Иванова Вероника Евгеньевна: другие произведения.

На полпути к себе (2-3/10)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Продавай произведения на
Peклaмa
Оценка: 7.08*23  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Минуты покоя имеют гнусное обыкновение заканчиваться. Снежный ком событий, выросший из крохотной песчинки, сминает и засасывает в себя все, что попадется на пути. Остаться в стороне? Как можно! Ведь сама Судьбы приглашает на танец… Вы слышите эту музыку? Что вы говорите? Больше похоже на шум битвы? Не волнуйтесь, почтенные: обнажать клинки не придется. За вас это сделают другие, да и… Для того, чтобы выиграть войну, иногда достаточно одного взгляда. Под правильным углом, разумеется…


   ***
  
   Как всё мерзко складывается! Своими собственными руками... Рискуя жизнью... Выбиваясь из сил, можно сказать! И что я сделал? Спас от смерти ту, которую имею полное право распять на том самом дереве, где мог качаться мой труп. Что теперь? Теперь я даже и помыслить не могу о причинении вреда эльфке! Теперь я для неё - seyri, если не сказать хуже... Думаете, тот, кто сберёг чью-то жизнь, может ей свободно распоряжаться? Если бы! Спасённая чужая жизнь ручейком вливается в реку вашей собственной, растворяясь в бурном потоке...
   Я ненавижу эльфку. Но даже пальцем не трону. Потому как дурной это будет поступок: забирать свой подарок обратно. Я и не буду. Но только и объятий не раскрою. Не заслужила, листоухая...
   Оставив на время споры с совестью, окидываю взглядом поле недавней битвы.
   Итак, что мы имеем? Пять трупов. Ну, поскольку два из них я сотворил лично, вопросом меньше. Идём дальше... Капитан и воин рядом с ним явно заколоты. Но чем? Не припомню оружия в руках спасительницы, явившейся по Зову эльфки... Прятала под одеждой? Всё может быть, но я не уверен. Разве только в рукавах... Тонкие прямые лезвия длиной с ладонь... Да, не длиннее. Ладно, приду - спрошу.
   О, арбалетная стрела! Воткнута в землю недалеко от тела угрюмого воина. Похоже, стрелок целился во вновь прибывшую воительницу. Но не попал. Девица отбила её в полёте? Ну, сильна! Пожалуй, не буду с ней ссориться. Ещё порежет на ленточки между делом...
   Второго выстрела не было, потому что кто-то прикрыл нам спину. Кто?
   Я присел рядом с трупом и провёл пальцами по рассечённому горлу арбалетчика. Кто бы это ни сделал, он постарался не оставлять лишних следов. По крайней мере, на теле жертвы. Магией не пахнет. Птица? Я поднял голову, прикидывая траекторию полёта. Возможно... Кто-то где-то пролетал... Если моим спасителем был некто пернатый, то он сделал это "на ходу" - ни на одной близлежащей ветке, откуда мог бы спикировать крылатый убийца подходящего размера, снег не был потревожен. Из ниоткуда в никуда. Птичка, значит? Быстро густеющая на морозе кровь плёнкой облепила пальцы. Птичка... Я бы поверил, если бы... Если бы не странный всплеск Пространства, погладивший мой висок во время схватки. Словно занавеска на окне приподнялась, пропустив чей-то любопытный взгляд, и снова вернулась на место...
   Выпрямляюсь и грозно спрашиваю:
   -Чья Тропа нарушила покой этого места и мой покой? Покажись!
   Пауза. Небольшая, но какая-то... укоризненно-насмешливая. Только не...
   Гладь морозного воздуха помутнела, поросла кристалликами, похожими на снежинки, вздрогнула и разлетелась в стороны радужными искрами. Ничего, не скажешь, эффектно! Впрочем, та, что ступила на поляну, когда последняя крупица замороженного Пространства исчезла в недрах сворачивающейся Тропы, не нуждалась в излишнем украшательстве своих действий. И вообще в украшательстве не нуждалась...
   Ростом почти с меня, но на этом сходство и заканчивается. Лазурь бесконечно мудрых и лукавых глаз обрамлена веерами длинных белоснежных ресниц, на кончиках которых подрагивают кристаллики снежинок, но не тех, что сыплются с неба по три месяца в году (а бывает - и дольше), а созданных ювелирной магией. Последний "всхлип моды" в Домах? Когда я уходил, сие украшение категорически не принималось тамошним обществом... Ореол белых - до голубизны - мелко завитых локонов. Кожа жемчужно-розовая, гладкая, как полированная сталь: кажется, что на ней ни единая капля воды не удержится. На губах, подчёркнутых помадой цвета самой спелой вишни, с отливом в синь, небрежно расположилась вежливо-вызывающая улыбка. Черты лица настолько сообразны друг другу, что ничего нельзя отнять и не хочется прибавить. Королева снегов и крови... Очень горячих снегов, надо сказать: хотя она зябко скрестила руки на груди под накидкой из шкурок полуночных лис, во всей позе чувствуется напряжение сжатой пружины: вот-вот взорвётся невероятным движением, и тот, кто не успеет отскочить... Рискует быть уничтоженным. Окончательно и бесповоротно. Но такая участь покажется ему желанной...
   Вы думаете, я влюблён в свою старшую сестру? Ошибаетесь. Любовь - это слишком простое определение моего чувства. Я боготворю Магрит. И не я один, кстати.
   Величественное совершенство. И напротив: ободранное, запыхавшееся ничтожество, судорожно вцепившееся пальцами в полы куртки. Что я могу сказать? Да и нужны ли слова?...
   Сколько лет мы не виделись? Если учесть, что я покинул Дом вскоре после совершеннолетия, то... Целое море времени. Ваш покорный слуга ничего не старался забыть, но нарочно из памяти ничего и не выуживал. Придётся к месту - так придётся...
   А она совсем не изменилась, даже помолодела. Взгляд стал менее усталым, словно с плеч наконец-то сброшен тяжкий груз. А, знаю, какой: я, кто же ещё? Магрит, наверняка, вздохнула с облегчением, когда на паркете Дома остыли мои следы... Она тратила на меня много сил. Учила. Направляла. Контролировала. Надеялась... Нет, вру: не на что было надеяться. Но она не сдавалась. Мне бы такое упорство...
   Лазурные глаза методично изучают каждую точку моего лица. Фрэлл, она же видит!... Впрочем, натягивать капюшон поздно. Не поможет. Клеймо - во всей красе, а на холодном воздухе (как я успел убедиться), синий узор наливается фиолетовыми тонами...
   Всё, сейчас буду стёрт в порошок. Хуже всего, если Магрит так же молча развернётся и исчезнет, оставив меня наедине со стыдом. Пусть ударит, пусть обругает, только не молчит! Боги, если Вы слышите вашего недостойного слугу, хоть раз - помогите! Я не вынесу этого молчания...
   Не знаю, какое мнение о ситуации сложилось у Властителей Судеб, но моя сестра не отступила от своего единственного правила: "Если мир не желает преклонить передо мной колени, я просто взлечу над его головой!" Проще говоря, Магрит сделала то, чего не ожидал ни я, ни духи леса, ни осиротевшие лошади, разбредшиеся по поляне...
   Она сделала шаг в мою сторону, взметнув волну бордового бархата, приподняла тонкую бровь, качнула головой и... Самым невинным тоном поинтересовалась:
   - Как дела?
   Ничего себе! Будто вчера расстались... Или это - новая уловка? Прелюдия к жестокой трагедии? Не узнаю, пока не отвечу...
   - Вашими молитвами, dou Магрит, - пробурчал я.
   - Прости, сестринского поцелуя придётся избежать: зря я что ли, прихорашивалась? - она кокетливо провела пальцами по кончикам ресниц.
   - Как Вам будет угодно, - я упорно не желал понимать, что происходит. Поцелуй? Да она и в лучшие времена не была столь тепло ко мне настроена... Я бы решил, что это - морок, если бы не чувствовал каждой клеточкой тела властную Силу, исходящую от гибкой фигуры Магрит.
   - Ну, не дуйся! - сестрёнка подозрительно улыбчива... Не к добру это. Совсем не к добру.
   - У меня немного поводов для веселья, - констатирую. Довольно уныло.
   - Разве? - я награждён нарочито наивным взглядом. - Остался жив, и не рад? Я тебя не узнаю... Насколько могу припомнить, ты умереть боялся... до смерти!
   - Это было давно, - Магрит ведёт себя совершенно, как девчонка. Как озорная девчонка. Может, подыграть ей? Пошутить? Нет, не рискну: вдруг она только этого и ждёт, чтобы начать убийственную атаку.
   - Всего лишь несколько лет назад. Да что там! Ещё весной ты вёл себя предельно осторожно.
   - Откуда Вы знаете? - я не удержал любопытство в узде.
   - Слухами земля полнится, - загадочно промурлыкала Магрит. - Однако ты и разошёлся...
   - Куда? - не совсем понимаю иронию сестры.
   - На все четыре стороны! Чего стоит одна только картинка на твоём лице... Опять попал кому-то под горячую руку? Или играл в героя? А может, и в самом деле, убил?
   - Я поступаю, как хочу! - отрезал я.
   Смех звонкими колокольчиками взлетел над ободранными кронами деревьев.
   - "Как хочу"! И насколько эти слова сочетаются с предметом, столь нежно обнимающим твою шею?
   Фрэлл! Шарф предательски размотался, пока я принимал участие в побоище, и ошейник оказался на виду... Что делать? Покраснеть от стыда или побледнеть от гнева? Неприемлемо ни то, ни другое - сестра всегда ухитряется проникнуть в мои мысли без помощи магических уловок, и сразу поймёт, что я притворяюсь. И стыдясь, и негодуя. Потому что... Потому что сейчас я всего лишь растерян и сбит с толку.
   Шаг. Другой. Шелест лент на подоле платья. Лазурные глаза оказались совсем рядом. Так близко, что, заглянув в них, я понял: она и раньше знала об ошейнике. И о клейме. А ведь я просил Лэни...
   Просил... Интересно, она доложила сразу или приберегла пикантную новость на десерт? Ну, волчица, только пересеки тропинку моей судьбы! Мало не покажется!
   - А где же Ваш верный прихвостень? Или, точнее будет сказать: прихвостня? - вплёскиваю в голос как можно больше горечи.
   Магрит укоризненно насупилась:
   - Именно из-за этого я и отказала кузену Ксо.
   Кузену? Ах, да: он же признавался ей в любви...
   - Из-за чего?
   - Из-за манеры так выражаться!
   - О, значит ли это, что мы бы с ним отлично спелись? - я не удержался от заманчивой мысли.
   - Надеюсь, этого не произойдёт! - совершенно искренне возразила сестра.
   - Почему же?
   - Если два невыносимых существа найдут общий язык, невыносимой станет жизнь всех остальных, - Магрит улыбнулась, и сразу стало ясно: ей подобная перспектива кажется чрезвычайно любопытной. По крайней мере, для того, чтобы воплотить в жизнь: играть на чужих нервах - излюбленное занятие в Домах. А уж если сестра поставила меня на один "горизонт" с кузеном Ксо... Обязательно надо попробовать. Вот только время выберу... А сейчас мне нужно знать совсем другое.
   - Она всё же рассказала тебе? - настаиваю на прямом ответе.
   - Разумеется, - кивнула сестра. - В любом случае, Лэни трудно было бы утаить случившееся от своей половинки по cy'rihn. Слишком сильный всплеск эмоций.
   - Всплеск? Эмоций? - я оторопел. - Да, она показалась мне немного растерянной, но... Не более горячей, чем обычно.
   - Ты удивительно ненаблюдателен! - Магрит покачала головой. - Довёл бедную женщину до слёз...
   - До каких слёз?! - мой крик разрезал застывшую гладь холодного воздуха, и сестра сморщилась:
   - Не ори. Я не глухая... До самых обычных слёз.
   - Да это она... - договорить мне не позволили. Острый вишнёвый ноготок воткнулся в мою грудь:
   - От твоих выходок можно не только расплакаться, но и сойти с ума! Что ты делал?
   - А что? - непонимающе поднимаю брови.
   - ПРОСИЛ!
   - Что в этом странного?
   - Ты понимаешь, что самим фактом просьбы поставил её на один уровень иерархии с собой?
   - Ну... - такая трактовка собственного поступка не приходила мне в голову.
  
   ***
  
   А ведь Магрит права: даже "разделив жизнь", Лэни осталась частью Внешнего Круга Стражи, частью прислуги. Обладающей исключительными правами, могущей при случае возразить господам, но - прислуги. Так заведено издревле. Так сотканы Гобелены Крови. Ничего нельзя изменить. Ничего не нужно менять. Да, я поступил непростительно глупо... Даже хуже: то, что совершил без всякой задней мысли, было (да и не могло не быть!) воспринято, как утончённая издёвка. Неудивительно, что Лэни рыдала - я унизил и оскорбил её, предлагая принять мою ПРОСЬБУ... Оскорбил сильнее, чем мог бы мечтать. Обвинил в том, что она не справляется со своими обязанностями, и предложил исполнить свою роль. Роль господина...
   Я по-детски спрятал лицо в ладонях. Вот теперь мне стыдно, и ещё как.
   А Магрит продолжала, каждым словом загоняя иглы под ногти моей совести:
   - А потом закрылся Вуалью, намекнув, что она не в состоянии сама справиться с болью! Элрон будет рыдать и биться в истерике, узнав, какое чудовищное оскорбление ты нанёс Смотрительнице: ему до таких высот расти и расти!...
   Дожил: меня сравнили с другим кузеном - самым ехидным из мерзавцев и самым смертоносным из домашних остроумцев. Лестно, ничего не скажешь. Проще было произнести всего два слова: "Ты - сволочь". Коротко и доходчиво. И возразить нечего: сначала унизил, показав, что Лэни не достойна повелевать (как будто она претендовала на власть?!), потом - указал на слабость и невыдержанность, что для воина - хуже смертного приговора...
   - Мне пришлось бросать все дела и мчаться, сломя голову, чтобы найти забившуюся в угол и дрожащую, как щенок, волчицу...
   - Вы же сказали, что она плакала? - сквозь пальцы напомнил ваш покорный слуга, потому что слабо представлял себе слёзы на волчьей морде.
   - Плакала. Потом. Когда мне удалось через Единение вернуть её в человеческий облик, - с нажимом объяснила сестра.
   - Через... Единение? - неужели я довёл Лэни до Последней Черты?... Боги, да что же я за урод!
   - Ты хоть помнишь, что число вмешательств в Обращение конечно и очень невелико[1]? - лазурные глаза прищурились.
   - Да...
   - Что - да?
   - Помню.
   - Можешь теперь представить моё состояние, когда она кинулась мне на грудь, захлёбываясь слезами? Кстати, я не смогла придумать, с какого фланга зайти, чтобы хоть немного успокоить Смотрительницу. Хорошо ещё, подвернулся молоденький волчок, только-только после Клятвы... - при этих словах Магрит усмехнулась ТАК, что я отнял руки от лица и посмотрел на сестру округлившимися глазами. Если из-за моей глупой выходки поплатился жизнью ещё и...
   Наверное, мой ужас выглядел бесконечно забавно, потому что Магрит поперхнулась смехом:
   - Успокойся, ничего с ним не случилось! Ну, помяли бока немного... в жаркой любовной игре...
   - Даже если так... - недоверчиво протянул я.
   - Всё хорошо, Джерон! - она сделала акцент на слове "хорошо".
   - Как скажете...
   - Но впредь... Впредь думай, что творишь, а то ряды нашей доблестной Стражи могут сильно поредеть! - если она и говорила серьёзно, то я этого не заметил. - Ради Пресветлой Владычицы, скажи: зачем ты всё это затеял?
   - Я боялся... что Вы... узнаете...
   - Если имеешь в виду картинку и прочее - забудь.
   - Но...
   - Это твоё личное дело.
   - Я думал, что Вы... будете...
   - Переживать? - усмехнулась она. - Вот уж нет!
   - Значит, Вам всё равно... - огорчённо вздыхаю. Почему-то безразличие на вкус оказалось куда солонее неприятия.
   Магрит фыркнула:
   - Не всё равно. Но вмешиваться в твои поступки я не буду. И вообще: когда ты начнёшь жить без оглядки на всех остальных? Не спорю, это замечательное качество - думать о ближних, но... На всех не угодишь. Запомни. Затверди наизусть. Ты не должен ни перед кем оправдываться - это выглядит просто неприлично!
   - Значит... - тяжёлые жернова моего соображения, наконец-то, добрались до зерна истины. - Значит... Вы на меня не сердитесь?
   - Конечно, нет, - и сестра улыбнулась мне той самой улыбкой, которая всегда повергала меня в счастливый трепет.
   - Спасибо! - я не смог погасить костёр облегчения, и быстро коснулся губами розового жемчуга щеки сестрёнки.
   - Дурак! - взвизгнула она, и звон её голоса почти заглушил отчаянные всхлипы прыснувших во все стороны "снежинок". - Что ты наделал?! Да ты знаешь, сколько времени я потратила, чтобы подобрать эти украшения, не говоря уже о...
   - Простите, dou Магрит... - я сконфуженно опустил голову. Ну вот, испортил такой хороший разговор...
   - Я теперь похожа на помело! - сестра тряхнула выпрямившимися волосами. - Да Крадущиеся меня засмеют!...
   - Уверен, кузен Ксо с радостью придёт Вам на помощь, - я не удержался от того, чтобы подколоть Магрит. Уж так забавно она выглядела! Наверное, у женщин это общая черта: придавать внешнему виду такое значение... Только не знаю, какому больше: своему или чужому?
   - Придёт!... - сестра презрительно сморщила свой точёный носик. - А потом потребует за свою "помощь"...
   - Он настолько неблагороден?
   - Он - ещё большая зараза, чем ты!
   - Я? - растерянно хлопаю ресницами.
   Значит, по степени "заразности" я всё же проигрываю кузену? Хм. Почему же этот факт меня не радует, а наоборот: заставляет обиженно надуться? Очень странно...
   - Кто же ещё? - Магрит оставила попытки вернуть в свой облик прежнюю утончённость.
   С огнём на щеках и во взгляде она стала похожа на совсем юную девушку. Которой любящий брат подложил лягушку в постель... Я во все глаза смотрел на сестру, только сейчас, пожалуй, впервые догадываясь, насколько юна её душа. Как Магрит удалось выдержать битву со временем? Нет, даже не со временем - с тем зыбучим песком забот, который засосал её после смерти матери? Как?...
   Очень просто. Истинное могущество не нуждается в костылях заклинаний, злата и хладной стали, оно само лежит в основе. Оно создаёт мир вокруг себя...
   Магрит поймала мой восхищённый взгляд и забавно скривилась:
   - Только не смей падать ниц и возносить мне хвалу!
   Я тряхнул головой, избавляясь от наваждения:
   - П-почему? Какую хвалу?
   - Надо было пристроить тебя в компанию жрецов - ты бы у них был самым... блаженным.
   - Жрецов? - я отчаянно не поспевал за шутками сестры.
   - Такими тарелками смотрят только на то, чего нет! Любой бог был бы горд, заимев молельщика вроде тебя...
   В небесной лазури взгляда всполохами молний метался смех, и я невольно улыбнулся в ответ, хотя не понял до конца, что же так развеселило сестру. Магрит грозно сжала губы, но мгновением позже передумала устраивать мне выволочку:
   - У меня много неотложных дел, Джерон, поэтому будем говорить о главном и серьёзно.
   - Согласен, - кивнул я и перехватил нить беседы: - Как Вы здесь очутились?
   - Услышала Зов, - плечики сестры устало скользнули вверх-вниз.
   - Но...
   - Да, построение фраз было чисто эльфьим, но акцент... - Магрит фыркнула. - Твой След очень легко почувствовать. Если, конечно, знать, что он из себя представляет.
   - И Вы...
   - Ринулась на помощь? Скажем так: решила взглянуть, как обстоят дела. Оказалось, не зря: за тылом нужно следить, а не на чудеса надеяться!
   - Да я и не надеялся... - смущённо пробормотал ваш покорный слуга.
   - Это хорошо, - похвалила Магрит. - Во всём нужно рассчитывать на свои силы. Но... - тут она хитро прищурилась, - и от чужих отказываться не следует!
   - Dou Магрит... - я запнулся, подбирая слова. - Как мне загладить свою вину перед Лэни?
   Сестра нахмурилась и погрозила мне пальцем:
   - И думать не смей! Мало мне одного раза... Нет, к волчице я тебя не подпущу.
   Не подпустит? Мне же легче!
   - Хорошо, тогда... Передайте ей, что я... не хотел...
   - Не буду ничего передавать, - отрезала Магрит. - С шадд'а-рафом ты же нашёл верный тон? Вот и с Лэни нужно придерживаться схожей манеры поведения.
   - Какой манеры? - обескураженно переспросил я. - Верный тон?
   - Ещё какой верный! - неожиданно подмигнула сестра. - Старик поспешил выразить своё почтение Дому и едва не принёс Клятву... Признаться, я с трудом удержалась от искушения присоединить к Страже Песчаное Племя! Однако принимая во внимание обстоятельства, решение этого вопроса было отложено на более позднее время и передано другому лицу.
   - Какому лицу?
   - Тебе, конечно! Всё, что касается кошек, будешь решать именно ты. В конце концов, ты всегда любил этих пушистых царапок!
   Я? Кошек? Принимать Клятву? Или - отказать, публично унизив всё Племя?... Голова привычно пошла кругом. Сестра, заметив мою растерянность, поспешила успокоить:
   - Не волнуйся, это ещё не скоро! Кстати, тебе всё равно придётся посетить Дом.
   - Зачем? - тупо промямлил я.
   - Потом узнаешь, - отговорилась она.
   - Всё же... Скажите Лэни, что я... мне стыдно.
   - Чтобы ещё больше её запутать? - прищурилась Магрит.
   - Запутать? - каждая фраза сестры успешно повергала меня в состояние, близкое к шоковому.
   - Она и так не знает, чего от тебя ожидать, дурачок... Ты теперь для волчицы - самый опасный противник, потому как, абсолютно непредсказуем.
   Я смутился. Да уж, непредсказуем... А мне кажется, что излишне прямолинеен и прост.
   - Впрочем, может, тебе удастся придумать что-нибудь... Но до тех пор к Лэни не подпущу! Для меня твои чудачества - дело привычное, а она, бедняжка, уже на грани помешательства!
   - Простите... - я отвёл глаза.
   - За что? За то, что ты такой, какой есть? - усмехнулась сестра. - Извиняться нужно только за то, что противно твоей природе!
   - Как это? - я окончательно потерялся в поучениях Магрит.
   - Ты хорошо себя чувствуешь? - насторожилась она.
   - Вполне... Учитывая обстоятельства, - отвечаю совершенно честно.
   - Не похоже... - недоверчиво протянула сестра. - Если не понимаешь простых вещей... Впрочем, у тебя всегда наблюдались проблемы с усвоением уроков.
   Я вздохнул. Да, мозги работают со скрипом. Знать бы, чем их можно смазать...
   - Пусть размышления над моими словами станут твоим домашним заданием! - тоном строгой наставницы возвестила Магрит. - Всё равно бездельничаешь...
   - Я не... - обижаюсь. Мало ли у кого какие дела...
   - Пожалуй, сегодня ты кое-что сделал, - оборвала меня сестра. - Я бы даже сказала: наделал... Поосторожнее с эльфами, Джерон: не делай им больно. Это моя ЛИЧНАЯ просьба.
   Я заглянул в лазурные глаза. Серьёзные, как никогда. Нужно прислушаться...
   - Да, dou Магрит.
   - Что - да?
   - Не буду делать им больно. Если больно не сделают мне, - я внёс необходимое уточнение.
   - Согласна, - кивнула она. - По счетам нужно платить.
   Сестра прислушалась к чему-то, оставшемуся для меня неведомым, и огорчённо выдохнула:
   - Настала пора для прощальных слов.
   - Уже уходите? - как всегда, в тот момент, когда расставание особенно остро колет сердце.
   - Да. О чём подумать, у тебя есть. Чем заняться - тоже. Советовать ничего не буду. Просить?... Уже. Достаточно на сегодня.
   Магрит оказалась совсем рядом, подхватила концы болтающегося шарфа и обмотала их вокруг моей шеи.
   - Простудишься... - тонкие пальцы коснулись клейма. - Нэгарра была вызвана этим?
   Я предпочёл не отвечать, но сестра прочла ответ в моих глазах.
   - Бедный мальчик...
   Она повернулась, собираясь ступить на Тропу, и я окликнул, запоздало вспомнив о деле:
   - Dou Магрит!
   - Что-то ещё? - недовольно спросила та, чьи мысли были уже за сотни миль от лесной поляны.
   - Эти трупы... С ними нужно что-то сделать...
   - Не маленький, придумаешь!
   Воздух вокруг Магрит взметнулся снежным вихрем. Вдох. Сверкающие прозрачные осколки Пространства, тая, печальной позёмкой скользнули по бурой траве. Сестра ушла. Ушла, оставив вопросы и ответы. Вот только они никак не хотели выстраиваться парами...
   Фрэлл с загадками - у меня есть заботы поважнее. Например, ещё раз пройтись по телам с целью выяснения подробностей...
  
