Изюм Дмитрий: другие произведения.

Васильки

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние Истории на ПродаМане
Peклaмa
  • Аннотация:
    Про зомби. Не завершено.


Васильки

(или, может "Те, кто не спал")

  -- Выходим, - едва слышным шёпотом произнёс Виктор и медленно, преодолевая сопротивление доводчика, приоткрыл железную дверь подъезда, выставив чуть вперёд ствол "Ксюхи".
   Маслёнка пригодилась -- петли, слегка подржавевшие от тёплого пара, прущего из подвала, даже не скрипнули. Ночная осенняя прохлада освежила лицо. Постепенно открывая дверь, Виктор всматривался во тьму, с некоторых пор переставшую быть таковой, по крайней мере для них. Во дворе не было никакого движения, лишь ночной осенний ветер лениво гонял разноцветные пакеты, раздутые из мусорных контейнеров. Стоявший сзади Макс, как и было ему наказано, придержал полуоткрытую дверь, и Виктор осторожно, успокоив дыхание, выскользнул наружу, тут же заглянув одним глазом и стволом автомата за дверь. Чисто. Короткий взмах рукой, и Валентина со спящей Славкой на руках и болтающимся под мышкой на перекинутом через голову ремне вторым "Укоротом" шагнула на улицу. Максимка вышел следом, подсунув под закрывающуюся дверь заранее выдранную из какого-то дивана полоску поролона. Осмотревшись вокруг, по привычке взглянув друг другу в глаза и не обнаружив там даже отсветов синего огня, оговорённым порядком они двинулись вдоль стены старой девятиэтажки, сторожко и внимательно обходя выступы подъездов.
   Погода благоприятствовала. Небо затянуто облаками - ни звёздочки. Ветер, играющий пакетами и опавшей листвой, создаёт достаточный фон для сокрытия звуков шагов и сопения крепко спящей дочери. Изменённых вблизи не наблюдалось, дай Бог -- и не встретятся. Стрелять не хотелось -- это опять ночь терять, отсиживаясь где-нибудь в ожидании, пока разбуженные шумом зомбаки дожрут своих пристреленных соплеменников и забудут про ускользнувшую свежую добычу. А для этого надо еще постараться, создавая, как сказал поднаторевший в эрпэгэшках Макс, "сферу безмолвия", или, по-простому - отвод глаз.
   Со стороны окраины города, где стояли карантинные заслоны и уже начали возводить аналог Великой Китайской стены, вдруг послышалась заполошная стрельба. Видимо очередная волна отожравшихся зомби, растревоженная светом прожекторов и присутствием живых людей, вновь ломанулась на приступ. Виктор сквозь зубы вздохнул -- областной центр был городом-миллионником, а потому изменённых в нём теперь было чуть больше чем до хрена. И все они, дожрав немногих оставшихся в живых родных и соседей, ломанулись за свежатинкой на окраины. Одно хорошо, уже спустя неделю после часа "П" улицы центральных районов был практически пусты. Если конечно не лезть в закрытые подъезды или квартиры.
   Именно так Васильевы и выбирали места днёвок. Если подъезд открыт -- зомбак оттуда всяко-разно уйдёт, сидеть не будет. Остаётся лишь по-тихому найти квартиру с распахнутой дверью и проверить её на предмет закрытых комнат и засевших там изменённых. Пару раз даже пришлось дневать рядом с шебуршащимся в соседней комнате зомбарём, так как других вариантов особо не было, а рассвет уже поджимал. Днём же шляться было смертельно опасно. Завидев и как-то определив в прохожем живого, зомби, до тех пор тихо сидевшие в своих квартирах, начинали ломиться из окон, в облаке осколков с хрустом шлёпались на асфальт, и, поднявшись или полу-ползком, достаточно шустро тащились следом. А уж если успели дома отожраться на родственниках, то проворностью могли соперничать с какой-нибудь дворовой собакой или кошкой. Одиночным выстрелом в отожранца хрен попадёшь, разве что очередь на пол-магазина могла с гарантией остановить такого убера, но не убить, а только лишить подвижности, порвав мышцы и переломав кости. Последующий точный выстрел в голову окончательно упокаивал шустрого зомби, но вкупе с другими, менее подвижными охотниками, каждая такая встреча стоила им одного полного магазина, которых и так оставалось всего пять. И разжиться патронами в ближайшее время не светило.
   Им и так повезло с оружием, иначе пришлось бы сидеть дома до упора, дожидаясь, пока вояки отстреляют всех подвижных зомби, и совершая короткие ночные вылазки в ближайшие магазины. В принципе даже с оружием Виктор был не склонен куда-либо выдвигаться. Сподвигло их на опасный путь лишь опасение, что родное правительство решит вопрос кардинально, уронив на город, где, судя по выпускам изредка прорывающихся сквозь помехи новостей, "всё равно никого живого не осталось", что-нибудь мегатонное. К данному варианту Россию склоняли и все зарубежные "партнёры". Дело дошло даже до ультиматума, ибо кадры, выложенные в сеть засидевшимися за полночь геймерами и прочими интернетчиками, были зримым воплощением так долго и разнообразно вбиваемого в головы западного населения зомби-апокалипсиса. Вот же они - зомби, бегают, кусают, жрут. Ату их! И плевать на вашего русского президента, который чуть ли не сальто крутит на трибуне ООН, убеждая всех, что это неизвестное излучение, и заражение с укусом не передаётся. Кто поверит этим русским? Тем более, что они за чрезвычайным сразу и военное положение ввели. И даже парочку любопытных Аваксов уже заземлили. Ну, случайно, конечно. И вообще, говорят - они сами упали.
   Мировой кризис стоял в полный рост, и никому дела не было до людей, которым удалось выжить в ту ночь - до тех, кто не спал. А ведь их было немало. Дежурные службы силовых и прочих ведомств, медики, охрана, персонал круглосуточных торговых точек и прочие полуночники. Правда, удалось выжить - ещё не значит, что повезло. Ведь у многих под боком были спавшие родственники, соседи или пациенты, которых излучение упавшего с неба сюрприза превратило в гурманов, жаждущих сочного мяса с кровью.
   Виктор отчётливо помнил свою первую ночь после часа "П". Прибыли из столицы ближе к ночи, и сна не было ни в одном глазу, что не удивительно -- за две недели отпуска в другом полушарии организм перестроился, и даже дети скакали гуанками. Заранее вызванный Ашот встретил их в аэропорту, помог с вещами, загрузив в свой не первой свежести "Форд", и под репертуар "калым отдам" бодро домчал до подъезда. Хитрый армянин, крутивший небольшой и вполне успешный семейный бизнес, тем не менее подкалымливал изредка ночным бомбилой -- ипотека и куча спиногрызов на шее данной активности весьма способствовали. А потому он заранее раздал визитки всем соседям, да и не только, предлагая звонить в любое время ночи, дабы встретить-проводить, отдавая деньги не жадным таксистам, а только ему - Д'Артаньяну. Зачем, да? В принципе Виктор был с ним согласен, и частенько пользовался услугами, особенно после посиделок с очередными заказчиками. А что? Сосед и погрузит, и довезёт, и не обшмонает при этом, доставив точно в срок под суровые синие очи Валентины. И не на коврик в прихожей сгрузит, а до дивана докантует. И, кстати, на Д'Артаньяна Ашот не обижался, благо, фамилия у него была созвучная.
   Вот и в ту ночь, отправив семейство первым лифтом, они с армянским гасконцем неспешно перекурили, впряглись в баулы и двинулись в подъезд. А потому самого интересного не видели. Где-то что-то грохнуло, свет в подъезде моргнул, а лифт, уже спускавшийся к ним с седьмого этажа, закономерно встал. "Мать-мать-мать!" - вслух подумал Виктор. "Трах-тибидох!" - расстроенно ответило эхо по-армянски, хотя седьмой этаж -- это ещё не так высоко, как могло быть в их десятиэтажке. Деваться правда некуда, ждать лифтёра ночью -- занятие неблагодарное, и восхождение началось. И лишь на пятом этаже взопревший Ашот вновь выдал "Трах-тибидох!" и высказал дельную мысль, что вещи можно было оставить в машине и до утра. Но на вопрос: "Пойдём обратно?" тяжко вздохнул и, вновь впрягшись в сумки-чемоданы, потопал вверх по лестнице.
   Зайдя в прихожую, Виктор первым делом выудил из одной из сумок полторашку минералки, которую, да-да, они тоже несли с собой, аккуратно её приоткрыл, стравив из под пробки давление, и протянул соседу. Ашот присосался к горлышку, будто с детства не пил, а Виктор тем временем, переведя дух, отсчитал причитающуюся таксу, накинув пару сотен за подъём. Сосед, оторвавшись от соски, потной рукой свернул купюры, сунул их в карман куртки, и, кивнув, притворил за собой дверь. Бутылку, впрочем, он не забыл, и запасливый хозяин тут же выудил из сумки вторую. После самолёта его всегда мучил сушняк, поэтому в круглосуточном эаропортовском магазине минералочкой он сразу затарился, ведь дома холодильник был мало того, что пуст, так еще и выключен.
  -- Па-а! Па-а! - заорал из комнаты Макс. - Ты видел?! Метеорит упал!
  -- Да ну на..., - оторвавшись от горлышка тихо просипел Виктор, - мы ж не в Челябинске...
  -- Ви-ить! - в голосе жены звучали тревожные нотки. - Иди посмотри! Там свет!
   Скинув ботинки, он, как был в куртке, с бутылкой, подскочил к окну. Над центром города полыхало янтарное зарево. А явно видимое в ночи свечение неспешно, кольцом расходилось от эпицентра, уже приближаясь к их микрорайону.
  -- Витя, это что, радиация?! - лицо Валентины было испуганным, Славка опять сидела у неё на руках и во все свои синие глаза пялилась на зарево.
  -- Фиг знает, что это... - решение созрело у Виктора мгновенно, - но лучше бы нам отсюда свалить, хотя бы к твоим, в область. Быстро, одеваемся и бегом, к машине! Берём только деньги и документы!
  -- Какой машине?!
  -- К "Ниве"! Там бак почти полный. Если что -- через бордюр и огородами! - Виктор был уверен, что "Шнивка", взятая по дешёвке для загородных покатушек, и в этот раз не подведёт. Его "Королла" и тем более "Овечка" супруги для быстрого драпа из города явно не подходили. Особенно если не они одни будут такими умными - дороги забьются моментом.
