Арлен: другие произведения.

Возвращение, или Конец Дома ночных призраков

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Зимние Конкурсы на ПродаМан
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Повесть представляет собой вольное продолжение фильма "Дом ночных призраков". Действие разворачивается через год после событий фильма. Дочь Стивена Прайса, пропавшего в пользующейся дурной славой заброшенной психиатрической лечебнице доктора Вэннаката, пытается выяснить, что случилось с её отцом. Знакомство с первоисточником желательно, но необязательно.


  
  

ВОЗВРАЩЕНИЕ или КОНЕЦ ДОМА НОЧНЫХ ПРИЗРАКОВ

  
  

...За всякое дело придется ответить,
Неправду не спрячешь в потемках:
Сегодняшний грех через десять столетий
Пребольно ударит потомка.
А значит, не траться на гневные речи,
Впустую торгуясь с Богами,
Коль сам посадил себе лихо на плечи
Своими, своими руками.

Не жди от судьбы милосердных подачек
И не удивляйся подвохам,
Не жди, что от жалости кто-то заплачет,
Дерись до последнего вздоха!
И, может, твой внук, от далекого деда
Сокрыт, отгорожен веками,
Сумеет добиться хоть малой победы
Своими, своими руками.

М. Семёнова

  
  
  
  
  
   Он пришёл в себя от боли. Уже в который раз. Он давно должен был умереть, потому что невозможно выносить такую боль, нельзя жить с такими ранами, со вскрытой брюшной полостью и распотрошёнными внутренностями. Он врач, и знает это лучше, чем кто бы то ни было. Стоп. Почему врач?.. Он инженер, его зовут...
   - Думал сбежать, Томас? - над ним склонилась смутно знакомая фигура в белом халате. Губы под тонкими усами кривились в ухмылке, а глаза оставались холодными и жёсткими. Халат был залит кровью, лицо тоже, но мужчина оставался странно спокойным среди творящейся вокруг вакханалии. Один из беснующихся психов вцепился в его плечо, но доктор властно отодвинул его руку. Сумасшедший послушно метнулся к соседнему столу, от которого неслись женские крики. - Нет, дружище, мы всё делали вместе, всегда были рядом, и здесь мы тоже будем вместе. Всегда.
   - Стивен...- прохрипел мужчина на столе. - Меня зовут Стивен...
   - Предпочитаешь второе имя? Хорошо, буду звать тебя Стивеном, если тебе так больше нравится, - покладисто согласился человек в халате. - Томас, Стивен - какая разница? Наконец-то ты здесь, дружище, и это главное.
   Он коротко засмеялся хриплым, неприятным смехом. В плечи ему вцепились сразу трое, прижали к стене, один схватил со столика для инструментов скальпель и вонзил доктору в шею. Кровь из разрезанной артерии забила струёй, заливая всё вокруг. А доктор продолжал смеяться, пока издаваемые им звуки не сменились хрипами, перемежающимися с неприятным хлюпаньем.
   - Стивен...Прайс... - зачем-то повторил мужчина на операционном столе.
   - ПРАЙС!!!!! - взревел здоровяк с дегенеративным лицом, размахивающий пилой Джигли. Он зашлёпал вислыми толстыми губами, но, видимо, испытывая острую нехватку слов, перешёл к делу. Пила вонзилась в плечо Прайса и зажужжала, перемалывая кости. Тело мужчины выгнулось от нестерпимой боли, но сразу несколько человек навалились сверху, прижимая к жёсткой поверхности стола. Сознание угасало. В умирающем мозге, перемешиваясь, вспыхивали картинки: ...клиника...парк аттракционов...медсестра Рут Стокард... Эвелин, его Принцесса, любимая и ненавистная... малышка Кристи... вскрытая черепная коробка очередного пациента, Бог знает какого по счёту... тело Шехтера, у которого больше не было лица... человек в белом халате и с окровавленным ножом на экране монитора...Вэннакат!
   Мужчина понял, что не знает, кто же он - Томас Стивен Прайс, врач из печально известной психиатрической клиники доктора Вэннаката, сгоревшей в 1931 году, или создатель сети аттракционов "Ужасы Прайса" Стивен Хьюстон Прайс, в недобрый день 1998 года переступивший порог проклятого дома. Да это и не имело значения. Кто бы он ни был, сейчас он, абсолютно беспомощный, умирал под ножами, дубинками, зубами и ногтями окончательно взбесившихся, доведённых до предела отчаяния пациентов доктора Вэннаката. Гаснущее сознание сквозь вспышки боли пронзила ужасная в своей беспощадности мысль: это не кончится никогда...
  
  
   Эдди остановил машину в указанном месте и, прежде чем выйти, снова перечитал записку. "Не льстите себя надеждой, что всё закончилось. Истории, подобные вашей, так просто не кончаются. Если вас беспокоит судьба Сары, давайте побеседуем об этом сегодня в 18.00 в *** ". К записке прилагалась схема проезда. Огни скромной, но, надо признать, стильной вывески подтверждали, что он приехал по адресу.
   "Мест нет", - гласила табличка на входе. Парень остановился у двери, держа в руках конверт.
   - Мистер Бейкер? - окликнул его швейцар, рослый накачанный крепыш, похожий скорее на вышибалу.
   - Да, - кивнул Эдди.
   - Проходите, Вас ждут.
   Крепыш посторонился, Эдди прошёл в дверь и с изумлением увидел совершенно пустой зал. Впрочем, не совсем пустой. С диванчика в глубине к нему кинулась Сара.
   - Эдди, что происходит? Ты тоже получил записку? Что это за место, почему здесь никого нет? Боже, неужели снова этот кошмар...
   Девушка, не договорив, прижалась к товарищу и спрятала лицо у него на груди. Эдди чувствовал через свитер, что она вся дрожит. Его самого передёрнуло при воспоминаниях о событиях годичной давности.
   - Спасибо, что пришли, господа, - прозвучал у них за спиной спокойный мужской голос. Эдди слегка отстранился от Сары и резко обернулся.
   С парадной лестницы к ним спускались двое - молодой человек в вечернем костюме и девушка в обычных джинсах и куртке, накинутой поверх рубашки. Оба молодые, немногим более 20 лет. Держатся уверенно, отметил Бейкер. Бывший бейсболист мог поклясться, что видит их обоих впервые, хотя в девушке ему почудилось что-то знакомое. Может быть, в походке, в манере держать голову. Эдди не стал заморачиваться, решив, что это журналистка, которую он мог видеть в какой-нибудь программе.
   - Это вы написали записку? - накинулся он на мужчину. - Что вам нужно от нас? Мы рассказали полиции всё, что знали, почему бы не оставить нас в покое?
   Он снова повернулся к девушке, смотревшей на него в упор внимательным, оценивающим взглядом.
   - Так, я понял. Ты, цыпочка, подцепила богатого мальчика, но его денег тебе недостаточно, тебе хочется сделать карьеру, написать репортаж о кошмарном доме, пожирающем тех, кто оказался в нём после захода солнца? Так вот, - он махнул перед лицом девушки. Та не дрогнула, а вот её спутник нахмурился и сжал кулаки. - Сейчас я и Сара уйдём отсюда, а завтра напишем заявление в полицию. Приложим вашу записку, и вам придётся объяснять, что вы хотели и почему преследуете нас. Идём, Сара!
   Он схватил Сару за руку и размашисто зашагал к выходу.
   - Подождите, мистер Бейкер! - властно окликнула его девушка.- Вы ошибаетесь.
   - Плевать, - рявкнул Бейкер, остановившись у выхода, который неожиданно оказался заперт - Или вы прекращаете свои штучки и даёте нам уйти, или я вызываю полицию прямо сейчас!
   Будто не слыша, девушка обошла своего спутника и остановилась перед разъярённым Эдди.
   -Я не журналистка и мне нет необходимости цеплять богатых мальчиков, - продолжила она ровным голосом. - Зато мне необходимо поговорить с вами о том, что случилось в лечебнице Вэннаката год назад.
   - Кто вы такая? - спросила Сара, и Эдди с облегчением отметил, что она совсем успокоилась.
   - Моё имя Кристина Эллис Прайс, - тем же ровным голосом ответила девушка. - Я дочь Стивена Прайса. Теперь вы понимаете, почему я позволила себе пригласить вас на разговор?
   - Ну конечно, - взорвался Эдди. - А я - внук президента Кеннеди. Если ты дочь Прайса, почему тебя не было на вечеринке в честь дня рождения его жены?
   На секунду девушке, представившейся Кристиной Прайс, изменило самообладание. Лицо её исказилось от ненависти.
   - Я пришла бы разве что на её похороны, правда, боюсь, для них у меня был бы слишком радостный вид, - тут же взяв себя в руки, она продолжила прежним невозмутимым тоном - Вот мои документы.
   Она протянула Эдди водительские права.
   - Ну и что? - упорствовал Бейкер. - Прайс - не такая уж редкая фамилия. Откуда мне знать, может, ты решила воспользоваться совпадением и раскрутить нас на репортаж, придумав всё это, чтобы мы согласились?
   Спутник Кристины хмыкнул, удивлённо приподняв бровь.
   - Вы не заговариваетесь, мистер Бейкер? - насмешливо поинтересовался он, окинув Эдди насмешливым взглядом.
   - Слушай, ты... - мгновенно завёлся темнокожий атлет.
   - Сирил, - укоризненно произнесла Кристина, недовольно взглянув на парня и предостерегающе подняв руку. - Мистер Бейкер прав, я ведь тебе рассказывала, на какие только уловки не идут журналисты, чтобы состряпать сенсацию. Хорошо, - она снова повернулась к Эдди, - а это вас убедит? Правда, снимок старый, ему больше десяти лет, но если присмотреться, меня можно узнать.
   Говоря это, она вытащила из кармана куртки свёрнутый журнал и протянула его Бейкеру.
   - Надеюсь, вы не станете утверждать, что при нынешних технологиях мне бы не составило труда подделать номер. В конце концов, его подлинность всегда можно установить на сайте издательства.
   Развернув выпуск "Индустрии развлечений" десятилетней давности, Эдди взглянул на обложку. Прайса он узнал сразу, хоть тот выглядел значительно моложе и без усов. На руках Стивен держал девочку лет семи-восьми. "Я ничего не боюсь, если рядом папа", - заявляет Кристи Прайс", - гласил заголовок под снимком. Бейкер перевёл взгляд на девушку. Конечно, она сильно изменилась, но была вполне узнаваема.
   - Открытие первого парка аттракционов, - пояснила Кристина. - В качестве рекламного хода отцу предложили взять меня в стартовый рейс. Он спросил, не страшно ли мне. Но я никогда ничего не боялась рядом с ним.
   Голос девушки чуть дрогнул, но она снова почти мгновенно справилась с собой и вопросительно взглянула на Эдди и Сару. - Ну что, теперь я вас убедила?
   - Теперь - да, - признал Эдди, подумав про себя, что и без журнала было ясно, что перед ними представительница семейки Прайсов. Дурацкая записка, пустой зал, эффектное появление - всё это было до боли знакомо. И сама девушка недаром показалась ему знакомой. Разумеется, он никогда раньше её не видел, и прямого сходства со Стивеном у Кристины не было, но её походка, улыбка, мимика и жесты повторяли отца.
   - А для чего всё это? - спросила Сара, обведя рукой пустой зал.
   - Чтобы не мешали, - пояснила Кристи.  Терпеть не могу суеты, пьяных криков, дурацкой музыки. А так можно быть уверенной, что нас никто не побеспокоит. Присядем?
   И, не дожидаясь ответа, направилась в глубь зала. Сирил последовал за ней. Эдди, пожав плечами, взглянул на Сару. Девушка решительно двинулась за Кристиной. В конце концов, это Стивен Прайс смог найти выход из того страшного дома, и погиб, спасая её, Сару. Оттолкнул с пути ужаса, которому она даже в мыслях не могла подобрать названия, а сам не успел отскочить...
  
   -Итак, - произнесла Кристина, когда они расположились на мягких кожаных диванах у стены, - расскажите мне всё, что произошло в ту ночь.
   Эдди и Сара неуверенно переглянулись. Им не раз уже дали понять, что рассказы о доме, где поселилось зло, уничтожающее всех, кто осмелился остаться внутри после захода солнца, приписывают тяжёлому потрясению и готовы отправить ребят в психушку, если они будут настаивать на своём.
   - Полиция пришла к выводу, что в доме орудовал маньяк, - неуверенно начал Эдди. - Он подстроил всё, что мы видели, используя разные трюки, оптические иллюзии... Возможно, конкурент мистера Прайса...
   - Меня не интересуют выводы полиции, - резко оборвала его Кристина. - Я хочу знать, что там случилось на самом деле.
   Девушка выразительно взглянула на гостей.
   - Я понимаю, чего вы опасаетесь. Не бойтесь, вас не сочтут сумасшедшими. То, что вы расскажете, нигде не будет упомянуто. Я тоже не заинтересована в огласке. Я хочу лишь одного: понять, что произошло с отцом.
   - Всё началось с того, что мы -- Эдди, Мелисса, Блэкбёрн, - получили приглашение от Стивена Прайса на день рождения его жены. Празднование почему-то проводилось в каком-то Богом забытом месте. Никто из нас до этого никогда не слышал имени Прайса, и мы бы проигнорировали это приглашение, посчитав его чьей-то глупой шуткой, но в нём было написано, что на праздновании будет проведена игра, каждый участник которой, дошедший до финала, получит миллион долларов. Это тоже не походило на правду, но интриговало, и все мы откликнулись...
   Сара замолчала. Сердце её начало колотиться о рёбра, как бывало всякий раз, когда девушка возвращалась мыслями к событиям той ночи.
   - Вы не назвали своего имени, - заметила Кристина.
   - Что? - не поняла Сара.
   - Перечислив имена приглашённых, вы не назвали себя.
   - Да. Я не получала приглашения. Оно было адресовано моей начальнице, Дженнифер Дженсен. Я не успела ей показать, Дженнифер выгнала меня, мне нужны были деньги, и я подумала...
   Кристина нетерпеливо мотнула головой.
   - Это неважно.
   - Важно, - возразила Сара. - Все приглашённые были потомками сотрудников больницы, выживших при пожаре в 1931 году. Мы нашли фотографию. Там были Прайс, Бейкер, Дженсен, Марр, Стоккард. Стоккард -- это...
   - Знаю, - недовольно поморщилась Кристина.
   - И Блэкбёрн? - спросил до сих пор молчавший Сирил.
   - Не думаю, - снова скривилась дочь Прайса. - По моим данным, он получил личное приглашение от виновницы торжества.
   - Да, наверное, - согласилась Сара. - На фотографиях сотрудников больницы мы не видели фамилии Блэкбёрна. Мисс Прайс, Ваш отец сказал, что он не рассылал этих приглашений, в его списке были совсем другие люди. Нас позвал... - Девушка закрыла глаза, собралась с духом и выпалила, - сам Дом. Так считал Притчетт, владелец дома. Он говорил, что в доме находится зло. Он ни за что не хотел оставаться на ночь, он...
   - Не хочу показаться невежливым, но как дом мог разослать приглашения? - скептически поинтересовался Сирил.
   - Я же говорил, что вы не поверите... - с горечью бросил Эдди.
   - Продолжайте, пожалуйста. - Кристина по-прежнему выглядела непроницаемо, невозможно было догадаться, о чём она думает и как расценивает услышанное.
   - Зачем, если вы всё равно нам не верите? - взорвался Бейкер.
   Кристина ничего не ответила, и Сара продолжила рассказ. В самые тяжёлые моменты, когда у девушки перехватывало голос, Эдди помогал ей. Сирил больше не проронил ни слова, хотя его недоверчивый взгляд говорил, что юноша не верит услышанному. Ни Бейкер, на Сара не винили его в этом: чтобы поверить, нужно было самому оказаться в том доме, пройти по его коридорам, спуститься в подвал, уставленный жуткими результатами экспериментов безумного доктора Вэннаката, ощутить непередаваемый ужас, которым, казалось, был пропитан сам воздух дома... Кристина тоже молчала. Лишь когда Сара упомянула, что стреляла в Стивена, подняла голову и пристально взглянула девушке в глаза.
   - Я была уверена, что это он убил Блэкбёрна, он был весь в крови, он шёл на меня, я была напугана до смерти, - стала оправдываться Сара.
   - Эвелин говорила, что такие розыгрыши были в стиле вашего отца, - вмешался Бейкер. - Должен заметить, мисс Прайс, что у него было очень странное чувство юмора. И вообще, вы не находите, что вся эта идея с празднованием в доме, где были замучены и сгорели заживо десятки, если не сотни людей, отдаёт чем-то извращённым?
   - Это была не его идея, - возразила Кристина. - Отец был совершенно нормальным человеком. Оригинальным, своеобразным, но абсолютно нормальным. Это Эвелин, такие штучки в её духе.
   - А мне показалось, что они оба друг друга стоили, - буркнул бейсболист.
   - Вам показалось. - В голосе Кристины прорезалась сталь.
   - Я так и не поняла, любили они друг друга или ненавидели, - призналась Сара. - Простите, вам, наверное, неприятна эта тема.
   - Отец любил её, - задумчиво произнесла Кристи. - Спускал все её грязные выходки. Он умел держать удар, мог, не задумываясь, нанести ответный, ставил на место эту сучку, но расстаться с ней не мог. А ей нужны были только его деньги. Эвелин хотела развода и отступных. Отец отказывался. Не от жадности -- деньги сами по себе для него ничего не значили. Он не мог расстаться с этой...
   Лицо девушки снова исказилось в гримасе отвращения.
   "Эти Прайсы ненормальные все, - подумал Эдди, - и все друг друга стоят."
   Сара вспомнила, как обмяк Прайс у тела Эвелин, как гладил её по лицу, по волосам, как бросился на них -- один против всех, полагая, что убийца кто-то из гостей, и подумала, что Кристина права.
   - И как вы только с ней уживались, - хмыкнул Бейкер.
   - Никак, - резко ответила Кристи. - Я практически не общалась с отцом с момента его женитьбы на Эвелин.
   - Что, совсем? - удивился парень.
   - Да. Он звонил мне, присылал подарки, прилетал несколько раз. Я не хотела его видеть, не отвечала на звонки. Сказала, что пока Эвелин рядом с ним, меня в его жизни не будет. Но отец не мог с ней порвать, хотя ничего хорошего в их браке не было с первых минут.
   - Так почему сейчас... - начал Эдди.
   - Год назад я поняла, - по лицу Кристины скользнула тень, - что веду себя глупо. Позвонила ему. Но он не ответил. "Абонент вне зоны доступа". Это был тот самый день. Учитывая разницу во времени, в Лос-Анджелесе было около 11 вечера. Отец уже был в Доме. Забавно, вы не находите?
   Ни Сара, ни Эдди не находили это забавным. Сирил, видимо, тоже. Да и самой Кристине, судя по выражению лица, было не особенно весело. Но эта девушка умела держать себя в руках. Ещё раз мотнув головой, будто стряхивая ненужные мысли, она попросила продолжать.
   Финальную, самую безумную часть эпопеи, Сара рассказывала, крепко зажмурившись, торопливой скороговоркой. Ей казалось, что если Кристина или Сирил сейчас её перебьют, продолжить она не сможет - слишком велик был ужас пережитого и слишком невероятным, безумным, нереальным казалось оно в этом уютном, тихом зале. Лишь описывая последние минуты Стивена Прайса, она не удержалась, чуть приподняла ресницы и бросила быстрый взгляд на его дочь. Кристи по-прежнему выглядела спокойной, её выдавали только судорожно сжатые кулаки с побелевшими от напряжения костяшками. Сирил, очевидно, тоже заметил это, потому что накрыл своей крупной, широкой ладонью руки девушки.
   Сара закончила рассказ, и в зале установилась тишина. Кристина подняла чуть покрасневшие глаза, и слегка охрипшим голосом проговорила:
   - Мисс Вулф, мистер Бейкер, благодарю вас, вы оба очень мне помогли.
   "Железная девчонка, Прайс мог бы ею гордиться," - пронеслось в голове у Эдди.
   - Я признаю, что доставила вам некоторые неудобства и готова их компенсировать. - Кристина вытащила из кармана чековую книжку.
   - Не стоит, - протестующе поднял руку Бейкер. Сара поддержала его молчаливым кивком. - За ночь в этом доме нам достались пять миллионов. По два с половиной каждому. Похоже, деньги для вашего отца действительно ничего не значили.
   -Да, он ценил лишь то, что можно было получить с их помощью,- девушка не стала настаивать и спрятала книжку. - Риск, азарт, торжество. Эвелин смешила его своей жадностью. Это было её уязвимое место, и отец не упускал случая напомнить ей об этом. Надо сказать, весьма успешно.
   "Всё-таки Прайсы законченные психи. Все, - подумал Эдди, но счёл за лучшее промолчать из уважения к чувствам Кристины и памяти Стивена. - И хотелось бы знать, зачем она затеяла этот разговор. Неужели только для того, чтобы услышать о последних часах жизни Прайса? Девочка не очень-то сентиментальна, и если унаследовала от отца не только экстравагантность, но и деловую хватку - а судя по всему, так оно и есть, - у неё должна быть и другая цель".
   Будто подслушав его мысли, эхом откликнулась Сара:
   - Кристина, зачем вы расспрашиваете нас? Что вы задумали?
   Мисс Прайс удивлённо приподняла бровь.
   - Разве это не очевидно?
   - Нет! - рубанула Сара. - Вы... вы что, собираетесь пойти...туда?!!
   На сей раз Кристина не стала делать удивлённое лицо и переспрашивать. Она лишь усмехнулась такой знакомой ехидной прайсовской улыбкой.
   - В любом случае, вам не о чём волноваться. Я не стану уговаривать вас составить мне компанию. Это было бы, во-первых, слишком жестоко по отношению к вам, а во-вторых, слишком глупо, потому что всё равно вы туда не пойдёте. Деньги в данном случае не являются для вас стимулом, способным перевесить страх, особых угрызений совести из-за гибели моего отца вы тоже не испытываете - в конце концов, именно он пригласил вас туда. Подчёркиваю, пригласил, а не затянул на аркане, связанных по рукам и ногам, хотя навряд ли это является в ваших глазах смягчающим обстоятельством.
   - Эй, послушайте!.. - Эдди захлебнулся от негодования, выслушав такую отповедь. - Я понимаю, что вы расстроены нашим рассказом, но это не даёт вам права...
   - Что вы хотите там найти? - перебила его Сара, глядя Кристине в глаза. - Стивен мёртв, понимаете? Мёртв. Почти год прошёл. Его нет, а вы... вы рискуете разделить его участь. Не думаю, что он захотел бы этого.
   - Не захотел бы, - кивнула Кристи. - Но и остановить бы не смог. Наследственность, помноженная на воспитание.
   Она снова как-то странно усмехнулась.
   -Не делайте этого, - беспомощно пробормотала Сара. - Ну хоть вы ей объясните, - повернулась она к Сирилу. - Почему вы всё время молчите, вы что, тоже собрались с ней в этот дом? Задумали коллективное самоубийство?
   Сирил пожал плечами.
   - Вы преувеличиваете, мисс Вулф, - ответил он девушке, но обеспокоенный взгляд, брошенный на Кристину, выдал юношу с головой.
   - Да что с ним говорить, ты же видишь, в этой парочке не он всё решает, - раздражённо рявкнул Бейкер.
   Сирил вспыхнул и шагнул к бейсболисту.
   - Ну, хватит, - властно бросила Кристина, становясь между ними. Потом мягко улыбнулась и повернулась к Саре. - Не бойтесь, я не собираюсь умирать в этом доме. Мы пойдём туда днём, Сирил присмотрит за мной. Всё будет хорошо. Я обещаю.
   Сара с сомнением покачала головой.
   - Ну и ладно, делайте, что хотите, но только без нас, - проворчал Эдди, толкая дверь. В этот раз она оказалась открыта. Видимо, персонал получил точные указания относительно регламента встречи. - Сара, ты на машине? Могу подбросить.
   Девушка кивнула и вышла, на прощание бросив на парочку в зале умоляющий взгляд.
   - Не делайте этого. Пожалуйста! - шепнула она. Вместо ответа Кристина лишь улыбнулась и махнула рукой в знак прощания.
  
   Выйдя из клуба, Эдди и Сара сели в машину Бейкера.
   - Неужели они пойдут туда? - пробормотала Сара, - после всего, что услышали?
   - Девчонка из семьи Прайсов. Значит, сумасшедшая, - ответил Бейкер, поворачивая ключ зажигания. - Ты же видишь, она точная копия Стивена: ходит, улыбается, говорит, думает и поступает, как он.
   Продолжая следить за дорогой, он повернулся к Саре и погладил её по щеке.
   - Не думай об этом. Мы её предупредили. Она знает, что туда нельзя соваться, да и незачем: от Прайса даже праха не осталось. Если всё-таки пойдёт, то последствия будут только на её совести.
   Сара печально кивнула. Остаток пути оба молчали. Эдди высадил девушку у дома, проводил до подъезда, подождал, пока в её квартире зажёгся свет, и отправился к себе. И он, и Сара смогли заснуть лишь под утро. Сон их был тревожным и прерывистым, в него то и дело врывался высокий худощавый человек с рыжеватыми усами, одетый в когда-то белый, а сейчас перемазанный кровью халат. Он смеялся, запрокинув голову, но глаза его при этом пугали выражением холодной, равнодушной жестокости.
  
   Когда машина Бейкера отъехала от здания, Кристина повернулась к Сирилу.
   - Что скажешь?
   - Крис, они правы. Мы ничего там не найдём. То, что ты задумала - это безумие. - Юноша заторопился, видя, что Кристина собирается его прервать. - Не думай, что я боюсь. Я пойду туда вместе с тобой и уверен, что если там и было то, о чём они говорят, оно получило, что хотело, и успокоилось.
   - Такое не успокаивается, - пробормотала про себя Кристи. Сирил предпочёл сделать вид, что не расслышал. Откровенно говоря, он был согласен с версией полиции. Маньяк, безумец, по совместительству мастер иллюзий, - это было хоть и невероятно, но допустимо и возможно. Однако Кристина и слышать ничего не желала. Едва узнав о случившемся, она перелопатила горы сомнительной литературы, встречалась со странными личностями, место которым было если не в лечебнице доктора Вэннаката, то хотя бы в обычной психбольнице. И вот теперь решила сама наведаться в тот страшный дом. - За этот год ты места себе не находишь, - продолжал юноша. - Мне страшно подумать, что с тобой будет, когда ты ничего там не найдёшь.
   Он подошёл к девушке и мягко опустил ладони ей на плечи.
   - Крис, не вини себя. То, что ты столько лет с ним не разговаривала... Да в любой семье это бывает! Если бы было по-другому, ничего не изменилось бы. Ты же знаешь, твой отец всё равно не развёлся бы, значит, эта вечеринка состоялась бы там, где захотела Эвелин. Ты ни в чём, понимаешь, ни в чём не виновата!
   - Понимаю, - кивнула Кристина. - И ничего не рассчитываю найти. Но я должна попробовать, слышишь, должна. Если не попробую, у тебя действительно появится шанс за меня боятся.
   Сирил безвольно опустил руки. "Да что с ним говорить, ты же видишь, в этой парочке не он всё решает", - всплыли в памяти обидные слова Бейкера. "Надо было ему врезать", - подумал парень, сознавая, что в чём-то темнокожий был прав. Кристи всегда решала сама, и переубедить её, когда решение было принято, не удавалось никому.
   Сирил Паркер никогда не встречался со Стивеном Прайсом, но по слухам, именно от отца унаследовала Кристина это упрямство, которое сама она предпочитала именовать волей.
   - Сирил, ты меня слышишь? - в голосе девушки чувствовалось нетерпение.
   - Что? - Паркер встряхнулся. - Извини, Крис, я задумался.
   - Поехали? - Кристина поигрывала брелком с ключами от машины.
   - Что, прямо сейчас, на ночь глядя? - удивился Сирил.
   - Только не говори, что сможешь заснуть этой ночью после всего, что мы сегодня узнали. Я точно не смогу, а значит, чем зря мучиться, лучше стряхнуть напряжение. Нет ничего лучше быстрой езды, - улыбнулась она. - Но если ты устал, можешь идти спать, а завтра утром подъезжай прямо к Дому.
   - Ещё чего, - буркнул юноша. - Дай хоть переоденусь, не в этом же ехать.
   -А зачем вырядился? - засмеялась Кристи. - Я же говорила, форма одежды - повседневная.
   -Зато так внушительнее, - Сирил невольно улыбнулся в ответ. - Видишь, меня приняли за богатого мальчика и хозяина этого заведения. Вот что значит с умом подбирать одежду и соблюдать дресс-код.
   - Рил, никогда не старайся казаться значительнее, чем ты есть на самом деле. Этим ты сильно подставляешься, - хмыкнула девушка. - Я пока подгоню машину.
   Оставив на столике чек за аренду клуба, она стремительным шагом вышла из зала. Проходя мимо, Сирил случайно взглянул на сумму и остолбенел. Это было лишь немногим менее годового заработка его отца. Настроение парня испортилось окончательно.
  
   Сирил познакомился с Кристиной два года назад. Он был третьекурсником, она только поступила в колледж, но острый язык и умение дать отпор любому быстро сделали её знаменитостью кампуса. Сирил учился тяжело, он был тугодум, и науки давались ему с трудом. Его держали исключительно потому, что при нём футбольная команда колледжа, наконец, попала в высшую лигу и даже заняла второе место на Чемпионате. Кристи, напротив, не испытывала проблем с учёбой. Казалось, она вообще не испытывала проблем. "Нет выхода только из гроба", - любила повторять девушка, считая остальное не стоящим переживаний. Всё изменилось год назад. Натягивая джинсы и рубашку, Паркер снова и снова прокручивал в памяти тот день.
   У Кристины был последний экзамен, после чего они договорились съездить на озеро и провести там выходные. Сирил ждал девушку в парке. Со скамейки, где он расположился, была хорошо видна сидящая у окна Кристи. Она заполняла экзаменационный лист быстро и уверенно, как всегда, но потом будто споткнулась. Паркер видел, как брови девушки нахмурились, она занервничала, что-то быстро писала, зачёркивала, писала снова. Видимо, решение не сходилось. Наконец, она повернулась к соседу и что-то у него спросила. Тот, бросив быстрый взгляд на экзаменатора, показал тетрадь. Кристина нахмурилась и переспросила снова.
   - Мисс Прайс, ваша оценка будет снижена на два балла, - не поднимая головы от журнала, проскрипел Гусеница - так каждое поколение студентов звало преподавателя биологии, высокого, худого, с изуродованными артритом суставами, действительно похожими на сочленения гусеницы. - Мистер Браун, вам минус один балл.
   - Извините, профессор, Колин не при чём, виновата я одна, будет справедливо, если все три балла вы снимите с меня, - возразила Кристина.
   - Как вам будет угодно, мисс Прайс, - легко согласился старик.
   Больше Крис не оборачивалась. Вскоре она перестала писать, но до конца экзамена недовольно всматривалась в работу, шевеля губами, будто что-то подсчитывая в уме.
   "Что это она? - удивился Сирил. - Вроде всё знала".
   Когда прозвенел звонок и Гусеница потребовал сдать работы, Кристи поднялась одной из последних и, подойдя к столу, что-то тихо спросила. Профессор внимательно выслушал её, пожал плечами и кивнул.
   - Не понимаю, почему это вызвало у вас такие затруднения, Кристина, - разобрал Паркер его слова, - я был уверен, что вы напишите одной из первых.
   Крис была любимицей старого профессора, но, человек старой закалки, он требовал вдвое с тех, кому благоволил, поэтому обычно никто не рисковал демонстрировать хорошие знания по его предмету. Кроме Кристины, которая только смеялась, когда её предупреждали о чудачествах Гусеницы.
   - А теперь минус три балла. Очень жаль.
   - Мне тоже, профессор, - ответила Крис, и Сирил вздрогнул. Что-то в голосе девушки ему очень не понравилось. Очевидно, и профессор заподозрил неладное.
   - Вы здоровы, мисс Прайс, с вами всё в порядке? - сухо осведомился он. Несмотря на холодный тон, для Гусеницы, который, не моргнув глазом, мог по часу и больше спрашивать студентов, валящихся с ног от высокой температуры и заходящихся в кашле, этот вопрос был высшим проявлением заботы и беспокойства.
   - Да, всё в порядке, профессор, спасибо. Извините.
   Кристина положила листок и выскочила за дверь. Сирил поспешил к ней.
   - Что случилось, Крис? Сложный вопрос попался? Ты была сама не своя.
   - Да, не ожидала такого и растерялась, - вымученно улыбнулась девушка. - Рил, извини, у меня сейчас нет настроения куда-то ехать. Я пойду к себе. Встретимся завтра, ок?
   - Как хочешь, - пробормотал Сирил. Он так ждал этих выходных, закупил продукты, отпросился с работы, а это, между прочим, стоило немалых трудов, и такое разочарование! Будто не замечая его недовольства, Кристина рассеянно чмокнула юношу в щеку, вскочила на мотоцикл и на бешеной скорости рванула из кампуса.
   На следующее утро Сирил застал девушку с телефоном в руках.
   - Крис, нельзя же так, всё утро тебе звоню! Я ведь волнуюсь за тебя. Вчера была сама не своя, с утра занято, я уже не знал, что думать.
   Кристина, не отвечая, снова набрала номер. "Абонент вне зоны доступа", - откликнулся механический голос.
   Девушка с досадой бросила телефон на кресло.
   - С вечера не могу дозвониться, - пожаловалась она.
   - Может, телефон разрядился. Подожди пару часов, проснётся твой абонент, увидит, что аккумулятор сел, поставит на зарядку, тогда и поговорите. Кому звонишь-то?
   - Отцу, - односложно ответила Кристина.
   Сирил удивлённо поднял брови. Он знал, что Кристина живёт с матерью и не желает видеть отца из-за его новой жены. Всё это девушка объяснила ему в начале знакомства, не особо вдаваясь в подробности, и больше об отце не упоминала. Лишь на вопрос Паркера "чем занимается предок" кратко ответила "инженер".
   Тем временем Кристина набрала другой номер. На этот раз ей удалось попасть на автоответчик. "Здравствуйте. Вы позвонили в дом Стивена и Эвелин Прайс. Сейчас никого нет дома, но вы можете оставить сообщение. Если ваше сообщение предназначено Эвелин, нажмите единицу, если Стивену - семёрку". Девушка нажала цифру семь и отрывисто заговорила:
   - Папа, это Крис. Мне нужно с тобой поговорить. Я понимаю, что своим поведением за эти годы могла напрочь отбить у тебя подобное желание, но для меня это очень важно. Пожалуйста, свяжись со мной, как только сможешь. Я буду ждать.
   Потом нажала "отбой" и, закрыв глаза, откинулась на стуле, пробормотав "надеюсь, эта стерва не сотрёт кассету, с неё станется".
   - Кристи, да что случилось? - занервничал Паркер. - Столько лет ты о нём даже упоминать не хотела, а сейчас места себе не находишь из-за севшего телефона. Это как-то связано со вчерашним?
   - Чтобы понять, я должна поговорить с отцом, - ответила девушка. И, поколебавшись, добавила, - Не нравится мне всё это. У меня плохое предчувствие.
   Сирил немного посидел у неё, но разговор не клеился, Кристи то и дело принималась набирать номер, чтобы услышать надоевшее "абонент вне зоны доступа", и парень ушёл. На следующий день мать Кристины сказала ему, что девушка улетела в Лос-Анджелес. Сирил бросился в аэропорт и вылетел следующим рейсом. В Лос-Анджелесе, разыскав Кристину, он узнал, что её отец, Стивен Прайс, был не просто инженером, а владельцем знаменитой сети аттракционов "Ужасы Прайса", обладателем многомиллионного состояния, и что два дня назад он то ли пропал, то ли был убит при невыясненных обстоятельствах. Почти год Кристина выясняла эти обстоятельства. Она намеренно не говорила с единственными уцелевшими на той вечеринке Сарой Вулф и Эдди Бейкером, ограничившись чтением протоколов и интервью, которое они крайне неохотно дали всего одной газете. "Сейчас из них ничего не выжать, - объяснила она Паркеру. - Они не поняли ничего из того, что увидели, нужно дать им время прийти в себя и осмыслить случившееся. Да и мне стоит побольше узнать о подобных случаях. Я поговорю с ними, когда буду готова."
   Крис с головой погрузилась в странные, непонятные изыскания. Всё это время Сирил старался быть рядом, но с отчаянием чувствовал, как трещина, пролёгшая между ними в тот злополучный день, расширяется. С одной стороны, этому немало способствовали унаследованные Кристиной миллионы отца. Паркер ни за что не хотел, чтобы хоть кто-то считал, что он добивается её любви ради денег. С другой, одержимость, с которой девушка копалась в этой истории, пугала здравомыслящего, лишённого воображения парня. Он надеялся лишь на то, что после этой поездки Кристина, наконец, поймёт, что ничего нельзя изменить, смирится со случившимся, и им удастся как-то наладить рушащиеся отношения.
  
   Размышления юноши прервал нетерпеливый сигнал клаксона.
   - Да, иду, - пробормотал Сирил и торопливо вышел на улицу.
   Кристина ждала его за рулём мощного серо-стального Лексуса. Машину подарил ей отец два года назад. Кристи не пользовалась ею, как не прикасалась и к другим подаркам отца, вплоть до известий об исчезновении Стивена Прайса.
   Этот автомобиль, совершенно не подходящий молодой девушке, страшно раздражал Сирила. Юноша понимал, что сам о такой машине не может даже мечтать, да и просто боялся за подругу, обожавшую резко стартовать с места и носиться по дорогам на сумасшедшей скорости. Но в ответ на его предостережения Кристина только смеялась и уверяла, что быстрая езда её успокаивает.
   - Кристи, может, я поведу? Ты слишком возбуждена, да и лучше тебе набраться сил перед завтрашним визитом, - предложил Паркер, не особо надеясь на успех.
   - Ты же знаешь, для меня скорость - лучший способ расслабиться, - напомнила Кристина. - Садись и приготовься. Сейчас взлетим.
   "Лучше б тебя секс так расслаблял", - с досадой подумал Сирил. Отец, всю жизнь проработавший бухгалтером таксопарка, приучил его к аккуратной езде на умеренной скорости. Юноша не любил бессмысленных гонок, превращавших поездку в игру со смертью. Но с Кристи не поспоришь.
   Он едва успел пристегнуться, когда девушка резко стартовала с места, за считанные секунды разогнав тяжёлую махину до максимальной скорости. Сирил сжал зубы и вцепился в сидение, молясь про себя, чтобы эта гонка скорее закончилась.
  