   ***
  
   Так я и сделал. Порылся в кошельках, ощупал одежду на предмет потайных карманов, заглянул в седельные сумки... Ничего. Немного монет (который с чистой совестью позаимствовал), но ни клочка бумаги, проливающего свет на личность и исток намерений того, кто замыслил расправиться с эльфкой. Единственная вещь, которая могла бы что-то рассказать о причинах несостоявшегося преступления, пряталась от меня на груди капитана.
   Простой медальон, размером с большой орех и такого же цвета, как ореховая скорлупа. Металл? Я повертел в пальцах найденное украшение. Хотя, красоты от него примерно столько же, сколько и от... Ноготь царапнул гладкую - без узоров и надписей - поверхность. Не поддаётся, но... Это не металл. Дерево. Твёрдое, тщательно отполированное дерево. Уже интересно... Если учесть, что оно, к тому же, хранит обрывки чар... Кто у нас любит работать с деревом? Листоухие, кто же ещё! Есть небольшая вероятность, конечно, что сей медальон принадлежит моей знакомой эльфке, но я не уверен. Ни одного значка. Кожаный шнурок продет в широкое плоское отверстие. Эльфы не носят такие безделушки - не их стиль. Эта штучка была изготовлена с определённым умыслом... Если я правильно определил по щекочущим пальцы фрагментам волшбы, в тот миг, когда капитан попрощался со своей душой, медальон исторг из себя послание. Но - какого рода? И - кому? Адресата уже не определить - маг, поднаторевший в заклинаниях сообщений, возможно, уловил бы направление, а я... Даже пробовать не буду. Поскольку Сила, впрыснутая Мантией в Зов эльфки, привела к столь... занятным результатам, то, пожалуй, вашему покорному слуге надо впредь осторожнее использовать сию способность. Не так уж она безобидна, как казалось на первый взгляд...
   Однако с трупами надо что-то делать. И с лошадьми - тоже. Вести в деревню? Чтобы потом стражники, посланные установить, что случилось с их сослуживцами, обнаружили, например, форменную сбрую у беспечных селян? Да и лошадки будут узнаны за милю! По той же причине нет смысла идти за лопатой, чтобы прикопать тела в лесу: кто-то подсмотрит, кто-то запомнит, слово за слово, и... Плакала моя головушка.
   Нет, будем действовать иначе.
   Я подошёл к краю поляны, туда, где можжевельник утопал в блёкло-зелёном мху. Закрыл глаза, спускаясь на другой Пласт мироздания, погружаясь в путаницу серебристых лучиков Силы, снующих по лесу.
   Один из бесплотных огоньков оказался рядом - я поймал его в замок ладоней, отсёк от искристой дорожки и поднёс к губам:
   - Хозяин Леса, мне нужна твоя помощь... - шепчу так тихо, что и сам не слышу своего голоса, но пленённый огонёк заметался в пальцах и стремительно упорхнул прочь, едва ладони разжались...
   А спустя вдох чешуйки на стволах сосен прошелестели:
   - Чего желает dan-nah?
   - Я немного... насорил, - улыбаюсь чуть смущённо. - Надо бы прибраться...
   - Всё, что будет угодно dan-nah... - пообещал тихий хруст веток.
   - Лошадей - тоже... Они не должны покинуть лес. И эти, и другие - что прошли по тропе к дому доктора. Это возможно?
   - Желание dan-nah - закон для нас...
   Я поморщился, но спорить не стал. Не ко времени.
   - Благодарю, Хозяин Леса.
   Поворачиваюсь и ухожу с поляны навстречу своим мыслям, не оставаясь смотреть, как коченеющие тела медленно, но верно, погружаются в землю, а лошади взбрыкивают и уносятся в чащу...
  
   Вот и свиделись, сестрёнка. Из-за нежелания умирать - вспышки упрямства, которая заставила меня поучаствовать в эльфьем Зове. О чём я только думал? О чём... О спасении, конечно. Но даже не предполагал, с каких неожиданных сторон это самое спасение прибудет. Непонятная девица, вытащенная из Сундука Времени, и... Старшая сестра, разговаривающая таким тоном, будто мы расстались вчера вечером. Возможно, для неё несколько лет идут за одну ночь, но я-то их ПРОЖИВАЮ, а не пролетаю!
   Как неуклюже я себя вёл... Стыдоба, и всё тут. Надо было отвесить элегантный поклон и первым делом осведомиться о здоровье родственников, хотя... Магрит подняла бы меня на смех. Такой, какой есть... Как она сказала? "Извиняться нужно только за то, что противно твоей природе." Ну да, конечно. Вздумал бы волк извиняться перед оленёнком, которого собирается загрызть! Или лекарь вдруг сказал бы больному: "Вы уж извините, но я сейчас буду Вас исцелять..." Несусветная глупость. Сестра права. Впрочем, мне не припомнить ни одного случая, чтобы она в чём-то ошиблась. Такого просто не бывает. Не может быть. Любопытно, Магрит уже родилась мудрой или где-то нашла это сокровище - способность проникать в суть вещей и объяснять эту суть окружающим? Объяснять даже против их воли и желаний...
   Я понял, что ты сказала, сестрёнка. Но, фрэлл меня подери, я не знаю, как применить это высказывание к себе! Какова моя природа - кто бы мне объяснил?!
   Когда я был настоящим?
   В тот момент, когда, дождавшись погружения солдат в пучину агонии, добил их скупыми и бесстрастными ударами?
   Когда рискнул и отправил Зов, намереваясь помочь бродячим артистам?
   Когда подминал под себя хрупкое тело Рианны?
   Когда похоронил последнюю надежду на доверие?
   Кто я? Убийца? Слюнтяй? Благородный рыцарь? Торгаш? Наставник? Палач? Поэт? Кто я?
   КТО Я?...
   Крик разнёсся по глади остывшей реки. Фрэлл, каким ветром меня сюда принесло? Почему ноги из десятка тропинок выбрали именно эту?...
   Я оторопело уставился на тёмную воду, вязким зеркалом растёкшуюся в шаге передо мной. Едва не влез ведь... Только не хватало искупаться в ледяной воде! Ну, не совсем ледяной, преувеличиваю, конечно, но... Я и в жару ухитряюсь простудиться, так что ближе к зиме - сами боги велели...
   Рябь жемчужинками всколыхнула поверхность реки. За сотню гребков от меня. За полсотни. Совсем близко...
   - Светлых ночей, dan-nah! - озорные лужицы глаз, прозрачная кожа, волосы, ручейками стекающие на обнажённые плечи.
   Водяничка.
   - Тёплой зимы, милая, - улыбнулся ваш покорный слуга.
   - Вы знаете, что пожелать, dan-nah, - бледные губы изогнулись в довольной гримаске. - Пришли попрощаться?
   - С чего ты взяла? - удивился я.
   - Люди, которые приходят к реке парами, редко хранят молчание, - невинно пояснила водяничка. - Вы скоро уедете...
   - Не буду отрицать, - киваю. - Пожалуй, стоит попрощаться. На всякий случай...
   - Прощаются не на "случай", а на "время"! - мудро заметила малышка.
   - И как долго ты не хочешь меня видеть? - нарочито небрежно осведомился я.
   - Да век бы... то есть, нет... то есть... - струсила водяничка.
   - Не бойся, милая: если я и вернусь к твоей реке, то очень нескоро.
   - Это хорошо, - обрадовалась она.
   - Надоело рыбу таскать? - грозно нахмурился я.
   - Да как Вы такое подумали?! - оскорбилась водяничка. - Да я хоть каждый день... Я...
   Она осыпалась сотнями капель. Я удивлённо поднял бровь. Это ещё что за выходки? Обиделась? Я же только пошутил...
   - Вот, возьмите! - когда внучка Хозяина Реки снова приняла подобие человеческого облика, в её руках затрепыхалась крупная рыбина. Россыпь пятен по тёмному серебру чешуи. Ольмский лосось? Здесь? Откуда? А впрочем, река берёт своё начало в предгорьях, и вполне...
   - Прощальный подарок? - мой взгляд последовал за стремительным полётом рыбы. Вплоть до его завершения у кромки тростника.
   - Всё бы Вам смеяться... - надула губы водяничка.
   - Извини, я не хотел тебя обидеть... - привычно смущаюсь.
   В сознание колокольным звоном ударили слова Магрит. "Извиняться нужно только за то..." Знаю, знаю, сестрёнка! Но позволь мне - пока я ещё не решил, кем являюсь - позволь ошибаться и делать глупости... Я исправлюсь, обещаю! Как только пойму, в чём состоит моя природа. Но, фрэлл подери, почему мне так не хочется это понимать?!...
   - Как dan-nah может обидеть? - изумилась водяничка.
   Правильно, милая. Любое слово хозяина - закон. Но я не хочу быть "законом". Ни для кого. Пусть она - всего лишь мелкая речная нежить... Не хочу. Приказывать? О, нет! Я не чувствую в себе ЭТОЙ силы... Да, мне не дадено умение ни исполнять чужие приказы, ни раздавать свои. Слишком тонкое искусство: приказ должен быть поставлен так, чтобы непременно оказаться выполненным. Слишком опасное: приказывая, берёшь на себя ответственность за судьбу тех, кто выполняет твою прихоть...
   - Забудь, - я махнул рукой. - Лучше ответь на вопрос: о чём ведунья говорила с Рекой?
   Водяничка провела ладонью по воде. Прозрачные пальцы прошли сквозь хрусталь речного зеркала, не потревожив ни капельки.
   - Она хотела знать о Вас.
   - Узнала?
   Малышка недоумённо посмотрела на меня:
   - Как Вы могли так подумать?!
   - "Как" подумать?
   - Если мы живём в реке, это не значит, что мы не чтим Старших! - вздёрнула носик водяничка.
   - Я не это имел в виду... Что вы сказали ведунье?
   - Правду.
   - Какую? - продолжил допытываться я.
   - Вы - dan-nah, - она бесхитростно улыбнулась.
   Верно, милая. "Хозяин" - что ещё можно сказать? Всё равно, что, услышав в ответ - "солнце", переспрашивать: а что это такое? Речная нежить и не думала изворачиваться. Вся беда в том, что даже самую правдивую правду способен понять только тот, кому ведома истина...
   - Спасибо.
   - За что, dan-nah? - удивилась водяничка.
   - За рыбу! - фыркнул я.
   - Да не за что... - она немного растерялась.
   - Вот что, милая... Ведунья, конечно, поступила дурно... Это ведь она приказала твоему деду перевернуть лодку? - водяничка энергично закивала. - Я так и думал. Не сердитесь на неё, малыши. Она - женщина добрая, хоть и глупая. Не чините ей хлопот, хорошо?
   - Не будем, - согласилась водяничка. - А если спросит?
   - О чём?
   - Ну... кто за неё вступился?
   - Скажите, что я. Впрочем, она и так догадается.
   Я прошёлся вдоль берегового ивняка, подыскивая подходящую ветку. Наконец, выбрал, отломил и просунул рогатинку под жабры лосося.
   - Попрощаемся, милая?
   - Попрощаемся! - очень серьёзно кивнула водяничка.
   - Что же ты на сей раз не желаешь мне Высокого Полёта? - язвлю напоследок.
   Малышка посмотрела на меня своими глубокими, как омут, глазами древней старухи.
   - Вы уже нашли своё Небо, dan-nah, и высота полёта теперь зависит только от размаха крыльев Вашей души, а не от пустых пожеланий малых духов...
   Я застыл, не зная, возразить или отшутиться, а она улыбнулась.
   Так могла бы улыбнуться река. Так мог бы улыбнуться заснеженный лес. Такая улыбка могла бы скользнуть по сизым облакам... Она улыбнулась так, как улыбается Познавший Истину. Мудро. Горько. Печально. Светло. Ободряюще. Словно говоря: "Ты уже рядом, осталось сделать один крохотный шаг... И ты сделаешь его, я знаю. Сделаешь и окажешься там, где моя мудрость встанет на колени перед твоей невинной простотой..."
   Круги поплыли по тёмной глади воды. Один. Второй. Третий. Водяничка вернулась в свои владения. Бесконечно юная и ужасающе древняя, как и весь этот мир.
   Кланяюсь реке, как не кланялся ещё никогда и никому. Искренне признавая поражение.
   - Я буду стараться, милая... - уверен, она слышала мои слова...
  
   ***
  
   Я плюхнул рыбину на кухонный стол. Здоровущий лосось - не поскупилась водяничка! Надо будет почистить и запечь целиком, но для начала неплохо бы раздеться... С этой мыслью я поднялся по лестнице и распахнул дверь своей комнаты, чтобы...
   Оказаться лицом к лицу с долговязой девицей.
   Наверное, она стояла у стола, рассматривая мои заметки, но, услышав шаги, медленно и лениво повернулась, качнув своей роскошной косой. Так могла бы двигаться змея... Я мигнул, прогоняя видение извивающейся живой ленты, и нахмурился: на воительнице красовалась моя лучшая рубашка! Лучшая из всего, сшитого старостиной дочкой. Ваш покорный слуга приберегал эту одёжку для особых случаев...
   - Ты... Почему... Кто тебе позволил надеть?!... - я, и в самом деле, был уязвлён.
   - Этот чернявый... Доктор, кажется? - без малейшего оттенка чувств на лице и в голосе пояснила девица. - Ты почти такой же тощий, так что пришлось впору.
   Да уж, впору! Но не драться же теперь с ней из-за куска ткани?... Я стащил куртку и зло швырнул на постель. Следом отправился шарф. Воительница проводила взглядом доггеты, нашедшие приют под кроватью, и спросила невпопад:
   - Тебя как зовут?
   - Какая разница? - я сунул ноги в короткие войлочные сапожки.
   - Да так... - она равнодушно пожала плечами. - Из вежливости спрашиваю.
   - А тебя?
   Девица помолчала, словно раздумывая, достоин ли я быть допущенным к столь сокровенной тайне.
   - Мин.
   - Мин? Странное имя...
   - Ничего странного. А твоё?
   - Джерон.
   Она склонила голову к плечу, что-то вспоминая.
   - Знавала я одного Джерона...
   - Да? - оживился я. - И?
   - Гад был тот ещё, - закончила свою мысль воительница, равнодушно следя за моей реакцией.
   - В чём именно? - уточняю, потакая своему любопытству.
   - А ни в чём. Просто - гад. Но ты на него не похож.
   Я усмехнулся:
   - Не торопись делать выводы. Имя определяет Пути.
   - Но Пути могут перенести ударение с одного слога на другой, - сияющие глаза воткнулись в моё лицо, как клинки.
   - В данном случае ничего не изменится, - я вернул ей колючий взгляд.
   - Возможно, - она расслабилась, шагнула к дверям и уже на пороге бросила, не оборачиваясь: - А ты уверен, что в твоём Имени так мало слогов?
   Я остался стоять на месте, тупо глядя в стенку. Прошло почти три минуты, прежде чем досада нашла выход на волю в череде грубых ругательств. С ума сойти, как же мне везёт на женщин! Одна другой краше и умнее! Если бы ещё научиться выигрывать хотя бы только одну партию из десяти...
  
   Втайне ваш покорный слуга надеялся, что на кухне проведёт время за чисткой рыбы, но - в полном одиночестве. Не получилось: едва я успел сбрызнуть водой чешуйчатые бока лосося и взялся за нож, в дверях возникла Мин. Бесстрастная донельзя. Я сделал вид, что не заметил её появления, она сделала вид, что ей всё равно. Впрочем, ей, похоже, и впрямь было наплевать на мои чувства и мысли: девица прошлась по кухне, понюхала свисающие с потолка связки трав, щёлкнула пальцами по кастрюле (с некоторым интересом прослушав раздавшийся заунывный звон), потрогала лезвия валяющихся на столе ножей, плюхнулась на лавку и авторитетно заявила:
   - Скучно тут у вас!
   - Мы не жалуемся, - возразил я, проводя ножом по серебристой спине рыбины.
   Фрррр! Чешуя полетела во все стороны. Как обычно. Не стоило и пытаться действовать аккуратнее - только вывозил себя и мебель. Печально обозрев причинённый ущерб, я решил удвоить скорость и усилия. Странно, но чистка пошла веселее, а серебряные блёстки норовили теперь упасть совсем рядом с полем боя...
   Мин смотрела, как я играюсь с ножом. Внимательно смотрела. Я бы даже сказал, что она пыталась увидеть то, чего нет. По крайней мере, ровно мерцающий взгляд девицы следовал за моей рукой с настойчивостью, которой позавидовала бы иная гончая. Признаться, повышенный интерес к моей скромной персоне всегда вгонял меня в ступор и заставлял смущаться, краснеть, спотыкаться и делать массу глупостей, но на сей раз я был слишком зол, чтобы обращать внимание на бесцеремонную наблюдательницу. Тем более, что под руку она ни с советами, ни с замечаниями не лезла...
   Шлёп! Лосось с моей помощью перевернулся на другой бок, и работа пошла по новой. Минута, другая - и рыба окончательно избавилась от своей кольчуги. А заодно - и от внутренностей. Я плеснул в тазик воды и погрузил туда свежевычищенную тушку. Получится замечательный ужин! Правда, вместо двух едоков за столом будут четверо, но, думаю, на всех хватит. Так, сколько времени займёт готовка? Пожалуй, не меньше часа - уж больно толстая рыбина. Можно будет малость побездельничать...
   Я почувствовал, что немного устал, когда стряхнул с пальцев комья налипшей чешуи, вымыл руки и ополоснул нож. Несколько минут медитативного бдения над источающей свежий аромат рыбой привели меня в умиротворенное состояние, вновь отодвинув завесу обиды, через которую я так люблю смотреть на окружающий мир. Наверное, именно поэтому и обратил внимание на презрительное "Сссс!...", раздавшееся со стороны Мин, когда нож опустился в воду. Я ещё хотел спросить, не имеет ли она что-то против мытья посуды, но чудное видение, появившееся пред нашими очами, заставило отложить любые вопросы на "потом".
   Гизариус (а этим видением был именно гостеприимный доктор) сиял. Нет, даже не так: он светился изнутри, как будто в его венах вместо крови тёк солнечный свет. Никогда не видел, чтобы человек выглядел настолько довольным. Интересно, почему? Может быть... А, чего гадать - спрошу:
   - Вам было явлено чудо, дядя Гиззи?
   - А? - он перевёл взгляд на меня, но вряд ли увидел лицо вашего покорного слуги: тёмные глаза источали неземное блаженство.
   - Вы сами на себя не похожи. Что-то произошло?
   - Да, произошло! - нет, он то ли пьян, то ли злоупотребил собственными травками.
   - И что же? Поведайте нам, недостойным, сделайте милость!
   Доктор, наконец-то, высунул голову из панциря наслаждения:
   - Неужели сам не понимаешь? Ты же... У меня дома... Настоящая эльфийка!
   - А бывают ненастоящие? - невинно спросил я. Гизариус оставил мою иронию без внимания.
   - Эльфийка... да ещё и...
   - Беременная. Знаю. И поэтому Вы ведёте себя, как кот, нализавшийся сметаны?
   - Какой ты грубый! - отметил доктор. Привычно, но без всегдашнего укора. Да, видно, мои жалкие потуги привлечь внимание меркнут перед той, что совсем недавно не надеялась на спасение... Обидно, фрэлл подери!
   - Всё равно не понимаю Ваших восторгов.
   - Да ты представить себе не можешь!... Я же... я смог... осмотреть... - Гизариусу явно не хватало слов.
   - Могу поспорить, Вы воспользовались этой возможностью по полной! Ну и как она? В плане осмотра? - я провёл ладонью по воздуху, рисуя предполагаемые округлости.
   Доктор покачал головой, глядя на меня, как на безнадёжного больного:
   - Куда тебе понять... Ты и эльфов-то, наверное, никогда не видел...
   Я хмыкнул, но промолчал. Видел, дядя Гиззи. Поверь, насмотрелся вдоволь. И эльфов, и эльфок. Вместе. Отдельно. Может быть, их было и не так уж много, но я прекрасно помню, как долго - несколько лет - вообще не мог видеть никого из листоухих. Потом успокоился. Смирился. Даже смог признаться самому себе, насколько они прекрасны...
   - Не видел, говорите? Так могу прямо сейчас пойти и посмотреть! - весело заявил я.
   Взгляд доктора остановился. Потоптался немного на одном месте, потом существенно прояснился:
   - Совсем забыл! Она просила тебя позвать!
   - Просила? - я слегка опешил. Зачем это я понадобился эльфке? Решила выяснить, узнана она или нет? И если узнана - прикончить меня на месте?
   - Не заставляй её ждать! - Гизариус махнул рукой. - Она в соседней комнате... Моется.
   - Что?! - я должен присутствовать при омовении? Ни в какие ворота не лезет...
   - Иди, иди, - подтолкнул меня доктор.
   - И не подумаю! - упираюсь.
   - Это ещё почему? - удивился Гизариус.
   - С какой стати я... мужчина должен смотреть, как женщина моется?
   - Ну... - похоже, дядю Гиззи вид голого женского тела никогда не смущал. Как, впрочем, и не вызывал вожделения. - Поможешь ей... Спинку потрёшь.
   - Спинку?! - поперхнулся я. - Ну Вы и придумали... Пусть лучше она пойдёт!
   - Кто? - не понял доктор.
   - Мин!
   - Мин?
   - Девушка, которой вы ссудили мою рубашку! - вскипел я.
   - Ах, Мин... - рассеянно повторил доктор. - Она не пойдёт.
   - Почему?
   - Потому что не хочет.
   Вы пробовали объясняться с глухой стеной? Я, занимаясь сим неблагодарным делом на протяжении последних минут, уже готов был на эту самую стену влезть.
   - Почему ты не хочешь? - пробую обратиться к той, что не подверглась одурманивающему влиянию эльфьих прелестей.
   - Я не люблю воду, - флегматично пояснила Мин, закидывая ноги на стол и углубляясь в изучение потолка.
   - Да иди уж! - прикрикнул доктор, когда, обведя вполне разумным взглядом кухню, обнаружил, что я всё ещё стою на своём месте.
   Кручу пальцем у виска (своего, а хотелось бы - докторского) и выхожу в коридор, душевно хлопнув дверью. Так, что стена задрожала.
   Какой-то бред... Может быть, я болен, и всё происходящее - нелепая галлюцинация? Есть только один способ в этом убедиться... Я нерешительно провёл ладонью по растрескавшейся доске косяка. Войти? Наверное, нужно. Вот только... Откуда взялась эта странная робость? Чего я боюсь? Эльфки? Себя? Нас обоих? Пожалуй. Я думаю одно. Она думает другое. Но когда наши взгляды встретятся, что произойдёт с нашими мыслями? Как они изменятся? В какую сторону потекут? Никогда и не узнаю, если... Если останусь стоять в коридоре.
   Я вздохнул, толкнул дверь и вошёл в комнату.
  