   Первая волна проникающего даже сквозь стены оранжевого света застала их в прихожей. Закатив глаза, молча уткнулась в разбросанные сумки Славка, жена и сын согнулись в приступах внезапной рвоты, а его самого вдруг будто нахлобучило по голове мешком цемента. Цепляясь за стену, выронив извлечённые из сейфа ключи, Виктор сполз на пол. Свет в квартире моргнул и погас, но темнота не наступила, вокруг царил какой-то серый сумрак. С трудом поднявшись, Виктор шагнул к жене:
  -- Ты как?
  -- Уже лучше, - Валентина разогнулась, утёрла рот, извлеченным откуда-то платком промокнула слёзы, погладила по спине Макса, которого всё еще выворачивало на пол, и взяла на руки Славку. - Вить, нашатырь на кухне, в аптечке...
   Он, пошатываясь, направился из коридора в кухню и зашарил в самом верхнем шкафчике. Выудив коробку, открыл хитрый замочек с секретом от детворы, откинул крышку, второй рукой извлекая из кармана мобилу для подсветки. С удивлением обнаружил, что надписи на пузырьках и коробочках вполне читаются и так, выхватил нашатырь и бросился обратно, мельком обратив внимание на приближение очередной янтарной волны. Владислава от нашатыря резко дёрнула головой и конечно же тут же захныкала, уткнувшись жене куда-то в воротник. Прихожую залила вторая волна свечения, слегка помутив им рассудок, но уже не оказав такого сокрушающего воздействия.
  -- Надо валить! - Виктор в полной темноте уверенно поднял с пола ключи от машины. - Валь, найди фонарь в шкафу, а то свет погас. И во дворе тоже. Может импульс выбил, фиг знает... Вы пока ждите тут, а я попробую завести. В машине есть фонарь, смотри в окно, моргну - сразу выходите. Сумку детскую я взял. Доки - в твоей. И всё, остальное на фиг! Макс, нормально? Ну всё, я пошёл.
   Семь этажей вниз -- это не вверх. Только прыгая по лестнице и безуспешно пытаясь включить мобилу, он осознал, что подсветка ему сейчас вовсе и не требуется. Ступени были видны отчётливо, правда в каких-то серовато-синих оттенках. "Что же это за херня, так и черепашкой-ниндзей стать недолго?! А телефонам, похоже, пипец. Да и всем сотам моим... Завелась бы телега..." Увы, подходя к машине, еще издали не обнаружил привычного подмигивания светодиода сигналки, как, впрочем, и на всех соседях по парковке. И брелок не помог, "Шнивка" даже не вякнула. Открыл ключом, покрутил стартером -- бесполезно, мёртвая куча железа. "Кстати, - мелькнула мысль, - у Ашота старикан ведь еще карбюраторный, да и сигналки там не было, похоже, никогда". Прыгая вверх по лестнице, он уже привычно поймал третью волну, которая лишь прибавила синевы и освещённости подъезду.
  -- Валь, - он сунулся в дверь, -- машины сдохли все, я к Ашоту, у него старикан, может живой...
  -- Витя! СТОЙ!!! - жена бросилась к нему, лицо её, синее во мраке, выражало ужас. - Там Ашот кричал. Страшно. По-армянски. И гремело у них, а потом тихо стало. Не ходи, а?
  -- Ой, Валь, ну может впотьмах упал обо что... В общем я быстро.
   Дверь в квартиру Д'Артаньяна была чуть приоткрыта и за ней слышалась какая-то возня.
  -- Ашот, всё нормально?! - Виктор толкнул дверь.
   За дверью, в прихожей, в уже привычном синем сумраке, вся большая армянская семья, нагишом, чавкая, ела Ашота, зубами отрывая от тела куски вместе с одеждой. Его старший сын, ровесник Макса, с трудом проглотив очередной кусок, поднял на Виктора горящие оранжевым светом глаза и, из положения полуприседа, резко прыгнул в сторону двери. Виктор рванул дверь на себя, с той стороны в неё впечаталось тело, защёлка автоматического замка клацнула, и, после двух ударов, за дверью вновь воцарилась тишина
  -- Ас-с-с....ука... - Виктора вывернуло недавно выпитой минералкой, колени ослабли. На подгибающихся ногах он скатился на этаж ниже и рванул дверь своей квартиры. Родные стояли в прихожей, и глаза у всех светились синим. Виктор отпрянул, впрочем, дверь не захлопнул, не успел.
  -- Витя... - пискнула в накатывающей истерике Валентина, - у тебя тоже глаза светятся-а-а...
  -- Па-а! Ма-а! - произнёс удивлённый Макс. - Мы уже зомби?
  -- Мы-то? - Виктор сглотнул комок в горле и шагнул в прихожую. - Мы-то нет.
   Он захлопнул дверь, и сгрёб семью в охапку. Постояли молча, пока жена не перестала всхлипывать, и вдруг, неожиданно, в квартире ярко вспыхнул свет.
  -- Так, сидим дома, пока не решу с машиной и вообще, - проморгавшись, тихо произнёс Виктор, - надо прояснить ситуацию. Пойдёмте-ка в зал.
   Радио-трубка домашнего телефона, после включения базы в розетку, порадовала мелодичным сигналом и включившимся экраном. Но вот гудок в ней отсутствовал как класс. На всякий случай он вытащил из нижнего ящика "стенки" древний кнопочный телефон, подцепил к телефонной розетке вместо трубы, но с тем же результатом. Нет, судя по щелчкам в трубке, линейное напряжение было, но и только. Прошедшая тут же очередная волна прояснила ситуацию -- свет моргнул, но устоял, а вот экран не обесточенной радио-трубы с тихим пшиком потух.
  -- Гадство! Значит, включенная электроника дохнет, а выключенная нет. И подстанция держится, видимо сейчас напрямую врубили, в обход управляющих контроллеров. Рубильник -- это сила.
   По роду работы Виктор досконально знал, где в их, да и не только в их районе находятся подстанции, АТС и прочие прелести электро и цифровой цивилизации, начиная с кабельных колодцев. Сколько он базовых станций монтировал и запускал лично, сколько было запущено по его проектам, или уже позже, с его санкции -- он не считал. А ведь каждой нужно и питание, да и какой-никакой канал. Электроподстанция находилась чуть ближе к эпицентру катаклизма относительно их дома, поэтому вырубить её должно было раньше домового оборудования, а вот АТС была совсем рядом с центром, поэтому стационарные телефоны еще долго будут мертвы, пока не запустят какой-нибудь другой коммутатор или вообще посадят там барышню, как в каком-нибудь семнадцатом году. Должно ведь что-то подобное быть на случай ядерной войны? Главное -- провода где-то ещё лежат. Вряд ли старые линии все демонтировали, просто пропихнули в колодцы оптику, да успокоились. Интернет наверняка тоже накрылся. (Правда, как выяснилось позже, не везде и не совсем. Информация всё-таки ушла в сеть.)
   Проведя анализ, Виктор плюнул на прелести цифровой цивилизации, решив технику больше не палить, и сосредоточился на насущном. Вода из крана текла, и первым делом он заткнул сливное отверстие в ванной, пустив туда воду. Газ на кухне лишь слабо пшикнул и скончался, Виктор на всякий случай прикрыл обратно вентиль на газовом стояке. Не страшно, в "Шниве" у него была походная горелка и пятилитровый баллон, а так же соль и спички, так необходимые на выездах. На первых порах хватит. А вот вопрос с питанием надо было срочно решать. Ничего свежего дома не было, перед отпуском что поели, что отдали, а что и повыкидывали. Остались лишь кое-какие крупы да макароны, в количествах, явно недостаточных в сложившейся ситуации. Да и с властями хоть как-то связаться надо, сообщить о поедающих Ашота зомбаках.
   Уговорившись с родными об условных сигналах на открытие двери, осторожно спустился во двор и вышел к машине, оглянувшись на дом и задрав вверх голову. Кроме как в окнах их квартиры свет горел лишь где-то на десятом этаже. Чтобы увидеть конкретно, надо было отойти чуть дальше, чего ограда паркинга не позволяла. В соседнем доме напротив горело одно окно, видимо на кухне. Стекло было выбито, движения внутри не наблюдалось.
   Оглядываясь по сторонам, он вытащил из заднего отсека "Шнивы" "тревожный набор". Компания у них сложилась лёгкая на подъем, и сорваться на покатушки за город могла в любой момент. Поэтому в машине было всё наготове, в том числе и походная одежда. Быстро на заднем сиденье скинув модные туфли и джинсы, поёживаясь от холода, Виктор натянул утеплённые штаны, вбил ноги в туристические боты и затянул на поясе широкий ремень, пристегнув к нему чехол с маленьким топориком и ножны с небольшим многофункциональным ножиком. Охотником он не был, а большего на природе и не надо. Ну разве что спиннинг и закидушка всегда болтались в машине, да и то, фанатом рыбалки он не являлся, просто был не прочь покидать блесну за компанию. Больше всего он ценил сам факт отдыха на природе, да и пожрать что-нибудь свежее с огонька любил, чего греха таить. Куртку оставил цивильную, чтобы уж совсем не превращаться в пятнистого лесника, да и лёгкая она была, удобная, движения не сковывала. Пустой рюкзак занял своё место на левом плече. Если что -- можно сбросить, и рвать, рвать когти.
   Путь его лежал в круглосуточный магазинчик у дома, небольшой, буквально на три кассы. Разжиться продуктами, да и новостями заодно. Мини-маркет встретил его распахнутой дверью с сорванным доводчиком и размазанной следами от обуви дорожкой из кровавых капель, ведущей от дальней подсобки к выходу. Тут Виктора и осенило: "В подсобке кто-то спал, затем кого-то покусал и все разбежались". Выходило, что излучение косило лишь спящих, а бодрствующие его как-то переносили, правда не без последствий. Виктор еще не забыл горящие во тьме синим огнём глаза своего семейства. Вот уж точно теперь "Васильки". Именно так за всеобщую синеглазость их в глаза и за глаза величали друзья и знакомые. Виктор не обижался, к погонялу "Василёк" он привык еще в детстве. Впрочем, гипотезу озомбячивания во сне еще необходимо было проверить, но он уже принял её за рабочую.
   В магазинчике этом он бывал частенько, возвращаясь вечером с работы и заранее справляясь у жены о насущном, не забыла ли она чего прикупить в дневных хлопотах, и потому знал, что за второй дверью всегда стоял тонкий лом, используемый персоналом для различных надобностей, типа скола льда зимой, подпорки дверей для разгрузки-выгрузки, ну и, вероятно, для успокаивания особо вредных клиентов. Ржавая железяка оказалась на месте, чему Виктор несказанно обрадовался, ибо с одним топориком ему было неуютно - Чингачгуком, готовым сойтись с зомби накоротке, он не являлся, а полутораметровая железяка теоретически позволяла работать с дистанции. Хлюпиком Виктор тоже не был, поэтому верил, что ломом у него получится неплохо вломить.