   Маленькая Кристи, обхватив ладошками колени, сидела на ступеньке. Отец стоял рядом, опираясь плечом о стенку и засунув руки в карманы. Мать, патетически заламывая руки, переходила из угла в угол. Посреди холла стояли чемоданы.
   - О Боже, я не представляла, что это будет так тяжело! - вдруг воскликнула Маргарет, и в уголках глаз, накрашенный водостойкой тушью, блеснули слёзы.
   - Марго, не трать силы, тебе досталась на редкость неблагодарная аудитория, которая навряд ли оценит по достоинству твою, без сомнения, великолепную игру, - сухо произнёс Прайс.
   - Ты чудовище! - воскликнула женщина. - Даже в такую минуту ты не можешь... не можешь...
   Её голос задрожал. Хорошо выверенным, изящным движением она промокнула кончиком платка уголки глаз и простонала:
   - Кристина! Девочка моя! Как же я буду без тебя?
   Кристи поёжилась и придвинулась ближе к папе.
   - Оставь её в покое, - жёстко бросил Стивен. - Она достаточно насмотрелась твоих истерик, избавь её хотя бы от последней. И можешь не повторять, что я чудовище, я хорошо это запомнил.
   Маргарет остановилась перед мужем и набрала полную грудь воздуха, подбирая достойный ответ, но во дворе мягко зашуршали шины.
   - Твоё такси, - заметил Прайс и, подхватив оба чемодана, зашагал к двери. Забыв о дочери, Марго бросилась за ним. Кристина неуверенно встала и осторожно двинулась за родителями. Высунув голову, она внимательно смотрела, как мать, энергично жестикулируя, что-то говорила. Отец, не слушая её, загрузил чемоданы в багажник, потом открыл дверцу и жестом пригласил её садиться. Резко замолчав, женщина села в машину, громко хлопнула дверью, такси мигнуло габаритными огнями (Кристи знала это название, папа недавно объяснил ей) и уехало. Стивен, покачиваясь на носках, смотрел ему вслед, потом шагнул к стоявшему под навесом старому форду, уселся на водительское сидение, полуобернулся, закрывая дверцу... и встретился взглядом с широко распахнувшимися, полными слез глазами девочки. Какое-то время мужчина и девочка смотрели друг на друга, потом Стивен призывно махнул рукой. Кристи, на ходу вытирая слёзы, бросилась к нему.
   - Прокатимся, малыш? - спросил Прайс. - Очень быстро прокатимся. Не испугаешься?
   Кристина привычно пристегнулась и замотала головой.
   - Вот и хорошо. - Стивен проверил, надёжно ли защёлкнут ремень безопасности, и наклонившись, заглянул девочке в глаза. - Ничего не бойся, Кристи. Всё будет хорошо.
   Потом он нажал на педаль, выжимая из старой машины всё, на что та была способна. Никогда раньше Крис не ездила так быстро. Она крепко зажмурилась, внутри всё сжалось, от страха захватило дух. Но ничего не происходило, и через несколько минут девочка осторожно открыла глаза. Стивен едва заметно улыбнулся ей в зеркале и снова сосредоточился на дороге. Его руки спокойно, расслаблено лежали на руле. Машина повиновалась малейшему движению кисти. Пейзаж за окном сливался в размытое цветовое пятно. Девочка покрутила головой, затем заёрзала на сидении, устраиваясь поудобнее, внимательно посмотрела на отца, затем перевела взгляд вперёд и внезапно поняла, что больше ни капельки не боится. На смену страху пришёл восторг, ей хотелось мчаться так всегда, и чтобы обязательно рядом был папа.
   Форд летел по шоссе как метеор, они оставили за собой не один десяток миль, когда вдруг сзади неожиданно взревела сирена и сверкнула мигалка полицейской машины. Прайс, захваченный азартом гонки, увеличил скорость, хотя это казалось невозможным. Кристина обернулась, глядя на догонявшую их машину, потом тревожно посмотрела на отца.
   - Да, малыш. Придётся остановиться, - отрезвел Стивен. Он мягко, плавно притормозил, съехал к обочине и, ободряюще улыбнувшись девочке, вышел навстречу полиции.
   За рулём полицейской машины сидел не такой ас, поэтому она затормозила с чудовищным визгом, подняв тучу пыли и мелкого гравия, на секунду окутавших Прайса. Сержант выпрыгнул едва ли не на ходу, набросился на Стивена и, заломив ему руку за спину, швырнул на капот машины, одновременно сильно ударив по ногам.
   - Куда ж ты так торопился, сынок? Может, у тебя труп в багажнике или, наоборот, пара фунтов героина?
   Стивен невольно поморщился от боли, но постарался, чтобы голос его звучал как можно спокойнее:
   - Сержант, я признаю, что немного увлёкся, но, пожалуйста, давайте будем корректны, у меня в машине ребёнок, и отнюдь не в багажнике, так что сейчас он всё это видит.
   - Какой, к чёрту, ребёнок?- обыскав Прайса и убедившись в отсутствии оружия, полицейский распахнул дверцу со стороны пассажира и увидел сжавшуюся в комок Кристи. - Идиот! - заорал он, снова повернувшись к Стивену. - Кретин! Придурок чёртов! Ты что, напился или обкурился, чтобы так гнать с малышкой в машине? Кто мог тебе доверить ребёнка? Да ей в приют будет безопаснее, чем с тобой, ты её вообще больше не увидишь...
   Истошный, полный ужас детский крик оборвал его на полуслове. Трясущимися руками девочка расстегнула ремень безопасности, выкатилась из машины и, продолжая кричать, изо всех сил вцепилась в ногу Стивена. Полицейский остолбенел. Прайс, бросил на него вопросительный взгляд затем, не дожидаясь ответа, медленно опустился на корточки и обнял рыдающую девочку за плечи.
   - Тише, малыш, тише. Всё в порядке. Всё будет хорошо, поверь. Не кричи. Пожалуйста, не кричи.
   От звука его спокойного голоса Кристи перестала вопить, однако ещё крепче вцепилась в штанину, продолжая громко всхлипывать. Прайс мягко, но настойчиво отцепил её сведенные судорогой пальцы.
   - Обними меня за шею, малыш. Вот так, хорошо. Успокойся, моя девочка. Всё в порядке.
   Держа девочку на руках, он так же медленно поднялся и взглянул на сержанта.
   - Что это с ней? - спросил коп.
   - Её мать только что уехала, - ответил Стивен, не зная, как ещё выразить в двух словах всю гамму чувств, обуревавших их обоих.
   - Куда? - не понял сержант.
   - А чёрт её знает, - почти равнодушно пожал плечами Прайс.
   Кристи снова всхлипнула и крепче прижалась к нему. Мужчина мягко погладил её по спине.
   - Вот видишь, моя девочка, всё хорошо.
   - Отойди от машины, багажник проверю, - уже спокойнее сказал полицейский. Стив отступил на пару шагов. Сержант, не выпуская его из вида, открыл багажник, убедился, что там нет ничего, кроме домкрата и запаски, и решительно захлопнул блокнот.
   - Езжай домой, только на нормальной скорости, без гонок, успокой девочку и повесь дома боксёрскую грушу. Когда накатит - постучишь час-другой, глядишь, и отпустит. Зато на дороге безопасней, и мне спокойней.
   Прайс улыбнулся.
   - Спасибо, сержант, - с чувством сказал он. - Вот видишь, Крис, сейчас поедем назад.
   Стивен осторожно усадил девочку в машину, сам застегнул ремень, потом сел рядом и повернул ключ зажигания.
   - Эй, - негромко, боясь снова напугать девочку, окликнул его полицейский. - Как ты умудрился из этой развалюхи такую скорость выжимать?
   Прайс довольно засмеялся
   - Я в ней кое-что модернизировал, так что теперь летает как ласточка.
   - Летай не выше семидесяти миль, окей?
   -Да, сержант, обещаю, - кивнул Стивен, развернул машину и пустился в обратный путь.
   Время от времени он бросал обеспокоенные взгляды на всё ещё вздрагивающую Кристи.
   - Сильно испугалась, малыш? - спросил он наконец, когда девочка стала выглядеть спокойнее. Кристи кивнула. - Извини. В следующий раз говори сразу, если станет страшно.
   Девочка мотнула головой.
   - Нет, я испугалась, когда офицер сказал, что заберёт меня. А ехать... - она подняла голову и улыбнулась сквозь скопившиеся слёзы. - Папа, это было так здорово!
   Стивен тоже улыбнулся.
   - Я обязательно покатаю тебя так ещё раз.
   Улыбка сбежала с лица Кристины.
   - Папа, не надо, - испуганно пробормотала девочка. - Полицейский сказал, чтобы ты больше так не делал.
   - Я найду другой способ, малышка, рано или поздно. Верь мне.
   Кристина кивнула. Скоро девочка, утомлённая переживаниями прошедшего дня, задремала. Стивен стянул пиджак, укрыл дочку, и весь остаток пути что-то сосредоточенно обдумывал, не забывая внимательно следить за дорогой.
   Когда они подъехали к дому, уже совсем стемнело. Прайс осторожно достал Кристи из машины, отнёс в кабинет, уложил на диване, а сам сел к письменному столу.
   - Может быть, малыш, я покатаю тебя достаточно скоро, - пробормотал он и углубился в расчёты.
   Через два года был открыт первый аттракцион Прайса.
  
   Кристина плавно замедлила ход, боясь пропустить нужный поворот. Машина, пусть даже чуть тяжеловатая для неё, слушалась идеально. "Спасибо, папа, - подумала девушка. - Ты всегда знал, что мне нужно. Боже, какой я была идиоткой!"
   Место, в котором они оказались, когда Крис свернула на заброшенную, едва различимую тропку, пройти по которой мог разве что внедорожник, больше всего напоминало покинутую городскую свалку. Машина с трудом пробиралась по дну глубокого каньона, стены которого составляли горы щебня, пустой породы, промышленных отходов и разного бытового хлама.
   - Что это? - нарушил молчание Сирил. - Вот уж не представлял, что рядом с городом есть такие места.
   - Это ещё довольно приличное, - хмыкнула Кристина. - Видел бы ты, что на западе творится. А, чёрт!
   Последнее восклицание относилось к куску арматуры, торчавшему из очередной кучи строительных отходов, мимо которой они проезжали. С отвратительным скрежетом он чиркнул по крылу автомобиля.
   - Неужели машины не жалко? - не выдержал Сирил.
   Кристина удивлённо взглянула на него.
   - А чего её жалеть? Это всего лишь вещь.
   "Ну да, конечно. Поцарапается - можно купить другую, в чём проблема для наследницы миллионного состояния? - с раздражением подумал Паркер. Его с детства учили быть бережливым по отношению к вещам.
   - Зарихтуют, и все дела, - спокойно продолжала Кристи. - Разгоняться не помешает. Всё, приехали, дальше пешком.
   Они вышли из машины и девушка направилась в просвет между угрожающе кренящимися, кое-как наваленными друг на друга разбитыми гранитными плитами.
   - Стоунхендж какой-то, - донеслось до Сирила её недовольное бормотание. - Не отставай, а то заблудишься.
   - А машину ты что, прямо здесь бросишь? - не унимался Сирил.
   - А что с ней станется? - пожала плечами Крис. - Не уверена, что кроме нас здесь есть кто-то.
   "Кто-то есть, - подумал Паркер. - Тот, к кому ты приехала".
   Ему не очень хотелось знакомиться с человеком, обитающим в подобном месте, но обратного пути не было, и юноша недовольно потащился за подругой.
   Подсвечивая фонариком, Кристи сосредоточенно всматривалась в окружающий пейзаж. По мнению Сирила, он выглядел абсолютно одинаково с любой стороны: бесформенные груды хлама, в любую минуту готовые рухнуть им на голову. Но вот девушка удовлетворённо улыбнулась, шагнула к ничем не выделяющейся, разве что особо ненадёжной и шаткой на вид куче, протиснулась между двумя неплотно прилегающими друг к другу валунами, Паркер сделал то же самое, и они очутились посреди небольшой поляны, ограниченной такими же навалами разнокалиберного мусора со всех сторон. Посреди поляны возвышался импровизированный шалаш, возле которого тлел обложенный камнями очаг, а рядом валялась бесформенная куча тряпья. Кристина подошла к куче, опустилась на корточки и негромко кашлянула.
   - Я пришла.
   Куча зашевелилась, и из неё выползла омерзительного вида старуха с длинным носом и отвисшей нижней губой. От неё ощутимо смердело. Сирил скривился. Кристи, казалось, ничего не замечала.
   - Я пришла, Великая мать, - повторила девушка. - Я готова.
   Услышав подобное обращение, Паркер едва не задохнулся. Потом вспомнил, что свою мать Крис совершенно не уважала, всегда отзывалась о ней с плохо скрытым презрением, так что легко могла адресовать такие слова первой встречной, ровно ничего в них не вкладывая. Для Сирила, обожавшего маму с раннего возраста, это было дико, но он никогда не обсуждал этого с девушкой, понимая всю бесполезность подобных разговоров.
   - А этот? - Старуха бесцеремонно ткнула в его сторону крючковатым пальцем. - Он тоже готов?
   "Старая ведьма! - ругнулся про себя Паркер. - И где Кристи находит этот сброд?"
   - Он мой друг и хочет идти со мной, - кивнула Кристина.
   Бабище скептически осмотрела Сирила с головы до ног и выпустила прямо в тлеющий очаг длинную струю вязкой коричневой слюны. Сирила скрутил приступ тошноты. Кристи ничего не замечала, хотя в других случаях её острый, безжалостный язык давно прошёлся бы по всем неаппетитным подробностям.
   - Белый человек глуп, - после долгой паузы сообщила старуха, и Паркер понял, что перед ними древняя, возможно, выжившая из ума индианка. - Ты идёшь в плохое место, очень плохое.
   - Вообще-то нам это известно, - ехидно заметил Сирил, безотчётно копируя подругу. - В тридцатые годы некий доктор искромсал там кучу народу, а потом сгорел заживо вместе с пациентами, которых категорически перестали устраивать его методы лечения.
   - Белый человек думает, что знает всё, хотя на самом деле его знания подобны песчинке на берегу. Когда-то на том месте была деревня племени тонгва, - раскачиваясь на месте, монотонно забубнила старуха. - Но пришли глупые белые люди. Глупые и жестокие. Им понравилось место, где было много рыбы и открывался красивый вид на океан. Они попытались выгнать оттуда народ тонгва, а когда воины отказались уходить, расстреляли деревню из пушек. Но и тогда зло не первый раз коснулось этой земли. За много лун до того, как белые люди впервые ступили на землю моих предков, там жили чумаши. Но люди Тонгва думали, что более достойны тех плодородных мест. Они сражались с чумаши, но не смогли одолеть их в честном бою. Тогда тонгва пошли на хитрость. Их вождь Мискомаква, Красный Медведь, предложил чумаши мир и отдал свою дочь, Агвадашинс, за сына главы племени чумаши, Дибишкояша. Но после свадебного пира, когда молодые удалились в свой вигвам, тонгва напали на чумаши и всех перебили. Агвадашинс заколола Дибишкояша прямо на брачном ложе. С тех пор эта земля проклята.
   - Значит, мёртвые духи заставляют всех, кто поселился здесь, творить зло? - с плохо скрываемой насмешкой спросил Паркер.
   - Белый человек - глупый человек, - вздохнула старуха. - Он не умеет слушать ни мир вокруг, ни себя самого. Нельзя заставить творить зло того, в ком нет зла. Но тем, кому нравится зло, это место нашёптывает новые помыслы, оно притягивает их, собирает вместе, питается творимым ими, а потом натравливает друг на друга, чтобы они сами себя уничтожили. И ждёт новых гостей. Теперь вот вас, - она кивнула на остолбеневшего юношу.
   - Мой отец никогда не творил зла, - тихо сказала Кристи. Отблески разгоревшегося костра плясали в её широко распахнутых глазах. - Он любил борьбу, опасность, риск, но никогда не унижал, не добивал. Он был хорошим человеком.
   - Если это так, он может вырваться из Дома, - равнодушно произнесла старуха. - Если нет - Дом не выпустит свою законную добычу.
   - Кристи, это безумие, - взорвался Сирил. - Ахинея какая-то. Тонгва, чумаши, вожди племён, проклятые места... Вы можете сказать, - развернулся он к старухе, - жив или мёртв Стивен Прайс?
   - Мёртв, - уверенно сказала ведьма.
   - Кристи, ты слышала? Прошу тебя, поедем домой! Она сумасшедшая, ты что, не видишь? Кого Дом выпустит, покойника? Крис, прошёл год! ГОД!!!
   - И жив, - не обращая внимания на юношу, добавила старуха. - Он умер для этого мира, но жив в том, куда попал.
   Сирил схватился за голову и застонал.
   - Он может вернуться в наш мир живым? - не отрывая взгляда от огня, спросила Кристина.
   - Всё может быть. Или не быть. Единственная возможность узнать - попробовать.
   - Я попробую, - кивнула девушка.
   - Завтра, - кивнула старуха. - А сейчас ложись спать. Тебе будет нужно много сил. Очень много.
   Кристина послушно поднялась и вошла в шатёр.
   -Ну нет, - рявкнул Сирил. - Я не собираюсь всю ночь задыхаться от вони. Дай ключи, я переночую в машине.
   Девушка бросила ему брелок с ключами. Паркер поймал их на лету, обдирая бока протиснулся обратно в щель, чертыхаясь, дошёл до машины, на которую и в самом деле никто не покусился, и улёгся на заднем сидении.
   Оставшись одна, старуха извлекла из складок намотанного на ней тряпья щепотку трав и бросила их в костёр. Пламя затрещало, повалил удушливый чёрный дым, но тут же исчез. В вытянувшихся языках костра возникло лицо усатого мужчины в очках. Взгляд его был тяжёлым и неприятным. Недобро сощурившись, он взглянул в глаза старой индианке. Та, не обращая на него ни малейшего внимания, продолжала мерно раскачиваться и тянуть долгую заунывную песню. Потом выбросила в огонь очередную порцию слюны. Языки огня затрещали и рассыпались искрами. Лицо мужчины исчезло.
  
   Очередной приступ боли яркой вспышкой расколол окутывавшую его тьму и вырвал из спасительного забытья.
   Мужчина с трудом разлепил распухшие веки и увидел склонившуюся над ним фигуру в белом халате. Звякнули инструменты, и острое лезвие скальпеля рассекло кожу и мышцы грудной клетки.
   - Ричард... Ради Бога... Что ты делаешь?.. - прохрипел несчастный.
   - Томас? - его мучитель откровенно обрадовался. - Ну наконец-то. Признаться, я устал от этого... Стивена Хьюстона. Я давно ждал тебя, Томас, мой старый друг.
   Говоря это, он взял расширитель и раздвинул края разреза. Томас застонал.
   - Ричард, прошу тебя... прекрати это...
   - Прекратить?! - Кювета с набором инструментов с оглушительным звоном грохнулась на пол, её содержимое раскатилось по углам. - Прекратить? И ты говоришь мне это после того, как бросил меня здесь, а сам выбрался на волю и ещё четверть века наслаждался жизнью? Ну, нет! Ты ответишь мне за каждый день ожидания.
   - Десять лет я просидел в тюрьме, - тяжело дыша, возразил Томас. - Мне пришлось отвечать одному за всё, что мы тут творили вместе. Жена и сын отказались от меня, я никогда не видел Стивена. Он ничего не знал обо мне.
   - У тебя был выбор, Томас, - мягко, почти ласково шепнул Вэннакат. - Остаться здесь и разделить мою судьбу или поджать хвост и трусливо сбежать, спасая свою пропаленную шкуру. Ты выбрал бегство, и вытащил отсюда ещё четверых. Бейкер, Дженсен, Марр, да ещё и эта стерва Стокард! Ты не оставил их мне, ты вывел их за собой. Зачем, Томас, ты же никогда не отличался милосердием и человеколюбием? Объясни мне, и, может быть, я перестану тебя резать.
   - Я устал, Ричард. Устал от всего, что мы делали. Я больше не мог. Когда начался пожар, я подумал, что это не случайно... что мы переполнили чашу терпения Божьего... Я не собирался бежать, но когда увидел окровавленного Дженсена, еле вырвавшегося из огня Бейкера, насмерть перепуганного Джаспера Марра... я не мог их бросить. Я знал, как можно выйти, у меня был универсальный ключ... я провёл их по не охваченным пожаром коридорам... по пути к нам присоединилась Рут...Стокард... я думал пробиться к тебе, Ричард, но ты заблокировал все подходы...
   - Да! - заорал Вэннакат. - Потому что я не боялся смерти и никогда, слышишь, никогда не жалел о том, что мы делали. Я и сейчас жалею лишь об одном - что рядом со мной оказались такие трусы и бездари, как вы, иначе - кто знает, может, я и сегодня возглавлял бы свою больницу. Но ты ответишь мне... Вы все ответите за своё предательство!
   В припадке ярости он схватил скальпель, одиноко лежавший на краю стола, и полоснул пленника по щеке. Томас дёрнулся и застонал, но Вэннаката вид крови странным образом успокоил.
   - Я так долго добирался до вас, Томас, - продолжал он совершенно нормальным голосом. - И знаешь, кто мне помог? Не поверишь - Стокард! Не сама, конечно, её внучка. Ты будешь смеяться, но она стала женой этого твоего... Стивена Хьюстона. Она-то и привела его сюда, а я, отчасти с его помощью, собрал остальных. Ведь в каждом из нас течёт кровь и живёт частица души всех наших предков. Правда, я упустил Бейкера и Дженсена - у Франклина не оказалось потомства, а наследница Адольфуса не получила приглашения, такая же раззява, как и он. Зато я заполучил тебя, Томас, и, не стану скрывать, безумно этому рад. Да ты, наверное, и сам это чувствуешь.
   За спиной доктора появилась женщина, тоже одетая в белый халат. Она подошла поближе и с равнодушной брезгливостью взглянула на привязанного к столу человека.
   Лицо мужчины дрогнуло, что-то в нём неуловимо изменилось.
   - Эвелин... - пробормотал он. - Принцесса...
   - О, нет! - простонал Вэннакат. - Опять ты. А я только вошёл во вкус задушевной беседы со старым другом. Ну почему ты не успокоишься, Прайс? Самое лучшее для тебя сейчас - сдаться, впасть в безумие, так тебе будет легче переносить происходящее. Признаться, я удивлён, что ты до сих пор держишься. Ты на что-то надеешься? Или тебе нравится затягивать агонию?
   - Да он всегда был извращенцем, - с отвращением процедила женщина, подходя ближе. - Ну что, Стивен, чья взяла? Надеюсь, ты доволен? Ты ведь этого хотел?
   Прайс отвернулся, но Эвелин резким рывком за волосы развернула его лицом к себе.
   - Я ещё не закончила, дорогой.
   - Оставь его, милая. - Вэннакат, бросил скальпель на прежнее место и, вытирая руки, приблизился к ним. Эвелин неохотно повиновалась. - Кстати, Стивен, у меня для тебя припасена приятная новость. Скоро здесь будут гости.
   Он наклонился к Прайсу и прошептал ему на ухо:
   - Одна маленькая девочка очень соскучилась за своим папочкой.
   Стивен дёрнулся как ужаленный. Его глаза широко раскрылись, в них заплескалась ужас.
   - Кристи!
   -Да-да-да, ты угадал. Скоро твоя дорогая девочка займёт соседний столик. С Принцессы довольно, она искупила свою вину уже тем, что привела тебя сюда.
   -Ты не тронешь Кристи, ублюдок! - Прайс бешено забился на столе, пытаясь разорвать ремни, которыми был прикручен к каталке.
   -И кто же мне сможет помешать? Ты? Стивен, ты не смог защитить даже самого себя. Не трать силы, эти ремни очень надёжные, ты не представляешь, сколько человек до тебя пытались их разорвать. Интересно, а Кристи это удастся, как ты думаешь? Хотя, зачем зря гадать, скоро мы сможем проверить на практике.
   Стивен продолжал попытки освободится. Внимательный наблюдатель заметил бы, что его рывки приобрели менее хаотичный характер и теперь были направлены в одну точку - туда, где на алюминиевой трубке, служащей бортиком каталки, были заметны следы грубого сварного шва.
   Вэннакат насмешливо наблюдал за его попытками.
   - Семейство Прайсов не перестаёт меня удивлять, даже эта девочка, хотя она-то...
   Полая трубка треснула, не выдержав напряжения. Конструкция, потерявшая несущую опору, сделала попытку сложиться. Петля, удерживающая правую руку Стивена, лишилась фиксатора и провисла. Прайс выдернул кисть, в очередном безумном рывке кончиками пальцев дотянулся до скальпеля и резанул по ремням, удерживающим вторую руку. Третий, умело направленный рывок, окончательно разрушил устройство. Стивен вскочил на ноги, схватил обломок трубы и, тяжело дыша, застыл напротив Вэннаката.
   - Браво, браво, - недрогнувшим голосом произнёс доктор. - Знаешь, Прайс, а ты начинаешь меня забавлять. Позволю себе повторить свой вопрос - на что ты надеешься? На то, что эта штука, - он кивнул на трубу в руках Стивена, - причинит мне какой-то ущерб? Поверь мне, я её даже не почувствую. Можешь попробовать. Давай.
   Он сделал шаг по направлению к Прайсу. Стивен резко, без размаха, опустил трубу ему на лицо, вложив в удар всю скопившуюся в нём ненависть.
   Острый обломок вспорол кожу на виске доктора, разбил стекло очков, осколки впились в кожу, кровь залила лицо. Вэннакат покачнулся. Прайс перехватил трубу и развернулся к Эвелин. Та вскрикнула, зажимая ладонью рот, и отшатнулась.
   - Увижу рядом с Кристи - убью. Не знаю, как, но убью. Ты меня знаешь, - прохрипел мужчина, отшвырнул обломок трубы, тыльной стороной ладони размазал стекающую из пореза на щеке кровь и, бросился из комнаты.
   Эвелин поспешила к Вэннакату.
   - Ричард, ты весь в крови, дай я посмотрю...
   - Чепуха. - Доктор отнял от лица окровавленную ладонь и с удивлением посмотрел на неё. - Однако, я его недооценил. Ну ничего, пусть побегает. Отсюда не убежит, а мы развлечёмся.
   Вэннакат подошёл к зеркалу, внимательно осмотрел ссадины и порезы на лице, голыми руками выдернул несколько особо крупных осколков стекла, взял из шкафчика марлевый тампон и промокнул кровь.
   - И всё же, хотел бы я знать, как Прайсу это удалось... - процедил он.
  
   Выскочив из операционной, Стивен промчался по коридору, свернул на боковую лестницу и бросился вверх. Он не представлял, куда бежит, но инстинкт самосохранения гнал его как можно дальше от страшного места, а в голове билась одна-единственная мысль: "Кристи!" Его девочке нельзя здесь появляться.
   Взлетев одним махом на четыре пролёта, мужчина остановился, чтобы отдышаться. Это его спасло - он расслышал негромкий шёпот на площадке следующего этажа. Кто бы там ни прятался, взбунтовавшиеся пациенты или кто-то из сотрудников клиники, встреча ни с теми, ни с другими не сулила Прайсу ничего хорошего. Он осторожно толкнул стеклянную дверь, ступил в пустой коридор и, крадучись, пошёл вперёд.
   Всплеск адреналина, придавший ему силы для схватки и побега, проходил. Начинала сказываться потеря крови, кружилась голова, ноги подкашивались, по лицу и груди потекли тёплые струйки. Стивен оглянулся, проверяя, не слишком ли заметный след оставляет за собой, но кровь, и полузасохшая, и совсем свежая, была здесь повсюду - на полу, на стенах, даже на потолке. Прайс сделал ещё несколько шагов вперёд, и почувствовал, что сейчас упадёт. Он стоял у поворота, и, к его ужасу, из-за угла слышался отчётливый звук шагов. Шло несколько человек.
   - Оцепите лестницу и проверьте помещения, он не в том состоянии, чтобы далеко уйти.
   Стивен узнал голос Эвелин. Он попятился назад, прижимаясь к стене и не сводя глаз с поворота. Рука нащупала дверную ручку, мужчина инстинктивно повернул её. Дверь беззвучно открылась. Стивен протиснулся в неё, осторожно, стараясь не производить лишнего шума, повернул задвижку и бессильно сполз на пол.
   Шаги в коридоре приблизились и остановились за дверью. Прайс перестал дышать.
   - Откуда здесь кровь? - Снова Эвелин.
   - После заката поймали двух цыпочек, что хотели здесь спрятаться, - почтительно пояснил кто-то. - Дамочки очень не желали возвращаться в своё гнёздышко, пришлось крылышки подрезать.
   - Она свежая.
   -Из восьмого блока вырвались четверо, - неохотно признался другой голос. - Уволокли с собой Питера и Грэгора. А чтоб не было так тяжело, по дороге отрезали от них лишнее. Куски мы собрали и отправили в подвал, а мыть не стали. Всё равно завтра будет ещё хуже.
   Кто-то подёргал ручку двери.
   - Здесь всё заперто, мисс Стоккард, - почтительно произнёс первый. - С тех пор, как они блокировали блоки С и Д, эти помещения законсервированы.
   - Значит, если Прайс окажется здесь...
   - В лучшем случае, попадёт в руки нашим постам. В худшем, психи проделают с ним то же, что он проделывал с ними.
   - Так, может, не лишать их этого удовольствия? - задумчиво протянула Эвелин.
   - Доктор приказал... - неуверенно возразил тот же голос.
   - Знаю. Это я так... помечтала вслух. Ладно, пошли дальше.
   Шаги удалились. Стивен выдохнул и только сейчас понял, что не дышал всё время, пока длилось совещание в коридоре.
   Восстановив дыхание, мужчина осмотрелся. Судя по всему, комната, в которой он оказался, служила складом медикаментов. Вдоль стен ровными рядами стояли шкафы, за стёклами которых громоздились флаконы, бутылки, упаковки таблеток, наборы шприцов, инструменты. Выглядело всё довольно зловеще. Прайс просидел ещё несколько минут, потом мужчине пришло в голову, что кровь, до сих пор сочащаяся из пореза, может протечь в коридор и выдать его убежище. Цепляясь за стены, он с трудом поднялся и отошёл в глубь комнаты. Каждое движение давалось с трудом, каждый шаг отдавался в голове неприятным гулом. Стивен знал, что означал этот тревожный симптом: он истекал кровью. На стене, там, где он прикасался, оставались кровавые отпечатки.
   "Нужно что-то сделать... Остановить кровь", - подумал Прайс. Двигаясь, как сомнамбула, на грани потери сознания, мужчина подошёл к шкафу с перевязочными материалами. К счастью, тот оказался незаперт. Механическими движениями, плохо соображая, что делает, Стивен продезинфецировал и обработал глубокую рану на груди, смазал кожу вокруг разреза йодом, заправил прочную шёлковую нить в хирургическую иглу и стал ушивать рану. Случайно или намеренно, но анестетиков не было. "Ну да, Вэннакат ими не пользуется", - вспомнил он
   .
   Стивен стискивал зубы, чтобы не застонать, стягивал края раны до соприкосновения, завязывал узел и накладывал следующий стежок. Снова узел. Снова стежок. По лицу тёк пот, он с трудом подавлял дрожь в пальцах, пытаясь наложить шов как можно глубже, проводя нить под дном раны. Наконец пытка закончилась. Мужчина завязал последний узел, откинулся на спину, осторожно, чтобы не повредить свежие швы, прижал к ране плотную марлевую подушечку, зафиксировал её лейкопластырем и замотал бинтом, затянув его как можно туже. Закончив манипуляции, Стивен без сил повалился на пол.
   Сколько он просидел, приходя в себя от боли и кровопотери, Прайс не знал. Он потерял чувство времени в этих помещениях, похожих то ли на засекреченные бункеры, то ли на пыточные застенки. "Кристи", - снова тяжело шевельнулось в голове. Стивен с трудом встал, потрогал повязку - она держалась плотно, оставаясь сухой и чистой. Значит, кровотечение остановилось. Щека, - вспомнил он.
   Задняя стенка шкафчика была зеркальной. Сдвинув флаконы, Прайс, с трудом видя своё отражение в полумраке (он так и не решился зажечь свет, боясь выдать своё и так ненадёжное укрытие), промыл порез. К счастью, тот оказался неглубоким - Вэннакат был слишком разъярён, и большую часть энергии потратил на размах, сам удар пришёлся вскользь, так что Стивен просто залепил рану пластырем. Потом присел на подоконник и задумался, что делать дальше. Перспективы в случае выхода из комнаты ему только что обрисовали: попасть в руки либо Вэннаката, либо его пациентов (хотя это ещё вопрос, кто из них больший псих). Оставаться здесь до бесконечности он тоже не мог. Во-первых, зная дотошно-въедливый характер Эвелин, Стивен не сомневался, что не найдя его, она вернётся и заставит своих людей проверить все комнаты на этаже. Во-вторых, оставаясь здесь, он ничем не поможет Кристи. Чем он сможет помочь дочери, раненый, безоружный, плохо понимающий, что происходит, Прайс не представлял, но сейчас предпочитал об этом не думать. Когда Крис появится здесь, он должен быть рядом с ней.
   "Если нельзя выйти через дверь, - размышлял Стивен, - нужно искать другие пути." Окно было закрыто тяжёлым стальным листом. Да и сможет ли он пройти по наружной стене, где, как помнил Прайс, не было ни лестниц, ни карнизов? И позволит ли Дом, чтобы он оказался снаружи? Нет, этот способ не годился. Тогда... Стивен постарался как можно точнее вспомнить план коммуникаций этого дьявольского здания. Если он правильно представляет, то где-то здесь должен проходить боковой канал воздуховода, ведущий в центральную вентиляционную систему. Центральная система была достаточно широкой, чтобы продвигаться по ней, но вот боковой канал... Стивен ещё раз перебрал в уме все возможные варианты. Нет, другого пути не было.
   Ступая как можно тише, он подошёл к двери, прислушался, затем осторожно открыл её, готовый в любой момент снова захлопнуть, если увидит что-то подозрительное. Но коридор был пуст. В конце его на потолке тускло поблёскивала решётка вентиляционного люка. Прайс напрягся, будто перед прыжком, затем решительно вышел в коридор и, стараясь не производить шума, подошёл к решётке. Держась за трубу отопления, дотянулся до люка и попробовал столкнуть решётку. Она не поддалась. Стивен покрылся холодным потом. "Ну давай, давай же, зараза!", - бормотал он, стараясь поддеть её и приподнять. Наконец, край решётки чуть дрогнул. Стивен нажал сильнее и втолкнул её в канал. Затем подтянулся, ухватился обеими руками за край люка, и забросил себя внутрь. "Удалось, - улыбнулся мужчина. - Чёрт возьми, удалось".
   Пристроив решётку на место, он, обдирая плечи, пополз по узкому ответвлению воздуховода.
  
   Кристина проснулась оттого, что кто-то бесцеремонно тормошил её за плечо. Открыв глаза, девушка слегка вздрогнула при виде наклонившегося над ней безобразного старушечьего лица, но тут же вспомнила, где она и зачем приехала сюда.
   - Уже пора? - спросила она, вслед за старухой выползая из шалаша.
   - Всё должно быть закончено до заката, иначе ты останешься там навсегда.
   "Мы, - подумала Кристи. - Мы с Сирилом. Почему она так демонстративно его не замечает? Хотя Рил сам виноват, нахамил ей вчера вечером, вот она и не хочет о нём упоминать".
   Сирил, сонный и недовольный, уже сидел у тлеющего костра.
   - Как спалось? - осведомился он.
   Крис пожала плечами.
   - Не знаю. Думала, вообще не засну, но будто провалилась куда-то. Помню, как закрыла глаза, а открыла уже утром. Но выспалась прекрасно. А ты, Рил?
   - Отвратительно. Всю ночь проворочался, а стоило задремать, всякая чушь в голову лезла.
   Сирил не стал рассказывать, что ему снилась страстная женщина с жестоким, но таким красивым лицом.
   - Ешьте, - старуха сунула им под нос по миске с отвратительным, мерзко пахнущим варевом.
   - Спасибо, я не голоден, - поспешно отказался Паркер. - В бардачке был пакет чипсов. Крис, надеюсь, ты меня простишь, но я его съел.
   Старуха молча выплеснула содержимое его миски в костёр. Кристи так же молча приняла из рук старой ведьмы непонятную бурду и принялась жевать. Правда, видно было, что думает она совсем о другом и вряд ли понимает, что ест.
   "Это и к лучшему, - подумал Сирил. - Если не присматриваться, можно и проглотить. Но когда рассмотришь, что там плавает, в себя уже не втолкнёшь".
   - Теперь поторопимся, - скомандовала старуха, едва Кристина проглотила последнюю ложку. Оставив костёр догорать, она неожиданно бойко засеменила к выходу.
   Сирил открыл Кристи дверь со стороны водителя и хотел сесть рядом, но индианка опередила его и юркнула на переднее сидение. Парень скрипнул зубами, но молча сел сзади.
   "Ладно, какие-то несколько часов можно перетерпеть," - решил он. Пока Кристина осторожно, задним ходом выруливала со свалки, все трое молчали. Но вот девушка выехала на шоссе и, набрав скорость, покатила на север.
   - Что нужно делать? - спросила она, не отрывая взгляда от дороги.
   - Чтобы войти в мир Вэннаката, найди отражение его души и принеси мне, - загадочно ответила старуха. - Я создам мост и буду поддерживать его до заката. С последним лучом солнца ты должна вернуться, с тем, кого ты ищешь, или без него. Иначе ты останешься там навсегда, - снова напомнила она девушке.
   Кристина кивнула.
   - Что вы имеете в виду? - спросил Сирил. - Какое отражение?
   Что значит "мост" и где именно придётся остаться навсегда, если они не успеют до заката, он благоразумно решил не уточнять.
   Старуха презрительно цыкнула.
   - Белый человек глуп, - очередной раз выдала она набившую оскомину сентенцию. - Я не знаю, в чём отражается его душа. Он не отличает живого от мёртвого, и может вложить её во что угодно.
   - Крис, ты понимаешь, о чём речь? - решив игнорировать ведьму, обратился Паркер к девушке. Та пожала плечами.
   - На месте посмотрим. Если оно там есть, мы его найдём.
   "Мы... Не впутывай меня в это," - хотелось сказать Сирилу, но парень сдержался, понимая, что произнеси он это вслух, и между ними всё будет кончено.
   Старуха затянула свою заунывную песню. Юноша пожалел, что не взял с собой плеер. Кристи прибавила скорости. Тяжёлый внедорожник бесшумно мчал по шоссе, одолевая милю за милей. Потом дорога поднялась на холм, а оттуда резко пошла под уклон. Впереди справа показалась махина огромного здания, выступающего прямо из скалы и возвышающегося над заливом.
   - Вот и добрались, - пробормотал Паркер.
   Кристина и индианка промолчали.
  