   ***
  
   Посередине наспех расчищенной кладовой была поставлена внушительных размеров лохань (откуда доктор её притащил - уж не со двора ли?), заполненная горячей водой и... Эльфкой. Должно быть, она сидела, подогнув ноги под себя - я мог видеть только голову, сильную шею, прямые плечи и часть спины.
   - Что Вам угодно? - холодно интересуюсь.
   Бронзовые кудри дрогнули.
   - Мне угодно видеть тебя, - такой узнаваемый, и такой новый голос разрезал облачко пара, поднимающееся над водой.
   Всё те же бархатистые тона, но... Они стали мягче? Не верится... Как можно смягчить стальной клинок? Согнуть, сломать - да. Но - смягчить? Что-то случилось, и если я тому виной... Голова кружится: наверное, здесь слишком душно...
   - Зачем же Вы хотели видеть меня?
   - Тебе нужны объяснения? Или довольно моего желания?
   - Меня не занимают Ваши желания и... мне не нужны Ваши объяснения. Посмотрели? Я могу идти?
   - Я даже не начинала... - она взялась руками за края лохани и... встала, выпрямившись во весь свой немаленький рост.
   Струйки воды, мгновение помедлив - словно удивляясь случившемуся, заскользили вниз. По ложбинке между гладкими холмами лопаток, пересекая некогда тонкую, а теперь - мило расплывшуюся талию, стекая по крутым изгибам стройных бёдер... Да, эльфка красива - нечего и спорить. Тело воина - не страшащегося смерти и не щадящего себя - но... На эльфийский манер. Обладая физическими возможностями, намного превышающими те, которыми наделён обычный человек, листоухим удалось договориться с богами и уместить удивительную мощь в хрупком до странности теле. С чем можно сравнить эльфа? Со стрелой, отправленной в полёт. Недаром лучшие лучники - эльфы: каждая чёрточка изящной фигуры, каждое движение - пальцев, губ, ресниц - устремлены вперёд. Вверх или вниз - спросите вы? Какая разница? - отвечу я. Полёт всегда заставляет задержать дыхание и смотреть, смотреть, смотреть... Веря, что он никогда не прервётся.
   Росчерки бледных шрамов на золотистой коже обняли эльфку кружевной накидкой, когда она одним плавным лёгким движением повернулась ко мне.
   М-да... На каком же она месяце? Не на последнем - купол храма, хранящий покой будущего эльфа, ещё не возведён на нужную высоту. А вот грудь выглядит так, как будто готова слиться в поцелуе с маленькими губами... Могу поклясться: в нашу первую встречу ничего подобного не было! Хотя... Мы виделись почти четыре... или даже пять месяцев назад. За это время можно нагулять и тройню... И всё же, тогда она уже должна была быть... Я запутался.
   Тёмные глаза улыбнулись: похоже, эльфка поняла, какими вычислениями занят ваш покорный слуга.
   - Ребёнок уже был в моём чреве, если ты это хочешь знать.
   Я тряхнул головой.
   - И вовсе не хочу... Это не моё дело.
   - Отнюдь, - длинные ресницы кокетливо смежились. - Твоё и только твоё.
   - Объяснитесь, - нахмурился я.
   - Минуту назад ты отказывался от моих объяснений, - напомнила эльфка.
   - Минуту назад... Минуту назад мир был совсем другим, а сейчас он изменился, и в этом новом мире... Отвечайте!
   - Ты приказываешь? - по бархату голоса пробежали волны смеха.
   - Если Вы думаете, что мне доставляет удовольствие смотреть на Ваше... на Ваш живот, то Вы заблуждаетесь. Хотите поговорить? Извольте! Но играть в прятки со словами я не намерен, - холодно пояснил я.
   - В тот раз ты не показался мне смелым... - задумчиво протянула эльфка. - Ты испугался... Почему же теперь я вижу перед собой совсем другого юношу - жёсткого и решительного?
   - Вас так заинтересовал мой характер? Зря: в нём нет ничего привлекательного. Как и в моём лице после Ваших стараний, - я не прилагал усилий, чтобы подпустить в голос льда: я давно уже заблудился в холодных пустошах Сарказма...
   - Да, работа удалась на славу, - кивнула эльфка, искоса подглядывая за мной. Рассчитывает разозлить? Не получится: я, конечно, могу покричать, потопать ногами, скорчить страшную гримасу, но... этим и придётся ограничиться. До рукоприкладства дойти не могу. Не дозволено. Самим собой и не дозволено. Так зачем напрасно тратить силы?
   - Если Вы и вправду гордитесь собой, поздравляю, - едко улыбаюсь. - Вы многого добились.
   - О да! - усмехнулась эльфка, проводя ладонями по животу. - Я даже не сразу поняла, НАСКОЛЬКО многого... Однако...
   - Есть сомнения? - слегка удивился я.
   - Только не в результатах содеянного, - качнула головой эльфка. - Тот день... Был странным.
   - Чем же?
   - Разыгралась буря. Сильная буря, возникшая из ниоткуда... - взгляд эльфки стал чуть отрешённее. - Лошади не слушались поводьев и шпор, собаки поджимали хвосты, люди... Люди почувствовали неизъяснимую тревогу.
   - А Вы?
   - Я... Я вновь родилась на свет, - бездонный океан глаз опять возжелал поглотить меня целиком.
   Что она имеет в виду? Слишком мало данных для проведения всестороннего анализа... Фрэлл, как меня это бесит!
   - А сегодня, - продолжала эльфка, - сегодня я родилась в третий раз. Я получила три Дара Жизни[2], и два были приняты из твоих ладоней.
   - Не приписывайте мне излишние заслуги! - возразил я. - С солдатами воевала Мин, а я... Пытался не путаться под ногами.
   - Скромность хороша, но не всегда, - поучительно заметила эльфка. - От твоей руки пали двое. Столько же - от рук Мин. Но если бы не ты, никто бы не пришёл на помощь.
   - Вы считаете... - я осторожно попытался прощупать почву. Неужели она... Поняла?
   - Я знаю, - отрезала моя собеседница.
   - Что Вы знаете? - согласен, строить дурачка было поздно, но я никак не мог смириться с мыслью, что мои действия не остались тайной. Ведь то, что не проходит незамеченным, не остаётся безнаказанным...
   - Ты насытил мой Зов Силой. Будешь отрицать?
   - Не буду, - мрачно признаю поражение. В этой конкретной схватке.
   Эльфка скрестила руки на груди и странно на меня посмотрела:
   - Я не могу понять... Ты ничего не забыл, ты был потрясён, увидев моё лицо, но... Ты ничего не требуешь.
   - А должен? - горько спросил я.
   - Тот, кто дарит жизнь, вправе в ней участвовать.
   - В качестве кого? Поводыря? Надсмотрщика? Спутника?
   - Выбирай сам, - разрешила она.
   На самом деле, разрешила. Что творится в этом мире? Кто сошёл с ума - я или она?
   - Даритель не ломает свой подарок и не забирает обратно, разве Вы не знаете? Занятно: столько лет прожили, а до сих пор не усвоили такой простой истины...
   - То, что очевидно для тебя, многие другие сочли бы глупостью, - улыбнулась эльфка.
   - Значит, я - дурак.
   - Только очень мудрый человек не считает себя знатоком жизни.
   - Это комплимент? - съязвил ваш покорный слуга.
   - Наблюдение, - поправила она.
   - Вы позвали меня только за тем, чтобы узнать, буду ли я требовать плату за свои услуги?
   - Да, - эльфка с вызовом выпрямила спину.
   - И что же Вы можете предложить?
   - Всё, что ты захочешь.
   - Даже... Ваше тело?
   Она на мгновение застыла статуей, но ответила. Твёрдо и спокойно:
   - Даже моё тело.
   Я рассмеялся:
   - Как это много... И как мало! Меня больше устроило бы не тело, хотя, признаюсь, - я окинул эльфку взглядом работорговца, оценивающего товар, и с удовлетворением отметил, что та задержала дыхание, - это тело кажется мне совершенным. Но такому глупцу, как я, дороже не Ваша точёная грудь, а то, что в ней бьётся. И, зная, что Ваше сердце никогда не станет моим, хочу ли я владеть драгоценным, но пустым сосудом? Не хочу.
   К концу сей поэтической тирады взгляд женщины разгорелся непонятным пламенем. Или... Это блестят слёзы? Ещё чего не хватало! Я же обещал Магрит, что не буду делать больно...
   - Ты сказал то, что думаешь? - срывающимся голосом спросила эльфка.
   - Н-у-у-у-у... - немного смущаюсь. - Большей частью. Мои мысли не так красивы, как мои слова.
   - Но ты искусно их украшаешь... Я и в самом деле, не могу отдать тебе своё сердце. Зачем дарить одно и то же дважды?
   - Д-дважды? - я расширил глаза.
   - Помнишь, я сказала, что получила три Дара Жизни? Я забыла добавить: для себя. Но ещё один Дар... был передан мне, как хранительнице. Дар Жизни моего ребёнка. Вскоре после... встречи с тобой я почувствовала, как бьётся его сердечко... Именно тогда я родилась во второй раз.
   Отвожу взгляд. Ну ничего себе! Значит, капли крови, которые она слизнула с моей щеки, каким-то образом... Как всё запутано! Успел я отличиться...
   - Вы хотите сказать...
   - Моё сердце стало твоим с той самой минуты, ma' resayi[3], - тёплый бархат её голоса накрыл меня с головой.
   Твоё сердце, lohassy... А вот куда делось моё? Рухнуло к пяткам? Провалилось сквозь пол и исчезло в недрах земли? Не думал, что буду приведён в состояние полнейшей прострации так легко... И так приятно. Несколько незаслуженно, конечно...
   - Если бы я знал, кого солдаты собираются казнить, я бы не стал вмешиваться. Возможно, я бы убил Вас, - слова слетали с языка, как звенья каторжной цепи. Тяжелые. Уродливые. Но - неизбежные.
   - И я бы не винила тебя в этом, - улыбнулась эльфка. - И одного Дара было много для меня...
   - Я...
   - Не нужно слов, - тёмно-бирюзовые глаза смеялись. - Не зная ничего о несчастной женщине, ты всё же поспешил ей на помощь... Трудно найти лучший способ явить миру своё благородство.
   Я почувствовал, что начинаю краснеть, и поспешил отвернуться.
   - Вы бы оделись, что ли... Замёрзнете... - выскакиваю за дверь под перелив искреннего и безудержно весёлого смеха...
  
   ***
  
   Заплетающимися ногами я пересчитал ступеньки, ввалился в свою комнату и рухнул на постель.
   Мальчишка! Где твоё совершеннолетие? Давно пройдено, оставлено позади и забыто! Так какого фрэлла ты не хочешь понять, что должен вести себя по-взрослому?!...
   Эльфка смеялась над тобой, понимаешь? Смеялась! Вместо того, чтобы испытывать почтение к своему "творцу", она хохотала... Что это может означать? Шутку? О, нет: такими титулами не разбрасываются. Жизнь настолько редко позволяет произнести "ma' resayi", что смысл этих слов, поистине, драгоценнее злата и алмазов самой чистой воды. Эльфка не шутила. Она признала, что я трижды подарил Жизнь: два раза ей и один раз - ребёнку в её чреве. Признала... Но, фрэлл меня подери, почему она смеялась? Я настолько забавен в своих мыслях и поступках? Как больно... Я не хочу быть посмешищем для всех и каждого - достаточно того, что ваш покорный слуга даже в своём собственном Доме не чувствует душевного тепла...
   У неё красивая улыбка - такая же, как и в тот день, но засверкавшая новыми гранями. Говорят, что материнство меняет женщину. Ерунда! Не меняет. Только углубляет русла тех рек, что уже давно текут через её душу. Принявшая из моих рук Дары Жизни эльфка осталась той же самой безжалостной фурией, изуродовавшей моё лицо. Той же самой... С одной небольшой поправкой: я теперь не входил в число противников. Впрочем, и другом не стал. Быть resayi - не значит заслужить симпатию. Любить того, кому трижды обязан? Какая глупость! Эльфка смеялась надо мной...
   Я стиснул в кулаках уголки подушки.
   Стерва листоухая! Ничего, я найду способ... Исхитрюсь... И ты проглотишь свой смех!...
   Ну что за день?!
   Сначала ведунья - со скромным желанием спасти свою шкуру за счёт моей. Потом - борьба не на жизнь, а насмерть с королевскими солдатами. В довершение всего объявляют "творцом" и при этом гогочут вслед. Рубашку, и ту отняли... Лет десять назад впору было бы хныкать, а сейчас... Несолидно как-то. Но с обидой нужно справляться. Попробуем зайти с другой стороны...
   Я спас деревенских колдуний от ненасытного "отступника". Дело праведное и заслуживающее всяческих похвал. Правда, успел наговорить старухе столько горячих "комплиментов", что даже Мантия пристыдила... Ладно, проехали.
   Поспешил на помощь женщине, оказавшейся в затруднительном положении. М-да, в положении... Потом четверть часа раскаивался в содеянном, поскольку опознал в спасённой одного из своих врагов.
   Поговорил с сестрой, которая по-семейному оказала любезность, прикрыв мою многострадальную спину. Разговор оказался не только познавательным в плане прошлого, но и заставил задуматься о будущем. Во-первых, придётся разбираться с Лэни: что же придумать, чтобы подобрать ключик к её сердцу?... Во-вторых, мёртвым грузом на плечах висит шадд'а-раф с его жгучим желанием присягнуть на верность Дому. А я даже видеть этого старого кота не могу... Ох, чувствую: переступлю через себя и не единожды... Впрочем, всё это - чепуха. Хлопоты, не стоящие долгих приготовлений. Но зачем я должен посетить Дом весной?... В груди неприятно похолодело. Магрит имеет виды на меня? Уже страшно. А если не она, а... кто-то другой? Ещё страшнее становится. Не хочу возвращаться, но... Это предложение из разряда тех, которые невозможно отклонить. Значит, у меня есть время только до весны... Успею ли сделать всё, что должен? Да и что я должен, и кому? Ох, мысли путаются...
   Эльфка, опять же. Со своим смехом и величанием меня "творцом". Рассказать кому - не поверят...
   Пожалуй, и не буду рассказывать. И её попрошу молчать. Мало ли что...
  
   Барахтаясь в Море Размышлений, я не сразу уловил аппетитные запахи с кухни. А когда уловил - подскочил на постели и кубарем скатился по лестнице, пока чудесно пахнущую рыбу не съели без меня...
   Вся компания уже восседала за кухонным столом. Эльфка, в простом деревенском платье (наверняка, снова Рина постаралась) выглядящая просто и уютно. Гизариус, не сводящий с неё взгляда учёного, стоящего на пороге великого открытия. Мин, лениво ковыряющая вилкой выщербленную деревянную поверхность. Лосось - истекающая соком тушка на длинном противне - готов принять свою незавидную участь: исчезнуть в умильно урчащих животах. Не знаю, как все остальные, а я успел проголодаться и переволноваться так, что даже начал забывать о голоде. Впрочем, поймав ноздрями манящий дух запечённой рыбы, скоренько удалось вспомнить об одной из самых насущных потребностей - потребности вкусно и сытно поесть...
   Я уселся за стол и вопросительно взглянул на доктора. В смысле: "Приступим?" Гизариус, хоть и был увлечён мечтами о совсем иных сферах существования, возражать не стал и занёс нож над лососем. Разделка рыбы - молчаливым одобрением всех присутствующих - была доверена именно доктору, как человеку, сведущему в устройстве тела.
   Ваш покорный слуга проглотил слюну, уговаривая желудок потерпеть ещё пару мгновений, и...
   Звука удара мы не услышали, как не услышали и свистящего полёта стрелы. Но все сразу поняли: что-то произошло. Неуловимо изменился даже воздух: ранее наполненный только предвкушением обильной трапезы, сейчас он зазвенел от напряжения.
   Доктор растерянно переводил взгляд с одной из наших гостий на другую. И посмотреть было, на что!
   Мин подобралась, как шадда перед прыжком, стальные глаза искали только одно - цель. Эльфка... Эльфка выпрямилась так, словно позвоночник в мгновение ока стал раскалённым стержнем, а тёмно-бирюзовый взгляд утратил все оттенки чувств, кроме убийственного спокойствия в ожидании атаки.
   Минута прошла в гробовом молчании, а потом...
   Со двора донеслось певучее:
   - Преступившая! Не прячься за стенами чужого дома! Или ты хочешь взвалить тяжесть своего греха на плечи людей?
   Я едва заметил движение - так быстро эльфка метнулась к двери. Пришлось уныло вздохнуть, откладывая свидание с лососем, и, вслед за Мин и доктором, поспешить на свежий воздух. Туда, где разыгрывалась нешуточная драма.
  
   Посреди двора стоял эльф. Самый натуральный, без мороков и иной маскировки. Собственно говоря, появление листоухого в этих краях, если и считалось редчайшим событием, то после несостоявшейся казни эльфки расценивалось мной, как закономерное совпадение. Хуже было другое: я знаком с этим эльфом. Как там бишь, его называл младший родственник? Кэл?...
   Лиловые глаза полыхают гневом. Таким жарким, что я невольно удивился: и как снег под этим взглядом не закипает?... Серебряные волосы свободно падают на плечи: ни заколок, ни шнурков. Странно... Что-то напоминает... Одежда - даже в наступающих сумерках - слепит глаза своей белизной: от мягких сапожек, отороченных мехом, до последнего ремешка на куртке и длинного свёртка за спиной, перетянутого шёлковыми шнурами - нигде ни единого пятнышка. Ай-вэй, как дурно! Этот парень собирается...
   - Я пришёл за отмщением! Примешь ли ты вызов vyenna'h-ry[4]? - в голосе эльфа звучали нотки напряжённого ожидания.
   Vyenna'h-ry? "Чистый поединок"? Да, надо было сразу догадаться - достаточно взглянуть на стрелу, вонзившуюся в дверь докторского дома. Белее снега: и древко, и оперение, и - могу спорить, на что угодно - наконечник. Он, кстати, изготавливается из очень специфического материала... Кости того, за чью смерть и требуют возмездия. Очень серьёзная традиция. Очень. А если дела становятся официально-скучными, меня неудержимо тянет пошутить...
   - Одумайся, Кэл! - строго, но очень спокойно ответила эльфка. - Не делай то, о чём будут скорбеть твои близкие!
   - Я получил их благословение, не волнуйся! - тонкие губы язвительно дрогнули.
   - Получил? - эльфка слегка удивилась: похоже, она была слишком хорошо знакома с упомянутыми родичами, чтобы поверить в столь безрассудный поступок с их стороны.
   Безрассудный... Почему мне так кажется? Да, vyenna'h-ry обычно заканчивается кровью, но далеко не всегда - гибелью кого-то из поединщиков... Или... Эльфка чувствует дыхание смерти? Только не это...
   - Я жду, Преступившая! - Кэл сузил глаза. Костяшки изящных пальцев, сжимающих плечи длинного лука, начали наливаться синевой.
   Эльфка медлила. Смотрела на бросившего вызов, но никак не могла найти верные слова для ответа - мне с моего места были хорошо видны её лицо и лицо Мин. Глаза воительницы меня и поразили: совсем недавно полыхавшие огнём, они словно потухли. Омертвели. Девица наблюдала за происходящим с отрешённостью отшельника, далёкого от мирских забот. Понимающего, что близится буря, и признающего своё бессилие перед ней. Вот это самая покорность судьбе меня и взбесила...
   Ах, так? Нет, Слепая Пряха, ты слишком рано решила закончить этот фрагмент Гобелена! Все смирились и опустили руки? Хорошо. Но у меня есть на этот счёт своё мнение. Пусть глупое и ошибочное, но - своё...
   Дважды за сегодняшний день я беспрекословно исполнял прихоти судьбы. Дважды оказывался на Пороге - без надежды на спасение. Дважды выходил из воды твоих объятий, стерва... Нет, не сухим. Увы. Но на этот - третий - раз я не буду ждать, пока всё решится само собой. Надоело.
   Пришло время доиграть прерванную партию. Появление Кэла - случайное или нет - пришлось как нельзя кстати. Я не любитель драк, но, пожалуй... Иногда только близкий контакт с противником позволяет понять самого себя. Понять и принять. А мне так не достаёт именно понимания...
   Ваш покорный слуга вернулся к двери и протянул руку к древку стрелы. Тонкие иглы уз крови кольнули подушечки моих пальцев. Разумеется, "глашатай" создаётся с использованием магии, поскольку должен возвестить о причине мести... Невидимые крючки, удерживающие наконечник стрелы в дверной доске, печально вздохнули, втягиваясь в белую кость - вытащить "глашатая" может только тот, кто способен принять вызов, но в моём случае некоторые правила не работают. К сожалению... Я дёрнул древко, вытаскивая стрелу из двери.
   Глухой "чпок" заставил эльфку обернуться. Бирюза глаз испуганно спросила: "Зачем?...", но я лишь усмехнулся своим мыслям. Усмехнулся, спустился по ступенькам террасы и прошёл по двору, останавливаясь в пяти шагах от насторожившегося эльфа.
   - И кто только учил тебя хорошим манерам, lohassy? - начинаю. Тоном уставшего от детских выходок старика. - Пришёл в чужой дом, попортил дверь... А из-за чего, спрашивается? Из-за нелепого желания умереть раньше срока... И ведь вроде не маленький, а творишь непотребство, свойственное капризному ребёнку...
   - По какому праву ты вмешиваешься? - он даже проглотил "lohassy", завороженно следя взглядом за движениями стрелы в моих руках.
   - По праву того, кому "глашатай" позволил себя взять, - медленно, с нажимом на каждое слово, пояснил я.
   Лиловые глаза сверкнули.
   - Ты хочешь принять вызов вместо неё?
   - Разве - хочу? Я уже его принял. Или тебе недостаточно?... - делаю вид, что обиделся.
   Намерен соблюсти все традиции? С превеликим удовольствием! И я сложил стрелу пополам...
   Просто так сломать древко "глашатая", как и любой другой эльфийской стрелы, невозможно. Если не знать одного небольшого секрета... Складывать нужно, одновременно разводя концы в стороны, тогда древко, изгибаясь и скручиваясь, не выдерживает напряжения и легко ломается. Что и демонстрирую...
   Две половинки "глашатая" полетели под ноги эльфу. Тот посвятил несколько вдохов изучению обломков стрелы, потом поднял взгляд на меня:
   - Надеюсь, ты понимаешь, что только что сделал...
   - Я-то понимаю, не беспокойся! - широко улыбаюсь. - Но помимо твоих игр в мстителей есть ещё одна вещь, которую, уверен, понимают все здесь присутствующие, - я сделал многозначительную паузу, добился того, что все взгляды переместились на мою скромную персону и продолжил: - Пока мы морозим сопли, ужин благополучно остывает! Не знаю, как вы, а я люблю есть горячую рыбу! Ну-ка, быстро, в дом! Кто последний - моет посуду!
   Моя хулиганская выходка имела успех - даже Мин согласно кивнула головой, направляясь на кухню. Эльфка, правда, слегка нахмурилась - наверное, не хотела оставлять меня наедине с Кэлом - но скрылась в дверях. Доктор вежливо пропустил дам вперёд, оглянулся, словно говоря: "Не задерживайся!", и тоже прошёл в дом.
   Я выжидательно посмотрел на эльфа. Тот ответил недоумённо-надменным взглядом.
   - Ну, а тебе что, нужно отдельное приглашение?
   - Куда?
   - На ужин! Или ты не любишь рыбу? - осведомляюсь, как можно невиннее.
   - Ты хочешь, чтобы я, разделив пищу... - эльф искал подводные камни там, где их нет. Осторожный, зараза! Ну, ничего, не с такими справлялись... Противнее вашего покорного слуги вряд ли кто найдётся в этих краях...
   - Я хочу, чтобы ты прежде всего поел. Или предпочитаешь сражаться "на голодный желудок"?
   В тёмно-лиловых глазах лёгкой тенью скользнуло удивление.
   - Ты предлагаешь - просто поесть?
   - Я не предлагаю. Я - настаиваю! Учти: нас никто ждать не станет, сожрут всё за милую душу!
   Он колебался, и я нанёс завершающий удар:
   - А завтра, только, умоляю: не на рассвете - слишком холодно, мы с тобой займёмся делами. Плотно перекусив и хорошенько выспавшись. Против такого развития событий не возражаешь?
   Губы эльфа дрогнули, но я так и не дождался ответа. Листоухий кивнул - не мне, а, скорее, самому себе - и проследовал в предложенном направлении...
  