   Первым делом, с железкой наперевес проверил подсобку, толкнул ломом открывающуюся на обе стороны дверь. Маленькая комнатушка не скрывала в себе ничего страшного, лишь пару деревянных поддонов с товаром, затянутым в плёнку. Заходить туда он не стал, всё, что его интересовало, находилось в торговом зале. Перевесив рюкзак вперёд, наискосок за одну лямку, он методично прогулялся вдоль полок, закидывая в широкую горловину крупы, как наиболее практичные в смысле соотношения объема и веса исходного сырья к выходу готового продукта. Еще с армии он помнил, что "кирзА разбухает в четыре разА". Следом за крупой в рюкзак отправились тушняк, сахар и специи, бульонные кубики, чай. Отдельно в магазинную корзинку намял несколько десятков пакетиков "Доширака" - иногда готовить времени просто нет, а размятые пакетики занимали гораздо меньше места, чем твёрдые. Загружаться под завязку не стал, чтобы не терять подвижности, застегнул рюкзак, опять закинув его за левое плечо, взял в ту же руку корзинку, уравновесил перекос ломом, и поковылял на кассу.
   Расплачиваться он не планировал, всё одно наступил большой "П" и компы у них не работали, но вот найти тревожную кнопку и вызвать хотя бы наряд было бы неплохо. "Сова" на входе висела, а значит, "объект охраняется вневедомственной охраной". В быстрое прибытие кавалерии он не верил, надеясь обернуться с добычей домой и обратно. Кнопку нашел и даже нажал, заодно разбив плафон и утопив внутрь кнопку пожарной сигнализации. Магазин был древний, ремонта давно хотел, а по сему вдруг где-нибудь что-нибудь да сработает. Может хоть какая-то сигналка шла по старой схеме, по проводам, а не по новомодным мобильным каналам. Пожарные -- тоже хорошо. В городе нигде ничего не горело, но хоть какая-то экстренная связь у них должна была работать. Он готов был выслушать все матюги, и даже после заплатить им за ложный вызов и за всё остальное, лишь бы понять, чего дальше ждать и что делать.
   Выйдя на улицу, закрыв и подперев ломом дверь, осторожно, прижимаясь к поредевшей живой изгороди и кустам, направился к себе, с трудом преодолев подъем на этаж. На условный стук и вопрос-ответ открыла Валентина. Тяжело ввалившись внутрь, Виктор тут же добил оставленную на полке в прихожей бутылку минералки.
  -- Как вы тут?
  -- Нормально.
  -- Я обратно, может ВОХРы подъедут или пожарные, да и детям чего-нибудь прихвачу. Ты, это, только спать им не давай, и сама не спи.
  -- Почему?
  -- Да похоже всех спящих этим светом накрыло. Я так думаю. Но не проверял, конечно. Ты просто не спи, хорошо?
   Он сделал еще три ходки, каждый раз нажимая кнопки, но никто так и не приехал. Сил таскаться больше не было, поэтому уже в рассветных сумерках он устроился у окна на кухне, с сигаретой и кружкой крепкого чая в руках. В приоткрытое окно был виден вход магазина, и слышны редкие одиночные выстрелы. Световая волна за это время проходила еще три раза, уже не вызывая даже головокружения. И, судя по наручным часам, которые Виктор по старой армейской привычке всё ещё таскал, периоды между волнами постоянно увеличивались, то есть активность странного метеорита постепенно спадала, возможно даже сходила на нет. Жена сидела напротив, а дети разложили на столе какую-то древнюю бродилку и по очереди гоняли кубик, переставляя фишки.
  -- Рассветёт, если никто не приедет -- попробую завести Ашотов рыдван, у бати был подобный, вроде бы помню, какая там проводка.
  -- Хорошо, - супруга мрачно кивнула, находясь в какой-то прострации.
   Виктор потушил сигарету, отставил кружку и обошёл стол по кругу. Подвинул еще один табурет к жене паровозиком и примостился сзади, обняв за талию и положив подбородок ей на плечо.
  -- Прорвёмся, Василиска...
  -- Вообще-то я Валя.
  -- Всё равно прорвёмся.
  -- Вить! - Валентина подпрыгнула, и он едва не откусил себе язык, только зубы клацнули. - Гляди, едут!
   По улице медленно крался древний ППС-овский УАЗик с обезъянником, видимо лишь его получилось быстро оживить. Подъехав к магазину, он исторгнул из себя троих ребят в брониках и сферах, которые боевым порядком, со звоном откинув лом, вломились в магазин. Водила тоже покинул машину, правда не заглушив её, и, откинув приклад "укорота", бдительно оглядывал окрестности.
  -- Ну, я пойду, сбегаю, узнаю, что к чему, - Виктор ломанулся в прихожую, и уже засовывал ногу в ботинок.
   Где-то над ними со звоном разбилось стекло, затем ещё одно, и вот звон зазвучал почти без остановки.
  -- Витя-а-а! - крик жены стеганул по ушам.
   Выхватив из чехла топорик, он в одном ботинке метнулся на кухню. Валя стояла у стены, обнимая детей, а за кухонным окном в дожде осколков одно за другим проносились вниз человеческие тела, неестественно размахивая в воздухе конечностями. Наконец этот страшный дождь прекратился, и он выглянул в окно. Внизу было месиво из вяло копошащихся человеческих тел, но часть из них, видимо выпрыгнувшая с нижних этажей или уже на мягкое, достаточно бодрой толпой тел в сто пятьдесят ковыляла к магазину. Из дома напротив, стоявшего к магазину торцом, тоже посыпались люди, но их было гораздо меньше, видимо не многие желающие смогли увидеть добычу.
   Виктор высунулся в окно по пояс и заорал:
  -- Мужики! Это зомби! Стреляйте!!!
   Водила подскочил ко входу в магазин и что-то крикнул внутрь, парни в брониках и сферах выскочили наружу и споро расположились для стрельбы, а старший поднял руку и что-то крикнул приближающейся толпе. "Мля, это он что, "стой-кто-идёт" кричит, что ли?" - пронеслось в голове у Виктора. Толпа между тем расстояние сокращала.
  -- Стреляйте, дебилы! Вашу мать!
   Сержант опять что-то проорал и выстрелил одиночным в воздух, затем дал очередь в ноги, но было поздно. Когда наконец заработали все четыре ствола, до толпы оставалось метров пять. Сменить магазин не успел никто, лишь водила шустро запрыгнул в машину и дал через толпу по газам. Виктор закрыл окно.
  -- Так, заводить рыдван днём мы не будем, ну его на...
   Пол-дня просидели, разбирая привезённые вещи и продукты на предмет скорейшего драпа из города, при этом постоянно тормоша и развлекая детей - лишь бы те не заснули. Виктор периодически посматривал в щель между шторами, разглядывая пиршество оставшихся на ногах изменённых. К ним подтянулось подкрепление, которое Виктор сам же и призвал, необдуманно выйдя на лоджию. Стёкла соседней многоэтажки буквально взорвались, выпустив на свет еще пару сотен полуголых людей, из которых, правда, подняться с асфальта смогла лишь примерно треть. Виктор судорожно опустил и закрыл все оконные жалюзи, да и шторы по всей квартире на всякий случай задёрнул, и вот теперь вёл наблюдение.
   Потерявшие цель зомбари разбрелись кто к магазину, а кто под стены многоэтажек, доедать всё, что уже не шевелилось. Жрали, не переставая. Проходившие раз в два-три часа волны лишь добавляли им подвижности. Виктор, для удобства отслеживания, вычленил из толпы контрольные экземпляры, имевшие какие-либо характерные приметы или просто более одетые по сравнению с остальными. Эффектная блондинка из тридцать первой квартиры, на которую он, втихаря от Валентины, клал глаз и пускал слюни, за четыре часа непрестанного жора и две прошедшие волны практически исцелила перелом ноги, и теперь очень бодро, потрясая роскошными телесами, прыгала нагишом от одного сочного куска к другому, передвигаясь когда на двух, а когда и на четырёх конечностях, словно обезьяна в зоопарке. Бычара с золотой цепью, вечно быковавший по поводу "своего" блатного места на парковке, за эти несколько часов существенно прибавил в мышечной массе, но жрать так и не прекратил. На ковырявшихся в кровавом месиве детей Виктор старался не смотреть. Получалось правда плохо и внутри всё переворачивалось, но пока его спасал коньяк. Пригубив из бокала, он сделал очередную пометку в блокноте.
  -- Вить, ну что там? - Валентина с усталым взглядом и кругами под глазами опустилась рядом.
  -- Доедают...
  -- Что делать-то будем? Славка засыпает, да и Макс тоже носом клюёт. Нашатырь часто нельзя, а кофе -- не выход, всего лишь отсрочка. Ничего такого дома у нас нет, да и не было никогда.
  -- Надо терпеть, хотя бы до вечера. Водой холодной умываться, да и кофе, действительно, хуже чем ЭТО вряд ли сделает. Волны идут уже раз в три часа и период постоянно растёт. В принципе, я думаю, между ними можно спать, но проверять на нас как-то не хочется. Знать бы, где кончается зона действия излучения. В любом случае все телодвижения только в темноте. На свету, сама видишь, какая у них реакция. А вечером может химии какой принесу. В аптеке вряд ли такое есть, да и не разбираемся мы, что там к чему, зато в магазине какое-то пойло энергетическое точно было. И оружием разжиться не мешало бы...
   На автоматы у него планы были. Бойцы охраны полегли там, где их настигла и порвала толпа, и, насколько он видел, только одно тело какой-то голодный мужик утащил за магазин. К сожалению, ремень автомата у того парня был перекинут через голову, и оружие из виду исчезло, но оставалась надежда, что лежит оно где-то за углом. Зато остальные два ствола были прямо на виду, оставалось лишь примерно прикинуть расположение подсумков с магазинами. Бинокля, к сожалению, у него не было. Да и, если б был, вряд ли Виктор рискнул сейчас в него посмотреть, приблизив ужасающую картинку к глазам -- впечатлений хватало и так.
   Отдельное внимание он обратил на парковку и видимые из окон обочины улиц, пытаясь высмотреть там наиболее старые изделия автопрома. Была надежда, что древние карбюраторные развалины были с минимумом электроники, да и на более-менее современную сигналку их хозяева деньжат пожалели. Увы, за исключением Ашотова "Форда" ничего подобного вблизи не наблюдалось, так что выбора практически не было.
   Время до вечера тянулось крайне медленно. Кровавое пиршество под окнами подходило к концу, отъевшиеся зомби активизировались, от предыдущей медлительности не осталось и следа. Иногда среди них, как в стае каких-нибудь хищников, вспыхивали краткие споры за очередную не обглоданную кость, правда, споры бескровные, выражающиеся в обычном перетягивании желанного куска. Выпустивший предмет спора из рук не пытался завладеть им снова, а оглядывал местность на предмет чего-то другого. По мере поедания запасов изменённые расширяли область поисков, некоторые особи уходили за дома или другие строения.
