Когда-то я еще привязывалась к месту. Помню, как не хотела уезжать из нехорошей квартиры. Говорила, что непременно выкуплю ее когда-нибудь назад. Потом прошло. А за годы кочевничества и вовсе стерлось из памяти. А квартира та по слухам так и не обрела нового хозяина. То есть, технически хозяин имелся, но там не жил. Квартира то пустовала, то сдавалась, но постоянных обитателей не имела. А ведь несколько лет назад и впрямь хотела ее арендовать, но что-то не вышло. Теперь же и весь тот район буду стороной обходить.
  Интересное дело получается, быть свободным - означает утратить связь со своим прошлым. Не забыть, плохая память уже признак болезни, а именно утратить. Не испытывать эмоций к прошлому. Ни каких чувств к тому, чего уже нет, ни сожалений, ни обид, ни памятных дат, ни ностальгии. Ни к чему беречь игрушки, пахнущие детством, или гулять по некогда любимому парку. Прошлое принадлежит тем, кто в нем остался. Иначе, воспоминания становятся твоим хозяином. И не ты сам, а твое прошлое принимает за тебя решения. Я видела, как люди не могут покинуть насиженного места лишь потому, что там жили их родители, они родились, прожили детство и юность, да и всю жизнь, а потом и умерли в одном и том же доме. Если время ушло, никакая вещь его не вернет, но будет тяготить, давить и держать всеми когтями в прошлом. И это не значит, что непременно нужно избавляться от старых вещей. И не от самой памяти. Избавляться нужно от эмоций, с ними связанных. Это разные вещи. Только так можно отпустить прошлое. Только так можно стать свободным.
  Психотерапия уже научилась справляться с негативным опытом, психологическими травмами, комплексами. Отпустить все сожаления, разобраться в причинах комплексов, вспомнить вытесненные травмой воспоминания. Но и с положительными эмоциями надлежит расправиться тем же путем.
  Прошлое не должно вмешиваться в настоящее, время должно быть вытянуто в линию, а не сворачиваться в петлю. Иначе эта петля рано или поздно окажется наброшенной на шею.
  ***
  Как же мне нравится момент отхода ко сну. Момент ухода. Вот ты еще здесь, видишь потолок перед глазами, а спустя мгновение ты исчезнешь, провалишься в запредельные миры, умчишься вслед за звездной пылью. Последние мгновения под одеялом как обратный отсчет перед стартом. Пять. Четыре. Три. Два. Один. Спать.
  - Я ждал тебя, - прозвучал в темноте голос.
  Темнота. Абсолютная мгла окутала меня, сковала, поглотила. Здесь не было ничего, даже меня.
  - Кто здесь? - спрашиваю у темноты, голос звучит непривычно, будто слышу себя издалека.
  - Идем со мной, - он схватил меня за руку, знала это, но не чувствовала. Точнее, он схватил бы меня за руку, если бы у меня была рука. Отсутствующее тело не в силах оказать сопротивление. И я последовала за ним. Или я бы последовала за ним, если бы существовала. Что-то последовало за ним, думая, что и есть я, но я- то знала, что осталась в темноте. Потому что всегда была здесь.
  - Не вижу, - прошептала.
  - Да осознайся же ты, наконец, - он отпустил мою руку, отдалился немного и зло сверкнул глазами. Их я увидела. Две ярко-зеленых вспышки в черной пелене. И ощутила под ногами твердую опору.
  - Где мы?
  - Почти воплотилась, - проигнорировал он мой вопрос, - Осознайся.
  "Осознайся" - никак не могу вспомнить, что это значит. Это что-то важное, без чего не будет продолжения. Осознаться - остаться в сознании. То есть, сейчас я не в сознании, не осознаю, себя не осознаю...
  Послышались тяжелые шаги. Кто-то приближался уверенной поступью, похожей на звук барабанов в военном марше. Дыхание перехватило, а сердце затрепетало в ужасе. Вдруг что-то вспыхнуло желтоватым светом, и передо мной возник высокий человек со свечой в руках. Пляшущий свет огонька искажал черты лица, отчего те выглядели хищно и зло. Он был похож на волка, готовящегося к атаке. В глазах извивалось зеленое пламя.
  Он откинул назад длинные волосы и улыбнулся так, как скалился бы зверь, настигнув добычу.
  - Осознайся! - громогласно произнес он, а я отступила назад.
  - Что тебе нужно от меня? - набравшись смелости, спросила.
  Он положил мне руку на плечо, наклонился ближе и тихо произнес:
  - Ты ведь просто спишь.
  Осознаться. Осознать себя. Вспомнить, что сплю. Вспомнить, кто я.
  Повинуясь инстинкту, поднесла ладони к глазам. Просто сплю.
  - Почему так темно? - спросила.
  - Ты снова заплутала. Идем со мной. Нам нужно сделать одно дело.
  - Я тебя не помню, - растерянно проговорила.
  - Ты и себя не помнишь, ничего удивительного.
  - Не помню, - подтвердила.