   ***
  
   Разумеется, посуду мыл я. И не только потому, что последним пришёл на кухню: можно подумать, были другие кандидаты!
   Ужин прошёл в молчании, зато - быстро. Эльф, закончив со своей порцией, спросил у доктора, где можно расположиться на ночлег, на что Гизариус пробормотал что-то вроде: "Дом в Вашем распоряжении..." Дядю Гиззи мне было искренне жаль: не каждый день на твой двор ступает нога листоухого. А если сразу двух... Тут и у человека, начисто лишённого веры в чудеса, голова начнёт пошаливать...
   Мин проглотила от силы пять кусочков рыбы, заявив, что не голодна. Слышать такие слова из уст изрядно потрудившейся воительницы было странно, но я подавил удивление, старающееся пробиться на свет в виде шуточек и ехидных расспросов. Ну, не хочет есть - и ладно. Мне больше достанется...
   Впрочем, я и сам съел рыбы ровно столько, сколько хватило для притупления голода. Если завтра мне предстоит поединок, негоже набивать желудок под завязку... Эльфка тоже ела плохо и большей частью смотрела на меня, а не в тарелку. Я даже пожалел, что сел напротив - надо было улизнуть на другой конец стола и наслаждаться одиночеством...
  
   Когда рыба и грязная посуда закончились, в кухне остались только я и эльфка, причём бирюзовый взгляд красноречиво намекал на необходимость обстоятельной и долгой беседы. Что ж, поговорим...
   Я налил в кружки немного осеннего эля и вернулся за стол. Женщина пригубила предложенный мной напиток, покатала приторную горечь на языке и спросила:
   - Зачем ты влез в чужие дела?
   - Чужие? - я притворно оскорбился. - Помнится, Вы нарекли меня своим resayi... Это ли не причина принимать участие в Вашей судьбе?
   - Ты настолько глуп или настолько хитёр? - сузила глаза эльфка. - Судя по твоим действиям, ты прекрасно осведомлён о смысле "чистого поединка" и о его возможных последствиях... Тогда - почему? Надеешься устоять против чистокровного эльфа?
   - Не надеюсь, - признался я. - Но как-то не хотелось позволять ему...
   - Обижать беременную женщину? - усмехнулась она, проводя пальцами по гладкому боку кружки.
   - Примерно.
   - Глупый... Если кому и грозила опасность, то только Кэлу... При равных условиях я всегда была сильнее его.
   - А при "неравных"? - не могу удержаться от вопроса.
   - Тем более! - хохотнула она. - Мне не составило бы труда победить... Но ты решил поиграть в "благородство", чем, признаться, немного меня напугал.
   Так вот, почему она тянула с принятием вызова! Прекрасно зная, что возьмёт верх в поединке, эльфка не хотела доводить дело до смертоубийства... А я-то хорош! Как всегда, по уши в дерьме очутился... Хотя... Зачем я вру? Мне нужен был поединок. Очень нужен. Если я сейчас не убью в себе неприязнь к листоухим, то в дальнейшем удобного случая может и не представиться... Тем более, теперь, когда та, смерти которой я искренне желал, назвала меня своим "творцом"... Мне просто необходима драка. С самим собой, прежде всего. Грубая, жёсткая, бескомпромиссная драка. А тут подвернулся такой замечательный противник! Умный, опытный, расчётливый... Да, бросая вызов эльфке, он был охвачен эмоциями, но ответил-то ваш покорный слуга! А это значит, что завтра эльф будет сражаться рассудком, а не сердцем, и это - вдвойне интереснее!
   Эльфка наблюдала за тенями, бегущими по моему лицу, и в какой-то момент догадалась, о чём я думаю:
   - Ты нарочно вмешался, да?
   - Нарочно? - растерянно поднимаю брови.
   - Разумеется! - неожиданно горячо воскликнула женщина. - Ты решил умереть и ухватился за первый подходящий случай!
   - Позвольте возразить: я и не думал о смерти. По крайней мере, о смерти тела... - задумчиво добавил я.
   - Неужели? - в бархате голоса прорезалось ехидство. - Ты принял вызов слишком опасного противника, понимаешь? Один из вас не доживёт до следующего вечера, и я боюсь, что закат встретишь вовсе не ты!
   - Боитесь? - удивляюсь. - Почему же? Вам удобнее будет раз и навсегда избавиться от такого кредитора, как я...
   - Вот уж, действительно, много ума - тоже горе... - пробормотала эльфка. - Я запрещаю тебе умирать!
   - На каком основании?
   - Ты обязан услышать первый крик моего ребёнка и убедиться, что Дар Жизни не потрачен впустую! - отрезала она, и я судорожно вцепился пальцами в кружку.
   О таком варианте и не подумал... Даже не предполагал...
   Ответственность, будь она проклята! Эльфка права: если моё нечаянное вмешательство в Узор Судьбы отразилось на... А собственно, почему отразилось? И я попросил:
   - Отложим прения по этому вопросу... на некоторое время. Лучше расскажите, из-за чего на Вас так зол этот... Кэл.
   Эльфка куснула губу. Совсем по-человечески.
   - Ты имеешь право знать... История давняя и... не очень-то приглядная. Случилось так, что мой последний возлюбленный оказался таковым и для сестры Кэла. Мийа сгорала от неразделённой страсти, а счастье улыбалось мне. Какое-то время верилось, что она смирилась и постаралась забыть, однако нелепая случайность унесла мою любовь в Серые Пределы, и Мийа... Обвинила в этом меня. Конечно, обвинения были вызваны помутившимся от горя рассудком, а не истинными обстоятельствами, но её это не смущало. Мийа настояла на сборе Совета Кланов - только для того, чтобы её претензии были сурово отклонены. Возможно, она сумела бы успокоить чувства, если бы... Если бы я не сказала, что жду ребёнка - плоть от плоти моего возлюбленного... Мийа окончательно обезумела и атакавала меня каскадом самых сильных чар, на какие только была способна... Я лучше обращаюсь с клинком, чем с заклинаниями, но сумела устоять. Под первым натиском...
   - Был и второй?
   - Был... - вспоминая, эльфка мрачнела. - Ещё сильнее. Ещё смертоноснее. Не знаю, как ей удалось достичь таких высот, ведь она никогда не считалась искусной заклинательницей...
   - "Рубиновая роса", - подсказал я.
   - "Роса"? - она обдумала эту мысль, затем согласно кивнула. - Очень похоже... Так вот, натиск усилился вдвое...
   Эльфка скупилась на подробности. Возможно, не хотела воскрешать в памяти столь болезненные события, а возможно... Не могла это сделать. И не потому, что откровенничать с человеком - постыдно для эльфа, а потому, что... И у людей, и у эльфов есть одно чудесное свойство - забывать. Заглаживать острые углы обид и разочарований. Закрывать чехлами отслужившую своё мебель. Ни в коем случае не выкидывать, нет! Любая мелочь навеки остаётся в памяти, но... Лишь для того, чтобы иногда - под стук осеннего дождя или в алых лучах заката - вынуть старую безделушку из шкатулки, согреть своей ладонью, снова почувствовать печаль или радость... Они не будут слишком яркими, эти чувства - с течением времени меркнут любые краски - но, утратив свежесть, настоятся, словно вино, и в самом простом событии появится глубина, которую ты не мог заметить... Не хотел замечать...
   Люди забывают быстрее. Как и живут - быстрее. Тоска эльфов может длиться столетиями - пока не случится что-нибудь настолько светлое и радостное, что места для страданий останется слишком мало, и эти самые страдания, поворчав, уснут в одной из дальних кладовых...
   Я слушал неторопливый рассказ эльфки, поглаживая пальцами тёплое дерево столешницы, а перед глазами... О, перед глазами метались тени...
   "Это ты, ты во всём виновата, только ты!..." Фиолет безумных глаз чернеет с каждой минутой. Прекрасное лицо искажается под умелыми ласками злобы. "Если бы он остался со мной, был бы жив и по сей день!..." "Успокойся, Мийа... Тебе нужно отдохнуть, послушать музыку..." "Какая музыка?! Не тебе решать, что мне нужно!... Убийца!..." В бирюзе ответного взгляда плещется сожаление. Искреннее сожаление. "Не обвиняй меня, Мийа... Он продолжает жить, что бы ты ни думала..." Тонкие черты кривятся и текут. "Да! Жить! Где?!..." Спокойная и мудрая улыбка. "Во мне... У меня будет ребёнок, Мийа..." Твердь сознания разверзается окончательно. Ребёнок... Последняя капля, подточившая скалу духа. "Этому не бывать!..." Молния срывается со скрюченных пальцев...
   - Я бы не смогла справиться, но... Должно быть, моя любовь проложила дорожку в Серые Пределы - на один короткий вдох возлюбленный вернулся ко мне. Вернулся, чтобы защитить свой последний Дар... Возникшая где-то в глубине Сила смыла атакующие и защитные чары Мийи... Она умирала и, зная это, ударила всем, что смогла собрать... Не знаю, что именно произошло - я не слишком сведуща в магических материях - но... Что-то нарушилось. Позже, когда лучшие лекари и заклинатели осматривали меня, выяснилось: ребёнок... Нет, не умер: скорее, застыл на границе между жизнью и смертью. Не исчез, и не остался... Когда я перестала его чувствовать, мир рухнул. И никто не мог предложить помощь. Никто не знал, как вернуть его душу...
   Она говорила ровно и достаточно спокойно, но жилка на виске выступала всё заметнее. Выдержка воина, запирающего боль в груди. Это достойно восхищения, однако временами - очень и очень вредно.
   - Скорее всего, душа ребёнка была вытеснена в один из Межпластовых карманов. Неудивительно, что ваши чародеи не знали решения задачи. Следовало бы обратиться к более сведущим...
   - Я обращалась ко всем! - почти выкрикнула она, но тут же опомнилась, понижая тон голоса: - Ко многим... Меня раздирала тоска. Такая глубокая, такая горькая, что я не замечала смены дня и ночи... Я не чувствовала своего ребёнка, своего единственного ребёнка, первого и последнего...
   - Почему же - последнего? - странно и удивительно. Надо уточнить.
   - Один из магов... Человеческих магов... Пообещал помочь. Но предупредил, что я больше не смогу иметь детей, - в бирюзовых глазах промелькнула тень. Очень печальная. Очень страшная.
   - Но он не помог? - уточнил я.
   - Он обещал... Говорил, что нужно выждать время... Потребовал, чтобы я заняла место в свите маленького принца.
   - В качестве личного палача? - поверьте, я не хотел причинять лишнюю боль и без того настрадавшейся женщине, но прятать ЭТУ горечь не считал нужным.
   - Не только. Я делала много... всего. Убивала... Я не помню всех мёртвых лиц, и к лучшему: иначе не удалось бы ни разу сомкнуть глаз... - признание далось эльфке с трудом. Потому что она признавалась, в первую очередь, самой себе.
   - Вы так легко забирали чужие жизни? - мои представления о листоухих не имели ничего общего с образом жестокого убийцы. Высокомерные? Сколько угодно! Гордые? О, да! Прекрасные? Несомненно! Но - мясники?...
   - Не легко, - она помолчала и продолжила медленно, словно пробуя слова на вкус: - Я не могла избавиться от боли, и маг... Сделал для меня порошок...
   - На основе "росы", разумеется! - кивнул я.
   - Очень может быть, - согласилась эльфка. - Только не скажу, какой именно. Просто - не знаю. Я... забывалась. Я отпускала себя, и освобождавшееся место занимал кто-то... чужой. Грубый. Мерзкий. Беспощадный. Бесчувственный. Я видела эту тварь, дышала вместе с ней, но... не могла противиться. Да и не хотела. Нанюхавшись порошка, я забывала о ребёнке, забывала о той боли, которая терзала сердце... И не желала вспоминать.
   Ай-вэй, дорогуша! Чужой... Ишь, чего придумала! Зелье мага открывало двери Тёмного Храма твоей души, выпуская то, что обычно прячется во мраке. Не понравилась встреча со своей тёмной половинкой? То-то! Хорошо ещё, что ты не осознала, насколько этот "чужой" неразрывно с тобой связан... Вот когда поймёшь, ужаснёшься по-настоящему - как ужаснулся в своё время я...
   - Сколько же всё это продолжалось?
   - Год. Может, два. Не знаю... Время меня не волновало. Я металась от одной мерзости к другой, пока... Пока не столкнулась с тобой.
   - Хм... - я невольно напрягся. Ну вот, опять ожидается гимн чудесному избавлению!
   - Как тебе удалось сделать то, перед чем оказались бессильны лучшие маги? - бирюза взгляда ткнулась в моё лицо.
   - Я ничего не делал.
   - Но...
   - Клянусь, я даже не мыслил что-либо делать! Если честно: в тот момент я был до смерти напуган... - признаюсь, скрепя сердце.
   Эльфка рассеянно нахмурилась.
   - И всё же, что-то было... Но что? Никаких чар... Ты до меня даже не дотрагивался... Я только...
   Ай-вэй, сейчас она догадается... Я вжался в лавку.
   - На твоей щеке выступила кровь, и я... лизнула...
   Ваш покорный слуга сидел ни жив, ни мёртв, но изо всех старался выглядеть спокойно-безразличным. Только бы она не начала расспрашивать... Придётся много лгать, а это так неприятно, так... недостойно...
   Но эльфка так и не начала задавать вопросы. Напротив, она о чём-то задумалась. Очень и очень глубоко задумалась. А когда бирюзовый взгляд вновь прояснился, я увидел в его глубине то, чего больше всего боялся. Сверкающий след встречи с мечтой.
   - Твоя кровь сотворила настоящее чудо... - голос эльфки дрогнул от плохо скрываемого волнения. - Исполнила самое сильное и самое заветное желание... Есть одна старая легенда, в которой упоминается нечто похожее...
   - Вы верите легендам? Зря: во многих из них нет и слова правды! - язвлю, но эльфка не обращает никакого внимания на мою попытку разрушить хрустальный замок грёз.
   - Эта легенда всегда меня зачаровывала, - на лице женщины не было и тени улыбки. - А теперь... Теперь я в неё верю. И понимаю, что означают слова: "простота бесценного дара"... В самом деле, как просто... Нужно только повстречать на своём пути...
   Я вскочил, перегнулся через стол и накрыл её губы своей ладонью:
   - Давайте оставим в покое легенды и их героев! Всё не так, как Вам кажется...
   - Но в главном я, похоже, не ошиблась, - бирюза взгляда засияла ещё ярче. - И если ради этого мне суждено было оказаться на краю бездны, я... Я благодарю свою судьбу!
   Опускаюсь на лавку и страдальчески возвожу очи к потолку:
   - Я же прошу: забудьте...
   - Это невозможно, - качнула головой эльфка.
   - Ну, хоть молчите! Это Вам по силам?
   - Если ты желаешь... Но почему?
   - Я так хочу! Достаточно причин?
   Она пожала плечами. Усмехнулась.
   - Может быть, ты, в свою очередь, тоже кое-что сделаешь?
   - А именно? - насторожился я.
   - Перестанешь обращаться ко мне на "Вы"! Кэла ты, почему-то, таким вежливым обхождением не баловал!
   - Кэл... Во-первых, он - мужчина. А во-вторых... Вас же двое, - бесхитростно пояснил своё поведение ваш покорный слуга.
   Несколько вдохов эльфка смотрела на меня удивлённо расширенными глазами, потом не выдержала и расхохоталась:
   - Двое... Духи Вечного Леса... А ведь, и правда...
   - Вообще-то, я не шутил, - хмурюсь.
   - Даааа... - простонала женщина. - Но шутка удалась!
   - Рад, что повеселил... тебя. Кстати, раз уж ты назвала меня своим resayi... Как мне-то тебя величать, дитя моё? - я поставил локти на стол и опустил подбородок на сплетённые пальцы.
   Эльфка зашлась в новом приступе хохота. Того и гляди, весь дом сбежится - ещё решат, что женщине плохо...
   - И?
   - Саа... Саа-Кайа, - она справилась со смехом и, сделав странно неловкую паузу, добавила: - Хами'н. Хами'н Саа-Кайа.
   - "Дуновение Тёмного Ветра"? - я мысленно примерил имя его владелице. - Красиво.
   - Справедливо, - процедила эльфка сквозь зубы.
   - Тебе не нравится? - спрашиваю растерянно и удивлённо.
   - Я бы обошлась без... - она осеклась.
   - Без "Тёмного", да? - догадался я. - Ну и напрасно!
   - Ты не понимаешь... Имя приходит вслед за делами[5]. Я бы хотела всё исправить, но... Эту страницу из книги Судьбы не вырвать.
   - И не надо! - заверяю. Наверное, излишне бодро. - Можно припомнить на эту тему множество высокоумных рассуждений, только... Ты любишь стихи?
   - Стихи? Конечно! - она слегка оживилась.
   Разумеется! Какой же листоухий не любит стихи? Правда, это утверждение верно только в отношении ХОРОШИХ стихов, а те, которые просятся на язык... А, будь, что будет!
   Я сдул свежую пыль с одного из листов своей памяти и прочитал - без особого выражения, стараясь передать смысл, а не чувство:
  
   Плох. Недостоин. Растоптан и проклят.
   В сердце - осколки невинной мечты,
   Горы страданий, поля пустоты.
   Между никчемных друзей, одинок ли -
   Будь. Всем назло. Пусть сомнения лучик
   В полночь тоски улыбнётся тебе:
   Чистые слёзы пресветлых небес
   Льются на землю из сумрачной тучи...
  