  
   Дважды Стивену казалось, что он застрял окончательно, но оба раза, ценой глубоких ссадин и содранной кожи, ему удалось вырваться. Помещения, над которыми он проползал, большей частью были пусты. В нескольких бесновались вырвавшиеся на свободу сумасшедшие. Здесь Прайсу не грозило быть обнаруженным - такая внизу стояла какофония звуков, в которой сливались вой, визг, стоны, мычание, бормотание и что-то ещё, чему он затруднялся подобрать определение. Слушать это было невероятно тяжело, и мужчина постарался поскорее миновать эти комнаты.
   Недалеко от места, где, по расчётам Стива, канал, по которому он полз, должен был соединяться с одной из основных вентиляционных шахт, он увидел под собой тот самый пост охраны, о котором говорила Эвелин. Два человека в обычной одежде играли в шахматы, третий, в белом халате, читал книгу, попутно делая заметки в блокноте.
   Прайс замер, дожидаясь, чтобы кто-то из них начал говорить. Как ни старался он передвигаться бесшумно, неизбежно производимый шорох мог выдать беглеца.
   Но люди в комнате молчали. Стивену казалось, что прошло, по меньшей мере, четверть часа, когда один из игроков победно воскликнул
   - Мат, Тони!
   Второй с досадой смешал немногочисленные фигурки, остававшиеся на доске.
   - Ну не злись, не злись, - улыбался победитель. - Всё-таки я с самим Капабланкой играл!
   - Выиграл? - меланхолично осведомился третий обитатель комнаты.
   - Нет, но зато какой опыт! - продолжал веселиться первый.
   Пока они болтали Стивен потихоньку, сантиметр за сантиметром, одолевал опасный участок.
   - Тише! - внезапно поднял руку Тони. Все замолчали. Прайс тоже замер, стараясь не дышать.
   - Вы ничего не слышали? Будто скребётся кто-то наверху.
   Все трое задрали головы и принялись изучать потолок.
   - Думаешь, психи пролезли в вентиляцию? - спросил выигравший.
   - Куда им, - пренебрежительно ответил доктор. - Мозгов не хватит. Да и узко там, человек не пролезет.
   - А вдруг? - не унимался Тони. - Психи, они хитрые. Грэга с Питом достали. Я не хочу по кусочкам в подвал спускаться.
   - Может, это Прайс? - спросил партнёр Капабланки.
   Остальные дружно засмеялись.
   - Ага, Томас, крадущийся по вентиляции! Ну ты даёшь, Джон, - фыркнул Тони. - Я скорее поверю, что Стоккард ему дала наконец.
   На этот раз захохотали все трое.
   - А что там у него с доктором случилось? - отсмеявшись, спросил Тони. - Прайс же был его правой рукой.
   - Точно не знаю, - пожал плечами мужчина в халате. - Заартачился, что не хочет, мол, больше кромсать пациентов или что-то вроде того.
   - Совесть проснулась? - зло поинтересовался третий. - Не поздновато ли? Он же вроде кайф ловил от того, что делал.
   - Да нет, не ловил, - покачал головой его собеседник. - Он таким образом зло срывал за свою несчастливую жизнь. После очередного облома от Рут на него накатывает. С собой Томас ничего не сделает - слишком любит себя и ценит свою бренную жизнь, на Стокард у него рука не поднимется, пить он не пьёт, да и Вэннакату алкоголики не нужны, только пациенты и остаются. Но сейчас, видимо, не выдержал.
   - Парни слышали, психи за ним персональную охоту собираются устроить, - заметил шахматист.
   - Око за око, и прочее за прочее, - фыркнул врач, его собеседники тоже засмеялись.
   Стивен не стал дожидаться окончания диалога и, пока общий смех заглушал его движения, торопливо пополз дальше. На его счастье, центральный канал был уже близко, и когда сзади стукнула решётка - неугомонный Тони всё-таки решил найти источник подозрительных звуков, - он успел скрыться в шахте.
  
   Сначала Прайсу показалось, что передвигаться здесь будет несравнимо легче: в стену были вбиты скобы, и ему оставалось лишь держаться за них. Но вскоре он понял, что всё не так просто: многие скобы проржавели едва ли не насквозь, другие были расшатаны. Несколько раз его нога срывалась, и он повисал на руках. Кроме того, время от времени его обдавало струями горячего воздуха. Последний выброс был настолько силён, что кожа на лице и руках покраснела. "Прачечная у них там, что ли, - подумал Стивен, беспокойно глядя вниз и прикидывая, сколько ещё осталось спускаться - Или из кухни забросы. Где-то засор. Наверное, это и стало причиной того пожара в 1931 году".
   В этот момент ступенька, на которую Прайс неосмотрительно перенёс вес всего тела, вывернулась из стены и рухнула вниз, увлекая за собой приличный кусок штукатурки. Стивен забарахтался в воздухе, пытаясь найти опору. Скоба, за которую он держался, старая, изъеденная ржавчиной, не выдержала. Её крепления были прочно вмурованы в штукатурку, но поперечная планка отломилась, оставшись зажатой в руках. Так и не выпустив её, мужчина полетел вниз.
   Удар был ощутимым, но гораздо слабее, чем он предполагал. Отбросив ненадёжную железку, Стивен встал на колени и огляделся. Оказывается, он долетел не до подвала, а всего лишь до крыши холла.
   - Ну да, правильно, - пробормотал мужчина, - Притчетт же здесь всё перестроил. Значит, это не центральный, а северный канал
   Хотя его падение наделало много шума, в коридоре, где он очутился, было тихо и спокойно. В обе стороны шёл ряд дверей с табличками. "Кабинеты персонала, - подумал Прайс. - Сумасшедших в этом крыле нет, но и докторам в свете происходящего некогда здесь прохлаждаться."
   Он встал и сделал несколько осторожных шагов. Нужно найти какую-то одежду, умыться, сменить повязку, на которой местами уже проступили кровавые пятна, проверить состояние швов, да и просто передохнуть хотя бы четверть часа, иначе Стивен рисковал свалиться без сознания в очередном коридоре.
   Напряжённо прислушиваясь и ступая как можно тише, Прайс потянул на себя ближайшую дверь. Обычный кабинет врача: стол с наваленными на нём бумагами, шкаф, вешалка, на которой висит белый отутюженный халат, в углу зеркало, под ним умывальник, рядом стеллаж с обычными здесь медпрепаратами и инструментами.
   Стивен подошёл к умывальнику, открыл кран, набрал воды в сомкнутые ладони и жадно выпил. Потом умылся, стараясь не задеть заклеенный пластырем порез. Вода, сбегавшая с его лица, мгновенно становилась розовой. Закончив умываться, Прайс протянул руку за висевшим сбоку полотенцем и вдруг почувствовал, что в комнате он больше не один. За спиной кто-то стоял. Стивен резко обернулся.
   - Я так и думал, что найду тебя здесь, - дружелюбно улыбнулся Вэннакат.
   Стив метнулся в сторону, налетел спиной на стеллаж и затравленно оглянулся. Ловушка! Окно забрано металлическим щитом, между ним и дверью Вэннакат, а в коридоре наверняка толпа его прихвостней.
   Вэннакат с притворным сожалением окинул его взглядом с головы до ног.
   - И стоил этот час свободы таких усилий? Стивен, разве ты не знаешь, что не нужно бегать от снайпера - умрёшь уставшим, только и всего. И умирать теперь придётся гораздо дольше.
   Прайс молчал, лихорадочно перебирая в уме возможные варианты спасения, но ничего не находил.
   - Ах, какие всё-таки идиоты мои подчинённые, - с тем же притворным сожалением продолжал его мучитель. - Упустили тебя. Хорошо, хоть Тони доложил о подозрительном шуме в вентиляционном канале. А дальше сложить два и два было несложно. Мне несложно, - уточнил доктор. - Остальным, увы, недоступна даже такая простейшая математическая операция. Кстати, Стивен - я ведь со Стивеном говорю, правильно? Томас бы уже валялся в ногах, вымаливая прощение. Так вот, Стивен, я догадываюсь, о чём ты сейчас думаешь. Гадаешь, сколько человек я привёл с собой. Думаю приятно тебя удивить: я пришёл один. Для того, чтобы справиться с тобой, мне никто не нужен. То, что произошло в операционной - досадная случайность. Эффект неожиданности, и всё такое. Томас тебе объяснит, если вы с ним найдёте общий язык. Давай, - он шагнул к Прайсу. - Скоро здесь будет твоя малышка. Нужно подготовиться к встрече.
   Упоминание Кристи придало Стивену сил, он накинулся на Вэннаката, пытаясь сбить с ног. Доктор легко отразил его атаку и с неожиданной силой, которую нельзя было в нём предположить, схватил за горло. Прайс попытался запрокинуть голову назад, но пальцы Вэннаката, сдавившие гортань, не позволили это сделать. Стив попробовал оторвать руки доктора от шеи, но с тем же успехом мог бы попытаться отодрать от окна стальной лист.
   Лёгкие начинали требовать воздуха, перед глазами поплыли разноцветные круги, мысли стали путаться. Отпустив запястья своего врага, Прайс сунул руки за спину и лихорадочно зашарил по стеллажной полке. Один, второй, третий, четвёртый флакон... Всё не то! Вот! Кажется, есть. Теперь шприц, благо набор тут же рядом. Действуя вслепую, мужчина одним быстрым движением всадил иголку прямо сквозь резиновую крышку флакона, большим пальцем дёрнул плунжер вверх, набирая жидкость и, уже теряя сознание, с размаха всадил шприц под лопатку Вэннаката.
   Долю секунды ничего не происходило, захват оставался прежним, но вот руки доктора ослабли и соскользнули с горла, а затем сам он рухнул Стивену под ноги. Кашляя и судорожно пытаясь вдохнуть, Стивен сполз на пол рядом с ним.
   Горло болело страшно, лёгкие пылали, но вот наконец удалось протолкнуть в них крошечный глоток воздуха, затем ещё. Задышав более-менее ровно, Прайс вытер выступившие от усилий слёзы и взглянул на Вэннаката. Тот не шевелился, остекленевшие глаза бессмысленно уставились в потолок.
   Стивен перевёл взгляд на стеллаж. Флаконы, ранее аккуратно выстроенные ровными рядами, сейчас валялись в беспорядке. На них были написаны названия, которые он не смог бы даже прочитать сходу. А между тем он помнил, что не схватил первый попавшийся - он выбирал. Он знал, что нужно, хотя на деле не имел понятия, что следует использовать в таких случаях. Дальше мысли Стивена перескочили к зашитому разрезу. Он вспомнил, как его руки, будто жившие своей, отдельной от него жизнью, аккуратно накладывали стежок за стежком, привычно, профессионально завязывали узлы, закрепляли повязки - делали то, чем он не занимался ни разу в жизни. Но что хорошо умел делать тот, другой, чьим именем Стива здесь так часто называли многие.
   Всё ещё глотая воздух ртом, Прайс поднялся и подошёл к зеркалу, пристально вгляделся в отражение. Его лицо, измученное, измождённое, с показавшейся из-под пластыря струйкой крови, с горькой складкой, залегшей между бровей, с усталыми, потухшими глазами. Или не его? На кого он сейчас смотрит, и кто смотрит на него с той стороны?
   Ответа не было.
   "Это шаг к шизофрении. Вэннакат этого и добивается, он сам мне говорил - подумал Стивен. - Не думать сейчас об этом. Всё к чёрту. Всё неважно, кроме Крис."
   Будто в ответ на его мысли, закрывавший окно щит дрогнул и пополз вверх. В глаза Стивену ударил яркий солнечный луч. Мир вокруг стремительно стал терять чёткость, очертания предметов двоились, расплывались, казались неральными, призрачными. Прайс вытянул руку. Достигнув рамы, она будто бы упёрлась в стену. Он угадал - Дом не собирался выпускать его за свои пределы.
   Вцепившись в раму, Стивен с тоской смотрел вперёд, на залитый солнцем, продуваемый ветерком свободный мир, над которым ужас, год назад подчинивший себе его жизнь, подмявший под себя, был невластен. На глаза навернулись слёзы. Он вздохнул и уже хотел отвернуться, но его внимание привлекла шевелящаяся вдали точка. Мужчина присмотрелся. На холм, за которым начинался спуск к дому, взбирался автомобиль. Издали он казался крохотным, но Стив мгновенно узнал очертания "Лексуса", который он так долго выбирал для дочери, в котором лично проверил каждый узел, каждую деталь.
   - Крис... - прошептал он. - Что же ты делаешь, девочка моя... Тебе нельзя сюда, малыш.
   Следовало поторопиться. Но сначала нужно было привести себя в порядок. Полуголый, перемазанный кровью, а теперь, после путешествия по вентиляции, ещё и грязью, Прайс мгновенно привлёк бы к себе внимание персонала. Убедившись, что Вэннакат продолжает пребывать в отключке, мужчина стянул его руки и ноги эластичными бинтами, заткнул рот комком марлевых салфеток. Прайс не надеялся, что это позволит надолго задержать доктора, но всё же так он получал некоторую фору. Он намочил полотенце, обтёр кровь и грязь там, где мог дотянуться, не тревожа раны, надел халат, вытащил из-под вешалки пару старомодных ботинок и натянул на ноги. Ботинки были немного маловаты, но босиком Стивен рисковал сразу вызвать подозрения. Приладил на волосы докторскую шапочку. Покрутил в руках хирургическую маску, но решил, что это уже слишком. Сменил пластырь на щеке на более свежий. Возиться с раной на груди не было времени, оставалось лишь надеяться, что швы не разойдутся.
   Машинально сунув руку в карман халата, Пайс обнаружил там восьмигранный стержень с бороздками и прорезями разной формы. "Универсальный ключ! - обрадовался мужчина. - Очень кстати." Подойдя к двери, он обернулся и бросил последний взгляд на Вэннаката. Тот не шевелился, но взгляд его выглядел более осмысленным. Встретившись глазами с Прайсом, доктор угрожающе сощурился.
   -Никого с собой не взял, говоришь? - в его же манере переспросил Стив. - Самонадеянность - это плохо, Вэннакат. Даже умея сложить два и два, иногда можно просчитаться.
   Затем мужчина вышел и запер дверь на ключ. Свет утреннего солнца заливал коридор, отражаясь от стеклянной таблички на двери. Солнечный зайчик ударил Стивену в лицо, он машинально прикрыл глаза ладонью и разглядел надпись на табличке - "Томас С. Прайс". Почему-то это его нисколько не удивило. Восстановив в памяти план этой части дома, Стивен направился в холл, встречать Кристину.
  
   - Дальше проезда нет, придётся идти пешком, - объявила Кристи, выходя из машины. Старуха выскользнула следом, Сирил вышел последним и жадно вдохнул свежий воздух. Хотя в машине работал кондиционер, специфический запах старухи всю дорогу вызывал у него тошноту.
   Кристина вытащила из багажника спортивную сумку, потом достала из бардачка изящный маленький пистолет.
   - Крис, откуда он у тебя? - поразился Сирил.
   - Шёл в комплекте с машиной, - коротко ответила девушка.
   Паркера покоробило, что подруга ни разу за два года не упомянула при нём, что у неё есть оружие, но парень ограничился лишь замечанием:
   - Смотри, чтоб неприятностей с ним не нажить. Ствол хоть чистый?
   - Нет, отец с ним банки грабил, - оскорбилась Крис. - Не бойся, документы в порядке. Папа всегда предусматривал всё до мелочей.
   Это Сирил уже понял, равно как и то, что в глазах Кристи ему никогда не выдержать сравнения с великим Стивеном Прайсом.
   - Оставь это, - проскрипела старуха, кивая на пистолет. - Там он тебе не понадобится.
   Кристина заколебалась.
   - Белый человек глуп, - поддразнил старуху Сирил. - Он привык заботиться о своей безопасности. Иногда это позволяет ему остаться в живых.
   - Белый человек слишком полагается на железо, и потому не может рассчитывать на свой дух, - парировала та.
   - Крис, время, - поторопил Паркер, не вступая в дальнейшую перепалку.
   Девушка молча бросила пистолет на прежнее место, заперла машину и направилась в сторону дома.
   - Почему ты подчиняешься каждому её слову? - не вытерпел Сирил. - Если она тебе скажет, что надо прыгнуть с крыши дома, чтобы встретиться со Стивеном, ты что, прыгнешь? (Наверняка это единственный способ, который может сработать, - подумал при этом парень).
   Кристина остановилась и серьёзно посмотрела на юношу.
   - Рил, она единственная, кто может мне помочь. Я буду делать всё, что она говорит.
   - Что ж, будем надеяться, что она не злоупотребит твоим доверием, - пробормотал Паркер, забирая у девушки сумку.
   Дверь была незаперта. Ребята поднялись на крыльцо и вошли в холл. Старуха осталась во дворе и кряхтя уселась напротив входа. Кристин удивлённо обернулась.
   - Я не войду в проклятый Дом, - безапелляционным тоном заявила индианка. - Принесёшь сюда то, что найдёшь. Если найдёшь.
   - Найду, - шепнула девушка, обращаясь скорее к самой себе.
   Они стояли на пороге, удивлённо осматриваясь. Высоченное помещение, усыпанное осколками стекла, производило гнетущее впечатление. Сирил поднял голову и присвистнул, рассматривая остатки витража.
   - Жутковато выглядит, - проговорил юноша, и его голос гулко отдался эхом в огромном зале. - А уж когда это всё посыпалось - могу себе представить. Чудо, что никого не убило.
   Кристина подобрала один из осколков, провела пальцем по кромке и рассмеялась.
   - Это "конфетное стекло", оно абсолютно безопасно. Но выглядеть должно было эффектно.
   -Эффектно?! - возмутился Сирил. - Крис, представь - ты приходишь на вечеринку, и тут на тебя обрушивается стеклянный потолок. Ты не знаешь, что это всего лишь - как ты сказала, конфетное? стекло, тебе кажется, что всё по-настоящему, что ты сейчас умрёшь, за эти секунды ты успеваешь с жизнью попрощаться, а в итоге оказывается, что это просто чья-то шутка?! Прости, но я бы...
   Парень замолчал, не желая раздувать ссору. Впрочем, Кристи не обиделась. Она лишь слегка пожала плечами.
   - Да брось, Рил. На американских горках ты же не думаешь всерьёз, что разобьёшься?
   - Крис, это не американские горки. Это приглашение на вечеринку...
   - К Стивену Прайсу, - закончила за него девушка. - И это говорит само за себя. Прайс - король империи ужасов, и значит, вечеринка будет насыщена сюрпризами в подобном духе. Никто ведь не заставляет идти, но за участие в игре обещан приз, и немалый - вот и идут. Со всех ног бегут. Трясутся - не поймёшь, от страха или от жадности, а всё равно не уходят от чужих денег.
   Сирил покачал головой.
   - Нельзя так с людьми, Крис. Да, они не ангелы, и когда кто-то расшвыривается миллионами, почему бы эти миллионы не подобрать? Но зачем же так унижать, зачем запугивать до инфаркта?
   - А затем, что нужно научиться уважать себя и определиться с ценой, которую готов заплатить за чужие деньги. Отец их заработал сам, все, до последнего цента, исключительно головой и руками. Когда он первый парк проектировал, то работал сутки напролёт, засыпал за столом, а потом просыпался и возвращался к расчётам, с того места, на котором заснул. Папа никогда никому не отказывал в помощи, но любителей дармовых денег, готовых на любое унижение ради лишнего цента, терпеть не мог, - отрубила Кристи.
   - Ладно, закончим этот разговор, - предложил Паркер. - Разное у нас с тобой понимание смешного.
   Девушка кивнула, достала из сумки ноут и вывела на экран схему дома.
   - Смотри, вот планы, которые я нашла в бумагах отца. Это современный дом. А это - она щёлкнула мышкой, и картинка на мониторе поменялась, - архивные планы строительства.
   Кристина совместила оба рисунка и стала внимательно изучать получившийся макет. Сирил не видел в этом никакого смысла, да и не особенно хорошо разбирался в чертежах.
   - Крис, я сделаю пару кадров интерьера? - небрежно спросил он.
   - Зачем? - не отрываясь от монитора, поинтересовалась девушка.
   - Ну... просто... Тут же место такое... Всё равно я в этих планах ничего не понимаю.
   - Ладно, только не уходи далеко. В таких местах лучше держаться вместе.
   - Конечно.
   Паркер достал фотоаппарат и навёл на остатки витража. Потом щёлкнул усыпанный осколками пол, обломки мебели. Он солгал Кристине. На самом деле, Сирил никогда не испытывал пристрастия к подобным местам, но когда Крис предложила эту поездку, юноша сообразил, что мог бы потом продать фотографии какому-нибудь журналу и заработать приличную сумму. Разница в финансовом положении страшно угнетала Паркера. Конечно, эти фото ничего кардинально не изменят, но он хотя бы сможет пригласить Кристи в ресторан, соответствующий её уровню.
   Не опуская фотоаппарата, Сирил медленно поворачивался, высматривая интересный ракурс, и вдруг увидел через объектив стоявшего у стены напротив человека в белом халате. От неожиданности парень едва не выронил камеру, он перепугался настолько, что не смог издать ни звука. Резко опустив фотоаппарат, он взглянул на то место, где видел человека, но сейчас там никого не было. Тогда юноша снова поднёс камеру к глазам и посмотрел через объектив. Человек был на месте. Он сделал два шага в их сторону и беззвучно открывал рот, пытаясь что-то втолковать. Потом показал на Кристину, на Сирила и махнул рукой в сторону выхода. "Уходите", - догадался Паркер. Сообразив, что мужчина вряд ли сможет причинить им вред, юноша успокоился и, присмотревшись внимательнее, узнал этого человека. Перед ним стоял Стивен Прайс.
  
   Стивен сбежал с лестницы, пересёк холл и бросился к наружной двери, но на пороге был вынужден остановиться. Он будто натолкнулся на невидимое препятствие. По лицу скользил лёгкий ветерок, несущий запахи океана и нагретой солнцем травы, кожа ощущала тепло солнечных лучей, но что-то незримое, не доступное ни взгляду, ни осязанию, не позволяло сделать следующий шаг и выйти из дома. "Этого следовало ожидать", - горько подумал мужчина. Дом не желал расставаться с пойманной добычей, напротив, он готовился затащить в свои сети новых жертв.
   Кристина, молодой парень со спортивной сумкой через плечо и неопрятного вида старуха пересекли лужайку, остановившись перед крыльцом.
   -Кристи! Малышка! - окликнул Пайс девушку. Он стоял в дверном проёме, они не могли его не видеть, но ни Кристина, ни её спутник не замечали Стивена. Старуха заявила, что не войдёт в дом, а ребята поднялись по ступенькам. В последнюю минуту Стив отступил в сторону, и тут же почувствовал, что мог бы этого не делать - он был не только невидим, но и неосязаем для них.
   "Я призрак, - с горечью подумал Прайс. - Я ничего не могу сделать, она меня не видит".
   - Кристи, уходи отсюда! - всё-таки попробовал крикнуть он. - Уходи, малыш! Ты ничем мне не поможешь. Мне нельзя помочь. - Последние слова он произнёс негромко. Кричать было бессмысленно - Кристина не только не видела, но и не слышала его.
   Ребята настороженно осматривали остатки витража, потом Кристи подняла один из осколков и сразу поняла суть маленькой шутки Стивена. А вот реакция парня удивила Прайса. Юноша горячо заспорил, доказывая, что это неумно, непорядочно и едва ли не преступно. "Зануда, - подумал основатель "Ужасов Прайса". - Крис, конечно, не мне учить тебя выбирать спутника жизни, я, к сожалению, проявил полную несостоятельность в этом вопросе, но ты же с ним от скуки завоешь уже через неделю, с таким правильным". Кристи лишь пожала плечами. Они со Стивеном отлично понимали друг друга, ей нравились его пусть не всегда добрые розыгрыши.
   - Как же мне заставить тебя уйти, моя девочка? - возвращаясь к действительности, пробормотал Прайс. - То, что здесь творится, - это не шутки, малыш. А те, кто всё это творит, - не люди. Как же ты додумалась прийти сюда, Крис?..
   Кристина, не подозревая, что отец находится в двух шагах от неё, рассматривала трёхмерную модель лечебницы. Стив подошёл поближе и, став за её спиной, внимательно всмотрелся в экран, стараясь запомнить все отличия конструкции 1931 и 1998 года. На старуху он не обращал внимания, мгновенно забыв о ней. Возможно, зря, потому что если бы он присмотрелся к индианке, то мог бы заметить, что взгляд ведьмы, будто приклеенный, следовал за каждым его шагом. Создавалось впечатление, что старуха его видит. Впрочем, Стивен наверняка посчитал бы это впечатление ошибочным - мужчина был уверен, что его невозможно увидеть никому из мира живых. Мира, к которому он больше не принадлежал.
   Пока Кристина разбиралась с планом дома, парень, с которым она приехала, бродил по холлу. Его лицо недвусмысленно выражало недовольство затеей Крис. Больше всего на свете Прайсу хотелось сейчас, чтобы этот тип, Сирил, как назвала его Кристи, убедил его девочку, что она зря сюда приехала, и лучшее, что может сделать - вернуться домой. Но Стивен прекрасно сознавал утопичность своих мечтаний. Кристи была не из тех, кого можно заставить свернуть, особенно когда сделано уже так много. А что малышка проделала гору работы, свидетельствовали хотя бы чертежи в памяти ноутбука.
   Мужчине показалось, что со стороны лестницы послышался шорох. Хотя до заката обитатели второй реальности дома навряд ли могли угрожать гостям, Прайс отошёл проверить, а когда обернулся, так и не обнаружив ничего подозрительного, увидел направленный на него объектив. Сирил фотографировал дом. Вдруг парень вздрогнул, как ужаленный, и чуть не выронил камеру. Опустив её, он в ужасе уставился на что-то прямо за спиной Прайса. Мужчина резко обернулся, но сзади была только стена холла. Стивен перевёл взгляд на парня, пытаясь понять, что же его так напугало. Тот опять смотрел через объектив. Смотрел прямо на него. "Он меня видит! - озарило Прайса. - Видит через оптику!"
   - Уходите отсюда! - крикнул он Сирилу. Парень не реагировал.
   "Он не слышит, - подумал Стив. - Видит, но не слышит".
   Тогда мужчина махнул в сторону выхода, стараясь сделать свои движения как можно более понятными; показал на парня, потом на Кристи и снова на выход.
   - Уходите! - повторял он. - Уходите!!!
   Юноша медленно опустил фотоаппарат, закрыл крышку объектива, спрятал камеру в карман и отвернулся. Стивен бессильно опустил руки.
   - Трус, - зло произнёс мужчина, но его никто не услышал.
  
   Кристин захлопнула крышку ноута и окликнула приятеля:
   - Сирил, ну что, долго ты ещё?
   - Да я уже всё, - Паркер ещё раз глянул на то место, где только что видел Прайса, и подошёл к Кристине.
   - Нам надо найти то, в чём отразилась душа Вэннаката. Есть идеи?
   Сирил пожал плечами.
  
   "Я бы поставил вопрос иначе: была ли вообще у Вэннаката душа?" - подумал Прайс.
  
   - В чём вообще отражается человеческая душа? - размышляла Крис.
   - В детях? - неуверенно предположил Паркер.
   - В общем, да, но не думаю, что мы найдём в доме наследника Вэннаката.
  
   - Присмотрись к своему приятелю, девочка, у него подходящие задатки, вдруг он именно тот, кого ты ищешь, - ядовито бросил Стивен.
  
   - Я бы сказала, что душа человека отражается в деле всей его жизни, - высказала догадку Крис.
   - Похоже, - кивнул Паркер. - Но тогда дело его жизни - этот дом.
   - А его не принесёшь, - подхватила девушка, - он и так тут стоит, и мы сейчас в нём. Значит, нужно что-то другое.
   Ребята замолчали. Кристи, сосредоточенно нахмурившись, покусывала нижнюю губу, как делала всегда, если не могла решить задачу. Сирил исподтишка осматривался, то и дело поглядывая в ту сторону, где встретился глазами с Прайсом.
   - Крис, а может, это фотография? - встрепенулся юноша. - Помнишь, все примитивные народы боялись фотографов, считали, что через снимок те похитят их души. Эдди и Сара говорили, что в кабинете Вэннаката сохранилась общая фотография персонала. Может, старуха её имела в виду?
   - Я бы не стала называть Наваджибигоквэ примитивной... - возразила девушка.
   - Кого? - не понял Сирил.
   - Её зовут Наваджибигоквэ, Женщина Срединной Скалы, - пояснила Кристи. - Она последняя, кто остался из народа тонгва. Здесь недалеко была резервация, в 30-х годах все индейцы умерли, она единственная, кто выжил
   - Умерли? - поразился Паркер. - А что случилось?
   - Тут была сильная эпидемия холеры. Всех заболевших свозили в лечебницу Вэннаката.
   - Зачем?!
   - Не знаю. Может, на карантин. Но факт в том, что ни один из них не вышел отсюда.
   Сирил поражённо уставился на девушку.
   - Крис, ты понимаешь, что это значит?! Наверняка хоть одним из них занимался Томас Прайс. Она заманила тебя сюда, чтобы отомстить. Кристи, мы должны убираться отсюда, немедленно!
   - Она не собирается мстить, - упрямо ответила Кристи. - И я никуда отсюда не уйду.
   - Крис, но ты же понимаешь, если все её близкие погибли здесь, в этом доме, непонятно от чего, ей нет резона вытаскивать отсюда Стивена Прайса, прямого потомка одного из убийц.
  
   При этих словах Стивен дёрнулся как от пощёчины, но тут же обмяк. Жгучая ненависть пациентов клиники и то, что он услышал о Томасе Прайсе от персонала, подтверждало слова Сирила.
   - Господи, нет! - простонал Стивен. - Кристи, девочка, ты же здесь совершенно не при чём! Ты не должна здесь быть...
  
   - Она и не собиралась, - пожала плечами Кристина. - Это сделаю я. Если додумаюсь, во что же Вэннакат впихнул свою душу.
   Сирил неодобрительно замолчал, потом спросил:
   - Крис, но если до заката ничего не получится, мы уйдёт отсюда?
   Девушка молчала. Потом, не поднимая головы, печально кивнула.
   - Да, если ничего не найдём, придётся уходить.
  
   "Слава Богу!" - возликовал Прайс. У него появилась надежда, что всё обойдётся. А ему теперь будет чуточку легче, ведь он увидел свою девочку, и знает, что Крис его не забыла.
   В холле воцарилось молчание. Кристи сидела на краешке стола и машинально барабанила пальцами по столешнице. Сирил облокотился о стену и нетерпеливо поглядывал на солнце, поднявшееся уже достаточно высоко. Невидимый для них Стивен присел рядом с дочерью и провёл ладонью по её щеке. Ладонь словно провалилась сквозь Кристи, не встречая сопротивления. Прайс печально вздохнул и, не предпринимая больше попыток контакта, просто смотрел на девушку.
   - Ладно,- поднялась на ноги Кристина, - пошли в кабинет Вэннаката. Посмотрим фотографии, да и вообще, если что-то подобное существует, оно должно быть там.
   По лицу парня было видно, что он совсем не жаждет углубляться в запутанные переходы дома, но возражать Кристи не имело смысла. Сирил шагнул к центральной лестнице, но девушка остановила его:
   - Пойдём боковым проходом, так будет быстрее.
  
   Они повернули налево. Стивен двинулся за ними, но снова будто бы натолкнулся на невидимую стену. "Что за чёрт, - пробормотал мужчина, - я же проходил здесь десяток раз, не меньше. В ту ночь". Он озадаченно посмотрел в спины удаляющейся парочке и сообразил, что этот проход был сделан в середине 80-х, когда отец Уотсона Притчетта перестраивал дом. Не тратя времени на бесполезные попытки следовать за ребятами по переходу, которого ещё не существовало в той реальности, где он находился сейчас, Стивен вернулся на центральную лестницу и торопливо зашагал вверх. Чтобы добраться до кабинета Вэннаката этим путём, нужно было сделать приличный крюк.
   "Не нарваться бы ни на кого", - подумал Прайс, и будто сглазил: сверху ему навстречу зацокали женские каблучки.
   Стивен натянул пониже докторскую шапочку, опустил голову и решительно шагнул навстречу.
   - Вэннаката не видели? - резкий, требовательный, голос, знакомый до боли в самом прямом смысле, заставил его улыбнуться.
   - Он прилёг отдохнуть, - пояснил Стив, поднимая голову и глядя в глаза Эвелин. Та, увидев мужа, отшатнулась, запнулась о ступеньку и едва не упала. Стивен успел подхватить её под руку.
   - Куда ты так торопишься, Принцесса? К доктору? Он сейчас навряд ли в состоянии тебя принять, так что, может, уделишь мне несколько минут своего драгоценного времени? По старой памяти? - подмигнул мужчина.
   Эвелин уже успела оправиться от неожиданности.
   - О, Боже! - она деланно закатила глаза. - Неужели и здесь я буду вынуждена выслушивать твои излияния?
   - А ведь когда-то ты мне в рот заглядывала. Не помнишь? - сощурился Прайс, потом миролюбиво попросил, - Сигарету дай, а?
   - Дамские, - продемонстрировала Эвелин смятую пачку. - Ты такие не куришь.
   - Да чёрт с ним, любые пойдут, - махнул рукой Стив.
   Эвелин закурила сама, протянула пачку мужу и щёлкнула зажигалкой. Прайс взял сигарету и ловко выхватил зажигалку из пальцев женщины.
   - Нет, милая, затылок я тебе не подставлю.
   Та засмеялась.
   - Поздновато ты начал осторожничать, Стивен.
   - Нормально. Я пока жив, а значит, ещё не поздно.
   - Вот именно, что пока жив, дорогой. Так всё-таки, что ты сделал с Вэннакатом?
   - Доктор показался мне слишком возбуждённым. Он явно нуждался в успокоительном. Пришлось вколоть ему что-то, что, наверное, принято в таких случаях. Он сразу успокоился и, надеюсь, сейчас мирно отдыхает. Может, не в особо комфортной позе, пришлось его зафиксировать, а у меня в этом маловато опыта. Но думаю, Вэннакат меня поймёт -- ведь сумасшедших принято связывать, не правда ли, дорогая?
   - Если кто-то здесь и сумасшедший, то именно ты, - не осталась в долгу Эвелин. - Ты вообще представляешь, что он с тобой сделает?
   - Не думаю, что он сумеет меня чем-то удивить, - усмехнулся Прайс. Мужчина хотел вложить в свои слова побольше сарказма, однако они прозвучали довольно грустно.- Но тебя-то, милая, это не должно волновать, - глубоко затянувшись, Стивен приобнял Эвелин за плечи. - Разве это не будет исполнением твоей заветной мечты? Тебе же так хотелось, чтобы я попал в руки кого-то из здешних психов. Чем Вэннакат не кандидат?
   - Ага, ты всё-таки был там, - засмеялась Стокард. - Забился в крысиную нору и подслушивал, то есть занимался тем же, что и всегда.
   Прайс пожал плечами. На подобные шпильки супруги он давно не реагировал, чем доводил Эвелин до бешенства.
   - Дай ещё сигарету, - попросил мужчина.
   - Обойдёшься. Хорошего понемногу.
   - А ты неплохо здесь освоилась, - не особо огорчившись её отказу - сигареты действительно были дрянными, - заметил Стивен. - Доктора уже охмурила или он ещё сопротивляется твоим чарам?
   - Вот сам у него и спросишь, когда тебя поймают и приволокут к нему. Если успеешь, конечно. Наверняка он тебе после твоей выходки язык отрежет, а может и ещё кое-что. Хотя последнее тебя волновать не должно, ты им всё равно не пользуешься, абсолютно бесполезный орган.
   - Эвелин, откуда в тебе столько злости? - поинтересовался Прайс. - Наследственность? Недаром тебя сюда потянуло, едва ты только услышала об этом месте. Ничего не поделаешь, кровь есть кровь, не так ли?
   Женщина глубоко затянулась напоследок и, смяв окурок, одним щелчком отправила его в угол.
   - Боюсь, что моей наследственности до твоей далеко. Ты обратил внимание, как здесь реагируют на твоё имя? Любому пациенту шепни на ушко "Прайс" - он забьётся в конвульсиях, постарается сделаться как можно меньше и зарыться как можно глубже. Кстати, Стивен, а ты не задумывался, откуда в тебе эта маниакальная страсть всех пугать до заикания? Все эти обезглавленные младенцы, расчленённые трупы и прочие изюминки твоих аттракционов - это же не совсем нормально, согласись. Так может, это заговорила твоя наследственность -- таким вот странным голосом? Ведь, по сути, то что делал Томас, и то, что делаешь ты, одинаково: вы запугиваете человека и тем самым добиваетесь власти над ним, только он болью, а ты страхом.
   - Что ты несёшь?! - опешил Прайс. - Нашла, что сравнивать.
   - Ах, ну конечно, с твоей стороны это было не более, чем шутки, милые и забавные. И всё-таки, подумай над моими словами, Стивен. Хорошо подумай, если, конечно, не боишься правды, до которой можешь додуматься. - Переменив тон, она резко спросила: - Так где Вэннакат, он мне нужен. Срочно.
   - Хочешь, чтобы я тебя проводил к нему? Боюсь, буду вынужден отказаться... Зато тебе выпадает замечательная возможность прогуляться в одиночестве по этому милому домику, в который ты так стремилась.
   Эвелин не успела ответить - сверху с ужасающим воплем на них рухнул человек с ножом в руках. При падении нож рассёк ему плечо, но тот даже не заметил брызнувшей из раны крови. Прайс едва успел оттолкнуть Эвелин и отскочить сам. Женщина бросилась вверх, но сумасшедший, не выпуская ножа, ухватил её за лодыжку свободной рукой и дёрнул на себя. Эвелин рухнула и отчаянно забилась, пытаясь вырваться. Не отдавая себя отчёта, Стивен прыгнул нападавшему на спину. От неожиданности тот выпустил женщину. Эвелин, не оборачиваясь, вскочила и понеслась наверх. С утробным рычанием сумасшедший немыслимо выгнулся, сбросил с себя Прайса и замахнулся ножом. Стивен отшатнулся. Лезвие проскрежетало над головой, выбивая искры из каменной плиты. Безумные глаза оказались совсем рядом, из глотки вырвался даже не крик, а исполненный ненависти утробный вой "ПРАЙС!!!" Стив скатился на несколько ступеней, перемахнул через перила, спрыгнул на следующий пролёт и бросился вниз. Психопат нёсся за ним, не переставая вопить.
  
