# Жёлтый мир 20

Татьяна Триана Иванова

ЧТОБЫ ЖИТЬ...

АМАРИЛЬОС


Вы считаете, это правильно, что инженер сочиняет стихи?

Культура - это украшение, а бизнес есть бизнес.

Будешь водиться с этой девушкой, - закроем тебе все двери.

Это, чтобы жить.

Габриэль Селайа


Мы дошли до главы, наиболее мною желанной, той, которая даёт мне больше всего эмоций. Мне очень нравится говорить об амарильос.

Ты должен знать, что сейчас час и сорок одна минута одной ночи в августе (я переписываю сейчас в октябре, 11.08 утра). Я всегда верил, что, знание момента написания, дня (ночь четверга), даст тебе наиболее ясное видение всего (самое-самое утро одного вторника, когда переписываю). Это один аспект, которого ты никогда не знаешь, читая книгу. В какой час это написано? Где он был? Было жарко?

Несколько месяцев тому назад я имел счастье брать интервью у Брюса Броутона (Bruce Broughton), композитора, создавшего известные группы, знаменитые также, как и фильмы "Секрет пирамиды" (The Young Sherlok) и Silverado. Мы говорили о том, насколько вариабельным может быть творчество: партнёр? место? температура? Он верил, что творчество должно быть, кроме всего прочего, - то, как видишь и как это трансформируешь. Твоя собственная скорость трансформации. И было сплошной роскошью слушать человека, столь переполненного творчеством, тогда как я знал, что скорость в творчкстве снижается от одиночества, жары и собственной сконцентрированности.

Но не будем уходить от основной темы: амарильос. Помимо того, что это есть глава книги, она также даёт название всей книге и соответствует её цвету. Конечно же, то, что я понял от рака, - большой клад. Всякий научится чему-нибудь, если пройдёт три шага или три километра вперёд раньше остальных; всегда есть какой-нибудь Индурайн или Борг; всегда есть кто-то или что-то, что отличается. И зная (верю, что уже знаешь), что мне нравятся списки, это должен был быть один большой урок, отличающийся от других.

Это будет длинная глава, и чтобы не заблудиться, попробую не ходить вокруг да около. Кроме того, если и есть в этой книге что-нибудь, что я желал бы, чтобы ты вынес из этой книги, это предсталение об амарильос (жёлтых).

Жду и надеюсь, что через несколько месяцев люди станут искать амарильос, используют это слово, оно станет ихним. Есть термины, которые появляются и становятся популярными; иногда из-за чего-то нехорошего (цунами), иногда из-за хорошего (интернет), а иногда просто из-за моды (метросексуал). Я также не хочу принуждать к новому слову, однако есть необходимость найти слово, которое определяет это понятие. Явления нуждаются в словах так же, как люди нуждаются в именах. В госпитале был один сеньор, который мне всегда говорил:" Тебе дают имя, и - живи. Кто бы мог не иметь имени!" Я смотрел на него и улыбался: не понимал, что он хотел сказать. Я несколько раз лежал в госпитале; мне было пятнадцать или шестнадцать лет, а остальные пациенты - по шестьдесят или семьдесят. Со мной говорили, как со взрослым, мне давали взрослые советы, на меня смотрели, как на взрослого. Я записывал всё, чего не понимал, и что надеялся понять позже.

Мне нравится, когда голова решает воспринять какое-нибудь понятие или язык, или чувство. Думаю, что комбинация мозга запаздывает, открываясь; надо нажать много клавиш с различными кодами, чтобы он открылся и позволил войти тому, что поначалу отвергал. Надо только найти пароль. По тому же принципу, как я надеюсь сделать это, чтобы объяснить амарильос.

В госпитале я встречал много амарильос, однако в то время я не знал, кто они такие. Я думал, что они друзья, души-близнецы, люди, которые мне помогают, охраняющие ангелы. Но начал понимать, почему некто неизвестный тебе еще две минуты тому назад, становился частью тебя самого, понимал тебя лучше, чем кто-либо в этом мире, и ты понимаешь, что он помогает тебе в некоей манере настолько глубокой, что ты чувстуешь себя понятым и узнанным. Не претендуя на это, то, что я рассказал, может быть первым определением жёлтых.