   ***
  
   Кайа слушала очень внимательно. Я должен был быть польщён, но вместо этого ужасно смутился. Наверное, потому, что первый раз встретил искренне благодарного слушателя.
   - Красиво, - оценила женщина и, когда я уже собирался облегчённо перевести дух, добавила: - и очень точно. Ничего лишнего, чуть суховато, но... Замечательно. Однако не припомню похожих строк ни у кого из... Где ты это раскопал?
   - Нигде, - буркнул я, но небрежный тон эльфку не обманул.
   Бирюза взгляда дрогнула:
   - Не хочешь ли ты сказать... - начала Кайа, и тут же удивлённо смолкла.
   - Всё, что хотел, я уже сказал! - обречённо выдохнул я. - Забудь!
   - Это... ты написал? - эльфка наконец выразила своё подозрение словами.
   - И что? - вскидываюсь.
   - Почему ты так странно воспринимаешь похвалу? - удивилась Кайа. - Злишься, ворчишь, смущаешься... Как будто... Как будто тебя никто и никогда не хвалил!
   Я промолчал, но молчание было красноречивее всяких слов.
   Ты права, Кё. Никто и никогда. Потому как не за что было хвалить: поводов для насмешек и укоров я подавал куда больше... А уж стихи... Вообще никому не показывал. Впрочем, подозреваю, что весь Дом тайком изучал мои каракули. Хорошо хоть, мнение держали при себе... Детские "пробы пера" были ужасны, потому что не содержали в себе ничего выстраданного и пережитого - это я понимал и сам. Собственно говоря, поэтому и забросил рифмоплётство. Чтобы месяц назад вновь взяться за перо. И меня удивила лёгкость, с которой на бумагу легли ровные строки. Наверное потому, что теперь мне было, что сказать...
   - Хорошие стихи. Очень хорошие, - серьёзно сказала эльфка. - А вот мне не удаётся срифмовать и пары строк... Зато, - она весело подмигнула, - я умею понимать гармонию чужого творения! Это, знаешь ли, не каждому дано... А... ещё можешь что-нибудь прочесть?
   - Ну уж нет! - горячо возразил я. - Хватит на сегодня! Мне ещё нужно выспаться и подумать о предстоящем поединке...
   Как только разговор вернулся к vyenna'h-ry, Кайа нахмурилась:
   - Я вижу, что ты уверен в себе, но опасаюсь исхода боя. Кэл может...
   - Убить меня? - позволяю себе улыбнуться. - О, нет, он не станет меня убивать!
   - И почему же я не стану тебя убивать? - в дверном проёме возникла белоснежная фигура.
   - Всегда вам завидовал: уши большие, слышно далеко... - противным голосом протянул я. - И так трудно удержаться от...
   - Я не подслушивал, - надменно обронил эльф, подходя к столу. - Я просто зашёл за стаканом воды, а вы... так громко разговаривали, что ваша беседа не могла остаться тайной.
   Кэл был так забавен в своём высокомерном величии, что я с огромным трудом подавил ухмылку. А вместе с ней - десяток шуток, подходящих к случаю.
   Разжившись водой, листоухий вновь обратился ко мне:
   - Так почему же я не стану тебя убивать?
   Есть! Попался! Заглотил крючок так глубоко, что и не вытащить...
   Я встал и изобразил самую наивную изо всех отрепетированных за долгую жизнь улыбок:
   - Если я умру, ты до конца своих дней будешь бродить в поисках ответов!
   - На какие же вопросы? - он пытался не давать волю любопытству, но тонкие ноздри возбуждённо дрогнули. Ищейка взяла след.
   - Например, где и при каких обстоятельствах мы встречались.
   Наверное, не следовало этого говорить... Наверное. Если бы я хотел играть честно. Однако чего греха таить: в схватке с эльфом у меня почти не было шансов. Один-два, не более. Если противник слишком силён, необходимо - что? Правильно, ослабить оного противника! А что лучше разжижает решимость, чем сомнение? Достаточно бросить всего одно семечко в благодатную почву, и плоды удивят вас самих...
   Если до этого момента Кэл не считал важным изучение моего внешнего облика, то сейчас просто впился взглядом. И в тёмно-лиловых глазах начало проступать...
   - Ты?! Трактир "На сороковой миле"... Это был ты! - от неожиданного открытия эльф забыл о приличиях, предписывающих в отношении иноплеменников холодно-презрительный тон.
   - "На сороковой миле"? - небрежно переспрашиваю. - Прости, я никогда и не знал, как называется та дыра...
   - Я чувствовал: что-то не так, что-то неправильно... - продолжал удивляться Кэл.
   - Но был больше занят Игрой, чем оценкой ситуации, - припечатал я.
   - Да кто ты такой, чтобы... - он был близок к тому, чтобы задохнуться от возмущения.
   - Тот, кому удалось обвести эльфа вокруг... лорги! - я ухмыльнулся во весь рот.
   Кайа слушала наши препирательства с некоторым не то, чтобы удивлением, скорее - растерянным недоумением.
   - Зачем ты устроил этот маскарад? - эльф оказался так близко, что я не видел почти ничего, кроме яростного лилового огня его глаз. Яростного из-за проигранной партии. И кому? Какому-то презренному... О, как же разозлился мой противник! Впрочем, этого и добивался. Закрепим успех?
   - Устраивал не я, но... я не был против. Признаться, не ожидал, что ты купишься на...
   - Куплюсь?! - с силой выдохнул он. - Что тебе было нужно?
   - Весело провести время, водя тебя за нос... А вот зачем ты приобрёл несколько листочков "Рубиновой росы"?
   Мой выпад был безупречен: Кэл напрягся, а Кайа... Кайа выскочила из-за стола и менее, чем через вдох, уже стояла между нами.
   - Ты покупал "росу"? - я бы на месте эльфа, заслужив такой взгляд, пошёл бы и повесился на ближайшем дереве. Чтобы не мучиться.
   - Это не имеет отношения...
   - А мне кажется, что имеет! - отрезала Кайа. - И ты всё-всё расскажешь... После поединка.
   - Может быть, - сузил глаза эльф.
   - Безо всяких "может быть"! - тоном, не терпящим возражений, заявила эльфка. - Воду нашёл? Ещё что-то нужно? Нет? Тогда будь любезен избавить нас от своего общества!
   Кэл проглотил оскорбление и, гордо вздёрнув подбородок, удалился. Я укоризненно покачал головой:
   - Ты так жёстко с ним разговаривала... Словно...
   - Я учила его обращаться с оружием, - нехотя призналась эльфка.
   - Так вот почему ты говорила, что "всегда была сильнее"... Что же, ученик попался не слишком способный и не смог превзойти учителя?
   Миг она вслушивалась в эхо моих слов. Потом уверенно заявила:
   - Сейчас ты точно шутишь!
   - Шучу, - сдался я.
   - Он умеет фехтовать. А ты?
   - Меня учили, - отвечаю предельно уклончиво.
   - Этого недостаточно! Хочешь, чтобы тебя проткнули первым же выпадом?
   - Не хочу. Давай, подождём до завтра? - я двинулся к двери.
   - Что изменится с рассветом? - недоверчиво спросила Кайа.
   - Может быть, всё. Может быть, ничего, - улыбнулся я.
   Эльфка помолчала, внимательно глядя на меня. Нет, не на меня. Внутрь меня. Что она увидела? Не знаю. Но увиденное заставило её сказать:
   - Прости.
   - За что? - опешил ваш покорный слуга.
   - Ты, наверное, решил: я смеюсь над тобой? Решил... - она вздохнула, заметив моё замешательство. - А я... Я смеялась от счастья. Просто - от счастья. Хотя, не спорю: ты выглядел так забавно, смутившись... Кстати, почему?
   - Что - почему?
   - Обнажённое тело не вызвало у тебя сильных чувств, а признание заслуг заставило покраснеть. Почему? Ты равнодушен к женской красоте?
   Я молчал, не зная, что сказать, и царапал ногтём дверной наличник.
   И Кайа сжалилась:
   - Хорошо. Забираю свой вопрос назад... А Кэл... Если уж ты один раз смог его переиграть, то - кто знает?
   - Доброй ночи! - пожелал я, ступая на лестницу.
   - Доброй ночи! - ответила она, кутаясь в пушистый платок.
  
   ***
  
   Я вздрогнул, как от удара, и открыл глаза. Спать не было больше никакой возможности.
   За окном - темень. Ну разумеется, ночь ещё не закончилась! Сколько же времени мне удалось провести в объятьях сна? Два часа? Три? Пять? Фрэлл его знает... Самое удивительное: я выспался и чувствовал себя даже не бодро, а как-то... возбуждённо. Конечно, поединок и всё такое... Нет, вру. Причины моей странной оживлённости кроются гораздо глубже...
   Слишком много мыслей в голове. Слишком. Сталкиваются одна с другой, набивают шишки и - нет, чтоб извиниться! - обзывают друг друга такими грязными словами, что трудно удержать смех. Мысленный, но такой реальный...
   Во-первых, после слов эльфки я успокоился. Немного. Значит, она относится ко мне вполне лояльно и дружелюбно... Отрадный факт. Тем легче будет отражать эти чувства на саму Кё. Зеркало, помните? И потом: я стал папочкой! Пусть дочка - слегка великовозрастная, но, судя по всему, достойная. А весной я стану папочкой во второй раз... Уффф, голова приятно кружится. Не ожидал от себя такой прыти... Впрочем, изнанка у моей смешливости очень даже серьёзная.
   Кровь, исполняющая желания? Отнюдь, Кё: всё происходит совсем иначе. Но я, пожалуй, не буду разрушать твою веру в чудо. Кровь... По скупому рассказу можно предположить, что душа ребёнка была закрыта в одной из складок Пространства. Уж каким образом Мийе удалось раздвинуть, а потом - задвинуть полог, гадать не буду. Есть великое множество способов и подходов, одно перечисление которых займёт всё время до рассвета... Наверняка, сестричка Кэла рассчитывала оборвать тоненькую нить, связывающую душу с начинающим сплетаться Кружевом, но не смогла. Зато дверь закрылась плотно, непреодолимо... Для всех, кроме меня. И капельки крови, слизанные эльфкой, разнесли эту самую дверь на щепочки... Однако риск был слишком велик - я никогда бы не решился по доброй воле сорить своей кровью направо и налево. Особенно без тщательной подготовки. Шадд - не в счёт: в том случае ваш покорный слуга всё продумал... Повезло и мне, и Кайе. Кровь выбрала самый сильный очаг магии в её теле и уничтожила чары Мийи. Но страшно подумать, что могло бы произойти, окажись капельки чуть больше, а заклинания - чуть слабее... И дело даже не в возможности cy'rohn - есть вещи и посерьёзнее...
   Теперь понятно, почему эльфка выбрала именно ЭТО клеймо! Подсознательно она всегда думала только о своём нерождённом и неумершем ребёнке...
   Значит, она обучала Кэла фехтованию? Забавно... Мастер Клинка? Кто бы мог подумать... Впрочем, почему бы и нет? Женщины умеют сражаться, просто... Не считают эту забаву самой интересной из существующих. Та же Магрит легко справлялась с Майроном в семи схватках из десяти, но, к моему глубокому сожалению, редко устраивала показательные бои - а ведь гораздо интереснее наблюдать за фехтовальным поединком, чем самому...
  
   ...Выпад. Укол. Шаг назад. Выпад. Укол. Шаг назад. Выпад...
   Думаете, урок фехтования - это интересно? Отнюдь! Жуткая скука череды повторений одного и того же движения - что в этом может быть занимательного? Учитель даже не отсчитывает ритм вслух - отвернулся к окну. Только длинные уши недовольно вздрагивают, когда моё дыхание сбивается. Зачем эльфу смотреть, если он всё прекрасно слышит?...
   Да, моим образованием в сфере холодного, и не только, оружия занимается эльф. Старый. Опытный. Суровый. Бесстрастный. Я даже не знаю его имени и ограничиваюсь вежливым d'hess... Вообще, когда мы впервые увидели друг друга, из его резко очерченных губ вылетело: "И Вы желаете, чтобы я ЭТО учил?..." Помню, я сначала не понял, о чём идёт речь, но по шушуканью и смешкам слуг догадался. И немного обиделся. Чем я хуже других?... Потом выяснилось, что эльф большей частью имел в виду мой слишком "зрелый" для начала обучения возраст. Вкупе со всем прочим, разумеется. Но мне от этого легче не стало. Особенно, когда занятия всё же начались...
   Он приходил примерно раз в неделю, иногда реже. Показывал упражнение - сначала без оружия, через пару лет - с применением оного, а я... Я должен был научиться повторять предписанные движения. Впрочем, нет, не повторять...
   - Нет никакого смысла в том, чтобы заучивать чужие движения, юноша, - он медленно, скрестив руки на груди, прогуливался по залу, а длинная - не доходящая всего ладонь до пола - медно-рыжая коса плавно колыхалась в такт. Ох, как мне хочется за неё дёрнуть! С самой первой минуты, как осознал, что этот высокий жилистый мужчина носит такую странную причёску. Но, увы: моим желаниям не суждено сбыться хотя бы по следующей причине: я вообще не могу подобраться к нему на необходимое расстояние. Во время занятий. А в остальное время... Я его просто не встречаю.
   - Никакого смысла, - повторил учитель. - Чужие движения содержат в себе чужие ошибки, а старательно учить то, что заведомо может быть неправильно и опасно... Впрочем, многие так и поступают. Приёмы, которые я Вам показываю, юноша, лишь иллюстрация того, как МОЖНО действовать. Запомните, и запомните крепко: важны только цель и правильная оценка собственных возможностей, а способ всегда можно подобрать... Положим, если Вам понравилось яблоко, висящее слишком высоко, но Вы понимаете, что сил залезть на дерево не хватает, Вы можете воспользоваться подручными средствами и попытаться сбить плод на землю. Это - уже два способа достижения цели. А ведь ещё можно попросить, поручить, приказать, заставить... И далее, далее, далее... Я не в состоянии сделать из Вас отменного бойца, но, надеюсь, моих усилий Вам будет достаточно для того, чтобы привести теорию в соответствие с практикой...
   Пошёл третий круг по залу. Вынужденная пауза - я же не мог одновременно колоть стену и внимать мудрым наставлениям! - расслабила меня и настроила на мечтательный лад. А всё эта фрэллова коса!... Нет, ну как притягательно выглядит!...
   - Любопытно, почему Вы никак не можете научиться попадать в одно и то же место? - эльф с искренним разочарованием посмотрел на истыканные шпагой деревянные панели. М-да... И куда я только не колол... Стало немного стыдно. А он продолжил: - Мне представляется очень простой ответ: Вы не хотите сосредоточиться на своих действиях. Именно, не хотите. И даже не пытайтесь возражать, юноша: руки у Вас достаточно крепкие, чтобы работать с этим клинком... Но Вы ухитряетесь нанести укол... Даже не знаю, куда. Уже не говоря об односторонних лезвиях...
   Я уткнулся взглядом в пол. Да, с рубкой дела у меня обстояли особенно неважно. Деревянная кукла, предназначенная для отработки ударов, была похожа на измочаленное пугало, когда в идеале я давно должен был перерубить её в отмеченных местах... Ну не получается у меня каждый раз действовать одинаково, и всё тут! Я стараюсь, но без толку. Он думает, что я над ним издеваюсь... Если бы он знал, как страстно мне хочется хоть однажды успешно парировать его атаку!... Глупая и невыполнимая мечта. Наверное, вредная. Его высот мне никогда не достичь, а он до моего уровня снисходить не будет... Замкнутый круг.
   - Я бы не уделял столько внимания Вашей точности, юноша, если бы в защите сей недостаток не играл очень серьёзной роли... Поскольку удары наносятся на трёх "горизонтах", то и парируются они примерно из тех же положений, а Вы не можете два раза поставить шпагу в одну место... Надеюсь, Вы помните, каких ранений следует особенно опасаться? Не помните, по глазам вижу... А Вам следует затвердить мои слова... В первую очередь, нельзя допускать уколы в ноги, потому что как только скорость и уверенность перемещений изменятся, Вы не сможете справиться с простейшими атаками... Так же важно беречь лицо, юноша, поскольку эти ранения: во-первых - болезненны, а во-вторых - из-за обильного кровотечения может существенно уменьшиться периметр восприятия. Что касается кистей рук, то тут - сами понимаете...
   Всё я помнил. Но твёрдая уверенность в том, что мне лично для впадения в панику хватит и одного укола, мешала применять усвоенные знания...
   - Отдохнули? - осведомился учитель. - Тогда продолжайте упражнение. И постарайтесь попасть... Не в одну точку - я не требую от Вас невозможного - но хотя бы не дальше, чем на два пальца от метки...
  
   Я усмехнулся, вспомнив свои неуклюжие попытки стать воином. Учитель был совершенно прав: не следует повторять чужие ошибки. Каждое движение нужно подгонять под себя. Есть только две точки: исходная позиция - там, где находитесь вы, и цель - то место, в которое необходимо нанести удар. Но расстояние между этими точками отнюдь не обязано быть кратчайшим и представлять собой прямую линию! Хотя бы потому, что на вашем пути обязательно появится клинок противника, и вот тут главное - двигаться к цели, подстраиваясь под конкретные обстоятельства. Цель терять из виду - смерти подобно. Атакуете? Завершайте атаку, чего бы это ни стоило! Защищаетесь? Парируйте, отводите чужой клинок из любого, даже самого неудобного положения! Главное - завершение. Кстати: если в учебных поединках никогда не доводить атаку до укола, оказавшись в реальном бою, вы тоже не сможете это сделать. В силу привычки.
   Скажете: слишком просто? А в фехтовании нет ничего сложного. Всего два понятия: защита - ответ. Вычурные названия кружевных приёмов придумывают те, кто хочет казаться умнее, чем есть на самом деле. Выпад - укол - отход. Тщательный контроль клинка противника. И - всё, господа! Но как любую простую вещь, эту истину нужно понять, принять и прожить, дабы уметь ею пользоваться...
   Ох, как мне нужен поединок! Пусть эльф исколет меня с ног до головы - нужен! Ваш покорный слуга должен справиться со своими мыслями, должен если не победить, то хотя бы померяться силами... К тому же, я отлично себя чувствую, а перенасыщенный событиями прошедший день заставил встряхнуться и осмотреться по сторонам.
   Нет, не могу лежать! Сон всё равно не придёт, а спина затекает... Хорошо, что вечером я не потушил свечу - можно без боязни навернуться на лестнице спуститься в кухню, затопить плиту и... Скажем, чего-нибудь выпить и перекусить!
  