   Эвелин мчалась по лестнице, и ей казалось, что безумец вот-вот её настигнет. Бросив взгляд через плечо, чтобы убедиться в отсутствии погони, она не увидела препятствия впереди.
   - Так-так-так, и куда это ты так торопишься? - холодно поинтересовался Вэннакат, потирая ушибленное бедро.
   - Ричард, слава Богу! - выдохнула Стоккард.
   - Я не стал бы упоминать здесь Бога, - усмехнулся доктор.
   - Ричард, Прайс...
   - Я слышал ваш разговор, - оборвал её Вэннакат.
   Эвелин всмотрелась в него внимательнее. К ссадинам на виске и царапинам от разбитых очков добавился синяк под глазом и микротрещины в углах губ - Прайс не деликатничал, запихивая кляп. Заметив, что его бесцеремонно разглядывают, доктор нахмурился. Женщина мгновенно опустила глаза.
   - Ты меня разочаровываешь, милая, - так же холодно продолжал Ричард. - "Отрежет язык, ещё кое-что..." - передразнил он Эвелин. - От тебя, как от наследницы Рут, я ждал большего размаха. Это уровень моих пациентов, а не мой...
   Он заложил руки за спину и сделал несколько шагов по периметру площадки.
   - Для Стивена у меня припасено кое-что поинтереснее. Его драгоценная малышка уже здесь...
   - Здесь? - с нажимом переспросила Стоккард.
   - Пока только в здании. Но она на правильном пути. У девочки хорошее системное мышление, скоро она будет с нами. И вот тогда... - Вэннакат улыбнулся, и Эвелин пробрала дрожь, - ею займётся наш дорогой Томас. Уверен, что он мне не откажет в такой мелочи. Представляешь состояние Стивена, когда его собственные руки будут кромсать это милое дитя, а он ничего - ничего! - не сможет сделать.
   - Стивен сильнее Томаса, - осторожно заметила Стоккард.
   - Как сказать. Если Томас почувствует реальную угрозу своей драгоценной шкуре, он вынырнет и забарахтается так, что утопит Стивена. Сегодня он проявлял себя трижды. Неплохо для одного дня? - Доктор вопросительно взглянул на собеседницу. Та согласно кивнула. - Закономерность я уловил. Нужно, чтобы Стивен был в полубессознательном состоянии, а его - их - физическому телу угрожала опасность. Правда, Томас мне нужен в работоспособном состоянии, но думаю, что смогу обойтись первым условием. Следует сделать нашего коллегу сильнее, и для этого - Вэннакат многозначительно подмигнул Эвелин, - мне понадобишься ты. Если Томми получит, наконец, то, чего так давно добивается, он почувствует себя уверенней. И будет из кожи лезть, лишь бы выслужиться и заставить меня забыть о своём отступничестве. Ты поможешь мне, детка? Вы обе мне поможете?
   Стокард брезгливо скривилась. Её лицо изменилось так же, как лицо Прайса в операционной. Голос, когда она заговорила, тоже звучал иначе. Казалось, что перед Вэннакатом появилась другая женщина, невероятно похожая на Эвелин, но всё-таки другая.
   - Ричард, ты же знаешь, он мне отвратителен. Я не уверена, смогу ли заставить себя...
   Вэннакат схватил её двумя пальцами за подбородок и с силой сжал.
   - Это плохой ответ, милая, неправильный ответ. Ты не решила задачку и будешь наказана.
   - Нет, Ричард, пожалуйста, не надо! - Женщина затряслась в ужасе, - я сделаю всё, что ты скажешь.
   - Вот так уже лучше, - удовлетворённо улыбнулся Вэннакат. - Наказание всё равно последует, но я постараюсь сделать его помягче. Впрочем, всё зависит от тебя.
   Плечи женщины поникли. Она несколько раз всхлипнула, стараясь, чтобы этого не было заметно - опасалась ещё больше разозлить Вэннаката.
   - Но это чуть позже, - продолжал тот. - Сейчас у тебя другая задача: с малюткой Прайс прибыл её юный приятель. Собственно, он и есть твоя задача.
   - Но, Ричард... - Рут (или теперь уже Эвелин?) подняла покрасневшие глаза. - Я же, наверное, ему в матери гожусь.
   - Не годишься, - покачал головой Вэннакат. - Его мать на два года моложе тебя.
   Стоккард покраснела. Она ненавидела, когда ей напоминали о её возрасте.
   - Но будет лучше, если ты справишься. В первую очередь для тебя же лучше, - уточнил доктор. - Ну, всё.
   Он отстранил от себя заплаканную женщину.
   - У меня есть несколько дел, а ты можешь присоединиться к нашим дорогим гостям. Они в моём кабинете. Послушай их и подбери правильную тактику. Не бойся, это будет не так трудно, как кажется - мальчика несколько напрягает поведение его подруги. Думаю, вы с ним найдёте общий язык.
   Вэннакат направился вниз, а Эвелин побрела в сторону его кабинета. Она хорошо помнила предостережение Стивена - не приближаться к Кристине, и знала, что это был тот случай, когда её муж не шутил. Но сейчас Стивену было явно не до неё. "Дон Кихот недоделанный, - зло бросила женщина, вспомнив, как Прайс набросился на сумасшедшего, давая ей возможность уйти. - Ненавижу! Всё из-за тебя! И эта маленькая дрянь такая же, как ты. Я вам обоим не забуду облом с Фрэнком. Какой был план, но вы всё испортили!"
   Ноги сами несли женщину по знакомому маршруту, а в памяти разворачивалась история, случившаяся несколько лет назад.
  
   -Эвелин, ты уверена? - опасливо переспросил мужчина, нерешительно поигрывая телефонной трубкой.
   - Девчонка даже не позволила, чтобы Прайс поздравил её с днём рождения. Она его ненавидит, говорю тебе. Впрочем, если ты боишься...
   - Я не боюсь, - мужчина решительно нажал несколько цифр. - В конце концов, мы же всегда сможет обратить это в шутку, если что. Такие шутки как раз в духе её отца, он поймёт.
   Эвелин ободряюще улыбнулась. Она не была уверена, что Стивену понравится их шутка, но всё было рассчитано до мелочей. Этот олух ничего не узнает до самого последнего момента. А она будет в стороне, удар нанесёт его обожаемая девочка.
   Из трубки донеслось несколько гудков, потом раздался щелчок и полудетский голос негромко отозвался:
   - Слушаю вас.
   - Мисс Прайс? - Фрэнк Колман, хорошо известный в определённых кругах репортёр одной бульварной газетёнки, подвизающийся ещё и на не менее скандальной телепрограмме в качестве ведущего, подцепленный супругой Прайса на одной из ею же устроенных вечеринок, больше походивших на оргии, был само обаяние. - Я хотел бы поговорить с вами.
   - Вы уже говорите, - не очень дружелюбно отозвалась трубка. - Но пока ещё ничего не сказали.
   - О вашем отце, - лучезарно улыбаясь, продолжил Фрэнк. - Только не подумайте, - заторопился мужчина, - что я звоню по его просьбе или представляю его интересы.
   - Не подумаю, - уверила девочка. - Он не опустится до подобного и свои интересы всегда представляет сам.
   Фрэнк с тревогой взглянул на Эвелин, та ободряюще погладила его по плечу, потом запустила руку под рубашку.
   - Мисс Прайс... Или вы позволите называть вас Кристина?
   - Называйте, - равнодушно согласилась дочь Прайса.
   - Так вот, Кристина, я представляю интересы... скажем так... конкурентов Стивена Прайса. Вы наверняка знаете, что скоро должен открыться очередной парк аттракционов "Ужасы Прайса".
   Он сделал паузу, но Кристина молчала. Мужчина продолжил:
   - Жаль, что в этот раз вы не будете участвовать в открытии, Кристина...
   - Кому? - прервала его девочка.
   - Что, простите?
   - Кому жаль?
   - Полагаю, что вам, - не растерялся Колман. Эвелин одобрительно кивнула.
   - Полагать что-либо за других очень неблагодарное дело, мистер... - в тоне Кристины явственно прозвучал вопрос.
   - Можете называть меня Джон, Джон Смит.
   - Я буду называть вас Джон Доу, - любезно предложила девчонка.
   Журналист поперхнулся. Эвелин удивлённо подняла брови, не оценив юмора Кристи. Она не знала, что Джонами Доу в полиции называют неопознанные трупы мужского пола.
   - Э... Как вам будет угодно, хотя я предпочёл бы Смита, - Колман старался оставаться вежливым. - Но я полагаю, что разговор лучше продолжить с глазу на глаз, тет-а-тет, так сказать. Разумеется, там, где вы будете чувствовать себя удобно и безопасно, мисс Прайс, но желательно там, где нам не помешают.
   - Ну-у-у... - Кристи на секунду задумалась. - Давайте часа в три пополуночи, в городском колумбарии, третья печь направо, считая от центральной.
   Фрэнк озадаченно замолчал. Эвелин, закатив глаза, покрутила пальцем у виска, затем показала на своё обручальное кольцо - наследственность, мол.
   - А может, что-нибудь менее экзотичное? - осторожно предложил мужчина.
   - Хорошо, в Макдональдсе напротив школы, в половине второго. Я займу место, где можно будет поговорить спокойно.
   - Договорились, мисс Прайс, - облегчённо вздохнув, Колман положил трубку и повернулся к Эвелин. - Она вообще нормальная?
   - Она дочь Прайса, о какой нормальности может идти речь? - зло фыркнула его собеседница.
   - Но она сделает то, что мы хотим? Я не заметил в ней особой ненависти.
   - Сделает. Прайсы своих чувств не демонстрируют, но возможности нагадить ближнему никогда не упускают.
   - Она не объяснила, ни где школа, ни как её узнать, - засомневался Фрэнк.
   - В уме Прайсам тоже не откажешь, к сожалению. Девчонка понимает, что раз ты знаешь её номер, то узнать школу или то, как она выглядит, не проблема. Вот, кстати, - Эвелин протянула Фрэнку небольшую фотографию. Колман внимательно рассмотрел темноволосую девочку, стоявшую у стойки регистрации в аэропорту. - Стивен щёлкнул на прощание полтора года назад. Надеюсь, узнаешь.
   - Узнаю, конечно. Это моя профессия, в конце концов, - обиделся журналист.
   - Билет я заказала, поехали, отвезу тебя в аэропорт.
   Вскоре после того, как они выехали, на дороге им попалась машина Стивена, возвращавшегося домой. Эвелин издевательски мигнула фарами и несколько раз посигналила. Прайс вместо ответа направил машину прямо на них. Колман вжался в сидение, Эвелин лихорадочно вцепилась в руль. В последнюю секунду её муж выровнял автомобиль, обе машины прошли буквально в волоске друг от друга. Встретившись взглядом с супругой, Стив приветливо помахал ей рукой и подмигнул.
   - Психопат, - с ненавистью выдохнула Эвелин, когда машина Прайса скрылась за поворотом. - Но ничего, посмотрим, чья шутка окажется смешнее.
   Фрэнк вытер пот со лба и подумал, что неплохо бы сменить рубашку - эта пропотела насквозь, пятна выступили даже на пиджаке. Но времени не оставалось, самолёт вылетал через 40 минут.
  
   Ровно в половине второго Колман появился на пороге Макдональдса и закрутил головой, высматривая Кристину.
   -Мистер Доу! Джон! - её громкий голос на секунду перекрыл многоголосый гул. - Я здесь!
   - Выругавшись про себя, Фрэнк заспешил к ней.
   Место действительно было выбрано с умом. Выступ стены создавал иллюзию отдельного кабинета, не только укрывая собеседников от любопытных взглядов, и но и немного приглушая шум забегаловки. Огромное окно давало достаточно света, не пропуская звуки улицы.
   - Я сразу поняла, что это вы, - улыбнулась Кристи. - Взрослые сюда редко заходят, а в это время - никогда.
   "Я их понимаю", - подумал Колман, отряхивая брызги кетчупа, попавшие на пиджак, пока он пробирался через зал. Девчонка выжидающе смотрела на него, но вопросов не задавала, отдавая инициативу.
   - Кристина, я буду краток, - взял быка за рога Фрэнк, - Есть люди, заинтересованные в том, чтобы новый аттракцион Прайса не имел успеха, а сам Стивен поумерил пыл и немного подумал о том, как он обходится с окружающими.
   Мужчина сделал паузу, ожидая вопросов, но Кристи лишь наклонила голову, давая понять, что внимательно слушает. Лицо её было абсолютно непроницаемо.
   "Для пятнадцати лет она уже вполне сформировавшаяся маленькая стерва, - сделал вывод Колман. - Пожалуй, Эвелин повезло, что малышка ушла с арены добровольно, иначе ещё неизвестно, чья бы взяла, не сейчас, так позже".
   - В качестве предупреждения, - продолжил мужчина, - люди, которых я представляю, хотят небольшого скандала в прессе. Сейчас, как раз накануне открытия, самое подходящее время. Нужно, чтобы о Стивене Прайсе говорили много, но в определённом контексте. Вы улавливаете мою мысль, Кристина?
   - В общих чертах, - кивнула девчонка.
   "Ничерта ты не улавливаешь, - с досадой подумал Колман. - Только не хочешь этого признать, сидишь и пыжишься, воображая из себя чёрт знает что."
   - И что же вы уловили? - с иронией поинтересовался он.
   - Вам нужен скандал в прессе, вы хотите обвинить Стивена Прайса в чём-то малоприглядном, и в этом должна участвовать я, - равнодушно произнесла девчонка. - Поскольку для обвинений в коррупции, укрывательстве от налогов, нарушении техники безопасности или махинациях с кредитами я подхожу слабо, остаётся жестокое обращение или педофилия.
   Колман был поражён.
   - Вы очень умны, мисс Прайс, - с невольным уважением кивнул он девочке. - Да, именно об этом мы и хотели вас попросить. Тем более, что жестокое обращение действительно имело место - разве то, что он выгнал вас из дома, не жестоко?
   Кристина фыркнула, не удостаивая ответом.
   - Ну хорошо, не выгнал, но променял на эту женщину, которая сама по себе уже является ходячим компроматом на Прайса...
   Лицо девочки стало злым и некрасивым, Колман понял, что попал в точку.
   - Ладно, у меня два вопроса, - стукнула она ладонью по столу. - Первый - так на чём вы всё-таки остановились, и второй - что я с этого буду иметь? Кроме морального удовлетворения, конечно.
   - Относительно второго, всё, что захотите. В пределах реального, разумеется.
   - Уточните, пожалуйста, а то у каждого свои пределы реального.
   - Двести пятьдесят тысяч долларов вас устроит? - наклонился Фрэнк к девочке.
   - Наличными? - холодно поинтересовалась та. - И всю сумму сразу?
   - Кристина, мы же говорим о реальности, - снисходительно похлопал её по плечу Фрэнк. - Для вас будет открыт депозит, который вы сможете обналичить после совершеннолетия. Деньги будут вноситься частями. Ваша гарантия - то, что вы в любой момент сможете опровергнуть свои показания, если заподозрите обман.
   " Хотя на тот момент, девочка, это уже никого не будет волновать," - мысленно добавил он.
   - Теперь возвращаемся к первому вопросу. Мы хотим, чтобы вы выступили с заявлением о том, что ваш отец регулярно подвергал вас сексуальному насилию с раннего детства, совершал развратные действия, принуждал...
   - Ничего себе предупреждение, - прервала его Кристи. - Его ж посадят лет на десять.
   - Вам его жаль? - прищурился Колман.
   - Как сказать... Он не сделал мне ничего настолько плохого, чтобы так круто его подставить. Да и самой неохота подобную славу приобрести.
   Если бы Кристина согласилась сразу, это вызвало бы у Колмана подозрения, но девчонка, не возражая против маленькой мести Прайсу, не демонстрировала показного рвения его уничтожить. Это выглядело правдоподобно, и Колман успокоился.
   - Пожалуй, вы правы, мисс Прайс. В мире бизнеса привыкли действовать жёстко, приходится, знаете ли, а в этом случае, действительно, нет необходимости в крайних мерах. Думаю, будет достаточно, если вы заявите, что он трогал вас, заставлял раздеваться, трогать себя, смотрел с вами сомнительные картинки.
   Кристина задумалась
   - И сколько за это светит?
   - Учитывая срок давности - немного. Отделается крупным штрафом и общественным презрением.
   - Ладно, - протянула девочка. - Депозит, я полагаю, вы уже создали?
   Колман достал папку и протянул ей необходимые бумаги.
   - Пятьдесят тысяч аванса уже на счету. Ещё пятьдесят после вашего заявления, остальная сумма в течение трёх лет до вашего совершеннолетия. И примерный текст вашего выступления. Вы можете его откорректировать, но прошу далеко не отклоняться. Его составляли люди, имеющие опыт работы с подобным инцидентами, и всё выглядит максимально правдоподобно.
   Кристи пробежала взглядом первые страницы и залилась краской.
   - Хм, не знаю, смогу ли я рассказать это всё так спокойно, - буркнула она, не поднимая глаз на Колмана.
   - Ни в коем случае! - испугался он. - Иначе вас сразу заподозрят в обмане. Смущение, стыд, трудности в подборе слов, обмолвки и недоговорённости - всё это будет выглядеть совершенно естественно, не волнуйтесь. Итак, мы договорились?
   Девочка кивнула.
   - Вам позвонит моя помощница. К сожалению, мы не сможем сделать запись, придётся давать в прямой эфир. Вы уж не подведите меня, Кристина. Ни меня, ни тех людей, что стоят за мной, - добавил он с лёгкой угрозой.
   - Всё будет нормально, - к девчонке вернулась её обычная невозмутимость. - Вы меня тоже не подведите. С деньгами, в смысле.
   Колман покровительственно улыбнулся, встал и заспешил к выходу. Ему ещё нужно было успеть на выпуск восьмичасовых новостей. Кристина проводила его внимательным взглядом и принялась спокойно доедать свой гамбургер.
  
   Стивен устало откинулся на кресле и закрыл глаза. Вроде бы, всё сделано. До открытия оставалось меньше двух суток. Он уже несколько раз перепроверил всё, что можно, и совсем загонял людей, но те не жаловались. Во-первых, переработки щедро оплачивались, во-вторых, Прайс умел заражать своим энтузиазмом и сколотил отличную команду настоящих единомышленников.
   - Стив, ты ещё здесь? - в дверь просунулась круглощёкая физиономия Карла Шехтера. - Шёл бы отдыхать, свалишься ведь. Представляешь, какой антирекламный ход, если ты заснёшь на открытии прямо перед камерами?
   Парень засмеялся, довольный своей шуткой.
   - До открытия время есть, успею, - не открывая глаз, ответил глава "Прайс Индастриз". - Отпусти людей, и сам тоже можешь идти.
   - А ты?
   - Я переночую здесь, чтобы утром не тратить время на дорогу.
   "И силы на семейные скандалы", - мысленно добавил Шехтер. Он был в курсе сложной ситуации Стивена.
   - Тут тебе пакет из Roberts Express, - протянул он шефу небольшую коробку, обтянутую фирменной упаковочной бумагой. - Наверное, что-то срочное, раз отправитель не посчитался с такими расходами ради скорости.
   - От кого? - поинтересовался Прайс, протягивая руку.
   - Указан только адресат, то есть ты - пожал плечами Карл. - Стивен, может, ко мне махнём? Отдых по полной программе обеспечу, вплоть до самых изысканных капризов, - подмигнул парень.
   Прайс помотал головой.
   - У меня сейчас один каприз - добраться до койки и чтобы про меня часов шесть никто не вспоминал.
   - Тогда мой тебе совет: что бы это ни было, - Шехтер кивнул на пакет, - оставь его до завтра, а сам ложись. Я пошёл. Спокойной ночи.
   Стив махнул рукой в знак прощания, и когда дверь за Карлом закрылась, задумчиво повертел в руках посылку. На штампе отправителя значился город, в котором жила Кристи. Прайс тут же разорвал обёртку и вытряхнул из плотного конверта небольшую фотографию и кассету от диктофона.
   На фото был изображён мужчина, смутно знакомый Стивену. Где-то Прайс его видел, причём совсем недавно. Стив напряг память и вспомнил, как утром, возвращаясь домой за оставленным в кармане вчерашнего пиджака сотовым, встретил этого хлыща в машине Эвелин.
   "Шантаж? - прикинул он, подбрасывая в руке кассету. - С Принцессой понятно, очередной трахальщик, но при чём тут Кристи?"
   Вставив кассету в диктофон, он нажал кнопку воспроизведения. Сначала из динамика доносились обычные шумы, звенела посуда, слышался детский смех. По отдалённому выкрику "Свободная касса" Стивен догадался, что запись делалась в Макдональдсе.
   - Мистер Доу! Джон! - громкий выкрик перекрыл остальные звуки. Прайс узнал голос дочери.
   Кристи терпеть не могла ни обстановку, ни еду Мака, и завлечь её туда могло лишь что-то чрезвычайное. Этот разговор, несомненно, относился к разряду чрезвычайных событий. С первых слов "мистера Джона Доу" Стивен напрягся, а услышав его предложение, рванул воротник так, что отлетело сразу несколько пуговиц. Когда запись закончилась, мужчина перемотал кассету и прослушал снова, стараясь уловить все оттенки в голосе неизвестного, и особенно в голосе Кристи. Потом ещё раз. Прогнав запись в четвёртый раз, Стивен выключил диктофон и задумался. Не было сомнений в том, что кассету прислала Кристи. Но что она хотела этим сказать? Предупредить его о заговоре или дать понять, что готова нанести удар? Девочка по-прежнему не желала с ним разговаривать, и Прайс понятия не имел, что она думает и как переживает их разрыв.
   - Если ты меня так подставишь, малыш, - негромко произнёс мужчина, - подняться я уже не смогу. Только сдаётся мне, девочка, что всё будет хорошо, и в этот раз мы с тобой их сделаем.
   Стивен ни минуты не сомневался, что инициатором и вдохновителем этой гнусности является Эвелин. Поняв, что по доброй воле Прайс никогда не даст ей развода, она словно взбесилась и устраивала мужу пакость за пакостью, от мелких до вполне серьёзных. Но с Эвелин он разберётся позже, а вот про этого типа стоит узнать подробнее.
   Забыв об усталости, Прайс отсканировал фото, внёс его в компьютер и запустил поисковую программу. Через пять минут он знал имя Фрэнка Колмана, через полтора часа - всё, что было нужно для достойного ответа. Набросав на листке план действий, Стивен открыл сайт завтрашней программы телеканалов, затем вывел на экран список журналистов, делающих прямые репортажи из города Кристи. Ещё час, и он вычислил, кто и когда будет освещать сюжет. Всё должно было решиться завтра, в четырёхчасовых новостях.
   "О Колмане я позабочусь в любом случае, - размышлял Прайс, поигрывая колпачком "Паркера", - а остальное пусть идёт как идёт. Твой ход, моя девочка. Дарю тебе эту партию. Выиграет тот, чью сторону ты примешь. Надо ещё успеть..."
   Стивен очнулся от того, что кто-то бесцеремонно тряс его за плечо.
   - Стив, ты же часов шесть собирался поспать? - возмутился Шехтер.
   - Я и поспал, - Прайс с трудом открыл глаза и потянулся.
   - За столом, перед монитором? - Карл понимающе взглянул на хозяина. - Та посылка, да? Что-то серьёзное?
   - Пока неясно, - не стал лукавить Прайс. - К вечеру будем знать.
   Он встал и потянулся за пиджаком. Шехтер в удивлении уставился на разорванный ворот.
   - Стивен, ты точно в порядке?
   - В полном, - улыбнулся Прайс. - Но отдохнуть всё-таки не помешает. Так что сейчас я поеду домой, переоденусь, приму душ и отосплюсь. Вернусь к пяти. Сегодняшний день на тебе. Справишься?
   - После тебя главное ничего не трогать, чтобы не испортить, - засмеялся Карл. - Езжай спокойно, присмотрю за всем и за всеми. Стив, может, тебе такси вызвать? А то как бы за рулём не заснул.
   Стивен отрицательно качнул головой, налил стаканчик двойного эспрессо из кофеварки и спустился в гараж. Его действительно клонило в сон, но дорога пока ещё была свободной - Шехтер не мог усидеть на месте, и явился ни свет, ни заря, так что Прайс спокойно доехал до особняка. Поднявшись к себе, он снова сел за компьютер. Как бы ни обернулось дело после репортажа, сегодня Колман будет уничтожен. И лишь убедившись, что всё готово, разослав все необходимые распоряжения и получив недовольный ответ Карла "да успокоишься ты, наконец?", Стивен позволил себе заснуть.
   Прайс никогда не ставил будильник, но не было случая, чтобы он проснулся позже намеченного срока. Вот и сейчас он открыл глаза ровно в 15.30.
   Приняв душ, Стивен зашёл на кухню, чтобы перекусить - он ничего не ел уже почти сутки: вчера было не до того, а сегодня с утра не было сил, так хотелось спать. В кухне он столкнулся с Эвелин.
   - С чего это ты дома торчишь? - вместо приветствия поинтересовалась супруга. - У тебя же завтра открытие? Полгода ты безвылазно сидел на работе, а накануне такого важного события решил поменять режим? Или ты, как младенцы, стал путать день с ночью?
   - Главное, что я не путаю свою постель с чужими, - парировал Стив, делая себе бутерброд. Окинув Эвелин быстрым, но внимательным взглядом, он отметил, что та просто извелась от нетерпения. Ну конечно, ждёт новостей.
   - А какая тебе разница, ты ни в своей, ни в чужой ни на что не годишься.
   Прайс пропустил эту шпильку мимо ушей. Обвинения были безосновательными, и они оба это знали. Значит, по мнению Стивена, на них не стоило затрачивать время, которого ему вечно не хватало.
   - И всё-таки, почему ты дома? - продолжала допытываться Принцесса.
   - Заехал переодеться, если тебя это так волнует, - улыбнулся ей Стивен. - А что, я помешал чему-то? Или кому-то?
   - Вот ещё, мы не станет обращать на тебя внимания, - фыркнула Эвелин.
   Сигнал микроволновки известил, что завтрак готов. Прайс накинулся на еду. Принцесса, присев напротив, внимательно следила за тем, как он ест.
   - Милая, не смотри так пристально, - проглотив очередной кусок, попросил Стив. - Мне начинает казаться, что ты добавила стрихнин и теперь ждёшь, пока я его проглочу.
   - Тебя термоядерным зарядом надо брать, а не стрихнином, - в тон ему нежно проворковала Эвелин.
   - Что ж, меня успокаивает лишь то, что все ядерные арсеналы под надёжной охраной.
   - Не обольщайся, дорогой, как бы не пришлось разочароваться, - хмыкнула женщина.
   Глянув на часы, Стивен сложил тарелки в посудомойную машину, зная, что Эвелин к ним не притронется, и вернулся к себе. Можно было посмотреть и в кухне, но, не будучи уверенным, как обернётся дело, Прайс предпочитал остаться один. Если Кристи всё-таки решила, что их размолвка стоит клеветы, вываливания в грязи всего, что было в их предыдущей жизни и 250 тысяч долларов, которые Стивен в любой момент мог вручить ей не задумываясь и не спрашивая, для чего понадобилась такая сумма, то пусть он хотя бы не увидит торжества в глазах Принцессы.
   На экране появилась заставка новостей и диктор перечислил сюжеты выпуска. Репортаж, посвящённый завтрашнему открытию и интервью с Кристи, шёл четвёртым по счёту. У Прайса оставалось ещё 15 минут. Он вполуха прослушал рассказ о визите президента в одну из Богом забытых африканских стран, биржевые сводки, отчёт о юбилейных торжествах (так и не поняв, юбилей чего так пышно отмечался), и вот, наконец, на экране появилась эмблема "Прайс Индастриз", а бодрый голос сообщил, что, "как известно дорогим зрителям, завтра открывается очередной аттракцион империи ужасов Стивена Прайса". Репортаж вёл Фрэнк Колман. Сначала Фрэнк вкратце напомнил зрителям историю создания трёх предыдущих парков, пустил несколько особо впечатляющих кадров, снятых с самых немыслимых ракурсов, а затем перешёл к Кристи. Появилась огромная, на весь экран, фотография маленькой девочки с восторженными глазами, потом целая серия снимков: Кристина на плечах Стивена, Стивен держит дочь за руку, Стивен с малышкой на пляже, отец с дочерью на улице, в зоопарке, у афиши кинотеатра, рядом со входом на аттракцион.. . Вскоре Прайс заметил ожидаемую закономерность: на большинстве фотографий выделялись детали, которые при желании можно было истолковать двояко, да и сама очерёдность снимков могла натолкнуть желающих на определённые мысли. "Сволочь," - пробормотал Стив, бессильно сжимая кулаки. Но сейчас от него ничего не зависело. События шли по предначертанному пути.
   "Фанаты аттракционов Прайса помнят маленькую Кристину, которая вместе с отцом неизменно принимала участие в открытии очередного парка развлечений. Увы, в этот раз традиция будет нарушена. Почему это произошло, вы сможете узнать от самой Кристины Прайс, с которой встретится наш специальный корреспондент после рекламы как всегда, в прямом эфире", - лучезарно улыбнулся Колман.
   Пока известный актёр убеждал всех не изменять очередной чудодейственной марке шампуня и гарантировал за верность волшебные результаты, Стивен отключил телефоны, плеснул в стакан бренди и приготовился ко всему.
   Вместо студийного павильона на экране появился уголок осеннего парка, занесённый листьями. Он вызывал ощущение заброшенности и навевал тоску. Кристи сидела на лавочке у громадного дерева. В бесформенном балахоне, без косметики, которой дочь и так никогда не злоупотребляла, обхватившая себя руками за плечи, она казалась маленькой и беззащитной. Поза девочки, казавшаяся такой естественной, на самом деле была тщательно подобрана и отрежессирована, понял Прайс. Всё работало на образ, придуманный Колманом.
   В кадре появилась вульгарная блондинка с ярко накрашенным ртом. Именно её ожидал увидеть Стивен. Сьюзан Беркли, статистка, спавшая с руководством трёх телеканалов сразу, абсолютно беспринципная и наглая. Когда-то они с Колманом начинали вместе, делили одну квартиру, воровали друг у друга сюжеты, но позже поделили сферы интереса, что позволило им сохранить приятельские отношения. Время от времени Колман подбрасывал Беркли особо грязные сплетни, а она взамен выполняла его сомнительные поручения, вроде этого.
   - Здравствуй, Кристина, - обратилась она к девочке. Кристи слабо улыбнулась и тихо пробормотала:
   - Здравствуйте.
   Девочка играла. Она никогда не мямлила и не запиналась. Но вот за кого она играла? Стивен ждал.
   - Кристина, все мы привыкли видеть тебя рядом со Стивеном Прайсом на открытии очередного парка развлечений. Но прошёл слух, что завтра тебя не будет.
   Кристи согласно кивнула.
   - Наши зрители хотели бы знать, почему? - блондинка умело направляла разговор в нужное русло.
   - У меня напряжённый и ответственный период в школе, я хочу получить как можно более высокий балл и поступить в колледж, - невинно глядя на Сьюзан, ответила Крис, - поэтому не могу позволить себе пропустить занятия.
   - Да! - Стивен хлопнул ладонью по колену и расслабленно откинулся на стуле, глотнув бренди. Девочка играла на его стороне. Ей захотелось поиздеваться над этими мерзавцами, и малышка не смогла отказать себе в удовольствии. Кристина вела себя как истинная дочь своего отца.
   - Я знаю, что ты больше не живёшь с отцом, - полувопросительно продолжила Беркли.
   - Да, у него теперь другая семья, - кивнула Кристина. Стивен нахмурился. Крис бешено, люто ненавидела Эвелин. Очевидно, Колман посоветовал сообщнице сыграть на этом, если что-то пойдёт не так. Кристи могла потерять контроль над собой и наговорить лишнего. Прайс не сомневался, что до обвинений в педофилии не дойдёт, даже если Кристина будет вне себя от ярости, но девочка могла рассказать и о других малоприятных вещах, которые Стивен не стремился выносить на публику.
   - И тебе не нашлось в ней места? - с напускным сочувствием спросила Сьюзан.
   - Почему? - пожала плечами девочка. - Я сама не захотела мешать. Да и вспомните себя в 13-14 лет - разве вам не хотелось самостоятельности, не хотелось пожить отдельно?
   - Насколько мне известно, ты живёшь с матерью, - поправила Беркли.
   - Мама постоянно на гастролях, на репетициях, у неё нет времени на гиперопеку, - пояснила Крис.
   - Значит, Стивен опекал тебя слишком сильно? - ухватилась женщина за новую возможность.
   - К этому шло. Знаете, иногда если у одного из родителей появляется новый партнёр, то возникает и чувство вины по отношению к ребёнку, и, как следствие, желание проводить с ним как можно больше времени и быть в курсе всех его дел. Это очень осложняет отношения между всеми членами семьи. Чтобы избежать этого, я предпочла вернуться к маме. Но отец регулярно звонит мне, - добавила Кристи, умолчав при этом, что практически ни разу не ответила на его звонки. "Ну и правильно, малыш, - подумал Стивен - Мы сами между собой разберёмся. Посторонним про это знать необязательно."
   На лице Сьюзан мелькнула растерянность. Время, выделенное для прямого эфира, подходило к концу, и женщина понимала, что шансов перевести разговор на нужную тему почти не осталось.
   - Кристина, какое чувство ты чаще всего ощущала в детстве? - спросила она.
   Крис задумалась, потом снова улыбнулась, но не робко и скованно, как в начале репортажа, а такой знакомой Прайсу открытой, уверенной улыбкой.
   - Раньше мне казалось, что это драйв, адреналиновый восторг, - сказала девочка, - но сейчас я поняла, что главным было ощущение надёжности. Я никогда ничего не боялась, потому что знала: отец рядом, и ничего плохого со мной не случится. Наверное, поэтому я так люблю его аттракционы.
   - Что бы ты пожелала нашим зрителям, Кристина? - с трудом скрывая разочарование, подводила интервью к концу Бейли:
   - Почаще кататься на аттракционах Прайса и отрываться по полной. Это здорово! - улыбнулась Крис. Теперь она ничем не напоминала жалкую, съёжившуюся то ли от страха, то ли от смущения серенькую мышку из первых кадров программы. - А папе я пожелаю удачи. Завтра и вообще.
   Девочка улыбнулась, а затем на экране снова появился Колман. Он выглядел обескураженным, но пытался сохранить лицо.
   - Итак, дорогие зрители, вслед за Кристиной Прайс приглашаем вас на завтрашнее открытие нового парка развлечений Стивена Прайса. Только не забывайте об осторожности!
   Стив щёлкнул кнопкой пульта и выключил телевизор. Из глубины дома послышался звон разбитого стекла. Это бесновалась Эвелин, поняв, что очередной её план провалился.
   Прайс набрал номер Кристи, хотя понимал, что та, скорее всего, ещё не включила телефон. "Здравствуйте! Вы звоните Кристине Прайс, - отозвался знакомый голосок. - Сейчас я не могу ответить, но вы можете оставить сообщение после сигнала".
   - Спасибо, малыш, - негромко произнёс Стивен. - Я знал, что ты меня не предашь. Я люблю тебя, моя девочка.
   Сунув телефон в карман, мужчина направился в гараж - надо было съездить в парк и удостовериться, что всё готово к завтрашней церемонии. Звон битого стекла всё ещё доносился из комнаты Эвелин - Принцесса никогда не умела принимать поражение.
   - Что, не утерпел всё-таки? - встретил его Карл. - Выглядишь гораздо лучше, чем утром. Вижу, что поспал. И сегодняшнюю ночь не вздумай за компом проторчать, завтра нужно быть в норме на все сто. Конфиденциальные источники сообщили, что будут представители Такабиши. Стив, ты представляешь, что будет, если мы подпишем с ними контракт?
   - Минимум полгода придётся провести в Токио, - кивнул Прайс.
   - Да ну тебя к чёрту! Будто ты сам об этом не мечтаешь. Кстати, Хьюстон, ты что, проплатил рекламу этому придурку Колману? Не скажу, что это лучшее наше капиталовложение, но получилось неплохо. Кристи молодчина, всё-таки внесла свой вклад в открытие, хоть и не будет присутствовать лично.
   Прайс улыбнулся.
   - Да, Кристи молодец, всё сделала как надо.
   - Хьюстон, как у вас с ней? - осторожно спросил Карл. Он знал, что Прайс не любит, когда лезут в его личные дела, но Стивен был не просто его шефом - он был другом. И парень знал, что он скучает по дочери.
   - Лучше, чем я думал, Карл, - немного помолчав, ответил Прайс и, меняя тему, спросил: - Ты сделал то, о чём я тебя просил утром?
   - Всё готово. Товар изготовлен, упакован и доставлен по назначению, - хохотнул Шехтер. - Обошлось даже дешевле, чем я думал - люди на ТВ стоят недорого. А ты в своём репертуаре. Зачем тебе это понадобилось? Колман много запросил за рекламу? Или - лицо парня посерьёзнело - он хотел подсунуть нам свинью, а Крис разрушила его планы и сыграла по-своему?
   - Именно, - жёстко процедил Стивен.
   - Это было в том пакете, что ты вчера получил? - продолжал допытываться Шехтер.
   - Да. И, Карл, давай на этом закончим. Пошли, обойдём объект в последний раз.
   - В последний? - преувеличенно изумился Шехтер. - Хьюстон, неужели ты не будешь ночевать под билетной будкой? Я тебя не узнаю!
   Отвесив ему шуточный подзатыльник, Прайс двинулся на контрольный осмотр. Как он и предполагал, всё было в порядке. Последний раз проинструктировав охрану и попрощавшись с помощником, Стивен вернулся домой.
   Эвелин встретила его налитым кровью взглядом.
   - Опять набралась? - брезгливо поморщила Прайс и ядовито поинтересовался: - Есть повод?
   - Да пошёл ты, - прошипела Принцесса.
   - Милая, я в своём доме и никуда из него не пойду, как бы тебе этого ни хотелось, - благодушно ответил Стив. - Садись лучше, новости вместе посмотрим. Может, ещё что-то скажут о завтрашней церемонии.
   Эвелин подозрительно взглянула на него сквозь бокал.
   - Что, скотина, уже подготовил Фрэнку какую-то гадость? - Она потянулась к телефону, но Прайс перехватил её руку.
   - Сядь! - рявкнул он. - И смотри.
   Принцесса вырвала руку, прошипела что-то нечленораздельное и плюхнулась на диван. Она была в таком состоянии, что ноги уже отказывались её держать.
   - И что же на сей раз? - продолжала она допытываться.
   - Сейчас увидишь.
   "Как хорошо, что канал Колмана принципиально даёт только прямые эфиры", - подумал Стивен. В противном случае осуществить его замысел было бы не так легко.
   Колман мучил очередную жертву, допытываясь у третьеразрядной актрисы порнофильмов, чья молодость уже давно прошла, особо пикантных подробностей её работы. "Текст составляли люди, имеющие опыт работы с подобным инцидентами, и всё выглядит максимально правдоподобно", - вспомнил Стивен самодовольный тон журналиста и передёрнулся от гнева, представив, какую гадость тот подсунул Кристине.
   "Сейчас ты за это заплатишь, сволочь".
   Фрэнк взял в руки папку, лежащую перед ним на столе, не глядя, выудил фотографию и продемонстрировал её публике. На фото Сьюзан делал минет хозяину канала. Прайс жестоко ухмыльнулся, искоса взглянув на Эвелин - с неё вполне сталось бы вцепится в него ногтями. Стивен не хотел появиться завтра на открытии с расцарапанным лицом. Но Принцесса вперилась в экран расширенными глазами и больше ни на что не реагировала. На следующем фото красовался сам Колман с дочерью своего босса в весьма недвусмысленных позах.
   - Надеюсь, дети это не смотрят, - всё-таки не удержался Прайс. - Дорогая, не сомневаюсь, что с тобой он открыл для себя много нового.
   Эвелин зашипела, будто рассерженная кошка.
   Фрэнк, очевидно, заметил сигналы оператора, потому что перевернул фото. Глаза его выпучились, рот мелко задрожал, он втянул голову в плечи и затравленно оглянулся. Актриса, как и он, видевшая только обратную сторону фотографий, выглядела безмятежно, и на её фоне Колман казался обезумевшим. Он лихорадочно сунул папку в стол и тут же вскочил с диким визгом, заметавшись по студии. Его собеседница, не ожидавшая ничего подобного, отшатнулась в сторону, смахнув со стола остававшиеся там листы. По полу веером рассыпались кадры со сценами зоофилии, лесбийской и гомосексуальной любви, причём на последних фигурировал и сам Фрэнк, исподтишка гордившийся своей бисексуальностью. Оператор, видимо, не жаловавший коллегу (и Прайс даже знал, почему), взял их крупным планом, прежде чем перевести камеру на журналиста.
   - Уберите!!! - дико за вылвал тот, размахивая руками. Но несколько жуткого вида пауков, облепивших его руки и рукава рубашки, держались как приклееные. Этот состав Стивен использовал для спецэффектов в своих аттракционах, и ещё ни разу не имел повода жаловаться. Данные, которые Прайс раскопал на Колмана, оказались точными: репортёр страдал арахнофобией. Поскольку в этом он был не одинок, на складах "Прайс индастриз" имелись приличные запасы арахнидов всех видов и размеров. Покрытые специальным клеющим составом, который намертво прилипал к определённым видам поверхности, включая некоторые ткани и человеческую кожу, они раскачивались, шевелили лапками, могли выплёвывать паутину или жидкость ядовито-зелёного цвета, которую безграмотные обыватели принимали за яд. "Хьюстон, пауки не плюются, это ж не кобры, - отговаривал его Карл.
   - Ты думаешь, кто-то будет листать справочник энтомолога при виде наших милашек? - иронизировал Прайс, и оказался совершенно прав. Впечатление пауки производили непередаваемое. Но реакция Колмана, и так взвинченного появлением в прямом эфире компрометирующих фотографий, превзошла все ожидания.
   В студии спешно пустили рекламу.
   - Ну ты и мразь, - снова разглядывая его через стекло стакана с виски, процедила Эвелин. - Ты его уничтожил. Он завтра с моста кинется. Доволен?
   - А разве ты не утешишь своего дорогого друга и сообщника? - поинтересовался Стивен. - Ах да, конечно, ты не любишь неудачников. Именно поэтому ты всё ещё со мной, любимая, правда?
   Женщина, задыхаясь от злости, плеснула содержимое бокала ему в лицо. Прайс едва успел увернуться, чтобы не попало в глаза. В бешенстве он вышиб бокал из рук Принцессы и схватил её за запястья.
   - А теперь внимательно выслушай то, что я тебе скажу, детка, - проговорил он, низко наклонившись и глядя в расширившиеся то ли от опьянения, то ли от злости зрачки жены, - и постарайся, чтобы мои слова пробились через винные пары, окутавшие то, что ещё осталось от твоего мозга...
   Эвелин попыталась вырваться, но Стивен держал крепко. В ответ мужчина встряхнул её так, что клацнули зубы. Принцесса перестала дёргаться, с ненавистью глядя на мужа.
   - Мне плевать на твои выходки, пока они касаются одного меня, - продолжил Прайс, когда Эвелин угомонилась, - но если ещё хотя бы раз ты попробуешь втянуть Кристи в наши взрослые игры - клянусь, я тебя уничтожу. Усвой это.
   Отшвырнув Принцессу на диван, Стивен, не оборачиваясь, вышел. Ему надо было как следует выспаться перед открытием, и он искренне надеялся, что погром, который обязательно устроит Эвелин, ему не помешает.
  