Обычно со мной это бывало с товарищами по палате. Сразу же становились моими амарильос. Не знаю, сколько времени я провёл в разговорах со своими товарищами по палате в самое неподходящее время. Мы были, как хорошие братья. Да, конечно. В то время я их так и называл: братья по госпиталю, братья со сроком годности. Интенсивность была, как между братьями, а дружба очень тесной.

Но вот прошли годы, и я понял, что слова "брат", "друг", "больше, чем просто знакомый" были слишком скромными.

Помню, однажды в госпитале мы, два или три пелона, говорили о "товарищах по палате". Кто-то назвал их ангелами, кто-то - друзьями. А я и другой парень сказали:"Жёлтые". Одновременно. И не знаю, почему мы сказали "жёлтые", но сложилось впечатление , что это слово было наиболее походящим. Очень верю в азарт и удачу; считаю, что азарт более силён, чем судьба.

Никогда не понимал, почему понятие дружбы не развивалось. Иногда читаю книги, в которых говорится о средних веках, Возрождении, начале века, и всегда говорится о дружбе; друг вседа есть друг. Друзья есть друзья, и становление другом похоже всегда, во всех эпохах. Напротив, мир пар и семей развивался. Совсем не похожи отношения в парах и семейных ячейках в средние века на то, как мы живём сейчас; роли, привычки, всё развивалось.

Думаю, что это нечто нехорошее в нашем обществе. Представление о друге, о его роли, уже не может быть таким же в наше техногенное время. Я верю, что сейчас невозможно поддерживать контакт с друзьями в той же манере, что и десятки лет тому назад. весь мир ежегодго теряет друзей, и причины могут быть очень разными: "живём в разных странах", "я поменял работу", "нет времени для встреч", "мы только переписывались через месседжер иногда", или "мы были всего лишь друзьями по школе или университету".

Потеря друга всегда связана с тем, что мы перестаём видеться. Друзьями называют больше всего тех, кого видят, с кем встречаются много раз в жизни. Можешь быть другом того, кого никогда не видел? Теоретически невозможно. Всегда теоретически.

Например, мы с моими друзьями пелонами всегда встречались в госпитале; это было золотое правило. Помогали, ухаживали, но, когда уже уходили из госпиталя, был уговор не встечаться. Не то, чтобы мы забывали о других, наоборот, мы их носим в себе, но нет необходимости встречаться. Нас объединяет другое.

Я долго не понимал этого, но они были основой амарильос. Однажды я ясно это понял. Есть друзья, которые дают тебе дружбу, есть связь, которая даёт тебе страсть, секс или любовь, и, наконец, есть АМАРИЛЬОС.

Станным образом "любовь"("амор"), "дружба" ("амистад") начинаются с "ам", и "амарильос" тоже. Нет, это не случайно, я уверен, что корень "ам" что-то значит; что-то им даёт. Всегда верил, что случайности почёркнуты, подчёркнуты, чтобы мы поняли, что должны на что-то обратить внимание.

Возможно, ты спросишь, не хочу ли я сказать, что амарильос - это бывшие друзья. Ответом будет - нет. Друзья, традиционные друзья, продолжают существовать, у нас у всех они есть. Но есть новая ступенька, новое понятие: амарильос.

Они есть во всём мире, но проблема состоит в том, что не было слова, чтобы обозначить их. Я уверен, что амарильос были всегда, но их засунули в один ящик с друзьями. Или иногда кто-то из амарильос превращался в любовь. Амарильо находится между любовью и дружбой, поэтому их постоянно путают.

Раньше, чем продолжить, дам одно определение для амарильо. Определение того, что объяснял до сих пор.

Амарильо. Определение. Говорится о человеке, который в твоей жизни - особенный. Амарильос находятся между друзьями и любовью. Нет необходимости часто их видеть или поддерживать с ними контакт.

По этому определению: как отличить амарильос от друзей? Есть ли способ узнать, кто тебе друг, а кто - амарильо? Конечно, есть. Без сомнения, требуется немного практики и знание самого себя. Амарильос - это чьи-то отражения, в них - часть нашей нежности, и узнать их - это дать качественный скачок в нашей жизни.