   ***
   Пока вода в ковшике закипала, я порылся в докторских запасах и выбрал один из травяных сборов. Кажется, то, что надо: бодрящий горьковатый аромат. Сейчас заварим...
   Ай-вэй, какой запах! Я блаженно вдохнул густой пар, поднимающийся над кружкой и пододвинул миску с печеньем поближе - так, чтобы не надо было тянуться. Хорошо: тишина, темно и покойно, можно наслаждаться минутами неспешного одиночества... Вот только это самое одиночество капризничает и не желает сидеть рядом...
   Он стоял в дверях и смотрел на меня.
   - Не спится? - спрашиваю, засовывая в рот печенинку.
   - Тебе, как видно, тоже, - холодно заметил Кэл.
   - Есть немного, - я мирно улыбнулся. - Хочешь свежего отвара? Только-только настоялся...
   - Не откажусь, - кивнул эльф. - Я... хочу пить.
   Листоухий выглядел немного усталым. Ах да, ему же надо было провести очищение[6]!... То бишь, освободиться от малейших следов волшбы, чтобы соблюсти условия поединка. Надо сказать, это довольно муторно - насильственно изгонять наведенную магию из собственного тела. Мне в этом смысле повезло: не нужно трепыхаться. Всё равно ничего нет...
   Я нацедил эльфу порцию отвара. Кэл припал к кружке и целую минуту посвятил утолению жажды, потом перевёл взгляд на меня:
   - Почему ты ввязался в наш спор?
   - Кё сама тебе расскажет. Если сочтёт нужным.
   - Кё?! - он расширил глаза. - Что вас связывает, если ты ТАК её называешь?
   - Не моя тайна, - отрезал ваш покорный слуга. - Лучше поговорим о более насущных делах, идёт?
   - О каких? - Кэл чуть нахмурился.
   - Ты очень любил Мийу?
   Лиловый взгляд потемнел до черноты.
   - Это имеет значение?
   - Мне... хотелось бы знать, - я постарался произнести эти слова как можно дружелюбнее, но не слишком надеялся на ответ.
   Эльф некоторое время смотрел в кружку, словно гадая на плавающих по поверхности отвара лепестках.
   - Мы - близняшки.
   - О!
   Его ответ многое прояснил. Собственно, больше я ничего и не хотел спрашивать.
   Близнецы[7]... Представляю, насколько сильна была между ними эмоциональная связь! Все переживания сестры оставляли шрамы и на сердце брата... Наверное, это очень тяжело: чувствовать чужую боль, как свою собственную, и не знать, не уметь, не мочь её прогнать. Наверное, тяжело. По счастью, я от такой участи избавлен. Со старшими родственниками тёплых отношений не получилось... Да что там, тёплых! Хотя бы - уважительных... Однако...
   Я внимательно всмотрелся в сидящего напротив листоухого.
   Очень серьёзный. Напряжённый. Но напряжение идёт откуда-то из глубины и не имеет отношения ни ко мне, ни к... Кайе. Эльф борется с самим собой. Всё верно! Кэл не похож на дурачка, а, следовательно, осознаёт, что причин для недовольства у Мийи не было. Справедливых причин, я имею в виду. Любовь - такая штука... Не ты её выбираешь, а она выбирает тебя. Спросите, откуда я это знаю? Ха! Меня-то никто ни разу не выбрал...
   Теперь понятно, почему от листоухого веяло Смертью! И до сих пор веет. Сколько же он пробудет в плену у Вечной Странницы? Вряд ли даже боги дадут ответ... Владычица Серых Пределов не любит расставаться с ТАКИМИ подарками... Любящая оказалась сестричка, ничего не скажешь!
   Если они были близнецами, часть души сестры всё ещё живёт в его груди, и я боюсь, что - худшая часть... Потому он так рвётся в бой! Ему, как и мне, нужно справиться со своими чувствами. Как и мне...
   Я широко улыбнулся:
   - По-другому не пробовал?
   - Что? - он недоумённо поднял глаза.
   - Победить себя.
   - Что ты имеешь... - начал он и осёкся. - Как ты догадался?!
   Пожимаю плечами:
   - Потому что попал в ту же яму. Только она малость помельче, чем твоя.
   - Ты хочешь сказать, что нарочно выдернул стрелу?
   - Вроде того, - согласился я.
   Тёмно-лиловый взгляд отразил некоторое замешательство.
   - И ты...
   - Я тоже не собираюсь тебя убивать.
   - Но тогда...
   - Зачем драться? Ты это хочешь спросить? Потому что нужно. И мне, и тебе. Возможно, мы сможем оказать друг другу услугу... Скрестив клинки. Кстати, какие?
   - Рикты[8].
   Я мгновение подумал, потом согласно кивнул:
   - Годится. Правила?
   - Обычные, - пожал плечами Кэл.
   - Например? - настоял на уточнении ваш покорный слуга.
   - Не допускаются удары в лицо, по ногам...
   - Значит, используем только "рассветный горизонт"?
   - Хочешь изменить условия? - эльф слегка удивился.
   - Нет, не стоит... Меня всё устраивает.
   - Хорошо, - кивнул он и замолчал, постукивая длинными пальцами по кружке.
   Знаю, о чём ты думаешь, lohassy: каков должен быть исход поединка, чтобы я ответил на твои вопросы. Хм, вот уж не думал, что моя попытка уравнять шансы поставит тебя в заведомо невыгодное положение... Нехорошо как-то получилось. Ты мечешься между двух огней, один из которых - чёрное пламя гнева, зажжённое сестрой. Кстати, её следовало бы осудить за одно это: негоже рассыпать свою боль по полям чужих сердец. Она могла справиться с собой и оградить брата от переживаний - на такую волшбу способен любой листоухий, независимо от степени одарённости... Могла, но не захотела. Возможно, забыла. Возможно, не посчитала необходимым. Объяснений сего неблаговидного поступка - уйма, но выбрать верное - непосильная задача. Да и зачем выбирать?...
   А второй огонь... Он ничуть не слабее, а в чём-то - даже опаснее, чем первый. Любопытство. Это странное чувство заставляет забыть об осторожности и тащит за собой, тащит... Пока не будет полностью удовлетворено или не приведёт к гибели. Однако, хочу заметить: есть чудное средство от любопытства - всесторонний анализ известных данных. Поверьте, стоит вам разложить все факты, слухи и наблюдения по полочкам, как любопытство недовольно наморщит свой длинный нос и поспешит спрятаться в глубокой норе. Потому что вы поймёте, что знаете... Нет, не всё, но достаточно для того, чтобы более-менее правдоподобно предположить причины произошедшего. Да, жить становится немного скучнее, но зато - гораздо безопаснее! Я вынужденно давил в себе любопытство, пока не научился подчинять сего своевольного зверя, и теперь до конца осознал популярную истину: чем больше знаешь, тем хуже спишь. Правда, существует опасность напридумывать то, чего нет, но и с ней можно успешно бороться...
   - Пожалуй, я поступил некрасиво, - вздохнул ваш покорный слуга, сцеживая остатки травяного отвара в свою кружку и кружку Кэла. Последний не протестовал, лишь недоумённо нахмурился в ответ на мои слова.
   - В чём именно?
   - Незачем ждать поединка, чтобы ответить на твои вопросы.
   - Ты хочешь...
   - Спрашивай, - разрешающе улыбнулся я.
   - Но...
   - Мои преждевременные признания позволят тебе действовать свободнее? Конечно! Этого я и хочу. Ты же рассказал то, что интересовало меня.
   - Я сказал лишь, что мы с Мийей...
   - Этого достаточно.
   - И больше ничего не нужно? - лиловые глаза просчитали ситуацию и презрительно сузились: - А, ты уже успел расспросить Кайю, и она, наверняка, рассказала о моих слабых местах!...
   Я хмыкнул:
   - Слабое место у тебя одно - излишняя подозрительность. Видишь угрозу там, где её никогда и не было. Между прочим, это очень опасно: придуманные вещи могут возникнуть в Реальности, и оказаться ужаснее, чем виделись...
   - Будешь утверждать, что ничего не узнал? - эльф продолжал сомневаться, и я прекрасно его понимал: с любой точки зрения мой добровольный отход с завоёванных позиций выглядел странно и наводил на неприятные размышления. Если я собираюсь уступить здесь, не значит ли это, что у меня в запасе есть кое-что более эффективное? Правильная позиция. Разумная. Полезная. Но если не давать шанс другому, рано или поздно ты забудешь, каково это - доверять... А потом перестанешь верить...
   - И не пытался узнавать, - я сделал глоток. - Во-первых, Кё сама не стала ничего говорить, а во-вторых... Чужой опыт может оказаться вредной и опасной штукой, хотя и заманчив. Я не Мастер Клинка - чем мне помогут её наблюдения? Лучше буду ковыряться сам...
   Кэл недоверчиво качнул головой:
   - Ты странно себя ведёшь.
   - Неужели? - чуть наигранно удивился я, подталкивая эльфа к новым вопросам. А что такого? За окном пока темно, почему бы не провести время за познавательной беседой?
   - Сначала заставил сомневаться, а потом решил избавить от сомнений... Не вижу логики.
   - Логика! - шумно фыркаю. - У каждого она своя. А есть вещи, которые... Например: простейшая пара "причина-следствие". Пока не разобрался в причинах, следствия кажутся нелепыми, верно? Ты видишь "что", но не знаешь "почему", и это пугает. Могу успокоить: я и сам временами не понимаю своих поступков. Но желание их совершать от этого не пропадает!... Значит, ты искал продавца "росы", который удружил твоей сестре, я прав?
   Листоухий поджал губу, но не ответил. Впрочем, ответ был ясен и так.
   - Надеюсь, Сахима не ты убил? - вкрадчиво осведомился я.
   - Какого Сахима? - непонимающе нахмурился Кэл.
   - Молодого купца из Южного Шема.
   - Я никого не убивал! - было мне объявлено с гордым презрением. Нашёл время оскорбляться...
   - Отрадно слышать! Тем более, что он вряд ли причастен к безумию твоей сестры.
   - Что ты можешь об этом знать? - дыхание эльфа на миг прервалось, словно мои слова кулаком врезались ему под рёбра.
   - Одно я знаю точно: Сахим начал промышлять поставками "росы" только с начала весны. Он не мог продать Мийе запрещённый товар.
   Кэл помолчал, потом вздохнул. С сожалением.
   - Да, я тоже об этом думал... Почему и встретился с ним только однажды.
   - А старый иль-Руади заслужил трёх встреч, - усмехаюсь. - Его ты подозревал?
   - Почему спрашиваешь?
   - Личная заинтересованность, - я улыбнулся ещё шире.
   - В чём? - прищурился эльф.
   - В благополучии сего достойного человека.
   - Откуда ты можешь знать...
   - Что человек - достойный? Я некоторое время работал на его семью. Кстати, бок о бок с Сахимом. Он, конечно, был вспыльчив, хитёр и нетерпелив, но согласись: этих преступлений маловато для смертного приговора!
   - А ты сам... - мысли эльфа свернули на опасную для меня тропку.
   - Хочешь обвинить меня? - я укоризненно покачал головой. - Твоё право. Если сомнений нет - обвиняй. Но я бы на твоём месте лучше выяснил, почему молодого купца, только-только попробовавшего вкус контрабанды, убили вскоре после встречи с тобой.
   - И почему же?
   - Вполне возможно, что он соприкоснулся с тем, кто имел отношение к несчастью твоей сестры. Обычная практика: случайных свидетелей убирают.
   Я говорил очевидные вещи, но думалось, не зря: если склад ума этого листоухого хоть отдалённо напоминает хаос, царящий в моей больной голове, ему настоятельно требуется внешнее подтверждение внутренних рассуждений. Временами такой подход бывает оправдан. Особенно если рядом есть кто-то, способный думать так же, как и вы, но... лучше.
   Однако уточним:
   - А как давно Мийа стала баловаться "росой"?
   - Откуда... - он осёкся. - Почему ты об этом спрашиваешь?
   - Я сам, конечно, не пробовал, но, судя по рассказам, это зелье в малых количествах создаёт ощущение счастья. Пустого счастья. И когда действие "росы" ослабевает, образовавшуюся пустоту спешит заполнить всяческая грязь... Скорее всего, Мийа начала принимать зелье за некоторое время до гибели, почему и не справилась с эмоциями... Как же ты не уследил?
   Эльфы умеют краснеть? Никогда бы не подумал. Как мило!
   - Я редко бываю дома...
   - Понимаю: служба, - подмигнул я, и Кэл взвился:
   - Да что ты понимаешь?! Что ты можешь знать о...
   Я промолчал, ожидая, пока разум возьмёт верх над чувствами. Эльф успокоился на редкость быстро - для этого ему оказалось достаточно поймать мой взгляд.
   - А может, и знаешь... - очень тихо и очень грустно сказал Кэл.
   Я позволил себе усмехнуться.
   - Ты слишком хорошо осведомлён, - лиловый огонь стал строже и внимательнее.
   - А ты - умный парень, но с одним опасным недостатком: поспешностью выводов, - искренне вздыхаю.
   - Разве? - изящная дуга серебристой брови стала ещё круче.
   - В моих словах не было ни следа откровений, только немного рассуждений, основанных на простых и понятных фактах. Мне немногое известно, но недостаток знаний всегда можно скрасить умением работать с тем, что имеешь.
   - Ты напоминаешь... - задумчиво пробормотал эльф.
   - Кого? - встрепенулся я.
   - Одного из... моих знакомых, - отговорился Кэл, но я прекрасно понял: речь идёт о его наставнике. Причём, судя по тону, с которым были произнесены слова, очень уважаемом наставнике.
   - Чем же? - спросил ваш покорный слуга, с трудом сдерживая смех.
   - Происходящее становится понятным только после твоих пояснений, а до того...
   - А до того кажется странным и нелогичным? Что ж... Рад, если смог чуть-чуть тебе помочь. Остальное распутывай сам.
   - Но если ты работал на... ту семью... то...
   - Я РАБОТАЛ, - делаю очень сильное ударение на втором слове. - А в том трактире оказался совершенно случайно. Проездом, так сказать... Старик был до смерти напуган приближающейся встречей с тобой и нуждался в помощи и поддержке, хотя... Я бы не принял его предложение, зная, с кем доведётся вступить в Игру.
   - Почему? - во взгляде Кэла вновь вспыхнуло любопытство, смешанное с гордостью. Ага, надеешься услышать, что эльфы - слишком опасные противники? Не дождёшься!
   - Я не люблю листоухих, - в моём голосе не было ни тени улыбки, ни следа ехидства, лишь слегка стыдливое признание существующего положения дел.
   Эльф нахмурился, но не смог не оценить прямоту:
   - Есть причины?
   - Увы, - кивнул я. - Но, пожалуй, их влияние становится всё слабее... По мере того, как ширится круг тех, с чьими путями пересекается мой. Проще говоря: нет абсолютного добра и нет абсолютного зла, а вот рецептов, соединяющих эти компоненты в разных пропорциях - великое множество! Знакомая истина? Да. Но такая... трудная к применению, верно?
   Я улыбнулся и встал из-за стола.
   За окнами начинался рассвет: белёсые пятнышки света лениво раздвигали ночную мглу.
   - Надо заняться приготовлениями... Во дворе - устроит?
   - Более чем, - согласно кивнул эльф.
   - Ну и славно!
  
   Пришлось заскочить в комнату, чтобы переодеть обувку и накинуть меховую безрукавку. Высунув нос за дверь, я поёжился, но не стал возвращаться с целью дальнейшего утепления, поскольку в ближайшее время предстояло серьёзно разогреть мышцы...
   Для начала я выбрал самую жёсткую из мётел и принялся соскребать подмёрзший снег. Сухой и рыхлый, он легко уступал натиску прутьев, и вскоре основная часть двора избавилась от рваного белого плаща, но обнажилась другая проблема. Земля оказалась изрядно застывшей - лукаво поблёскивала ледяными зеркальцами и топорщилась каменно-твёрдыми гребешками.
   Скакать по неровной скользкой поверхности никоим образом не входило в мои скромные планы. С тяжёлым вздохом ваш покорный слуга выкатил из сарая тачку и спустился к реке, туда, где крутой берег щеголял песчаными откосами. Пропотел я изрядно - особенно возвращаясь - но притащил внушительное количество песка и, передохнув несколько минут, зачерпнул лопатой первую порцию, предназначенную для посыпки двора...
   Даже хмурое осеннее утро не могло испортить моё странно покойное и умиротворённое настроение, приправленное необъяснимым предвкушением чего-то светлого и прекрасного. Веер песка, слетевшего с лопаты, накрыл пядь мёрзлой земли, а мне вспомнилась старая солдатская песенка, кою и затянул, нимало не заботясь о попадании в ритм:
  
   Солнце гарью давится
   На столе небес.
   За Порог отправиться -
   Мне или тебе?
  
   Нырок за песком. Ещё один.
  
   На судьбу, сердешную,
   Злобы не держу:
   Повезёт сильнейшему -
   Слова не скажу.
  
   Я придирчиво осмотрел результат своих трудов. Хорошо, но... медленно. Надо бы ускориться...
   Песчинки встретили сталь радостным шелестом, и я растерянно посмотрел вниз. Нет, моя лопата здесь, со мной, тогда кто...
   Я обернулся и от удивления едва не открыл рот.
   Уж не знаю, где и когда Кэл успел разжиться лопатой, но факт оставался фактом: листоухий подмигнул мне и, рассыпая песок, подхватил:
  
   Страх со мной не справится,
   Если рядом друг.
   Грозно улыбается
   За спиною лук,
  
   И к ладони ластится
   Рукоять меча...
   Голова не скатится,
   Если - на плечах!
  
   Завершая работу, мы переглянулись и дружно грянули:
  
   Я не воин - труженик
   В жизни и в бою.
   Я люблю оружие,
   Драться - не люблю!
  
   Кайа, закутанная в плащ, удивлённо заметила с крыльца:
   - Что-то вы не похожи на тех, кому предстоит скрестить клинки...
   - Почему же? - притворно обижаюсь. - Мы выполнили изначальное требование vyenna'h-ry: очистили души от беспочвенной ненависти друг к другу. Теперь осталось только справиться с самым опасным противником!
   - Каким же? - поинтересовалась эльфка.
   - Своими страхами и обидами! Но для этого и нужен поединок, - улыбнулся я.
  
   ***
  
   Мы не завтракали, ограничившись несколькими глотками очередного травяного отвара, но голодны не были. Волнение и желание одержать маленькую победу в долгом споре с самим собой оказались сильнее голода и усталости.
   Кэл оставил на своём гибком торсе только белоснежную рубашку, а ваш покорный слуга - поскольку не отличался морозоустойчивостью - не отказался от фуфайки. И я, и он тщательно проверили и перестегнули застёжки своей обуви, дабы в самый неподходящий момент не запутаться в собственных ногах.
   У vyenna'h-ry обычно не бывает наблюдателей: они попросту не нужны, ведь участники поединка, бросая и принимая вызов, по умолчанию обязуются следовать правилам чистой и честной борьбы, но сегодня... Никто не вышел на двор, зато все прильнули к окнам. Вообще-то, я не люблю, когда на меня смотрят, но не ругаться же с доктором и Кё? А уж Мин я и подавно не рисковал прекословить...
   Эльф распустил шёлковые петли и развернул снежно-белое полотно, являя миру и моему взгляду изящные формы рикт. Совершенно одинаковых и... одинаково неприспособленных для нас обоих: ритуальное оружие куётся под среднюю, "обезличенную" руку. Впрочем, грех было жаловаться - рукоять учитывала большую часть привычек и особенностей боя "на один укол". Да и рикта - не кайра[9]: здесь для удержания достаточно большого и указательного пальцев, а остальные только направляют клинок...
   Рассеянно бродя по двору, я покатал рукоять в ладони, изучая баланс клинка. Может быть, плохой, может быть - великолепный, не знаю. Я делю оружие на "удобное" и "неудобное" лично для меня, не углубляясь в подробности. ЭТО было вполне удобным. Плетёная корзина гарды надёжно прикрывает кисть руки, оставляя пространство для маневра. Лёгкая штучка, но... Каким бы лёгким не казался поначалу кусок металла, рано или поздно устаёшь им размахивать, верно? Поединки вообще не бывают долгими, что бы вам по этому поводу не рассказывали мнимые "ветераны" дуэлей. Достаточно одного укола, чтобы победить - для Мастера Клинка это правило работает безошибочно, для всех прочих... По обстоятельствам. Я, например, отлично знаю, что сил и дыхания мне хватит минуты на три-четыре полноценного боя, поэтому затягивать дуэль не стоит. Попросту - "сгорю". Конечно, при условии, что мой противник окажется не слишком искусен, чтобы уложить меня первым же выпадом...
   Мы одновременно кивнули и двинулись навстречу друг другу. Не знаю, придерживался ли Кэл правила "одного укола", но положение его корпуса и рук - почти зеркальное отражение моих собственных - заверяло: эльф, как и я, большей частью тренировался с парным оружием. Разница состояла лишь в том, что он мог себе позволить одинаковые клинки, а я - только "старший" и "младший", потому что моё левое запястье хоть и сильнее правого, но не настолько подвижно...
   Десять шагов. Девять. Восемь. Расстояние удара - не более четырёх шагов. Мы не торопимся оказаться близко. На наших лицах нет ничего, кроме спокойствия, но сталь в наших руках подрагивает, словно живёт собственной жизнью...
   Первое касание. Звонкий поцелуй рикт. Клинки скользят, норовя сжать друг друга в объятиях... Кэл не бросается в молниеносную атаку, предпочитая выяснить, насколько противник силён. Ну как, получается? Знаю, что нет: я мало двигаюсь - почти не схожу с места, которое облюбовал ещё во время подготовки двора...
   Ни я, ни он не желаем пользоваться длинными выпадами, вытягиваясь вслед за риктой - зачем? Мы рефлекторно парируем змеиные укусы клинков, но думаем... Думаем о своём. И в этом смысле Кэлу труднее: я давно уже научился тонуть в придуманных сомнениях и одновременно держаться на плаву в Океане Реальности, потому мне не составляет особенного труда следить за снующим в опасной близости от груди кончиком рикты. Кстати, не только снующим: один укол я всё же пропускаю - спустя четверть минуты после начала поединка клинок Кэла, хитро подмигнув бликом прорвавшегося сквозь хмарь облаков солнца, оттолкнулся от моей рикты и ткнулся мне в грудь. Точнее, туда, где была моя грудь... Я успел отшатнуться и взмахнуть клинком, отбивая в сторону дотронувшееся до кожи жало. Не очень удачно отбивая: острие прочерчивает полосу, путаясь в фуфайке, и я чувствую, как начинает загораться неприятной болью прорезанная кожа...
   Царапина, конечно, но она ещё раз убеждает меня не тянуть. Я ухожу в глухую защиту, и клинок Кэла не расстаётся с моим ни на взмах ресниц. Сталь звонко и надрывно шелестит, глухо позвякивает, когда контакт становится плотнее, шипит, когда острия рикт скользят навстречу гардам...
   Как и любой ритуальный поединок, vyenna'h-ry ведётся до определённого момента. Как правило, пока бросивший вызов не посчитает свой гнев удовлетворённым. Однако существует опасность, что к этому времени тот, кто принял вызов, обретёт свою причину для гнева, и тогда... Всё начинается сначала. Так что понятие "первой крови" ни мной, ни эльфом не принималось в расчёт. Мы сражались со своими чувствами: каждый из нас видел сидящих на кончике рикты противника обиду, злобу, ненависть... В этом и состоит смысл: одержать победу над собой. Но как это бывает трудно!...
   Никогда не смотрите в глаза своему противнику: то, что вы там увидите, может сбить вас с темпа. Смотрите на ноги или на плечи - удар рождается там, а не в глазах... Я твёрдо усвоил это правило, но сейчас не удержался: на одном из отступлений, когда рикты почти оторвались друг от друга, ваш покорный слуга, мельком проведя взглядом по лицу Кэла, понял, что дело плохо. Эльф мертвел всё больше и больше, словно наш поединок помогал тени сестры взять верх над ещё живой душой... Конечно, а как же иначе - ведь именно её кость вонзилась в дверь!...
   Кэл умирал. Умирал духом, а не телом - я почти чувствовал, как слабеет связь листоухого с собственной душой, и, надо сказать, совсем этому не радовался. Хотя бы потому, что, переродившись, он может легко решиться на быстрое и безжалостное убийство. Чьё? Моё, разумеется! Да, вот такие мы эгоисты...
   Надо что-то делать... Надо что-то делать... Надо... Я тщательно держу Кэла на безопасной дистанции, стараясь не расплетать клинки. Если не смогу контролировать его рикту, это будет означать неотвратимую гибель. Нашу общую гибель. И неизвестно, кому будет больнее... Есть маленькая надежда, что Кайа или Мин вмешаются, но... Это произойдёт не раньше, чем они поймут, насколько осложнилась ситуация. А они не поймут, потому что не видят то, что вижу я...
   Мысли проносились в сознании вспышками в такт бликам солнца на светлой стали. Небо разъяснивается, вот только... Холод становится сильнее. Нужно рисковать...
   "Хочешь умереть?..."
   Какая разница?
   "Не делай того, о чём подумал!..." Взвизгнула Мантия.
   Ты не можешь запретить!
   "Я... прошу!..."
   Прости, но я должен...
   Под звонкий ритм ударов и предписанных движений так легко сосредоточиться - гораздо легче, чем в состоянии безмятежного покоя. И почему я раньше не пробовал так делать?...
   Уровни Зрения наложились друг на друга, и виски протестующе заныли от такого кощунственного отношения к хрупкому здоровью. Пласт Реальности чуть потускнел, и это очень мешало следить за нырками рикт, но зато я смог подробно рассмотреть, что же творится с Кэлом...
   Фрэлл! Ну как же так... Почему никто раньше не помог тебе, парень?... Как дурно...
   Больше всего это напоминало паука, цепко охватившего эльфа мохнатыми тёмными лапками. Тельце - пульсирующий сгусток тени - располагалось симметрично сердцу на правой стороне груди. И - росло на глазах...
   Я рывком выдернул себя из ловушки Внутреннего Зрения, пропуская очередной удар, царапнувший кожу на плече. Есть всего один способ... Не очень честный - придётся каяться и замаливать грехи - но единственный... Мои пальцы на рукояти рикты напряглись, проводя через сталь клинка тоненький язычок Пустоты. Только так...
   Я поймал остриё оружия Кэла и позволил стальным полоскам сплестись друг с другом - ровно настолько, чтобы эльф решил: атака захлебнулась. И как только его рикта пошла назад, я сделал быстрый и широкий шаг. Почти прыгнул...
   Мой клинок недовольно звякнул, разрывая объятия, и со змеиным шипением ринулся вперёд, вдоль рикты Кэла. И когда до гарды, означавшей конец путешествия, оставались считанные дюймы, остриё моего оружия приподнялось, чтобы миновать плетёный щит, а тыльная сторона ладони, ссаживая кожу, оттолкнулась от лезвия противника...
   Жало рикты вонзилось в то самое место, где сидел паук. Вонзилось, проникая внутрь слишком глубоко, потому что я поздновато начал гасить свой выпад...
   Кэл вздрогнул, застывая на месте и недоумённо переводя взгляд на алый цветок, распускающийся на белом поле рубашки, а я держал рикту в ране. Держал до тех пор, пока слабый толчок рукояти не подсказал: тёмная Сущность сгинула между Складками. И только тогда я рванул клинок к себе.
   Эльф покачнулся, роняя рикту, но устоял на ногах. Спустя миг (а может, ещё быстрее) выбежавшая во двор Кайа, подхватила раненого Кэла и повела в дом. Я поднял с земли полотно, в которое были завёрнуты рикты, и вытер свой клинок. Потом добрался до клинка Кэла, дабы оказать те же почести. Поморщился, посмотрев на разодранную ладонь. Потрогал пальцами грудь. Да, порезы есть, но совсем не страшные... Жить буду. И что самое важное: он тоже будет ЖИТЬ. Своей жизнью...
   Я не слышал шагов. Голос Мин, тихий и чуть звенящий - почти как рикты минуту назад - прогнал мои сумбурные, но донельзя довольные мысли:
   - Почему ты сразу так не ударил?
   - Не мог, - честно признался я.
   - Не мог? Врёшь! Мне показалось, что до последнего момента ты просто не знал, в какую точку нужно бить! - уверенно заявила Мин.
   Ваш покорный слуга куснул губу. Вот ведь, мерзавка, почуяла! Впрочем, на то она и воин, чтобы видеть изнанку поединка...
   - А если так? Это имеет значение?
   - Для меня - нет. Для тебя - не знаю. Для эльфа - наверняка, - серая сталь глаз блеснула чуть-чуть лукаво. Или мне просто почудилось?
   - Вот у него и спрашивай: ему виднее!
   Она не обиделась.
   - Спрошу. Непременно. Кстати... Ты достойно сражался. Тебя учил настоящий Мастер... Знавший, когда нужно остановиться и позволить ученику продолжать работать самостоятельно.
   Я не сдержал нервного смешка, вспомнив свои "уроки". Ох, милая, ты даже не представляешь себе, насколько права! Мой учитель предпочитал не вмешиваться в процесс, предоставляя мне возможность теряться в хаосе ошибок и заблуждений. Наверное, так и следовало поступать...
   - Я сказала что-то смешное? - Мин слегка наклонила голову, словно прислушиваясь.
   - Вовсе нет! - я поспешил её успокоить, а то вдруг всё же решит обидеться?
   - Ты любишь оружие? - после небольшой паузы спросила воительница, следя за риктами, которые я рассеянно перекладывал из руки в руку.
   - Люблю? - хороший вопрос. Вопрос, на который я никогда не искал ответа. - Наверное, нет. Уважаю. Восхищаюсь. Ценю. Но любить... Любят обычно не тело, а душу.
   - Ты отказываешь клинку в наличии души? - а вот теперь она слегка обиделась. На что, интересно?
   - Ну, в какой-то мере...
   - Мастер, выковавший оружие, оставляет в нём частичку себя. Иногда даже не частичку... Мастер, владеющий оружием, вкладывает свою душу в каждый удар. И ты считаешь, что сталь не имеет права на любовь?
   - Имеет! Ты спросила - я ответил. Охотно допускаю, что тысячи людей ЛЮБЯТ своё оружие! А я...
   - Ты просто не нашёл СВОЁ, - Мин посмотрела мне в глаза. Печально и... Заискивающе?!
   - Очень может быть, - поспешно соглашаюсь, потому что следует заняться ранами, а не продолжать странную болтовню на холодном воздухе.
   - В каждом клинке есть душа, - гнула свою линию воительница. - Даже в этих... юных и неопытных...
   Она сдвинула брови, вновь переводя взгляд на рикты.
   - Но... Этого не может быть... Дай сюда!
   Клинки были бесцеремонно выхвачены из моих рук. Мин впилась глазами в сталь той рикты, которой довелось фехтовать. Поднесла к лицу так близко, словно хотела понюхать, и оцепенела, поглощённая непонятной медитацией над стальной лентой. Но когда я двинулся с места, резко помутневшие серые глаза тоскливо взглянули на меня:
   - Она... мертва?
   Я растерянно хлопнул ресницами. Мертва? Что за глупости?!... Впрочем, если принять во внимание утверждение Мин о том, что в каждый клинок так или иначе вкладывается частица души... Очень может быть, что именно "мертва". Через полоску стали ваш покорный слуга потянулся своей внутренней Пустотой к безобразному захватчику, претендующему на место в теле Кэла... Магии в оружии не было - я не мог ничего уничтожить, но если оно, и в самом деле, обладало зачатками Сущности... Вместе с vere'mii[10] между Складками Пространства исчезла и тень души рикты...
   Я присмотрелся к цвету стали, лежащей на руках Мин, и виновато поджал губу. Очень похоже на правду. Если, конечно, весь этот бред...
   "Это не бред..."
   Хочешь сказать...
   "Девочка права..."
   Девочка?!
   "Сам взгляни..." Мантия поощрительно усмехнулась.
   Я моргнул, вглядываясь в переполненное скорбью лицо женщины, стоящей передо мной. Полно, да женщины ли?!
   Ни единой морщинки на гладком лбу. Дрожащие губы обиженно припухли. Брови выгнулись жалобным домиком. Глаза... нет, она не плачет, но от боли этих вмиг пересохших серых озёр сердце почему-то судорожно сжалось... Я сделал вдох, и прошедшего мгновения вполне хватило, чтобы вспомнить...
   Я видел нечто похожее. Не помню, где, да это и неважно... Маленькая девочка точно так же стояла, держа в руках мёртвого то ли щенка, то ли котёнка и не могла поверить, что пушистый комочек, бессильно обмякший в маленьких пальчиках, больше никогда не согреет ласковым и преданным теплом щеку своей хозяйки...
   Сколько же ей лет? По виду - очень даже взрослая, а по сути... Ребёнок. Форменный ребёнок. И я - причина её потрясения. Как всегда. Из-за какой-то железки... Что же делать? Ну почему она не заплачет, фрэлл меня подери?! Слёзы - такой хороший помощник, когда требуется притушить костёр боли... И бледная какая... Замёрзла, что ли? Нет, тогда бы на щеках появился румянец...
   - Милая, не расстраивайся... - Я положил свою ладонь на её пальцы, сжимающие рикту. - Она вовсе не умерла.
   - Не... умерла? - в серых глазах к боли добавилась мольба.
   - Конечно, нет! Она ждёт рождения... - я нёс такую чушь, что и самому становилось не по себе. - Видишь ли, так уж получилось, что её юная душа не удержалась - сталь ведь такая скользкая! - соскользнула с кончика клинка и потерялась... И теперь оружие готово принять новую душу. Лучшую. Душу, которую никто не будет заставлять платить за чужие обиды... Я попрошу, чтобы этот клинок больше не использовали в поединках мщения, согласна? Можешь забрать рикту себе и позаботиться о ней... Вложи в неё частичку своей души!
   - Я... у меня не получится... - Мин с сожалением посмотрела на тусклую сталь, потом снова подняла взгляд на меня. Фрэлл! Да о чём она думает?!
   В глазах взрослой девочки мерцали язычки пламени. Не гневного, как раньше, а... Мне бы радоваться, что её скорбь тает, но я испугался. Как будто вот-вот должно произойти что-то очень важное, непоправимое и странное. Что-то, чего я никогда не видел и не знал... Но перья крыльев страха разметало во все стороны непреодолимое стремление узнать, что же всё-таки произойдёт... Не любопытство, о нет! Я должен знать. Просто - должен. Потому что если не узнаю...
   Ваш покорный слуга не успел разобраться в собственных мыслях.
   Мин прижала рикту к своей груди, мгновение помедлила а потом... Сделала шаг вперёд. Уткнувшись в меня.
   Какая же она высокая! Выше меня на полголовы, а то и больше... И - холодная. Очень холодная. Человек не может походить на кусочек льда, не так ли? А если и походит, то, как правило, уже не в состоянии жить...
   Воительница прижалась ко мне всем телом, но в этом прикосновении не было ничего похожего на притворную игру Лэни.
   - Обними... пожалуйста... - шепнули губы Мин, ветерком слов студя мой лоб.
   Я не посмел отказать столь странной, но невероятно искренней просьбе и замкнул кольцо своих рук за спиной женщины.
   Мир содрогнулся. Мигнул. Контуры предметов, которые можно было разглядеть из-за плеча Мин, раздвоились, потом сделали это ещё раз, и ещё... Фрэлл! Что происходит?! Это всё... из-за неё?! Да кто она такая? Может быть, другой уровень Зрения поможет разобраться...
   "Неправильное решение!..." Мантия отвесила мне ментальный подзатыльник.
   Почему? В ней присутствует магия, и я...
   "Что?..."
   Я хочу выяснить, кто или что такое отозвалось на усилия эльфки!
   "Её ли усилия?..." Ехидно вопросила Мантия.
   Можно подумать, она здесь ни при чём, и во всех грехах снова виноват я!
   "В этом отдельно взятом грехе - да... И ты даже не представляешь себе, насколько..."
   Прекрати пугать! Пуганый уже, и неоднократно... Лучше объясни, почему...
   "Сейчас не время..."
   А когда оно наступит, это ВРЕМЯ? Я вообще доживу до того дня, когда услышу ответы на свои вопросы?!
   "Разумеется... Только ты не будешь знать, что с ними делать..."
   Ничего, разберусь!
   "Может, довольно тискать ребёнка?..." Как всегда, последнее слово осталось за Мантией.
   Я выругался - на сей раз не мысленно, а вслух, и разжал объятия. Мин покачнулась, и мои пальцы обеспокоенно сжали её плечо:
   - С тобой всё хорошо?
   - Да... Теперь - да... - серые глаза снова заволокло пеленой, но не боли, а покоя, словно воительница обрела то, что долго и безуспешно искала.
   Почему я чувствую себя неуютно, скажите на милость? Ей-то, похоже, и в самом деле, полегчало: вон, даже лицо порозовело...
   - Вот что, милая: ты погуляй, подыши, а у меня есть неотложное дело, - быстрым шагом направляюсь в сторону кухни, не забыв прихватить запятнанную кровью ткань.
  