   *** *** *** *** ***
  
   - Мы правильно идём? - спросил Сирил. Юноша чувствовал себя неуютно в этих мрачных коридорах с облупившимися стенами, растрескавшейся штукатуркой и даже вывалившимися кое-где кирпичами.
   - Да, если верить планам, кабинет Вэннаката где-то здесь. - Кристина внимательно читала таблички на дверях.
   - Чёрт! - Паркер споткнулся о выбоину в полу, стараясь удержать равновесие, попал рукой во что-то мягкое и омерзительное липкое. - О, Боже!
   - Ты уже определись, что ли, - улыбнулась Кристи.
   - Несмешно, - возмутился Сирил.
   - А мне кажется, наоборот, - возразила девушка и тут же воскликнула: - Вот он, пришли!
   На двери, такой же ободранной и скособоченной как и все, что попадались им прежде, было выведено "Д-р. Роберт Б. Вэннакат". Надпись потускнела от времени, но была вполне читаемой.
   Кристи решительно потянула дверь на себя. Из кабинета пахнуло пылью и затхлостью. Сирил закашлялся. Крис вошла, настороженно оглядываясь. Юноша поплёлся за ней.
   Обиталище Вэннаката было уставлено всеми атрибутами безумного учёного: у дверей стоял человеческий скелет в натуральную величину (Сирил не хотел даже думать, кому он мог принадлежать ранее), стены были увешаны таблицами с изображением человеческих органов в разрезе, на полках выстроились банки с засохшими фрагментами тел.
   Резким контрастом окружающей обстановке выглядело несколько пейзажей, украшавших стену справа от стола. Кристина остановилась перед ними. Паркер подошёл к девушке.
   - Может, его душа в одном из них? - предположил юноша. - Всё-таки, это то, что ему нравилось, чем он любовался в перерывах между...
   Он замялся, пытаясь подобрать подходящее слово.
   -...пытками и опытами вивисекции, - закончила за него Кристи. - Для его души это слишком хорошо. Надо искать что-то более мрачное.
   Сирил пожал плечами.
   На противоположной стене висели старые фотографии. Ребята подошли к ним.
   - Кажется, об этой говорили Бейкер и Вулф, - девушка сняла со стены групповой портрет персонала лечебницы. В верхнем ряду гордо красовался сам Роберт Вэннакат, довольно красивый мужчина, если не принимать во внимание неприятного взгляда холодных, безжалостных глаз. Но Кристи смотрела не на Вэннакота. Её взгляд сразу остановился на втором слева мужчине в следующем ряду. "Томас Стивен Прайс", - прочитал Паркер.
   Томас и отец Кристины, которого Сирил не раз видел на фото за последний год, были очень похожи. "Так, может, я видел не того Прайса? - подумал парень. - Может, это был Томас? Его призрак вполне мог разгуливать в этих стенах".
   - Потрясающее сходство, - отметил он очевидное, скорее для того, чтобы оторвать Кристи от созерцания. - Всё-таки кровь есть кровь.
   Девушка метнула на него недовольный взгляд.
   - На что ты намекаешь?
   - Да ни на что, - растерялся Паркер. - Просто говорю, что Томас и Стивен копия друг друга.
   - На первый взгляд - да, - задумчиво протянула Крис, - но знаешь, если присмотреться... У отца выражение другое, взгляд, улыбка... И вообще, он другой. Другой, понимаешь! - горячо воскликнула девушка, опустив фотографию.
  
   - Само собой, милая, кому хочется числить в своих предках маньяка и признавать его сходство со своим дорогим папочкой, - язвительно бросила Эвелин. Она уже несколько минут находилась в кабинете за спинами ребят. Те, разумеется, её не услышали.
  
   - Конечно, Крис, - Сирил приобнял её за плечи. Но полный сомнения взгляд, который парень бросил на снимок, резко контрастировал с его словами.
  
   - Конечно, нет. - Эвелин подошла к ним и тоже уставилась на фотографию. - Все Прайсы одинаковы до отвращения. И кажется, ты это уже почувствовал.
  
   - Какая красавица! - вдруг восхищённо выдохнул юноша, кивая на женщину под портретом Вэннаката. Пальцы Кристи перекрывали её имя, но прекрасное лицо глубоко впечатлило Паркера.
   - Неужели? - резко повернулась к нему Крис.
   Сирил оторопел. Он никогда не видел Кристину в таком раздражении.
   - Крис, ты что, ревнуешь? - нервно засмеялся он. - Да её уже полвека в живых нет, это всё равно что к Венере Боттичелли ревновать.
   Кристи зло швырнула фотографию на стол.
   "Рут Анна Стокард", - прочитал Паркер и прикусил язык.
   - Крис, это она? - глупо спросил он, сам не понимая, что вкладывает в слово "она". Но девушка поняла и с ненавистью подтвердила:
   - Она, она.
   - А она похожа на ... - Сирил замялся. Наверное, не надо было спрашивать, Кристи не на шутку завелась, но парень не мог остановиться.
   - На Эвелин? - дочь Стивена Прайса снова взяла фотографию и внимательно всмотрелась в лицо женщины. - В общем, да. Эвелин более ухоженная, броская, эффектная, хотя эта выглядит умнее. Но по обеим сразу видно, что те ещё стервы.
  
   - Ах, несомненно, милая, - засмеялась Эвелин, потом с интересом взглянула на Сирила. - А ты умеешь ценить женскую красоту, мальчик. И то правда, зачем тебе эта соплячка, у которой, как у её папочки, в голове только детские страшилки? Правда, как и у папочки, у неё полные карманы денег, это очевидный плюс, но к сожалению, достоинства Прайсов этим исчерпываются, а заставить их поделиться своими деньгами ох как непросто.
  
   - Крис, но про эту женщину ты ведь ничего не знаешь. Я понимаю, - поспешно добавил Сирил, - Эвелин заняла твоё место возле Стивена, но Рут ведь ничего такого не сделала.
   - Во-первых, - глядя ему в глаза, Кристи выплёвывала слова, сочащиеся ядом, - никто не мог занять моего места возле отца, когда я уехала, оно пустовало. Я не могла находиться с ней под одной крышей, и единственная причина, по которой отец не возражал против моего отъезда, это то, что он боялся за меня. Ты ведь не знаешь, какой поток несчастных случаев обрушился на него с тех пор, как эта гадина появилась в доме. Неисправный фен в ванной, расшатанные перила на балконе, перетёршийся тормозной шланг, неплотно завёрнутый вентиль газового баллона, искрящий выключатель в гараже, где стояли канистры с бензином.... Это далеко не всё, что я знаю.
  
   - Да ты и знаешь далеко не всё, - презрительно хмыкнула Эвелин. - А его ничего не брало, твоего чёртова отца. Он смеялся мне в лицо каждый раз. Но сейчас я его, наконец, достану. С твоей помощью, маленькая дрянь. Твоей и этого милого мальчика, который уже начинает видеть вещи в правильном свете.
  
   - Во-вторых, - продолжала девочка, - если бы не эта, - она кивнула на фотографию Рут, - ничего бы не было. Томас работал ведущим хирургом в Кливлендской клинике, ему прочили место главного врача, пока там не появилась Рут Стокард. Томас будто свихнулся, бегал за ней, как мальчишка, бросил семью, а когда она после интернатуры ушла к Вэннакату, оставил всё и кинулся за ней.
   Сирил удивлённо воззрился на Кристи.
   - Откуда ты знаешь?
   - Я за этот год много чего узнала о Прайсах, Стокардах, Вэннакате, этой клинике... Да и о себе, пожалуй.
   Кристина опустилась в запыленное кресло и подтянула колени к подбородку.
   - Рил, фотография - пустышка. На ней ни у кого нет души. Обычный официальный снимок, где все выглядят как напыщенные индюки. Наваджибигоквэ сказала, что это единственный шанс, второго не будет. Рил, я чувствую, как уходит время, а мы сидим тут и обсуждаем двух стерв, из которых неизвестно какая хуже.
   - Да. Извини, - пробормотал Сирил, вешая фотографию на место. Он не удержался и машинально провёл пальцем по лицу Рут Стокард, будто погладил, и тут же воровато оглянулся на Кристи. Но девочка ничего не заметила.
   Внезапно она вскочила, бросилась к столу Вэннаката и принялась вываливать содержимое ящиков на столешницу.
   - Ну должно же быть хоть что-то, - бормотала Кристин, лихорадочно перебирая бумаги и отшвыривая их в сторону. Сирил молча наблюдал за ней, не решаясь вмешиваться. "В конце концов, Крис убедится, что всё бесполезно, и мы отсюда уйдём, - думал парень. Затем он невольно вспомнил лицо мужчины в объективе камеры. - Стивен или Томас? Или глюк фотоаппарата, капризы техники, увидевшей то, что осталось здесь с 1931 года?" Сирил не верил в призраков, не признавал никакой мистики, но не мог отрицать того, что видел собственными глазами. Кто-то там был, и этот кто-то пытался вступить с ним в контакт. "Томас или Стивен, он хотел, чтобы мы ушли, чтобы я увёл Кристи отсюда. И в этом наши желания совпадают. Так что, надеюсь, он на меня не в обиде", - пытался успокоить себя парень
   Вдруг Кристина, перелистав очередной блокнот Вэннакота, залилась смехом.
   - Крис, ты в порядке? - забеспокоился Паркер.
   - Рил, мы дураки! Это же очевидно, как... как то, что трава зелёная, а вода мокрая. Слушай! "Я одинок. Мне не с кем говорить, не перед кем открыться. Я знаю, что люди не поймут меня, испугаются и попробуют помешать. Этого нельзя допустить. Однако и молчать всё время я тоже не могу, иначе меня разорвёт изнутри. Я лучше, чем кто бы то ни было, знаю, как губительна для психики невозможность высказаться. Но единственный собеседник достойного уровня, единственный, кто никогда не станет противоречить и уж тем более никогда не предаст меня - это я сам. Только в разговоре с самим собой можно быть откровенным до конца. Разумеется, это тоже небезопасно, нельзя исключать варианта, что мои записки попадут в чужие руки, но приходится рисковать. Абсолютной безопасности не существует, история с ушами царя Мидаса тому подтверждение. Взвесив все за и против, я пришёл к выводу, что преимущества ведения дневника намного превосходят его потенциальную опасность..." - Девушка оторвалась от старого пропыленного блокнота и торжествующе взглянула на Паркера. - Дневник, Сирил! Вот оно, отражение души.
   Парень с досадой пнул наваленную на полу кучу бумаг.
   - Да, похоже, что ты права, Крис, - он постарался не выдать своего недовольства. Получилось неважно, но окрылённая удачей Кристина не слушала приятеля.
   - Скорее к Наваджибигоквэ!
   Девушка бегом бросилась вниз. Сирил поспешил за ней.
  
   Эвелин не торопясь подошла к столу и полистала одну из папок.
   - Да, Роберт, ты не ошибся. Признаться, я думала, что ты несколько переоценил системное мышление девчонки, но чего у Прайсов не отнимешь, так это мозгов. Здесь Кристина пошла в Стивена. Жаль, что не в эту безмозглую кривляющуюся курицу, свою мать. Но тем хуже для неё. И насчёт мальчишки ты, кажется, тоже прав - с ним будет легче, чем я думала.
   Эвелин подошла к зеркалу и поправила волосы. Обстановка кабинета, отразившаяся в стекле, ничем не напоминала ту, что покинули только что Сирил и Крис: нигде ни пылинки, все вещи аккуратно разложены на своих местах, содержимое банок плавает в формалине, бумаги на столе разложены в полном порядке, фотография на стене выглядит сделанной совсем недавно.
   Усмехнувшись своему отражению, Стокард пошла за ребятами.
  
   Расставшись с Эвелин, Вэннакат неторопливо спустился в холл, подошёл к наружной двери и остановил взгляд на старой индианке. Та, словно не видя его, продолжала мерно раскачиваться и тянуть заунывную песню, больше похожую на плач.
   - Ты действительно думаешь, что можно что-то изменить? - спросил наконец доктор.
   Старуха продолжала своё занятие, ничем не показывая, что слышала его слова.
   - Это очень неплохо, что ты привела сюда этих юнцов, - продолжил Вэннакот, усаживаясь прямо на пол напротив старухи. - Особенно девчонку. Да и юноша перспективный, у меня такое ощущение, что он не откажется перейти к нам по доброй воле. Или в этом и состоял твой замысел? - Мужчина сощурился и понимающе кивнул. - Прайс основательно приложил руку к исчезновению твоего племени. Хочешь узнать, что он делал с твоими детьми? Что мы с ними делали?
   Наваджибигоквэ наконец взглянула на доктора и выпустила в его сторону очередную порцию коричневой слюны.
   - Мне считать это отказом? - невозмутимо поинтересовался Роберт, брезгливо отирая халат носовым платком. - Я не настаиваю, тем более, что ты и так всё знаешь. Ты же умеешь говорить с духами, правда?
   Почему тогда ты не поговорила с Прайсом? Он ведь был тут, встречал свою дорогую девочку и пытался уговорить её немедленно бежать подальше от этого проклятого места. Тебе не стало его жаль? Жаль их обоих?
   Индианка, не прекращая пения, прикрыла глаза, демонстрируя, как утомил её монолог Вэннаката.
   - Видимо, нет, - заключил доктор. - И правильно. Тебе нет резона жалеть кого-то из Прайсов. Ладно, вижу, что моё общество тебе неприятно, так что не буду надоедать. Разве что устрою специально для тебя одно маленькое представление. Ты же видишь всё, что происходит в стенах дома, правильно? Что ж, смотри. Советую сосредоточить внимание на подвале. Ничего нового ты не узнаешь, но лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать, как уходили из этого мира твои соплеменники.
   Вэннакат поднялся, смахнул с халата приставшую грязь и паутину и, не оглядываясь, ушёл в глубь дома.
   Когда он скрылся из вида, старуха на миг прервала своё пение и пробормотала:
   - Ничего нельзя изменить... если не пробовать.
  
   Перепрыгивая через несколько ступенек, Кристина сбежала по лестнице, пересекла холл, выскочила из дома и протянула старухе небольшую истрёпанную, побуревшую от времени тетрадь.
   - Это отражение души доктора Вэннаката.
   - Крис, ты уверена, что она умеет читать по-английски и поймёт, что ты ей принесла? - негромко поинтересовался Сирил.
   Кристи лишь досадливо дёрнула плечом, не отрывая взгляда от старухи.
   Та взяла тетрадь, провела над ней свободной рукой, забормотала быстрее что-то ещё более заунывное и, наконец, согласно кивнула.
   - Да, ты нашла то, что нужно.
   "С таким же успехом можно было принести ей бухгалтерские ведомости или выпуск Еженедельника Американской Медицинской Ассоциации, - скептически подумал Паркер. - У Вэннаката как раз подшивка лет за восемь лежала. Похоже, старая ведьма нас просто разводит."
   Парень никак не мог признаться себе, что всей душой хотел бы, чтоб дела обстояли именно так.
   - И что теперь? - поинтересовался он. - Может, нужно что-то ещё? Помёт летучих мышей, крылья из хвоста полярной совы, молочный зуб полевой мыши, яйцо василиска, капля крови дракона...
   - Или заткнись, - с неожиданной злобой повернулась к нему девушка, - или проваливай отсюда.
   Сирил обиженно замолчал. Старуха никак не отреагировала ни на его уколы, ни на перепалку между молодыми людьми. Раскрыв тетрадь, индианка осторожно, словно ожидала подвоха, опустила её на землю, сориентировав так, чтобы верхний обрез лёг в одной плоскости с видневшимися сквозь дверной проём остатками витража, и, продолжая пение, стала совершать быстрые пассы руками.
   Сначала не происходило ровным счётом ничего, потом Паркер разглядел тонкую струйку сероватого дымка, поднимавшегося от тетради. Постепенно струйка становилась всё гуще, наконец, дым повалил как при пожаре, при этом он не поднимался в небо и не стлался по ветру, а втягивался в дом, заполняя собой первый этаж. Из холла послышалось низкое гудение. Повернув голову, Паркер с ужасом разглядел среди клубов дыма, что витраж прогибается, будто под собственной тяжестью, его изображения словно оживают, хотя, несомненно, это было ничем иным, как оптическими эффектами преломления света. Так, по крайней мере, пытался успокоить себя Сирил.
   Вдруг витраж лопнул, однако осколки его не рассыпались в беспорядке, а вытянулись в тонкую стеклянную дорожку. Первый осколок упал на раскрытые страницы дневника.
   - Иди, - на миг прервав бормотание, кивнула старуха, по-прежнему обращаясь исключительно к Кристи. Девушка кивнула, на секунду зажмурилась, крепко сжала кулаки, глубоко вдохнула и, наступая на стёкла, бросилась в дом.
   - Крис! - отчаянно крикнул Паркер, но девушки уже не было видно.
   Дым начал скручиваться в тугую спираль, осколки витража приподнялись на несколько сантиметров над землёй. Их продолжала удерживать вместе какая-то неведомая сила.
   - Крис!!! - снова закричал Сирил и бросился следом.
   Снова раздался звонкий хлопок, напоминающий звук разбитого стекла, и наступила тишина. Последние струйки дыма то ли развеялись, то ли втянулись обратно в тетрадь. На полу, остались вытянутые в линию осколки витража, последний из которых лежал на ладони индианки.
   Холл был пуст. Кристина и Сирил исчезли.
  
   Стивен мчался вперёд, лихорадочно пытаясь на бегу восстановить в памяти расположение подземных коридоров. Но, как правильно заметил Приттчет, подвал являлся подлинным лабиринтом. Возможно, будь у Прайса возможность остановиться и собраться с мыслями, он бы вспомнил дорогу, но доносящиеся сзади безумные возгласы не позволяли сосредоточиться. Приходилось полагаться лишь на интуицию и удачу, хотя в последнюю он уже год как перестал верить.
   Стив с разгона влетел в очередной поворот, едва не потеряв равновесие, и почувствовал, как чьи-то руки схватили его и отшвырнули в сторону. Не удержавшись на ногах, он ударился плечом о стену, окончательно сбил дыхание и, всхлипывая от нехватки воздуха в лёгких, сполз вниз. Через мгновение из-за угла выскочил его преследователь. Человек, оттолкнувший Прайса, с маху опустил на голову сумасшедшего огнетушитель. С отвратительным звуком лопнул череп, капли крови и ошмётки мозга разлетелись в стороны, забрызгивая стены и людей. Пациент по инерции пробежал ещё несколько шагов и рухнул у ног Стивена, так и не выпустив ножа из рук. Прайс инстинктивно отшатнулся, с ужасом глядя на труп.
   - Томас, можешь перестать бояться, он уже готов, - со смехом произнёс кто-то.
   Стив поднял голову и взглянул на говорившего.
   Высокий мужчина в таком же халате, как у него, с распахнутым воротом, из-под которого выбивались густые чёрные волосы, смеялся, всё ещё сжимая в руке окровавленный баллон.
   - То-о-омас, - его коллега несколько раз махнул ладонью перед лицом Прайса. - Приходи в себя, тут все свои, тебя никто не обидит.
   Оба мужчины выглядели дружелюбно и смотрели на него хоть и насмешливо, но без всякой подозрительности.
   "Они принимают меня за Томаса, - пронеслось в голове Прайса. - И, получается, не знают, что Томас сейчас в немилости у Вэннаката. Или в их персональном аду этого ещё не случилось".
   - Вставай, Томми, а то доктор нам голову оторвёт, если мы тебя напугаем до потери работоспособности, - опустив на пол огнетушитель, - протянул руку высокий. - Видела бы тебя сейчас Рут, что бы она о тебе подумала, а?
   - Рут? - невольно переспросил Стивен, тут же обругав себя за оплошность.
   - Томас, ты что, совсем мозгами повредился с перепугу? - озабоченно бросил крепыш. - Или вы со Стокард общаетесь исключительно официально, по фамилии?
   Прайс ухватился за протянутую руку и встал, предпочитая оставить вопрос о Рут без ответа.
   - Это ж откуда он тебя гнал? - не унимался высокий. - Неужели прямо из операционной? Прыткий попался, однако. Обычно твои пациенты живостью не отличаются.
   Он снова захохотал, довольный собственной шуткой.
   - Кстати, Томас, мы с Дэвидом будем очень благодарны, если эта падаль после твоей обработки сохранит способность хоть чуть-чуть передвигать ноги. Тащить их на себе до пункта назначения - не самое желанное занятие, знаешь ли, - сплюнул второй.
   - Куда? - снова переспросил Стивен. Он не понял ни слова из того, что говорили Дэвид с приятелем.
   Оба удивлённо воззрились на него, потом высокий Дэвид хлопнул себя по лбу.
   - Ну да, ты же у нас чистоплюй, со своей верхотуры до нас, грешных, не снизосходишь, разве что загнать тебя как зайца. - В его голосе отчётливо послышались презрительные нотки, и Прайс отметил про себя, что Томас не пользуется уважением коллег. - Раз уж оказался здесь, пошли, посмотришь на наше хозяйство, а то чую, что в следующий раз тебя долго ждать придётся.
   - Тем более что возвращаться лучше через диспетчерскую, по служебному ходу, - добавил безымянный товарищ Дэвида, - чтобы опять ни на кого не нарвался. В другой раз может так не повезти: загонит тебя в блок С, оттуда уже не вырвешься.
   - Юджин, не пугай Томаса, а то он больше шагу из своего кабинета не сделает, - хохотнул Дэвид и хлопнул Прайса по плечу. - Пошли, Томми.
   Дойдя до конца прохода они снова свернули, и глазам Стивена представился длинный коридор, по обеим сторонам которого высились огромные, почти в человеческий рост, печные заслонки. Здесь было очень жарко и стоял специфический запах палёного.
   - Тебе повезло, что в пересменку попал. Первую партию утилизировали, а вторая ещё не подошла.
   - Томас, не знаешь, с чего вдруг сверхурочная работа? Обычно ведь не более двух партий в день, утром и вечером, а тут личное распоряжение Вэннаката срочно принять внеочередную.
   Стивен неопределённо пожал плечами.
   - Работаете там, наверху, в поте лица, - разглагольствовал дальше Дэвид, - а у нас техника в любой момент отказать может от перегрузок. Механизмы - не люди, энтузиазма не знают, должны работать строго по определённым нагрузкам. Сегодня уже был выброс, одну печь разворотило. Говорят, до самого верха шибануло. Если так и будет продолжаться, здесь всё сгорит к чёртовой матери в один прекрасный день
   Прайс вспомнил поток горячего воздуха, обжёгший его, когда он спускался по вентиляционной шахте. "Точно, сгорит, - мысленно согласился он с Дэвидом. - Я даже знаю, в какой - 11 октября 1931 года, и этот день будет действительно прекрасным."
   Стивен давно догадался, что перед ним. Вэннакат, чтобы скрыть следы зверств, творимых им и его помощниками в стенах больницы, оборудовал в подвале крематорий. Видимо, после пожара нижний уровень подвала был изолирован и замурован, Прайс точно помнил, что его не было на планах, предоставленных Притчеттом.
   Впереди послышался гомон и шарканье множества ног. Шли люди. Живые люди. Стивен растерялся. Он думал, что сюда доставляют трупы. Хотя, Юджин ведь хотел, чтобы пациенты Томаса сохраняли способность передвигаться самостоятельно. До конечного пункта назначения. А куда уж дальше?!
   "Они что, будут убивать всех прямо здесь?! - Стивен почувствовал, как к горлу подкатила тошнота. - Я же этого не выдержу".
   Прайс не был тепличным существом, он многое успел повидать в жизни. Как ни парадоксально, но именно пройдя через серьёзные передряги, он приобрёл лёгкость и беспечность, с которыми и шёл по жизни. Почувствовав однажды, как хрупка и беззащитна человеческая жизнь, насколько легко она может оборваться, Стивен подсознательно решил жить на всю катушку, по полной, не упуская ничего из тех ощущений, что она могла ему дать. Со временем это стало частью его самого, теперь Прайс не представлял, как можно жить иначе. Но при этом под напускной легкомысленностью и полной безбашенностью он оставался добродушным и глубоко порядочным человеком. Просто нормальным человеком, а нормальный человек не сможет безучастно смотреть, как на его глазах убивают других людей.
   Из-за угла показались будущие жертвы. Они едва брели, многие были страшно изуродованы, некоторых приходилось поддерживать - они не могли идти сами.
   - Вот этот точно твой, - кивнул Дэвид на пожилого мужчину с крупным орлиным носом. Его лицо было страшного синюшного оттенка, губы запеклись, тело покрыто огромным количеством кровоточащих разрезов, кое-где схваченных наживую.
   Стивен вспомнил, как аккуратно его руки, управляемые Томасом, накладывали стежки швов. Томас любил себя и страшно о себе беспокоился, не считая нужным делать это для других. Зачем? - Ведь всё равно они предназначались для печи крематория.
   Мужчину вели, вернее, волочили на себе две девушки, выглядевшие не лучше. Взгляд одной из них остановился на Прайсе, и Стивена будто обожгло - столько в нём было ненависти.
   Группа подошла ближе и по сигналу Юджина остановилась. Люди были сломлены морально и физически, они подчинялись беспрекословно. И что самое страшное - не все они были безумны. У многих, в том числе старика и девушек, на лицах отражалось глубокое понимание происходящего. Понимание и обречённость.
   Сквозь людскую массу пробились два конвоира. Они волокли молодого человека с таким же характерным носом, как у старика.
   - Ты умрёшь последним, - сказал ему один из мучителей. - После того, как мы отправим в бескрайние поля великой охоты всех твоих соплеменников.
   "Индейцы, - понял Стивен. - Кому-то понадобилась земля".
   - Эй, - забеспокоился Дэвид. - Он же практически здоров. С таких надо начинать. Гарри, тебе фортели нужны?
   - Приказ Вэннаката, - пояснил Гарри. - Доктор сказал, что этот пойдёт после всех.
   - Вэннаката здесь нет, - осторожно заметил Дэвид.
   - И что? - резко спросил его собеседник. - Я не собираюсь нарушать его распоряжение из-за твоей трусости. Я не хочу быть следующим.
   - Да я просто так сказал, к слову, - смешался Дэвид.
   - Займись делом, - жёстко посоветовал Гарри.
   Юджин открыл заслонку. Из огромного жерла печи дохнуло жаром, огонь ревел и бесновался, требуя пищи. Дэвид бесцеремонно рванул старика из рук девушек, сгрёб в охапку - у того не было сил сопротивляться - и швырнул в печь. Живого. Тот страшно, по-звериному закричал, люди в коридоре разразились криками, стонами и плачем, охранники заработали дубинками, заставляя их замолчать. Молодой индеец напрягся, стараясь разорвать верёвки.
   Стивена затрясло. Он сделал шаг вперёд, поднял брошенный Дэвидом огнетушитель и ударил мужчину по плечу. Дэвид, уже тащивший в огонь новую жертву, охнул и удивлённо обернулся к Прайсу.
   - Ты что ж делаешь, скотина?! - прохрипел он. - Да ты...
   - Прайс?!! - удивлённо воскликнул Гарри. - Вэннакат приказал взять его...
   Он бросил индейца и кинулся к Стивену. Молодой человек, воспользовавшись этим, прыгнул ему на спину и впился зубами в шею. Очевидно, ему удалось перекусить сонную артерию. Брызнула кровь. Увидев это, второй охранник попытался пустить в ход оружие, но прыжок индейца послужил спусковым крючком, высвободившим страх, ярость и ненависть остальных. Охранника схватили десятки рук и швырнули на землю. Он скрылся под массой копошащихся тел. Несколько человек вцепились в Дэвида, всё ещё державшегося за ушибленное плечо. Кто-то вырвал огнетушитель из рук Стивена и ударил им Юджина. Тот упал. Он был ещё жив, когда толпа, молниеносно разделавшаяся с конвоирами, принялась рвать его на куски со всей яростью доведённых до предела отчаяния людей.
   Всё было кончено за несколько минут. Люди поднялись и отступили. На полу остались лишь четыре изувеченных человеческих тела, и уже невозможно было определить по останкам, кем они были при жизни. Взгляды жертв Вэннакота остановились на Стивене. Молча, неумолимо и грозно, люди стали надвигаться на него. Прайс вздрогнул, машинально сделал шаг назад. Потом ещё один.
   "Они меня же в эту печь сейчас и затолкают, - похолодев от ужаса, сообразил он.
   Из самых глубин психики поднялась волна животного ужаса и затопила Стивена целиком. "Нет! НЕТ! НЕ-Е-Е-Е-Т-Т-Т-Т-Т-Т!!!!!!! - забилась в сознании единственная мысль. - Жить! Я хочу жить! Я не могу здесь умереть вот так!!!" Лишь колоссальным усилием воли Прайсу удалось удержаться от того, чтоб не покатиться по полу, воя, визжа, рыдая и умоляя о пощаде тех, кому сам он не оставлял ни единого шанса.
   "Томас!" - понял Стив. Тот, о ком Вэннакот презрительно отозвался "уже бы валялся в ногах, вымаливая прощение".
   -Ну нет, скотина, - пробормотал Стив. - Ты не сумел достойно жить, но я смогу достойно умереть.
   Краснокожий юноша выступил вперёд и подошёл к Прайсу. Лицо По лбу и вискам Стивена беспорядочно стекали струйки пота , тело всё ещё била дрожь. Лицо индейца исказилось от презрения и ненависти. Он занёс руку с отобранным у охранника ножом.
   Стив стиснул зубы, усмиряя противную дрожь, поднял голову и взглянул ему в глаза. Рука юноши, уже опускавшаяся, чуть задержалась.
   Вместо ненависти на лице проступило недоумение.
   - Кто ты? - спросил он, не опуская ножа.
   - Я Стивен... - ответил мужчин и, сглотнув, твёрдо добавил - Стивен Прайс.
   При этом имени толпа заволновалась. Из-за спины молодого воина к Стивену потянулись руки, вцепились в него, готовые разорвать. Юноша вскинул руку и одним гортанным возгласом успокоил людей.
   - Ты не он, - полувопросительно-полуутвердительно сказал он. - Ты другой.
   - Да, надеюсь, - кивнул Прайс.
   - Ты не с ними. - Снова полувопрос-полуутверждение.
   - Нет, - твёрдо ответил Стив.
   Юноша повернулся к нему спиной и что-то сказал. В ответ ему послышался глухой ропот. Но индеец напирал на людскую массу, и недавние пленники вынуждены были отступить. Они медленно делали назад шаг за шагом, пока не свернули в коридор, из которого пришли. Перед тем, как скрыться за углом, молодой человек повернулся к Стивену.
   - Останови это, - произнёс он.
   - Как? - тихо спросил Прайс.
   - Не знаю, - так же тихо ответил тот и скрылся вслед за своими людьми.
   Стивен вытер пот, с трудом оторвался от стены и, стараясь не смотреть на распростёртые тела, двинулся в противоположном направлении, к двери в конце коридора, на которой красовалась надпись "Операторский центр".
   Толкнув дверь, мужчина осторожно вошёл и огляделся, сразу отметив второй выход в дальнем углу.
   Комната, рассчитанная на двоих, пустовала. На пульте управления валялась небрежно брошенная бейсболка, в углу на вешалке висел комплект сменной одежды - рубашка и куртка, со спинки стула свешивались джинсы. Критически осмотрев халат, после всех перипетий последнего часа превратившийся скорее в грязную тряпку, Прайс сбросил его и натянул рубашку. К счастью, вещи принадлежали Дэвиду, с которым Стив был почти одного роста. Будь это рубашка Юджина, рукава оканчивались бы где-то возле локтей. Брюки, залитые кровью, перепачканные пылью и сажей, тоже пришлось сменить. Джинсы были чуть широковаты, но в целом держались.
   Переложив универсальный ключ в карман и затянув ремень потуже, Стивен склонился над пультом.
   - Так, понятно, - забормотал он, - это подача газа, это блокировка, это регуляция нагрева...
   Соблазн взорвать здесь всё к чёртовой матери был очень велик, но Прайс не знал, где сейчас Кристи. Если девочка нашла то, что ищет (а зная её настойчивость, Стив не сомневался, что в конце концов так оно и будет) и сейчас находится здесь (Господи, где - здесь?!), лучше не рисковать.
   - А что вот это? - он задумчиво взглянул на очередную кнопку. - То есть, понятно, это подача воды - печи надо время от времени мыть, а вот откуда берётся вода?
   Стив ещё поколдовал над пультом и удовлетворённо кивнул. Всё оказалось очень просто. Вырубленное в скале здание нижними уровнями спускалось ниже уровня моря, и вода подавалась прямо из океана. Туда же смывался пепел несчастных жертв. Это значительно упрощало дело и заодно объясняло, почему у первого этажа такие мощные перекрытия - на случай проникновения воды в подвал.
   Прайс отключил подачу газа, температуру снижать не стал - если кое-где кладка обрушится - тем лучше, полностью открыл шлюзы и прислушался. Где-то под ногами зашумел поток, ворвавшийся в трубы. Если он правильно разобрался в механизмах, то, как только вода достигнет определённого уровня, сработают системы блокировки, и подвал окажется отрезанным от остального здания.
   Стивен машинально постучал пальцами по столу. Честно говоря, он был не прочь тут остаться. Лучше захлебнуться, чем очередной раз очнуться на столе под скальпелем Вэннаката. Но пока не известно, что с Кристи...
   В углу Прайс заметил кочергу и прихватил её с собой на случай нежеланной встречи с пациентами или персоналом клиники.
   Под потолком завыла сирена, на пульте включился таймер. Через три минуты всё здесь будет заблокировано. Стивен задержался ровно настолько, чтобы полностью разгромить пульт и систему управления, потом схватил бейсболку, на ходу нахлобучил её на голову, выбежал через вторую дверь и помчался по небольшой лестнице. Вовремя! Из потолка уже выдвигался толстый стальной брус. Поднырнув под него, Прайс выкатился в коридор. За его спиной глухо лязгнул ударившийся о камень металл. Подобрав кочергу, Стивен пошёл по коридору. Он хотел вернуться в холл и узнать, что изменилось с того момента, когда он вынужден был спасаться бегством.
  