   Неожиданно со стороны ближней к ним западной окраины города раздалась стрельба, в которой Виктор с удивлением услышал звуки калибров мощнее автоматного. Вся толпа зомби неожиданно сорвалась с места и достаточно бодро порысила в сторону боя, скрывшись за углом. Окна квартиры Васильевых выходили на противоположную сторону, поэтому происходящее оставалось для них загадкой. Но главное - изменённые ушли. Звуки боя между тем нарастали, к дроби очередей добавились звуки взрывов. Что там рвётся -- гранаты или снаряды, Виктор не знал, боевого опыта у него не было никакого. Он на срочке и стрелял-то ровно два раза - не пехота чай, а связь, что гребётся в дождь и грязь. Уж чего-чего, а гребли и грязи в его службе хватало. На дивизионном ЦУСе он отвечал за антенное хозяйство. В конце концов не офицерам же по крышам ползать. Тем более и нужное образование, и альпинистская подготовка у солдатика имелись. Любил он по молодости штурмовать высоты, вот и скакал по крышам и мачтам почище Тарзана.
   Впрочем, на гражданке данный опыт на первых порах весьма и весьма пригодился, когда сам монтажом занимался. И даже сбруя до сих пор где-то в кладовке валялась, чисто на всякий случай, который, похоже, как раз и наступил. Ползать по стенкам его Валентина отучила, тихой сапой. Перевела, так сказать, процесс в горизонтальную плоскость. Потом пошли дети, да и работа вышла на другой, проектный уровень. Пахал, не поднимая головы, и не то, чтобы куда-то в горы выехать, но и местный скалодром со временем подзабросил. И лишь в последние два года его начала грызть ностальгия по былому, но пока она выросла только в старенькую "Шнивку" для покатушек. И вот теперь, похоже, придётся тряхнуть стариной.
   Двумя этажами ниже один любитель халявы установил спутниковую тарелку с пятью мультифидами, а так как квартира у него смотрела в другую сторону -- повесил её за углом. Кабельная трасса получилась достаточно длинной, так, что если обрубить её прямо под окном и вытянуть вверх, длины кабелей вполне должно хватить до их угловой комнаты. Ресивер в его новомодной панели был встроенный, конечно без коммутатора, но и вручную пять кабелей один за одним перебрать можно. В любом случае за остальной аппаратурой в чужую квартиру он не полезет. Вполне возможно, что там его радостно встретит кто-нибудь, получившийся из бывших хозяев.
   На телевизионные спутники Виктор питал определённые надежды. Волна неизвестного излучения стелилась по поверхности. Визуально свечения, уходящего вверх, он не наблюдал, и как далеко оно действовало -- так же было не ясно. Возможно через несколько сотен или даже десятков километров воздействие на электронику сходило на нет. Но, даже если он ошибался, всё равно у трансляционщиков должно быть резервное оборудование, поэтому рано или поздно вещание должно быть восстановлено, прерываясь лишь на время прохождения очередной волны. Уж не глупее него там люди работают, чтобы установить причину выхода из строя электроники. Возможно и коды с платных каналов ради этого снимут. А вот на скорое восстановление эфирного или кабельного телевидения надежды не было, вряд ли у местных был полный "холодный" резерв трансляционного и сетевого оборудования, стоящий где-нибудь на складе. Горячее дублирование наверняка сдохло вместе с основными комплектами. Это же касалось и телефонной связи с интернетом.
   Следуя намеченному плану, он закопался в глубину кладовки, вытащив рюкзак со сбруей на свет божий. Комплект, продать который так и не поднялась рука, был практически нулёвым, купленным уже больше с жиру, чем по необходимости, и отвисал он в нём раза два, не больше, лет пять назад при каком-то вселенском аврале. Виктор проверил железо, по новым своим габаритам подогнал обвязку, прогнал обе верёвки, подготовил точки крепления и необходимый инструмент, перетащил поближе телевизор, включив заодно детям мультики с вытащенного из сумки возимого с собой переносного винта. И на этом успокоился. Всё-таки это был план "Б", по плану "А" проходила машина и оружие.
   Вечер незаметно вступил в свои права. Стрельба и канонада на окраинах не утихали. В сумерках с высоты было видно, что по всей границе городской черты в воздух взлетали осветительные и сигнальные ракеты, рикошетами уходили вверх трассеры, рвались снаряды и мины. Армия, похоже, брала город в плотное кольцо. Это внушало определённые надежды и веру в то, что не всё и не везде так плохо. А вместе с надеждой и верой появлялось чувство, что всё будет хорошо, отбивая всякое желание что-либо делать и рисковать. Вот только проблема сна и отсутствие информации мешали расслабиться. Знать бы, что между волнами можно безопасно спать -- и всё, можно жить дома хоть две недели. Свет-вода есть, продуктов навалом, и еще натащить не проблема. Зомби лазать по стенам и открывать замки дверей не умеют, по крайней мере пока. Живи -- не хочу. Но Славка была уже совсем никакая, мультики и игры надоели, начались слёзы и капризы. Макс её немного растормошил, но всё это было временно.
   В темноте подъезда уже привычно активировалось ночное зрение. Освещение там почему-то так и не включилось. Но это и к лучшему. Выходить со света во тьму двора было бы еще опаснее. Виктор перед выходом из квартиры погасил в прихожей свет, дабы успеть адаптироваться к темноте и не выдать себя. С собой у него был лишь топорик и набор инструментов для вскрытия и угона "Форда". Но первым делом - оружие.
   Двор представлял собой филиал ада -- кругом запёкшаяся кровь, обглоданные тела, разбросанные головы и кости. С козырька подъезда свисала женская нога, до которой изменённые так и не добрались. Виктор почувствовал, как у него зашевелились волосы на затылке. Осторожность подсказывала передвигаться вдоль стены, сливаясь с ней и около-подъездной растительностью. Однако там и был самый страшный и кровавый завал. Пришлось двигаться по тротуару, ежесекундно оглядываясь, в готовности немедленно перейти на бег.
   Первый "Укорот" он обнаружил там, где и видел его последний раз. Магазин был примкнут, но, как и следовало ожидать, оказался пуст. Виктор отомкнул его и засунул в карман куртки. Один из подсумков обнаружился в луже крови у тротуарного бордюра. Виктор, не поднимая его, открыл клапан и извлёк один магазин, который тут же примкнул, передернул затвор и наконец-то почувствовал себя вооруженным. Извлёк два оставшихся магазина и направился за вторым стволом. Найдя его на заранее известном месте, не глядя закинул за спину. Подсумок вытащил за ремень и обрывки одежды из под груды костей, аккуратно извлёк магазины, распихав их по длинным карманам камуфляжных штанов. С "Укоротом" наперевес заглянул за угол мини-маркета. Голодный зомбак почему-то сержанта не доел, объел только ноги и горло перегрыз. Автомат лежал в луже уже подспёкшейся крови, и, судя по отомкнутому магазину, был уделан ей не только снаружи, но и внутри. Потянутый за ремень он с чавканьем отлип от земли вместе с трепещущим и тянущимся пластом кровавого холодца.
   К такому Виктор всё ещё был не готов, поэтому отпустил ремень, и "Укорот" с сочным чавком шлёпнулся обратно, отчего недавно проглоченный ужин не удержался внутри, и Виктора согнуло в приступе жестокой рвоты. Слегка успокоившись, он вытащил нож и, разрезав у сержанта ремень, снял подсумок целиком. Еще раз посмотрев на плавающий в сгустке крови автомат, новоявленный трофейщик решил, что с него довольно и двух стволов, не Макса же вооружать, в самом деле? С автоматом наперевес совершил экскурсию в магазин, и, найдя в подсобке рубильник, вырубил освещение, дабы не мелькать на свету звездой экрана. Опустошив в полумгле поллитровку минералки и распихав по карманам несколько баночек с энергетиком, двинулся на выход. Возникла было мысль загрузить еще одну корзинку жратвой, но решил с этим не спешить -- если заведёт "Форда", то хватит и того, что уже натаскал. А нет -- вот тогда придётся садиться в долгую осаду. Заблокировав дверь ломом, дабы зомби не налезли, следуя тенями от кустов и деревьев, выдвинулся к парковке.
   Древняя Ашотова шаланда была, естественно, заперта. Предварительно наклеив несколько полосок скотча, он аккуратно, стараясь подгадывать удары к канонаде, продолжавшейся на окраинах, и постоянно оглядываясь по сторонам, выкрошил заднее правое стекло и проник внутрь. На этом успехи в деле угона закончились. Нет, сигналки в рыдване действительно не было, да и с проводами Виктор кое-как разобрался, несмотря на то, что в ночном зрении все они были одинаково сине-серыми. Подсвечивать фонариком он даже не пытался, дабы не засветиться и не потерять ночное зрение вместе с возможностью видеть всё происходящее снаружи, но и без того был уверен, что всё сделал правильно. Скорее всего где-нибудь в цепи была врезана обычная "секретка", этакий привет из девяностых. Искать её средь ночи было бессмысленно, как и прокладывать управляющие цепи заново. Днём, со светом, где-нибудь в закрытом спокойном боксе, предварительно нарыв в интернете кучу схем от разных версий данного корыта, он бы конечно справился, но вот так, с ходу, с автоматом на коленках и постоянно оглядываясь, рассчитывать на положительный результат смысла не было, да и риск засветиться был велик -- паркинг отлично просматривался из окон обеих многоэтажек.
   Виктор собрал разложенный инструмент, вновь закинул за спину лежавший на пассажирском сиденье и на всякий случай заряженный второй "Укорот", огляделся и, приоткрыв водительскую дверь, выскользнул наружу. Заглянул в подъезд, осмотрелся, прислушался и, не спеша, стараясь не создавать шума, потопал домой. Дверь открыла Валентина с хнычущей на руках Славкой и сразу же прильнула к нему. Постояли, обнявшись.
  -- Ну как?
  -- Бесполезно, не заводится, зараза... - Виктор приобнял жену одной рукой, вдохнув такой родной запах, другой взъерошил солому на голове Владиславы. - Зато оружие добыл, и, вот, - он вытащил из кармана баночку энергетика, - попейте, что ли.
   Давать химию ребёнку было рискованно, всё одно это лишь оттянет неизбежное, но другого выхода он пока не видел.
  -- Вить, тут телефон этот старый как-то странно пиликал, я трубку сняла -- тихо.