   ***
  
   Для начала посмотрим, что мы имеем... Я стащил с себя фуфайку и рубашку.
   Хм, всего два пореза - на плече и на груди, оба с ровными краями и не слишком глубокие. Доктор, несомненно, подскажет, как наилучшим образом их заживлять, а пока... Пока приму меры самостоятельно.
   Я смочил водой кусок ткани, отрезанный от "чехла", некогда укрывавшего рикты. Кровь на ранах начала запекаться, а мне эта корка вовсе не была нужна: несколько энергичных движений, вода и аккомпанемент в виде ругани сделали своё дело - порезы начали сочиться тёмными каплями. Хорошо... Где у нас та гадость, на которой дядя Гиззи настаивает свои травки? Кажется, здесь!
   Я наугад взял одну из бутылей, выдернул плотно вбитую пробку и принюхался. Бррр! Пакость редкостная, но для моих скромных целей - лучше и не придумаешь. Невольно задерживая дыхание, наклоняя сосуд над плечом...
   - Ф-ф-ф-ф-с-с-с-с-с-с-с!...
   Больно. Но ничего не поделаешь.
   С грудью я справился лучше: даже не забыл подставить скомканную ткань, чтобы струйки горячительного, смешанные с кровью, не потекли вниз, на штаны. Ладонью занимался в последнюю очередь - плеснул так щедро, что тут же отчаянно замахал рукой в надежде порывами воздуха хоть немного унять едкое пламя сего варварского способа промывания ран..
   Когда жжение поуменьшилось, я подбросил в печь несколько поленьев, выждал, пока они весело затрещат, охваченные огнём, и отправил вслед тряпку, которой промывал раны, и ткань, хранившую следы крови, стёртой с рикт. Незачем оставлять улики - глупо и опасно. Следовало бы и рубашку сжечь, однако...
   Во-первых, у меня не настолько богатый гардероб. Во-вторых, принимая во внимание щедрость доктора (за мой скудный счёт!) разбрасываться одеждой, становится и вовсе невозможно... Ладно, попробую постирать и заштопать на скорую руку. Вот прямо сейчас и займусь!
   Свежая кровь сходила в холодной воде легко и быстро - не прошло и пары минут, как рубашка обрела если и не первозданную чистоту, то, по крайней мере, выглядела прохудившейся от более мирных причин, нежели махание сталью. Слегка помутневшее содержимое тазика окропило двор, а я поспешил вернуться в натопленные объятья кухни. С фуфайкой буду возиться потом - не так уж заметны бурые пятнышки на пёстрой пряже... Пучки трав, сохнущие над плитой, разъехались в стороны, освобождая место для мокрой рубашки. Вот и славненько! У меня есть несколько минут, чтобы...
   Эй, дорогуша, ты ещё со мной?
   "Да-да?..." Кокетливо отзывается Мантия.
   Есть вопрос.
   "Как обычно: глупый и несвоевременный?..."
   Почему же, очень своевременный! Обижаюсь. Чуть-чуть.
   "Сомнительно..." Недоверчиво замечает Мантия.
   И очень важный!
   "Задавай уж, беспокойный мой..."
   Почему ты пыталась отговорить меня от перехода на другой уровень Зрения?
   "Когда это?..." Невинно хлопает несуществующими ресницами.
   Во время поединка.
   "М-м-м-м..."
   Так - почему?
   "А тебя разве не учили тому, что опасно совмещать смену восприятия с активными физическими действиями?..." Справедливо укоряет она.
   Ну, учили. И ты только поэтому визжала?
   "Я - визжала?!..." Оскорбляется. Очень громко.
   Угу. Ухмыляюсь.
   "Я просто повысила тон!..."
   Конечно-конечно! Ухмыляюсь ещё шире.
   "И вообще: с чего мне волноваться?..." Немного спокойнее, но, всё равно, неуверенно. Темнишь, милая!
   Вот именно! С чего бы? Помнится, сохранность моей жизни не беспокоила тебя... да даже до вчерашнего вечера!
   "То было вчера..." Недовольно, но признаёт.
   Что же изменилось сегодня?
   "Ничего... Или - всё... В любом случае, тебе нужно знать одно: в ближайшее время лучше избегать свиданий со смертью..."
   Объяснись!
   "Ты не имеешь права умирать..."
   Не ты первая сообщаешь мне об этом! Но, думается, твои причины слегка отличаются от причин эльфки...
   "Прислушайся хотя бы к её словам..."
   Прислушаюсь, не волнуйся! Но от Кё я дождался объяснений, теперь очередь за тобой!
   "Поверь на слово... Есть причина..."
   Какая?
   "Неважно..."
   Ну уж нет, хватит уклоняться от ответа! Отказываешь мне в свободе выбора и не желаешь представить основания... Так не пойдёт!
   "Поверь, тебе не нужно знать ВСЁ... Чем больше известно, тем труднее выбирать..."
   ЧТО выбирать?
   "Жить или умереть..."
   Да что произошло?!
   "Ничего сверхъестественного... Обычное явление природы..."
   Явление природы, запретившее мне уходить в Серые Пределы? Чушь!
   "Ты можешь уйти, но... Это будет жестоко..."
   Жестоко? По отношению к кому? К себе или...
   На краешке сознания мигнул слабый огонёк сомнения. Она права - я это чувствую. Но, фрэлл побери, в чём именно она права?!
   Я не успел усилить натиск и вынудить Мантию ответить, потому что в кухню вошла эльфка.
   Кайа выглядела необычно, и мне не сразу удалось сообразить, в чём именно заключалась необычность. А когда сообразил, грудь тихонько заныла. Кё - в первый раз на моей памяти - выглядела неуверенной. То ли в себе, то ли во мне, то ли... Во всём сразу. По глубокой бирюзе взгляда перекатывались тяжёлые волны раздумий.
   - Как Кэл? - поспешил спросить я, но вежливый интерес вышел неубедительным, потому что ваш покорный слуга прекрасно знал: эльф вне опасности.
   - Отдыхает, - коротко ответила Кё, не отвлекаясь от своих мыслей.
   - Боюсь, рана будет заживать долго... - я продолжил никчемную беседу.
   - Да, пока не восстановятся все Связи, - в тон мне подтвердила эльфка.
   Мы замолчали, думая каждый о своём. Впрочем, я-то как раз пытался угадать, какие тревоги мучают Кайю... Не угадал.
   - Скажи, как мне поступить, ma' resayi! - наконец-то решилась на просьбу эльфка, и я растерянно моргнул:
   - По поводу?
   - Разум кричит об опасности, а сердце... Сердце уверено в обратном. К чьему голосу мне следует прислушаться? - мучительно выдохнула Кё, а я опять ничего не понял.
   - Какой опасности?
   - Исходящей от тебя, ma' resayi.
   Ай-вэй, милая, немного же тебе понадобилось времени, чтобы прочувствовать... Как жаль...
   - Поступай, как сочтёшь возможным, - разрешил я.
   - Я не могу понять, как! - почти выкрикнула она. - Я ужасаюсь лёгкости, с которой ты наносишь удар, но ребёнок внутри меня блаженно замирает, когда ты - рядом... Что же мне делать?
   - Возможно, просто уйти и забыть, - мягко предлагаю возможный вариант. Неудачно.
   - Забыть? - она покатала слово на языке. - Забыть? О таком не забывают. Никогда. Уйти? Рано или поздно я уйду, но почему мне так не хочется это делать? Как будто что-то держит и не позволяет...
   Кайа ещё не договорила, а я уже соскальзывал по Уровням Зрения. Без подготовки. Без настройки. Без помощи Мантии. Задыхаясь от боли. Слова эльфки заставили меня серьёзно задуматься над последствиями неосмотрительного разбрасывания кровью. Только бы не...
  