   Выскочив из дымного марева, Сирил, откашливаясь, остановился и быстрым взглядом обежал холл. Помещение выглядело теперь по-другому: по-прежнему неся на себе следы разгрома, оно утратило следы дряхлости. Казалось, что его совсем недавно заботливо отремонтировали для того, чтобы тут же безжалостно разнести в клочья. Осколки, обломки и перевёрнутая мебель создавали гнетущее впечатление, но не было пыли и паутины. Да и пятна крови, приглядевшись, заметил Паркер, казались совсем свежими.
   - Кристи! - Негромко позвал юноша. - Крис, где ты?
   Девушка не отзывалась. Видимо, успела убежать достаточно далеко. Сирил рассчитывал найти её по следам в пыльных коридорах, но пыли не было! Парень завертел головой, прикидывая, в какой из проходов она могла броситься и, после недолгого размышления, шагнул к центральному, но не успел сделать и нескольких шагов, как приятный женский голос негромко окликнул его:
   - Сирил! Подожди!
   Подпрыгнув от неожиданности, Паркер резко обернулся. В углублении за колонной стояла женщина. Юноша узнал её - это была та самая, с фотографии. Рут Стокард. Или Эвелин?
   - Кто вы? - с истерическими нотками в голосе крикнул Паркер.
   - Я Эвелин Стокард, - мягко ответила женщина. - А почему ты кричишь? Я тебя напугала? Извини.
   "Значит, всё-таки Эвелин, - подумал Сирил. - Тогда и тот тип в фотоаппарате был Стивеном, а не Томасом". Парень беспокойно завертел головой, думая, что если это был отец Крис, навряд ли он ушёл бы отсюда по доброй воле. Или Кристин уже нашла его здесь и они ушли вместе? А его бросили?
   - Ты кого-то ищешь? - спросила женщина.
   - Да, мою подругу, Кристину Прайс, - машинально ответил Паркер. - Вы... вы её знает.
   - Разумеется, - недобро усмехнулась Эвелин. - Наверняка и она рассказывала обо мне. Правда, её рассказы...
   - Где она? - Перебил Сирил. - Я должен её найти, может быть, ей нужна моя помощь.
   Женщина засмеялась.
   - Сирил, неужели ты до сих пор не заметил, что Прайсы никогда не нуждаются ни в чьей помощи?
   Паркер невольно вспомнил постоянные ответы Кристи "нет, не надо", "спасибо, я сама", "я знаю, что мне делать и не нуждаюсь ни в чьих советах" и последнее, так зацепившее его "заткнись или убирайся".
   Пристально глянув на него, Эвелин грустно кивнула.
   - Я хорошо понимаю тебя, мальчик. Уж я-то отлично знаю, что такое жить с человеком из семьи Прайсов.
   - Я люблю Кристину, - гневно возразил Сирил. - И она меня любит. Мы нужны друг другу.
   - Прайсам никто не нужен, - покачала головой Эвелин. - Они и сами друг другу не очень нужны, но это понятно: два вожака не уживаются в одной стае. Они бросят всё - и всех, - с нажимом подчеркнула женщина, - ради друг друга, но когда всё хорошо, предпочитают держаться на расстоянии, чтобы не вцепиться друг другу в глотки, просто от скуки.
   Сирил вспомнил, что Кристина много лет практически не поддерживала контакта со Стивеном и мысленно был вынужден признать правоту Эвелин, но вслух сказал:
   - Кристи говорила, что это вы... из-за вас она уехала от отца.
   - Ах, ну конечно, все эти сказки о злобных мачехах и несчастных падчерицах, - снова фыркнула Стокард. - Обычная детская ревность, когда ребёнок не может простить родителям нового брака. Ты же знаешь о её условии Стивену: или она, или я. Стивен выбрал меня. Не от большой любви, а потому что они оба относятся к людям как к вещам, как к игрушкам, но сами игрушками не станут. С ней Стивен считался и уважал, а меня использовал. Они оба знали, что когда он наиграется, то выбросит меня на помойку, и его дорогая девочка снова к нему вернётся. Ненадолго - как я уже сказала, они не ужились бы рядом. Это стало ясно, как только Кристина подросла.
   Паркер опустил глаза. Какая-то часть его кричала "не слушай её! Беги за Кристи!", но с другой стороны, парень не мог не признать, что в словах Эвелин есть определённая правота. Кроме того, ему не хотелось уходить от этой роскошной, соблазнительной женщины.
   Эвелин вышла из своего укрытия и подошла к нему.
   - Сирил, - проникновенно произнесла женщина, кладя руки ему на плечи, - не старайся зря. Ты никогда не выдержишь сравнения со Стивеном. Чтобы понравиться кому-то из Прайсов, нужно быть таким же, как они: безжалостным, язвительным, не считающимся ни с чужими чувствами, ни с чужими страхами, обращающим в игру всё - любовь, дружбу, уважение, преданность, не признающим никого, кроме себя и себе подобных. А ты - ты другой. Ты серьёзный, вдумчивый, тонко чувствующий. Ты очень скоро надоешь Кристине. И в лучшем случае, она тебя отшвырнёт, а в худшем - будет играть с тобой, как с игрушечным солдатиком. Я прошла через это, я знаю.
   - Крис говорила, что вам нужны были только деньги её отца, - хрипло пробормотал Паркер.
   - Деньги, - поморщилась Эвелин. - Ещё один пунктик Прайсов. Они уверены, что всем нужны исключительно их деньги. Кристина тебе ещё этого не говорила?
   Сирил задыхался, от нахлынувших на него противоречивых чувств, он не мог произнести ни слова, только помотал головой.
   - Ну да, она разбогатела сравнительно недавно. Стивен тоже стал таким не с первого дня. Но это неминуемо.
   - Я... Я вам не верю, - выдохнул наконец Паркер. - Мне нужно найти Крис. Она здесь совсем одна.
   - Здесь Стивен, - поправила его Стокард и юноша закусил губу, вспомнив, каким взглядом смерил его Прайс. - Едва он узнал, что Кристина направляется сюда, как разнёс половину больницы. Сирил, Прайс опасен. Он всегда был опасен, а здесь, в этом месте окончательно свихнулся. Его нельзя выпускать. Ты же знаешь, что он творил, а сейчас его никто не остановит.
   Сирил взглянул на осколки витража и представил, как Кристи играет с ним подобную шутку. Она и раньше разыгрывала и подкалывала приятеля, и не всегда Паркер считал её розыгрыши безобидными, но относился снисходительно. Слова Эвелин заставили его по-другому взглянуть на прошлое.
   - Но Крис без отца не уйдёт, - пробормотал он, почти сдаваясь. - а я не уйду без неё.
   - А зачем тебе уходить? - неожиданно спросила женщина.
   Паркер вскинул на неё недоумевающий взгляд.
   - Что тебя ждёт там, за стенами дома, Сирил? Место младшего бухгалтера в таксопарке? Лет через двадцать пять дорастёшь до главного, не раньше. Рыбалка по выходным? Вечные поиски, где взять денег? Воспоминания и горечь от несложившегося?
   - А здесь? Что меня ждёт здесь? - спросил юноша.
   Вместо ответа Эвелин притянула его к себе, мягко прикоснулась своими губами к его губам. Сирил попробовал отстраниться, но она прижалась к нему крепче, её движения стали более настойчивыми. Парень ответил - сначала неуверенно, затем всё более страстно, потом перехватил инициативу и впился в рот Эвелин, оторвавшись лишь тогда, когда оба они стали задыхаться.
   "Ого!", - подумала Принцесса, не ожидавшая такой страсти от сдержанного, спокойного, даже слегка заторможенного Паркера. Она с удивлением обнаружила, что ей льстит такой взрыв чувственности со стороны юноши, годившегося ей в сыновья. Между тем Сирил снова приник к её губам в не менее страстном и долгом поцелуе, потом резким движением опрокинул Эвелин на перила и сунул руку ей под юбку. Женщина инстинктивно отдёрнулась, но, увидев совсем близко от лица широко распахнувшиеся, потемневшие от страсти глаза Сирила со зрачками, разлившимися почти во всю радужку, покорилась.
   Когда всё закончилось, Паркер обессиленно откинулся спиной на ступеньки и, не открывая глаз, хрипло спросил:
   - Что вы с ней сделаете?
   "С ней, - удовлетворённо отметила поправлявшая одежду Эвелин. - Не с Кристиной, не с Кристи - с ней. Надеюсь, Ричард, ты будешь удовлетворён хотя бы вполовину так же, как и я".
   - Она нам не нужна, - пожала плечами Стокард, тоже избегая называть девушку по имени, - нам нужен Стивен.
   - Используете её как приманку? - заинтересованно приподнялся Паркер. - А потом?
   - Не знаю. Это решать Вэннакату. И в интересах Прайса не злить доктора, иначе это скажется в первую очередь на его дочери.
   Сирил безропотно проглотил очередную наживку. Теперь что бы ни делали с Кристи, виноватым он будет считать Стивена - ведь это отец девушки разозлил Вэннаката.
   Эвелин торжествующе усмехнулась.
   - Мне придётся вместе с вами пытать пациентов? - не унимался Паркер.
   - Сирил, - женщина положила руку на его колено, с удовольствием отметив, что от её прикосновения по телу юноши пробежала дрожь, - давай договоримся: здесь никто никого не пытает. Да, опыты Ричарда Вэннаката могут казаться сомнительными с точки зрения ревнителей морали. Ну так они протестуют и против тестирования лекарств на животных. А потом, если заболеют, несутся к врачам и хотят лекарства не какого-нибудь, а проверенного, надёжного. А на ком проверять? Здешние обитатели - это не люди в обычном смысле слова. У них человеческая физиология и разум животных, причём примитивных животных. Возможно, это выглядит жестоко, но Вэннакат стоял в двух шагах от создания лекарства против рака, сделанные им открытия в области лечения сахарного диабета послужили основой для разработки препаратов последнего поколения, он нашёл средство, позволяющее мгновенно снизить болевой шок в десятки раз без применения сильнодействующих наркотических средств. И всё это предназначалось для здоровых, нормальных людей, таких, как мы с тобой.
   Теперь касательно твоего вопроса - разумеется, никто не предлагает тебе брать в руки скальпель или электрошокер. Для этого нужно соответствующее образование и опыт работы. Но у нас много других занятий. Ты ведь любишь возиться с механизмами?
   Паркер молча кивнул.
   - С тех пор, как пациенты подняли бунт и захватили часть лечебницы, у нас огромная нехватка технического персонала. Техники погибали первыми, и гибнут до сих пор. Сегодня погибло четыре человека: два охранника и два оператора. Благодаря Прайсу, - лицо Эвелин потемнело. - Он освободил группу сумасшедших, те напали на персонал и в считанные секунды разорвали людей в клочья. Трупы невозможно опознать.
   - А его не тронули? - заинтересовался Паркер.
   - Нет, - покачала головой Стокард. - Поэтому его необходимо обезвредить как можно скорее. Если он объединится с психами, всем нам конец. Ты не представляешь, на что способны эти люди.
   Сирил зябко передёрнул плечами. Последние сомнения, копошившиеся в нём, угасли. Прайс действительно был чудовищем, что бы там ни говорила Кристи. Конечно, ей трудно смириться с очевидностью, ведь это её отец, но придётся.
   - Что я должен сделать? - спросил юноша.
   - Приведи Кристину в камеру психопропитки.
   -Куда? - не понял парень.
   - Она знает.
   - А где мне её искать? - Паркер по-прежнему упорно избегал называть девушку по имени.
   - Иди по центральной лестнице, затем прямо по коридору. Она движется очень медленно, думаю, ты её скоро догонишь. Если она куда-то свернёт, наши люди тебе подскажут, не пугайся их. Да, безумцев здесь сейчас нет, они все оттеснены в южное крыло. - Откуда взялся человек, напавший на них с Прайсом, Принцесса старалась не думать.
   - Хорошо. - Сирил легко поднялся на ноги, крепко поцеловал Эвелин в губы и зашагал в указном направлении. Женщина проводила его взглядом, провела по губам указательным пальцем и довольно засмеялась. Дело было сделано, до развязки оставалось совсем немного.
  
  
   Стивен свернул в очередной проход и упёрся в глухую стену. Тупик! Он запутался в этих коридорах, похожих один на другой, переходивших друг в друга или расходившихся из одной точки под немыслимыми углами. Часов у него не было, но мужчина чувствовал, что уже не меньше двух, а то и трёх часов пополудни.
   - Да будь ты проклят со своими лабиринтами, - зло пробормотал он, возвращаясь в центральный переход и пробуя идти в другую сторону.
   Здесь ему повезло больше -- на стене висел план эвакуации. Теперь ориентироваться было легче. Прайс нашёл дверь, через которую вышел из затопленного крематория, определил, где находится сейчас, и попробовал составить маршрут до холла. По схеме выходило, что он должен пройти через изолированное помещение -- копию операторской, которую недавно покинул, и сделать это нужно было как можно быстрее.
   Домчавшись до неё за несколько секунд, Стив обнаружил дверь запертой. Похвалив себя за предусмотрительность, попробовал использовать универсальный ключ. Дверь открылась, Прайс вошёл, захлопнув её за собой, и резко остановился: огромная, вытянутая в длину комната со ступеньками в конце, ведущими к выходу, расположенному, очевидно, на следующем уровне, не была пустой, за пультом в её глубине спиной к Стивену сидел человек. Он даже не обернулся посмотреть на вошедшего, лишь поднял руку в знак приветствия. "Логично, - подумал Прайс, - раз у вошедшего есть ключ, значит, он имеет право здесь находится. Значит, он свой. Теперь только бы этот тип не повернулся".
   Махнув в ответ и пробормотав что-то неразборчивое, Стив натянул бейсболку пониже на лоб, прошёл мимо человека, пересёк комнату и шагнул на первую ступеньку. Перед самым его носом обрушилась огромная стальная плита, перекрывшая выход.
   "Номер не прошёл", - понял Прайс. Он оглянулся на оператора. Человек за пультом опустил руку, по-прежнему не поворачиваясь к посетителю. Стивен неторопливо подошёл к нему, стал за спиной и жёстко потребовал:
  -- Открой.
   Тот не шевельнулся. Прайс рывком развернул его вместе с креслом.
   - Я сказал... - и осёкся. Перед ним сидел Карл. Карл Шехтер, его друг и помощник, вместе с которым они планировали вечеринку в проклятом доме. Но всё пошло наперекосяк, и когда Стивен видел Карла в последний раз, тот был мёртв. Какая-то сила вырвала у него переднюю часть черепа, оставив лишь пустую черепную коробку.
   Сейчас, к счастью, у Шехтера было лицо. Скособоченное, застывшее, словно прилепленное кое-как, второпях, но всё же это было лучше жуткого зрелища, что предстало Стиву в ту кошмарную ночь.
  -- Привет, Хьюстон! - улыбнулся Карл.
  -- Карл, ты... Ты жив... - поражённо пробормотал Прайс.
  -- Нет, - покачал головой Шехтер. - Хьюстон, подумай, как можно оставаться живым с выпотрошенной головой? Не ожидал от тебя. - Не меняя ни тона, ни позы, мужчина спросил: - Зачем ты привёл меня сюда?
  -- Прости, Карл, - опустил глаза Прайс. - Я не знал... представить себе не мог, что всё вот так обернётся. Думал, будет обычная игра, и мы хорошо повеселимся.
  -- Игра... - задумчиво протянул Шехтер. - Ты всегда всё делал играючи, Хьюстон, мы никогда не понимали толком, серьёзно ты или шутишь. И не знали, чего от тебя ждать. Знаешь, как тебя называли за глаза?
   Стивен помотал головой.
   - Питер Пэн, - улыбнулся Карл. - Вечный ребёнок, который ни за что не хотел вырастать. Это не то чтобы плохо, Хьюстон, но иногда бывает опасно. Если заиграться.
   -Я заигрался, Карл, - с сожалением кивнул Прайс. - И это обошлось слишком дорого не только мне. Прости.
   Шехтер печально улыбнулся.
   - Карл! - Стивен схватил его за плечо, - мне нужно пройти. Понимаешь, Кристи здесь. Она пришла за мной, надеется меня вытащить. Я должен найти способ отправить её отсюда до заката. Я не хочу, чтобы она осталась здесь и попала в руки этих...этих..., понимаешь ? Открой. Пожалуйста...
   Шехтер кивнул, но не пошевелился.
   - Понимаю, Хьюстон, но я не могу.
   - Почему?!!
   - Дом, - коротко ответил мужчина.
   Прайс машинально обвёл глазами помещение. "Этот дом живой, - вспомнил он горячечный шёпот Притчетта. - Мы обречены. Он убьёт всех нас". Притчетт оказался прав. Почти все они погибли, только Саре и Эдди удалось выбраться. А сейчас дом собирался сожрать Кристи.
   - Карл, неужели ничего нельзя сделать? Но ведь должен быть выход, должен быть хоть какой-то способ!
   Шехтер задумался, потом кивнул.
   - Пожалуй, ты прав. Один способ есть. Вот, - он кивнул на кочергу, которую Прайс до сих пор машинально стискивал в руке.
   Стивен непонимающе взглянул на неё, потом перевёл взгляд на Карла. Тот снова повернулся к нему спиной и наклонил голову.
   - Ты что спятил?! Я не могу... Ты же мой друг!
   - Хьюстон, другого пути нет, - не поворачиваясь, произнёс Шехтер. - Ты должен это сделать. Подумай о малышке, представь её здесь - у тебя получится. Давай. Ради неё.
   - Господи, нет!
   - Это единственная возможность. И поторопись, за тобой уже вышли. Тебе повезло, что система блокирует все переходы, кроме аварийных, при затоплении нижнего уровня, иначе охрана давно была бы здесь. Он смогут пройти только тем путём, что шёл ты. За этой дверью ты будешь в безопасности. Относительной, конечно. Но надо спешить. Не тяни, будет только тяжелее.
   Стивен судорожно сглотнул, вспомнил лицо Крис, её глаза, улыбку, мягкую прядь волос, вечно спадающую на глаза, которую она отбрасывала таким знакомым, привычным движением, удобнее перехватил кочергу обеими руками, замахнулся и, стараясь не смотреть на лысеющую макушку Карла, обрушил вниз.
   Удар был настолько силён, что кочергу вывернуло из рук Стивена и она, лязгнув об пол, откатилась в сторону. Прайс проводил её взглядом, потом обхватил лицо ладонями и опустился на пол.
   - Хьюстон, Кристи, - мягко напомнил Шехтер, смахивая с пульта осколки пластика.
   - Нет, Карл, не могу, даже ради неё. И знаешь, - Стивен говорил, не отнимая рук от лица, поэтому его слова звучали глухо, - я чувствую, что этим ей не помогу. Помогу им, - Прайс кивнул в сторону подвала. Шехтер не переспрашивал. Он понимал, о ком говорит Стив. - Я ведь не тебя убью - себя. Уничтожу то, что отличает меня от них. Выпущу на свободу Томаса.
   Отниму у Кристи последний шанс, если он ещё есть.
   Шехтер молчал. Стивен тоже умолк, оставаясь сидеть на полу в той же позе.
   За дверью, через которую он вошёл, послышались голоса. Пока ещё отдалённые, они становились всё ближе. Прайс не шевелился.
   - Ты окончательно решил? - последний раз спросил Карл.
   -Да.
   Дверь распахнулась.
   - Здесь он, на месте, - удовлетворённо произнёс кто-то, обернувшись к невидимым собеседникам. - Вставай, Прайс, доктор заждал...
   Громкий металлический лязг и грохот, сопровождавшие падение многоцентнерной махины, оборвали его на полуслове. В то же время с другого конца комнаты послышался натужный скрип поднимающейся плиты. Стивен поднял голову и, ещё не веря своим глазам, смотрел, как медленно ползёт вверх металлический щит, загораживавший выход.
   - Карл...
   Шехтер с усилием, будто что-то пыталось, но так и не могло удержать его руку, тянул вверх один из рычагов.
   - Карл, идём со мной, - вскакивая на ноги, предложил Прайс. Шехтер лишь грустно покачал головой.
   - Поцелуй от меня малышку, напарник. Удачи тебе!
   Он поднял руку. Стивен хлопнул по раскрытой ладони, как они делали всегда, пройдя очередной трудный, рискованный этап работы, и помчался дальше.
   Шехтер опустил за ним и второй щит, оставшись сидеть в заблокированной комнате.
   - Открой дверь, скотина, хуже будет! - бесновались за первой дверью.
   - Куда уж хуже, - пробормотал Карл, застыв за пультом.
   - Кто-нибудь, принесите резак!
   - А операторская крематория? Там были дублирующие системы.
   - Забудь! Разве что договоришься с медузой или крабом, чтоб они тебе нужные кнопки нажали. И то морзянкой придётся перестукиваться. После того, как Прайс там порезвился, другого пути нет.
   Когда дверь, с немалым трудом вскрытая автогеном, рухнула, Стивен был уже далеко.
  
   Кристи шла вперёд, прислушиваясь к малейшему шороху, и думала, что она станет делать, когда найдёт отца - "если найдёт" - шевельнулась пораженческая мысль, но девушка решительно прогнала её. Не "если". "Когда". Раз уж у неё получилось попасть в реальность 1931 года, куда, по её предположениям, затянуло Стивена, значит, она обязана его найти. А потом надо выбираться в холл, Наваджибигоквэ подскажет, что делать, она наверняка знает. Но захочет ли старая индианка, пережившая всех своих соплеменников, говорить? Кристи знала, что Сирил был прав - у женщины не было причин сочувствовать потомкам Томаса Прайса. А вот причины для ненависти были. Старуха так и не сказала, что хочет за помощь. Денег Крис не предлагала - понимала, что индианке, живущей на городской свалке в которую постепенно превратилась отнятая у её народа земля, они не нужны.
   Почему же тогда она согласилась? - Крис не знала, но, как и Стивен, предпочитала решать проблемы по мере поступления. Сейчас главным было найти его и не попасться самой. Девушка пожалела, что не взяла пистолет. Против призраков он бесполезен, правда, но здесь, в 1931 году, обитатели клиники ещё живы, это обычные люди из плоти и крови. Не совсем обычные - насколько поняла Кристи, все они раз за разом переживают свои последние часы, в крови, муках и страданиях. Но индианка сказала "нет", и Крис подчинилась.
   Девушке было непереносимо думать, что приходится испытывать отцу, она словно чувствовала его муку, его боль. Именно это, а вовсе не вопрос, который ей так нужно было ему задать, привело её сюда. Да и неважен ей был ответ, который она и без того знала. Важно было лишь то - и Кристи понимала это отчётливо, как никогда - что связывало их всю жизнь, любовь и память.
   "Не расслабляться, - одёрнула себя Крис. - Сентиментальные воспоминания хороши дома у камина дождливым вечером за чашкой чая. А сейчас собраться. Знать бы только, куда запропастился Рил, и пошёл ли он за мной вообще".
   Кристина попыталась представить себе, как отец оценит её избранника, и вынуждена была признать, что Сирил навряд ли понравится Прайсу. Да и парень навряд ли будет в восторге. Девушка вспомнила спор из-за шутки с "конфетным стеклом", упорные попытки Сирила уговорить её отказаться от поисков и, наконец, восторги в адрес Стокард, неважно, Эвелин или Рут, и снова почувствовала раздражение.
   Вдруг дверь перед ней распахнулась и в коридор вышел мужчина в белом халате. Увидев девушку, он удивлённо приподнял брови.
   - Здравствуйте, мистер Мар, - выпалила Крис, прежде, чем он успел что-то у неё спросить. - Не подскажете, где я могу найти мисс Стокард?
   - Думаю, она сейчас в операционной, ассистирует доктору Вэннакату, - машинально ответил Джаспер Мар, которого Кристи мгновенно узнала по фотографии. - А зачем она вам? И кто вы такая, каким ветром занесло в нашу скромную обитель столь юное и прекрасное существо?
   - А мистер Прайс тоже с ними? - продолжала допытываться Кристи, проигнорировав вторую часть вопроса.
   - Прайс? - Мар слегка нахмурился. - Он... немного нездоров. А зачем вам Прайс?
   - Вообще-то мне нужна тётя Рут, - доверительно сообщила ему Кристина, благоразумно обходя молчанием, зачем ей нужен Прайс.
   - Рут - ваша тётя? - расхохотался Джаспер. - Надо же! А вы совсем с ней непохожи.
   - Да, я больше похожа на отца, - кивнула Крис.
   -Странно, что Рут никогда о вас не упоминала, мисс...
   - Паркер, - поспешно выпалила Кристи. "Надеюсь, Сирилу это будет приятно", - подумала она про себя. - Вы знаете, меня это не удивляет. Меня больше удивило бы, если б тётя рассказывала о своих близких коллегам или близким о коллегах.
   - А откуда же тогда вы знаете моё имя? - не успокаивался Мар. Хотя никаких подозрений он, по-видимому, не испытывал - ему действительно было интересно.
   - От мистера Прайса, - с деланным смущением созналась Крис. - Только умоляю, не говорите тёте! Я совершенно случайно познакомилась с ним, когда тётя его в очередной раз... кхм... скажем так, отшила. Мы разговорились, он просил меня помочь, я обещала.
   - В этом весь Томас, - фыркнул Джаспер. - Нагрузить своими проблемами первого встречного. И как, мисс Паркер, вы преуспели?
   - Честно говоря, не очень, - потупилась Кристина. - Но мне так жаль бедного мистера Прайса, я ещё попробую.
   - Если вам его жаль, - серьёзно проговорил Мар, - уговорите его бросить эти ухаживания и забыть о Стокард. Это лучшее, что он может сделать.
   "Вы себе не представляете, насколько я с вами солидарна", - подумала Крис.
   - Вы сказали, что он нездоров? А что с ним? - стараясь не выказывать лишней озабоченности, делая вид, что спрашивает из обычной вежливости, поинтересовалась девочка.
   Мар заметно смутился.
   - Он... как бы это сказать... он слишком переутомился, у него нервный срыв. Сейчас он отдыхает, к нему нельзя.
   Настаивать означало вызвать подозрения.
   - Тётя хотя бы заходит к нему? - как бы невзначай поинтересовалась Кристи, рассудив, что этот вопрос выглядит вполне невинно.
   - Деточка...э...как вас зовут?
   - Кристина, - ответила Крис, прикинув, что в этом случае можно сказать правду.
   - Кристина, неужели вы так плохо знаете свою родственницу? Естественно, даже не смотрит в его сторону.
   - Бедный мистер Прайс, - вздохнула Кристи.
   - Надеюсь, вы сами не будете так изводить беднягу, который очень скоро в вас влюбится? А то наследственность, знаете ли, страшная штука.
   Крис невольно вздрогнула, но тут же энергично замотала головой.
   - Что вы! Никогда. А где я могу подождать тётю, чтобы потом поговорить с ней наедине?
   - Четвёртый этаж, прямо по коридору, потом налево. На кабинетах таблички. Дверей мы в этом крыле не запираем, здесь только персонал, можете чувствовать себя в безопасности. Разгуливать по клинике не рекомендую - сами понимаете, контингент больных специфический, охрана работает хорошо, но нельзя исключать досадных случайностей.
   - Спасибо, мистер Мар! - поблагодарила Крис.
   - Рад был помочь, мисс Паркер, - ослепительно улыбнулся Джаспер и скрылся за соседней дверью.
   "Пронесло!" - с облегчением вздохнула Крис. Но как расценивать слова Марча? Выходит, Стивен не занял место Томаса. "Папа никогда не будет мучить людей. Он мог довольно зло разыгрывать их, его шутки - чего уж там - иногда бывали жестокими, но он не получал удовольствия от чужих страданий", - подумала Кристина, направляясь в кабинет Рут Стокард. Может, там она сможет узнать что-то о местонахождении Стивена Прайса.
  
  
   Половина проходов была перекрыта. Где-то стальными плитами, где-то обычными дверями. Некоторые из них универсальный ключ открывал, к другим не подходил. Но, войдя в очередной коридор, Стивен снова наталкивался на тупик. Приходилось возвращаться и искать новый путь. Постепенно Прайсу начало казаться, что Дом нарочно морочит его, водит по кругу. Но мужчина не сдавался.
   Коридоры, по которым он проходил, были пусты. В какой-то момент Стив утратил осторожность и на очередном повороте едва не столкнулся с двумя сотрудниками клиники. Прайс осторожно отступил, открыл первую попавшуюся дверь -- к счастью, ключ подошёл -- и застыл у порога, надеясь, что так некстати попавшиеся ему на пути коллеги Вэннаката долго здесь не задержатся. Увы, они остановились прямо перед дверью и завели долгий, беспорядочный разговор о футболе, рыбалке, жёнах, детях, машинах... Стивен зло ударил кулаком по стене. Он не мог рисковать, вступая в схватку сразу с двумя. Пока будет драться с первым, второй наверняка поднимет тревогу. Оставалось только ждать, пока им надоест. Но те не собирались умолкать.
  -- Дэнни вчера научился строить дом из кубиков, - восторженно сообщил один из собеседников. - Элиза говорит, уже мои шаги на лестнице узнаёт. На соседей не реагирует, а когда я подхожу, бежит к двери и лепечет на ходу "папа, папа".
  -- Поздравляю, - вежливо заметил второй. Видимо, тема детей не представляла для него интереса.
  -- Не понимаю я Прайса, - не унимался первый. - Бросить жену, ребёнка, и ради кого? Стервы, которая его за человека не считает.
  -- Не скажи, - усмехнулся второй. - Стокард очень эффектная женщина.
  -- Особенно эффектно его отшивает. Он, бедняга, уже дошёл до того, что через её родственников пытается действовать.
  -- В смысле?
  -- - Мар говорит, племянница Рут объявилась, о чём-то хочет с ней переговорить. Не исключено, что о Томасе. Сказала, он просил её помочь повлиять на тётушку.
  -- Боюсь, это бесполезно. Не родился ещё тот человек, который повлияет на Рут, особенно в вопросе Томаса.
   Оба засмеялись.
  -- И что, племянница такая же стервозная, как тётя? - поинтересовался тот, что считал Рут Стокард очень эффектной женщиной.
  -- Джасперу она показалась вполне приличной и даже очень приятной девушкой.
  -- Все они приятные до поры, до времени. Я бы не стал доверять женщине по фамилии Стокард.
  -- У неё другая фамилия. Паркер, кажется. Да, точно, Кристина Паркер.
   Кристина! Стивен ни секунды не сомневался, что это его дочь. Мужчина едва не взвыл от бессилия. Девочка уже тут, а он заперт в мышеловке.
   Собеседники заговорили о вчерашнем матче и шансах "Лос-Анджелес Кингс" на победу в Лиге.
   Прайс искал, на ком сорвать злость, и не находил. Машинально проведя ладонью по лицу, он почувствовал под пальцами пластырь и в бешенстве рванул его. Пластырь легко оторвался от щеки, Стив не ощутил ничего, кроме обычного натяжения кожи. Мужчина ощупал место пореза. Ни следа от глубокой раны, рассекшей щеку едва ли не насквозь.
   Стараясь не шуметь, Прайс расстегнул рубашку и отклеил повязку. На месте страшного багрового шва остался чуть покрасневший рубец, из которого торчали остатки ниток. Дом заботился о своих игрушках и после каждого сеанса игры приводил их в порядок для следующего развлечения.
   Сознавать себя игрушкой в чужих руках, бессильным исполнителем чужой злобной воли было невыносимо.
   -...любопытный экземпляр, - донеслось из коридора. - Представляешь, даже с перерезанным спинномозговым каналом пытался до меня дотянуться. Не представляю, за счёт чего ему это удавалось.
   "Господи, вы же нормальные люди, вы только что о детях говорили, а теперь о том, как людей потрошите, - ужаснулся Стивен. - Неужели это Дом заставляет вас делать это? Неужели он может заставить любого человека делать то, что в нормальных условиях было бы немыслимым, принудить каждого играть по своему сценарию и своим правилам?"
   В следующий миг ему пришла в голову безжалостная по своей сути мысль - "а я сам? Разве я сам не делал того же? Разве я не заставлял играть по моим правилам и моему сценарию всех, кого считал нужным?"
   Это было так неожиданно, что у Стива перехватило дыхание. "Неужели Эвелин и тот парень, что пришёл с Крис, были правы, и я ничем не лучше остальных обитателей этого Дома?!"
   - Ну что, убедился, что ты и сам далеко не святой? - Прайсу показалось, что голос, произнесший эти слова, раздался у него прямо за спиной. Стив порывисто обернулся, едва не впечатавшись в стену. Сзади никого не было.
   - Где ты? Где ты прячешься? - прошептал Прайс, покрываясь потом.
   - Успокойся. Я здесь. С тобой.
   Догадка пришла почти мгновенно.
   - Томас?.. - Неуверенно спросил мужчина.
   - Да.
   - Ну всё, шизофрения подоспела. - Стивен запрокинул голову и закрыл глаза.
   - Ты здоров, - возразил Томас.
   - И это сказал мне голос, засевший у меня в голове. Извини, но мне почему-то не верится.
   -Ты здоров, Стивен, говорю тебе как врач.
   -Об этом бы хоть не упоминал, - поморщился Прайс.
   -Ты же знаешь, до чего может довести любовь к женщине.
   Стивен невесело усмехнулся. Он понимал, о чём, вернее, о ком говорит Томас. Да, он и сам изменился после брака с Эвелин. Раньше он не был таким жёстким, а его шутки - столь безжалостными. В чём-то за это стоило благодарить Кристи, которая сколько раз, выслушав его очередной план, мягко улыбалась и говорила:
   - Папа, а может, пожалеем? Мы и так сильнее.
   И Стив смягчался. С Эвелин всё было по-другому. Очень скоро Прайс понял: главным и, пожалуй, единственным, что притягивало к нему Принцессу, были его деньги. И ради них женщина была готова на всё. Стив отлично понимал, что все неприятности, посыпавшиеся на него словно из рога изобилия, не были случайными. За ними стояло холодное, обдуманное желание Эвелин убрать его, чтобы унаследовать капиталы.
   Прайс принял вызов, иначе он не был бы Прайсом. Отсутствие Кристи развязывало ему руки, а за себя Стивен не боялся. Он был на голову выше Эвелин и всех её сообщников, вместе взятых. Да, он легко мог бы доказать факт покушения и упрятать её за решётку, но не хотел этого делать. Почему? Возможно, потому что всё-таки вопреки всему продолжал любить Эвелин, если, конечно, можно назвать любовью неестественную, неодолимую тягу к тому, кто тебя ненавидит. На взаимность Прайс давно перестал рассчитывать, но пока Стокард надеялась получить его деньги, она оставалась рядом. И пусть Принцесса отдавалась десяткам проходимцев, принадлежала она ему, и узы, скреплявшие их, были куда сильнее брачных. Жадность и одержимость калечили их обоих. Стокард становилась всё беспутнее и развращённей, Стивен - безжалостней и жёстче.
   Но он так и не переступил той черты, за которой человек изменяется необратимо. Прайс уничтожал и растаптывал тех, кто - он знал, - пытался его убить, но ни разу не опустился до бессмысленной жестокости и тем более вымещения своих разочарований на ни в чём не повинных людях.
   - Всё так, - согласился Томас. - Поэтому ты сильнее меня. Но это продлится недолго. Вэннакат дал понять, что необходимость во мне перевесила стремление мучить меня за то, что я остался жив. Он хочет, чтобы я снова помогал ему. Я устал, Стивен. Последние месяцы я был на грани самоубийства, но у меня не хватило духу . Потом этот пожар... Не скажу, что моя жизнь после него был радужной, но не шла ни в какое сравнение с тем кошмаром, что творился тут.
   - Томас, твоя исповедь мне не нужна, - прислушиваясь к продолжающейся болтовне в коридоре, - оборвал его Прайс. - Если ты решил поболтать...
   - Ты не понял главного, Стивен. Всё, что хочет от меня Вэннакат, я буду делать твоими руками. И ты будешь чувствовать и осознавать это, как чувствую и осознаю я всё, что делаешь или испытываешь ты.
   - Что?! - Стивен едва не позабыл об осторожности.
   - Поэтому надо его остановить. Думаю, что без него я смогу уйти. Поверь, я сам не хочу этого симбиоза.
   "Останови это," - вспомнил Прайс слова молодого индейца. Теперь того же хотел от него Томас.
   - В данный момент моё желание полностью совпадает с твоим, но, чёрт возьми, как это сделать? Ты знаешь?
   - Нет, - признался Томас. - До сих пор Дом был неуязвим, но была у него одна странность.. Ты знаешь замурованную комнату недалеко от кунсткамеры?
   Стивен сразу понял, о чём говорит его предок. Заложенная дверь, которую он сломал, когда швырнул Эвелин, зашедшую слишком далеко в своих откровениях. Из открывшегося пролома на него дохнуло мраком, а потом выполз сгусток Тьмы, поглотившей Принцессу, потом Притчетта, и гнавшийся за ними по всему дому. Тот самый, с пути которого Стив оттолкнул Сару, а сам уже не успел отскочить.
   - Сначала там было оборудовано несколько операционных. Персонал пребывал в недоумении, но Вэннаката тянуло именно туда. Однако вскоре ему пришлось отказаться от своей идеи: больные приходили в чрезмерное возбуждение, на них, а потом и на врачей накатывали то приступы необъяснимого страха, то необъяснимой агрессии. И оборудование... Оно тоже вело себя странно. Потенциометр зашкаливало от совершенно необъяснимой энергии, там ничего не было, никаких приборов, никаких установок. Со временем влияние этого Нечто стало распространяться и дальше по Дому. Тогда Вэннакат принял решение замуровать комнату, хотя сам очень часто приходил туда. Говорил, что там ему думается лучше.
   - Могу себе представить, до чего он там додумывался, - Стивена передёрнуло.
   Сверху что-то затрещало. Прайс вскинул голову.
   - Что это?
   - Селекторная связь, - ответил Томас. - Вэннакат хочет сделать объявление персоналу.
  