  -- Что?! - Виктор вскинулся, запоздало припомнив, что аппарат так и остался включённым в телефонную розетку. - Бли-ин, наверняка он тоже сдох...
   Про обесточивание телевизора перед волной он еще днём подумал, подключив панель через "пилот" и проинструктировав семейство своевременно жать на красную кнопку и вытаскивать из пульта батарейку, а вот про телефон как-то подзабыл. Впрочем, подзабыл еще с прошлой ночи, поэтому сдохнуть старый кнопочник должен был давным-давно, хорошо хоть вызов ещё как-то сработал. Предположение оказалось верным. Пройдя в комнату он снял трубку и постукал пальцами сперва по кнопкам набора, а затем по клавише отбоя. Гудка, естественно, не было, как и тонов набора, но вот линейное напряжение всё еще присутствовало, и это обнадёживало. Виктор положил трубку и призадумался.
  -- М-да, похоже на АТС сменный инженер попался головастый и что-то пытается делать, а у нас-то к домам всё ещё провода, вот и ищет пары -- может кто откликнется.
  -- И что? - глаза супруги вдруг явно сверкнули синим.
  -- Да пока ничего, но пол-царства за советский дисковый телефон со звонком я бы сейчас отдал. Или нужен хотя бы новый рабочий аппарат, а лучше два. Дойду-ка я до рынка, - загорелся Виктор, - там "Евросеть" и "Связной" через дорогу, что-нибудь из проводных моделей должно быть. Может и машину по дороге какую другую присмотрю. Чайку вот только выпью...
   На кухне, глотая кипяток, он спокойно поразмыслил над первоочередными задачами, и утвердился в решении сходить чуть дальше на разведку, посмотреть, возможно где-нибудь есть живые люди, и, конечно же, кровь из носу, нужна какая-то связь и информация. Судя по тому, что армия на окраинах организованно воюет - государство в целом уцелело, вопреки расхожим сценариям пост-апокалипсиса. В принципе Виктор был в этом даже уверен, если принять за основу гипотезу поражения мозга во сне. Страна у нас большая, и если у них начиналась ночь, то на западе, в столицах, был всего лишь поздний вечер, а на востоке уже утро, поэтому, возможно, не так сильно их накрыло, и изменённых быстро перестреляли, а может даже и переловили живьём для опытов.
   Жена сидела рядом и смотрела на него, поглаживая лежавший на коленях "Укорот". Что такое "Калаш", им объяснили еще в школе, поэтому снять с предохранителя, навести и нажать на спуск она теоретически могла. Понадобится ли это в реальности, и сможет ли -- вот вопрос, но оставлять семью в такой ситуации безоружной было глупо. Детвора шумно катала в зале небольшой мяч - Макс принял вахту по Славке, да и сам пока держался неплохо. Телик с компьютером им на время пришлось выключить - ждали очередную волну.
  -- Не понял?! - вдруг удивлённо воскликнул Макс, а Славка весело засмеялась. Макс тоже хихикнул, и вдруг заорал: - Ма! Ма! Иди сюда, смотри!
  -- Ну что там? - супруга вскочила, и, не забыв автомат, двинулась в комнату.
   Страха в голосах детей не чувствовалось никакого, возможно опять что-то не поделили, поэтому Виктор спокойно дожёвывал бутерброд -- мама разберётся. Славка в комнате опять весело захохотала.
  -- Ви-ить! Витя-а! - в голосе Валентины было удивление и беспокойство, пришлось подниматься и топать к семье.
  -- Па, смотри! - сидевший у окна Макс катнул мяч Славке, прислонившейся к дивану и смешно растопырившей ноги.
   Дочь поймала и, пыхтя, толкнула обратно, Макс катнул снова, но не ей, а чуть в сторону. Небольшой резиновый мячик промчался по дуге к Славке прямо в руки, она вновь захохотала: "Мой! Мой!" и швырнула обратно верхом. Стукнувшись об пол, мячик отскочил, но полетел не в руки Макса, а обратно к Славке, совершив в воздухе изящный пируэт. Виктор присел на диван, взял за руку ошарашенную Валентину и усадил рядом. "Мля, всё-таки черепашки!" - промелькнула на задворках разума нелепая мысль.
  -- Вить, что это?
  -- Телекинез, Валь, - нарочито бодро ответил он, пытаясь найти хоть какое-то логичное объяснение происходящему. - Наверное и мы так скоро сможем, потому как мутировали. Ночное зрение уже прорезалось, что там дальше? Телекинез, левитация, метание молний и выход в астрал...
  -- Вить, ну хватит, а? Не смешно!
  -- Ну, а что еще сказать? Сама всё видишь. Во! - Виктор кивнул на мячик, который под взглядами детей неподвижно завис под люстрой. - То ли ещё будет...
  -- И что теперь делать?
  -- На рынок идти, как и планировал. Сейчас главное -- информация и связь. Узнать надо, везде такое или только у нас, в эпицентре. И от этого уже танцевать. То ли тут сидеть до упора, то ли выбираться в безопасное место, если такое, конечно, имеется. А с последствиями облучения будем разбираться позже, сейчас не время, да и не место. Изменить всё равно ничего уже нельзя - хватанули по полной программе. Может сдохнет этот чёртов излучатель - всё и пройдёт само собой. Хотелось бы надеяться...
   Вернувшись на кухню, в два глотка выхлебал остатки тёплого чая. Не удержался -- подойдя к окну, глотнул из стоявшей на подоконнике бутылки. Горло обожгло, остатки коньяка тёплым комом упали в желудок. На выдохе сквозь зубы, шёпотом, почти про себя, выдал матерную тираду и, пристукнув, поставил бутылку обратно. Накатила злость. На себя и всю эту дебильную ситуацию. Хлопнул три раза кулаком правой по левой ладони, глубоко вдохнул, медленно выдохнул, взял со стола автомат, закинул на плечо, и, развернувшись, столкнулся взглядом с Валентиной, тихо застывшей в дверях. Подошёл вплотную, обнял.
  -- Не ходи, Вить... - жена смотрела снизу вверх усталыми синими глазами. - Попробуй лучше спутники, как хотел.
  -- Надо, Валюш, - он прижал её покрепче. - На станции явно кто-то есть и пытается связаться. А со спутниками то ли выйдет, то ли нет. И время уходит - дети того и гляди засыпать начнут. Да и транспорт какой-никакой может присмотрю по дороге. Или вдруг людей нормальных найду. Вместе всё же легче, даже отбиться. Так что надо двигать. Ты не бойся, я туда и обратно. Осторожно.
   Супруга вздохнула и тихонько кивнула пару раз, соглашаясь с решением, а затем проводила его до двери. Погасив в коридоре свет, постояли в полумраке, привыкая к темноте и самозабвенно целуясь, как когда-то в бесшабашной юности. Оторваться друг от друга помогла очередная оранжевая волна. Виктор взглянул на часы:
  -- Три сорок от предыдущей. Период растёт.
  -- Растёт... - кивнула супруга.
  -- Включишь детям мультики?
  -- Конечно.
  -- Пойду...
  -- Пойди...
   Бесшумно приоткрыв дверь, Виктор, с автоматом наперевес и уже привычным рюкзаком за левым плечом, выскользнул на площадку. За спиной тихо клацнул дверной замок. В подъезде стояла гробовая тишина, лишь с улицы глухо и негромко хлопали редкие далёкие выстрелы. Дневная канонада практически сошла на нет - то ли люди кончились с одной из сторон, то ли боеприпасы. Одиночными изредка всё-таки постреливали.
   Виктор быстро спустился по лестнице и выглянул из подъезда, тут же задохнувшись от запаха разлагающихся остатков тел, возле которых он заметил какое-то шевеление: "Крысы, мать!" И тут ему резко поплохело, так как вдруг подумалось, что ни днём, ни накануне, он не видел не то, что крыс, но даже ни единой собаки или кошки. То ли все зомбировали, то ли просто попрятались с перепугу. Второе было бы предпочтительнее. А вот птицы - да, те летали как обычно, видимо на них излучение не действовало. Крысы, копошащиеся среди останков, выглядели обычными крысами, а не какими-то отъевшимися мутантами, да и вели себя осознанно и с опаской, моментально среагировав на появление Виктора и неподвижно затаившись. Так что он, задержав дыхание, быстрым шагом проскочил филиал ада и покинул территорию двора.
   Идти было недалеко -- всего один квартал по безлюдной улице в противоположную сторону от знакомого магазина. Прижимаясь к кустам и стенам домов, обходя редкие освещённые зоны и не спеша осматриваясь, он продвигался к цели, стараясь перемещаться плавно и медленно, дабы быстрыми и резкими движениями не привлечь к себе ненужного внимания - вроде как то ли читал, то ли слышал где-то о подобном способе безопасного передвижения. "Укорот" сначала неудобно болтался на шее с претензией на тактический развес, которого Виктор в жизни никогда не видел, и, в конце концов, он просто взял его наперевес в руки, чуть опустив ствол вниз и влево. В армии его учили лишь "на плечо", "на грудь" и "за спину", да и то два раза. "Фигня, в стройбате вообще автоматы не давали, а звери там были ещё те", - ободрил себя новоявленный то ли сталкер, то ли выживальщик.
   Соседние многоэтажки давили на нервы тёмными стёклами квартир, за которыми могло таиться всё что угодно. Лишь в некоторых домах светились, видимо еще с прошлой ночи, одно-два окна, но, к сожалению, не на нижних этажах, и заглянуть внутрь возможности не представилось. Ближе к рынку во многих квартирах были выбиты стёкла, и Виктор наблюдал под окнами следы пиршества изменённых. Самих изменённых ему, слава Богу, так и не встретилось.
   Рыночная площадь обычно была местом достаточно оживлённым, так как помимо множества торговых точек являлась конечной остановкой для нескольких автобусных маршрутов, да и таксисты ночами здесь частенько отстаивались в ожидании вызова или припозднившегося поддатого клиента, выползшего из близлежащих кафешек. Сейчас вокруг было пусто и безлюдно, и, естественно, ни одного такси. Видимо все дежурившие в роковую ночь водилы дружно дёрнули по домам.
   Со стороны рынка уличное освещение не работало, света не было ни в одном из павильонов, включая "Евросеть". Зато с другой стороны площади горели практически все фонари и мерцала подсветка витрин магазинов, среди которых был и "Связной". Ломиться в магазин с дежурным освещением и, возможно, работающей сигнализацией Виктор посчитал неразумным, поэтому выбор объекта проникновения был очевиден. Входить решил через дверь -- там и стёкла меньше, чем на окнах, да и остеклена лишь верхняя половина. И шума меньше, и, кроме того, какое-никакое препятствие для зомби.