   ***
  
   Самая умелая плеть, подгоняющая нас, находится в чутких и безжалостных пальцах страха. Но страха отнюдь не за свою потёртую шкурку, а за не менее изношенную душу. Не понимаете? Я тоже долго не мог осознать сей истины, пока... Пока жизнь не сказала, просто, прямо и грубо: ты кое-что можешь, но посмотри, как твои действия вмешиваются в узор чужих судеб! Посмотри внимательнее! Любое существо - даже самое сильное и живучее - можно сломать, словно куклу. Одним неумелым прикосновением. А ты всегда был неуклюж, но старателен - понимаешь, чем могут обернуться твои шаги по чужим Путям? Ты просто растопчешь мечты и надежды! Да, чужие, а не свои, но поверь: когда на твоих глазах умирает чужая надежда, ты умираешь вместе с ней. Если, конечно, способен увидеть эту светлую тень во взгляде того, в чью жизнь вмешался...
   Я погружался. Внутрь. Себя? Быть может... Каждый из нас - всего лишь концентрированный сгусток Пространства в ладонях Времени. Если вам нужно проникнуть в суть вещей - начинайте с себя. Только помните: то, что вы увидите, может оказаться настолько неприемлемым, что навсегда отобьёт охоту копаться в причинах. Ну, а если вы всё же примете познанное... Добро пожаловать в сообщество таких же уродов, как я! Нам будет весело, не сомневайтесь! Хотя бы потому, что в какой-то момент слёзы перестают принимать ваше приглашение...
   Даже Третьего Уровня оказалось недостаточно - пришлось нырнуть глубже, туда, где текут Изначальные Потоки. Туда, где глухими толчками движется по Сосудам Мироздания Кровь Бытия...
   "Не увлекайся!..." Предупреждает Мантия, зябко съёживая Крылья.
   Прости, милая, но я должен понять...
   "А что тут понимать?... Если наследил - нужно прибирать за собой..."
   Вот я и хочу... А-а-а-а-ах!
   Занавес ощущений приподнялся, пропуская меня... Куда?
   Невесомая паутина Изнанки ласково обнимает мои плечи. Не тепло и не холодно, но как-то... уютно. Привычно. Словно мы знакомы не первый день, и я зашёл в гости после долгого отсутствия, потому что... Мне рады? Ничего не понимаю, но... И не хочу понимать. Здесь всё такое... правильное, что дыхание захватывает. И почему мне раньше об этом не говорили? Я бы почаще сюда наведывался...
   Светящийся пух разлетается под сочными всплесками. Нет, это уже не Нити, а их Истоки. То, с чего всё начинается. Или - заканчивается. То, что не имеет воплощённой формы, подобно мечте, потому что, как только мечта становится реальностью, её очарование безвозвратно уходит... Где-то там умелые руки Слепой Пряхи разматывают Клубок Жизни. Где-то далеко... Но мне нужно то, что совсем рядом...
   Прозрачные косы Прядей Пространства усыпаны огоньками в том месте, где, по моему разумению, должна находиться эльфка. Бирюза, синь, кармин. Яркие созвездия в небе Изнанки. Ровная медленная пульсация. Наверное, так и должно быть - не знаю, не могу знать - но что-то подсказывает: угадал...
   Тревога оказалась напрасной? Собираюсь возвращаться, но в последний момент останавливаюсь. Это крохотное скопление огней... почему оно кажется мне нечётким? Даже - размытым... Делаю шаг. Ещё один. Приближаюсь, пока не начинаю замечать... Замечать - что? Огоньки... словно припорошены. Чем? Больше всего эти невесомые пылинки похожи на пепел, но... Разве бывает пепел таких цветов? Безмятежно-белый. Грозно-чёрный. Неистово-зелёный. Разноцветные крупинки рассыпаны по созвездию, ожидающему окончательного воплощения в Кружеве будущего эльфа. Чаще, реже... Словно кто-то зачерпнул горсть и швырнул, не глядя... Неужели... Я?!
   "Этого следовало ожидать..." Голос Мантии звучит очень глухо, с необъяснимым трудом, будто ей тяжело и больно пробиваться ко мне.
   Что случилось? Почему этот пепел...
   "Пепел..." Она на мгновение умолкает - совсем как человек, у которого перехватывает дыхание.
   Что я наделал?
   "Узы крови не прислушиваются к доводам разума и порывам чувств... Они возникают или пропадают по собственной воле..."
   Это значит...
   Холодею.
   "Ты не виноват..." Слова Мантии должны успокаивать, но я пугаюсь ещё больше.
   Что ЭТО?
   "Очень редкое и очень занятное явление... То, из чего родились ритуалы "Разделения"..."
   Но ведь... Я же не привязал ребёнка к себе?
   "Нет... Ты привязал его к крови Дома..."
   Как?!
   "Не переживай... Ничего дурного не произошло... Возможно, ты оказал ему великую честь..."
   Что-то не верится!
   "Преданность Дому - не самое дурное свойство..."
   Преданность! Проданность - звучало бы правильнее, да?
   "Иногда не нужно искать разницу..." С мягким укором замечает она.
   Я сглатываю горечь, выступившую на нёбе. Узы крови... Самое последнее, во что мне хотелось бы вмешиваться. Слишком большая ответственность. Перед самим собой, прежде всего.
   Надеюсь, ничего не успело... измениться?
   "Я же сказала: не переживай... Подумаешь - ещё один верный слуга..."
   Это нечестно!
   "Это - разумно... Это - рационально... Это - удобно..."
   И наверняка - запрещено!
   "Как догадался?..." Искреннее удивление.
   Как... Разве сразу не понятно? Насильно толкнуть чужую жизнь на новый Путь - такие действия не могут поощряться никакими законами!
   "Ох... Твоя несуразная тяга к справедливости когда-нибудь станет совершенно невыносимой..." Сокрушается. Словно и в самом деле переживает.
   Невыносимой для кого?
   "Для тебя, дурной ты мой!... Надо быть проще..."
   Хочешь сказать: бесстрастнее? Безжалостнее?
   "Ну, хоть это ты понимаешь!..." Вздыхает с некоторым облегчением.
   Я попробую. Но - потом!
   "Снова - здорово!... Остынь!..."
   Расскажи мне, откуда возникли "Разделения". Пожалуйста!
   "Тебя интересуют сплетни или механика?..."
   Меня интересуют Знания!
   "Как пожелаешь... Изначально "разделение" вообще не практиковалось, потому что само понятие налагает ограничения... Понимаешь, что имеется в виду?..."
   Думаю, да. "Разделять" приходится не только приятное, но и неприятное.
   "Попал в точку... Поэтому существовало "подчинение", а не "разделение"... Ty'rohn... Во времена ожесточённых войн тысячи проходили через этот ритуал... Тысячи тысяч... И их потомки вплоть до третьего поколения несли в своей душе тень "подчинения"..."
   Как жестоко!
   "Как мудро... Благодаря ty'rohn в Долгой Войне победила не та сторона, которая устилала свой Путь трупами, а та, которая крепко держала в руках Нити чужих жизней... Так было нужно... Потом надобность жёсткой Связи потеряла смысл, и на смену "подчинению" пришло "разделение" - добровольное принятие обязательств...
   Понятно... Но если ty'rohn давно уже не осуществляется, почему моя кровь...
   "Не осуществляется - не значит невозможно... Ты не умеешь созидать Узы Крови, малыш... И никогда не будешь уметь, увы... Так что твоя кровь сама решает, как действовать..."
   Но почему именно "подчинение"?
   "Чтобы защитить... Чтобы уберечь... Чтобы сохранить... Иначе и быть не могло..."
   Я не хочу!
   "Твои желания не могут изменить Гобелен Крови..." Грустно напоминает Мантия.
   Что же делать?
   "А надо ли?..." Сомневается она.
   Я не имею права решать за того, кто даже не появился на свет!
   "Позволь возразить!... Как раз - имеешь... Ребёнок родится только потому, что ты принёс Дар..."
   Я нечего не приносил! Всё произошло совершенно случайно!
   "Не бывает ничего случайного, как не бывает ничего предопределённого..." Туманно провозглашает Мантия. А мне сейчас не до философских изысканий. Я не желаю распоряжаться чужой жизнь, потому что... Я и своей распорядиться толком не могу!
   Помоги, пожалуйста!
   "В чём?..." Хмурится она.
   Как разорвать узы ty'rohn?
   Неясный звук больше всего похож на смущённое покашливание.
   Ну же!
   "Такие УЗЫ не рвутся..."
   Совсем?!
   "А ты чего ожидал?... Я же сказала: вплоть до третьего поколения..."
   Не может быть! Должен же существовать выход!...
   "Ну, ты и наглец!..." Возмущение. Искреннее.
   Почему?
   "Всюду ищешь Пути, удобные тебе... Самое забавное, что - находишь..."
   О чём ты?
   "Если уж решил, что выход есть - ищи!..." И она замолкает. Совсем. Оставив меня наедине с мерцающими огнями, потрескивающими, как поленья в очаге...
   Как поленья...
   Пепел...
   А что, если?...
   Я склонился над созвездием нерождённого эльфа.
   Всего лишь пепел... Он должен быть лёгким... Он...
   Я набрал побольше воздуха в грудь и... Дунул.
   Крупинки угольно-снежно-изумрудной пыли взметнулись облаком, теряя контакт с Изнанкой Кружева.
   Кыш отсюда!
   Я дунул ещё и ещё - пока ни единой пылинки не осталось. Куда улетел этот странный пепел? Не знаю. Но он не осел обратно, а это значит... Это значит... Это значит...
   Мой затылок впечатался в дощатый пол.
   Возвращение оказалось неожиданным и... насильным. Но кто помог мне всплыть? Не Мантия, это точно! Кто же? Кто?...
   Лихорадочно вспоминая, я только теперь мог дать оценку неприятному ощущению, тревожившему меня на всём протяжении пребывания в Изнанке. Будто кто-то подглядывал за мной. Кто-то, готовый вмешаться, если... Если - что? Что-то пойдёт не так? Для сих действий необходимо обладать невероятным могуществом... Да, я помню: внимательный, чуть любопытный взгляд. И длинная тень, заставившая огоньки мигнуть. Не потускнеть, не погаснуть, а именно - мигнуть, словно стремительно прошла сквозь них...
   - Что с тобой? - море отчаяния в бирюзовых глазах Кё, наклонившейся надо мной.
   - Ничего... - губы двигаются, но так, словно я их у кого-то одолжил.
   - Раны настолько серьёзны?
   - Какие раны?... - что-то запамятовал...
   - На тебе лица нет!
   - А где же оно? - пытаюсь улыбнуться, но не получается: мышцы словно одеревенели.
   - Да что же такое?! - эльфка испугана не на шутку.
   - Не волнуйся, всё хорошо... Вот только...
   - Что?!
   И я понимаю, что именно кажется мне неправильным во всём происходящем.
   Я не могу пошевелиться. Совсем. Это не паралич - ни одна пядь тела не утратила чувствительности - однако...
   "А чего ты ожидал?..." Голос Мантии звучит так громко, что почти оглушает, и я мысленно морщусь.
   Потише, пожалуйста...
   "Хорошо, что в шлейфе ещё оставались крохи Силы, иначе..." Негодует она.
   Иначе?
   "Могло начаться отмирание тканей!..." Хм, очень пугающе.
   Но почему?
   "Чем глубже погружение сознания, тем слабее становится его связь с телом, разве не помнишь?..."
   Но ведь...
   Это-то я помню. Но есть и кое-что другое, верно?
   "Без руководства тело перестаёт функционировать..."
   Умирает?
   "Не всегда..." Признаётся, поганка. Но признаётся вовсе не в том, что нужно мне. Попробуем зайти с тыла...
   Но я же погружался в Саван - сознание отлучалось и дальше, чем в этот раз, так почему же...
   "Ты думаешь, что Саван - это просто нагромождение Щитов?..." Взвивается Мантия.
   Да. А что?
   Совершенно искренне недоумеваю.
   "За каждым Щитом остаётся Страж..."
   Это ещё что такое?
   "Если коротко... Псевдо-Сущность... Подобие разума, но не отдельно существующее, а... Часть мозаики, которая при снятии Щита возвращается на своё место..."
   И где же это место?
   "В тебе, олух!..."
   Ну и ну, как всё запутано... Так вот почему Саван требует столько Силы: шутка ли - сначала сформировать бесчисленное количество подобий, а потом развоплотить их в строго определённом порядке и поместить останки в строго определённое место... Та ещё работёнка!
   "А ты нырнул невесть куда, не озаботившись Стражами, хотя бы по одному на Уровень!..." Злится. И правильно делает.
   Прости...
   "Хорошо ещё, что тебе помогли вовремя вернуться..."
   Кто?!
   "Тот, кто умеет и может..."
   Конкретнее!
   "Восстанавливай силы!..." Коротко буркает Мантия и лишает меня своего общества.
   Зато Кайа остаётся рядом.
   - Что я делал? - спрашиваю не из любопытства, а из страха: не было ли чего лишнего, не обязательного к наблюдению сторонними лицами.
   - Не знаю! - чуть ли не со слезами в голосе отвечает эльфка. - Ты стоял и смотрел куда-то... И не на меня, и не в сторону, а потом... Твои глаза начали белеть, пока на стали похожими на бельма, только не мутные, а блестящие. Я хотела позвать кого-нибудь, но не смогла. Словно кто-то приказал стоять и ждать... А ты... Ты вдруг подошёл совсем близко. Так близко, что я чувствовала твоё дыхание на своей коже. Очень горячее дыхание - мне даже показалось, что оно обжигает... Потом ты наклонился и зачем-то дунул на мой живот. Несколько раз. И... упал. Что всё это значит?! - она сорвалась на крик.
   - Я исправил допущенную ошибку, - кажется, так оно и есть. Нет, я уверен, что исправил. Вот только ошибку ли?...
   - Ошибку? - Кё ничего не понимает. Да я и сам с трудом продираюсь сквозь дебри знаний, полученных так быстро и так... тяжело.
   - Я очень устал... Пожалуйста, Кё, позови доктора и ещё кого-нибудь... На полу так неудобно лежать... - губы всё-таки складываются в улыбку. Вымученную, но довольную. - Только сама, прошу: не дотрагивайся до меня...
  
   ***
  
   - Как самочувствие? - в дверном проёме возникло личико Мин, и я в который раз подивился контрасту бесстрастно-неподвижных черт, искристых глаз и звенящего эмоциями голоса. Впрочем, поначалу воительница не проявляла особых чувств - ни ко мне, ни вообще к кому или чему либо. Поначалу... Зато после скорби о нечаянной жертве vyennah'ry Мин, можно сказать, ожила.
   - Лучше, чем вчера, - стараюсь ответить как можно бодрее, но не могу никого обмануть. Даже себя.
   Сутки лежал, не помышляя о том, чтобы шевельнуться. Сегодня пошёл день второй, и, наконец-то, в безвольно распластавшееся на постели тело начали возвращаться силы. Впрочем, если верить Мантии (к сожалению, подробно поговорить нам не удалось: из-за её обиды и из-за чрезмерного внимания к моей скромной персоне со стороны доктора и гостей дома), это сознание укрепило цепочки, связывающие его с бренной материей...
   - Но встать ещё не можешь? - продолжала допрос Мин.
   - Не могу, - признаю и гордо добавляю: - Зато уже могу поднять руку.
   Взгляд воительницы недоверчиво вспыхивает. Приходится подтвердить слова делом: приподнявшаяся на несколько дюймов над постелью ладонь привела Мин в совершенно детский восторг. Разве что, визжать, хлопать руками и топать ногами она не стала, а ограничилась широкой улыбкой.
   - Значит, можешь принять посетителя?
   - Кого ещё? - она не ответила, отходя в сторону и пропуская в дверь не менее высокую фигуру.
   - А, это ты... - вздыхаю, а Кэл пододвигает к кровати стул и усаживается, неловко опираясь на жёсткую спинку. - Сильно болит?
   - Иногда, - признаёт эльф. - Но это всего лишь рана. Она заживёт.
   - Конечно! Жаль, что ты пока не можешь воспользоваться иными лекарствами: выздоровление шло бы гораздо быстрее...
   - Действительно, жаль, - кивает Кэл. - Возможно, в этом случае я мог бы помочь и тебе.
   - Даже не думай! - я бы погрозил пальцем, если бы мог. - Это бессмысленно.
   - Почему?
   - Потому! - отвечаю, как невоспитанный ребёнок. - Только зря потратишься...
   - Как хочешь, - он рефлекторно пожимает плечами и морщится от боли. - Собственно, я пришёл не за этим.
   - А за чем? - настораживаюсь.
   - Я много размышлял... - начинает Кэл, и я не удерживаюсь, чтобы не съязвить:
   - Это правильно! Размышлять - крайне полезное занятие!
   - Не перебивай! - на мгновение в голосе листоухого прорезается привычная надменность, но исчезает чуть ли не быстрее, чем появилась.
   - Ладно, не буду, - согласно вздыхаю. Кэл полыхнул глазами, но оставил моё ехидство без надлежащего ответа.
   - Я размышлял о поединке. Долго. Пока не понял, что всё происходило... неправильно.
   - Неужели? - стараюсь казаться спокойным, но голос дрожит.
   - Сначала ты не казался опасным противником: стандартные ответы, простые выпады - ничего, заслуживающего внимания. Именно это меня и усыпило.
   - Усыпило? - кажется, я понимаю, к чему ты клонишь, lohassy!
   - Да, усыпило. Я словно начал отделяться от собственного тела и... таять. Как на огне тает лёд. Было совсем не больно, но очень... мерзко.
   - Конечно. Умирать всегда мерзко, - охотно подтверждаю.
   - Умирать? - он непонимающе смотрит на меня.
   - Твою душу пожирал vere'mii сестры. Знаешь, что это такое?
   - Да... - прошептал Кэл, бледнея.
   - Странно, что никто раньше не заметил и не помог тебе справиться с "призраком"...
   - Я чаще бываю в компании воинов, а не магов, - поясняет Кэл. Чуть смущённо.
   - Ну, для того, чтобы почувствовать неладное, не обязательно чародействовать направо и налево! Достаточно просто... А твоя возлюбленная тоже ничего не замечала?
   - У меня нет возлюбленной, - тихо и печально ответил эльф.
   - Как это? - были бы силы, подскочил бы на кровати. - Чтобы у листоухого и не было возлюбленной? Да вы же ни минуты не можете без влюблённости!
   Тёмно-лиловые глаза лукаво суживаются:
   - Больно много ты знаешь об эльфах! Откуда?
   - Была возможность, я и узнавал, - огрызаюсь. Ну не рассказывать же ему о том, что, в десятилетнем возрасте определив для себя эльфов одними из главных врагов, я проштудировал всю имеющуюся в библиотеке литературу и попытался получить ответы на те вопросы, о которых в книжках не было ни слова!
   - Почему я тебе не верю? - вздыхает Кэл.
   - Потому что ещё не научился!
   - Этому нужно учиться? - удивляется. Странно: вроде мой ровесник, а такой ерунды не знает... Опять читать лекцию? Прочту...
   - А как же? Сначала нужно воспитывать в себе доверие, и не просто к избранным вещам и личностям, а доверие ВООБЩЕ. Ко всему. По крайней мере, доверие "первого взгляда". А когда научишься доверять, можно попробовать верить. Это уже сложнее, но гораздо приятнее..
   - Верить? - хмыкнул эльф. - А если тот, кому ты хочешь доверять, обманывает твоё доверие?
   - Значит, он не выдержал испытание "второго взгляда" и дальше с ним не о чем говорить, - улыбаюсь.
   Кэл морщит лоб, обдумывая мои слова.
   - Смотрю я на тебя и не понимаю...
   - Чего именно?
   - Сколько тебе лет, если ты временами выглядишь и ведёшь себя, как мальчишка, а мыслишь, как древний старик?
   - Ну уж и древний... - дуюсь.
   - И всё же?
   - Мне пришлось взрослеть быстрее, чем полагается, - уклончиво отвечаю я, умалчивая о том, что детства у меня попросту не было. Детства в классическом понимании: с нежной заботой родителей, с весёлыми праздниками, с ватагой приятелей-сверстников... Наверное, он заметил тень в моём взгляде, потому что спросил:
   - Жалеешь?
   - Иногда. Лучше ответь, почему у тебя нет возлюбленной, - перевожу разговор на другую, менее болезненную для себя тему.
   - Она была... До того, как Мийа заболела своей любовью. А потом...
   - Вы поссорились. Понятно: кто же выдержит истерики без малейшего повода!
   - Да, примерно так и было, - Кэл отворачивается, чтобы лишний раз не демонстрировать свои эмоции. Всё ещё не доверяешь? Твоё право... - Мы расстались. А после смерти сестры у меня не возникало желания любить.
   - Как выяснилось, зря. Поэтому vere'mii и получил над тобой такую власть!
   - Я ещё не успеваю сказать, а ты уже знаешь, о чём пойдёт речь! - эльф удивлённо хмурится. - Это так странно...
   - Не буду больше тебя расстраивать, - улыбаюсь. - Есть ещё вопросы?
   - Есть.
   - Валяй!
   - Как ты узнал о "призраке" и... Как ты справился с ним? - вот уж не думаю, lohassy, что тебя интересуют мои ответы. Ты хочешь узнать, КАК я отвечу, а не ЧТО.
   - Узнал? Посмотрел под другим углом. И изъял, - с трудом удерживаюсь от соблазна показать язык. Не поймёт.
   - Так просто? - пожалуй, он разочарован.
   - Кто говорил о простоте? Мне повезло, что ты уже плохо контролировал своё тело, а тень твоей сестры не слишком замечательно фехтовала, иначе я не сумел бы нанести удар и...
   - Даже представлять не хочу, что могло произойти! - эльфа передёргивает.
   - И правильно! - хвалю. - Но позволь извиниться..
   - За что? - тёмно-лиловые глаза изумлённо расширяются.
   - Вместе с "призраком" могла исчезнуть и другая память о твоей сестре. К сожалению.
   - Да. Исчезла, - подтверждает эльф, и я кусаю губу. - Исчезла вся боль, остались только светлые дни.
   - Хорошо, если так, - сомнительно, конечно, но у меня нет причин не верить. - В любом случае, прости. Не моё это было дело...
   - А чьё же? - о, теперь нас захлестнуло лукавство!
   - Твоих друзей, близких, родителей, наконец!
   - У меня нет родителей. Они... погибли, - он говорит грустно, но очень спокойно, как о давно свершившемся и принятом факте.
   - Сожалею, - пошло звучит, но больше сказать нечего. Утешать я умею плохо, да и... Не нуждается он в моём утешении.
   - Кё рассказала, что ты сделал для неё, - после небольшой паузы сообщает эльф. - Но... получается, что и для меня ты сделал не меньше.
   Сердце остановилось. Немного потопталось на месте, но всё же решило продолжить путь.
   - Получается, что ты подарил Жизнь и мне...
   - Ну-у-у-у-у, не будем усугублять... - пробую отшутиться. Не выходит.
   - И я тоже должен назвать тебя...
   - Умоляю!
   - ... ma' resayi! - торжественно заканчивает фразу эльф, а я жалею, что не могу шевелиться. Встать бы и закатить ему оплеуху - живо бы поумнел! Право слово, дети... Но почему, почему именно я в этой компании должен быть взрослым?!
   - Тебе плохо? - искренняя забота в голосе Кэла заставляет меня скрипнуть зубами:
   - Нет, мне замечательно! Если не считать кучки lohassy, путающихся под ногами и величающих меня "творцом", у меня вообще нет ни единой проблемы!
   Он даже не пытается обидеться. Ещё бы: для Кэла я перешёл в категорию непререкаемых авторитетов, с которыми интересно и полезно играть, но у которых невозможно выиграть...
   - Наверное, я должен представиться, - извиняющимся тоном сообщает эльф. - Мы знакомы уже несколько дней, но так и не...
   - Думаю, моё имя ты уже слышал не раз...
   - Да, и поэтому считаю необходимым назвать своё.
   - Ну, так называй! - церемонность начинает меня бесить.
   - Кэлаэ'хэль, Клан Стражей Сумерек, - он встал и коротко, но очень почтительно поклонился. Впрочем, в данном случае почтение адресовалось прозвучавшему имени, а не тому, для кого оно было произнесено. В другое время я бы обиделся, уловив подобные оттенки в голосе листоухого, но сейчас... Сейчас меня занимало совсем иное.
   Кэлаэ'хэль. "Серебряное..." Нет, не подобрать точный перевод для этого слова из Старшего Языка!
   Узор? Плетение? Вязь? И да, и нет. "Кэлаэ" - так называют то, что от начала и до конца создано разумом и усердным трудом. Искусственное от первого до последнего вздоха, но... Не менее прекрасное и удивительное, чем совершенные творения природы. Почему же тебя так назвали, lohassy? И кто - мать или отец? Скорее, отец: для женщины важнее ощущения, которым совершенно ни к чему давать имена...
   - Ну и как? - ехидно осведомляюсь.
   - Что? - вздрагивает Кэл.
   - Твоё имя тебе подходит?
   - Наверное... Я не думал об этом.
   - Зря. Оно ко многому обязывает. Например, к постоянному самосовершенствованию.
   - С тобой опасно вести спор, - очень серьёзно замечает эльф.
   - Почему это? - невинно хлопаю ресницами.
   - Ты меняешь уровни погружения так же естественно, как... как дышишь.
   - М-да? Не замечал... - честно признаюсь я, а листоухий качает головой:
   - Трудно представить, чем вызвана твоя обида на нас, если ты так легко избегаешь...
   - И не представляй, - он заставляет меня смутиться. Немного, но неприятно. - Это было давно. Очень давно. В другой жизни. С другим... человеком. Я не хотел бы возвращаться туда.
   - Но вернуться придётся, - вздыхает Кэл. Вздыхает так, что сразу становится понятно: он имеет в виду не только меня...
   Когда эльф ушёл, я недовольно ударил кулаком по постели. События, сгустившиеся вокруг, как вечерний туман, не только не радовали, но даже пугали. По крайней мере, заставляли насторожиться...
   Всю свою недолгую жизнь ваш покорный слуга старался убежать от ответственности. Почему? Да потому, что прекрасно с ней знаком! Лестно, конечно, обзавестись высоким титулом и парой-тройкой звучных Прав, но, дорогие мои, задумайтесь над крохотной булавкой в пышных одеждах Соблазна: чем шире становится твоя тень, тем больше песчинок может в ней уместиться. Можно не обращать внимания на мелочи, но рано или поздно они сами обратят внимание на вас. И - потребуют участия. В чём? В чём угодно! Мало-помалу трясина незаметных и приятных обязанностей станет глубже, настойчивее и беспощаднее. И, в конце концов, вы захлебнётесь в том, что поначалу казалось лишь милым дополнением к вашим достижениям...
   Я не против ответственности, ни в коем разе! Но достаточно хорошо изучил пределы своих возможностей, чтобы соглашаться на сделку с судьбой...
   Я знаю, в чём состоит моя основная ошибка. Знаю, но ничего не могу с собой поделать. Если мне становятся ясны причины той или иной неприятности и способ её устранения, удержаться от вмешательства в происходящее я не способен. Словно что-то направляет мою руку, заставляя схватить угли из Очага Познания... Как это больно!
   "Напрасно отказался от помощи..." Укоряет Мантия.
   Какой?
   "Той, что предлагал эльф..."
   Ты имеешь в виду магическую? Вот ещё!
   "Несколько расплетённых заклинаний тебе бы не помешали..." Облизывается, поганка.
   Ага, так он и станет кидаться в меня атакующими чарами!
   "Ну почему же сразу - атакующими?..." Дуется.
   Потому что их уничтожение высвобождает гораздо больше Силы! Корпеть над чем-нибудь бытовым - значит, больше потратить, чем получить!
   "Временами ты - такой умница... Жаль, что редко..." Умиляется.
   Представляешь, мне тоже... Жаль.
   Улыбаюсь в ответ.
   "Ладно, тогда терпи..."
   И как долго?
   "День, два, неделю... Как пойдёт..."
   Успокоила, нечего сказать!
   "Сам виноват: нечего было устраивать самодеятельность!..." Слегка огрызается.
   Извини, не смог удержаться... Мне показалось, что нужно как можно скорее...
   "В принципе, ты прав: время играет существенную роль..." Соглашается Мантия.
   Скажи: если бы я не развеял пепел ty'rohn сразу, а отложил бы вмешательство... ну, скажем, на месяц - что бы произошло?
   "Трудно сказать наверняка... Но "пепел", как ты его называешь, увеличивался бы вместе с Кружевом, делая узы крепче..."
   Значит, я поступил правильно?
   "Тебе от этого легче?..." Язвит.
   Чуть-чуть. Хотя, на самом деле... Только хуже.
   "Разумеется... Если работа приносит удовлетворение, она перестаёт быть работой, и ты не можешь относиться к ней с прежним усердием..."
   Какая работа? Ты о чём?
   "Отдыхай..." И она снова убегает.
   Отдыхай! Легко сказать, но трудно сделать. Когда тело пребывает в относительном покое, сознание трудится за двоих...
  

Оценка: 7.08*23  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Джейн "Чертоги разума. Книга 1. Изгнанник "(Антиутопия) Д.Маш "Золушка и демон"(Любовное фэнтези) Д.Дэвлин, "Особенности содержания небожителей"(Уся (Wuxia)) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) А.Чарская "В плену его демонов"(Боевое фэнтези) М.Атаманов "Искажающие Реальность-7"(ЛитРПГ) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Н.Любимка "Черный феникс. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) В.Свободина "Эра андроидов"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"