  
   Кристина подходила к кабинету, любезно указанному ей Джаспером Маром, как вдруг сбоку что-то зашуршало.
   - Крис, - услышала она вдруг сдавленный шёпот со стороны бокового коридора. - Кристи, сюда!
   - Сирил! - обрадовалась девушка, - наконец-то! А я уже боялась, что потом придётся и тебя искать.
   "Потом, - отметил про себя Паркер. - Ну конечно, я же на втором месте навечно. Эвелин была права."
   - Крис, я его видел, - лихорадочно зашептал он. - Видел твоего отца.
   - Где?! - Кристи схватила его за руку.
   - Его только что провели по тому коридору, - Сирил неопределённо махнул рукой в сторону. - Я слышал, что Вэннакат приказал доставить его в... в...
   Юноша сделал вид, что припоминает.
   - Ну же, Рил, - торопила его Кристина.
   - В камеру психопропитки. Ты знаешь, где это?
   - Да, - кивнула Кристи. - В подвале, за кунсткамерой Вэннаката. Помнишь, Сара про неё вскользь упоминала?
   Паркер не помнил, так как не очень прислушивался к рассказу Сары, но на всякий случай кивнул.
   - Они ещё спорили, выдержит он двухчасовый цикл или нет, - добавил юноша. - Сказали, что до сих пор никто не выдерживал. Заключали пари, в каком состоянии он будет, когда они вернутся за ним.
   - Вернутся? - переспросила девушка - Значит, они просто запирают его, не оставляя охраны. Ну да, я читала отчёт комиссии - камера психопропитки устроена так, что открыть её можно лишь снаружи. Это наш шанс, Сирил. Идём!
   - А вдруг они решат насладиться зрелищем? Что мы тогда будем делать? - поинтересовался Паркер. - Оружия у нас нет, эта Женщина с Камней...
   - Срединной скалы, - машинально поправила Крис.
   - Неважно, но именно благодаря ей нам нечего им противопоставить.
   - На месте решим, - отмахнулась Кристина. - Раз она запретила брать пистолет, значит, так и надо. Я ей верю, Сирил.
   - А мне? - спросил Паркер, останавливаясь перед дверью. - Мне ты веришь?
   - Конечно, - улыбнулась девушка, толкнув дверь.
   - Рил, ты был прав, здесь никого нет, - воскликнула она, окидывая быстрым взглядом пустое помещение, посреди которого возвышалось странное сооружение, напоминавшее перевёрнутый водолазный колокол. К верхушке колокола шёл толстый сноп проводов, на стене был закреплён механизм управления. Сейчас камера работала, сооружение покачивалось, от него нёсся оглушительный лязг, смешивающийся с безумной какофонией звуков внутри, жуткие цветовые сочетания, рвавшиеся из единственного смотрового окошка в двери, наводили на мысль о дискотеке со свихнувшимся или обкуренным ди-джеем. Сомнительно, чтобы кто-то мог выдержать такое в течение двух часов.
   Кристи подбежала к двери, торопливо отключила энергию и крутанула штурвал дверного запора.
   - Не напрягайтесь, Кристина, - произнёс за её спиной незнакомый холодный голос. - Там никого нет.
   Выпустив штурвал, Кристи резко обернулась. Она сразу узнала стоявшего перед ней мужчину - это был Вэннакат. За ним из-за камеры вышла Эвелин, подошла к Сирилу и, приобняв парня, ухмыльнулась ядовито-презрительной улыбкой.
   Девушка всё поняла. Не удостоив Паркера взглядом, она лишь негромко заметила:
   - Теперь понятно, откуда взялась идея с педофилией. У кого что болит, как говорится. Кстати, интерес к мальчикам у зрелой женщины - первый признак старения. Климакс ещё не начался?
   - Мальчики предпочитают женщин, знающих, как доставить удовольствие, - парировала Стокард.
   - Ну ещё бы, с таким-то опытом. Да забирай, мне не жалко. Папа всегда учил, что старые надоевшие игрушки надо отдавать тем, кто и таким обрадуется.
   Сирил покраснел.
   - На такую игрушку, как твой отец, и желающих-то не находится, - процедила Стокард, однако было видно, что её задели слова Крис.
   -Желающих валом, просто он в тебя ещё не наигрался, - фыркнула Кристи.
   Эвелин открыла рот для достойного ответа, но, натолкнувшись на ледяной взгляд Вэннакота, мгновенно захлопнула.
   - С вами будет очень интересно побеседовать, Кристина, - любезно улыбнулся доктор. - Но позже. Сейчас мне нужно, чтобы вы предложили мистеру Прайсу присоединиться к нашей дружной компании. Вы ведь за этим сюда, пришли, правда?
   Крис, ни чего не ответив, отвернулась.
   По знаку Вэннаката из смежного помещения вышел человек с переносной рацией и протянул доктору микрофон.
   -.Стивен, твоя девочка у нас, - задушевным тоном произнёс Вэннакат, - и сейчас мы это докажем. Милая, поздоровайся с папочкой.
   Кристи молчала. Техник неожиданным движением заломил ей руку за спину и загнал под ноготь лезвие перочинного ножа. Крис с шумом втянула в себя воздух, не сумев до конца подавить стон.
   - Думаю, достаточно, - махнул рукой Вэннаката. - Ты слышал. Говорить она, правда, не хочет - сказывается воспитание, но на данный момент меня больше интересуешь ты. Предлагаю тебе присоединиться к нам. Ждём тебя в камере психопропитки. Поскольку я лишь приблизительно знаю твоё местонахождение, даю тебе пятнадцать минут. Если не успеешь - мне ничего не останется, как заняться твоей малышкой. Ты, конечно, можешь отклонить моё приглашение, и дальше прятаться по норам: дом большой, и я не исключаю, что тебе, с твоими талантами и упорством, это будет удаваться довольно долго, но когда тебя в конце концов поймают - а тебя обязательно поймают, не сомневайся, - ты рискуешь не узнать Кристину. Гарантирую, что от её милого личика к тому времени мало что останется. Время пошло, Стивен. Пятнадцать минут.
   С негромким щелчком выключилась рация. Техник забрал её и так же молча отошёл в сторону.
   - Присаживайтесь, - предложил Вэннакат, сам, впрочем, продолжая стоять. Кристина, по-прежнему ни на кого не глядя, опустилась на кожух генератора.
   Сирил прислонился к стене, Эвелин присела на стул. Тишину в комнате нарушало лишь потрескивание штукатурки да разряды статики, время от времени раздававшиеся от камеры.
  
   Дослушав Вэннаката, Стивен пружинисто вскочил на ноги, схватился за дверную ручку, но тут ноги подкосились и он едва не упал.
   - Стой! Куда! Ты что, не понимаешь? - взорвался в голове крик Томаса. - Ты ничем не поможешь девочке. Единственный шанс - уничтожить Дом.
   -Думаешь, мне хватит пятнадцати минут? - в полный голос выкрикнул Прайс, уже не заботясь о том, что его услышат в коридоре.
   - Да при чём тут... Вэннакат получит тебя и будет делать, что захочет. С вами обоими! И со мной! Я же сказал тебе...
   - Заткнись! - Оборвал его Стив. - Тебе не понять. Ты бросил своего сына, а я не оставлю свою дочь.
   - Но она же...
   - Заткнись!!!
   Усилием воли Стивен поднялся на ноги, стиснул зубы и снова, который раз за этот день, представил лицо Крис. Томас исчез. Сознание полностью прояснилось. Повернув ключ, Прайс распахнул дверь и вышел в коридор. Оба собеседника оторопело воззрились на него. Мужчина молча прошёл мимо них к лестнице.
   - Там перекрыто, - произнёс ему в спину тот, что рассказывал о ребёнке, Стивен узнал его по голосу. - Не пройдёшь.
   Прайс остановился и вопросительно взглянул на него.
   - Поднимись на шестой этаж, пройди через центральный коридор и спускайся по южной лестнице, только осторожно, не нарвись на психов. Выйдешь в холл, оттуда через подвал попадёшь в камеру психопропитки.
   - Сколько это займёт времени? - спросил Стив.
   - Минут двадцать, - развёл руками говоривший.
   Стивен побежал.
  
   - Время истекло, - объявил Вэннакат, посмотрев на часы. - Я сожалею, Кристина, но кажется, ваш отец оказался не совсем таким, как вы его представляли.
   Крис равнодушно пожала плечами.
   - Вы знаете не хуже меня, что он придёт, - спокойно сказала девочка.
   - Конечно, не исключён вариант, что бедняга Томас настолько боится встречи со мной, что смог задержать Стивена, - будто не слыша её, продолжал рассуждать доктор. - Но за свои слабости надо отвечать.
   - Я распоряжусь, чтобы подготовили операционную, - с готовностью поднялась Эвелин.
   - Но ты же мне обещала... - пробормотал Сирил.
   - Рил, на двух стульях одной задницей ты не усидишь, выбери уже, что ли, - не глядя на него, бросила Кристи.
   - Он уже выбрал, милая, - усмехнулась Стокард. - Выбрал то, чего заслуживает.
   - Ага, - согласно кивнула девушка. - Именно. То, чего заслуживает.
   Сирил вспыхнул. Эвелин издевательски захохотала.
   - Теперь ты видишь, что она не стоит твоих переживаний. Пойдём со мной, поможешь мне.
   - Так и быть, - перебил её Вэннакат, - я добавлю три минуты. Мало ли какие препятствия могли оказаться на пути мистера Прайса. Три минуты. Не более.
   Стокард разочарованно остановилась.
   - Но операционную можно приготовить, - повернулся к ней Вэннакат. - В любом случае, пригодится.
   Эвелин заспешила к выходу, но уже почти в дверях испуганно отшатнулась.
   - Не торопись.
   В зал вошёл Стивен. В первую очередь он отыскал взглядом Кристи. Девочка чуть улыбнулась ему - одними глазами и краешком губ. Стив так же улыбнулся в ответ.
   - Надо же, как вы похожи, - протянул Вэннакат. - Что ж, я знал, что ты обязательно примчишься. Ты удручающе предсказуем, Прайс.
   Стивен пожал плечами, точно так же, как Кристина за несколько минут до этого.
   - Скажи мне, - не унимался доктор, - а зачем, собственно, ты пришёл? Какой смысл в твоём появлении? Ведь я даже не обещал, что отпущу девчонку или оставлю её в неприкосновенности. Твоя героическая жертва ровным счётом ничего не меняет. Тогда зачем?
   Прайс удивлённо посмотрел на Вэннакота. Как объяснить то, что должно быть очевидно любому нормальному человеку? И можно ли это объяснить тому, кто нормальным не является? Возможно, из всех обитателей клиники его понял бы лишь отец Дэнни, который указал ему самую короткую дорогу.
   - Стивен, я жду, - слишком мягко напомнил Вэннакат. У психопатов такой тон является прелюдией к вспышке ярости.
   - Я знаю, что меня сломает ваша сила,
   Я знаю, что меня ждёт страшная могила,
   Вы одолеете меня, я сознаюсь...
   Но все-таки я бьюсь... я бьюсь... я бьюсь!.. - - негромко произнесла Кристи.
   Доктор тут же обернулся к ней.
   - Весьма романтично, но довольно невразумительно, мисс.
   - Ну как вам сказать, - слегка наморщила лоб девушка. - Для некоторых такое поведение естественно, как дыхание. Считайте это особенностью обмена веществ.
   -Инстинкт, - кивнул Вэннакат. - Превалирование инстинкта над разумом характеризует наиболее примитивных особей.
   - Самым сильным во всём животном мире считается инстинкт самосохранения, - возразила Кристи. - А то, что вы сейчас наблюдаете, не инстинкт, а совесть. Высшее чувство, характерное для наиболее развитых индивидуумов. Вы и ваша компания, увы, лишены его начисто.
   Вэннакат расхохотался.
   - Деточка, вы хотите сказать, что по уровню развития я стою ниже, чем мистер Прайс?
   - Ага, - кивнула Кристина.
   Лицо доктора мгновенно исказилось от ярости. Стивен шагнул вперёд, становясь между ним и Крис. Но Ричард уже взял себя в руки.
   - Вы тупиковая ветвь эволюции, - снисходительно сообщил он. - И я вам это очень скоро докажу. А пока...
   По сигналу Вэннаката Эвелин распахнула дверь камеры.
   - Прошу, - рука доктора поднялась в приглашающем жесте.
   Стивен приобнял Кристину за плечи и они вдвоём вошли в камеру. Сзади лязгнула дверь и заскрипел засов. Потом камеру наполнило низкое гудение. Звук его становился всё сильнее и назойливее.
   - Папа, - Кристи повернулась к Стивену. Прайс крепко обнял её и прижал к себе.
   - Девочка моя, спасибо тебе.
   - Прости, папа, я знаю, ты скажешь, что я зря это сделала, что мне не нужно было сюда приходить, но...
   - Но все-таки я бьюсь... я бьюсь... я бьюсь!.. - с улыбкой повторил Стивен.
   - Точно, - Крис улыбнулась в ответ.
   - Малыш, слушай внимательно, - схватив дочку за плечи, Прайс заглянул ей в глаза. - Сейчас здесь начнётся настоящая чертовщина, стены будут вращаться, на них станут появляться разные картины довольно жуткого содержания, впечатление, будто кто-то залез тебе в мозг и резвится там напропалую. Держись. Просто держись. Не сдавайся. Я с тобой.
   - Да, папа, - кивнула Кристи.
   Памятуя прошлый опыт посещения камеры психопропитки, Стивен не стал тратить времени на "защитные очки", которые, похоже, наоборот, ломали последнюю защиту, а сразу опустился на пол напротив двери. Крис села рядом с ним. Вращение началось. Яркие вспышки били по глазам, создавая впечатление неотвратимой беды. Стены ожили, задвигались, зловещая фигура Вэннаката, казалось, заполнила собой камеру. Прайс искоса взглянул на дочь. Кристи сидела неестественно прямо, закрыв глаза и положив руки на колени. Стивен накрыл её ладонь своей, надеясь, что так девочке будет хоть немного спокойнее.
  
   Кристи подошла к вагончику, но не торопилась садиться. Задрав голову, она внимательно изучала все петли и изгибы аттракциона, по которым им со Стивеном сейчас предстояло промчаться.
   - Крис, если тебе страшно, - наклонился к ней отец, - оставайся с Карлом, я поеду один, а ты просто помашешь мне рукой.
   Инвестор недовольно кашлянул. Прайс знал, что последней поправкой к контракту оговаривалось участие Кристи в открытии парка развлечений, но ему было плевать на скандал и неустойку. Если Кристи боится, она останется здесь. Но девочка как обычно молча мотнула головой, заодно отбрасывая с глаз отросшую чёлку, и забралась на переднее сидение. Прежде, чем сесть рядом, Стивен сам защёлкнул на ней ремень безопасности, несколько раз проверил защёлки и крепления, затем пристегнулся сам и дал сигнал отправляться.
   Вагончик рванулся так, что их обоих вдавило в сидения. Кристи вцепилась в поручень так, что побелели пальцы. Стив положил руку поверх её ладошки, почувствовав, как девочка сразу немного расслабилась, и в который раз поразился, какое безграничное доверие испытывает к нему это маленькое существо. Мужчина пообещал себе, что никогда не обманет этого доверия. Крис повернула голову к нему, их взгляды встретились, Стив улыбнулся дочери, и она ответила такой же улыбкой.
   Вагончик ощутимо подбросило. Кристи моментально вскинулась, во взгяде появился испуг. Стивен слегка сжал её пальцы, показывая, что всё в порядке. Девочка успокоилась. Не убирая руки с её ладони, второй рукой Прайс попробовал отстегнуть свой ремень. Кристина в ужасе привстала, насколько позволяла страховка. Её губы зашевелились. Сумасшедший ветер мгновенно унёс слова в сторону, но по движениям губ Стивен догадался: "Папа!" Он снова улыбнулся, делая успокаивающий жест. Это была необходимая проверка системы блокировки защёлок во время движения вагончиков. Несколько секунд Кристи настороженно смотрела на него, потом Прайс почувствовал, что напрягшаяся детская ладошка снова расслабилась.
   Даже во время самых крутых поворотов и отвесных пике девочка ни разу не вскрикнула, только крепче цеплялась за поручень. Скоро Стивен понял, что ей эта сумасшедшая гонка нравится так же, как и ему. Они сделали три круга, мужчина начал опасаться, как бы малышку не укачало, но Кристи выглядела довольной и казалась куда спокойнее, чем в начале рейса. Наконец вагончик подкатил к конечной точке маршрута и замер. К нему рванулись журналисты, засверкали вспышки камер.
   - Какие впечатления у маленькой пассажирки? - спросил один из репортёров.
   Кристи, ещё не отошедшая от бешеной скорости, вскинула сияющие восторгом глаза, подняла вверх оба больших пальца и радостно выпалила:
   - ВО!!!!!!!
   Вокруг засмеялись. Стивен подхватил девочку на руки. Эта фотография обошла потом все специализированные журналы мира и долго служила визитной карточкой "Прайс Индастриз". Успех рекламной кампании был сногсшибательный, настолько искренним и неподдельным был восторг Кристи. Можно отрепетировать с ребёнком каждое движение, заучить каждое слово, но нельзя добиться таких сияющих глаз. Это понимали все. Поэтому посетители валом валили на аттракционы, а дети, особенно мальчики, даже если им было страшно, старались скрывать свой страх, боясь, что будут выглядеть хуже семилетней девчонки.
   Были и другие открытия, и до самой их ссоры из-за Эвелин Кристи всегда была рядом, но для Стивена так и осталось главным то первое ощущение напряжённо сжатых маленьких пальчиков под его ладонью и удивление от детской веры в отцовское всемогущество. Ощущение счастья.
  
   Если бы сейчас, стискивая зубы и пытаясь не поддаваться агрессивному давлению образов, света и звуков камеры, Стивен узнал, что Кристи вспоминает о тех самых моментах открытия их первого аттракциона, он, пожалуй, не удивился бы.
  
   - Похоже, на это понадобится времени больше, чем я предполагал, - недовольно протянул Вэннакат, отворачиваясь от смотрового окошка. Эвелин тут же заняла его место, с торжеством уставившись на две скорчившиеся фигуры у стены.
   - Я ведь предлагала электрошок.
   - Вынужден повторить, хотя я этого очень не люблю, что Томас нужен мне в работоспособном состоянии, поэтому меры физического воздействия на Прайса исключаются. Только психологическое.
   - Прайсы невероятно психологически устойчивы, - почтительно, прилагая все усилия, чтобы это не прозвучало, как вызов, заметила Стокард.
   - Про Томаса я бы этого не сказал, - усмехнулся доктор. - А вот Стивен на удивление стойкий. Я думал, что страх за девчонку подкосит его, а он наоборот, стал сильнее. Устроил тут настоящую диверсию. Дом, конечно, всё исправит. К сожалению, не сегодня и не завтра, так что крематория мы пока лишились, но это не главная наша проблема. Прайс пагубно влияет на людей. Там, где он появляется, начинаются бунты. Краснокожий до сих пор бегает по клинике, организует это стадо в группы и убивает наших людей. Шехтер... Признаться, я не ожидал, что у него хватит сил противостоять Дому.
   - Они с Прайсом были друзьями, - напомнила Стокард.
   Вэннакат отмахнулся.
   - Здесь подобное не действует. До сих пор не действовало, - поправился он. - Стивена нужно сломать, и чем быстрее, тем лучше. Эй, там, - крикнул он в коридор. В комнату вошёл техник и почтительно замер перед доктором.
   - Интенсивность на максимум. Всё: свет, звук, изображение. Время - два с половиной часа. Думаю, хватит, не Прайсу, так девчонке. А если она начнёт ходить под себя и пускать слюни, Стивен будет куда податливее.
   Сирил похолодел, видя, как их с Эвелин выдумка обретает жизнь. Или?.. Он повернулся к Стокард.
   - Ты это знала с самого начала? Что Кристи запрут в камеру?
   - Сирил, ты для неё старая игрушка, - мягко напомнила Эвелин. Паркер сжал кулаки. Кристина даже не посмотрела на него, не проклинала, не требовала объяснений. Он перестал для неё существовать в один момент. Так какое место он раньше занимал в её жизни, если был вычеркнут так просто и безболезненно?
   Принцесса довольно улыбалась, глядя на сменяющиеся выражения лица Паркера. Мальчишка будет принадлежать им телом и душой. Телом уже принадлежит, а в таком возрасте душа следует за плотью.
   - Молодой человек, ваша помощь потребовалась нам скорее, чем я предполагал, - обратился к Сирилу доктор.
   - Вы хотите, чтобы я... - сглотнул Паркер, не имея сил договорить.
   - Что вы, - засмеялся Вэннакат. - Людей надо использовать лишь в том, к чему у них есть предрасположенность. Вы ведь хорошо разбираетесь в технике?
   Сирил кивнул, ещё не понимая, к чему тот клонит.
   - Спуститесь, пожалуйста, в диспетчерскую и попробуйте наладить систему блокировки. Из-за аварии в подвале многие помещения отрезаны, и кое-где система дала сбой. Человек, который должен был этим заниматься, не оправдал моих ожиданий, так что я вынужден обратиться к вам.
   - Конечно, - кивнул юноша, радуясь, что не придётся участвовать в пытках, и подсознательно стремясь как можно быстрее покинуть помещение, чтобы не видеть, во что, по словам Вэннаката, превратится Крис.
   - Замечательно. Эвелин, проводите нашего юного друга, а вы, Бенджамин, помогите ему разобраться. - Техник кивнул. - Сюда пришлите двух охранников, пусть контролируют работу камеры. А меня ждут дела.
   Эвелин, взяв Сирила за локоть, повела юношу вниз. Бенджамин пошёл за ними, по пути стукнув в одну из дверей и передав вышедшему на стук дюжему парню распоряжение Вэннаката. Тот кивнул, на секунду скрылся за дверью и тут же вышел в сопровождении такого же громилы, на ходу застёгивая кобуру. Доктор ещё раз взглянул в смотровое окошко, с удовлетворением отметил, что губы Кристи подёргиваются, словно от боли, а по лицу Стивена катится пот и, не глядя на охранников, вышел. Те расположились по обеим сторонам камеры, время от времени лениво перебрасываясь парой слов.
  
   - С днём рождения, дорогая!
   Стивен чмокнул Эвелин и отшвырнул её от себя. Толчок был так силён, что Принцесса проломила своим телом фальшивую дверь и влетела в потайную комнату. Прайс, мгновенно остыв от звука удара, шагнул за ней убедиться, всё ли в порядке, но остановился на пороге. Чем-то недобрым, страшным несло от пролома. И он, который никогда ничего не боялся, почувствовал, что холодеет от страха.
   - Эвелин, вставай, - негромко позвал мужчина. Ему показалось, что прямо из стен начали просачиваться тонкие паутинки чего-то, чему не было названия в человеческом языке, воплощения первозданного ужаса, миллионы лет назад заставлявшего первобытных людей корчиться от страха и забиваться под камни, коряги и кучи листвы, хорониться в пещерах и дуплах деревьев.
   - Эвелин, вставай, - повторил Стивен.
   - С кем ты говоришь, милый? - за его спиной раздался знакомый издевательский смех.
   Прайс оглянулся. Сзади, обнимая юнца, годившегося ей в сыновья, стояла Принцесса. Застыв от ужаса, Стивен развернулся к пролому. У стены лежала Кристи. На щеке девочки кровоточила свежая царапина, губы искусаны, ногти, которыми она бессильно скребла по земле, пытаясь подняться, обломаны. Тёмные паутинки, утолщаясь на глазах, подбирались к ней, захлёстывали и опутывали со всех сторон.
   - Кристи, нет!!! - закричал Стив, бросаясь к ней.
   - Не так быстро, - железная рука Вэннаката ухватила его за плечо. Прайс отчаянно рванулся, ему удалось вывернуться из рук доктора, он запрыгнул комнату, и в тот же момент завеса непроглядного мрака проступила из стены. Именно от неё тянулись зловещие нити.
   Стивен опустился на колени, пытаясь поднять девочку, но завеса колыхнулась и втянула её в себя.
   - Н-е-е-е-е-е-ет!!!! - кричал Стив, пытаясь удержать руку дочери, но пальцы Крис выскользнули из его ладони.
   - Папа, помоги мне!!! - будто очнувшись от сна, закричала девочка. - Папа, пожалуйста! Папа!!!
   Стивен зарыдал - глухо, страшно, без слёз, проводя пальцами по поверхности такой податливой, но абсолютно непроницаемой завесы, надеясь нащупать руку Кристины и боясь признаться себе, что всё кончено...
  
   Вагончик мчался по рельсам, закладывая крутые виражи, высекая искры из стальных рельсов. Кристи изо всех сил цеплялась за поручень, стараясь, чтобы папа не заметил, как ей страшно. Но Стивен ничего не замечал. На его коленях сидела Эвелин. Девочка не понимала, как ей удавалось держаться, она ведь не была пристёгнута.
   "Эвелин - ведьма", - поняла малышка. Бесовские глаза взглянули на неё, губы искривились в злой усмешке.
   - Правильно, милая. Но мы ничего не скажем папочке, правда? - женщина недобро подмигнула Кристи и перевела взгляд на Стивена. - Милый, обними меня, крепко-крепко.
   Как заворожённый, Стивен снял руку с ладони Крис и притянул к себе Эвелин. Та впилась в его губы. Кристина с ужасом наблюдала, как Эвелин выпростала из-за его спины руку с зажатым в ней острым стилетом.
   - Папа, - попробовала закричать девочка, однако ветер и лязг колёс заглушили её голос. Но стилет предназначался не Прайсу. Не позволяя мужчине оторваться от себя, Эвелин одним махом лезвия перерезала ремень безопасности.
   - Папа!!! - завопила Кристина, чувствуя, как её выносит из кресла. - Помоги мне! Пожалуйста, папа!
   Руки Эвелин плотно зажимали уши Стивена, она не отпускала мужчину и Кристи чувствовала себя безмерно одинокой во Вселенной.
  
   Кристина сжалась в комок, обхватив руками плечи, по лицу девушки бежали слёзы.
   - Папа, папа! - шептала она не переставая - Папа...
   Рядом метался Стивен. Ослепший от непрекращающихся вспышек, оглохший от душераздирающего лязга и скрежета, он упрямо водил руками перед собой, стараясь нащупать ладонь Кристи. Во время очередного, особенно яркого сполоха рука Прайса конвульсивно дёрнулась и случайно натолкнулась на плечо Кристи. Стивен крепко прижал к себе девушку, на ощупь нашёл ледяную ладонь и накрыл её своей.
   - Папа с тобой, моя девочка, - прошептал он. - Я никогда тебя не оставлю.
  
   -Смирись, Стивен, - с притворным сочувствием произнёс Вэннакат. - Не трать силы, Дом ещё никогда не выпускал свою добычу.
   Боль и ненависть душили Прайса, стискивая грудь, словно тисками. Мужчине хотелось впиться в горло доктора и затолкать эти слова ему обратно в глотку, но в одном мерзавец был прав: следовало беречь силы.
   - Папа... - он скорее почувствовал, чем услышал слабый голос Кристи.
   - А-а-а-а! - С громким криком Прайс всем телом ударился об завесу, и она не выдержала, треснула. В образовавшемся разрыве Стивен заметил ладонь Кристины и вцепился в неё. У него не хватало сил вытащить девочку, но Прайс знал: он не отпустит малышку, не даст уволочь её в небытие. Девочка останется с ним.
  
   Слабые пальчики Кристи не могли больше удержать девочку. Ладошка разжалась и Кристи полетела в пустоту, но в то же мгновение Стивен, то ли ощутив колебания воздуха, то ли почувствовав неладное, рванулся к ней и успел ухватить за руку, затем втащил обратно на сидение.
   - Крис, малышка, ты что, - приговаривал он, крепко затягивая узел на ремне безопасности.
   Кристина громко всхлипывала, всё ещё переживая испуг и одиночество. Стивен мягко погладил её по волосам.
   - Не плачь, родная, папа с тобой. Я никогда тебя не оставлю.
   Крис так и не поняла, куда исчезла Эвелин, но её это мало заботило. Папа снова был рядом, и они вместе мчались по рельсам, отдаваясь восхитительному ощущению скорости. Страх и одиночество отступили.
  
   - Смотри, очухались, - с удивлением произнёс один из охранников, заглянув в окошко. - Я думал, они сейчас совсем дойдут, уже на грани были, оба, а они наоборот, успокоились.
   - Может, им уже всё равно? - равнодушно спросил второй, полируя ногти - После определённого момента они все успокаиваются. Некоторые навеки.
   И он грубо захохотал, довольный собственной шуткой.
   - Да нет, эти слюни не пускают и выглядят вполне здраво, - протянул первый. - Чёрт, Вэннакат будет недоволен.
   - Может, прибавить интенсивности? - предложил его коллега.
   - Куда ещё? И так на максимуме стоит, - пробурчал энтузиаст. - Если камера сгорит, доктор будет не просто недоволен, он нас...
   За его спиной раздался звук удара.
  
   На самой высокой ноте визг оборвался. Затем исчезли вспышки. Остановилось вращение. Тишина давила и оглушала даже больше, чем недавняя вакханалия света и звука, но постепенно мозг справлялся с ней. Вернулось ощущение собственного тела, ориентация в пространстве. Кристи вытерла слёзы и с тревогой взглянула на Стивена. Тот, держась за стены, силился подняться. Остановка камеры могла означать только одно: их мучители вернулись, наверняка придумав новую, может быть, ещё более изощрённую пытку.
   Лязг дверного запора возвестил, что за ними действительно пришли. Дверь распахнулась. Стивен наконец смог подняться. Мужчина шагнул вперёд, заслоняя собой Кристи и силясь разглядеть вошедшего.
   - Выходите!
   Гортанный голос, высокая полуобнажённая фигура, длинные, почти до пояса, волосы, наспех перехваченные ремешком. Перед Прайсом стоял молодой индеец, вступивший в схватку с охраной крематория.
   - Быстрее! - Поторопил юноша, нервно оглядываясь на дверь.
   - Идём, Кристи! Вставай, девочка, - Стивен подхватил всё ещё оглушённую Крис и поставил на ноги. - Уходим отсюда!
   "Вот только куда, - с горечью подумал он. - Вэннакат прав: отсюда нет выхода."
  
   Кристина скользнула взглядом по лицу индейца, потом всмотрелась в него более осмысленно и, к удивлению Стивена, произнесла:
  -- Я вас знаю. Вы -- Навакамиг, внук Наваджибигоквэ. Вы... - Девушка запнулась и замолчала.
   - Я погиб здесь вместе с моим народом много солнц назад, - кивнул краснокожий. - И с тех пор наши души не знают покоя. Каждый день мы умираем снова и снова, под пытками, в огне, от ран и потери крови... Наваджибигоквэ пыталась освободить нас, переправить к Великому Духу на Поля Счастливой Охоты, но оказалась бессильна.
  -- И решила, что девятнадцатилетней девочке это лучше удастся? - гневно перебил его Стивен.
   Молодой воин смерил его тяжёлым взглядом.
  -- Прайс, не тебе говорить...
  -- Не вешай на меня грехи моего деда, - взорвался Стив. - Я вообще не знал о его существовании, пока не попал в этот проклятый дом.
  -- Белые люди не хотят знать своих предков, не понимают, что у рода одна душа, а потом, когда приходится платить за грехи, кричат о своей невиновности, - разгорячился Навакамиг.
  -- Значит, можно не делать в жизни ничего плохого, но всё равно оказаться в аду, или что там у вас противоположно вашим Полям только потому, что кто-то из предков сделал что-то дурное?
  -- Да, - кивнул индеец. - Моё племя несёт кару за предательство Мискомаквы и Агвадашинс, за смерть Дибишкояша. Ты знаешь эту историю?
  -- Да, - кивнула Кристи, - Наваджибигоквэ рассказала мне. Но она не сказала, что нужно делать.
  -- - Она не знает, - вздохнул Навакамиг. - Никто не знает. Это магия Зла, сил Великой Матери не хватает, чтобы с ней справиться.
  -- Есть одно место, в которое стоит заглянуть, - вмешался Прайс, - Не знаю, прояснится ли там что-то, но это лучше, чем без толку препираться, пока нас не захватят снова.
   Мужчина решительно вышел из камеры, Кристи и юноша последовали за ним. Кристи вздрогнула, увидев два распростёртых, залитых кровью тела. Стивен, преодолев отвращение, склонился над трупом и вытащил из кобуры пистолет.
  -- Крис, возьми на всякий случай.
   Кристина покачала головой.
  -- Не думаю, что мне это понадобится.
  -- Как видишь, они вполне уязвимы, - Прайс кивнул на трупы. - Возьми, может, оно спасёт тебе жизнь.
  -- Папа, Наваджибигоквэ сказала, что мне не стоит брать с собой пистолет. Я ей верю. Она лучше всех нас понимает, что тут творится.
   Стивен пожал плечами и повернулся к Навакамигу.
  -- Тебе тоже не нужно?
   Тот продемонстрировал револьвер, взятый у второго охранника.
  -- Но ей, - кивнул индеец на Кристи, - не нужно. Великая Мать знает, что говорит. И не говорит, чего не знает.
  -- Надеюсь, - кивнул Стивен. - Давай этих в камеру забросим, чтобы из коридора в глаза не бросались.
   Вдвоём они перенесли тела охранников в камеру, усадили их так, чтобы не было видно из смотрового окошка, затем Прайс снова включил камеру.
   Сделав знак подождать, Навакамиг выглянул в коридор и, убедившись, что всё в порядке, махнул рукой. Стивен и Кристи подошли к нему.
  -- Куда теперь? - спросил юноша.
  -- В подвал, там недалеко от входа.
   Стивен пошёл впереди, показывая дорогу. Кристи двигалась следом. Навакамиг замыкал группу, настороженно озираясь и внимательно прислушиваясь.
  
   - Здесь, - кивнул Прайс на относительно свежую кладку в стене.
   "Не входите туда! Будет только хуже!" - будто взорвалось внутри черепа. Потрясение было таким сильным и неожиданным, что Стивен пошатнулся.
   - Папа? - с тревогой обернулась к нему Крис.
   -Я в порядке, - махнул рукой Стивен.
   "Не входите! Ты разозлишь Дом, и то, что он делал с тобой до этого, покажется детской забавой по сравнению с тем, через что он заставит тебя пройти, если ты осмелишься..."
   Стивен застонал и схватился за голову. Каждое слово отдавалось болью.
   "Томас, какого чёрта? Ты же сам рассказал мне про это место"
   "Я совершил ошибку. Нельзя было этого делать. Дом уже знает. Он очень зол, я чувствую его ярость. Если ты не остановишься сейчас же..."
   "Я не остановлюсь. Если он в ярости, значит, боится. Значит, мы на правильном пути. Дай мне закончить."
   "НЕТ! Ты не войдёшь!"
   Стивену показалось, что он снова вернулся в камеру психопропитки. Перед глазами замелькали разноцветные пятна, в ушах зазвенело, залязгало, заскрежетало. "А может, не было никакого Навакамига, всё это шутки Вэннаката, и мы с Крис до сих пор заперты в этом гробу?" - подумал Прайс.
   - Папа, папа, очнись, что с тобой?!
   Кристи испуганно трясла его за плечи. Навакамиг, полузакрыв глаза, монотонно тянул одну и ту же тягуче-протяжную ноту. Как ни странно, звук её, заполняя пространство, нёс с собой облегчение. Стивен почувствовал, что неприятное, гнетущее ощущение чужеродного присутствия в мозгу покидает его. Голова прояснилась, исчезли галлюцинации, мир воспринимался ясно и чётко.
   - Чего он хотел? - спросил Навикамиг, прервав песню.
   - Остановить нас. Похоже, мы на правильном пути.
   - Да, я чувствую Зло за этой дверью, - согласился индеец.
   - Нам надо поторопиться, сюда могут прийти в любую минуту, - зябко поёжилась Кристи.
   - Сюда никто не придёт, - возразил Навикамиг.
   - А Вэннакат? - спросил Прайс - Он же любит проводить здесь время. Его вдохновляет это место.
   - Дом принял наш вызов, - односложно пояснил молодой воин.
   Стивен примерился к двери, но индеец остановил его и одним сильным ударом пробил кладку. Та рухнула, взметнув тучи.
   Кристи закашлялась.
   - Они здесь что, веками не убирались? - произнесла девочка, оглянувшись на своих спутников, и глаза её расширились от удивления. Вокруг лица Навикамига клубилось облачко, ноздри вдыхали мелкую взвесь, она вылетала изо рта вместе с выдыхаемым воздухом, а юноша, казалось, вообще её не замечал. Стивен махнул рукой, разгоняя клубы пыли, но сделал это скорее машинально. "Я умер много солнц назад", - вспомнила девочка слова воина. "Но папа не умер, он жив, он попал сюда так же, как и я, живым. Пускай не по своей воле, но живым!" - с отчаянием думала Крис.
   Стараясь ступать осторожно, но всё равно поднимая при каждом шаге новые тучи пыли, они вошли в помещение. Под ногой Прайса что-то хрустнуло, потом ещё раз. Он наклонился и увидел в пыли человеческие кости. "Это же пепел! - сообразил мужчина. - Только откуда? Они что, носили его сюда из крематория? Зачем?!!"
   "Некоторых сжигали прямо здесь, - прозвучало в голове. - Подойдёте ближе, и увидите алтарь. Он был здесь и до постройки клиники. Она ведь частично вырублена прямо в скале. Это далось нелегко, но того стоило - результат превзошёл все ожидания. А на месте этого зала была пещера с алтарём. И этот пепел. Некоторым его частицам не одна сотня лет."
   "Томас, сгинь! Поздно, мы уже вошли."
   "Да. Теперь всё равно. Ты прав, поздно."
   В голосе Томаса прозвучало такое отчаяние, что Стивену стало его жаль.
   "Мы ещё подерёмся, Томас. Ещё посмотрим, кто кого. Ты слишком рано вздёрнул лапки."
   "Я вынужден согласиться с Вэннакатом: ты дурак, Стивен. И твоя глупость вкупе с самонадеянностью погубила меня, тебя и девочку."
   "Иди к чёрту! Не можешь помочь, тогда хоть не мешай."
   "Делай, что хочешь. Конец один."
   Голос смолк. Прайс вытер вспотевший лоб и, взглянув на руку, увидел, что она перемазана пеплом.
  
   В центре комнаты прямо из груды пепла поднимался свод огромного каменного колодца, врастающего в потолок. Внизу к нему примыкала огромная каменная плита, выщербленная, покрытая толстым налётом сажи и чего-то маслянистого. Стивен не рискнул предполагать, что это может быть.
   Тройка беглецов подошла к алтарю. Он был сложен из грубых, кое-как обтёсанных валунов, которые, тем не менее, прилегали друг к другу с удивительной точностью, взгляд не мог отыскать между ними ни малейшей щели. Следов скрепляющего раствора тоже не было видно. Складывалось впечатление, что перед ними живое существо, покрытое грубой чешуйчатой шкурой, причём существо недоброе, дышащее злобой и ненавистью.
   - Это оно, - пробормотал Навикамиг. - Его надо уничтожить.
   Прайс, не тратя времени, выхватил пистолет и выпустил по камню всю обойму. Помещение наполнилось запахом гари и пороховым дымом, но когда он осел, Стивен с отчаянием увидел, что на плите не осталось и следа. Понимая, что эмоции сейчас только навредят, Стив попробовал взглянуть на сооружение с точки зрения инженера.
  -- Нужно определить несущую систему конструкции, - пробормотал он, - что бы это ни было, оно не сможет существовать, если...
   По нетронутой поверхности пыльного слоя зазмеились тонкие ручейки. Стивен побледнел, сразу вспомнив кошмар, терзавший его в камере психопропитки. Ручейки скручивались в нити, нити утолщались, превращаясь в канаты размером с руку, а в центре алтаря взметнулось иссиня-чёрное облако сажи и пепла, развернувшееся непроницаемой завесой мрака.
  -- Крис, осторожно! Беги отсюда! - метнулся к дочери Прайс. Но, чем бы ни было это существо -- все трое сразу поняли, что оно живое, - Кристи его не интересовала. Извивающиеся плети опутали Стивена по рукам и ногам, захлестнули горло, проникли в рот, и мужчина подавился собственным криком. Резким рывком его вздёрнуло в воздух, и Прайс, беспомощно барахтаясь, повис, распятый в воздухе. Бесполезный пистолет упал на пол, погружаясь в пепел.
   Всё произошло мгновенно. Кристина вскрикнула и кинулась к отцу.
   - Нет! - остановил её Навикамиг. - Уничтожь это! Иначе ты его не спасёшь!
   Новые щупальца мрака обхватили его и секунду спустя он повис рядом с Прайсом. Вокруг Крис заплясали поднимающиеся из пепла плети, но, достигнув ног девочки, бессильно опали, чтобы снова закружиться в бешеном вихре. Они поднимались до её лица, смыкались над головой, но ни одна не могла прикоснуться к Крис.
  -- Ты не принадлежишь Дому, он не властен над тобой, - чудом увернувшись от зажимавшего ему рот сгустка тьмы, прохрипел Навикамиг, - но торопись, после заката...
   Он не договорил, но Кристина понимала и так.
   Не обращая больше внимания на танцующие вокруг неё языки мрака, девушка подошла вплотную к каменному сооружению. Колышущаяся над плитой тёмная завеса качнулась назад и отплыла в сторону, загородив проход. Кристи проводила её взглядом и снова принялась пристально всматриваться в сооружение.
   Отец начал что-то говорить о несущей конструкции, но что он имел в виду? Стивен Прайс был инженером от Бога, но Крис в премудростях проектирования не разбиралась совершенно. Девочка взглянула на отца. Лицо Прайса по-прежнему обвивали тёмные сгустки мрака, но взгляд был устремлён на ничем не приметный камень в середине алтаря чуть выше и левее центра. Крис всмотрелась внимательнее и увидела, что он немного темнее остальных. Если прочие камни были обычными серыми валунами, то этот имел слегка багровый оттенок. Чем дольше Кристи смотрела на него, тем сильнее ей казалось, что камень не неподвижен, что он слегка сжимается и расширяется, пульсирует, словно... человеческое сердце?
   - Да, папа, - прошептала девочка, - ты прав. То, что на твоём языке называется несущей конструкцией, - это сердце Дома.
   Стивен удовлетворённо прикрыл глаза. Кристи показалось, что пол под ногами едва заметно качнулся, будто при далёком землетрясении. Облако мрака рванулось от прохода и плотным непроницаемым пологом окутало обоих мужчин, по-прежнему не приближаясь к Кристи. Тьма вокруг них сгустилась, девушке показалось, что до неё донёсся сдавленный стон. Кристина вытянула руку и прикоснулась к камню.
  