   Огляделся вокруг, перекинул ремень автомата через голову и потащил из кармана рюкзака моток скотча, налепив несколько полос на стекло. Убрав скотч, натянул монтажные перчатки, надвинул поглубже вязаную шапочку, достал топорик, и, предварительно ещё раз осмотревшись, нанёс по стеклу резкий удар, на всякий случай прикрывая глаза левой рукой. Стекло лопнуло и частично осыпалось. Орудуя топориком, выкрошил остатки и аккуратно проник за первую дверь, тут же присев в тамбуре и оглядев из разбитого проёма окрестности. Не обнаружив какого-либо движения, развернулся и толкнул вторую дверь. К сожалению и она была заперта, так что операцию пришлось повторить. Грохот и звон осколков внутри магазина показался ему гораздо более громким, нежели в первом случае, но это и понятно -- внутри царила полная тишина. Похрустывая осколками, он быстро прошёл вглубь помещения, зайдя за одну из прозрачных витрин с телефонами, и оттуда уже осмотрелся. Свет уличного освещения, бьющий снаружи в окна, вызвал неприятный эффект частичной потери уже привычного ночного зрения. Но всё-таки это был не дневной свет, и глаза быстро адаптировались. Снаружи не было ничего подозрительного, поэтому он бегло оглядел ближайшие витрины, на которых стройными рядами стояли мобилы, смартфоны и планшеты. Проводных телефонов не увидел, впрочем, он и предполагал, что будут они не на самом видном месте, а где-нибудь в углу. Если вообще будут -- всё-таки прошлый век. Предчувствия его не обманули, а надежды оправдались, когда, взглянув вглубь зала, он всё-таки обнаружил искомое. Снова пришлось поработать топориком -- искать ключи от витрины было бессмысленно. И вскоре простейший "Панас" занял место в его рюкзаке.
   К сожалению аппарат был всего один, но Виктор не унывал. Зайдя за прилавок, он увидел там старенький "Сименс", использовавшийся персоналом магазина. По идее телефон должен быть мёртвым, но, подёргав провод, Виктор увидел, что включен он не напрямую в телефонную розетку, а в коробочку роутера, и, посему, вполне мог быть исправным. Проверять решил уже дома, и, наклонившись, вытащил провод из гнезда. В этот момент за окнами мелькнула тень, на краткий миг заслонившая свет уличных фонарей. Виктор присел за тумбу прилавка. Вслед за первой тенью промелькнула вторая, третья, затем они пошли косяком. Опустив на пол рюкзак, он взял "Укорот" на изготовку и, сгибаясь, на полусогнутых двинулся к угловому окну, встав сбоку так, чтобы видеть площадь, а самому не быть ослеплённым.
   Зомби двигались тихо и неспешно, как стая приматов в поисках пищи. Впереди шла разведка из нескольких здоровых мужиков, за ними женщины и дети. Отдельные особи ненадолго останавливались, внимательно осматривая окрестности, а затем продолжали неспешное шествие. Виктор затаился, прижавшись к стене. Наконец стая удалилась, и он, облегчённо выдохнув, отошёл за центральную витрину, подумывая прихватить оттуда парочку мобил для проверки наличия сети и контроля за временем прохождения волн - отслеживать их по будильнику всё-таки будет удобнее, чем постоянно сверяться по наручным часам. Разглядывая смартфоны, бросил короткий взгляд сквозь витрину и остолбенел. Снаружи, за окном, стоял здоровый зомбак и, слегка покачиваясь, горящими оранжевым светом зрачками вглядывался во тьму магазина. Было такое ощущение, что смотрит он прямо на Виктора и конечно же видит его.
   Умом Виктор понимал, что разглядеть что-либо в темноте через три слоя стекла, да ещё засвеченного снаружи уличным светом, вряд ли возможно, но душа ушла в пятки, сделав ватными ноги, и он буквально прирос к месту, а в голове билась нелепая мысль: "Никого тут нет! Иди на ...!" Зомбак качнулся пару раз, поводил башкой из стороны в сторону, и, видимо, поверил, либо знал направление, потому как плавно повернулся и направился вслед за основной толпой. "Фу-у-у..." - Виктор тихо выдохнул и вновь перевёл взгляд на витрину, в которой отражались его полыхающие синим светом глаза. Подумав, решил больше стёкла не бить, а пошарить под прилавком и в подсобке - может там найдутся еще не распакованные аппараты. Предположение подтвердилось, и две коробочки с "Самсунгами" и один "Гинзу" заняли своё место в рюкзаке. Пора было двигать домой.
   Вновь подойдя к правому окну, внимательно оглядел окрестности, подхватил рюкзак и двинулся к выходу, стараясь поменьше хрустеть осколками. Пригнувшись, забрался в тамбур и присел за нижней непрозрачной частью двери, аккуратно выглянув в разбитый проём. Изменённых и след простыл. Потихоньку поднялся и сперва выбрался сам, затем вытащил оставленный за дверями рюкзак, закинул его на плечо и направился к угловому павильону, решив как можно скорее уйти с освещенной улицы во тьму бокового переулка. Коротко, одним глазком выглянув за угол, тут же отпрянул и лишь затем осознал, что ничего опасного там нет, зато есть кое-что очень нужное. Даже в сумраке переулка он моментально опознал характерный силуэт "Жигуля", поэтому, быстро свернув в тень, сразу направился к машине, разглядев, что следом за ней стоит ещё одна такая же.
   "Ха! Да это праздник какой-то!" - обрадовался было Виктор, но когда ночное зрение всё-таки включилось, тут же скривился, ибо первая машина была жестоко унижена своим недоумком-владельцем и практически лежала пузом на асфальте. Разглядеть что-либо в салоне было невозможно из-за могучего слоя рубероидной тонировки. "Мля, что ж вы с машиной сотворили, убогие..." - сплюнул Виктор и обратил взгляд на второе авто. В отличие от первого этот "Жигуль" не царапал брюхом асфальт, а наоборот был неслабо приподнят сзади, имел широкие шины и диски с далёким выносом, присобаченное на багажник антикрыло и конечно же огромного диаметра "пердак" из нержавейки. "Да вашу маман..." - заглянув через лобовое в салон, он разглядел там кучу приборов начиная с регистратора и антирадара, бараньи шкуры на спортивных сиденьях и мохнатый руль. Венчали эту икебану чёрные шторки от катафалка на боковых окнах. Несмотря на явные переделки машину можно было попробовать завести, но от рёва "пердушки" все зомби с округи тут же сбегутся. Тащить их на хвосте к дому - не вариант. "Вот нет бы дедушка какой с колхоза на рынок приехал, а?" - с грустью подумал Виктор, плюнул и потопал потихоньку домой.
   К сожалению стая зомби направилась примерно в ту же сторону, поэтому, скрываясь в тенях, он перешёл на параллельную улицу, как по заказу не освещённую, и двинулся по ней, рассчитывая подойти к дому с другой стороны, да и дорогу заодно разведать. Если всё же повезёт с машиной и придётся резко драпать -- желательно, чтобы на дорогах вблизи дома не было случайных заторов, иначе можно уткнуться и, пока развернёшься -- зомби набегут.
   Соседний квартал был застроен старыми "хрущёвскими" пятиэтажками, стоявшими к торцом к проезжей части, с мрачными узкими дворами, заросшими кустами и деревьями. Летом квартал утопал в зелени, но тёмной осенней ночью потерявшая листву растительность смотрелась жутковато, да и прятаться в ней мог кто угодно. Виктор двигался по своей стороне улицы, где застройка была просторнее и зона видимости, соответственно, шире -- проще обнаружить опасность и быстрее получится на неё отреагировать. От домов он старался держаться подальше. Живая изгородь высотой метра полтора, отделявшая тротуар от застройки, несмотря на облетевшую листву, давала достаточно теней для укрытия от случайного взгляда, особенно если чуток присесть, но в то же время не закрывала обзор. Перед каждым выездом из дворов он останавливался, внимательно осматривался и, только убедившись в отсутствии там какого-либо копошения, двигался дальше.
   Полицейский "УАЗ" он увидел на другой стороне улицы, стоящим задом к дороге у крайнего подъезда "хрущёвки". Был он похож на тот, в котором удрал водитель, уцелевший в бойне у магазина. Номер Виктор конечно не запоминал, но таких древних колесниц он давно уже не видел, вряд ли их в районе осталось больше одной. Необходимо было проверить, ведь если машина на ходу, то это неплохой вариант для драпа из города. По крайней мере прошлым утром она всё-таки ездила, да и полный привод как-никак. Оставался, правда, открытым вопрос -- где же сам водила?
   Вернувшись назад к недавно пройденному перекрестку, где было побольше растительности, Виктор быстро пересёк дорогу и, подобравшись к углу нужного дома, выглянул оттуда во двор. Палисадник и кусты у подъезда были смяты, небольшие деревца местами сломаны, а под окнами валялась куча битого стекла. Останков людей, правда, не наблюдалось. Похоже, все выпрыгнувшие из квартир зомби утопали отсюда самостоятельно -- и высота не такая большая, да и заросли под окнами наверняка сыграли свою роль.
   С автоматом на изготовку Виктор двинулся к машине, стоявшей к нему правым боком. Задние стёкла до черноты тонированы, стекло передней двери покрыто сеткой трещин, но уцелело -- видимо зобми пытались ломиться в подъехавшую машину. Странно только, что он сразу не уехал, как только подвергся нападению. Обойдя машину сзади, Виктор заглянул в водительское окно и тут же отшатнулся. Полицейский был внутри и на первый взгляд просто спал, откинувшись на подголовник и слегка повернув вправо голову в надвинутой форменной кепке. Появилась глупая мысль стукнуть в окно, но тут же угасла -- ещё пальнёт с перепугу, оружие у него точно было, Виктор помнил. Он заглянул в окно еще раз, увидел погон с лычками младшего сержанта, но заглянуть в лицо водителю не получилось, стекло было чем-то заляпано. Зато увидал автомат. "Укорот" лежал на пассажирском сиденье, направленный стволом в сторону противоположной двери. "Ну, хоть сразу не пальнёт, надеюсь", - подумал Виктор, и, сместившись левее, осмотрел салон через лобовое стекло. И нечаянно заглянул водителю в глаза. "М-мать!" Мужик был точно мёртв - живые так не смотрят. Виктор разглядел окровавленный рот и потёки крови на форме. Да и стекло боковое, похоже, было заляпано именно ей. "Что ж ты так, парень, а?" - Виктор покачал головой и, аккуратно нажав на ручку, потянул водительскую дверь, увы, оказавшуюся заблокированной изнутри. Попробовал заднюю -- то же самое. Обойдя машину сзади, проверил все двери и уже привычно потащил из чехла топорик. Правое пассажирское стекло разбегалось сетью трещин, осталось лишь аккуратно его выкрошить, что он и сделал, на всякий случай оглядываясь после каждого громкого звука.