  - Ты зовешь меня Крон, - это имя отозвалось смутным воспоминанием, это не его имя, но я звала его именно так. Обычно он невидим, но теперь вижу его. Вижу, потому что сплю. В сновидениях он во плоти. Он уже воплотился, а я еще нет. Это граница, потому так темно. Глаза мои на самом деле закрыты, а я лежу под одеялом. Там мое небытие.
  Комната озарилась мягким светом настенных канделябров. Это небольшое помещение без окон, стены сложены из сырца и не покрыты штукатуркой. В углу притаился небольшой стол со склянками. Отсутствие окон подсказывало, что мы в какой-то темнице, но изящные бронзовые канделябры не были предметом интерьера темниц. К тому же, потолок слишком высок.
  - Это башня, - пояснил Крон, - Осозналась.
  - Кажется, - кивнула, - Что со мной было?
  - Ты меняешься. Это нормально.
  - Это было... Небытие какое-то. Будто меня никогда не было.
  - Старуха все-таки поменялась с тобой местами. Но ненадолго. Это ее никогда не было.
  - А я проснусь в своем теле?
  - Обязательно. Помнишь, о чем мы договаривались?
  - О чем?
  - Ритуал. Я хотел, чтобы ты отделила себя от не-себя.
  - Взвесь и осадок, - вспомнила.
  - Именно. Только теперь не знаю, стоит ли. Мне кажется, будет лучше пройти этот путь до конца.
  - Э... Я не хочу оставаться жертвой! Или этой бабкой.
  - Ты ею и не станешь. Ты станешь чем-то другим.
  - Может все-таки лучше разделиться на взвесь и осадок? Что-то меня не воодушевляет твой энтузиазм.
  - Разве сила для тебя будет лишней?
  - Однажды я уже сходила с ума, мне не понравилось.
  - Это другое. Ты уже достаточно умеешь, чтобы справиться.
  - А если не справлюсь?
  - Я найду тебя снова.
  - Нет, я понимаю, что для тебя простая человеческая жизнь имеет не много значения, но я ею живу. И я живу здесь и сейчас, а не во всех вариациях, как ты. И не хочу потратить эту жизнь впустую. Не хочу еще десять тысяч лет ничего не помнить. И вообще, может, и мы можем умирать. Навсегда умирать. Тебе не приходило это в голову?
  - Ты справишься. Так будет лучше. Если тебе так дорога твоя человеческая жизнь, я вмешаюсь, когда будет нужно. Но сейчас ты справилась. Справишься и впредь.
  - Я не стану рисковать в этот раз. Ты все время откладываешь. Будто тебе самому нравится эта беготня по кругу. В прошлый раз, я уверена, выход был. Но ты предпочел костер вместо побега.
  - Я не успел! - сквозь зубы прошипел демон, а глаза его налились зеленым ядом.
  - Ты постоянно говоришь, выход есть всегда. Почему ты все время тянешь? Ты чего-то боишься? Что ты недоговариваешь?
  Руки демона напряглись, а когти стали длиннее. Он вытянул руки в стороны и стал медленно опускать их вниз, рассекая растопыренными пальцами воздух. Из-под его когтей сочилась золотистая жидкость, а в пространстве появлялись рваные раны. Он резал саму реальность острыми когтями. Раздавался треск разрываемой материи. Давно мне не удавалось разозлить его настолько.
  - Психоз со спецэффектами? - надменно бросила я, развернулась и хотела уже уйти, но он опустил руку на плечо так, что я и с места сдвинуться не смогла.
  - Ты не уйдешь, - процедил демон.
  - Будешь так делать, проснусь, - едва проговорила, как он резко развернул меня лицом к себе.
  - Не проснешься, пока не отпущу, - на его лице появилась ехидная ухмылка.
  - Бог, а ведешь себя как любитель дешевых театральных эффектов.
  - Я должен тебе все объяснить.
  Почувствовала, как мои ноги оторвались от пола, а пространство вокруг завертелось сумасшедшей каруселью. Невозможно было понять, летим мы вверх или падаем.
  - Что ты делаешь? - спросила я.
  - Идем домой.
  - В храм?
  - Да.
  Ноги опустились на каменный постамент, а окружающая реальность замерла и начала приобретать привычные очертания. В памяти все еще были свежи эмоции от пережитого жертвоприношения, и мне не хотелось оставаться на алтаре, потому сразу спрыгнула вниз.
  Демон оказался чуть поодаль, он смотрел куда-то в сторону и перебирал пальцам край плаща. Я приблизилась, и он, по-прежнему не глядя на меня, произнес:
  - Ты сгорела пять веков назад, я же продолжаю гореть изо дня в день.
  Такая постановка отразилась во мне яростью. Нет, я понимаю, что он наверняка испытывает чувство вины, но прозвучало это так, будто всю ответственность за свою вину пытался переложить на меня. Это он меня сжег, а теперь мне же его еще и пожалеть нужно? Конечно, подобные эмоции были низменными и слишком человеческими, потому вслух я произнесла другое:
  - Не мне тебя утешать. И не в том твоя проблема, - в ответ он искоса бросил обиженный взгляд и снова отвернулся.