   Девушка стояла в тёмной, грязной кладовке, боясь пошевелиться, чтобы не задеть швабры, щётки и вёдра, беспорядочно наваленные в углу. Скособоченная дверь прилегала неплотно, и сквозь щель она могла наблюдать за тем, что происходило в соседней комнате, хотя будь её воля, Крис предпочла бы никогда этого не видеть. Потому что в соседней комнате Сирил занимался любовью с Эвелин. Дверь чулана была расположена так, что огромная кровать, занимавшая почти всё пространство, была прекрасно видна в неё.
   По широкой спине Паркера, влажно блестящей от пота, перекатывались бугры мышц, его тяжёлое дыхание время от времени заглушалось вскриками Эвелин.
   Наконец Сирил захрипел, вытянулся в струну, а затем обмяк и растянулся рядом с Принцессой.
   - Ты великолепна!
   - Ты тоже, Сирил. А с Кристиной тебе было так же хорошо? - поинтересовалась Эвелин.
   Паркер засмеялся.
   - Никакого сравнения. Крис слишком зажатая и неопытная. С ней было больше проблем, чем удовольствия.
   От обиды и злости у Кристи выступили слёзы. Девушка закусила губу и впилась ногтями в ладони так, что едва не выступила кровь. Боль немного отрезвила её и напомнила об осторожности.
   - А ты её не растопил? - прищурилась Стокард.
   - Да она и не стремилась. Знаешь, с тобой я понял, что в сексе излишняя скромность отнюдь не достоинство.
   - Это точно, - бесстыже усмехнулась Принцесса.
   - Может, повторим, - подмигнул ей Сирил. - Поможешь моему парню подняться? Ему много не надо.
   Эвелин не надо было долго упрашивать. Она опустила руку к промежности юноши. Тот зажмурился от удовольствия, дыхание его снова стало прерывистым, он перевернул женщину, но тут в дверь постучали.
   - Войдите, - откликнулась Эвелин прежде, чем Сирил успел хотя бы прикрыться.
   Дверь немедленно распахнулась и в спальню ввалился один их охранников.
   - Рут, ты бы предупреждала, что ли, - пробормотал он, отводя глаза.
   - А ты что, боишься прямо тут, на месте кончить? - приподняла бровь Стокард.
   - Паркер, доктор требует тебя в комнату электрошоковой терапии, там что-то с проводкой. - Охранник не счёл нужным отвечать на провокацию Эвелин.
   - Иду, - неохотно оторвался от женщины Сирил, потом с досадой взглянул на нежданного визитёра. - Может, дашь мне одеться?
   - Одевайся, только смотри, за Рут не зацепись, когда перелезать будешь, - глумливо оскалился тот и вышел, прикрыв за собой дверь.
   - Почему они называют тебя Рут? - спросил Сирил, натягивая джинсы. - Ты же Эвелин? Или нет?
   - Им так проще, многие не знают, что место некоторых из их коллег заняли потомки, - объяснила Стокард. - Мы с Рут мирно сосуществуем, иногда можем даже поболтать, нам есть, что обсудить. Вэннакат предпочитает иметь дело со мной, хотя иногда, если нужен профессионализм Рут, я уступаю ей место.
   - А Стивен и Томас тоже договорились? - торопливо причёсываясь, спросил Паркер.
   - Какое там, - поморщилась Эвелин. - Два Прайса в одном теле - это ещё хуже, чем в одной стае. У них война, непрерывная и жестокая. Пока что побеждает Стивен, но это ненадолго. Вэннакату надоели его выходки, и он намерен взяться за этого доморощенного коммандос всерьёз. С Томасом проще иметь дело, хотя, как и всей Прайсы, он крайне малоприятная личность. Но более управляемая, чем Стивен. А судьба Кристи тебя по-прежнему беспокоит?
   - Меня беспокоит лишь то, что сейчас я должен от тебя уйти, - наклонился к ней Сирил, целуя в губы. - Но ты ведь меня дождёшься?
   Эвелин вместо ответа провела рукой по ширинке, вследствие чего на штанах Сирила мгновенно взбухла значительная выпуклость. Парень с трудом оторвался от Эвелин, с сожалением вздохнул и вышел из комнаты.
   "Мразь, - неслышно пробормотала ему в спину Кристи. - Я даже не представляла, какая ты мразь".
   Ненависти к Сирилу девушка не чувствовала - лишь гадливость и отвращение. Но Эвелин - другое дело. Кристину трясло при одном её упоминании. Тем временем Стокард, не подозревая о её присутствии, поднялась с кровати, довольно потянулась и направилась в душ. Зашумела вода. Крис решилась выйти из своего укрытия. Девушку беспокоило, что она понятия не имела, как там оказалась. Последнее, что она помнила - потайная комната, древний алтарь, тёмное облако... Дальше события обрывались. Отец! Он остался там. Нужно было его найти, и сделать это раньше Вэннаката.
   Кристи осторожно направилась к выходу, но её остановил голос, раздавшийся за спиной:
   - Куда торопишься, девочка? И как ты здесь оказалась?
   Крис резко обернулась. Эвелин, закутанная в полотенце, стояла в дверях ванной.
   "Как же она быстро!" - подумала Кристина, лихорадочно обшаривая взглядом комнату в поисках какого-нибудь оружия. Взгляд её наткнулся на нож для разрезания бумаги. Девушка метнулась к столу и схватила его. Эвелин не шевельнулась.
   - Так-так-так, - насмешливо произнесла она, - и ты туда же? Тоже хочешь меня убить? Думаешь тебе это под силу? Ни Томасу, ни твоему папочке этого не удалось.
   - Томас любил Рут, отец любил тебя, хотя я в обоих случаях не понимаю, за что, - зло бросила Крис. - Со мной тебе повезло меньше: я тебя ненавижу, и нет ничего, что меня бы остановило.
   Эвелин, сбросив полотенце, шагнула к ней.
   - Совсем сдурела, - брезгливо поморщилась Кристи. - Это на Паркера ты так можешь произвести впечатление, но не на меня. Лучше стой, где стоишь.
   - Значит, всё-таки не можешь, - удовлетворённо заметила Эвелин. - Прайсы, при всех своих талантах, слишком щепетильные слабаки, и поэтому обречены на проигрыш. Ты знаешь, что для тебя приготовил Вэннакат? Для всех вас?
   Кристи удобнее перехватила нож.
   -Тебе так хочется проверить? - зло спросила она. - Надоела жизнь, Эвелин?
   Стокард всё-таки остановилась.
   - Ты такая же жалкая неудачница, как твой отец, - с отвращением заметила она. - Я признаю - у тебя есть причины меня ненавидеть: сначала я отняла у тебя твоего драгоценного папочку, потом твоего любимого мальчика. Хотя, если ты его действительно любишь, то должна отпустить, ведь со мной ему намного лучше, чем с тобой, ты сама это только что слышала. Так может, порадуешься за него вместе со мной?
   Кристи задрожала. Ей хотелось только одного: всадить лезвие в горло Эвелин и кромсать, кромсать, кромсать её лицо, грудь, живот, чтобы места живого не осталось...
   "Стоп! - приказала себе девочка, пытаясь успокоиться. - Нельзя так! Это не поможет ни мне, ни отцу. Но почему Эвелин так себя ведёт? Что она хочет? Чего добивается?"
   Стокард глумливо смотрела на неё, но на долю секунды в её зрачках мелькнул страх и что-то, чему Крис сразу не смогла подобрать названия. Обречённость? Покорность чьей-то злой воле, заставляющей её разыгрывать этот самоубийственный спектакль? Что-то не складывалось.
   - Ну что? - прервала её размышления Эвелин. - Долго мне ещё ждать?
   Кристи повертела в руках нож, потом вплотную подошла к Эвелин, вцепилась рукой в её роскошные волосы, вздёрнул голову, обнажая шею, приставила нож к горлу и слегка надавила. Чуть-чуть, самую малость, но лезвие оказалось таким острым, что на коже выступила капля крови. Крис, как заворожённая, уставилась на неё. Девочке показалось, что в этой капле она видит какие-то смутные образы, сменявшие друг друга. Высокая девушка с точёными скулами и лицом, которое можно было бы назвать прекрасным, если бы его не портило выражение жестокости, всаживала кинжал в грудь спящего юноши; солдат в старинной форме выбросил вперёд винтовку, а когда поднял её, на штыке бился окровавленный младенец; подросток в кожаной куртке избивал ногами старика, лицо которого уже превратилось в окровавленную бездыханную маску...
   - Ну что же ты? - снова спросила Стокард, и в голосе её Кристи уловила нетерпение и страх.
   Кристина щелчком сложила нож и бросила в угол комнаты.
   - Кого же ты так боишься, Эвелин, что готова пожертвовать жизнью, лишь бы заставить меня пролить кровь? - спокойно спросила девушка.
   Лицо Принцессы перекосилось.
   - Нет, нет, нет, - заскулила она, опускаясь на пол и раскачиваясь, словно от горя или страшного, сломившего её дух известия. - Нет! Как...как ты поняла, маленькая дрянь?
   Кристи смотрела на неё сверху вниз. Она больше не чувствовала ненависти.
   - Где папа? - спросила она.
   Но Эвелин, не слыша, продолжала что-то бормотать, потом подняла искажённое страхом лицо.
   - Вы обречены! Вы будете мучиться так, как никто ещё не мучился здесь! Вы разозлили Дом! Я сама, своими руками заставлю тебя корчиться от боли, после того, как... после...
   Женщина всхлипнула.
   - После того, как Дом накажет тебя за то, что ты не оправдала его ожиданий, - безжалостно закончила Крис. - Да, мы действительно его разозлили. Он управляет людьми с помощью ненависти и жажды власти, а у Прайсов этого нет. Даже у Томаса не было, пока его не сломала Рут.
   Кристина подняла голову к потолку.
   - Заканчивай эти игры, я не поддамся. Считай, что я выиграла.
  
   По стенам и потолку комнаты прошла дрожь. Они заколыхались, начали стремительно таять, растворяться, и через несколько секунд Крис снова стояла в зале с алтарём. Казалось, ничего не изменилось. Стивен и Навикамиг по-прежнему висели в воздухе, окутанные тёмным пологом, лишь пульсирование красноватого камня стало сильнее и отчётливее. Так усиливается сердцебиение испуга и злости.
   Крис подошла к алтарю вплотную, огляделась, увидела оброненный Стивеном пистолет, наполовину погрузившийся в пепел, подняла его и изо всех сил ударила рукояткой по пульсирующему камню.
   По Дому второй раз прошла дрожь, но на этот раз она была гораздо ощутимее. Кристи показалось, что она слышит чей-то крик. А может, это скрипели рассохшиеся перекладины. Девушка ударила второй раз, потом ещё и ещё. Камень под её руками дрогнул, стал крошиться, и рассыпался в красновато-бурую пыль. Дом дрогнул третий раз. Этот толчок был так силён, что Крис не удержалась на ногах и упала, взметнув тучу пепла и мгновенно зайдясь в приступе кашля. Рядом рухнули Стивен и Навикамиг.
   Пол плясал под ногами, стены ходили ходуном. Узловатые плети втянулись в тёмный полог, а сам он закрутился воронкой и бессильно осыпался, смешавшись с пеплом жертв Дома.
   - Ему конец, - счастливо засмеялся Прайс и тоже закашлялся. Кристи счастливо улыбнулась.
   - Бегите! Если вы не успеете, вы останетесь здесь, - крикнул индеец, которому тучи пепла и пыли по-прежнему не причиняли никаких неудобств.
   - А ты? - помогая Кристи подняться, спросил Стивен.
   Юноша печально улыбнулся. Прайс понял и опустил глаза.
   - Ты - не он, - кладя руку ему на плечо, сказал Навикамиг. - Ты другой. Спасибо тебе, друг. Но торопись. Вы должны успеть. Должны жить.
   Стивен кивнул и, поддерживая Кристину, бегом кинулся к холлу.
  
   Бежать было трудно - время от времени Дом сотрясался от фундамента до крыши. Выглядело это так, словно по его огромному телу проходила дрожь. А ещё Прайс заметил одну странную вещь - все окружающие его предметы стали словно раздваиваться. Сначала обозначились полупрозрачные фосфоресцирующие контуры, потом эти контуры стали опускаться, уходить вниз. Стены, двери, потолки дома оставались на месте, но были теперь на ладонь выше контуров... на две ладони... сантиметров на 20... И самое неприятное - они с Крис опускались вместе с абрисами дома, двигаясь не по каменному полу, а по его прозрачному двойнику, находившемуся сейчас почти в полуметре ниже.
   Несколько раз Стивен видел впереди чьи-то силуэты, но люди, будь то пациенты или персонал клиники, торопливо убирались с дороги. Слышались испуганные голоса, вой сигнализации, топот ног в соседних коридорах, но никто больше не пытался их задержать. Дом признал поражение и не мешал им уходить. Против них было сейчас само время, с каждой секундой сокращавшее их шансы на спасение.
   - Быстрее, Крис, - торопил девочку Стив, хотя Кристи и так мчалась изо всех сил.
   Наконец, после очередного подъёма по раздваивающейся лестнице, впереди мелькнул свет, и они выскочили в холл. Разница в уровнях реального и иллюзорного Дома была Стивену по грудь. На месте двери клубился туман, в который уходила светящаяся нить из осколков витража. Из-за дымного полога доносился речитатив Наваджибигоквэ, но сейчас он не был похож на её обычное тоскливое бормотание - в голосе женщины слышалось напряжение, как при трудной работе, и откровенное нетерпение. "Торопитесь! Торопитесь! Торопитесь!" - казалось, подстёгивал голос.
   Дом раскачивался, словно тростинка на ветру. Вокруг ревело, взявшиеся невесть откуда порывы ветра едва не сбивали с ног. Стивен крепко ухватил Кристи за руку, и они рванулись вдоль светящейся нити, поднимавшейся вверх. Казалось, что их держал воздух, и они чувствовали его трепетание. Порывы ветра, теперь дувшего навстречу, грозили опрокинуть. То ли Дому надоело играть в благородство, то ли он, по своему обыкновению, в последнюю минуту пытался отнять подаренную надежду на спасение, то ли вмешались силы более могущественные, которым, может быть, подчинялся он сам, но нить под ногами трепетала, грозя оборваться в любую секунду. Лишь пробивающиеся сквозь завывания ветра напевы индианки заставляли эту странную тропу держаться и выдерживать поднимающихся людей. Спасение было близко. Они уже почти достигли двери.
   - Стивен! Не бросай меня здесь! Спаси меня! Умоляю!!! Стивен!!! - полный слёз и отчаяния крик хлестнул по ушам, заставил сердце на секунду остановиться , а потом бешено заколотиться в груди, хотя он думал, что быстрее, чем от их сумасшедшего бега, это уже невозможно. Прайс оглянулся. Внизу металась Эвелин, беспомощно протягивая руки. Кончик сверкающей нити дрожал теперь у неё над головой, так низко опустился фантом Дома.
   - Стивен, пожалуйста! Помоги! Не оставляй меня! - Принцесса кричала, не переставая. По щекам струились слёзы, растрёпанные волосы падали на лицо, но ветер отбрасывал их назад.
   - Дай руку, Стивен! Умоляю!!!
   Прайс застыл, затем, растерянно взглянув на Кристи, шагнул назад. Резкий толчок в грудь опрокинул его на спину. Пролетев по инерции несколько метров, вопреки закону тяготения, Стивен ощутил, как его тело словно прорвало незримую преграду, впрочем, тут же сомкнувшуюся за ним. Вернее, под ним.
   Он лежал на плитах холла. Настоящего, не призрачного. Иллюзорный двойник Дома продолжал погружение. Кристи осталась там.
   Стивен, казалось, находился на поверхности океанариума. Внизу, под ногами, он видел, как Кристина протянула руку Эвелин. Женщина вцепилась в неё, но, вместо того, чтобы карабкаться вверх, рванула девочку вниз. Потеряв опору, Крис упала. Мгновенно вскочив, она попыталась вырваться, но Принцесса вцепилась в неё, не выпуская. Лицо Эвелин исказила жуткая торжествующая ухмылка. Она вскинула голову и встретилась глазами с Прайсом.
   - Так даже лучше, Стивен, - захохотала Стокард. - Теперь ты до конца своих дней будешь проклинать себя за то, что сделал. Я знала, знала, - глаза её пылали, женщина казалась обезумевшей, - что ты обязательно поймаешься на этот крючок. Твоя девчонка разгадала мой замысел, но тем хуже для неё, тем хуже для вас обоих!
   Прайс, окаменев от ужаса, слушал Эвелин, затем, стряхнув оцепенение, ударил кулаками по плитам пола. Удар отозвался болью, но и только. Фантомный мир Дома и мир живых, в которой слишком дорогой ценой вернулся Стивен, больше не были связаны. Единственная нить - та, по которой он поднялся, - могла вывести, но не позволяла вернуться.
   - Нет! Нет! Нет! - Стивен молотил кулаками по полу, не замечая, что разбитые руки окрасились кровью. - Эвелин, отпусти её! Тебе нужен я, отпусти её, я сделаю всё, что ты хочешь, только отпусти!
   В ответ Принцесса издевательски захохотала.
   Прайс обернулся. За распахнутой настежь входной дверью сгущались вечерние тени. Ветра не было. Над соседним холмом нависло вечернее солнце. Напротив входа что-то бормотала Наваджибигоквэ.
   - Сделай что-нибудь! Хоть что-то! - закричал Прайс, не решаясь уйти с места. - Верни меня обратно! Вытащи Кристи!
   Старуха, мерно раскачиваясь, продолжала завывать. Кончик огненной нити, извиваясь, скользил по полу и исчезал в её руках. Жилы на лбу женщины вздулись, лоб покрывали бисеринки пота, грудь тяжело вздымалась. Стивен понял, что ей нельзя мешать, иначе последняя связь между мирами оборвётся.
   - Кристи! - снова закричал он, склоняясь над полом. Девочка боролась с Эвелин, но та вцепилась в неё словно клещами. Время уходило. Нить колыхалась, время от времени по ней пробегали тревожные красные огоньки.
   - Нет, - шептал Стивен, не замечая, что его лицо стало мокрым от слёз. - Что же ты наделала, малыш? Зачем, зачем, зачем? Как мне теперь жить?
   Что я наделал? Я же знал её, знал, знал... Кристи, девочка моя...
   Фантом Дома снова тряхнуло. Стивен понял это по тому, как покачнулись Эвелин и Крис. Девочке почти удалось вырваться, но Принцесса снова перехватила её, не позволяя сделать ни шагу. Крис подняла голову и посмотрела на Стива. Её губы чуть шевельнулись. "Я люблю тебя, папа. Прости," - скорее понял, чем услышал Прайс.
   - Не-е-е-е-ет! - закричал он, снова бессильно молотя кулаками по полу.
   Там, внизу, из бокового прохода выскочил Паркер и, подлетев к борющимся женщинам, схватил Эвелин за локти, прижимая к себе и не давая двинуться. Кристи рванулась очередной раз, и ей, наконец, удалось вырваться.
  -- Быстрее, Крис! - закричал Прайс, с тревогой оглядываясь на солнце. Лишь краешек его виднелся над холмом.
   Эвелин бешено брыкалась, сыпя проклятиями, щека Сирила вмиг оказалась располосована её ногтями.
   - Рил, - прошептала Кристи, делая шаг к тропе и не сводя с него глаз.
   - Беги, Крис, - хрипло произнёс юноша. - Я... я остаюсь. Прости, что так вышло, что я так поступил с тобой, но я люблю её. Действительно, люблю. Я без неё не смогу. Я остаюсь.
   - Кристи!!! - отчаянно завопил Стив, видя, что последние лучи солнца вот-вот погаснут. Кристина, кивнув, бросилась к нити. Неизвестно откуда рядом с ней возник мужчина в белом халате, лица которого Стивен не мог рассмотреть. Обхватив Кристи за талию, он поднял девочку вверх, та смогла дотянуться до стеклянной нити и помчалась к Прайсу. Крис была почти у цели, когда солнце скрылось за горизонтом. В тот же миг нить полыхнула алым и с хрустальным звоном рассыпалась. В последнем отчаянном усилии Кристи оттолкнулась ногами, подпрыгнула, вытянув руки вверх, кончики её пальцев на секунду показались над полом. Стивен вцепился в них, уже понимая, что не удержит.
   - Кристи, давай! Держись, девочка моя, прошу тебя, только держись, - шептал он сквозь слёзы, чувствуя, что пальцы Крис выскальзывают из его рук. Девушка беспомощно барахталась в воздухе, не имея, опоры под ногами. Прайс распластался на полу, моля Бога, чтобы у него хватило сил удержать её.
   Внезапно снизу ударил широкий луч яркого белого света. Он прошёл и сквозь фантомные очертания Дома, и сквозь его каменного двойника, теряясь в высоте. От неожиданности Кристина дёрнулась, и её руки выскользнули из пальцев Стивена.
  -- КРИС!!!! - закричал мужчина.
   От полыхающего светового потока оторвались два протуберанца, завихряясь, приблизились к падающей девушке и слаженно подбросили её тело вверх. На секунду Крис пересекла границу, разделяющую оба мира, и этого оказалось достаточно, чтобы Прайс ухватил её за плечи и сильным рывком выдернул на поверхность. Ещё не веря, что девочка жива и находится вне опасности рядом с ним, Стивен крепко обнял её, прижимая к себе, гладя по спине, по волосам, по лицу.
  -- Девочка моя, - прерывающимся голосом шептал он, - девочка моя, всё хорошо.
   Крис, всё ещё вздрагивая, прижалась к нему, как в детстве, прячась в его объятиях. Мимо проплыли два световых облака, спешившие соединиться с тускнеющим потоком света. Прайс проводил их взглядом. На секунду ему показалось, что он видит суровое лицо Навакамига. Стив всмотрелся, но черты индейца мгновенно расплылись, теряя чёткость, в игре света и тени проступил облик Карла. Шехтер улыбнулся такой знакомой, чуть печальной улыбкой, затем оба протуберанца слились с основным потоком, который, ярко сверкнув напоследок, растворился в сумраке.
   Стивен перевёл взгляд на Кристи, желая удостовериться, видела ли девочка то же, что и он, но Крис смотрела вниз, туда, где среди рушащихся перекрытий, складывающихся, словно карточные домики стен, стояли несколько человек. Сирил ответил ей прощальным взглядом и наклонился к Эвелин. Та уже не вырывалась, поняв, что замысел провалился. Принцесса стояла, прижимаясь к юноше, спрятав лицо у него на груди. Вся её поза выражала отчаяние и безнадёжность. Сердце Прайса на мгновение сжалось. "Прощай", - шепнул он, понимая, что на этом всё.
   Вэннакат внимательно смотрел на Стивена и Кристи. Перехватив взгляд Прайса, он скривил губы в холодной саркастичной ухмылке, затем склонил голову, признавая своё поражение. В отличие от Эвелин, доктор умел проигрывать. А за спиной Вэннаката... Сначала Стивену показалось, что там зеркало, но вглядевшись пристальнее, он понял, что видит человека, очень похожего на него самого. Тот самый мужчина в белом халате, что помог Крис дотянуться до тропы, встретился с ним глазами и, подняв руку, неуверенно взмахнул в знак прощания.
  -- Томас, - прошептал Стив, поднимая руку в ответном жесте. - Прощай!
   Изображение внизу темнело, становилось мутным, словно затянутым непрозрачной плёнкой, фигурки заволакивало наплывающей со всех сторон тьмой. Наконец, всё исчезло. Стивен и Кристи, обнявшись, сидели на полу обычного старого полуразрушенного дома, полностью утратившего свою зловещую таинственность. Стояла тишина, Наваджибигоквэ прекратила свои тягучие завывания и сидела, не шевелясь.
  -- Пора, малыш, - поднялся на ноги Прайс и протянул девочке руку. - Нам здесь больше нечего делать.
   "Господи, как же я хочу домой, - подумал он про себя, - как же я устал!"
   Кристи встала. Глаза девочки влажно блестели.
  -- Великая мать говорила, что будет лучше, если я пойду одна, - прошептала она. - Но Рил и слушать об этом не желал. Он хотел быть рядом, защищать меня, а получилось...
   Кристи всхлипнула и отвернулась. Стив развёл руками, не зная, что сказать.
  -- Он нашёл то, о чём тайно мечтал всю жизнь, - скрипуче произнесла индианка. - Он будет счастлив даже там, где окажется.
   Прайс с девочкой вышли из дома и подошли к ней. Стивен невольно замер, почувствовав под ногами обычную каменистую землю вместо привычных каменных плит, глубоко вдохнул солоноватый морской воздух, нагнувшись, сорвал травинку, сунул в рот и, лишь ощутив на губах её горьковато-пряный вкус, необыкновенно остро, до конца осознал: "Я жив. Я вернулся", и с благодарностью взглянул на Крис.
   Девочка с тревогой склонилась над старухой. Ей показалось, что за этот день Наваджибигоквэ постарела лет на двадцать. Глаза старухи подёрнулись мутноватой плёнкой, как у умирающих хищных птиц.
  -- Великая Мать, спасибо, - Кристи опустилась на корточки перед индианкой и взяла её за руку, поразившись, как холодна высохшая старушачья кисть. - Ты замёрзла? Пойдём в машину, там ты согреешься.
  -- Мои дети свободны, - перебила её Наваджибигоквэ. - Они ушли в Поля счастливой охоты. Мой внук ждёт меня там. Он и всё моё племя. Я не заставлю их ждать. Я давно хотела этого. Я ухожу к ним.
   Старуха перевела взгляд на подошедшего к ним Прайса.
  -- Я знаю, о чём ты думаешь. Хорошо это было или плохо, но дело сделано. Каждый обрёл то, к чему стремился и нашёл то, что искал. Каждый получил своё.
   Стивен молча кивнул. Он по-прежнему считал, что лучше бы остался в Доме навсегда, чем допустил, чтобы Кристи рисковала жизнью. Но всё закончилось, и спорить теперь не имело смысла.
  -- Помогите мне подняться, - протянула к ним руки женщина. Когда Крис с отцом исполнили её просьбу, она заковыляла к обрыву.
  -- Не надо, Великая Мать! - испуганно воскликнула Крис.
   Старуха на секунду остановилась.
  -- Белый человек -- глупый человек, - беззлобно произнесла она и лукаво улыбнулась. - То, что ему кажется концом, иногда только начало нового пути.
   Она двинулась дальше и, подойдя к самому краю, сделала следующий шаг. Через несколько секунд раздался глухой всплеск, а над обрывом всплыло крохотное белое облачко и неторопливо поплыло вверх, туда, где недавно растаял поток света.
  -- Пойдём, малыш, - повторил Прайс. - И нам пора.
  -- Посидим немного, папа, - тихо попросила Крис, подходя к обрыву и усаживаясь на камень. Стивен остановился сзади, положив ладонь ей на плечо. Девочка молчала, глядя вдаль. В сгущающейся тьме её лицо казалось белым пятном, парившим над бездной. "Как сильно она любила этого парня и насколько тяжелым ударом дл неё станет то, что с ним произошло? - думал Прайс.
   - Этот Сирил... - всё-таки начал он, - вы с ним...
   - Когда-то мы очень любили друг друга, - негромко ответила Крис. - Я думала, что это на всю жизнь. Но в последний год стало ясно, что мы с ним очень разные. Настолько разные, что навряд ли сможем долго оставаться вместе. Я старалась оттянуть этот момент, боялась причинить Рилу боль, надеялась, что ошибаюсь, но мы действительно плохо подходили друг другу.
   Стивен вспомнил, как мальчишка трусливо опустил камеру и ничего не сказал о нём Кристи. Может, если рассказать ей об этом, девочка будет меньше страдать? Но, напомнил себе мужчина, как ни крути, Паркер спас Кристину. Если бы не он, Крис осталась бы в Доме, провалилась бы в бездну, в преисподнюю вместе с теми, кто это заслужил. Они - да, но она - нет. Даже если бы её душа вознеслась ввысь вместе с душами Карла, Навикамига и других невинных жертв Дома, утешило бы это Стивена? - Навряд ли. А значит, парень, несмотря на то, что сотворил, заслужил, чтобы его вспоминали добрым словом, решил Прайс и промолчал.
   - Папа, - обратилась к нему Крис, - Сара и Эдди говорили, что Дом собирал наследников тех, кто вырвался из него во время пожара в 1931 году, тех, кого спас Томас.
   - Ну да, - кивнул Стивен, не догадываясь, к чему клонит девочка.
   - А меня он не пытался заманить. Я не получала приглашения.
   - Правильно, его же получил я, - пожал плечами Прайс, но Кристи почувствовала, что его рука на её плече чуть дрогнула. Совсем незаметно, но девочка всё-таки ощутила.
   - Когда ты узнал?
   - Что узнал? Крис, я не понимаю, - Кристина сидела к нему спиной и не могла видеть, как тревожно забегали глаза Стивена.
   - Папа, помнишь, когда мне было пять лет, ты сказал, что никогда не будешь мне врать, потому что уважаешь меня. Что-то изменилось?
   - Всегда, - выдохнул Прайс, прикрыв глаза. Девочка права, не нужно нарушать им самим же установленные правила. Пока она не спрашивала, он молчал. Но пришло время, когда она спросила, и он должен сказать ей правду, к чему бы эта правда ни привела.
   - Что? - не поняла Кристи.
   - Всегда знал, малыш, с самого начала, ещё до твоего рождения. По срокам не сходилось, да и вообще. - Стивену не хотелось ворошить подробности, но Кристи, кажется, на них не настаивала. Ей нужно было узнать главное, что ж, она узнала, что хотела. Вернее, он подтвердил то, что девочка уже знала и так, хотя он надеялся, что она никогда этого не узнает. - А ты, Крис? Откуда ты знаешь? Маргарет всё-таки проболталась?
   - Нет, мама никогда не поднимала эту тему. Я узнала год назад. У нас был курс генетики в колледже, вспомогательный, ничего важного, но я записалась - рассчитывала больше узнать о передающихся по наследству проблемах с психикой, ну и просто интересно. На экзамене мы решали задачи, нужно было выбрать несовместимые между собой варианты по группам крови и резусам. Я хорошо помню данные твоей медкарты, и свои, естественно, знаю. Биологически ты не мог быть моим отцом.
   Стивен опустился на землю рядом с девочкой, как и она, глядя вперёд, на линию горизонта, где чёрная вода сливалась с таким же чёрным ночным небом, и лишь по линии раздела проходила тонкая фосфоресцирующая линия, вроде тех, что очерчивали фантомные абрисы опускающегося Дома.
   Ни один из них не решался задать главный вопрос - "и что же теперь?"
   - Не знаю, может, следовало тебе раньше рассказать, но я не видел ни смысла, ни необходимости, - наконец выдавил Прайс.
   - Ты простил мать? - перебила его Крис.
   Стив усмехнулся.
   - К тому моменту я слишком хорошо её узнал. Мотылёк, не отдающий себе отчёта в собственных действиях. Не было смысла в чём-то её обвинять и, соответственно, не было необходимости прощать. Думаю, сама она забыла об этом ещё в первом триместре.
   - Тебе было больно видеть в своём доме чужого ребёнка?
   - Ты что говоришь, девочка? - возмутился Прайс. - Ты никогда не была мне чужой, Крис. Ты росла в моём доме, носила моё имя, была такой крошечной, совсем беспомощной, беззащитной. Я отвечал за тебя. От Маргарет толку...
   Мужчина махнул рукой
   - Сама понимаешь. В общем, - закончил он, - привязался я к тебе, незаметно для самого себя, а потом в какой-то момент понял, что люблю тебя, а остальное для меня неважно, и выбросил это из головы.
   - А мой... - Кристи слегка замялась, подбирая нужное слово, - биологический отец? Ты знаешь, кто он?
   - Нет, - честно ответил Стив. - Не знаю. Не стал выяснять, не нужно это мне. А ты хочешь знать, малыш?
   Крис качнула головой.
   - Наверное, нет.
   - Знаешь, - улыбнулся Прайс, - лет с четырёх многие стали говорить, что мы с тобой похожи. Я сначала думал, просто из вежливости или автоматически, но потом и сам увидел - действительно, ты стала чем-то походить на меня.
   - Это и сейчас говорят, - тоже улыбнулась Кристи. - Дети подсознательно копируют тех, кого любят: их жесты, походку, улыбку, позы. Такое сходство иногда сильнее генетического.
   - Крис, ты только не думай, что я предпочёл тебе Эвелин потому что... - заторопился Прайс.
   - Я не думаю, папа, - перебила его Кристи. - Ты поступил, как всегда: не ломал меня и не прогибался сам. Ты жил как хотел и всегда позволял мне делать то же самое. И спасибо тебе за это.
   - Не скажу, что это был мой лучший выбор, - грустно усмехнулся Прайс.
   - Я всё понимаю, - вздохнула Крис. - Но не могла я видеть её рядом с тобой. Я знала, что она тебя не любит.
   - Более того, как оказалось, ей всегда хотелось блевать от моей физиономии, - щека Стивена непроизвольно дёрнулась и он поморщился от боли. Порез всё-таки напомнил о себе, хотя не исключено, что это был лишь отголосок другой, душевной боли.
   Девочка с тревогой посмотрела на него.
   - Но теперь всё кончено, - печально произнёс Стивен, - навсегда...
   Потом он тряхнул головой и взглянул на Кристи.
   - Крис, ты говоришь, что узнала год назад. И, даже зная, что я тебе, в сущности, посторонний, всё-таки пришла сюда, чтобы...
   - С ума сошёл? - В голосе Кристи зазвенели слёзы. - Посторонний! Это после всего, что ты для меня делал всю мою жизнь?!
   "Чёрт! - мысленно выругался Прайс. - Вот уж ляпнул, действительно!"
   - Прости, малыш, - он снова встал и приобнял Кристи за плечи, потом осторожно, как в детстве, вытер ей пальцами глаза. - Столько всего свалилось, не соображаю, что несу.
   - Это уж точно, - буркнула Крис, соглашаясь то ли с тем, что свалилось на них и правда предостаточно, то ли с тем, что Стив не соображает, что несёт. Прайс подозревал, что скорее последнее, но Кристи уже улыбалась, и у него отлегло от сердца. - Папа, может, пойдём отсюда?
   Стивен кивнул. Хоть от дома на холме больше не чувствовалось ни угрозы, ни тайны, находится здесь было тяжело.
   Мужчина с девушкой не торопясь спустились с холма и подошли к машине.
   - Как тебе мой подарок? - спросил Стивен.
   Кристи подняла вверх большой палец.
   - Зверь! У тебя талант всегда выбирать только самое лучшее.
   Стивен улыбнулся, но в голове мелькнуло "один раз он меня всё-таки подвёл". Видимо, прочитав что-то по его лицу, Крис тихо добавила.
   - Она тоже была лучшей в своём роде.
   Стив качнул головой в знак согласия, потом, не удержавшись, снова обернулся на возвышающееся над ними здание, и с облегчением отметил, что почти ничего не чувствует. Что ж, некоторые вещи стоит оставить в прошлом, и сейчас для этого вполне подходящий момент.
   - Как дела в компании? - спросил он, пристёгивая ремень.
   - Развивается, - усмехнулась Кристи. - Cedar Point приобрела один комплекс. С тридцатипроцентной скидкой. Совет директоров убеждал меня, что сделка убыточная, но я выставила в качестве обязательного условия сохранение увеличенного вдвое логотипа "Прайс индастриз". Если рассматривать это как вложение в рекламу, то получается довольно выгодно. По посещаемости сейчас уступаем только "Магнуму", но есть основания полагать, что это ненадолго.
   Стивен кивнул. Девочка молодец, не поддалась на нытьё перестраховщиков. Перед этой треклятой вечеринкой он как раз обдумывал условия возможной сделки с Cedar Point .
   - Японцы попытались взбрыкнуть, - продолжала Кристина. - Пришлось напомнить им о Парижской конвенции. Успокоились.
   - Неужели такие стреляные воробьи облажались? - удивился Прайс.
   - Не учли Гаагской поправки 1925 года, - довольно хмыкнула Крис. - Правда, и нам пришлось попотеть, чтобы её раскопать. Но поскольку поправку никто не отменял, пришлось нашим азиатским друзьям поумерить аппетит.
   -Крис, у меня идея, - Стивен откинулся на сидении и с удовольствием ощущал, как машина набирает скорость. - Может, переименовать компанию в "Прайс и Прайс индастриз"? Будем владеть на паях управлять совместно. Что скажешь, малыш?
   - Звучит заманчиво, - протянула Крис, - но надо подумать.
   - Долго? - прищурился Стив.
   - Ну..., - прикинула Кристи. - Секунд двадцать хватит.
   - И что же ты решила?
   - Я принимаю ваше предложение, сэр, - с деланной серьёзностью важно произнесла девушка.
   Стивен захохотал. Крис, не отрывая взгляда от дороги, подняла левую руку. Прайс хлопнул по её раскрытой ладони. На секунду в груди кольнуло - вспомнился Карл. Но жизнь продолжалась, неслась вперёд, словно полотно дороги под колёсами "Лексуса", гнавшего сквозь ночь.
   - Прибавить? - поинтересовалась Крис.
   - Ещё есть резервы? - в тон ей спросил Стивен.
   - Полагаю, найдутся.
   -Тогда жми!
   Кристи нажала на педаль. Машина помчалась ещё быстрее. Стив немного опустил стекло, наслаждаясь потоком воздуха, врывающегося в салон. Вдали светились огни Лос-Анджелеса. Они с Кристи возвращались домой.
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Ардова "Жена по ошибке"(Любовное фэнтези) Н.Екатерина "Нить души"(Любовное фэнтези) А.Минаева "Академия Высшего света"(Любовное фэнтези) М.Юрий "Небесный Трон 1"(Уся (Wuxia)) А.Ардова "Невеста снежного демона. Зимний бал в академии"(Любовное фэнтези) Н.Бауэр "Савва - Наследник генома."(Киберпанк) Е.Вострова "Канцелярия счастья: Академия Ненависти и Интриг"(Антиутопия) М.Зайцева "Трое"(Постапокалипсис) Н.Екатерина "Амайя"(Любовное фэнтези) В.Соколов "Мажор 2: Обезбашенный спецназ "(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Батлер "Бегемоты здесь не водятся" М.Николаев "Профессионалы" С.Лыжина "Принцесса Иляна"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"