   Приоткрыв дверь, стараясь глядеть не на мёртвого водителя, а по сторонам, первым делом взял с сиденья автомат, отсоединил магазин, и затем, отведя затвор, выщелкнул на сиденье патрон из ствола, тут же добив его обратно в магазин, сложил приклад и, скинув рюкзак, убрал "Укорот" внутрь. Магазин, судя по весу, был полным, поэтому занял свободное место в подсумке на поясе. Рюкзак отправился на заднее сиденье, а Виктор занял переднее пассажирское и, притворив дверь, начал внутренний осмотр. Причина смерти водителя была явной и находилась в его намертво сжатой правой руке. Преодолевая себя Виктор попытался разжать окоченевшие мёртвые пальцы и вытащить пистолет, но не преуспел, а применять серьёзные усилия или тем более резать пальцы он оказался не готов. Да и жаль ему было этого молодого, но уже седого как лунь мужика. Наверняка ведь домой рванул, к семье, возможно сразу от магазина. А семья, поди, из окон к нему и выпрыгнула. Виктор в очередной раз, хоть и был не особо верующим, возблагодарил всевышние силы, что ему не пришлось оказаться на месте вот этого младшего сержанта. Что бы он сделал, если бы в окно машины к нему с намерением сожрать ломились Валентина с Максом? Вот... А полицейский сделал свой выбор, выстрелив себе в рот.
   Виктор усилием прогнал ненужные мысли, загнав их на задворки сознания, дабы не сорваться в панику. Ведь следом за ними, он точно знал, полезут мысли о матери и тёще с тестем, да прочих родных, друзьях и знакомых, судьба которых на данный момент была неизвестна и выяснению не поддавалась, и помочь которым он на данный момент ничем не мог. По молчаливому уговору с супругой они эти вопросы не обсуждали, понимая всю серьёзность ситуации. Да и дети были на них. Поэтому он достаточно быстро взял себя в руки и продолжил осмотр машины. Ключ торчал в замке, и, покрутив его против часовой стрелки, Виктор понял, что тот находился в рабочем положении. Повернув ключ обратно, он по неподвижности приборов с огорчением констатировал, что машина мертва. Либо её всё-таки спалила очередная волна, либо, что скорее всего, сержант машину не глушил, и, после выработки остатков топлива, включенные фары добили старый аккумулятор. В "УАЗиках" Виктор не разбирался, поэтому насчёт перспективы восстановления не обольщался -- машину придётся бросить.
   Встав коленом на сиденье и перегнувшись через руль, аккуратно расстегнул на водителе подсумок и вытащил два полных и один пустой магазин к автомату, затем извлёк из кобуры запасной магазин к ПМ, и, помаявшись, кое-как на ощупь выщелкнул магазин из пистолета, зажатого в руке у мертвеца. Передернул затвор и подхватил последний патрон. Появилась у него идея, вернувшись к магазину у дома, поискать пистолеты погибшего наряда, наверняка они тоже были на ремне, только с другой стороны, где-нибудь под форменными бушлатами, просто он прощёлкал, сосредоточившись в тот момент только на автоматах. Сложив боеприпасы в рюкзак, он покинул машину, аккуратно притворив дверь, и еще раз взглянул на водителя: "Бывай, браток. Извини, если что..."
   Оглядев под прикрытием машины подходы к дому и окрестности, он вышел на проезжую часть, перемахнул через центральное ограждение и протиснулся в разрыв кустов на другой стороне дороги. И только выйдя на тротуар, услышал звук работающего мотора. В попутном направлении без света и габаритных огней на невысокой скорости проскочила, тихо урча движком, старенькая "девятка", и остановилась метрах в трёхстах впереди, напротив небольшого неосвещённого офиса "Сбербанка". Потихоньку двигаясь в ту же сторону, Виктор увидел силуэты двух выскочивших из машины мужиков, а затем раздался звон разбившегося стекла. Со стороны звук слышался достаточно хорошо, поэтому он порадовался, что на его подобные художества никто так и не подтянулся. Между тем за звоном стекла послышался характерный рёв бензиновой "болгарки". "Блин, кому конец света, а кому -- время беспредела. Ничего не боятся, черти..." Желания подойти и пообщаться со взломщиками почему-то не возникло - наверняка у них имелся ствол, да ещё и не один. Иначе с такой наглостью не работали бы. И наличие у самого целого арсенала на глупости не вдохновляло, он лишь издали облизнулся на машину, мимоходом взяв на заметку разбитые задние фонари. Если получится всё-таки разжиться транспортом -- надо взять способ на вооружение. Имея ночное зрение в темноте лучше ни чем не светить.
   Встреча, тем не менее, немного подняла ему настроение -- живые, кроме них, в городе всё-таки были. Кустами миновав банк и отойдя с полсотни метров, вдруг услышал сзади два одиночных выстрела, чей-то вскрик и еще один двойной хлопок. "Похоже из ружья, дуплетом всадили", - звук охотничьих стволов Виктору был знаком, водились у них в компании охотнички, и пару раз за городом самому пострелять доводилось. Вслед за выстрелами раздался вой двигателя и визг колёс, впрочем, достаточно быстро удалявшийся. "Нарвались-таки уроды. Жаль, что вас не сожрали..." Виктор присел под наиболее густые кусты и удвоил внимание, сжимая в руках "Укорот". На звуки вполне могли подтянуться другие зомби, в том числе из близлежащих домов. Посидел в тишине минут десять, осматриваясь и слушая свист ветра в проводах и ветвях деревьев. Движения вокруг не наблюдалось, поэтому он с особой осторожностью направился к дому.
   Дальнейшая дорога прошла без происшествий, и дома, в прихожей, к нему на шею кинулась тихо рыдающая Валентина, покрывая его мокрыми поцелуями и повторяя: "Живой...живой". Успокаивающе поглаживая её по вздрагивающей спине, Виктор шёпотом произнёс:
  -- Валь, всё ж нормально. Ну ты чего?
  -- Стреляли близко, думала -- ты...
  -- Нет, не я. Жулики какие-то в Сбере банкомат пилили, болгаркой, представляешь? Вот они и стреляли, когда зомби на шум притопали. А потом удрали, на машине. И всё.
  -- Хорошо... - жена уткнулась лицом ему в грудь и притихла.
  -- Как дети? - Виктор отстранился, посмотрев ей в глаза.
  -- Поели, теперь играют... - Валентина смущённо потупилась. - И я с ними. Иначе уснут.
  -- Опять поели? Ужинали же.
  -- Ага, причём уже второй раз. Эта магия, похоже, энергию расходует очень быстро, даже я проголодалась.
  -- Ты тоже? - Виктор вздёрнул брови.
  -- Угу. У меня тарелка упала, и я её ловила, а она сама в руку прыгнула. Надо просто захотеть и представить, как-то так получается. Я потом со спичкой пробовала -- летает, и даже загорается, если захочешь. А что-нибудь тяжёлое поднять не получается, голова сразу кружиться начинает и есть потом хочется. Мячик у детей забрала, сейчас самолётик бумажный гоняют -- он полегче всё-таки. Пойдём?
  -- Пойдём, - Виктор скинул рюкзак, снял куртку и ботинки, положил на полку повыше "Укорот", и, прихватив с собой рюкзак, направился следом за супругой в комнату.
   Дети на них практически не отреагировали, борясь за воздушное первенство. Маленький самолётик из половинки тетрадного листа испуганным воробьём метался под потолком. Только Макс отвлёкся на секунду, взглянул на отца покрасневшими глазами и серьёзно кивнул. Виктору даже показалось, что он буркнул что-то себе под нос, хотя губами и не шевелил. "Чёрт, что ж делать-то? И меня, видимо, уже подглючивает..." Тряхнув головой, он вытащил из рюкзака бэушный телефон и подключил его к телефонной розетке. Сняв трубку, услышал тихие хрипы на линии, но гудка так и не дождался. Тыкая в кнопки, послушал тоны набора, мысленно сплюнул, и потащил из рюкзака всё остальное. Осмотрел новоприобретённый автомат, примкнул к нему полный магазин и положил на полку стенки повыше, чтоб и под рукой был, и от детей подальше. Привычки постоянно ходить с оружием у него не было, потому и опасался. Пока она выработается, он ствол где-нибудь забудет, а дети дотянутся.
   Второй телефон ситуацию не изменил -- на линии были всё те же хрипы. Виктор переключился в импульсный режим, потыкал кнопки набора и отбоя -- тщетно. Дело было точно не в телефоне. Оставалось лишь ждать звонка с той стороны, надеясь, что там действительно кто-то есть, и очередь когда-нибудь дойдёт до их телефонной пары. Распотрошив коробки со смартфонами, запустил два, установив на обоих будильники за двадцать и десять минут до очередной волны, и воткнул на зарядку. Оговорил с Валентиной порядок и очерёдность отключения всей работающей электроники и собственно самих смартфонов. Третью мобилу оставил в резерве на всякий случай, и, не откладывая, тут же приступил к плану "Б" - подключению спутниковой антенны.
   Станции крепления, верёвки с протекторами, подвесная и пояс с инструментом были готовы ещё днём, и спустя каких-то пол-часа он уже висел под окном, упираясь в стену наколенниками. Ощущения были знакомыми, но уже слегка непривычными, однако память тела сработала как надо. Единственным отличием от привычного спуска было то, что вместо шуруповёрта к поясу на карабин и короткий ремень, заправленный в заднюю антабку, был пристёгнут сложенный "Укорот". Длины ремня вполне хватало, чтобы ухватить автомат за рукоятку и поднять на уровень груди.
   Наконец, приняв устойчивое сидячее положение, Виктор посмотрел вниз. Стекла в окнах нижней квартиры оставались целыми, но это не значило, что там никого нет. Маловероятно, но возможно, что изменённые находились в глубине квартиры и просто не среагировали на выстрелы у магазина или вид из окна, либо у них просто плотные шторы. Зато висящий прямо в проёме "человек-паук" будет отлично видимой на фоне утренних сумерек и лакомой приманкой. Виктор конечно попытался сместиться чуть вбок, чтобы не подставляться, но длина веревки была всё еще недостаточна для такого маневра. Поэтому он решил пройти окно рискованно, но максимально быстро. К счастью получилось без срыва. Руки работали как надо, а чернота за стеклом не обернулась ни чем опасным -- изнутри действительно были плотные шторы.