  - Может, я растерялся. Может и смалодушничал. Но я постарался убедить себя, что иного выхода не было. Может, его и впрямь не было? - он снова взглянул на меня, на этот раз с надеждой, - Францисканцы пришли так внезапно. А я все строил планы. Нужно было забрать тебя сразу и уходить из Флоренции. Мы могли отправиться в Новый Свет или на острова, - последние слова он произнес едва слышно, будто ему дыхания не хватило.
  - Тебе бы к психологу с этим вопросом.
  - Не пойду я ни к какому психологу, - он тяжело вздохнул, - Сам справлюсь.
  - Крон, ну хватит тебе уже переживать события пятивековой давности. Ну, может и была в том твоя вина, что с того? - сделала шаг в его сторону, - Я не держу на тебя зла. Проблема у тебя в другом. Тебя не эта вина гложет. Ты бежишь от чего-то. И я не знаю, от чего. Иногда мне кажется, что от меня, - он вдруг резко обернулся, а глаза его, обыкновенно ярко-зеленые, вдруг стали почти белыми.
  - А пойдем в лес? - он крепко сжал мою руку, - Мне хочется лежать на траве и смотреть на звезды.
  - Ну, пойдем, если это так важно. Ты какой-то странный.
  Не отпуская моей руки, он повел меня в неосвещенную часть зала. Вскоре стало совсем темно, подул свежий ветер и зашелестела листва. Декорации сменились. Вдалеке виднелся огонек костра. Лес - один из моих любимых снов.
  Мы шли молча, ступая по хрустящим осенним листьям. Здесь всегда ранняя осень. Много опавшей листвы, но совсем не холодно. Можно даже спать на земле.
  Демон опустился на землю близ костра, протянул руки к огню, а затем распластался на спине и выдохнул:
  - Как же тут хорошо...
  - Я тоже люблю это место, - ответила, опускаясь рядом.
  - Когда-нибудь ты бы осталась... - произнес он, используя столь неуместный сослагательный оборот.
  - Когда-нибудь я останусь... - ответила, вспомнив, что жизнь имеет свое логическое завершение.
  - Тебе еще предстоит долгий путь. В этот раз все получится.
  - Тебя ведь это пугает? Я все вспомню и...
  - Я и сам не знаю. Когда чего-то ждешь слишком долго, исполнение желания начинает пугать. Ведь когда оно исполнится, все закончится. Нет, я знаю, что это ложно, но ощущаю именно так.
  - Мне тоже кажется, что цель может утратить смысл, если ее достигнуть. Гораздо приятнее дорога, чем конечный пункт.
  - Именно потому, что конечный, - он усмехнулся.
  - Поэтому ты сжег меня? Чтоб не дойти до конечного пункта?
  - Глупо, да? Мне даже воли не хватило, признать это.
  - Конечно, глупо. Глупее некуда просто. И не потому, что мне не нравится, когда меня сжигают. А потому, что, когда достигаешь одной цели, за ней открывается следующая. И тебе снова предстоит идти к ней. И этот путь будет бесконечен.
  - Я тоже так думал, пока не разрушил свой мир. Вот этого я и боюсь. Не сознательно, конечно, где-то в глубине. И мне кажется, что, когда все вернется, когда время замкнется в кольцо, когда мы снова будем жить в большом белом доме, который я и сам уж забыл. Я боюсь, что снова сломаю Вселенную. И снова ты будешь упрекать меня. И снова я буду искать тебя. И ведь так оно и происходит. Пусть в другое время, в другой форме, но происходит именно так. Надеюсь, тебе понятно.
  - Понятно. Ну и пусть замкнется время. Пусть я буду упрекать тебя. Пусть ты разрушишь сотню миров. Разве есть конец? Разве вообще может быть конец?
  - Все-таки это ты, - На его лице расплылась довольная улыбка, - Ты всегда говорила правильные вещи. А я никогда не слушал.
  Мы лежали на опавшей листве и смотрели в ночное небо, гадая по звездам и слушая шум ветра. И только этот несуществующий мир был настоящим в данный момент. Потому что я сейчас здесь и сейчас.
  Это не конец, это самое начало пути. Бесконечного и бесцельного. Нет никакого смысла в цели. Смысл есть, лишь пока идешь к ней. А мы просто идем. В никуда...
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com М.Атаманов "Искажающие реальность-6"(ЛитРПГ) Eo-one "Люди"(Антиутопия) М.Юрий "Небесный Трон 2"(Уся (Wuxia)) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ) Е.Вострова "Канцелярия счастья: Академия Ненависти и Интриг"(Антиутопия) В.Соколов "Мажор: Путёвка в спецназ"(Боевик) Л.Лэй "Пустая Земля"(Научная фантастика) В.Соколов "Мажор 3: Милосердие спецназа"(Боевик) О.Бард "Разрушитель Небес и Миров. Арена"(Уся (Wuxia)) С.Панченко "Ветер"(Постапокалипсис)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"