   Зависнув под окном и упершись ногами в стену, он сместился чуть левее, стараясь не попасть в проём разбитого окна на следующем этаже, но едва попытался спуститься ниже, как его качнуло обратно, в результате чего он потерял опору и почти влетел в разбитый проём, лишь в последний момент ткнувшись ногой в уцелевшую раму. Ругнувшись про себя: "Твою мать...", он заглянул в темноту квартиры. Обстановка внутри была достаточно мирной, лишь ветер колыхал обрывки тюля, да на подоконнике была рассыпана земля из опрокинутых цветочных горшков. Раздавшийся шорох он сначала отнес на уличный шум и уже было продолжил спуск, но звук повторился и шёл он явно изнутри. За окном вновь колыхнулась ткань и послышался лёгкий скрип битого стекла. Виктор зафиксировал спусковое устройство, освободил руки и рывком вздёрнул вверх автомат, щёлкнув предохранителем и наведя ствол в окно. Однако в комнате ничего не происходило, да и звук прекратился. Повисев минуту, он защёлкнул предохранитель и тут же напрягся -- внутри, где-то за подоконником снова послышался шорох. "Чёрт. Кошка? Или собака?" - Виктор вновь снял оружие с предохранителя, чуть согнул ноги в коленях и подался вперёд, пытаясь заглянуть за подоконник поверх направленного внутрь ствола.
   Соседей этих он не знал. Раньше там обитала пожилая пара, но с пол-года назад они купили дом где-то за городом и съехали, а здесь поселились то ли их родственники, то ли вообще арендаторы, в общем какая-то молодёжь. Но вот была ли у них живность - он был совсем не в курсе, а у жены спросить не догадался. И хотя последняя сейчас выглядывала сверху из окна, ожидая от него условного сигнала, подавать голос он не собирался, а шёпот она не услышит. Скорее его услышит то, что опять скребётся в мёртвой зоне за подоконником. Виктор ещё приблизился к окну, и ствол "Укорота" был уже внутри квартиры, а палец напрягся на спуске. Глаз ухватил внизу какое-то движение, там шевельнулось что-то серое. Неожиданно светлое пятно отпрянуло от стены, за край подоконника ухватились маленькие ладошки, а Виктору в глаза уставились оранжевые зрачки маленькой девчушки, едва ли двух лет от роду, с растрёпанными светлыми волосами. "Ох ты ж, Господи..." - он отпрянул, распрямив ноги и качнувшись на верёвке от окна, чтобы тут же вернуться обратно. Руки будто примёрзли к оружию, челюсти свело до боли, а на глаза навернулись слёзы, когда он осознал всю горечь и нелепость ситуации. Девчушка опять скрылась из виду - самостоятельно влезть на подоконник она никак не могла.
   Спустя долгие пять минут он понял, что снова может шевелиться, и несколько раз глубоко вздохнул, задрав кверху голову и изучая взволнованное лицо жены, пытающейся сверху рассмотреть, что это с ним. Затем вновь защелкнул предохранитель оружия и успокаивающе махнул Валентине рукой. "Укорот" занял своё место на подвеске, а Виктор, отерев ладонями влагу с лица, опять ухватился за верёвки, стараясь больше не смотреть в разбитое окно. Спустившись метра на полтора, он наконец добрался до кабельной трассы, ухватился за жгут и дёрнул его от стены, проверяя прочность крепления. Была у него надежда, что за пару лет, проведённых на солнечной стороне, пластиковые стяжки потеряют свою эластичность и станут хрупкими. С трудом, но дело пошло, где-то лопнули стяжки, где-то из стены полезли дюбеля. "Шараш-монтаж, - скривился Виктор, - но нашим легче..." Вытащив бокорезы, обрезал жгут как можно левее и махнул жене, показав пальцем на верёвку. Тут же сверху к нему скользнул шнур с грузиком на конце, который он привязал к жгуту кабелей и уже со всей дури рванул их от стены. Пары рывков хватило, чтобы вся трасса до угла дома, за которым висела антенна, оторвалась от стены. Виктор затаил дыхание. Ему вдруг подумалось, что с таким косоруким монтажом сорвёт и саму антенну. Но обошлось. Зато теперь ему не придётся повторять спуск из крайней комнаты, достаточно лишь пробросить шнур до окна и подтянуть к нему весь жгут кабелей.
   Показав Валентине, что начинает подъём, он собрался и потихоньку двинулся вверх, вновь стараясь не глядеть в разбитое окно. До окна своей квартиры оставалось метра полтора, когда он услышал изнутри трель телефонного звонка. Мотнув супруге головой, дескать - сними, прошёл последний метр и начал устало заползать в комнату, откуда уже слышался полный надежды голос супруги:
  -- Да!? ... Здравствуйте! ... Валя... Нет, не одна... Конечно есть! Виктор ... Он за окном. На верёвке. ... Алло? ... Нет, не зомби, он провода снимает... Ну надо ему, хочет спутник поймать... Вот, идёт.
  -- Да? - Виктор, едва отвязавшись, отобрал трубку у жены, пока она ещё что-нибудь не сболтнула на радостях.
  -- Здравствуйте! - голос парня звучал молодо. - Я Николай, инженер с АТС. Мы тут обзваниваем всех, ищем нормальных. С вами сколько человек?
  -- Четверо всего. Я, жена и дети.
  -- А соседи?
  -- Не знаю, пока никого не видел, может и есть кто, но сидит тихо и без света. А кричать и в двери стучать я не стал.
  -- Понятно...
  -- А что вообще творится, Николай? Власть-то хоть какая-то осталась? Связь есть?
  -- Да какая связь... Выгорело почти всё к чёртям. Нам ещё повезло, что в центре сидим - тут администрации и всё такое прочее. Вот каналы под них расширяли недавно и железо меняли, потом тестировали. А старый комплект вывезти не успели, стоял холодный. Его и поднял, правда кроссы на живую прикрутить пришлось и вручную переключать. Так сейчас и вертимся. Сеть развалилась, ни с соседями, ни наверх связи никакой. Прибегал сейчас из МЧС мужик, говорил, что вроде бы полёвку тянут, ну хоть что-то. У соседей, говорил, или дрыхла вся смена, или только один дрых, да второго потом загрыз. А нам с Татьяной повезло, не спалось...
  -- А что он еще говорил? Ну, МЧС-ник.
  -- Да жопа везде. Эти волны вокруг всего шарика прошли. Правда, чем дальше от эпицентра, тем плотность излучения ниже. Но у нас Сибирь и Урал, считай, выкосило полностью, да и Азии досталось по полной. Прикинь, сколько там китайцев с индусами ночью спало? А Дальний Восток и Европу зацепило лишь краем, даже не всех, кто спал, обратило. Да и техника, по большей части, выдержала, особенно военная. Да, кстати...
  -- Что?
  -- Военное положение ввели почти сразу. У нас ведь тут кругом точки стратегические, а там, считай, всё погорело и связи нет, да у китайцев примерно так же. Вот и опасаются, как бы остальное прогрессивное человечество не решило с нами вопрос кардинально. Ситуация уж больно удобная. И повод есть, и ответки конкретной не ожидается. Наши, правда, щеки дуют, мол всё у нас уже восстановлено, военная техника, бла-бла, но и стукачей ведь полно, так что всё может быть. Поэтому и выбросили тут несколько десантов, для восстановления видимости порядка и отчета перед долбаными "партнерами". В города правда не пошли, хотя и пытались, но зомби валят толпами, и прямо под гусеницы. У дЕсантов крыши массово съезжают от такого. Так что пока закрепились на окраинах, ставят карантин, а в город ходит только разведка, пешочком, берут под контроль коммуникации, ищут живых. И деревни вокруг чистят.
  -- В смысле чистят?
  -- В прямом. Сначала нескольких зомби отловили, увезли куда-то на исследования. В общем там всё, кранты. Генетические изменения и мутации, без шансов на восстановление. Сам понимаешь...
  -- А мы?
  -- А что мы? У нас-то вроде всё нормально.
  -- А глаза?
  -- А что глаза? МЧС-ник говорил, что у тех, кто не спал, почти всё в норме. И будут вывозить потихоньку. Понаблюдают потом, конечно.
  -- Он сам-то местный?
  -- Нет, откуда-то с Ярославля их перебросили.
  -- И ты ему веришь?
  -- Ну да, почему бы и нет? Да и бумажки у него со всеми подписями были солидные. Так что всё будет нормально, главное, про глаза и остальное поменьше болтать...
  -- Понятно... Слушай, Коля, а спать-то хоть можно? Не знаешь?
  -- Что? Вы не спали что ли всё это время?
  -- Ну да. Мало ли...
  -- Ясно. Спать можно. Мы, правда, случайно определились, когда Танька задрыхла после всего. Да и спирту мы тогда приняли, не без этого. Я пока с железками копался -- смотрю, а она дрыхнет сидя. И тут как раз импульс прошел. Думал -- то ли будить, то ли бежать подальше. А она нормальная. Потом и сам притопил часа четыре - и ничего. Думаю, самый первый импульс нас всех разделил на живых и зомби, остальные лишь подталкивают уже запущенный процесс. Да и период между ними сейчас уже большой, можно прилечь часа на три.
  -- Хорошо, раз так. Детей значит будем укладывать, а то уже совсем никакие, - Виктор кивнул жене на детей, Валентина засуетилась. - Слушай, Коля, а нормальных-то в городе много?
  -- Да какой там много... Единицы, до кого дозвонился. В основном бабульки с бессонницей, старыми телефонами и запасами на чёрный день. Ну хоть так, всё десантникам ногами не бегать. Им и так работы хватит остальных разыскивать. Говорят, как между импульсами часов по пять будет -- пригонят вертолёты с матюгальниками, будут орать с неба и вывозить потихоньку. А сейчас пока рано, электроника вблизи этой фигни всё еще дохнет.
  -- Понятно. Слушай, а саму эту хрень излучающую нашли?
  -- Нашли, да толку? Глубоко под землю ушла, копать надо, экскаватором. Так что пока никак. Говорят, хотели взорвать, но потом передумали. Мало ли как взрыв повлияет, да и ситуация мало по малу выправляется.


Популярное на LitNet.com В.Соколов "Обезбашенный спецназ. Мажор 2"(Боевик) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) В.Свободина "Прикованная к дому"(Любовное фэнтези) А.Черчень "Дом на двоих"(Любовное фэнтези) С.Суббота "Наследница Драконов"(Любовное фэнтези) М.Тайгер "Выжившие"(Постапокалипсис) С.Панченко "Ветер"(Постапокалипсис) Р.Цуканов "Серый кукловод. Часть 2"(Антиутопия) М.Атаманов "Искажающие реальность-5"(ЛитРПГ) Wisinkala "Я есть игра! #4 "Ни сегодня! Ни завтра! Никогда!""(Киберпанк)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Д.Иванов "Волею богов" С.Бакшеев "В живых не оставлять" В.Алферов "Мгла над миром" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Вектор силы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"